Игорь Фарбаржевич

Сказки Маленького Лисёнка

Книжка первая

— Вот мы искупали моего мальчика, теперь он будет сладко спать. Хочешь сказку, Лисёнок?

— Не-а!

— А песенку?

— Не-а! Мама, скажи, я скоро стану большим?

— Скоро. Когда научишься сам убирать свои игрушки.

— Нет, скажи правду!

— Закрывай глазки, Егорушка! Уже все дети спят.

Старое Эхо

Лисёнок гулял по лесу и во всё горло квакал:

— Я сегодня не Лисёнок, ква!

а зелёный Лягушонок, ква!

— Здравствуй!.. — раздался вдруг чей-то удивлённый голос.

Лисёнок оборвал песенку и оглянулся, но никого не увидел.

— Кто здесь?

— Я здесь.

— Здравствуй… А кто ты?

— Эхо.

Лисёнок внимательно посмотрел по сторонам. И снова никого не увидел.

— А ты где?.. В дупле?.. В кустах?.. Ой, я, кажется, догадался: ты со мной играешь в прятки!

— Нет… — ответило Эхо. — Я не прячусь… Я невидимо, как растаявшее облако…

Лисёнок сказал:

— Понятно… Как же мы будем играть?!

— А ты прислушивайся: когда я рядом — хватай меня скорей!

— Но ведь ты как растаявшее облако! — удивился в свою очередь Лисёнок. — Как же я тебя схвачу?.. Давай наоборот: ты станешь меня искать.

И он бросился в кусты.

Они играли весь день, только к вечеру уставший и счастливый Лисёнок вернулся домой. Он обежал весь дом и нашёл Старого Лиса в мастерской: тот приводил в порядок старинное бабушкино кресло. Лисёнок бросился к отцу.

— Папа, я играл с Эхом.

— С эхом не поиграешь… — сказал папа-Лис, покрывая лаком резные ножки из красного дерева. — Ты ему: «Доброе утро!» — и оно тебе: «Доброе утро!», ты ему: «До свиданья», — и оно тебе: «До свиданья». Скучно!

— А моё Эхо говорит совсем по-другому: на «Доброе утро» спрашивает: «Как живёшь?»

Старый Лис разволновался и отложил кисть в сторону:

— Где же оно живёт, твоё странное Эхо, сынок? Что-то давно я не встречал его в лесу.

— Потому что оно — невидимо.

— Всё может быть… — задумчиво сказал отец, вытирая лапы о фартук. Всё может быть… А знаешь, познакомь меня с ним завтра!

— Ладно! — гордо ответил Лисёнок и лёг спать.

…Уже стояла глубокая ночь, а папа-Лис всё смотрел в окно на луну.

— Всё может быть… — шептал он. — Всё может быть…

Потом надел шляпу, обмотал шею шарфом, взял зонт и отправился на Большую Поляну.

Дойдя до места, папа-Лис немного покружил у Старого Дуба и нерешительно позвал:

— Эй!..

— Доброй ночи… — тихо ответило Эхо.

— Доброй ночи… — растерялся папа-Лис.

— Как живёшь? — поплыло над лесом.

— Хорошо… — пробормотал Лис и огляделся. — Так это, и в самом деле, ты?!..

— Я…

Старый Лис обрадовался:

— Как славно!.. Но куда ты пропало?..

— Никуда, — ответило Эхо. — Ты просто давно не звал меня.

— Это правда, — опустил голову Старый Лис.

— Ах, какие вы все, взрослые, смешные! — расхохоталось Эхо.

— Смешные и глупые… — согласился с ним папа-Лис и печально улыбнулся. — Хотя иногда я вспоминаю как мы с тобой играли…

— И я помню… — ответило Эхо. — Может, поиграем сейчас?

Старый Лис оглянулся по сторонам.

— Все давно спят, — успокоило его Эхо.

И вдруг откуда-то в траву свалился старый футбольный мяч. Лис стукнул по нему ногой, и тот зазвенел, подпрыгивая на кочках.

БУМ! — и рядом появился деревянный грузовик без двух колёс. А вот и заводной клоун с потерянным ключиком.

— Мои игрушки! — в восторге прошептал Старый Лис.

— А качели вернуть? — спросило Эхо.

— Что?! Качели?! Ни в коем случае!

Эхо рассмеялось:

— Как хочешь! До свиданья! Ха-ха-ха! Как хочешь!..

Зеркало в овраге

В глубоком сыром овраге, под еловыми ветками, лежало себе старинное зеркало. Обрамлено оно было в бронзовую тяжёлую раму в виде венка из лесных цветов. От дождей и снега бронзовый венок позеленел, а само стекло потускнело и даже потрескалось, напоминая паутину, которую плетут лесные пауки.

Сколько оно пролежало в овраге — было неизвестно. Может, век, а может, и все десять веков. Лисёнок заметил его случайно.

И вдруг солнечный луч, провалился сквозь толщу еловых веток на самое дно оврага и там сверкнул, да так ярко, что Лисёнок подумал: «А не клад ли я нашёл?..»

Он спустился в овраг и был несколько разочарован, когда обнаружил всего лишь старое треснутое зеркало.

Он глянул в него и обомлел, поскольку увидел какого-то взрослого и седого лиса. Лисёнок даже отпрянул назад, недоуменно захлопал ресницами и снова подошёл к зеркалу. На него смотрел всё тот же старец.

— Кто ты?.. — замирая от страха, спросил Маленький Лисёнок.

— Ты, — ответил лис.

— Как это?!.. — растерялся Лисёнок.

— Я — это ты в старости… — одними губами промолвило тусклое изображение в зеркале.

— Так ты… говоришь со мной из… Зеркала Будущего?1 — воскликнул Лисёнок.

Старый Лисёнок кивнул в ответ.

— Неужели я стану таким?!..

Лис бессильно развёл в стороны лапы.

— А… ёжик?.. — осторожно спросил Лисёнок. — Что с ним?

— А Ёжика уже нет… — еле слышно ответил лис.

Они помолчали.

— А что с Вороной? — спросил Лисёнок.

— О, с ней всё в порядке!.. Она стала Учёной Вороной и давно преподаёт в университете.

— Я рад за неё, — улыбнулся Лисёнок.

— А я — нет, — нахмурилось его отображение.

— Почему?

— После английских курсов Ворона выучила ещё несколько языков, но напрочь забыла язык Леса.

— И с ней уже не поговоришь, как прежде?! — поразился Лисёнок.

— Увы!.. Кроме того, став первым профессором среди ворон, она сделалась очень тщеславной и высокомерной. Любимыми её словечками стали: «Набить карррман», «сколько каррратов?», «подать каррету!», «мой дрруг карррдинал», «вступить в каррртель», «каррьерра», — словом, вместо той Вороны осталась лишь её каррикатурра!.. Хоть каррраул кричи!.. Ну, мне пора, — Старый Лисёнок махнул лапой. — Внуки ждут.

— У тебя… то есть, у меня их много?.. — с трепетным любопытством поинтересовался Лисёнок.

— Двенадцать, — ответил лис из зеркала и, присмотревшись к Лисёнку, добавил: — Все — в тебя, то есть… в меня!..

Тут зеркало погасло, и снова пыльная муть и паутинные трещинки покрыли стекло. Лисёнок, тяжело вздохнув, выбрался из оврага.

Тут навстречу Лисёнку попался молодой Щенок. На голове у него красовалась фуражка с буквами «Н» и «У» над блестящим козырьком.

— Добрый день! — вежливо поздоровался Щенок.

— Привет!

— Скажите, пожалуйста, вы не знаете, где можно найти Ворону?

У Лисёнка ёкнуло в животе.

— Знаю, — сказал он. — А зачем она вам?

— Видите ли, — улыбнулся Щенок. — Я — посыльный из Народного Университета. Я должен доставить вашей Вороне Приглашение закончить наши курсы. Это так почётно!

— Ну, конечно! — оживился Лисёнок, В голове у него мелькнула замечательная мысль. — Это очень почётно! И не только для Вороны, но и для всех нас!.. Она… во-о-н там!.. — И он показал в ту сторону леса, куда она никогда не летала и где быть не могла.

— Спасибо! — поблагодарил Щенок и, задрав хвост, побежал по тропинке.

А Лисёнок почувствовал себя виноватым:

— Надеюсь, она меня простит, когда узнает! Ведь я её спас!.. — И помчался навстречу своей мудрой подруге.

— Что случилось? — окликнула его Ворона, сидя на кусте бузины.

Лисёнок, не таясь, рассказал про волшебное зеркало на дне оврага, а потом про то, как он отправил посыльного в другую сторону.

— Жаль! Невырразимо жаль! — укоризненно покачала головой Ворона. — Как же ты мог такое сделать?!

— Но я думал, — растерялся Лисёнок, — что ты сама не захочешь стать такой, что ты меня поймёшь!

— Такое понять нельзя! Ты у меня отобррал пррофессоррское звание! Я сейчас же полечу рразыскивать этого юного посланника из мирра науки!

И она улетела. Было обидно за Ворону. Он не мог поверить, что такое возможно. Забыть язык Леса! Стать тщеславной и высокомерной! Нет! Ведь она была добра ко всем. И умна… Хотя, почему была?.. Она ведь есть!

Тут он услышал над головой хлопанье вороньих крыльев.

— Зря слетала! — и запыхавшаяся Ворона вновь уселась на бузинный куст. — Как в воду провалился! Куда ты его послал?!.. Хотя, может, это и к лучшему. А то, как перееду в город, стану важной птицей — профессорршей, честолюбивой и занудливой. То — совещание, то — симпозиум: родной язык позабудешь! Нет, это не по мне!.. А конферренции я и в своём лесу могу прроводить!

Лисёнок бросился к ней и крепко-крепко обнял за шею.

— Ты чего?! — закашлялась Ворона в его объятиях.

— Я… люблю тебя! — громко выдохнул Лисёнок.

— Сильно сказано! — согласилась она. — И главное: приятно!

Лисёнок тяжело вздохнул и тихо спросил:

— Но ведь мы все постареем, изменимся. А кого-то уже не будет… Вот бы всё оставалось, как есть!

Ворона всплеснула крыльями:

— Ишь, выдумал! Оставить всё, как есть!.. А рразве ты не хочешь выррасти?.. Так вот и будешь всю жизнь зваться Маленьким Лисёнком?!..

И она улетела, а Лисёнок вновь задумался.

Когда Лисёнок спустился в овраг в следующий раз — зеркала там уже не было.

Вообще-то в лесу много интересных вещей можно найти!..

Трень-брень-набекрень!

Однажды Лисёнок гулял в лесу и увидел на поляне у Старого Дуба самого настоящего Льва.

Лисёнок собрался было кинуться назад, но тут Лев обернулся и вместо того, чтобы грозно зарычать и наброситься на беззащитного Лисёнка, самым непонятным образом закричал по-ослиному: «И-а! И-а! И-аа!»

Они смотрели друг на друга: один — крича, другой — икая от страха, пока наконец Лисёнок не выдавил из себя первым:

— Здравствуй-ой! — уйте!..

Царь зверей жалко кивнул головой.

— Вы эт-то чего?.. — спросил Лисёнок.

— А че-че-чего?.. — испуганно спросил Лев, юля глазами по сторонам.

— Ну, кричите… как-то странно, то есть… я хотел сказать, по-ослиному!.. Ой! — икнул он. — Простите!

— А я… а я… и есть… Осёл! — жалобно ответил Лев.

— Как?!.. В как!.. Ой!.. Ом!.. — вновь икнул Лисёнок, — В каком смысле?..

— В самом настоящем, — ещё жалобнее сказал Лев. — Это я внешне похож на льва, а на самом-то деле я — Осёл!..

— Это как же?!.. — совсем растерялся Лисёнок.

— А так. Заколдованный я!.. — и Лев вздохнул в ослиной тоске.

— Заколдованный?! — страшно удивился Лисёнок. — Кто же вас заколдовал?!..

— Один волшебник, — снова тяжко вздохнул Лев.

— Злой? Вы рассердили злого колдуна?!

— Да нет, добрый. Я его не рассердил. Я его попросил об этом, — и Лев вздохнул в третий раз.

— О чём?!!.. — ещё больше удивился Лисёнок.

— Я попросил превратить меня во льва! — крикнул в сердцах Лев и лапой смахнул слезу.

— Но зачем?! — Лисёнок тоже расстроился. — Как это пришло вам в голову?!

— Ах, всё это очень просто, — махнул бывший Осёл хвостом с кисточкой. — Когда я был Ослом, то всего на свете боялся. И палки, и хозяина, и собак… И всю свою ослиную жизнь я мечтал лишь о том, чтобы все боялись меня!.. И вот — домечтался! Теперь, когда я стал львом — я боюсь всего ещё больше…

— Но теперь-то чего?.. — спросил Лисёнок, приблизившись ко Льву. Он его уже не боялся и даже немного не уважал.

— А того, что меня поймают и отправят за решётку или, хуже того, — в Африку! Но, во-первых, я никогда там не был — и это уже страшно, во-вторых, я ни разу в жизни не пробовал мяса, и это — ещё страшнее. Но самое страшное то, что меня обязательно слопают львы!

— Львы не едят львов, — успокоил его Лисёнок.

— Львов, может, и нет, но Льва, который был Ослом, — съедят обязательно!..

— Во-первых, успокойся, — сказал ему Лисёнок, твёрдо переходя на «ты», — пока никто не собирается отправлять тебя в Африку, тем более — сажать за решётку; во-вторых, нужно радоваться, что исполнилась твоя мечта! Тебе вот — повезло.

— А у тебя что, тоже есть такая мечта?.. — осторожно поинтересовался Лев.

— Ну… не совсем такая… но мне, например, всю жизнь хотелось стать птицей!.. Когда-то я уже летал на вороньих крыльях… Знаешь, было чудесно!

— Ну, это — проще простого, — сказал Лев. Нужно только сказать три волшебных слова — и превратишься в кого захочешь!

— Даже в птицу?

— Да хоть в жирафа!

— И вы… знаете эти три волшебных слова?.. — с замиранием сердца спросил Лисёнок, снова переходя на уважительное «вы».

— Лучше бы я их не знал! — сказал в сердцах Лев. — Но вот ведь запомнил!.. Нужно только сказать: «ТРЕНЬ-БРЕНЬ-НАБЕКРЕНЬ! ХОЧУ СТАТЬ тем-то…» И всё!

— Так просто!..

— Ни за что не поверю, что эти три слова волшебные!.. — сказала прилетевшая незадолго до этого Ворона.

— Я тоже не верил, а вот: стал же Львом!

— Действительно, похож! — прищурив глаз, подтвердила Ворона. — Значит, и я могу осуществить свою мечту?

— А кем ты хотела стать в детстве? — поинтересовался Лисёнок.

— Карр-кадилом!..

— Ух, ты! — с уважением сказал Лисёнок. — Но, я надеюсь, добрым?..

— Самым добрым карр-кадилом на свете!..

— Проще простого, — повторил бывший Осёл. — Начинайте!.. Может, и мне станет не так тоскливо…

Лисёнок, запрыгнув на пень, торжественно произнёс:

— ТРЕНЬ-БРЕНЬ-НАБЕКРЕНЬ!.. ХОЧУ СТАТЬ… ФЛАМИНГО!..

И тут же превратился в белоснежно-розового Фламинго! Даже намёка не осталось от Лисёнка.

— Брраво! — закричала Ворона, тараща от восторга глаза. Поздрравляю!..

— Я же говорил, что это просто!.. — вздохнул Лев.

— Вот здорово! — воскликнул Лисёнок-Фламинго и изо всех сил захлопал крыльями.

— ТРРЕНЬ-БРРЕНЬ-НАБЕКРРЕНЬ!.. — громко каркнула Ворона.

— ХОЧУ СТАТЬ КАРР-КАДИЛОМ!..

И тут же стала Крокодилом.

— Ура-а!.. — воскликнул Фламинго. — Получилось!..

— Я ведь говорил, что получится, — сказал бывший Осёл.

— Вот теперь-то я улечу в Африку! — застучала по пню зелёным длинным хвостом Ворона-Крокодил. — Всю жизнь мечтала слетать за грраницу!..

— Как же ты полетишь? — спросил её Лисёнок. — Крокодилы не летают.

— И в самом деле — не летают!.. — огорчилась Ворона. — Повезло же некоторым!.. Лети куда хочешь!.. То-ли — в Африку, то-ли — в Еврропу, то-ли — в Америку!..

— И я никуда не полечу, — ответил Лисёнок. — Фламинго — неперелетная птица. Я буду кружить над нашим лесом.

— Замеррзнешь под Новый Год!.. Твой фламинго живёт только в южных стрранах!..

— И вправду замёрзну, — огорчился Лисёнок. — Что же делать?

— А, ничего! — щёлкнула Ворона крокодильской пастью. — Поигррали — и довольно!.. Порра прреврращаться обрратно!..

— Да, — вздохнул Лисёнок, — видимо, придётся…

— Эй, ты, Осёл! — буркнул Крокодил. — Ррасколдовывай нас! Всё, напреврращались!

— Я не умею… — растерянно сказал бывший Осёл.

— Ты хочешь сказать, что не знаешь, как нас ррасколдовать?! возмутилась Ворона, стукнув крокодильим хвостом по земле.

— Если бы я знал, как это делается, то давно бы уже был в своей деревне!.. — противно заголосил Лев ослиным голосом.

— Хоррошенькое дело! — каркнула бывшая Ворона. — Выходит, я вечно должна ползать на бррюхе и ррыдать карр-кадиловыми слезами?!.. Это меня не устрраивает!..

— Да, грустно сказал Лев, — рождённый (а, вернее, превращённый) ползать — летать не может!..

— Замолчи!.. Не то я тебя сожрру!.. — и Крокодил-Ворона стал наступать на немедленно струсившего Льва.

— Стойте! — крикнул им Лисёнок-Фламинго. — Бежим ко мне домой! Если папа-Лис не занят, он обязательно что-нибудь да придумает!..

И они отправились к Лисёнку.

— Это что ещё за кампания?.. — спросил Бобёр, на всякий случай отступая за спину Медведя. Медведь, глядя на Льва и Крокодила, встал во весь рост с топором наперевес.

Но папа-Лис не испугался: он сразу узнал в диковинной птице Маленького Лисёнка. Он удивился, потом рассмеялся и объяснил, как можно расколдоваться:

— Это же проще простого!.. Нужно только сказать: «ТРЕНЬ-БРЕНЬ-НАБЕКРЕНЬ! ХОЧУ СТАТЬ…»

— Ворроной! — каркнул Крокодил.

— Ослом! — проревел Лев.

— Лисёнком! — закричал Фламинго.

— Ура! — сказал папа-Лис. — Действуйте!..

И каждый высказал вслух своё желание. И каждый стал тем, кем и был.

— Фу-у! — вздохнул Осёл. — Побегу-ка я в свою деревню. После того, что пришлось мне испытать на своей шкуре — уже ничего не страшно!.. — И он скрылся в кустах.

— И я полечу, — сказала Ворона. — Прравду говоррят: мечты — дело пустое!.. — И улетела.

А папа-Лис шепнул Лисёнку:

— Когда я был маленьким, то очень хотел стать… бабочкой!..

— Ну и стань ею! — ничуть не удивился Лисёнок.

— Как-то неудобно… — неловко рассмеялся Лис, оглянувшись на Бобра и Медведя. — Хотя… может, и вправду?.. На часок… В воскресенье…

— Отлично! — сказал отцу Лисёнок. — Но будь осторожен! Не попадись в клюв какой-нибудь Вороне или в чей-то сачок!.. Вы уже оканчиваете? Так я побежал разогревать ужин.

…Невиданная в наших лесах бабочка села на цветок перед окном дома и, пошуршав лазоревыми крыльями, пропела:

— Ах, всё может быть! Всё может быть!..

Пропавший день

Эта история случилась утром, когда Лисёнок в прекрасном настроении проснулся в своей постели. В окно светило яркое летнее солнце, а из чащи доносилось звонкое пение дроздов.

«Какой хороший воскресный день!» — подумал он и с наслажденьем потянулся и объявил:

— Я сегодня не Лисёнок.

Я сегодня — Воскресенье!

Воскресенье для Лисёнка не бывало безмятежным времяпрепровождением. После завтрака он обычно помогал папе-Лису в его столярной мастерской, затем шёл в гости к Ёжику или Зайцу. По дороге перебрасывался новостями с Вороной, у которой всегда появлялись какие-нибудь заманчивые идеи. Словом, дел находилось много. А сегодня его позвал в гости Бобёр. Он построил у ручья плотину и обещал показать Лисёнку, что такое настоящий лесной водопад.

Лисёнок потянулся в последний раз и только собрался встать, как в комнату заглянул встревоженный папа-Лис.

— Кажется, мы оба с тобой проспали! Ты опоздал в Лесную школу, а я должен был отнести новую табуретку старому Лосю.

— Ничего не проспали! — успокоил его Лисёнок. — Ведь сегодня — воскресенье!

— В том-то и дело, что понедельник! Вставай, сынок! — заторопил сына отец.

— Да нет же, воскресенье! — рассмеялся Лисёнок. — Только вчера мы говорили с тобой про воскресные дела.

— Верно… — растерялся Старый Лис. — А как же газета за понедельник, которую я только что получил?.. И по радио говорили о вчерашних субботних новостях… Ничего не понимаю!..

Лисёнок посмотрел на листок календаря. Там, за субботой — шёл… понедельник!

— Надо же! — удивился он. — Куда же пропало воскресенье?!..

Тут в окно постучал Ёжик.

— Странное нынче утро, сосед! — озадаченно сказал он. — Собрался с Зайцем на воскресный пикник, а воскресенье-то… пропало! Не мог же я проспать двое суток подряд!..

— У нас тоже пропало! — воскликнул Лисёнок.

— И у меня! — каркнула Ворона, садясь на крыльцо. — Сегодня обещали принести посылку с головкой Воскресного сырра, а теперь придётся есть Понедельничный! Это непорядок!

— Очень странно!.. — задумчиво произнёс Старый Лис. — Хотя, всё бывает на свете…

— Такого не может быть никогда! — настаивала на своём Ворона. — Где логика, я вас спррашиваю? За субботой всегда шло воскресенье! Уж за сто лет я это хоррошо изучила. Я к этому привыкла, наконец! А что теперь? Если так и дальше пойдёт, то завтрра непременно наступит пятница. Вот помяните моё слово! — И она улетела, ужасно раздосадованная.

Ёжик тоже был очень растроен.

— Теперь придеться ждать целую неделю, чтобы отправиться на пикник… — вздохнул он и пошёл домой.

— Что-то тут не так… — задумался Старый Лис.

А Лисёнок побежал… нет, не в школу, а на поиски воскресенья.

Он заглядывал под каждый куст, переходил с тропки на тропку. Но если бы он хоть приблизительно представлял себе, как оно выглядит!..

«Куда же оно могло деваться? — недоумевал Лисёнок. — Было бы воскресенье только моим — я бы знал, что оно пропало лишь у меня одного. Но ведь оно пропало для всех! Значит, его кто-то похитил… И этот кто-то наверняка обладает очень большой силой, если сумел даже в календаре набезобразничать!.. Может быть, это могущественный волшебник?.. Хотя и самых обычных в нашем лесу никогда не было. Наверное, он похитил воскресенье поздней ночью, когда все крепко спали…»

И он вдруг вообразил себе, как это всё случилось…

«Над лесом, над рекой, высоко под облака уносил могучий волшебник весёлое Воскресенье.

— Отпусти меня! — умоляло оно. — Зачем я тебе?!..

— Ты-то мне ни к чему! — хохотал злой колдун. — Я хочу, чтобы на земле перестали отдыхать и веселиться! Сегодня же вместо тебя наступит Понедельник! И пусть это будет Чёрный Понедельник! И в этот день все будут работать только на меня одного!..»

— Этого не будет никогда! — воскликнул Лисёнок, прервав свои мысли. Сейчас же отпусти Воскресенье!

«И могущественный волшебник в тот же миг вернул его на землю.

— Прости, Лисёнок! — заныл злой колдун. — Я больше никогда не буду!..»

— То-то же! — вполголоса проворчал Лисёнок, и тут же у него вспыхнула новая догадка. — А что, если… — подумал он и представил себе…

…что Воскресенье попало в лапы серым волкам.

«К лесному болоту притащили они беднягу и привязали к старой сосне.

— Зачем я вам? — спросило их Воскресенье.

— А затем, — ответил Вожак, — что надоели нам серые будни.

— А наши ноги, — сказала Стая, — устали от тяжёлой работы.

— Но если ты всё время будешь с нами, — добавил Вожак, — мы будем веселиться днём и ночью!

— Каждый день — выходной! — заревела от восторга Стая.

— Мечта моей бабушки, — добавил Вожак.»

— А-ну, прочь отсюда! — закричал на них Лисёнок, и стая волков, появившаяся в его воображении, разом исчезла.

Лисёнок перевёл дух и присел на пенёк немного отдохнуть.

Внезапно где-то совсем рядом послышался чей-то слабый голос:

— Спасите…

Лисёнок осторожно раздвинул кусты и увидел смешного толстяка в разноцветном костюме и в цилиндре с золотыми бубенчиками. Незнакомец лежал на траве и корчился от боли:

— А-ай!.. О-ой!..

— Что с вами?.. — испугался Лисёнок.

— Помираю, что же ещё!.. — сиплым голосом ответил толстяк.

— На вас напали? — догадался Лисёнок.

— Вовсе нет, — замотал головой незнакомец. — Неделю назад я весь день танцевал до упаду… И так много пел, что почти потерял голос… А уж сколько съел конфет и пирожных — сказать тошно! О-о, мой любимый живот! Он непременно лопнет!..

— Зачем же вы так много пели и танцевали?! — изумился Лисёнок. — Да ещё съели столько сладкого?!..

— А что я мог поделать? — обиженно спросил толстяк. — Ведь меня все угощали!

— Надо было отказаться! — резонно заметил Лисёнок.

— Хотел бы я видеть того глупца, кто отказывается от сладкого!.. простонал незнакомец.

Таких глупцов и Лисёнок никогда не встречал.

— Я постараюсь вам помочь… — успокоил он толстяка и кинулся на поляну.

Там он сорвал цветы ромашки, листья мяты, нашёл корень бессмертника, затем побежал домой, чтобы заварить крепкий лекарственный настой, потом вернулся и напоил больного. Толстяку сразу же полегчало. Его лицо засветилось весёлой белозубой улыбкой.

— Спасибо, Лисёнок! — радостно вскочил он на ноги. — Ты спас не только меня, но и весь мир!

— Кто вы? — поинтересовался, наконец, Лисёнок.

— Я — Воскресенье, — ответил весельчак. — Ох, и попадёт же мне от Понедельника!

— Вы — Воскресенье?!.. — изумился Лисёнок.

— Ну да! А разве не похож?.. — Толстяк скорчил весёлую гримасу и сдёрнул с головы шляпу с бубенчиками. Они громко зазвенели на весь лес.

— Вы совершенно на него не похожи! — нахмурился Лисёнок. — Разве может весёлое воскресенье быть таким обжорой? Ведь вы испортили всем выходной день! Сколько всего из-за вас не случилось! Сколько встреч не состоялось! Сколько книг не прочитано! Сколько каруселей не кружилось! А сколько воздушных шаров не взлетело в небо! Я всегда считал вас самым лучшим днём недели!.. А вы…

Лисёнок огорчённо махнул лапой и отправился куда глаза глядят.

— Постой, Лисёнок! — окликнуло его толстяк-Воскресенье. Теперь он выглядел растерянным и виноватым. — Не обижайся на меня…

— Я-то не обижаюсь, — ответил Лисёнок, хотя сам обиделся очень. — Если бы вы были только моим. Но ведь воскресный день принадлежит всем на свете!

Тостяк опустил голову. Бубенчики на его шляпе грустно зазвенели.

— Я поступил очень плохо, — признался он. — Я больше не буду! Даю воскресное слово: сегодняшний день запомнится всем, как самый лучший из всех выходных!

И он помчался, сквозь кусты, чтобы приостановить Понедельник.

А Лисёнок возвратился домой.

— Всё-таки ты был прав, — сказал ему папа-Лис из своей мастерской. Только что по радио передали воскресные новости. И в календаре всё стало по-прежнему.

— А я спешу на пикник! — радостно объявил Ёжик, проходя мимо их изгороди.

— И я наконец-то получила посылку с Воскресным сырром! — каркнула с ветки Ворона. — Приходите в гости!

— Жди нас вечером, — ответил ей Лисёнок и побежал к Бобру, чтобы обязательно посмотреть: как же выглядит настоящий лесной водопад.

Лисёнок и Ночь Волшебства

Ранним утром, в канун Нового года, бесшумно опустился с небес долгожданный снег.

Лисёнок проснулся от белого света в окне. Выглянул и ахнул, деревья, вчера ещё чёрные и мокрые от нескончаемых дождей, преобразились: каждая веточка, искрясь на солнце, стала невесомой и пушистой.

Лисёнок убежал на лесную поляну к деревьям и вдруг вспомнил, что завтра Новый год. А какой Новый год без подарков для друзей?..

— И вот я — не Лисёнок,

а — Ёлка новогодняя!..

Дальше что-то не получалось…

— Привет! — громко крикнула ему пролетавшая мимо Ворона. — Что за кррасота!.. Что за ррадость на серрдце!.. — И опустилась на снег.

— Я не знаю, что тебе подарить! Понимаешь?! В Новый год! Я не знаю! сказал Лисёнок.

Ворона махнула крылом:

— Еррунда! Меня, напримерр, поздрравить совсем несложно, — успокоила она его. — Я хочу… Э-э-э… Ну, что-то врроде… Как тебе сказать… Э-э-э… Словом… Такое-этакое!..

Она долго вертела головой и размахивала крыльями.

— Фу-у, какой это тяжкий трруд выбиррать себе подаррок к Новому году!

— Вот видишь! — сказал Лисёнок.

— Ничего-ничего! Сейчас придумаем! — Ворона заходила взад-вперёд, то бормоча, а то подкаркивая: — К Новому году, к Новому году…

Лисёнок терпеливо ждал её совета. Наконец, она остановилась и изрекла:

— Новое — это хорошо забытое старрое! Значит, надо искать среди старрых вещей. А где могут быть старрые вещи?.. — Лисёнок беспомощно развёл лапами. — В старрых сундуках, — ответила за него Ворона. — У вас в доме есть старрый сундук?

— Нет… — растерянно ответил Лисёнок.

— И у меня тоже! Зато полно очень нужных старрых вещей! Вперёд!

И они заспешили на Большую Поляну.

Из дупла Старого дуба к ногам Лисёнка летели совершенно ненужные никому предметы: осколок зеркала, перегоревшая лампочка, растрёпанный игрушечный щенок, кисть, вся в засохшей краске, ржавый велосипедный звонок, пустой спичечный коробок и многое другое.

— Ну, как? — с привычным превосходством спросила ворона. — Чем не подаррки?!.. Бери их и дари кому хочешь… Мне не жалко! Ну, а для меня лично, я надеюсь, ты найдёшь что-нибудь такое-этакое!..

Лисёнок стоял, не зная, что и сказать.

— Тебе не нрравится?! — удивилась Ворона, вытаращив на него свой правый глаз.

— Нет! — честно признался Лисёнок. — Всё это — уже бесполезные вещи!

— Бесполезных вещей не бывает! — обиделась она. — Например, этот тряпичный щенок вполне сойдёт за актерра кукольного театрра, а из велосипедного звонка получится настоящий театрральный звонок! А если эту лампочку засунуть в дырявый носок, то носок можно аккуратно заштопать, и он будет, как новый! А ты говоришь про бесполезные вещи!..

— Всё равно, — ответил Лисёнок. — На Новый год нужно дарить совсем другое.

— Ну, и дари! — разозлилась она. — Только не забудь, что мне нужно что-нибудь такое-этакое!..

Лисёнок отправился искать подарки, а Ворона стала наряжать Голубую ель, что росла недалеко от Старого дуба.

— Чем богаты, тем и ррады, — приговаривала она, развешивая на ветках свои сокровища.

Лисёнок шёл по лесу. Его следы были первыми на тропинке.

— Хорошо просыпаться первым! — сказал Лисёнок. И тут он увидел их. Чужие следы. Кто-то незнакомый проснулся ещё раньше. Кто-то чужой. Лисёнок присмотрелся, даже принюхался. Таких следов не было в лесу ни у кого! Пришлось обо всём забыть и пойти по следу.

Чужой сидел под кустом и дрожал от страха, как и все зайцы.

— Ты что, с неба свалился? — спросил его Лисёнок.

Тот закивал головой и пролепетал:

— С Луны… Я — Лунный Зайчонок…

Лисёнок вытаращил глаза:

— Как же ты у нас очутился?!

— Вы… вы… выпал из колыбели!.. А меня, наверное, ищет мама-а-а!..

И он громко зарыдал — на весь лес, как и земные зайцы не умеют.

Лисёнок принёс его в дом, согрел, накормил морковкой и капустой. Потом они стали дожидаться вечера, когда в небе появится луна.

Папа-Лис был в Соседнем Лесу, но к Новому году пообещал вернуться.

Короткий зимний день быстро уходил на покой. Вот уже холодное, колючее от инея солнце потонуло за лесом. Белоснежный лес превратился в голубой, потом в синий. На небе зажглись звёзды.

И тут к земле пролилась сверкающая дорожка, а по ней спешила Лунная зайчиха.

— Зайчо-о-но-о-к! — кричала она. — Где-е ты-ы-ы?!

— Я — здесь, ма-а-ма-а-а! — закричал гость, и было это слышно на луне и ещё дальше…

— Он ту-у-ут! — крикнул и Лисёнок.

Лунная Зайчиха увидела их и кубарем скатилась прямо на крыльцо.

— Мама! — бросился к ней Зайчонок.

Лунная Зайчиха сказала:

— Сегодня — Ночь Волшебства, и я помогу исполниться твоим желаниям, Маленький Лисёнок!

И весь лес вдруг осветился волшебным светом. А Лисёнок очутился на Большой Поляне. Тут уже собрались его друзья: и Ворона, и Ёжик, и пёс Дракон, и девочка-Лисичка, и даже папа-Лис.

В центре поляны стояла Голубая ель, на которой висели «украшения Вороны».

Вдруг тряпичный щенок встряхнулся, радостно взвизгнул, спрыгнул в снег и забегал по поляне с псом Драконом. Перегоревшая лампочка превратилась в китайский фонарик, его подарили Зайцу. Старому Лису досталась волшебная кисть, которая сразу же начала рисовать на снегу бабочек. А девочке-Лисичке — овальное зеркальце, тоже волшебное. Оно сказало ей тихо: «Жди солнца!» Велосипедный звонок превратился в самый настоящий велосипед-вездеход, он достался Ёжику.

— А мне? — спросила Ворона. — Что такое-этакое я получу от тебя в подаррок?

И Лисёнок снял с еловой ветки кованый сундучок, который был ещё совсем недавно простым спичечным коробком.

— Вот это — вещь для серьёзной собирательницы сокровищ! — обрадовалась Ворона.

— А тебе, — сказала Лунная Зайчиха, — мы с сыном решили подарить Лунную дорожку. Когда будет время — забегай к нам в гости.

Праздник продолжался…

Книжка вторая

— Мама, посиди со мной ещё немножко! Хоть минуточку!.. Когда я вырасту, я буду, как папа?

— Конечно, мой маленький Лисёнок! Но только если научишься всему, что умеет папа. Наш папа — мастер.

— А дядя Бобров — главнее папы?

— Дядя Бобров — бригадир.

— А дядя Медведев?

— Дядя Медведев — его заместитель.

— Мама, а бывают бригадиры над бригадирами?

— Бывают, Егорик! Спи!

Уже спят даже те дети, кто ходит в школу.

Лисёнок и разбойники

Как-то раз Лисёнок, опаздывая домой после прогулки, решил сократить путь и свернул наискосок от Старого Дуба к тому неприятному месту, где старался не гулять никогда, где с незапамятных времён стояли мрачные развалины старинного замка.

Он пробежал бы мимо, если бы не забавная песенка, которую пели ржавые ворота:

— Скрипят на скрипках скрипачи,

скрипит в пути седло в ночи,

скрипит в болоте коростель,

скрипит по кругу карусель…

скрип-скрип-скрипушки

на лесной опушке!..

Как ни спешил Лисёнок, он всё же остановился, чтобы дослушать песенку о скрипах.

— Скрипит зубами стая крыс,

скрипят ступеньки вверх и вниз,

скрипят ворота на ветру,

и сам скриплю я поутру.

Скрип-скрип-скрипушки…

Ворота спели. Песенка закончилась.

— Эй! — крикнул Лисёнок воротам. — Вы чьи?!

Тут над замшелой стеной показалась сначала сбитая набекрень старомодная шляпа с широкими мятыми полями, а потом и худой Котище с облезлой шерстью и рваным ухом. Он высунулся из-за обломка стены до пояса, в лапах держал старинный мушкет и тут же бабахнул в небо.

— Вы это… зачем? — так и присел в кустах Лисёнок.

— А чтоб не подходил близко, — отрезал Котище скрипучим голосом и Лисёнок сразу понял, кто пел скрипучую песенку.

— Вы сторожите эти развалины? — поинтересовался Лисёнок.

— Развалины?! — взвился Кот от злости, так что даже шерсть встала дыбом. — Это — не развалины, щенок! Это — Руины!

— Во-первых, я не щенок, — обиделся Лисёнок, осторожно приподнимаясь над кустами, — а во-вторых, развалины ничем не отличаются от руин.

Кот вытаращил глаза.

— Убью! — взвизгнул он. — Застрелю на месте!

— Перестаньте злиться! — ответил Лисёнок. — У вас очень хорошая песенка, это — раз! Второе. вы так верно охраняете руины великолепного замка! Кому же они принадлежат? Я просто хочу узнать.

— Господину Герцогу Волку! — выкрикнул Хранитель. — Понял?

— Что-то я раньше не слыхивал о таком. — признался Лисёнок.

— Тебе сколько лет? — усмехнулся Котище.

— Мало… — развёл лапами Лисёнок.

— Вот-вот! А мне — много!.. Понял? Даже не помню — сколько. Помню только одно: когда я служил котёнком у господина Герцога Волка, даже Старого Дуба в помине не было! Всё было другое! Понял?

— Сколько же вам лет?! — удивился Лисёнок.

— Не твоё дело, — огрызнулся Кот, а потом таинственно добавил. — Весь секрет — в эликсире.

— В чём? — не понял Лисёнок.

— В волшебном напитке. Перед тем, как отправиться в кругосветное путешествие, господин Герцог Волк дал и мне отпить глоток «Эликсира вечности», чтобы я вечно стерёг этот замок.

— А Герцог вернётся? — спросил Лисёнок.

— Уже сегодня! — ответил драный Кот и достал из кармана потёртого фрака мятый конверт, весь в вензелях и с гербом на обороте. — «Я возвращаюсь — и всё вернётся!» — прочитал Кот наизусть, помахивая конвертом.

— Что вернётся?.. — снова не понял Лисёнок.

— Власть Герцога! — рявкнул Хранитель. — Сила Герцога! Богатство Герцога!.. Никому не поздоровится в лесу! Уж он-то наведёт прежний порядок! Эх, как же нас все боялись! Тряслись, словно зайцы. Ах, — облизнулся он, славное было время сто лет назад! Скольких мы переловили!

— Уж очень он, похоже, кровожадный, этот ваш господин Герцог, опасливо сказал Лисёнок. — Да и вы, простите, тоже, кажется, немного…

— Конечно, мы кровожадные! — хохотнул драный Кот. — Ещё и коварные! И жестокие! И злые! — И он направил мушкет прямо на Лисёнка.

Лисёнок бросился наутёк и уже за спиной услыхал запоздалые выстрелы и хриплую ругань Хранителя Замка.

— Это что за гррохот? Кто стрелял?! — каркнула с ветки Ворона.

И Лисёнок всё ей рассказал.

— Какой стррах! — выкатила она глаза. — Какой ужас! — захлопала в тревоге крыльями. — Погоди-ка!

Она улетела и вернулась со старинной книгой.

— Эта книга ещё моей пррабабки, — сказала Ворона. — В ней — вся история нашего ррода и нашего леса. Посмотрим же, что было сто лет назад.

Она пролистала страницы, но ничего не нашла о Герцоге Волке.

— Стрранно!.. — удивилась Ворона. — Очень стрранно! — повторила она. История леса не знает никакого Герцога Волка!

— А может, он скрывался под другим именем? — предположил Лисёнок.

Ворона не ответила, она нахмурилась и по привычке зашагала по ветке туда и обратно, затем вновь пролистала всю Книгу от начала до конца, и с конца до начала.

— Скорее всего, — пожала она плечами, — тот Котишка прросто пошутил.

И тут!.. Она чуть не свалилась от удивления с ветки: Ворона увидела марширующего по тропинке Волка в высоких сапогах, в шляпе-треуголке, в камзоле с эполетами и шпагой на боку.

— Геррцог! — от ужаса Ворона вытаращила глаза и закричала на весь лес, — Карраул! Тревога!

— Кто? — спросил Лисёнок снизу. — Герцог Волк?!

— Нужно поднимать по тревоге наших!.. — кричала Ворона. — Беги! Зови! Тревога! — и взлетела над Дубом. — Карраул!.. Тревога!

Лисёнок побежал за Ёжиком и Зайцем…

— Отлично, — сказал Ёжик, — Идём!

Заяц сначала был настроен не совсем по-боевому, однако, нашёл в себе мужество и тоже сказал:

— Идём!

Втроём они неслышно подобрались к руинам древнего замка и сквозь кусты увидели у стены Кота и Волка.

— Ваша светлость! — говорил Кот, сняв шляпу. — К сожаленью, это всё, что время оставило от вашего имения, но руины, согласитесь, живописны.

— Ничего, — милостиво хрипел Герцог Волк. — Как только лес вновь станет моим, я заставлю весь звериный народ строить мне другой замок! Он будет выше и мрачнее прежнего! Для устрашения. Пушка будет стрелять каждый вечер. Для дисциплины. По воскресеньям с башни будут сбрасывать кого-нибудь. Для правильного понимания жизни.

— Пора, — шепнул всем Ёжик и свернулся колючим клубком. — Кидайте меня прямо в глаз Герцогу, не промахнитесь!

— Эй! — крикнул из-за кустов Лисёнок. — Готовьтесь к бою!

— Это кто ещё там?.. — обернулся Волк и достал шпагу из ножен.

— Мы! — поднялся во весь рост Лисёнок.

— Ты?! Тут?! Опять?! — заверещал Кот. — Я же предупреждал: сюда ни на шаг!

— Не знаю, какие там были зайцы сто лет назад, — выскочил из-за кустов Заяц, — но сегодня вы узнаете, какие зайцы сейчас! — И он храбро встал рядом с Лисёнком.

А за ним со всех сторон стали смыкать свои ряды вокруг Кота и Волка все звери леса.

— Карраул! — сзывала звериный народ Ворона. — Тревога! Всем, всем к старым рразвалинам! Тревога! Рразбойники!

И тут!.. Тут произошло совершенно непонятное. Раздался скрип колёс, на поляну на полном ходу въехала карета «Скорой помощи», из неё выскочили псы-санитары в белых халатах, и не успел Лисёнок удивиться, как и Кот, и Волк очутились в карете и оба в смирительных рубашках.

— Простите за беспокойство, — обратился ко всем толстый санитар. Сбежали из лечебницы. Вот этот — «Хранитель» — постоянно твердит о каком-то замке, а тот, в эполетах, возомнил себя Герцогом… Надеюсь, они больше вас не побеспокоят.

И карета «Скорой помощи» укатила. На поляне воцарилась растерянность: никто не ожидал такой развязки.

— А мы-то думали, они — настоящие, — произнёс, наконец, Ёжик, превращаясь из боевого колючего ядра снова в Ёжика.

— Жаль! — вздохнул Заяц. — Я только сейчас понял, что такое — быть храбрым.

— Ничего, — сказал Ёжик. — Даже если они оказались ненастоящими мы-то с вами всерьёз готовились к бою!.. Мы были все вместе. Смотрите! закричал он.

На земле у скрипучих ворот лежала старинная бутылка с золотой этикеткой: «Эликсир вечности».

— Чему теперь верить?… — удивлённо сказал Ёжик.

Бутылка была пуста. Из горлышка вылетел Мотылёк. Он дружески кивнул Лисёнку и заспешил по своим делам.

Был летний день. Было синее небо. И, казалось, сам вечный лес поёт забавную песенку:

— Скрипят на скрипках скрипачи,

скрипит в пути седло в ночи,

скрипит в болоте коростель,

скрипит по кругу карусель,

и мы, ворота, поутру

скрипим, качаясь на ветру…

Скрип-скрип-скрипушки

на лесной опушке!..

Лисёнок и отряд черепах

Лисёнок и его друзья забрели как-то на дальний край Самого Дальнего Леса. Совсем чужого и незнакомого.

Незнакомым было всё: другие деревья и кусты, иной берег реки, чужая трава…

В траве лежало яйцо. Не простое яйцо, а расписное. Не просто расписное яйцо, а огромное яйцо. Как холодильник на кухне. Увидев его, Лисёнок радостно и призывно завопил:

— Теперь я — не Лисёнок,

а — сказочная Птица.

— Оно принадлежит какой-то важной птице, — мудро заметила Ворона. — Но с другой стороны — зачем на ней изображены цветы?.. Цветы из яиц не вылупляются…

— Зато вылупляются черепахи! — вспомнил Лисёнок.

— И крокодилы… — подошёл ближе Кабан, который наблюдал за ними из кустов.

— А может, оно — змеиное?.. — подполз Уж. — Мы ведь тоже появляемся на свет из яиц… Вот, кстати, на нём и нарисованы кинжал и змея!

— Вот если бы на каждом яйце, — сказал Лисёнок, — был портрет того, кто должен родиться!.. Не было бы путаницы! А иначе можно попасть в непредвиденные обстоятельства!.. Моя мама мне рассказывала перед сном, как её дедушка с его бабушкой однажды увидели в гнезде куропатки…

— Тс-с-с… — зашипел на него Уж. — Там кто-то шевелится!..

Все прислушались.

— Действительно, в яйце кто-то просыпается!.. — воскликнула Ворона.

— Тогда его нужно высидеть, — решил Ёжик.

— Одной это будет тррудно, — покачала головой Ворона.

— А давайте все вместе согреем яйцо! — предложил Лисёнок… — Однажды, когда я согревал папе на ужин его любимый омлет с луком…

— Это идея! — перебил его Лось. — И когда птенец вылупится, он будет нашим общим любимцем!.. Я научу его честно драться!

— А я — жалить врага, — сказал Уж, который, кстати говоря, сам-то жалить и не умел. Но умел учить.

— А я — зоррко видеть всё вокрруг! — захлопала крыльями Ворона.

— А я научу его сворачиваться клубком, — добавил Ёжик.

— А я — быстро бегать, — сказал Лисёнок. — Это очень важно… Однажды мой брат убегал от собак особым секретным способом…

— А я!.. А я!.. А я!.. — затараторили остальные звери. Но тут яйцо треснуло, и из скорлупы выбралось странное существо: у него было змеиная голова, хвост ящерицы, уши осла, всё оно было покрыто шерстью, как медведь, и имело крылья, как у летучей мыши.

— Ты к-к-кто?!.. — изумилась Ворона.

— Я — Дракон!.. — гордо заявило чудище. — И очень хочу есть.

— Сейчас я принесу тебе грибы, — забеспокоился Ёжик.

— А я — молодые побеги, — подхватил Лось.

— А я — жёлуди, — хрюкнул Кабан.

— А я — яблоки, — спохватился Лисёнок. — Моя тётя говорит, что в них есть витамины А, Бэ-один и Бэ-два… А ещё — Цэ и Дэ…

— Ну, вот ещё! — захохотал Дракон. — У меня — своя азбука: А) — на завтрак я ем зверей; Б) — на обед — птиц; В) — на ужин — рыб… Сейчас утро, — он обвёл всех маленькими злыми глазками, — и я съем этого пузатого…

Он раскрыл пасть — и Кабана не стало!

— А теперь я буду спать!.. У меня свои, драконовские законы. Так что копытами не топать, крыльями не хлопать, — зевнул он. — Бай-бай, зайцы-лебеди, до обеда!..

И захрапел…

Все ошеломлённо молчали.

— Вот вам и общий любимец… — тихо произнёс Лось. — Что будем делать?

— Дррраться!.. — каркнула Ворона.

— Ссстрашшшно… — свернулся в кольцо Уж. — Раздавит и растопчет…

И тогда вперёд вышел Лисёнок:

— Эй, вы, зайцы-лебеди!.. Дракона я берусь прогнать!

Всем, кто ещё утром посмеялся бы над ним, сейчас было не до смеха.

— Что тебе для этого нужно, о храбрый Лисёнок?.. — спросил Ёжик.

И тот поделился со всеми своим планом.

Когда в полдень Дракон проснулся, он зевнул, сладко потянулся, посмотрел по сторонам и очень удивился, обнаружив рядом с собой Лисёнка.

— Это тебя прислали ко мне?.. — разочарованно спросил он.

— Я пришёл сам, — поклонился Лисёнок.

— Похвально, но ты всё равно мне только на один зуб!.. А их у меня сто, не считая клыков, — рассмеялся он своей глупой шутке. — Кроме того, по уговору, на обед я ем птиц!

— Я пришёл к тебе не в качестве птички, о премудрый!

— Но если в качестве рыбки, то ещё не вечер… — Дракон облизнулся… — Хотя… солнце уже начинает заходить за вершину горы… Полезай в мою пасть, да поживей!

— О всемогущий! — печально улыбнулся Лисёнок. — Ты не так меня понял… Я пришёл, чтобы спасти тебя…

— От кого?!.. — опешил Дракон.

— От другого Дракона, который обедает только Драконами.

— А завтракает?.. — с надеждой спросило чудище.

— Ими же. И завтракает, и полдничает, и ужинает…

Тут невдалеке раздался страшный рёв: в нём было и рычание, и шипенье, и клёкот.

— Это он, ужасный и многоголовый! — завопил в страхе Лисёнок и упал на землю.

— У него много голов? — с опаской спросил Дракон, плюхаясь рядом.

— Очень… И у каждой — зверский аппетит! Уж как я ни объяснял ему, что только ты должен нас съедать — он и слушать не хотел! Я, говорит, съем сначала его, глупца и дурака, то есть тебя, а уж потом доберусь до всех вас!

— Он так и сказал: «глупца и дурака»? — мрачно переспросил Дракон.

— Так и сказал: «глупца и дурака»! — с удовольствием повторил Лисёнок. — А может, я и ошибся…

— Конечно же, ошибся! — возмутился Дракон.

— Да, — успокоил его Лисёнок. — Теперь я вспомнил: он сказал иначе: «дурака и глупца»! Вот!..

— Что же делать?! — заревел Дракон, забеспокоившись не на шутку.

— Бежать, твоя милость!

— Куда?

— Я всё продумал… У берега тебя будет ждать плот.

— Молодец! — обрадовался Дракон.

— Это что, — скромно опустил глаза Лисёнок. — Помню, в прошлом году, на даче у дяди…

Но тут страшный грохот заглушил его слова.

— Бежим! — не своим голосом закричал Дракон и первым бросился к реке.

Он вскарабкался на плот и стал поспешно отпихиваться от берега.

— Постой! — остановил его Лисёнок. — Если твои крылья соединить прищепкой, он подумает, что это — парус, а ты — лодка, и не обратит на тебя внимания!.. Я как раз захватил одну.

— О, мудрый Лисёнок!.. — растроганно произнёс Дракон. — Я обещаю тебе, что съем тебя последним… — И послушно дал Лисёнку прищепить свои крылья.

Но тут у реки появилось многоногое чудовище с четырьмя головами. Одна голова была рогатая, другая — колючая, третья — с клювом, а четвёртая — с жалом.

— Где он?!.. — закричали головы разом.

А Дракон, ни жив-ни мёртв, притворившись лодкой, плыл к середине реки. И тут Лисёнок закричал:

— Эй, плот, остановись!

Расплывись! Перевернись!

И плот (а он состоял из черепах) расплылся в разные стороны.

— Тонуу-у-у!.. — забарахтался Дракон и поплыл в другую сказку.

А чудище (это были Ёжик, Лось и Ворона, обвязанные Ужом), «разбежалось», и все стали смеяться, плясать от радости и хвалить умного Лисёнка.

Дракон на цепи

— Эй, на том берегу!.. — крикнул что есть силы Лисёнок и прислушался, но никто не отозвался.

По холодной реке плыли осенние листья, а огонёк на том берегу мерцал, и его отражение дрожало в воде.

— Если ты собрался купаться, — сказала ему Ворона с ветки, — то, открровенно говоря, уже холодно!

— Ты не знаешь, — спросил её Лисёнок, — кто живёт там, где светится огонёк?..

— Дрракон! — каркнула она.

— Ты его видела?! — с изумлением спросил он.

— И видеть не желаю! Что мне, жить надоело?

— Вот бы познакомиться…

— Дуррачок! — фыркнула Ворона.

Она слетела на землю и стала вышагивать взад-вперёд перед Лисёнком.

— Рразве ты не сообрражаешь, что такое Дрракон?!.. Ведь это стрррашилище! Монстрр!.. И вдобавок — трёхголовый!..

— Откуда ты знаешь?! — вовсю раскрыл глаза Лисёнок.

— Так все говорят. — отрезала Ворона.

— Кто говорит?!.. Кто его видел?..

— Кто конкретно — не знаю, но видели… А ещё по ночам он воет!..

И тут действительно кто-то завыл на том берегу, жалобно и отчаянно.

— Ну, что я говорила?! У меня прямо муррашки бегут по перьям, как его слышу!.. Стррах!..

— А может, ему просто нужна чья-то помощь — вот он и воет?

— Ну да! — усмехнулась она. — Именно твоя помощь ему и нужна!.. Да он таких прростачков, как ты, только и ждёт!

И она улетела.

— Нет, всё-таки интересно, какой он — этот дракон! — сказал себе Лисёнок и запрыгнул в лодку у причала. Он развязал цепь, пристроил вёсла, и лодка поплыла к другому берегу.

«Как же я заговорю с Драконом?.. — думал он. — Ведь, наверно, это очень трудно разговаривать сразу с тремя головами… Хорошо, если только Я буду задавать вопросы, а если все три головы начнут их задавать мне?.. Не успеешь отвечать!..»

И представил себе говорящего Дракона…

— А-А!.. — РАСПЛЫЛАСЬ В УЛЫБКЕ ПЕРВАЯ ГОЛОВА. — КТО К НАМ ПОЖАЛОВАЛ!.. УВАЖАЕМЫЙ ЛИСЁНОК!..

— ДОРОГОЙ ЛИСЁНОК!.. — ВСКРИЧАЛА ВТОРАЯ. — НАКОНЕЦ-ТО!.. МИЛОСТИ ПРОСИМ!..

— ДА-ДА-ДА!.. — ЗАКИВАЛА ТРЕТЬЯ. — МЫ ДАВНО ТЕБЯ ЖДЁМ!..

— ГДЕ ЖЕ ТЫ БЫЛ?

— ГДЕ ПРОПАДАЛ?

— КАК ДЕЛА?

— МНЕ ТАК БЕЗ ТЕБЯ БЫЛО СКУУЧНОО!.. — ЗАРЫДАЛ ДРАКОН ВСЕМИ ТРЕМЯ ГОЛОВАМИ…

«И совсем он не страшный…» — гребя вёслами, успокаивал себя Лисёнок.

Огонёк приближался.

«А если всё-таки этот дракон — драчун?.. — кольнуло его сомнение. Нет, вовсе я не испугался, — успокаивал он себя, — но было бы лучше, если б рядом были мои друзья!..»

И он представил себе, что вместе с ним в лодке плывут в гости Ёжик и Ворона.

ЁЖИК ВЫДЕРНУЛ ИЗ СЕБЯ ТРИ КОЛЮЧКИ И ПРИЛОЖИЛ ОДНУ К ТЕТИВЕ ЛУКА.

А ВОРОНА СКАЗАЛА ЛИСЁНКУ:

— НЕ ТРРУСЬ!..

ВЖИТЬ! — И ЕЖИКИНА СТРЕЛА ВОНЗИЛАСЬ ПРЯМО В ОДНУ МОРДУ ДРАКОНА! ВЖИТЬ! — В ДРУГУЮ. — ВЖИТЬ! — В ТРЕТЬЮ.

— ААААА!.. — КРИЧАЛА ОТ БОЛИ ОДНА ГОЛОВА.

— ОЕЕООЙ!.. — СТОНАЛА ДРУГАЯ.

— БОЛЬНО!.. — ВИЗЖАЛА ТРЕТЬЯ.

А ВОРОНА КРУЖИЛАСЬ НАД НИМИ И ДОЛБИЛА КЛЮВОМ ПО ТРЁМ МЕРЗКИМ БЕСТОЛКОВЫМ ЛБАМ!

БАМ! БОМ! БУМ!..

— СДАЮСЬ! — ЧУДИЩЕ РУХНУЛО НА КОЛЕНИ. — Я НЕ ЗНАЛ, ЧТО У ТЕБЯ ВЕРНЫЕ И СИЛЬНЫЕ ДРУЗЬЯ!..

Тут Лисёнок перестал грести и прислушался.

«Всё-таки страшновато, — засомневался он. — Может, и впрямь вернуться?..»

Но до огонька на том берегу оставалось совсем немного.

И тут жалобный протяжный вой вновь разбудил тишину. Лисёнок вздрогнул и решительно направил лодку к чужому берегу.

Она стукнулась о прибрежные камни и остановилась.

То был обычный бревенчатый дом, огороженный забором, с воротами и калиткой, на калитке была табличка:

«ОСТОРОЖНО, ЗЛАЯ СОБАКА!»

Лисёнок, преодолевая страх, постучался…

Раздался сердитый лай, бряцанье цепи, щёлканье щеколды. Калитка распахнулась.

Перед Лисёнком стоял Пёс. Это был старый Пёс с вылезшей на боках шерстью, в рваной кепчонке и с ружьём на плече. От пояса тянулась длинная ржавая цепь.

Они постояли друг перед другом молча.

— Вы это… чего?.. — подал наконец голос Лисёнок.

— А ты чего? — грубо спросил Пёс, хмуря брови и держась за приклад. Чего надо?

— Я… ничего… — пробормотал Лисёнок. — Я только хотел узнать: не нужна ли кому помощь?..

— Помощь?! — удивлённо протянул Пёс. — Нет, помощничков не нужно!.. Шляются тут всякие!..

Лисёнок спросил:

— А вы тут, значит… один живёте?..

— Само собой. Дачу охраняю… Хозяин вчера вот был. Костей навёз… Уехал он. Деловой.

— Я знаю, — ответил Лисёнок. — У него три головы, а из каждой пасти пышет огонь!.. Вот только удивляюсь, как это он до сих пор дачу не спалил. Дом-то — деревянный.

— Погоди, погоди! — недоуменно заморгал Пёс. — Какие три головы?.. Какой огонь?!..

— Да у вашего хозяина, у Дракона!

— Чего?! — рассмеялся Пёс. — Ну и дурачок же ты!.. Дракон — это я!..

— Вы?!..

— Ага. Имя у меня такое: ДРА-КОН!..

— А я думал… что дракон-то… настоящий!..

— А я не понял: что это за три головы такие… — закашлялся от смеха Старый Пёс. — Тоже выдумал: огонь из пасти!.. Ха-ха!.. Хо-хорош был бы мой хо-хозяин!..

Вдруг он оборвал смех и прислушался:

— Они! — прошептал Дракон. — Явились, подлые!

— Кто? — спросил Лисёнок.

— Мыши…

— Мыши?! — с интересом поднял голову Лисёнок и принюхался: — И много их?..

— Ох, и много, — вздохнул Дракон.

— А вы чего дрожите? — повеселевшим голосом сказал Лисёнок.

— Прохлады-ды-ная ночь… — пробормотал Пёс, мучительно высматривая из темноты незваных гостей.

Вдруг он закричал:

— Вот они! — и отпрыгнул в сторону.

— Так вы боитесь! — удивился Лисёнок.

Пёс Дракон кивнул.

— С детства… — еле слышно сказал он.

— Значит, я всё-таки недаром приплыл сюда!..

— А разве ты их не боишься?.. — прошептал Пёс.

— Мыши — моя слабость, — улыбнулся Лисёнок и, обернувшись к подозрительно шуршавшим кустам, крикнул в полный голос: — Эй, вы, хвостатые ушастики!.. С вами говорю я, храбрый Лисёнок!.. Если вы не уберётесь отсюда подобру-поздорову — будете иметь дело со мной!

— Хи-хи-хи!.. Ха-ха-ха! — прыснуло из темноты. — Какой храбрец!..

— Катился бы на свой берег!

— Думает, мы испугались!..

— Нас даже слоны боятся!..

— Слышал об этом! — крикнул им Лисёнок. — А я вот не боюсь!

— Будь с ними поосторожнее, — предупредил его вполголоса Старый Пёс. Они, такие-сякие, сил моих больше нет!

— Считаю до пяти, — объявил им Лисёнок. — Если вы не уберётесь прочь очень пожалеете об этом!

— Не бойся его, ребята! — раздался наглый мышиный голос. — Заходи слева! А ты — справа! Бери их в кольцо!

— Гони их, гони!.. Тут наш чердак! — завопили мыши.

— Наши подвалы!

— Наши запасы!..

— Прочь их, прочь!..

Мыши заулюлюкали и серой стеной стали наступать.

— Никогда ничего не боялся, — бормотал несчастный Пёс. — Насмерть с волками стоял! Воров в дом не пускал, а тут…

— Честно говоря, — ответил Лисёнок, — и я никогда не дрался с мышами…

— Тогда мы погибли! — прошептал Пёс Дракон и завыл на весь берег.

— Помолчите! — прикрикнул на него Лисёнок. — Если я раньше и не знал, то сейчас узнаю, как это делается!.. — И он бросился на мышей. Дракон от испуга несколько раз выстрелил в воздух.

— Летим! Летим! — раздалось со стороны реки, и над двором появилась Ворона, она держала в лапах Ёжика.

— Вы прибыли вовремя! — крикнул им Лисёнок. — Я начал войну с мышами!

— С мышами?! — в восторге воскликнул Ёжик.

— Урра! В атаку-у! — каркнула Ворона.

Мыши, завидев Ежа, бросились врассыпную.

А пёс Дракон всё палил и палил в воздух.

— Ты чего палишь? — спросили его наконец. — Всё, победа…

— В честь победителей!.. — сказал он и снова бабахнул.

— Лисёнок, — сказала Ворона, — тебя уже целый час ищет отец, порра ужинать…

Дракон снял с пояса цепь и проводил друзей к реке.

— Прощайте!.. Выручили!..

— Приплывайте и вы на наш берег, — сказал ему Лисёнок. — У нас очень весело!

— Я бы приплыл, только вода нынче холодная.

— Берите нашу лодку! — великодушно сказала Ворона. — Ну, приятели! Хватайтесь-ка за мои лапы!.. Начинаем перелёт через реку!

Друзья поднялись над землёй. Расправив крылья, Ворона медленно и низко летела на свой берег.

— Эй, на том берегу!..

Постричь мамонта!

Однажды Лисёнок повстречал на лугу огромный стог сена, который срывал хоботом сочную траву. Ещё у него были большие, крюками закрученные бивни и маленькие строгие глаза.

— Здравствуйте! — сказал ему Лисёнок. — Вы… кто?

— Мамонт… — ответил стог сена и насмешливо посмотрел на Лисёнка.

— А мне говорили, что мамонты давно… простите, вымерли!.. — сообщил Лисёнок.

— Я живу здесь не одну тысячу лет… — ответил Мамонт.

— Поразительно!.. — поразился Лисёнок. — Я знаю в нашем лесу каждого!

— Ну? — сказал Мамонт.

— А вот с Мамонтом никогда ещё не сталкивался! — сказал Лисёнок.

— И правильно делал! — Мамонт тряхнул тряхнул огромными ушами. И поднялся ветер, зашелестели травы. Топнул ногой — и загудела земля. Страшно?

— Я… не боюсь, — ответил Лисёнок, хотя всё-таки немного струхнул: шерсть так и встала дыбом от загривка до хвоста. — Я всегда не верил тому, что вы… это… навсегда исчезли.

— Ничто в Природе не исчезает… — таинственно сказал Мамонт, затем поднял к небу хобот и вдруг затрубил.

— Грустная песенка… — вздохнул Лисёнок, когда мелодия закончилась. Наверное, вам очень одиноко.

— Древняя мелодия, — возразил Мамонт. — Я живу в чаще, там всё напоминает далёкие века… Не люблю быть на виду… Новые времена — не для меня… А хочешь, я тебя покатаю? — предложил он и протянул к Лисёнку шершавый хобот.

— Ещё бы! — сказал Лисёнок и уселся на хоботе верхом.

Мамонт стал его раскачивать — верх-вниз, справа-налево! Сначала осторожно, потом всё шире, всё выше.

— Эй, на хоботе! Держись покрепче! — покрикивал Мамонт.

— Выше!!! — кричал в ответ Лисёнок. — Ещё выше! Я не боюсь!

Ну, и весело же им было!

— Пожалуй, на сегодня хватит! — крикнул, наконец, Лисёнок, накачавшись вволю, и спрыгнул на траву.

— Понравилось? — спросил Мамонт.

— Благодарю вас! Мне очень понравилось! Надеюсь, мы ещё встретимся! и он поспешил поведать всем об этом необыкновенном знакомстве.

Первой он встретил Ворону. Она сидела на ветке Старого Дуба и каркала от нечего делать на весь лес:

— Уврр! Карр!

Лисёнок тут же ей обо всём и рассказал. Та всплеснула в изумленьи крыльями:

— Беспорядок! Уверена, это — сбежавший из зоопаррка слон! Какой кошмарр! Какой курьёз! Какое безобрразие!

— Никакой он не слон, ха-ха-ха! — расхохотался Лисёнок, — а самый настоящий Мамонт!

— Арргументы? — потребовала Ворона.

— Он очень лохматый! Вот тебе аргумент! — ответил Лисёнок.

— Полетели! — заинтересовалась тогда Ворона. — Любопытно взглянуть на очередного самозванца…

И Лисёнок вместе с Вороной вернулся на луг.

Мамонт, как ни в чём не бывало, продолжал уплетать молодую траву.

— Так и есть! — сказала Ворона, вытаращив на него глаза и не подавая виду, что очень удивилась. — Обыкновенный индийский слон… Или, скорее, африканский… Точнее смогу сказать лишь после того, как его постригу.

— Ты хочешь его… постричь?! — воскликнул Лисёнок.

— Естественно! — твёрдо ответила Ворона. — Моя задача — привести мирр к полному соответствию с Прирродой! — И она обратилась к Мамонту: — Эй, послушайте, любезный! Рразве прилично ходить в таком виде?

Тот недоуменно повернул большущую голову.

— В каком таком?..

— В диком! — ответила Ворона. — В диком!! В неверротяно диком!!!Хоть в нашем лесу и живут дикие звери — вид у них, взгляните сами — вполне благопристойный. — И она кивнула на Лисёнка. — Так что очень рекомендую заняться своим внешним видом.

— В каком смысле?!.. — удивился Мамонт.

— Подстричься — рраз! Укорротить бивни — два! — объяснила Ворона.

— Но тогда я уже не буду похож на Мамонта! — рассмеялся он. От его смеха задрожал воздух.

— И не надо! — ответила настырная Ворона. — Мало ли кто на кого похож! Важнее: кто ты на самом деле!

— На самом деле — я Мамонт!.. — и Мамонт показал хоботом на Лисёнка: Он знает.

— Ничего он не знает! Он ещё ребёнок! — махнула крылом Ворона и безаппеляционно заявила: — Все мамонты давным-давно вымеррли. Это — научный факт!

— А я вот — живу! — сказал Мамонт. — Не одну тысячу лет!

— Прекратите! Так долго никто не живёт! — поморщилась Ворона. Наберитесь мужества и честно признайтесь, что вы — старрый слон!

— Нет! — возразил Мамонт. — Я — не слон! Ни в коем случае!

— Самый настоящий! — настаивала на своём Ворона. — Слон, слон, слон!

— Я — Мамонт, мадам! — Мамонт начинал сердиться.

— Слон! — каркнула Ворона, тоже теряя терпение. — Это ж надо: вбить себе в голову такую чушь!

— Мой папа был мамонтом, моя мама была мамонтихой… — сказал Мамонт. — Это конкретно и научно!

— У вас буррное вообрражение, любезный, — холодно заметила Ворона. Или — нездорровое самомнение. Что, в данном случае, одно и то же! Прраво, смешно выглядеть оригиналом при помощи такого дешёвого фокуса! Когда я однажды была в перьях ррозового фламинго, то вовремя поняла, с помощью вррачей, конечно, что каждый должен оставаться самим собой! В полном соответсвии с законами Природы! Так что — немедленно стричься!.. приказным тоном подытожила она. — И никуда отсюда не уходите, — строго предупредила она. — Я скорро вернусь. Я лечу за парикмахерскими инструментами. — И полетела.

— Погоди! — крикнул ей Лисёнок, сорвавшись с места. — Что, если ты ошиблась?

— Я никогда ни в чём не ошибаюсь! — категорично ответила Ворона, не сбавляя скорости полёта. — Мы ещё увидим его слёзы признания и рраскаянья!

— Любого можно заставить признаться в чём угодно! — мчался за ней Лисёнок.

— Меня не заставишь! — назидательно заметила она, опускаясь в своё гнездо. — Гм! И куда запрропастились ножницы?

— А я почему-то ему верю… — задумчиво сказал Лисёнок под деревом. Он сыграл такую грустную песенку, которую мог сочинить только Мамонт.

— Много ты знаешь их песен! — отозвалась из гнезда Ворона. — Верить нужно непременно в рразумное! — Она принялась стучать и звенеть в гнезде разными предметами. — Куда же я их сунула?.. — злилась она.

В траву полетели ключи, рыболовные крючки, пуговицы, очки и прочая дребедень. Лисёнок на всякий случай отошёл подальше.

— Уррра! Всё в порядке — раздалось её радостное карканье.

С ножницами в клюве и пилой в лапах она полетела обратно. Лисёнок — за ней.

Когда они вернулись на луг, Мамонта там уже не было.

— Сбежал! — всплеснула крыльями Ворона. — Так я и знала! Стррусил стать самим собой!.. Теперь найдёт себе дрругого дуррачка вместо тебя и будет дальше плести про то, что он — Мамонт! А кто-то рразвесит уши и станет потакать его врранью!.. Вот и приводи после этого мирр к полному соответствию с Прирродой!

И она, разобиженная, улетела со своими парикмахерскими инструментами обратно в гнездо.

А Лисёнок побежал искать Мамонта.

Туман из Лондона

Был чудесный летний день.

Весь лес стоял пронизанный солнцем. Оно высветлило верхушки деревьев, брызнуло на листья, легло на поляну, даже полилось на корни Старого Дуба.

— Здравствуйте, дяденька Лось! — вежливо обратился Лисёнок к Лосю, который на раскидистых рогах нёс в столярную мастерскую деревянные чурки. Их напиливал на реке мастер Бобёр, а дядя Лось — носил.

Лисёнок пошёл рядом.

— Вы — такой умелый мастер! — сказал Лисёнок. — Когда у вас будет время, сделайте мне пожалуйста хорошее кресало! Мы бы могли иногда разжечь костёр на поляне.

Лось, не поворачивая нагруженной головы, на ходу обронил:

— Детям играть с огнём — запрещено!

Внезапно Лисёнок обо что-то споткнулся. Он поглядел себе под ноги и увидел бутылку — пыльную, старую, закупоренную пробкой. Лежала она здесь, наверное, давно, даже мхом покрылась.

— До свидания, дяденька Лось!

Он поднял бутылку, посмотрел сквозь неё на солнце и увидел внутри что-то похожее на пойманное облако.

И Лисёнка вдруг осенило!

В БУТЫЛКЕ СИДИТ ДЖИНН!

Тысячу лет ждёт он в нетерпении, когда Лисёнок выпустит его в этот чудесный солнечный лес! И обязательно наградит за это!

«Что же попросить за спасение? — стал размышлять Лисёнок. Велосипед?.. Надувной шар?.. Нет, — решил Лисёнок, — надо придумать ЧТО-ТО такое!.. Не знаю, что… Может быть, за своё спасение Джинн предложит ему это ЧТО-ТО сам…»

И Лисёнок вытащил зубами пробку!..

Да-да-да! Так оно и случилось! Из бутылки вылетело облако, густое и мохнатое, взлетело над лесом, снова опустилось, и вскоре весь лес стоял в пелене тумана.

Лисёнок не на шутку испугался. Словно он попал в банку с молоком. Куда ни повернись — ничего не видно, даже Старого Дуба.

Умолкли птицы. Опустили смычки скрипачи-кузнечики. Стало по-настоящему страшно…

И Лисёнок прошептал:

— Эй, дяденька Джинн…

Ему никто не ответил.

Тогда он закричал что есть силы:

— Эге-гей! Дяденька Джинн!..

И вдруг чей-то хриплый простуженный голос произнёс:

— Хэлло, бой!.. Я не есть Джинн… — тут голос рассмеялся, а потом закашлялся.

— А кто?.. — спросил испуганный Лисёнок.

— Туман… — ответил голос. — Туман из Ландан…

— Откуда?!.. — вовсе удивился Лисёнок.

— Из Ландан… — Голос говорил с иностранным акцентом. — Англия… Когда-то ваша Леший гостила в наш Шервудский лес. Ему так понравился английский атмосфера, что он забрался за собой кусочек Ландан, то есть меня!.. И по ошибке выбросила на дорога… Он думал, что бутылка пустой… Что в нём ничего нет! Но там была я — Туман из Ландан!.. И сидеть бы мне тут много-много зим, то есть… лет, но ты выпустила меня! Сенк`ю, бой! Спасибо, Лисёнок! И хоть я не есть Джинн, но также исполняю твой любой желаний… Чего ты хочешь?!..

— Я… не знаю… — растерялся Лисёнок. — Я подумаю…

— Думай-подумай!.. — рассмеялся Туман из Лондона. — А я пока разминать свой старый ревматичный кости!..

Он снова закашлялся и умолк.

А рядом с Лисёнком появилась Ворона.

— Какая каррасота!.. — с восторгом закричала она. — Это ж надо: очутиться в самом Лондоне!..

— Красота?! — недоуменно спросил Лисёнок. — Но я не хочу жить в Лондоне!..

— Ещё бы! — презрительно усмехнулась Ворона. — С такими манеррами и в таком наряде!.. Напримерр, я — всегда была уверена, что стану англичанкой!.. А может быть, я даже рродом из Англии, кто знает?!.. Недарром мы, ворроны знаем английский: «Каррр» — это значит — «автомобиль»!

— Но я не хочу каркать! — возмутился Лисёнок. — Я хочу домой.

— Дуррачок!.. Ты и так дома!.. Это ж такое везенье: не улетая, очутиться за грраницей!..

И она растворилась в тумане.

— Эй, кто-нибудь! — закричал в отчаяньи Лисёнок, вновь очутившись в одиночестве, и вдруг некстати подумал: «А который час?.. Сейчас, наверное, и время утонет в тумане…»

И тут где-то над невидимым небом пробили часы. Совсем как кукушка, только медленно и важно:

— Ку-куу-боммм! Ку-куу-боммм! Ку-куу-боммм!..

— Что это? — удивился он.

— Это есть часы на башне Биг-Бен, — вновь раздался голос Тумана. — Ну что, надумал?..

— Ещё нет… — замялся Лисёнок. — Мне никогда не приходилось думать в тумане…

— Ну-ну, — усмехнулся Туман из Лондона, — я ещё немного подождать…

И его голос снова затих.

Вдруг рядом зазвенели колокольцы и подъехал кэб, запряжённый английскими бульдогами. Там сидела Ворона.

Лисёнок отскочил в сторону.

— Вот что значит влияние Запада! — с восторгом воскликнула она. Видишь, как облагорродился наш лес?.. Биг-Бен!.. Кэбы!.. О, туманный Альбион!.. Ещё бы преврратить наш ручеёк в Темзу — вот было бы прекррасно!.. Кстати, ты записался на мои ускоренные куррсы?.. Поспеши! Я набирраю всех желающих научиться выговаривать английское слово «карр», что значит — автомобиль!.. А сейчас, пррости, — мне некогда. Спешу к английской корролеве! На карр-навал!

Бульдоги с Вороной исчезли в тумане, а Лисёнок сел на пенёк и заплакал. Он очень любил свой лес, которого больше никогда не увидит, было жаль ручья, который может превратиться в Темзу, и ещё ему не хотелось учить это английское слово «каррр!»

Ему очень хотелось домой, и самое главное: он соскучился без солнца!..

— Ну что?.. — раздался над ним голос Тумана. — Придумал подарок?

— Да! — вдруг твёрдо сказал Лисёнок и удивился: как это желание не пришло ему в голову раньше?.. Он вскочил и крикнул: — Я хочу солнца!.. — И добавил: — Это был бы для меня самый лучший подарок…

— Это есть пустяк! — рассмеялся Туман и тут же закашлялся. — Я действительно соскучился по своей земля. А на прощанье я подарю тебе плащ… В жаркий день набрось его на плечи… Прощай, Лисено-о-о-к!..

И его голос растаял вместе с молочной пеленой…

…Лисёнок стоял посреди солнечной поляны и не верил, что всё сбылось. Так же пели птицы и играли на скрипках кузнечики. Лишь на Старом Пне лежал дымчатый заграничный плащ, а на ветке Старого Дуба сидела разгневанная Ворона.

— Какая неспрраведливость!.. Поднапустили туману — и на тебе!.. — Она презрительно посмотрела вокруг. — Рразве это — крраски?!.. Рразве это жизнь?!..

— Возьми мой плащ, — сказал ей Лисёнок. — Туман подарил его мне, а я дарю тебе. В этом плаще в жару тебе будет прохладно.

Ворона тут же слетела на пень.

— Какая редкость!.. — ответила она, ухватив плащ. — Подаррок из Англии! У меня срразу испрравилось настрроение!..

Лисёнок заспешил домой.

Книжка третья

Садовая Улитка

под розовым кустом

когда-то потеряла

уютный старый дом.

В котором — десять комнат,

всё окнами на юг.

Дом с крышей черепичнной,

с верандою вокруг.

В нём был чердак просторный,

глубокий погребок.

А из трубы над домом

лохматый шёл дымок.

Когда и где случилась

с бедняжкою беда

не помнила Улитка,

забыла навсегда.

Смеются над Улиткой

жуки и мотыльки,

и осы, и стрекозы,

и даже светлячки:

— Приснился ей домишко,

твердят. — И — все дела!

А может — сочинила,

а может — наврала!

И только в чаще Эхо

сумело ей шепнуть:

— Не плачь. Твой дом с верандой

я помогу вернуть…

— Ну вот теперь ты знаешь, как жила-была Улитка, — сказала мама. Пусть она тебе приснится! Спокойной ночи!

— Мама, не уходи. Скажи, а кто главнее всех в мире?

— Тот, кто умнее всех, мой маленький Лисёнок. Разве ты не знаешь?

— Мама, а бывает, чтобы дети были главными?

— Главнее взрослых, Егорка?

— Я уже научился читать!

Белое облачко, сизая тучка…

Старый Лис заболел. Он лежал на диване и тяжело дышал.

Маленький Лисёнок не отходил от отца ни днём, ни ночью, гладил его по плечу и успокаивал:

— Всё будет хорошо, папа, ты скоро поправишься.

Прилетела Ворона с целым лукошком брусники в подарок.

— У папы жар, он весь горит, — пожаловался ей Лисёнок и добавил: — Это я виноват. Он промок под дождём, когда искал меня.

— Конечно, ты виноват! — ответила Ворона. — Неверроятно! Потеряться в собственном лесу! Прросто стыд и сррам!

— Я был в Африке, — сказал Лисёнок.

— Где?! — вытаращила она глаза. — Может, это у тебя жарр?!

— Да нет же! Я и вправду был там.

Лисёнок сменил отцу компресс и сказал:

— Ты ничего не знаешь. Вчера я встретил сизую тучку, похожую на Слона Фердинанда.

— Боже! — всплеснула Ворона крыльями. — Феррдинанд умерр!!!

И была права. Известный артист Слон Фердинанд умер. Дело в том, что когда умирают звери, их души становятся белыми облаками или сизыми тучками. Все летящие над землёй «львы», «коровы», «коты» или «зайцы» — это души зверей, спешащие в Вечность…

— Кошмарр! — снова всплеснула крыльями Ворона. — Феррдинанд действительно был в преклонном возррасте…

— Да, — согласился Лисёнок.

И они оба вспомнили, как Слон пригласил их однажды в цирк-шапито, где всю жизнь проработал жонглёром и акробатом, канатоходцем и танцором, катал зрителей на хоботе и делал всё это блистательно!

— А дальше, — продолжил рассказ Лисёнок, — сизая тучка-Фердинанд опустилась на поляну и пригласила меня в Африку. Она спешила попрощаться с друзьями, которых не видела много-много лет. Я не успел даже хвостом пошевелить, как мы очутились в пустыне.

— Везёт же некоторрым! — с завистью процедила Ворона.

— Ошибаешься, — остановил её Лисёнок. — Я прилетел не в гости, а на поминки.

— А что такое — поминки в Африке? — спросила Ворона.

— Там, — продолжал Лисёнок, — я увидел много зверей: Львов, Черепах, Крокодилов и Слонов. Завидев тучку-Фердинанда, звери затянули ужасно тоскливую песню:

«Фердинандушка!.. Друг сердечный!..

Будем помнить тебя вечно!..»

И тут под пальмой я увидел ЕЁ! В белом облаке и с глазами огненно-красного цвета!

— Кого «ЕЁ»?.. — вздрогнула Ворона.

— Не знаю, — ответил Лисёнок. — Она поманила Фердинанда за собой, и они тут же исчезли вместе, словно их и не было!.. Ни следа, ни пылинки…

— Потрясающе! — воскликнула Ворона. — И что же было потом?

— А потом я помню плохо, — закончил рассказывать Лисёнок. — Я снова очутился в нашем лесу. Я-то думал, что прошло не больше часа, а оказалось, что меня не было весь дождливый день! Я побежал домой… Об остальном ты знаешь.

— Да, — задумчиво и серьёзно произнесла Ворона. — Я, кажется, поняла, кто была эта «ОНА»…

— Кто?

— Смеррть… — шёпотом прокаркала Ворона.

— Смерть?! — дрожащим голосом произнёс Лисёнок. — Откуда ты её знаешь?

— Когда-то она забррала у меня хромого птенца… Я его очень любила! Смеррть появляется дважды: сначала отнимает душу, затем прровожает её в Вечность…

— Слушай, расскажи, какая она? — спросил Лисёнок.

— Не знаю!

— Она на двух ногах? — продолжал допытываться он.

— Не знаю!

— Может, на четырёх?

Ворона даже слегка рассердилась:

— Говорю тебе: не зна-ю! Может, она вообще — на колёсах!

Лисёнок возразил:

— Тогда это уже не глаза, а фары! — И задумчиво добавил, — Ты должна бы знать, ведь ты — уже взрослая.

Ворона возмутилась:

— Что, я каждый день взрослая, что ли? Думаю, она меняет свой облик. Но белая накидка и огненные глаза её — неизменны!

Дыхание Старого Лиса становилось всё более частым и хриплым.

— Слетаю-ка я за вррачом: не нрравится мне, как дышит твой отец, нахмурилась Ворона, направляясь к приоткрытому окну.

И в это самое мгновенье путь ей преградила Гостья в белом облаке. Не говоря ни слова, она взглянула на Ворону своим огненно-красным взглядом, и та, с раскрытым от ужаса клювом, так и застыла под окном. А Смерть — это была ОНА — перевела взгляд на Старого Лиса и молча поманила его за собой.

Лисёнок почувствовал, что ещё минута — и папа-Лис так же исчезнет, как и Слон Фердинанд. Он хотел броситься к отцу, но его ноги словно прилипли к полу.

— Тебе нечего бояться, глупыш, — сказала ему Смерть, не отрывая огненного взгляда от Старого Лиса. — Я пришла не за тобой.

— Нет! — шёпотом взмолился Лисёнок. — Возьмите лучше меня!

— Тебе ещё рано, — холодно усмехнулась незванная гостья. — К тому же, если я возьму тебя, твой отец начнёт искать меня и бегать за мной… Хлопот с вами не оберёшься!

— Если не хотите хлопот, — сказал он ей, — не приходите сюда вовсе.

— Маленький хитрец! — рассмеялась Смерть, не размыкая губ. — Но ведь это — моя работа! Тысячи и тысячи лет я увожу кого-нибудь за собой… Днём и ночью. Зимой и летом. Каждый день. Каждый час. Каждое мгновенье! Не отвлекай меня. Свершается Великая Тайна Ухода…

— Постойте! — в отчаяньи закричал Лисёнок. — Неужели вам никогда не хотелось отдохнуть?!

Смерть рассмеялась ещё громче и мрачнее:

— Конечно же хотелось, глупыш! Но у Смерти не может быть отпуска.

— Почему?! — искренне изумился Лисёнок. — Отдых — это так чудесно!! Можно купаться в реке!.. собирать грибы!.. кататься в лодке!.. читать книги!.. А ещё — лежать на песке и считать облака…

— Облака — это хорошо… — задумчиво произнесла ОНА. — Вот бы всё забросить и улететь куда-нибудь…

— Конечно, и впрямь — махните куда-нибудь! — выпалил Лисёнок. — И лучше всего — на Северный Полюс! Там — северное сияние! Там — синие льды! Там — тишина!..

— Тишину я люблю, — кивнула Смерть. — Что ж, уговорил, пожалуй. Полечу! Но я вернусь, Лисёнок! — Она погрозила ему пальцем и растворилась за окном бесформенным белым облаком…

— Стр-рашно! Я не могла пошевелить и перрышком!.. — сказала Ворона.

— Послушай, кажется, папа дышит спокойней! — сказал Лисёнок и заботливо подоткнул плед у больного.

— Да он спит! — обрадовалась она. — Кризис пррошел! И докторра не надо!.. А теперь скорее ррассказывай, какая она?

Лисёнок подумал и покачал головой:

— Не знаю, не помню…

— Эй! — раздалось за окном.

Лисёнок на секунду замер: он подумал, что ОНА вернулась. Но оказалось, что это пришёл Ёжик.

— Привет! — сказал Ёжик. — Как здоровье отца? Не нужна ли моя помощь?

— Он спит! — сказал Лисёнок.

— Очень нужна твоя помощь! — тихо каркнула в ответ Ворона. — Часа через три больного надо будет покоррмить грибным супом!

— Отлично! — обрадовался Ёжик. — Грибной суп — это самое вкусное, что можно придумать для больного! — И он побежал домой, бормоча под нос свои кулинарные секреты.

Когда Ёжик ушёл, Лисёнок спросил Ворону:

— ОНА всегда — в белом облачке?

— Нет, — ответила Ворона, — иногда — в сизой тучке… Слушай, ОНА не уточнила, когда вернётся?

— ОНА не вернётся, — ответил Лисёнок. — Папа рассказывал, что на Северном Полюсе живёт Сонный Ветер. Он ведь может усыпить её…

Ворона глянула в окно:

— А небо — чистое…

А Лисёнок добавил:

— Вот бы каждый день был таким безоблачным…

…Если вы когда-нибудь увидите в небе облако или тучку, похожих на Старого Лиса, не огорчайтесь: Старый Лис жив! Сказочные герои не умирают, если они дороги вам!..

Тропа прошлого

На лужайке перед домом Лисёнок запускал бумажный самолёт.

Самолётик взмыл вверх, затем стал плавно спускаться, но вдруг снова набрал высоту, поднялся над крышей и… исчез за деревьями.

Лисёнок пошёл его искать и не нашёл.

Огорчённый, подошёл к дверям столярной мастерской, где всегда пахло свежевыструганными досками и смоляным лаком.

— Улетел… — сказал Лисёнок.

Старый Лис отряхнул стружки, бросил на верстак кожанный фартук и предложил:

— Пойдём искать вместе.

И они пошли в ту сторону леса, где исчез бумажный самолёт.

Шли-шли, наконец Лисёнок завертел головой.

— Интересно, где это мы?.. Лес как лес, а как будто уже и не наш…

— Действительно, — ответил Старый Лис и принюхался. — Пахнет чем-то давно забытым…

Лисёнок принюхался тоже.

— Да нет же! Просто грибами и шишками!..

— Нет, не просто!.. — заволновался вдруг Старый Лис. — Совсем не просто!.. Ты из чего сделал самолётик?

— Из газеты…

— Из какой?

— Из старой… Их было много на чердаке.

— Так я и думал! — радостно воскликнул отец. — Ведь это газеты твоего прадедушки!

— Ну и что?..

— Ах, какой же ты глупый!.. — тихим смехом рассмеялся Лис. — Твой самолётик просто улетел на много лет назад!.. А мы, отправившись за ним, вышли на Тропу Прошлого.

— Не может быть!.. — недоверчиво сказал Лисёнок.

— Всё может быть! — решительно ответил отец. — Всё!.. Видишь молодое дерево?.. Это и есть наш Старый Дуб!.. Вперёд же!.. Кстати, — спросил он, ты не заметил, от какого числа была та газета?

— От 27 августа, — уверенно сказал Лисёнок. — Это я точно помню!

— 27 августа?! — воскликнул папа-Лис и остановился. — Неужели я снова попаду в этот день?..

— А что случилось в этот день? — спросил его Лисёнок.

— В этот день вернулся с войны мой дедушка… А ещё… — он вдруг заторопился. — Нас ждёт одно важное дело. Ах, как было бы хорошо, если бы я смог исправить!..

— Что исправить?!.. — всё больше и больше удивлялся Лисёнок.

Старый Лис не успел ответить, как в траве раздалось:

— Привет, Лисёнок!..

На лопухе стоял Кузнечик и играл на скрипке старую, почти забытую песню.

— Здравствуйте… — удивился Лисёнок.

— Это он поздоровался со мной, — сказал сыну Старый Лис. — Привет, Костик!

— Как ты вырос! — удивился Кузнечик.

— Годы… — как бы виновато улыбнулся папа-Лис.

— Годы?!.. А что это такое?..

— Он живёт всего одно лето, — шепнул Лисёнку отец и сказал Кузнечику: — Извини, мы спешим!..

— Куда же мы всё-таки должны успеть? — поинтересовался Лисёнок.

— Потом, потом, мы можем опоздать! — на ходу сказал папа Лис. — Сам увидишь.

— Нам ещё далеко?.. — спросил Лисёнок. Он даже немного запыхался.

— Ещё поворот за старым муравейником, потом обогнуть болото, потом тропинка, в конце которой — трёхствольная берёза — и мы у цели!..

Внезапно раздался собачий лай, что-то затарахтело и заскрипело. Из-за поворота навстречу им показалась карета, запряжённая четвёркой гончих псов, и резко остановилась…

Дверца распахнулась и со ступеньки спрыгнул на траву бравый седой лис в золотых эполетах и лакированных сапогах.

— Внучек! — бравый Лис поднял на руки Лисёнка. — Как хогошо, что встгетил тебя! Бабушка сказала, ты гуляешь!.. — Седой лис не выговаривал букву «р», но это не мешало ему, однако, быть весёлым. — Я только из Пагижа! Из Булонского леса! Поздгавь меня! Я выиггал бой с коголем Леоном-Гыжим! Вот повидаюсь с семьёй и — снова на войну! На этот газ в Индию! Подегусь с Шах-Шакалом! Дегжи! Что обещал!..

И он протянул Лисёнку блестящую саблю. Не будь она игрушечная — была бы, как настоящая!

— А это кто?! — бравый Лис кивнул на отца Лисёнка.

— Это я, дедушка, ваш внучек… — робко сказал ему папа-Лис.

— Что?! И ты тоже?!.. — громогласно расхохотался тот. — Вот что значит долгая походная жизнь!.. Похож! Удивительно похож на… Навегное, я пгосто сбился со счёта… А тебя я пгивезу подагок в дгугой газ! Адью!..

Он вскочил в карету, и она исчезла за большими кустами.

— Да, — подтвердил Старый Лис, — это случилось 27 августа…

— Вот теперь-то я поиграю в войну! — запрыгал от радости Лисёнок, размахивая саблей. — Мне уже не придётся вырезать её из орешника! Ты посмотри, какая она острая! — и одним взмахом он отсёк головки ромашек.

Папа-Лис помрачнел:

— Он принял тебя за меня. Значит, и сабля — моя!..

Лисёнок расхохотался:

— И ты будешь со мной играть?.. Ура! Нашего полку прибыло!

Наконец они остановились. За ветками деревьев алела черепичная крыша.

— Теперь смотри внимательней… Это — дом твоего деда…

На лужайке стоял другой Лисёнок и ловил бабочек. Вот он взмахнул сачком, и лёгкий Мотылёк с цветными крылышками забился в марлевой ловушке!..

— Кто он? — удивился наш Лисёнок. — Уж очень похож на меня…

— Это я… — шепнул ему папа-Лис.

— Ты?!.. — ещё больше удивился наш Лисёнок. — Он — это ты?!..

— Я, конечно же, я! — грустно ответил отец. — Теперь он, то есть, я… посажу Мотылька в банку и закрою крышкой… Смотри!

И другой маленький Лисёнок на лужайке сделал это…

— А теперь его, то есть меня… позовёт твоя бабушка, чтобы рассказать про новость…

— Лисе-о-нок! — раздался молодой голос бабушки. — Беги скорее домой! Я что-то тебе скажу! У нас в доме радость!..

— Бегу-у! — крикнул Лисёнок-папа и помчался домой.

В траве осталась закрытая банка, в которой беззвучно бился крылышками о стекло бедняга-Мотылёк.

— Я забыл про Мотылька… — виновато продолжил папа — Лис, — А когда вспомнил — он уже был мёртв… Теперь ты сам видишь. что я натворил! Ах, как хорошо, что мы вернулись сюда!

— Давай его выпустим! — предложил Лисёнок, поддевая крышку банки игрушечной саблей.

Мотылёк взлетел в небо, в котором кружил газетный самолётик. Словно устав от полёта, тот стал снижаться, снижаться и приземлился в двух шагах от Лисёнка. Лисёнок развернул газету, и… вместе со Старым Лисом очутился во дворе дома.

Горели ранние вечерние звёзды. Медведя и Бобра уже не было, зато у раскрытой двери мастерской стояла готовая новенькая лавка.

— Ой! — воскликнул Лисёнок. — Что же я натворил?!.. Теперь мы уже никогда не попадём в твоё детство!..

— Всё может быть, — задумчиво улыбнулся Старый Лис, присев на ступеньку веранды.

— Всё-всё!?

— Конечно!.. Многое, многое может быть!..

— А чего не может быть? — глаза у Лисёнка уже слипались.

— Скуки и вранья… Трусости и подлости… Их может и не быть вовсе!..

И если однажды к вам в руки попадёт газетный самолётик, — запустите его высоко-высоко над землёй! Что ему непогода?.. Старым газетам нипочём сегодняшние дожди!..

Трое крошечных лисят

Лисёнок должен был стать дядей. Об этом сообщил старший брат в телеграмме, которую принесла Сорока.

Это было таинственно и необыкновенно: ещё сегодня Лисёнок звался Маленьким Лисёнком, но уже через день-другой он станет настоящим дядей!.. Лисёнок весь день гордился этим.

«Во-первых, появится куча новых родственников», — думал он.

А во-вторых, он почувствовал, что взрослеет.

Ему очень хотелось увидеть племянников и племянниц, но Старый Лис не брал его с собой.

— Я всего на несколько дней, — сказал он Лисёнку. — Не потеряйся и не очень шали: у Медведя с Бобром — срочный заказ! Не мешай!

Лисёнок считал, что с ним поступают несправедливо, ведь в телеграмме ясно было написано не «ПРИЕЗЖАЙ, — а: ПРИЕЗЖАЙТЕ ТЧК НА ДНЯХ СТАНУ ОТЦОМ ТЧК СТАРШИЙ ЛИСЁНОК ТЧК», — но отца он всё-таки успокоил:

— Постараюсь!

— Да уж, постарайся, — попросил его Старый Лис. — А лучше — ни шагу из дому! В лесу, говорят, появилось Привидение.

— Привидение?! — подпрыгнул Лисёнок от этой новости. — В нашем лесу?!

— На Дальнем Болоте, — уточнил отец, укутывая шею шарфом. — Но если туда не соваться — то и бояться нечего.

Он обнял сына и заспешил на Большую Поляну, где в это время ждала последних пассажиров дорожная карета.

Сообщение о Привидении-на-Болоте сразу отодвинуло для Лисёнка новость о предстоящем рождении племянников и племянниц на второе место. И едва только наступил вечер, он, конечно же, отправился вглубь леса.

По беззвёздному осеннему небу плыли тучи, было совсем темно, но Лисёнок знал, как добраться к Болоту. Выл ветер, моросил дождь, и казалось, будто не ветер, а Привидение жутко воет в холодном лесу.

И вдруг он услышал рядом ЧЬЁ-ТО громкое сопенье, и КТО-ТО наступил ему на хвост.

Лисёнок вскрикнул от неожиданности. Тот, ДРУГОЙ, вскрикнул тоже. Лисёнок хотел рвануть со всех ног, но КТО-ТО крепко держал его и не отпускал. Лисёнок открыл глаза, и в слабом свете на миг пробившейся сквозь тучи луны увидел Зайца. А Заяц — его.

— Я дд-думал, что ты — Пп-привидение, — сказал, заикаясь Лисёнок.

— Это-то-то не я… — ответил Заяц, дрожа мелкой дрожью. — То-то-то есть, это — я. А Привидение гуляет в нашем лесу, как у себя до-до-дома… И задрожал ещё сильней.

— Интересно бы на него взглянуть! — сказал Лисёнок.

— З-зачем?!.. — в ужасе прошептал Заяц. — Я его то-то-только что в-видел!

— И какое оно? — тоже шёпотом поинтересовался Лисёнок.

— Страшное! Нос — до земли, ноги — до-до-до неба, а само — во всём белом!

— Схожу посмотрю…

— Не х-ходи, — прошептал Заяц.

— Я издали, — прошептал Лисёнок.

— Всё равно не надо-до-до. Никогда-да-да не узнаешь, что ему взбредёт в голову, а узнаешь — так по-по-поздно будет. — уговаривал Заяц.

— Сойди, пожалуйста, с моего хвоста.

— Па-па-прости, — смутился Заяц. — Та-та-тогда и я с тобой. Ста-страшно одному…

Верхушки деревьев качались, ветер свистел, а до Болота путь был долог.

Внезапно над их головами что-то пронеслось, пискнуло, а Зайца даже чиркнуло по ушам, после чего он, как подкошенный, свалился на землю и крепко вцепился в корень — как он подумал — какого-то дерева.

— Это — Летучая Мышь, — успокоил его Лисёнок. — И пожалуйста, отпусти мою лапу, а то я могу тебя случайно укусить.

Было так темно, что даже Время куда-то исчезло, и сколько ещё шли Заяц с Лисёнком — точно сказать не могу. Знаю, что долго. И вот, наконец, впереди показалось Дальнее Болото. Вернее, не показалось, а послышалось: там встревоженно квакали лягушки.

Вдруг сквозь шум дождя и вой ветра Лисёнок отчётливо услышал плеск, но не лягушачий. Сильные и уверенные шаги изо всей силы шлёпали по Болоту: «Шлюп-кляк! Шлёп-клек!»

— Слышишь? — локтем толкнул Лисёнок Зайца.

Тот лишь слабо кивнул головой.

— ОНО!.. — прошептал Лисёнок.

Уже начинало светать, и они, наконец, увидели Привидение в белой одежде…

— ОНО… — подтвердил Заяц, закатывая глаза. Его почти мутило от страха.

Привидение медленно двигалось к берегу: как раз к тем кустам, где сидели Заяц с Лисёнком.

— Бе-бе-бежим… — в панике прохрипел Заяц, хотя сам был уже не в состоянии даже ухом двинуть.

— Погоди! — замахал на него Лисёнок. — Лучше взгляни туда!

Сквозь стебли камыша Заяц разглядел плетёную корзину, укрытую от дождя в большом дупле. Привидение приблизилось к дуплу и запело:

— Шлюп-кляк! Шлюп-кляк!

Пронесу Вас через мрак.

Баю-бай, баю-бай!

Пусть приснится детям Рай!

Шлёп-чок! Шлёп-чок!

Прямо к маме под бочок.

— Так ведь это же Аист! — воскликнул Лисёнок.

— Ти-ти-тише! — зашикал Заяц и тут пришёл в себя: — Какой Аист?!

— Самый настоящий! Эй, Аист! — окликнул его Лисёнок. — Как дела?

И они с Зайцем выбежали из кустов. Завидев их, Белый Аист радостно захлопал крыльями:

— Привет, Лисёнок! Привет, Заяц!

— Мы незнакомы, — ответил Заяц.

Аист рассмеялся и защёлкал клювом:

— Как это — незнакомы?! Кто же принёс вас вашим родителям в этой самой корзине?. А сегодня — несу троих Лисят Старшему Лисёнку в Соседний Лес. Такие мои дела.

— Моему брату?! — изумился Лисёнок и бросился к корзине.

— Две девочки и мальчик, — сообщил Аист.

Лисёнок заглянул под плетёную крышку и увидел троих сладко спящих крошечных Лисят.

— Вот я и стал Дядей! — рассмеялся Лисёнок. — Ранним-ранним утром! И первый их увидел. Представляете? — воскликнул он: — Первее отца и матери!

— Взрослейте! — сказал Аист. — Когда-нибудь я прилечу с этой корзиной и к вам. Ждите меня!..

Он осторожно подхватил клювом свою драгоценную ношу и плавно взлетел в тёмное небо.

Тотчас же прекратился дождь, рассеялись тучи и показались молочные утренние звёзды.

— И всё же, — сказал Заяц, — с этим Аистом мы точно не знакомы!

— Ты хочешь сказать, что тебя принёс другой Аист?

— Нет, — гордо заявил Заяц, — меня просто нашли в капусте!

С тем и отправились они отсыпаться по своим домам.

Земляничный дождик

— А дождь всё идёт и идёт!.. — Лисёнок сидел в столярной мастерской у окна и выстругивал ножом длинные лучинки. — Целый час! Как заведённый…

— Это тёплый дождик, грибной. После такого дождя весь лес бывает в грибах — сказал папа-Лис, плотно закрывая банку с зелёной краской.

Лисёнок сказал:

— И вот я — не Лисёнок,

а просто — летний Дождик…

Он замолчал.

— А дальше? — спросил папа-Лис.

— Что-то не получается, — ответил Лисёнок. — Интересно!.. А бывают земляничные дожди?.. Я так люблю землянику! — мечтательно добавил он.

— Всё бывает! — воскликнул папа-Лис. — Когда я был маленьким, то любил гулять под конфетным дождём! И под медовым!.. А твоя бабушка не разрешала мне гулять до обеда, потому что сладкое, говорила она, отбивает аппетит.

И Лисёнок так явственно увидел вдруг папино детство: и свою бабушку, и тот чудесный сладкий дождик. Он спросил в нетерпении:

— А когда выпадают такие дожди?

— Если хорошо потрясти тучу, — ответил Старый Лис, — то выпадает любой. На выбор! И земляничный тоже.

— А как же её потрясёшь? Она ведь высоко!..

— Когда я был маленьким, у твоего деда была верёвочная лестница. Вот я и лазил туда и обратно по многу раз в день.

— Здорово! — воскликнул Лисёнок. — А где она, эта необходимая лестница?!

— О! Она давно порвалась… — Папа-Лис вновь взялся за кисть. На разделочной доске расцветали незабудки.

Выглянуло солнце. Под каждым деревом блестели новенькими шляпками грибы.

— Грибной дождь — это мой! — сказал Лисёнку Ёжик, накалывая на свои иголки гриб за грибом.

— А мой — Земляничный! — ответил Лисёнок.

— А мой — Сыррный! — каркнула с ветки Ворона. — Вот бы пошёл сыррный дождик!

— А для меня — Морковный, — появился в кустах Заяц. — Только где его возьмёшь?..

— Из морковной тучи! — объяснил ему Лисёнок. — Умей я летать — натряс бы для всех! На выбор!

— Нет ничего прроще! — сказала Ворона. — Бери мои кррылья и лети!.. Только непременно найди сыррную тучу!..

И Лисёнок, нацепив вороньи крылья, полетел в небо.

— Карр! Карр!! — восхищённо каркнула бескрылая Ворона ему вслед.

Распугивая стрекоз и воробьёв, Лисёнок мчался над землёй. О, как это было замечательно: видеть землю с высоты вороньего полёта!

Над верхушкой сосны он вдруг услышал чей-то свист.

— Эй, развяжи!

— А ты кто?! — повертел головой Лисёнок.

— Я — Ветерок! — раздался мальчишеский голос. — «Ветреный мальчишка», как говорит папа-ветер. Это он привязал меня к сосне, чтобы я не хулиганил.

Невидимый Ветерок расхохотался так звонко, что и Лисёнок рассмеялся вместе с ним.

— Моя мама тоже говорит, будто у меня… ветер в голове!.. Вот только… как же я тебя развяжу? Ведь ты — невидимка!

— Возьми конец серебряной верёвки — и потяни… Да посильней!.. Вот так! Ура! Да здравствует свобода…

Сосновые ветки закачались во все стороны.

— А что ты делаешь в небе? — спросил Ветерок. — Я никогда не видел Летающих Лисят.

— Ищу Сырную тучку, — ответил Лисёнок. — И ещё Морковную, и Земляничную.

— Всего-то?! — вновь рассмеялся Ветерок. — Хочешь угостить друзей? Ты помог мне, а я — тебе! Лети-ка домой! Что-нибудь придумаю.

— Спасибо, Ветерок!

— Это тебе спасибо, Лисёнок!..

А в лесу Ёжик, Заяц и Ворона всё поглядывали на небо из-под зонтиков.

— Ну что? — набросилась на Лисёнка Ворона. — А где же мой Сыррный дождь?!

— А мой Морковный?! — спросил Заяц.

— Эх, зря только кррылья давала!.. — презрительно каркнула Ворона. — А ну, снимай!

Лисёнок даже не успел обидеться, как над лесом засвистел Ветерок:

— Эй, держите!..

Все подняли головы. И что же они увидели?.. Прямо над их поляной остановились весёлые бокастые тучки, а из каждой свисал к земле тонкий серебряный шнур.

В большом удивлении стояла вся компания.

Лисёнок дёрнул за верёвочку, и на землю пролился земляничный дождь.

А Ворона дёрнула за другую, и вместе с земляничным пошёл сырный.

А когда дёрнул Заяц — застучал морковный.

Серебряные нити то и дело натягивались, и на поляну всё летели и летели вкусные дожди, и все — знакомые и незнакомые — прыгали по траве и угощали друг друга! И тучки звонили, как бубенцы. Ах, небесные колокольчики!..

— А грибной дождь — всё-таки мой! — сказал Ёжик.

Зуб мудрости

Однажды Лисёнок встретил Зайца.

Тот сидел под Старым Дубом и дурным голосом вопил на весь лес:

— Ой, несчастный я, разнесчастный!

— Что с тобой? — испугался Лисёнок.

— Выпал мой маленький, выпал мой ненаглядный! — продолжал стенать Заяц.

— Неужели хвост? — взволнованно спросил Лисёнок.

— При чём здесь хвост! — рассердился тот. — Зуб у меня выпал!.. Зубик мой костяной!

— А я-то думал: случилось что-то серьёзное! — облегчённо перевёл дух Лисёнок. — Зуб — дело наживное. Один выпал — другой вырастет.

— Дурачок! — обиделся Заяц. — Что может быть серьёзнее, когда выпадает самый важный зуб на свете — зуб мудрости? Боюсь, не вывалились ли из меня при этом мудрые мысли!

— А ты проверь, — предложил Лисёнок.

— Верно! — согласился Заяц и стал вспоминать разные мудрые фразы: Дважды два — четыре!.. Пифагоровы штаны на все стороны равны! Зайка по лесу скакал, лыко сочное искал… Уф! Кажется, не вывалились!.. — с облегченьем сказал он, но тут же тяжело вздохнул: — Жаль всё-таки, что не смогу стать ещё мудрее!

— А если вставить зуб обратно? — спросил Лисёнок.

— Пробовал, — ответил Заяц. — Всё равно выпадает!..

— Может, приклеить мёдом?

— И мёдом клеил! Никак не держится. Ой, какой же я горемычный!

— А если попрробовать вставить новый? — предложила с ветки Ворона. Золотой или серебряный.

— Что?! — Заяц тут же перестал стонать. — Золотой, говоришь? Это как же? Это где ж ты такое видела?

— В цирке слона Феррдинанда. Там у дрессирровщика был полный ррот золотых зубов! Ах, какое это богатство!

— Какая красота! — У Зайца тут же восторженно загорелись оба глаза. Он даже косить перестал: — Но кто же мне вставит такие зубы?

— Серрая цапля, — ответила Ворона. — Она недавно откррыла зубное гнездо.

— Нужно немедленно к ней бежать! — воскликнул Заяц.

И они втроём заспешили на болото.

В зарослях камыша Цапля лечила Бобра, который сломал передний зуб при строительстве плотины.

— До завтра ничего не грызть! — строго приказала она ему. — А я пока вытачу вам зуб из крепкого моржового бивня.

Когда Бобёр уплыл домой, Цапля обратилась к новым пациентам:

— На что жалуетесь?

— Я — ни на что, — поспешно ответил Лисёнок.

— Я тоже… — повторила за ним Ворона и указала крылом на Зайца: — Это он жалуется. У него выпал зуб мудррости. А жить без него — прросто непррилично!

— И не удивительно! — согласилась с ней Цапля. — Вот вам пример Бобра. Если драться за жизнь одними зубами — чего ещё можно ожидать?.. Откройте рот, любезный… М-да! Придётся вставить новый.

— Я бы хотел золотой, — попросил Заяц.

— Какой в нём прок?! — удивилась Цапля. — Золото ещё никому не принесло счастья. Уже не говоря о мудрости.

— Зато смотрится — богато! — возразила Ворона.

— И очень красиво! — воскликнул Заяц. — Пусть хоть золотой зуб станет для меня утешением.

— Как знаете… — пожала крыльями Цапля. — Только где возьмёшь в нашем десу золото?

— Это не проблема, — сказала Ворона. — Для дррузей ничего не жалко!.. Когда-то давно я… нашла несколько золотых колец… — стала перечислять она, — одну серьгу и золотое «вечное» перро! На целый ррот Зайцу хватит!

— Что ж, — согласилась Цапля. — Тогда снимем все размеры и сделаем два моста.

— Каких ещё моста? — удивился Заяц. — Я вам не Бобёр! Мне мосты ни к чему!

— Так называют несколько зубов, соединённых вместе, — объяснила Цапля. — Только вначале нужно удалить все оставшиеся во рту зубы.

Заяц мужественно согласился, и Цапля принялась за работу.

А к вечеру рот Зайца вовсю сверкал золотом!

Он был счастлив до невозможности. Вертелся и так, и этак, не мог усидеть на месте. Скакал на одной ноге. Словом, кувыркался от радости!

Лисёнок с Вороной порадовались вместе с ним и разошлись по домам.

Наутро, когда Лисёнок вновь проходил мимо Старого Дуба, он увидел рыдающего на весь лес Зайца:

— Ой, нефястный я-язнефястный! Гоемыка я гоемысная!

Рядом с ним сидела Ворона и в утешении гладила его крылом.

— Что случилось опять? — спросил Лисёнок.

— У него укррали все зубы! — объяснила она.

— Ука-али, ука-али! — закивал Заяц в полуобморочном состоянии.

— Кто?! — изумился Лисёнок.

— Волк из соседнего леса, — сказала Ворона. — Спасибо, что самого не слопал.

— Фсё пьяпая! — плакал несчастный беззубый Заяц.

— Ничего не пропало! — успокоил его Лисёнок. — Только на этот раз придётся вставить зубы костяные.

И они вместе с Вороной с трудом уговорили Зайца вновь отправиться к Цапле.

Вечером, когда Лисёнок с аппетитом налегал на землянику в сметане (это было его самое любимое блюдо на свете!), у него самого вдруг выпал молочный зуб. Прямо в чашку.

После несчастья с Зайцем Лисёнок страшно перепугался, но Старый Лис его успокоил:

— Растём, сынок!.. На смену молочного зуба — вырастет другой, постоянный. Он называется «зубом мудрости».

— И я стану таким же мудрым, как Заяц или Ворона? — обрадовался Лисёнок.

— Ну, нет!.. — улыбнулся в усы Старый Лис. — Мудрее их нет никого в нашем лесу!..

Книжка четвёртая

— Ты всё ещё не спишь, сыночек? В чём дело Егоринька?

— Мама, а ты умрёшь?

— Никогда. Я тебе обещаю. Никто не умрёт — ни я, ни папа. Мы всегда будем жить рядом с тобой, с нашим маленьким Лисёнком. Баюшки, мой мальчик! Баю-баюшки!

Еловое яблоко

На самой обыкновенной ёлке среди шишек — Лисёнок увидел самое обыкновенное яблоко. Он подошёл поближе и обнаружил, что яблоко росло по-настоящему и уже поспело. Семечки изнутри просвечивали, такое оно выросло сочное.

«Еловое яблоко! — подумал Лисёнок. — Надо же!»

Но только потянулся к яблоку, из куста его окликнул Ёжик:

— Нельзя рвать! — и вышел из засады.

— Почему? — возразил Лисёнок. — Я ещё никогда не пробовал еловых яблок!

— Оно — моё! — сказал Ёжик.

— А, может, мы съедим его вместе? — предложил Лисёнок.

— Вот ещё! — нахмурился Ёжик. — Я его знаю с весны, то есть всю его жизнь — с детства, когда оно было цветком, а я принял его за бабочку. А только потом разглядел. А через неделю увидел, как лепестки полетели в траву. А потом появилось яблоко. Каждый день я прибегал сюда! Я всё про него знаю! Сначала оно было маленьким и зелёным, потом выросло, у него покраснел бок, и не какой-нибудь, а повёрнутый к солнцу! Я привык к нему, а оно — ко мне. Это — моё яблоко!.. — упрямо повторил Ёжик.

— Жаль!.. — вздохнул Лисёнок. — А мне так хотелось попробовать его!.. Наверно, у него смоляной вкус.

— Ладно, — сжалился Ёжик. — Я угощу тебя.

— А семечки мы посадим в землю, и когда-нибудь вырастут молодые ёлки с яблоками на ветках! — обрадовался Лисёнок.

— Чем это здесь угощают? — спросила подлетевшая Ворона.

— Яблоком, — ответил Лисёнок.

— Вот те рраз! — Она перелетела на ёлку. — Паррадокс! То есть шиворрот-навыворрот! Фррукт! На хвойном дереве! Надо созвать конференцию!

— Зачем?! — вновь забеспокоился Ёжик. — Всё равно на всех не хватит.

— Дурраки! — изрекла Ворона. — Такие яблоки не едят.

— Что же с ними делают?! — удивился Лисёнок.

— Ими только интересуются!

— Но это яблоко — моё! — недовольно поднял голос Ёжик.

— Оно уже наше… — робко возразил Лисёнок. — Ты мне сам обещал от него кусочек…

— Грраждане! Грражданин Ёжик и грражданин Лисёнок! — строго сказала Ворона.

Ёжик и Лисёнок переглянулись: их ещё никогда не называли гражданами, и они не знали, хорошо это или плохо.

— Я старрше вас и умней, — продолжала Ворона, — и поэтому требую от вас…

— Отдать яблоко тебе? — спросил Лисёнок. Он понял, что гражданином быть не очень хорошо, если яблоко отнимет Ворона.

— Не надо перебивать! — ещё строже сказала Ворона. — Я говорю речь, у нас конферренция! — Она взлетела повыше и снова заговорила. — Каждый рразвитой грражданин обязан быть дрругом паррадоксов. То есть всё необычное срразу надо признавать замечательным и прекррасным! Только дикари необычное торропятся съесть.

— Я моё яблоко знаю с весны, я не торопился, — сказал Ёжик.

— Ты не дикарь! — согласилась Ворона.

— Я тоже не хочу быть дикарём, — сказал Лисёнок.

— Конференция прродолжается! — сказала Ворона.

Ворона сорвала яблоко и оно упало в траву, но не осталось лежать, а покатилось куда-то между кустов и деревьев.

— Скорее за ним! — крикнула Ворона. — Начинается интересное!

И все побежали…

У старого пня на поляне яблоко вдруг остановилось.

— Чего это оно? — спросил друзей Ёжик.

— Стрранно… — сказала Ворона, вертя головой по сторонам. — Ничего интересного…

И тут Лисёнок закричал:

— Смотрите, сколько грибов!

На поляне их было видимо-невидимо: и подберёзовиков, и подосиновиков, и белых, и груздей, и лисичек, и чернушек, и волнушек!..

— Вот счастье-то! — зажмурил глаза Ёжик. — На всю зиму хватит. Засолю! Засушу! Всех угощу!

— Я люблю лисички, — предупредил Ёжика Лисёнок.

— Лисички будут твои, — ответил ему Ёжик. Он уже собирал грибы и яблоком больше не интересовался.

— Я грибы не ем, — сказала Ворона, подняла яблоко и бросила его подальше.

Оно вновь покатилось, Ворона летела следом, а за ней во весь дух мчался Лисёнок.

— Интересно!.. — думала вслух Ворона. — Вдрруг и меня можно осчастливить!.. Счастливее меня нет в мире никого, но всё-таки интересно. Лисёнок! — сказала она, — Кажется, это яблоко приносит счастье.

А яблоко продолжало петлять по лесу. Оно катилось быстро, как заводное, — с холма — в овраг, из оврага — на поляну. И вдруг остановилось у Старого Дуба.

— Что такое?.. — вдруг разволновалась Ворона. — Моё гнездо!

Гнездо было пустым. Ворона с отчаянным криком кинулась влево-вправо, взвилась над дубом и вновь опустилась у гнезда.

— Дети мои! Где вы?!.. Горре-горре!..

Она была совсем не похожа на себя: неуклюже хлопала крыльями и тяжело дышала.

— Посмотри! — крикнула она Лисёнку. — Нет ли их в трраве?!

— Здесь никого нет! — растерянно ответил Лисёнок, не зная, как успокоить несчастную мать.

— Это гадюка съела их!.. — кричала на весь лес Ворона, ставшая от горя ещё черней. — Дети мои! Ребята мои!..

И вдруг кто-то захлопал крыльями, и рядом с ней на ветку сели воронята.

— Мама! — радостно кричали они, перебивая друг друга. — Мы научились летать! Теперь мы тоже взрослые!..

— Боже, какое счастье!.. — прошептала Ворона. — Глупые вы мои!..

Она обняла их своими широкими крыльями, не сказав больше ни слова. Только счастливые вороньи слёзы капали на траву.

Лисёнок поднял яблоко и бросил его снова. Оно покатилось влево — и он побежал налево, оно свернуло направо — и он вправо, а потом — через канаву, а потом — через поляну. Он бежал долго, пока не увидел свой дом.

Папа Лис выносил из мастерской полный мешок стружек.

— Как хорошо, что ты пришёл, сынок! — обрадовался Старый Лис. — Я испёк пирог из земляничного варенья. Будем пить чай.

— Правда, мы почти счастливые?! — сказал Лисёнок.

— Правда, мой дорогой! Ведь счастье — это когда все дома!

Еловое яблоко покатилось дальше…

Но вот что интересно: следующим летом на яблоне Лисёнок среди яблок увидел еловую шишку. Она росла по-настоящему.

— Что бы это значило? — стал думать Лисёнок. — Надо созвать конференцию…

Заветная сказка

В этот день у Лисёнка ничего не клеилось. Сначала воздушный змей. Потом ножка от сломаного стула. Затем разговор с отцом. От всего этого настроение было совсем плохое. И Лисёнок отправился на Большую поляну, чтобы поговорить со Старым Дубом.

В лесу гулял Ветерок. Он поднимал кверху ветки деревьев и весело шелестел листьями.

— Привет, Лисёнок! Чего грустишь? Хочешь, я опять нагоню для тебя Земляничную тучку?

Лисёнок покачал головой:

— Спасибо, Ветерок! Сегодня мне не до сладостей. У меня серьёзный вопрос к Старому Дубу.

— Не люблю серьёзных вопросов! — сказал Ветерок и рассмеялся так, что посыпались на землю сухие ветки. — Ведь я, если ты помнишь, мальчишка ветреный!

И он улетел шалить среди деревьев.

На Большой Поляне дремал Старый Дуб. Но, заслышав шаги Лисёнка — сон старости некрепок — сразу же чутко встрепенулся.

— А-а-а, это ты, Лисёнок… — прошелестел Старый Дуб. — Что-нибудь случилось?..

— Случилось… Это должно было когда-нибудь случиться… — сказал Лисёнок.

Старый Дуб окончательно проснулся.

— Что такое?! — проскрипел он.

— Скажи, я — хищник? — спросил Лисёнок.

— Ну… хищник… — Старый Дуб кивнул ветвями.

— Тогда почему мы с отцом не охотимся? Скажи! Хищный зверь должен охотиться! Мой старший брат живёт в Соседнем Лесу, и он сказал, что я не имею права даже зваться Лисёнком, если не умею охотиться!

— Серьёзное обвинение! Наверное, твой брат — настоящий охотник! сказал Старый Дуб.

— Самый настоящий! — подтвердил Лисёнок.

— Тогда он прав, — сказал Старый Дуб.

— Но если я стану охотиться, — воскликнул Лисёнок, — все мои друзья перестанут со мной дружить!

— Конечно перестанут! — согласился Старый Дуб.

— Как же тогда быть?..

— А разве тебе никогда не хотелось съесть Зайца? — спросил Старый дуб.

— Никогда! — испугался Лисёнок. — Он же мой друг!

— А незнакомого зайца из Соседнего Леса?

— Что за дуррацкие вопрросы? — возмутилась Ворона, садясь на ветку.

— Совсем не хотелось! — честно признался Лисёнок. — Мы бы с ним тоже смогли подружиться.

— Брраво! — каркнула Ворона. — Дррузей не едят! Карр! Хотя, — заметила она Лисёнку, — охотились все ваши предки! Об этом я пррочла в старром «Зоологическом словаре». Предки-редко-редька-грром! Молчу!

— Таков был Закон Леса, — сказал Старый Дуб. — И без него нельзя представить всю нашу историю. Это продолжалось тысячи лет, пока, наконец, в Лес не пришла Любовь.

— Любовь-моррковь?! — изумилась Ворона.

— Это — Новейшая История Леса! — сказал Старый Дуб. — Именно она изменила всю нашу жизнь к лучшему.

— Расскажи! — потребовал Лисёнок от Старого Дуба.

— Ррасскажи! — потребовала Ворона.

— Ну, что ж, — задумчиво сказал Старый Дуб, — Я думаю, вам пора знать…

И он начал свой рассказ.

— Испокон веков жил в нашем Лесу, в Осином Дупле, кровожадный Дух Охоты, полный зла и ненависти. Он поощрял любое убийство, разделив зверей на хищников и травоядных. Он стравливал их друг с другом, ибо чужая кровь питала его самого, делая непобедимым и вечным. Дух Охоты не знал, что такое жалость, сострадание или любовь. Зато он умел напасть из-за кустов, загнать в погоне слабого или нагнать на лес страх. Страху было так много, что даже в волчьих семьях не знали, что такое покой. Что уж говорить про ежей или зайцев! И если для хищников такая жизнь казалось более-менее сносной, то для травоядных она была сущим адом.

— Стррах-то какой! — крикнула Ворона и вскинула крыльями. — Но ты обещал ррассказать прро любовь!

— Не торопи, — сказал Старый Дуб и обратился к Лисёнку. — Однажды твой отец, который тогда звался Молодым Лисом, встретился на Большой Поляне с твоей матерью — Молодой Лисицей. Не успела она махнуть кончиком своего роскошного хвоста, как он уже мгновенно и навсегда в неё влюбился!

— Как рромантично! — вздохнула Ворона.

— Я был свидетелем их встречи, — продолжил Старый Дуб, — и должен вам сказать, что таких нежных слов не слышал много-много веков. Ах, как он ухаживал за Молодой Лисицей! Какие произносил речи! А сколько смущенья было в её глазах! Глядя на твоих родителей, впервые за многие века я кому-то позавидовал!

— Семья — это гнездо! — кивнула Ворона.

Старый Дуб грустно вздохнул:

— Священные Дубы призваны к одиночеству. Чтобы давать верные советы нужно жить без страстей и суеты, в полном покое и размышленьях…

Тут он смолк, уйдя в свои мысли…

Лисёнок ждал-ждал, наконец, не выдержал и стукнул кулаком по стволу:

— Что было дальше?..

— Карр! — крикнула и Ворона.

Старый Дуб встрепенулся.

— Твоя мать была родом из Соседнего Леса, где Законы мало чем отличались от наших.

— Закон Прирроды — для всех один! — подтвердила Ворона. — Молчу!

— Но вся беда в том, — продолжил Старый Дуб, — что она уже была сосватана за Другого Лиса, и когда её родственники узнали о твоём отце, то очень рассердились. Однако, молодые не послушались и стали жить вместе. Тогда-то род твоей матери объявил войну роду твоего отца.

— Карраул! — воскликнула Ворона. — Представляешь?!

— О, это было страшное время! Дух Охоты ещё больше рассорил два лисьих рода. Он надел железные латы и превратился в духа Вражды! Не только лис пошёл на лиса, но и Лес — на Лес! Днём и ночью раздавались в чаще предсмертные крики и стоны!

— Каррабин! Карртечь! Каррать!.. — в ужасе закаркала Ворона.

— Помолчи, — попросил её Лисёнок.

— Вот тогда Старый Лис решился на отчаянный шаг, — продолжал Старый Дуб. — К этому времени Молодая Лисица уже родила первенца — твоего старшего брата. Явившись на границу между двумя лесами, твой отец сказал своему будущему тестю:

«О, Мудрейший-Из-Лисов! Убей своего внука! Тогда все окончательно поймут, что Дух Вражды сильнее духа Любви, а кровная вражда крепче кровных уз!»

— Кошмарр! — вскрикнула Ворона. — Ребёнка отдать варрварру! Какой риск! Какое безррассудство!

— Однако, — продолжал Старый Дуб, — Мудрейший-Из-Лисов сначала рассердился, но вдруг восторженно произнёс:

«Какой красивый дитеныш! Несомненно это — плод Великой Любви!»

— Так он сказал, Мудрейший-Из-Лисов, и навсегда прекратил вражду двух родов, поскольку злой Дух Охоты тут же провалился сквозь землю. Ведь там, где любовь — нет места злу.

— Значит дух Охоты живёт под землёй? — спросил Лисёнок.

— Увы! — ответил Старый Дуб. — Когда умер Мудрейший-Из-Лисов, к власти пришёл твой троюродный дядя — самый Тщеславный Лис на свете! Он был уверен в том, чтобы стать в лесу Главным, — нужна только сила, но никак не мудрость. Для этого он вызвал из-под земли Духа Охоты, а потом выдал замуж свою дочь за твоего старшего брата и сделал его Первым Охотником. Вот почему Лис из Соседнего Леса имеет право на охоту. А Лисёнок из нашего леса, который освящён Любовью, — имеет право не охотиться.

— Брраво! — захлопала крыльями Ворона.

Лисёнок задумался и грустно произнёс:

— И всё-таки я чуть-чуть ненастоящий Лисёнок!..

— Ты — самый настоящий! — успокоил его Старый Дуб. — Только совсем другой! Скоро наступят времена, когда и в Соседнем Лесу волки будут пить с оленями из одного ручья, а соколы кормить зайчат. Время Вражды проходит.

— Лично я в этом не уверена, — сказала Ворона Старому Дубу. — Но и не теряю надежды!..

— И не теряй! — сказал Старый Дуб. — А иначе какой смысл жить долго, если не надеяться увидеть новые времена?!

— Время! — вдруг вспомнил Лисёнок. — Который теперь час?

Старый Дуб опустил нижние ветки к подножья ствола и взглянул на свою очень короткую тень.

— Сейчас ровно полдень.

— Надо бежать домой! — спохватился Лисёнок. — Мы с отцом обещали Зайцу достроить забор. Прощай!

И он убежал, крича на весь лес:

— Время Вражды проходит! Слушай, Лес! Время Вражды проходит!

— Полечу-ка и я, — сказала Ворона. — Как рраз сегодня я собирралась покррутиться на веррхушке горродской каррусели! Карр! Карр! Карр! Я рраскажу всему горроду! Карр! Крикуны и тихони! Горрлопаны и нытики! Взррослые и дети! Дамы и кавалерры! Звери в циррке и в зоопаррке! Птицы в скверрах! Газеты и журрналы! Карр! Карр! Карр! Время Врражды прроходит!.. Ну, Старрый Дуб, хоррошо репетиррую?..

И она полетела.

Как Лисёнок был великаном

«Вот я и стал дядей, а всё равно ни капельки не вырос!.. — грустно размышлял Лисёнок, сидя под Старым Дубом. — Разве бывают маленькие дяди?»

Он посмотрел на небо, зажмурился и громко чихнул несколько раз подряд.

— Расти большой — не будь лапшой! — раздался рядом чей-то густой старческий голос.

Лисёнок вскочил от неожиданности, но никого не увидел.

— Это я, Старый Дуб, — зашелестел Дуб ветвями. — Хочу заметить, что большим может быть Лисёнок и маленького роста: в каждом жёлуде живёт большое дерево. Впрочем, если ты непременно хочешь вырасти, — сию же минуту расти на здоровье!

Он что-то таинственно прошелестел в небо, и Лисёнок тут же почувствовал, что очень быстро растёт. Всё вокруг уменьшалось с огромной скоростью: неслись куда-то вниз кусты, деревья, даже Старый Дуб становился всё меньше, а Лисёнок рос всё выше и выше.

— Выше! — кричал он. — Ещё выше!

И небо с осенними облаками стремительно приблизилось к нему, а испуганный клин журавлей разлетелся врассыпную!

Через считанные мгновенья уже не Маленький Лисёнок, а Лисёнок-Великан, которому даже Старый Дуб был по пояс, стоял на поляне.

— Ха-ха-ха! — хохотал Великан, и смех его был подобен грому. — Неплохо я вырос! Ха-ха-ха!

Перед ним раскинулись лесные холмы, далеко отступил горизонт. Единым взором Лисёнок окинул речку, болото, все пригорки, поляны и тропы. Он увидел жилище Ёжика из еловых веток, соломенную крышу заячьего крова и свой дом под черепичной крышей. Всё такое маленькое, словно Лисёнок смотрел в бинокль с другой стороны.

Земля — осенняя и спокойная — лежала у его ног от Старого Дуба до горизонта.

Лисёнка со всех сторон окружал его лес, и сделать шаг можно было только ломая деревья. А Лисёнок не хотел крушить и топтать. Он стоял и не двигался.

Над ухом прожужжал самолёт. Лисёнок подержал его в лапах возле уха, послушал как сердито жужжит и отпустил.

Поймал облако. Нахлобучил как шапку. Поймал другое. Намотал как шарф. Поймал ещё два, надел как варежки. Затем осмотрелся вокруг. Никаких дел больше не было. Ему стало скучно.

— Стою как дед-Мороз, — прогромыхал Лисёнок. — А внизу — ещё только осень…

Стряхнул с себя облака. Они улетели, ко всему равнодушные.

Откуда ни возьмись — Ворона. Села на нос. На самый кончик.

— Это ты, Ворона? — спросил Лисёнок.

— Нет, я Ёжик, — пропищала Ворона так тихо, словно комар.

— Вороны, между прочим, под облаками не летают, — сказал Лисёнок.

— Ради дружбы чего не сделаешь! — ответила она. — Чем займёшься?

— Буду считать облака… Ловить и отпускать самолёты…

— Хулиганство! — пропищала Ворона ему в ухо. — Глупости и безобрразие!

— Ну… тогда не знаю… — признался Лисёнок.

— То-то и оно! Быть большим — не каждому по плечу!

— Что же тогда делать?.. — растерянно спросил он.

— Стать таким, как рраньше, — посоветовала Ворона и улетела.

Лисёнок наклонился к Старому Дубу и тихо спросил:

— Ты слышал?.. Сделай это! Пожалуйста!..

— Не могу, — ответил Старый Дуб.

— Как?! — изумился Лисёнок. — Но ведь ты же смог сделать меня большим!

— А вот маленьким не могу! Дуб разве можно снова сделать жёлудем? Подумай!

— Ты шутишь!.. — заволновался Лисёнок.

— Ничуть, — прошелестел Дуб. — Ты уж прости… Я сделал тебя слишком большим… Ты уж прости…

Лисёнок выпрямился.

У Старого Дуба кто-то сновал — крошечный, как муравей, что-то кричал, взволнованно подпрыгивая. Лисёнок не понял, кто там, и ничего не услышал: уж слишком высоко был от земли. Он хотел прилечь на траву, но и это стало невозможно — на поляне не хватило бы места для такого великана.

«Мои друзья! — подумал он. — Наверное, переживают сейчас… Да, я теперь один. Зачем мне такой рост, если даже к мостику у реки я не могу шагнуть, не причинив никому зла?! Если я — большой и сильный — беспомощен, как новорождённый лисёнок, как ветряная мельница в безветренную погоду?!»

Он вдруг горько осознал, что никогда теперь не ступит на порог родного дома, не выпьет вечернего чаю вместе с папой-Лисом на веранде.

Всё ниже опускалось к горизонту осеннее солнце. Длинные тени от деревьев раскинулись по лесу. И самая большая и печальная тень легла на поляну.

— Послушай, — снова обратился к Дубу Лисёнок. — Если ты не можешь сделать меня маленьким — сделай наш мир большим!

— О, это легко! — встрепенулся Старый Дуб. — Как это я сам не додумался?!.. А ты — молодец! Недаром я выбрал тебя!

Он качнул золотой листвой, распрямил широкие ветки и прошелестел в небо что-то таинственное.

И сразу же всё вокруг стало расти, догонять и перегонять Лисёнка: мир делался шире и выше, и Дуб вознёсся под облака! А всем казалось, что это Лисёнок опускается на землю.

— А говорил, что ничего не может сделать! — радостно прокаркала Ворона. — Ну и шуточки у Старрого Дуба!

Лисёнок промолчал. Он не стал раскрывать их с Дубом секрет. Он просто радовался, что каждый, сам того не ведая, стал Великаном.

Золото и осень

Лисёнок сидел под кустом на поляне и видел, как прибыла Осень в золотой карете. Её сопровождали павлины. Кони остановились, Осень вышла из кареты и улыбнулась Старому Дубу.

— Здравствуй! Ждал меня?

— Как всегда, моя золотая, моя солнечная! — ответил Старый Дуб.

— Я тоже очень рада встрече, — сказала Золотая Осень. — Ты здоров?

— Пока держусь, — ответил он, заколыхал ветвями.

На землю дождём посыпались жёлуди.

— О! — восхищённо воскликнула Золотая осень. — В молодости у тебя столько не получалось! Ты по-прежнему самый сильный и красивый дуб во всей округе!

— Помнишь мою молодость? — спросил Старый Дуб. — Помнишь, как я всегда ждал тебя?

— Я всё помню, дорогой! Всё-всё-всё! А ты помнишь, как однажды осень в вашем лесу длилась до самой весны? Что я тогда натворила по всей земле!.. Какой переполох, какая путаница времён года тогда случилась! Помнишь?.. Из-за тебя, Дуб, из-за тебя!.. Ты не отпускал… Кто это? — вдруг спросила Золотая. — Он похож на опавший кленовый лист, а глаза у него доверчивые, как у цыплёнка!

— Лисёнок, ты здесь? — позвал Старый Дуб.

— Меня здесь нет! — ответил Лисёнок.

— Это Лисёнок, — сказал Старый Дуб Осени. — Мой любимец. Представляешь, его семья навсегда отказалась охотиться и, при этом, ничего, выживает как-то, не бедствует! Иди сюда, малыш! — обратился он к Лисёнку. Я познакомлю тебя с госпожой Осенью.

Лисёнок вышел на середину поляны и сказал:

— Здравствуйте! Вот что меня интересует больше всего на свете: как из золотых листьев сделать настоящие золотые монеты. Вы это должны знать!

— Почему я должна это знать? — расхохоталась Золотая Осень.

— Потому что вы очень красивая! — ответил Лисёнок. — У вас даже ресницы оранжевые!

— Однако, — обратилась Осень к Старому Дубу, — хоть твой любимец и не охотится, лисьей хитрости он не утратил! Зачем тебе деньги, маленький льстец? — спросила она Лисёнка.

— Чтобы не охотиться! Неужели непонятно? — ответил Лисёнок.

— А воровать ты тоже не умеешь? — спросила Осень.

— Только у природы! — ответил Лисёнок.

Осень задумалась.

— Как помочь такому милому и смышленному Лисёнку — ума не приложу. Может быть, взять его с собой? Пойдёшь ко мне на службу, золотисто-рыженький?

— Он не пойдёт к тебе на службу, дорогая! — ответил за Лисёнка Старый Дуб. — У него и отец нездоров, и мама давно пропала. Отцу надо помогать. Маму надо дождаться. Кроме того, у него есть знакомая Лисичка в соседнем лесу. Ему нужны деньги, чтобы в будущем, когда они поженятся, их дети не стали бы охотиться. Я прав, Лисёнок? — обратился Старый Дуб к Лисёнку.

— Нет у меня знакомой Лисички, — ответил тот.

— Как это?! — удивился Старый Дуб. — Недавно она пробегала…

— Мне нужно много денег! — упрямо сказал Лисёнок.

— Теперь понимаю, — сказала Золотая Осень. — Ты должен помочь отцу. Тебе нужно найти маму… Теперь понимаю…

— Ничего вы не понимаете! — вскрикнул Лисёнок. — Я не хочу, чтобы они снова захотели охотиться! Я им всё куплю, чтобы никогда… — Он даже немножко заплакал. — Лисичка ведь стала охотиться! Мы больше с ней не дружим, Старый Дуб, — пожаловался он.

— Видишь, моя золотая, он не может уехать с тобой… Ему ещё нужно снова подружиться с Лисичкой и отучить её от дикости.

Осень снова задумалась.

— Вот незадача!..

Павлины соскучились сидеть в карете на золотой жёрдочке, вышли на поляну, раскинули веером роскошные хвосты, важно прогуливались и молчали.

Кони терпеливо ждали в упряжке, только помахивали рыжими хвостами, потряхивали рыжими гривами и бренчали золотыми бубенчиками.

Кучер в оранжевом армяке по обычаю дремал на облучке.

Пока шёл недолгий разговор, деревья вокруг поляны, все до одного, пожелтели.

Прилетела Ворона, по-свойски села кучеру на плечо.

— Привет, приятель! Прекррати дремать! Рраскажи, как дела в Туррции! А в Греции? А в Африке? А в Австрралии?..

— Ну, вот что! — сказала наконец Осень. — У меня много дел, мне нельзя задерживаться. Ты пока расти, малыш, а я что-нибудь придумаю. Обещаю. Я придумаю что-нибудь для тебя такое, что дороже всех денег мира.

Они с Дубом нежно обнялись на прощанье. Всё замерло в лесу, только град спелых жёлудей ударил о землю.

Потом она села в карету, павлины уже ждали её внутри. Кучер потянул вожжи, кони взвились, и карета полетела над верхушками деревьев, оставляя за собой широкий золотой след…

Лисёнок и зонтик-невидимка

Однажды весной Лисёнок нашёл на тропинке к своему дому зонтик. Он выглядел старым и негодным, какой и выбросить не жалко. Да и ручка у зонта была какая-то дурацкая, едва умещалась в лапах. Лисёнок присмотрелся к ней получше. Она была медной, кованой и напоминала огромный ключ от амбарного замка.

«Интересно, где бывают такие амбары, которые запираются такими огромными замками, к которым подходят такие ключи?» — Лисёнок понял, что конечно, зонтик был волшебный. И тайна в нём таилась огромная.

— «Нет такой тайны, что не стала бы явью!» — вспомнил он слова Старого Лиса и раскрыл зонтик.

Тот превратился в оранжевый купол, как золото и солнце. А Лисёнок тут же… исчез! Пропал — и всё! Исчезли его лапы! И даже хвост! То есть, они как бы были (он ими шевелил), и в то же время он их не видел.

Лисёнок от испуга поспешно закрыл зонт, и тот вновь появился, штопаный, старомодный, но невредимый. И хвост за спиной появился тоже, и лапы.

— Зонтик-невидимка!.. — в восторге прошептал Лисёнок.

Он раскрыл зонтик ещё раз, чтобы убедиться: не пропала ли его способность к исчезновению… Нет, не пропала! Лисёнок хохотал, как сумасшедший.

Прилетевшая на его смех Ворона с удивлением вертела головой.

— Ты где прячешься?..

— Да вот же я, вот!

— Где?!

— Да вот же, вот!.. — смеялся он, и тут же появился перед самым её носом.

— Волшебный?.. — поинтересовалась она не без зависти. — Зонтик-то?..

— Ага, — кивнул головой Лисёнок.

— А что он умеет ещё? — спросила Ворона.

— А разве этого мало?! — удивился он и повертел сложенным зонтиком туда-сюда, а тот вдруг сам по себе раскрылся, и Лисёнок, который крепко держал его в лапах, на этот раз не исчез, но зато взлетел над поляной.

— Ка-ак?!.. — воскликнула Ворона, теперь уже не скрывая досады. — Так он ещё и летает?!..

Лисёнок сложил шатёр зонтика всего только наполовину и плавно приземлился на старый пень.

— Шикаррная игррушка!.. — сказала Ворона. — Уж не мой ли это?.. стала припоминать она. — Лет тридцать назад, помнится, я потеряла точно такой же!..

— Не дам! — воскликнул Лисёнок. — Ты никогда не говорила, что у тебя был волшебный зонтик!.. Кроме того, ты и так умеешь летать!

— А это у него что? — Ворона кивнула на ручку зонта. — Похожа на ключ.

— Просто такая у неё форма. — Лисёнок на всякий случай раскрыл зонтик и снова стал для Вороны невидим.

— Не-ет! — возразила Ворона, повысив голос. — У волшебного зонта ничего не может быть просто так.!

— Но ключ от чего?! — снова появился Лисёнок.

— От тайника с кладом, — уверенно сказала Ворона, понизив голос. — Или — от сундука с золотом. Или — от волшебной дверцы, за которой — несметные сокровища!..

— Где же мы найдём эту дверцу?.. — спросил Лисёнок.

— Ох, и зануда же ты! — возмутилась Ворона. — Где-нибудь да найдём!.. Ты, главное, его не потеряй. Может… мне дашь на хранение?..

— Летим! — вдруг скомандовал Лисёнок и повертел зонтик туда-сюда.

Они дружно взлетели над лесом и опустились прямо перед домом Лисёнка.

— Папа!.. Смотри, какой зонтик я нашёл… Наверное, это — подарок Золотой Осени!..

Старый Лис не вышел как всегда на веранду и даже не откликнулся.

— Куда же он мог подеваться?.. — огорчился Лисёнок. — Вот ведь некстати!..

Но тут Лисёнок увидел нечто такое, что заставило его вздрогнуть!.. Странный беспорядок царил повсюду. Никогда в жизни Лисёнок не видел ничего подобного! Если хоть одна газета лежала не там, где должна была лежать это уже был беспорядок, а если тапочки Лисёнка вместо прихожей оказывались в папином кабинете — это называлось БОЛЬШИМ БЕСПОРЯДКОМ!

Как же надо было назвать то, что увидел перед собой Лисёнок? Разбросанные книги, рассыпанные газеты, опрокинутый кофейник, разорванные шторы на окнах. И разбитые папины очки…

И ещё — чужие запахи!.. Запахи болота и сапог, дыма, человека и собак!

— Что это такое?.. — пролепетал Лисёнок.

— Кошмарр!.. — всплеснула крыльями Ворона.

— Здесь были изучатели леса, — раздался голос Ёжика, появившегося у ворот. — Два зверолова и три собаки…

— И… что?!.. — чуть слышно выдохнул Лисёнок.

— Они бросили твоего отца в клетку и увезли.

— Куда?!.. — в отчаяньи крикнул Лисёнок.

— В город, — глядя в землю, сказал Ёжик. — Он храбро сражался, но их было много, а он — один…

— А ты?!.. Ты не помог ему?!

— Их было много, — повторил Ёжик и, опустив голову, побрёл вдоль забора.

— Постой! — крикнула ему вслед Ворона.

Ёжик сразу же остановился, но головы не повернул.

— Какого цвета была клетка?

— Синего, — едва слышно произнёс он и побрёл дальше. Дойдя до конца забора, Ёжик свернул за угол и пропал.

— Та-ак! — решительно произнесла Ворона. — Теперь я знаю, куда его увезли!

— Куда? — затаив дыхание, спросил Лисёнок.

— В зоопарк, вот куда!

— В зо!.. В зо-о-парк?.. — Лисёнок задрожал всем телом.

— Именно туда!

— Но… как ты… узнала об этом?..

— Все клетки в мире делятся: на зелёные, черрные и синие. Зелёные находятся в ветеринаррной клинике, черрные — на звероферме, а вот синие эти как рраз из зоопарка.

— Так летим в зоопарк! — рванулся Лисёнок.

— Не торропись!.. Надо дождаться ночи…

Ах, как медленно наступала ночь! Лисёнок прогонял солнце и звал звёзды…

— Не ррыдай! — утешала его Ворона. — Мы спасём его!.. И не обижайся на Ёжика… У них — псы и пули… Зато у нас — хитррость и дрружба!..

И наступила ночь.

Ворона сказала:

— Порра!..

Тогда Лисёнок повертел зонтиком, и они с Вороной полетели в город.

— Не туда! Не туда! — указывали им дорогу вороны с городской свалки. Зоопарк — там, там!..

…В зоопарке готовились ко сну не так, как в лесу. Звери, как в лесу, умывались. Но здесь перед сном ещё полагалось петь хором. Слон протрубил, и зоопарк запел «Гимн Зоопарка»:

Не до жиру — быть бы живу!

Стройся, стройся по ранжиру

от колибри до слона

вся звериная страна!

Тяф-тяф! И-а-а! И бэ-э! И мэ-э!

Как хорошо — тебе и мне!

Ни к чему моря и ветки!

Нам важнее наши клетки!

От жирафов до ужей

славим наших сторожей!

Тяф-тяф! И-а-а! И бэ-э! И мэ-э!

Как хорошо — тебе и мне!

Пел медведь белый на скале и пел медведь бурый из берлоги, пели в обезьяннике мартышки и павианы, пел слон в загоне, пели зебры, зубры и верблюд в песчаном вольере, пел олень у прозрачного водопада, пел в бассейне бегемот, на пруду пели фламинго, пеликаны и лягушки, пели в террариуме скорпионы и змеи, пел крокодил, пел пингвин и пел весь молодняк на зарешетчатой игровой площадке.

Только тигры не пели. Принципиально. И не пел лев.

— Как ты думаешь, что едят на ужин львы? — спросил у Вороны Лисёнок. Лис они, случайно, не едят?

— Дуррачок! — каркнула Ворона. — Они едят коз!

— А кто ест лис? — продолжал допытываться Лисёнок.

— Лис и ворон вообще никто не ест. Тише!

Песня, между тем, закончилась, а многие уже спали.

Все звериные дети из молодняка шлёпнулись спать там, где кого застал сон: на горке, на качелях, в песочнице, между веток поваленной сосны, у фонтана…

Лев зевнул. От его могучего зевка закачались деревья на другом конце зоопарка. Обзевались обезьяны, молча потянулся бегемот, зевнул и хлопнул зубастой пастью крокодил, сонно застонали зубры.

Осёл зевнул совсем не по-ослиному — беззвучно, как рыба. Звери восхитились:

— Умница! Надо же! Осёл у нас просто молодец! Вот что значит воспитание!

Со всех сторон раздалось одобрительное хлопанье крыльев, всхрапывание, ржание, повизгивание.

— Исключительно тихо! — подтвердил верблюд.

Гордый осёл побрёл спать к зебрам и жирафам. Зато слон зевнул, как обычно: прогудел на выдохе трубой.

— Возмутительно! Этому просто нет названия! Сколько можно просить?!

Погрузился в воду бегемот. Застыл на одной ноге фламинго. Скорпионы и змеи притворились камнями, спрятался пингвин… Вскоре весь зоопарк затих…

— Пошли? — спросил Лисёнок.

— Рано! — шепнула Ворона. — Пусть пройдут Сторрожевые Псы с ночным обходом.

Сторожевые Псы пробежали мимо.

— Никого! — зарычал один.

— Никого! — зарычал второй.

Лисёнок и Ворона двигались от одной клетки к другой, но Старого Лиса нигде не было.

И вдруг Лисёнок почувствовал знакомый запах родного дома.

— Папа! — громко шепнул Лисёнок. — Мы — рядом! Мы спасём тебя!

— Я же говорила, что он здесь, — сказала Ворона.

— Лисёнок!.. — раздался из клетки прекрасный и взволнованный голос. Как ты вырос!..

— Кто ты?! — спросил Лисёнок, сам не понимая, отчего у него так замерло всё внутри.

— Я — твоя мама, — сказал прекрасный голос.

— Мама!.. — как во сне повторил Лисёнок.

— Госпожа Лисица! — в удивленьи каркнула Ворона и тут ей ответил лай Сторожевых Псов.

— Беги, сынок! — крикнула в отчаяньи Лисица-мама.

— Ррраскррой зонтик! — скомандовала Ворона и взлетела на дерево.

Сторожевые Псы пробежали совсем рядом, тяжело дыша и отдуваясь.

— Никого! — зарычал один.

— Померещилось! — рявкнул другой.

— Пахнет Лисёнком!.. — зарычал первый.

— Кем тут только не пахнет!.. — заворчал другой. — Всё! Пора в будку! И спать! Спа-ать!..

— Сынок!.. — с тревогой спросила мама Лисёнка, как только они скрылись в темноте. — Ты где?!.. Дай же мне взглянуть на тебя!

— Я — вот он! — Лисёнок сложил зонтик у самой решётки.

— Мы здесь, госпожа Лисица! — громко шепнула Ворона и слетела с дерева. — Сейчас мы вас спасём!

— Где папа?.. — спросила Лисица.

— Где-то здесь, — ответил он, — мы искали папу, а нашли тебя…

— Как?! — вскрикнула Лисица. — Его схватили тоже?!..

— Не беспокойтесь! — шепнула Ворона Лисице. — Рраз мы здесь — значит спасём и вас, и Старрого Лиса!..

— На клетке — замок, — печально покачала головой мама Лисёнка. — А прутья — не по нашим зубам…

И тут Лисёнок догадался… Он только прикоснулся волшебным ключом к огромному замку, как сразу что-то щёлкнуло, и дверца клетки сама открылась.

— Мама! — И Лисёнок попал в объятья Лисицы.

Ворона полетела искать Старого Лиса.

— Сюда! — раздалось её тихое карканье.

Лисьи клетки стояли в один ряд: одна за другой, и она нашла его очень быстро. Только дотронулся ключом Лисёнок до замка, и Старый Лис тоже был на свободе.

— Твой ли я слышал голос?.. — сказал Старый Лис маме Лисице. — Или просто мне так хотелось его услышать?..

Он был без очков и потому — растерянный и смешной.

— Я тоже слышала вас, — улыбалась и плакала мама Лисица. — Я каждую ночь слышала ваши голоса. С тех самых пор, когда меня сняли с Льдины и отвезли в зоопарк!..

— Домой! — скомандовала Ворона.

Зонт раскрылся, и всё лисье семейство легко поднялось в звёздное небо.

До рассвета было ещё далеко. Над рекой слышалось, как трещит лёд.

Когда они опустились у дома, в окошке горел свет. Из трубы шёл дым, над лесом пахло свежеиспечённым хлебом, а на крыльце их встречал Ёжик.

— С добрым утром! — сказал он. — Очень доброе утро — это когда все дома.

И все улыбались друг другу. И всё плохое оставили позади.

— Зонтик улетел! Да вот же он! Вон летит! — закричала Ворона.

Зонтик летел над утренним лесом. Он взлетал всё выше и выше. Он спешил, словно где-то в другом лесу ждал его другой Лисёнок.

Content

Игорь Фарбаржевич
Сказки Маленького Лисёнка

Книжка первая

Старое Эхо

Зеркало в овраге

Трень-брень-набекрень!

Пропавший день

Лисёнок и Ночь Волшебства

Книжка вторая

Лисёнок и разбойники

Лисёнок и отряд черепах

Дракон на цепи

Постричь мамонта!

Туман из Лондона

Книжка третья

Белое облачко, сизая тучка…

Тропа прошлого

Трое крошечных лисят

Земляничный дождик

Зуб мудрости

Книжка четвёртая

Еловое яблоко

Заветная сказка

Как Лисёнок был великаном

Золото и осень

Лисёнок и зонтик-невидимка