Алисон Эшли

Странное знакомство

1

Окинув внимательным взглядом сидящих напротив подруг, Сандра подумала, что Дженни и Нора уже как минимум в тысячу первый раз объединили свои силы в борьбе за ее, Сандры, счастье. Глупые! Разве могут они понять, какое это наслаждение, придя домой, погрузиться в восхитительное, лишенное посторонних звуков одиночество?! И кто вообще придумал сказку о том, что одиночество бич двадцать первого века? Человек, высказавший первым эту мысль, должно быть, страдал целой кучей комплексов, иначе подобное никогда бы не пришло ему в голову.

— Сандра! Ставлю сто баксов за то, что ты не слышала и половины произнесенных нами слов!

Долетевший до ее сознания голос заставил Сандру вынырнуть из водоворота мыслей, и, лукаво улыбнувшись, она произнесла:

— Ты проиграла, Нора. Могу повторить слово в слово все сказанное вами. Не знаю, почему вы отказываетесь мне верить, но я и в самом деле едва ли не безоблачно счастлива. Что же касается ста долларов, то можешь дать мне их прямо сейчас. Обещаю, что найду им достойное применение.

— Вот именно! — вступила в разговор Дженни. — Самое что ни на есть разумное. Например, купишь еще одну невероятно скучную книгу о тенденциях развития мирового рынка ценных бумаг. Я видела у тебя одну такую. Не понимаю только, как можно держать подобное на ночном столике?!

— Ты бы, конечно, предпочла увидеть там любовный роман?! — уже не скрывая переполнявшей ее иронии, поинтересовалась у подруги Сандра.

— Именно! Двадцать девять лет, почти тридцать, а ты так до сих пор и не решила, стоит ли тебе вообще обзаводиться семьей! Я даже консультировалась с моим психотерапевтом по этому поводу. Он сказал, что ты сейчас в самом опасном для женщины возрасте.

— Но почему?! — не в силах скрыть удивление воскликнула Сандра. — Я что, больна? Или в нашей стране такой уж дефицит мужчин? Или тех, кто в тридцать лет не обзавелся семьей, сажают в тюрьму?!

— Нет, конечно. Но ты входишь в такую фазу, когда устремленный на мужчину взгляд становится наиболее критичным! Ты начинаешь видеть те недостатки, которые до этого были скрыты от твоего взора, а разглядев их, в принципе отказываешься от самой мысли о замужестве! Даже любовник и тот становится проблемой!

— Дженни права, Сандра. Тебе и в самом деле пора определиться с личной жизнью, — поддержала подругу Нора. — Нельзя жить одними только мыслями о работе. Это, в конце концов, вредно для здоровья.

— Не понимаю, почему вдруг вы на меня набросились! Или вы забыли, что у меня есть Питер? Мы вместе уже четыре года и вполне возможно скоро поженимся!

— Питер?! Не смеши нас. Питер! Да более нелепого кандидата на роль твоего мужа нельзя даже и представить! — воскликнула полным негодования тоном Дженни. — Не понимаю, как вообще ты терпишь его рядом с собой! Более скучного человека не сыскать на всем Западном побережье! Даже его костюмы и те сплошной кошмар!

— В самом деле, Сандра, Питер это… настоящее недоразумение, — поддержала Дженни Нора. — Мы так хотим видеть тебя счастливой, а с Питером ты вряд ли сможешь быть счастлива. Тебе необходим кто-то другой, и, если согласишься, мы прямо сегодня же познакомим тебя с одним очень интересным мужчиной. Его имя…

— Так вот к чему все эти разговоры? Вы, значит, решили найти мне подходящего, на ваш взгляд, мужа?! Могли бы по крайней мере предупредить о предстоящем знакомстве, а не устраивать все это представление. И не нужно больше никаких гадостей в адрес Питера. Пусть он нелепо выглядит в своих жутких костюмах, зато он очень хороший человек: добрый, отзывчивый, порядочный. В современном мире почти не осталось подобных ему, и вы это знаете не хуже меня. И хватит на эту тему. Все равно я не соглашусь ни на какое знакомство. Давайте лучше обсудим, какую школу выбрать для твоих близнецов, Дженни. Я слышала, учителя в Сентрал-пойнт не в восторге от проделок Джастина, и нет никакой гарантии, что попечительский совет даст согласие на принятие в школу двух младших Калхеймов.

— Все и в самом деле так плохо, Дженни? — в свою очередь поинтересовалась у подруги Нора.

— Почти. Есть, правда, надежда, что поможет один наш дальний родственник, но он сейчас в Вашингтоне и неизвестно, когда вернется оттуда.

— А ты не пробовала поговорить напрямую с членами попечительского совета?

— После того как Джастин связал между собой шнурки на туфлях миссис Брайнис и засунул резиновую змею в сумку мисс Лонго?! Да я даже на глаза им боюсь попасться, не то что говорить о близнецах! Хорошо еще, что у Джастина в дневнике одни только «А», не то его давно бы уже исключили из школы.

— Можешь выкинуть эту проблему из головы, Дженни, — победно улыбнувшись, обратилась к подруге Сандра. — Глава попечительского совета, миссис Кэтрин Хоули, спит и видит, как бы оказаться на странице нашего журнала. Можешь намекнуть ей, что поможешь попасть туда — и твои близнецы тут же будут зачислены в Сентрал-пойнт.

— Но, Сандра! Это ведь невозможно! Твой босс ее бывший зять! Он никогда не даст разрешение на интервью с этой старой ведьмой!

Оглядев сидящих напротив подруг полным превосходства взглядом, Сандра выдержала эффектную паузу и, только после этого произнесла:

— Мистер Лайонел Гриффитс, на сегодняшний день уже бывший главный редактор «South World Journal», вот уже два дня как он занимает пост главного в нью-йоркском «Dream Life», а на его место, пока правда временно, назначена я.

— Сандра! Но это же превосходно! — перебивая друг друга, воскликнули Дженни и Нора.

— Не спорю, жаль только, что ненадолго, максимум на три месяца. Но я рада и этому. По крайней мере, теперь мое резюме приобретет куда более солидный вид.

— Мы искренне рады за тебя, Сандра, — обратилась к подруге Нора. — Теперь перед тобой откроются иные возможности — и не только возможности, целый мир! Думаю, нам следует это отметить, — добавила она и, сделав знак официанту, углубилась в карту вин.

— Ты настоящая добрая фея, Сандра! Близнецы будут в восторге, а уж Джулиус и подавно. Сейчас так трудно найти подходящую школу, тем более такую, где смогли бы выдержать мою троицу! Теперь я твоя должница, можешь требовать все, что пожелаешь!

— Обязательно потребую, но только когда близнецы будут зачислены в школу. А теперь давайте праздновать мое хоть и короткое, но все же повышение. Кто знает, может, совету директоров так понравится моя работа, что они решат оставить этот пост за мной?

Простившись с подругами, Сандра решила не ехать сразу домой, а спуститься к рокочущему вдали океану. Несмотря на хорошие новости на душе было тревожно. Сердце то замирало в нерешительности, то срывалось куда-то вниз, а, вернувшись, никак не могло найти прежнее место. Давно уже она не испытывала ничего подобного. Хотелось плакать и смеяться одновременно. Хотелось любить и быть любимой… Любимой… Как же давно она не чувствовала себя по-настоящему любимой! И зачем только Дженни и Нора завели с ней разговор на эту тему? Ведь не думала она об этом, вернее запрещала думать, целых четыре года, и все было прекрасно. Рядом всегда был Питер с его ненавязчивым вниманием, необременительный секс по выходным, но самое главное, было спокойствие в душе и никаких мыслей о том, счастлива ли она. А что теперь? Сможет ли она вновь жить так, как раньше?

Высокая, длинноногая, с роскошной гривой рыжеватых волос, с порывистыми, полными необычайной внутренней энергии движениями, она притягивала к себе множество мужских взглядов, но не обращала на это особого внимания.

Идя вдоль убегающей к океану улицы, Сандра вдруг подумала о том, что Дженни и Нора не так уж не правы в своей оценке.

Зачем? Ну зачем я мучаю себя? Что и кому стараюсь доказать? Зачем придумала эту нелепую теорию о притягательности одиночества? Ведь все ложь от первого и до последнего слова! — не желая лгать самой себе, мысленно воскликнула Сандра.

Не в силах идти дальше она опустилась на нагретый солнцем песок. Ровный звук набегающих на берег волн и крики парящих в небе птиц всегда действовали на нее лучше любого успокоительного, и, закрыв глаза, она вновь попыталась отдаться во власть их удивительной магии. Но хотя звук набегающих на берег волн и крики птиц остались такими же, какими были год назад, Сандра так и не смогла почувствовать привычного успокоения. Разговор с Дженни и Норой затронул такие чувства в ее душе, о которых она старалась не вспоминать уже долгие годы.

Закрыв глаза, она впервые за последние несколько лет позволила мыслям вернуться в прошлое. Что толку всю жизнь убегать от болезненных воспоминаний, если они все равно то и дело настигают тебя? Ведь как ни убеждай себя в обратном, корни всех ее сегодняшних проблем покоятся там, в Сан-Сити! Время для нее словно повернулось вспять. Прохладный, наполненный океанской свежестью бриз исчез, а его место занял горячий, наполненный пылью и запахами пустыни, обжигающий ноздри воздух.

Сан-Сити — место, где прошло ее детство. Крошечный городишко. Ветхие дома в староанглийском стиле, чахлая растительность, лежащие в пыли собаки, огромная деревянная церковь для исповедующих особую, прославляющую Солнце, религию и люди в белом. Всегда в белом. Как же рано она начала чувствовать всю фальшь населяющих город жителей! Белые одеяния сверху и черные мысли внутри. Бесконечные проповеди о воздержании, грехопадении, Страшном суде, высшем предназначении — вот основные составляющие ее детства. А еще постоянное чувство голода и бесконечная череда младших братьев и сестер, за которыми она должна была присматривать как старшая. Младшие члены семейства Шелл, так же как и она, Сандра, всегда хотели есть, но большей частью еды в доме не было. Вся еда относилась в Дом солнца, им же, детям, доставались лишь жалкие крохи. Особенно трудно было зимой, зато летом они могли вдоволь лакомиться дикой вишней и малиной. А еще в ее жизни была дорога. И хотя родители строго-настрого запрещали приближаться к убегающей за горизонт автостраде, она то и дело нарушала этот запрет. Дорога притягивала ее как магнит. Бегущая вдаль лента вела в неведомый, полный чудес мир. Мир, где нет Дома солнца, но зато есть настоящие школы и заботящиеся о своих детях родители.

Разговоры о том, что она избранная, начались, когда ей исполнилось двенадцать, но саму Сандру эти разговоры совсем не радовали. Избранная — означало уход из родного дома в Дом солнца, а этого Сандра боялась больше всего на свете. Люси Брюс как-то рассказала ей, что делает с избранными глава общины мистер Диксон, и это, по мнению Сандры, было ужасно.

Все закончилось тем, что она попросту сбежала из Сан-Сити. Вернее, уехала из него на старом велосипеде Джима Хоупа. Двадцать миль, что отделяли Сан-Сити от Феникса, она проделала за три дня, а добравшись до города, первым делом разыскала в телефонном справочнике адрес сестры матери.

Последующие годы были одними из самых счастливых в ее жизни. Тетя Лесли оказалась именно тем, о чем так страстно Сандра мечтала с самого раннего детства. Увидев у своей двери грязную и худющую племянницу, тетя Лесли на несколько секунд словно впала в ступор, а придя в себя, развила чрезвычайно бурную деятельность, в результате которой получила право опеки над ней. С того самого дня у нее началась новая жизнь. Школа, в которую определила ее тетя, была воплощением мечты: литература, история, математика, уроки плавания и никаких заунывных псалмов на латыни! Но как же тяжело пришлось ей в первый год! Приходилось едва ли не сутками сидеть за учебниками, но разве можно было сравнить это с той, прошлой жизнью?! Были конечно же и насмешки, но вскоре они прекратились. Так уж случилось, что к четырнадцати годам она, Сандра Шелл, по велению каких-то неведомых сил превратилась вдруг в настоящую красавицу. Самая красивая девочка в школе — этот титул дарил особые привилегии в среде учеников и даже некоторые послабления со стороны преподавателей.

Но сама Сандра никак не отреагировала на собственное перевоплощение, вернее даже не заметила его. Куда больше ее интересовал купленный для нее тетей компьютер. Новый, огромный мир открылся ей, и, погружаясь в него, Сандра словно выпадала из реальности. Больше всего на свете она хотела теперь получить хорошее, нет, не просто хорошее, а отличное образование, а это требовало немалых усилий. Школу она закончила с наивысшим баллом и, решив не тратить время на колледж, сразу же подала документы в Калифорнийский университет. Часть платы за обучение внесла Лесли, остальное пришлось зарабатывать самой. Кем она только не работала тогда! Ночной няней, бебиситтером, официанткой в пиццерии и даже крупье в казино. В университете она и подружилась с Норой и Дженни. Дженни, небольшого роста, изящная, словно фарфоровая статуэтка, отличалась сдержанностью. Порывистая Сандра, полная невероятных амбиций, всегда фонтанировала идеями. Более разных людей трудно было даже представить, но так уж случилось, что они трое как-то сразу пришлись по душе друг другу.

Убрав за ухо упавшую на глаза прядь, Сандра с удивлением отметила, что экскурс в прошлое занял у нее больше двух часов. Устремив взгляд на опускающееся в океанскую толщь солнце, Сандра позволила себе еще какое-то время побыть в прошлом, а затем, перейдя к настоящему, принялась думать о новой, пусть даже и временной, должности в «South World Journal». Хотелось, конечно, надеяться, что, увидев результаты работы, ее оставят на посту главного редактора, но трезвый расчет говорил о невозможности такого варианта.

Элизабет Гилмор! Разве она позволит мне войти в круг избранных? Да никогда! Эта мегера скорей съест свои тапочки, чем смирится с таким поворотом событий. Скорей всего Элизабет сама начала искать претендента на эту должность еще до того, как Лайонел отбыл в Нью-Йорк, а то, что пока этот пост отдали ей, Сандре, говорит лишь о безрезультатности ее поисков. Ну и ладно. «South World Journal» хоть и достаточно привлекательное место, но не единственное в мире. После того как ее резюме приобретет более весомый вид, нужно будет вновь разослать его во все агентства. Вдруг откроется вакансия в каком-нибудь европейском филиале? Вот было бы здорово! — подумала Сандра.

Лондон, Париж, Рим, Мадрид — слова эти звучали лучшей в мире музыкой, но, примеряя на себя желанную реальность, Сандра вновь не думала ни о чем, кроме работы и карьеры. Семья и семейная жизнь это, конечно, прекрасно, но так уж случилось, что все связанные с этим удовольствия явно не для меня, в который раз напомнила она себе. К тому же из меня явно не получится такая идеальная мать, как Дженни, а потому не следует и пытаться.

Вслед за этой мыслью возникла, правда, еще одна о том, что Нора весьма успешно сочетает семейную жизнь и карьеру, но тут же Сандра напомнила себе, что подруга счастливое исключение из правил.

2

— Дорого бы я отдала за то, чтобы понять, как тебе удается так успешно справляться со своей троицей, — окинув задумчивым взглядом сидящую рядом Дженни, произнесла Нора. — Джастину всего девять, а он уже выше тебя на два дюйма, но при этом слушается тебя так, словно ты супергерой. Интересно, будет ли он таким послушным, когда станет выше на фут?

— Я не супергерой, я супермама, — рассмеялась в ответ Дженни. — Что же касается послушания, то, боюсь, здесь все не так как ты думаешь. Джастин и близнецы слушаются меня дома, но за его пределами начинают вытворять такое, что порой мне хочется сбежать от них на необитаемый остров. Трое несносных мальчишек! За что мне такое наказание!

— Ну уж и наказание! Да ты готова пристрелить любого, кто хоть пальцем тронет твоих мальчиков!

— Это правда. Но я все равно продолжаю мечтать о девочке. Какое, наверное, счастье иметь маленькую дочку?! Нарядные платьица, шляпки, лакированные туфельки, локоны…

— А еще капризы, отвратительный характер и полное игнорирование чьего-либо мнения.

— Ты так говоришь, Нора, словно твоя Кэти монстр, а не ребенок!

— Почти. За последние полгода у нас сменились уже четыре няни! И все они в один голос говорят, что легче справиться с дюжиной головорезов, чем с нашей Кэти. Но об этом в другой раз. Нужно все же что-то решать с Сандрой. Невыносимо смотреть, как она губит свою жизнь. Этот Питер Мэрфи! Как Сандре вообще могло прийти в голову стать его женой?! Более неподходящий вариант нельзя даже и представить!

— Ты права. Но не можем ведь мы насильно увезти ее из-под венца, если Сандра и в самом деле решится на такой шаг?

— Не можем. Но и сидеть сложа руки тоже не имеем права.

— И что же делать? Спрятать Питера на другом конце земного шара? Или отправить его в кругосветное путешествие? — рассмеялась, представив такой вариант, Дженни.

— Нет. Нужно просто попробовать поговорить еще раз с Сандрой.

— А этот твой Дейв в самом деле так хорош, как ты говоришь?

— Поверь мне, он просто чудо. И если бы я не была замужем, то обязательно бы женила его на себе.

— А откуда вообще он взялся? Ты никогда раньше не говорила о нем. Он из местных или, может, с Восточного побережья?

— Угадала. Дейв Векслер родом из Вермонта, но вот уже почти год живет в Сан-Франциско. Мы с Тэдом познакомились с ним у Гарольдов. Кажется, он писатель, во всяком случае так утверждает Нэнси Гарольд.

— Писатель?! Но тогда я, похоже, знаю, о ком ты говоришь! Ну конечно! Дейв Векслер! Автор «New days novels»! Это ведь его книга получила премию Американского общества литераторов в прошлом году! Ты обязательно должна познакомить меня с ним, даже если от этого знакомства наотрез откажется Сандра! Дейв Векслер, подумать только!

— Вот уж не думала, что Дейв так знаменит. У Нэнси он вел себя более чем скромно. А ты читала эту его книгу?

— Она просто прелесть! Я прочитала ее всего за один день, даже мои сорванцы не смогли помешать мне насладиться этим чудом. А как он внешне? Высокий, стройный или маленький и толстый?

— Чем-то похож на Шона Кастерса. Изумительная улыбка и ненавязчиво оценивающий взгляд серых глаз.

— Но почему тогда он один? С ним и в самом деле все в порядке? Ты уверена?

— Уверена. Дейв покинул Вермонт после того, как в автокатастрофе погибла его жена. Нэнси говорит, что она была одной из самых популярных телеведущих на местном телевидении. Дейв также находился в том злополучном такси, но удар пришелся именно с той стороны, где сидела миссис Векслер. Она скончалась на месте, а он около полугода провел в больнице. Но сейчас с ним все в порядке. После такого испытания мужчине нужна особенная женщина, а наша Сандра как раз такая. Они оба как две половинки одного целого, жаль лишь, что Сандра такая упрямица. Подумать только, отказаться от знакомства с таким потрясающим мужчиной ради того, чтобы остаться с Питером Мэрфи!

— Думаю, все дело в Майкле Мейсоне, — взволнованно произнесла Дженни. — Я сама только недавно поняла это. Питер полная противоположность Майклу, потому Сандра и выбрала его. Она боится получить новую порцию душевных страданий, вот почему и решила связать свою жизнь с Питером. Он ведь полностью предсказуем! Даже я могу предположить почти со стопроцентной точностью, что он будет делать в такой-то день недели через столько-то лет! Сандра сама загнала себя в угол, и я не знаю, хватит ли у нас сил вытащить ее оттуда. Кстати, я недавно видела этого мерзавца Майкла. Стал еще красивее и, кажется, еще богаче. Одна его машина чего стоит!

— И дом. Один из самых лучших на Квин-стрит. Кстати, Майкл вот уже год как входит в совет директоров «Палмерса». Мы столкнулись с ним недавно на вечеринке у Барни, так этот негодяй сделал вид, что мы незнакомы!

— Еще бы! После того как ты надела ему на голову кастрюлю со спагетти, вполне естественно, что он не узнает тебя! — рассмеялась в ответ Дженни. — Фантастическое было время! Порой я так скучаю по нему. Семья, дети это, конечно, прекрасно, но так хочется иногда почувствовать себя свободной от всего!

Поговорив еще немного, подруги расстались. Проводив до машины Нору, Дженни вернулась в непривычно тихий, наполненный ночными звуками дом. Дети, семья — это и в самом деле лучший выбор, но только если они не поглощают тебя всю, без остатка! — напомнила она себе и, захватив из холодильника банку диетической колы, отправилась в мастерскую. Заниматься любимым делом она могла лишь в позднее время суток и, когда выпадал такой случай, старалась не упустить его. Втайне от мужа она взяла заказ на новый дизайнерский проект и теперь посвящала ему каждую свободную минуту. Если все получится, как она загадала, вполне можно будет подумать о поездке в Европу. Мальчикам будет полезно окунуться в новый мир, да и им с Джулиусом подобная встряска не помешает. Можно также будет позволить себе купить несколько новых, по-настоящему хороших платьев. Что-нибудь от Мейсона или даже Рикель. Да и Тэду давно пора купить парочку новых костюмов. Ведущий менеджер солидной фирмы должен одеваться соответственно, а не ходить в купленных на распродаже вещах!

Давно уже Сандра не чувствовала себя такой усталой, как в этот вечер, и по дороге домой мечтала только об отдыхе. Вхождение в новую должность — занятие не для слабонервных, усмехнулась она и, скинув туфли, прошла на кухню. Есть хотелось невыносимо. В холодильнике она обнаружила банку оливок и банку консервированных персиков, а в буфете пачку галет. Фантастическое сочетание, почти королевский набор, удовлетворенно отметила Сандра и, оставив находку на столе, отправилась в душ. Нужно было как можно скорей смыть с себя скользкие, полные злости и скрытой иронии взгляды Элизабет, пока они не успели проникнуть в ее плоть и кровь.

Вернувшись на кухню, Сандра открыла банку с оливками и, распечатав пакет с галетами, принялась за незамысловатый ужин. Мысли, словно сорванные порывом ветра листья, кружились в голове, вытаскивая на поверхность именно те воспоминания, которые она когда-то спрятала в самые дальние углы памяти. Недавний разговор с Дженни и Норой оставил глубокий след в ее душе, и вот уже несколько дней она продолжала мысленный диалог с ними. Что-то тревожило ее, но, пытаясь понять, что именно, она всякий раз натыкалась на глухую стену. Все это могло продолжаться бесконечно, но неожиданно Сандра поняла, что знает ответ на мучивший ее вопрос.

Майкл Мейсон! Настоящий кошмар из ее прошлой жизни! А ведь как поначалу она была влюблена в него! Все вокруг, включая Дженни и Нору, твердили о невозможности отношений между ними, но она никому не верила. Словно кто-то опутал ее сознание невидимой пеленой, сквозь которую она могла видеть лишь обращенную к ней улыбку Майкла и слышать один лишь чарующий звук его голоса. Если бы у нее был в те дни хоть какой-то опыт в подобных делах! Но ведь в школе она только и делала, что училась и даже ни разу не сходила ни с кем на свидание! Хотя… ее никто и не приглашал. Очевидно, никому и в голову не приходило, что у самой красивой девочки в школе нет парня. Майкл же казался ей целой вселенной, миром, полным тайн и загадок. Он занял не только ее мысли, он заполнил ее всю целиком. Ее, Сандры Шелл, в тот год как бы и не существовало. Везде и во всем был один лишь Майкл. А затем на одном из университетских сайтов появилось изменившее весь ход ее жизни сообщение. Темой его были достаточно откровенные рассуждения Майкла о достоинствах и недостатках тех девушек, с которыми он был близок. В этом списке она, Сандра, значилась под номером двадцать один.

Странно, что, пережив подобное, она не сошла с ума. Приступы дикой ненависти сменялись приступами тоски, и не было конца этой безумной круговерти. Если бы не Дженни и Нора, она бы бросила учебу, но они сделали все, чтобы отговорить ее. А затем все прошло. Прошло так же внезапно, как и началось. Проснувшись однажды утром, она вдруг поняла, что ее нисколько больше не волнуют ни сам Майкл, ни та гадость, что он написал о ней и других. Все это осталось в прошлом, она же нашла в себе силы жить настоящим. Удивительное спокойствие зажгло особым светом глаза и омыло спасительным бальзамом душу. Теперь она проходила мимо провожающего ее настороженным взглядом Майкла, словно не видя его, нимало не задумываясь о том, что именно означает задумчивый, устремленный в ее сторону взгляд. В тот год сердце ее оделось в броню, и не было никакой надежды, что броня эта когда-нибудь исчезнет или хотя бы даст трещину. Затем в ее жизни появился Питер Мэрфи, мужчина, которого она выбрала для себя сама и который, она знала это наверняка, никогда не сможет причинить ей боль. Не сможет по той простой причине, что нет в ее сердце любви к нему. Благодарность, привязанность — да, но не любовь.

Неожиданно Сандре стало ужасно жаль себя. Мечты о прекрасном принце так и остались мечтами. Принц, которого она ждала долгие годы, так и не появился, прошел мимо, оставив ее стоять на обочине жизни в напрасном ожидании счастья. Разве об этом ей мечталось когда-то? Почему? Ну почему все у нее в жизни складывается совсем не так, как хотелось бы? Может, что-то не так в ней самой? Но тогда что?

Вопросов было более чем достаточно, но ни на один из них она так и не смогла найти в этот вечер ответа. Мелькнула мысль позвонить Питеру, но она тут же отказалась от нее. Что бы она ни говорила Дженни и Норе, правду от самой себя все равно не скрыть. Идеальный во всех — ну или почти во всех — отношениях Питер Мэрфи надоел ей до чертиков, и вопреки всем правильным доводам мысль о разрыве с ним последнее время все чаще приходила ей в голову. Вот и сейчас, стоило только вернуться к ней, как из маленького комочка запретная мысль превратилась в огромный снежный ком, где-то в середине которого оказалась она, Сандра.

3

Выключив компьютер, Дейв отодвинул в сторону лежавшие на столе отрывки новой рукописи и, выйдя на опоясывавшую дом веранду, прислушался к шуму океана. Словно огромный зверь, который ворочается в своей берлоге, невольно подумал он, прислушавшись к доносившимся до него звукам. Каждый день звуки были разными, но всякий раз они совпадали с присущими одному ему, Дейву, ритмами.

После гибели Клэр он так и не смог заставить себя жить в их когда-то общем доме. Слишком сильна была боль потери и слишком явно там все напоминало о ней. Вернувшись домой из реабилитационного центра, он почти сутки просидел в гостиной, все прислушивался, не раздадутся ли ее легкие, всегда торопливые шаги. Ждал, но так и не дождался. Сидел и пил виски прямо из бутылки, пил, словно воду, страстно мечтая получить хоть несколько минут забвения. Родной дом стал ему вдруг чужим и даже темная стена леса за окном казалась враждебной. Клэр унесла с собой душу дома, и уже никто не смог бы возродить его к жизни. Из дома исчезли не только звуки, но и запахи. На покрытых ровным слоем пыли полах и мебели не отражался ни один солнечный луч, и, хотя за окном было лето, в доме было холодно как в склепе. Несколькими днями позже он понял, откуда этот холод, но тогда его охватил почти мистический ужас. Причиной оказалась включенная система кондиционирования воздуха, но, кто и когда включил ее, он не знал. Такую наполненную болью и страхом жизнь он терпел почти месяц, все пытался научиться жить без Клэр, но так и не научился. Самой тяжелой для него частью суток была ночь. Чего он только не делал, чтобы избавиться от мучавших его кошмаров! Порой, просыпаясь в холодном поту, он слышал чьи-то шаги на первом этаже, но ни разу не смог заставить себя встать и спуститься вниз.

Все закончилось тем, что он выставил дом на продажу и, не дожидаясь результатов, уехал в Сан-Франциско — город, в котором он не был столько лет и куда его после гибели Клэр так упорно звал Ларри Гарольд.

Прислушиваясь к шуму набегавших на песчаный берег волн, Дейв вдруг вспомнил свое первое после стольких лет разлуки впечатление о Сан-Франциско. Вместо уравновешенного спокойствия севера — яркие, наполненные солнцем и синевой океана краски. И сам город — то спрятавшийся в тени парков и садов, то рвущийся вверх вместе с огромными, врезающимися в небесную синь небоскребами. После строгих архитектурных линий Новой Англии это буйство резало глаз но постепенно он привык к нему и даже начал получать какое-то особенное удовольствие от новой жизни. Но самое главное, здесь его больше не мучили кошмары и, просыпаясь утром, он чувствовал себя так, словно только что родился на свет. И как же хорошо, что он внял совету Ларри и снял этот дом! Никаких соседей на две мили вокруг, вместо них океан и тянущиеся вдаль дюны из желтого, светящегося в призрачном лунном свете песка. И пишется ему здесь так, как никогда не писалось в Вермонте. Там он всегда чувствовал некую сдерживающую силу, здесь же душе было удивительно спокойно, казалось даже, что это единственно возможное для нее место на земле.

Взглянув на часы, Дейв отметил, что до приезда Нэнси и Ларри осталось чуть менее получаса. Звонок Ларри и его слова о том, что предстоит серьезный разговор, застали его врасплох, но, не узнав подробности по телефону, он предпочел не думать ни о чем до приезда Гарольдов. Сейчас же, когда до их приезда осталось всего несколько минут, Дейв почувствовал вдруг странный зуд во всем теле. Неужели речь вновь пойдет о работе над киносценарием? Но он ведь ясно дал понять Ларри, что не хочет ни уезжать отсюда, ни погружаться в омут киношного мира!

Звук едущего автомобиля прервал его размышления, и, решив не торопить события, он пошел встречать гостей.

— Ты только взгляни на этого отшельника, Нэнси! С тех пор как мы видели его в последний раз, он прибавил в весе как минимум три фунта! — Не слушай его, Дейв! Выглядишь просто великолепно. Благословенный воздух Калифорнии явно пошел тебе на пользу. Кстати, тебе привет от Элизабет. Она ужасно хотела составить нам компанию, но я подумала, что ее появление вряд ли обрадует тебя. Хотя, может, стоит захватить ее в следующий раз?

— Ты просто чудо, Нэнси, единственная, кто умеет читать чужие мысли на расстоянии, — улыбаясь произнес Дейв, целуя Нэнси в подставленную щеку. — И прошу тебя, никаких визитов Элизабет. Рядом с ней я чувствую себя полным ничтожеством уже потому, что не спешу надеть на ее пальчик обручальное кольцо.

— Ты несправедлив к ней, Дейв! — рассмеялась Нэнси. — Но я не упрекаю тебя. У Элизабет и в самом деле несносный характер, хотя она и отказывается признать это.

— А вот мне Элизабет нравится, — вступил в разговор Ларри Гарольд. — Никогда еще у меня не было лучшего помощника, чем она.

— Он говорит так только потому, что выслушивает от нее как минимум две дюжины комплиментов в день! — смеясь обратилась к Дейву Нэнси. — Ты бы слышал, что именно она говорит Ларри! Послушать ее, так он воплощение женской мечты об идеальном мужчине.

— Вот именно! Зато от тебя я не услышал и пяти комплиментов за последние десять лет совместной жизни! — схватив миниатюрную Нэнси в охапку, прорычал Ларри. — Кстати, Дейв, моя жена испекла для тебя пирог с ананасом. Сколько раз я просил ее испечь этот пирог для меня, но она только головой качала, а стоило попросить тебе, так она чуть ли не весь день провела на кухне!

— А все потому, что ты как минимум на двадцать фунтов тяжелей Дейва! — наградив мужа звонким поцелуем, воскликнула Нэнси. — Но помня о том, что ты мой самый любимый мужчина, я все же разрешу тебе съесть пару кусочков!

Помогая Нэнси накрывать на стол, Дейв чувствовал себя едва ли не самым счастливым человеком на земле. Какое все же чудо, что у него есть такие друзья! И как хорошо, что он не поехал сегодня на ужин к Робертсонам, а остался дома. Странно только, что Нора отменила свое приглашение так же внезапно, как и сделала его. Но какая в общем-то разница, что именно там произошло? Он и согласился только потому, что хотел обсудить кое-что с Тэдом Робертсоном, а раз не удалось это сделать сегодня, обсудит в другой раз.

Ужин уже подошел к концу, когда Ларри решился наконец приступить к разговору, который откладывал целый месяц. Если бы не Нэнси, он, наверное, и сегодня не смог бы начать его, но, вняв уговорам жены, решил довести начатое до конца. Кто знает, быть может, Нэнси и права в своих рассуждениях, ведь не зря же она целых два года изучала психологию в университете?

Уловив устремленный на него пристальный взгляд жены, Ларри сделал успокаивающий жест рукой и, глубоко вздохнув, произнес:

— Дейв, старина, мы с Нэнси хотим кое о чем поговорить с тобой. Это касается «South World Journal»

— «South World Journal»? А что с ним не так?

— Ничего, но…

— Ларри хочет сказать, что теперь ты, Дейв, являешься главным редактором этого самого журнала, — игнорируя рассерженный взгляд мужа, произнесла Нэнси. — Мы, конечно, понимаем насколько это неожиданно для тебя, но так уж случилось, что ты единственный, кто сможет навести в нем порядок. Надеюсь, ты не откажешь нам в помощи?

Воцарившееся на несколько бесконечных минут молчание было куда выразительней всех возможных слов. Воздух в комнате стал вдруг подобен безвоздушному пространству, в котором одна лишь Нэнси чувствовала себя вполне комфортно. Покачивая едва держащейся на ноге туфелькой, она, казалось, искренне наслаждалась сложившейся ситуацией, нимало не заботясь о том, как чувствуют себя находящиеся рядом мужчины.

Не в силах оторвать взгляда от качающейся на изящной женской ножке туфельки, Дейв машинально отметил, что это одно из самых эротичных зрелищ, которые он когда-либо видел. Даже вид обнаженной женской груди вряд ли бы взволновал его так же, как эта ножка с туфелькой. Кровь вдруг быстрей побежала по жилам, и впервые за последний год он подумал о том, что прошлое наконец начинает утрачивать свою власть над ним. Ощущение было столь волнующим, что на какое-то время он словно выпал из реальности и был порядком удивлен, услышав обращенные к нему слова:

— Так как, Дейв, ты согласен занять эту должность?

— Должность? Какую должность? Извини, Ларри, но я что-то плохо соображаю сегодня. Надеюсь, речь идет не о должности президента Соединенных Штатов? — попытался пошутить он.

— С тобой все в порядке, Дейв? Речь идет о «South World Journal» и должности главного редактора журнала. Так как, согласен ты занять ее?

На мгновение Дейву стало страшно. Страх, что придется порвать с уютным, лишенном переживаний существованием, вызвал неприятную дрожь во всем теле, но уже секунду спустя он понял, что не сердится на друзей. Непонятно как, но они выбрали единственно подходящий момент для подобного разговора, ему остается лишь согласиться и поблагодарить их за предложение. Но, уже мысленно согласившись, он не собирался так просто сдать свои позиции, а потому решил немного потянуть время и попытаться выяснить истинную подоплеку происходящего.

— А почему я, Ларри?

— Потому что ты единственный, кому я могу доверить свой журнал. И потом, ты ведь столько лет занимал пост главного в «Town and Country»! У тебя огромный опыт, разве нет?! И что самое главное, я не прошу тебя немедленно приступить к работе. Пока это место временно займет вполне толковая молодая особа, так что у тебя есть как минимум три месяца, чтобы подготовиться к предстоящим переменам.

— Но как же моя книга? — сделал последнюю попытку Дейв. — Надеюсь, ты понимаешь, что я не смогу принять твое предложение до тех пор, пока не закончу ее?!

— Не ты ли говорил еще неделю назад, что книга почти закончена?

— Говорил, но ты ведь знаешь, как это бывает, то одно нужно подправить, то другое. Никогда не знаешь точно, когда поставишь последнюю точку.

Говоря это, Дейв отчетливо понимал, что все его отговорки напрасны. Более того, он видел, что ни одно из произнесенных им слов не произвело должного впечатления на Лари, и это, как ни странно, обрадовало его. Если уж быть честным до конца, то когда-то ему очень даже нравилась работа главного в «Town and Country» и, кто знает, вдруг это действительно то, что необходимо ему сейчас? Нэнси права, нельзя ставить на себе крест, даже когда жизнь наносит жестокий удар. Нельзя опускать руки и жить одними воспоминаниями. Клэр не вернешь, а это значит, что он просто обязан найти в себе силы для новой жизни хотя бы потому, что должен жить теперь за двоих.

— Ну так как, Дейв? Могу я хотя бы надеяться на твое согласие? — словно подслушав мысли друга, спросил Ларри.

— Можешь, но только после того, как я закончу работу над книгой. Я посвятил ее Клэр, это будет мой последний подарок ей. Если бы не она, я никогда бы не достиг того, чего достиг. Это она убедила меня начать писать и так радовалась успеху первой книги. В тот год мы построили столько планов, что на их исполнение не хватило бы и двух жизней. Но Клэр не смутило это. Она всегда была полна оптимизма, говорила, что стоит только начать, а потом уж некуда деваться. Ни у кого другого я не встречал такой внутренней силы, как у нее.

Взглянув на неуловимо изменившееся лицо Дейва, Нэнси едва удержалась от торжествующей улыбки. Как же хорошо, что им удалось наконец уговорить этого отшельника вылезти из своей скорлупы! Все теперь будет хорошо! В этом у нее нет никаких сомнений.

Нужно будет познакомить Дейва с кем-нибудь! — пришла к неожиданному выводу Нэнси. А что? Прекрасная идея, жаль только, что пришла она мне в голову только сейчас. Нужно как следует продумать детали. Обидно, что Элизабет так явно ведет себя, совсем не скрывая своих намерений. Чуть меньше напористости — и из нее могла бы получиться неплохая жена для Дейва! Но нет так нет. Вокруг достаточно других женщин, и наверняка среди них найдется та, что сможет привлечь его внимание.

— О господи! Первый день в новой должности, а она чувствует себя так, словно кто-то развинтил ее на маленькие кусочки, а затем второпях, потеряв часть деталей, собрал. Разве это ее лицо? Откуда этот странный серый оттенок? А круги под глазами? И волосы! Всегда послушные, они именно сегодня отказываются ложиться так, как ей хочется! Отложив в сторону щетку для волос, Сандра решила сделать прическу чуть позже, а пока погладить юбку. Сколько можно ходить в брюках? Теперь только юбка! Не длинная, но и не слишком короткая. И такая юбка у нее есть. Куплена на распродаже. Даже Нора не отказалась бы от такой — натуральный шелк того изумительного оттенка, какой бывает у разбуженного ранним утром океана. Остается только подобрать к этой юбке блузку. Что-нибудь достаточно строгое, чтобы выдержать образ, но в то же время и женственное. Вот именно. Нельзя же, в самом деле, думать только о работе! Решено! Блузка в стиле Лауры Шон. Золотистое чудо, которое она купила месяц назад. Потратила на нее целых триста долларов. Ни на ком другом эта блузка не выглядит так, как на ней. Изумительное сочетание цветов — умиротворенный океан и плавящийся на солнце песок. Проблему с волосами Сандра решила вдруг на удивление быстро. Просто заколола их наверх, открыв высокую, изящную шею. Окинув себя внимательным взглядом, она пришла к выводу, что вопреки всем волнениям ей удалось создать необыкновенно стильный образ. Оставалась, правда, еще одна, не менее важная проблема — с обувью. Подходящие туфли у нее конечно же есть, вопрос в том, сможет ли она выдержать весь день на высоких каблуках?

Примерив туфли, Сандра чуть было не скинула их, но затем, убедив себя, что новый облик и начало новой жизни стоят такой жертвы, пришла к компромиссному решению — она возьмет туфли с собой и переоденется в машине. Да, так будет лучше всего. Главное, найти удобное место для парковки, не то придется целых триста ярдов идти на высоченных каблуках!

Услышав бодрый свист чайника, Сандра положила в чашку ложку растворимого кофе и, добавив немного сахару, залила полученную смесь кипятком. Если бы Дженни или Нора увидели сейчас, какой именно кофе я пью, они наверняка не удержались бы от парочки нелестных замечаний в мой адрес, подумала она и, радуясь, что никто не видит ее в этот момент, сделала первый глоток. Свежесваренный кофе, натуральный, только-только выжатый сок, гречишные оладьи, творожная запеканка со сливками — все это, конечно, прекрасно и, по мнению ее дорогих подруг, жизненно необходимо, но (тут Сандра твердо стояла на своем) только тогда, когда рядом есть мужчина, способный оценить твои усилия. Для таких же, как она, давно уже (слава богу!) создана бесперебойно работающая сеть по приготовлению и доставке готовой еды.

Взглянув на часы, Сандра чуть было не вылила на себя остатки кофе. Ну вот, всегда с ней так! Стоит только подумать о чем-то, как тут же в голове рождается целый шквал ненужных мыслей! Впереди самый трудный в ее жизни день, а она думает о чем угодно, только не о том, как прожить его!

4

Проснувшись на рассвете, Дейв несколько минут лежал, устремив взгляд в потолок, внимательно следя за игрой света и тени. Вчера он забыл опустить жалюзи и теперь вынужден был расплачиваться за забывчивость необычайно ранним пробуждением. Странно, но после выпитых вчера нескольких бокалов красного вина голова не только не болела, но была необыкновенно ясной. Словно кто-то невидимый убрал окутывавшую ее пелену, позволив наконец взглянуть на окружающий мир новым, неожиданным для прежнего Дейва взглядом. Что-то очень важное случилось с ним вчера, что-то такое, что полностью изменило ход его жизни.

«South World Journal!» — вспомнил вдруг он. Ну конечно! Должность главного редактора и возможность вновь ощутить себя полноправным членом общества.

Соскочив с кровати, Дейв влез в свои любимые шорты и вышел на веранду. Странно, еще неделю назад он бы не задумываясь ответил отказом на предложение Ларри, а сейчас радуется ему, как самому дорогому подарку. Неожиданно захотелось очутиться в городе, пройтись по улицам, посмотреть на играющих в парке детей и хоть одним глазком взглянуть на главный офис «South World Journal». Кто знает, быть может, именно с этого места на земле начнется новый отсчет в его жизни, а потому оно заслуживает особого внимания с его стороны.

Дорога до центральной части города обычно занимала у него часа два. Переехав через дамбу, он повернул на скоростную автостраду и, проехав еще около тысячи ярдов, свернул на мост. Золотые Ворота. Визитная карточка Сан-Франциско. Одно из самых прекрасных и величественных сооружений в мире. Настоящий гимн человеческому гению и великолепный образчик для потомков. Всякий раз въезжая на мост, Дейв чувствовал будоражащее душу волнение и, глядя на раскинувшийся впереди город, радовался фантастически красивому зрелищу. После строгости Вермонта Сан-Франциско был для него настоящим откровением. Все здесь дышало жизнью и было так не похоже на суровую сдержанность Восточного побережья. Жаль, что они с Клэр не приехали сюда лет десять назад. Решись они на такой шаг, возможно все в их жизни сложилось бы иначе, подумал он и тут же поймал себя на мысли, что воспоминания о Клэр уже не наполняют душу прежней болью. На смену ей пришла легкая грусть, но и она уже не заполняла его всего целиком.

Вглядываясь в очертания раскинувшегося впереди огромного города, он пытался представить, насколько сильно изменится его жизнь, и легкая улыбка то и дело пробегала по плотно сомкнутым губам. Перемены только начались, а он уже получает удовольствие, причем совершенно особенное. Оно еще не пришло, лишь дало о себе знать но от одного только ожидания становится необыкновенно хорошо на душе. Размышляя над природой своих чувств, Дейв вдруг понял, что однажды уже испытывал нечто подобное. Ну конечно! Как же он сразу не догадался?! Точно такие же чувства он испытал однажды в детстве, когда отец впервые отвез его в Диснейленд! Воспоминания плотным кольцом окружили Дейва, и неожиданно для себя он вспомнил множество удивительно ярких подробностей. Карусели, горки с машинами, автодром, а также клоуны, огромные связки воздушных шаров, сладкая вата, мороженое и конечно же залитый желтой клейкой горчицей хот-дог. Вкуснее потом он никогда ничего не ел.

Очнувшись от воспоминаний, Дейв перестроился в правый ряд, а проехав еще два квартала, припарковал свой видавший виды «мустанг» на стоянке главного офиса «South World Journal». Ему повезло. С этого места прекрасно просматривался главный вход и, следя за исчезавшими за огромной стеклянной дверью сотрудниками, он пытался предположить, с кем из них предстоит ему работать в самом ближайшем будущем.

Почему?! Ну почему она не выехала из дома хотя бы на четверть часа раньше?! Ведь знала же, что попадет в пробку, но все равно не поторопилась. Опоздать в такой день! Элизабет будет вне себя от счастья! Интересно, как это у нее получается всегда и везде быть на пике идеальности? Никаких тебе порванных в спешке колготок, растрепанной прически или забытых дома (это в лучшем случае) документов. Сандра и дальше бы продолжила заниматься самобичеванием, но сменившийся свет светофора оторвал ее от этого занятия. Поток машин устремился к видневшемуся впереди перекрестку Боун— и Лейн-стрит, и ей стоило огромного труда перестроиться в правый ряд. Поток машин казался бесконечным, и, нервничая, она то и дело представляла себе довольную ухмылку Элизабет. Взглянув на часы, Сандра поняла, что опаздывает. От главного офиса ее отделяли всего семь или восемь сотен ярдов, но зажатый со всех сторон автомобиль мог двигаться лишь с самой минимальной скоростью. Все это вместе взятое не улучшило ее настроения, и на стоянку главного офиса она въехала далеко не в лучшем состоянии. Последним — Сандра очень на это надеялась — событием в списке утренних неприятностей оказалось занятое явно чужим автомобилем ее любимое место на стоянке. Огромный «мустанг» с тонированными стеклами, довольно грязный, да еще и с мятым крылом, он походил на неряшливого уличного пса, очутившегося вдруг среди аристократов автомобильного мира. Но было нечто, что позволяло признать его право занять одно из лучших мест на парковке. Неуловимое нечто просачивалось из-за плотно закрытых дверей, невидимым глазу облаком окутывало неизвестного автомобильного чужака.

Первым порывом Сандры было все же возмутиться по поводу занятого места, но, поразмыслив немного, она решила оставить все как есть. Неприятностей на одно только утро оказалось предостаточно, и ей не хотелось тратить время и силы на выяснение отношений с хозяином «мустанга». Единственное, что можно было себе позволить, — это кинуть разгневанный взгляд в его сторону, что она и сделала, проходя мимо.

Вышедшая из красной спортивной «тойоты» женщина оказалась одной из последних, подъехавших в это чудесное утро к главному офису «South World Journal», и, пожалуй, единственной, на кого он по-настоящему обратил внимание. Высокая, с ногами такой длины, что им позавидовала бы любая голливудская звезда. Туфли на высоком каблуке делали ее еще выше, но и без них, он был уверен в этом, она смотрелась бы великолепно. Глаза незнакомки были скрыты за черными стеклами очков, но ему показалось, что излучают они отнюдь на радостное благодушие. Лицо он не успел как следует разглядеть, все его внимание было приковано к тому, как двигалась эта удивительная женщина. Во всех движениях чувствовалась огромная внутренняя энергия. Казалось, женщина едва сдерживает бурлящий в ней океан страстей, еще секунда — и ровный шаг перейдет в стремительный бег. Нечто подобное он видел в Испании, когда приходил посмотреть на танцующих фламенко. Почти не двигаясь в начале танца, танцоры в считанные доли секунды наполняли окружающее их пространство особой энергией. Они только начинали двигаться, а он уже всем своим существом чувствовал тот особый ритм, которым были переполнены их тела. Глядя вслед удалявшейся незнакомке, Дейв вдруг понял, что хочет броситься вслед за ней, но, едва представив ее удивление, отказался от этой затеи. Она решит, что я сумасшедший, и будет права, подумал он. И потом, такая женщина не может быть одна. У нее наверняка есть муж и, может, даже дети.

От этой мысли настроение его ухудшилось и, отказавшись от мысли прогуляться по городу, Дейв направил свой «мустанг», домой.

Какого черта! Зачем вообще нужно было ехать сюда? Что именно ты хотел понять? — спрашивал Дейв себя по дороге домой, но не находил ответа.

Дорога немного отвлекла его, но, едва въехав на дамбу, Дейв вдруг понял, что образ незнакомки не тускнеет в его сознании. Переливающийся всеми красками голубого и зеленого океан и золото песка — именно в эти цвета была одета привлекшая его внимание женщина, и теперь, глядя на них, он всегда будет вспоминать о ней. Спокойствие и безмятежность, которые он так старательно культивировал и оберегал, покинули его всего за несколько минут, и не было в мире силы, способной вернуть их обратно. В один миг проснулись давно забытые желания. Захотелось ощутить под рукой гладкость кожи незнакомки, шелковистость волос, упругость груди. Даже к Клэр его не тянуло с такой силой, как к этой совершенно незнакомой ему женщине! Глухо застонав, Дейв вылез из машины и направился к дому.

Если число шагов до ступенек окажется четным, загадал вдруг он, я обязательно познакомлюсь с ней. Эта мысль несколько улучшила его настроение, и, тщательно считая шаги, он уже мечтал о том, как будет держать в объятиях эту удивительную женщину. Песок пляжа шуршал под ногами, осыпался в туфли, но он не замечал этого. Все внимание Дейва было поглощено числом проходимых им шагов, и странная вибрация, возникшая в ногах, с неудержимой силой заставляла его двигаться дальше. Сама судьба вела его сейчас, но пока он еще не догадывался об этом.

Оглянувшись еще раз на неизвестно откуда взявшийся «мустанг», Сандра независимо повела плечом, а спустя несколько секунд вообще забыла о его существовании. Впереди был наполненный событиями день, главным из которых было совещание «в верхах». Судьба подбросила ей уникальный шанс, и она не собиралась отказываться от него. В ее силах было внести нечто новое в концепцию журнала, но для начала необходимо преодолеть самое мощное на свете противостояние. Элизабет! Вот кто может помешать ей, следовательно, нужно сделать все, чтобы не дать редакционной коллегии пойти у нее на поводу.

Главное, чтобы Шон Галенс поддержал меня! — загадала Сандра, входя в залитый искусственным светом холл. Обычно она задерживалась здесь на несколько минут, болтала с девушками на ресепшене или проводила какое-то время в «саду», но сегодня у нее не было ни одной лишней минуты. Издали махнув рукой похожим в своей униформе на близнецов Саманте и Келли, Сандра вошла в лифт и только там смогла перевести дух. До начала совещания оставалось около получаса, и нужно было еще просмотреть кое-какие документы.

Одернув юбку и заправив выбившуюся из-под нее блузку, Элизабет уверенным жестом поправила растрепавшуюся прическу и, подойдя к стоявшему у окна Шону Галенсу, прижалась щекой к его спине. Быстрый и безудержный утренний секс всегда действовал на нее наилучшим образом, поднимал настроение и позволял снять возникшее за ночь напряжение. Конечно, будь сейчас на месте Шона Дейв, она испытала бы куда большее чувство удовлетворения, но пока за неимением лучшего следовало довольствоваться Шоном. Жаль, что он женат и у него трое детей. Ведь даже разведись он, все, ну или почти все, его сбережения ушли бы на уплату алиментов. Возникшая пауза затягивалась, и, чтобы немного разрядить атмосферу, Элизабет произнесла: — Сегодня ты как никогда великолепен, дорогой. Настоящий монстр. Можно даже подумать, что у тебя целый год не было женщины. Произошло что-то, о чем я не знаю?

— Все как всегда. Просто именно сегодня ты выглядишь слишком уж неотразимо. И этот запах… У тебя новые духи?

— Да. Мне привезли их из Египта. Изготовлены кустарным способом, но из натуральных ингредиентов. Сандал, пачули, лимонная вербена, розовое масло… Фантастическое сочетание, не правда ли?

— Да, действительно. В них есть ожидание неизведанного и необыкновенная сексуальность. И они необычайно подходят твоей коже, уж можешь мне поверить. Похожими духами пользуется мисс Шелл, но твои куда эротичней.

Сандра! Опять эта дрянь! Но ничего, сегодня я сотру ее в порошок — и пусть только кто-нибудь попробует помешать мне в этом!

— Сандра? Думаю, ты ошибаешься, дорогой. Хотя… все может быть. Она часто покупает себе вещи похожие на мои, ну и духи, наверное, тоже попыталась подобрать похожие. Бедняжка. Не обладая хорошим вкусом, только и может, что пытаться скопировать кого-либо. Не понимаю, как только Ларри пришло в голову доверить ей место Лайонелла. Она ведь полное ничтожество, ни своих мыслей, ни собственного мнения.

— Думаю, зря ты так о ней, Элизабет. Я часто сталкиваюсь по работе с мисс Шелл и могу сказать, что у нее достаточно своих мыслей. Что же касается назначения, то мистер Гарольд не из тех людей, кто делает что-либо вслепую. Наверняка он вдоль и поперек изучил ее кандидатуру, прежде чем принять такое решение.

— О господи, Шон! Ну нельзя же быть таким наивным! Изучил, но не интеллектуальные качества, а способности в постели! Все уже в курсе того, что он спит с ней, один лишь ты ничего не знаешь!

Это был чистой воды блеф, но, произнося его, Элизабет сама начала верить в подобный вариант событий. А в самом-то деле, с чего вдруг выбор Ларри пал именно на Сандру, когда вокруг так много других куда более опытных и достойных кандидатов?

— Давай не будем на эту тему, Лиз. До совещания осталось менее четверти часа, а мне еще нужно посмотреть кое-какие документы. Встретимся в зале.

С этими словами Шон покинул ее кабинет. Нечто прозвучавшее сегодня в его словах заставило ее забеспокоиться, но, как Элизабет ни старалась, она никак не могла вспомнить, что именно и когда насторожило ее. Это нечто походило на крошечное облачко, догнать которое не было ни единой возможности.

Внимательно слушая выступавших одного за другим членов редколлегии, Сандра в сотый уже, наверное, раз мысленно повторяла свою заранее приготовленную речь. Странно, но почему-то именно сейчас она показалась ей напыщенной и лишенной живости. До начала ее выступления осталась всего пара минут, и только тут Сандра поняла наконец, о чем именно и как следует говорить. К черту заученные, напыщенные фразы! Искренность всегда была ее главным оружием, так почему же она решила изменить ей? Увидев ободряющий кивок миссис Стюарт, Сандра глубоко вздохнула и, улыбнувшись присутствующим, произнесла: — Удовольствие. Кто из нас не знает, что это такое? Но испытываем ли мы его, листая очередной номер «South World Journal»? Думаю, не ошибусь, если скажу, что нет. Посмотрите, чем заполнены страницы журнала. Я подсчитала — почти семьдесят пять процентов площади занято рекламой!

— Но именно реклама позволяет нам иметь такие высокие тиражи, мисс Шелл. Вам ли не понимать этого!

Полный скрытой иронии голос Элизабет почти в открытую обвинил ее в тупости, но вопреки всему Сандра решила не вступать в длительную дискуссию, а ограничиться одним замечанием.

— Если придерживаться ваших принципов, мисс Гилмор, то проще перевести «South World Journal» в разряд рекламного вестника, — парировала она. — Но речь ведь не об этом, не так ли? Я конечно же отдаю себе отчет в пользе и необходимости рекламы, но не лучше ли тогда отказаться от рекламы пяти мелких фирм, чтобы отдать предпочтение одной крупной? Площадь освободится, а деньги останутся прежними.

— Вы что-то говорили об удовольствии, Сандра, — услышала она голос Шона Галенса. — Нельзя ли подробней об этом?

— Да, конечно. Я проанализировала весь изданный за последние два года материал и чуть было не впала в депрессию. Вы только посмотрите на названия статей! Вот, пожалуйста: «Конец света, насколько он близок?», «Депрессия — национальная болезнь Америки», «Он убивает всех своих жен» и вот еще — «Нужно ли вообще иметь детей?». Впечатляет, не правда ли? И это далеко не весь перечень. Куда делся материал, посвященный искусству, литературе, воспитанию детей, позитивным новинкам из области медицины?! Ничего этого нет! А то, что есть, неинтересно читателям. За последние полгода тираж упал на двенадцать процентов, и, если так будет продолжаться, «South World Journal» в худшем случае может прекратить свое существование, а в лучшем — перейти в разряд рекламных вестников.

Возникшая в зале тишина оглушала. Воздух вдруг сгустился, и Сандре показалось, что вокруг нее начал образовываться некий кокон, из которого она никогда уже не сможет выбраться. Ощущение было не из приятных, и ей вдруг захотелось сломя голову выбежать вон. Зачем она вообще затеяла все это? Кому нужны ее мысли? Элизабет все равно не даст ей действовать по-своему. Всем известно, почему так много места отводится рекламе! Отдавая рекламную площадь, она имеет неплохие дивиденды и уж точно не позволит отнять их у себя. Права была Нора! Нельзя играть в ту игру, чьи правила не знаешь!

— А знаете, мисс Шелл, в ваших словах что-то есть! — вновь услышала она голос Шона Галенса.

Не в силах поверить в услышанное, Сандра подняла на него полные изумления глаза и словно окунулась в теплое голубое озеро. Нет, свои рифы и подводные течения в этом озере конечно же были, но в данный момент они были скрыты за ровной поверхностью.

— Но меня интересует еще кое-что, в частности ваши предложения по изменению концепции журнала. Что, по вашему мнению, может заинтересовать читателей и доставить им удовольствие?

Это был тот самый подводный риф, о который она боялась споткнуться, но, пересилив страх, Сандра произнесла:

— Я не владею статистикой, мистер Галенс, но постараюсь ответить вам как читатель журнала. Мне лично хотелось бы прочитать совсем иные статьи, ну например: «Как выглядят без грима звезды шоу-бизнеса», или «Ты прекрасна такая, какая есть», или можно даже создать новую рубрику — что-то типа «После двадцати жизнь только начинается» — и в каждом новом выпуске менять возраст. Придумать можно что угодно, главное помнить о том, что журнал должен радовать читателя, дарить ему хорошее настроение, а не заставлять впадать в депрессию.

Высказав свою точку зрения, Сандра на секунду закрыла глаза, а открыв их, как-то сразу поняла, что произнесенные ею слова нашли отклик в сердцах находившихся в зале людей. Она вдруг увидела, что перед ней не манекены, а настоящие профессионалы своего дела, прямо сейчас думающие о том, как вытащить журнал из трясины, в которую он погружался в течение двух последних лет. В эту атмосферу не вписывалась одна лишь Элизабет, но сейчас Сандра предпочла не думать об этом. Она еще успеет испортить себе настроение, но пусть это будет немного позже.

5

Выйдя из зала заседаний, Элизабет едва нашла в себе силы дойти до собственного кабинета и, только захлопнув перед носом удивленной секретарши дверь, позволила обуревавшим ее эмоциям выйти наружу.

Тварь! Мелкая подлая тварь! Да как она посмела сунуть свой нос туда, о чем не должна даже думать! И Шон! Мерзкий ублюдок! Как вообще ему могло прийти в голову пойти на поводу у этой мелкой сошки! Интриганка! И ведь как правильно подобрала момент! Лайонелл никогда бы не позволил поднять руку на рекламу и печатать никому не нужные статьи о том, что кто-то там прекрасен сам по себе! Каждый должен стремиться к совершенству, и плевать, какое количество стрессов он при этом перенесет! Слабым не место в этой стране! Америка должна принадлежать сильным — таким, например, как она, Элизабет!

Обуревавшим ее эмоциям требовался выход, и, недолго думая, Элизабет запустила в стену цветочный горшок с цветущей глицинией. Громкий звук эхом отозвался у нее в голове, но она лишь едва поморщилась. Окинув удовлетворенным взглядом разбросанные по всему полу комья земли и остатки растения, Элизабет довольно усмехнулась. Наконец и для ее идиотки секретарши нашлась достойная работа. Пусть приведет в порядок кабинет, а не захочет, будет подходящий повод уволить ее. Где только департамент по найму находит таких дур!? Нужно будет сказать им, чтобы подобрали кого-нибудь другого, более расторопного и без лишних амбиций.

Рабочий день еще и не думал подходить к концу, а Сандре уже казалось, что, с тех пор как она вышла из дома, прошло не несколько часов, а несколько дней. Почти сразу же после совещания ее пригласил на ланч Ларри Гарольд, и, развивая уже перед ним свою мысль, она чувствовала, что ему нравится все, что она говорит. Состояние победы опьяняло, заставляло кровь быстрей бежать по жилам, придавало блеска глазам. Повторив то, о чем она говорила в зале заседаний, Сандра добавила еще кое-что, о чем давно уже мечтала — о создании рубрики психологической помощи и… получила его полную и безоговорочную поддержку! О таком успехе она не смела даже мечтать, и тем приятней было думать о нем, смаковать каждую подробность растянувшегося во времени дня. Нужно позвонить Питеру, подумала вдруг она. Договориться об ужине, за которым она расскажет во всех подробностях о своей победе, а заодно о том, где именно они проведут предстоящий уик-энд. Достав из кармана телефон, Сандра вызвала нужный номер, но, услышав, что абонент недоступен, с явным облегчением положила его обратно. Питер… Как много и как мало связано с ним. Много — это целых четыре, невероятно длинных года, мало — потому что все всегда известно и нет ничего нового в их давно уже зашедших в тупик отношениях. Неожиданно Сандре стало стыдно. Она не должна так думать о Питере. Он всегда был рядом с ней и всегда поддерживал ее в трудную минуту. И она выйдет за него замуж, пусть не сейчас, но когда-нибудь все-таки выйдет. И у них будет свой дом с бассейном на заднем дворе и обязательно собака. Какая-нибудь огромная собака, с которой будут играть их дети. На этой мысли Сандра запнулась. Дети?! Какие дети и зачем? Питер не любит детей, он любит только свою биологию, и лаборатория, которой он руководит, его самое любимое детище. Детям нет места в его жизни, он даже как-то сам сказал ей об этом, странно только, что она вспомнила эти слова только сейчас. Множество мыслей вмиг заполнило ее сознание. Соединяясь и растекаясь, они принимали видимые образы, то пугая, то наполняя ее удивительным спокойствием. Закрыв глаза, Сандра попыталась сосредоточиться на делах, но упрямое нечто внутри нее не желало отпускать жертву из своих цепких объятий. На несколько бесконечно долгих секунд она словно перенеслась в другой мир. Мир, в котором не было места тому новому, что еще недавно переполняло ее, а был лишь унылый дом, Питер и она сама. Увиденное внутренним взором казалось столь реальным, что Сандра почувствовала даже царящий в доме запах — неповторимый запах тоски и безысходности, которым было пропитано все в доме ее родителей в Сан-Сити.

Вынырнув из жуткого омута, Сандра в недоумении огляделась. Неужели эта лишенная всяческих красок жизнь лишь привиделась ей? Или она каким-то непостижимым образом смогла заглянуть в то самое будущее, которое придумала для себя? Ответа на этот вопрос у нее не было, но увиденное послужило неким внутренним толчком, вновь заставившим ее задуматься о разрыве отношений с Питером.

— Питер, дорогой, ты должен наконец познакомить меня со своими родителями. Сколько можно тянуть? Ты обещал познакомить меня с ними неделю назад, но так и не выполнил обещания! Миссис Льюис уже дважды спрашивала о свадьбе, а я так ничего и не смогла сказать ей! — Но, Нилли, дорогая, я ведь уже объяснил тебе, что сначала должен поговорить с Сандрой. Мы были вместе целых четыре года, и не могу же я в один момент объявить о том, что расстаюсь с ней. Мне нужно подготовиться и…

— Пока ты будешь готовиться, наш ребенок уже появится на свет! Представляешь, как отреагируют на это твои родители! А твои коллеги? А миссис и мистер Барнстоун?! Я ведь хотела просить их стать крестными родителями нашего малыша!

— Нилли, обещаю, что поговорю с Сандрой сегодня же или завтра. Нет, послезавтра. Сегодня и завтра у меня две дополнительные лекции в университете. Но послезавтра обязательно.

— А как насчет твоих родителей, брата и сестры?

— Энн с Роналдом как раз приезжают на этот уик-энд, так что вся семья будет в сборе и я смогу наконец представить тебя. Ты им понравишься, я уверен в этом.

— Расскажи мне немного о них. Что они любят, чем занимаются?

— Ну, моя мама всю жизнь занималась домом, садом и нами. Она собирает кулинарные рецепты и любит, чтобы во всем был идеальный порядок. Она немного суховата в общении, но это не должно тебя смущать, она ведет себя так со всеми. Ее главное увлечение — розы в саду. Она знает все об этих цветах, порой даже то, что неизвестно профессиональному флористу.

— А какое у нее любимое блюдо? Какую музыку она любит?

— Насчет блюда не уверен, но, кажется, яблочный пирог. Что же касается музыки, то, пожалуй, Моцарт. Она может слушать его часами.

— А чем занимается твой отец, ну я имею в виду помимо его бизнеса?

— Папа обожает свою яхту. Это его главное увлечение. В детстве я даже ревновал его к ней, был уверен, что он любит ее куда больше меня. Отец надеялся, что я пойду по его стопам, но мне всегда больше нравилась биология, чем строительный бизнес.

Услышав это, Нилли едва заметно поежилась. Биология! В мире нет ничего более скучного, чем наука о червях и личинках! Но ничего — главное, не показывать вида, что она ненавидит всю эту бредятину. Пока это ей вполне успешно удавалось, значит, удастся и дальше. А когда она выйдет за этого недотепу замуж, все уже будет не так важно. Раньше она и не мечтала о такой возможности. Огромный дом, вышколенная прислуга, новая машина, кредитка, пропуск в куда более высокие слои общества и, что самое главное, возможность никогда больше ничего не делать самой. Разве могла ее дорогая мамочка предположить, что выросшая в трейлере дочь станет хозяйкой собственного огромного дома?! Нет, конечно. Жаль только, что мамочка не увидит ее в этой роли, ведь только благодаря ее урокам она, Нилли, смогла обзавестись хорошими манерами и получить поистине бесценные знания из области психологии, особенно мужской.

«Никто так не падок на лесть, Нилли, как мужчины. Всегда помни об этом, но помни еще и о том, что не всякий мужчина может проглотить лесть в чистом виде, некоторым нужна соответствующая приправа, за которой они не почувствуют вкуса главного блюда. Помни также, что каждый из мужчин, каких бы современных взглядов он ни придерживался, в конечном счете предпочтет выбрать ту женщину, на фоне которой он будет выглядеть в наиболее выигрышном свете. Мало кто предпочитает общество сильных женщин, остальные — а их большинство — предпочтут иметь рядом с собой женщину слабую внешне, но со стальным стержнем внутри». Эти слова матери Нилли помнила наизусть и, ложась спать, повторяла их про себя как молитву. Все получилось именно так, как и предполагала ее дорогая мамочка. Питер попался на удочку слишком легко, теперь только не дать ему сорваться с крючка.

— Расскажи мне о своей сестре, Питер. Она красива?

— Думаю, да, хотя я не слишком разбираюсь в этом. К тому же мое мнение вряд ли может быть объективным, ведь Энн моя сестра и я люблю ее. Энн тридцать два года, она с мужем и детьми живет в Лос-Анджелесе. У ее мужа сеть супермаркетов, и Энн помогает ему во всем. Родители мужа ее обожают, Энн невероятно активна и предпочитает здоровый образ жизни. У них с мужем трое детей — две девочки и мальчик. Что же касается Роналда, то он почти точная копия Энн. Но это как раз и не странно, ведь они близнецы. У него небольшая, но процветающая транспортная компания в Финиксе. Три года назад он женился, и у него уже двое детей, тоже, кстати, близнецы. Главное увлечение Роналда — серфинг. Если бы не это, вряд ли бы мы так часто видели его. Раз в месяц он обязательно прилетает покататься. Ну вот, собственно, и все. Как видишь, из всех Мэрфи я самый невзрачный, почти что неудачник, так по крайней мере считают мои родные. Но я не обижаюсь. То, чем я занимаюсь сейчас, обретет особое место в науке, может быть это даже станет новым направлением.

— О, Питер! Ну, конечно же все так и будет! Ты невероятно талантлив, все об этом говорят, даже мистер Барнстоун! Я уверена, что в самом ближайшем будущем тебя ждет не только Национальная, но и Нобелевская премия! Ведь не зря же твоей работой заинтересовались в НАСА!

— Ты так думаешь?

В голосе Питера было столько внутреннего самодовольства, что Нилли едва смогла удержать рвущийся наружу смех.

— Ну конечно, дорогой. Я именно так и думаю! — ответила она самым серьезным тоном и, взяв руку Питера в свою, произнесла: — Ты самый потрясающий мужчина из всех, кого я знала. И ты будешь невероятно счастлив со мной, это я тебе обещаю.

— Ты необыкновенная женщина, Нилли. Не понимаю только, что ты нашла во мне.

Вряд ли ты когда вообще поймешь это, дорогой, мысленно усмехнулась она и, лучезарно улыбнувшись, произнесла:

— Доброта, честность, порядочность — разве этого мало? — А еще невероятное занудство, весьма скромные способности в постели и невероятное количество комплексов, мысленно дополнила будущая миссис Мэрфи.

— Ну, раз ты так считаешь…

В голосе лежавшего рядом мужчины прозвучало едва скрытое самодовольство, и, мысленно похвалив себя, Нилли подумала о том, что лесть в сущности тот же наркотик. Отведав один раз, непременно хочется попробовать еще.

— Да, именно так я считаю. Да и как можно иначе думать о тебе, Питер? Ты единственный из преподавателей университета, кто оказался способным полностью посвятить себя любимому делу! Тебя не волнуют слава или деньги, ты думаешь лишь о науке!

— Мне всегда было немного неловко выставлять себя на всеобщее обозрение, Нилли, но благодаря тебе я обрел небывалую уверенность. Никто еще не поддерживал меня и не понимал так, как ты, дорогая.

Хорошо бы все остальные Мэрфи оказались такими же идиотами, но вряд ли люди, владеющие солидным бизнесом, так же недалеки и наивны, как Питер, подумала она.

Прежде чем прибрать к рукам мистера Мэрфи-младшего, она целых полгода самым прилежным образом собирала досье на него и членов его семьи. Самой опасной фигурой из всех Мэрфи была, по ее мнению, сестра Питера, Энн. Далее шла мать Питера, миссис Кэролайн Мэрфи, для которой была вызубрена история происхождения редких видов роз, затем мистер Мэрфи-старший, для которого была припасена весьма редкая книга по истории архитектуры. Только для Роналда у нее ничего не нашлось, но в этом и не было надобности. До сих пор ей ни разу не встретился мужчина, пожелавший отказаться есть у нее с руки, и Роналд вряд ли был исключением из общего правила.

Оставалась, правда, еще одна проблема — Сандра Шелл, но и с ней Нилли надеялась справиться без особого труда. Согласно имеющейся у нее информации, Сандру недолюбливали в семье Питера за чересчур независимый и строптивый характер. На этом Нилли и решила сыграть, прикинувшись ее полной противоположностью. Почему бы и не потрудиться, когда на кону два миллиона долларов, шикарный дом и муж, выдрессировать которого не составит никакого труда, тем более что процесс этот почти уже завершен? — спрашивала она себя и каждый раз получала один и тот же ответ.

— Так мы договорились насчет следующего уик-энда, дорогой?

— Да, конечно. Послезавтра я поговорю обо всем с Сандрой. Объясню, что не смогу быть с ней счастлив так, как с тобой. Сандра прекрасная женщина, но она никогда не понимала меня так, как ты. Ей, конечно, будет очень тяжело, но она справится.

— Конечно же справится, дорогой. Справится и смирится. Ведь не может она не понять, что такой человек, как ты, требует особого обращения?

Тут Нилли чуть было не захихикала, но, вовремя спохватившись, придала своему лицу самое что ни на есть серьезное выражение. Обсуждая с Питером подробности предстоящего уик-энда, Нилли успевала думать и о своих собственных делах. До конца недели оставалось достаточно времени, и она намеревалась посвятить его весьма приятным для себя занятиям. Пляж, тренажерный зал, бассейн, массажист и Алекс, пока еще не примкнувший ни к какой конюшне жеребец. Нужно будет и дальше не прерывать с ним связь, жмурясь на яркий, льющийся из окна свет подумала Нилли. В постели этому прохвосту нет равных, так что вполне можно будет баловать себя хотя бы раз в неделю таким экзотическим блюдом, как он.

Прощаясь с Питером, она разыграла целый спектакль и была очарована остротой его восприятия. Давно уже она так не развлекалась, а мысль о том, что совсем скоро к подобным развлечениям будет присоединена изрядная куча денег, привела ее в состояние эйфории. Скоро, совсем скоро! — звучало у нее в голове, и задумчивая улыбка то и дело мелькала на ее пухлых губах.

6

Набрав еще раз номер Питера и выслушав сообщение автоответчика о недоступности абонента, Сандра теперь уже со спокойной душой стала думать о том, как проведет ставший неожиданно свободным вечер. Можно было, конечно, поехать домой и как следует выспаться, но наполненный событиями день требовал выхода эмоций.

Она еще только раздумывала, как провести вечер, но ее подруги уже решили все за нее. Трель телефонного звонка разорвала в клочья вечернюю тишину кабинета и громкий, радостный голос Дженни ворвался в него словно порыв весеннего ветра.

— Ну как поживает новый главный редактор «South World Journal»? Надеюсь, ты не зазналась настолько, чтобы отказаться от ужина с подругами? Такое событие непременно нужно отметить, не находишь?

— Нахожу, — засмеялась Сандра. — Честно говоря, я и сама подумывала об этом, но не знала, свободны ли вы. Как насчет «Ассаджи»? Сегодня мой день, и я угощаю.

— Договорились. Я позвоню Норе и предупрежу, чтобы не опаздывала. Сейчас семь, так что встретимся в восемь. Как раз успею заехать домой, переодеться и предупредить няню, чтобы не разрешала мальчикам смотреть телевизор до полуночи.

Отключив телефон, Сандра отошла к огромному, до самого пола, окну.

Весь день она провела как на иголках, прекрасно осознавая, что, несмотря на одобрение ее идей Шоном Галенсом и Ларри Гарольдом, расслабляться все же не следует. Элизабет не из тех, кто способен стерпеть поражение, и она сделает все возможное, чтобы подставить ее при первом же удобном случае. Интересно, подумала вдруг Сандра, что именно она придумает на этот раз? Нужно быть очень осторожной и все присылаемое на подпись просматривать с особенной тщательностью.

Успокоив себя таким образом, Сандра убрала в сейф документы и, взглянув на часы, вышла из комнаты. До встречи с подругами оставалось три четверти часа, и она ни в коем случае не хотела опаздывать.

Окинув внимательным взглядом сидящего перед ней сына, миссис Мэрфи отметила, что ее тревога за него явно не беспочвенна. Он явно нервничает. Что такое могло приключиться с ее мальчиком? Самый младший ребенок в семье, он всегда вызывал у нее повышенную нежность. За него одного она беспокоилась больше, чем за двух старших детей, и готова была встать на пути любого, кто осмелился бы причинить ему боль. Неужели ее дорогой мальчик так нервничает из-за этой Сандры Шелл? Что еще она хочет от него? — с быстротой молнии пронеслось в голове Кэролайн и, не в силах более терпеть неизвестность, она произнесла: — Питер, дорогой, у тебя что-то случилось? Может, я могу чем-то помочь? Давай поговорим, и тебе сразу станет легче.

— Да, мама. Мне и в самом деле нужно поговорить с тобой. Это касается меня, Сандры и еще… двоих.

На несколько мгновений Кэролайн утратила способность дышать. Странный спазм сдавил горло, но, как всегда, она на удивление быстро пришла в себя. Еще двое? Может, двойня? Неужели Сандра ждет ребенка, вернее детей? — быстро проанализировала она создавшуюся ситуацию.

Немыслимо! Эта женщина нашла наконец способ привязать к себе ее дорогого мальчика! Но кто сказал, что это именно его, Питера, дети?! За все четыре года никаких даже намеков на детей — и вдруг на тебе, двойня!

— Ты хочешь сказать, дорогой, что скоро станешь отцом? Я правильно поняла? — спросила она сына дрожавшим от волнения голосом.

— Да, мама, я и в самом деле скоро стану отцом. Ты рада?

— Рада… но хочу сразу сказать: я не верю, что из Сандры получится хорошая мать. Она думает только о своей карьере! Но все равно я рада. Еще двое внуков! Хотя все это, согласись, довольно странно.

— Двое? Ты что-то путаешь, мама. И… Сандра тут ни при чем. Я женюсь на другой женщине, это она ждет от меня ребенка. Я познакомился с ней три месяца назад. Ее имя Хелен Доусон, она из Нового Орлеана.

Новость была столь ошеломляющей, что Кэролайн утратила на некоторое время способность здраво оценивать обстановку.

— Хелен Доусон, — машинально повторила она. — А кто ее родители?

— У Хелен нет родителей. Ее отец умер, когда ей не было и пяти, а мать умерла два года назад. Братьев и сестер у нее тоже нет. Есть какие-то дальние родственники в Канаде, но она почти ничего не знает о них, лишь обменивается открытками на Рождество.

— А чем вообще она занимается?

— Хелен инструктор по фитнесу, она всего полгода в Сан-Франциско и еще не нашла себе подходящую работу. Я сам посоветовал ей не спешить с выбором, тем более сейчас, когда она ждет ребенка. Хелен необыкновенная девушка, мама, она обязательно понравится всем вам. Кстати, я зову ее Нилли, это имя удивительно подходит ей.

Никогда еще Кэролайн не видела сына таким. Привычная угрюмая замкнутость сменилась мечтательностью, и уже за одно это она готова была стать на сторону неведомой ей пока Хелен Доусон.

— Расскажи мне об этой девушке, Питер. На какие средства она живет, что любит, чем увлекается. Ты собираешься ввести ее в семью, значит, мы должны узнать о ней как можно больше.

— Она само совершенство, мама. Ты сразу поймешь это, как только ее увидишь. Что же касается средств, то кое-какие деньги оставили ей родители. Немного, но ей хватает. Я пригласил ее к нам на уик-энд. Надеюсь, вы с отцом не будете против?

— Нет, конечно. Напротив, мы будем рады познакомиться с ней. Но все же… может, не стоит торопиться со свадьбой? И как ты объяснишь все это Сандре?

— Нилли ждет ребенка, мама, так что свадьба необходима. Что же касается Сандры, то… здесь все и просто, и сложно. Я обязательно расскажу ей обо всем, и, думаю, она поймет меня. Мы всегда прекрасно понимали друг друга, но никогда не говорили о свадьбе. Мы просто были вместе, не более. Странно, но это именно так.

— Ну что ж, тогда, я думаю, пора обсудить меню на предстоящий уик-энд и дать знать адвокатам твоего отца, чтобы они начали готовить брачный контракт. Ты уже продумал детали?

— Пока нет, но на это есть еще время. Нилли не из тех, кто гоняется за деньгами, я уверен в этом. Кстати, она даже не знает истинных размеров моего состояния. За все время, что мы знакомы, она не попросила у меня ни одного подарка и как ребенок радовалась конфетам и цветам. Она уверена, что я простой, хоть и подающий надежды ученый, иногда подрабатывающий преподаванием.

— Дай бог, чтобы все было именно так, как ты говоришь, дорогой. Ведь в противном случае мне страшно даже представить возможные последствия.

— Все будет просто прекрасно, мамочка. Ты обязательно полюбишь Нилли, ее невозможно не любить. А теперь мне пора. Сегодня у меня две лекции, а потом мы с Нилли идем в кино. Она обожает фильмы шестидесятых, особенно те, в которых снимались Вивьен Ли или Кларк Гейбл.

Полученная информация требовала немедленного осмысления и, проводив сына, Кэролайн еще долго сидела в гостиной, обдумывая услышанное. Все это было настолько неожиданно, что она впервые в жизни растерялась. Питер всегда был самым уязвимым из ее детей. И, если эта, пока неведомая ей Хелен Доусон сделает мальчика счастливым, она сделает все возможное, чтобы семья приняла ее, если же нет…

— Никогда бы не поверила, что ты решишься пропустить очередное свидание с Питером. Или сегодня не среда? — обратилась к подруге Дженни. — Сегодня именно среда, но Питер куда-то исчез. Я звонила, но его сотовый отключен. Хотела было позвонить его родителям, но потом передумала. Сегодня мой день, и, если Питер решил по какой-то причине не встречаться со мной, это его дело. К тому же жизнь не заканчивается сегодня, у меня будет еще достаточно времени для встречи с ним.

— Сандра права, Дженни. Питер и в самом деле может подождать, — вступила в разговор Нора. — И не нужно заострять на этом внимание, давай лучше еще раз поздравим Сандру. Самый популярный журнал на нашем благословенном юге, шутка ли? И Сандра его главный редактор!

— Расскажи нам, как прошел первый день. Как, кстати, отреагировала Элизабет? Наверняка выдрала у себя не один клок волос!

— Элизабет была в ярости! — смеясь ответила Сандра. — Разве могла она предположить, что я суну свой нос в святая святых — рекламу? Будь ее воля, она стерла бы меня в порошок, но, к счастью, Гарольд и Галенс поддержали мое предложение. Им также понравилась моя идея изменить концепцию журнала. И все это за один только день!

— Ну, теперь-то Ларри Гарольд просто обязан назначить тебя постоянным главным редактором! — произнесла Дженни. — Более подходящую кандидатуру он не найдет, уж в этом я уверена. Кстати, Сандра, предложение насчет старой ведьмы Кэтрин Хоули остается в силе?

— Само собой. Мы давно уже не печатали никаких статей, посвященных образованию, а Кэтрин Хоули, хоть и обладает весьма мерзким характером, все же признанный профессионал в своем деле. Так что можешь сказать ей, что в самом ближайшем будущем я пришлю к ней одного из наших внештатников.

— Послушай, Сандра, — вступила в разговор Нора, — а какой кабинет ты сейчас занимаешь?

— Пока свой. Думаю, я так и останусь в нем, даже если предложат другой. Я привыкла к нему, к тому же не нужно будет возвращаться, если эту должность не оставят за мной. Но хватит обо мне. Расскажите лучше, как у вас дела, а то в последнее время вы уделяете слишком много внимания моей особе. Как мальчики, Дженни? Что еще они успели натворить?

— За последнюю неделю на их счету одно разбитое окно у Холлинсов и испорченный газон у Дрейков. Думаю, вскоре нам придется менять не только улицу, но и район. Окно они разбили мячом для гольфа, который стащили у Джулиуса, а газон, вместо того чтобы подстричь, перекопали. Мне пришлось заплатить Дрейку триста пятьдесят баксов, и я еще дешево отделалась. Жду не дождусь, когда они поумнеют и повзрослеют, не то на их шалости уйдут все наши сбережения.

— Мальчики, конечно, те еще сорванцы, но от них по крайней мере никогда не отказывались няни. От моей же Кэти отказалась уже пятая няня, и это притом, что она не бьет окна и не перекапывает чужие газоны! — рассмеялась Нора. — Не знаю, как это у нее получается, но няни бегут из нашего дома, несмотря даже на солидную прибавку к зарплате.

— И что ты намерена делать? Я имею в виду, где найдешь новую няню, ведь в агентствах твоя Кэти наверняка уже внесена в черный список? — поинтересовалась Сандра.

— Не поверите, но идеальный, на мой взгляд, выход из положения все же найден. Я попросила приехать к нам мать Тэда. Если она сумела воспитать своего сына, то наверняка справится и с Кэти. Как только эта мысль пришла мне в голову, я сразу же поняла, что попала в десятку. У меня в связи с этим даже появилась идея создать реалити-шоу. Только представьте возможную аудиторию! Сотни тысяч родителей имеют проблемы с воспитанием детей! Да они будут сутками сидеть у телевизора!

— Ты уже говорила об этом с директором телеканала? — поинтересовалась у Норы Сандра.

— Вообще-то нет, но на днях обязательно поговорю. Это шоу побьет все рейтинги популярности. Кстати, Дженни, если получится уговорить Дженкинса, твои близнецы будут первыми в списке претендентов. За полгода они заработают на обучение в колледже и даже еще останется. Ты как, не против?

— Не против?! Да я буду счастлива! О таком можно только мечтать! Кстати, мои мальчики будут великолепно смотреться в кадре. Они на редкость фотогеничны, а однажды — ну, вы ведь помните? — даже приняли участие в театральной постановке.

— Конечно, помним. Особенно тот момент, когда близнецы уронили тыкву на голову миссис Дэкстрилл. Началась жуткая паника, и только твоя свекровь, Нора, смогла вовремя прийти к ней на помощь. У миссис Робертс удивительное самообладание, неудивительно, что она согласилась заняться воспитанием Кэти, — подвела итог Сандра.

— Сандра права, — поддержала подругу Дженни. — Если бы у меня была такая свекровь, я бы дарила ей подарки на все праздники, а не только на Рождество. Кроме того, она очень интересный собеседник и знает уйму смешных историй.

— Это все потому, что мать Тэда выросла на Аляске. Это словно другое измерение: другие люди, другие ценности, другие увлечения — улыбаясь каким-то своим мыслям, произнесла Нора.

— Северное братство, вот что это такое, — подала голос Дженни. — Я где-то читала о таком. Природа, климат, бескрайние просторы — все это накладывает отпечаток на человека, не позволяя ему превратиться в равнодушного монстра. Современный мир давно уже утратил свои ценности, и, если они где и живы, так именно на Аляске.

— Никогда не задумывалась о подобном, но, наверное, в этом действительно есть свой смысл, — произнесла Сандра. — На самом деле в мире все относительно, и это правильно, но как приятно, когда сталкиваешься с чем-то незыблемым.

— Ты рассуждаешь так, словно тебе уже сто лет, Сандра. А ведь тебе нет еще и тридцати! Устои! Традиции! Все это хорошо для тех, кто уже заложил фундамент своей жизни, но не для таких, как ты! В этом зале я насчитала уже пятерых, кто не сводит с тебя глаз, ты же, бьюсь об заклад, не заметила ни одного из них! — возмущенно закончила свою речь Дженни.

— Дженни права, — поспешила поддержать подругу Нора. — Мы бесконечно рады за тебя, но тебе все же стоит подумать и о личной жизни. Нельзя всю жизнь хранить в замороженном виде то, что отпущено тебе природой. В тебе бездна обаяния и сексуальности, но ты ведешь себя словно послушница в монастыре! И не надо нас убеждать, что прекрасный принц достался тебе в образе Питера Мэрфи! Да, он достаточно привлекателен, прекрасно обеспечен материально и, быть может, даже достаточно умен, но он явно не из тех, кто способен сделать женщину счастливой. Большего зануды никому из нас еще не приходилось встречать, и ты это знаешь. Хватит прятаться от жизни, Сандра! Позволь чувствам вырваться наружу — и тогда наверняка ты встретишь того, кто сделает тебя по-настоящему счастливой.

Первой реакцией Сандры было возмутиться и высказать сидящим напротив Дженни и Норе все, что она думает по поводу их вмешательства в свою личную жизнь. Но, привыкнув быть честной с собой, она не могла не отметить, что сказанное почти в точности совпадает с ее собственными мыслями. Ведь она и в самом деле походит сейчас на лежащую на дне раковину. Изредка чуть приоткрывает створки лишь для того, чтобы позволить себе глоток живительной влаги, и тут же закрывает их, не позволяя ничему лишнему просочиться сквозь плотно сжатые края. Когда она успела стать такой? Откуда в ней этот нелепый страх перед жизнью? Неужели тени из прошлого все еще имеют над ней свою власть? Где ее позабытые мечты? Почему она с такой легкостью позволила им уйти? Почему позволила замуровать себя в склепе из невысказанных мыслей и желаний?

— Извини, Сандра, если мы обидели тебя, — произнесла обеспокоенная ее затянувшимся молчанием Дженни, — но мы…

— Все нормально, не беспокойтесь за меня, — улыбнувшись ответила Сандра. — Все действительно так, но чтобы принять это и осознать мне нужно время. Я и в самом деле прячусь от жизни, даже когда знаю, что грядущие события не причинят мне боли. Странно, но боли физической я боюсь гораздо меньше, чем душевной. Но я постараюсь исправиться, обещаю. А теперь, раз уж я являюсь виновницей торжества, может все же продолжим разговор о моих достоинствах?! — шутливо добавила она.

— Боюсь, что этот разговор произойдет уже без меня! — взглянув на часы, сокрушенно воскликнула Нора. — Мне пора в аэропорт встречать мать Тэда. Она и в самом деле восхитительная женщина, и было бы настоящим свинством заставить ее торчать лишний час в аэропорту, после того как она провела почти двенадцать часов в воздухе.

— Но откуда же она прилетела на этот раз?! — почти одновременно воскликнули Сандра и Дженни.

— Из Аргентины. Она гостила у каких-то дальних родственников покойного мужа. Подумать только, отца Тэда давно уже нет в живых, а его родственники все еще наперебой приглашают ее в гости. Робертсоны из Аргентины даже оплатили ей дорогу. Фантастика, правда?

— Действительно фантастика, если учесть стоимость перелета! — быстро подсчитав в уме примерную сумму, воскликнула Дженни. — И помни, что ты просто обязана пригласить нас пообщаться со своей свекровью, Нора!

— Обязательно, но для начала я все же должна ее встретить. — Мгновение — и фигура Норы мелькнула уже в другом конце зала.

Глядя ей вслед, Сандре показалось вдруг, что в одном из вышедших из зала людей она узнала Питера, но, мысленно посмеявшись над собой, она тут же отбросила эту мысль. Ненавидящий рестораны Питер в этом суперсовременном заведении?! Впрочем, после нескольких бокалов вина еще и не такой бред может прийти в голову! — решила Сандра и, заметив устремленный в другой конец зала взгляд Дженни, произнесла:

— Только не говори мне, будто только что из этого зала вышел не кто иной, как Питер! Этого не может быть, но, если и ты будешь утверждать то же самое, я решу, что мы обе сошли с ума. Питер ненавидит рестораны, и я не знаю, какая сила может заставить его изменить своим принципам. И этот костюм… Питер никогда бы не надел такой, он предпочитает нечто более консервативное.

— Но вышедший из зала мужчина и в самом деле удивительно похож на твоего ненаглядного Питера. Но, думаю, ты права. С ним была хорошенькая девушка, а Питер, насколько мне известно, вот уже четыре года не встречается ни с кем, кроме тебя. Наверняка он сидит сейчас дома в своем любимом кресле и просматривает колонку новостей в «Daily South News». Кстати, он успел уже поздравить тебя?

— Питер прислал мне орхидею.

— Орхидею?! Но ведь ты терпеть не можешь орхидеи! Неужели Питер не знает об этом?

— Он знает, но не всегда помнит. Питер всегда был немного странным, а сейчас с ним вообще творится что-то непонятное. Он вдруг стал избегать меня, говорит, что много работы. Мне кажется, он на пороге какого-то открытия. Кэролайн даже как-то сказала мне, что его работой заинтересовались в НАСА.

— Даже если ему присудят Нобелевскую премию, я все равно не изменю своего мнения о нем — смягчив улыбкой категоричность тона, произнесла Дженни.

— Но этого и не требуется. Ведь это моя проблема и мне ее решать. Расскажи лучше о своем новом заказе. Что это будет? Ресторан? Частный дом? Офис?

— Не угадала. Это будет суперсовременный детский центр. В нем будет все: спортивные залы, фитнес-клубы, кафе, кондитерские, пиццерия, бассейн и многое другое. У меня прямо дух захватывает, как только я сажусь за работу!

— И ты одна должна разработать весь дизайнерский проект? Дженни, ты сошла с ума!

— Успокойся, не сошла. Я работаю над дизайном пиццерии и одного из игровых залов. Остальную работу делают другие. Заказчики не хотят одного господствующего стиля, потому и отдали проект на откуп разным людям. Я, например, понятия не имею, кто еще трудится над ним. Нет, ну я, конечно, догадываюсь, но наверняка не знаю.

— Ну и какое же направление ты выбрала? Или это секрет?

— Тебе скажу. Пиццерия будет оформлена в итальянском стиле, причем зал будет как бы поделен на две части. Одна часть для детей, другая для их родителей. В детской части будут аквариумы, настоящий танцпол и даже свой бар. А вместо стульев я решила использовать плюшевых тигров, львов и динозавров. Ну а в части для взрослых все как полагается: деревянные скамьи, столы, акварели с видами Венеции, Рима и Палермо, а также гроздья чеснока и красного перца у камина. Что же касается игрового зала, то здесь я еще не совсем уверена, хотела попробовать что-то в стиле Дикого Запада, но чувствую — не то. В общем, пока я только занимаюсь подбором идей.

— А почему бы не попробовать что-то в восточном стиле или в ирландском? Ну, все эти эльфы, гномы, банши…

— Неплохая идея, Сандра! Стиль старой доброй Ирландии… А что, очень даже может быть.

Дженни долго еще размышляла о достоинствах того или иного стиля, но Сандра почти не вникала в смысл произносимых ею слов. Из головы не выходил так похожий на Питера мужчина. Что, если это и в самом деле был он?

Размышляя об этом, она все пыталась понять, радует ее или огорчает такое странное поведение Питера, но никак не могла прийти к определенному мнению. Неужели она стала настолько бесчувственной, что готова наплевать на явное пренебрежительное отношение к себе? Неужели способна вот так вот, в один всего миг отправить на свалку жизни четыре проведенные с Питером года?

Нужно встретиться с ним и поговорить о том, что происходит, решила наконец она. Пусть сам скажет, что случилось, и уже тогда будем вместе решать, как быть дальше.

Такое решение выглядело вполне логичным, и, остановившись на нем, Сандра попрощалась с Дженни и села в стоявшее у входа в ресторан такси. Предстоял еще один трудный день и нужно было как следует отдохнуть.

7

— Ну не расстраивайся так, дорогой. Вполне может быть, что Сандра не узнала тебя. В этом костюме ты выглядишь иначе, намного моложе и сексуальней. Впрочем, что из того, если она и в самом деле видела тебя со мной? Ведь уже завтра ты все ей расскажешь сам, не так ли?

— Да, конечно. Просто я немного растерялся. Я бы и сегодня рассказал Сандре обо всем, но не хотел портить ей праздник. А завтра, обещаю, я обязательно поговорю с ней. Приглашу куда-нибудь поужинать и все расскажу. Можно, конечно, объяснить все письмом, но Сандра не заслуживает такого обращения. Или ты думаешь иначе, Нилли?

— Ну что ты, Питер. Конечно, я думаю так же, как и ты. Эта женщина была с тобой целых четыре года — и не ее вина, что ты полюбил другую. В жизни такое случается — к сожалению одной стороны и к радости другой. Помни только, что ты ни в чем не виноват, просто так сложились обстоятельства.

— Ты удивительная женщина, Нилли, такая добрая. Порой мне кажется, что я не заслуживаю тебя.

— Не преувеличивай, дорогой. Я самая обыкновенная, просто я очень сильно люблю тебя. У нас будет замечательная семья, обещаю тебе. — Перед мысленным взором Нилли с быстротой молнии пронеслись чудесные видения новой, обеспеченной жизни, и едва уловимая улыбка тронула уголки ее губ. Скорей бы уж этот недоумок отвел меня под венец! Деньги на исходе, и поддерживать миф об оставленном родителями наследстве становится все трудней!

— Ты уже говорил со своими родителями о нас, Питер?

— Да, дорогая. С мамой. Мне кажется, она рада снова стать бабушкой. Дети Энн и Роналда редко бывают у нас, а нашего малыша она будет видеть так часто, как пожелает.

— Это будет просто чудесно, Питер. Как бы я хотела, чтобы у нас родился мальчик! Он будет таким же умным, как ты, я уверена.

…Проводив Хелен, Питер решил немного поездить по городу. Предстоящий разговор с Сандрой тяжелым грузом давил на него, и, думая о нем, он испытывал все большее смущение. Как, ну как он скажет ей о том, что женится на другой женщине?! Он причинит ей боль, и она будет вправе презирать его!

Никогда еще он не попадал в более неприятную ситуацию, и это тревожило. Жизнь, такая размеренная и полностью предсказуемая, сделала резкий вираж, сменив не только ритм, но и некоторые представления о давно уже понятных и привычных вещах. Нилли… Его тянет к этой женщине с неудержимой силой, с ней все так просто и понятно, совсем не так, как с Сандрой. Зато с Сандрой он может говорить на любую тему, она понимает его с полуслова, и ему никогда не бывало с ней скучно. С Нилли ему также некогда скучать, но уже по другой причине. Никогда еще не стоял он перед столь сложным выбором, это пугало. Перед глазами то и дело возникали забытые видения, смущая и внося еще большую растерянность в его душу. Иногда мелькала мысль о еще не родившемся ребенке, но он не задерживался на ней. Ребенок будет потом, а значит, и думать о нем он будет лишь после его появления на свет. Пока же его ждет разговор с Сандрой. Уже завтра он расскажет ей обо всем!

— Скажи, Ларри, — обратилась к сидящему рядом мужу Нэнси Гарольд, — что это за красотка, с которой ты встречался сегодня за ланчем? Мне уже трое позвонили по этому поводу, и я, естественно, обещала поинтересоваться, в чьей компании проводит время мой муж. — Неужели ревнуешь, Нэнси? Впрочем, это даже приятно. Последний раз ты ревновала меня лет пять назад или я ошибаюсь?

— Все верно. Но тогда ты лишь кокетничал с молоденькой официанткой, сейчас же приглашаешь на ланч роскошную женщину. Кто она, если это, конечно, не секрет?

— Ее имя Сандра Шелл, и это она исполняет сейчас обязанности главного редактора. Фантастическая женщина. Если бы не Дейв, я оставил бы это место за ней. Она внесла несколько очень ценных предложений, их мы и обсуждали за ланчем. Я думаю пригласить ее к нам на уик-энд. Ты не против? Нашему отшельнику будет полезно пообщаться с ней. Сандра прекрасный собеседник и, кроме того, невероятно привлекательная женщина.

— Ну, если ты даешь ей такую оценку, значит, эта Сандра Шелл и в самом деле нечто особенное. Помнится, единственная женщина, о которой ты говорил в подобном тоне, была я, остальные не удостаивались подобной похвалы.

— Ты само совершенство, Нэнси, и прекрасно знаешь об этом. Кроме того, ты единственная женщина в моей жизни, подобных тебе нет и вряд ли когда появятся.

— Ты настоящий мошенник, Ларри! — обняв мужа тонкими загорелыми руками, произнесла Нэнси. — Но именно за это я и люблю тебя. Можешь пригласить мисс Совершенство к нам на яхту, но, учти, если она откажется, я приглашу Элизабет. Во всем должно быть равновесие, не так ли?

— Признайся, Нэнси, ведь ты предвидела мое желание пригласить Сандру Шелл к нам на уик-энд?

— Не буду разубеждать тебя, дорогой. Кстати, ты сам пригласишь ее или это сделать мне?

— Думаю, у тебя это получится куда лучше, чем у меня. Ты уже придумала, куда мы отправимся? Может, прокатимся вдоль побережья, порыбачим, покупаемся…

— Именно так, а еще пикник на одном из островков. Кстати, Гарольды-младшие присоединятся к нам, их я уже пригласила. Ты же берешь на себя Дейва и не поддавайся на разговоры о том, что ему необходимо поработать над книгой. Он уже закончил ее, только не хочет признаваться в этом. Все еще предпочитает прятаться от жизни, вместо того чтобы вновь окунуться в нее. А если он все же начнет упрямиться, напомни о проигранном мне пари.

— Обязательно, но, думаю, в этом не будет необходимости. Не помню случая, чтобы Дейв отказал тебе хоть в одном желании, да и не только он. Любой из знакомых мне мужчин готов разбиться в лепешку, лишь бы только угодить тебе. Может, откроешь секрет?

— Ни за что, — рассмеялась Нэнси. — Кстати, этот секрет любая из женщин получает еще при рождении, жаль только, что не все могут пользоваться им. Элизабет, кстати, принадлежит к последним. Иногда мне жаль ее. Красива, умна, сексуальна, но такое впечатление, словно вся она состоит из одной только яркой обертки. Это как шоколадное яйцо с игрушкой внутри. Надеешься получить нечто необыкновенное, а получаешь лишь ненужный косок пластмассы.

— Удивительно меткое сравнение, никогда не думал об этом, но ты попала в самую точку. Скажи только, зачем тогда ты все время приглашаешь ее?

— Элизабет меня развлекает. Интересно смотреть на то, как она пытается затащить в постель Дейва.

— Не хочешь заключить пари, Нэнси? Ставлю тысячу баксов, что это случится в самом ближайшем будущем, скорее всего уже в этом месяце.

— Можешь дать мне свою тысячу прямо сейчас, Ларри. Потому что ты все равно уже проиграл. Дейв не из тех, кто спит с манекенами, он принадлежит к тем редко встречающимся мужчинам, которым нужно прежде всего любить женщину. Элизабет никогда не удастся соблазнить его, уж можешь мне поверить.

— Может, ты и права, дорогая, но все же давай не будем предсказывать события. Иногда они обретают странную способность выходить из-под контроля.

Посмотрев на календарь, Сандра едва поверила своим глазам. Семнадцатое июня! Прошла всего неделя с тех пор, как она пребывает в новой должности, а кажется, что целый год! Никогда еще ее жизнь не была так насыщенна и разнообразна, но даже не это было сейчас главным для нее, а то, что наконец-то появилась возможность полностью реализовать себя. Завтра выходной, а она, вместо того чтобы радоваться ему, сожалеет о времени, которое проведет вне стен журнала. Но ничего, она возьмет работу на дом и еще позвонит Питеру. Они не виделись больше двух недель, и ей так много нужно рассказать ему. Неожиданно прозвучавший телефонный звонок был словно ответом на ее мысли, и, невольно вздрогнув, Сандра едва успела включить автоответчик.

— Сандра, — услышала она после некоторой паузы голос Питера. — Твой мобильный не отвечает, а твоя секретарша говорит, что ты на совещании. Мне очень нужно встретиться с тобой, и обязательно сегодня. Это очень важно, Сандра, постарайся, пожалуйста, прийти. В восемь в «Грейнджере», устроит? Позвони, как освободишься, я буду ждать твоего звонка.

Она не ослышалась? Питер будет ждать ее в одном из самых модных ресторанов Сан-Франциско? Что должно было произойти, чтобы ненавидящий рестораны Питер назначил ей свидание в одном из них?

Она так и не нашла времени перезвонить Питеру, слишком много дел предстояло сделать за оставшееся до конца рабочего дня время. Вопросы сыпались со всех сторон, и на каждый из них она должна была дать четкий ответ. Создание новых рубрик поглотило ее настолько, что она готова была ночевать в офисе и, даже приходя домой, не могла ни на минуту забыть о них.

Взглянув на часы, Сандра невольно поморщилась: до встречи с Питером осталось всего сорок минут, а у нее как назло опять нет времени съездить домой переодеться.

Банальный брючный костюм с еще более банальной блузкой, отметила она, оглядев себя в зеркале. Интересно, ходит ли кто в «Грейнджер» в таком виде? Хотя какая разница? Если даже и нет, я буду первой. Но что же все-таки хочет Питер? Зачем назначил встречу в одном из самых модных ресторанов города?

За последние полчаса Питер как минимум в десятый раз посмотрел на часы и, поймав себя на этом, недовольно поморщился. Решение было принято, оставалось только озвучить его, но как раз этого ему хотелось меньше всего. Интересно, как отнесется к услышанному Сандра? Начнет кричать? А может, лишь удостоит полного презрения взглядом? Или рассмеется, решив, что все это лишь одна из его неудачных шуток? Мысли как назойливые насекомые крутились в голове и, несмотря на все усилия, не хотели покидать ее. Он словно наяву слышал их шуршание, они мешали думать и не давали возможности сосредоточиться. Душу тревожили странные видения, раздражая и лишая последних остатков самообладания. Опоздай Сандра хоть на минуту, он бы, наверное, попросту сбежал, но она появилась в дверях ровно в восемь.

Поставив машину на стоянку, Сандра позволила себе зайти на пару минут в дамскую комнату. Необходимо было привести себя если не в полный, то хотя бы в относительный порядок: подкрасить губы и освободить скованные заколкой волосы. Рассыпавшись по плечам живым каскадом, они красиво заискрились в ярком свете ламп, и Сандра, удовлетворенная увиденным, отправилась на поиски администратора. В «Грейнджере» три зала, и нужно было еще выяснить, в каком из них ее ждет Питер.

— Добрый вечер, дорогой, — произнесла Сандра, старательно делая вид, что не видит ничего странного в выборе места встречи. — Извини, если опоздала, но у меня сейчас так много работы, что совсем забываю о времени. Даже на телефонные звонки порой не могу ответить. — Ты тоже извини, что не поздравил как следует с новым назначением. Как тебе в новой должности? Проблем, наверное, столько, что только успевай поворачиваться?

— Проблем хватает, но я справляюсь. Главное, что все это мне ужасно нравится. Такое чувство, что я прыгнула в ледяную воду, мне и холодно и жарко одновременно.

— Честно говоря, никогда не мог понять, что такого привлекательного в журнальном бизнесе. Куча никому не нужных статей, фотографий и рекламы. Люди попросту убивают время, читая их, но, раз тебе интересно это занятие, значит, в нем и правда есть смысл.

— Но ведь ты тоже читаешь журналы, Питер! — воскликнула оскорбленная до глубины души Сандра. — Все читают журналы не только потому, что им нечем занять время! В них масса разнообразной информации, и сейчас я занята именно тем, чтобы сделать «South World Journal» еще более нужным и интересным.

Она могла бы произнести много слов в защиту любимого журнала, но, заметив, каким отстраненным стало вдруг лицо Питера, умолкла. От него вдруг повеяло таким холодом, что Сандра невольно поежилась. Никогда еще он не вел себя с ней таким образом и не говорил столь странных вещей. Может, случилось что-то, о чем она не знает? С самим Питером или с кем-то из членов его семьи?

— У тебя все в порядке, Питер? Ты такой странный сегодня. Что-то произошло? Может, поделишься со мной?

В который раз удивившись проницательности Сандры, Питер подумал, что она, сама того не подозревая, подвела его к черте, за которой каждого из них ждет новая жизнь. Путь назад был отрезан, осталось сделать один-единственный шаг, чтобы ступить на новый жизненный виток. Сделав глубокий вдох, он произнес:

— Ты как всегда права, Сандра, со мной действительно кое-что произошло. Мне очень трудно говорить об этом с тобой, но ты должна знать.

Возникшая пауза затянулась, и, не в силах ждать, Сандра воскликнула:

— О господи, Питер, ты болен? Ты заразился в своей лаборатории каким-то вирусом? А может, что-то случилось в семье твоих родителей? Не молчи, пожалуйста, не то я сойду с ума от беспокойства!

— Нет, Сандра, нет. Со здоровьем у меня все в порядке, и у моих родителей тоже все хорошо. Но так уж случилось, что я полюбил другую женщину и… эта женщина ждет от меня ребенка. — Теперь, когда самое главное было сказано, Питер почувствовал невероятное облегчение. С него словно свалился невидимый груз, который в течение стольких дней пригибал его к земле. Вместе с грузом ушла и ответственность за произошедшее, словно, сказав правду, он переложил на плечи Сандры ответственность за окончательное решение. Следующий ход был за ней и от того, каким он будет, зависело его, Питера, внутреннее благополучие.

Сказанные Питером слова дошли до сознания Сандры в тот самый миг, как он только произнес их. Неожиданно для себя она услышала то, что давно уже хотела услышать. И не было ни злости, ни разочарования. Одно лишь восхитительное чувство потерянной и вновь обретенной свободы. Почему, ну почему это не произошло хотя бы пару лет назад?! Зачем нужно было тратить время на давно изжившие себя отношения и убеждать себя, что они именно то, что ей нужно?! Когда и зачем изгнала она из своей души мечты о прекрасном принце? Почему согласилась принять за действительность то, что было лишь ее слабой тенью? Кружащиеся в невиданном водовороте мысли заполнили ее сознание, и, глубже погружаясь в этот водоворот, Сандра чувствовала, как наступает долгожданное освобождение. Она даже почувствовала запах весенней свежести в воздухе и, невольно улыбнувшись, произнесла:

— Ты, быть может, не поверишь мне, Питер, но я ужасно рада за тебя. Только представь — настоящая семья, в которой ты обязательно будешь счастлив! Из тебя наверняка получится прекрасный отец. Будешь водить малыша на футбол, научишь его читать, возьмешь его с собой в университет в День отца…

Изумлению Питера не было предела. Вместо того чтобы устроить скандал или хотя бы уйти, Сандра говорит о том, что он будет прекрасным отцом! Что это, вселенское всепрощение или же полное равнодушие к его чувствам? Неужели все эти годы он тешил себя мыслями, что эта женщина любит его?

Ему ужасно захотелось спросить ее об этом, но, заметив, каким отстраненным стал взгляд Сандры, предпочел оставить этот вопрос невыясненным. Какая, в сущности, разница, что стоит за всем этим? Главное, что все так удачно закончилось. Кто знает, может, им даже удастся остаться друзьями?

Не обращая никакого внимания на сидящего напротив Питера, Сандра все глубже погружалась в свои мысли. Какой глупой она была все эти годы! Пряталась от жизни, не позволяла себе думать о том, какими сильными и прекрасными могут быть заполнившие душу чувства! Какое же счастье, что Питер женится! Иначе она никогда бы не нашла в себе силы порвать с ним! Глупый, смотрит на нее так, словно она самая несчастная женщина на свете, не подозревая о том, что всего несколько минут назад сделал ее самой счастливой!

— Сандра, дорогая, я даже не знаю, как сказать…

— Не говори ничего, Питер! Я… я так благодарна тебе за все. Ты самый лучший, и это правильно, что ты наконец нашел ту, кто сможет по достоинству оценить тебя. Ты ведь знаешь, у меня на уме одна лишь работа, я не умею и не люблю готовить, так что из меня никогда не получилась бы хорошая жена.

Ошеломленно слушая обращенные к нему слова, Питер никак не мог понять, какие именно чувства он испытывает. Рад он или нет такой реакции Сандры? В какой-то момент ему даже показалось, что она издевается над ним, но, едва взглянув в ее глаза, он понял, что чувства ее искренни. Странно, но это скорей огорчило, чем обрадовало его. После сказанных Сандрой слов он словно раздвоился — одна половинка радовалась простому разрешению проблемы, другая же была полна непонятной тоски. Впервые в жизни он чувствовал себя таким растерянным. Нужно было что-то говорить, что-то делать, но он только и мог, что молча смотреть на сидящую напротив женщину.

Возникшая вновь пауза грозила затянуться, и, чтобы покончить наконец со всеми так неожиданно возникшими проблемами, Сандра решила взять инициативу в свои руки.

— Питер, — вновь начала она, — думаю, настал тот самый момент, когда мы можем и должны поставить точку в наших отношениях. Но это не значит, что мы никогда больше не увидимся. Просто из разряда любовников мы перейдем в разряд друзей, разве не здорово? Я слышала, что из бывших любовников получаются замечательные друзья по той простой причине, что самое главное между ними уже произошло. — Сандра и сама еще не знала, насколько права, как не знала и того, что судьба решила наконец вмешаться в дальнейший ход событий и расставить все по своим, известным ей одной местам.

— Кто знает, Сандра, может, ты и права. Черт, никогда не был в более нелепой ситуации, не знаю ни что говорить, ни как вести себя!

— Не нужно никаких слов, Питер. Сейчас ты закроешь глаза, а я потихоньку встану и уйду. А когда откроешь их, меня уже не будет. У каждого из нас начнется новая жизнь, но в этом нет ничего страшного или странного. Все когда-нибудь должно меняться, так почему бы не сейчас? — Перегнувшись через столик, Сандра коснулась губами чисто выбритой щеки Питера и, не сказав больше ни слова, направилась к выходу.

Напьюсь, решила она вдруг. Вот прямо сейчас поеду домой и напьюсь! Это же нужно быть такой идиоткой! Строить планы, как расстаться с Питером, и получить такое!

Никогда еще она не попадала в столь глупую ситуацию. Ну разве могла она подумать еще вчера, что Питер решится на такой шаг! Господи, да она совсем не знает людей! Но тогда как же ее идеи о новом направлении журнала?! Ведь если она не смогла понять того, кто был рядом в течение целых четырех лет, то как может судить о других?

Неожиданно ей стало страшно как никогда, но вслед за страхом, словно наперевес ему, душа наполнилась новыми чувствами и звуками. Никогда еще Сандра не была такой счастливой и полной надежд, как в этот момент. Захватившее ее чувство придало блеска глазам, окрасило ярким румянцем щеки, распрямило уже готовую было согнуться под тяжестью проблем спину. Она шла, не замечая ни одного из множества пристальных мужских взглядов, думая лишь о том, как необычно все, что происходит с ней в последнее время. Дженни и Нора. Они были правы, говоря о тревожных симптомах и о том, что она, Сандра, не желает замечать их. Хотя какая теперь, в сущности, разница, замечала она их или нет? Не признайся Питер во всем сейчас, она сама в ближайшем будущем нашла бы предлог для разрыва отношений с ним. Для кого-то, быть может, Питер и стал тем самым прекрасным принцем, о котором в глубине души мечтает каждая женщина. Для кого-то, но не для нее. Ее, Сандры, принц пока не нашел пути к ней, но она верит, что когда-нибудь все же встретит его.

8

Взглянув на часы, Дейв едва сдержал рвущееся наружу раздражение. До встречи с издателем оставалось чуть более четверти часа, а пробка, в которую он попал, даже и не думала рассасываться. Единственным выходом было бросить автомобиль на обочине, что он и сделал после короткого колебания. «Мустанг» занял едва ли не половину крайней правой полосы, и, оглянувшись, Дейв подумал, что, несмотря на внушительный вид, его автомобиль выглядит как-то уж очень беззащитно среди обтекающей его автомобильной толпы. Он хотел даже вернуться к нему, но, взглянув еще раз на часы, лишь ускорил шаг. Извини малыш, безмолвно обратился к «мустангу» он, вернусь, как только смогу, если, конечно, тебя не успеют погрузить к тому времени на эвакуатор.

До «Грейнджера», где была назначена встреча, оставалось около двух кварталов. Как же он отвык от городской толпы и суеты! Забыл, что есть на свете места, где на один квадратный ярд приходится сразу несколько человек и что нигде нельзя почувствовать себе более одиноким, как в толпе равнодушных к чужим проблемам людей.

Толпа обтекала его как полноводная река, но и, оказавшись в ней, он все равно не чувствовал себя частью этой реки. То распадаясь на множество ручейков, то собираясь в одно целое, людская река довела его до «Грейнджера», и, только подойдя к ресторану, Дейв подумал, что одежда на нем явно не соответствует статусу этого заведения. Его джинсы и рубашка являли резкий контраст с одеждой входящих и выходящих из ресторана людей, но, решив не обращать на это внимания, он смело вошел в самый знаменитый ресторан Сан-Франциско. Оглядевшись вокруг, Дейв отметил, что давно уже не сталкивался с подобной роскошью. Смешение разных стилей порождало особую, очень приятную атмосферу. Приглушенный свет ламп, льющаяся откуда-то из-под потолка музыка, крошечные фонтанчики со снующими в них рыбками, множество экзотических растений, словно живой изгородью отделявшие друг от друга стоявшие в зале столики, вышколенные официанты и множество красивых и уверенных в себе женщин, одну из которых он сразу же узнал. Это и в самом деле была она, та, что привлекла его внимание на стоянке главного офиса «South World Journal». Рядом с ней Дейв заметил какого-то мужчину, но это почему-то совсем не расстроило его. Он словно заранее знал, чем закончится эта встреча, и предвкушал, как познакомится и заговорит с этой удивительной женщиной.

Разговор с издателем не занял у него много времени. Все основные вопросы были уже обговорены, осталось только подтвердить сроки. На приведение рукописи в порядок Дейв запросил два месяца и, получив их, пообещал прислать первую часть уже через неделю.

Во время разговора он то и дело посматривал в сторону сидевшей за соседним столиком незнакомки и даже ощущал запах ее духов. В какой-то момент он вдруг отметил, что этот запах, удивительно подходивший ей, не подошел бы ни одной другой женщине, находившейся в зале. Ловя ускользавший взгляд, он чувствовал, как все внутри него замирает от предвкушения небывалого счастья. Сердце, глухо бухая, пыталось вырваться наружу и вырвалось бы, не будь перед ним столь внушительной преграды.

Разговор с издателем подошел наконец к концу, и, распрощавшись, Дейв пересел за барную стойку, чтобы уже оттуда наблюдать за незнакомкой. Попутно следя за ее спутником, он понял, что тот не представляет для него никакой опасности. Их жесты, взгляды не имели ничего общего с теми, что связывают любовников. Так могли общаться только коллеги по работе или давние друзья, и, осознав это, Дейв почувствовал, как начинает ослабевать закрученная в душе спираль. Эта женщина притягивала его к себе как магнит, и, казалось, не было в мире силы способной оборвать невидимую, но уже существующую между ними связь.

В какой-то момент Дейву показалось, что она смотрит на него. Ему ужасно хотелось встретиться с ней взглядом, но он не мог заставить пошевелиться одеревеневшее тело. Каменная статуя и та не смогла бы сравниться с ним — на его фоне она выглядела бы пустившимся в легкомысленный пляс куском камня. Он должен познакомиться с этой женщиной, ведь иначе он просто не сможет жить дальше. Огромным усилием воли Дейв заставил себя оглянуться — и вовремя. Спина незнакомки мелькнула у двери и скрылась.

Расплатившись, он бросился вслед за ней, но все еще сведенные странной судорогой ноги не хотели передвигаться с нужной скоростью. Он почти уже потерял ее из вида, но ведомый невидимой рукой оказался вдруг в нескольких ярдах от нее. Он мог уже окликнуть или даже дотронуться до нее, как вдруг незнакомка, сделав еще несколько решительных шагов, остановилась у входа на парковочную стоянку. Стоя за одной из колон, Дейв с жадностью рассматривал ее лицо, пытаясь понять, что именно она чувствует и о чем думает. Освещенное призрачным лунным светом, оно было удивительно прекрасным. Сдержанно улыбаясь своим мыслям, она казалась отстраненной от проносящейся мимо жизни инопланетянкой, выпавшей из чужой реальности, но еще не привыкшей к новой. Казалось, еще одно мгновение — и, посмеиваясь над суетностью этого мира, она перенесется в свой, полный тайн и удивительных приключений.

Нестерпимо хотелось подойти к ней, и Дейв даже сделал шаг из своего убежища, но в этот самый момент незнакомка решительно направилась к одной из припаркованных в среднем ряду машин. Он должен остановить ее! Непонятно как, но должен! От его решимости сейчас зависело слишком многое, и, интуитивно понимая это, он принял единственно верное в данной ситуации решение.

Взглянув на затянутое плотной пеленой облаков небо, Сандра с наслаждением втянула в себя наполненный вечерними запахами воздух. Как давно уже она не прислушивалась к запахам окружающего ее мира?! Створки раковины с каждой секундой открывались все шире, даря ей удивительную радость нового рождения. Вновь обретя свободу, она походила на получившего неожиданное помилование узника. Непонятно было одно, почему и когда она решила превратиться в него. Усмехнувшись своим мыслям, Сандра попыталась представить, какой будет ее дальнейшая жизнь без Питера, но почему-то не смогла. Переход к новой жизни оказался слишком резким, настолько резким, что за поворотом она не видела еще пути. Сев в машину, Сандра вытащила из сумочки мобильный телефон, но уже через пару секунд положила его обратно. Завтра. Она расскажет Дженни и Норе обо всем завтра. Сегодняшний же вечер принадлежит ей одной, и она не будет ни с кем делить то удивительное, что появилось у нее в душе. Сейчас она поедет домой, по дороге купит свежую клубнику, помидоры черри, пару банок осветленного яблочного сока, шоколадное мороженое и коробку французского сыра. Приехав, соорудит себе роскошнейший ужин, включит телевизор и, отрешившись от всех проблем, с головой окунется в какую-нибудь мелодраму.

Придя к такому решению, Сандра чуть было не расхохоталась в голос. Как же все просто, когда, устав прятать голову в песок, вновь становишься хозяйкой своей судьбы! Жизнь становится удивительно приятной и уже ничто не может испортить настроение!

Метнувшуюся прямо под колеса ее автомобиля тень Сандра заметила лишь в самый последний момент. Нога машинально вдавила в пол педаль тормоза, а сведенные судорогой руки успели вывернуть руль. Неизвестно откуда взявшаяся тень явно имела материальное происхождение, не даром же она почувствовала глухой удар. Больше всего на свете Сандра боялась увидеть то, что оказалось вдруг под колесами ее автомобиля. Подступившая к горлу тошнота мешала думать, а возникший вслед за ней страх облепил тело мерзкой липкой пеленой. Для того чтобы выйти из машины, ей понадобилась целая вечность. Едва дыша, она опустилась на колени и, мысленно приготовившись к самому худшему, заглянула под днище. Она ожидала увидеть там что угодно, но не увидела ничего, кроме смятой банки из-под колы. Стоявшего неподалеку мужчину она заметила только тогда, когда, встав, отбросила в сторону злополучную банку, и тут же каким-то шестым чувством поняла, что именно он виновник странного столкновения. С молча взиравшим на нее мужчиной все было явно в полном порядке, и, осознав это, Сандра почувствовала, как наполненная безудержным гневом волна заполняет ее сознание. Кретин! Недоумок! Да как он посмел сыграть с ней такую штуку?! — Прошу прощения, мисс, — услышала она вдруг его голос. — Вы ни в чем, абсолютно ни в чем не виноваты. Я немного выпил сегодня и вот чуть было не оказался под колесами вашего автомобиля.

Никогда еще Сандра не была такой злой. Что он несет?! Какие к черту извинения?! Да она ведь могла не успеть нажать на тормоз и в конце концов задавила бы его! В результате этот кретин отправился бы в мир иной, а она в тюрьму!

— Вы! Вы… самый настоящий сумасшедший! Кто позволил вам бросаться под колеса моего автомобиля?! Я ведь могла убить вас, неужели не понятно?! — От крика у нее перехватило горло, и последние слова она произнесла почти шепотом. Возмущение было столь сильно, что она едва сдержалась, чтобы не вцепиться ему в физиономию. — Что вы молчите?! — вновь накинулась она на него. — Если хотите покончить с жизнью, ищите другой путь, я вам в этом не помощник!

Слушая ее, Дейв едва сдерживал готовые растянуться в улыбке губы. Потрясающий темперамент! Именно о такой женщине он мечтал когда-то. За тонкой внешней оболочкой скрыт настоящий вулкан страстей! Пожалуй, он и в самом деле достаточно сильно ее разозлил, ведь не может же она знать, что этот трюк они с Ларри отработали еще в колледже, когда пытались доказать себе и окружающим то ли свою крутизну, то ли неустрашимость.

— Еще раз прошу прощения, мисс, — вновь произнес он. — Но у меня и в мыслях не было делать что-либо специально. Чуть больше выпил и в результате неудачно упал, вот и все. Еще раз прошу прощения, мисс.

Странно, но он совсем не казался пьяным. Скрытое за козырьком бейсболки лицо оставалось в тени, но она готова была поспорить, что оттуда на нее смотрели абсолютно трезвые глаза. Что-то в этом человеке было не так, но Сандра не могла понять что. Сила и ловкость без труда угадывались даже в неподвижном теле, а отсутствие каких-либо признаков опьянения говорило о том, что человек этот лжет. Его глаза продолжали бесцеремонно рассматривать ее, и в какой-то момент она вдруг поняла, что он потешается над ней! Невозможность разобраться в происходящем еще больше разозлила Сандру. Необходимо было как-то выходить из создавшейся ситуации, но так, чтобы последнее слово осталось все же за ней.

— Вы разбили мне фару, — ледяным, полным достоинства голосом сказала она только для того, чтобы не молчать.

Страховка полностью покрыла бы ущерб, но ведь должна была она оставить последнее слово за собой!

— Конечно, я заплачу! — с готовностью воскликнул незнакомец и тут же, словно фокусник, выудил из кармана дорогой, пахнущий натуральной кожей и абсолютно не вязавшийся с его внешним видом бумажник.

Он грабитель! О господи, наверняка этот человек самый настоящий грабитель! — с быстротой молнии пронеслось в голове Сандры. Он специально бросается под выезжающие со стоянки машины для того, чтобы ограбить испуганного водителя!

Необходимо было на что-то решаться, а потому Сандра со всех ног бросилась к распахнутой дверце автомобиля. Звук хлопнувшей дверцы эхом отозвался в голове, но ей было не до этого. Нужно было как можно скорей убраться отсюда.

Никогда еще он не оказывался в столь глупой ситуации. Женщина, из-за которой он несколько минут назад так глупо рисковал жизнью, исчезла в ночи, а он так и не узнал ни ее имени, ни адреса. Что заставило ее удалиться с такой поспешностью? Неужели он настолько не понравился ей, что она предпочла сбежать сломя голову? Мчаться вслед за ее машиной не было никакого смысла, и, недоуменно пожав плечами, Дейв отправился к своему брошенному в двух кварталах от «Грейнджера» автомобилю. Хорошо, если его «мустанг» окажется на месте, если же нет, придется ехать к Ларри или снимать номер в гостинице. К себе домой он попадет разве что к утру, на ночь дамба перекрыта и, проехать через нее могут лишь те, кто имеет специальное разрешение.

Направляясь домой, Сандра решила не заезжать ни в один из круглосуточных супермаркетов. Потрясений за один только день оказалось предостаточно, и единственное, чего ей хотелось сейчас, это, закрыв дверь квартиры, спрятаться от недавнего, едва не сведшего ее с ума кошмара. Первым делом нужно будет отключить телефон, а еще предупредить портье, что ее ни для кого нет дома, решила она. В баре есть начатая бутылка виски, в холодильнике — кусок швейцарского сыра, овощная смесь, замороженные отбивные и банка персикового компота. Этих продуктов ей вполне должно хватить на два дня, следовательно, можно смело отгородиться от окружающего мира на весь предстоящий уик-энд. Все остальное потом, сейчас ей жизненно необходимо привести свои мысли и чувства в порядок, иначе она просто сойдет с ума.

Мысли об ужине вылетели у нее из головы, как только она вошла к себе в квартиру. Единственное, на что хватило сил, был горячий, обжигающий тело душ. Стоя под его упругими струями, она чувствовала, как вода смывает тяжесть с ее души и наполняет каждую клеточку уставшего тела живительной влагой. Давно уже в ее жизни не случалось столько событий в такой короткий срок. Неожиданно для себя Сандра заплакала. Слезы смешивались с льющейся по лицу водой, и поток этот казался бесконечным. Завернувшись в махровый халат, она отправилась спать, но переживания прошедшего дня тревожили ее и во сне.

Свет фар мчавшегося за ней автомобиля не позволял свернуть в сторону, и, куда бы она ни бежала, он всюду находил ее. Оборачиваясь, она пыталась разглядеть лицо своего преследователя, но видела только глаза недавнего незнакомца. Его пристальный взгляд не давал ей покоя, и, проснувшись рано утром, Сандра вновь начала перебирать в уме странные подробности, отмеченные еще накануне. Обладая достаточным жизненным опытом, она пыталась найти объяснение случившемуся, но, как ни старалась, не могла. Поведение незнакомца не вписывалось ни в одну известную ей схему, это было странно и рождало мутные, нелепые мысли в ее голове. В какой-то момент она была готова поклясться, что он сделал это нарочно, для того… да, чтобы познакомиться с ней! Но, едва придя к такому выводу, она тут же отбросила неизвестно откуда взявшуюся мысль. Он просто сумасшедший, убеждала себя Сандра. А если не сумасшедший, то уж точно промышляющий ночными грабежами бандит. И хорошо еще, что я так легко отделалась. Кто знает, что могло бы произойти, не догадайся я о его истинных намерениях!

— Нэнси, ты дозвонилась до Сандры Шелл? Она приняла приглашение? — Я так и не смогла с ней связаться, дорогой, но оставила сообщение на ее автоответчике. Надеюсь, она найдет время прослушать его, если, конечно, не уехала куда-нибудь на уик-энд.

— Странно, мне показалось, что она не из тех, кто отключает телефон и не отвечает на звонки. У нее слишком велико чувство ответственности. Может, что-то случилось?

— Попробую связаться с ней еще раз завтра утром, но, если не удастся, тогда…

— Тогда, дорогая, ты позвонишь Элизабет. Дейв, конечно, не придет в особый восторг, но тут уж ничего не поделаешь. В конце концов, он первый заморочил голову Лиз, пусть сам и расхлебывает.

— У тебя как всегда неверные сведения, дорогой. Это Элизабет нафантазировала себе неизвестно что и теперь старается сделать свои фантазии частью реальной жизни. Но с Дейвом у нее ничего не получится, уж поверь мне. Она попросту обломает об него свои маленькие хищные зубки.

— Но тогда зачем ты вообще приглашаешь ее? Не лучше ли пригласить кого-то другого?

— Отказать себе в удовольствии наблюдать за Элизабет?! Ни за что! Весь окружающий мир для нее одна огромная сцена, на которой она ставит свои спектакли. Иногда мне даже кажется, что самой Элизабет будто и не существует. Есть множество исполняемых ею ролей, но нет ее самой. И, хотя я знаю ее уже много лет, мне ни разу не пришло на ум другое сравнение.

— Как знаешь, дорогая. Я не против присутствия Лиз, тем более если наблюдение за ней развлекает тебя. А сейчас, извини, мне нужно еще предупредить Пола, чтобы подготовил яхту к восьми утра.

Проводив задумчивым взглядом спускающегося по ступенькам мужа, Нэнси Гарольд вернулась к себе в комнату, где еще раз попыталась связаться с Сандрой. То, что эта девушка получила столь высокую оценку не только Шона Галенса, но и Ларри, заинтриговало ее чрезвычайно, и теперь Нэнси хотелось самой убедиться в правильности их восприятия. От этой мисс Шелл зависело сейчас очень многое, в том числе и приносимая «South World Journal» прибыль, и с этим необходимо было считаться.

9

Проснувшись, Сандра впервые за последние несколько недель позволила себе понежиться в постели. Задвинутые наглухо шторы, дополнительная звукоизоляция и встроенные стеклопакеты не пропускали никаких внешних шумов, так что Сандра почувствовала себя неким фантастическим персонажем, очутившимся по воле автора вне времени и пространства. Иллюзия оказалась столь реальной, что вскоре она почувствовала непреодолимое желание избавиться от нее. Впервые в жизни она испугалась тишины, испугалась так, что попросту сбежала из своей собственной квартиры.

После недавнего происшествия Сандра, как ни старалась, не смогла заставить себя сесть за руль. Сделав знак проезжавшему мимо такси, она попросила отвезти ее в торговый центр.

Решено, сейчас куплю кучу игрушек, а также огромный торт и бутылку розового вина и отвезу все это к Дженни. На их заднем дворе можно устроить потрясающее барбекю, а если повезет с погодой, то и искупаться в бассейне. Жаль только, что Нора не сможет присоединиться к нам. Свадьба босса событие экстраординарное и без Норы с ее идеальным вкусом там, конечно, не обойтись, подвела Сандра мысленный итог своим рассуждениям.

Торговый центр оглушил Сандру множеством звуков и запахов. Привыкнув делать заказы через Интернет, она почти забыла, что такое настоящий шопинг и теперь с удовольствием предалась ему. Шум бурлящей вокруг толпы был полной противоположностью тишине ее дома, и она от всей души радовалась ему. Очутившись в той части торгового центра, где были выставлены товары для детей, Сандра неожиданно для себя растерялась. Здесь было столько всего, что на выбор нужных игрушек могло уйти несколько часов!

Мне нужна помощь консультанта! — мысленно простонала Сандра, как вдруг услышала позади себя:

— Вы что-то хотели, мисс?

Машинально обернувшись, она едва не сбила с ног появившуюся словно из под земли девушку и, смущенно улыбнувшись, произнесла:

— Мне нужна помощь профессионала, мисс Льюис, — прочитав имя на бедже, произнесла Сандра. — Как насчет того, чтобы удовлетворить потребности трех сорванцов, одному из которых девять лет, а двум младшим скоро исполнится семь? При этом следует учесть, что их комната буквально ломится от всевозможных игрушек.

— Тогда вам и в самом деле нужно нечто особенное, и я, кажется, могу вам в этом помочь. Давайте попробуем подобрать самые лучшие в мире подарки для самых лучших детей.

После весьма продолжительных поисков выбор Сандры остановился на наборе резиновых игрушек для бассейна. Расцвеченный в самые невообразимые цвета клоун, голубой кит, дельфин и пара плотиков так великолепно смотрелись на витрине, что она не смогла устоять.

Купив подарок для детей, Сандре неожиданно захотелось купить что-нибудь себе. Поразмыслив немного, она отправилась в свою самую любимую часть торгового центра, где продавались всевозможные комнатные растения. Розы, настурции, асфодели, — все они были по-настоящему прекрасны. Она взяла бы их всех, если бы смогла, но, мысленно пообещав, что вскоре наведается сюда вновь, остановила свой выбор на двух роскошных белых лемекариях. Шопинг Сандра завершила в огромном продуктовом супермаркете и остановилась лишь, когда некуда уже было складывать выбранные продукты.

Наполненная игрушками и продуктами тележка являла собой столь внушительный вид, что на выходе ей тут же предложили воспользоваться службой бесплатной доставки. Решив не отказываться, Сандра дождалась, когда покупки будут уложены в машину, и только после этого набрала номер Дженни. Сюрприз, конечно, должен оставаться сюрпризом, но лишь в том случае, если он не причинит особых неудобств хозяевам дома.

— Ты сошла с ума, Сандра! — смеясь воскликнула Дженни, после того как дети с отцом умчались к бассейну опробовать новые надувные игрушки. — Все это наверняка стоит целого состояния, — добавила она уже более серьезно. — Я не понимаю, с чего это вдруг ты должна тратить на нас целую прорву денег. Что-то случилось? Ты получила наследство или, может, ограбила банк?

— Ни то, ни другое. Просто с сегодняшнего дня у меня началась новая жизнь. И не ворчи на меня за подарок для мальчиков. В конце концов, я достаточно зарабатываю и могу позволить себе купить подарок для твоих сорванцов.

— На этот раз ты угодила не только мальчикам, но и Джулиусу, — прислушавшись к доносившимся с заднего двора крикам, констатировала Дженни. — Думаю, мы не увидим их как минимум два часа, зато сможем всласть поболтать.

— Действительно сможем, тем более что мне есть что рассказать тебе. С какой новости начнем?

— Решай сама, а я, пока ты будешь рассказывать, сделаю салат и подготовлю мясо. Кстати, можешь начинать, руки мои заняты, но голова и рот свободны.

— Право не знаю, с чего начать, но… вчера был один из самых странных дней в моей жизни: меня бросил Питер и я чуть не убила человека. Достаточно для одного дня, не правда ли? Мне кажется, этот мужчина… специально очутился под колесами моей машины, скорей всего хотел ограбить, но я догадалась о его намерениях и успела сбежать. Вот, собственно, и все.

— Подожди-подожди! — воскликнула ошеломленная услышанным Дженни. — Я что-то не поняла насчет Питера. Как это бросил? Он что, подхватил какой-то вирус?

— Да нет же, Дженни, успокойся. Просто Питер полюбил другую женщину, которая, представь себе, ждет от него ребенка. Он сообщил мне об этом вчера, и, знаешь, только услышав это, я почувствовала себя самым счастливым человеком на земле. Словно кто-то открыл клетку, в которой я провела целую тысячу лет. Причем я не почувствовала никакой обиды или досады, одну только радость освобождения.

— Нет, ну ты точно ненормальная, Сандра! Тебя бросил мужчина, а ты млеешь от восторга!

— А что, по-твоему, я должна делать? Рыдать от горя, которого нет? И не вы ли с Норой едва ли не каждый день твердили мне о том, что мне нужно расстаться с Питером!?

— Вот именно! Это ты должна была расстаться с ним, а не он с тобой! Ну да ладно, чего уж тут говорить. Что сделано, то сделано. Но, скажи честно, ты и в самом деле не жалеешь ни о чем? У тебя немного странный вид, и это тревожит меня.

— Успокойся, Дженни. Со мной все в порядке. Просто такое чувство, словно рушится кокон, в котором я провела столько лет. Мне даже кажется, что я как-то иначе чувствую запахи и звуки. Словно произошло второе рождение. Мне вновь хочется мечтать, слушать веселую музыку, танцевать. Знаешь, почему я сбежала сегодня из дому? Я оглохла от тишины.

— Ну да, от тишины. Человек установивший в своей квартире дополнительную звукоизоляцию, страдает теперь от тишины. Вполне в духе Сандры Шелл.

— Прекрати, Дженни. Все люди рано или поздно меняют свои вкусы, привычки, убеждения, и я, как оказалось, не исключение.

— Ну тогда это и в самом деле достойное празднования событие. А как насчет второй новости? От какого такого ночного грабителя ты едва унесла ноги?

Вспомнив вдруг пристальный взгляд вчерашнего незнакомца, Сандра почувствовала, как мурашки пробежали по всему ее телу. С чего вдруг она приняла его за грабителя? Его взгляд… Он смотрел на нее так словно… словно… Нет, ну она точно сошла с ума! Ищет желаемое там, где оно никак не может быть!

— В сущности, не произошло ничего необычного, — пожав плечами, отозвалась на вопрос подруги Сандра. — Скорей всего, это я нафантазировала себе бог знает что, а тот человек и в самом деле оказался под колесами моей машины совершенно случайно. Наверное, я просто испугалась, вот мне в голову и полезли всякие ужасы. Но хватит об этом. Давай лучше я помогу тебе с салатом. Сыр натереть или нарезать кубиками?

— Лучше нарезать, не то все превратится в одну общую массу. Да, у меня остался кусок черничного пирога, не хочешь попробовать?

— Хочу. Кстати, я не отказалась бы и от кофе.

— Прекрасно. Но свари его, пожалуйста, сама. Мне нужно сходить посмотреть, как там мои головорезы. Вчера они учили плавать кошку мистера Дэниелза и чуть не утопили бедное животное. Мне пришлось не только извиниться перед мистером Дэниелзом, но и испечь для него пирог с яблоками. Мальчики же получили на ужин овсянку, и это было лучшим наказанием для них.

С уходом Дженни Сандра вдруг почувствовала себя странно одинокой. Словно ушла не только Дженни, но и та особая атмосфера, которую она умела создать вокруг себя. Возле миниатюрной, всего пяти футов роста, Дженни жизнь обретала иной смысл, становилась куда более понятной и приятной.

У меня тоже когда-нибудь будет семья, неожиданно решила Сандра. Будет муж, который захочет научить ребенка бросать мяч в корзину, кататься на роликах или плавать на доске. Я конечно же стану ужасно переживать, но никогда не буду мешать им. Буду печь такие же вкусные пироги, и помогать с контрольными, и водить на детские утренники…

Погрузившись в мечты, она не заметила ни возвращения Дженни, ни пристального взгляда, каким та окинула ее. Мечты заполняли душу Сандры, как вода заполняет высохшее русло ручья, залечивая трещины и рождая новую плодородную почву вокруг.

Окинув внимательным взглядом сидящего на носу яхты Дейва, Нэнси поискала взглядом Элизабет, но, к своему изумлению, не увидела ее нигде поблизости. Это было достаточно странно, и, не в силах сдержать проснувшееся любопытство, Нэнси решила выяснить, в чем дело. Неслышно подойдя к Дейву, она слегка дотронулась до его плеча и была поражена, как сильно он вздрогнул в ответ на ее прикосновение. — О, Нэнси, ты даже не можешь представить, как я рад тебя видеть. Ты так тихо подошла, и я…

— И ты испугался, что это вновь Лиз, не правда ли?

— Да, именно так. Она не отходила от меня все утро и лишь сейчас куда-то исчезла. Кажется, ей кто-то позвонил, и вот уже полчаса я наслаждаюсь ее отсутствием.

— Лиз по-своему очаровательная женщина, Дейв, и многие мужчины сочли бы за счастье насладиться ее обществом. Может, все дело в том, что она не соответствует каким-то твоим особым требованиям? Или же ты решил до конца своих дней вести монашеский образ жизни?

— Ты рассуждаешь в точности как Ларри, но, клянусь, вы оба не правы. Элизабет просто не в моем вкусе, особые требования здесь ни при чем.

— Но она все же нравится тебе? — не отступала Нэнси.

— Нравится, как, например, елочная игрушка. Пока она есть, ты любуешься ею, а нет — сразу же забываешь о ее существовании.

— Меткое сравнение, Дейв. Но все же как долго ты еще собираешься жить в одиночестве? — уже другим, более серьезным тоном поинтересовалась Нэнси.

Уловив перемену в ее голосе, Дейв внимательно посмотрел в лицо сидящей рядом женщины и, помолчав немного, ответил:

— Если ты беспокоишься за мое душевное состояние, Нэнси, то напрасно. После гибели Клэр прошло достаточно времени, и я вполне уже пришел в себя. Меня уже не мучают ночные кошмары, и вот уже три месяца как я перестал принимать антидепрессанты. Со мной все в порядке, и этим я обязан тебе и Ларри. Если бы не вы, я наверняка сошел бы с ума дома в Вермонте. Но, прошу тебя, не требуй от меня невозможного.

— Хорошо, Дейв. Я просто хотела, чтобы ты хоть немного отвлекся от своих переживаний.

— Я понимаю, Нэнси, и ценю твои старания. Кстати, ты, кажется, хотела пригласить на пикник женщину, которая занимает сейчас пост главного редактора, или я ошибаюсь?

— Хотела и даже оставила два сообщения на ее автоответчике, но она как в воду канула. Наверное, просто не получила их, а возможно, улетела куда-нибудь на выходные. Ларри очень хвалит эту мисс Шелл, говорит, она само совершенство, а уж если так думает Ларри, то это и в самом деле так.

— Весьма интригующее начало, но, думаю, даже лучше, что мы пока незнакомы. Познакомимся, когда придет время принимать дела. Да, а когда мы доберемся до бухты, о которой говорил за завтраком Ларри?

— Через три четверти часа, я думаю. И прости, если помешала. Любоваться океаном лучше всего в одиночестве, и ты, я думаю, не расстроишься, если я прямо сейчас покину тебя. — С этими словами Нэнси отправилась на поиски мужа, не заметив вжавшейся неподалеку в стену рубки Элизабет.

Почти бесшумные шаги Нэнси отозвались в голове Элизабет жутким гулом. Она и не знала, что отзвук чужих шагов может причинить такую боль. Глотая пересохшими губами насыщенный влагой воздух, Элизабет хотела только одного — исчезнуть, раствориться в океанской воде. Как он мог так сказать о ней?! «Елочная игрушка!» Это она-то игрушка?! Мерзавец! Бездарь! Недоумок! Приступ ярости, так внезапно возникший, грозил затянуться. Пред глазами Элизабет мелькали яркие круги, в ушах шумело, и не было сил думать ни о чем, кроме нанесенной ей обиды.

Она пришла в себя от очередной порции соленых брызг. Проведя ладонью по мокрому лицу, Элизабет смахнула соленую влагу с губ и, стараясь не шуметь, проскользнула к своей каюте. Очутившись в прохладном полумраке, она схватила лежавшую на кровати подушку и, вцепившись в нее зубами, издала несколько коротких, похожих на рычание звуков.

Испытанное средство помогло, и, отбросив подушку в сторону, она почувствовала вскоре, как желанное успокоение наполняет ее душу. Закрыв глаза, она погрузилась в короткий, всего на несколько минут, сон, а проснувшись, почувствовала себя полностью отдохнувшей. Что же, главное она знает, а это уже залог успеха. Плевать на нелестное сравнение, она все равно добьется своего и выйдет замуж за Дейва Векслера. В конце концов, он ее последняя надежда. Все остальные или давно и прочно женаты или сменили ориентацию.

Едва подумав об этом, Элизабет чуть было не расхохоталась.

О господи! Как же она сразу не поняла! Да ведь наверняка у Дейва давно уже пусто в штанах! Иначе разве смог бы он все то время, что они знакомы, оставаться полностью равнодушным к ее чарам? Нет, конечно. Такое под силу или импотенту или полному идиоту!

Каждый из этих вариантов был по-своему предпочтителен, но в глубине души она знала, что ни один из них не является верным. Знала, но гнала от себя непрошеные мысли, не желая выглядеть неправой даже перед самой собой. Победа прежде всего, а иначе жизнь теряет какой-либо смысл. Этим правилом она пользовалась с детства, и оно никогда еще не подводило ее. Элизабет уже почти полностью успокоилась, как вдруг вспомнила последние сказанные Нэнси Гарольд слова. Вздрогнув всем телом, она почувствовала сильный жар внутри, но лицо, вместо того чтобы окрасится в красный цвет, стало мертвенно-белым. Сандра Шелл! Как же она могла забыть о ней! Эта гадина в последнее время только и делает, что ломает тщательно выверенные планы, но и этого ей мало! Втереться в доверие к Гарольдам, что может быть лучше?! Но ничего, эта дрянь еще пожалеет, что встала на чужом пути! Скоро, совсем скоро она вылетит из «South World Journal» как пробка из шампанского, а уж она, Элизабет, поможет ей в этом!

Что же касается Дейва, то он все равно рано или поздно будет принадлежать ей. Все эти разговоры о елочной игрушке полный бред, желание скрыть свою несостоятельность. На самом же деле он давно бы уже затащил ее в постель, просто ему, как и многим, не хватает элементарной смелости. Но в этом-то она сможет ему помочь, нужно только дождаться подходящего случая, и тогда все встанет на свои места. Не родился еще тот мужчина, который, побывав с ней однажды в постели, не стал бы мечтать об этом вновь.

Взглянув на часы, Элизабет бегом бросилась в ванную и за считанные минуты привела себя в порядок. Какое все же счастье иметь красивое, с идеально правильными чертами лицо! Лишенное косметики, оно выглядело значительно моложе, и, глядя на свое отражение, Элизабет невольно вспомнила о когда-то невинной, полной мечтаний и призрачных иллюзий девочке. Трогательный образ был тут же дополнен собранными в хвост волосами и короткими шортиками, в которых ее длинные, стройные ноги смотрелись поистине восхитительно. Элизабет послала воздушный поцелуй своему отражению и, услышав стук в дверь, поспешила на зов.

Увидев стоявшего у двери Дейва, она улыбнулась ему одной из своих самых ослепительных улыбок, с удовлетворением отметив, что на этот раз ее внешний вид произвел на него нужное впечатление.

— Мы подъезжаем, Лиз, — отведя глаза в сторону, произнес Дейв. — Команда уже спускает катер, и Нэнси попросила поторопить тебя.

— Спасибо, Дейв. Я и сама собиралась подняться на палубу, да вдруг заснула. Так устаешь за неделю, что в выходные только и думаешь о том, как бы поспать. Извини, если нагружаю своими проблемами, но так уж случилось, что ты здесь единственный, кому я могу пожаловаться.

— Все в порядке, Лиз, — едва сумев скрыть охватившее его удивление, ответил Дейв. — Но с тобой и в самом деле все в порядке? Ты не заболела?

— Со мной все хорошо, просто иногда вспоминаю вдруг, что я все же женщина, а не только директор департамента в «South World Journal». Ладно, пойдем наверх. Я слышу голос Нэнси, нас, похоже, и в самом деле заждались.

Она едва сумела скрыть охватившее ее внутреннее ликование. Как, ну как она сразу не догадалась о том, что Дейву нравятся не уверенные в себе женщины, а те, кого нужно защищать и оберегать. Он мужчина-отец, тут же определила она. Предпочитает вытирать сопли и выслушивать слезливые откровения. Сильные женщины, судя по всему, пугают его и, что самое главное, не дают возможности почувствовать себя героем. Но если сопли и слезы, то он получит их в полной мере!

Взглянув на поднявшуюся на палубу Элизабет, Нэнси едва сдержала возглас удивления. Давно уже она не видела ее в таком виде. Смесь порочности и невинности была столь очевидна, что Нэнси моментально почувствовала реакцию присутствующих на палубе мужчин. Они все буквально пожирали ее глазами, и, видя это, Нэнси нестерпимо захотелось столкнуть Элизабет в зеленую, покрытую шапкой белой пены воду. Спеша исправить положение, она первая взяла ее под руку и, отведя на противоположный конец яхты, произнесла:

— Давай поговорим начистоту, Лиз. Ты хочешь соблазнить одного только Дейва или же приглядела себе другую жертву? И не увиливай, пожалуйста, от ответа. Я знаю тебя много лет и могу читать твои мысли так же ясно, как если бы они были написаны у тебя на лице.

— Прекрати, Нэнси, — не желая выходить из образа, капризно протянула Элизабет. — На этот раз мне не нужен даже Дейв, я просто хочу отдохнуть.

— Я не беспокоюсь ни за своего мужа, ни за Дейва, Лиз. Они из тех мужчин, у которых голова находится на плечах, а не в штанах. Я беспокоюсь за брата Ларри, Гарольда-младшего. Этот сукин сын ведет себя как похотливый кот, и мне не хотелось бы, чтобы сегодня он возобновил свои похождения на глазах у жены. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я?

— Так что же ты предлагаешь? Вываляться в грязи и куриных перьях?

— Неплохая идея, жаль только, что здесь нет ни того, ни другого. Но ты, надеюсь, поняла меня, Лиз? Можешь сколько угодно упражняться на Дейве, но никаких поползновений в сторону Гарольда-младшего, иначе…

— Иначе — что? Упечешь меня в тюрьму за совращение твоего родственника?

— Нет, так далеко я не пойду. Я просто попрошу Ларри уволить тебя из журнала или же сделаю это сама. В конце концов, я основной — после Ларри — держатель акций, следовательно, имею право на решения. И, прошу тебя, переоденься. Невинность в твоем варианте приобретает слишком уж порочный привкус. — С этими словами Нэнси отправилась на поиски мужа, предоставив тем самым Элизабет самой справляться со своими проблемами.

Еще никто и никогда не поступал с ней таким образом! Сердце Элизабет стучало где-то в горле, а насыщенный влагой воздух казался дуновением раскаленной зноем пустыни. Несмотря на теплое полуденное солнце, ее бил озноб, остановить который не было сил. Ах! С каким удовольствием бы она избавилась сейчас от всех живущих на земле женщин, и в первую очередь от Нэнси Гарольд и Сандры Шелл!

Придя наконец в себя, Элизабет почти бегом бросилась в свою каюту. Она всегда была хорошим игроком и знала, где надо блефовать, а где наступить себе на горло. Пока она не в той весовой категории, не следует раздражать Нэнси, но когда-нибудь она все же найдет способ отплатить ей за нанесенные оскорбления!

10

Выслушав оставленные на автоответчике сообщения, Сандра едва заметно пожала плечами. Жаль, конечно, что она не прослушала его вчера и не приняла приглашения от Нэнси Гарольд, но тут уж ничего не поделаешь. Да и не готова она ко всему этому. Чтобы чувствовать себя своей рядом с Гарольдами, Клайдами или Флейками, нужно родиться в их среде. Ей же, Сандре, куда приятней провести время в обществе Дженни и ее семьи.

Усмехнувшись своим мыслям, Сандра вытащила из сумки подаренную Дженни книгу. Дейв Векслер «New Days Novels». С разворота книги на нее глянули светлые, удивительно добрые, но в то же время полные затаенной грусти глаза. На мгновение ей показалось, что она уже видела их, причем совсем недавно, но Сандра тут же отогнала от себя эту мысль. Где и когда она могла их видеть?! На улице? В пиццерии возле главного офиса? В супермаркете?

Отложив книгу, Сандра попыталась занять себя домашними делами, но странная мысль, что она видела уже где-то эти поразительные глаза, никак не хотела уходить из ее головы. Нужно сегодня же прочесть эту книгу, решила вдруг Сандра. Иначе мне не избавиться от этого странного наваждения.

Чтение захватило ее настолько, что она забыла обо всем на свете. Этот автор, Дейв Векслер, каким-то одному ему ведомым способом сумел прочитать ее мысли! Более того, он вывернул наизнанку ее душу, вытащил на свет то, что годами хранилось под слоем забытых воспоминаний! Как? Откуда он мог знать то, о чем она боялась вспоминать все эти долгие годы?

Сан-Сити вновь возник пред ее внутренним взором, и, содрогнувшись, Сандра едва не откинула книгу в сторону. С ней в отличие от героини книги судьба обошлась куда более милостиво, но ведь был и в ее жизни момент, когда, устрашившись перемен, она чуть было не отказалась от мысли покинуть городок детства!

На мгновение Сандре стало очень страшно. Подумать только, ведь если бы не старый велосипед Джима Хоупа, она, возможно, до сих пор бы была наложницей мерзкого развратника, верховного жреца Храма солнца — мистера Сэмюеля Диксона. И никто — даже родители — не смог бы помешать этому. При мысли о родителях Сандра неожиданно для себя расплакалась. Как же давно она не видела их! И думают ли они о ней? Вспомнилось затуманенное вечным страхом лицо матери и суровое, аскетичное лицо отца. В отличие от матери, хотя бы изредка уделявшей внимание детям, отец, казалось, вообще не замечал их присутствия. Погруженный в свои мысли, он мог целыми днями сидеть, уставившись в одну точку, не видя и не слыша ничего вокруг.

Нужно послать им денег, решила вдруг она. Отправлю им деньги и сотовый телефон. Кто знает, быть может, мне удастся тогда поговорить хотя бы с мамой?

Едва решение было принято, Сандра почувствовала, как начинает отпускать сжавшая душу пружина. Взглянув на часы, она обнаружила, что время давно уже перевалило за полночь. Открыв окно, Сандра с удовольствием прислушалась к звукам огромного города. Где-то вдали прозвучала сирена «Скорой помощи», а вслед за ней раздались звуки полицейской сирены. Из соседнего окна послышался плач ребенка, а далеко внизу, словно в ответ, прозвучал чей-то заливистый смех. Звуки ночного города заставили Сандру еще острей почувствовать свое одиночество. Еще недавно она упивалась им, теперь же была готова бежать куда угодно от сводящей с ума тишины!

Последовавшая за морской прогулкой неделя оказалась для Дейва самой насыщенной за весь проведенный в Калифорнии год. Работа над книгой шла полным ходом, и ему приходилось едва ли не каждый день ездить в издательство для согласования тех или иных вопросов с редактором. Вот и сегодня он почти весь день провел в городе и так устал, что готов на все, лишь бы только скорей покинуть заполненное людьми, автомобилями и домами пространство. Очутившись наконец дома, он первым делом принял прохладный душ, а затем, отключив телефон, прошел на кухню. Есть хотелось невыносимо. Открыв холодильник, он внимательно осмотрел его содержимое и после недолгих колебаний вытащил на свет пару яиц, баночку плавленого мексиканского сыра, несколько помидоров и один сладкий перец. Оглядев выставленные на столе продукты, Дейв довольно улыбнулся. За последний год он научился вполне прилично готовить и уже через полчаса сможет порадовать себя вкусным ужином.

Набрав в чашку воды, он принялся за работу, но в этот момент короткий стук в дверь прервал его занятие. Чертыхнувшись, он отложил в сторону овощи и, недоумевая, кто это мог быть, пошел открывать дверь. До последнего времени его гостями были только Нэнси и Ларри Гарольды, остальным вход в его дом был воспрещен.

Увидев стоявшую на крыльце Элизабет, Дейв поймал себя на мысли, что совсем не удивлен ее приходу.

— Ты, похоже, совсем не рад видеть меня, Дейв? — услышал он обращенный к нему вопрос.

Ему хватило всего одного мгновения чтобы натянуть на лицо фальшивую улыбку.

— Конечно же я рад видеть тебя, Лиз. Просто не ожидал твоего появления здесь. Это случайный визит или у тебя ко мне какое-то дело?

— Не умничай, Дейв. Прекрасно знаешь, что я никак не смогла бы очутиться здесь случайно. Мне нужно поговорить с тобой.

— Поговорить? Но у тебя было достаточно времени на яхте. Почему же ты не поговорила со мной там?

— Не хотела, чтобы об этом случайно услышал Ларри Гарольд.

— Ларри? Но при чем тут он?

— Это напрямую касается его, Нэнси и тебя, Дейв.

— Я не совсем понимаю тебя. Может, объяснишь поподробней?

— Конечно, только налей мне сначала чего-нибудь выпить.

— У меня только коньяк.

— Прекрасно. Обожаю коньяк с апельсиновым соком.

— В моем доме нет никаких апельсинов.

— Разумеется. Я привезла их с собой. Принеси, пожалуйста, пакет из машины, а я пока немного похозяйничаю на твоей кухне.

Дождавшись ухода Дейва, Элизабет не смогла сдержать довольной улыбки. Как же полезно иногда рыться в грязном белье неприкасаемых! Разве могла она предположить, что Нэнси Гарольд, сама миссис Совершенство, была в близких отношениях с Дейвом Векслером, лучшим другом своего мужа! Такое ей и в голову не могло прийти! Зато теперь, когда у нее на руках неопровержимые доказательства, она заставит Нэнси и Дейва плясать под свою дудочку!

Открыв дверцу припаркованного с южной стороны дома автомобиля, Дейв увидел лежавший на переднем сиденье пакет с продуктами, приподняв который увидел предназначенную явно для него фотографию. Ему хватило всего одной секунды, чтобы осознать, что перед ним, но эта секунда показалась ему вечностью. Один раз, всего только один раз он и Нэнси были близки, и было это еще до появления в ее жизни Ларри. Но не это было страшно, а то, что они оба утаили от него этот факт. Скажи он или она ему об этом десять лет назад, все было бы иначе, теперь же признаться было куда сложней. Верней, это просто невозможно.

Оставив пакет с продуктами там, где он лежал, Дейв направился к океану. Разговаривать сейчас с Элизабет было выше его сил, тем более что он уже догадался, о чем именно она захочет говорить. Идя по все еще горячему песку, слушая шелест набегавших на берег волн, он пытался найти выход из создавшегося положения. Пытался, но не мог прийти ни к одному из решений. Сердце твердило о признании, рассудок же холодно насмехался над велением сердца. Сев на песок, Дейв устремил взгляд на готовый погрузиться в океанскую плоть солнечный диск, невольно вспомнив, что такой же в точности закат он видел в тот самый день, когда познакомился с Ларри. Почти двадцать лет назад он, попав под волну, оглушенный перевернувшейся доской, камнем начал идти ко дну и утонул бы, не приди ему на помощь Ларри. И это благодаря ему он живет сейчас в чудесном доме на берегу океана, а не сходит с ума в огромном, лишенном жизни доме в Вермонте. Зачем, ну зачем они с Нэнси утаили факт знакомства? Сначала это выглядело как невинная шутка, но чем дальше, тем сложней было сказать об этом Ларри. Наверное, потому он и сбежал тогда в Вермонт, вернее это была одна из причин. Другой, не менее важной причиной было нежелание признать первенство Ларри во всем, что касалось Нэнси. Но все это потеряло всякий смысл в тот самый день, когда в его жизнь вошла Клэр. Ни разу с тех пор его сердце не дрогнуло при виде Нэнси. Она стала для него не просто другом, теперь это была почти родственная связь. И неужели все это должно разрушиться лишь потому, что так хочет Элизабет?

Нет, конечно, тут же успокоил себя Ларри. Не появилась ведь она в его доме только для того, чтобы показать эту фотографию и поговорить о грехах юности. Значит, она приехала с определенным предложением, которое ему надлежит принять или отвергнуть.

Размышляя, Дейв пришел к выводу, что на предложение заплатить за фотографию она вряд ли согласится. Элизабет не из тех, кто довольствуется малой кровью, ей нужна вся жертва целиком. Нужно было возвращаться в дом, но как же тяжело было встать и сделать хоть один шаг!

Заставив себя наконец встать, Дейв сделал несколько шагов в сторону океана. Подоспевшая волна ласково тронула босые ступни ног, как бы приглашая поиграть с ней. В другой раз, он бы не раздумывая бросился вслед, но сегодня смог лишь слегка махнуть волне рукой. До дома оставалось около двухсот ярдов, и каждый шаг давался ему с все большим трудом. Желтые пятна окон уже не казались средоточием тепла и света, а открытая дверь напомнила вдруг хищный оскал. Дом, такой любимый и родной лишь час назад, казался врагом лишь потому, что в нем его ждала Элизабет.

Остановившись на минуту, Дейв мысленно простился со своими планами на будущее. На всей земле есть только один человек, ради которого он может принести в жертву свое будущее, и сейчас этот момент настал.

Погруженный в свои мысли Дейв не заметил, как дошел до дома. Оглянувшись еще раз на безбрежное водное пространство, он успел послать прощальный жест готовому утонуть в океанской толще солнцу. Мгновение — и все вокруг погрузилось в темноту, такую же непроглядную, что царила сейчас в его душе. Неожиданно вспомнилась незнакомка, с которой он так и не успел познакомиться, но Дейв тут же поспешил отогнать от себя ее образ. Все для него теперь осталось в прошлом, и нужно было как-то привыкать к новому положению вещей.

С момента ухода Дейва прошло уже более часа, но Элизабет не спешила переживать на этот счет. Слишком многое сейчас было поставлено на карту и не следовало торопить события, когда все и так было слишком шатко. Необходимо было чем-то занять себя, и, принеся из машины пакет с продуктами, она принялась за приготовление ужина. Осмотрев имеющиеся в ее распоряжении продукты, она решила приготовить салат из помидор, сладкого перца и сыра, а также отбивные и картофельную запеканку. Как же хорошо, что в частной школе Святой Бригитты, где она провела свои детские и юношеские годы, ее научили готовить! Впрочем, ее научили там не только этому, но еще и многим другим полезным вещам — например, умению выстроить нужную ситуацию или с помощью красивой интриги или даже шантажа получить то, чего нельзя получить иным путем. С каким удовольствием они изощрялись в изобретении все новых и новых пакостей или методов воздействия! Старая клуша миссис Барнсли! Как же они потешались на ней, оттачивая свое мастерство! В светлое время суток все они были маленькими мисс, дочерьми известных в штате семей, воплощением чистоты и добродетели, в ночное же время превращались в маленьких ведьм, настоящих исчадий ада. И нельзя было остаться в стороне или пожаловаться преподавателям. Стоило перейти в их лагерь, как ты тут же становился изгоем, из победителя превращался в гонимую всеми жертву. Жертвой она быть не хотела, следовательно, нужно было стать членом стаи. И ничего уже нельзя было исправить. Редкие поездки домой лишь упрочили ее мнение в правильности такого поведения, а усвоенные навыки помогли справляться с меняющимися с завидной регулярностью любовницами отца. Как же они натерпелись от нее! У одной из них, красотки по имени Сьюзен, была аллергия на лошадей, и специально для нее в спальне была спрятана найденная на конюшне старая попона, а для Эмили, как огня боявшейся змей, куплены несколько ужей. Но дольше всего пришлось повозиться с Кэролайн. Она оказалась вполне достойным противником, разгадывала замыслы будущей падчерицы еще до того, как они начинали претворяться в жизнь. Но и с ней она справилась на удивление просто. Записала на диктофон ее телефонные разговоры с неким Льюисом и отправила пленку отцу. Полученными в школе Святой Бригитты знаниями и навыками она решила воспользоваться и на этот раз, когда поняла, что простыми методами ей никогда не заполучить Дейва. Он же был нужен ей как воздух. Брак с ним должен был уравнять ее положение с положением Нэнси, а этого она хотела едва ли не больше всего на свете. Но кто бы мог подумать! Нэнси! Сама леди Совершенство — и вдруг такое! И Дейв! Достаточно он поиздевался над ней. Рано или поздно за все приходится платить, в том числе и за старые связи.

Неожиданно словно молния сверкнула у нее в голове. Старые связи! Но вдруг они и не такие уж старые?! Вдруг эти двое и сейчас вместе?!

Неожиданно пришедшую в голову мысль следовало обдумать, и, отставив в сторону чашку с дымящимся кофе, Элизабет начала анализировать все, что она знала о Нэнси и Дейве. После продолжительного размышления она вынуждена была прийти к не совсем утешительному для себя выводу. Ни разу отношения между Нэнси и Дейвом не выходили за рамки дозволенного, не было ни быстрых, полных затаенной страсти взглядов, ни тайных мимолетных прикосновений. Ошибиться она не могла. Ошибиться мог кто угодно, но не она, прошедшая настоящую школу жизни в заведении Святой Бригитты.

Ну, что же, все даже лучше, чем я предполагала. Теперь Дейв женится на мне, и я смогу наконец получить от жизни то, что давно уже получили другие.

Услышав шаги, она не вышла навстречу Дейву, предпочла дождаться его в кухне. Вкусный запах должен был улучшить его настроение, а ангельская улыбка примерить с неизбежным.

Увидев сидевшую за кухонным столом Элизабет, Дейв испытал гнев такой силы, что едва смог заставить себя приблизиться к ней. Но, помня о том, что гнев плохой советчик, взял себя в руки и даже нашел силы первым заговорить:

— Ты неплохо подготовилась, Элизабет. Откуда у тебя эта фотография? Я был уверен, что никто и никогда не увидит ее вновь. Так где ты ее взяла?

— Я была бы плохим игроком, если бы рассказала тебе об этом, Дейв. А ведь неплохо получилось, не так ли? Если бы ты только знал, сколько мне пришлось заплатить за нее! Но дело не в этом, а в том, что это фото — бомба с уже заведенным часовым механизмом. И только от одной меня зависит, сработает она или нет.

— Чего ты хочешь? Наверняка твой приезд имеет вполне определенную цель. Может быть, деньги?

— Имеет, ты правильно заметил, дорогой, но речь пойдет не о деньгах. Я хочу, чтобы ты женился на мне, Дейв. Твоя свобода против спокойствия семьи Гарольд. Не слишком высокая цена, не правда ли? Ну а уже известная тебе фотография будет моим приданым. Это, как видишь, всего лишь копия, оригинал хранится в банке, так мне куда спокойнее.

— Ты продумала все, кроме одного крошечного нюанса, Элизабет. Что, если я откажусь? Ведь в принципе такой вариант возможен. Сам признаюсь во всем Ларри, объясню ему все и со спокойной совестью буду жить дальше.

— Я подумала и об этом варианте, Дейв. Он, конечно, возможен, но только в принципе. Ларри Гарольд твоя ахиллесова пята. Вас слишком многое связывает, и ты сделаешь все возможное, лишь бы только оградить его от лишней боли. Так как насчет того, чтобы назначить день свадьбы? Я согласна на конец июля. Как раз успею заказать себе платье. И не нужно провожать меня, я найду дорогу. Кстати, пока ты гулял, я успела приготовить ужин. Надеюсь, тебе понравится.

Прошло уже как минимум два часа после ухода Элизабет, а ее запах все еще витал в комнате, не позволяя ни на минуту забыть о случившемся. Невольно поморщившись, Дейв открыл окно, и вскоре свежий, наполненный запахом океана воздух вытеснил из дома оставшийся после Элизабет аромат.

Если бы можно было с такой же легкостью избавиться от самой Элизабет, я бы отдал все, лишь бы только она навсегда исчезла из моей жизни, подумал Дейв.

Первым его порывом после ее ухода было позвонить Нэнси, но, едва представив, каким ударом будет эта новость для нее, он отказался от своей затеи. Пусть лучше она ничего не знает, иначе неизвестно, чем и как может закончиться вся эта история.

С тоской взглянув на приготовленный Элизабет ужин, Дейв вдруг с ужасающей ясностью осознал, в какой именно капкан загоняет себя. Не будет больше в его жизни дивных одиноких вечеров, ночных заплывов, утренних рассветов в открытом океане. Многое из того, что ему дорого, навсегда исчезнет из его жизни, расчистив путь новым, совсем не нужным занятиям. Как быть дальше, он пока не знал, но глубинные силы души уже начали искать способы противоядия и призрачная, не имеющая пока четких очертаний надежда мелькнула светлым бликом среди множества заполнивших сознание мыслей.

11

— Сандра! Да, Сандра же! Очнись ты наконец!

Долетевший до ее сознания голос был полон едва сдерживаемого возбуждения, от которого вибрировало все окружающее Нору пространство.

— Ты только представь! Элизабет! Да-да, та самая Элизабет, с которой ты сталкиваешься по десять раз в день в коридорах офиса, выходит замуж за Дейва Векслера! Того самого Дейва Векслера, чьей книгой ты так восхищалась на днях! Одного не могу понять, как эта мегера смогла заполучить его?! И почему я узнаю об этом не от него, а от случайных знакомых?

— Нора, ты в своем уме? — устремив на подругу полный удивления взгляд, воскликнула Сандра. — Элизабет может выходить замуж за кого угодно, это ее личное дело, но тебе-то какое дело до того, кто ее будущий муж? И какое имеет к тебе отношение этот самый Дейв Векслер? Вы что, знакомы?

— В том то и дело, что да. Он, конечно, не из числа моих друзей, но его хорошо знает Тэд. Дейв был у нас несколько раз и даже понравился нашей Кэти. А ты ведь знаешь, Кэти нравятся далеко не все мужчины.

— Но почему ты раньше не сказала, что знакома с ним?

— Сама не знаю. Все как-то не до того было. Но Элизабет-то, Элизабет! Это же надо иметь такую хватку! Наверняка эта гадина подсыпала ему что-нибудь в еду. В здравом уме Дейв вряд ли бы решился на такой шаг. Интересно, где она будет заказывать платье? Скорей всего, выпишет из Европы, причем выберет самое дорогое, не самой же платить. Представляю свадьбу в стиле Элизабет! Куча гипсовых ангелочков в саду, усыпанные лепестками роз дорожки, подружки невесты в розовых кружевах, а на руках у невесты ее любимая собачка в специальном собачьем платье и шляпке с бантиком. Бедный Дейв! Представляю, каково ему будет лицезреть все это!

— Не преувеличивай, Нора. Может, все не так страшно, как ты себе представляешь. Элизабет, конечно, не образец идеального вкуса, но голова-то у нее работает! И вообще, хватит о ней, расскажи лучше об этом Дейве Векслере. Я, кстати, думала, что он живет в Вермонте, так по крайней мере написано на обложке его книги.

— Я и сама толком не знаю, как он очутился в Сан-Франциско, и даже спросила как-то раз об этом у Тэда, но он ушел от ответа, а настаивать я не стала.

— Знаешь, мне и в самом деле очень понравилась его книга, — задумчиво произнесла Сандра. — И сам он мне тоже понравился, я имею в виду фото на обложке. Даже показалось, что я когда-то уже встречалась с ним. Глаза у него необыкновенные, словно этот человек без слов понимает, что именно волнует тебя.

— Дейв Векслер невероятно талантлив. Его вторая книга тоже обещает стать бестселлером, так, во всяком случае, считает Нэнси Гарольд.

— Нэнси Гарольд! О господи, Нора, как же я могла забыть?! Она оставила мне два сообщения на автоответчике с приглашением провести уик-энд на их яхте, а я не только не прослушала вовремя автоответчик, но и не извинилась за молчание! Представляю, что она теперь думает обо мне!

— Ну так позвони прямо сейчас. Заодно узнаешь подробности предстоящей свадьбы.

— Ты с ума сошла, Нора! Как вообще ты себе это представляешь?! «Добрый день миссис Гарольд. Это Сандра Шелл, крошечный винтик „South World Journal“. Прошу извинить за мое молчание и за то, что вовремя не прослушала автоответчик. Да, кстати, не могли бы вы сообщить мне подробности предстоящей свадьбы мисс Элизабет Гилмор? Ах вы их не знаете? Но все равно перезвоните, как только будете в курсе всех подробностей», — жеманно произнесла Сандра. — Я не буду ей звонить ни в коем случае, лучше просто отправлю извинение по электронной почте. Что же касается Элизабет, то все новости я узнаю, как только попаду завтра в офис. Не может быть, чтобы она не поставила в известность всех сотрудников журнала. Наверняка даже охранники и мойщики окон в курсе предстоящего события.

— Прекрасно, тогда завтра вечером расскажешь мне обо всем. Кстати, видела сегодня Питера в Мэдисон-холле. Светится как новенький десятицентовик. Рядом с ним была довольно симпатичная блондинка, это, как я поняла, и есть будущая миссис Мэрфи. С ними также была мать Питера, и мне показалось, что она в восторге от будущей невестки. Вид у нее такой, словно она готова с нее пылинки сдувать.

— Ты даже не представляешь, Нора, насколько мне все это безразлично. Сама не ожидала от себя такой реакции, но это и в самом деле так. Я даже готова поблагодарить избранницу Питера за то, что она так вовремя появилась в его жизни, — произнесла Сандра. — И я искренне рада, что она сумела завоевать расположение его матери. Это занятие не из легких, по крайней мере мне ни разу не удалось заслужить ее одобрение. Сейчас даже не верится, что для меня отошли в прошлое воскресные обеды у родителей Питера. Настоящие восковые свечи в тяжелых подсвечниках, огромные букеты роз в старинных вазах, Моцарт и конечно же традиционные блюда южной кухни, от одного вида на которые пропадает аппетит. Морковь в сметанном соусе, стручки бамии, сладкий картофель и свиные ребрышки. Попадая туда, мне всегда казалось, что время в их доме замерло на месте, что каким-то непостижимым образом я попала в девятнадцатый век, в самый разгар войны Севера и Юга. Ты не поверишь, но у Питера до сих пор цела огромная коллекция солдатиков, и иногда они с Мэрфи-старшим разыгрывают настоящие баталии.

— Ничего странного. Война у мужчин в крови, но пусть уж лучше упражняются на солдатиках, чем на живых людях. Но эта блондиночка, на которой женится Питер, отхватила совсем неплохой куш. Чудесный дом, солидный счет в банке, пропуск в элиту общества…

— Ты говоришь об этом, чтобы узнать, не жалею ли я о разрыве с Питером? — едва успев спрятать улыбку, спросила подругу Сандра. — Можешь не беспокоиться, не жалею. Моя квартира нравится мне куда больше, чем дом Питера, а свою работу я ни за что не променяла бы даже на куда более солидный счет в банке. Как ты не понимаешь, Нора, я наконец-то вырвалась из клетки и теперь никто не загонит меня туда еще раз.

— Кстати, в эту клетку, дорогая моя, ты загнала себя сама. Но что будет, если ты вдруг полюбишь по-настоящему? В этом случае клетка вполне может оказаться без двери.

— Не пугай меня раньше времени, Нора. Питер был для меня хорошим уроком, и в следующий раз, если он, конечно, будет, я постараюсь не повторить прежних ошибок. А теперь извини, но мне пора.

— Ты куда-то торопишься?

— В супермаркет. Нужно пополнить запас продуктов, не то опять придется питаться фастфудом.

— Ну, в этом я тебе не помощник. Продуктами теперь занимается моя свекровь, у нее это получается куда лучше, чем у меня. Но мне тоже пора. На студии я должна быть за два часа до эфира. Примерка костюма, грим, проверка текста — все это требует уйму времени и нервов. Еще год назад мне казалось, что я никогда уже не смогу вновь заняться этим, но, как видишь, ошиблась. Камера это как наркотик — попробовав раз, хочется еще и еще.

— Я обязательно включу сегодня телевизор и посмотрю до конца весь выпуск новостей, — пообещала подруге Сандра. — И даже скрещу пальцы, чтобы удача не отвернулась от тебя.

— Не отвернется, — ответила Нора. — Я давно уже поймала ее за хвост!

Простившись с Норой, Сандра решила не брать такси, а пройтись два квартала пешком. Иногда очень даже полезно сдать машину в ремонт, подумала она, идя вдоль заполненной людьми Кэнделз-стрит. Как же давно я не бродила по любимому городу? Не заметила, когда закончилась реставрация маленькой протестантской церкви на Черч-стрит и что на Парк-лейн открылся новый итальянский ресторан.

Подставляя лицо мягкому солнцу, Сандра улыбалась в ответ своим мыслям, не замечая ни восхищенных, ни ироничных взглядов проходивших мимо людей. Сейчас она была бесконечно далека от них, где-то там, где для каждого человека, стремящегося жить в гармонии с окружающим миром, открывается путь в неизведанное.

Скопище машин возле раскинувшегося на два квартала Трейд-юнион-центра было столь огромным, что Сандра дрогнула. Мелькнула мысль отказаться от посещения торгового центра, но, устыдившись собственной слабости, она решительно направилась к снующим вверх и вниз лифтам. Первым делом нужно было купить новые очки от солнца, а уж затем заняться продуктами.

На покупку очков ушло около получаса. Немного, но и не мало, если учесть, что в этот час она была единственной посетительницей модного салона. Спустившись в супермаркет, Сандра вновь чуть было не выкинула из головы идею о продуктовом шопинге. Выстроившиеся к кассам очереди выглядели достаточно внушительно, и покупка продуктов с учетом находившихся в торговом зале людей могла растянуться минимум на два часа. Она бы, наверное, так и ушла, не купив ничего, если бы не возникшее вдруг жуткое чувство голода. К тому же выставленные на полках продукты выглядели так аппетитно, будто сами просились к ней в тележку. Внимательно рассматривая яркие упаковки, Сандра медленно катила уже полную тележку к кассе, успевая при этом положить в нее то банку кофе, то коробку не требующих варки хлопьев. Выбранных продуктов должно было хватить как минимум на две или даже три недели, и, мысленно подсчитывая ждущих своей очереди покупателей, Сандра утешалась тем, что теперь на долгое время будет избавлена от необходимости похода по магазинам.

Уже проходя мимо последних стеллажей, она потянулась к уложенным на самую верхнюю полку коробкам с галетами и… в тот же момент почувствовала, что летит куда-то. Что-то тяжелое больно ударило ее в плечо, а вслед за ним на спину обрушился целый шквал из коробок и банок. Что-то липкое потекло за шиворот, а голову окутало облако из овсяных хлопьев. Барахтаясь среди банок, пакетов и упаковок, Сандра пыталась встать на ноги, но как только ей удавалось немного приподняться, ее ноги тут же попадали в огромную лужу кленового сиропа и она вновь оказывалась на полу.

Никогда еще она не попадала в более глупое положение. Одежда, руки, волосы — все было покрыто отвратительной липкой коркой, к которой к тому же прилипла изрядная доля кукурузных и овсяных хлопьев.

Вконец измучившись, она увидела вдруг протянутую кем-то руку и, ухватившись за нее, смогла наконец подняться. Пришедшего на помощь мужчину она узнала сразу. Сомнений не было — перед ней вновь тот самый тип, который чуть было не оказался под колесами ее автомобиля. Откуда он взялся?! Что ему вообще нужно от нее?

— Вы?! — еще не до конца веря своим глазам, воскликнула Сандра.

В голосе стоявшей перед ним женщины было столько неподдельного возмущения и удивления, что Дейв едва смог сдержать просившуюся наружу улыбку.

— Прошу прощения, мисс, но, кажется, я вновь стал причиной вашего недовольства. Я отвлекся, и как-то так получилось, что моя тележка столкнулась с вашей. Но я сейчас же все соберу и заплачу за испорченные продукты, не беспокойтесь.

— Вы! Да откуда вообще вы взялись?! — не обратив ни малейшего внимания на слова незнакомца, воскликнула Сандра. — Вам что, мало недавнего происшествия?! Только посмотрите, из-за вас вся моя одежда испачкана в кленовом сиропе! Вы что, преследуете меня?!

— Нет, конечно. Я просто заехал сюда за продуктами, нагрузил полную тележку и шел к кассе, как вдруг столкнулся с вами. Вы упали и потянули за собой свою тележку, а заодно и мою. Вот, собственно и все.

— В городе более двадцати таких торговых центров, но вы почему-то приехали именно сюда!

— Ну да. Он ближе всех к моему дому. Вы, наверное, тоже живете где-то поблизости?

— Это абсолютно не ваше дело, где именно я живу! — прошипела сквозь зубы Сандра. — Лучше отделите ваши продукты от моих! Я не собираюсь торчать из-за вас всю ночь в этом супермаркете!

— Да, конечно. Я сейчас же все соберу. Скажите, эта упаковка с пивом ваша?

— Я не пью пива! В моем наборе были только диетические продукты, а также фрукты и пять бутылок минеральной воды без газа!

— Ну а у меня был пакет с овощами, пять коробок пиццы, бутылка виски, яйца, замороженный бекон и мед.

— Яйца! Так вот в чем испачкан мой костюм! О господи, ну и запах! Кстати, добавьте к вашему перечню разлившийся кленовый сироп! У меня вся юбка в нем!

Искрящиеся гневом глаза, подрагивающие крылья носа, переливающиеся в ярком свете ламп волосы — она была особенной эта так понравившаяся ему еще в прошлый раз женщина. Все пространство вокруг было пронизано крошечными молниями, отсвет которых он видел в ее глазах. Воздух рядом с ней вибрировал и казался ощутимым на ощупь. Она, он ясно видел это, умела испытывать настоящие чувства. В ней не было и следа притворства, все чувства были написаны у нее на лице. Дейв едва сдержался, чтобы не дотронуться до нахмуренных бровей и чуть подрагивающих губ. Глядя на нее, он не замечал ни залитой сиропом одежды, ни всклокоченных волос с запутавшимися в них овсяными хлопьями. Напротив, вся она казалась ему словно залитой неизвестно откуда взявшимся светом, который почему-то был удивительно теплым.

Собирая продукты, он едва смог побороть искушение дотронуться до ее руки, а вдыхая запах духов, чувствовал, как начинает кружиться голова. Он бы отдал все за право быть с ней! Закрыв на секунду глаза, он вдруг увидел эту женщину идущей по пляжу, увидел обращенное к океану лицо, запутавшееся в волосах солнце, раскинутые навстречу ветру руки. Видение было столь ясным, что, очнувшись, Дейв не сразу понял, где он и что произошло.

— Так вы будете помогать мне или нет? Или вас так шокирует мой внешний вид, что вы боитесь даже взглянуть в мою сторону?

Неожиданно раздавшийся над самым ухом голос заставил его вздрогнуть, и, качнувшись, он случайно дотронулся до ее руки.

Рука оказалась удивительно холодной, и ему нестерпимо захотелось согреть ее своим дыханием. Подняв глаза, он уперся взглядом в ее грудь, и тут же сокрушительная дрожь волной прошлась по его телу. Видневшаяся в вырезе легкой белой блузки грудь была совершенной на вид и с неудержимой силой притягивала к себе его взгляд. Замерев, он не в силах был оторваться от потрясающего зрелища и не отрывался до тех пор, пока не получил довольно ощутимый тычок в бок.

— Как вам не стыдно, сэр?! — еще больше гневаясь, воскликнула Сандра. — Вместо того чтобы помочь, вы уставились в вырез моей блузки!

Ответом была лишь улыбка, от которой ее немедленно бросило в жар. Его взгляд — он был полон настоящего восхищения и желания! Почему он смотрит на нее так, словно имеет на это право? Словно она для него единственная на земле женщина!

Какие-то люди обходили их стороной, кто-то протягивал пакеты с едой, но она не видела их. Машинально кивая и произнося слова благодарности, она пыталась разобраться в своих ощущениях, но всякий раз наталкивалась на каменную стену. Еще никто и никогда не смотрел на нее таким взглядом, и, как реагировать на него, она не знала. Происходящее не входило ни в одни возможные рамки, диктовало свои правила игры, но ей, увы, эти правила были незнакомы.

Почувствовав прикосновение его руки, она вздрогнула как от удара током, успев подумать, как горяча и сильна эта рука. В тот момент, когда она поняла, куда именно устремлен его взгляд, Сандра почувствовала, что краснеет. Непрошеная краска залила лицо и грудь, и порожденная дрожью волна свернулась мягким теплым комочком где-то внизу живота. Отвернувшись от него, Сандра попыталась справиться с охватившим ее волнением, но всегда послушные ее воле чувства на этот раз вышли из-под контроля.

Его взгляд казался таким знакомым и незнакомым одновременно. Эти глаза словно обволакивали ее мягким теплым одеялом, обещая увести в такие дали, о которых только можно мечтать.

Она даже не заметила, как и когда он успел уложить выпавшие продукты обратно в тележку. Теперь это уже не имело значения. За несколько коротких мгновений она успела испытать столько чувств, сколько не испытывала за всю свою жизнь. Что-то неуловимо изменилось в ее взгляде, и отражение этого она заметила в его глазах. Этот мужчина… он словно узнал в ней ту, что предназначена ему самой судьбой!

— Прошу вас, мисс. Кажется, я все собрал, ничего не упустил. Но будет лучше, если вы проверите.

Донесшийся словно из тумана голос вывел ее из странного оцепенения, и, ругая себя, Сандра почти бегом устремилась к кассе. Можно было, конечно, бросить тележку с продуктами и сбежать из торгового центра, но это лишь приковало бы к ней еще больше любопытных взглядов. К тому же необходимо было что-то делать с костюмом, но о нем она решила позаботиться позже. Сейчас нужно было очутиться как можно дальше от пытливого и понимающего все на свете взгляда.

Приведя себя в относительный порядок, Сандра вернулась к оставленной на контроле тележке и, попросив охранника вызвать для нее такси, огляделась. Незнакомца нигде не было видно, и это вдруг расстроило ее. Пусть бы он возник где-то поблизости, по крайней мере увидел бы ее умытой и не с облепленными хлопьями волосами!

В себя Сандра пришла только тогда, когда очутилась на заднем сиденье вызванного охранником такси. Оглянувшись, она заметила чью-то тень, и в какой-то момент ей показалось, что тень эта и есть незнакомец. Но она не успела как следует рассмотреть его. В следующий миг везущее ее такси влилось в мчавшийся по Стрендж-стрит автомобильный поток, оставив далеко позади себя здание торгового центра.

Спрятав глаза за темными стеклами очков, Сандра изо всех сил пыталась унять сотрясавшую ее дрожь. Никогда еще она не чувствовала себя такой растерянной и в какой-то миг вдруг отчаянно пожалела о том, что так глупо сбежала из супермаркета. Отвернувшись к окну, она смотрела невидящим взором на проносившиеся мимо улицы, вспоминая теплый взгляд незнакомца.

Взглянув на дурно пахнущий и местами прилипший к телу костюм, Сандра невольно улыбнулась. Смесь запахов была отвратительной, но это обстоятельство почему-то никак не влияло на ее настроение. В душе, где-то в самой ее глубине, родилось необыкновенное, не имеющее пока названия чувство. Она не знала, что это такое, но ощущение радости уже заставило кровь быстрей бежать по жилам.

Как я могла принять его за бандита? — подумала вдруг Сандра, вспомнив инцидент на стоянке. Этот мужчина совсем не похож на преступника, но кто же он тогда?

Задумавшись, она не заметила, как автомобиль сбавил ход и остановился возле ее дома. Наполненный событиями день остался позади, но, даже несмотря на испачканную одежду, Сандре было жаль проститься с ним.

Закрывшись пакетами с продуктами, она промчалась по ступенькам главного входа мимо конторки портье к видневшимся в конце холла лифтам. Никто из соседей не должен застать ее в таком виде, иначе потом в течение целого месяца придется отвечать на многочисленные, далеко не всегда безобидные вопросы.

Дом, в котором она три года назад купила квартиру, наряду с множеством неоспоримых достоинств имел несколько недостатков, но главным достоинством было то, что он стал первым настоящим ее, Сандры, домом. Двадцатиэтажное здание из темно-красного кирпича располагалось хоть и недалеко от проезжей части, но было отгорожено от нее несколькими рядами платанов. На первом этаже расположились тренажерный зал, сауна, крошечный, необычайно уютный ресторанчик, а также парочка магазинов, в которых Сандра частенько покупала для себя фастфуд. Огороженный по периметру высокой кованой оградой, дом этот стоял в стороне от городской суеты и в то же время был неотъемлемой ее частью. Домов, подобных этому, Сандра нигде больше не видела и потому купила предложенную агентом квартиру не раздумывая. Еще одной особенностью дома было то, что квартиры здесь не сдавались внаем, а только продавались будущим владельцам. Вот почему жильцы дома не только знали в лицо каждого из соседей, но и были в достаточной степени осведомлены о жизни друг друга. Даже она, Сандра, не интересуясь никем и ничем, знала, что молоденькая блондинка из блока «В» развелась с мужем после того, как застала его в постели с собственной сестрой, а симпатичный мужчина из блока «В-2» стал победителем в лотерее штата. Порой она гадала о том, что думают о ней ее многочисленные соседи, но, так как гадать не значит знать, со временем перестала забивать голову ненужными мыслями.

Странно, но именно сегодня ей удалось не столкнуться ни с кем из соседей в лифте, а потом и в холле ее восьмого этажа. Она не встретила ни чересчур болтливую миссис Мюррей из блока «С», ни обладательницу омерзительно визгливого голоса мисс Роналдсон из блока «Д».

Мягко жужжа, лифт поднял ее на восьмой этаж, и, сломя голову бросившись к своей двери, Сандра уже через две минуты была под защитой стен своей квартиры.

Облегченно переведя дух, она отнесла сумки на кухню и, стянув с себя омерзительно пахнущий, местами уже подсохший костюм, отправилась в ванную. Прохладные упругие струи смывали с нее не только остатки жуткой смеси из яиц и кленового сиропа, но и накопившееся за день напряжение. Проводя мочалкой по груди, она вспомнила пристальный взгляд незнакомца и горячая волна пробежала по всему ее телу. И вновь его лицо показалось ей удивительно знакомым. Где-то в самой глубине памяти прятался ответ на мучивший ее вопрос, но, как она ни старалась, память оставалась глуха ко всем попыткам выяснить, кто он, этот странный незнакомец. Неожиданно какая-то смутная догадка мелькнула у нее в голове, но, как Сандра ни старалась, промелькнувшая мысль спряталась за множеством других и отыскать ее было трудней, чем найти черную кошку в темной комнате.

Промучившись еще немного, она с неудовольствием отметила, что не успела домой к девятичасовому выпуску новостей. В принципе ничего страшного в этом не было, девятичасовой выпуск повторялся в записи в полночь, но тогда ей придется невыспавшейся идти на работу!

Чертыхнувшись пару раз, она вышла из душевой кабинки и, подойдя к большому — во весь рост — зеркалу, окинула внимательным взглядом свое отражение. Длинные, совершенной формы ноги, небольшая упругая грудь, руки с тонкими длинными пальцами, чуть великоватые, но без единого грамма жира бедра. Все как у всех, ну или почти у всех. Две руки, две ноги и голова. С головой, правда, не всегда все в порядке, но тут уж ничего не поделаешь. До идеала далеко, но все равно неплохо.

Закутавшись в теплый халат, она прошла на кухню, но, взглянув на пакеты с продуктами, поняла, что совсем не хочет есть. Такое с ней бывало весьма редко, лишь в тех случаях, когда в ее жизни намечались какие-то перемены. Еще не зная о них, она интуитивно чувствовала их приближение, теряя не только аппетит, но и сон. Выпив стакан апельсинового сока, Сандра решила не тратить зря оставшееся до полуночи время, а поработать с рекомендованными Кэрол Лайтфилл статьями. Это была ее, Сандры, идея, заказать статьи для сентябрьского выпуска не маститым, требующим неимоверных гонораров авторам, а молодым и пока еще никому не известным. Вскоре ее внимание привлекла статья об очередной голливудской свадьбе, и, внимательно прочитав ее, Сандра решила после нескольких сокращений поставить статью в номер. Рассматривая одетую в потрясающе красивое платье девушку, Сандра вдруг поняла, что безумно хочет оказаться на ее месте. Вот, ну вот же она сбывшаяся мечта! Сияющая от счастья невеста и прекрасный, словно принц из сказки, жених. Значит, сказки все же и пусть иногда, но сбываются? Или они сбываются только на глянцевых страницах модных журналов?

С голливудской парочки мысли Сандры перескочили на предстоявшую в скором времени свадьбу Элизабет. В какой-то момент ей показалось странным, что Элизабет решила сохранить в тайне столь потрясающую новость. А может, что-то не так с ее будущим мужем? Вдруг это очередная выдумка и Дейв Векслер не что иное, как мифический персонаж? — подумала она и, решив на следующий день спросить обо всем у Лорин, вернулась к своим делам.

В эту ночь Сандра посмотрела не только полуночный выпуск новостей, но и шоу Тэда Барроу. Сон все никак не шел к ней, и, закрывая время от времени глаза, она представляла то голливудскую невесту в потрясающе красивом платье, то идущую к алтарю Элизабет. Последнее, правда, представлялось с куда большим трудом. Почему-то приходили на ум кадры из фильма «It takes two», когда Роджер — Стив Гуттенберг — сбегает от Клариссы — Джейн Сиббет, — чтобы жениться на Аманде — Кирсти Элли. Миллионеру Роджеру, к счастью, пришли на помощь маленькие близняшки, но кто тогда придет на помощь избраннику Элизабет?

Засыпая, она все еще представляла себе ее свадьбу, но почему-то видела не сияющее от счастья, а искаженное от гнева лицо.

12

Остановив машину в нескольких кварталах от дома Элизабет, Дейв заглушил мотор и, закрыв глаза, попытался привести в порядок мысли.

Стерва! Ну какая же стерва! Вела себя так, словно он не человек, а пустое место!

Боль, что возникла в его душе после разговора с Элизабет, вновь попыталась выйти на поверхность, но и сейчас он не дал ей возможности заявить о себе, а принялся искать выход из создавшейся ситуации — и, как ни странно, нашел его.

Я должен уехать из этого города, вдруг отчетливо понял он. Куда-нибудь подальше, туда, где нет Элизабет Гилмор! Женщине-роботу не место в его жизни, и он сделает все возможное, чтобы не впустить ее туда. Нужно не только выиграть время, но и найти достойное противоядие. Наверняка в прошлом Элизабет немало темных пятен, вот он и постарается вытащить на свет хотя бы парочку из них. Не может быть, чтобы прошлое этой женщины было безупречным, и первым делом он выяснит, на какие деньги куплены ее шикарный дом и машина. Конечно, проще узнать обо всем у Нэнси, но стоит ему спросить, как она тут же вытянет из него то, что он собирается скрыть ценой любых усилий. Главное убедить Элизабет в необходимости его срочной поездки в Вермонт, но это сущая ерунда по сравнению с тем, что предстоит ему сегодня. А предстоит ему объяснение с Ларри и Нэнси, которые, естественно, хотят знать, чем именно вызвано его внезапное решение жениться на Элизабет. Зная его столько лет, они сразу же почувствуют фальшь, следовательно, нужно придумать самое простое из всех возможных объяснений.

Раздумывая над проблемой, Дейв попытался абстрагироваться от обстоятельств и посмотреть на создавшуюся ситуацию так, словно все они герои его будущей книги. Вскоре нужное объяснение было найдено, и, позвонив Гарольдам, Дейв договорился о предстоящей встрече.

К величайшей досаде Сандры, все вокруг словно сошли с ума и только и делали, что обсуждали предстоящую свадьбу Элизабет. Никто не хотел работать, каждый считал своим долгом делиться полученной из различных источников информацией. Странности продолжились и в кабинете директора юридического департамента Клайда Баррета, самого, по мнению Сандры, сдержанного в проявлении эмоций сотрудника журнала. Выйдя из его кабинета, Сандра сделала знак Лорин, секретарю мистера Баррета, и, отойдя вместе с ней на безопасное расстояние от двери, спросила:

— Ты случайно не знаешь, Лорин, что случилось с мистером Барретом? Я никогда еще не видела его в таком настроении! Неужели и на него подействовала новость о предстоящей свадьбе Элизабет?

— Мистеру Баррету абсолютно все равно, что там случилось у Элизабет, уж можешь мне поверить. Ему самому в самом скором времени предстоит пережить не менее важное событие, — заговорщически улыбнувшись, ответила Лорин. — Только представь, на днях он выдает замуж последнюю дочь. Трудно даже вообразить, каково это — вырастить четырех дочерей и найти подходящего мужа для каждой из них! Четыре раза справить свадьбу и, едва передохнув, начать нянчиться с все увеличивающимся количеством внуков!

— Всегда думала, что у мистера Баррета только две дочери, — не успев прийти в себя от изумления, произнесла Сандра.

— Это потому, что ты слишком много работаешь, не замечая ничего и никого вокруг, и еще потому, что дочери мистера Баррета близнецы, — с явно слышимым превосходством в голосе произнесла Лорин. — Ты видела их всех, просто не знала, что у каждой есть свой клон. Это они так называют друг друга. Кстати, ты пойдешь на свадьбу? Я тут сортирую приглашения, свое можешь забрать прямо сейчас.

— Да, спасибо, но я хотела спросить не о свадьбе дочери мистера Баррета, а о свадьбе Элизабет. Ведь если кто и знает подробности этой истории, так только ты.

— Не поверишь, Сандра, но вся эта история с замужеством Элизабет явно покрыта мраком. У меня особый нюх на такие дела, и я готова съесть свои ночные шлепанцы, если там все чисто. Элизабет никогда не гнушалась прогуляться по чужим головам, и ты это знаешь не хуже меня. Твое счастье, Сандра, что предложения по переустройству журнала поддержал сам мистер Гарольд, иначе Элизабет даже косточки от тебя бы не оставила. Порой она напоминает мне железного монстра!

— Но это правда, что она выходит замуж за Дейва Векслера, писателя?

— Вроде да, а ты что, знаешь его?

Непонятная тоска шевельнулась вдруг в груди у Сандры, словно Элизабет вдруг решила отнять у нее то, что никогда ни при каких обстоятельствах не должно принадлежать ей. Это было странное, не поддающееся логике чувство, но оно было и ничего с этим нельзя было поделать. Мысли, сделав новый виток, вернулись к увиденному на обложке книги лицу, и, непонятно почему, на память вновь пришел вчерашний незнакомец.

Я, кажется, схожу с ума! — мысленно отругала себя Сандра. Это никак не может быть один и тот же человек. У него такие глаза… Человек с такими глазами никак не может захотеть жениться на Элизабет!

— Конечно же нет. Просто лезет в голову разная ерунда. Столько работы, что даже дома все вечера провожу за компьютером.

— Ты удивляешь меня, Сандра! — не в силах скрыть возмущение, воскликнула Лорин. — Тратить лучшие годы жизни на работу?! Нет, я никогда не смогла бы так! Я вот, например, едва могу дождаться уик-энда! Океан, серфинг, загорелые мальчики, скользящие по волнам, ночные вечеринки на пляже… Да я ни за что не променяла бы все это даже на лучшую в мире работу!

— Думаю, ты права, Лорин! — улыбнувшись ответила Сандра. — Я и в самом деле заработалась, да так, что меня уже начали мучить галлюцинации. Пора менять образ жизни. Никакой больше работы по вечерам и ночам. Кстати, я неплохо держусь на доске, может стоит попробовать как-нибудь покататься с тобой и твоими друзьями?

— Конечно, стоит, но только сразу предупреждаю, они по-настоящему ненормальные. Носятся по волнам как сумасшедшие. Я хоть и прихожу с ними, но катаюсь подальше от них. Они, конечно, смеются надо мной, но мне наплевать. Как-то не хочется пока отправляться на корм рыбам. Но ты приходи. Мы собираемся на Скай-бич. Классное местечко и совсем близко от города.

— Спасибо, Лорин, — проникновенно улыбнувшись, произнесла Сандра. — Не обещаю, но все же постараюсь приехать. В конце концов, не так часто получаешь такие приглашения. Может, нужно что-то принести с собой? Ты скажи, не стесняйся.

— Можешь захватить пару упаковок пива, ничего крепче эта компания не пьет. И скажи заранее, если надумаешь приехать. А сейчас, извини, мне нужно отнести на подпись пару писем. Баррет будет в ярости, если я не положу их ему на стол через пять минут.

Проводив глазами спешившую в кабинет босса Лорин, Сандра хотела было вернуться к себе, но неведомая сила гнала ее прочь из офиса, не давала думать о работе. Она и сама не могла понять, почему вдруг так заинтересовалась подробностями личной жизни Элизабет, но возникшая в глубине души тревога диктовала свои условия, не подчиниться которым она не могла.

Огромный дом Гарольдов всегда вызывал у Дейва чувство восхищения. Еще бы, не какая-то там новомодная постройка из стекла и бетона, а великолепный особняк, настоящий образчик архитектуры начала двадцатого века. Свернув с оживленной Честнат-авеню на тихую Блоссом-стрит, он проехал еще пять сотен ярдов и остановил свой «мустанг» у высоких кованых ворот. Прозвучал едва слышный щелчок, и в ту же секунду ворота начали медленно открываться. Загнав автомобиль внутрь, он махнул рукой в сторону притаившейся в кустах видеокамеры и, забрав с заднего сиденья небольшую дорожную сумку, направился к видневшемуся за деревьями дому. Хорошо, если Ларри один дома, пронеслось у него в голове. Если же нет, будет довольно тяжело выдержать предстоящий натиск.

— Дейв?! Ну наконец-то! Я оставил кучу сообщений на твоем автоответчике, но ты, судя по всему, никогда не проверяешь его.

Раздавшийся из-за кустов голос заставил Дейва остановиться, но ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять смысл обращенных к нему слов.

— Ларри?! Извини, не сразу узнал тебя. Что-то случилось?

— Хорошо, что приехал, старина! Все уже собрались, ждем только тебя и младших Гарольдов. Ты даже не представляешь, какой сюрприз ожидает всех сегодня вечером!

— Ларри, я…

— И не проси! Все равно ничего не скажу! Нэнси ждет всех возле бассейна. Мы решили устроить настоящую водную вечеринку. Плавки и полотенце найдешь в любой из кабинок, а теперь, извини, мне нужно еще принести уголь для барбекю.

Тоска, что появилась в душе после разговора с Элизабет, вновь вонзила в него свои острые когти. Он чувствовал их так явно, как если бы они существовали на самом деле. Вновь появившаяся где-то внутри пружина начала медленно стягивать его внутренности, мешала дышать и путала мысли. Как и почему он мог допустить такое?! Ведь знал же, что все тайное рано или поздно становится явным, но все равно понадеялся, что в его случае судьба сделает исключение. Глупец! Спустя столько лет из-за его глупой самонадеянности должны или пострадать они все, или он один, но больше всех, подвел Дейв мысленный итог своим рассуждениям.

Увидев идущего со стороны дома Дейва, Нэнси поразилась безжизненному выражению его лица. Точно так же он выглядел немногим более года назад, когда прилетел в Сан-Франциско из Вермонта. Что должно было произойти, чтобы глаза его вновь утратили свою выразительность?

Обязательно поговорю с ним, но чуть позже, пообещала себе она. В конце концов, сегодня наш с Ларри праздник и не следует омрачать его новыми проблемами.

Дейв почти не прислушивался к разговору за столом, ограничивался лишь редкими кивками или полуулыбками. На разговоры не было сил, и, глядя на сидевших за столом людей, он невольно завидовал их веселости и внутреннему спокойствию. В какой-то момент он чуть было не отозвал в сторону Нэнси, но сдержал себя, решив, что если и поговорит с ней, то позже, а через несколько минут вообще выкинул из головы мысль о разговоре с ней. То, о чем сообщили Нэнси и Ларри, в принципе исключало этот разговор. Услышанное не сразу дошло до его сознания, но, едва вникнув в смысл произнесенных Нэнси слов, Дейв понял, что пути к отступлению отрезаны. Ребенок! О господи, ребенок! Так вот откуда радостная нервозность Ларри и задумчивый, словно погруженный в себя взгляд Нэнси! Неужели Господь внял наконец их молитвам и подарил то, о чем они так долго мечтали? — Мои поздравления, Нэнси, дорогая, — подождав, пока стихнут голоса остальных гостей, произнес Дейв. — Эта самая восхитительная новость из всех возможных, по сравнению с ней моя утратила свою значимость. Кстати, вы уже знаете пол ребенка? Или это пока тайна?

— Нет, конечно, — отведя Дейва в сторону, ответила Нэнси. — Это девочка. Правда, мы пока не придумали для нее имя, но время еще есть. Может, ты что посоветуешь?

— Мне нравится Эллис, так звали мою маму. Это имя всегда казалось мне самым лучшим.

— Мне тоже нравится, я включу его в свой список имен, обещаю. Мы так долго ждали, когда это произойдет. Надеялись и вот… Знаешь, Ларри уже купил для малышки первые игрушки. Они заняли половину его бывшей детской комнаты.

— Из Ларри получится отличный отец, Нэнси. А когда произойдет это замечательное событие?

— Мой врач предполагает середину декабря, но мне кажется, что это произойдет на Рождество. В октябре мы с Ларри полетим в Швейцарию, клиника, в которой малышка должна будет появиться на свет, находится там. Кстати, а о какой новости ты упомянул?

— Не знаю, может лучше в другой раз?

— Прекрати, Дейв. Ты единственный наш с Ларри близкий друг, и нам небезразлично, что происходит с тобой.

— Не знаю, как и начать, но вы ведь наверняка хотите знать, почему вдруг я решил жениться на Элизабет?

— Мы хотели спросить тебя об этом, но потом подумали, что лучше дождаться, когда ты сам заговоришь на эту тему. Совсем недавно ты и слышать не хотел о ней, так почему вдруг передумал? Или есть какая-то причина, толкающая тебя на этот шаг?

В который раз он подивился проницательности Нэнси, ее способности вникать в самую суть проблемы. С таким собеседником следовало быть втрое более осторожным и втрое более выдержанным. Проницательный взгляд карих глаз не давал возможности уйти от ответа и требовал полной откровенности.

— Никакой особой причины конечно же нет, — пожав плечами, произнес он. — Просто я, наверное, устал от одиночества.

— И когда состоится официальное оглашение?

— После того как я улажу свои дела в Вермонте. Нужно договориться о продаже дома или сдать его внаем на новый срок. К тому же мне нужно забрать кое-что из своих вещей.

— Когда ты улетаешь? Мы с Ларри обязательно приедем проводить тебя, — сделав вид, что удовлетворена ответом, поинтересовалась Нэнси.

— Я улетаю послезавтра. Но не стоит беспокоиться и приезжать в аэропорт, со мной и в самом деле все в порядке. К тому же теперь тебе следует быть особенно осторожной, тщательно следить за здоровьем и есть побольше фруктов.

За всеми уверениями Нэнси ясно видела нежелание Дейва сказать правду, и это сразу же насторожило ее. Как может мужчина, не переносящий общества женщины, захотеть вдруг жениться на ней? В подобный бред может поверить кто угодно, только не она. Наверняка тут кроется какая-то тайна, и уж она, Нэнси, непременно найдет причину столь странного поведения Дейва. Он лучший из всех после Ларри, и она никому не позволит причинить ему боль. Никому, а уж тем более Элизабет!

Вечеринка шла своим чередом, но Нэнси уже не получала от нее удовольствия. Машинально отвечая на вопросы и улыбаясь в нужный момент, она анализировала создавшуюся ситуацию, но так и не смогла найти способный удовлетворить ее ответ.

Разгадка была найдена, когда Нэнси уже почти отчаялась найти ее. Стараясь не разбудить спящего мужа, она осторожно встала с постели и, спустившись в свой кабинет, вытащила из шкафа несколько альбомов с фотографиями. Если то, что она ищет, исчезло, значит, эта пропажа и есть та самая причина, из-за которой Дейв считает себя должным жениться на Элизабет.

Просмотрев все имевшиеся в альбоме фотографии, Нэнси еще раз похвалила себя за проявленные смекалку и проницательность. Нужная фотография отсутствовала, и это лучше всего подтверждало правильность ее теории. Усмехнувшись своим мыслям, Нэнси заперла фотографии обратно в шкаф и, взглянув на часы, отправилась на кухню.

Ларри и Дейв правы, ей и в самом деле необходимо более серьезно относиться к своему здоровью. Нужно вычеркнуть из рациона все высококалорийные продукты и есть побольше фруктов и овощей. И соки — их нужно пить не менее литра в день. Они с Ларри столько лет ждали этого события, и теперь, когда оно наконец произошло, она должна родить здорового малыша. И еще помочь Дейву. Она единственная, кто может это сделать, ведь иначе его жизнь превратится в настоящий ад, подвела Нэнси итог своим рассуждениям.

Взглянув еще раз на часы, Элизабет решила не спускаться в столовую, а устроить легкий завтрак у бассейна. Утренний звонок Нэнси застал ее врасплох, и теперь она едва не сходила с ума от любопытства и беспокойства. К тому же Нэнси Гарольд ни разу еще не была у нее дома, и ей не хотелось каких-либо вопросов по этому поводу. Ведь если всем другим знакомым она могла со слезой в голосе рассказывать о состоянии, доставшемся после погибших в авиакатастрофе родителях, то с Нэнси подобная ложь не пройдет. О том, как достались ей эти деньги, Элизабет старалась не вспоминать, но память то и дело вытаскивала на свет все новые и новые отвратительные воспоминания. Приехав в Голливуд и не сумев прорваться в звезды, она согласилась сниматься в… Нет! Нельзя даже вспоминать об этом! Иначе в душе вновь появится тот самый липкий страх, что так долго не давал ей спать по ночам! Плевать на прошлое! Все равно никто и никогда о нем не узнает. Нужно думать о будущем, о том, как она будет жить в этом доме с Дейвом! — мысленно приказала себе она. Отмахнувшись от пришедших в голову воспоминаний, Элизабет спустилась к огромному, в форме капли, бассейну и, вдохнув прохладный, насыщенный запахом цветов воздух, счастливо улыбнулась. Взяв с маленького столика стакан со свежевыжатым апельсиновым соком, она опустилась в кресло и, закрыв глаза, принялась размышлять о предстоящей свадьбе. Дальше самой свадьбы ее мысли пока не шли, но это было и не нужно. Шикарная брачная церемония! Вот о чем она мечтала с самого детства! Украшенные цветами шатры, гроздья шаров, она сама в восхитительном белом платье, красивая, как сказочная принцесса, жених в строгом темном костюме и конечно же десятки — нет, сотни — завистливых взглядов! Столько лет они говорили гадости у нее за спиной! Но ничего, она отплатит им всем, и произойдет это в самом ближайшем будущем. По губам Элизабет скользнула мечтательная улыбка.

13

Идя по петлявшей меж высоких цветущих кустов дорожке, Нэнси даже не старалась скрыть свое удивление. Дом и участок, даже по весьма приблизительным расчетам, стоили не менее восьмисот-девятисот тысяч долларов! Где и когда Элизабет могла заработать такие деньги?! А если не заработать, то от кого получить? Теперь понятно, почему она никогда не приглашала ее и Ларри к себе домой, предпочитала не усложнять свою жизнь лишними расспросами.

Заметив полулежащую в шезлонге Элизабет, Нэнси едва заметно усмехнулась. Сейчас она выведет эту дрянь на чистую воду, а затем… затем навсегда вычеркнет ее не только из своей жизни, но и из «South World Journal».

Она почти уже задремала под теплым утренним солнышком, как вдруг услышала позади себя чей-то громкий голос. Резко обернувшись, Элизабет увидела стоявшую всего в паре ярдов от себя Нэнси Гарольд, и в ту же секунду странное чувство появилось у нее в душе. От облика улыбавшейся сдержанной улыбкой Нэнси веяло опасностью. Элизабет даже чувствовала запах этой самой опасности в воздухе. Заглушая аромат цветов, он заполнял собою пространство и окутывал ее тело плотным липким покрывалом. Лишь огромным усилием воли Элизабет удалось взять себя в руки, и, улыбнувшись опустившейся в соседний шезлонг Нэнси, она произнесла: — Доброе утро, дорогая. Не ожидала увидеть тебя так скоро. Что-то случилось?

— Случилось. И я надеюсь, что именно ты сможешь все объяснить мне. Ну давай, Лиз, расскажи, как ты заставила Дейва дать согласие на брак с тобой.

Искушение сказать правду было так велико, что Элизабет едва смогла совладать с собой, но тут же привычная осторожность дала о себе знать, и, улыбнувшись чуть смущенной улыбкой, она произнесла:

— Но что тебя удивляет, Нэнси? Дейв свободен, я тоже, мы оба молоды, хороши собой, из нас получится прекрасная пара. Тебе не о чем беспокоиться, дорогая, поверь мне.

— Поверить тебе? О нет! Все что угодно, но только не это. Так скажешь или мне придется догадаться самой?

— Ты стала слишком подозрительной, Нэнси. Или это возраст дает о себе знать? Все намного проще. Я люблю Дейва, а он любит меня. Вот, собственно, и все.

— Тебе не удастся вывести меня из себя, Лиз. И меня не оскорбляют твои нелепые выпады о возрасте. Если забыла, мы с тобой почти ровесники.

— Да, но я в отличие от тебя не страдаю излишней подозрительностью.

— Ты неплохо усвоила уроки школы Святой Бригитты, Лиз, но даже они не помогут тебе сегодня.

Опасность, которую Элизабет почувствовала несколько минут назад, из небольшого облачка переросла в грозовую тучу. И она даже видела пронизывающую эту тучу молнии!

— Я устала от твоих загадок, Нэнси. Может, все же скажешь, что именно привело тебя ко мне домой?

— Кстати, неплохой дом и участок тоже. Тысяч восемьсот-девятьсот? Или, может, больше?

— А вот это не твое дело, Нэнси! — уже не пытаясь скрыть раздражение, воскликнула Элизабет. — Я купила этот дом на свои деньги, и никому не позволю влезать в свои дела! Чего ты хочешь от меня?! Чтобы я отказалась от брака с Дейвом?! Но почему? Ты что, до сих пор сама не можешь забыть его?! — Поняв, что проговорилась, Элизабет резко встала, но, сделав несколько шагов, вернулась на место. Сейчас во что бы то ни стало следовало оставаться спокойной и, улыбнувшись очаровательной улыбкой, она произнесла: — И все равно я не понимаю, что именно тебя беспокоит, Нэнси, дорогая. Я не монстр и не вампир. Я не ем и не похищаю детей. Вовремя плачу налоги и даже состою членом благотворительной организации. Почему вдруг ты решила, что я не имею права выйти замуж за Дейва?

— Как только Дейв сказал мне о своей предстоящей женитьбе, я сразу же поняла, что тут что-то нечисто. Я начала анализировать ситуацию и пришла к очень интересному выводу. Дейв не любит тебя, даже больше того — он не переносит твоего общества, следовательно, у тебя есть средство давления на него, и средство это, судя по всему, весьма сильное. Скажу честно, я не сразу догадалась, чем именно ты решила шантажировать его — у меня ушло несколько часов на поиск правильного ответа. Согласись, все же не так просто перебрать канувшие в Лету события. С этого момента, Лиз, слушай особенно внимательно. Привыкнув добиваться исполнения своих желаний не совсем законными методами, ты и на этот раз решила пойти проторенной дорожкой. Ты решила задействовать болевую точку Дейва, и это тебе удалось. Прекрасно зная, что он никогда не пойдет на то, чтобы причинить боль мне или Ларри, ты решила действовать в этом направлении и наняла кого-то, кто весьма успешно покопался в нашем с Дейвом прошлом. Затея удалась. Тебе продали весьма пикантную фотографию, на которой изображены мы с Дейвом. Представляю, как ты обрадовалась. И знаешь, я даже могу в точности описать то, что происходило в тот момент в твоей голове. Получив в руки фотографию, ты отправилась к Дейву, правильно рассудив, что, увидев ее, он станет куда более покладистым и исполнит любое твое желание. Желая оградить меня, Дейв согласился на твое условие, но кое-чего, Лиз, ты все же не учла. Ларри давно уже в курсе всей этой истории. Я рассказала ему об отношениях, что были между мной и Дейвом еще до свадьбы. Потом мы конечно же хотели рассказать обо всем Дейву, но он уехал и проблема отпала сама собой. Более того, вся эта история давно забыта и никто из нас не вспомнил бы о ней, не приди тебе в голову найти повод для шантажа. Бедняга Дейв. Представляю его страдания. Но теперь, когда надобность в женитьбе отпала, он снова может вернуться к прежней жизни. Кстати, в моем альбоме сохранилась еще одна такая фотография. Может, сравним ее с твоей?

— Ты лжешь! — побелевшими от волнения губами воскликнула Элизабет. — Ты все лжешь! Всегда завидовала мне и старалась сделать все, чтобы унизить меня!

— Унизить тебя более того, чем ты сама себя унижаешь, невозможно, но вряд ли ты когда-нибудь это поймешь.

— Я ненавижу тебя, Нэнси Гарольд! — побелевшими от охватившего ее гнева губами воскликнула Элизабет.

— Я тоже не питаю к тебе особой любви, Лиз, но всегда старалась быть к тебе снисходительной. Нас многое связывает, и я в отличие от тебя никогда не забывала об этом. И можешь не провожать меня, дорогу я найду сама.

Вглядываясь в ослепительно-яркую голубизну летнего неба, Элизабет с тоской думала о том, что никогда еще жизнь не обходилась с ней так сурово, как в этот чудесный, наполненный восхитительными летними запахами день. Не будучи особо религиозной, она впервые за много лет обратилась к Богу, но слова молитвы ускользали из ее сознания, словно не позволяя той темной силе, что скопилась в ней, выйти наружу. Никогда прежде она не чувствовала себя такой одинокой! И как теперь она объяснит всем, что свадьбы года не будет?! В странном, пограничном состоянии между сном и явью она провела всего несколько минут, но они ей показались часами. Необходимо было найти кого-то, на ком она могла бы выместить свою злость, и совсем скоро этот человек был найден. Ну конечно! Дэн Кросби! Как это она могла о нем забыть?! Этот мерзавец вытянул из нее целую кучу денег за фотографию! Он лгал ей, говоря, что на ее поиски ему пришлось потратить целых два месяца! Скорей всего, этот негодяй подкупил кого-то из прислуги в доме Гарольдов, а ей сказал, что перевернул верх дном половину Американского континента!

Схватив сотовый телефон, Элизабет быстро нашла нужный номер, но вместо привычного «Хай, мисс!» услышала, что абонент недоступен. В ярости отбросив телефон в сторону, она почувствовала, что плачет. Спасительная влага оросила не только глаза, но и покрытую непроницаемой броней душу. Впервые за много лет Элизабет испытывала давно забытые чувства и… в какой-то момент вдруг поняла, что рада им. Но радость эта длилась недолго. Насухо вытерев глаза, она с быстротой компьютера начала анализировать создавшееся положение, но на этот раз привычная логика уступила место непривычным для нее эмоциям. Мысль о том, что Дейв, быть может, именно в этот момент смеется над ней, едва не свела ее с ума. Придумывая различные варианты мести, она почувствовала необыкновенный прилив сил, и счастливая улыбка вновь запорхала по ее губам. Глядя на эту женщину, не знакомый с ней человек мог подумать, что она вспоминает лучшие моменты своей жизни, те же, кто знал ее достаточно хорошо, устрашились бы этой улыбки.

— С тобой происходит нечто странное, Сандра, — вглядываясь в бледное лицо подруги, сказала Дженни. — Что-то случилось? — Случилось. Но, если я скажу тебе что, ты первая сочтешь меня сумасшедшей. Я, кажется, влюбилась, но не знаю в кого. Не знаю ни имени, ни фамилии, ни номера телефона понравившегося мне мужчины!

— Ты уверена в этом, Сандра? То, что ты говоришь, достаточно странно. А откуда вообще взялся этот твой безымянный незнакомец?

— Это тот самый тип, который чуть было не попал под колеса моего автомобиля. Помнишь, я говорила тебе о нем?

— Помню, но не восторги по этому поводу, а целый шквал возмущения. Ты пересмотрела свои взгляды?

— Нет, но я столкнулась с ним еще раз в торговом центре. Его тележка наехала на мою, все продукты попадали на пол, и мы почти час разбирались со всем этим кошмаром.

— Многообещающее начало, а главное, ужасно романтичное. Такое впечатление, Сандра, что из одной крайности ты кинулась в другую. От зануды Питера к весьма странному незнакомцу. А вдруг у него не все в порядке с психикой?

— Да все у него в порядке, Дженни! Не выдумывай того, чего нет. Он так смотрел на меня, что я до сих пор не могу забыть этот взгляд. Я даже лицо его не помню, только глаза.

— И что ты намерена делать? Может, сядешь в свой автомобиль и начнешь колесить по городу в его поисках?

— Нет, конечно. Но и выбросить его из головы тоже не могу. Что мне делать, Дженни?

— Ну, для начала перестать хныкать по этому поводу. Если тебе суждено встретить его еще раз, то обязательно встретишь. Главное, не отчаиваться. Но прежде нужно понять, действительно ли ты хочешь этого.

— Честно говоря, я и сама уже не знаю. Может, ты права и все это лишь игра моего воображения?

— Это можешь понять только ты одна, никто другой не сможет помочь тебе в этом. Но не отчаивайся. То, чему суждено быть, обязательно случится. Жизнь полна удивительных событий, уж мне-то можешь поверить. И вот еще что, пару месяцев мы не сможем встречаться с тобой за ланчем. Один из приятелей Джулиуса уехал в Европу и оставил ему ключи от своего бунгало. Джулиус хочет, чтобы мы все жили в нем до конца лета. Мальчики в восторге, и я, честно говоря, тоже. Дом стоит всего в ста ярдах от океана, можно весь день загорать и купаться. Для нас с Джулиусом это будет второй медовый месяц.

— Это и в самом деле прекрасная новость, Дженни. Мальчикам полезно подышать свежим воздухом, да и вам с Джулиусом он тоже не помешает. А вас можно будет навестить в этом раю?

— Ну конечно. Только позвони заранее, чтобы я предупредила охрану. Сама понимаешь, частная собственность и все такое.

— Позвоню, как только надумаю, но будет это не так скоро. Слишком много работы.

— Кстати, Сандра, огромное тебе спасибо за мальчиков. После того как в «South World Journal» появилось интервью с Кэтрин Хоули, моих близнецов сразу же приняли в Сентрал-пойнт! Я хотела позвонить, как только узнала, но потом решила поблагодарить тебя при личной встрече. Если бы не ты, мне пришлось бы устраивать их в какую-нибудь другую частную школу, а это для нас слишком дорого.

— Ну тогда за тобой должок, Дженни, — шутливо улыбнувшись, произнесла Сандра. — Правда, я еще не придумала какой.

— Обязательно исполню, можешь не сомневаться. В конце концов, еще никто и никогда не помогал мне так, как ты, и я ценю это.

Отъехав пару кварталов от дома Элизабет, Нэнси остановила машину и несколько минут сидела не шевелясь, в надежде что возникшее напряжение отпустит наконец ее. Разговор не только оставил неприятный осадок в ее душе, он пробудил худшую часть ее натуры. Подумать только, ведь был момент, когда она чуть было не придушила гадину! Вытерев выступившую на лбу испарину, Нэнси сделала два телефонных звонка и, повернув ключ в замке зажигания, тронула свой автомобиль с места. Сегодня ей предстоит еще одно дело, и она выполнит его, даже несмотря на появившуюся после разговора с Элизабет усталость.

Увидев идущую вдоль кромки воды Нэнси, Дейв едва не застонал от охватившего его отчаяния. Менее всего ему хотелось обсуждать свой скорый отъезд, но, зная характер Нэнси, он понял, что объяснения не избежать. Постаравшись придать лицу умиротворенное выражение, он вышел ей навстречу. — Вот уж не ожидал увидеть тебя сегодня здесь, Нэнси. Что-то произошло? Или ты просто решила еще раз попрощаться со мной?

— Ты всегда плохо угадывал, Дейв. Потому, наверное, я и предпочла тебе Ларри. Ты ни за что не догадаешься о цели моего визита, но я так и быть расскажу, в чем причина. Кстати, можешь похвалить меня. Об этой самой причине я догадалась без чьей-либо помощи. Не спала почти всю ночь, но под утро все же поняла, в чем тут дело. Из меня получился бы неплохой детектив, я всегда любила строить логические цепочки.

— И что же такого тебе удалось узнать? — все еще не веря в правильность рассуждений Нэнси, спросил Дейв.

— Я узнала, вернее догадалась, что наша красотка Элизабет шантажирует тебя. В здравом уме ты никогда бы не решил жениться на ней, значит, что-то подтолкнуло тебя. Любой шантаж обычно основывается на каких-то тайнах из прошлого, и, поразмыслив немного, я поняла, на какой крючок ты попался. Она показала тебе ту самую фотографию, не так ли? Утром я просмотрела свои альбомы и, как и ожидала, сразу же обнаружила пропажу. Тех фотографий, на которых мы с тобой целуемся, было две, и одна из них пропала.

— Постой! Ты хочешь сказать, что совершенно открыто хранила эти фото в старом альбоме?! — еще не до конца веря в услышанное, воскликнул Дейв.

— Ну, в общем-то да. А от кого я должна была их скрывать?

— А Ларри?! Или ты хочешь сказать, что Ларри все давно уже знает о нас?

— Ну конечно, знает. Не могла же я выйти за него замуж, не сказав, что сначала влюбилась в тебя и даже переспала с тобой. Это было бы нечестно по отношению к нему. К тому же я всегда помнила о том, что, если нет возможности сохранить тайну, нужно признаться в ней. Так можно избежать многих неприятностей.

— Ты не только самая красивая женщина, Нэнси, но и самая мудрая! — воскликнул потрясенный Дейв. — Но почему ты не сказала мне обо всем этом раньше?

— Когда бы я могла это сделать? После нашей свадьбы с Ларри ты сразу же уехал в Нью-Йорк, а потом… потом я просто решила не ворошить прошлое.

— Значит…

— Значит, ты можешь никуда не уезжать. Привыкни к мысли, что Калифорния твой родной дом, впусти ее в свое сердце и будь счастлив. И постарайся уже наконец начать думать о работе. Ларри не хочет торопить тебя, но я знаю, с каким нетерпением он ждет, когда ты начнешь работать в журнале.

— Огромное спасибо тебе, Нэнси, и можешь сказать Ларри, что я готов приступить к работе хоть завтра.

— Вот и прекрасно. Но только будет лучше, если ты сам скажешь ему об этом. Можешь сделать это даже сегодня — просто зайди к нему в офис.

— Нэнси, но как же Элизабет?

— Элизабет?! О ней не беспокойся. Сегодня утром я поговорила с ней и как следует все разъяснила. Кстати, с сегодняшнего дня журнал не нуждается в ее услугах, и она узнает об этом… Извини, ошиблась. Она уже узнала.

— А Ларри? Он знает?

— Нет, и прошу тебя, не говори ему ничего. Хоть с того момента и прошло столько лет, я не хочу, чтобы Ларри вновь начал ревновать меня.

— Еще один вопрос, Нэнси. Сколько всего офисов расположено в Оушэн-тауэр?

— Точно не знаю, но что-то около сорока. А что конкретно тебя интересует?

— Меня интересует высокая, фантастически красивая женщина. У нее чуть рыжеватые волосы и серо-голубые глаза.

— Ну, тогда, думаю, тебе следует обратиться к Ларри. Мой муж, хоть верен и любит меня, наверняка знает эту красавицу.

— Он действительно любит тебя, Нэнси.

— Я знаю, Дейв. Потому я с ним, а не с тобой.

Простившись с Нэнси, Дейв еще долго бродил по пляжу. После разговора с Нэнси все вокруг неуловимо переменилось. Мир вновь стал полон ярких красок и солнечного света, а в шуме волн он уже не слышал никаких грустных ноток, и даже в шорохе песка под ногами ему чудилось нечто особенное.

Время шло, и давно уже нужно было ехать в главный офис, но он все оттягивал этот момент, наслаждаясь удивительным покоем и прислушиваясь к рождению новых чувств в своей душе. Это нельзя было назвать предчувствием, он просто знал, что вступил в новый виток своей жизни, сделал первый шаг туда, где будет необыкновенно, просто фантастически счастлив.

14

Увидев вошедшего в кабинет мужчину, Ларри Гарольд не сразу узнал в нем Дейва Векслера. Старые шорты и выгоревшая футболка уступили место элегантному деловому костюму, а во взгляде, странно потухшем последнее время, не было и следа прежней грусти.

— Не верю своим глазам, но, кажется, это действительно ты, Дейв! Неужели в самом деле решил покончить с ролью отшельника?

— Представь себе. Можешь начать вводить меня в курс дела, обещаю, что буду самым прилежным главным редактором.

— Прекрасно. Давно уже я не получал столь хороших новостей. Но, сдается мне, во всем этом есть какая-то тайна. Утреннее исчезновение моей жены, увольнение Элизабет, твое появление в шикарном, явно только что купленном костюме… Не хочешь посвятить меня во все это?

— Обязательно! — смеясь ответил Дейв. — Но только с разрешения Нэнси. Лет через десять, а быть может, и двадцать, если, конечно, согласишься ждать.

— Соглашусь, куда мне деваться. Моя жена лучшее, что у меня есть, и тревожить ее расспросами я не намерен. Кстати, как тебе имя Эвелин? Представляешь, только и делаю, что перебираю в уме женские имена. У Нэнси и у меня свой список, но только у меня он почему-то в два раза короче.

— Эвелин превосходное имя, но мне все же больше нравится Эллис.

— Отлично, добавлю его в свой список. Кстати Дейв, ты ведь не знаком еще с нынешним главным редактором? Жаль, ты не застал ее сегодня, она на переговорах, но ничего, познакомишься на днях. А сейчас, может, к нам?

— Нет, Ларри, как-нибудь в другой раз. Сегодня у меня встреча с агентом насчет квартиры. Тратить два часа на то, чтобы добраться до главного офиса, — это слишком даже для меня. Агент предложил мне посмотреть квартиру в южном районе. Если я дам согласие на покупку сегодня, то сэкономлю семь процентов.

— Хорошая новость, старина. Недвижимость растет в цене с каждым днем, и это, как и многое другое, нужно учитывать. Даю тебе три дня на устройство личных дел, но уже в понедельник ты должен быть готов принять дела и познакомиться с нашими ведущими сотрудниками. Кстати, прошу обратить особое внимание на свою предшественницу. Фантастическая женщина. Внесла столько ценных предложений, что я до сих пор не перестаю удивляться глубине ее оценки и суждений. Я думаю оставить ее твоим заместителем, но есть и другой вариант. Теперь, когда освободилась должность Элизабет, уместнее совместить должности главного и директора по маркетингу и всю работу поделить между вами двумя. Мисс Шелл будет заниматься творческой стороной, а ты займешься макетом и рекламой. Как тебе такой вариант?

— Звучит неплохо, при одном, правда, условии, что у этой мисс Шелл не такой дрянной характер, как у Элизабет.

— Они терпеть не могут друг друга, да это и неудивительно. Во всей редакции не найдешь человека, кто сказал бы теплое слово о Элизабет. Что же касается мисс Шелл, то она удивительная женщина. Впрочем, скоро ты сам это поймешь.

Странное, неизвестно откуда взявшееся чувство не покидало Сандру вот уже несколько часов. Замерев на несколько секунд, ее сердце улетало куда-то вниз, а вернувшись, давало знать о себе гулкими сильными ударами. Прислушиваясь к себе, Сандра пыталась найти причину столь странного внутреннего состояния, но, едва нащупав, понимала, что вновь пошла по неверному пути. Выслушивая обращенные к ней вопросы, просматривая горы оставленного редакторами материала и работая с авторами представленных статей, Сандра чувствовала, как нарастает в ней странное волнение. Возвратившись с переговоров, она не стала засиживаться на работе, как делала это весь последний месяц, и, лишь только наступил конец рабочего дня, едва ли не бегом бросилась к расположенным в конце коридора лифтам.

Волнение нарастало словно снежный ком, но, только представив, что, придя домой, она вновь останется наедине со своими мыслями, Сандра без колебаний направила свою «тойоту» в противоположную от дома сторону.

Все что угодно, лишь бы не опостылевшее заточение в четырех стенах! — подумала она и повернула до упора ручку приемника. Фантастически красивый голос Энди Уильямса заполнил собой все пространство автомобиля. Он пел о любви для нее одной, и, подпевая, Сандра верила, что совсем скоро любовь войдет и в ее сердце.

Оглядев еще раз спрятавшийся за стеной платанов дом, Дейв подумал, что давно не видел столь замечательного дома. Добротный, из красного кирпича, он самым выгодным образом отличался от расположенных поблизости построек из стекла и бетона, а некое подобие парка вокруг создавало хоть и не большую, но все же преграду внешнему шуму. Осмотрев выставленную на продажу квартиру, Дейв тут же дал согласие на покупку. Так здорово повезти могло лишь однажды, и он не собирался терять свой шанс. Три комнаты — гостиная, спальня и кабинет, просторная кухня, небольшая гардеробная, плюс отдельный выход из кухни на крышу, вернее не на саму крышу, а в небольшое, заставленное горшками с вьющимися растениями патио. Это была неслыханная удача, даже не удача, а настоящий подарок судьбы. Подписав представленные агентом документы, он уже через четверть часа получил ключи от квартиры и, обойдя все комнаты еще раз, решил заночевать в ней. Вещи он перевезет завтра, а сегодня… сегодня купит пиццу в маленьком магазинчике внизу, пару банок пива и устроит себе ужин под звездами.

Оглядев вытащенные из багажника пакеты с покупками, Сандра хотела было попросить портье помочь занести их в лифт, но конторка, за которой обычно сидел мистер Малер, была пуста. И зачем только я устроила себе весь этот едва не сведший меня с ума шопинг? Ведь знала же, что шопинг-терапия не действует на нее, и все равно не смогла удержаться. И что теперь делать со всеми этими пакетами, а главное — с жутко тяжелым бронзовым подсвечником, купленным в антикварной лавке на Оук-стрит? — думала Сандра, направляясь к лифтам. Войдя внутрь, она готова была уже нажать на нужную кнопку, как вдруг чье-то громкое «Одну минуту, мисс» заставило ее опустить поднятую руку. Краем глаза она заметила неизвестно откуда появившегося мужчину но, не желая вступать в какие-либо разговоры, сделала вид, что полностью поглощена содержимым одного из пакетов. Что-то в его облике показалось ей знакомым, но она тут же отогнала от себя пришедшее в голову нелепое предположение.

— Мне на восьмой, — буркнула она. — А вам? — Не дождавшись ответа, она в недоумении обернулась.

Глядя на стоявшую рядом женщину, Дейв в первую минуту не поверил своим глазам. Неужели Господь внял его молитвам и та, о которой он грезит вот уже столько дней, находится на расстоянии всего пары футов от него!? Неужели он нашел ее, женщину с необыкновенно выразительными глазами, в которых отражаются не только мысли, но и душа? Странное оцепенение навалилось вдруг на него, не давая возможности произнести хоть слово в ответ. Никого и никогда он не боялся так, как эту, самую желанную из всех женщин! Даже ее затылок выражал негодование, что уж говорить о лице?! В прошлый раз он здорово разозлил ее, и она даже обвинила его в преследовании. Что, если и сейчас она придет к такому же выводу? Удерживая двери лифта, он хотел было незаметно выйти из него и скрыться на одной из лестниц, но не успел. Вибрирующий от возмущения голос взорвал тишину лифта, заставив его сделать невольное движение в ее сторону.

Не услышав ничего в ответ, Сандра в недоумении оглянулась на застывшего словно изваяние мужчину и, внезапно осознав, кто перед ней, в изумлении воскликнула: — Вы! Опять вы!

О господи! Ну какая же я дура! Ведь столько раз меня предупреждали о подстерегающих жертву маньяках и насильниках, а я со смехом пропускала все эти истории мимо ушей! И что в результате? Я наедине с явно преследующим меня незнакомцем! Но так просто я не дамся! Сейчас же начну звать на помощь и буду кричать до тех пор, пока он не оглохнет от крика. Она уже даже набрала в легкие воздуха, как вдруг услышала:

— Чудесный вечер, мисс, не правда ли? Кстати, пора бы уже нам познакомиться, тем более что вы, судя по всему, узнали меня. Я ваш новый сосед, моя квартира находится на двадцатом этаже.

Это не может быть правдой! — молнией сверкнуло в голове Сандры. На двадцатом этаже всего одна квартира и принадлежит она другому человеку!

— Вы лжете! Квартира на двадцатом этаже принадлежит мистеру Стрейгу!

— Я не лгу, мисс. Мистер Стрейг продал эту квартиру, а я ее купил. Могу даже показать документы. Кстати, раз уж мы теперь соседи, может познакомимся?

— У меня нет ни малейшего желания знакомиться с вами! — отчеканила Сандра. — К тому же вы явно преследуете меня!

— Я и не думал вас преследовать! — в свою очередь возмутился Дейв. — В жизни бывают еще более нелепые совпадения, поверьте мне.

— Совпадение это или нет, мне все равно. Я устала и хочу домой. К тому же мне невыносимо оставаться в вашем обществе. Остановите лифт, я поеду на другом.

О господи! Что я такое говорю?! Почему веду себя как избалованная девчонка? Его взгляд… Он опять смотрит на меня так, словно я единственная в мире женщина! Мне ведь хочется, ужасно хочется и дальше быть рядом с ним. И пусть бы этот лифт ехал хоть на луну, я не стала бы возражать!

Едва заметно пожав плечами, Дейв нажал на кнопку экстренной остановки, но, словно прочитав его мысли, лифт, доехав до третьего этажа, даже и не подумал раздвинуть двери. Мало того, поднявшись вверх еще на пару ярдов, он застрял между этажами, а расположенная где-то наверху под обшивкой лампочка, мигнув пару раз, потухла.

— Мисс, прошу вас, только не пугайтесь, — услышала Сандра взволнованный голос незнакомца. — Я вызову сейчас кого-нибудь, и нас обязательно освободят. Только, прошу вас, не кричите, я не сделаю вам ничего плохого. Если вам страшно, я могу взять вас за руку, просто взять за руку. Говорят, это помогает, особенно если человек страдает клаустрофобией.

— Я не страдаю клаустрофобией, но мне и в самом деле немного страшно, — ответила Сандра. — Где там ваша рука?

Вопреки ее ожиданиям его рука оказалась теплой и удивительно твердой. Ее ладонь как-то удивительно удобно устроилась в ней, словно нашла наконец самое надежное для себя убежище. Сандра не заметила, когда и как ее вторая рука очутилась в руке незнакомца, но не сделала ни одной попытки вызволить ее оттуда. Его руки держали ее ладони так бережно, словно они были хрустальными. Никогда еще ей не было так хорошо и спокойно, как с этим, в сущности совершенно незнакомым человеком. Даже имени она его не знает, но это не имеет никакого значения.

Держа за руки самую желанную из женщин, Дейв мучительно пытался подобрать хоть какие-то слова, но не мог выдавить из себя ни одного звука. Язык словно прилип к гортани, а во рту стало так же сухо, как в знойном воздухе пустыни. Не смея пошевелиться, он мог только вдыхать аромат этой удивительной женщины. Качнувшись, он наткнулся на ее волосы и лишь огромным волевым усилием не позволил себе зарыться в них лицом. Он желал эту женщину так, как не желал еще никого и никогда. Даже к Клэр он не испытывал таких чувств, хотя очень любил ее. Клэр… Ее он мог сравнить с веселым говорливым ручейком, незнакомка же напомнила ему переливающийся всевозможными оттенками океан. Взгляд этой женщины одновременно выражал сразу несколько чувств, он притягивал к себе как магнит, в него хотелось погружаться все глубже и глубже.

В ненарушаемой никакими внешними звуками темноте они провели около четверти часа, но это время показалось им несколькими секундами. Вспыхнувший свет заставил обоих зажмуриться, и в тот же миг Дейв почувствовал, что руки незнакомки уже не покоятся в его ладонях. Пауза затягивалась, и нужно было что-то сказать, но никто не хотел быть первым. Обоим казалось, что любые слова тут же разрушат незримое нечто, что возникло между ними, но, когда молчание стало совсем уж невыносимым, Сандра наконец нашла в себе силы заговорить:

— Спасибо, что поддержали меня, и простите за мою подозрительность. Наверное, я ужасно глупо смотрелась со стороны, но по телевизору каждый день показывают всякие ужасы, а вы, согласитесь, довольно странно вели себя.

— Это вы простите меня. Ведь там, на стоянке, я ведь и в самом деле не случайно оказался под колесами вашего автомобиля. Мне так сильно захотелось познакомиться с вами, что я решил вспомнить старый трюк, к которому мы с моим другом не раз прибегали, когда учились в колледже. А вот случай в торговом центре и сегодняшняя встреча действительно случайны.

— Значит, вы все-таки не сумасшедший, — смеясь сказала Сандра. — Но тогда кто вы?

— Я писатель. Мое имя Дейв Векслер, если оно, конечно, хоть что-то говорит вам.

На несколько мгновений Сандра потеряла способность не только логически мыслить, но и вообще думать о чем-либо.

Дейв Векслер! Тот самый Векслер, чью книгу я прочитала всего за несколько часов! Значит, я и в самом деле не ошибалась, когда думала, что уже где-то видела его лицо?!

— Рада познакомиться, мистер Векслер. Вы замечательный писатель, я поняла это, как только прочла «New Days Novels». Знаете, еще тогда, в торговом центре, когда ваша тележка наехала на мою, мне показалось ужасно знакомым ваше лицо, но тогда я и подумать не могла, кто вы.

— А как ваше имя, мисс?

— Меня зовут Сандра. Я получила это имя в честь святой Александры и, кстати, терпеть не могу, когда кто-то называет меня Алекс.

— Обещаю, что буду называть вас только Сандрой, — стараясь сохранять серьезный вид, ответил Дейв. — Скажите, Сандра, а этот лифт часто ломается? Как долго мы можем просидеть в заточении?

Неожиданно для себя она поняла, что ужасно огорчена его вопросом. Неужели ему уже наскучило ее общество? Но в ту же минуту, словно прочитав ее мысли, он произнес:

— Это может показаться странным, но, кажется, уходя, я закрыл в квартире чью-то кошку. Когда я выходил, она проскочила у меня между ног, но я так торопился в магазин, что решил выпустить ее по возвращении. Что, если хозяин ищет ее сейчас?

— Большой черный кот с белыми носочками?

— Кажется, да. А это случайно не ваш кот?

— Нет, это кот миссис Ньюман. Его зовут Мартин. Когда-то он принадлежал мистеру Стрейгу, но, поменяв работу, мистер Стрейг подарил его миссис Ньюман. Мартин быстро привык к ней, но все равно часто приходил в гости к прежнему хозяину. Наверное, теперь он будет приходить в гости к вам. Кстати, сандвичи с тунцом его любимое лакомство, а еще он любит сырные палочки.

— Вы меня успокоили, Сандра, — смеясь ответил Дейв. — Но сегодня я смогу угостить его только пиццей, правда сомневаюсь, что он будет ее есть.

— Мартин ест все и всегда, только бы дали. Но вы, наверное, тоже голодны?

— Признаться, да, и, если мы просидим здесь еще час, я съем самого Мартина.

— Не думаю, что это наилучший выход из положения, — тоже со смехом ответила Сандра. — Лучше я приглашу вас к себе. Сегодня у меня на ужин цыпленок под белым соусом и салат из крабов. Вообще-то я привыкла обходиться йогуртом и фруктами, но почему-то сегодня захотелось чего-то другого. Заодно дадите мне автограф, не каждый ведь день застреваешь в лифте с настоящим писателем!

15

— И давно вы вместе, Сандра?! — не в силах поверить услышанному в один голос воскликнули Дженни и Нора.

— Три дня и уже восемнадцать часов, — счастливо улыбнувшись, ответила Сандра. — И это самые счастливые дни и часы в моей жизни. У меня такое чувство, что я впитала в себя всю любовь мира! Дейв замечательный, он понимает меня даже тогда, когда я молчу. Никогда и ни с кем мне не было так хорошо, как с ним.

— Наконец-то ты поймешь, что такое настоящий мужчина, Сандра, — произнесла Дженни. — Ужасно хочется спросить, как он в постели, но вряд ли ты ответишь мне на этот вопрос.

— Почему же? Конечно, отвечу. Мне хорошо с ним так, что я словно улетаю к звездам.

— Мы так рады за тебя, Сандра, — сказала Нора. — Наверное, этот человек и в самом деле предназначен тебе судьбой. Помнишь ту встречу в кафе, когда ты сказала нам, что тебя назначили главным редактором «South World Journal»? В тот день я сказала, что хочу познакомить тебя с одним мужчиной. Так вот, речь шла именно о Дейве Векслере.

— Не может быть! А он знал об этом?

— Нет, конечно. Мы с Дэном хотели сделать так, чтобы вы оба, ничего не зная, неожиданно встретились, но, как видишь, у вас все получилось само собой. Кстати, он уже сказал, что любит тебя?

— Он говорит мне об этом по нескольку раз в день, и я верю ему. Для этого достаточно просто взглянуть в его глаза.

— Сандра, извини, если лезу не в свое дело, но… как же Элизабет? Ведь Дейв, кажется, должен был жениться на ней?

— Я спросила его об этом, но он ответил, что вся эта история с женитьбой плод фантазии Элизабет. Вы уже знаете, что она ушла из журнала? Странная история, но никто не знает никаких подробностей. Никому, даже Лорин, неизвестно ни где она, ни что с ней. Но это и не важно, по крайней мере для нас с Дейвом. А хотите, я познакомлю вас с ним? Можно устроить вечеринку у меня дома или в том самом симпатичном ресторанчике на берегу, в котором мы праздновали день рождения Джулиуса.

— Ну уж нет, — подала голос Дженни. — Если уж устраивать вечеринку, то у нас. Наше временное пристанище по-настоящему фантастическое место: океан, небо, солнце и никаких соседей на милю вокруг. Но только предупредите меня заранее, чтобы я могла приготовить что-нибудь действительно вкусное.

— Обязательно предупредим. Надеюсь, Дейв не будет против, он тоже любит солнце, горячий песок и серфинг. Иногда мне кажется, что я знаю его всю жизнь. Это довольно странное чувство, но оно есть, и я ничего не могу с этим поделать.

— Глядя на тебя, Сандра, я впервые готова поверить в то, что мечта встретить своего принца хоть иногда, но сбывается, — растроганно проговорила Нора.

— Особенно если учесть, каким странным может оказаться само знакомство. Разве могла я предположить всего месяц назад, что человек, который бросится под колеса моей машины, а затем опрокинет мою тележку в супермаркете и застрянет со мной в лифте, окажется этим самым принцем?! Нет, конечно. Но зато теперь я могу со всей ответственностью утверждать, что принц может появиться в любой момент, нужно только очень надеяться на встречу с ним.

— А как тогда быть с миллионами неудачных браков? Ведь там наверняка тоже были свои принцы.

— Это как «Принц и нищий». Вместо настоящего принца получаешь фальшивку, но, к сожалению, не знаешь об этом. А узнаешь лишь, когда он снимает с себя дорогую одежду и предстает в своем истинном облике. Иногда на это переодевание уходит день, а иногда годы.

— Браво, Сандра. Тебе удалось объяснить одну из самых главных проблем человечества. Если бы еще как-то проверить подлинность того или иного принца, вообще было бы замечательно.

— Это может сделать каждый, Дженни. Наша душа, самый верный и беспристрастный помощник. Жаль только, что мы забываем обратиться к ней за помощью или советом.

— Из тебя бы получился превосходный психоаналитик, Сандра. Ты всегда очень правильно, и главное вовремя, умеешь расставить точки над «i».

— Не преувеличивай, Дженни, ты в этом разбираешься не хуже меня. Лучше расскажи, как твой последний заказ. Ты ведь уже наверняка получила первые отзывы.

— Все прекрасно. Заказчик в восторге и настаивает на продолжении сотрудничества со мной. Кстати, у меня для вас потрясающая новость. Мы с Джулиусом внесли залог за новый дом! Только представьте — огромный двухэтажный дом на Мэддокс-стрит! Всего четверть часа до школы! И час до места работы Джулиуса! Мальчикам не придется больше вставать в шесть утра, а Джулиус будет на час раньше возвращаться домой. Никогда еще я не была так счастлива!

— Добавь еще, что Мэддокс-стрит расположена всего в двух кварталах от моего дома, — вставила Нора. — Для Кэти это будет замечательной новостью, и, думаю, она будет самым частым гостем у твоих близнецов, Дженни.

— О нет! — шутливо воспротивилась Дженни. — Только не это. Во главе с твоей Кэти мои мальчики становятся особенно неуправляемыми. Эта малышка подбивает их на такие проказы, от которых у меня потом волосы встают дыбом. Только представь, Сандра, что они натворили в прошлый уик-энд. Отвязали лодку Джулиуса и отправились на ней в кругосветное путешествие. Хорошо еще, что у них не хватило сил выйти за линию прибоя! Затем Кэти предложила поиграть в пиратов, и они изрезали на куски мое любимое черное платье! Мальчикам, естественно, влетело от Джулиуса, но отругать Кэти наравне с ними он конечно же не смог. Когда Кэти проказничает с мальчиками, она становится сущим бесенком, но, когда подходит время наказания, превращается в ангела.

— Она и дома ведет себя точно так же, — смеясь откликнулась на слова подруги Нора. — Тэд балует ее невероятно. Раз в месяц он позволяет себе не пойти на работу, и тогда для Кэти наступает настоящий праздник. Первую половину дня они играют в саду, а вторую проводят у экрана телевизора. Едят строго запрещенные чипсы, хот-доги и гамбургеры и смотрят все мультики подряд. Я пыталась как-то воспротивиться этому, но не смогла. Одной мне не выстоять против них двоих. Тэд потакает ей во всем, но Кэти слушается его, как никого другого. Порой мне даже кажется, что она любит его больше меня.

— Ничего странного, — вступила в разговор Дженни. — Когда я была маленькой, то тоже больше любила отца. В этом нет ничего удивительного. Отец это первый и самый главный мужчина в жизни девочки, и от того, как у нее сложатся отношения с ним, зависит, сможет ли она правильно строить отношения с другими мужчинами.

Слушая подруг, Сандра невольно вспомнила свое детство. В ее жизни отец не принимал абсолютно никакого участия. Ее словно не существовало для него, и она даже не помнит звука его голоса. Постоянный страх и грубые подзатыльники — вот все, что доставалось в те дни на ее долю. Странно как у нее вообще хватило смелости и сил порвать с той жизнью.

— Ты о чем-то задумалась, Сандра?

Голос Дженни вывел ее из оцепенения, прервав череду неприятных воспоминаний, и улыбнувшись она ответила:

— Все в порядке. Так, вспомнилось кое-что. Иногда мне кажется, что Сан-Сити всего лишь плод моего воображения, но бывают минуты, когда из уголков памяти выплывают давно забытые воспоминания и я понимаю, что все было на самом деле. Но хватит о прошлом, у меня для вас тоже есть новость. Не очень, правда, приятная, но все же. Вчера меня вызвал к себе мистер Галенс и сказал, что с завтрашнего дня заканчивается моя работа в качестве главного редактора «South World Journal».

— Не может быть, Сандра! Ты превосходный главный редактор, неужели они этого не понимают?! — возмущенно воскликнула Дженни.

— Наверное, нашли кого-то лучше меня. В общем, поживем — увидим. Правда, мистер Галенс упомянул еще о каком-то варианте, но я ничего пока не знаю о нем.

— Если тебе не понравится твой новый босс, Сандра, я уговорю Стивена Бэрроу взять тебя заместителем директора телеканала! У него уже два месяца вакантна эта должность.

— Но я ведь ничего не понимаю в телевидении! Журнал — это одно, а телевидение совсем другое! Другой мир или даже другое измерение! К тому же я так привыкла к своей работе, что не представляю, как буду без нее. И вообще, хватит об этом. В конце концов, ничего еще толком неизвестно. Вдруг это самое второе предложение вполне ответит моим интересам.

Резкая трель телефонного звонка прервала взволнованную речь Сандры, и по тому, как расцвело ее лицо, Дженни и Нора безошибочно угадали имя абонента.

Наскоро простившись с подругами, Сандра почти бегом выбежала из небольшого итальянского ресторанчика, в котором они всегда встречались за ланчем. Совсем скоро она увидит Дейва. Очутится в его объятиях и вновь почувствует себя самой любимой и желанной женщиной на земле!

Увидев стоявшего напротив Оушэн-тауэр с букетом белоснежных лилий Дейва, Элизабет едва успела перестроить свой автомобиль в крайний правый ряд. Затем, дождавшись нужного света, проехала еще несколько ярдов и, заехав на стоянку, вышла из автомобиля. Сейчас она скажет этому мерзавцу Дейву Векслеру все, что она думает о нем, и пусть этот жалкий неудачник только попробует не дать ей высказаться! После памятного разговора с Нэнси Гарольд и последующего увольнения из журнала, она едва нашла в себе силы выйти из дому! Никогда еще ей не было так страшно и плохо, как сейчас, и виной всему был Дейв Векслер! Мужчина, на которого она сделала самую крупную в своей жизни ставку и из-за которого лишилась всего! Как он мог так поступить с ней?! Ведь она не сделала ему ничего плохого!

Утром, зайдя в магазин, она купила трое темных очков, но, даже спрятав глаза за одними из них, не чувствовала себя в безопасности. Самые безобидные улыбки проходивших мимо людей казались жестокой насмешкой, и, внутренне съеживаясь от их взглядов, Элизабет дала себе обещание отомстить обидчикам.

Занятый своими мыслями, Дейв не сразу заметил подошедшую к нему почти вплотную Элизабет, а заметив, не смог сдержать внутренней дрожи. Какого черта эта дрянь вновь преследует его?! Какие еще гнусные мысли бродят в ее голове?! Машинально взглянув на часы, он отметил, что до прихода Сандры осталось совсем немного времени. Необходимо было любой ценой избавиться от Элизабет, и, едва сдерживая рвущуюся наружу ярость, он произнес:

— Добрый день, Лиз. Как поживаешь? Надеюсь, с тобой все в порядке?

— И ты еще смеешь задавать мне такие вопросы? Это из-за тебя Нэнси Гарольд уволила меня, а у тебя еще хватает совести спрашивать, как я поживаю?

— Ты сама виновата во всем. Шантаж не самая лучшая из твоих идей. И я не говорил ничего Нэнси, она обо всем догадалась сама. Кстати, я тоже, кажется, догадался, на какие деньги куплены твой роскошный дом, мебель, машина. Ты и в самом деле хорошая актриса, Лиз, но только снималась ты не в тех фильмах, за которые дают «Оскара».

По ее внезапно побледневшему лицу он понял, что попал в точку, но неожиданно для себя почувствовал, что жалеет ее.

— Оставь меня в покое, Лиз, — ругая себя за излишнюю чувствительность, произнес Дейв. — Обещаю, что никому не скажу о своем открытии, но взамен попрошу не попадаться больше у нас на пути.

— У нас?

— Да, у меня и у Сандры.

Изумление Элизабет было столь велико, что на какое-то время она утратила ясность восприятия. Сандра Шелл! Мерзкая дрянь, из-за которой, собственно, и начались все ее, Элизабет, неприятности! Подлая интриганка, она опять забрала себе то, что она, Элизабет, уже почти держала в руках! Мир рухнул в ее глазах, она даже видела его страшное падение.

— Хочешь сказать, что ты и Сандра…

— Я хочу сказать, что женюсь на Сандре и не позволю никому помешать мне.

— Но ты не можешь! — произнесла Элизабет побелевшими от гнева губами. Ей казалось, что она кричит, но вместо крика из горла вырвался лишь едва различимый шепот.

— Ты что-то сказала, Лиз? Извини, я не расслышал.

— Я сказала, что желаю тебе счастья, Дейв. Тебе и Сандре. Кстати, это не она ли идет?

Увидев находившуюся в паре сотне ярдов женщину, он утвердительно кивнул.

— Да, это Сандра. Думаю, будет лучше, если ты уйдешь, Лиз.

План в голове Элизабет возник мгновенно. О более удачном стечении обстоятельств нельзя было даже мечтать! Она едва смогла скрыть полную радости улыбку и в тот момент, когда Дейв сделал первый шаг в сторону идущей навстречу Сандры, бросилась к нему на шею. Найдя его губы, она что есть сил впилась в них поцелуем. Хватка ее рук была железной, а желание отомстить прибавило ей сил, сделав сопротивление Дейва почти бессмысленным.

Растерянность, которая охватила его в первую минуту, прошла в тот самый миг, когда он увидел глаза Сандры. Потемневшие от боли, они стали вдруг мертвенно-пустыми, словно не только вся радость, но и желание жить ушло из них. Отталкивая прилипшую к нему Элизабет, он пытался что-то сказать, объяснить, но Сандра не реагировала на звук его голоса. Ее странная неподвижность испугала его так, что он почти утратил способность сопротивляться, но уже другой страх — страх потерять любимую женщину — придал ему новых сил, и, оттолкнув наконец от себя Элизабет, он бросился к застывшей словно изваяние Сандре. Уронив измятый, ставший ненужным букет, он попытался что-то сказать, но, столкнувшись с взглядом Сандры, умолк на полуслове. Элизабет! Она переиграла его! Заставила Сандру поверить в то, чего нет! Напряжение нарастало, и, стоя между двумя женщинами, одну из которых любил, а другую ненавидел, он, словно наяву, увидел разверзшуюся под ногами пропасть.

Спустя несколько секунд он еще раз попытался заговорить с Сандрой, но, получив в ответ полный презрения взгляд, отступил.

Сейчас не время говорить с ней, понял вдруг он. Она так потрясена, что не поверит ни одному его слову. Нужно дать ей возможность побыть наедине с собой, но при этом не выпускать ее из поля зрения. Неизвестно, что может прийти ей в голову, но, чтобы ни случилось, он будет рядом.

16

Посмотрев на часы, Сандра отметила, что провела за рулем почти пять часов. Увидев, как Дейв целуется с Элизабет, она чуть не лишилась рассудка. Она даже умерла на несколько мгновений, по крайней мере именно так можно было объяснить ее состояние. Элизабет… Она прижималась к нему так, будто имела на это право. А Дейв даже и не пытался оттолкнуть ее от себя! Как он мог поступить с ней так?! Зачем говорил, что, хоть останься Элизабет последней женщиной на земле, он и тогда бы не захотел быть с нею?!

Опустив стекло, Сандра с удовольствием втянула в себя насыщенный влагой воздух. Странно, она даже не помнит, как очутилась за рулем своего автомобиля, помнит только, да и то не достаточно ясно, лишь бесконечную череду улиц. Устав ездить по городу, она поехала куда-то на восток и, если верить указателю, находится сейчас на расстоянии пятидесяти миль от Сан-Франциско. Нужно возвращаться, но, едва представив, что вернувшись она вновь рано или поздно столкнется с Дейвом, Сандра готова была бежать на край света.

Она даже не заметила, как начался дождь, и, вместо того чтобы ехать дальше или возвращаться назад, сидела и смотрела, как соединяясь крошечные капли образуют бегущие в никуда ручейки. Вот и она, как крошечная капелька, плывет в бурном водовороте жизни, не зная, какой ручеек подхватит ее.

Почему? Ну почему я не потребовала объяснений?! Почему вновь предпочла убежать? Неужели и дальше предпочту жить с омерзительным чувством страха внутри? — спрашивала себя Сандра и не находила ответа.

Странно, но она так и не смогла заплакать. Обычно слезы не заставляли себя долго ждать, сегодня же глаза ее оставались сухими. Вслед накопившемуся за день напряжению пришла усталость, и, окунаясь в нее словно в спасительное нечто, Сандра хотела только одного — чтобы состояние это длилось как можно дольше. Сил на то, чтобы думать о Дейве, не было. Странное оцепенение завладело ее телом, но она не противилась ему. Мелькнула мысль о еде, но она тут же отбросила ее. Еда означала возвращение к нормальной жизни, а она еще не хотела возвращаться. За последние несколько часов она прожила целую жизнь, но пока сознание еще не было готово признать это.

Беспорядочные мысли продолжали кружить в голове, и, устав сопротивляться им, Сандра сама не заметила, как заснула. Сон ее был коротким, но, проснувшись, она почувствовала себя удивительно отдохнувшей и почти полностью успокоившейся. Главное она пережила, осталось только убедить в этом саму себя. Неожиданно Сандра почувствовала, что плачет. Спасительная влага наконец нашла выход, и льющиеся из глаз слезы омывали не только лицо, но и израненную душу. Завтра, она будет думать обо всем завтра, а сегодня ей нужно любыми путями вернуться домой. Завтра предстоит трудный день, и ей необходимо хоть немного отдыха, чтобы пережить его.

Кружа вслед за Сандрой по городу, Дейв старался подальше держаться от ее машины, хотя сделать это было достаточно тяжело. Ее «тойота» сворачивала в самых неожиданных местах, и пару раз он чуть было не потерял ее из виду. Несколько раз он порывался догнать ее, все объяснить, но в самый последний момент что-то останавливало его. Он удивился, увидев, что она направляется в пригород, но потом понял, что ей безразлично, куда ехать. Он немного успокоился, когда понял, что она все же решила вернуться домой, но вместе с успокоением на него навалилась такая тоска, что он чуть было не закричал во весь голос. Как он будет без нее? Ведь он уже привык засыпать, прислушиваясь к звуку ее дыхания, привык к восхитительному, сводящему с ума запаху ее тела, к поцелуям, от которых у него что-то взрывалось в голове… Судорожно вцепившись в руль, Дейв думал лишь о том, как пережить одну-единственную ночь. Завтра он обязательно встретится с ней. Встретится и все объяснит.

Окинув внимательным взглядом стоящего у окна Дейва, Ларри Гарольд в который раз за это утро подивился его напряженному виду. Уж кто-кто, а он хорошо знал, что означает этот застывший взгляд, лихорадочный блеск глаз и судорожно сведенные пальцы рук. В какой-то момент он хотел было поинтересоваться причиной такого странного волнения, но передумал. Если бы Дейву нужна была помощь, он бы сказал об этом, а раз так, пусть справляется сам. — Ты кого-то высматриваешь внизу или мне это показалось? — спросил наконец он, желая прервать затянувшуюся паузу.

— Нет, просто немного нервничаю перед первым рабочим днем. Но ты не обращай внимания, на моих умственных способностях это не отразится. Скоро начнем?

— Собрание акционеров назначено на десять, но сначала я хотел бы представить тебя будущим коллегам, в первую очередь, конечно, тем, с кем ты будешь непосредственно иметь дело, с остальными же позже познакомишься сам. Думаю, те, кому нужно, поднимутся сюда минут через пять. А пока давай я покажу тебе последний макет.

Мертвенно-бледная кожа, тени под глазами, устремленный в никуда взгляд… Никогда еще я не выглядела столь ужасно. И ничего странного или необычного в этом нет. Я ведь умерла вчера, а покойники не должны выглядеть краше живых, с усмешкой отметила Сандра. Отложив в сторону специально купленный для этого дня белый костюм, Сандра решила надеть ничем не примечательную черную юбку и синюю шелковую блузку. Теперь, когда Дейв ушел из ее жизни, ей незачем больше выглядеть привлекательно и сексуально. С этого дня ни один мужчина не сможет причинить ей боль, уж об этом она позаботится. Ведь если даже лучший из них оказался мерзавцем, то что уж говорить об остальных?

Отбросив тревожащие душу мысли, Сандра стала думать о том, что нужно как можно скорей обратиться к агенту с просьбой подыскать ей другое жилье. Жаль, конечно, расставаться с такой удобной квартирой, но еще хуже жить в одном доме с Дейвом. Видеть, как он приводит к себе в гости Элизабет и представлять, как они вместе смеются над глупой Сандрой?! Нет, только не это!

После бессонной ночи голова болела невыносимо, и, вытащив шпильки, Сандра решительно тряхнула головой. Каскад рыжеватых, словно подсвеченных солнцем волос окутал ее плечи, и, почувствовав их прикосновение, она невольно вспомнила о руках Дейва. Вспомнила и едва не застонала от охватившего ее отчаяния. Еще вчера она варила для него кофе и намазывала клубничным джемом тосты, а сегодня вынуждена изо всех сил сжимать зубы, лишь бы только удержать рвущийся наружу полный отчаяния крик. Если бы она могла, то ни за что не пошла бы сегодня на работу. Уехала бы к Дженни и лежала бы весь день на пляже, слушая крики чаек и шум набегающих на берег волн. Но сегодня явно не ее день. Знакомство с новым главным редактором, причем подкрепленное личным приглашением Гарольда. С этим не поспоришь.

Взглянув еще раз на часы, Сандра вновь, в который уже раз за утро, усмехнулась своим мыслям. Сидеть дома и дрожать от страха возможной встречи с Дейвом?! Ну уж нет. В конце концов, не я виновата в случившемся, следовательно, не мне прятаться, как кролику в норе!

Она взяла сумку и решительно вышла за порог квартиры.

Как ни странно, на работу она в этот день успела вовремя, даже умудрилась не попасть в пробку. Время до начала совещания у нее еще было, и, решив привести себя немного в порядок, Сандра отправилась в комнату отдыха младшего персонала.

Наверняка у Лорин найдется какая-нибудь косметика, подумала она. И колготки. Нужно обязательно поменять колготки, те, что на ней, слишком темные, а светлые она одолжила вчера Саманте Паркер из редколлегии.

— Ты так смотришь на дверь, Дейв, словно ожидаешь прихода первой леди. Что с тобой сегодня? Ты не болен? — Нет, Ларри, спасибо, со мной все хорошо. Просто волнуюсь немного. Ты не менял время совещания?

— Нет, конечно. Не волнуйся, все кому нужно, уже пришли, охранная служба зарегистрировала всех, я проверил.

— Тогда все в порядке, — с трудом выдавив из себя улыбку, ответил Дейв. — Кого ты пригласил?

— Шона Галенса, Дуга Норта, Джона Уизли и конечно же Сандру Шелл. Потрясающая женщина. Одна из немногих, с кем удивительно приятно общаться. К тому же она настоящий профессионал, даже тебе найдется чему поучиться у нее.

Приведя себя в порядок, Сандра почувствовала куда большую уверенность, но сегодня это чувство совсем не радовало ее. Машинально отвечая на вопросы спешивших по своим делам коллег, кому-то улыбаясь и с кем-то здороваясь, она думала лишь о том, что прошли почти сутки с той минуты, когда она в последний раз видела Дейва. Странно, что она вообще осталась жива. Вернее, живым осталось ее тело, но лишенное души оно напоминало движущийся по заданной программе автомат.

Возникшее в нем почти сутки назад напряжение достигло своего апогея в тот самый момент, когда из-за неплотно закрытой двери раздались чьи-то шаги. Это могла быть только Сандра, и, резко встав, Дейв едва не застонал от охватившего его отчаяния. Это вновь была не она. В просторный кабинет, наполненный ярким утренним солнцем, вошла миссис Лайонс, бессменный секретарь Ларри Гарольда в течение последних десяти лет. Тихо сказав что-то боссу, она вышла, а он вновь приготовился к ожиданию. Главное увидеть глаза Сандры, когда она войдет. Ее глаза никогда не врут, и по ним он сразу поймет, смогут ли они вновь быть вместе.

Увидев стоявшего у окна Дейва, Сандре показалось, что она стала жертвой какой-то жуткой галлюцинации. Изумление было слишком велико, оно даже помешало ей вовремя ответить на приветствия присутствующих. Слова находившихся рядом людей долетали до нее словно сквозь толстый слой ваты, а прохладный, наполненный ароматом океанского бриза воздух показался вдруг горячим и липким на ощупь. Пространство вокруг начало вдруг сужаться, и в какой-то момент ей даже показалось, что она вот-вот упадет в пропасть, образовавшуюся неизвестно как и когда. Окружавшие ее люди и предметы скрылись за пеленой тумана, и единственное, что она видела, были устремленные на нее глаза Дейва. Все эти превращения произошли с ней за какие-то секунды, но Сандре они показались вечностью. Скорее почувствовав, чем осознав, что произносимые кем-то слова адресованы ей, она обернулась на звук голоса и, стараясь оставаться спокойной, ответила: — Добрый день, мистер Гарольд. Надеюсь, я не опоздала?

— Все в порядке, мисс Шелл, — ответил не упустивший ничего из быстрого обмена взглядами Ларри. — Вы как всегда вовремя. Позвольте представить вам нашего нового главного редактора Дейва Векслера. Я, кстати, сказал сегодня мистеру Векслеру, что у него достойная предшественница и что вы будете рады помочь ему советами.

— Конечно, мистер Гарольд. Охотно поделюсь, если только мистер Векслер захочет выслушать их. Хотя мне почему-то кажется, что он не из тех людей, которые пользуются чьими-либо советами. Не правда ли, мистер Векслер? — ослепительно улыбнувшись, спросила она.

Ее улыбка сбивала с толку. В какой-то момент Дейву даже показалось, что перед ним прежняя Сандра и то, что произошло вчера, лишь страшный сон. Но, едва взглянув в ее глаза, он понял, что ослепительная улыбка всего-навсего маска, за которой она прячет свою боль. Если бы он только мог остаться с ней наедине!

— Ошибаетесь, мисс Шелл. Я охотно воспользуюсь вашими советами, при условии, конечно, что вы захотите дать их мне.

Сделав вид, что не расслышала его последних слов, Сандра села за стол переговоров и словно забыла о его существовании. Когда же совещание закончилось, она была первой, кто вышел из зала заседаний, а когда он смог наконец выбежать вслед за ней, двери лифта уже захлопнулись за ее спиной.

Чистейшая, высшей пробы злость наполнила ее всю до краев, вернув блеск потухшим было глазам. Смех и слезы перемешались в ее голосе, и в какой-то момент Сандра вдруг отчетливо поняла, что уже никогда не сможет стать прежней. Это было странно, но она больше не ощущала себя живым мертвецом. Жизнь с необычайной силой бурлила в ней, и, не в силах усидеть на месте, она то и дело вскакивала со стула и, наверное уже в пятый раз, в лицах пересказывала Дженни события последних тридцати часов своей жизни. — Успокойся, Сандра! — не желая еще раз слушать то, что знала уже наизусть, воскликнула Дженни. — Я все давно поняла, кроме одного — почему ты вдруг решила обвинить во всем Дейва, а не Элизабет?! Неужели непонятно, что она это все подстроила?!

— Это ты ничего не поняла, Дженни! Я видела! Понимаешь, видела, как он целовался с ней! Только представь, каким нужно быть циником — назначить свидание мне, а целоваться с ней!

— Вот именно! Ни один мужчина в здравом уме не пойдет на такое! А Дейв Векслер один из самых нормальных мужчин Америки!

— Да почему, черт возьми, ты так решила?!

— Потому, что читала его книгу, от которой ты, кстати говоря, также была в восторге!

— Не передергивай, Дженни! Векслер-писатель и Векслер-мужчина — это абсолютно разные вещи! И вообще, хватит об этом! В конце концов, это моя жизнь и мне решать, вычеркивать из нее или нет этого самого Дейва Векслера!

— Ну да, твое! Дай волю, так ты и себя из нее вычеркнешь! — раздался вдруг голос неизвестно откуда взявшейся Норы.

Ворвавшись в дом словно ураган, она едва не сбила с ног миниатюрную Дженни и одним только взглядом заставила умолкнуть захотевшую было возмутиться Сандру.

— Ты только представь, Дженни! Наша Сандра решила поставить крест не только на своей жизни, но и на карьере! Она написала заявление об увольнении и уже отдала его в кадровый департамент!

— Сандра?!

— Ну да, Сандра! А что мне оставалось делать! Работать под началом Дейва Векслера?! Да после того, что произошло, я смотреть на него спокойно не могу! И меня давно уже приглашали в «South News», причем именно главным редактором!

— Ты совершаешь сейчас страшную ошибку, Сандра, — грустным, лишенным всяких красок голосом произнесла Нора. — Но, когда ты поймешь это, боюсь, будет уже поздно. Дейв… В общем, узнав о твоем решении, он решил уехать. Нэнси позвонила и попросила передать это тебе.

Никогда еще Нора не разговаривала с ней таким тоном, и Сандра порядком растерялась. Более того, она вдруг почувствовала, как некая пелена спадает с ее глаз и увиденное вчера начинает вырисовываться в ином свете.

Господи! Что же я натворила?! Почему сразу же, не принимая ничего в расчет, решила, что во всем виноват именно Дейв?! Почему забыла о том, что представляет собой Элизабет! Ведь знала же, что та готова пойти на все, лишь бы только насолить мне! Дейв! Нужно срочно увидеть Дейва! Сказать, что я люблю его больше всего на свете и что никогда уже не смогу жить без него!

Все эти чувства словно в зеркале отразились на ее лице, и, безошибочно угадав настроение подруги, Нора сделала Дженни знак выйти из комнаты.

Перебирая в памяти последние события, Сандра удивлялась, почему так безоговорочно поверила в виновность Дейва.

Почему, ну почему я не захотела понять самого главного? Неужели мои глаза увидели совсем не то, что было на самом деле? — в растерянности спрашивала себя она.

Память словно превратилась в замедленное кино, и, закрыв глаза, Сандра увидела то, чему не придала значения вчера. Никогда еще она не чувствовала себя столь беспомощной. Человек, которого она любит больше всего на свете, мог быть сейчас где угодно, а она возможно никогда больше не увидит его! Нужно во что бы то ни стало найти его! Найти прямо сейчас и сказать…

Вскочив, Сандра бросилась вон из комнаты и… очутилась в объятиях того, кого собиралась искать даже на краю земли. Все оказалось так просто. Глядя в глаза любимого, она находила ответы на все свои вопросы, а отвечая на поцелуи, чувствовала, как душа ее обретает вторую жизнь. Никакие слова не смогли бы передать то, что чувствовали они оба. Случай с Элизабет помог им обоим понять всю хрупкость счастья, и ничто уже не могло разрушить их одобренный небесами союз.

Эпилог

— Ты великолепна, Сандра, — оглядев подругу со всех сторон, удовлетворенно сказала Нора. — Самая красивая невеста в Сан-Франциско. Мы с Дженни тоже неплохо выглядели, но у нас не было туалетов от самого Готье.

— Вы же знаете, это подарок Гарольдов. Нэнси настояла на нем, а я не смогла устоять.

— Увидев тебя в этом платье, Дейв окончательно потеряет голову, — счастливо смеясь, добавила Дженни. — И кстати, Сандра, как насчет твоей мечты о прекрасном принце? Надеюсь, ты наконец выбросила ее из головы?

— Ничего подобного! Она всегда со мной, просто я поняла кое-что очень важное для себя. Иногда этот самый принц оказывается под колесами твоего автомобиля, или переворачивает твою тележку в супермаркете или… застревает с тобой в лифте! Нужно только узнать его в странном незнакомце, а все остальное — это уже так просто!

Content

Алисон Эшли
Странное знакомство

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

Эпилог