Александр Ермак

Большие П.

Здравствуй, наш очень дорогой!

Прошу от всей деревни, не пожалей времени своего на рассмотрение и прости меня, если я чего не так объясню. Люди мы в наших краях за телегой времени не всегда поспевающие и иногда отсталые по всем статьям гражданского, а то и, чего душой кривить, уголовного кодекса. Однако ж живехоньки и спешим заверить, что владения твои в подразумеваемых границах по-прежнему простираются. Так и не прибрал деревеньку за годы оные никакой супостат заморский. Ни силой, потому как никакой силы на масштапы наши не напасешься. Ни мошной, потому, как нет никакого смысла ею над головами нашими сотрясать. Конечно, будь мы Малые или там Средние Пиздюки, то нас, конечно, давно бы кто распиздючил, но мы, слава те господи, Большие, и потому внешнему распиздючиванию не подлежим.

Честно сказать, так и в остальном к нашим окрестностям сплошное благоволение. Ни тебе трясения земного, что могло бы поглотить в чреву подножную, ни огня-пепла с горы жаркой, ни волны апокалипсической с моря-океана. Так что в целости и сохранности прозябаем. Ни дать ни взять, хранит бог Большие пиздюки. На хрена хранит, хрен разберешь, ну, да и на хрен разбираться. Ныне головушки наши заняты боле по существу. Куда ни кинь, а от Больших Пиздюков уже пованивает анахронизмом, и, как нож в горло, надобно нам иметь новое название в соответствии с сутью, духом и на вырост.

Нет, от собственно Пиздюков мы не отказываемся, хотя таковыми и не всегда являлись. Это точно: и по записям, и по былинам от старика к старику передаваемымвыходит, что известны мы были и под другими названиями. Звалось село наше в иные годы и Богатово, и Щедрово, и Добронравово, а еще Надеждино, и даже Мессиево. Удивительно, но, оказывается, не водилось у нас пиздюков изначально. Исконно жили тут Мудровы, Умельченковы да Скороруковы. Приживались по торговой линии Мудоняны, Фалоссини и Попеску с прочими соплеменниками. А вот пиздюков не водилось. И даже слова такого никому на ум не приходило. Но потом как-то в високосный, должно быть, год родился один Макар, ни в отца, ни в мать, сам по себе. Вот так вот и заявил он не только деревне, но и всему белу свету:

– Я, бля, шибко особенный. И моя земля, бля. И поля, бля. А потому не могу я соблюдать повсеместно распространенные шаблоны и стандарты. У меня свой славный путь, особая иноходь. А куда именно, как и зачем, никому понять не дано, потому как все остальное миронаселение мне не ровня, оно мне ровно чуть выше колена…

Огляделась наша деревенщина на себя да по сторонам и согласилась: и все не так, и ровно чуть выше колена. Так что таким вот Макаром и зародилась у нас новая пиздюковская порода, которая поперла в хвост и в гриву всем остальным на зависть. Однако ж самое наименование появилось позднее и имеет чужестранное происхождение. Свидетельства остались, мол, какой-то инородный захватчик из самых дальних деревень заблудил в наших местах да и засмотрелся на леса-поля-чернозем-рекисрыбой-озера-пушнину-уголь-нефть-золото-лопаты-вилы-топоры-скотство-пьянство-тулуп-пимы-мех-пух-треух. И так он, сердешный, на все это раззявился, так восхитился всей своею иноземною душою, что пустил слезу и чистосердечно высказался:

– Какие же вы все-таки пиздюки!

Наши же селяне на это довольно переглянулись. Вот, наконец, даже и заграница признала всю особливость, все величие и благородство поселения нашего, и, стало быть, никуда не деться, быть нам Пиздюками. На что и получено было соответствующее высочайшее разрешение.

Так по существу название наше вроде бы и образовалось, а со временем, конечно, согласно разным внешним и внутренним обстоятельствами, получило дальнейшие метаморфозы. Бывали мы и Имперскими Пиздюками, и Февральскими, и Октябрьскими, и Красными, и Белыми, и Новыми, и Старыми, и Дальними, и Ближними, и еще Индустриальными, Кукурузными, Резервуарными, Ядреными, Застойными, Отстойными, Перестроенными, Культовыми и даже Нанопиздюками. Последние же исключительно плодотворные годы мы жили, как Большие Пиздюки. Ой, как славно текли те денечки! Таких мы реформ понатворили во всех сферах человеческой и нечеловеческой жизнедеятельности. Таких результатов нагромоздили… Глядишь и слезу пускаешь, и сердцем заходишься, и хочешь не хочешь, а думать начинаешь, что Большие Пиздюки нам, как детская шапочка на свиное рыло. Нешуточно мы из этого наименования вымахали. Жмет оно и в коленках, и особливо в области височной кости напирает. Вот потому и вызрело у нас сначала озимое, а потом и яровое предложение – утвердить деревне новое имя. Пусть зовется она на благо и как есть – Великие Пиздюки. В самую, так сказать, штопаную дырочку.

Нет, наш очень дорогой, ты не спеши, ты так сразу не отвергай, не отмахивайся, ишь, мол, куда занесло вас, пиздюков таких. Подожди, не горячись, я далее тебе так искренне и честно картину всю обрисую, что согласие на тебя тут же безысходно и окончательно снизойдет, и станем мы, куда деваться, наконец, уж по всем статьям тем, к чему от природы самой предрасположены. Честное слово, обо всем в подробностях и по порядку поведаю, как есть оно, так все тебе по кучкам и выложу.

О хлебе насущном

Уж с чем с чем, а с предпосылками к сытому существованию у нас полный порядок. Куда ни кинь, а кругом чернозем. За порогом по колено влипнешь – чернозем. Червя для рыбалки заготавливаешь – чернозем. Могилку или для отхожего места рыть возьмешься – опять чернозем. А жирный какой, копать его не перекопать! Хошь гречиху расти, хошь пшеницу взращивай, а то и кукурузину засаживай или сою повсеместно разсеменяй.

Да уж, такая у нас землища плодородная, что хочешь вырастет, если посадишь. Ну, а пока не посадили, так лебеда да крапива от горизонта до горизонта взор ублажает да гордость пиздюковскую питает. Глядишь, глядишь на черноземище нераспаханное, пустишь слезу да и прозреваешь вдруг. Доходит до тебя. Докарабкивается. Достукивается. Чего там греча с кукурузиной! Да здесь же папайю с фейхуею запросто выращивать можно. К агрономше не ходи, мужиков наших поспрошай. Они-то у нас эту тему не первый день оппонируют. Каждый день с утра – дождь ли, снег ли – собираются за околицей и пальцы веером в землю тычут, нюхают да облизываются. Одни предъявляют:

– Гляди, вырастет манга!

Другие аргументами своими немалыми машут:

– Не вырастет! Она ж, гада, песок любит!

Но те, кто «за», не сдаются:

– Так, если ж глины впополам с песком в наш чернозем внести, то тогда никуда не денется, примется, вырастет, вымахает!

И глядишь, уже колеблются те, кто в наш чернозем не верит:

– Ну, если на это поле глины с песком по железной дороге завести составов двести, то тогда манга, пожалуй, и взойдет. Но только если двести, никак не меньше. А иначе землица только для бананов и сгодится.

Ну, с этим-то, понятно, все соглашаются:

– Нет, бананы нам не нужны. От них пучит. И огненная вода на них опять же получается не та, как на манге. Эх, помнишь, как кум твоего внучатого племянника хрен знает откуда привозил и хвастал, что манга там растет повсеместно и на всеобщее удовольствие…

– Да, было дело, – подтверждают и те, и эти. – Довелось откушать амброзии. Славное воспоминание. Не зря жизнь прожили, мужики…

Так что чернозема перегнойного у нас завались. Как навоза в оные годы. Да, бывалоча добра этого такие россыпи, залежи и на улице тебе, и за околицей, а то и прям на пороге. Ой, сколько ж его скотина разнообразная производила! Ой, старательны были по этой части и коровы, и овцы, и козы местечковые! И все им мало было. Мычали, блеяли, так и рвались, паршивцы рогатые, на душистые сенокосы да на заливные луга наши знатные. Всю красоту загадить хотели. Но, слава богу, какофония эта скотская закончилась. Прекратился мычеж да блееж. Как есть, вся животина пиздюковская копыта отбросила. Кто говорит, что мор иноземный, завистниками занесенный, по селу прошел. Кто предположение высказал, что не может корова-коза-овца недоенная более недели стоять, потому и дохнет в непонятии. Ну, а кто-то заметил, что вовсе и в недодое дело. Мол, все даже и не по зеленой погоде происходило. Дескать, скотина еще зимой сдохла, потому как заскучала сильно без пережевывания сена-соломы, которых пиздюки в сезон заготавливать не стали по причине глубоких раздумий на актуальные сельскохозяйственные темы.

Ну, теперя уж точной причины скотского поведения никто и не помнит. В памяти людской осталось только, что холодец в тот год вся деревня повсеместно варила да от души наяривала. И еще все знают, что опосля, прослышав про скучный уход скотины, приезжали к нам ветеринары и гуманитары из соседних селений. Изучали они овины, коровники под микроскопами и заодно пиздюков просвечивали, обнюхивали, до крови кололи, ждали, что из-под кожи у них, может, какая гадина заразная на свет божий объявится, по которой и диагнозу облегчение выйдет. Однако ничего из пиздюков гуманитары не выделили и причину такого скотства на молекулярном уровне так и не определили. Решили только, что, наверное, если и есть та гада в пиздюках, то слишком глубоко кроется, но так не резать же их из-за гипотезы по живому до полного расчленения и испускания.

Так что помаячили-покудахтали в тот год по селу гуманитары, не разобрались в скотской причине, да так и уехали ни с чем, только помощь ихнею напоследок и упросили принять. Вот ведь, неугомонные, который год уже шлют, шлют, шлют. Консервы, муку, порошок яичный, как будто мы тут уж совсем безяйцовые. И еще одеждой ношенной последней, видать, из своих шкафов делятся, мол, попросите, и трусы с себя снимем – все вам готовы отдать. Добрые люди! Но только нам чужих ношенных трусов с дырками не нужно. Однако ж напрямки сказать об этом не можем, потому как люди мы вежливые и вынуждены никому не отказывать, принимать все, что шлют, хотя, если понадобится, и сами прожить во всеуслышанье можем. Даже и без порток. Хотя и мерзнем мы подчас все время, но не копытимся же. Как кормились с огорода спокон века, так и кормимся – продолжаем летом грызть да на зиму банки закатывать. Так что живем, вот, да клубни жуем. Каждый год у нас урожайный. И этот не исключение. Соседка моя говорит, что руку уже запускала и что вполне они уже как у мужика еенного. Значит, не помрем с клубнями-то. И то верно. До сих пор ведь никто с голоду не тронулся, поля черноземные уродовать-распахивать не рванул. Чего ж понапрасну красоту нашу, гордость пиздюковскую крапивушку-лебедушку изводить. Ведь все равно не сегодня, так завтра, а не завтра, так точно послезавтра, но какая-нибудь напасть обязательно приключится, налетит, никуда не денется или саранча, или тля или еще какая бля.

Ну, а если уж в огородах бабы переведутся или гордость наша окончательно спятит и откажет помощь от гуманитаров принимать, так мы опять же не пропадем, по лесам да по подлескам по грибы, по ягоды побредем, на дичь-рыбу нацелимся. Полно этого добра у нас местами, где не повывели ранее. А в реке у холма, после того как закопали никто не помнит что именно, так там вообще рыбы теперь косяк на косяке и косяком погоняет. Громадное количество огромной рыбы. Без плавников, без чешуи – потрошить да чистить одно удовольствие. А поешь такую и как будто светишься от тихого благодатного счастия.

Только далеко к тому холму с рыбалкой ходить. Потому народ у нас больше в местном пруду карасиков электроудочкой сшибает. Какие остались рыбехи, тех и сшибает. Поначалу всех вроде карасей и даже гальянов пузобрюхих извели. Но потом карась как-то привык что ли, натренировался электричество не воспринимать, а может поддамшись дарвинизму в эволюции своей изоляционную чешую выработал. Так или иначе, а пошел он какой-то токоустойчивый, все равно что резиновые калоши носит. Дашь ему 24 вольта, он позевывает, пузыри пускает. Дашь 127, он только от удовольствия подрагивает. Всыпешь 220 или уж 380 на полную катушку, а он, гад, смеется в пруду. Нет, не смеется – хохочет, ржет, игогокает во всю глотку так, что мурашки по телу всей деревни выступают.

Однако ж не сомневайся: мы надумаем, как защиту эту изоляционистскую пробить и новую породу также извести под корень. Мы спать не будем, о манге размышлять перестанем, а карася первезного изведем!

И не переживай за нас! Как видишь, есть чем занять нам желудки свои да животы безразмерные. С хлебом насущным у нас полный порядок. Жуем, чем живем…

О народонаселении

Конечно, раз речь пошла о присвоении селу нашему такого масштабного наименования, то не может не встать колом вопрос о народонаселении. Ты ж наверняка спросишь: а соответствует ли? А достаточное ли количество пиздюков народилось. А действительно ли они той самой прославленной породы?

Да уж, серьезен сей вопрос, особливо, если учесть, что кое-кто из местного женского населения взбрыкивает не по делу и упрекает пиздюков, что ленны они по части прибавления и что больше о манговом напитке думают да о проблемах осеменения далекого иноземного населения мечтают, а вот до своих, мол, родных-близких руки и прочая не доходят.

Ну так вот что я на это отвечу: в связи с безоговорочным полноправием и всеобщим попустительством пиздючки наши уж больно фыркать стали. Подол задирать без шелкопуховых перин, без телег с кондиционерами да без водочки-казенки не желают. И при том морщатся, что хоромы тесные и куда уж в таких зажатых бытовых условиях также и новеньких пиздючат содержать. Сегодня они, мол, с горшок, а завтра в уборной не поместятся. А стены от напора внутреннего содержания хоть и расширяются, но дрожат вместе с обитателями. Не ровен, мол, час, да и не выдержит конструкция, вся пиздюковская порода возьмет наружу и выплеснется.

Но вот уж зря так высказывают бабы неразумные в делах строительных. Ведь ежли наши избы подпереть подпоркой, что у соседа всегда спереть можно, то постоят они еще, не завалятся. Давно они построены на совесть и долго еще им стоять на ней держаться, потому как других домов у нас нет и не будет, не зря же мы принимаем и принимать впредь продолжим решения соответственные о повсеместном обеспечении желаемым жильем всех желающих к желаемому году по желаемой цене. Так что по сути нет проблем с проживанием и прибавлением народонаселения – любая пиздючка может ознакомиться с важными документами в персональном клозете, по которым решения после постановления для более детальной проработки растаскиваются в желаемом для удовлетворения соответственных нужд количестве.

Ну, а если отписала какая тебе ля вперед меня, так не ее слушай просто так, к голословным мандатым почтения нету. Факты, факты и только факты, как завещал нам великий и всемогущий Л. А факты упрямо бьют в лицо. Ведь, чтобы полностью и бесповоротно избежать спекулятивных инсинуаций и не потерять в глазах соседских поселений наш пиздюковский имидж, не даром, а за большие деньги проводим мы спорадическую и всеобъемлемую перепись народонаселения. И туда, и сюда, и вдоль, и поперек, ходят, а чаще и вовсе стоят, а то и просто-таки лежат-фантазируют во всем подкованные и всюду подогретые переписчики. Заносят они в кондуиты в точности, что им скажут, что покажут, ну и что самим привидится. Так что в итоге получается объективнейшая с точностью до экземпляра картина, сколько и каких имеется пиздюков в селении нашем без конца и без края. Так же мы убеждаемся: не малы и не высоки пизюдки наши – длиннаж, что надо, средний рост на вырост. Мужики на грезах о манге вспоенные – поджары и умом морщинны. Бабы от раздумий напрасных – опухлы. Дети – все равно имеются. Так что в нужном количестве и подобающем качестве на квадратный метр за годом год пиздюк проходит как хозяин непонятной родины своей.

В связи с вышеуказанным, то есть опираясь на истинно народные факты, ответственно и по всем статьям заявляю, что, согласно последней переписи, пиздюков первостатейных у нас достаточно. Ну, а если ты нашим фактическим переписям не веришь, то, собственной персоной покосись по сторонам. Зыркни влево, глянь вправо. Вот один пошел, вон второй вернулся, третий лежитзачемвставать… Видишь?! Убедился?! Достаточно у нас пиздюков! Достаточно! Более, чем достаточно!

Если ж ты по переписи взглядом в имена наши пиздюковские вперился, то так ведь и здесь мы стремимся к идеальному. Местный наш поп Никодим пособил с пиздюковской сутью разобраться, привести в надлежащее соответствие форму и содержание. Хотя сам он тоже прозрел не сразу. Все по старинке дела вел от утрени к вечерне через обедню пропускал без закуски и жаловался, что несмотря на божье благоволение ни черта не получается. Александры не защищают, Викторы не побеждают, а Феклы бога хоть и славят, но не с той стороны. Однако ж как-то по случаю допер Никодим, что не в ту сторону одеяло религиозное натягивает. Это не пиздюков надобно менять, а имена под них подстраивать. Вымусолив на всенощной такую идею, Никодим в соседний район на повышение квалификации смотался, где полностью и обернулся в отца Онания. Говорит, что это и есть его сверху предначертанное настоящее пиздюковское имя, так как все его старания получить полное божественное удовлетворение результата не дают. Как ни старайся, а сплошь и рядом выходит имитация. По несколько раз на дню имитирует, мучается, а семя божье не туда расплескивается, в благодатную чреву не попадает.

Вот после собственноручно проведенной реформации стало быть и объявил попец, что отныне можно в полной гармонии свести устремления свои и соответственное имя, приняв современное мыслеизмышление. А прослышав про то, так и повалил к нему народ с утра пораньше и на ночь глядя. Все в чем мать родила в лохань падают, а отец Онаний кунает их за разные места, кунает, да и вопрошает о своем сверхъестественном:

– Веруешь ли ты в Аскезу, чадо мое, веришь ли?

– Не верю, – глядит в отражение ужасенный пиздюк.

И кунает его тогда отец Онаний дальше, переспрашивает ангельским фальцетом:

– Веруешь ли ты в Аскезу, чадо мое, веришь ли?

– Не верю… – уж закатывает глаза нахлебавшийся.

И суровеет тогда голос попца. И снова кунает отец Онаний, держась за окружности и выпертости. Кунает, кунает, пока своего не добьется:

– Веришь ли ты в Аскезу, чадо мое, веруешь ли?

– Верую, верую, верую… – булькатит последними пузырями обрясший по всему телу.

И только уж тогда, бесповоротно заполучив желанную пиздюковскую душеньку, достает отец Онаний из срамных карманов оттопыренных да припечатывает в соответствии с наклонностями чадовыми:

– Зваться отныне ты будешь, прости мя господи, Кунинигус Степанович…

– Благодарствую, отец родной…

– А я?

– А ты – Минет Федоровна…

– А я?.. А я?...

– Промискуитет Петрович… Эпидемия Карловна… Геморрой Сергеевич… Тромбофлебит Василич… Путана Германовна… Педофил Никанорыч… Эндоскопия Юрьевна… Энтузиаст Борисович… Главстройпроект Спецтехмонтажович…

И такая благость расплывается по лицам пришедших к гармоничному сосуществованию души и тела! Бредут они по селу, и такой малиновый звон их да щебетание птичек сопровождают!

Прав, ой как прав по своей реформации отец Онаний: в пиздюках все должно быть прекрасно. И, конечно, чтоб иметь название деревне соответствующее, каждый должен начать с имени собственного, пусть хоть и нарицательного…

Об образованности

Если ж ты интересуешься переписной графой образовательной, так и там все в порядке. Именно ему, благодаря нашему среднему и всеобщему, мы все понимаем, во всем разбираемся и кого хочешь тому сами научим. Чего-чего у нас не отнять, так это знаний и обратной тяги к ним. Уж как мы этому обстоятельству радовались и сами себе завидовали, что решили не останавливаться на достигнутом и улучшить показатели по всем гуманитарным и непротивоестественным дисциплинам. Да, вспоможителей долго искать не пришлось, нашлись пиздюки, которые взвалили на себя сей непосильный труд. Спирохета Львовна и Хламидий Петрович – славные продолжатели местной учительской династии и отменные эмпирикаторы. Долго они обозревали, но обнаружили-таки и завезли с прилегающих территорий настоящую образовательную заразу. Прежде всего – ну чего в зад-то глядеть – решили футуролога выписать. Он, правда, культурологом оказался, но на качество его образования это обстоятельство не повлияло никоим образом – сразу же пиздюкам на многое глаза открыл. Как только первый раз в огород вышел, так сразу с себя все и скинул. Нам, тогда еще недообразованным, и невдомек было, но он тут же учительно-воспитательно объяснился:

– Я – мудист.

Посмотрели мы, посмотрели, и, правда: мудист. Но только что ж в том особенного, у нас в деревне все мужики мудисты.

И тут он потряс:

– Вот с этого и начнем сеять разумное, доброе вечное. Вот увидите! Глазом моргнуть не успеете, а по всем Большим пиздюкам прогресс расцветет, и даже бабы ваши, зажатые лифчиками и мракобесием, и те станут мудисты.

Конечно мы не против прогресса, но что б бабы мудисты?! В общем не прижился у нас этот футурист прогрессивный. И решили мы тогда все-таки танцевать от печки. Как говорится, «Historia est magistra vitae». Так что нашли Спирохета Львовна и Хламидий Петрович настоящего историясека. Начал он со смешной истории. Рассказывал, как же раньше у нас в деревне и на прилегающем черноземе все замечательно было. Не жизнь, а малина со сливками: атмосфера всеобщего добра и взаимопонимания…, молодым недорого – старикам повсеместный зачет.., рог изобилия спроектирован и воплощен.., фонтан дружбы народов бьет на полную...

Слушали мы детей наших, дома историю эту пересказывающих, и вздыхали, что не удалось нам во времена те, теперь уже былинные, пожить, дольче вита такой понаслаждаться.

Но, увы, не долго длилась экзальтация. Медоточивый наш прямо на уроке собственной слюной и подавился. Так сказать, отдал Геродоту душу. Вот и пришлось Спирохете Львовне и Хламидию Петровичу снова командировочные за свой счет выписывать и другого историяфила искать. Нашли! Этот образователь поведал нам совершенно жуткую историю о правителях-вампирах и народных кандалистах в прошедшем времени. И так он живописно все преподносил, что дети стали на уроках хлебными карточками спекулировать, на фамильные колечки противогазы выменивать, а потом и вовсе по овощным бункерам прятаться, окончания четверти, а то и полугодия пережидать. И чем бы та напряженность закончилась не понятно, но в страстную полночь, готовясь к уроку новому, мучитель истории со страшными воплями и Плутархом бросился в поглотившие их заокольные хляби. А посему временно без историяведа пребываем мы в согласии с современностью своей. Живем теперь с исторической точки зрения хоть и беспредметно, но с умственным новообразованием и надеждой на третий приход, который Спирохета Львовна и Хламидий Петрович клятвенно обеспечат.

А вот математики и физики у нас свои нашлись, доморощенные. Ведь галок вместо куриц считать и опыты на выживание проводить – это у нас каждый с детского сада приучается. Потом, конечно, школьный буфет свой вклад в развитие счетоводной мышцы вносит. Опять же опыты по ранней физической близости не проходят бесследно. У кого результат на лице, у кого – ниже. Ну, а далее с возрастом послешкольное дообразование в этих науках так же продолжается. Без этого, ведь, никак. Вот, например, в сельсовете у нас такой особый бешеный арифмометр стоит, какого ни в одном другом селе не сыщешь – гордость наша. Каждый год, а то и квартал, как только ему сбрендит, так он все налоги, пени, штрафы, субсидии перерасчитывает заново месяцами ранее, то есть взад. Ежли логику этого арифмометра не понимать и мыслить чисто эвклидовски, игнорируя Лобачевского, то числитель со знаменателем у тебя разойдутся и выскочат нули не с той стороны, и окажешься ты в полной долговой пойме. Только истинный пиздюк может в такой ситуации с помощью математического моделирования свести дебит с кредитом и выжить чисто физически творчески применяя первый закон Ньютона.

Конечно, чтоб от напряжения образовательного детки наши мозги не пересушили, между умными науками в школе они обязательно физкультуру грызут. А тех, кто отлынивать норовит, физрук и отфизручить может. Так ведь, если ж на пользу, то пусть физручит, вправляет что куда надо и сколько надо. Мы ж не против. Любит наш Педофил Никанорыч детей, очень любит. Такую заботу проявляет, все время такие развивающие игры придумывает! То кнут им, то пряник!

Надо признать не в хвост, а в гриву примененная методика Спирохеты Львовны и Хламидия Петровича работает безукоризненно. Вскормленные в школьной неволе детки далее без проблем и органическую, и неорганическую химию переваривают, так что подходят к впускно-выпускному экзамену с полным, так сказать, разнообразием выпавших в осадок знаний. Еще раз огромнейшая благодарность Спирохете Львовне и Хламидию Петровичу! Им совершеннейшим образом удалось выполнить поставленную задачу и вывести абсолютно каждого выпускника на уровень абитуриента. Теперь, запросто решая даже дебильные тесты, у нас каждый может стать не только средним, но и полным пиздюком. Было бы желание.

Да, еще чуть не забыл отписать: для подготовки экспансии пиздюкизма на соседние, умственно и душевно созревшие к тому территории, особый упор мы на развитие языков решили сделать. Также не пожадничали и выписали кого надо оттуда. Одного языкатого ребятня сразу прозвала «Перде ля Пузо», потому как настоящее его имя и вовсе срамно произнести вслух. Так вот он хотя и больно охоч слова куртуазные в головешки вбивать, но любят его дети, и мы сами подчас на его уроки заходим послушать. Такие звуки издает, так шелестит языком, падла, ну как будто эрогенные зоны выглаживает:

– Жжжьеее мооойе…. Рьюююю твоойю….

И учатся тому наши молодые пиздюки, учатся. Повторяют дословно и приватно. Им в период будущей экспансии сие искусство не раз пригодится вдали от семейного уклада.

Однако ж как только главные звуки «Перде ля Пузо» выдал, так его мы и уволили за пропаганду и агитацию. Начинал-то он каждый урок за здравие «Жжжьеее мооойе…», а кончал за упокой пиздюковский:

– У вас, за что ни возьмись, все не как у людей… Вот в наших окрестностях булки свежее… Окорока – окорочее. И женщины наши глубжее… А навоз у нас душистым ландышем пахнет, так бы и нюхал всю жизнь…

Новый же языкатый Nick Nameмом представился. Этот разглагольствовать оказался не любитель. Только по делу исключительно треплется. И им мы больно уж довольны. Не прогадали, валютой расплачиваясь. Благодаря ему теперь точно знаем, что «Big Pizdjuki is the capital of the pizdjukovsky world». But you needn't worry, dear. Если название новое утвердишь, то мы, конечно, без промедления поправку внесем. «Big» на «Great» поменяем…

О науке

Извини, уж какое образование, такая и наука. Если приглядеться, прислушаться и принюхаться, то очень даже можно ее присутствие обнаружить. Ну, так на то она и наука, чтобы не за трамвайными остановками глаза мозолить, а в тихих кабинетах да лабораториях разлагаться. Еще со времен Ядреных Пиздюков мы от кого-то, но всегда в отрыве. Так что в полном согласии с постулатом Эйнштейна достижения пиздюков весьма относительны и чем дальше, тем больше цветет наша наука и пахнет, и мы всячески ее душок раздуваем во имя чего и перешли на революционнотолчковое лицензирование научной деятельности. Отныне лицензированию у нас подлежит все, что положено с самого начала и до конца: и зачет, и экзамен, и курсовая работа, и дипломная, и публикация статьи в научном журнале. Да, навыки лицензирования мы начинаем прививать еще в ВУЗах. Студенты должны хорошенько зарубить на носах, что их ждет после окончания заведения. Необходимо им практиковать лицензионную деятельность уже на первичных же научных стадиях: на лабораторных работах, рефератах и коллоквиумах, и тем более уж при переходе в аспирантские пенаты.

И такую демократическую струю нам удалось пустить в затхлое наукообразное сообщество! Теперь-то уж каждый пиздюк может внести свой весомый вклад в науку, приобретая соответствующую лицензию. Открыл один депозит на нужное физическое лицо, и ты – кандидат наук. Открыл два депозита, и ты – доктор наук. Открыл три, и глядишь, етит твою мать, профессор!

Да, как и планировалось, лицензирование сразу же мощнейший толчок развитию науки придало. В нее прямо тут же лучшие представители нашенской породы ломанулись. Всякий политик ли, по купеческой ли части, чиновник ли, считающий себя настоящим пиздюком, поспешил свой научный вклад сделать. Так что у нас теперь по всей номенклатуре кандидат на докторе сидит и профессором погоняет. Такой интеллектуальный кворум образовался, Мичурин Яблочкова на том свете обнимает.

Конечно, не все так гладко в научном болоте. Имеются еще у нас корявые ученые, которые к лицензированию не дееспособны. Любят такие за микроскопом с инфузорией какой засидеться или в звезды взглядом от действительности подальше уткнуться, или еще рот себе докладом научным заткнуть, чтобы об отсутствии завтрака, обеда, ужина не думать. Но мы с таким псевдоподходом ведем решительный диспут. Чтобы ускорить период научного полураспада и довести его в кратчайший период до полного распада с испусканием всего спектра мыслей, а более обыденными словами, чтобы направить вялотекущие мозги в нужную сторону и простимулировать профессиональный подход к научному творчеству, мы установили таким мыслителям зарплату на уровне уборщиц. Что б было им на кого равняться и к чему стремиться. Да еще в крайнем случае за особые заслуги перед ректоратом нелицензированному ученому полагается бесплатный талон в баню. Ну а только еще ступающим на скользкую научную стезю и испытывающим по молодой неразумности недостаток калорий, мы пообещали банан, который когда-нибудь, глядишь, да и вырастит на нашем-то черноземе, если, конечно, мужики все-таки за мангу не проголосуют.

По правде сказать, часть мозгов оказалась не столь уж вялотекущей, и перетекла-таки по сообщающимся сосудам в соседние села. Но те серые вещества, что остались, верой и правдой за талон и банан такое творят! Что нам, пиздюкам, электроудочка для изничтожения изоляционистски настроенных карасиков – так, разминка для синдрома разума. Сегодня мы ставим перед наукой более грандиозные цели. Прежде всего нам необходимо вывести науку на полную самоопукаемость. И надо сказать, спайка лицензированного опыта и безнадежной юности уже дали самые что ни на есть наукообразные результаты. В контексте новой всеобщей пиздюковской энергетической политики разработана уникальнейшая, экологически чистая система пукообработки, которая дает 54% всеобщей энергоэкономии. Да, поверить в это трудно, но ученым пиздюкам больше не потребуются ни нефть, ни газ, ни уголь, ни торф, ни дрова, которыми они все равно с умом распоряжаться не торопятся. Не нужно будет вести геологоразведку, проводить бурение, взрывные, шахтные и лесоповальные работы, качать энергию и возить дрова вахтенным способом, а также и по железной дороге. Отныне добывать энергию можно очень просто, как в одиночку, так и сообща, и даже вообще не вставая с постели, ну уж или по ходу, коли встал.

Ох, какая же благодаря достижению науки в Больших Пиздюках благодать наступить может! Свет станет светлее, тепло – теплее, энергетики – энергичнее. По улицам пойдешь и полной грудью задохнешься – заметно улучшится экология без угля, газа, дров. Не будет запаха ни от старых энергоносителей, ни от новых, потому как по всему селу, как в домах, так и на улице, установлены будут компактные пукосборники. Где бы тебе ни вздрогнулось, можешь тут же внести свой вклад в развитие энергетического сектора экономики. Ну, а чтобы продолжать наращивать производственные пукомощности, за каждый обеспеченный кубометр системой предусмотрены различные виды поощрения, перечень которых также тщательно прорабатывается.

Конечно, пиздюкам не хватает животных, отбросивших от известной зимней скуки копыта. Те, ничтоже сумняшеся, внесли бы свой неподъемный вклад в новую энергетику. Но ведь и наши молодые ученые, проходящие курс лечебно-тренировочного голодания, не дремлют. В кратчайшие сроки разработали они полную линейку отлично зарекомендовавших себя пукомодифицированных продуктов на основе приспособленных к чернозему бананов. После поступления данной линейки пукообразование просто обязано увеличиться на 33%. В связи же с массовым вбросом в магазины данных продуктов предусмотрено, что в пиковые послеобеденные часы от перегрузки системы могут случиться внештатные ситуации и потому населению будут выданы соответствующие нормоизмерители и предохранители.

Но разработка новой пукоэнергетики – это задача завтрашнего дня, мы же глядим дальше, дальше и еще дальше некуда. В качестве следующего еще более решительного шага по развитию пукоэкономики разрабатывается дерзейший по научной мысли космический проект. Сначала будут созданы аппараты, функционирующие на основе внутренних пуков и потому могущие преодолевать несметные расстояния до иных изобильных и гостеприимных миров. Ну, а далее, далее полетят наши пиздюки изучать происхождение не чего либо, а самого Большого вселенского пука. И без сомнения по возвращению им удастся смоделировать малый всепиздюковский пук и уж тогда проблема экологически выгодного энергообеспечения отпадет сама по себе, то есть окончательно и бесповоротно. А как только раздастся этот малый вспиздюковскй пук, так сразу все научные институты получат такой мощный толчок к развитию, что начнут генерировать сплошное изобилие открытий и достижений, за которыми, дай бог, другим отраслям пукоэкономики угнаться.

Разумеется, надо отметить, что мы не рабы гигантизма. Нам не нужны абстрактные фантазии конкретных ученых. Научная борьба идет в Больших Пиздюках на всех парах не только вдоль, но и поперек. Кроме глобальных проектов, разрабатываются и локальные, как для общества, так и для дома, для семьи. Так что докладываю: уже спроектированы перпетушнобель, недожир и ластосклей. Да что там, на кульманах второго квартала такое заложено! Нет, тут уж, прости, но пока не стану раскрывать тебе все имеющиеся в Больших Пиздюках ноухау и хаутудуит. Больно много из соседних деревень на нас завистливых взглядов. Так ведь и тащат, так и щурятся.

Ты вот что! Ты погоди немного! Не долго осталось. Скоро такие результаты научного лицензирования и распада узреешь в Больших Пиздюках, что не хуже того карася под триста восьмьюдесятью вольтами вздрогнешь и захохочешь, заржешь, заигогокаешь во всю глотку…

О гиппократии

На фоне прогрессирующего пиздюковского новообразования начало пучить не только нашу науку, но и ее белохалатную сестру – практикующую медицину. Мы напрочь отказались от миллионами лет успешно процветавших бабкиных травяных заветов. Смело взялись за развитие тенденций наукообразных подходов последних лет. Процесс этот не прост. Наши вконец упуканные ученые руководители хотели было пойти легким путем и ввести, как в самой науке, элементарное лицензирование. Но нет, разум пиздюковский не имеет границ. В медицине цена ошибки очень велика, поэтому здесь мы применили рационализацию, и теперь наши врачи могут без формализма одной рукой давать здоровье, а второй сразу же за него получать. Так что безо всякой волокиты и двойного налогообложения каждый больной платит теперь непосредственно своему врачу, не сходя с кушетки. Ну, а сколько и за что именно, так это уж, прости, врачебна тайна, клятву Гиппократа еще никто не отменял.

Несмотря на некоторый скептицизм больных структур, неформализованное лечение пошло полным ходом. Этому всячески способствовало и то обстоятельство, что преобразованное образование стало поставлять выдающихся кадров, которых собрал под своим крылом после того, как скотина пиздюковская с известной скуки сдохла, наш главный сельский ветеринар Костолом Кузьмич. Он ответственно заявил по поводу переноса своих знаний безо всякой переподготовки:

– Людей гораздо проще врачевать. У них и масса в целом меньше, хотя нет-нет да и зайдет ко мне в кабинет такая корова... Но главное, главное-то в чем? Конечностей, и у тех, и у других, казалось бы одинаковое количество, но все-таки у людей в два раз меньше. Стало быть, и лечить их в два раза проще.

Вот за такие речи и назначили мы Костолома Кузьмича главврачом. Не прогадали. Какой ведь гуманный ветеринолог оказался. Мог бы он, конечно, согласно полномочиям, подвергнуть старых апологетов человеческого подхода полной экстирпации, но он применил лишь резекцию и ампутацию, отправив на пенсию и в дальние кабинеты Азалию Марковну, Авиценну Силантьича и Абрама Моисеевича, к которым и по сей день иногда заглядывают совсем отчаянные больные.

Поганой метлой вымел Костолом Кузьмич старые пенициллиновые призывы «лучше меньше да лучше», «не навреди», «семь раз отмерь – один раз отрежь». Отныне над всей больницей главенствует единый и неделимый лозунг-антибиотик «семь раз отрежь по прейскуранту». Внедрив его, мы тем самым отрубили удушающую медиков гордиеву пуповину и перешли Рубикон к самой передовой медицине и фармацевтике. Костолом Кузьмич быстро вытер ноги о прошлое и, не отходя от больничной кассы, набрал себе новый штат. Он нашел и кардиопевта, и гинекулиста, и проктологоанотама. По всей больничке висят их обоюдоострые фотографии на далеких пляжах: Эпидемия Карловна (60-90-60), Эндоскопия Юрьевна (50-50-50), Энтузиаст Борисович (блондин с голубыми глазами)…

Ничего, что они и знать не ведают о достижениях соседнесельской медицины, но зато какие же замечательные процедуры и манипуляции им удается проводить с пациентами, медицинскими приборами и страховыми полисами! А какие умопомрачительные диагнозы они ставят! Вот только намедни Эпидемия Карловна посмотрела-посмотрела на увядшего Тромбофлебита Василича безо всякого эндоскопа и прочей кардеохерии да и приговорила:

– Что ж теперь поделаешь, у вас бляшки.

Понятно, такую проницательность не каждый оценит. Присутствующая тут же супруга пациента отреагировала очень болезненно:

– Это у твоего Костолома Кузьмича бляшки. Видели их при нем и в просмотровом кабинете, и в морге. А мой вот благоверный на вашу худую гинекологию не засматривается. Он всеми сосудами одну меня любит.

Да, тут уж ничего не поделаешь, до сих пор по медицинским вопросам смуглый у нас народ. Все не уразумеет, что слово «врач» происходит не от того, что лекарь врет много. Дело ж не в количестве, а в качестве. Если врач и врет, то исключительно в лечебных целях и нечитаемым почерком во избежание констатации медицинской ошибки. А на нет и суда нет.

Конечно, ворчат некоторые пиздюки, что Эндоскопия Юрьевна в очередной раз вместо укола клизму поставила и вместо покоя запой прописала. Но так мы же не просто лечим, мы также походя знакомим население со всем арсеналом медицинских достижений. А еще, разумеется, ведем пропаганду здорового образа жизни. У нас по всей больничной территории плакаты развешены: «При распитии спиртных напитков пользуйся индивидуальной посудой», «Не жди понапрасну общественный транспорт – беги, укрепляй кровяную аорту», «Не поддавайся на соседкины провокации – береги достоинство нации»…

И хочешь верь, хочешь верь в двойне, но все понял и потянулся наш пиздюк к современной медицине, только и успеваем на новые запросы отвечать. Согласно им, мы уже и скорую помощь рационализации подвергли. Теперь ее персонал большую часть времени работает в качестве скоростного такси. Больного ведь, который еще вдруг и неплатежеспособным окажется, всегда отложить до реанимации или морга можно, а вот пиздюка, нервничающего по поводу опоздания в общественную баню или на деловую встречу у сельпо, святая обязанность прокатить за соответствующий тариф с ветерком, сиреной, под мигалкой да по полосе встречного транспорта.

А еще по линии срочной медицинской помощи развиваем мы доставку на дом крепких алкогольных напитков, закуски и сестер милосердия в кружевных халатах с перламутровыми пуговицами. И такие восторженные отзывы от пациентов получаем!

Кстати, это направление дало толчок внедрению полномасштабной каталожной торговли. Теперь в больницах и поликлиниках каждому больному вместе с его медицинской картой будет вручаться каталог услуг и товаров. Районные врачи отныне посещать своих пациентов будут исключительно по предварительным заказам. Наука уже готова взяться за разработку программы по утилизации традиционного докторского чемоданчика и созданию более всеобъемлющей сумки-рюкзака для универсальной медицинской взаимопощи.

И вот что еще. В этой сумке для повышения рентабельности врачебной и околоврачебной жизнедеятельности мы заменили препараты пиздюковского производства на привозные из-за околицы, которые идут у нас по заокольным же ценам. Так что рационализация наша идет и радует. Есть в деревне, наблюдаются созревшие, налившиеся плоды Костолома Кузьмича. Пиздюк наш стал намного здоровее: старается не то что скорую помощь в лечебных целях не вызывать, но и в больницы не соваться, и на ценники в аптеке не глядеть. Если уж и мрут пиздюки, то исключительно без какого-либо медицинского вмешательства.

О производстве

Поскольку нераспаханного чернозема у нас завались, то завсегда мы первоочередное внимание уделяли индустриализации. И тут и там строили-понастроили себе фабрик, заводов, станков, доков. Куда бывалоча не глянь, а везде все пыхтит, кадит, чего-то производит. Однако чего именно не всегда было понятно, потому как то, что одни производят, другие тут же и потребляют в соответствии с производственным кругооборотом. К тому же кругооборот тот по большей части в военных целях действовал и потому засекречен был так, что далеко не у каждого пиздюка в доме стоял ракетный титан, в огороде – пугало в противоядерном комбинезоне, а у порога – собственноручно сделанное авто на танковом шасси.

Матерая индустриализация щедро нас одаривала тяжелыми буднями, зарплатами и расходными материалами для частного пользования, но только до той поры, пока пиздюковская наука внезапное открытие не произвела. Оказывается, дерево имеет тенденцию гнить, железо – ржаветь, пластик и тот, гад, со временем на неудобоваримую дрянь распадается. В общем, производственный кругооборот стал так атмосферу загрязнять, экологию травить, что закашляешься и задумаешься. А подумать-то уже и есть о чем – продукт в последнее время пошел какой-то технологически отсталый и потому не только на внешнем, но и на внутреннем пиздюковском кругообороте невостребованный. Да и другая беда дала себя знать. Даже и того отсталого продукта производить на глазах чахнущая индустриализация стала меньше, а энергии при том потреблять гораздо больше. А ведь пукоэнергетика-то еще не внедрена, она еще только в головном мозге ученых пиздюков киловатты вырабатывает. Так что от таких вот раздумий пришлось нам взять курс на модернизацию. То есть сначала нужно все снести до основания, а затем уж свой, уж новый наномир построить, наука в том проруха.

Ох, ну и крепкая оказалась эта старая индустриализация, ломать ее не переломать. Мы ее и сами крушили, и соседских инвесторов привлекали. Вымотались уже, а она все еще местами чадит. Вроде и из производственного кругооборота напрочь выключена, но все равно в тихую что-то кому-то изготовляет, кого-то чем-то снабжает, целые деревенские кварталы работой без зарплаты обеспечивает. Но ничего, недолго ей осталось. Мы соберемся с силами, поднатужимся да и покончим окончательно со светлым индустриальным прошлым. Имеем мы гарантийное письмо нашего Главстройпроекта Спецтехмонтажовича быстро и в лучшем виде отстроить новые заводы за счет и в счет всех пиздюков поголовно. Кто сколько вложит, тот столько и получит. Кому, значит, гайка достанется, а кому и целых две да еще, глядишь, и вместе с болтом в комплекте.

Так что пошуршали пиздюки по сусекам и, куда ж деваться, скинулись на модернизацию. Только скорой она не получилась. Поехал Главстройпроект Спецтехмонтажович с пиздюковскими деньгами в соседнюю деревню новейшее оборудование закупать да и влип, застрял там. Лишь жалобные телеграммы, факсы и телексы с угрызениями совести присылает. В них извещения, что переговоры идут адски трудно. Приходится болезному дни и ночи проводить на презентациях, давиться икрой и пучиться шампанским, чтобы произвести благоприятное впечатление на тех, кто может помочь нам с модернизацией. И еще Главстройпроект Спецтехмонтажович сообщил, что поскольку процесс поставки современной техники затягивается, то, чтобы деньги от инфляции не пропали, вложил он их в местное тамошнее производство. Выходит, что так пиздюки не только с модернизацией, но и с прибылью окажутся. И еще указал засланец, что деньги общедеревенские пришлось ему вложить от себя лично, чтобы, значит, минимизировать налоги и повысить тем самым общепиздюковскую рентабельность, за что собственно мы ему и от всей души в пояс.

Конечно, прибыльные мысли греют души. Однако ж, хотя и не по пиздюковской вине, но модернизация все-таки несколько застопорилась, отчего по деревне шибко переживать стали. И за Главстройпроекта Спецтехмонтажович тож. Такая ведь на нем ответственность – на личном счете деньги всей деревни держать. Тут уж, конечно, ничего в горло не полезет, устрица поганая и та колом если не в тонком, так в толстом кишечнике встанет.

И, конечно, за недотемпы модернизации вздыхали. Но это только по началу. Потом-то сообразили, а куда собственно торопиться?! Чем дальше, тем больше пиздюковских процентов на счете Главстройпроекта Спецтехмонтажовича накапливается. А ведь тратить их в деревне пока все равно не на что. Пукоэкономика-то еще не выстроена. Передовые научные достижения по-прежнему в разработке. А ну построят сейчас вдруг новое производство, так ведь энергии для него не хватит – ни электрической, ни ядреной, простой один получится. К тому же и работать на новейших станках пока некому, потому как повсеместно избавила набирающая ход модернизация пиздюков не только от устаревшей индустрии, но и от самой обязанности трудиться и возможности получать соответственно по потребности. В процессе планового перелива рабочий силы в другие сферы пукоэкономики прежние кадры, оторвавшись от заскорузлых станков, пультов да тележек, гордо влились в сферу услуг по охране труда, отдыха и перераспределения гражданских доходов. А новых работников тем временем не прибавилось и на днях не прибудет даже вовсе, так как ноовобразованная молодежь сплошь и рядом модернизировалась в менеджеры, юристы да экономисты, и теперь ожидает материальновыгодной трудовой занятости, каковая неизбежно возникнет в постиндустриальном обществе, которое когда-нибудь да осуществится на строящемся фундаменте новых пиздюковских экономических отношений.

Конечно, в такой ситуации биржа труда деревенская оказалась на грани дефолта. Но пиздюки с подачи поднаторевшего на заокольном производстве Главстройпроект Спецтехмонтажовича додумались, как не дать ей умереть и выручить не по своей вине нетрудоспособное поселение. Решили, что прежде всего нужно модернизировать соседское производства и затем уже, учась исключительно на чужых ошибках, браться за модернизацию собственную. Соответственно за временной ненадобностью пиздюки передали нефть, газ да рудные залежи всякие, которые наш чернозем не украшали, заокольным производителям. Пусть-ка они чудеса модернизации продемонстрируют, пиздюков поснабжают да биржу труда проспонсируют, пока у нас производство кругооборачиваться практически перестало.

И как славно-то все вышло, как забавно получилось! Мы им грязную нефть – они нам чистую одноразовую посуду. Мы им вонючий газ – они нам благоуханный шампунь. Мы им ржавую руду – они нам блестящие автомобили и компьютеры. Мы им сырой лес – они нам «мебел кароший» и «венек бирезавый».

Такой вот новый производственный кругооборот образовался. Окончательно и бесповоротно интегрировалась пиздюковская экономика в глобальное междеревенское сообщество. Так замечательно все наладилось, что некоторые пиздюки даже крамольные мысли стали высказывать. Дескать, так и зачем нам вовсе будущая техника собственного производства. Еще не известно, будут ли пиздюковские автомобили способны с места тронуться, а самолеты после взлета посадку совершить.

Но таким недальновидным пиздюкам всегда правильно на вывеску деревенскую указывают. Не могут Большие Пиздюки без собственного производства обходиться, пусть даже и убыточного, потому как это дело существенного междеревенского престижа и экономической безопасности. Так что, как только мы согласно плану по полной отмодернизируем своих соседей, так тут же обязательно и за себя возьмемся-примемся. Быстренько всех догоним и перегоним, потому как к тому моменту, когда Главстройпроект Спецтехмонтажович со своих личных счетов общественное производство проинвестирует и заводы возведет, а менеджеры, юристы да экономисты взад нужные рабочие специальности приобретут, может, наши исчерпаемые ресурсы не полностью исчерпаются, качать их не перекачать.

Так что славным, очень славным видится мне будущее наше модернизированного производства. Смотрю вокруг и восхищаюсь. Когда-нибудь, даже может быть и при моей еще жизни, вот в том овраге на руинах по велению пиздюковского сердца разрушенной старой фабрики будет возведена новая, выпускающая самый современный продукт на основе энергопукосберегающих технологий. И работать на ней будут наши же родные, сверхвысоквалифицированные пиздюки-фрезеровщики с юридическим образованием.

А вот на том холме будет стоять новый, новейший какой-нибудь завод. Да-да, я верю, завод будет! Я знаю, современному производству цвесть, когда такие пиздюки в нашей деревне есть.

И даже не спорь! Все получится! Как-никак, а провели мы уже первый этап стерилизации модернизации. Еще даже и не имеем собственного продукта, а уже какое экологически чистое эстетическое удовольствие получаем. Ни тебе работающей трубы на горизонте, ни сброса промышленных вод под ноги. Только непаханый чернозем вокруг. Крапива да лебеда. Красотища!..

О пизнесе

Как видишь, собственное производство пиздюки практически наладили. Но пока полным ходом идет отложенная модернизация, решили мы и бизнес подтянуть. Наш сельадмин самолично делово и дружественно проехался по соседским деревням, насмотрелся-налюбовался да и объявил:

– Пиздюки! По всем статьям негоже нам наступать на то, во что вступили за околицей. Скучный, ужасно скучный там бизнес получился: эксплуататор эксплуатирует, эксплуатируемый эксплуатируется, и тот, и другой налоги платят, а вся деревня процветает. Нет, нам такой бизнес не нужен! У нас будет свой и при том не единоличнообразный, а общественно-частный пизнес. Ведь с одной стороны, мы имеем как бы предпринимателей, а с другой, определенно еще и чиновника, и бандита, и полицию, которых мы просто обязаны привлечь к повсеместно развиваемому деловому обороту. Пусть все заинтересованные стороны трудятся рука об руку, в одной, так сказать, упряжке: предприниматель зарабатывает, а ответственные представители окружающей среды обитания помогают тратить. И чтобы процесс этот шел в правильном русле, на базе администрации пиздюков и под непосредственным моим руководством создается Ограниченное Общество – ОО "АдПиз". Отныне именно оно возьмет под контроль развитие нашего ни с чем несравнимого доморощенного пизнеса. Всем соседям на зависть и здравому разуму в упрек.

Чего уж говорить, не задаром сельадмин по соседским деревням мотался, опыт ихний переминал. Все у нас и правда по-другому, на свой пиздюковский лад пошло. За околицей вот все на мелком да среднем бизнесе держится, которые и занятость обеспечивают, и сферу услуг за то, что надо, держат. Но мы-то, конечно, мелочиться не стали. Отложили, само собой, и разработку законов соответствующих, и льготное кредитование и налогообложение специальное решили не налаживать. Если поддержать малый и средний бизнес, то что может случиться? Пиздюки возьмут да и перестанут на печи валяться и о манге нечерноземной мечтать. За лицензиями да патентами ринутся тыщами. Да миллионы услуг начнут оказывать и товаров килотонны производить. А хотя и растет у нас безукоризненными темпами количество чиновников и бандитов, так ведь все равно к каждому мелкому бизнесмену персонального сотрудника «АдПиза» не приставишь. Да и взятки с мелкого и среднего бизнеса гладки. И как же тогда себе бандит чиновник на домик в соседней деревне заработает, если его подопечный за день на мешок картошки только и умотался. Как ни крути, но не рентабельным получается мелкий и средний бизнес. Потому и не стали мы на его развитие время драгоценное тратить.

Вот большой бизнес – это другое дело. И налоговая копейка в пиздюковский бюджет обеспечена, и «АдПизу» рубль капает. Одна вышла загвоздка: оказалось, что сам по себе большой бизнес с неба не падает и его откуда-то брать надо. Мы, конечно, сразу за околицу просить вспоможения. Но, ведь, не только завистливый к нашему развитию в соседних деревнях народец, он еще и жадный бизнесмен. Даром своих акций никто не дал, только в обмен за остатки нашей нефти, газа, леса соглашаются. А мы-то вот вовсе и не жадные. Надо вам еще больше нашего богатства – берите. Все равно ресурсы-то рано или поздно исчерпаются. И останутся тогда соседи без них, а мы-то – при большом бизнесе. Соображать надо!

Пошел, заработал у нас на всю катушку соседский большой бизнес. И тут, и там пиздюки хором заучили и почти поняли все и про менеджмент, и про маркетинг, и даже про франшизу с андеррайтингом, которые заокольному бизнесу инвестиционный профицит обеспечивают. Ну, а по импортным стопам и свой собственный большой бизнес на ноги встал, распрямился, в рост пошел-набычился, потому как не долго «АдПиз» морщило пиздюковские лбы, быстренько программы специальные по развитию большого бизнеса разработало. И такая отдача от них пиздюкам вышла-поперла!

Первой запустили программу «Было ваше – стало наше». Те крупные предприятия, которые строились всей деревней сообща во время старой индустриализации и уцелели-таки при модернизации, а также те, что добывают и поставляют за околицу исчерпаемые ресурсы наши, согласно разнарядке приватизировались сотрудниками «АдПиза», то есть безвозмездно. И тут же рентабельность этого дела вверх дикой дугой вышла, потому как доходы, деленные на одного собственника, всегда выше доходов, деленных на масштабное количество претендующих на собственность.

Успех первой программы прям-таки окрылил пиздюков. По всей деревне пошла-поехала гулять вторая – «А ну-ка отними» называется. Оказалось, что некоторые особо очумелые пиздюки сумели-таки-успели каким-то невероятным образом, но взрастить свой частный малый бизнес, превратить его в средний, а затем даже еще и в большой. Конечно, «АдПиз» не могло пройти мимо такого безобразия. Необходимо было проявить заботу о здоровье таких бизнесменов, поэтому «АдПиз» честно и предъявил новоявленным собственникам ульти-матом: или здоровый и бедный, или богатые похороны. Многие предприимчивые пиздюки оказались любителями роскоши... Однако ж, так или иначе, но теперь уже весь большой пиздюковский бизнес стал собственностью ОО «АдПиз», попав тем самым под эффективное управление во имя трудового народа.

И все вроде бы пошло замечательно, но только не давал покоя пиздюкам вопрос: а нельзя ли рентабельность пизнеса довести вообще до абсурда. Теоретически таковое лабораторными крысами отвергалось. Но практически оказалось, что можно. Еще две программы «АдПиза» сделали свое дело. По первой, «Я – не я», все предприятия начали планово-ежеквартально менять названия. Так, гребет сегодня компания «Ветлушка» денежку лопаткой, и заходит к его руководству назавтра налоговый инспектор, а ему предъявляют:

– Вот документы, чисты мы перед бюджетом. Ни про какую «Ветлушка» слыхом не слыхивали, мы же – «Ивушка».

Ушлый инспектор заходит еще через день, а ему опять те же самые в морду тыкают:

– Какая-такая «Ивушка», мы – «Иванушка», дурачок.

И в шею. И жалобу в «АдПиз». Так, мол, и так, завелся у вас какой-то подозрительный инспектор, не пора ли задуматься о ротации кадров. И, конечно, «АдПиз» от таких сигналов снизу сразу же призадумывается, действия предпринимает легитимные. Ничто не должно мешать развитию большого пизнеса.

Самую же высокую рентабельность показала программа «Сами мы не местные». «АдПизу» не по зубам вышло что ли искоренить всех подозрительных инспекторов и потому большинство своих «Ивушек» и «Ветлушек» зарегистрировал через подставных лиц в соседних селениях. Там и налоги меньше, и радушие местного населения больше. Свои-то пиздюки нет-нет да выразятся, мол, большой бизнес растет, а маленькие пособия уменьшаются. А вот соседи мудрее оказались. Не только налоговыми послаблениями приветствуют деятельность «АдПиза», но еще и своих работников в помощь дают. Биржу труда у себя они уже совсем закрыли за ненадобностью и даже для простого рабочего люда хором с действующим сантехническим оборудованием понастроили. И на границе с Большими Пиздюками шлагбаумы поставили, чтобы нашенские без визового запроса поглядеть не совались, что это за счастье такое и откуда оно за околицей образовалось.

Видишь, не так уж много и ума надо, чтобы по малой нужде не мараясь, сразу большой бизнес выстроить. Как-никак, но работает он, сами дивимся. Конечно, налоги, которые пизнес на нужды Больших Пиздюков перечисляет, как слону дробина. Но зато растет зарплата – сотрудники «АдПиза» получают кой-кому и не снилось. И инфраструктура в деревне прирастает – «АдПиз» на бывших заливных лугах для своих сотрудников коттеджный микрорайон отстроил. И общее самочувствие прет-поднимается – сотрудники «АдПиза» бодры, веселы, что ни день, то сто грамм. А то и сто пятьдесят. И не где-нибудь, а на соседских пляжах, куда по выходным дням элитная чартерная кобыла курсирует. В тележном салоне там каких-то разносолов не найдешь…

Вкусны, ох, как вкусны оказались плоды развития большого бизнеса для пиздюков в лице ОО «АдПиз». Однако ж, вот что удивительно. Несмотря на борьбу с нерентабельным мелким и средним бизнесом, он все равно как-то где-то там подпольно живет-выживает. Назло, что ли, «АдПизу» потребителей ублажает. То такую программу компьютерную сочинит, которых даже в соседних селах не видывали, то такой металл в погребе у себя отольет, что за патентом опят же из дальних сел приезжают, сотрудников «АдПиза» непонятными вопросами от пизнеса отвлекают. Так что нам бизнес-план свой еще выполнять и выполнять. Но не сомневайся, как только мы с большим бизнесом окончательно разберемся, так и с малым, и со средним все равно покончим. Больно уж портят нам имидж несанкционированные доходяги.

О военном потенциале

Хотели мы от него, было, напрочь отказаться-избавиться. Если мозгами по сторонам раскинуть, то на кой он нам при таких жизненных обстоятельствах нужен, когда у нас и так по всей деревне шаром покати. Старую-то индустрию мы уже практически разрушили, модернизацию еще не провели, а большой бизнес все равно свои плоды в чужих закромах хранит. И полезного ископаемого, которое мы туда же гоним, у нас с каждым годом все меньше остается. Ну, и какой тут резон кому-то на нашу босую независимость покушаться?

Может, правда, пугают еще кого в соседских деревнях безработные и обветшалые пиздюки своей численностью. Но так это уж скорее нас по привычке уважают. Потому как, пока мы думали-размышляли о том, за чей счет избавляться от военного потенциала, он сам стал как-то самоликвидироваться. Где недосмотром, где воровством, где сроком годности, а где и направленным антидемографическим взрывом. Так что остались по сей день на боевом дежурстве только те ракеты, что за дальние огороды выведены, да подводные бочки, что в соседских прудах барражируют, на тамошних купальщиц ужас своими пузырящимися газами наводят. Оказывается, по причине массовой раскражи медных проводов и золотосодержащих элементов в радиоаппаратуре не дошло до стратегических субъектов, что в Больших Пиздюках модернизация. Вот и поддерживали они все время высокий уровень боевой и политической подготовки, сберегли свой потенциал, хотя и из последних. Напрасно ведь. Ну кто в современной-то сельскохозяйственной обстановке на нас покусится? Соседи у нас позаполям да заполесью – наимилейшие люди. Конечно, было дело, завидовали они нашим исчерпаемым богатствам. Так ведь на то они и исчерпаемые, скоро совсем исчерпаются, так что завидовать будет окончательно нечему. Только разве что чернозему, но так мы его во избежание междеревенских недоразумений мудро под крапивой-лебедой укрыли. Мол, пустая это земля, никчемная. Ничего на ней полезного взойти не может, кроме проплешин, но футбольные поля и так в каждом соседском селении имеются. И даже, в отличие от пиздюковских, со штангами и сеткой.

Так что незачем к нам соседям в боевом раскрасе соваться. Это они только в кино своем любят над нами поржать-посмеяться, показать, как бомбить да угнетать нас будут. Мы и сами такое кино любим, ржем-смеемся, когда пиздюков сраных завоеванцы разные харей в чернозем укладывают. Мы ж понимаем: на самом-то деле жители соседских деревень хорошие, не даром благородные черты имеют и свободно без словаря на своих соседских языках изъясняются, защищая, где только можно, права человека во имя его полного перед ними бесправия. Нет, не могут такие особи без слез бомбить, пытать да расстреливать.

Куда ни кинь, а везде и выходит, что есть у нас все предпосылки, чтоб расстаться с нашим военным потенциалом окончательно и бесповоротно. Однако, иди ж ты, все-таки не похерили мы его полностью, оставили чуток. Нет, не на развод, потому как куда его опять же разводить – будущее светло, как военный атом в мирных целях. Оставили мы его просто потому, что жалко стало тех, кто за дальними огородами да в соседских прудах на боевом дежурстве пузыри пускал. Не учли мы их при модернизации-то. Припозднились они, и куда ж теперь совсем бедных служивых?! Выходного пособия для них не предусмотрено. Биржа труда по-прежнему на грани дефолта. Штаты полиции и бандитов и так трещат по швам от злоупотребления. А ведь эти заслужившиеся еще и не одни возвернутся. Придут под ручку со всеми оставшимися, выжившими по засекреченным объектам производителями и учеными былого военно-промышленного комплекса.

Вот и пришлось нам по недоразумению чуток военного потенциала оставить. Однако ж чуток он хоть и чуток, но его тоже кормить-содержать надо. Прожорлив он не хуже той скотины, что пала у нас повсеместно от зимней скуки. Так вот и приходится: что ни день, так руку в карман, а то и обе. На ядерное топливо – дай, на средства противовоздушной обороны – дай, на новое обмундирование по случаю дня бля – вынь да положь. А деревенский бюджет у пиздюков от высокорентабельной деятельности «АдПиза» только ужимается да скукоживается. Так что вынуждены бескомпромиссную экономию по всем оставшимся военным формированиям вводить.

Долго соображали мы на троих как бы дать то, что и одному маловато. Но пиздюковская мысль на то она и даром хлеб ест – придумали, разрешились. Со всей ответственностью внедрили в ряды военнослужащих суперэкономичную тюремно-пенитенциарную доктрину. В разрезе ее сократили часть командующего состава, а также весь старшинский состав, и передали все управление на самоуправление каждого отдельно кормящегося подразделения. Соответственно отменили и застарелый воинский устав, так что армия, флот и воздушные силы жить стали теперь по понятиям нового исправительно-наказательного устава:

– проходить службу в рядах вооруженных сил – кантоваться,

– звание – кликуха, погоняло,

– форма – ветошь,

– форменная обувь – колеса,

– головной убор военнослужащего – покрышка,

– паек – пайка,

– кровать – шконка,

– госпиталь – больничка,

– столовая – кормушка,

– письменный приказ – малява,

– наряд – западло,

– отпуск – антракт,

– суп – баланда,

– зам командира по снабжению – бобер,

– зам командира по воспитательной работе – кум,

– дежурный офицер – вертухай,

– командир подразделения – чабан,

– дежурный по казарме – шнырь,

– воровать у своих – крысятничать,

– получить новое звание – подняться,

– общее построение – сходняк,

– увольнение – гоп-стоп,

– демобилизоваться – откинуться,

– остаться на сверхсрочную службу – ссучиться,

– говорить языком устава – по фене ботать.

Соответственно была введена и сопутствующая система поощрений и наказаний. Особо отличившимся воинам перед строем объявляются благодарности и еще чего-нибудь придумаем. А пока прежде всего профилактично наказываются поголовно все вновь прибывшие к месту прохождения службы с первого дня и до появления в части следующего призыва. Штатные наказания выносятся новобранцам как в виде устных оскорблений, так и в виде физического систематического избиения, как со стороны мающихся бездельем более старших товарищей по оружию, так и со стороны деградирующего офицерского состава.

В целях совершенствования военной подготовки тех, кто приходит в армию без специальных тюремных знаний, физически или морально неготовыми к тяжестям и лишениям воинской службы, опускают. Такие воины именуются рядовыми петухами, питаются объедками старших товарищей, стирают им белье, ходят за них в наряды, оказывают интимные услуги, а также поют на ночь всенародно любимые армейские шлягеры, укрепляющие боевой дух:

«Казарма, те ночи полные огня,

Казарма, зачем сгубила ты меня

Казарма, я твой назначенный сержант,

Погибли юность и талант в твоих стенах…»

В связи с недофинансированием и переходом на полное самообеспечение в воинских частях также в приказном порядке культивируется крысятничество. Защитники отечества оттачивают мастерство воровства как друг у друга, так и у гражданского населения. Особыми масштабами мародерства отличаются представители командного состава, которые ведут постоянное боевое соперничество на тему, кто украдет у своих подчиненных больше продуктов, обмундирования, горюче-смазочных материалов или же денежного довольствия.

К сожалению, известны случаи, когда некоторые младшие командиры, не сумев справиться со своими прямыми обязанностями и отказавшись обворовывать свои подразделения в пользу высшего командования, слабовольно подавали в отставку или кончали жизнь самоубийством. Однако ж, не смотря ни на что, в остатках нашего военного потенциала военный дух потенциально высок и в самое ближайшее время всеармейское адаптирование исправительно-наказательной системы будет окончено по-любому. Зуб даю!

О бандиции

Еще более высокими темпами, чем в остатках военного потенциала, передовой тюремный опыт внедряется в органы правопорядка. И тому есть ряд причин. Первая – это отсутствие проблем с выплатой денежного довольствия. Как только модернизация приказала долго жить, а «АдПиз» повысил рентабельность, так, казалось бы, и полиция должна была начать палец сосать. Но не тут-то было. Нашлись добрые люди, которые не дали повысить планку раскрываемости. Главари преступного мира, видя плачевное состояние едва переставляющих ноги полицейских, повздыхали и, посовещавшись, решили оторвать от себя, но взять силовые ведомства на содержание. Так что по всей пиздюковской полиции стала поступать спонсорская помощь, как мебелью, автомобилями, девочками, поездками на соседские пляжи, так и чисто деньгами.

Организованная преступность она на то и организованная, чтобы ни одно дезорганизованное полицейское подразделение не осталось спонсорской помощью неохваченным. Федька Зуб взял опеку над пиздюковским следственно-оперативным управлением. Глухой лесничий – над учреждениями пенитенциарной системы. ОПГ «Северный микрорайон» пиздюковскую службу безопасности курирует. Никто, в общем, без шефской помощи не остался. Так что с материально-техническим обеспечением у органов правопорядка полный порядок по всем статьям уголовного, административного и налогового кодекса.

Второй причиной передового криминального внедрения стало кадровое беспроблемье. Это на будущие отмодернизированные заводы-пароходы не хватает квалифицированных работников. А ни в преступной среде, ни в полиции нет незаполненных вакансий. Ведь как пошла такая модернизация, куда ж было нерабочему люду податься. Кому куда оказалось ближе, тот туда и вписался. С нечетных домов пиздюки пошли в отделение полиции, что справа по дороге. С четных – в воровскую малину, которая прямо тебе по левую руку.

Конечно, одни с другими тут же и договорились, как ни как на одной улице жизнью промышляют. Посидели компанейски вечерок на скамейке, семечек полузгали да пивком залакировали и порешили, что никуда не деться, надо друг друга выручать. Только в таком случае все увольняемые и сокращаемые пиздюки без подножного корма не останутся. Так что как только появляется какой пиздюк с бледным лицом и безысходным пособием на проходной завода ли, института ли, воинской ли части, так его соответственно под белы ручки, и опять же туда, куда ближе – в полицейский или бандитский офис. Подъемные дают, участок ответственности обозначают, детишек в свой полицейский или бандитский садик устраивают, об учебе по юридической линии хлопочут.

Конечно, при такой заботе в циклопических размерах вырос бандитский штат и, соответственно, полицейский. И постоянно они взаимовыгодный баланс поддерживают. Как только слишком много пиздюков в бандиты примут, так тут же штат и полицейским увеличивают. А как только у полиции излишек образуется, так совместно наращивают количество бандитствующих элементов.

Свое финансирование и те, и другие полностью оправдывают – работы всем хватает. По первости ликвидированием мелкого и среднего бизнеса по заявке из «АдПиза» занимались. Сначала к предпринимателю бандит заглянет – с паяльником в руке корпоративный взнос потребует. Потом по тревожной кнопке полиция приедет, дубинкой потрясет и корпоративный взнос удвоит. А потом по предпринимательской жалобе «АдПиз» для утроения еще и налогового инспектора, пожарника, санэпидемиолога с аналогичными просьбами пришлет.

При такой поддержке сверху практически справились полиция и бандиты со своей сверхзадачей. Казалось бы по своей человеческой натуре неистребимый малый и средний бизнес в целом оказался рассеян и деморализован. Большой – под эффективным управлением «АдПиза» и надежной защитой полиции, всячески поддерживаемой бандитскими формированиями.

Так как работы по пизнесу со временем стало меньше, силовые структуры на работу с рядовыми гражданами переключились. По ночам бандиты людей к стенкам прижимают, карманы обшаривают, в квартиры залазят, последнюю бижутерию из тумбочек выгребают. Днем же на каждом углу форменная полиция гоп-стопит:

– Так, гражданин пиздюк. А почему днем, на официальной улице и без удостоверения личности?.. А зачем проживаете не по адресу регистрации?.. Как-как вы меня назвали?.. А не пройдете ли в отделение получить дубинок, их есть у меня. А может быть, все-таки добровольно выдадите накопленные непосильным трудом ценности?..

И вот тут-то на грани дня и ночи вышла определенная незадача. И полиция, и бандиты такое служебное рвение проявили, что сама эта грань между днем и ночью стираться начала. То пиздюка прямо в рабочий полдень бандиты на уши поставят – всю мелочь в дырки на асфальте высыпят, то его же от дневных переживаний едва заснувшего посреди ночи полицейские разбудят – внеочередной обыск устроят с конфискацией какого-найдется имущества согласно отсутствующего ордера прокурора.

Конечно, со стороны общества любо-дорого на такой рабочий настрой и полиции, и бандитов посмотреть, но если профессиональным взглядом глянуть, так все-таки какая-то не очень здоровая конкуренция получается. И вот, поскольку день с ночью в Больших Пиздюках окончательно перемешались, а также во избежание не идущей на пользу ОО «АдПиз» конкуренции и недопущения многократного разорения разъяренных граждан, и еще ради экономии деревенского бюджета на структурных силовых единицах, порешили мы их объединить. Собственно даже не объединить, потому как они давно объединены и по месту жительства, и по месту добычи средства пропитания – все последние операции исключительно совместными тщательно скоординированными усилиями проводят. Так что мы просто де факто переименовали и то, и другое в одно целое бандитско-полицейское формирование. Отныне у нас в Больших Пиздюках, опять же всем соседским селам на зависть, нет ни полиции, ни бандитов – правом правит единая и неделимая доблестная бандиция.

Конечно, новая опасная и трудная служба получила все соответствующие основополагающиеся атрибуты. Перво-наперво упразднили мы старые звания и клички, и ввели новое обозначение рядового и офицерского состава. Отныне у нас следующая иерархия вырисовалась:

генерал смотрящий,

полковник в законе,

капитан авторитетный,

лейтенант в натуре,

сержант-пацан,

рядовая братва.

Конечно, к официально нерабочему праздничному дню бандиции и новая форма со всеми знаками отличия была разработана. Для этого к важнейшему делу привлекли даже главного пиздюковского дизайнера. Он все по делу просек и расстановку правильную изготовил. Отец Онаний ее даже как-то ночью ненароком фонариком осветил и трижды оплевал через плечо. Так вот, для рядового состава в комплекте с форменной одеждой идет соразмерная серебряная цепь, для командного состава – золотая. На погонах у рядовых – кресты, у офицеров – купола. Сами же погоны, в размер и цвет денежных купюр изготовляемые, разные же. Чем выше звание, тем большее достоинство погона. Так что каждый приблизившийся к форменному безобразию теперь сразу же определить может, какого денежно-платежного статуса перед ним бандицай и во сколько обойдется его правозащита.

Надо сказать, результаты объединения превзошли все ожидания. Эффективность организованной бандиции оказалась просто запредельной. Наполняемость пиздюковского общака резко поползла вверх. Но конечно, останавливаться на достигнутом рано, и чтобы усилить правовую отдачу от деревенского населения, был предпринят следующий шаг – введение единого пиздюковского телефонного номера. Так что теперь, если что, каждый может запросто позвонить по короткому номеру и отчаянно крикнуть в трубку:

– Помогите, бандиция!

Об окультуривании

Поскольку сплошь и рядом в деревне у нас люди образованные, и чуть ли не каждый тракторист – ученый, юрист, менеджер, то и на культуру мы не могли не забить. Ведь если б о ней совсем не думать, то в соседних селах в нас пальцем будут тыкать, а обратно тыкать не получается, потому как там почему-то на наше тыканье с большой колокольни. Так что, куда деваться, а содержать ее надо и пользоваться ею, соответственно, как приспичит, непременно.

Потому со школы мы культуру в головы и вбиваем, так ее растак. Даже программу образовательную изменили, сократили в ней напрочь литературу, пение, родную речь, на факультатив перевели, чтобы у детей больше времени на чтение книг и прослушивание классических произведений в распорядке дня обозначилось. Вернутся они пораньше из классных пенатов и за книгу, и за книгу. У нас ведь учебные пособия даже на пип-шоу и в пивные бары проносить разрешается.

Для расширения же общего кругозора у более взрослых мы всячески туризм развиваем. А так как бюджет не резиновый и его едва на научную модернизацию да на остаток военного потенциала и остронуждающуюся бандицию хватает, то мы и тут пошли по пути совмещения. Молодые люди мужского пола осматривают окрестные достопримечательности, попутно отправляясь к месту прохождения воинской службы. Женский же пол отправляется за новыми впечатлениями на обочину, где и получает их, совершая увлекательнейшее попутное путешествие с гидом-водителем по совместительству и взаимовыгодно.

Конечно, более профессионально подходят к туризму сотрудники «АдПиза». Потому-то для них в деревенском бюджете всегда найдется, чем оплатить сафари в южных деревнях или экзотическую рыбалку в северных. По возвращению, гарантированно поделятся они своими впечатлениями по вседеревенскому телевидению в передаче «Туризм для пиздюков».

Все это, конечно, культурные мелочи, а по-крупному приняли мы закон «О средствах мозговой трансформации». Согласно ему, и телевидение, и радио, и газеты, и прочие интернеты исключительно культурно должны сплошь и рядом рассуждать о передовых технологиях педофилии, об общественной пользе коррупционной составляющей, о педагогике правящей демагогии. Пиздюкам в обязательном порядке надлежит быть оперативно отинформированными кто с кем, когда, как и, если по обоюдному согласию, то за сколько.

И ведь на всю катушку заработал закон. Теперь каждый пиздюк знает, какого цвета трусы у заведующей сельпо, куда по сто раз в день суется Эндоскопия Юрьевна, каких спортсменок предпочитает сельадмин, сколько раз на дню выходит у отца Онания, почему не ест вчерашних устриц Главстройпроект Спецтехмонтажович и за что в целом любит Большие Пиздюки Промискуитет Петрович…

Примечательно, что на ура потребляется наша культура не только самими пиздюками. Распространяется она и в ближайших к Большим Пиздюкам селам. Там, просматривая наши телепередачи, откровенно завидуют:

– Весело живете. Не жизнь у вас, а сплошной концерт на фоне наших серых будней.

Конечно, пиздюковские медиане чета ихним. В соседских газетах все про бизнесменов, не покладающих рук на выплату налогов рассказывают. По телевидению у них только и делают, что про благотворительность талдычат, общественно-полезных героев показывают. А по радио социальноориентированные песни распевают. Даже в интернете у них никакой нерегламентированной порнографии. Скукотища…

Вот и признают они наши заслуги в передовом окультуривании пиздюковской породы. Сами же мы, чтобы культурный шок увеличить, идем все дальше, дальше и дальше. И вот уже те культурные люди, что писателями себя называют, пошли на телевидение передачи вести. Те же, что передачи вели, стали книги писать. И какие книги! Заоколица их у нас заказывает подводами. Больно уж интересна соседям наша запредельно культурная жизнь. Читают они запоем новопиздюковскую литературу: «Как я съел то, что от нее осталось», «Я затрахал всю семью», «Расчленил я по утру…».

В культурном шоке заоколье. И хочется им болезным хотя бы и одним глазом на таких пиздюков взглянуть, и отчего-то не спешат они к нам с туристическим визитом. Бояться, что действительность в книгах сильно приукрашена, а на самом деле все не так интересно? Так нет, смотрю я по сторонам. Все так и есть. Сам сельадмин к культурному делу подключился. Выступая по телевидению, то эвфемизм свой пиздюкам запросто продемонстрирует, то синекдоху так загнет, что лексикон самопроизвольно обогащается.

Куда ни глянь, а со всех сторон, и снизу, и сверху, пухнет культурный объем и увеличивается, растет на глазах уже окончательно разложившейся в полной нищете пиздюковской интеллигенции. Стонет она, давясь вопросом, как можно бить женщин, стариков, детей, лежачего. А ей отвечают:

– Как-как… Культурно!

Без сомнения, свершилось. На фоне модернизации Больших Пиздюков новая культура пришла – открывай ворота. Опыт внедрения тюремной доктрины отлично зарекомендовал себя не только в деле укрепления развала военного потенциала и при развитии правового поля бандиции. Нет, культура оказалась даже более восприимчивой к авангардному решению пиздюковского бессознательного и живо отреагировала на запросы заново откультуренного населения. Так, с большим успехом гастролируют по разным районам Больших Пиздюков детский музыкальный коллектив «Чифирек», хэви-группа «Проклятая кобла» и джаз-оркестр «Кича-кича». Богатую кассу взяли фильмы повышенной четкости «Западло», «Любовь пацана», «На краю параши». Литературной премии «АдПиза» удостоены бестселлеры «Большая распальцовка», «Хроники авторитетного жигана», «Сидеть по совести».

Конечно же, несмотря на то, что у нас каждый второй рабочий день праздник Доящих, Трубящих, Коптящих, самое большое культурное достижение года – это день Бандиции. В честь него во всех пиздюковских зонах устраиваются массовые гуляния, а в централе проводится праздничный концерт, который транслируется по общедеревенскому телевидению и на прилегающей согласно генплану территории.

На спецбалконе концертного зала обязательно присутствует сам сельадмин с супругой в обтяжку. В первых рядах – весь спецсостав «АдПиза», а также руководство бандиции, командование остатка военного потенциала, залетевший по делу Главстройпроект Спецтехмонтажович. В спину им дышит остальной пиздюковский бомонд: Спирохета Львовна, Хламидий Петрович, Педофил Никанорыч, Костолом Кузьмич, Эпидемия Карловна (60-90-60), Эндоскопия Юрьевна (50-50-50), Энтузиаст Борисович (блондин с голубыми глазами), Федька Зуб, Глухой лесничий, отец Онаний… За ними – ученые пукоэномисты, модернизаторы и рядовой состав «АдПиза». На галерке – различные незаслуженные деятели культуры: художники, писатели и прочие артисты, проникшие за просто так.

Зрелище, конечно, сесть – не освободиться. К концерту этому подготовка идет целый год. Отбираются новые певцы и шлягеры всех мастей. Однако ж, в конце традиционно звучат лучшие песни всех пиздюковских времен. Разогретый зал начинает покачивать в такт головами, слыша:

«И стояли барышни у обочин,

Им водители нравились очень-очень…»

Потом привстает во всеобщем припеве:

«Зефир и касторка, они, если честно, не пара, не пара, не пара…»

И вздрагивает в едином порыве, разделяемом также и самим сельадмином, во время финального:

«Хоп, бандицай,

Предъяву отрицай.

Хозяин-барин с подогревом не прокинет…»

Так что после концерта расходятся все со слезами на глазах. И представитель «АдПиза», пользующийся одноразовыми салфетками с золотой вышивкой. И отфакультатированный учитель, не спешащий достать из кармана нестиранный от отсутствия мыла носовой платок. Ему, ведь, еще плакать и рыдать над школьными сочинениями:

«Мой старший брат хотел быть космонавтом, но космическую программу в процессе модернизации свернули и потому он исполнил другую свою мечту и стал бандицаем. Его дом теперь полная чашка. У всей его семьи много всего почти по размеру и никто не может их обидеть даже словом. Но я все-таки хочу стать адпизом. Им, как пишут в газетах, выдают зарплату не только вещами, но и деньгами в особо крупном размере…»

«Моя мама хотела стать валютной проституткой и отчасти ее мечты сбылись, поэтому и я так рано вышла на обочину. Но мне кажется, в наше время лучше выйти замуж за адпиза. Он тебя и за околицу на шикарной телеге вывезет, и украсит, как свадебную елку, и кормить будет не только картошкой с макаронами…»

«Мой папа хотел быть рабочим колхозником, но в процессе модернизации оказался сокращенным и пошел на биржу труда. Я не хочу быть безработным и сидеть на шее у мамы и пить ее кровь. Лучше быть, как мой школьный товарищ, сыном адпиза, который продолжает теперь обучение в соседней деревне. Потому что и адпиз, и вся его семья может охотиться на животных из красной книги, приглашать домой в гости рок-музыкантов даже и из-за околицы. Еще им можно пользоваться мигалкой, ездить по встречной полосе и сбивать простых пиздюков, которые этому всячески рады, потому что тогда не надо искать место на кладбище и платить за него большие деньги, а также потому, что можно еще успеть побывать в адпизовской больнице, где не только кормят, но еще и дают лекарства…»

Вот, даже и в школе плоды просвещения и окультурования видны наотмашь. Да и вообще у нас теперь в деревне с культурным взглядом все в порядке. Пиздюк пиздюка видит издалека. И по походке, и по словообразованию, и по извечному пиздюковскому вопросу:

– Ну, скажи, за что же ты меня все-таки уважаешь?

О диатезе власти

Все соседи чудятся, конечно, нашим передовым достижениям в житейском благоустройстве, пытают:

– Как вам удалось до жизни такой докатиться?

Да просто понимать надо, что рыба растет с головы. Поэтому в первую очередь мы эффективную вертикальную горизонталь обустроили. Так что при деле у нас все ветви власти: и давательная, и хватательная.

В основание фундаментально заложили арматуру многопартийности. Ее у нас на все случаи выбора. Хочешь ЕПС (Единые пиздюки социально-ориентированые), а не хочешь так ВРЕП (Воинствующие революционные пиздюки), или НАПИЗ (Настоящие пиздюки), или, вообще, ОПА (Оппозиционные пиздюки-анархисты). Самое крупное наше все – это ЕБЛО (Единый блок власти и народа). Ну, а еще до кучи есть и СВОРА – Свободные радикалы (те, кому путевку по каким-то причинам не дали в ЕБЛО).

Когда такая многопартийность в давательной власти получилась, так легче нам стало и вопрос хватательной решать. Она у нас выбирается исключительно демократически-монархическим путем, то есть в большей части по наследству – пиздюки избирают уже избранного в «АдПизе» сельадмина путем прихода на избирательные участки и ознакомления с результатами собственного выбора. И каждый раз они сами себе поражаются, как же не прогадали, как точно с такой выдающейся кандидатурой определились. Вот и в этот раз такой сельадмин получается – вылитый альфа-самец. И такое от него это альфа-излучение прет. Глянет налево – все в единый фронт выстраиваются, посмотрит на право – экономисты за головы хватаются.

А как красиво говорит, будто вилами по воде пишет:

– Гарантирую, уважаемые пиздюки, девальвации в ближайшее время не будет по причине ее скорейшей необходимости для дальнейшего развития пукоэкономики… В свой прошлый срок, который отмотал от звонка до звонка, обещал я вам удвоить ВВП, и теперь тоже обещаю удвоить. Но если потребуется, то пообещаю и утроить, за мной не заржавеет… И еще: рыба отныне будет икру метать бесплатно, так что не беспокойтесь, никаким налогом мы ее облагать не намерены – ни на хвост, ни на килограмм…

И как ему не поверишь?! Во все наш сельадмин вникает, нигде своего не упустит. Сам ходит по магазинам, товар на зуб пробует, выручку пересчитывает – не обманывает ли его в день зарплаты «АдПиз». И научное лицензирование с копилкой в руках курирует. И Главстройпроекта Спецтехмонтажовича по поводу отдачи от производственной модернизации регулярно на ковре трясет, болевые приемы ему проводит. И даже до автовокзала порой доезжает – не дремлет ли там бандиция, по-прежнему ли подстерегает пиздюков. Глядят на него во всех министерствах и ведомствах и только за пиздюковские головы хватаются – если сельадмин продолжит без перерыва на обед трудиться, так ведь и до полного сокращения штатов рукой подать.

Однако ж, поскольку согласно с несогласными полного авторитаризма хватательных рефлексов допустить мы не могли, то, как и полагается в цивилизованной деревне, развели диссидентство – назначили Ваньку, пиздюковских институтов не кончавшего, Коллективным разумом. Должен он плевать в сторону властей, пикеты, демонстрации организовывать аккурат во время заезда туристического автобуса, чтоб заблудшие соседи видели – с плюрализмом у нас полный порядок:

– Посмотрите налево, бандиция валяет Коллективный разум в самом центре Больших Пиздюков. Посмотрите направо, там проходит несанкционированная демонстрация, на которой впервые объединились эксплуататоры и эксплуатируемые, по причине того, что частная собственность сохранена путем ее полной ликвидации со стороны пиратства, рейдерства и налогообложения ОО «АдПиз». В первых колоннах идут голодные просто пиздюки. Как вы слышите, они скандируют:

– Хавла! Хавла!

За ними слышится голос недоразвитого малого и среднего бизнеса:

– Бабла! Бабла!

А вот и присутствующие на трибунах представители давательной и хватательной ветвей власти радостно отвечают:

– Бла-бла! Бла-бла!

К сожалению, туристический автобус заезжает к нам только по понедельникам и потому, чтобы Коллективный разум не простаивал, поручили мы Ваньке такой манифест на вынос написать, за который и расстрелять не стыдно. Так что сидит он теперь в северном микрорайоне под домашним арестом и под воздействием спецсредств соцзаказ исполняет. И ведь как гладко свои наветы пишет:

«В целом живем мы раздельно-кустовым способом: Ограниченное Общество “АдПиз” отдельно, рядовые пиздюки – в стороне, потому как разные функции исполняем. “АдПиз” занят глобальными делами – большой бизнес и общепиздюковскую собственность курирует в свой заокольный карман, поставив при том на службу себе и все достижения модернизации экономики, и субсидирование остатков военного потенциала и разросшейся по самое не могу бандиции. Простые же пиздюки с другой стороны вынужденно перешли на полное самообслуживание. После основной работы и выплаты всех налогов, от безысходности дружно выходят они класть прохудившийся асфальт возле своих домов, патрулировать прилегающую к жилью территорию от набегов оставшейся по неясной причине без премии бандиции, проверять техническое и противопожарное состояние офисов, ресторанов, пароходов, в то время как официальные проверяющие, официально получив отступные, временно отступили на прилегающие к Большим Пиздюкам территории для осуществления священного ритуала обмывания каждой десятой взятки.

Но и после двух отработанных смен не спят неугомонные пиздюки. Ученые, не желающие мириться с лицензированием в науке, засильем шарлатанства и общим кризисом образования сбиваются в бесплатные кружки, чтобы иметь возможность заниматься любимым делом. Часть военного потенциала раздобыла где-то старый устав и втайне от “АдПиз” читает его как молитву. Полицейские под утро нет-нет да и поймают подсознательно, по старой памяти бандита, напугают его уголовным кодексом. Писатели, что днем детективы сочиняют, по ночам в стол пишут о том, что пора уже бы и оформить повсеместное самообслуживание де факто. Рабочие же без лишних слов на кухнях огонь разводят и под видом усовершенствования самогонных аппаратов для так и не выросшей на черноземе манги что-то куют, весьма подозрительно при этом бряцая…

Призрак бродит по Большим Пиздюкам!..»

Понятно, что за такой манифест, можно сесть в один присест. Да только как Коллективный разум посадишь, если он и так живет, как есть, сидит на полном самообслуживании. Без какого-либо участия «АдПиза» сам себя и кормит, и воспитывает, и работой обеспечивает, и лечит, и калечит, и арестовывает, и освобождает, и рожает, и в последний путь провожает под тотальным контролем всеобщего попустительства.

Как видишь, все многообразие форм сожительства у нас наблюдается и полностью, и со всей очевидной наглостью. Именно в том и есть наша пиздюковская сила. Ничего мы скрыть не можем ни от себя самих, ни от соседей. Потому как согласны, что б идеи пиздюкизма распространялись дальше некуда. Так, чтобы не только в нашей деревне, но и за ее пределами сплошь и рядом одни пиздюки обитали-благоденствовали.

По сути просьбы

Обещал я тебе обо всем в подробностях и по порядку поведать, как есть оно в Больших Пиздюках, так все тебе по кучкам и выложить. И не обманул, и даже, может быть, больше нужного наложил тут. Но больше не меньше – запас карман не тянет. Так что теперь ты точно не сомневаешься в том, что есть чем пиздюкам питаться, и самих их нужное для воспроизводства и освоения новых территорий количество наплодилось, и образованы они как последние, и наука у них теплится нешуточно, и гиппократы у них все меньше людей умерщвляют самолично, и производство просто-таки замерло в ожидании окончания модернизации, и большой пизнес развился донельзя за счет малого и среднего, и остаток военного потенциала остался, и бандиция не дремлет во весь рост, и культурища наша в нищете благоденствует, и власть властвует не по-детски.

Все у нас есть и все, разумеется, на высшем пиздюковском уровне. Кроме одного того, о чем я тебе в самом начале говорил. Нет на душе пиздюковской внутренней уверенности в гармонии, потому как, сам теперь видишь, за последние годы в трудах своих и устремлениях переросли мы устоявшееся, казалось бы, название. Не Большие Пиздюки мы уже, нет, Великие. И, как ни крути, а полагается нам иметь более адекватное прозвище. Так выйди ж нам навстречу и выруби на земном глобусе то, чего мы полностью заслужили: «Великие Пиздюки».

Не сомневаемся, что просьбу нашу уважишь. За что априори благодарствуем и за сим как есть на сегодня Большие Пиздюки (поименный список прилагается).

P.S. Письмо зарегистрировано соответственно установленному. На конверте сообразно обозначено:

«Самому главному П…»

Content

Александр Ермак
Большие П.

О хлебе насущном

О народонаселении

Об образованности

О науке

О гиппократии

О производстве

О пизнесе

О военном потенциале

О бандиции

Об окультуривании

О диатезе власти

По сути просьбы