Филип К. Дик

«Няня»

— Когда я вспоминаю прошлое, — сказала Мэри Филдс, — то поражаюсь, как мы сумели вырасти без такой няни, какая у наших детей.

С появлением няни жизнь в доме Филдсов действительно изменилась коренным образом. Как только дети открывали глаза утром и до самого вечера, когда их начинало клонить ко сну, няня всегда была с ними рядом и всячески о них заботилась.

Уходя на работу, мистер Филдс знал, что его дети в полной безопасности. Мэри освободилась от тяжелой и скучной работы по дому. Ей больше не нужно было будить детей, одевать их, следить за тем, чтобы они умывались, чистили зубы, завтракали и тому подобное. Она даже не провожала их в школу. Когда кончались школьные занятия, ей не приходилось ходить взад и вперед, на находя себе места от беспокойства, вдруг с ними что-нибудь случилось.

Из этого вовсе не следует, что няня баловала детей. Когда они начинали требовать что-то чрезмерное, выходящее за пределы здравого смысла (скажем, магазин сладостей или полицейский мотоцикл), слово няни было тверже стали. Подобно хорошему пастуху, она отлично знала, когда следует отказать своим овечкам в удовлетворении их желаний.

Оба ребенка в ней души не чаяли. Однажды, когда няню пришлось отослать на завод для ремонта, они плакали целыми днями.

Их не могли утешить ни мать, ни отец. Но когда, наконец, няня вернулась, все стало на свое место. Нужно признать, что няня возвратилась вовремя. Миссис Филдс изнемогала от усталости.

— Боже мой, — простонала она, опускаясь на диван, — что бы мы делали без нее?

— Без кого? — оторвался от газеты мистер Филдс.

— Без няни.

— Одному Господу Богу известно.

Утром, когда няня будила детей, — подавая мягкий музыкальный сигнал, напоминающий звонок, — она следила за тем, чтобы они быстро одевались и спускались в столовую завтракать. Если у них было плохое настроение, няня разрешала им забраться к ней на спину, и так они спускались по лестнице.

Какое это было удовольствие! Словно катание на карусели. Бобби и Джин прижимались к спине, а няня, как-то странно перекатываясь с боку на бок, сбегала по ступенькам.

Разумеется, няня не готовила завтрак. Этим делом занималась кухня. Но няня не отходила от стола, следя за тем, чтобы дети хорошо поели, а после завтрака помогала им приготовиться к школе. После того как дети собрали книги и тетради, оделись, наступала самая ответственная часть ее работы: няня заботилась о безопасности детей на улицах, полных людей и транспорта.

Вообще в городе было немало опасностей, так что няне постоянно приходилось быть настороже. По мостовой проносились стремительные ракетные автомобили, развозя людей на работу. Однажды какой-то пьяный начал приставать к Джин — одному Богу известно, с какой целью. Няня сбросила его в канаву резким толчком металлического бедра. А когда ка- кой-то забияка попробовал затеять драку с Бобби, няня легонько толкнула сорванца правой клешней — хулиган убежал, вопя на всю улицу от страха.

Иногда дети останавливались перед витринами магазинов. Няня нежно подталкивала их, чтобы это не длилось слишком долго. Когда же дети опаздывали к школьному звонку (это тоже случалось), няня сажала их на плечи и мчалась по тротуару, шурша колесами.

После окончания занятий в школе няня не отходила от детей, наблюдала за играми, защищала, а когда темнело и наступало время идти домой, заставляла закончить игру и возвращаться.

А ночью…

Миссис Филдс молчала, нахмурившись. Ночью…

— Том? — позвала она мужа.

— Что, милая? — он оторвался от газеты.

— Я хотела поговорить с тобой. Происходит что-то странное, непонятное для меня. Разумеется, я не разбираюсь в технике. Но по ночам, когда мы спим и в доме тихо, няня…

В коридоре послышался шум.

— Мамочка! — вбежали в гостиную Бобби и Джин, сияющие от восторга. — Мамочка, мы возвращались из парка наперегонки с няней — и обогнали ее!

— Да, мы с Джин бежали быстрее няни!

— А где няня, дети? — спросила миссис Филдс.

— Сейчас придет, она немного отстала. А, папочка, здравствуй!

— Добрый вечер, ребята. — Том Филдс повернул голову и прислушался. С крыльца донеслись жужжание мотора и ка- кой-то скрежещущий звук. Он улыбнулся.

— Это вернулась няня, — объяснил Бобби.

И в комнату вошла няня.

Мистер Филдс внимательно посмотрел на нее. Няня всегда пробуждала в нем любопытство. Когда она двигалась по комнате, единственным звуком было жужжание ее мотора и шуршание колес по паркету из твердого дерева. Няня остановилась в нескольких футах от мистера Филдса. Из орбит выдвинулись глаза-фотоэлементы на стебельках, посмотрели на него, медленно двигаясь из стороны в сторону. Затем снова втянулись в орбиты.

Няня имела форму шара, большого металлического шара, чуть уплощенного снизу. Поверхность была окрашена тускло- зеленой эмалью, которая порядком поизносилась и исцарапалась за эти годы. За исключением гибких стебельков со светодиодами и фотоэлементами внутри, ничто больше не нарушало форму гладкой поверхности шара. По бокам виднелись контуры люков, откуда при необходимости выдвигались магнитные клешни-захваты. Колес, на которых передвигалась няня, не было видно — они почти полностью утоплены в корпусе снизу. Впереди корпус няни сходился на конус и был специально усилен. Дополнительные стальные листы, приваренные спереди и сзади, придавали няне довольно воинственный вид — она напоминала танк или корабль, выброшенный на сушу. Или, может быть, насекомое — гигантскую мокрицу.

— Ну давай же! — крикнул Бобби.

Внезапно няня повернулась, один из металлических люков открылся, и оттуда выдвинулся длинный металлический стержень. Играя, няня подхватила Бобби клешней и посадила себе на спину. Мальчик свесил ноги и в полном восторге начал подпрыгивать.

— А ну, кто быстрее обежит квартал! — крикнула Джин.

— Быстрее! — скомандовал Бобби.

Няня выкатилась из комнаты, держа его на плечах, — большой металлический шар, едва слышно жужжащий, наполненный переключателями, реле, фотоэлементами, транзисторами и проводами. Джин выбежала следом.

Наcтупила тишина. Родители снова остались одни.

— Разве она не поразительна? — спросила миссис Филдс. — Конечно, роботы сейчас повсюду — за прилавками магазинов, управляют автобусами, копают траншеи…

— Но няня непохожа на них, — пробормотал Том Филдс. — Она… она не совсем машина. Она походит на личность. Правда, няня намного сложнее по своей конструкции, чем остальные роботы. Так и должно быть. Она даже сложнее нашей кухни. И стоит она намного дороже.

— Да, — прошептала Мэри Филдс. — Она действительно напоминает человека. — В ее голосе прозвучали странные нотки. — Очень напоминает.

— Да, няня отлично ухаживает за нашими детьми, — заметил Том, поднимая газету.

— Но вот что беспокоит меня. — Мэри поставила на стол чашку и нахмурилась. Они уже поужинали. Было поздно. Мэри вытерла губы салфеткой.

— Том, я очень беспокоюсь. Выслушай меня, пожалуйста.

— Слушаю, милая. Что же беспокоит тебя?

В течение нескольких минут Мэри молчала. Внезапно она встала, отодвинула стул и подошла к двери. Приоткрыв ее, она выглянула на лестницу и прислушалась. Том озадаченно следил за ней.

— Что с тобой?

— Я хочу убедиться, что она не слышит нас.

— Кто? Няня?

Мэри подошла к нему.

— Том, прошлой ночью эти звуки снова разбудили меня. А ты утверждаешь, что это не имеет значения!

— Что же это по-твоему значит?

— Не знаю. Именно это и беспокоит меня. Но после того как мы засыпаем, она спускается по лестнице — тихо, будто крадучись.

— Но зачем?

— Не знаю! Прошлой ночью я снова слышала, как она спустилась вниз. И затем… затем, Том, я услышала, как она вышла во двор!

— Что было дальше? — Том задумчиво потер лоб.

— Я встала с постели, подошла к окну. Ты крепко спал, и я решила не будить тебя. Няня стояла в середине двора.

— Просто стояла?

— Да. Я не понимаю, — на лбу у Мэри появились морщинки, — что может делать няня во дворе ночью!

Было темно, совсем темно. Но тут же выдвинулся инфракрасный фильтр, и темнота исчезла. Металлическая сфера осторожно спустилась по лестнице и прислушалась.

Все было тихо. Люди крепко спали.

Няня вышла на заднее крыльцо и тихо закрыла за собой дверь. Ночной воздух был сырым и холодным. И полон странных запахов, незнакомых запахов ночи, той ночи, когда лето сменяет весну, когда земля все еще сыра и жаркое июньское солнце не опалило распускающуюся зелень.

Няня спустилась по цементным ступенькам крыльца и оказалась на асфальтовой дорожке. Затем осторожно выкатилась на лужайку. Влажные стебли травы касались металла ее поверхности. Время шло. Няня остановилась и приподнялась на своих колесиках. Глаза-фотоэлементы выдвинулись на сте- бельках-светодиодах и качнулись по сторонам. Затем няня опустилась на землю и снова двинулась вперед.

Она обогнула персиковое дерево и направилась назад к дому, когда услышала шум.

Няня мгновенно остановилась, из боковых люков выдвинулись металлические клешни. С другой стороны ограды, отделяющей участок Филдса от соседнего, что-то шевельнулось. Няня всматривалась в темноту, автоматически переключая фильтры. Было темно, и в небе виднелось всего лишь несколько звезд. Однако она увидела — и этого было достаточно.

По другую сторону низенького забора стояла другая няня. Обе няни замерли, глядя друг на друга, — зеленая няня в своем дворе и синяя няня, подошедшая к забору.

Синяя няня была больше по размерам: ее назначение — уход за двумя мальчиками. Ее бока покрыты вмятинами и царапинами, но механические клешни остались столь же сильными и длинными, как и прежде. Помимо стальных пластин, приваренных на груди для прочности корпуса, у няни был нос из твердого сплава и мощная челюсть.

Фирма, выпустившая эту модель — «Меко-Продактс», — специально обращала внимание на конструкцию челюсти. Она стала отличительной чертой модели. Кроме того, у нее имелись дополнительные приспособления, которые устанавливались по желанию владельцев: острый резец с гидравлическим приводом для более дорогих образцов. Няня, стоявшая позади забора, была оснащена таким резцом.

Она медленно двинулась вперед, остановилась у самого забора и осмотрела его. Тонкий, старый штакетник местами прогнил. Она резко толкнула забор, который легко поддался и рухнул. И тут же зеленая няня приподнялась на колесиках и вытянула вперед длинные металлические клешни. Ее наполняло свирепое желание, жажда битвы.

Они обхватили друг друга мощными клешнями, упали и покатились по траве.

Ни одна из нянь не издавала ни единого звука. Драка шла жестоко — синяя няня старалась воспользоваться своей выступающей челюстью, тогда как зеленая пыталась ткнуть металлическими пальцами клешней в фосфоресцирующие фотоэлементы противницы. Она находилась в более трудном положении: будучи недорогой моделью, меньше весила и не обладала такой мощностью. И все-таки зеленая няня боролась свирепо и отчаянно.

— Не могу представить себе, — пробормотала Мэри Филдс, качая головой. — Ничего не понимаю.

— А не могло натворить это какое-нибудь животное? — высказал предположение Том. — У нас в округе нет больших собак?

— Нет. У мистера Петти был большой ирландский сеттер, но они переехали за город.

Мэри и Том смотрели на няню, встревоженные и обеспокоенные. Няня лежала на полу у дверей ванной, наблюдая, как Бобби чистит зубы. Ее зеленый сферический корпус был в глубоких вмятинах и царапинах. Один глаз разбит, и фотоэлемент выпал из орбиты. Левая клешня не задвигалась до конца внутрь тела: она беспомощно висела вдоль корпуса, бесполезная и ненужная.

— Не понимаю, — повторила Мэри. — Я позвоню в мастерскую и спрошу, могут ли они исправить такие повреждения. Том, это случилось ночью. Пока мы спали. Звуки, которые я слышала…

— Тише, — прошептал Том. Няня двигалась к ним, уходя от ванной. Громко жужжа мотором, щелкая переключателями и реле, она проехала мимо них медленнее, чем обычно, и как-то устало. Изнутри доносились скрежещущие звуки. Том и Мэри повернулись и проводили ее глазами.

— Мне бы не хотелось, — прошептала Мэри.

— Не хотелось чего?

— Не хотелось, чтобы нечто подобное повторилось снова. — Она посмотрела на мужа глазами, полными тревоги. — Ты ведь знаешь, как ее любят дети… и нуждаются в ней. Без няни они будут одиноки и в опасности. Как ты думаешь?

— Может быть, больше ничего не случится, — ответил Том, стараясь успокоить ее. — По-видимому, это был несчастный случай. — Однако сам он не верил в это. То, что произошло с няней, не было несчастным случаем.

Он выкатил из гаража свой ракетный автомобиль, развернул его так, что грузовая площадка оказалась вровень с крыльцом, и вышел из машины. Не понадобилось и минуты, чтобы погрузить с трудом передвигающуюся няню; затем Том сел на место водителя и помчался через город в ремонтные мастерские «Сервис Индастриз, Инкорпорейшн».

Механик в белом комбинезоне, покрытом масляными пятнами, встретил его у входа.

— Снова неприятности? — устало спросил он; позади, в глубине длинного, с городской квартал, здания, стоял ряд разбитых искареженных нянь. — Что произошло с ней?

Том молчал, не желая объяснять. Он скомандовал няне выйти из грузового отделения, предоставив механику самому делать выводы.

Грустно качая головой, механик встал и вытер грязь с рук.

— На ремонт потребуется немалая сумма: придется менять все нервоприводы.

— У вас уже бывали подобные случаи? — с трудом произнес Том, у которого внезапно пересохло в горле. — Она не разбилась: вы убедились в этом сами. Кто-то намеренно пытался уничтожить ее.

— Да, конечно, — равнодушно кивнул механик. — Она здорово пострадала. Судя по этим вмятинам… — он показал на повреждения в верхней части корпуса, — это дело рук одной из новых моделей фирмы «Меко» — их снабжают теперь челюстями, резаками и чуть ли не автогеном.

Том Филдс похолодел от ярости.

— Значит, подобные повреждения не являются для вас чем- то необычным, — тихо произнес он, чувствуя, как у него сжимается грудь, — это происходит постоянно.

— Видите ли, «Меко» выпустила эту модель относительно недавно: она довольно удачная и стоит всего в два раза дороже. Разумеется, — поспешно добавил механик, — у нас в продаже есть модель, ничуть не уступающая этой модели «Меко». Мы выпускаем даже более мощные модели, и цены ниже, чем у «Меко».

— Я хочу, чтобы мне починили эту модель, — стараясь казаться спокойным, ответил Том. — Другая мне не нужна.

— Сделаю все, что в моих силах. Но сразу хочу предупредить вас — после ремонта она уже не будет такой, как раньше. Ей причинили слишком серьезные повреждения. Я посоветовал бы сдать ее и взять другую — доплата окажется совсем небольшой. Поскольку через месяц на рынок выйдут совершенно новые модели, торгующие фирмы стараются…

— Давайте решим раз и навсегда. — Том Филдс достал сигарету и закурил, пытаясь скрыть от механика дрожь в руках. — Вы просто не хотите ремонтировать ее, правда? Когда выходят из строя старые модели, вам нужно продавать новые. — Он пристально посмотрел на механика. — Когда выходят из строя — или принимают меры, чтобы вывести их из строя.

Механик пожал плечами.

— Мне безразлично. Просто не хочу тратить время. Даже если удастся починить ее, она долго не протянет. — Он пнул искареженный зеленый корпус няни носком сапога. — Этой модели три года. Она устарела.

— Отремонтируйте ее, — прохрипел Том. Он впервые понял, что происходит на рынке роботов; самообладание могло покинуть его в любую секунду.

— Как хотите, — снова пожал плечами механик и начал заполнять ремонтную ведомость. — Мы будем стараться, только не ждите от нас чудес.

Пока Том Филдс дрожащими руками ставил свою подпись под ведомостью, в здание привезли еще двух искареженных зеленых нянь.

— Когда закончится ремонт? — спросил Том.

— Через пару дней, — ответил механик и кивнул в сторону длинного ряда полуразобранных нянь позади него. — Сами видите, — лениво заметил он, — как мы сейчас загружены работой.

— Ничего, я подожду, — ответил Том, — даже если на ремонт потребуется месяц.

— Пошли в парк! — закричала Джин.

И дети отправились в парк.

Это был прекрасный день. С неба падали горячие лучи солнца, трава и цветы клонились под легким ветром. Двое детей шли по аллее, усыпанной гравием, дышали воздухом, пропитанным ароматом растений, делали глубокие вдохи и старались задержать в легких запах роз, фиалок и цветущих гранатов как можно дольше. Они миновали рощу высоких могучих кедров. Почва под ногами была упругой и мягкой — бархатный сырой мех живого мира у них под ногами. За кедрами снова показалось солнце, появилось сверкающее голубое небо, впереди простирался огромный луг.

За детьми медленно двигалась няня, громко позвякивая подвеской колес. Поврежденная клешня была отремонтирована, а на место разбитого фотоэлемента вставлен новый. Однако плавная координация движений, с которой перемещалась няня раньше, теперь исчезла, а вмятины и царапины на зеленом корпусе так и остались. Время от времени няня останавливалась и дети останавливались тоже, нетерпеливо ожидая, пока она догонит их.

— Что с тобой, няня? — спросил ее Бобби.

— С ней что-то случилось, — пожаловалась Джин. — С прошлой среды она стала какой-то странной. Двигается медленно и не так, как всегда. И ее не было несколько дней, помнишь?

— Ее возили в ремонтную мастерскую, — авторитетно заявил Бобби. — Папа сказал, она старая. Я слышал, как он разговаривал с мамой.

Погрустнев, дети пошли дальше, а за ними мучительно медленно тащилась няня. Вот они подошли к скамейкам, на которых сидели люди и нежились под солнечными лучами. На траве лежал какой-то юноша, накрыв лицо газетой и подложив под голову пиджак. Дети осторожно обошли его.

— Смотри, озеро! — воскликнула Джин, забыв прежние печали.

Огромная лужайка постепенно спускалась вниз, и на ее дальнем конце виднелась тропа, а за ней голубела поверхность озера. Дети бросились вперед, полные восторга. Они бежали все быстрее по склону, а их няня безуспешно пыталась не отставать.

Задыхаясь от радости, дети пересекли тропинку и остановились на самом берегу, о который плескались маленькие волны. Бобби упал на колени, оперся на руку и уставился, смеясь, в водную гладь. Джин села рядом с ним, аккуратно поправив юбочку. Глубоко в прозрачной воде плавали крошечные рыбки и головастики.

На одном конце озера группа детей пускала игрушечные яхты с белыми парусами. На скамейке рядом сидел толстый мужчина, читал книгу и курил трубку. Вдоль края озера прошли молодые мужчина и женщина, держась за руки и ничего не замечая вокруг.

— Жаль, что у нас нет лодки, — задумчиво произнес Бобби.

Скрежеща шестеренками и щелкая реле, няня сумела пересечь тропинку и встать позади. Она застыла на месте; в одном глазе — исправном — отражались солнечные лучи; другой не сумели синхронизировать с ним, и поэтому замененный фотоэлемент смотрел перед собой невыразительно и тупо. Няня постаралась переместить основную часть своего веса на здоровую сторону, но ее движения были медленными и дергающимися. От нее исходил запах нагретого масла и жженых резиновых прокладок.

Джин внимательно посмотрела на нее и сочувственно похлопала по металлическому боку.

— Бедная няня! Что с тобой произошло? Почему ты сломалась?

— Давай сбросим няню в озеро! — предложил Бобби небрежно. — И увидим, умеет ли она плавать.

— Нет, — сказала Джин, — потому что няня слишком тяжелая. Она уйдет на дно, и мы больше не увидим ее.

— Тогда не будем сталкивать ее, — согласился Бобби.

Наступила тишина. Над головой кружились птицы, стремительно проносившиеся в небе. Маленький мальчик проехал мимо них на велосипеде, неуверенно управляя им.

— Жаль, что у меня нет велосипеда, — пробормотал Бобби.

Толстый мужчина встал со скамейки и выбил пепел из трубки. Он закрыл книгу и пошел по тропинке, вытирая потный лоб красным платком.

— Что происходит с нянями, когда они становятся старыми? — спросил Бобби. — Куда они деваются?

— Они попадают в рай. — Джин нежно погладила помятый металлический бок рукой. — Как и все мы.

— Интересно, они рождаются? Как ты думаешь, няни были всегда? — Бобби принялся рассуждать о проблемах космического масштаба. — Может быть, когда-то их не было совсем? Каким был мир до появления нянь?

— Конечно, няни были всегда, — нетерпеливо заметила Джин. — Если бы их не было, откуда бы они появились?

Бобби не мог ответить на такой вопрос. Он лег на траву и задумался. Решить столь сложную проблему ему было не под силу — он был слишком маленьким. Джин легла рядом с ним, и они смотрели в небо, на облака, которые проносились по нему, слушали шум ветра в кедровой роще. Позади них зеленая няня собирала крошечный запас сил, еще оставшийся у нее.

По лугу шла маленькая девочка — прелестный ребенок в голубом платьице и с синей лентой в длинных светлых волосах. Она подходила к озеру.

— Смотри, — сказала Джин. — Это Филлис Кэсворти. У нее оранжевая няня.

— Разве бывают оранжевые няни? — с отвращением заметил Бобби. Дети следили за девочкой, за которой действительно двигалась няня оранжевого цвета. Девочка подошла к самому берегу озера и остановилась, глядя на озеро и на белые паруса игрушечных яхт.

— Ее няня больше нашей, — сказала Джин.

— Действительно, гораздо больше, — согласился Бобби и шлепнул по зеленому боку. — Зато наша няня — добрая и хорошая.

Но их няня не двигалась. Она замерла, глядя на оранжевую няню здоровым глазом.

— В чем дело? — недоуменно спросил Бобби. — Что это с ней?

Раздался скрежет шестеренок, и длинные металлические клешни выдвинулись из боковых люков.

— Няня, что ты делаешь? — Джин вскочила на ноги. Бобби тоже встал.

— Пошли домой, няня, — испуганным голосом попросила Джин. — Пошли.

— Слышишь, няня? — скомандовал Бобби. — Мы уходим домой.

Зеленая няня двинулась от них, словно не замечая присутствия детей. Оранжевая няня, стоявшая рядом с девочкой на берегу озера, вдруг повернулась и направилась навстречу зеленой няне.

— Няня, вернись! — раздался голос маленькой девочки.

Джин и Бобби побежали вверх по склону, удаляясь от озера.

— Она увидит, что мы уходим, и последует за нами, — сказал Бобби.

Но няня даже не повернулась в их сторону.

Оранжевая няня все приближалась. Она была огромной, куда больше, чем та модель «Меко», что пришла ночью во двор зеленой няни и теперь лежала с распоротым корпусом под забором, а ее разбитые части валялись вокруг.

Но эта оранжевая няня была самой большой из всех, которые попадались зеленой няне. Она неуклюже двинулась навстречу, затем нерешительно остановилась. Оранжевая няня выдвинула из своего корпуса массивную металлическую руку на длинном стальном тросе. Рука поднялась высоко в воздух и начала вращаться — все быстрее и быстрее.

Зеленая няня попыталась отступить, но замешкалась, и ее противница бросилась в атаку.

— Няня! — закричала Джин, а с берега донесся пронзительный голос маленькой девочки: — Няня! Няня!

Два металлических тела сплелись в яростной схватке. Снова и снова поднималась тяжелая металлическая рука, обрушиваясь на беспомощный зеленый корпус. По-прежнему светило летнее солнце, и волны озера плескались о берег.

— Что ты хочешь предпринять? — с беспокойством спросила Мэри Филдс.

— Ты оставайся дома. — Том Филдс схватил пиджак и сунул руки в рукава, взял шляпу и пошел к двери.

— Ты куда, Том?

— Автомобиль перед домом? — он открыл дверь и вышел на крыльцо. Дети испуганно следили за отцом.

— Да, — ответила Мэри, — перед домом. Но куда…

На крыльце Том обернулся и посмотрел на детей.

— Вы уверены, что она… мертвая?

Бобби кивнул. Его лицо было залито слезами.

— От нее ничего не осталось. Куски разбросаны по всему лугу.

Том мрачно кивнул.

— Я сейчас вернусь. И ни о чем не беспокойтесь. Оставайтесь дома, все трое.

Он спустился по ступенькам крыльца и сел в ракетный автомобиль. Двигатель взревел, и машина исчезла вдали.

Тому пришлось посетить несколько агентств, прежде чем он нашел то, что искал. Обращаться в «Сервис Индастриз» Том не стал: их модель оказалась слишком ненадежной. Он увидел именно ту модель, которую хотел купить, в витрине фирмы «Эллайд Доместик». Двери магазина были уже заперты, но продавец пустил его, когда увидел выражение лица Тома.

— Я покупаю ее, — произнес Том, доставая из кармана чековую книжку.

— Какую, сэр? — недоуменно спросил продавец.

— Вон ту, большую, выставленную на витрине. Черного цвета. С четырьмя руками и тараном впереди.

На лице продавца появилась улыбка; он так и просиял от удовольствия.

— Конечно, сэр! — воскликнул он, выхватывая блокнот заказов. — Это модель «Император» с лучевой наводкой. Если хотите, можете приобрести за небольшую дополнительную плату скоростные клешни повышенной мощности и блок уп равления на расстоянии — все это будет установление на выбранном вами образце. Можно также установить на ней видеодатчик, и тогда вы сможете следить за событиями в цветном изображении, сидя перед экраном телевизора у себя в гостиной.

— За какими событиями? — хрипло спросил Том.

— За тем, как она переходит в атаку. — Продавец начал быстро заполнять бланк. — И когда я говорю «переходит в атаку», я действительно имею в виду настоящую атаку! Эта модель прогревается и вступает в схватку с противником уже через пятнадцать секунд после того, как ее нацеливают на врага! Такой реакции нет больше ни у одной другой модели — как наших, так и конкурентов. Еще полгода назад утверждали, что пятнадцать секунд — несбыточная мечта. — Продавец засмеялся. — Однако научный прогресс — удивительная вещь!

Странное чувство ледяного спокойствия, никогда не испытанного им раньше, охватило Тома.

— Слушайте, — он схватил продавца за лацканы пиджака и притянул к себе. Блокнот заказов упал на пол; на лице продавца появилось недоумение, потом испуг.

— Слушайте меня внимательно, — прошипел Том. — Вы проектируете и выпускаете эти штуки — и с каждым годом они становятся все больше по размерам и мощнее, не правда ли? Ваша фирма и другие компании. Новые модели — более мощные и лучше вооруженные, для того чтобы они уничтожали друг друга!

— Вот вы о чем! — с негодованием взвизгнул продавец. Он поднял блокнот и поправил галстук. — Модели фирмы «Эллайд Доместик» никогда не разрушаются полностью, сэр. Их могут помять, повредить как-то — но покажите мне хотя бы один экземпляр, совершенно выведенный из строя. Нет, сэр, — продолжал продавец, с достоинством глядя на Тома, — наши модели надежны, очень надежны. Совсем недавно я видел нашу первую модель «3-С», выпущенную семь лет назад! Исцарапанная, помятая, но вполне пригодная к эксплуатации. Хотелось бы мне посмотреть на этих дешевых нянь, которых производит «Протекто-Корп», после того как одна из них встретится с нашей первой моделью!

— Но зачем? — Том говорил спокойно, сдерживая холодную ярость. — Какова цель всего этого? Зачем натравливать одну модель на другую?

Продавец заколебался. Обдумывая, что ответить, он снова принялся заполнять бланк-заказ.

— Видите ли, сэр, этого требует конкуренция, — произнес он наконец. — Вы попали в самую точку. Просто конкуренция; впрочем, я бы сказал — успешная конкуренция. «Эллайд Доместик» не конкурирует с соперничающими моделями — наши няни уничтожают их.

На мгновение Том Филдс был в замешательстве. Наконец он понял.

— Вот как, — осенило его. — Другими словами, каждый год модели, выпущенные годом раньше, становятся устаревшими. У них не хватает веса, мощности, не такие эффективные средства для защиты. И если их не заменять каждый год, если я не приобрету более совершенную, современную модель…

— Вижу, ваша няня проиграла схватку, да? — Продавец понимающее ухмыльнулся. — Наверное, та няня, что была у вас до сих пор, принадлежала к… несколько устаревшим моделям? Не смогла выдержать конкуренцию с современной моделью? И к концу дня немного пострадала?

— Она не вернулась домой из парка, — прохрипел Том.

— Понимаю, сэр… ее уничтожили. Случается довольно часто. Видите ли, сэр, у вас нет выбора. И не надо винить нас — не надо винить «Эллайд Доместик».

— Но, — возразил Том, — после того как гибнет одна няня, вы продаете другую и получаете прибыль.

— Это верно, сэр. Но нам приходится выпускать все более совершенные модели, чтобы выдержать конкуренцию. Мы не можем позволить себе отстать от соперников… вы сами убедились, сэр, если позволите напомнить, о печальных последствиях.

— Да, — прошептал Том. — Меня предупреждали, что ремонтировать няню бессмысленно. Советовали приобрести новую.

Самодовольное лицо продавца расплылось в улыбке.

— Но теперь, сэр, у вас не будет неприятностей. Купив нашу модель, вы опередите всех конкурентов, мистер… — его рука с карандашом застыла над бланком. — На чье имя оформить покупку?

Бобби и Джин с захватывающим интересом следили, как грузчики втащили в гостиную огромный ящик. Тяжело дыша, напрягая все силы, они поставили его на пол и с облегчением вздохнули.

— Все, — резко бросил Том. — Спасибо.

— Не стоит благодарности, мистер. — Бригадир вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь.

— Папа, что это? — прошептала Джин. Дети смотрели на огромный ящик широко открытыми глазами, полными благоговейного трепета.

— Скоро увидите.

— Том, им давно пора спать, — заметила Мэри. — Может быть, подождать до утра?

— Нет, я хочу, чтобы они увидели это сейчас.

Том спустился в подвал и принес отвертку. Встав на колени, он принялся откручивать винты, крепящие ящик.

— Сегодня дети могут лечь спать попозже.

Одну за другой Том разобрал стенки ящика. Его движения были уверенными и спокойными. Наконец снята последняя стенка. Он вытащил книжку с инструкциями и талонами гарантийного обслуживания и передал Мэри.

— Спрячь куда-нибудь, только не потеряй.

— Это няня! — восторженно взвизгнул Бобби.

— Какая огромная! — откликнулась Джин.

Перед ними высилась громадная металлическая сфера, похожая на гигантскую черепаху. Смазанная, тщательно проверенная, с полной гарантией.

— Совершенно верно, — кивнул Том. — Это — ваша новая няня. Она будет присматривать за вами вместо старой.

— За нами?

— Да. — Том опустился в кресло и закурил. — Завтра утром мы включим ее. Посмотрим, на что она способна.

Глаза у детей стали огромными от удивления — как блюдечки.

— Только на этот раз, дети, — предупредила Мэри, — не ходите в парк. Слышите?

— Нет, — возразил Том. — Пусть идут в парк.

— Но эта оранжевая няня, — Мэри неуверенно посмотрела на мужа, — она может…

На лице Тома появилась мрачная улыбка.

— Мне хочется, чтобы дети обязательно ходили в парк. Вот что, ребята, — он повернулся к Джин и Бобби, — можете гулять в парке, когда вам заблагорассудится. И ничего не бойтесь. Ничего и никого. Запомните это.

Носком ботинка он коснулся массивного бока черной няни.

— Больше вам не придется бояться ничего в мире.

Бобби и Джин кивнули, не отрывая взгляда от огромного шара.

— Хорошо, папа, — прошептала Джин.

— Ты только посмотри на нее, — пробормотал Бобби. — Только посмотри! Как мне хочется, чтобы утро наступило поскорее!

Миссис Эндрю Кэсворти встретила мужа на ступеньках своего роскошного трехэтажного дома, заламывая руки.

— Что случилось? — спросил мистер Кэсворти хриплым голосом, снимая шляпу. Он достал платок и вытер пот с красного лица. — Господи, ну и жара! Так что все-таки случилось?

— Эндрю, боюсь…

— Что здесь произошло, черт побери?

— Филлис вернулась сегодня домой из парка без няни. Когда они пришли домой вчера, няня была вся поцарапанная и помятая, а сейчас Филлис настолько расстроена, что я просто не могу понять…

— ОНА ПРИШЛА ДОМОЙ БЕЗ НЯНИ?!

— Да, одна.

Массивное лицо мистера Кэсворти потемнело от ярости.

— Ты скажешь мне, наконец, что случилось?

— Что-то произошло в парке, как вчера. Тогда на нашу няню кто-то напал. А сейчас, думаю, ее уничтожили! Филлис рыдает и не может связно объяснить… но что-то черное… огромное и черное… должно быть, другая няня.

Нижняя челюсть Кэсворти выдвинулась вперед, его крупное лицо, и без того красное, покрылось багровыми пятнами. Внезапно он повернулся.

— Ты куда? — обеспокоенно спросила жена.

Коренастый краснолицый мужчина быстро пошел к своему спортивному автомобилю, уже достав из кармана ключи.

— Собираюсь купить новую няню, — прохрипел он. — Самую лучшую няню, которую производят, — даже если мне придется объехать сотню магазинов. Лучшую — и самую большую!

— Милый, — поспешила за ним жена, — ты считаешь, это нам по карману? Может быть, лучше подождать? У тебя будет возможность обдумать случившееся.

Но Эндрю Кэсворти не слышал слов жены. Он сидел за рулем мощной машины, готовой рвануться вперед.

— Я никому не позволю опередить меня, никому, — шептал он про себя. — Я им покажу! Если понадобится, потребую, чтобы для меня спроектировали и изготовили новую модель!

И он не сомневался, что какая-нибудь фирма обязательно согласится.

Notes

Philip K. Dick Nanny 8/26/52. Startling Stories, Spring 1955.

Филип К. Дик «Игра в ракушки» Пер. с англ. — И.Почиталин., // авт. сб. «Мечтают ли андроиды об электрических овцах?», стр. 267–286, М.:ТПО «Кирилица», 1992

Content

Филип К. Дик
«Няня»

Notes