Кузнецов Юрий

Пленники кораллового рифа

Юрий Кузнецов

Пленники кораллового рифа

Следы в пустыне

Впервые эти огромные следы обнаружила патрульная служба, которая облетала на вертолёте свой участок пустыни.

Вообще — то после победы над Верховным правителем Рамерии Гван — Ло полицейская служба наблюдения за пустыней была отменена. Кого теперь бояться мирным арзакам и менвитам?

Но после того, как штурман Кау — Рук обнаружил, что тоннель, соединяющий Землю и Рамерию, имеет ещё одно ответвление, было решено снова установить наблюдение за пустыней. Может быть, кто — то заблудится в межзвёздном тоннеле, случайно попадёт на Рамерию, и ему понадобится помощь. Ведь с Рамерийской пустыней шутки плохи, без еды и воды долго не проживёшь!

А вдруг заявятся инопланетяне с дурными намерениями, как когда — то Баан — Ну прилетел на «Диавоне» на Землю, в Волшебную страну?

Могли внезапно нагрянуть и друзья из Канзаса, которым на Рамерии всегда рады! Хорошо ли заставлять их блуждать по пустыне?

Полицейский Зор первый обратил внимание на какую — то пунктирную линию, перечеркнувшую их участок Рамерийской пустыни с востока на север, по направлению к далёким Серебряным горам.

— Командир, взгляни, — обратился он к начальнику патруля, — кто — то там, внизу, баловался с линейкой. Нарисовал в нашем квадрате диагональ!

Тот недоверчиво взглянул на Зора, что, мол, за шутки, и посмотрел в иллюминатор.

— Действительно, — пробормотал озадаченно начальник. — Кто — то там недавно проехал на машине. Давайте — ка спустимся пониже!

— Если на машине, — не отставал неугомонный Зор, — то вместо колёс у неё должны быть ходули! Следы — то пунктиром!

Вертолёт завис в нескольких метрах над землёй. Но лопасти винта подняли такую кучу песка, что получилась настоящая песчаная завеса. Разглядеть что — либо в иллюминатор стало совсем невозможно.

— Нет, — решительно заявил командир, — так дело не пойдёт. Если было бы нужно не обнаружить, а замести следы, то лучше нас никто бы не справился с этой задачей. Нужно приземлиться немного в стороне от следов. Выйдем из вертолёта и пройдёмся пешочком, заодно и разомнёмся.

Сказано — сделано! Через несколько минут пеший патруль уже рассматривал обнаруженные им незнакомые следы.

— Это прошло явно какое — то животное! — заявил начальник патруля.

— Ничего себе скотинка, — присвистнул Зор. — В любую ямку от её лапки запросто уберётся моя голова.

Он нагнулся над следом, как будто и в самом деле хотел примерить к нему свою голову.

— Отставить! — скомандовал начальник. — Нечего прятать голову в песок, когда эта зверюга, может быть, совсем рядом и уже охотится за нами.

— Я только хотел разглядеть след поближе, — объяснил Зор. — Сдаётся мне, у нашего нового знакомого есть коготки и не маленькие!

Он показал на несколько продольных канавок с одного из краёв ямки.

— Значит, он шёл из пустыни в горы, — сделал вывод командир. — След довольно свежий, прошло не более суток, песок ещё не успел осыпаться.

— Тем более вчера утром этого следа не было, — согласился Зор.

— Ну что ж, давайте посмотрим, откуда шёл и куда пришёл наш зверь, — решил командир. — У нас, на Рамерии, насколько я знаю, уже давным — давным днём с огнём не сыщешь приличного зверя, который мог бы подтвердить отпечатками лап, что это его следы!

— Летим к месту, откуда они ведут! — скомандовал начальник патруля вертолётчику.

Цепочка следов уходила далеко в глубь пустыни. Но если зверю пришлось бежать не один час, то вертолёту это расстояние — пустяки. Они мигом добрались до начала следов, но вместо разгадки того, откуда появился огромный зверь, получили ещё одну загадку. След начинался ниоткуда! Его пунктирная цепочка возникла буквально на ровном месте. Вертолёт по спирали, расширяющимися кругами облетел это место. Кроме ниточки следов, которые вели на север, к горам, больше ничего не было. Само место было ровное: ни кустика, ни камня. Песок был словно слегка утрамбован. Идеальная посадочная площадка!

— Может быть, он прилетел откуда — то? — предположил вертолётчик.

— Только этого нам ещё не хватало! — рассердился командир. — Эта зверюга ещё и летать умеет?! Тогда почему она дальше пешком пошла? Топливо кончилось?

— А вдруг это сам Хоо? — предположил Зор. — Я не знаю другого существа, которое бы умело и ходить, и летать!

— Поговаривают, на Беллиоре до сих пор живёт дракон, потомок Хоо, — вступил в разговор вертолётчик.

— А вот мы сейчас посмотрим, что это за зверь такой! — воскликнул начальник патруля. — Летим по следам хоть до самых Серебряных гор!

Вертолёт пустился по следу, как хорошая гончая, повторяя все его изгибы и повороты, чтобы случайно не сбиться.

Но до гор лететь им не пришлось. След вдруг оборвался так же внезапно, как и начался.

— Пробежался, отдохнул и полетел дальше, — так прокомментировал исчезновение следа Зор.

— Не совсем так, — возразил командир, указав на какую — то яму внизу, совсем рядом с тем местом, где кончились следы. — Это вентиляционный колодец, который должен вести в ульситовые заброшенные пещеры.

Вертолёт приземлился рядом с колодцем. Рамерийцы вышли и осторожно приблизились к колодцу.

— Не выключай двигатель и будь наготове, — приказал начальник патруля вертолётчику.

— А ты, — обратился он к Зору, — держи оружие под рукой, но стрелять будем в самом крайнем случае!. Если зверь вздумает на нас напасть, бежим к вертолёту и немедленно взлетаем. Такое животное, может быть, осталось одно на всю планету. Оно нужно нам живым!

Зор заглянул в колодец. Он почувствовал слабое дуновение воздуха снизу, услышал чьё — то ровное дыхание, но ничего не увидел.

— Ну, что там? — шёпотом спросил командир.

— Темно, как ночью под одеялом, но кто — то есть! — так же шёпотом ответил патрульный.

— На, возьми фонарик!

Зор, не оборачиваясь, протянул руку назад, взял фонарь и осторожно, постепенно переводя свет с края колодца на дно, ощупал лучом внутренность вентиляционного отверстия. Там, внизу, с той стороны, где находился ход в пещеру, лежала какая — то тёмная масса. Она была настолько большой, что загораживала собой почти весь проход, и равномерно вздымалась и опускалась. Дышала!

Яркий луч света обеспокоил её, заставил зашевелиться, вздыбиться. Мгновенно у бесформенной кучи шерсти оказались и голова, и ноги, и хвост. Есть ли там ещё и крылья, Зор не успел разглядеть, так как в следующее мгновение тишину пещер потряс могучий рёв: «Гр — р—р — ау!» Эхо подхватило его, разнесло по всем отдалённым закоулкам, стократно размножив и усилив: «Гр — р—р — р—ау, гр — р—р — ау, гр — р—ау, р — ау, ау!»

Патрульных будто ветром сдуло от края колодца. Через пару секунд они были уже у вертолёта, ещё несколько секунд — и вертолёт гигантской стрекозой взмыл в воздух. И очень вовремя!

Вентиляционный колодец был достаточно глубоким. Для того, чтобы выбраться оттуда, в своё время штурману Кау — Руку пришлось поднять на вытянутых руках арзака Ильсора вместе с Крисом. Ильсор, в свою очередь, поднял на вытянутые руки Криса. Только тогда мальчик смог по пояс высунуться из колодца.

Зверь же вымахнул из колодца одним прыжком, едва коснувшись лапами края. Ещё прыжок, и он успел ухватить зубами колесо взлетающего вертолёта. Вертолёт под тяжестью зверя покачнулся и опасно накренился. Трах! Это лопнула шина, прокушенная могучими челюстями. Зверь от неожиданности выпустил колесо и отпрянул.

Вертолёт выровнялся, набрал высоту, став недосягаемым. Затем развернулся и сделал над зверем круг.

Только теперь рамерийцы смогли хорошенько разглядеть, с кем им посчастливилось встретиться.

Пещерный лев! Огромный черногривый красавец. Такой, пожалуй, не уступил бы по мощи самому Хоо!

Патрульные заворожённо наблюдали за львом. Тот, задрав морду вверх, тоже следил за кругами машины. Это создавало забавное впечатление, будто лев кивками головы приветствует людей.

— Смотри — ка ты, здоровается! — засмеялся, не выдержав, Зор. — Вежливый какой! А колесо прокусить не постеснялся.

— Это он приглашает нас спуститься. Как же так, мол, завтрак улетел?! А хватило бы на первое, на второе и на третье. Нас ведь как раз трое! — По — своему объяснил поведение льва командир.

— Откуда только он взялся на нашу голову, — недоумевал вертолётчик. — Крыльев — то у него нет, разве что хвостом, как вертолётным винтом, воспользовался. Ишь как себя по бокам им хлещет!

В это время в кабине раздался голос диспетчера:

— Патруль — два, патруль — два! Почему не выходите на связь? Что случилось?

Оказывается, пока полицейские разглядывали диковинное животное, они пропустили время, в которое они должны регулярно выходить на связь с Центром.

Командир виноватым голосом ответил:

— Я — патруль — два, я — патруль — два! У нас лев!

— Что у вас? — опешил дежурный — Вы не перегрелись на солнышке?!

— Мы обнаружили следы, а потом и самого пещерного льва, — упрямо пояснил начальник патруля.

— Пещерного льва — в пустыне? — продолжал недоумевать диспетчер. — Может быть, это мираж?

— Этот мираж прокусил нам покрышку, армированную стальной проволокой. Теперь неизвестно ещё, как мы будем садиться! — повысил голос командир.

Диспетчер понял наконец, что с ним не шутят. Действительно, случилось что — то из ряда вон выходящее.

— Я немедленно доложу начальнику полиции, — взволнованно произнёс он. — Срочно возвращайтесь в город на аэродром. У вас топлива осталось только на обратную дорогу!

Командир вопросительно посмотрел на вертолётчика. Тот подтвердил:

— Действительно, горючего — на донышке! Я как раз хотел доложить вам об этом, но диспетчер меня опередил. Молодец!

Зор с сожалением в последний раз взглянул на льва. Конечно, неплохо бы проследить, куда эта киска направится дальше. И лучше бы не терять её из виду… Хорошо, если лев направится в горы! Пока он доберётся туда, можно вызвать второй вертолёт и проследить за ним. А если лев отправится путешествовать по подземным пещерам? Он тогда может вынырнуть у самого города. Голодный пещерный лев в городе?! Зор вспомнил о прокушенном колесе.

Начальник патруля словно прочитал мысли Зора. Наверно, он думал о том же самом.

— Прошу срочно выслать сменный вертолёт в наш квадрат! — обратился он к диспетчеру. — Ориентир — старый вентиляционный колодец. Лев сейчас находится возле него!

Охота пуще неволи

Лев проводил взглядом вертолёт и встал как будто в раздумье. Куда направиться? К горам, синеющим вдали, где можно найти пищу и воду? Или вернуться в пещеру, где так прохладно?

Наконец лев решил всё — таки переждать дневной зной в своём убежище, где его потревожили непрошеные гости, и решительно спрыгнул обратно в колодец.

Патруль этого не видел. Вертолёт находился уже на полпути к городу.

А на аэродроме в это время поднялся тот переполох, который обычно сопутствует всякому чрезвычайному происшествию.

Диспетчер, как и обещал, тут же доложил о происшедшем начальнику полиции, обязанности которого исполнял Кау — Рук.

Штурман с большой неохотой взялся за это дело. И то только потому, что очень настаивал Ильсор.

— Ну посуди сам, — говорил тот, — ты — штурман. Можно сказать, человек военный. Ты обнаружил ответвление в тоннеле, откуда нам может грозить опасность! Ты вместе со мной и Крисом устроил изумрудный дождь и прогнал прежнего начальника полиции Тина Арга. Ну кто теперь должен следить за порядком?

И Кау — Рук сдался.

— Ладно, — проворчал он. — Но только временно!

Так он и стал временно исполняющим обязанности начальника полиции.

Кау — Рук очень заинтересовался сообщением патруля и немедленно выехал на аэродром. Возможно, это было как раз то событие, которого они с Ильсором ждали и ради которого организовали патрулирование пустыни.

На Рамерии пещерные львы были истреблены давным — давно, ещё во времена правления предков недавно свергнутого менвитского правителя Гван — Ло.

Поэтому лев мог появиться только из того мира, который Кау — Рук обнаружил в ответвлении тоннеля.

Оставалось непонятным, как туда попал рамерийский пещерный лев и каким образом он смог вернуться назад, на Рамерию. Может быть, кроме того тоннеля, есть ещё какой — то путь?

Так размышлял штурман по дороге на аэродром. Там уже было всё готово к приёму покалеченного вертолёта. Рядом с посадочной площадкой стояли наготове пожарная машина и машина «Скорой помощи». Вдруг вертолёт перевернётся и загорится? Но всё обошлось благополучно. Вертолёт плавно снизился, завис над землёй буквально в нескольких десятках сантиметров. Приземление! Толчок! Вертолёт опасно покачнулся… накренился… и замер, став похожим на нахохленного воробья с перебитой лапкой. Один за другим из него вышли вертолётчик, Зор и командир. Они с некоторым удивлением оглядели спасательные машины и толпу народа, которая собралась, неведомо как узнав об удивительной находке в пустыне и о неполадке с вертолётом.

Кау — Рук, который прибыл как раз к моменту посадки, пригласил экипаж в кабинет диспетчера.

— Сменный вертолёт вылетел? — сразу же озабоченно спросил командир.

— Немедленно после нашего с вами разговора, — ответил диспетчер. — Наверно, он уже на месте. Сейчас должны выйти на связь!

Командир подробно доложил Кау — Руку обо всём, начиная с обнаружения следа Зором и кончая прощанием со львом.

Услышанное ещё больше укрепило подозрения штурмана. Не мог же лев столько времени прятаться где — то под землёй?!

В это время диспетчер включил громкоговорящую связь, и присутствующие услышали доклад командира патруля сменного вертолёта.

— Прибыли в заданный квадрат! Обнаружили вентиляционный колодец. Льва не видно! Но нет и следов, ведущих от колодца к горам. Очевидно, он забрался обратно в колодец досматривать свои львиные сны.

— Постарайтесь держаться поодаль от колодца, — приказал Кау — Рук. — Но не выпускайте его из виду! Находитесь в заданном месте до прилёта замены! — И обратился к диспетчеру: — Будем держать колодец под постоянным наблюдением, но ни в коем случае не приближаться и тем более не садиться! Если мы снова разбудим зверя, он может забиться глубоко в пещеры. Тогда его там днём с огнём не отыщешь. Они ведь тянутся на добрый десяток километров.

Штурман отпустил патруль и задумался. «Что же делать? Льва нужно обязательно поймать! Но как? Пожалуй, есть только один способ: усыпить и перевести в город, а там поместить в прочную клетку. Можно выманить его из колодца и обстрелять с вертолёта пулями со снотворным. Правда, это довольно опасно, как бы не причинить зверю вреда!»

Тут в голову штурмана пришла новая мысль: «Ведь лев по крайней мере полсуток голодный! И в ближайшее время раздобыть пищу ему не удастся. До гор льву добираться не меньше суток. А на голодный желудок и того больше. В пещере ему поживиться нечем, разве что мышами. Но лев — не кошка! Это сколько же ему надо мышей, чтобы насытиться. Нужно подкинуть ему хороший кусок мяса, напичкав доброй долей снотворного. Убьём сразу двух зайцев: не дадим пропасть с голоду льву и усыпим его».

Кау — Рук немедленно позвонил директору зоопарка и попросил срочно доставить на аэродром самый лакомый для львов кусок мяса, основательно пропитав его лекарством. Но кусок и доза должны быть такими, чтобы хватило пообедать двум обычным, голодным львам и усыпить их часа на три — четыре.

Директор очень удивился такой необычной просьбе.

— Вы что, хотите усыпить всю свою полицию. Так она вроде бы никогда не страдала бессонницей? — осторожно спросил директор.

— Нет, — засмеялся штурман, — у нас объявился новый сотрудник. Пещерный лев!

— Где? Когда? — разволновался директор зоопарка. — Это же уникальное животное. На всей Рамерии есть только один экземпляр…

Теперь настал черёд удивиться Кау — Руку.

— Что за экземпляр? Я много раз бывал у вас, но никогда не видел пещерного льва.

— А он не у нас, он хранится в Зоологическом музее. Превосходное чучело!

— Ваше чучело, — с оттенком заметного превосходства произнес штурман, — нашему живому льву на подстилку не годится!

— Я сам сейчас выберу самый лучший кусок самого свежего мяса и добавлю в него лекарства. Уснет как миленький! — засуетился директор. — Через час я вместе с этим кусочком буду на аэродроме.

— А вы — то зачем? — притворно удивился Кау — Рук. — Думаете, что льву может не хватить одного куска и он попросит добавки…

— Как это зачем? — не понял шутки директор зоопарка. — Вы же не умеете обращаться с животными. А я все — таки бывший дрессировщик…

— Хорошо, хорошо, — согласился начальник полиции. — Вы — директор зоопарка, вам и карты в руки! Только распорядитесь приготовить самую прочную клетку.

Ровно через час к временному логову пещерного льва вылетел вертолет. В нем находились сам Кау — Рук, директор зоопарка и уже знакомый нам полицейский Зор, который сумел уговорить штурмана взять его с собой.

— Я же первый нашел следы! — с жаром доказывал Зор. — Я знаю эту ямку, в которой отсыпается лев. Может, и он меня запомнил?! — с отчаяния, что его не возьмут, привел последний довод Зор.

— Уговорил, — улыбнулся штурман, — только на этот раз мы не будем бегать с ним наперегонки. Есть для льва кое — что повкуснее вертолётного колеса!

Вертолёт завис над колодцем. Открылся нижний люк, и оттуда на прочном тросе спустили приготовленный для льва обед.

Вертолётчик мастерски подвел кусок прямо к краю отверстия.

Лев не заставил себя долго ждать. Разбуженный шумом вертолёта и учуявший ароматный запах пищи, он выскочил наружу.

Вертолёт отлетел чуть вперед и вверх, чтобы заманить льва подальше от ямы.

— Лови, киска, лови! — крикнул Зор.

Лев, будто услышав, присел на задние лапы и стальной пружиной взмыл в воздух. Через мгновение он уже расправлялся с пойманной добычей.

— Ловко! — не удержался от похвалы директор зоопарка. — Превосходный экземпляр пещерного льва.

— Да! — поддержал его Кау — Рук. — Наш зверь пошустрее вашего чучела из Зоологического музея.

Лев, видать, не на шутку голодный, отрывал и проглатывал кусок за куском. Наконец движения его стали менее порывистыми, ленивыми. Лев удовлетворенно огляделся по сторонам, не покушается ли кто-нибудь на его добычу, и лег рядом, на всякий случай положив на остатки пищи свою огромную лапу. Жаркое солнце, сытый желудок и снотворное скоро сделали свое дело. Лев мирно заснул.

Через некоторое время, когда сон окончательно овладел зверем, вертолёт сел рядом. Рамерийцы вытащили большую прочную сетку, расстелили её около льва и сначала осторожно, а потом, раззадорившись, изо всех сил попробовали перекатить льва на сетку. Но не тут — то было! Сколько они ни тянули и за задние, и за передние лапы, лев упорно не хотел поддаваться усилиям людей.

— Придётся сделать по — другому, — решил Кау — Рук. — Давайте конец троса, на котором спускали вниз мясо.

Он опутал ноги льва этим тросом и скомандовал вертолётчику плавно продвинуть машину на метр — пол — тора. Затея удалась!

Лев перекатился на сетку. Теперь оставалось только прочно спеленать его, привязать всё тот же трос — и лев готов к транспортировке.

Все забрались в вертолёт. Дверца захлопнулась. Ожили лениво висевшие над песком лопасти винта. Вертолёт вздрогнул, как застоявшийся конь, задрожал и стал плавно взлетать. Вертолётчик старался подняться так, чтобы к моменту натяжения троса машина находилась как раз надо львом, иначе ему пришлось бы прокатиться волоком по песку. В то же время нельзя было допустить рывка троса. Он мог оборваться. Хорошо ещё, если лев будет находиться на небольшой высоте! Но всё обошлось благополучно. Пилот бережно, как грудного ребёнка, поднял льва с песка полетел по направлению к городу. Пещерный лев безмятежно спал в своей воздушной колыбели, словно в гамаке. Сетка слегка раскачивалась в воздухе, убаюкивая зверя. Так они и прибыли в зоопарк, директор — в вертолёте, а его новый подопечный — в гамаке.

Просторная клетка уже дожидалась своего квартиранта. Потолок был временно снят, чтобы можно было опустить льва прямо внутрь клетки. Так и сделали. Потолок водворили на место. Все облегчённо вздохнули!

В неволе

Слух о поимке настоящего пещерного льва мгновенно разлетелся по всему городу. Только — только успели разместить спящего льва в клетке, как к зоопарку потянулись толпы любопытных горожан. Такого наплыва посетителей директор зоопарка не помнил, хотя работал там бессменно уже не меньше десятка лет. Довольный вниманием, он стоял у клетки и давал пояснения. Директор, казалось, знал обо львах всё: когда жили, чем питались, какой вес, размеры, дневная норма пищи.

Он не мог ответить только на один вопрос: откуда в наше время на Рамерии взялся этот давно исчезнувший с лица земли зверь!

Этот же вопрос задавал себе и Кау — Рук.

Ильсор тоже прослышал о находке, поэтому приход штурмана не был для него неожиданностью.

— Что ты об этом думаешь? — прямо с порога встретил арзак своего друга вопросом.

Штурман пожал плечами:

— Упал с неба! Другого объяснения появлению льва посреди пустыни я не вижу. Он мог пробраться к нам на Рамерию только через тот тоннель, который мы с тобой недавно исследовали. Хотя, как ты помнишь, перегородка, отделяющая другой мир от нашего и от земного, оказалась для нас непроницаемой!

— Но там мы видели землян! — резонно возразил Ильсор. — Лев мог проникнуть на Землю, а потом к нам, на Рамерию. Если бы этот лев мог разговаривать, как Лев Смелый в Волшебной стране, он рассказал бы нам много любопытного! А пока мы можем только строить различные предположения, которые нечем ни подтвердить, ни опровергнуть.

Потолковав еще немного и не найдя никакой другой причины появления пещерного льва, Ильсор и Кау — Рук расстались. Единственное, что они могли сделать, это установить постоянное наблюдение за тем местом, где начинались следы. Может быть, вслед за львом на Рамерию прибудет ещё кто-нибудь, более разговорчивый.

Измученный долгим путешествием, лев проспал до следующего утра. Когда Грау, проснулся, то обнаружил вместо голубого неба, жаркого солнца и песка клетку. Как он там оказался, Грау никак не мог вспомнить. Последнее, что сохранилось в его памяти, это аппетитный кусок мяса, который возник перед ним, как по мановению волшебной палочки. Раздумывать было особо некогда. Мясо подпрыгнуло и, похоже, собиралось опять исчезнуть. Этого допустить было никак нельзя. Грау был так голоден, что был готов ловить ящериц. Но при такой пище ни о каком путешествии к родным горам не могло быть и речи.

«Стоило бежать с Ирэны, чтобы попасть в зоопарк у себя дома, — уныло подумал лев. — Теперь придется всю оставшуюся жизнь пугать ротозеев и развлекать ребятишек! Ладно, — решил Грау. — Поживем — увидим! По крайней мере здесь не дадут умереть от голода и жажды. В пустыне же могло случиться и то и другое».

Ильсор мечтал побеседовать со львом. Но это вряд ли когда — либо могло осуществиться, если бы не пушистые!

Грау просто повезло, что неразлучная троица ранвишей — Моу, Роу и Гоу — уже вернулась из гостей, от Криса Талла, с Земли, и, конечно, не упустила случая посмотреть на невиданного зверя.

Пушистые сначала держались поодаль. Лев внушал уважение. Ему достаточно было только положить лапу на любого из ранвишей, чтобы тот не смог ни вздохнуть, ни охнуть. Правда, даже пещерному льву было вряд ли под силу поймать подвижных, как ртуть, пушистых. Но лев и не пытался кого — либо ловить. Судя по его унылой морде, льва занимали совсем другие мысли.

— Конечно, невелика радость сидеть в клетке, — посочувствовал ему Гоу.

Для неугомонных пушистых и минуту посидеть спокойно на одном месте было непосильной задачей. А если бы пришлось все время сидеть в клетке?

Спустя некоторое время ранвиши настолько освоились, что осмелились даже забраться ко льву за решетку. Им захотелось развеселить грустного пещерного льва. Пушистые принялись прыгать, скакать, кувыркаться прямо перед самым его носом. Но лев, казалось, не обращал на них никакого внимания. А если и поглядывал, то только как на назойливых мух, нахально крутящихся вокруг. Он продолжал размышлять о своей неволе.

— А ведь Чарли Блек приглашал меня на Землю, — вспомнил Грау, — если мне не понравится дома. Нужно сказать, что мне уже не нравится! Чарли называл даже имя какого — то человека, который поможет попасть на Землю. Не то Инсор, не то Ильсор…

— Ильсор, Ильсор, — подсказал Моу, давно уже с интересом прислушивающийся к телепатическим сигналам, которые принимал неизвестно от кого. Речь шла о Чарли Блеке, деде Криса Талла, который не так давно пропал без вести во время очередного плавания. Упоминалась планета Земля, на которой они недавно побывали. Наконец кто — то пытался вспомнить имя Ильсора, их большого друга. Можно сказать, лучшего друга после Криса!

— Правильно, Ильсор! — согласился Грау и опешил. — А кто же мне это подсказал?

Лев с интересом закрутил головой. Не похоже, чтобы это сказал кто-нибудь из толпы любознательных рамерийцев, окружающих клетку. Грау впервые пригляделся к шустрым зверькам перед ним. Он был знаком с подобными котятами еще в бытностью свою на Рамерии до путешествия на Ирэну, но не проявлял к ним какого — либо интереса.

— А эти бесенята ничуть не изменились, — подумал он с неожиданной симпатией.

— Но почему один из них не кувыркается, а пристально смотрит на меня? — что — то заподозрил Грау. — Неужели это он подсказывал? Да нет, не может быть… Такая малявка знает Ильсора?

Моу, который отчетливо разобрал все эти сигналы, уже не сомневался, что принимает мысли пещерного льва.

— Да, это я подсказал, — со всем достоинством, на которое только был способен этот добродушный и необидчивый зверек, ответил Моу, глядя прямо на льва, чтобы тот понял, откуда исходит сигнал. — Эти малявки когда — то немного помогли арзаку Ильсору, и он теперь дружит с ранвишами.

Грау немного смутился.

— А откуда ты знаешь Чарли Блека, — тактично перевел разговор Моу, понимая, что лев не хотел их обидеть. Да и в самом деле, по сравнению с ним пушистые выглядят мелюзгой.

— Я познакомился с Чарли на планете Ирэна перед самым своим бегством оттуда…

— А Крис сокрушался, что его дед утонул!

— Чарли и сам так думал, пока его не переубедили!

Гоу и Роу давно уже перестали кувыркаться и тоже внимательно слушали разговор Моу со львом.

— Мы поможем тебе встретиться с Ильсором, — пообещал Роу. — Правда, он не может с нами разговаривать, но его приятель, менвит Кау — Рук, научился понимать нас.

— Удивительно другое! — вступил в беседу и Гоу. — Почему ты понимаешь нас? Разве львы обладают телепатией?

— Я долго был на Ирэне элмом — привидением, — ответил Грау. — А элмы общаются друг с другом только телепатически! Наверно, это способность сохранилась у меня и после возвращения в свою привычную шкуру пещерного льва. Но не будем терять времени! Разыщите скорее приятеля Ильсора, менвита Кау — Рука, и позовите его сюда! Я расскажу, как я попал на Ирэну и вернулся обратно!

Пушистые не заставили себя долго ждать и маленьким пушистым вихрем помчались на розыски штурмана.

— Кау — Рук может быть в трех местах: у себя дома, на работе, в кабинете начальника полиции, или у Ильсора, — рассудил Моу. — Нас как раз трое. Давайте разбежимся в разные стороны, кто-нибудь да найдет его.

Так и сделали. Гоу помчался в полицию, Роу — в дом штурмана, а Моу — к Ильсору.

Повезло Моу. Он встретил Кау — Рука у выхода из дома арзака Ильсора. Штурман заметил ранвиша и остановился поболтать с ним. Пушистые, как сороки на хвосте, всегда приносят самые свежие новости. Кроме того, он никогда не упускал случая попрактиковаться в телепатическом разговоре.

Моу с разгона начал сообщать штурману свои новости в таком бешеном темпе, что сначала тот ничего не мог разобрать, кроме калейдоскопной смеси изо льва, Чарли Блека и Ильсора.

— Подожди, малыш! — взмолился менвит, — не так быстро. По — моему, ты все смешал в одну кучу: и пещерного льва, и бедного пропавшего Чарли, и Ильсора.

— Нет, нет! — отказался ранвиш. — Все не так. Мы с Гоу и Роу видели пещерного льва. Лев видел на планете Ирэна капитана Блека. Блек сказал льву про Ильсора. Ильсор может отправить льва на Беллиору. Вот как надо!

— Откуда вы про все это узнали? Не лев же рассказал?! — изумился штурман.

— Да, — подтвердил Моу, — нам это рассказал сам пещерный лев!

— Лев?! Рассказал?! — не поверил штурман. — Он что, умеет говорить?

— Умеет! — подтвердил пушистый. — Лев был на Ирэне этим… элмом и научился телепатии так здорово, что не разучился, даже когда снова стал настоящим львом. Он обещал рассказать тебе о том, как попал на другую планету и вернулся обратно домой. Ещё он хочет попросить Ильсора отправить его на Землю: нужно помочь Льву Смелому бороться с саблезубыми тиграми.

— Вот так чудеса! — не переставал изумляться Кау — Рук. — Мы только — только вместе с Ильсором сокрушались, что пещерный лев не умеет говорить, как его родственник — лев в Волшебной стране!

— Умеет, умеет! — поддержали Моу подоспевшие Роу и Гоу. — Он и с нами разговаривал. Пойдем скорее. Зоопарк, наверно, уже закрыли. Льву надоело сидеть в клетке. Ему там скучно!

— Давайте возьмем с собой и Ильсора! — решил штурман. — Ему тоже захочется послушать, что расскажет пещерный лев!

Если в первый раз Ильсор не удивился приходу Кау — Рука, то сейчас настал его черед удивляться.

Но тут, наверно, любой из нас не остался бы спокойным, узнав, что пещерный лев заговорил!

Говорящий лев

Вскоре к воротам зоопарка прибыла ещё одна группа экскурсантов. Ворота были уже заперты, и Ильсору пришлось долго препираться с ворчливым стариком — сторожем.

— Приходите завтра с утра, — бубнил сторож. — Никуда ваш лев не денется. Ему тоже нужно отдохнуть. Сегодня было столько зрителей, что одними взглядами в нём, наверно, дырок насверлили, как в решете.

Даже имя Ильсора не произвело на него впечатления.

— Не положено! — уперся старик.

Пришлось Кау — Руку использовать свое служебное положение начальника полиции и приказать открыть дверь.

Сторож долго разглядывал его удостоверение, хотя, конечно, знал в лицо и менвита, и арзака. Наконец упрямый старик всё — таки нехотя отворил ворота.

— Ну вот, а ты не хотел становиться начальником полиции, — засмеялся Ильсор. — Что бы я без тебя сейчас делал?

Для ранвишей же эти ворота были всё равно что пустое место. Они давно уже ждали своих друзей возле клетки со львом.

Вопреки утверждению сторожа, Грау не спал. Он с нетерпением ждал возвращения пушистых, которые обещали помочь вернуть ему свободу.

Ильсор и Кау — Рук подошли вплотную к клетке Грау. Арзака поразили его громадные размеры. Ран — виши указали на Ильсора:

— Вот человек, про которого говорил тебе Чарли Блек. А это его и наш друг, штурман Кау — Рук!

Лев приветливо помахал кисточкой хвоста.

— Ну это понятно и без переводчика, — улыбнулся Кау — Рук. — Наше вам с кисточкой!

Грау, не тратя времени, сразу приступил к рассказу о своих приключениях. Биополе льва, развитое за долгие годы его пребывания элмом на планете Ирэна, было настолько мощным, что даже Ильсор, не владеющий телепатией, отчетливо представил всё, о чем хотел сообщить им пещерный лев Грау.

Залитая солнцем Рамерийская пустыня. Вдалеке — Серебряные горы. Пещерный лев, преследующий антилопу. Внезапно возникший огромный смерч, мгновенно засосал антилопу. Он подхватил и льва, закружил его в стремительном хороводе, как пёрышко, взметнул под облака. Слушатели проследили весь путь льва по синхротоннелю и превращение его в невидимку — элма. Вместе с Грау рамерийцы побывали на оранжевой планете Ирэне. Они присутствовали при знакомстве льва с мальчиками — атлантами. Как бы на их глазах происходила встреча Кости с Грау, что позволило им по достоинству оценить рекордный прыжок мальчика при неожиданном появлении льва.

— Да это же тот самый мальчик, которого мы видели в тоннеле! — воскликнул Ильсор.

— Правильно, — подтвердил лев. — Земляне при переходе на Ирэну через синхротоннель становятся двойниками — элмами. Один — в Стране элмов, которого вы, наверно, и видели за перегородкой. Другой — на Ирэне!

Вслед за Костей они познакомились с осьминогом Примом, ученым — геологом и его проводником. Всех их, как и Костю, рамерийцы уже видели в Стране элмов. Но больше всего они удивились и обрадовались, увидев капитана Чарльза Блека, деда Криса.

Пушистые были просто в восторге. Ведь ранвиши вернулись из Канзаса и видели, как горевал Крис, узнав о том, что капитан Блек пропал без вести.

— Нужно срочно сообщить в Канзас, что Чарли Блек сумел выпутаться из очередного кораблекрушения живым и невредимым! — закричал обычно такой спокойный и рассудительный Моу.

— То — то обрадуются семьи Смитов и Таллов, когда капитан вернется домой! — воскликнул Ильсор.

— А вот это может произойти ещё не скоро! — предупредил лев. — Ведь капитан потерпел кораблекрушение, его шхуна потонула. Сам он спасся чудом, попав в синхротоннель. Но Чарли вернётся туда, откуда прибыл, то есть в то место, где разбился о риф его корабль. Хорошо, если там найдётся какой-нибудь островок, на котором Блек сможет прожить какое — то время, пока его не обнаружит случайный корабль. Специально его уже никто не будет искать сейчас.

Пушистые приуныли. Оказывается, неприятности для капитана Блека ещё не кончились.

— И никто, кроме нас, не знает, что капитан Чарли Блек жив и ждет спасения на необитаемом острове, — задумался Кау — Рук. — Нужно помочь Чарли. Он столько сделал для Волшебной страны. А друзья наших друзей — наши друзья. Кроме того, он — дедушка Криса, которому мы многим обязаны!

— А что будет со мной? — робко напомнил о себе пещерный лев. — Вы выпустите меня на свободу? Я не буду никого обижать и буду приходить в зоопарк на завтрак, обед и ужин!

Ильсор задумался.

— Конечно, тебя больше нельзя держать в клетке. Мы же не знали, что ты необычный лев! Теперь — то мы это знаем, но ведь не знают другие рамерийцы!.. Представляешь, что будет твориться в городе, если по улицам будет разгуливать пещерный лев? — обратился арзак к Кау — Руку. — Это может плохо кончиться для него. Случайный наезд зазевавшегося водителя машины, какой-нибудь самодеятельный охотник на львов… Что же нам придумать?!

— Если я правильно понял, вы собираетесь организовать экспедицию на Беллиору для поисков капитана Блека? — спросил Грау. — Может быть, тогда вы захватите меня в Волшебную страну? Чарли Блек говорил, что Льву Смелому нужен помощник. Саблезубые там совсем распоясались, нужно бы призвать их к порядку! Рамерия же стала совсем не та, что раньше. Нет такого раздолья для пещерных львов! Да и я уже не тот глупый щенок, каким был тогда. Конечно, жаль покидать родину, но ведь Волшебная страна — это кусочек Рамерии, не так ли?!

Ильсор и Кау — Рук некоторое время молчали, обдумывая предложение Грау.

— Нам будет жаль расставаться с тобой, — наконец сказал штурман.

— Да, нам тоже очень жалко, — подтвердили пушистые, прижавшись к его могучим лохматым лапам. — Мы могли бы играть вместе!

— Но, наверно, — продолжал менвит, — это будет самое разумное решение. Мы будем тебя навещать, ты можешь вернуться на Рамерию на время или навсегда, как только тебе захочется.

— А пока нам пора идти, — сказал Ильсор. — Тебе, Грау, придётся ещё немножко посидеть в клетке, пока мы приготовим большую транспортную ракету для полёта на Беллиору. В наши обычные одно — двухместные ракеты, которыми мы пользуемся для полётов через тоннель, ты не поместишься!

— Теперь — то я посижу сколько потребуется, — весело ответил лев. — Мне есть чего ждать и на что надеяться!

— А мы останемся с тобой, чтобы тебе было веселее, — закричали пушистые. — Ты нам ещё что-нибудь расскажешь про Ирэну.

На следующий день посетители, среди которых было немало тех, которые пришли во второй раз, были приятно удивлены поведением пещерного льва.

«Если вчера он был как в воду опущенный, лежал с грустной мордой и даже не смотрел на нас, — вспоминали зрители, — то сегодня льва словно подменили!»

Грау бегал по клетке, вставал на задние лапы, пытаясь достать до потолка и вытягиваясь во весь свой громадный рост. Он грозно рычал, притворно бросался на решётку, заставляя шарахаться в разные стороны посетителей. Однажды даже, как котёнок, затеял игру с собственным хвостом. Приятным сюрпризом было и присутствие в клетке трёх ранвишей, которых было не так — то просто увидеть в другое время.

Пушистые бесстрашно прыгали перед самым носом хищника, ловко увёртываясь от его неуклюжих попыток поймать их пастью или зацепить лапой. Разумеется, это была просто игра, хотя сердце замирало, когда тяжёлая львиная лапа опускалась на то место, где мгновением раньше сидел ранвиш, а сам он одним прыжком уже взлетал прямо на гриву грозного зверя.

Но вернёмся к нашим вечерним посетителям.

Теперь, с появлением льва, Ильсору и Кау — Руку стало ясно, что вход в ирэнский синхротоннель начинался прямо в воздухе, не оставив на земле никаких заметных следов, по которым можно было его обнаружить.

— Ну что, нагляделись? — ворчливо спросил их сторож, отпирая входную калитку. — Как наш зверь, понравился?! — не удержался всё — таки старик от вопроса не без оттенка гордости за льва, как будто ему всецело принадлежала честь его поимки.

— Ещё как понравился! — в один голос воскликнули арзак и менвит и попрощались со строгим стражем ворот зоопарка.

Несмотря на поздний час, они не разошлись по домам, а завернули к штурману.

Бедственное положение Чарли заставляло их торопиться. Кто же полетит?! Конечно, им обоим хотелось принять участие в этой экспедиции. Но из всех рамерийцев только они двое знали о существовании синхротоннеля между Рамерией и Ирэной и о связанных с ним возможных неприятностях.

Рассказывать же о нём ещё кому — либо пока не хотелось, чтобы преждевременно не беспокоить рамерийцев. Поэтому скрепя сердце Ильсор согласился остаться на Рамерии, отпустив на Беллиору Кау — Рука. Штурман, с его большим опытом кораблевождения в космосе, мог принести больше пользы и в морском путешествии в поисках Блека. Но пускаться одному в такое рискованное предприятие тоже нежелательно!

— А не взять ли тебе с собой этого смышлёного полицейского, который обнаружил следы льва и так рвался его поймать? — вдруг вспомнил арзак рассказ Кау — Рука об утреннем происшествии.

Штурману тоже приглянулся весёлый патрульный, который, похоже, был не из робкого десятка.

— Согласен, — коротко ответил он. — Но согласится ли Зор?

— Давай мы у него сейчас же и спросим! — предложил Ильсор.

Кау — Рук связался с диспетчерским пунктом аэродрома и узнал номер телефона Зора.

Тот, увлечённый чтением нового детектива, ещё не спал. Услышав предложение Кау — Рука, Зор испустил такой ликующий вопль, что дальнейшие вопросы были просто не нужны.

— Но учти, вылетать нужно послезавтра! — предупредил штурман.

— Готов лететь хоть сегодня! — весело ответил лёгкий на подъем парень.

Чудо-катамаран

Через день, ранним утром, возле Белой скалы, что в самом центре Рамерийской пустыни, собрались все участники экспедиции. Их было трое: штурман Кау — Рук, патрульный Зор и пещерный лев. Ракеты ожидали уже с ночи. Экспедицию провожал только Ильсор, который и доставил всех к месту старта. Арзак не хотел привлекать излишнего внимания к скале.

Все разместились в двух ракетах: в одной, двухместной, — Кау — Рук и Зор, в другой, транспортной, работающей в автоматическом режиме, — Грау. Ракета Грау должна была отслеживать курс ведущей ракеты штурмана. Ильсор попрощался со своими друзьями заранее, поэтому сейчас он только махнул рукой, что означало команду к старту.

Мгновение — и ракеты исчезли в тоннеле, связывающем Рамерию с Землей. Через несколько минут взлетел и вертолёт Ильсора, взяв курс на город. Вокруг Белой скалы опять воцарилась тишина. Ветер заровнял следы недавнего старта ракет и взлёта вертолёта. Рамерийская пустыня хорошо умеет хранить свои тайны…

Миновав уже хорошо ему известный тоннель, штурман со своими спутниками вскоре прибыл на Землю и оказался совсем в другой, Великой пустыне.

Появление кораблей рамерийцев не осталось незамеченным. Как и в прошлый раз, когда Ильсор и Кау — Рук прилетали попросить помощи в добыче недостающего количества изумрудов, их заметил гигантский орел Карфакс. Но на этот раз не случайно!

Рудокопы уже давно приготовили изумруды; Карфакс со своими крылатыми соплеменниками установили круглосуточное наблюдение за чёрным камнем Гуррикапа, а птичья почта, руководимая вороной Кагги — Карр, была готова тотчас отнести весть о появлении друзей с Рамерии в Изумрудный город. Поэтому рамерийцев ждали!

Но вот уж полной неожиданностью было для Карфакса то, что из транспортной ракеты показался лев!

Хотя сам Карфакс был молод и не видел пещерных львов, но ведь предки гигантских орлов были выходцами с Рамерии. Легенды о своей прежней родине передавались орлами из поколения в поколение. Там нашлось место и пещерному льву.

Грау вышел из ракеты, потянулся, разминаясь, и издал короткий рык, который можно было понять как приветствие своей новой родине и её обитателям и как предупреждение возможным врагам.

По царственной осанке льва, по его мощи Карфакс сразу понял, что у Льва Смелого появился достойный преемник, а у саблезубых — грозный враг. Гигантский орел ринулся вниз, перейдя на бреющий полет почти над самой землей, над рощицей на краю пустыни, и на лету сообщил новости щебетавшим там сойкам. Те от удивления ойкнули и немедленно полетели сообщить вести береговым ласточкам. За считанные минуты птичья почта разнесла вести по всей Волшебной стране: в Изумрудный город, Страшиле Мудрому; в страну мигунов, Железному Дровосеку; в лес, где царствовал Лев Смелый.

А Карфакс уже приземлился возле ракет рамерийцев, чтобы поспешить обрадовать тех известием о полностью собранном необходимом количестве изумрудов. Кроме того, ему очень хотелось познакомиться с пещерным львом. Он сделал и то и другое. Встреча царя птиц и царя зверей была впечатляющей. Не часто встретишь рядом двух таких особ, мирно беседующих друг с другом. Кау — Рук и особенно Зор, впервые видевший гигантского орла, буквально залюбовались ими.

Но Карфакс узнал и ещё одну новость, о которой он не догадывался и которая поэтому не была передана по птичьей почте: о проекте экспедиции по спасению капитана Чарли Блека, которого знали здесь все.

— Великан из — за гор (так звали в Волшебной стране Чарли Блека) в беде?! — озабоченно воскликнул Карфакс. — Значит, вам нельзя терять времени! Нужно как можно быстрее помочь ему!

Зор был так изумлён, что гигантский орёл заговорил, что сам на время потерял дар речи.

— Ничего удивительного, — пояснил штурман, заметив, что Зор пытается что — то сказать, указывая на Карфакса. — Камень Гуррикапа находится уже на территории Волшебной страны, в которой разговаривать умеют все: звери, птицы и даже соломенные пугала, такие, как Страшила. Но Карфакс прав, — продолжал Кау — Рук, — время действительно дорого! Поэтому предлагаю следующий план действий. Грау один отправится в лес ко Льву Смелому. Карфакс проводит его до начала Жёлтой дороги, а там уже не заблудишься.

— Будь осторожен! — напутствовал штурман пещерного льва. — В лесу, около реки, находятся главные охотничьи угодья саблезубых тигров. Если вздумаешь переплыть через реку, берегись макового поля. Можно уснуть и не проснуться!

— Я постараюсь больше не засыпать, — пообещал Грау. — Хватит с меня и одного раза, когда заснул и оказался в клетке зоопарка.

Льву уже не терпелось поближе ознакомиться с Волшебной страной и помериться силами с саблезубыми. От нетерпения он даже колотил себя по бокам кисточкой хвоста.

— А ты, Карфакс, — обратился Кау — Рук к орлу, — передай по птичьей почте Железному Дровосеку и мастеру Лестару, что нам понадобится их помощь. Мы же с Зором останемся здесь и начнём немедленно готовиться к экспедиции по поиску капитана Блека.

Карфакс молча кивнул и взлетел, взяв курс на Жёлтую дорогу. Грау стремглав бросился вслед.

— До свидания, — уже издали донёсся его голос. — Передайте привет Чарли!

Кау — Рук и Зор остались одни.

— А зачем нам Железный Дровосек? — спросил Зор. — Разве мы не полетим на ракете?

— Конечно, нет, — улыбнулся штурман столь наивному вопросу патрульного. — Во — первых, с такой высоты мы не заметим Чарли, даже если будем пролетать над ним, будь даже он в самом деле Великаном из — за гор. А во — вторых, летать на ракете над чужой планетой совсем небезопасно. Могут просто — напросто сбить, как шпионов. Нет уж, как говорится, тише едешь — дальше будешь! У меня есть одна идея. Мы построим катамаран. Это двухкорпусная лодка, или, проще, две лодки, соединённые между собой перемычкой или настилом. Ты будешь сидеть в одной, я — в другой. А посередине сделаем каюту и сложим туда все наши припасы.

— А как же наша лодка будет двигаться? На вёслах? — продолжал расспрашивать Зор. — Так мы не скоро доберёмся до капитана!

— Устроим парус! — возразил штурман. — Мне приходилось управляться с ним. Мигом доберёмся до места!

— Но, чтобы плыть на лодке, хотя бы и под парусом, нужна вода! — продолжал сомневаться Зор. — А здесь — вокруг один песок!

— Ты знаешь, как однажды вышел из такого положения капитан Блек? Он построил лодку на колёсах и вместе с Элли пересёк Великую пустыню от Канзаса до Волшебной страны!

— Всё ясно, вопросов больше нет! — отрапортовал Зор. — Будем строить земноводный катамаран!

— А теперь самое главное! — загадочно усмехнулся штурман. — Этот земноводный катамаран, как ты его назвал, будет для нас только маскировкой от любопытных глаз…

— Я так и подумал, — скромно кивнул Зор.

— Молодец! — восхитился Кау — Рук. — А мне показалось, что я тебя всё — таки провёл. Так вот, между двумя корпусами катамарана мы разместим нашу ракету, герметично закупорим её и выведем наружу управление двигателем. Она будет и нашим двигателем, и поплавком, который не позволит катамарану утонуть, даже если он перевернётся.

— Значит, будем строить ракетный земноводный катамаран?! — полуутвердительно — полувопросительно уточнил Зор.

— Почти что так, — согласился штурман, — но не совсем так. Посмотри — ка, что за камень лежит недалеко от входа в тоннель!

В нескольких десятках метров от чёрного камня Гуррикапа, которым был замаскирован вход в тоннель, на песке валялся какой — то диск диаметром около полутора метров. Его поверхность была испещрена трещинами, морщинами, края имели неровные сколы. Очевидно, он пролежал под открытым небом многие сотни лет, подвергаясь воздействию ветра и дождя, палящей дневной жары и ночного холода.

Зор подошел к камню, намереваясь встать на него и рассмотреть поближе. Но не тут — то было! Как только Зор попытался поставить на диск ногу, какая — то сила оттолкнула её от камня так здорово, что рамериец сделал кувырок назад через голову и приземлился на четвереньки, недоуменно глядя на строптивый диск.

Штурман, который в это время смотрел совсем в другую сторону, обернулся на шум и очень удивился, обнаружив своего спутника, стоящим на четырёх точках опоры.

— Зор, дружище, ты почему подкрадываешься к этому камню на четвереньках? От пещерного льва научился?

Зор оглянулся на своего начальника, смущённо улыбнулся, вскочил на ноги и с разбега прыгнул на камень, демонстрируя, что он всё — таки принадлежит к славному отряду двуногих. На этот раз ему повезло чуть больше. Зору удалось запрыгнуть на самую середину камня. Но тот опять не позволил вступить на себя. Не встретив твёрдой опоры, рамериец опрокинулся на спину и разлёгся прямо в воздухе над камнем, как в гамаке, слегка покачиваясь вверх — вниз. Правда, это продолжалось совсем недолго, несколько секунд. Зор, понимая, что сейчас не время загорать, когда Чарли Блек находится, может быть, в бедственном положении, сделал героическую попытку вернуться в вертикальное положение. Отчасти ему это удалось. Но стоять, не имея твердой почвы под ногами, не так — то просто. Наверно, ходить по канату и то легче. Зор опять упал, на этот раз ничком. Благодаря этой серии акробатических упражнений, он оказался у самого края диска, и тот поспешил сбросить с себя упрямого седока. Зор рыбкой скользнул по воздуху и зарылся в песок у самых ног Кау — Рука.

— Неплохо для начала, — одобрил штурман, — ещё немного тренировки, и из тебя получится чемпион Рамерии по акробатике! Знаешь, что это за камень? — продолжал Кау — Рук. — Я думаю, что это крышка от каменного колодца — входа в тоннель между Землей и Рамерией! Этот камень обладает одним удивительным свойством: та сторона, которая находилась внутри колодца, отталкивает любые приближающиеся к ней предметы. И, чем ближе предмет, тем сильнее отталкивание. Но со временем соединение колодца и крышки нарушилось, и она отлетела в сторону и упала отталкивающей стороной вверх, в чём, ты сам уже убедился.

— Да уж, — проворчал Зор и потёр ушибленный при падении локоть.

— Я обнаружил эту крышку ещё в прошлый прилёт сюда, — пояснил Кау — Рук, — и, как ты, несколько раз перекувырнулся, пока сообразил, в чём тут дело. А теперь мы попробуем использовать её для наших целей.

Если нам удастся перевернуть камень, а это непростое дело, ведь обратной стороной он притягивается к земле, то, пристроив диск под днищем нашего катамарана, обеспечим своеобразную воздушную подушку, что позволит значительно увеличить скорость. Такие речные и морские суда уже существуют, только воздушная подушка обеспечивается мощными двигателями, расположенными под днищем корабля.

— Тогда это будет уже не только земноводный, а и воздушный, или аэрокатамаран! — воскликнул восхищенно Зор. — На таком катамаране мы обязательно отыщем капитана Блека. Я предлагаю назвать его «Арзак»!

— Почему «Арзак», а не «Менвит»? — удивился штурман, который в отличие от арзака Зора был менвитом.

— Потому что «Антигравитационный реактивный земноводный аэрокатамаран», — выпалил Зор.

— Ор — ра! — воскликнул Кау — Рук, что означало у него высшую степень удивления. — Хорошо придумано, парень! Пусть будет «Арзак»! Кроме того, такое название напоминает о Рамерии и о моем лучшем друге, арзаке Ильсоре. Но мы пока с тобой делим шкуру неубитого медведя. Катамаран ещё надо построить!

Строительство «Арзака»

Штурман огляделся по сторонам, как бы прикидывая, с чего и где лучше всего начать строить «Арзак». Далеко на горизонте, над Кругосветными горами, он заметил маленькую движущуюся птицу.

«Наверно, возвращается Карфакс», — подумал Кау — Рук.

Но по мере её приближения стало ясно, что это не гигантский орёл, а что — то ещё более громадное.

«Ойххо — дракон, потомок нашего Хоо», — сообразил штурман.

Дракон стремительно приближался. Через десять — пятнадцать минут уже можно было разглядеть огромные перепончатые крылья, неутомимо рассекающие воздух. Ещё немного, и Ойххо приземлился рядом с камнем Гуррикапа, подняв в воздухе песчаную бурю. Когда песок осел на землю, на дракона и на рамерийцев, заставив их отфыркиваться и отплёвываться, Кау — Рук и Зор увидели, что навстречу им спешат Железный Дровосек и мастер Лестар. Ойххо выше головы был нагружен различным инструментом и провиантом. Запаса пищи, привезённого драконом за один раз, с лихвой должно было хватить на всё время поисков капитана Чарли Блека. Кроме того, Лестар взял с собой несколько искусных помощников, которые, поздоровавшись с рамерийцами, тут же принялись разгружать дракона.

— Когда Карфакс по птичьей почте передал нам весть о вашем прилёте и о капитане Блеке, Великане из — за гор, потерпевшем кораблекрушение, мы сразу сообразили, что речь пойдет о спасательной экспедиции, и захватили с собой кое — что необходимое, — пояснил Железный Дровосек. — Правда, мы не знали ещё, на чём вы собираетесь пуститься на поиски Чарли Блека, поэтому Ойххо готов слетать ещё разок — другой и привезти всё, что понадобится дополнительно, если это у нас имеется.

Кау — Рук без лишних слов развернул чертёж катамарана. Оказывается, они с Ильсором в ночь перед отлётом успели всё обдумать и даже нарисовать эскиз судна. На долю Зора оставалось только придумать название, что, впрочем, тоже очень важно.

— Для начала, — предложил Кау — Рук, — нужно перевернуть каменный диск. Будем строить катамаран прямо на нём. Попробуем зацепить диск канатом и с помощью Ойххо поставить на нужное место.

Но тут строителей постигла неудача. Как ни старались они подвести к краю каменного диска свой канат, он, как живой, отпрыгивал в сторону, отталкиваемый камнем. Тогда Зор предложил выкопать под одной половиной диска яму так, чтобы он встал на ребро, а затем уже зацепить камень канатом. Затея удалась блестяще! Как только яма достигла середины диска, тот покачнулся и сам перевернулся на нужную сторону. Благодаря своей силе отталкивания, он повис над землей.

— Ура! — закричал Зор и, подбежав к диску, проворно вскочил на своего недавнего обидчика. Камень даже не покачнулся. Вслед за Зором на диск запрыгнул Кау — Рук, а затем и все остальные. Диск, слегка опустился ближе к земле, но всего на несколько сантиметров. А ведь на нём стояли восемь человек! Ойххо тоже подошёл поближе и легонько толкнул диск лапой. Тот, как пушинка, полетел над землёй, казалось, и не собираясь останавливаться. Пришлось Зору срочно спрыгнуть и затормозить собой эту летающую тарелку.

Теперь было незачем оставаться в пустыне под палящими лучами солнца. Поэтому было решено разбить лагерь в ближайшей роще, у подножия Кругосветных гор. Вся поклажа была снова навьючена на Ойххо. К нему же на длинном тросе прицепили и каменный диск, на котором разместились все люди. Дракон неторопливо пробежался, взмахнул крыльями и взлетел над землей, насколько позволял ему трос. Хотя дракон и старался лететь помедленнее, скорость диска, скользящего над песком, не уступала скорости автомобиля. Пассажиры, чтобы случайно не выпасть на полном ходу, ухватились за края диска и друг за друга. В считанные минуты они домчались до рощи. Кау — Рук перегнал в лагерь обе ракеты, в которых они прилетели на Землю. Одну из них, двухместную, надёжно спрятали, замаскировав её травяным дёрном и посадив вокруг кустарник.

Вторую ракету, транспортную, в которой прилетел Грау, поместили с помощью дракона на каменный диск. Теперь предстояло надёжно скрепить их и дополнить недостающими частями катамарана: двумя корпусами — лодками по бокам; настилом — палубой, закрывающей сверху обе лодки и ракету; каютой, расположенной в самом центре диска. В этой каюте будет находиться рулевое колесо — штурвал и пульт управления ракетным двигателем. Кроме того, предстояло оснастить катамаран парусами и необходимым для его управления рангоутом и такелажем — металлическими и деревянными частями и верёвочными снастями.

Ойххо с одним из помощников мастера Лестара уже улетел домой, чтобы там, на месте, изготовить нужные канаты, парус, металлические части для крепления мачты, саму мачту и всё остальное оснащение судна. Остальные трудились над изготовлением всех тех деталей, которые нужно было сделать на месте. Строительство продолжалось не один день с небольшими перерывами на сон и пищу. Не было отбоя и от добровольных помощников. Узнав от птичьей почты о прилёте рамерийцев и снаряжении ими экспедиции по поиску капитана Блека, каждый день прибывали всё новые и новые группы людей: мигуны, жевуны, прыгуны, рудокопы и другие обитатели Волшебной страны. Обратным рейсом дракон Ойххо захватил из Изумрудного города Страшилу и его фельдмаршала Дина Гиора. Поскольку Страшила был правителем города, ему поручили управление палаточным лагерем. Страшила с удовольствием взялся за эту работу. Лёгкий на ногу, он, как воздушный шарик, целый день мотался по городку в сопровождении Дина Гиора. Борода последнего, лишённая привычного ежедневного тщательного ухода из — за недостатка времени, радостно развевалась по ветру. Случалось, что Страшила и верный фельдмаршал кувырком падали в траву, когда борода коварной змеёй заплетала им ноги, или кто — то из них случайно наступал на неё, или она попадала в цепкие лапы колючего кустарника. Но все эти события, казалось, только добавляли им весёлости и прыти. Яхта не по дням, а по часам вырастала из беспорядочной груды строительных материалов. Работа подходила к концу. И вот был назначен торжественный спуск катамарана… Красавец «Арзак», это название красовалось на корме, был загружен провиантом, балластом, инструментом и прочими необходимыми в дальнем плавании вещами. Катамаран получился на славу.

Полностью оснащённый, с запасами продовольствия и других необходимых в дальнем плавании грузов, с экипажем из двух человек, катамаран всё равно не касался днищем земли. Поэтому он был оснащён двумя якорями, носовым и кормовым, которые крепко — накрепко вцепились в песок своими лапами.

Зор был в совершенном восторге от этого симпатичного судёнышка. Он постоянно находился где-нибудь неподалёку от «Арзака», словно опасался, что катамаран отправится в плавание без него. Рамериец даже хотел ночевать в каюте, но Кау — Руку удалось отговорить своего товарища.

— Подожди немного, после того, как мы с тобой проведём несколько недель в открытом океане, ты будешь мечтать о твёрдой почве под ногами и будешь рад малейшей возможности выбраться из «Арзака». Уж я — то знаю, довелось не один год провести на корабле в космосе. Поверь старому бродяге, — посмеивался штурман, глядя, как Зор ходит кругами вокруг яхты, как кот около крынки со сметаной.

По правде говоря, Кау — Руку тоже не терпелось попробовать «Арзака» в деле. Да и капитан Блек, наверно, уже заждался какого-нибудь попутного корабля на своём необитаемом острове. Никто не сомневался, что Чарли жив — здоров. Сколько раз удавалось ему выходить сухим из воды! Вот только не было никаких вестей от пещерного льва Грау. Лев Смелый тоже до сих пор не пришёл в лагерь, хотя получил весточку о прибытии рамерийцев одним из первых. Не случилось ли какой беды с ними? Уже были готовы отправить на поиски Ойххо, полагаясь на его скорость и силу, если нужно будет схватиться с саблезубыми. Но вмешательство дракона не понадобилось!

В эти самые минуты, когда обсуждался план поисков, к лагерю неторопливой, величественной рысью приближался сам Лев Смелый в сопровождении Грау. А позади них, рассыпавшись веером, мягкой, крадущейся походкой беззвучно скользили пятеро саблезубых тигров.

Увидев грозных хищников, жители палаточного городка бросились врассыпную, кто куда. Самым сильным стремлением большинства оказалось желание немедленно влезть на дерево, лучше повыше и потолще. Поэтому скоро роща в окрестностях лагеря напоминала банановую плантацию, так как на каждом дереве гроздьями сидели, висели, а иной раз, как перезрелые плоды, и падали перепуганные обитатели лагеря.

Такая картина предстала перед глазами участников совещания, которые выскочили на шум и гвалт из своей штабной палатки.

Масла в огонь подбавил и сам Грау, издав радостный вопль при виде своих друзей, Кау — Рука и Зора.

Заслышав грозный львиный рык, который подхватили и лужёные глотки тигров, живые плоды ускорили своё созревание и стали падать уже целыми гроздьями. К счастью, львы поняли свою ошибку и тотчас уселись на песке поодаль, подав пример своему тигриному эскорту.

Но и после этого навести порядок удалось не сразу. Наконец, когда и самых нерешительных удалось снять с деревьев, Страшила с огромной бутылью йода обошёл всех пострадавших от падения, обильно полив их синяки и ссадины жгучей жидкостью. Хорошо, что обошлось без серьёзных травм, переломов и сотрясений.

Когда всё успокоилось, Грау рассказал своим друзьям, новым и старым, о своём путешествии в глубь Волшебной страны.

Приключения Грау

Грау весело скакал по песку вслед за огромной тенью орла Карфакса. Ему было очень приятно вновь чувствовать себя в своей собственной шкуре. Всё было живым, всамделишным, а не клубком волн привидения — элма.

Могучий пещерный лев вёл себя, как взбалмошный щенок, впервые тайком удравший на свободу без поводка и слегка ошалевший от этого своего подвига. Он играл с тенью орла, то нагоняя её огромными прыжками, то, опередив, выскакивал на неё из воображаемой засады.

Карфакс добродушно посматривал на это ребячество с высоты птичьего полёта и иной раз даже не мог удержаться от соблазна слегка подразнить Грау, заложив крутой вираж и заставив свою тень ускользнуть в сторону перед самым носом льва. Тогда уже Грау, сбитый с толку, смотрел вверх, куда же девалась его путеводная игрушка.

Орёл вёл пещерного льва самой короткой тропинкой, которую когда — то проложил ещё Гуррикап.

Постепенно песок под ногами Грау сменился травой, трава — каменистой россыпью горного склона, а кое — где и обжигающе колючими языками льда от снежных лавин.

Карфакс спешил. Ему хотелось засветло провести льва через перевал вниз, в долину — к замку Гуррикапа, недалеко от которого пролегала дорога, вымощенная жёлтым кирпичом, — Жёлтая дорога. Она вела во владения Льва Смелого, дальше — в Тигровый лес, к реке, мимо макового поля прямо в Изумрудный город.

Изредка орёл замедлял свой полёт, делал несколько кругов над Грау, как бы спрашивая его, не пора ли передохнуть. Но лев отрицательно мотал упрямой лохматой головой и неутомимо карабкался по склону.

Ему тоже хотелось скорее добраться до зеленеющего внизу леса, откуда ветер уже доносил возбуждающие аппетит запахи.

Расщелину в скалах, которая когда — то стала серьёзным препятствием на пути Чарли Блека и Энни, спешащим на помощь Страшиле и Железному Дровосеку, заточённому коварным Урфином Джюсом в башню, Грау перемахнул походя, как бы и не заметив. Только к вечеру Карфакс и пещерный лев добрались до Голубой страны жевунов.

— Ну, а сейчас мне пора, — сказал орёл. — Меня ждут дома, в Орлиной долине. Счастливого тебе пути! Дорога — за этой рощей. Ко Льву Смелому — направо.

— Спасибо! — воскликнул растроганный лев. — Буду рад новой встрече. Моя добыча — твоя добыча! Моя пещера — твоя пещера!

Карфакс взмахнул крыльями и скоро превратился в маленькую чёрточку на горизонте, едва различимую на фоне гор, а потом совсем исчез за перевалом.

Грау же решил остаться в этой рощице до утра, чтобы хорошенько отдохнуть перед дальней дорогой. Неподалёку журчал ручеёк со студёной ключевой водой, от которой даже у пещерного льва сразу заломило зубы. Ведь этот ручей сбегал с гор, где даже жарким летом не таял лёд.

Утолив жажду, лев лениво развалился на полянке, поглядывая по сторонам на всякий случай, чтобы вовремя заметить возможную опасность. Вскоре над горами Грау заметил приближающуюся птицу.

«Может быть, это возвращается Карфакс?!» — предположил лев. Но по мере приближения птицы, быстро увеличивающейся в размерах, Грау понял, что это никакая не птица, а что — то невообразимое.

«Великий Хоо! — воскликнул он по рамерийской привычке, не забытой даже за время пребывания в образе элма. — Ну и чудовище!»

К нему стремительно приближался летающий ящер. Длинное туловище переходило в хвост, усаженный сверху шипами. Спереди оно начиналось огромной чешуйчатой мордой. Из раскрытой пасти поминутно выскакивал длинный, раздвоенный на конце, как у змеи, язык. Под брюхом болтались короткие, но мощные когтистые лапы. Большие круглые глаза лишь изредка смаргивали плёнкой век. Грау по сравнению с этим монстром выглядел ягнёнком. Перепончатые крылья, натянутые, как паруса, на костяные мачты, с причудливо ломающимися в нескольких местах коленными суставами были громадными. Это был дракон Ойххо, один из самых добродушнейших существ в Волшебной стране, направляющийся в страну мигунов за очередной порцией груза для постройки катамарана «Арзак». Но Грау довелось увидеть его впервые.

Лев решил, что самое благоразумное будет хорошенько спрятаться. Нет — нет, он не испугался! Просто, пока он находился в чужих охотничьих угодьях, чувствовал себя не очень уверенно. Кроме того, даже инстинкт не подсказывал ему, с какого бока лучше подступиться к этому зверю, если вдруг придётся с них схватиться. Поэтому он удалился в заросли кустарника.

Смеркалось. Речка уже совсем спряталась на ночь под ватное одеяло тумана, став сразу похожей на ту, сказочную, молочную, с кисельными берегами. Ещё немножко — и ночь накинула свои тёмные покровы на кусты, где притаился Грау. Он зевнул, готовясь вознаградить себя за трудный день сладким, но чутким, как у всех зверей, сном. Однако надеждам пещерного льва так и не суждено было сбыться.

До него донёсся шум раздвигаемых кустов, треск сучьев. Кто — то шёл лесом напролом прямо к реке, наверно, на водопой. Грау мгновенно оказался на ногах, готовый встретить опасность лицом к лицу. Он осторожно выглянул из своего убежища. Совсем рядом, в нескольких десятках метров, мимо него гуськом, неторопливо прошествовали три неведомых зверя. Внешне они напоминали гиппопотамов. Но их шкура была покрыта густой белой шерстью, светящейся в темноте. При этом призрачном бело — зеленоватом свете, едва очерчивающем контуры зверей, Грау смог разглядеть бочкообразное туловище с шестью массивными столпами ног. Прямо к туловищу, не утруждая себя заботами о какой-нибудь хотя бы мало — мальски приличной шее, пристроилась огромная круглая голова.

«Час от часу не легче! — воскликнул про себя лев. — Эта Волшебная страна прямо — таки кишит чудовищами, один другого громаднее. Саблезубые тигры просто — напросто котята рядом с ними».

Конечно, это были шестилапые, чудовища из подземной Страны рудокопов. Рудокопы давно научились приручать шестилапых, а когда вышли из своей подземной страны на поверхность и поселились в стране жевунов, то взяли их с собой, используя для выполнения тяжёлых работ. Так же, как, например, в Индии, — ручных слонов. Шестилапые стали домашними животными и мирно паслись в свободное от работы время в окрестных лугах и лесах. Правда, в отличие от слонов они предпочитали ночное время, так как за многие годы обитания в подземных пещерах их глаза привыкли к сумраку подземелий. Но Грау об этом ничего не знал. А внешность шестилапых внушала к себе уважение размерами и устрашающим видом. Хорошо, что ветер дул в сторону пещерного льва, иначе бы ему не сдобровать. Ведь у шестилапых обоняние с успехом заменяло недостаточно хорошее зрение. А они, хоть и домашние, но в обиду себя никому не дали бы. Лев Смелый уже однажды участвовал в схватке с шестилапым, правда, диким, и, если бы не находчивость Элли, испугавшей зверя горящим факелом, ещё неизвестно, чем для Льва закончилась бы эта встреча в подземелье.

Грау проводил взглядом вереницу шестилапых, которые скоро скрылись в тумане, и снова растянулся на траве. Но сон исчез вместе с диковинными зверями. Лев зевал, ворочался с боку на бок, делая, правда, это совершенно беззвучно. Вдруг ему придётся встретиться ещё с кем-нибудь? И действительно, пришлось!

Лев скоро заметил какие — то зеленоватые огоньки, то появляющиеся, то исчезающие между деревьями на высоте около метра над землей.

Внимательно приглядевшись, он смог различить и чьи — то тени, беззвучно скользившие прямо по направлению к нему из глубины рощи. Оттуда, откуда недавно пришли шестилапые! Грау насчитал не меньше шести силуэтов и шести пар огоньков. Он понял, что огни были ничем иным, как глазами, и, судя по беззвучной крадущейся походке, они принадлежали крупным хищникам. Похоже, что звери шли по следам шестилапых. Тут не могло быть двух мнений: лев оказался на пути Большой охоты, между двух огней — преследуемыми и преследующими. А хищники, которые осмелились преследовать шестилапых, наверно, не уступали им в силе или, по крайней мере, в ловкости.

Охотники приблизились уже настолько, что Грау удалось разглядеть их. Это были саблезубые, которых и искал пещерный лев. Как говорится, на ловца и зверь бежит. Правда, тигров было не меньше шести, но у льва было одно немаловажное преимущество — внезапность. Саблезубые пока не догадывались о существовании пещерного льва и вряд ли когда — либо им приходилось сталкиваться. Ну, а на крайний случай у Грау в запасе были быстрые ноги, не раз помогавшие ему уйти от погони.

Тигры, уверенные в силе своей стаи, не очень — то прислушивались к окружающим их посторонним запахам. Это пока позволяло льву оставаться незамеченным. Более того, совсем рядом с его логовом, в кустарнике, тигры решили устроить совещание.

— Парни! — хриплым голосом воззвал один из тигров, по стати крупнее и мощнее других, очевидно, вожак. — Настала пора показать, на что мы способны. Наши охотничьи угодья у Большой реки истощены. Мы живём впроголодь, а задавака Лев, всё ещё называющий себя Смелым, запрещает нам нападать на стада, принадлежащие людям. Но он стал старым и слабым! Нужно брать власть в свои лапы. И первый наш поступок — охота за шестилапыми! Следующий — захват Страны жевунов. Эти людишки не посмеют оказать нам сопротивление. Мы заставим их кормить и поить нас, как хозяев. Да здравствуют зубы и когти!

— Зубы и когти! — одобрительно прорычали остальные тигры. — Веди нас, Ахр!

«Какие негодяи! — с гневом подумал Грау. — Мало того, что они затеяли измену и предательство по отношению к Льву Смелому, они ещё угрожают людям. Нужно как следует наказать их!»

Пещерный лев, напрочь отбросив всякую осторожность, гигантским прыжком выскочил из засады, смёл всех, кто стоял на его пути к вожаку Ахру, кого — грудью, кого — одним ударом мощной лапы. На всё потребовались считанные мгновения, но их было достаточно, чтобы Ахр отпрянул в сторону. Это уберегло его горло от мёртвой хватки челюстей пещерного льва. Противники замерли друг напротив друга, оценивая силы врага и выбирая момент для броска.

Пещерный лев был в полтора раза крупнее саблезубого тигра, но тот, как все кошачьи, обладал большой гибкостью и ловкостью. Конечно, если бы они встретились с глазу на глаз, саблезубый ещё подумал бы, стоит ли ввязываться в драку с таким сильным противником, который хотя и был похож на обычного льва, но, несомненно, превосходил того по мощи. Но сейчас на Ахра смотрела вся его разбойничья стая. Тигры окружили двух претендентов на главенствующее положение, присев на задние лапы и выжидательно смотря на них. Вожаком станет тот, кто победит в единоборстве. Но если Ахр мог рассчитывать на поддержку соплеменников, то для Грау поражение было равносильно смерти. Тигры не простят ему ошибки.

Ахр медленно, припадая к земле на передние лапы и защищая горло, кружил вокруг льва. Грау неизменно поворачивался к нему мордой и обнажал белые клыки. Со стороны могло показаться, что он улыбается. Тигр извивался всем туловищем, почти ползком то приближаясь немного, то отдаляясь от Грау. Ему нужно было отвлечь внимание льва, чтобы тот пропустил мгновение, когда Ахр прыгнет и сразу всеми когтями и клыками — саблями вопьётся в спину соперника. Наконец Ахр, как ему показалось, улучил момент, поймав взгляд Грау, брошенный искоса на других тигров. Лев опасался нападения с их стороны. Дежурившие наготове мышцы задних ног Ахра, как стальные пружины, подбросили его в воздух. Но боковым зрением Грау заметил почти неуловимое движение тигра и метнул своё тело ему навстречу. Расчёт льва оказался точнее. Благодаря своей большей массе, он опрокинул прямо в воздухе лишённого опоры тигра на спину и прижал его к земле лапами, сомкнув челюсти на горле Ахра. Ещё движение — и одним саблезубым тигром станет меньше. Саблезубый не шевелился и понимал, что сопротивление бесполезно и даже вредно для его здоровья. Не двинулись с места и остальные тигры, чтобы не вынудить льва сжать челюсти и освободить их для следующей схватки.

Наконец Ахр с трудом выдавил из себя:

— Сдаюсь!

Грау тотчас ослабил хватку, позволив тигру выскользнуть из его лап и убраться подобру — поздорову. Ахр медленно, как побитая собака, поплёлся к своим товарищам, волоча хвост по земле. Ему было стыдно за своё поражение на глазах у всех. Он обвёл настороженным взглядом тигров, пытаясь найти хоть в одном какой-нибудь намёк на насмешку, чтобы броситься на него и выместить свою обиду и злобу. Но те избегали его взгляда, понимая состояние вожака, уже бывшего, и чувствуя, что и сами вели себя не лучшим образом. Да и вряд ли любому из тигров удалось бы одержать победу над этим громадным пещерным львом.

Грау убедился, что больше никто не намеревается нападать на него. Он встряхнулся, приведя в надлежащий порядок свою пышную гриву, гордо поднял голову и издал могучий победный рык, означавший, что теперь власть в тигровом клане принадлежит ему. Каждый из присутствующих мог это оспорить, но желающих не нашлось.

— Я пещерный лев Грау, приглашен к вам, в Волшебную страну, помощником Льва Смелого, — заявил во всеуслышание Грау. — Как вы убедились, со мной шутки плохи. Никаких козней против Льва и жителей Волшебной страны больше не строить! А сейчас проводите меня к Льву!

Пещерный лев смело повернулся к тиграм хвостом и направился в сторону Жёлтой дороги, в том направлении, куда показал Карфакс. Тигры тотчас пристроились к нему, охватив его полукольцом, по бокам и сзади.

— Стойте! — вдруг услышала стая хриплый возглас Ахра.

— В чём дело? — отозвался лев, замедляя бег, но не останавливаясь совсем, чтобы показать своё отрицательное отношение к команде какого — то там Ахра.

Тигр догнал Грау и теперь бежал рядом с ним:

— Я предлагаю идти не по Жёлтой дороге, а напрямик, полями. Так мы выиграем день пути до леса, где охотится Лев Смелый.

Пещерный лев оглянулся на остальных тигров. Те подтвердили согласие с предложением Ахра.

— Беги впереди и показывай дорогу, — согласился и Грау. — Я ещё плохо знаю вашу страну.

Тигр рванулся вперёд и занял место вожака. Если бы Грау сейчас глянул на него спереди, то заметил бы торжествующую ухмылку и злорадно блеснувшие жёлтые глаза Ахра. Он снова вёл стаю!

Предательство Ахра

Роща уже кончилась, и теперь стая бежала перелеском между двумя полями, кивающими при каждом дуновении ветерка спелыми колосьями.

Звери вытянулись в длинную цепочку на узкой тропке. Ахр по — прежнему бежал первым, Грау — вторым.

Вдруг Ахр сделал огромный прыжок, повторить который было бы, пожалуй, незазорно и самому пещерному льву. Однако Грау, который не ожидал от Ахра такой внезапной прыти, по инерции продолжал бежать как ни в чём не бывало. За это и поплатился! Лев почувствовал, как почва уходит у него из — под лап, и провалился в какую — то глубокую яму.

Побарахтавшись среди кучи земли, травы, жердей, которая провалилась вместе с ним и, наконец, вскочив на лапы, Грау увидел над собой, на высоте доброго десятка метров, кусочек неба. А на этом фоне — зловредную морду тигра Ахра.

— Ты говорил, что принадлежишь к роду пещерных львов?! Надеюсь, что эта пещерка придётся тебе по нраву! Правда, она была приготовлена для нас, саблезубых тигров, добрыми людьми, ну да мы не жадные. Для гостя ничего не жалко! Постараемся приготовить такую же квартирку и для твоего приятеля — Льва Смелого. Ха — ха — ха!

Ахр так увлёкся, что едва — едва не оказался и сам на дне ямы. Грау, собрав все свои силы, подпрыгнул так высоко, как только смог, и чуть не вцепился обеими лапами ему в морду. Тигр отпрянул и, злобно ворча, отошёл подальше от края. Дальше дразнить льва ему уже расхотелось. Ахр глянул на своих приятелей. Те сгрудились поодаль и, судя по их угрюмому виду, не очень — то одобряли предательское поведение вожака по отношению к победившему его в честном бою пещерному льву.

Ахр вызывающе зарычал, вызывая любого на поединок. Но желающих драться с таким сильным противником из — за льва — чужеземца не нашлось.

— Вперёд, парни! — снова, но уже более миролюбиво проревел тигр. — Выполним, что задумали. А этот приятель пусть пока посидит в яме и подумает над своим поведением. Если одумается и решит присоединиться к нам, с голоду подохнуть не дадим и из берлоги выручим, когда покорим людишек этой страны.

Такой исход дела уже больше устроил остальных тигров. Они вроде бы и не бросают льва в беде, а просто дают ему время на размышление.

И весь отряд хищников помчался в обратную сторону, по своим прежним следам.

В это время Грау метался по яме в бессильной злобе. Выбраться наружу ему одному было явно не под силу.

— Опять попался в клетку, — сердился он сам на себя. — Поверил саблезубому! Видно, за время пребывания в виде элма я разучился быть зверем.

Соглашаться на предложение тигров Грау, который слышал всё, что происходило наверху, не собирался. Лучше уж умереть с голоду в этой яме. Лев с пренебрежением изо всей силы ударил задней лапой в стенку.

Что такое? Стенка слегка дрогнула?! Лев начал энергично рыть передними лапами землю под стенкой, чтобы заставить её осыпаться. Когда часть её рухнула, он мощными задними лапами разметал всю землю по дну ямы.

Обнажилась кирпичная кладка. Грау убрал землю вдоль всей боковой стены ямы и на ту высоту, которая оказалась ему доступной. Впрочем, сверху земля осыпалась сама, стоило только её хорошенько подкопать снизу да ударить пару раз лапой по стенке. Кирпичная кладка располагалась во всю ширину ямы, но вверху она закруглялась, уходя под землю метрах в двух от поверхности. Остающийся земляной козырёк льву осыпать не удалось, поэтому была опасность, что он может в любой момент рухнуть. Правда, такому громадному зверю, как Грау, он вряд ли сможет причинить какой — либо ущерб.

Кирпичная кладка была добротной и при ударах лап гудела, как монолит. К счастью, почва в этом месте оказалась довольно влажной, что сказалось на прочности кирпича. Он отсырел и стал сравнительно ломким. Кирпичи не выдержали напора Грау.

Льву посчастливилось! Образовался сквозной пролом, расширить который было только делом времени.

Грау протиснулся сквозь отверстие в кирпичной кладке. «Подземный ход! Он должен меня куда-нибудь вывести. Вот только в какую сторону податься, направо или налево?»

Правое направление совпадало с тем, куда тигр Ахр вёл его. Грау решил идти именно в эту сторону. Главное, что по пути, а где идти: по земле, под землёй ли — какая разница для отважного пещерного льва.

Грау уже пробежал несколько десятков метров по широкому, хорошо сохранившемуся подземному коридору, как вдруг его осенила новая мысль. Ведь тигры, а с ними и этот предатель Ахр помчались в противоположную сторону. И намерения у них самые что ни на есть зловредные — поработить жителей Волшебной страны! Нужно немедленно спешить на помощь людям, а заодно поквитаться и с Ахром.

Пещерный лев решительно повернул назад. Через несколько сот метров Грау увидел впереди просвет. Это был выход из подземного хода. Правда, он был полузасыпан, но что значит раскопать кучу рыхлой земли для льва, который сумел разобрать старинную кирпичную кладку?! Его неутомимые лапы замелькали с такой частотой, что он стал похож на землеройку. В считанные минуты с препятствием было покончено. Лев выглянул наружу. Ага, вот он где оказался! Выход был расположен прямо у обочины Жёлтой дороги — дороги из жёлтого кирпича. И судя по кирпичу, и дорога, и подземный ход строились одновременно. Но не это главное.

На Жёлтой дороге стоял Лев Смелый в окружении саблезубых тигров. И было заметно невооружённым глазом, что они остановились не просто так, поболтать. Похоже, Ахр с подручными начал проводить в жизнь свой план и наткнулся на Льва, спешащего в Великую пустыню на встречу с рамерийцами и своим будущим заместителем — пещерным львом.

Грау потихоньку подкрался вдоль обочины к тиграм и льву. В тот самый момент, когда взаимные угрозы неизбежно должны были перерасти в драку, над дорогой взметнулось могучее тело пещерного льва, и Ахр, негодный Ахр, был опрокинут на спину одним ударом лапы.

Не снизойдя даже до того, чтобы схватить тигра за горло, Грау встал поперёк дороги бок о бок с Львом Смелым.

Ахр поднялся, отряхнулся и, ни на кого не глядя, поплёлся куда — то в сторону. Никто из его компании не последовал за ним.

После коротких взаимных приветствий и недолгого обсуждения было решено всем вместе идти в Великую пустыню. И вот — они пришли!

Ураган

Наконец всё было готово к дальнему плаванию. Экипаж «Арзака» занял свои места. Провожающие и зрители расположились поодаль. Страшила Мудрый, Железный Дровосек, Лев Смелый с Грау и свитой из саблезубых — на переднем плане, остальные жители Волшебной страны — немного сзади. Хотя всем было ясно, что звери не собираются никому причинять вреда, каждый старался держаться от них чуть — чуть подальше.

Ещё накануне вечером было решено в первую очередь направить катамаран к ферме Смитов, чтобы известить её жителей о судьбе Чарли Блека. Кроме того, Кау — Рук хотел посоветоваться с Джоном Смитом относительно возможности передвижения по стране без официального разрешения. Как бы их не задержали и не отобрали яхту!

Сопровождать рамерийцев до фермы Смитов взялась Кагги — Карр. Ей было уже не впервой преодолевать этот путь туда и обратно, не привлекая особого внимания к своей персоне. Поэтому ворона на правах члена экипажа заняла место на клотике мачты, устроившись вперёдсмотрящим матросом.

По команде штурмана Зор выбрал якоря, удерживающие яхту на месте, и поднял самый маленький парус. «Арзак» плавно заскользил над землёй. Красивое это было зрелище!

В воздух полетели шляпы с бубенчиками, оглашая окрестность мелодичным прощальным звоном. Провожающие махали руками, лапами и даже хвостами, подбадривали путешественников криками «У — р—а — а!», пока всех их не заглушили громовые раскаты львиного рыка «Г — р—а — у—у». Это сказал своё «до свидания» пещерный лев.

Ойххо тоже не выдержал и вплёл свой голос в общую мелодию.

Шумовой эффект был потрясающим и ничуть не уступил бы воплю болельщиков стотысячного стадиона после забитого долгожданного гола.

Дракон взмыл в воздух и некоторое время сопровождал яхту, как её воздушный двойник, а затем, сделав прощальный круг, вернулся обратно, чтобы доставить в Волшебную страну своих друзей.

«Арзак» великолепно слушался паруса. Он не реагировал на каждый встречный бархан или ложбинку, иначе яхту и её экипаж трясло бы, как телегу на булыжной мостовой. В то же время яхта не зарывалась носом в песок.

Зор радовался, как ребёнок. Он даже попробовал поднять большой парус. «Арзак» отреагировал резким увеличением хода и чуть не сбросил замешкавшегося рамерийца за борт, как пришпоренный конь незадачливого седока.

До фермы Джона было около дня пути по Великой пустыне, поэтому штурман не очень торопился, рассчитывая достичь цели к ночи. Тогда появление яхты будет менее заметным для непрошеных свидетелей.

К полудню путешественники миновали не меньше половины пути. Об этом сообщила Кагги — Карр, покинув свой наблюдательный пункт и влетев в рубку. Правда, за пределами Волшебной страны ворона уже не могла разговаривать, но она очень красноречиво постучала клювом по разостланной на столе карте с нанесённым на неё маршрутом «Арзака», которую нарисовал Дин Гиор.

— Ты очень кстати! — обрадовался её появлению штурман. — Я только хотел попросить Зора позвать тебя вниз. Пора подкрепить свои силы обедом.

Зор тоже не заставил себя долго ждать и мигом очутился в рубке.

Всё было приготовлено заранее, в лагере, и разложено по термосам. Кулинары и повара — жители Волшебной страны — постарались приготовить для своих друзей самые лакомые кушанья. Экипаж настолько увлёкся этими произведениями кулинарного искусства, что поначалу не обратил никакого внимания на увеличение хода яхты. Но когда корпус катамарана стал заметно подпрыгивать, заставляя посуду проделывать то же самое, а Зор после особенно резкого толчка чуть не подцепил на вилку Кагги — Карр, которая оказалась прямо в его тарелке, штурман Кау — Рук встревожился. Он выскочил на палубу и был вынужден тотчас ухватиться за поручни. Ветер уже разыгрался не на шутку. «Арзак» нёсся под своим малым парусом, как будто был включён реактивный двигатель.

— Ор — ра! — воскликнул штурман, — Великая пустыня выбрала подходящий момент, чтобы крепко подсолить нам обед. Надо же так измениться погоде за какие — то полчаса. Впрочем, такое случается и на Рамерии. Пустыня шутить не любит!

Кау — Рук с помощью подоспевшего Зора опустил парус. Скорость немного уменьшилась. В то же время катамаран начал рыскать вместе с порывами ветра. А так как ветер постоянно менял направление, а то и завивался в смерчи, то «Арзак» крутился как волчок. То обстоятельство, что он висел в воздухе, не касаясь земли, теперь служило плохую службу, уподобляя катамаран воздушному шарику в ветреную погоду.

Чихая, фыркая и отплёвываясь от песка, Кау — Рук и Зор спустились в рубку.

Кагги — Карр сидела на спинке стула, намертво вцепившись в неё когтями и иногда помогая себе удерживать равновесие взмахами крыльев при особенно крутом вираже судна.

— Похоже, ваша колдунья Гингема ожила и снова взялась за свои проделки, — доложил вороне штурман, вспомнив рассказы жителей Волшебной страны об удивительных способностях Гингемы устраивать ураганы и смерчи. — Она дождётся, что на её голову снова упадёт что-нибудь, и поувесистей, чем фургон — летающий домик Элли. Например, наш «Арзак»!

— Зор! — обратился Кау — Рук к своему помощнику. — Быстро обвязываем лицо мокрыми полотенцами и идём устанавливать катамаран на якоря. Иначе нас ураган забросит в такое место, что и Кагги — Карр не найдёт обратной дороги. Не забудь страховочный пояс, чтобы пристегнуться к оградительным леерам на палубе.

Диск в основании катамарана перемещался вверх — вниз, так что «Арзак» мог совсем лечь на песок. Но днище могло быть повреждено о камень или ободрано о песок, который на такой скорости действовал, как наждачный камень. Поэтому в первую очередь нужно было попробовать отдать носовой и кормовой якоря.

Когда они выбрались на палубу, ветер выл в снастях, как стая рассерженных саблезубых. Прикрепившись карабинами страховочных поясов к леерам, Зор и Кау — Рук расползлись в разные стороны. Один — на корму, а другой — на нос катамарана. Когда с большим трудом оба заняли свои позиции, штурман взмахнул рукой. Это означало, что пора отдавать якоря и включать лебёдку диска. Тросы выброшенных за борт якорей натянулись, как струны, а штормовой ветер тотчас принялся наигрывать на них свою излюбленную мелодию: «У — у—у! Порву — у—у, порву — у—у!»

«Арзак» на несколько мгновений замер на месте, мелко дрожа всем своим двойным корпусом.

Кагги — Карр в рубке тоже не сидела сложа лапки. Штурман поручил ей по сигналу нажать клювом на кнопку, приводящую в действие механизм поднятия диска. Кагги — Карр блестяще выполнила своё дело. По взмаху руки штурмана она так долбанула клювом по кнопке, что не только нажала её, но и пробила своим острым клювом пластмассовую клавишу насквозь.

Те несколько мгновений, пока катамаран опускался на землю, а тросы якорей изо всех сил сопротивлялись попытке урагана порвать их, заставили изрядно поволноваться экипаж судна. Если бы эта попытка не удалась, пришлось бы отдаться на милость ветра. И кто знает, куда бы он их забросил?!

Носовой трос всё — таки не выдержал. Прикреплённый к яхте, он метнулся назад, словно ножом перерезал леерное ограждение палубы и с такой силой хлестнул по прозрачному колпаку рубки, что оставил на нём глубокую борозду.

Кагги — Карр, которая сидела на пульте управления, заметила летящий на неё трос, и её словно ветром сдуло на пол рубки.

«Вот стыд — то! — проворчала ворона про себя, тут же взлетев с пола на свой наблюдательный пункт и прихорашиваясь. — Хорошо, что никто не видел, как я шарахнулась от какой — то веревки, будто пугливая сойка!»

Штурману удалось избежать столкновения с взбесившимся тросом, но его страховочный карабин соскользнул с перерезанного леера, и Кау — Рук, подхваченный шквальным ветром, как перекати — поле, пронёсся по всей палубе. Набив по пути синяки и шишки о все встретившиеся преграды, он в конце концов докатился до Зора, сбив заодно и его с ног.

Зор на лету всё — таки изловчился ухватить штурмана за ноги, но не смог удержаться на палубе и вместе с Кау — Руком вывалился за борт.

Экспедиция по спасению капитана Блека, едва начавшись, оказалась в критической ситуации. На борту катамарана осталась одна ворона Кагги — Карр. Зор висел за бортом на страховочном поясе, изо всех сил вцепившись в ноги Кау — Рука. Тот же оказался болтающимся над землёй кверху ногами. Хорошо ещё, что они находились с подветренной стороны яхты, защищённые её корпусом от ураганного ветра.

— Отпусти меня, выбирайся на палубу! — прокричал Кау — Рук. Голос его был едва слышен из — за свиста и воя ветра.

Зор в ответ только отрицательно помотал головой. Приподняв голову, Кау — Рук заметил, что неподалёку проходит якорный трос. Он окликнул Зора, показал ему на трос. Тот понял намерение штурмана. Они стали раскачиваться в воздухе. Наконец Кау — Рук пролетел совсем рядом с тросом. Изогнувшись, как кошка, он зацепился за него рукой и мгновенно накинул карабин. Теперь Зор выпустил его ноги, штурман по тросу поднялся на палубу.

Освободившись от тяжести Кау — Рука, Зор вскарабкался на палубу. Теперь, когда «Арзак» всей тяжестью лежал на земле, необходимость в якоре отпала. Поэтому Зор начал потихоньку выбирать его с помощью лебёдки. Якорь, уже полностью засыпанный песком, нехотя поддался, и трос начал со скрипом наматываться на барабан. Вскоре якорь и оседлавший его штурман были благополучно доставлены на борт катамарана.

Но как не похож был теперь Кау — Рук на того щеголеватого, одетого с иголочки штурмана, отправляющегося в экспедицию на розыски Чарли Блека. Грязный, в изодранной одежде, в ссадинах и кровоподтёках, рамериец напоминал бродягу, не один месяц ночующего где придётся, а теперь тайком забравшегося на яхту в поисках плохо лежащей поживы.

Увидев Кау — Рука, который спустился в рубку, чтобы привести себя в порядок, Кагги — Карр в ужасе всплеснула крыльями и сочувственно покачала головой.

Ураган по — прежнему не утихал. О том, чтобы продолжать путь, не могло быть и речи. Поэтому было решено отдыхать до утра, установив на всякий случай четырёхчасовую сменную вахту. Зор, как наименее пострадавший, вызвался дежурить первым.

Ночь прошла относительно спокойно, если не считать воющего в снастях ветра. На рассвете буря прекратилась так же внезапно, как и началась.

На ферме Смитов

Утром Кау — Рук и Зор вышли на палубу, их встретило ласковое утреннее солнышко и лёгкий, несущий утреннюю прохладу ветерок. По сравнению с чистенькой, гладко подметённой пустыней, запылённый, с порванным леером, занесённый песком почти вровень с палубой катамаран напоминал гадкого утёнка.

— Свистать всех наверх! — весело скомандовал Кау — Рук, как будто и не было вчерашних злоключений и полубессонной ночи.

— Будем драить палубу, чинить леер и зализывать остальные раны. К обеду «Арзак» должен блестеть, как новенький пятачок! Кагги — Карр лететь на разведку местности!

Зора не нужно было долго уговаривать. Он чистил катамаран, как кавалерист любимую лошадку.

После приборки штурман поднял земляные якоря и опустил до предела диск. Катамаран встряхнулся, словно собака после купания, и пробкой выскочил из окружающей груды песка на поверхность.

Затем он покрутился на месте, словно прислушиваясь к ветерку, и потихоньку двинул вперёд.

Пришлось Зору снова отдавать кормовой якорь, чтобы удержать яхту на месте до возвращения Кагги — Карр. Кроме того, неплохо было бы попробовать отыскать потерянный носовой якорь. Но напрасно Кау — Рук бродил по песку вокруг катамарана, раскапывая каждый подозрительный холмик. Великая пустыня уже надёжно спрятала своё очередное сокровище. Когда-нибудь, после очередного урагана, может, и всплывёт потерянный якорь на поверхность, попадётся случайно на глаза отчаянному путешественнику, рискнувшему пересечь пустыню, и заставит его подивиться невесть откуда взявшемуся среди песков морскому предмету.

Вскоре вернулась Кагги — Карр, влетела в рубку и тюкнула клювом в то место на карте, где, по её мнению, находился теперь «Арзак». Оказалось, что хотя он и сбился немного с курса, зато значительно приблизился к тому месту, куда они направлялись, — к ферме Джона Смита. И действительно, если приглядеться, то можно было на горизонте заметить тёмную гряду. Это был небольшой лесок на краю пустыни, за которым и находилась усадьба Смитов. Чтобы выполнить свой прежний замысел — прибыть на место к вечеру, — штурман направил яхту самым малым ходом по большой дуге, удлиняющей путь на несколько часов. Кау — Рук и Зор с пользой для «Арзака» провели это время, заменив якорь и изрядный кусок троса, подаренные пустыне.

Уже смеркалось, когда яхта подкралась к рощице, скользнула вдоль просеки и притаилась в овраге, где обычно прятался от любопытных глаз дракон Ойххо.

Первой к дому Джона Смита полетела Кагги — Карр, чтобы проверить, нет ли там кого-нибудь посторонних, и дома ли сами хозяева.

Она осторожно подлетела к окну и пристроилась на подоконнике.

В доме все находились при деле: Джон что — то мастерил из куска дерева, похоже, что новую трубку; Анна вязала, а Крис Талл увлечённо читал книжку. Больше никого Кагги — Карр не обнаружила. Ворона осторожно постучала клювом по стеклу. Все оторвались от своих занятий и посмотрели на окно. А непоседа Крис тут же сорвался с места и побежал посмотреть, кто это к ним пожаловал, не сулит ли этот вечерний стук какого-нибудь развлечения. После его путешествия на Рамерию прошло уже много времени, давно отправились к себе домой пушистые — ранвиши, и Крис Талл опять остался один. Если не считать, конечно, дедушку с бабушкой. Но у взрослых всегда много своих неотложных дел! Да и не будут же они играть с ним в индейцев или ковбоев. Поэтому мальчуган большую часть времени был предоставлен самому себе и, откровенно говоря, начал немножко скучать. Он за это время бессчётное количество раз выходил на тропу войны и подстерегал себя из засады. Скальпы, добытые в кровавых схватках между двумя враждующими сторонами, несомненно, послужили бы украшением вигвама даже такого великого вождя могикан, как Чингачгук.

Крис посмотрел в окно, но оказалось невозможным разглядеть что-нибудь в вечерних уличных сумерках из ярко освещённой комнаты. Он распахнул створки окошка, и в комнату влетела большая взъерошенная ворона. Сделав круг по комнате, она уселась на спинку стула и лукаво взглянула на мальчика, слегка наклонив голову и блеснув бусинками глаз.

— Кагги — Карр! — закричал в восторге Крис Талл. — Смотрите, смотрите! Это же Кагги — Карр из Волшебной страны!

Джон и Анна тоже узнали гостью, которая уже не раз посещала их ферму, и однажды, когда она прилетела просить помощи у Элли в борьбе с Урфином Джюсом, ей крепко досталось от соседского мальчишки Джимми. Вдобавок Кагги — Карр чуть не угодила в зубы пёсику Тотошке.

Ворона взлетела со спинки стула, приземлилась на пол и не спеша направилась к двери пешком, важно переваливаясь с боку на бок. По дороге она несколько раз обернулась, как бы приглашая следовать за собой.

Все уже поняли, что Кагги — Карр появилась неспроста. Поэтому мистер Джон Смит молча поднялся и тоже пошёл к двери. Крис, конечно же, увязался за ним.

Миссис Анна осталась сидеть одна за столом, отложив в сторону рукоделие. Она грустно проводила взглядом ворону. Каждый её прилёт означал, что Волшебной стране нужна помощь, и миссис Анне предстоит новая разлука с кем-нибудь из близких и беспокойное ожидание их возвращения. Однако на этот раз она не всё правильно угадала. Теперь жители Волшебной страны и гости с Рамерии прибыли, чтобы помочь миссис Анне найти её брата, капитана Чарли Блека.

Выйдя из дома, Джон Смит направился прямо к обычному месту встречи — к расположенному неподалёку оврагу.

Кагги — Карр устроилась у него на плече, одобряя это намерение. Крис вприпрыжку бежал рядом. Интересно, кто же прибыл на этот раз из Волшебной страны? Фарамант — Страж ворот, фельдмаршал Дин Гиор, Ойххо?

В овраге обычно прятался дракон! Мальчик прямо — таки сгорал от любопытства.

Вот и овраг! Но что это? Над оврагом виднелась длинная мачта. Крис припустил бегом. Вот уже показалась палуба с полукруглым колпаком рубки над ней и сам двойной корпус. Яхта! Настоящая яхта — катамаран! Откуда взялась в овраге морская яхта за много — много миль от побережья? Мальчик мог поклясться своими любимыми пирожками с маком, что ещё засветло овраг был пуст, как выеденное яйцо. Он чуть ли не ползком пересёк его тогда из конца в конец, спасаясь от погони краснокожих индейцев — охотников за скальпами.

Катамаран стоял, как положено, на якорях, с борта был спущен трап. А на палубе, возле верхнего конца трапа, стояли два человека. Одного из них Крис Талл узнал бы среди тысячи других людей. Это был штурман Кау — Рук, с которым они вместе прятались в ульситовых пещерах на Рамерии. Второй человек был не знаком мальчику, но судя по обличью — тоже рамериец. Вот это сюрприз! Крис опрометью, одним махом, взлетел по трапу и бросился к штурману. Тот крепко, но бережно обнял мальчугана, взъерошил ему белобрысые волосы и произнёс, улыбаясь:

— Ну, здравствуй, мальчик с Беллиоры. Большой привет тебе от Ильсора и пушистых!

Затем Крис познакомился с Зором, который ему сразу пришёлся по душе. Зору тоже понравился шустрый мальчуган, про которого он уже был наслышан. Да и кто на Рамерии не знает про мальчика — беллиорца, который вместе с Ильсором и Кау — Руком устроил изумрудный дождь и помог избавиться от Верховного правителя Гван — Ло!

Тем временем подоспел на палубу и Джон Смит. Он радушно приветствовал рамерийцев. Коренастый, крепкий, несмотря на солидный возраст, с неизменной трубкой в зубах, Джон здорово смахивал на боцмана, всю свою жизнь проведшего на палубе морской посудины. Он осмотрел яхту и по достоинству оценил её качества. Они все вместе спустились в рубку, присели возле стола, и штурман тут же, не откладывая в долгий ящик, поведал Смиту всё, что он узнал от Грау о Чарли Блеке, и о цели своего путешествия.

Джон и Крис очень обрадовались, когда узнали, что совсем недавно Чарли Блек был жив и здоров, да ещё и обрёл свою вторую ногу.

— Я верил, что бродяга Чарли и на этот раз выкрутится из беды! — взволнованно произнёс Джон. — Нужно скорее обрадовать миссис Анну, а то она очень горевала, когда узнала, что брат опять пропал без вести. Пойдёмте в дом, там обо всём и потолкуем!

Они направились на ферму, оставив Кагги — Карр вахтенным матросом. В случае появления непрошеных гостей она живо прилетит и предупредит, хотя Смит и уверил, что чужим здесь неоткуда взяться. Да и кто ночью пойдёт в этот заброшенный овраг?!

Когда миссис Анна услышала, что её братец Чарли не утонул, а объявился на Ирэне и затем вернулся на Землю, она даже всплакнула от радости.

— Ну погоди, братец! — шутливо погрозила она Чарли. — Мало того, что на Земле все закоулки облазил, так ещё на другую планету забрался. Люди вон какую даль прилетели, непутёвого спасать!

Анна не знала, как и благодарить рамерийцев и за Криса, и за Чарли. Она живо накрыла на стол и усиленно потчевала гостей, пока те наконец не взмолились, что больше не могут съесть ни кусочка.

Беседа затянулась далеко за полночь. Криса не раз уже пытались отправить спать, но он смотрел такими умоляющими глазами, так уверял, что сна у него нет ни в одном глазу, что даже у Джона Смита не хватило духу настоять на своём. Он — то давно уже смекнул, чего хочет мальчишка. Анна тоже заметила, как жадно Крис слушает рассказ штурмана, как робко он поглядывает то на рамерийца, то на деда, словно хочет о чём — то попросить, но не решается, боясь получить категорический отказ. Джон и Кау — Рук обсуждали, как «Арзаку» пробраться в Мексиканский залив. Дело было не таким простым. Ни у рамерийцев, ни у катамарана нет документов. Смит, словно о чём — то вспомнив, ушёл в свою комнату и долго не появлялся. Наконец он пришёл с таким торжественным видом, что было ясно: Джон что — то нашёл. Не говоря ни слова, фермер протянул штурману бумагу. Там было написано, что мистер Джон Смит является совладельцем яхты вместе с капитаном Чарльзом Блеком.

— Когда Чарли задумал купить собственную яхту, чтобы наладить торговлю с друзьями — туземцами острова Куру — Кусу, где он провёл несколько лет в плену у людоедов, я одолжил ему тысчонку монет. Капитан Блек не хотел оставаться в долгу и сделал меня компаньоном и совладельцем своего судёнышка. Остается только вписать название яхты — и дело в шляпе. У «Арзака» будут настоящие судовые документы! Вас я найму матросами, чтобы переправить мою яхту к капитану Блеку на мексиканское побережье. А заодно… — тут Джон сделал долгую паузу, вздохнул и добавил, — доставите ему нашего общего внука Криса!

После этих неожиданных слов каждый из присутствующих отреагировал по — своему. Кау — Рук серьёзно и одобрительно кивнул, Зор подмигнул мальчику, миссис Анна всплеснула руками, а Крис, не удержавшись, издал такой радостный вопль, что его услышала даже Кагги — Карр, дремавшая на клотике мачты катамарана. Она встрепенулась, покрутила головой, соображая, что бы это могло быть, и не грозит ли «Арзаку» по этой команде разбойничье нападение сухопутных пиратов?! Но звонкий переливчатый клич резко оборвался. Эхо пыталось поддержать его простуженным от вечерней сырости горлом, но пару раз глухо кашлянув, замолкло, словно подавилось куском густого ватного тумана, заночевавшего в овраге.

Ворона, как образцовый бдительный часовой, каркнула: «Стой, кто идёт!» Никто не отозвался, и Кагги — Карр, успокоившись, снова задремала.

Мистер Смит сердито глянул на мальчугана за неуместный в такое позднее время крик. Миссис Анна воспользовалась благоприятным моментом и попыталась было возразить против отправки Криса на яхте. Но Джон резонно заметил, что им негоже оставаться в стороне, когда речь идёт о спасении члена их семьи, если даже инопланетяне прилетели на помощь. А что касается катамарана, то даже сам Чарли был бы в восторге от такого надёжного судна и поставил бы всё своё состояние против фальшивого цента; так что мальчику нечего бояться в этой экскурсионной загородной прогулке. И Анна смирилась с неизбежностью расставания с внуком, хотя осталась при своём мнении.

Кау — Рук ловко разрядил обстановку, грозно скомандовав:

— Юнга Крис Талл! Как капитан судна приказываю идти спать!

— Есть идти спать! — ликующе отрапортовал юнга и убежал выполнять приказ. На этом и закончилось вечерне — ночное совещание представителей двух планет.

Кау — Рук и Зор решили вернуться на яхту, несмотря на все уговоры хозяев фермы остаться ночевать в доме.

— Нужно сменить Кагги — Карр на её посту вахтенного матроса, — отшутился штурман. — Дисциплина на судне — прежде всего!

Ворона одобрила про себя их поступок, с удовольствием поменяв свой наблюдательный пункт на уютное гнездышко в свёрнутой бухте пенькового троса. А капитан и матрос заняли свои места на откидных койках.

На воде

Весь следующий день был посвящён сборам в дорогу. Миссис Анна хлопотала у плиты. Она напекла такое неимоверное количество любимых Крисом пирожков с маком, что их хватило бы накормить целую ораву голодных, как галчата, мальчишек. Крис был на седьмом небе от привалившего ему счастья участвовать в экспедиции. Он как угорелый метался между фермой и катамараном.

Мальчишка ухитрился почти одновременно уронить на кухне блюдо с очередной порцией пирожков, ловко выбив его из рук бабушки, прищемить хвост кошке, которая опрометчиво хотела выскочить из дома вместе с ним, и устроиться отдохнуть на минутку именно на той бухте троса в рубке яхты, где безмятежно дремала Кагги — Карр. Ворона, не разобрав спросонья, что на неё упало, всё — таки решила постоять за себя. Она ущипнула клювом что — то мягкое, и мальчик мгновенно взвился вверх, как реактивный. Рубка не была рассчитана на такие акробатические номера, и Крис заработал себе шишку на затылке. Это немного охладило его пыл, и мальчик решил присоединиться к деду и рамерийцам, обсуждавшим маршрут плавания. В дело пошёл школьный атлас Криса. Сухопутный способ передвижения на катамаране по густонаселённой местности привлёк бы нежелательное внимание к экспедиции. Оставался только водный путь. Благодаря воздушной подушке «Арзак» мог воспользоваться любой речушкой. Все реки впадают в море, поэтому рано или поздно яхта сможет добраться до Мексиканского залива.

Ближайшей рекой, до которой было решено добраться, не привлекая любопытных взглядов, была Смоки — Хилл. Сливаясь ещё с несколькими реками, она превращается в реку Канзас. Та, в свою очередь, вливается в Миссури. А дальше уже, наверно, любой школьник, даже тот, который не очень — то дружит с географией, знает, что Миссури впадает в Миссисипи. Их общая длина — больше 6000 километров.

Крис сообщил об этом представителям Рамерии. Что — что, а уж географию любой мальчишка, желающий стать путешественником, должен уважать.

Из Миссисипи же — прямая дорога прямо по Мексиканскому заливу до предполагаемого местонахождения капитана Блека. Штурман Кау — Рук даже знал точные координаты места, где потерпел кораблекрушение Чарли.

Их на всякий случай запомнил Грау и сообщил ему.

За хлопотами день пролетел незаметно. К вечеру всё было готово к отправлению. Решили отправиться в путь с утра пораньше. Крис думал, что ему будет и не уснуть, но едва его голова коснулась подушки, как глаза сами собой закрылись. И вот мальчик стоит уже на мостике яхты, которая на всех парусах мчится к коралловому рифу, где нашёл приют Чарли Блек. Он проглядел уже все глаза в ожидании заветного паруса.

Вдруг под днищем катамарана что — то заскрежетало, весь корпус затрясся, как в лихорадке, а вместе с ним и юнга Крис Талл.

«Наскочили на риф!» — в ужасе сообразил мальчик.

— Аврал! — что было сил закричал он. И… проснулся от собственного вопля. А возле кровати стояла миссис Анна. Это она потрясла за плечи внука.

Все остальные были уже на ногах. Даже Кагги — Карр прилетела вместе с пришедшими к Смитам рамерийцами. Ей тоже было пора отправляться в обратный путь. Ведь птичья почта осталась без присмотра. А эти суматошные сойки всегда что-нибудь напутают!

После завтрака и экипаж яхты и провожающие направились к оврагу. Вот уже Кау — Рук, Зор и Крис заняли свои места на «Арзаке», а Смиты и Кагги — Карр остались на краю оврага.

Утро выдалось на редкость безветренное, а в глубоком овраге вообще не ощущалось ни малейшего дуновения. Паруса поднимать было совершенно бесполезно, и Кау — Рук решил опробовать реактивный двигатель ракеты, размещённой между корпусами катамарана. Зор занял место на носу яхты, а Крису было доверено выбрать кормовой якорь. Штурман находился в рубке, перед пультом управления. По его команде палубный матрос и юнга включили якорные лебёдки. Через несколько минут якоря заняли свои места в бортовых шлюзах. Зор и Крис помахали на прощание Смитам и вороне и тоже спустились в рубку. Миссис Анна в ответ взмахнула несколько раз носовым платочком и украдкой коснулась им глаз, утирая прощальные слезинки. Мистер Смит энергично поднял в приветствии руку и крикнул:

— До свидания! Семь футов под килем!

Кау — Рук запустил двигатель и установил самую малую реактивную тягу. Но этого оказалось достаточным, чтобы «Арзак», практически висящий над землёй, рванулся, как пришпоренная лошадь, и помчался по дну оврага. В считанные секунды катамаран выскочил из своего убежища. Оставляя за собой пыльный шлейф, он метеором перечеркнул наискось земельные угодья фермы и вымахнул в пустыню.

Штурман внимательно следил за показаниями компаса, не давая судну вырваться за пределы выбранного курса в направлении Смоки — Хилл.

Кау — Рук выключил двигатель, и «Арзак», как будто не обратив на это внимания, продолжал, не сбавляя скорости, двигаться по инерции. Когда под влиянием сопротивления воздуха его ход всё — таки замедлился, штурман снова на короткое время включил мотор, придав яхте новый импульс. Такой режим работы позволял экономить топливо, запас которого был ограничен. Пополнить его было больше неоткуда, а впереди могли ожидать серьёзные препятствия.

Через несколько часов пути пустыня кончилась, её заменила прерия. А затем путешественники заметили впереди по курсу и змейку реки, водное русло которой было окаймлено зелёной порослью деревьев и кустарника. «Арзак», практически не снижая хода, врезался в заросли. Кау — Рук едва успел направить яхту в обход внезапно возникшего на пути дерева. Оно росло на самом берегу, наклонив ствол так, что пышная крона купала свои нижние ветви в реке. Катамаран, заложив крутой вираж, плюхнулся в воду, подняв каскад брызг, радужно засверкавших на солнышке.

Так состоялось первое знакомство яхты с водной стихией, в которой ей теперь предстояло провести довольно долгое время.

Управляемый умелой рукой штурмана, «Арзак» развернулся по течению и начал отсчёт своим морским милям.

Появление катамарана, однако, не осталось незамеченным.

Какой — то рыбак устроился на утреннюю зорьку как раз поблизости того места, где вынырнул из кустарника катамаран. Клёв был что надо, и рыболов, увлечённый ловлей, не сразу обратил внимание на кратковременный отдалённый грохот, подсознательно отнеся его на счёт шального раската грома. Правда, откуда бы взяться грому среди ясного неба?!

Поэтому треск сучьев и последующее появление на реке яхты, внезапно свалившейся как снег на голову, произвели на него потрясающее впечатление. Незадачливый рыболов вскочил, забыв, что под ногами у него не твёрдая почва, а скользкое дно резиновой лодки. «Арзак» подбавил масла в огонь, обдав рыболова мощным фонтаном прохладной воды. Лодка не упустила момент опрокинуться от крутой волны, вызванной погружением катамарана. Всплеснув руками, рыболов отправился поближе познакомиться с обитателями реки в их родной стихии. Лодка, очевидно, решила свести счёты с владельцем, немало поплававшим на ней. На этот раз она сама взгромоздилась на голову хозяина, вспомнив, наверно, поговорку: «Любишь кататься, люби и лодочку возить!», переиначив, конечно, её на свой счёт. Джентльмену явно не понравилась такая перемена ролей. После долгой борьбы, сопровождаемой фырканьем и бульканьем, ему наконец удалось справиться с взбунтовавшейся лодкой и подтащить её к берегу. Там резиновая посудина присмирела. Набив табаком трубочку (и то и другое было предусмотрительно спрятано в непромокаемый кисет), джентльмен уселся на бережку. По задумчивому лицу нетрудно было заметить, что ему не даёт покоя какая — то мысль. Очевидно, он пытался сообразить, откуда взялся этот корабль — амфибия, одинаково шустро бегающий как по земле, так и по воде. Всё произошло так быстро, что рыбак не успел даже разглядеть этого «Летучего голландца» и запомнить его название. А когда он выбрался из — под плюхнувшейся на него лодки, яхты уже и след простыл.

Тем временем «Арзак» безмятежно шёл по течению, а экипаж, не подозревающий о происшествии, случившемся при спуске на воду, расположился на палубе и наслаждался солнечными ваннами и живописными береговыми пейзажами.

Зор и Крис быстро подружились, и теперь рамериец, не теряя зря времени, овладевал земным языком, смешно коверкая слова и делая ударения в совсем неподходящих местах.

Штурман, за время неоднократных посещений Волшебной страны поднаторевший в разговорном жанре, выполнял роль переводчика, когда уж совсем не хватало словарного запаса и оказывались бессильны жесты и мимика. Но его чаще можно было застать в рубке, склонившимся над картой с циркулем и линейкой. Он измерял пройденное расстояние и то, которое оставалось еще преодолеть. По расчётам Кау — Рука, «Арзаку», если просто плыть по течению, понадобится два — три месяца, чтобы добраться до Мексиканского залива. Штурмана, привыкшего к космическим скоростям, конечно, не устраивали такие черепашьи темпы. В то же время пускать в ход двигатель на такой небольшой речке было небезопасно из — за извилистости фарватера и возможности наскочить на изредка встречающиеся лодки, байдарки или просто на купающихся людей. Поэтому, как только появился лёгкий ветерок, Кау — Рук скомандовал поднять паруса. Это позволило увеличить скорость движения катамарана. Большего пока нельзя было добиться.

Тем временем яхта миновала устья рек Соломон и Репабликан. Теперь река сделалась гораздо шире и стала называться так же, как и штат, — Канзас, но её течение заметно замедлилось. Кроме того, движение на ней стало гораздо оживленней. «Арзак» привлекал к себе внимание своими сравнительно большими для речной яхты размерами. Многие интересовались, чья это яхта, откуда и куда направляется. Отвечать приходилось Крису, так как Кау — Рука, а тем более Зора, могло подвести плохое владение разговорным языком. Присутствие на борту иностранцев вызвало бы ещё больший интерес. Мальчику приходилось увиливать от прямого ответа, на ходу что-нибудь сочиняя.

Наконец стало быстро смеркаться. Любопытные стали попадаться реже, а катамаран стал менее бросаться им в глаза.

Крис спустился в рубку. Подойдя к штурману, он посмотрел на карту. Впереди их ждал большой город Топика, а затем, у слияния Канзаса с Миссури, и город Канзас — Сити.

— Наш катамаран пользуется популярностью! — обратился мальчик к Кау — Руку. — Я устал отвечать на всяческие вопросы.

— Как бы вблизи города не пожаловало какое-нибудь местное начальство поближе рассмотреть «Арзак», а заодно и узнать, что мы за люди. Так, без документов, можно угодить и за решётку, — ответил штурман озабоченно.

— Зря мы не взяли с собой Грау! — поддержал Зор. — Представляете, открывается дверь навстречу гостям, а оттуда — голова пещерного льва: «Гр — р—ау! Добро пожаловать!» Держу пари, что им не понадобился бы трап для спуска назад, в свой катер. Да, пожалуй, и сам катер. Они вплавь оказались бы намного быстрее на берегу!

Крис ещё разок глянул на карту.

— А что, если нам потихоньку перепрыгнуть из реки Канзас в речку Неошо? — полуспросил, полупредложил юный географ. — Сейчас мы находимся как раз на самом близком расстоянии от неё, не больше сорока километров…

Штурман удивлённо поднял на него брови.

— Виноват, капитан, не больше двадцати морских миль! — поправился юнга. — Сэкономить же можно не меньше двухсот. Кроме того, там более быстрое течение и меньше движение по реке!

— Молодец, Крис Талл! Ты становишься настоящим юнгой! — улыбнулся штурман. — Так и сделаем.

— А заодно заметём следы! — блеснул знанием детективов Зор — полицейский. — Кому в голову придёт искать наш катамаран не на Канзасе, а на Неошо!

Проверка документов

Ночь прошла спокойно, а ранним утром катамаран отправился в сухопутное плавание. На этот раз ветер благоприятствовал их намерению. Найдя подходящий пологий скат берега, штурман направил яхту на сушу. «Арзак» без труда преодолел барьер, подскочив на границе так, что во все стороны полетели брызги, как от пса, встряхивающегося после купания. Миновав пойменный луг, катамаран сразу же наткнулся на какую — то просёлочную дорогу, достаточно широкую, чтобы разместиться на ней обоими своими корпусами. Она совпадала с выбранным штурманом курсом, и «Арзак» понёсся по ней под всеми парусами.

При таком попутном ветре экспедиция могла бы добраться до цели за час — полтора при условии, что на пути не встретится никаких непредвиденных осложнений.

На тропинке, ведущей от виднеющейся вдалеке фермы к дороге, показалась группа людей, человека три — четыре. Точнее на таком расстоянии определить было трудно: мешали лучи солнца.

Но «Арзак» и люди уверенно шли на сближение. Наступил тот момент, когда катамаран уже не мог не броситься в глаза. Кто — то из фермеров издал удивлённый возглас и показал рукой своим товарищам в сторону просёлка. Там, посуху, как ни в чём не бывало шла парусная яхта. Белоснежные полотнища были туго наполнены ветром, сверкали крепко надраенные медные части рангоута. На палубе не было ни души. И тишина!

Очевидцы остолбенели. Наверно, такое же удивление испытали люди, увидев шествующего по воде Иисуса Христа.

Кто — то торопливо перекрестился. Яхта и не подумала провалиться сквозь землю или вознестись на небо. Она, горделиво покачиваясь, продолжала идти своим курсом, пока наконец не исчезла из глаз.

А фермеры ещё долго продолжали стоять на месте, забыв про неотложные дела, которые заставили их спозаранок выбраться из дома, и громко, наперебой, обсуждали увиденное.

Наконец они всё — таки сошлись на том, что были свидетелями удивительного миража, до сих пор не наблюдавшегося в их местности. Наверное, эти люди так и остались бы верными своему заблуждению, если бы кто — то из них не прочитал на следующий день в газете о встрече одного рыболова с загадочной яхтой, прыгнувшей с берега в воду. Сопоставив этот факт и увиденный ими мираж, они сообразили, что всё это звенья одной цепочки.

На другой день в той же газете появилась вторая заметка, посвящённая яхте, которая может передвигаться одинаково свободно как по земле, так и по воде.

Не пропустил оба эти сообщения и Джон Смит.

— Вот весточки о наших путешественниках! — сообщил он миссис Анне. — Им следовало бы поменьше прыгать по суше. Как бы эта популярность не помешала спасению твоего брата!

Но когда приятели с соседних ферм, собравшись вечерком у него в гостях, стали обсуждать напечатанные в газетах сообщения, он скромно помалкивал, незаметно ухмыляясь в прокуренные усы.

А наши герои уже оказались в штате Оклахома, не зная о своей всё возрастающей известности.

Скоро они достигли Миссисипи, реки полноводной, оживлённой движением всяческих судов, судёнышек и посудин, которые и лодками — то назвать можно с большой натяжкой, на троечку.

Двигались они тоже кто как. Кто шлёпал плицами, кто грёб одно— и двухлопастными вёслами, кто шёл под парусом. Но больше всего было моторных судов самых разных моделей: работающих почти бесшумно и тарахтящих, как катящаяся с горы полупустая бочка с камнями, а то и ревущих, будто самолёт на бреющем полете.

Штурман решил, что не произойдёт ничего страшного, если и они включат свой двигатель. Нужно только выбрать время поспокойнее, когда будет меньше риска столкнуться с каким-нибудь вовремя не уступившим дорогу строптивым судёнышком.

Так и сделали.

Результат превзошёл ожидания Кау — Рука. Катамаран понёс, как обезумевшая лошадь, напропалую. Его корпус почти не касался воды.

Штурман пристально вглядывался в набегавшую и исчезавшую под яхтой ленту реки, прилагая все силы, чтобы удержать судно на курсе, не наскочить на кого-нибудь или не вымахнуть на берег, прозевав излучину. Впрочем, рёв двигателя, бешеная скорость яхты и необычный вид висящего над водой корпуса заставляли заблаговременно уступать дорогу весь встречный и попутный транспорт. Крису, который с восторгом и гордостью наблюдал за этой сумасшедшей гонкой, показалось даже, что одна — две лодки перевернулись, опрокинутые водяными валами, образующимися по обе стороны катамарана. Можно сказать, что они отделались лёгким испугом и купанием в тёплой водичке. А ведь могло случиться и худшее. Штурман выключил двигатель. «Арзак» снова превратился в благовоспитанный парусный катамаран, совершающий увеселительную прогулку по реке. Пора было готовиться к встрече с портовой полицией перед выходом в открытое море.

Надежду на благоприятный исход вселял только документ, полученный от Джона Смита. Если дело дойдёт до проверки документов у членов экипажа, экспедицию может постичь неудача ещё на полдороге до предполагаемого местонахождения Чарли Блека. Но они ещё не знали, что слухи о необычном реактивном земноводном катамаране уже достигли ушей начальника портовой полиции. Тот решил сам учинить тщательную проверку этому судну, нахально нарушающему границу между рекой и берегом. Если все начнут плавать посуху, то, чего доброго, догадаются, что можно обойти стороной портовую, а заодно и таможенную полицию. Так можно остаться без работы, рассуждал начальник.

Поэтому первым, кого встретил «Арзак» в порту, был полицейский катер. Он направился прямиком к катамарану, не обращая внимания на другие суда и отмахиваясь от них волнами, как от назойливых мух.

Штурман сразу заподозрил неладное.

— Похоже, нас тут ждут с распростёртыми объятиями! — заметил он встревожено. — Зор, прошу приготовить невинное и, может быть, даже глуповатое выражение лица. Ты матрос, которого наняли привести яхту в указанное хозяином место и заодно доставить в целости и сохранности внука деду — моряку. А ты, Крис, не забудь упомянуть, что твой дед — знаменитый морской волк Чарли Блек. И чтобы в случае чего глаза были на мокром месте!

Когда же на палубу, отдуваясь, вполз представительный толстяк в морской форме, которого с боков деликатно поддерживали два полицейских чина, Кау — Рук понял, что его худшие опасения подтверждаются.

— Прошу предъявить судовые документы! — строго обратился начальник к штурману, сразу безошибочно определив, кто является капитаном.

Кау — Рук протянул документы, заранее приготовленные для проверки. Они подверглись тщательному просмотру сначала сопровождающими лицами, а затем и главным представителем портовой полиции.

По непроницаемым лицам полицейских, привыкших скрывать свои чувства, нельзя было понять, устраивают ли их предъявленные бумаги. Но по взгляду начальника, искоса брошенному в сторону Криса, можно было догадаться, что имя Чарльза Блека ему знакомо. Любопытно, каков у Чарли внук, очевидно, подумал он.

— Я знаю Чарли почитай уже два десятка лет! — воскликнул начальник портовой полиции. — Старый морской волк! Он и на одной ноге любому из молодых сто очков вперёд даст.

— Что — то его давненько не видно, — продолжал он. — Прошёл слушок, что Чарли наскочил в бурю на коралловый риф и отправился к рыбам.

— Нет, нет! — поспешил поддержать благоприятное направление разговора внук. — Мы получили весточку, что ему удалось спастись и он ждёт нас на Мексиканском побережье…

— Рад за него! — доброжелательно отозвался старый знакомый Блека. — А это что за птицы? — кивнул он на рамерийцев, обращаясь к Крису.

Разговаривать со смуглыми матросами начальник, очевидно, счёл ниже своего достоинства, приняв их за метисов или мексиканцев.

— Мой дед Джон Смит, совладелец яхты, нанял их доставить меня и катамаран к капитану Блеку, — пояснил мальчик.

— Где Чарли отыскал эту посудину?! — проворчал как бы про себя полицейский. — Про неё рассказывают удивительные вещи. Будто бы яхта одинаково легко может бегать под парусами, под двигателем как по воде, так и по суше…

— Это правда! — охотно отозвался Крис. — Дед построил её по специальному заказу за хорошие деньги, но где, я не знаю.

— Зато я знаю, — на этот раз начальник обратился уже ко всему экипажу, — что могу вас задержать и оштрафовать за нарушение правил речного судовождения! Превышение скорости, перевёрнутые лодки, исчезновение с места происшествия без оказания помощи потерпевшим… Но, поскольку официальных жалоб пока не поступило и всё произошло в других штатах — Канзасе, Арканзасе и Луизиане — я возьму грех на душу ради старого Чарли и пропущу судно.

— Давайте ваши документы, — протянул он руку к Кау — Руку и Зору.

Крис вздрогнул. Это было самым слабым звеном во всей экспедиции. У рамерийцев, которые прибыли на Землю, можно сказать, инкогнито, не было, конечно, никаких земных удостоверений личности.

Зор посмотрел на штурмана. Что будем делать, казалось, спрашивал он и приготовился к самым решительным действиям. Нужна была только команда капитана!

Кау — Рук внешне остался невозмутимым, хотя внутренне весь напрягся, как пружина.

— Я полагал, что судовых документов будет достаточно, — произнёс он. — Поэтому не приготовил наши удостоверения. Один момент, сейчас принесу!

Штурман неторопливо, вразвалочку зашагал к рубке и скрылся в ней. Прошла минута, другая. Для Зора и Криса они показались очень долгими. Что задумал капитан? Как они будут выкручиваться из создавшегося положения?

Начальник портовой полиции и его свита не проявляли признаков беспокойства, с любопытством оглядывая добротно построенный катамаран. Наконец Кау — Рук появился на трапе, ведущем из рубки на палубу. На этот раз куда девалась его нарочито расслабленная походка. Штурман шёл, как на параде, чёткой чеканной поступью, как бы специально привлекая к себе внимание окружающих. При этом он не отрывал пристального, тяжёлого взгляда от проверяющих. В руке капитана действительно были какие — то небольшие прямоугольные книжечки с кожаными корочками и тиснёными золотом надписями. Подойдя вплотную к начальнику, Кау — Рук, не говоря ни слова, протянул ему документы. Тот как — то замедленно поднял руку, взял удостоверения, взглянул на них.

Крис даже зажмурился. Сейчас что — то будет! Конечно, их задержат для выяснения подозрительных личностей. Если отмалчиваться, проверка может затянуться надолго. Если сказать правду, то вряд ли кто поверит, что Кау — Рук и Зор — инопланетяне. Скорее заподозрят в них или преступников или душевнобольных. И то и другое грозит длительной разлукой с яхтой.

В это время главный портовый полицейский безучастно протянул назад руку. Один из сопровождающих тотчас же вложил в неё большую квадратную печать. Шлёп, шлёп! На свободном от записей месте в обеих книжках появились жирные чёрные отпечатки. Вернув печать, начальник получил взамен ручку и витиевато, с завитушками и хвостиками, расписался на отпечатках. Затем он взял протянутый Кау — Руком лист бумаги. Второй сопровождающий подал плотную картонную папку, которую до сих пор держал под мышкой. Полицейский написал на листе несколько предложений и тоже расписался. На этот раз бумага была скреплена круглой печатью. После этого все проверяющие, как по команде, развернулись и спустились по трапу в пришвартованный к борту «Арзака» катер. Штурман проводил их до самого ограждения палубы и даже подал каждому руку, не то прощаясь, не то помогая сойти вниз. Он оставался на месте до самого отхода катера. Проводив его взглядом, Кау — Рук вернулся к стоящим на месте и сильно недоумевающим спутникам.

— Дело в шляпе! — озорно воскликнул капитан и весело подмигнул своему экипажу. — Вот визы на беспрепятственный выезд и обратный въезд в страну. А это — письмо — просьба оказывать всяческое содействие «Арзаку» в поисках капитана Чарльза Блека для всех встречных и поперечных судов! Зор, я просил тебя приготовить глуповатое выражение лица только на время проверки, а ты настолько вошёл в роль, что не можешь расстаться с ним до сих пор. Посмотри, и Крис от тебя заразился!

— Что за документы ты показал? — в один голос спросили и юнга и матрос. — Ведь у нас не было никаких удостоверений!

— Как это не было? — притворно удивился Кау — Рук. — А это что?

И он показал удостоверения, в которых чёрным до белому сообщалось, правда, на рамерийском языке, что Кау — Рук является начальником полиции Рамерии, а Зор — патрульным полицейским Рамерии.

— Здорово!!! — закричал Крис. — Значит, ты их загипнотизировал!

— Пришлось тряхнуть стариной! — вздохнул с сожалением штурман. — Не оставаться же Чарли Блеку на острове до конца своих дней. А теперь пора сматывать удочки, пока начальство не передумало!

Подняли паруса, и скоро берег скрылся из виду. «Арзак» вышел в море.

Невидимый магнит

Сбылась давняя мечта Криса Талла. С раннего детства ему нравилось слушать упоительные морские рассказы деда Чарли. Географические названия, которые Блек произносил с небрежным шиком, будоражили Криса, как настойка валерьянки кошку. Сколько раз просил он Чарли взять его с собой!

А теперь Крис — полноправный член экспедиции, юнга на самой лучшей в мире яхте!

Погода была замечательная. Штурман, привыкший к космическим скоростям, решил снова включить реактивный двигатель. Теперь — то вряд ли удастся на кого-нибудь наскочить, разве что на самоуверенную акулу, плавник которой появлялся то там, то сям вокруг «Арзака». Она крутилась поблизости, явно рассчитывая на поживу, не считая катамаран опасным для себя противником. «Посмотрим ещё, кто из нас кошка, а кто мышка», — подумал Крис, который впервые видел так близко это морское чудище и, чего греха таить, слегка поёживался, когда чёрный плавник вспенивал воду совсем рядом с бортом.

Зор проверил прочность всех креплений на палубе. С морем шутки плохи. Стоит только какой — то снасти дать слабину, как скорость и ветер сделают свое вредное дело, сорвав с места плохо закрепленный предмет. Тот, в свою очередь, вдоволь покатается по палубе, сломав и разбив что окажется по силам, а затем сиганёт за борт. И поминай его, как звали!

Весь экипаж занял свои места в рубке. Старт! Полный ход! Самый полный ход! Кау — Рук хотел проверить, на что же способен катамаран. Яхта прыгала с волны на волну, как плоский камешек, пущенный умелой рукой. Поднялся такой грохот, вой и свист, что, даже стоя вплотную друг к другу, невозможно было переговариваться. Стоять, не держась за поручни, тоже стало уже невозможно. Пол рубки убегал из — под ног. Ещё немного, и катамаран опрокинется вниз мачтами. Тогда диск будет уже притягивать катамаран к земле, то есть ко дну залива. «Арзак» рискует превратиться уже в подводную лодку, а это не входило ни в его название, ни в планы экипажа. Кто знает, удастся ли потом вынырнуть!

Кау — Рук с сожалением снизил скорость.

— Все — таки это не космический корабль, — вздохнул он. — Рождённый плавать летать не может!

Но даже при таком темпе через несколько часов они должны были достичь того места, где потерпел кораблекрушение Чарли, налетев на риф. Кау — Рук передал штурвал Зору, а сам в который раз принялся изучать карту.

Вот что казалось ему удивительным!

За долгую историю мореплавания Мексиканский залив наверняка был изучен.

Если бы море хранило следы избороздивших его вдоль и поперёк всевозможных судов, от плота до современных кораблей, залив был бы истоптан, как центральная площадь после митинга.

Неужели бы никто не обнаружил этот злосчастный коралловый риф?! Что — то здесь неладно!

Но даже если Чарли повезло открыть новенький, свежеиспечённый коралловый риф, то этот риф быстренько бы обнаружили с корабля или самолёта, обмерили, пронумеровали и уже продавали бы билеты на его осмотр, пока риф снова не вздумал бы спрятаться. А Чарли Блека отправили бы домой, если его не устраивала должность сторожа, контролёра и гида.

Не тут — то было! До сих пор нет ни слуху, ни духу, ни Чарли, ни рифа. Настораживает и другое. Настроившись попасть к своим приятелям в преисподнюю после кораблекрушения, Чарли попадает в антимир, на планету Ирэна. Не приложили ли руку к созданию этого таинственного кораллового рифа друзья — антипланетяне с Ирэны?!

Так размышлял штурман Кау — Рук, пока Крис вынужден был околачиваться в рубке. Это вместо того, чтобы стоять на капитанском мостике с чёрной повязкой на глазу, с парой пистолетов за поясом и абордажной саблей на боку и выглядывать в подзорную трубу, нет ли на горизонте добычи. Тысяча чертей! Да в этих местах дно должно быть усеяно, как галькой, пиастрами и золотыми брусками вперемешку с бриллиантами. А воздух до сих пор пахнуть порохом от яростной канонады жарких схваток! И не пираты ли похитили деда и держат в своём тайном логове в ожидании богатого выкупа? Но ничего, скоро Крис спасёт его, клянусь каракатицей! И тогда Чарли сам предложит в следующий раз идти вместе в море.

Ну что ж! Плох тот юнга, который не мечтает стать капитаном!

Зор проглядел все глаза, надеясь первым заметить остров, на котором робинзонит капитан Чарли Блек.

Пока на горизонте не было ни малейшего намёка на какую-нибудь сушу.

Штурман дал знак Зору сбавить ход. Они пришли на ту точку, которая соответствует широте и долготе указанного Блеком места кораблекрушения.

Конечно, существовала какая — то неточность в определении координат Кау — Руком и Чарли Блеком. Но искать риф следовало где — то здесь!

Кау — Рук предложил исследовать место, курсируя вдоль и поперёк. После нескольких часов всем, в том числе и Крису, стало ясно, что в этом районе залива нет кораллового острова, на котором Чарли Блек мог бы скоротать время до их прихода.

Поиски медленно, но верно заходили в тупик. Может быть, капитан второпях недостаточно точно вычислил свои координаты, а может быть, Грау что — то напутал…

Экипажем начало овладевать потихонечку что — то похожее на некоторое уныние. Нельзя сказать, что они опустили руки. Пока есть достаточное количество провизии и питьевой воды, «Арзак» будет бороздить воды Мексиканского залива. В крайнем случае есть ещё записка начальника портовой полиции об оказании катамарану необходимой помощи проходящими мимо судами. Но надежду на быструю встречу с Блеком приходилось оставить…

Кау — Рук снова и снова проверял свои расчеты, а Зор сочувственно посматривал на мальчика. Вот кому больше всех хотелось поскорее встретиться со своим горячо любимым дедом Чарли.

Зор перевёл взгляд на приборы перед собой, стараясь как можно точнее выдерживать положенный курс.

«Опять немного отклонились в сторону, — проворчал он про себя. — Что за катавасия! Создаётся такое впечатление, что действует какая — то сила, которая, как магнит, притягивает к себе яхту.»

— Что ты там шепчешь, колдуешь что ли? — удивлённо обратился к Зору штурман.

— Станешь тут суеверным, — обиженно отозвался бывший патрульный.

— Давай вместе посмотрим, — обрадовался Кау — Рук возможности хоть ненадолго отвлечься от грустных мыслей.

Они несколько раз проверили предположение Зора. Действительно, кто — то притягивал катамаран к центру!

Дальше стало ещё веселее. По мере приближения к воображаемому центру притяжения катамаран шёл не по прямой, как положено благовоспитанному судну, а по дуге!

Что — то сообразив, штурман уменьшил скорость яхты. Теперь, на самых малых оборотах двигателя, эта дуга замкнулась в окружность. Сделав несколько таких кругов, исследователи заметили, что их радиус становится всё меньше и меньше. Это могло означать только одно: «Арзак» движется по спирали, с каждым витком приближаясь к центру.

Вдруг Крис как — то странно изменился в лице, его глаза от удивления округлились. Он, словно потеряв дар речи, указал своим спутникам вперёд, на нос катамарана. Вернее, на то место, где должен находиться нос судна. Но его на положенном месте не оказалось! Будто гигантская рыба — пила в мгновение ока откромсала эту немаловажную часть «Арзака». И это ещё не самое страшное. Через секунду донельзя удивлённые моряки обнаружили, что косая, со слегка размытыми краями линия, за которой ничего не было, продвигалась по палубе к рубке, покушаясь и на сам экипаж.

И тут оставшийся кусок катамарана, пока ещё довольно изрядный, потряс резкий толчок, словно яхта внезапно перевалила через какую — то преграду. Не устояв на ногах, все кубарем, помогая друг другу натыкаться на всевозможные острые углы и зарабатывать дополнительные ссадины и шишки, покатились по полу рубки. Крису, как самому лёгкому, удалось улететь дальше всех, успев по ходу дела проехаться по обоим своим спутникам и сложиться в комочек возле трапа.

Разлёживаться было некогда, поэтому команда моментально оказалась на ногах. Вцепившись на случай повторной встряски в поручни, ограждающие приборную доску, они попытались оглядеться по сторонам.

Катамаран спокойно стоял в зеленовато — лазурной лагуне кораллового атолла. Со всех сторон она была окаймлена рифовым коралловым кольцом. Сквозь просветы рифов моряки не увидели ничего интересного. Впрочем, нет, не так! Они ничего не увидели.

Совсем ничего! Ни моря, ни неба, словом, всего того, что их окружало последние дни плавания. Просто пустота!

В плену

Вот этот коралловый риф, который мы искали! — спокойно доложил Кау — Рук. — Если бы не наблюдательность Зора, мы могли бы преспокойно искать его всю оставшуюся жизнь. Я полагаю, что атолл просто невидим со стороны моря, впрочем, как и море с нашей стороны!

— А вот этому рифу, — указал Зор в тон командиру, — я обязан громадной шишкой на затылке, которая продолжает потихоньку увеличиваться, как будто кто — то пытается проломить череп изнутри!

И Зор поспешно приложил к темени медную подзорную трубу, самое главное сокровище из багажа Криса Талла, подаренную ему самим Чарли Блеком.

— А вон и сам Чарли Блек! — не отстал от товарищей мальчик. — И, кажется, не один! Если бы я не был уверен, что я здесь, в рубке «Арзака», то сказал бы, что это я стою там, рядом с дедом…

Все дружно посмотрели в ту сторону, куда кивнул Крис. Действительно, слева от катамарана, метрах в сорока, стоял под пальмой капитан Чарли Блек собственной персоной. А рядом с ним стоял мальчик, очень похожий на Криса.

— Да, мальчишка здорово смахивает на нашего Криса, — подтвердил Зор.

— Подожди, подожди! — воскликнул штурман. — Сдаётся мне, что я где — то уже видел этого паренька.

Несколько секунд Кау — Рук пристально разглядывал его.

— Так и есть! Мы с Ильсором имели удовольствие заочно познакомиться с ним сквозь перегородку в тоннеле, соединяющем Рамерию и Землю. — За перегородкой скрывается тоннель, ведущий на планету Ирэна. Невидимый коралловый риф — проделка ирэнцев. Впрочем, довольно гадать на кофейной гуще! Сейчас мы всё узнаем доподлинно!

Крис тоже разглядывал своего двойника.

«Вот повезло так повезло! — думал мальчик. — Не только нашли деда, но и товарища для меня. Взрослые взрослыми, а для настоящей игры нужна более подходящая компания. А дед — то Чарли каков! Меня с собой не взял, как я ни упрашивал, а другого мальчишку, пожалуйста, хоть на необитаемый остров», — ревниво попенял Крис.

Тем временем штурман и Зор подняли небольшой парус, уловив слабый боковой ветерок. Штурман мастерски подвёл катамаран прямо к месту, где стояли капитан Блек со своим спутником. К их немалому удивлению, а ведь для Чарли практически не существовало тайн там, где речь шла о воде и устройствах для передвижения по ней, начиная от простой доски и кончая океанским теплоходом, неизвестно откуда взявшаяся яхта выскочила прямо на берег и, спустив парус, бросила якоря: один, кормовой, — в воду, а другой, носовой, — на прибрежный песок.

На палубе стояли три человека: двое взрослых, по внешнему виду не американцы, и один мальчуган.

— Клянусь голубой каракатицей, я знаю этого юнгу! — воскликнул Чарли, бросаясь к катамарану.

Крис, не дожидаясь, когда Зор спустит трап, сиганул прямо через борт на белый рыхлый песок. Ловко смягчив удар о землю согнутыми ногами, он, как пружина, распрямился и бросился в объятия капитана.

— Здравствуй, здравствуй, пострел! — ласково бормотал растроганный Чарли, похлопывая внука по спине. — Как это вы нас отыскали, ума не приложу! Свалились как снег на голову! А мы здесь, как ежики в тумане, кроме атолла, ни дьявола больше не видно! Хуже, чем на необитаемом острове! Там хоть море видно, есть шанс парус заметить, костёрчик развести, сигнал дымком подать. Глядишь, кто-нибудь и снимет с мели робинзонов!

А Крис с места в карьер взахлёб рассказывал о рамерийцах, об экспедиции, организованной ими, о пещерном льве, бывшем элмом на Ирэне и сообщившем координаты кораллового рифа…

— Как же, как же, помню я этого льва. Симпатичный зверюга! Гляди — ка, всё запомнил, умница! — восхитился капитан.

Пока родственники беседовали, остальные деликатно стояли в сторонке, с любопытством поглядывая друг на друга.

— Что же это мы?! — спохватился первым Блек. — Сами лясы точим, а друзей друг другу не представили!

Он подтолкнул Криса к мальчику, а того — к внуку и сказал:

— Знакомьтесь! Это мой внук Крис Талл, а это Костя Талкин, русский. Мой товарищ по несчастью. Вместе были элмами на планете Ирэна. Со мной всё ясно, я об этот риф споткнулся нечаянно, сюда и вернулся, а вот как его забросило на мой атолл, наверно, одному Олу известно…

Поймав недоумённый взгляд внука, добавил:

— Ах, да! Ты же не знаешь Ола. Это один джентльмен с Ирэны, который нам помог избавиться от облавы массаров и вернуться на Землю… Объяснил, называется, — засмеялся Чарли. — Теперь нужно и про массаров рассказывать. Ладно, у нас будет достаточно времени, чтобы поставить все точки над «i». Лучше, юнга, познакомь меня и Костю с твоими друзьями!

Рамерийцы и земляне обменялись крепкими рукопожатиями. Собственно говоря, заочно все уже были знакомы.

Только Крис ничего не ведал о Косте; Костя, в свою очередь, не слышал о Зоре; да Чарли Блек не имел понятия об этом рамерийце. Зато теперь они собрались все вместе. Не хватало только представителей от Ирэны. Хотя, кто знает, не присутствуют ли незримо при этой встрече элмы — ирэнцы?

После всеобщего знакомства штурман пригласил обитателей атолла на яхту. Капитан Блек горел желанием ознакомиться с этим судёнышком поближе. Костя тоже! Ведь он со своим приятелем Алёшкой Голиковым готовился сплавать вниз по реке. Правда, намерение их таковым и осталось. Однако подготовка не прошла даром. Чем больше узнаёшь про водные путешествия, будь то озеро, река, не говоря уж о море — океане, тем сильнее хочется попробовать это на зуб.

Для Зора тоже не было ничего приятнее, чем поболтать о его любимце «Арзаке». Штурман же, как радушный хозяин и космический бродяга, не упускал из виду, что риф, скорее всего, не баловал своих невольных обитателей разнообразием пищи. Поэтому он мобилизовал всех умеющих держать ножик в руках. Конечно, непревзойдённым знатоком кулинарии был старина Чарли.

Были пущены в ход самые неприкосновенные запасы продуктов. И каких продуктов! Жители Волшебной страны на славу снабдили экспедицию провизией!

Вкусная еда и интересная беседа так увлекли наших героев, что обед плавно перешёл в ужин. Наконец, когда взгляды присутствующих на этом званом ужине перестали останавливаться то на одном, то на другом блюде, а равнодушно скользили поверх стола, решили прервать беседу до утра.

Теперь уже Блек пригласил к себе в гости экипаж катамарана. Всем удобно разместиться на этом небольшом судне было трудновато, да и Чарли знал, что, как ни любишь море и свой корабль, все — таки изредка приятно после долгого плавания ощутить под ногами твёрдую почву.

Хижина — навес, который капитан и Костя смастерили из растущего в изобилии подручного материала, была достаточно вместительной, а постели из мягкого душистого сена казались неотразимо привлекательными.

Уютно расположившись под навесом, земляне и рамерийцы продолжали неторопливо беседовать. Им было что рассказать! К их удивлению, каждый мог понять друг друга. Те, кто побывал в обличье элма, как Чарли и Костя, сохранили способность к телепатическому разговору. Владел этим искусством и Кау — Рук. Крис после путешествия на Рамерию сносно владел языком её жителей и телепатически общался с пушистыми. Зор за время плавания на «Арзаке» научился поддерживать разговор и с Чарли, и с Крисом. Но вот беда, ребята, которым, конечно, было чем поделиться друг с другом, не имели общего человеческого языка. Крис, конечно, не знал русского, а Костя, как многие наши ребята, был не в ладах с английским. Телепатия телепатией, но так можно и разговаривать разучиться! Кроме того, некоторые любимые ребятами словечки и выражения с трудом можно было вообразить в виде мысленных телепатических образов. Ну, например, выражение «вилять хвостом» означает на английском «болтать, сплетничать». Попробуйте представить себе Криса и Костю, оживлённо помахивающими длинными пушистыми хвостами! Может быть, мальчишки и не возражали бы особо против хвостиков, по крайней мере здесь, на атолле, где их не могли видеть приятели, но для штурмана этот придаток был бы чересчур легкомысленным. Или другое, русское, выражение «сесть в калошу», означающее какую-нибудь промашку! Капитан Чарли мог просто обидеться, увидев себя плывущим в калоше.

Поэтому поговорка «Учение — свет, а неучение — тьма» приобрела для ребят реальный смысл. Они мысленно пообещали друг другу после возвращения домой приналечь на иностранные языки.

Облазив весь атолл, попробовав молодые листья пальмы и запив их кокосовым молоком, что являлось обычным завтраком Чарли и Кости, успевшим им немного приесться, и было в новинку для Кау — Рука, Зора и Криса, земляне и рамерийцы стали подумывать о возвращении. Ни у кого не было ни тени сомнения, что «Арзак» в любой момент может преодолеть барьерный коралловый риф и вернуться в открытое море. А там рукой подать до побережья Америки. Поэтому только к вечеру сборы были закончены и то в основном за счёт энтузиазма Чарли, которому до чёртиков надоело болтаться без дела на этом рифе. Кроме того, он испытывал к нему некоторую неприязнь за нелюбезное обращение с его собственной яхтой, приведшее к её потере. Она, в отличие от катамарана «Арзак», не умела ходить по земле и не смогла перевалить через кольцевой коралловый риф. Сейчас она, наверно, покоится где-нибудь на дне, на глубине три — четыре тысячи метров, если не застряла на какой-нибудь террасе рифового склона.

Пополнив запасы пресной воды и прихватив для разнообразия меню несколько десятков кокосовых орехов, экипаж «Арзака» в расширенном составе погрузился на корабль. Теперь катамаран имел не только двойной корпус, но и двух юнг. Чарли по старой памяти взял на себя обязанности боцмана, наотрез отказавшись быть капитаном вместо Кау — Рука.

Выбрали якоря, сделали прощальный круг по акватории лагуны и, найдя просвет в коралловом кольце, позволяющий свободно выйти из лагуны катамарану, под парусом направились к выходу в открытое море. «Арзак» успешно миновал рифовое ожерелье, но уткнулся носом в невидимую стену. Как это произошло и при первой встрече с атоллом, нос начал терять свои видимые очертания той части, которой под напором ветра в парусе удалось проникнуть внутрь преграды. Но дальше сопротивление возросло настолько, что яхта за счёт потери скорости перестала слушаться руля, и корму начало заносить в сторону, прибивая катамаран к преграде всем бортом. Кау — Рук немедленно включил реактивный двигатель, сначала на малых оборотах, затем и на полную мощность. Не тут — то было! Кроме невообразимого шума, заполнившего все уголки и закоулки атолла и приведшего в ужас редких пернатых и ползающих аборигенов, добиться ничего не удалось.

Это было настолько неожиданным для экипажа, что безуспешные попытки прорваться на волю продолжались ещё некоторое время, значительно уменьшив запасы горючего встроенной в катамаран ракеты.

Наконец штурман сыграл отбой, выключив двигатель. С большим трудом, лавируя парусами, удалось развернуться в узком проходе между рифами и невидимой стенкой. Яхте пришлось снова вернуться на свою исходную позицию, в лагуну, а затем на берег возле хижины. Происшедшее событие требовало тщательного обдумывания. Кау — Рук вспомнил, что такое же яростное сопротивление оказала его ракете прозрачная перегородка в тоннеле, соединяющем Рамерию и Беллиору. Если эти две преграды созданы одним и тем же, ирэнским, разумом, то борьба с ними бесполезна. Но тогда, вместо спасения Чарли и Кости, он вместе со спутниками сам оказался в мышеловке.

Атолл уже окутался покрывалом непроглядной южной ночи. Как разительно отличалась атмосфера хижины, где снова расположились на ночлег теперь уже пленники кораллового рифа, от вчерашней радости встречи. У всех в головах крутилась одна и та же мысль: как же выбраться отсюда?

Даже такой законченный оптимист, как рамериец Зор, не мог придумать ничего более утешительного, кроме того, что утро вечера мудренее. Постепенно всех, одного за другим, сморил сон. Только Кау — Рук ворочался на своей подстилке почти до самого утра, перебирая всевозможные варианты освобождения из невидимого плена.

Встреча с Олом

Всё, что штурман смог придумать за ночь, это обследовать преграду по всему периметру. Может быть, удастся нащупать проход или хоть относительно слабое место в этом защитном экране, отгородившем атолл от остального мира. Другой вариант вдруг предложил капитан Блек, который, как оказалось, тоже не спал.

— Можно попробовать, — подал Чарли голос, — вплавь добраться до перегородки и попытаться поднырнуть под неё. Вдруг под водой преграда кончается?

Кау — Рук некоторое время обдумывал предложение Блека, а затем согласился с ним.

— Только для страховки следует прикрепить на пояс лёгкий трос, чтобы в случае опасности можно было подать сигнал. Тогда остальные быстренько смогут вытащить ныряльщика назад, к рифу.

Штурман тоже поделился с капитаном своими соображениями. Блек как профессионал высказал сомнения по поводу того, удастся ли катамарану пройти вдоль всего кораллового ожерелья атолла.

— Как бы не попортить днище, — озабоченно высказался он. — Тогда, даже если нащупаем проход, не на чём будет возвращаться домой. — Пожалуй, слабое место следует поискать сначала вплавь, — добавил Чарли.

— Всё красиво на бумаге, да забыли про овраги. А по ним ходить! — вдруг засмеялся Блек. — Даже если мы и обнаружим, что под водой нет преграды, что мы будем делать в море без катамарана. Он — то ведь нырять не умеет!

Кау — Рук снова надолго задумался.

— Не может — научим, не хочет — заставим! — наконец решительно заявил штурман. — По крайней мере я знаю, как заставить «Арзак» погрузиться под воду. Осталось только научить его всплывать!

На этом ночное совещание капитанов закончилось.

Ранним утром экипаж «Арзака» был уже на ногах. От вчерашней минутной растерянности не осталось и следа. Все были полны решимости во что бы то ни стало выбраться из заколдованного круга. Поэтому сразу же приступили к реализации ночного плана Кау — Рука и Блека. Главным исполнителем стал Зор, хотя Чарли очень настаивал на своей кандидатуре. Рамериец сиял от радости, что ему доверили такое важное дело. Он разделся, подпоясался штормовым ремнём, к которому замысловатым морским узлом Чарли прикрепил конец лёгкого, но очень прочного троса. Второй конец для надёжности был закреплён на кормовой якорной лебёдке «Арзака». Так что, если не хватило бы силы у людей, чтобы вытащить Зора из воды, на помощь был готов прийти катамаран.

Матрос — рамериец весело махнул рукой оставшимся на берегу товарищам и бросился в воду. Свёрнутый в бухту трос лежал на самом берегу, и Чарли Блек по мере удаления Зора стравливал кольцо за кольцом, чтобы не затруднять тому продвижение. Предварительно договорились, что один рывок за трос будет означать: «Как дела? — Всё в порядке!», два рывка: «Продолжаю движение!», три рывка: «Срочное возвращение!»

Зор уже достиг невидимой завесы, но, вопреки его ожиданиям, преграды не оказалось. Он беспрепятственно проник внутрь. Для наблюдателей с берега Зор просто растворился в зыбком мареве, чуть дрожащем над водой. Остался только конец троса, уходящий в никуда, как нить Ариадны. Ожидание было столь томительно, что Чарли, не выдержав, дёрнул за трос, проверяя, там ли матрос. Ответ последовал незамедлительно: «Всё в порядке!» И трос, или линь, как ещё называют такие тонкие верёвки моряки, продолжал сматываться с бухты, змейкой сползая в воду и исчезая за барьером видимости. Чарли размотал около двадцати метров. Некоторое время линь оставался неподвижным, затем со стороны Зора последовали два рывка: «Продолжаю движение», — и трос опять пополз в воду. Но на этот раз его поведение изменилось. Сначала он двигался быстро, затем словно повис на месте. Опять быстрое стравливание, и опять провисание. Что — то происходило на другом конце линя.

Чарли намотал трос на руку, выбрав слабину, чтобы можно было сразу ощутить сигналы от Зора. И сигнал, как предчувствовал Блек, не заставил себя долго ждать. Три коротких рывка троса были восприняты как международный сигнал бедствия: «SOS». Чарли тотчас же принялся тянуть на себя трос, резким возгласом призвав на помощь остальной экипаж. Дело нашлось всем. Блек и Кау — Рук выбирали из воды линь, который натянулся как струна и ходил из стороны в сторону, как будто на другом его конце на крючке сопротивлялась огромная рыбина. Костя снова сматывал в бухту трос, который удавалось отвоевать у моря. А Криса оставили на палубе «Арзака», у лебёдки, чтобы выбрать на неё весь запас троса, лежащий на берегу, и быть наготове по сигналу включить привод, если у людей не хватит своих сил вытащить Зора. Мало — помалу, метр за метром, трос переходил в распоряжение Криса. Чарли и Кау — Рук упирались изо всех сил. Внезапно сопротивление троса прекратилось, и капитан Блек со штурманом покатились по песку, не выпуская, впрочем, из рук добычи.

«Оборвался?» — мелькнула одновременно у них в голове ужасная мысль.

«Нет — нет, всё в порядке», — словно развеял их сомнения появившийся из ниоткуда рамериец Зор, быстро плывущий к берегу. Нужно отдать должное двум юнгам, которые даже после падения своих командиров не прекратили порученную им работу, а продолжали выбирать линь: один — сначала на берег, а другой — затем на лебёдку яхты. Это помогало Зору не запутаться в плывущем перед ним тросе. Когда Зор вышел на берег и в изнеможении опустился на песок, стало очевидно, каких усилий стоила ему борьба с невидимым, но грозным противником. Экипаж окружил своего разведчика. Один расстёгивал штормовой пояс, крючки которого даже погнулись, пытаясь выйти из отверстий. Другой протягивал кружку с освежающим и бодрящим кокосовым молоком. Все ждали рассказа Зора, но никто не торопил его, позволяя прийти в себя.

Наконец Зор жестом указал своим товарищам на песок вокруг, приглашая присесть, и засмеялся:

— Вы что все такие серьёзные, как будто собрались на мои собственные поминки, а я случайно оказался в числе приглашённых? Или думаете, меня там, — кивнул он в сторону невидимого кольца, — подменили?!

— Молодчага, Зор, — закричал Чарли. — Мне как раз не хватало такого весёлого приятеля, когда людоеды племени Куру — Кусу хотели поджарить меня на ужин!

А штурман добавил:

— Тебе действительно повезло, что ты оказался с нами. Мы тянули так усердно, а ты сопротивлялся так упорно, что ещё немного, и запоры пояса не выдержали бы такой борьбы. Расскажи, что там такого интересного, что ты никак не хотел возвращаться на берег?

— Сейчас, капитан, расскажу всё по порядку! — воскликнул Зор.

— Вы знаете, какая разница между мной и «Арзаком»? Катамаран, как кота к сметане, прямо — таки тянуло к атоллу, и теперь, добравшись до места, он никак не хочет уходить отсюда. Меня же, наоборот, тянуло к невидимому барьеру, но вот попасть обратно сквозь него никак не удавалось, хоть плыви прямо, хоть подныривай под него. Если бы не трос и ваша помощь, мне пришлось бы взять курс прямо на ближайшее побережье вплавь. Хотя неподалёку меня уже и поджидали наши старые знакомые, санитары моря с чёрными плавниками…

— Какое счастье, — заметил Чарли, обращаясь к Косте, — что мы не попробовали, как собирались, высунуть нос в море за пределы атолла…

— Но самое интересное, — продолжал Зор, — было, когда я находился внутри этого заколдованного барьера. Мне казалось, что я как будто плыву в воздухе. Впрочем, пожалуй, и не совсем «я», так как мои очертания стали настолько расплывчатыми и размытыми, что скорее я походил на полупрозрачную медузу. Воды под собой тоже не различал, только дрожащая пустота. Правда, далеко внизу удалось разглядеть лежащий на террасе кораллового склона корабль, вроде небольшой парусной яхты…

— Наверно, это мой бедный «Куру — Кусу», — вздохнул Чарли Блек, до сих пор скучавший по своему кораблику, названному в честь острова людоедов, которые в конце концов оказались вполне приличными и гостеприимными ребятами.

— …Мне показалось, — нарушил паузу, возникшую после реплики Блека, Зор, — что я смог бы легко при желании до него добраться, так как никаких видимых преград между нами не было. Ощущения были такими, будто я находился в невесомости, как в тоннеле Гуррикапа.

— То — то ты пытался там задержаться, — с улыбкой заметил Кау — Рук. — Невесомость — приятная штука…

— Задержаться подольше, чтобы оглядеться, я хотел на обратном пути, — признался Зор, — а в первый раз, помня о главной задаче — найти проход сквозь невидимую стенку, — я сразу же устремился дальше и скоро выплыл прямо в море. Когда оглянулся, то позади ничего не увидел, кроме обрывка линя, прикреплённого к поясу. Стало даже немного страшновато. Вдруг и на самом деле трос оборван. Я повернул назад и попытался снова попасть внутрь. Не тут — то было! Я бился как рыба об лёд — и ни в какую! Тогда попробовал ещё раз с разбегу, отплыв немного подальше. Без результата! Кстати, подныривать тоже бесполезно. Эта проклятая преграда, похоже, простирается до самого дна. Мне кажется, если бы я умел летать, то всё равно и по воздуху не удалось бы проникнуть на атолл. К этому времени моими попытками заинтересовались и любопытные акулы. Тогда — то я, отчаявшись справиться сам, дёрнул три раза за трос, впрочем, не будучи до конца уверенным, что вы на другом конце примете этот сигнал. Но трос сразу же натянулся, и меня стало втягивать в невидимую стенку. Впечатление малоприятное, сказала бы пробка, которую сначала протолкнули внутрь бутылки, а потом попытались извлечь назад с помощью нитки, намотав ее вокруг талии. Задержаться на обратном пути мне не пришлось, так как я был на мощном буксире. Ну да в следующий раз…

— Я против следующего раза, — решительно возразил штурман. — Два раза одной шутке не смеются! Вдруг трос или пояс окажутся менее прочными, а акулы более проворными… нужно сначала хорошенько разобраться, в чём тут дело. Эх, жаль нет с нами Ильсора, он специалист по всяким каверзам…

— У меня есть одно предположение, — скромно сказал Зор. — Есть ещё одна существенная разница между мной и «Арзаком». У меня нет антигравитационного диска…

— Точно! — подтвердил штурман, — у тебя нет диска, но зато есть шарик, который, на мой взгляд, здорово соображает. Стоит нам удалить из днища «Арзака» этот диск, как мы спокойно сможем выбраться наружу…

С этими словами штурман встал и направился к катамарану, как будто собирался немедленно привести свой план в действие. Остальные последовали за ним.

— Остановитесь, друзья! — вдруг раздался откуда — то сверху голос. — Не стоит портить такую великолепную яхту. Она ещё не раз пригодится Чарли Блеку хотя бы навестить приятеля — осьминога Прима. Кроме того, если из названия «Арзак» убрать «а» — антигравитационный и «з» — земноводный, то получится «Рак», а такое имя для яхты не совсем подходит, если вы не собираетесь плавать на ней кормой вперёд!

Донельзя удивлённый таким внезапным заступничеством за катамаран экипаж «Арзака» остолбенел и на протяжении всей невесть откуда произносимой фразы крутил своими пятью головами, пытаясь определить направление звука.

Голос явно раздавался с палубы катамарана.

— Уж не сам ли катамаран это говорит? — пробормотал как бы про себя Чарли. — После всех чудес, которые произошли со мной за это плавание, я бы ничему больше не удивился.

Когда они подошли поближе к яхте, из — за рубки выступил человек в серебристом комбинезоне и дружески протянул к ним руки.

— Ол! Это же Ол! — в один голос закричали Чарли и Костя.

— Не смею отрицать! — согласился ирэнец. — Я уже некоторое время наблюдаю за вами, как вы собираетесь выпутаться из этой истории. Но когда разница между «Арзаком» и Зором чуть не привела к порче имущества, пришлось срочно вмешаться!

Нечего и говорить, что все одним махом взлетели по трапу на корабль и обступили Ола, здороваясь и знакомясь.

Ол весело и с удовольствием пожал руки всем своим знакомым и незнакомым друзьям.

— Как поживает наш пещерный лев Грау, благополучно ли добрался он до родной планеты? — поинтересовался Ол у рамерийцев.

— Ему не очень по вкусу пришлись изменения, произошедшие на Рамерии. Его последний соплеменник подрабатывает сейчас чучелом в Зоологическом музее, а хищные звери остались только в зоопарке, — отозвался Зор. — Поэтому он перебрался в настоящее время на Землю, в Волшебную страну, помогать Льву Смелому держать в узде строптивых саблезубых.

— Если встретитесь с ним, передайте привет от меня и осьминога Прима, — попросил ирэнец. — Прим жив — здоров, только теперь его не заманишь к серому камню, даже если за ним погонится стая акул.

— А как там Виола? — несмело спросил Костя у Ола, искоса взглянув на Криса, не появилась ли на его лице вредная усмешка: чего это он, мол, девчонками начал интересоваться, и незаметно сжал рукой припрятанную в кармане половинку жемчужины халиотиса.

— Виола — то хорошо поживает, она — дома, а вот в твоём благополучном возвращении домой я засомневался, поэтому — то и оказался здесь. Кроме того, из последних слов капитана Блека я понял, что камнем преткновения для его яхты «Куру — Кусу» стал наш коралловый риф, а точнее — наша База, замаскированная под атолл. Ему просто в очередной раз повезло. Яхта, очевидно, проходила в этих местах как раз в то время, когда был выключен защитный экран, и ничего не подозревающий об атолле капитан Блек стал жертвой кораблекрушения. Что же касается возвращения Кости, здесь дело посложнее.

Виктор Степанович не мог учесть того, что Костя и Виола поменяются местами. Виола окажется в элминге, на Ирэне, а Костя — на нашей Базе, на Земле. Я сам не сразу сообразил! Теперь — то всё будет в порядке! Костю мы отправим прямиком домой, в Гиблый овраг. Он ещё успеет догнать деда Григория и убедить его в реальности своих удивительных приключений. Он вернётся как раз в то самое время, в какое должен был бы вернуться, если бы не неточность в расчётах вашего замечательного учёного Виктора Степановича. Ну а с вами, — обратился Ол к остальным участникам экспедиции по спасению капитана Чарли Блека, включая «Арзак», — ещё проще. Я договорился, что на несколько минут выключат защитный экран, и — попутного ветра прямо до Канзаса.

— А что это за невидимый, но непреодолимый барьер, который окружает атолл? — поинтересовался штурман, которому давно уже, ещё дома, на Рамерии, не давали покоя эти загадочные перегородки.

Кау — Рук и Ол увлечённо перешли к обсуждению технических вопросов, на время забыв об окружающих. Чарли и Зор, сев на любимого конька, тут же пустились в рассмотрение достоинств и недостатков катамарана, а ребята, Крис и Костя, предчувствуя скорую разлуку, снова и снова перебирали различные случаи из своих таких разных, но чем — то схожих приключений. Крис приглашал Костю на следующее лето к себе, в Канзас, на ферму Смитов, заманивая обещаниями посетить Волшебную страну, а может, и Рамерию. Костя, в свою очередь, звал Криса к себе, на Волгу, в деревню к деду Григорию, намекая, что в Гиблом овраге есть лазейка для проникновения на Ирэну. Конечно, ни того, ни другого и не нужно было уговаривать приехать в гости. Вопрос упирался лишь в то, кто к кому поедет первым, и в свои способности уговорить на такое путешествие родителей. Вот это было серьёзным препятствием.

А пока наступило время прощания.

Первым должен был отправиться в путь Костя Талкин. Ол уже связался со своими приятелями на Базе. Всё было готово! На этот раз ирэнец решил проводить мальчика до самого Гиблого оврага, чтобы этот заядлый путешественник не забрался ещё куда-нибудь. Старт должен был осуществиться из защитного кольца.

Костя и Ол направились к воде тем самым путём, который уже прошёл Зор. Вот они уже плывут к невидимой границе. Перед тем, как исчезнуть, Костя оглянулся. Весь заново укомплектованный экипаж «Арзака» столпился на берегу и махал ему на прощание руками. Костя тоже махнул рукой и исчез за границей видимости.

Прошло несколько минут, а Ол уже возвращался назад.

— Всё в порядке! — сообщил он. — Костя уже на месте. Теперь ваш черёд!

Катамаран срочно принял на борт свой экипаж.

— По местам стоять! С якоря сниматься! — скомандовал Кау — Рук.

Чтобы не терять времени на лавирование, «Арзак» пошёл под мотором. На берегу остался один Ол. Как только он увидел, что нос судна входит в невидимую полосу, Ол нажал кнопку передатчика. И тотчас перед яхтой открылось море, сначала сквозь зеленоватый туман, а потом совершенно чётко. Исчезновение преграды сопровождалось жужжащим звуком, затем шипением и, наконец, бурлящим грохотом, который не уступал по силе работающему на полную мощность двигателю «Арзака». На этот раз катамаран преодолел завесу, как горячий нож сливочное масло, без сучка без задоринки.

Выскочив наружу, все, как по команде, оглянулись назад и успели в последний раз увидеть со стороны коралловый атолл с его рифовым кольцом, окаймлённым зеленью, и в просвет — серебристую фигуру, стоящую на берегу лагуны. Затем воздух вокруг атолла стал темнее, чем окружающая атмосфера. Опять пролился зелёный туман, и одновременно с наступившей тишиной пропал из глаз этот таинственный коралловый риф вместе со своими загадочными жителями.

«Арзаку» предстоял обратный путь. Цель экспедиции была достигнута, капитан Блек стоял рядом на палубе, и всякий сомневающийся мог увидеть его крепко сколоченную коренастую фигуру и услышать зычный голос, радующий команду яхты старинными матросскими песнями. Поэтому, если не считать лёгкой грустинки, вызванной расставанием с Костей и Олом, настроение экипажа «Арзака» было приподнятым. Чарли и Крис радовались предстоящей встрече с родными, а Кау — Рук и Зор могли со спокойной совестью возвращаться домой. Теперь было незачем добираться до Канзаса на катамаране, да ещё против течения Миссисипи, Арканзаса и Смоки — Хилла. Рамерийцы оставляли яхту в подарок капитану Блеку взамен «Куру — Кусу», покоящейся на подводной стоянке у невидимого кораллового рифа. И Чарли был готов поклясться голубой каракатицей, что является владельцем и капитаном самой лучшей в мире яхты. А экипаж решил добираться до Канзаса обычным рейсовым самолётом, что тоже вполне устраивало Криса. Передвижения таким видом транспорта ещё не было в его уже достаточно богатой коллекции.

Поэтому спустя несколько дней земляне и рамерийцы уже стояли на пороге фермы Смитов. На стук в дверь вышли и мистер, и миссис Смиты. Они увидели четверых загорелых и обветренных мужчин, которых давненько с нетерпением поджидали. Миссис Анна всплеснула руками, а мистер Джон вынул трубку изо рта и произнёс приветливо:

— Добро пожаловать в дом, ребята!

В заключение

Костя оказался в самом начале синхротоннеля, что в Гиблом овраге. Он увидел деда Григория со змеем на плече, медленно бредущего по тропинке прочь от оврага.

Судя по солнцу, было около полудня. Значит, все приключения в Стране элмов, на Ирэне и пребывание на коралловом рифе длились четыре — пять часов. Как и обещал Ол, мальчик вернулся вовремя, чтобы успеть застать деда в овраге.

Костя перешёл вброд речку и пустился догонять его.

— Где это ты прятался? — проворчал тот. — Смотри, чулан по тебе плачет!

Дед Григорий не поверил ни одному слову из рассказа мальчика. Единственным свидетелем и аргументом была половинка жемчужины, крепко зажатая в кулаке. Но её хватило, чтобы дед Григорий хоть чуточку заколебался: «Может, и не сочиняет пострел?! Так складно ведь сразу и не придумаешь!»

Так закончилось удивительное путешествие Кости Талкина на планету Ирэна.

Виктор Степанович тоже вернулся домой, к своим сложным и неотложным делам. Он постоянно ждал, не объявится ли Ол с обещанным секретом письма. Учёный даже пропустил несколько прелюбопытнейших экспедиций, пока не решил, что такой человек, как Ол, отыщет его где угодно. Встретив же плохого человека, теперь долго приглядывается к нему, не массар ли это!

Кузьмич, и прежде не страдающий краснобайством, тем более не делился ни с кем той историей, в которую он попал. А расскажи, засмеют ведь старики. Скажут, совсем, мол, одичал в тайге, леший. Только иногда, вспоминая, крутил удивлённо головой и хмыкал: «Эх, как это угораздило меня тогда разбить эту вазу. Небось, расстроились, а виду не показали. Раз стояла в доме, значит, нужная вещь была. Непривычно было с крыльями — то!»

Осьминог Прим опять поселился в своём гроте. Правда, за время его отсутствия, какой — то молодой нахальный спрут вздумал было занять уютную квартирку. Пришлось показать ему, кто в этом доме хозяин! Путешествие пошло Приму на пользу, его даже стали приглашать в осьминожью школу поделиться воспоминаниями, что удаётся далеко не каждому в таком сравнительно юном для осьминогов возрасте. Как рассказывал Ол, он, хотя и старался избегать пресловутого серо — синего камня, но обзавёлся новым халиотисом с ещё более красивой жемчужиной. Так, на всякий случай!

Рамерийцам, благодаря настойчивым уговорам хозяев, пришлось — таки погостить несколько дней на ферме Смитов. Там постоянно дежурила, ожидая их возвращения, молодая, но, как впоследствии представила её Кагги — Карр, очень способная ученица, тоже ворона, конечно. Та немедленно помчалась известить свою матрону и через неё — всех жителей Волшебной страны о благополучном исходе экспедиции. Вечером того же дня в известном нам всем овраге рамерийцев уже ждал дракон Ойххо, чтобы сразу доставить героев в тот же самый лагерь, который они покинули. Страшила не рискнул оставить без присмотра ракету ирэнцев, а некоторым жителям понравилось новое место, так что было решено основать здесь посёлок. Большим плюсом этого поселения было и то, что всегда можно заметить прибытие гостей с Рамерии и, как подобает, гостеприимно встретить их. Кроме того, не оставалась без наблюдения и Великая пустыня на тот случай, если прибудут друзья из Канзаса. Не сможет внезапно нагрянуть и, тьфу — тьфу через левое плечо, какая-нибудь беда.

Наконец, Ойххо доставил рамерийцев в Волшебную страну. И как было им отказаться задержаться там! Все ждали рассказов о путешествии, о Великане из — за гор, об Элли, Энни, Тиме, Фреде и других старых знакомых. Ну и, конечно, о фермерах Смитах! В свою очередь рудокопы добыли столько изумрудов, что теперь их должно было хватить на второй Изумрудный город наоборот, если за это время хитроумный Ильсор не изобрёл им достойную замену.

Грау и Лев со своей саблезубой свитой тоже не уходили на охоту очень далеко от посёлка и тотчас примчались, прослышав от птиц о прибытии рамерийцев.

Огромная толпа людей и зверей провожала гостей домой. На прощание Зор крепко обнял своего любимца, пещерного льва, которого по праву считал своим крестником. Ведь именно Зор первым обнаружил следы в пустыне Рамерии.

Длинное сигарообразное тело ракеты взвилось в воздух, сделало горку и пропало в отверстии тоннеля.

Счастливого пути, друзья с Рамерии!

Ну, а с Чарли Блеком, надеюсь, всем всё ясно! Он и с одной ногой не мог долго усидеть на месте. Вот и теперь, побыв немного в семье, вскоре после отъезда рамерийцев капитан Блек стал собираться в путь.

— Мои людоеды на Куру — Кусу, наверно, совсем заждались. Другим капитанам они не доверяют. Те норовят обмануть бедных аборигенов, и им приходится волей — неволей съедать обманщиков. А это лишние неприятные осложнения, и насмарку пойдут все мои старания отучить их от этой скверной привычки!

На такие аргументы даже миссис Анна не нашлась что возразить. Не может же она поощрять вредные привычки!

Кроме того, Чарли было просто необходимо навестить осьминога Прима и пригласить его побродить по свету. А уж бассейн со свежей морской водичкой капитан Блек на своей новой яхте гарантирует!

Крис под руководством мамы Элли приналёг на русский, так что вскоре Костя получил от него первое письмо, в котором Крис Талл предлагал ему играть в шахматы по переписке и делал первый ход: е2—е4.

Костя смело принял вызов и ответил: е7—е5!

Переписка настолько увлекла мальчиков и помогла им, что вскоре они даже сочинили в соавторстве по переписке стихотворение о своих приключениях, которое, с их разрешения, и приведено в заключение:

За синими морями,

За дальними горами,

Не каждому доступна,

Не каждому видна,

Для тех, кто в сказку верит,

Свои откроет двери,

Свои доверит судьбы

Волшебная страна.

Там лето постоянно,

И, как это. ни странно,

И звери там, и птицы

С тобою говорят.

Там те, кто верит в чудо,

Удачливыми будут,

И сами ненароком

Вдруг чудо сотворят.

Минуя рифы, мели,

Пройдут синхротоннелем,

Рамерию с Ирэной

Откроют для себя.

И, главное, что нужно —

Узнают цену дружбе,

И обо всем напишут

Для взрослых и ребят.

Вот и вся история

Content

Кузнецов Юрий Пленники кораллового рифа

Юрий Кузнецов Пленники кораллового рифа

Следы в пустыне

Охота пуще неволи

В неволе

Говорящий лев

Чудо-катамаран

Строительство «Арзака»

Приключения Грау

Предательство Ахра

Ураган

На ферме Смитов

На воде

Проверка документов

Невидимый магнит

В плену

Встреча с Олом

В заключение