Филип К. Дик

«Команда корректировки»

Утро было ярким. Солнечные лучи озаряли влажные лужайки и тротуары, отражаясь от блестящих припаркованных машин. Клерк пришел торопливой походкой, листая свои инструкции, переворачивая страницы и хмуря брови. На мгновение он остановился перед маленьким оштукатуренным зеленым домом, а потом ускорил шаг войдя на задний двор.

Пес спал в своей будке, повернувшись спиной к выходу. Был виден только его толстый хвост.

— Святые небеса! — воскликнул Клерк, оперев руки о бедра. Он громко постучал механическим карандашом по планшету. — Ты, там. Просыпайся.

Пес шевельнулся. Он медленно вышел из своей конуры головой вперед, моргая и зевая в свете утреннего солнца. — О, это ты. Уже? — Он снова зевнул.

— Важные дела, — Клерк провел своим пальцем эксперта вниз по таблице управления движением. — Этим утром они корректируют Сектор Т137. Начинают ровно в девять часов. — Он бросил взгляд на карманные часы. — Трехчасовое изменение. Закончат в полдень.

— Т137? Это недалеко отсюда.

Тонкие губы Клерка презрительно искривились. — Именно. Ты демонстрируешь поразительную проницательность, мой черноволосый друг. Может ты сможешь угадать зачем я здесь.

— У нас перекрытие с Т137.

— Точно. Задействованы элементы из этого Сектора. Мы должны убедиться в том, что они будут правильно размещены когда начнется корректировка. — Клерк бросил взгляд на маленький оштукатуренный зеленый дом. — Конкретно твое задание касается мужчины вон там. Он работает в коммерческом предприятии, расположенном в Секторе Т137. Важно, чтобы он был там до девяти часов.

Пес изучил дом. Ставни были открыты. Свет на кухне включен. За кружевными занавесками можно было рассмотреть размытые фигуры, двигающиеся вокруг стола. Мужчина и женщина. Они пили кофе.

— Вот они где, — пробормотал пес. — Ты говоришь, мужчина? Он ведь не пострадает, ведь так?

— Конечно, нет. Но он должен быть в своем офисе пораньше. Обычно он не уходит до начала десятого. Сегодня он должен уйти в восемь тридцать. Он должен быть внутри Сектора Т137 до того как процесс начнется. Иначе он не будет изменен в соответствии с новой корректировкой.

Пес вздохнул. — Это значит, что я должен буду вызывать.

— Верно. — Клерк сверился с листом инструкции. — Ты вызовешь ровно в восемь пятнадцать. Ты понял? Восемь пятнадцать. Не позже.

— И кто будет вызван в восемь пятнадцать?

Клерк раскрыл свою книгу инструкций, изучая столбцы кодов. — Будет вызван Друг с Машиной. Чтобы отвезти его на работу пораньше. — Он закрыл книгу и скрестил руки на груди, приготовившись ждать. — Таким образом он попадет в свой офис почти на час раньше времени. Что крайне важно.

— Крайне важно, — пробормотал пес. Он улегся, наполовину внутри конуры. Его глаза закрылись. — Крайне важно.

— Проснись! Это должно быть сделано минута в минуту. Если ты вызовешь слишком рано или слишком поздно…

Пес сонно покачал головой. — Я знаю. Я сделаю как надо. Я всегда делаю как надо.

Эд Флетчер долил еще сливок в кофе. Он вздохнул, откинувшись на спинку стула. Позади него мягко шипела печь, наполняя кухню теплым паром. Желтый верхний свет падал вниз.

— Еще булочку? — спросила Рут.

— Я объелся. — Эд отхлебнул кофе. — Можешь сама съесть.

— Мне надо идти. — Рут поднялась расстегивая халат. — Пора идти на работу.

— Уже?

Конечно. Счастливый лентяй! Хотела бы я сидеть без дела. — Рут направилась в ванную, перебирая пальцами свои длинные черные волосы. — Если ты работаешь на Правительство, приходится вставать рано.

— Зато ты рано освобождаешься, — напомнил Эд. Он развернул Кроникл, изучая спортивную колонку. — Ну, удачи тебе сегодня. Не печатай никаких неправильных слов, никаких двусмысленностей.

Дверь в ванную закрылась, в то время как Рут сбросила халат и начала одеваться.

Эд зевнул и поднял взгляд на часы над раковиной. Куча времени. Еще даже нет восьми. Он отхлебнул еще кофе и почесал колючий подбородок. Надо бы побриться. Он лениво потянулся. Через десять минут, может быть.

Рут выскочила из халата в нейлоновом подъюбнике торопясь в ванную. — Я опаздываю. — Она стремительно металась по дому, надевая блузку и юбку, чулки, маленькие белые туфли. Напоследок она наклонилась и поцеловала его. — До свидания, милый. Я сегодня пойду по магазинам.

— До свидания. — Эд опустил газету и обхватил жену за талию, нежно ее обнимая. — Приятно пахнешь. Не флиртуй с боссом.

Рут выбежала через парадную дверь, прогремев вниз по лестнице. Он услышал затихающий стук ее каблуков по тротуару.

Она ушла. В доме было тихо. Он был один.

Эд поднялся на ноги, отодвинув стул. Лениво он дотащился до ванной и взял бритву. Восемь десять. Он умылся, намазал лицо кремом для бритья и начал бриться. Он брился не спеша. У него было много времени.

Клерк согнулся над своими круглыми карманными часами, нервно облизывая губы. На лбу у него выступил пот. Второй рукой он отстукивал секунды. Восемь четырнадцать. Почти пора.

— Приготовься! — рявкнул Клерк. Он напрягся. Его тельце было неподвижным. — Осталось 10 секунд!

— Пора! — крикнул Клерк.

Ничего не произошло.

Клерк повернулся. Глаза широко раскрыты от ужаса. Из маленькой будки был виден толстый черный хвост. Пес снова заснул.

— ПОРА! — заорал Клерк. Он изо всех сил пнул мохнатый зад. — Ради Бога…

Пес пошевелился. Он в спешке ударялся обо все, пятясь задом из будки. — Ну надо же. — Смущенный, он торопился к забору. Стоя на задних лапах он широко раскрыл пасть. — Гав! — позвал он. Извиняющимся взглядом он посмотрел на Клерка. — Прошу прощения. Я не понимаю как это случилось…

Клерк неподвижно уставился на свои часы. Холодный ужас узлом скрутил ему живот. Часы показывали восемь шестнадцать. — Ты проспал! Жалкий погрызенный молью драный мешок из вышвырнутой старой псины! Ты проспал!

Пес опустился на все лапы и обеспокоенно пошел обратно. — Говоришь, я проспал? То есть, вызывать надо было…?

— Ты позвал слишком поздно. — Клерк с застывшим лицом медленно убрал часы. — Ты позвал слишком поздно. У нас не будет Друга с Машиной. Кто знает кто придет вместо него. Боюсь представить кого принесет в восемь шестнадцать.

— Я надеюсь, он будет в Секторе Т137 вовремя.

— Не будет, — простонал Клерк. — Не будет его там. Мы совершили ошибку. Из-за нас все пойдет неправильно!

Эд смывал с лица крем для бритья когда приглушенный звук собачьего лая эхом пролетел в тишине дома.

— Черт. — пробормотал Эд. — Разбудил весь квартал. — Он вытер лицо, прислушиваясь. Не шел ли кто?

Вибрация. А потом…

Звонок в дверь.

Эд вышел из ванной. Кто бы это мог быть? Может Рут что-то забыла? Он накинул белую рубашку и открыл парадную дверь.

Приятный молодой человек. Льстивое и энергичное лицо светилось радостью. — Доброе утро, сэр. — Он приподнял шляпу. — Простите, что беспокою Вас так рано…

— Что Вам нужно?

— Я из Государственной Компании Страхования Жизни. Я здесь для того чтобы обсудить с Вами…

Эд стал закрывать дверь. — Мне это не нужно. Я спешу. Мне надо на работу.

— Ваша жена сказала, что это единственное время, когда я смогу поймать Вас. — Молодой человек подхватил свой портфель, заставив дверь снова открыться. — Она специально попросила меня прийти так рано. Обычно мы не начинаем работать в это время, но, поскольку она меня попросила, я сделал особую пометку.

— Ладно. — Устало вздохнув Эд впустил молодого человека. — Сможете рассказать ваши условия пока я буду одеваться.

Молодой человек раскрыл свой портфель на диване, выкладывая из него кучи брошюр и иллюстрированных каталогов. — Я хотел бы показать Вам некоторые из этих цифр, если можно. Очень важно для Вас и вашей семьи чтобы…

Эд обнаружил что сидит и просматривает брошюры. Он купил полис страхования своей жизни на десять тысяч долларов и выпроводил молодого человека. Он посмотрел на часы. Практически девять тридцать!

— Черт. — Он опоздает на работу. Он закончил завязывать галстук, схватил пиджак, выключил плиту и свет, поставил тарелки в раковину и выбежал на крыльцо.

Спеша к автобусной остановке он ругался про себя. Продавец страховок. Почему этот придурок должен был придти именно тогда, когда он уже был готов уходить?

Эд вздохнул. Не известно какие последствия могут быть из-за опоздания в офис. Он не попадет туда до десяти. Он настроился на ожидание. Шестое чувство подсказывало что с ним что-то случится. Что-то плохое. Это был не подходящий день для опозданий.

Если бы только продавец не приходил.

Эд выскочил из автобуса за квартал от своего офиса. Он ускорил шаг. Огромные часы перед ювелирным магазином Штейна сообщили ему что уже почти десять.

У него упало сердце. Старик Дуглас без сомнения устроит ему нагоняй. Теперь он мог это представить. Дуглас пыхтит и тяжело дышит, с красным лицом, размахивает перед ним своим толстым пальцем. Мисс Эванс, улыбается за печатной машинкой; Джекки, рассыльный, ухмыляется и подсмеивается; Эрл Хендрикс; Джо и Том; Мэри — темноглазая, с полной грудью и длинными ресницами. Все они, подшучивают над ним всю оставшуюся жизнь.

Он дошел до угла и остановился на светофоре. На другой стороне улицы возвышалось большое белое бетонное здание, высокая колонна из стали и бетона, балок и стеклянных окон — здание офиса. Эд вздрогнул. Возможно, он мог бы сказать что застрял лифт. Где-нибудь между вторым и третьим этажами.

Светофор переключился. Больше никто не переходил дорогу. Эд перешел ее в одиночку. Он запрыгнул на бордюр на противоположной стороне дороги…

и замер на месте.

Солнце погасло в одну секунду. Мгновение назад его лучи падали вниз. А потом оно исчезло. Эд посмотрел наверх. Над ним кружились серые облака. Гигантские, бесформенные облака. Ничего больше. Зловещая, плотная мгла, которая делала все вокруг бесформенным и размытым. Холодок беспокойства ущипнул его. Что это было?

Он осторожно продвигался вперед, нащупывая путь через туман. Кругом было тихо. Ни единого звука, даже шума движущихся машин. Эд безумно крутил головой вокруг пытаясь рассмотреть что-нибудь сквозь навалившуюся мглу. Ни людей. Ни машин. Ни солнца. Ничего.

Здание офиса неясно, призрачно вырисовывалось впереди. Оно было неопределенно серым. Он неуверенно вытянул руку вперед…

Секция здания отвалилась. Она осыпалась вниз потоком частиц. Как песок. Эд глупо стоял раскрыв рот. Поток серой грязи, растекался вокруг его ног. А там, где он прикоснулся к зданию зияла пустота с рваными краями… Безобразная дыра портила бетонную поверхность.

Потрясенный, он направился к ступеням парадного входа. Он поднялся на них. Ступени не выдержали под ногами. Его ноги провалились. Он продирался сквозь зыбучий песок, хрупкую, прогнившую субстанцию, которая ломалась под его весом.

Он вошел в вестибюль. Вестибюль был туманным и темным. Светильники под потолком слабо мерцали сквозь мглу. Странная пелена нависла над всем.

Он разглядел стойку с сигарами. Продавец беззвучно опирался, отдыхая, на прилавок. В зубах зубочистка. Лицо безжизненное. И серое. Он был весь серый.

— Эй, — крикнул Эд. — Что происходит?

Продавец не ответил. Эд дотянулся до него. Его рука коснулась серой руки продавца… и прошла насквозь.

— Боже милостивый, — произнес Эд.

Рука продавца отвалилась. Она упала на пол вестибюля, распавшись на фрагменты. Кусочки серых волокон. Как пыль. У Эда пошатнулся рассудок.

— Помогите! — закричал Эд, вновь обретя дар речи.

Никакого ответа. Он осмотрелся. Несколько фигур стояли здесь и там: мужчина читает газету, две женщины ждут лифт.

Эд направился к мужчине. Он дотянулся и коснулся его.

Мужчина медленно развалился. Он осел в кучу, рыхлую груду серого праха. Пыли. Частиц. Обе женщины распались когда он дотронулся до них. Тихо. Они не издали ни звука когда распадались на части.

Эд нашел лестницу. Он взялся за перила и шагнул наверх. Лестница обрушилась под ним. Он пошел быстрее. Позади него остался лежать разрушенный путь — его следы, отчетливо видимые на бетоне. Облака праха клубились вокруг него когда он добрался до второго этажа.

Эд пристально вгляделся в безмолвный коридор. Он увидел еще больше облаков праха. Но не услышал ни звука. Там была лишь темнота… клубящаяся темнота.

Едва держась он поднялся на третий этаж. Один раз его ботинок проломил лестницу насквозь. На одну тошнотворную секунду он повис качаясь над зияющей дырой, смотрящей вниз в бездонное ничто.

А потом он вскарабкался наверх и оказался перед своим собственным офисом:

ДУГЛАС И БЛЭЙК, НЕДВИЖИМОЕ ИМУЩЕСТВО.

Коридор был темный, мрачный, с клубами пыли. Потолочные светильники судорожно мерцали. Он дотянулся до дверной ручки. Ручка отломилась в его руке. Он бросил ее и вонзился ногтями в дверь. Лист стекла рассыпался рядом с ним, разлетевшись на кусочки. Вырвав часть он распахнул дверь и перешагнул через нее в офис.

Мисс Эванс сидела за печатной машинкой. Пальцы беззвучно покоились на клавишах. Она не двигалась. Все у нее было серым: волосы, кожа, одежда. Она была безцветной. Эд дотронулся до нее. Его пальцы прошли сквозь ее плечо, попав в рыхлые хлопья.

Он отдернул руку, чувствуя тошноту. Мисс Эванс не шевелилась.

Двинувшись дальше он натолкнулся на стол. Стол рухнул в рассыпающуюся пыль. Эрл Хендрикс стоял возле кулера с водой с чашкой в руке. Он был серой неподвижной статуей. Ничто вокруг не двигалось. Не было слышно ни звука. Никакой жизни. Весь офис был серой пылью — лишенный жизни и движения.

Эд обнаружил что снова стоит в коридоре. Он ошеломленно потряс головой. Что все это значило? Он сошел с ума? Сошел…?

Звук.

Эд обернулся, всматриваясь в серую мглу. Живое существо приближалось сильно спеша. Человек… человек в белой одежде. Позади него шли остальные. Люди в белом, с каким-то оборудованием. Они были нагружены сложными машинами.

— Эй… — слабо выдохнул Эд.

Люди остановились с раскрытыми ртами и глазами навыкате.

— Смотрите!

— Что-то пошло не так!

— Один до сих пор подключен.

— Возьмите-де-энерджайзер.

— Мы не можем продолжать пока…

Люди направились к Эду, окружая его. Один тащил длинный шланг с каким-то раструбом. За ним катилась небольшая тележка. Приказы выкрикивались стремительно.

Эд вырвался из разбившего его паралича. Его охватил страх. Происходило что-то чудовищное. Он должен был выбраться. Предупредить людей. Сбежать.

Он повернулся и побежал назад, вниз по лестнице. Ступени рассыпались под ним. Он провалился вниз на половину пролета, скатившись в кучи сухого пепла. Вскочив на ноги он поспешил вниз, на первый этаж.

Вестибюль исчез в клубах серого пепла. Он вслепую продвигался сквозь них к двери. Позади шли одетые в белое люди, волоча свое оборудование и перекрикиваясь, сильно спеша за ним.

Он выбрался на тротуар. Позади него здание офиса дрогнуло и покосилось, оседая на одну сторону. Потоки пепла ссыпались в кучи. Он бросился к углу здания. Человек прямо позади него. Вокруг него кружились серые облака. Расставив руки Эд нащупывал путь через улицу. Он добрался до бордюра на противоположной стороне…

Солнце включилось. Теплый желтый солнечный свет струился на него. Сигналили машины. Переключались светофоры. Со всех сторон в спешке проталкивались мужчины и женщины в яркой весенней одежде: покупатели, полицейский в синей форме, продавцы с портфелями. Магазины, окна, знаки… шумные машины двигались вверх и вниз по улице…

А сверху было яркое солнце и знакомое голубое небо.

Эд остановился, с трудом дыша. Он повернулся и посмотрел назад, туда откуда он пришел. С другой стороны улицы было здание офиса — такое, каким оно всегда было. Прочное и легко различимое… Бетон, стекло и сталь.

Он сделал шаг назад и столкнулся со спешащим человеком. — Эй, — проворчал мужчина. — Смотреть надо.

— Простите. — Эд потряс головой, пытаясь прояснить ее. С того места где он стоял здание офиса выглядело как всегда — большое, темное и крепкое, внушительно возвышающееся на другой стороне улицы.

Но минуту назад…

Возможно, он был не в своем уме. Он видел здание, рассыпающееся в пыль. Здание… и людей. Они распадались в серые облака пыли. И люди в белом… они гнались за ним. Люди в белой одежде, выкрикивающие приказы, катящие сложное оборудование.

Он сошел с ума. Другого объяснения не было. Обессилев, Эд повернулся и поковылял по тротуару. Голова у него шла кругом. Он двигался наугад, безо всякой цели, погруженный в туман растерянности и ужаса.

Клерка доставили в кабинет высшего Руководства и приказали ждать.

Он нервно шагал взад-вперед, то обхватывая себя руками, то заламывая их страдая от дурных предчувствий. Он снял очки и вытер их дрожащими руками.

Господи. Все неприятности сразу. И это была не его вина. Но он понесет наказание. В его обязанности входило выдавать задания Вызывающим и следить чтобы они следовали инструкциям. Жалкий блохастый Вызывающий снова завалился спать и ему придется ответить за это.

Двери открылись. — Хорошо, — пробормотал озабоченный голос. Это был усталый, замученный заботами голос. Клерк медленно вошел, дрожа от страха. Пот стекал с его шеи на целлулоидный воротник.

Старик поднял на него взгляд, отложив книгу. Он невозмутимо рассматривал Клерка. Спокойный взгляд выцветших голубых глаз… глубокое, древнее спокойствие, которое заставляло Клерка дрожать еще сильнее. Он достал платок и вытер лоб.

— Я полагаю, произошла ошибка, — пробормотал Старик. — На стыке с Сектором Т137. Что-то связанное с элементом из примыкающего участка.

— Все правильно. — Голос клерка был слабым и хриплым. — Ужасная неприятность.

— Что именно произошло?

— Это утро я начал в соответствии со своими листами инструкций. Материал, относящийся к Т137, конечно, имел высший приоритет. Я уведомил Вызывающего на своем участке, что в восемь пятнадцать было необходимо совершить вызов.

— Вызывающий осознал срочность?

— Да, сэр. — Клерк запнулся. — Но…

— Но что?

Клерк жалко съежился. — Пока я стоял к нему спиной, Вызывающий заполз обратно в свою конуру и уснул. Я был занят, отслеживая точное время на часах. Я дал ему сигнал в нужный момент… но ответа не последовало.

— Вы подали сигнал точно в восемь пятнадцать?

— Да, сэр! Ровно в восемь пятнадцать. Но Вызывающий спал. Когда мне удалось разбудить его было уже восемь шестнадцать. Он позвал, но вместо Друга с Машиной к нам пришел… Продавец Страховок. — Лицо Клерка скривилось от отвращения. — Продавец удерживал элемент там почти до девяти тридцати. Таким образом, он опоздал на работу вместо того чтобы придти раньше.

Старик помолчал мгновение. — То есть, элемента не было внутри Т137 когда началась корректировка.

— Нет. Он прибыл примерно в десять часов.

— В середине процесса корректировки. — Старик поднялся и с мрачным лицом медленно зашагал взад и вперед, сцепив руки за спиной. Его длинная одежда струилась позади него. — Серьезная проблема. Во время Корректировки Сектора все относящиеся к нему элементы из других Секторов должны быть внутри. В противном случае их установки останутся рассинхронизированными. Когда этот элемент попал в Т137 корректировка длилась пятьдесят минут. Элемент обнаружил Сектор в его наиболее обесточенной фазе. Он бродил там пока его не повстречала одна из команд корректировки.

— Они поймали его?

— К сожалению, нет. Он сбежал из Сектора. В прилегающий полностью подключенный участок.

— Что… что было дальше?

Старик перестал шагать. Его морщинистое лицо оставалось мрачным. Тяжелой рукой он провел по своим длинным белым волосам. — Мы не знаем. Мы потеряли с ним связь. Без сомнения, скоро мы восстановим контакт. Но в настоящий момент мы им не управляем.

— Что вы собираетесь делать?

— С ним должен быть установлен контакт. Он должен быть задержан и доставлен сюда. Другого выбора нет.

— Сюда!

— Слишком поздно обесточивать его. К тому времени когда он возвратится он уже расскажет остальным. Полное стирание его памяти только увеличит проблемы. Обычных методов будет недостаточно. Я должен сам разобраться с этой проблемой.

— Надеюсь, он будет быстро обнаружен, — сказал Клерк.

— Будет. Каждый Наблюдатель поднят по тревоге. Каждый Наблюдатель и каждый Вызывающий. — Глаза Старика сверкнули. — Даже Клерки, несмотря на то, что мы не можем на них положиться.

Клерк покраснел. — Я буду рад когда все это закончится, — пробормотал он.

Легкой походкой Рут спустилась по лестнице и вышла из здания на жаркое полуденное солнце. Она закурила сигарету и заспешила по тротуару. Она дышала весенним воздухом и ее маленькая грудь поднималась и опускалась.

— Рут. — Эд подошел к ней сзади.

— Эд! — Она повернулась, изумленно раскрыв рот. — Что ты делаешь так далеко от…?

— Давай. — Эд схватил ее за руку и потянул в том же направлении. — Продолжим идти.

— Но что…?

— Расскажу позже. — Бледное лицо Эда выглядело мрачным. — Пойдем туда, где мы сможем поговорить. Наедине.

Я шла на обед к Луи. Мы можем поговорить там. — Рут, задыхаясь, спешила за ним. — В чем дело? Что случилось? Ты так странно выглядишь. И почему ты не на работе? Тебя… тебя уволили?

Они перешли улицу и зашли в небольшой ресторан. Повсюду мужчины и женщины ели свой обед. Эд нашел уединенный столик, стоящий в углу в конце зала. — Вот. — Он резко сел. — Этот подойдет. — Она скользнула на соседний стул.

Эд заказал чашку кофе. Рут взяла себе салат, тост с паштетом из тунца, кофе и персиковый пирог. Не говоря ни слова, Эд смотрел как она ела. Его лицо было мрачным и угрюмым.

— Пожалуйста, расскажи мне, — взмолилась Рут.

— Ты в самом деле хочешь знать?

— Конечно, я хочу знать! — Рут с волнением положила свою маленькую ручку на его. — Я же твоя жена.

— Сегодня кое-что произошло. Утром. Я опоздал на работу. Чертов страховой агент пришел и задержал меня. Я опоздал на полчаса.

У Рут перехватило дыхание. — Дуглас уволил тебя.

— Нет. — Эд медленно рвал на части бумажную салфетку. Оторванные куски он кидал в полупустой стакан с водой. — Я был чертовски взволнован. Я вышел из автобуса и спешил вниз по улице. Все это я заметил когда ступил на бордюр перед офисом.

— Заметил что?

Эд рассказал ей. Все что случилось.

Когда он закончил, Рут откинулась на спинку стула. Лицо у нее было белым, руки тряслись. — Понятно, — пробормотала она. — Не удивительно, что ты расстроен. — Она пила чуть теплый кофе. Чашка стучала по блюдцу. — Какой ужас.

Эд сосредоточенно наклонился к жене. — Рут, ты считаешь, что я схожу с ума?

Красные губы Рут искривились.

— Я не знаю что сказать. Это так странно…

— Да. «Странно» — едва ли подходящее слово. Я проводил своими руками прямо сквозь них. Как будто они были трухой. Старой сухой трухой. Пылью. Фигурами из пыли. — Эд закурил сигарету из пачки Рут. — Когда я выбрался оттуда я обернулся и оно было на месте. Здание офиса. Такое же, как обычно.

— Ты был напуган тем, что мистер Дуглас будет ругать тебя, ведь так?

— Конечно. Я был напуган… и виноват. — Эд моргнул. — Я знаю о чем ты думаешь. Я опоздал и не мог смотреть ему в глаза. Поэтому у меня случилось что-то вроде защитного психопатического припадка. Уход от реальности. — Он яростно потушил сигарету. — Рут, я брожу по городу с тех пор как это случилось. Два с половиной часа. Без сомнения я боюсь. Я чертовски боюсь возвращаться.

— Дугласа?

— Нет! Людей в белом. — Эд вздрогнул. — Боже. Они гнались за мной. Со своими чертовыми шлангами и… и приборами.

Рут молчала. Наконец она взглянула на своего мужа. Ее темные глаза блестели. — Ты должен вернуться, Эд.

— Вернуться? Зачем?

— Чтобы кое-в чем убедиться.

— В чем убедиться?

— Убедиться, что все в порядке. — Рука Рут сжала его руку. — Ты должен, Эд. Ты должен вернуться и принять действительность. Показать себе, что нечего бояться.

— К черту все это! После того что я видел? Послушай, Рут. Я видел разломы в ткани реальности. Я видел… то что за ней. Под ней. Я видел то, что там было на самом деле. И я не хочу возвращаться. Я не хочу снова видеть людей из пыли. Никогда.

Глаза Рут внимательно смотрели на него. — Я вернусь туда с тобой, — сказала она.

— Ради Бога.

— Ради тебя. Ради твоей психики. Ты все узнаешь. — Рут резко поднялась, накидывая пальто. — Давай, Эд. Я пойду с тобой. Мы пойдем туда вместе. В офис Недвижимого Имущества Дугласа и Блэйка. Я даже вместе с тобой зайду внутрь чтобы увидеть мистера Дугласа.

Эд медленно встал, уставившись на жену. — Ты считаешь, что я сбежал. Струсил. Не смог посмотреть в глаза боссу. — Его голос был тихий и напряженный. — Разве нет?

Рут уже направилась к кассе. — Пошли. Сам увидишь. Все будет на месте. Как и было всегда.

— Хорошо, — сказал Эд. Он медленно последовал за ней. — Мы вернемся туда… и посмотрим кто из нас прав.

Они вместе перешли улицу. Рут крепко держалась за руку Эда. Прямо перед ними было здание — гигантское сооружение из бетона, металла и стекла.

— Вот оно, — сказала Рут, — Видишь?

Все правильно, оно было там. Большое здание возвышалось, непоколебимое и прочное, блестящее в солнечных лучах наступающего полудня. Его окна ярко сверкали.

Эд и Рут поднялись на бордюр. Эд напрягся. Его тело не гнулось. Он вздрогнул когда его нога коснулась тротуара…

Но ничего не произошло: по прежнему раздавались шумы улицы; мимо проезжали машины, спешили люди; мальчик продавал газеты. Было все — звуки, запахи, шум города в середине дня. А над головой было солнце и яркое голубое небо.

— Видишь? — сказала Рут. — Я была права.

Они прошли по ступеням крыльца в вестибюль. За сигарной стойкой стоял продавец, сложив руки на груди. Он слушал игру в бейсбол. — Здравствуйте, мистер Флетчер, — крикнул он Эду. Его лицо раскраснелось довольно натурально. — Кто эта дама? Ваша жена знает об этом?

Эд нервно рассмеялся. Они прошли к лифту. Четыре или пять бизнесменов стояли и ждали. Это были мужчины среднего возраста, хорошо одетые, нетерпеливо ожидающие все вместе. — Эй, Флетчер, — сказал один из них. — Ты где был весь день? Дуглас орет не переставая.

— Привет, Эрл, — пробормотал Эд. Он крепко сжал руку Рут. — Немного приболел.

Пришел лифт. Они зашли внутрь. Лифт поехал наверх. — Привет, Эд, — сказал лифтер. — Кто эта хорошенькая девушка? Может представишь ее?

Эд механически оскалился. — Моя жена.

Лифт высадил их на третьем этаже. Эд и Рут вышли и направились к стеклянной двери Недвижимого Имущества Дугласа и Блэйка.

Эд остановился едва дыша. — Подожди. — Он облизал губы. — Я…

Рут спокойно ждала пока Эд вытирал лоб и шею носовым платком. — Теперь все в порядке?

— Да. — Эд двинулся вперед. Потянув он открыл стеклянную дверь.

Мисс Эванс подняла на него глаза, перестав печатать. — Эд Флетчер! В каком месте Земли Вы были?

— Я был болен. Привет, Том.

Том поднял глаза от своей работы. — Привет, Эд. Говорят, Дуглас орал что снимет тебе скальп. Ты где был?

— Я знаю. — Эд устало повернулся к Рут. — Кажется, мне лучше зайти к нему и разобраться с последствиями.

Рут сжала его руку. — У тебя все будет хорошо. Я знаю. — Она улыбнулась, блеснув белыми зубами из-под красных губ. — Веришь? Позвони мне если я буду тебе нужна.

— Конечно. — Эд поцеловал ее в губы. — Спасибо, милая. Большое спасибо. Я не знаю что за чертовщина случилась со мной. Надеюсь все закончилось.

— Не за что. Пока. — Рут выскользнула из офиса. Дверь за ней закрылась. Эд слушал как она стремительно неслась по вестибюлю к лифту.

— Хорошенькая девчушка, — со знанием дела сказал Джеки.

— Ага. — Кивнул Эд, поправляя галстук. Безрадостно он двинулся в сторону внутреннего офиса, подготавливая себя. Что ж, он должен был это пройти. Рут была права. Но у него уйдет чертовски много времени на объяснения с боссом. Сейчас он мог представить себе Дугласа: толстая красная шея, бычий рев, лицо, искаженное яростью…

Эд резко остановился на пороге внутреннего офиса. Он примерз к месту. Внутренний офис… он был изменен.

Волосы у него на шее встали дыбом. Его охватил холодный страх, сжал ему горло. Внутренний офис был другим. Он медленно повернул голову, разглядывая столы, стулья, знакомых сотрудников, шкафы с папками, фотографии.

Изменения. Мелкие изменения. Едва заметные. Эд закрыл глаза и медленно открыл их. Он был насторожен, быстро дышал, пульс увеличивался. Так и есть, офис был изменен. Безо всякого сомнения.

— Что случилось, Эд? — спросил Том. Коллега с любопытством смотрел на него, сделав паузу в работе.

Эд ничего не сказал. Он медленно двинулся во внутренний офис. Офис стал другим. Он это знал. Вещи были изменены. Переставлены. Ничего очевидного… ничего, на что он мог бы показать пальцем. Но он знал.

Джо Кент неловко поприветствовал его. — Что случилось, Эд? Ты выглядишь как дикий пес. Что-то произошло… ?

Эд рассматривал Джо. Он был другим. Не таким как раньше. Но чем?

Лицо Джо. Оно было немного полнее. Рубашка в голубую полоску. Джо никогда не носил голубую полоску. Эд изучал стол Джо. Он видел документы и расчеты. Стол… он находился гораздо правее. И он был больше. Это был не тот же стол.

Фотография на стене. Она была не той же самой. Это была совсем другая фотография. И вещи, лежащие на шкафу с картотекой… некоторые из них были новыми, других не стало.

Он посмотрел назад через дверь. Теперь он думал о том, что прическа мисс Эванс была другой, волосы были уложены не так. И они были светлее.

А здесь, Мэри, которая пилила свои ногти возле окна… она была выше, полнее. Ее сумочка, лежащая перед ней на столе… красная сумочка, красное вязаное платье.

— У тебя всегда… была эта сумочка? — требовательно спросил Эд.

Мэри подняла глаза. — Что?

— Эта сумочка. Она всегда у тебя была?

Мэри рассмеялась. Она смущенно разгладила юбку на стройных бедрах. Ее длинные ресницы скромно захлопали. — Мистер Флетчер, что Вы имеете ввиду?

Эд отвернулся. Он знал. Даже если не знала она. Она была переделана… изменена: ее сумочка, одежда, фигура, все в ней. Никто из них этого не знал… кроме него. У него голова шла кругом. Они все были изменены. Все они были другими. Они все были как будто отлиты заново, переделаны. Едва заметно… но были.

Корзина для мусора. Она была меньше, не такой как раньше. Цвет окон… белый, а не слоновой кости. Рисунок на обоях был другим. Светильники…

Бесконечные, едва заметные изменения.

Эд снова направился ко внутреннему офису. Он поднял руку и постучал в дверь Дугласа.

— Войдите.

Эд распахнул дверь. Натан Дуглас нетерпеливо поднял глаза. — Мистер Дуглас… — начал Эд. Неровной походкой он вошел в комнату… и остановился.

Дуглас был не таким как раньше. Совсем не таким. Весь его офис был изменен: ковры, шторы. Стол был дубовым, а не из красного дерева. И сам Дуглас…

Дуглас был моложе, стройнее. Каштановые волосы. Кожа не была настолько красной. Лицо более гладкое. Морщин не было. Подбородок изменил форму. Глаза зеленые, а не черные. Он был другим человеком. Но, по прежнему, Дугласом… другим Дугласом. Другой версией!

— В чем дело? — Нетерпеливо потребовал Дуглас. — О, это Вы, Флетчер. Где Вы были сегодня утром?

Эд выскочил обратно. Быстро.

Он хлопнул дверью и поспешил обратно через внутренний офис. Том и мисс Эванс подняли глаза в оцепенении. Эд пролетел мимо них распахнув дверь.

— Эй! — крикнул Том. — Что… ?

Эд несся через вестибюль. Его пронизывал ужас. Он должен спешить. Он видел. Времени почти не было. Он добрался до лифта и нажал кнопку.

Нет времени.

Эд побежал к лестнице и начал спускаться. Он добрался до второго этажа. Ужас все возрастал. Все решали секунды.

Секунды!

Таксофон. Эд забежал в телефонную будку. Закрыл за собой дверь. Трясущимися руками он бросил десятицентовик в щель и набрал номер. Он должен был вызвать полицию. Он приложил трубку к уху. Сердце выскакивало из груди.

Предупредить их. Изменения. Кто-то манипулирует реальностью. Меняет ее. Он был прав. Одетые в белое люди… их оборудование… идут по зданию.

— Алло! — Хрипло крикнул Эд. Никакого ответа. Не было даже помех. Вообще ничего.

Эд лихорадочно посмотрел за дверь.

И обвис пораженный. Медленно он повесил трубку телефона.

Он больше не был на втором этаже. Телефонная будка поднималась, оставляя второй этаж позади, унося его вверх все быстрее. Она поднималась этаж за этажом, двигаясь бесшумно, быстро.

Телефонная будка пронзила крышу здания и вышла на яркий солнечный свет. Она набирала скорость. Земля внизу уменьшалась. Здания и улицы становились меньше с каждым мгновением. Крошечные точки двигались по ней далеко внизу — машины и люди — быстро уменьшаясь.

Облака плыли между ним и землей. Эд закрыл глаза. От страха кружилась голова. Он отчаянно вцепился в ручки на двери телефонной будки.

Телефонная будка поднималась все быстрее и быстрее. Земля стремительно оставалась позади, далеко внизу.

Эд дико озирался. Куда? Куда он летит? Куда она его несет?

В ожидании он стоял сжимая ручки двери.

Клерк отрывисто кивнул головой. — Это он. Совершенно верно. Тот самый элемент.

Эд осмотрелся. Он был в огромной комнате. Ее границы исчезали в размытых тенях. Перед ним стоял человек с заметками и регистрационными журналами под мышкой, уставившийся на него через обрамленные сталью очки. Это был невысокий человек с проницательным взглядом, целлулоидным воротником, в синем шерстяном костюме, жилете, с часами на цепочке. Он носил черные начищенные туфли.

А позади него…

В огромном современном кресле молча сидел старик. Он спокойно смотрел на Флетчера своими мягкими и уставшими голубыми глазами. Странная дрожь стрельнула во Флетчере. Это был не страх. Скорее это была вибрация, сотрясающая его кости — чувство глубокого благоговения, с оттенком притягательности.

— Где… что это за место? — чуть слышно спросил он. Ему все еще было не по себе после быстрого подъема.

— Не задавайте вопросов! — раздраженно рявкнул нервный человечек, постукивая карандашом по своим журналам. — Вы здесь чтобы отвечать на вопросы, а не задавать их.

Старик немного пошевелился. Он поднял руку. — Я буду разговаривать с элементом наедине, — пророкотал он. У него был низкий голос. Он гремел и вибрировал в комнате. И снова волна притягательного благоговения охватила Эда.

— Наедине? — тщедушный человечек попятился, обхватив руками свои книги и документы. — Конечно. — Он бросил недобрый взгляд на Эда Флетчера. — Я рад что он наконец под надзором. Весь труд и хлопоты только ради…

Он исчез за дверью. Дверь мягко закрылась за ним. Эд и Старик были одни.

— Пожалуйста, садитесь, — сказал Старик.

Эд нашел место. Сел он неуклюже, нервно. Он достал сигареты и снова убрал их.

— В чем дело? — спросил Старик.

— Я только что начал понимать.

— Понимать что?

— Что я мертв.

Старик на мгновение улыбнулся. — Мертвы? Нет, Вы не мертвы. Вы… в гостях. Необычное событие, но обстоятельства вынуждают. — Он наклонился к Эду. — Мистер Флетчер, Вы в кое-что ввязались.

— Ага, — согласился Эд. — Хотел бы я знать, что это было. Или как это случилось.

— Это не Ваша вина. Вы — жертва канцелярской ошибки. Ошибка совершена… не Вами. Но она касается Вас.

— Какая ошибка? — Эд устало потер лоб. — Я… я влез во что-то. Я увидел изнанку происходящего. Я видел то, что не должен был видеть.

Старик кивнул. — Все правильно. Вы видели нечто такое, что, как предполагалось, не должны были увидеть… что-то, о чем лишь немногие элементы были осведомлены, не говоря уже от том чтобы увидеть это.

— Элементы?

— Официальное название. Не обращайте внимания. Была допущена ошибка, но мы надеемся исправить ее. Я надеюсь что…

— Эти люди, — прервал его Эд. — Кучи сухой пыли. Серые. Как будто мертвы. Только таким было все: лестницы, стены, пол. Никакого цвета. Никакой жизни.

— Этот Сектор был временно лишен энергии. Для того чтобы команда корректировки могла войти и внести изменения.

— Изменения. — Кивнул Эд. — Точно. Когда я вернулся потом, все снова были живыми. Но не теми же самыми. Все было другим.

— Корректировка была закончена в полдень. Команда закончила работу и снова подала энергию в Сектор.

— Понимаю, — пробормотал Эд.

— Вы должны были находиться в Секторе когда началась корректировка. Из-за возникшей ошибки Вас там не было. Вы попали в Сектор позднее… в процессе корректировки. Вы сбежали, а когда вернулись все уже закончилось. Вы увидели, а Вам не стоило это видеть. Вместо того, чтобы стать свидетелем, Вы должны были стать частью процесса корректировки. Как и все остальные, Вы тоже должны были подвергнуться изменениям.

Пот выступил на голове Эда Флетчера. Он вытер его. В животе у него все перевернулось. Он едва прочистил горло. — Я понял. — Его голос был почти неслышен. Леденящее предчувствие пронзало его. — Я должен был быть изменен, как и все остальные. Но, кажется, что-то пошло не так.

— Кое-что пошло не так. Произошла ошибка. И сейчас у нас серьезная проблема. Вы видели все это. Вы слишком много знаете. И Вы не соответствуете новой конфигурации.

— Боже, — пробормотал Эд. — Хорошо, я никому не скажу. — Он обливался холодным потом. — Будьте уверены. Я такой же как и все измененные.

— Вы уже рассказали кое-кому, — холодно произнес Старик.

— Я? — Эд моргнул. — Кому?

— Вашей жене.

Эда трясло. Цвет покинул его лицо, оставил его болезненно белым. — Так и есть. Рассказал.

— Ваша жена знает. — Лицо Старика злобно искривилось. — Женщина. Из всего, что можно было рассказать…

— Я не знал. — Эд отступил, его охватила паника. — Но теперь я знаю. Вы можете положиться на меня. Считайте, что я изменился.

Мудрые голубые глаза сверлили его, всматриваясь глубоко во внутрь. — И Вы собирались позвонить в полицию. Вы хотели проинформировать власти.

— Но ведь я же не знал, кто производил изменения.

— А теперь знаете. Естественный процесс должен быть дополнен… исправлен в некоторых местах. Должны быть внесены коррективы. У нас есть полное право производить такие изменения. Наши команды корректировки выполняют жизненно важную работу.

Эд набрался храбрости. — Эта конкретная корректировка. Дуглас. Офис. Для чего она? Уверен, что была какая-то стоящая цель.

Старик взмахнул рукой. В тенях позади него огнем ворвалась в реальность огромная карта. У Эда перехватило дыхание. Границы карты угасали во мраке. Он видел бесконечную паутину детальных секций, сеть квадратов и прочерченных линий. Каждый квадрат был промаркирован. Некоторые светились голубым светом. Огни на карте постоянно менялись.

— Панель управления Секторами, — сказал Старик. Он устало вздохнул. — Умопомрачительная работа. Иногда мы не уверены, сможем ли продолжить ее в следующем периоде. Но работа должна быть сделана. Во благо всех. Ради вашего блага.

— Изменение. В нашем… нашем Секторе.

— Ваш офис работает с недвижимостью. Старый Дуглас был практичным человеком, но он быстро дряхлел. Его физическое здоровье слабело. Через несколько дней Дугласу будет предложена возможность купить большой неиспользуемый участок леса в западной Канаде. Это потребует большую часть его активов. Старый, не такой сильный, Дуглас начал бы сомневаться. В данном случае необходимо, чтобы он не сомневался. Он должен купить этот участок и расчистить территорию. Только более молодой человек — молодой Дуглас — решился бы на это.

— Когда землю расчистят, будут обнаружены антропологические останки. Их уже туда поместили. Дуглас отдаст свою землю в аренду канадскому правительству для научных исследований. Найденные там останки станут причиной международных волнений в научных кругах.

— Запустится цепь событий. Люди из многих стран прибудут в Канаду для того, чтобы исследовать останки. Советские, польские и чешские ученые отправятся в путь.

— Цепь событий сблизит этих ученых впервые за многие годы. Национальные исследования будут на время забыты в азарте этих наднациональных открытий. Один из ведущих советских ученых подружится с ученым из Бельгии. Перед тем как они уедут оттуда, они решат вести переписку… не ставя в известность собственные правительства, конечно.

— Круг будет расширяться. В него будут вовлекаться ученые с обеих сторон. Будет создано сообщество. Все больше и больше образованных людей будет отдавать все больше времени этому сообществу. Исключительно национальная исследовательская деятельность будет испытывать незначительный, но крайне важный упадок. Военное напряжение ослабеет.

— Это изменение жизненно необходимо. И оно зависит от покупки и расчистки дикого леса в Канаде. Старый Дуглас не осмелился бы взять на себя такой риск. Но измененный Дуглас и его измененные, более молодые сотрудники, займутся этой работой с энтузиазмом, исходящим из самого сердца. И с этого начнется жизненно необходимая цепь набирающих обороты событий. В выгоде окажетесь вы. Наши методы могут показаться странными и косвенными. Даже непостижимыми. Но, уверяю Вас, мы знаем что делаем.

— Теперь я это знаю, — сказал Эд.

— Значит, знаете. Вы знаете многое. Слишком многое. Ни один элемент не должен обладать таким знанием. Мне, пожалуй, следует вызвать команду корректировки сюда…

В голове у Эда сформировалась картина: клубящиеся серые облака, серые мужчины и женщины. Он вздрогнул. — Послушайте, — прохрипел он. — Я все сделаю. Абсолютно все. Не отключайте меня. — Пот стекал по его лицу. — Ладно?

Старик погрузился в раздумья. — Предположим, может быть найдена некая альтернатива. Есть еще одна возможность…

— Какая? — нетерпеливо спросил Эд. — Что за возможность?

Старик говорил медленно, задумчиво. — Если я позволю Вам вернуться, Вы поклянетесь никогда не говорить об этом? Поклянетесь не раскрывать никому то что Вы видели? То что Вы знаете?

— Конечно! — Эд жадно ловил ртом воздух. Навалившееся облегчение переполняло его. — Я клянусь!

— Ваша жена. Она больше ничего не должна знать. Она должна считать, что это было всего лишь психологическое состояние… уход от реальности.

— Она уже так считает.

— И должна считать дальше.

Эд крепко сжал губы. — Я уверен что она и дальше будет считать, что это было просто нарушение работы мозга. Она никогда не узнает что произошло на самом деле.

— Вы уверены в том, что сможете скрыть правду от нее?

— Конечно, — уверенно сказал Эд. — Я знаю, что смогу.

— Хорошо. — Старик медленно кивнул. — Я отправлю Вас обратно. Но Вы не должны никому ничего рассказывать. — Он заметно приподнялся — Запомните: Вы в конце концов вернетесь ко мне… в итоге все возвращаются… и тогда Вам не позавидуешь.

— Я не расскажу ей, — потея ответил Эд. — Обещаю. Даю слово. Я могу справиться с Рут. Не сомневайтесь.

Эд добрался до дома к заходу солнца.

Он моргал, ошеломленный быстрым спуском. Мгновение он стоял на асфальте восстанавливая равновесие и переводя дух. А потом быстро пошел по тротуару.

Он толкнул дверь и вошел в маленький оштукатуренный зеленый дом.

— Эд! — подлетела Рут. Лицо ее опухло от слёз. Она обхватила его руками и крепко обняла. — Где, черт побери, ты был?

— Был? — пробормотал Эд. — В офисе, конечно.

Рут внезапно отпрянула. — Нет, тебя там не было.

Неуверенные побеги тревоги прорастали в Эде. — Конечно я был там. Где еще…?

— Я звонила Дугласу около трех. Он сказал что ты ушел. Ты сбежал с работы практически сразу же как только я отвернулась. Эдди…

Эд нервно погладил ее. — Успокойся, дорогая. — Он начал расстегивать пиджак. — Все в порядке. Поняла? Все в полном порядке.

Рут села на подлокотник дивана. Она высморкалась, промокнула глаза. — Если бы ты знал как я волновалась. — Она убрала платок и скрестила руки на груди. — Я хочу знать, где ты был.

Чувствуя себя неловко Эд повесил пиджак в шкаф. Он подошел и поцеловал ее. Ее губы были холодны как лед. — Я расскажу тебе обо всем. Но, может съедим чего-нибудь? Я умираю от голода.

Рут пристально его изучала. Она встала с подлокотника дивана. — Я переоденусь и приготовлю ужин.

Она поспешила в спальню, сбросила туфли и чулки. Эд последовал за ней. — Я не хотел волновать тебя, — осторожно сказал он. — Когда ты ушла от меня сегодня, я понял, что ты была права.

— О? — Рут, расстегнув блузку и юбку, развешивала их на вешалке. — Насчет чего конкретно?

— Насчет меня. — Он состроил улыбку, и она светилась через все его лицо. — Насчет того… что случилось.

Рут повесила подъюбник на вешалку. Она пристально изучала мужа пока влезала в обтягивающие джинсы. — Продолжай.

Момент настал. Сейчас или никогда. Эд Флетчер собрался с духом и осторожно подбирал слова. — Я понял, — начал он, — что вся эта чертовщина была у меня в голове. Ты была права, Рут. Абсолютно права. И я даже понял что было причиной.

Рут надела хлопковую футболку и заправила ее в джинсы. — И что было причиной?

— Переутомление.

— Переутомление?

— Мне нужен отпуск. У меня не было отпуска несколько лет. Я был как во сне. — Он произнес это спокойно, но сердце застряло у него в горле. — Мне нужно уехать. В горы. Половить окуней. Или… Он лихорадочно копался в своей голове. — Или…

Рут зловеще приблизилась к нему.

— Эд! — сказал она резко. — Посмотри на меня!

— В чем дело? — Его охватила паника. — Почему ты на меня так смотришь?

— Где ты был сегодня днем?

Улыбка погасла на лице Эда. — Я же сказал тебе. Я вышел пройтись. Разве не сказал? Прогуляться. Чтобы все обдумать.

— Не ври мне, Эдди Флетчер! Я могу определить когда ты врешь! — Новые слезы навернулись на глаза Рут. Ее грудь взволнованно поднималась и опускалась под хлопковой футболкой. — Признайся! Ты не ходил на прогулку.

Заикаясь, Эд слабо бормотал. Пот лился с него градом. Он беспомощно оперся о дверь. — Что ты имеешь в виду?

Черные глаза Рут гневно сверкали. — Перестань! Я хочу знать где ты был! Говори! Я имею право знать. Что произошло на самом деле?

Эд в ужасе отступил. Его решимость таяла как воск. Все шло неправильно. — Честно. Я выходил на…

— Говори! — Острые ногти Рут впились в его руку. — Я хочу знать где ты был… и с кем!

Эд открыл рот. Он попытался улыбнуться, но лицо отказывалось повиноваться. — Я не понимаю о чем ты.

— Ты знаешь о чем я. С кем ты был? Куда ты ходил? Говори! Я это выясню рано или поздно.

Выхода не было. Он побежден… и он это знал. Он не смог бы скрыть от нее правду. Отчаянно он пытался выиграть время, молился о нем. Если бы только он смог отвлечь ее, переключить ее мысли на что-то еще. Если бы только она оставила его, хотя бы на секунду. Он смог бы что-нибудь придумать… историю получше. Время… ему было нужно больше времени.

— Рут, ты должна…

Неожиданный звук: лай собаки, эхом пролетевший сквозь темный дом.

Рут отпустила его, настороженно вскинув голову. — Это был Добби. Кажется, кто-то идет.

Звонок в дверь.

— Оставайся здесь. Я сейчас вернусь. — Рут выбежала из комнаты к парадной двери. — Черт побери! — Она распахнула дверь.

— Добрый вечер! — Молодой человек быстро шагнул внутрь, нагруженный какими-то предметами, широко улыбаясь Рут. — Я из компании Пылесосы для Ритуала Уборки.

Рут смотрела сердито, с нетерпением.

— Вообще то, мы собираемся садиться за стол.

— О, это займет всего минуту. — Молодой человек положил пылесос и насадки к нему с металлическим грохотом. Он быстро развернул длинный иллюстрированный плакат, показывающий пылесос в действии. — А теперь, если Вы просто подержите это пока я включу пылесос…

Он радостно суетился отключая из розетки телевизор и включая в нее пылесос, отодвигая стулья с дороги.

— Сначала я покажу Вам скребок для портьер. — Он присоединил шланг и наконечник к большому блестящему баку. — А теперь, если Вы сядете, я продемонстрирую каждую из этих простых-в-использовании насадок. — Его счастливый голос перекрикивал рев пылесоса. — Вы заметите…

Эд Флетчер сел на кровать. Он шарил в кармане пока не нашел сигареты.

Трясущимися руками он закурил и обессиленный с облегчением откинулся к стене.

Он посмотрел вверх с выражением благодарности на лице. — Спасибо, — тихо сказал он. — Думаю, что мы добьемся цели… в конце концов. Большое спасибо.

Notes

Philip K. Dick Adjustment Team, 1953, Story in «TTW», originally in «Orbit Science Fiction» Sept-Oct 1954

Филип К. Дик «Команда корректировки» Пер. с англ. —

Content

Филип К. Дик
«Команда корректировки»

Notes