Мария

Рождественский. Теория риторики

Рождественский Ю.В.

Теория риторики

Предлагаемая читателю книга имеет своей задачей осмысление и систематизацию актуальных проблем риторики и теории коммуникаций в перспективе развития современных средств обмена информацией, и динамики языка делового общения, их места в жизни общества.

Подход к решению задач, встающих на нынешнем этапе развития форм общения (устная речь, письменная речь, язык средств массовой информации, язык средств электронной коммуникации) определен общими культуроведчес кими установками, характерными для исследований автора.

В книге внимательно прослежены традиции риторической науки --- как отечественной, так и европейской, однако, с несомненной ясностью показаны основные отличия современных риторических тенденций от направлений, характерных для последнего периода расцвета русской риторики --- первой половины XIX в.

Особое место в книге отведено проблемам дидактики и их положению в общей системе современного русского языка.

ISBN 5-7913-0032-8

Добросвет, 1997

Введение

1.1. Становление риторики

1.2. Основные сведения из истории риторики

1.3. Этос. Пафос. Логос.

1.4. Законы речи и правила риторики

2.1. Теория монолога

2.2. Этос и Логос. Условия изобретения

2.3. Логос и пафос. Источники изобретения

2.4. Пафос и этос. Развитие изобретения

3.1. Теория диалога. Структура диалога.

3.2. Теория диалога. Этос.

3.3. Теория диалога. Пафос.

3.4. Теория диалога. Логос

4.1. Речевая структура общества

4.2. Теория речевых коммуникаций. Этос

4.3. Теория речевых коммуникаций. Логос

4.4. Теория речевых коммуникаций. Пафос

Предисловие

Возрождение риторики в преподавании русского языка --- общественна потребность. Риторика выходила из употребления начиная с 50-х гг. XIX в. Это было общим движением в европейском образовании. Риторические задачи брала на себя поэзия как самый массовый вид речи, поэтому поэтика и литературоведение вытесняли риторику. Это делало людей чувственными, но не способными к предметнопрактической речи и практической деятельности.

Риторические задачи поэтики и поэзии еще в 30е годы описал В.В. Виноградов [10].

История риторики есть история стилей жизни. Информационное общество несет новый стиль жизни и требует новой риторики. Стилевая задача новой риторики состоит в понимании и пользовании всеми видами слова, а не только публичной устной речью.

Обилие текстов в информационном обществе выдвигает первую задачу риторики. Первая задача риторики состоит в умении быстро воспринимать речь во всех видах слова и извлекать нужные смыслы для принятия оперативных решений, не давать себя увлечь, сбить на деятельность, невыгодную себе и обществу. Вторая задача риторики есть умение изобретать мысли и действия и облекать их в такую речевую форму, которая отвечает обстоятельствам. Это значит уметь создавать монолог, вести диалог и управлять им, управлять системой речевых коммуникаций в пределах своей компетенции. Обе задачи должны опиратьс на культуру речи данного общества. Под культурой речи общества понимаем знание видов слова, их смысловых возможностей, их отношение к другим видам семиозиса и систематизацию через речь культуры как целого. В этом состоит риторическая грамотность.

Книга "Теория риторики" предполагает начало риторической грамотности. Это значит, что книга не учит искусству оперировать речью, но предполагает лишь научить не делать роковых ошибок в использовании речи, следуя принципу: "Все беды человека от его языка".

1.1. Становление риторики

1.1.1. Риторика и этика

Риторика как искусство речи и сам термин "риторика" родились в греческой античности. В античности были поставлены основные вопросы, определяющие лицо предмета риторики. Это отношения аудитории и оратора. Ядро проблематики греческой риторики дано в диалоге Платона "Горгий" и трактате Аристотел "Риторика"[26; 8].

Горгий --- имя известного софиста и ритора, педагога, готовившего юношество к гражданской карьере. Горгий и его последователи считали риторику инструментом гражданского управления и обучали искусству управления.

Платон устами Сократа противопоставляет риторике этику. Так складываетс противопоставление риторической техники и этики. Платон ставит этику на первое место. "А потом, когда мы достаточно преуспели в этой добродетели, тогда лишь, если сочтем нужным, примемся за государственные дела или подадим совет в том или ином деле, какое бы нас ни привлекло. Тогда мы будем советчики лучше, чем ныне, ибо стыдно по-мальчишески хвастаться и важничать в том состоянии, в каком, по-видимому, мы находимся ныне, когда без конца меняем свои суждения, и притом --- о вещах самых важных. Вот до какого невежества мы дошли!" [26, 365]. Это осуждение Горгия и его учеников.

Далее Платон угрожает политикам, которые постоянно принимают беспринципные и бессовестные решения, муками, которые им предстоит принять после смерти в царстве Аида: "Кто же повинен в самых тяжелых и, по этой причине, неискупимых злодеяниях; сами они никакой пользы из своего наказани не извлекают... Свидетель тому сам Гомер. Царей и властителей он изображает несущими в Аиде вечное наказание: тут и Тантал, и Сизиф, и Титий" [26, 362 363].

Сократ не сомневается, что он сам может пострадать от бессовестных риторов: "Я был бы в самом деле безумцем, если бы сомневался, что в нашем городе каждого может постигнуть какая угодно участь. Но одно я знаю твердо: если я когда-нибудь предстану перед судом и мне будет грозить одна из опасностей, о которых ты говоришь (опасность быть обвиненным и невозможность защититься. --- Ю.Р.), обвинителем моим, и правда, будет негодяй, и я не удивлюсь, услышав смертный приговор" [26, 358]. Это значит, что риторика есть зло, от которого даже скромному Сократу грозит гибель.

Дело в том, что для Горгия и его учеников важно любым способом выиграть дело. Так они оценивают успех ритора, для Сократа же важно не погрешить против добра и справедливости. Поэтому Платон видит в ораторской деятельности зло и для ораторов: "Я вижу, что когда город обходится с кем-либо из своих обвиняемых мужей как с преступником, обвиняемые негодуют и сетуют на незаслуженную обиду. Но это ложь от начала до конца. Ни один глава государства не может погибнуть незаслуженно от руки того города, который он возглавляет" [26, 365], так как он делал карьеру оратора. Примером служат Перикл, Мельтиад, Кимон, Фемистокл и другие. Платон иронически сравнивает таких государственных мужей со скотником, который "принял животных смирными, а потом они вдруг одичали" [26, 351].

Оратор, стремящийся к государственной карьере, угодничает, уподобляетс повару, потакающему обществу. Оратор угождает демосу, демос, как и тиран, не может в принципе действовать добродетельно и разумно. Поэтому оратор лишь усугубляет несчастья свои и людей. Его "постигнет величайшее зло он развратится душой, подражая своему господину, Причина в том, что ораторы гонятся за благоволением граждан и ради собственной выгоды пренебрегают общей, обращаясь с народом как с ребенком..." [26, 344 345].

Однако несчастья, происходящие от ораторской речи, согласно Платону, заключены не в самой речи как в технике изобретения мыслей и слов, а в этике. Дело в том, что риторская школа Горгия неэтична. Но речь как таковая, как инструмент общения по отношению к этике как бы нейтральна, так как бывает и добродетельное красноречие.

"...Если красноречие двойственно, то одна его часть должна быть самой угодливой, постыдным заискиванием перед народом, а другая --- прекрасным попечением о душах сограждан..." [26, 334].

Это значит, что цель красноречия и ораторства зависит от нравственности оратора. Неэтичные ораторы, по словам Платона, уподобляются людям, таскающим воду в дырявый сосуд решетом.

Понимание этики может быть разным. Ученик Горгия Калликл утверждает: "... Может ли на самом деле быть счастлив человек, если он раб и кому-то повинуется? Нет! Что такое прекрасное и справедливое по природе, я скажу тебе сейчас со всей откровенностью: кто хочет прожить правильно, должен давать полнейшую волю своим желаниям, а не подавлять их, и, как бы они ни были необузданы, должен найти в себе способность им служить (вот на что ему мужество и разум), должен исполнять любое свое желание.

Но, конечно, большинству это недоступно, и потому толпа поносит таких людей, стыдясь, скрывая свою немощь, и объявляет своеволие позором, и, как я уже говорил раньше, старается поработить лучших по природе" [26, 318].

Так Калликл смело противопоставляет человека толпе, лучших людей худшим и говорит, по-видимому, справедливо, что толпе свойственно подавлять лучших, если они идут против нее. Что же такое лучшие в понимании Горгия и его последователей и в понимании Платона, говорящего устами Сократа?

В понимании Горгия, Калликла и Пола лучшим может быть назван Архелай, властитель Македонии, который убил законных наследников и своих родственников и завладел властью и теперь может делать что угодно и потому счастлив [26, 289 290]. Платон же устами Сократа говорит, что это несчастный человек, так как он сотворил несправедливость.

Итак, критерии счастья и цель стремлений у Горгия и его последователей завладеть властью и богатством, чтобы удовлетворять свои желания и прихоти, у Сократа же счастье и цель жизни состоят в справедливости и достойной жизни не в ущерб другим, отсутствие своеволия.

1.1.2. Речь как искусство слова

Что же такое риторика как учение? Она, по мнению Платона, есть сноровка , т. е. умение, ловкость , которым можно научиться, развить в себе (а прилагать такую сноровку можно с разными целями --- добрыми и злыми). Риторика как обучение сноровке и есть мастерство красноречия. Мастерство красноречи в условиях демократии жизненно необходимо, потому что каждый гражданин полиса в условиях демократии находится в потенциальной опасности от своих сограждан. Любой из сограждан может, что называется, неотвязно "пристать", обвинить другого с выгодой для себя, призвать к суду и выиграть суд, отнять имущество и жизнь. Следовательно, сноровка в речи помогает защититься и в условиях аристократического соседства, и, в случае нужды, в судебной борьбе. Если же гражданин желает предложить городу что-либо, то он сталкиваетс с общественным мнением, которое всегда консервативно и ситуативно в том смысле, что толпа судит всякие предложения применительно к своему мнению, которое меняется в связи с текущими событиями. В этом случае сноровка в красноречии помогает убедить сограждан согласиться на предложение. Всякий самодеятельный и предприимчивый человек испытывает стеснение от общественного мнения и, предлагая новое, всегда рискует и жизнью, и имуществом. Сноровка в красноречии, защитительная или при проведении своих предложений, помогает человеку обрести более выгодное положение в обществе, завоевать определенное уважение сограждан и улучшить свои материальные дела.

Таким образом, риторика полезна, но устами того же Сократа Платон доказывает, что обществу и частному лицу может быть нанесен вред тем, что такие риторы, как Горгий, исповедуют так называемую практическую мораль. Поэтому, принимая объективные свойства речи как инструмента социальной борьбы, необходимо изменить мораль, от которой зависит речевой поступок. По мнению Платона, надо, чтобы не практическая, а духовная мораль управляла речевыми поступками. Для этого необходимо изменить мораль не только у ораторов, но и у общества. Практическа мораль, речь и поступки, исходящие из нее, должны стать не почетными, а постыдными в общественном мнении.

Платон, утверждая духовную мораль, говорит, что несправедливо пострадать -- значит прежде всего обречь на муки на этом и на том свете того, кто причинил несправедливые страдания. Духовная мораль полагает, что обидчику хуже, чем обиженному. Это положение - один из краеугольных камней будущей религиозной проповеди. Оно парадоксально с точки зрения практической морали. Оно предполагает контроль совести над желаниями и поступками человека, что несвойственно носителю практической морали.

Сократ у Платона и, как известно, сам Платон предпочли иную речевую карьеру --- карьеру философа-педагога. Педагогика же, основанная на философии, изменяет нравы общества, так какы делает возможными доказательства, идущие от духовной морали. Педагогическая речь ---  диалектика --- это тоже речь. Так Платон дает риторике как искусству слова новый смысл. В практике диалогов он устанавливает иной вид речи, не свойственный ораторской софистике и эристике. По условию, диалектика исходит из особого предварительного договора -- совместно и незаинтересованно искать истину. Здесь критерием успеха является не торжество одного из говорящих, которое может быть своекорыстным, а нахождение истины о природе предмета. Таким образом, дополнительно к речи в собрании и в суде, где важен выигрыш, устанавливается иной вид речи --- диалектика. В диалектике нет выигрыша какого-нибудь лица, но есть выигрыш для всех участников диалога. Этот философско-учительный вид речи является основанием античной мудрости и новой науки. Диалектика у Платона содержит в себе элементы проповеди-полемики. Эти отношения представлены схемой 1.1 (стр. 10).

Схема 1.1

Согласно Горгию, аудитория навязывает оратору практическую этику, которую он воплощает в речи (схема 1.2).

Схема 1.2

В основании концепции Платона, как показано на схеме 1.3, лежит духовна этика, диктующая характер речевых поступков.

Схема 1.3

Возникает противопоставление двух видов речи по этическому основанию:

а) ораторика (Горгий) --- практическая мораль;

б) диалектика (Платон устами Сократа) --- духовная мораль.

Но речь как техника образования смысла и внутренняя структура смысла за исключением этических установок не была рассмотрена Платоном. Только теория именований подверглась исследованию. Имена же --- важнейший элемент речи, исходный пункт развития замысла речи --- рассмотрены Платоном: 1) с точки зрения способов изобретения имени --- этимологии, 2) с точки зрения социальной структуры создания имени (ономатотет --- диалектик --- пользователь --- он же мастер конкретного искусства) и 3) с точки зрения орудности имени, т. е. способов использования имени в процессах познания, научения и действовани (словесного и предметного). Теория именований дает картину замысла речи, но не ее словесной структуры.

1.1.3. Учение о целях речи Аристотеля

Аристотель создал трактат "Риторика" не столько как учебное руководство (хотя так им пользуются и сейчас), сколько как аналитическое сочинение. "Риторика" Аристотеля рядоположена другим его трактатам --- "Поэтика", "Аналитика", "Категории". В этих трактатах рассматриваются разные виды речи: поэзия и проза. В "Риторике" рассматривается классическая официальная публичная (полисная) речь: показательная, судебная, совещательная, в "Поэтике" художественная речь: эпос, лирика, драма, разделяющаяся на комедию и трагедию, в "Аналитике" рассматриваются фигуры диалектической речи, а сама речь рассматривается как инструмент познания. По Аристотелю, быть инструментом познания лишь отчасти свойственно поэзии, а перед ораторской публичной речью такая задача Аристотелем фактически не ставится. Зато содержание и действенность речи у Аристотеля в его "Риторике" прямо связаны с общественным и государственным устройством.

По Аристотелю, общественное государственное устройство есть прежде всего речевая организация общества.

Общества различаются в зависимости от того, как в них законом и обычаем организована речь. Успех того или иного общества и государства зависит от того, в каких формах организована речь и сколько таких форм применяется. "Общение вполне завершенное, ... образует государство ... Всякое государство ... уподобляется в этом отношении первичным общениям --- семье и селению ... Речь способна выражать и то, что полезно и что вредно, равно как и то, что справедливо и что несправедливо. Это свойство людей, отличающее их от остальных живых существ, ведет к тому, что только человек способен к чувственному восприятию таких понятий, как добро и зло, справедливость и несправедливость и т.п. А совокупность всего этого и создает основу семьи и государства" Если индивид не способен вступить в общение или, считая себя существом самодовлеющим, не чувствует потребности ни в чем, он уже не составляет элемента государства, становясь либо животным, либо божеством" [6, 465 466].

Таким образом, речь есть то, что создает сообщество людей, прежде всего семью и государство. Следовательно риторика есть одновременно учение об обществе и общественном управлении. Аристотель по-новому развивает мысль Платона о моральных основах риторики в учении о государстве: "...Ибо опирающееся на вооруженную силу бесправие тяжелее всего... человек без нравственных устоев оказывается существом самым нечестивым и диким, низменным в своих половых и вкусовых инстинктах" [6, 467]. Соглашаясь с тем, что ораторская речь и диалектика различны по цели и по влиянию на общество, и одновременно понимая, что без ораторской речи нельзя обойтись, Аристотель дает критерий этичности ораторской речи. Этим критерием является понятие справедливости . Аристотель заключает, что "Понятие о справедливости связано с представлением о государстве" [6, 467].

Ставя публичную речь в связь с общественным устройством и в соответствии с характером организации социальных условий публичной речи, Аристотель в трактате "Политика" различает шесть видов обществ: монархия

, аристократия

, полития

, тирания

, олигархия

, демократия

. Эти виды общества попарно противопоставлены:

Монархия

------

Тирания

Аристократия

------

Олигархия

Полития

------

Демократия

Различение столбцов зависит от того, на что этически направлена публична речь. Левый столбец характеризует публичную совещательную речь как речь, содержание которой направлено на общественный интерес, т. е. речь, содержание которой обращено не на личную корысть.

"...форма государственного устроения --- то же самое, что и политическа система, последняя же олицетворяется верховной властью в государстве, ...отсюда неизбежно следует, что эта верховная власть должна быть в руках или одного, или немногих, или большинства.

...Монархическую власть, имеющую в виду общую пользу, мы обыкновенно называем царской властью, власть немногих, но более одного --- аристократией..., а когда в интересах общей пользы правит большинство...  --- полития" [6, 472 473].

"...в политии наивысшая верховная власть сосредото чивается в руках военного сословия, именно пользуются этой властью лица, имеющие право владеть оружием". Это наблюдение Аристотеля подтверждается всей историей человечества. Власть большинства --- власть вооруженная и всегда склонная прибегать к насилию.

Тирания, олигархия и демократия характеризуются речью, направленной на личную корысть. "В сущности тирания --- та же монархическая власть, но имеющая в виду интересы одного правителя, олигархия блюдет интересы зажиточных классов, демократия --- интересы неимущих классов, общей же пользы ни одна из этих отклоняющихся форм государственного устроения не имеет".

Поэтому у политии власть всегда вооруженная. Войску нужен вождь --- монарх. Все это само собой может утратить нравственный критерий и стать тиранией, опирающейся на вооруженную демократию.

Формы власти (монархия, аристократия, полития) определяются и величиной государства, сочетающей количество людей и величину территории: "... то государство, в котором объединяются величина и благопорядок, должно быть считаемо наипрекраснейшим" [6, 474].

Но поскольку, как сказано выше, государство есть общение, а хорошее государство есть общение

на этических основах справедливости, то объем и формы государства зависят от возможностей общения. Возможности общения, прежде всего речевого, связаны с техническими средствами общения. Малым государствам свойственно устное общение, большим --- письменное

. В наше время объем государства, вероятно, определяется средствам и мультимедиа.

Этическая направленность речи у Аристотеля есть развитое продолжение идей диалога "Горгий". Но в отличие от Платона, фактически вводящего этические принципы учебной речи (гомилетики), Аристотель сохраняет публичную речь

в ее определенности, но вводит разделение совещательной

, судебной

и показательной

видов речи. Если речь произносится перед монархом, аристократией или политией (которые требуют, чтобы оратор преследовал общественный интерес), то это один класс совещательных речей. Если же речь произносится перед тираном, олигархией или демократией, то ее этическое направление преследует личный корыстный интерес тех, кто ее воспринимает, соответственно от оратора требуетс иной тип содержания, иначе его не поймут и прогонят.

Разделение речей по характеру аудитории: монархия, тирания, аристократи олигархия, полития, демократия --- связано и с объемом аудитории: один слушатель --- монархия или тирания, малое количество людей --- аристократи или олигархия, большое количество --- полития или демократия. Разделение речей по объему аудитории: один человек, некоторое небольшое число, неограниченное множество людей --- соответственно меняет характер содержания, время речи и условия произнесения речи.

Цель же любой речи остается неизменной --- сформулировать мнение и добитьс принятия решения.

Роды речей, по Аристотелю, определяются тем, какова цель собрания: управляющее решение, суд или торжественный акт. В античном полисе объем аудитории для принятия решения, суда или праздника мог быть разным. Поэтому специальна характеристика общества по объему аудитории была одинаково приложима дл аудитории суда, собрания и праздника. Но повод для организации собрани влиял на содержание речи. Так, суд требовал отнесения содержания речи к прошлому, совещание требовало отнесения содержания речи к будущему, праздник требовал соотнесения прошлого с будущим.

На схеме 1.4 показано, что у Аристотеля всякая публичная речь определяетс тремя составляющими.

Схема 1.4

Эти три составляющие определяют нравы общества и, следовательно, характер целого общества. В соответствии с тем, где, когда, кто (по этическим качествам) имеет слово, определяются нравы общества. Сам оратор, в свою очередь, в содержании и этической направленности своей речи зависит от объема аудитории и типа собрания. Поэтому объемы аудитории и типы собраний в их разнообразии определяют со своей стороны нравы, т. е. этическую направленность речи

оратора. Вот почему искусно созданные законы есть, по сути дела, правильное варьирование объемов аудитории и типов собрания . Искусно созданные законы направляют нравы в лучшую сторону, а неискусно созданные приводят к порче нравов.

1.1.4. Справедливость по Аристотелю

Искусные законы определяются тем, насколько они справедливы. "Вообще повсюду причиной возмущений бывает отсутствие равенства , коль скоро это последнее оказывается несоответственным в отношении лиц, находящихся в неравном положении".

Но: "Равенство же бывает двоякого рода: равенство по количеству и равенство по достоинству... Вообще ошибка --- стремиться провести повсюду тот и другой вид равенства с его абсолютной точки зрения".

По Аристотелю, справедливость не есть равное распределение благ и не есть правый суд. Справедливость есть правильная оценка объема и степени сложности труда, которая проявляется в обмене и может измеряться деньгами.

"Некоторым кажется, что воздаяние равным безусловно справедливо... Однако воздаяние равным нельзя подвести ни под понятие распределяющей справедливости, ни под понятие уравнивающей" [6, 462 463].

Речь идет о том, что никогда нельзя кому-либо разделить что-нибудь по справедливости. Несправедливо также и то, когда люди из общего блага, например земли, хватают каждый кто сколько может. В любом случае здесь действует грубая сила или корыстная хитрость.

Аристотель говорит, что "воздаяние равным... имеет в виду пропорциональность, но не равенство, ибо общество держится тем, что каждому воздается пропорцио нально его деятельности" [6, 463]. Благодаря справедливости общество избегает возмущений и внутренних смут. Справедливость оказывается экономической категорией. Разделение труда Аристотель представляет, во-первых, как разделение умственного и физического труда. Физический труд

--- удел рабов, которые, хотя и люди, так как обладают речью, но все же их задача состоит в затратах мускульного труда

. Роль организаторов труда отводится рабовладельцамдомохозяевам. Они должны знать экономию и быть одновременно мастерами, техническими специалистами. Свободные домохозяева занимаются также образованием (гимнастикой и мусикой) и философией, т. е. гуманитарными занятиями. "...У последних (рабов. Ю.Р.) тело мощное, пригодное для выполнения необходимых физических трудов, свободные же люди держатся прямо и не способны к выполнени ю подобного рода работ, зато пригодны для политической жизни" [6, 470 ].

"...Для одного человека полезно и справедливо быть рабом, для другого господином... Дурное (несправедли вое. --- Ю.Р.) применение власти не приносит пользы ни господину, ни рабу; ведь что полезно для части, то полезно и для целого, что полезно для целого, то полезно и дл души; а раб является своего рода частью господина, как бы одушевленной и отделенной частью" [6, 471].

Кроме деления труда на умственный и физический, Аристотель различает профессиональное разделение труда

, т. е. труд сукновала, горшечника и другие виды профессионального разделения труда. Профессиональное разделение труда приводит к обмену. В ходе обмена используется посредник. Таким посредником, по Аристотелю, являются деньги.

Правильно определенный денежный эквивалент есть измерение объемов затраченного труда. "Итак, воздаяние равным имеет место, когда найдено уравнение, когда, например, земледелец относится к сапожнику так же, как работа сапожника к работе земледельца. До обмена не следует представлять себе пропорции; в противном случае оба избытка будут на одной стороне. Только в том случае, когда каждый получил следуемое ему, они становятся равными между собой сообщниками" [6, 464].

"Если земледельца назвать a, пропитание --- g, сапожника b, то уравнивающа работа его будет d; если бы не воздаяние, то невозможно было бы самое

общество" [6, 464].

Благодаря справедливой цене удается достичь справедливой оценки и труда, и личности, и ее заслуг перед обществом. Несправедливость же есть несправедлива цена труда.

"Итак, деньги, будучи мерой, делают сравнимыми все остальные предметы, приравнивают их; и как невозможно общение без обмена, так невозможен обмен без уравнивания ценностей, и точно также невозможно уравнение без сравниваемости предметов" [6, 465].

Выпуск денег и контроль над денежным обращением

--- дело общества, которое управляется законами, выработанными с помощью речи. Для этого должна существовать единая мера оценки; поэтомуто монета (денежная) называется nomisma (номизма --- монета, этимологически значит "именуемое". --- Ю.Р.), ибо деньги со всем сравнимы, благодаря тому, что все измеряется деньгами" [6, 465].

Схема 1.5 показывает понимание Аристотелем связи сфер экономики и речи (стр. 10).

Схема 1.5

1.1.5. Правильность речи, по Аристотелю

Речь

является инициатором и регулятором разделения труда и справедливой оценки объемов труда.

Рассматривая речь как средство общественного и, в том числе, экономического управления и самоуправления

, Аристотель специально занялся вопросом о правильной речи, вернее, объективной оценкой правильности речи. Для этой цели он написал трактат "Аналитики". В этом трактате дается отличение верных умозаключений от софизмов и эристических приемов формирования мнений.

"Аналитики" предлагают, помимо научноисследова тельских принципов, также договорные принципы для экономики. В "Аналитиках" описаны основные операции над семантикой слов. Разделяется равноименность и разноименность и, благодар этому, устанавливаются логические операции. Для логических операций вводятс фигуры силлогизмов.

Аристотелю же принадлежит разработка общих мест. Оказалось, что дл правильных суждений общие места представляют набор общепризнанных понятий, служащих операторами для описания мира. Это описание должно быть систематическим и непротиворечивым. Эти общие места Аристотель назвал "категориями" и дал их исчерпывающий перечень и разработку содержания. Для речей ораторских (совещательных, судебных, показатель ных) Аристотель применил дополнительно категорию топов (общих мест) и дал сводное описание топики. Многочисленные топы фактически представлены смыслом народных пословиц.

Таким образом, оказалось, что различие в этических установках в ораторике и в диалектике предполагает две разные, хотя, вероятно, и возводимые частично одна к другой системы общих мест, категорий и топов. Разные условия речи, этос дали разные системы общепризнанных понятий. Схема 1.6 представляет обобщенно связь диалектики и ораторики.

Схема 1.6

Справедливость в равной мере применима к любой аудитории, но характер топов и способы применения силлогизмов будут разными.

1.1.6. Речь как техника изобретения мыслей

и слов

Обобщение теории Аристотеля на схеме 1.7 позволяет представить речь как технику изобретения мыслей и слов.

Схема 1.7

Для каждой аудитории и в каждом виде речи оратор, руководствуясь этикой экономической справедливости, избирает категории и топы для развития аргументации того или иного рода.

1.1.7. Цицерон о риторическом знании

Продолжателем традиций Академии и школы Аристотеля стал Цицерон, творивший на латинском языке. Ученик академиков Филона и Антиоха, Цицерон был поборником республики в то время, когда Римская держава уже становилась империей. Отстаивая республиканский строй, Цицерон был, естественно, консерватором по политическим убеждениям. Обширная судебная и государствен ная практика, высочайшая образованность и талант Цицерона сделали его вечным примером лучшего оратора, а литературная деятельность Цицерона была ориентирована на теорию государственного права

, философию личности

, теорию стиля

и философию образования

.

М.Л. Гаспаров в вводной статье к публикации "Цицерон. Три трактата об ораторском искусстве" справедли во отмечает: "Роковым образом внешние причины приводят римское красноречие к гибели в то самое время, когда внутренне развитие приводит его к расцвету" [37, 55]. Иначе говоря, смена республиканского строя на имперский не оставляет места для красноречия, так как исчезает гражданская аудитория устной речи и начинается расцвет письменной юридической и административной речи. От письменной юридической и административной речи требуются иные качества в сравнении с устной.

Первым вопросом, который разработал Цицерон, был вопрос о соотношении позитивного знания и того знания, которое несет в себе ораторство. Под позитивным знанием здесь понимается сумма проверенных практикой и теорией положений, то есть логически обоснованных сведений, которые характеризуют какое-либо практическое искусство: медицину, военное дело и т. п., или какое-либо непрактическое искусство, античную математику, философию и т.п. Под знанием, характерным для ораторства, понимается устанавливаемое оратором отношение к предмету обсуждения: ситуации, случаи, коллизии, --- их истолкование с целью влияния на аудиторию.

При этом устанавливается, что красноречие

, т. е. красота слога, не является исключительным достоянием риторики: "... если Демокрит, знаменитый физик, по общему мнению, отличался красотой слога, то предмет его изложения принадлежал физику, а красоту слога, уж конечно, следует считать принадлежностью оратора. А если Платон так божественно говорил о предметах, совершенно чуждых гражданским спорам, что я охотно признаю его красноречие, если Аристотель

, Феофраст или Карнеад были красноречивы в обсуждении своих предметов и излагали их привлекательно и красиво, то пусть предметы их обсуждения относятся к иным отделам научной деятельности, но сама речь их неотъемлемо принадлежит той области, значение которой мы стараемся уяснить себе в нашем разговоре" [39, 86].

Это значит, что предмет риторики может быть понят широко и как структура любой речи на любую тему и в любой области знания или умения, и как искусство передавать свои знания с помощью речи. Иное дело практика оратора --- гражданский спор, в котором мало кто интересуется позитивным знанием, а речь идет о том, чтобы в словесной борьбе выиграть дело. Это понимание предмета риторики узко. Оно относится только к публичной ораторской устной речи в пределах гражданских споров. "Конечно, если кто скажет, что все же есть особенный, свойственный одним ораторам круг мыслей, вопросов и познаний, замкнутых оградой суда, то я соглашусь, что наше красноречие, действительно, чаще всего вращается в этом кругу" [39, 87].

Ораторика, т. е. речь по гражданским спорам, однако, требует эрудиции в позитивных знаниях. Поэтому Цицерон, советует ораторам пополнять эрудицию всеми возможными способами.

Что касается вопросов права и гражданского устройства, то здесь оратору надо иметь специальное образование. "Ведь и в самом деле, разве это не наглейшее бесстыдство --- метаться по форуму, торчать при разбирательствах и на преторских трибуналах, ввязываться в тяжбы... и при этом не иметь никакого понятия, что --- свое, что --- чужое, наконец, на каком основании считается человек гражданином или иностранцем, рабом или свободным" [39, 108].

Для оратора необходимо не только профессиональное знание государственных установлений, но и здравый смысл: "Скавр --- далеко не посредственный оратор, однако во всех важных делах он блещет больше здравым смыслом, чем искусной речью" [39, 117]. Поэтому государственные дела не могут управляться диалектикой.

Цицерон

разбирает пример осуждения Сократа философа и находит, что оно совершилось по необходимости: "Его ответ (ответ Сократа. --- Ю.Р.) привел судей в такое негодование, что этого неповинного человека они присудили к смерти" [38, 121]. Это значит, что "...все философы стали бы уж совсем невыносимыми", если бы Сократ был оправдан вопреки законам гражданской речи.

Таким образом, по Цицерону, ораторство --- одна из наук и искусств, рядоположенная другим и помогающая любой профессиональной деятельности, когда мысль оформляется в речь. Но у ораторов есть своя область речи --- гражданские споры, и, кроме речевой подготовки

, оратору требуется специальная подготовка

. Здравый смысл --- особая область семантики речи, отличающаяся от профессиональных знаний и философии .

Здравый смысл, по Цицерону, проявляется в изучении обстоятельств дела: "Когда я полностью изучу все обстоятельства дела, я сейчас же соображаю, какой в нем вопрос спорный. Ибо идет ли спор между людьми по делу уголовному, как о преступлении, либо по гражданскому, как о наследстве, либо по совещательному, как о войне, либо по личному, как о похвале, либо по ученому, как о смысле жизни, --- ни в одном он не обходится без вопроса или о том "что сделано, делается и будет сделано", или "каково сделанное" или "как его назвать" [38, 151].

Это ядро дела, подлежащее здравому смыслу, Цицерон называет вопросом. Затем следует разработать доводы, доказать и вывести заключение . При этом необходимо привлекать сведения из искусства и права, а также разработать изящество речи, возбудить или утолить страсти, применить остроумие, вызвав смех. Все это особые области практики ораторской речи

.

Поэтому ораторская речь основана на особых смысловых операциях, которые не свойственны ни бытовой речи (речи домашней и фольклорной), ни ученой речи. Она представляет собой интуитивное угадывание, догадку в определении вопроса, предложение решения и разработку доводов, куда вовлекаются элементы позитивного знания, философии, поэтики и стилистики.

Ораторское искусство в Риме было путем к гражданской карьере. Римска риторика

специально занялась тремя важнейшими сторонами ораторства:

а) государственными установлениями

как ареной деятельности ораторов;

б) воспитанием оратора;

в) техникой подготовки речи

.

В области государственных установлений римская республика стала сочетанием демократии через институт трибунов

, аристократии --- через сенат и монархии --- через институт консулов

. Каждый из институтов обладал своей областью власти, и было создано разделение властей

и контроль за ними со стороны цензора. В области воспитания ораторов были разработаны правила обучени ораторов, состоящие из предварительного обучения (гимнастики, актерского мастерства, грамматики, философии, права и риторики), упражнений для приобретени опыта путем следования образцовому оратору и подражания ему и, наконец, личной практики выступлений. Так удавалось избежать того, что оратор "громкостью голоса созывал народ, чтобы собрать больше свидетелей своего неразумения".

Была разработана и технология составления речей: изобретение --- расположение --- словесное выражение --- запоминание --- произнесение (inventio --- dispositio --- elocutio --- memoria --- actio). Эта технология расчленяла действия оратора во времени и позволяла каждый этап доводить до совершенства.

Римская риторика

разработала и структуру речи как наиболее общие типы аргументов: вступление, название и толкование названия, повествование, описание, доказательство, опровержение, обращение к чувствам, заключение.

Технология составления речи и структура речи выявляются из практики устно-письменных взаимодействий, характерных для римской риторики, когда речи писались, заучивались и произносились, стенографировались и распространялись письменно.

Цицерон --- завершение античной ораторской теории и практики, ее высшая точка. Поэтому им может быть завершено понимание сути риторики в античности и сути речевой практики. На основании изложенного можно представить следующий ряд понятий.

1.1.8. Речевая практика греко-римской античности

Эта речевая практика характеризуется объемом государства, то есть числом граждан и пространством, на котором возможно успешное общение. Деление речевой практики осуществляется по областям общения, то есть по характеру аудитории.

а) Деловая

и бытовая речь

(деловая документная и устная речь несомненно были представлены, но они не исследовались античными авторами и составляли своеобразное единство то с бытовой, то с публичной ораторской речью, хот на практике разрабатывались формулярные тексты в области частного права и были заложены основные принципы формулирования текстов законов, судопроизводства и государственного права);

б) публичная ораторская речь;

в) поэзия;

г) диалектика

--- устные философские споры;

д) письменные ученые трактаты;

е) учебная устнописьменная речь.

Эти виды речи, разделяемые по областям общения, предполагают разные операции со смыслом:

диалектика и ученые трактаты строятся на основе категорий и силлогистики;

поэзия строится по законам мимесиса;

публичная ораторская речь строится по законам здравого смысла и на основании топики.

Исследования законов содержания бытовой, деловой и учебной речи фактически не проводились.

С точки зрения этики выделились два этических основания: практическая мораль и духовная мораль, а с точки зрения нравственной направленности все виды речи поделились на речь для общего блага и своекорыстную речь (Аристотель). В таблице 1.1 показано, что мораль и нравственные основания сочетаются как независимые составляющие.

Таблица 1.1

Государственное устройство определялось характером организации публичной речи. Организация публичной речи определялась обычаем и законом и являлась основой государственного устройства.

Принцип справедливости при таком государственном устройстве был сформулирован как эквивалентный обмен, посредуемый деньгами между разными профессиями.

Деньги понимались как интегральное измерение количества труда и его качества. Под деньгами фактически понималось особое имя (nomisma), т. е. акт речи, устанавливающий достоинство ходившей монеты.

Совершалось разделение умственного и физического труда

. Умственный труд

считался высшим видом труда. Работник умственного труда именовался "господин", т. е. лицо, имевшее право принимать решения. Образование ориентировалось на карьеру оратора как лица, имевшего способность выступать в суде и занимать должности в гражданском управлении.

Этот комплекс понятий определяет свойства риторики.

Рассмотрим эти свойства в их совокупности.

Публичная ораторская речь занимает центральное место среди прочих видов речи. Ее смысловая основа состоит в действиях с неформализованными понятиями, когда образный и понятийно-бытовой смысл слов и выражений может частично формализовываться, подводя описания деяния под закон путем определения вопроса и разработки договоров. Такая смысловая структура речи

объясняется, во-первых, характером аудитории, которая, как правило, не владеет ученой философской речью и ее смыслами, но главное состоит в том, что только такая смысловая структура (здравый смысл) позволяет принимать решения (государственные, хозяйствен ные, судебные) и реализовать их в жизни и деятельности.

Остальные виды речи, кроме бытовой, лишены свойства действенности, а бытовая речь не может быть публичной.

Характер аудитории связан с тем, что публичная ораторская речь направлена на коллективные действия и потому ее главная задача --- достичь совместного действия через убеждение.

Задача убеждения заставляет приспосабливать речь к аудитории, принимающей решения и, наоборот, приспосабливать характер аудитории к типам и оперативности информационной насыщенности решений. Аудитория монархическая (rsp --- тираническая) оптимальная по оперативности и информационной насыщенности речи. Аудитори политийная (rsp --- демократическая) малооперативная, минимальная по информационной ценности речи, но позволяет путем минимизации информационной ценности и медленности принятия решений совершать меньше ошибок при принятии решений. Аудитория аристократическая (rsp --- олигархическая) занимает среднее положение с точки зрения оперативности и информационной ценности.

В греческих полисах тот или иной вид аудитории, принимающей решения, зависел от задач полиса в данный момент. В случае войны оптимальной была монархия, в мирное время --- полития

. Римская республика

сочетала в государственном устройстве все три вида аудитории. Это позволило Риму стать самым надежным государством и охватить своим влиянием всю тогдашнюю ойкумену. Но сложившийся масштаб государства заставил перейти к имперскому (монархическому) типу управления и развил впоследствии письменную документную управляющую речь.

В управляющей речи

критерием ее правильности является справедливость, основанная на эквивалентном обмене. Понимание справедливости и общего блага толковалось и с точки зрения практической, и с точки зрения духовной морали. Поэтому духовная

и практическая мораль

нередко смешивались. Другие виды речи (бытовая, поэтическая, документная диалектическая --- философская, ученая письменная, учебная) подчинялись этическому требованию справедливости (общее благо и эквивалентный обмен), основанной на морали (практической или духовной).

Развившаяся в конце империи христианская гомилетика, суть которой состоит в обучении и воспитании духовной морали, обращении к массовой аудитории, не относящейся к власти, выделила властные структуры, составленные из образованной элиты, в узкий слой людей, утративший влиятельность. Этим было обусловлено крушение римского центра империи, но укрепление периферии как носителя нового стиля речи и мысли --- Византии.

1.1.9. Критика античной риторики

Скептический философ Секст Эмпирик в трактате "Против риторов" подчеркивает следующее:

а) отсутствие разграничения в значении термина риторика

как учение о любой речи и учение о собственно публичной ораторской речи, т. е. то, что впоследствии отчасти получило терминологическое различие в терминах "риторика" учение о строение речи любой и "ораторика" --- публичная ораторская речь, ее теория и практика [33,  123 124];

б) обращение ораторики к вызыванию чувств означает пренебрежение к истинному строению обсуждаемого предмета, т. е. не было проведено яркого различи между диалектикой и ораторикой [33, 125 126];

в) изучение ораторики и воспитание ораторского искусства строилось на прецедентах, а не на определенных исходных положениях --- началах. Это значит, что риторы на практике не учитывали в теории ее зависимость от этики и государственного устройства [33, 126];

г) технические , т. е. речевые доказательства и нетехнические доказательства, т. е. вещественные доказатель ства и аргументы не разделены в их смысловой и действенной силе. Связь между вещами и словами не учитывалась, т. е. не была разработана предметная семантика речи [33, 126 127];

д) не была достаточно разработана этическая основа публичной ораторской речи и законодательная основа речи

[33, 128 129]. Поэтому речь могла быть неэтической и направленной против закона;

е) не были разработаны этические правила борьбы словом, а только внешние процессуальные правила, отсюда возможно угодничество и другие пороки [33, 130 131], это касается и смешения духовной и практической морали в ораторской практике;

ж) не было разработано понятие лжи как противоположности истине, так как правдоподобие и правда --- разные вещи [33, 134 135];

з) нахождение слов и виды речей как цель элокуции не то же самое, что цель ораторики, а только средство одержания победы в явном или скрытом споре,

т. е. задачи эристики и ораторики не были разграничены [33, 138 143].

Все эти суждения справедливы по отношению к практике преподавания риторики, а точнее, ораторики в античности.

Эмпиризм воспитания и обучения риторов, как правило платного, во врем которого ученик или его родители требовали практического результата --- ораторских навыков для судебной и гражданской карьеры --- ориентировал педагогическую деятельность не на понимание и анализ места речи в обществе и его характер, а на ее содержание и формы, т. е. не на научное выявление характера феномена речи, а на сиюминутный практический результат. Секст показал все эти пороки педагогической практики, не освещенной фундаментальной теорией. Но и после трактата Секста жизненная потребность все же удержала ораторскую педагогику как необходимую часть общества.

Но эта же прагматическая потребность унижала риторику, делала ее служанкой политических и имущественных интересов на правах технического руководства по речевой борьбе.

1.1.10. Речевая культура в Древнем Китае

В других регионах мира развитие учения о речи шло иными путями. Монархический строй, характерный для Китая, и отсутствие полисной демократии создали иные в сравнении с Грецией условия публичной речи и направляли теорию речи иными путями [1; 2].

Борьба царств и княжеств в Древнем Китае удерживала монархический строй в каждом из них. Потребность в быстрых и политических решениях удерживали у власти ученое сословие, а крестьянство, составляющее основную массу населения, обеспечивало материальные ресурсы общества

. Борьба между царствами и княжествами велась за землю и за людей, привязанных к земле как средству существования.

Монархии (большие и малые) стремились утвердиться в этой борьбе, что требовало от них воли и мудрости. Решения должны были быть дальновидными. Было понятно, что любое решение и действие в соответствии с ним имеет лишь временные благие результаты, которые затем обращаются в дурные последствия. Поэтому монарху требовался совет и советники, которые и предлагали, и критиковали бы решения. Каждый монарх составлял себе думу из министров и советников, которые спорили между собой по поводу проблем, предложенных монархом, и обосновывали те или иные решения. Министры и особенно советники принадлежали к ученому сословию, которое развивалось в этих условиях.

Такая структура государственного устройства

казалась естественной и вечной. Основа этой структуры --- личность монарха, его способность принимать и проводить решения. Проведение в жизнь решения зависело от его качества, так как народ (мужики и посадские люди) в своем многолюдстве могли саботировать любое решение, не принять его открыто и взбунтоваться. Монарх жил в условиях внешних вызовов и внутренних угроз. Многие монархии и монархи погибли от этих вызовов и угроз. Поэтому особенно ценилась прозорливость решений.

Критерием прозорливости решений могли быть только прецеденты. Поэтому китайская культура хронологична и топонимична. О всяком событии сказано, когда и где оно произошло. Счет времени ведется двойной по годам существовани государства с основания до сегодняшнего дня и по шестидесятилетним циклам, которые, по-видимому, связаны с сроком смены поколений и сроком изменени стилей. В "тринадцатиканонье" (Шисань цзин) имеются следующие необходимые для этого разделы: прогностика, песни народа, история (как история приняти государственных решений в виде полемики в государевых думах), государственные ритуалы и их части (государственная литургика), этика и словарь-тезаурус, дающий картину мира.

Песни (шицзин) нужны для того, чтобы знать, что доподлинно народ хочет и на что надеется; история дает прецеденты обсуждения и принятия государственных решений; этика

--- содержание образования и воспитания общества, чем должен в первую очередь быть озабочен монарх и правительство; ритуалы

--- главное средство этического воспитания, а словарь служит для нормирования языка и систематизации знаний.

Таким образом, все части, характеризующие феномен речевой деятельности, отмеченные у античных греков, даны и в Древнем Китае.

Поскольку принятие решений происходит в ученом аристократическом кругу, требования к речам --- предельный лаконизм, умственная и эмоциональна напряженность, сдержанная страсть и ответственность за каждое слово.

Такая речь требовала высочайшей умственной подготовки и ощущения возможных перемен. Отсюда прогностика занимает первое место. Кто прозорливей в своих прогнозах, тот лучше угадывает развитие стиля и, следовательно, подает лучший совет в согласовании будущих интересов монархии и народа, а значит, установлении меры справедливости в будущем. Отсюда, силы государства в его противостоянии внешним вызовам возрастают. Важнейшим инструментом управления и благополучия государства, монарха и его аристократического окружения является поддержка и развитие новых стилевых течений.

Стилевые течения при их поддержке монархом умиротворяют народ, народ поддерживает трон, собирается вокруг трона и тем самым укрепляется и расширяетс государство. Разгадывание движения стиля и прогноз стиля требует от ученого и монарха детального знания исторических прецедентов. Но не только этого. Прозорливость требует особенных личностей. Требуется особое воспитание и самовоспитание, позволяющее стать прозорливым. Это значит умение сочетать в себе наблюдательность и солилоквию (риторику внутренней речи), дающую ясность сознания.

Разумеется, китайский ритор --- философ, ибо риторика

в такой речевой ситуации неотделима от философии и составляет с ней одно целое. Он не только не чуждался позитивных знаний по медицине, математике, астрономии, истории, этике, прогностике, но, наоборот, стремился овладеть ими. А развитие стиля речи требовало усилий в поэзии, поэтому изучение поэзии и поэтическая практика составляли одну из важнейших частей подготовки философа к государственной карьере.

Стиль

, его компоненты, историческая уникальность и способность ко всеобщему охвату всей информационной деятельности общества составляют ядро философствовани и речевой практики Древнего Китая. Поэтому развитие стиля и внимание к стилеобразованию требовало постоянных усилий в занятиях культурой, обращени к древности ("фугу"), так как стиль --- это то новое, что основанно на культуре как свернутой и систематизированной форме истории.

1.1.11. Речевая культура Древней Индии

В отличие от Китая и Греции, где сословный строй существовал, но не был выражен формально в том, что человек своим рождением обязательно привязан к определен ному сословному состоянию, в Индии сословный строй в виде деления на касты и принадлежности человека к касте, данной ему от рождения, формировал иные условия для речевой практики [30; 36].

Существовали три основных сословия: духовное (брамины), военное (кшатрии) и остальные люди, занятые физическим трудом (шудры). Сословия не должны смешиваться в разговорах, одежде, приеме пищи и в брачных отношениях. Это делает любые проявления практической речи не всеобщими. Ситуация народного собрания невозможна, как и ситуация мирского (не монархического, формально организованного) суда.

Сосредоточение умственного и, следовательно, речевого труда

в касте браминов создало приоритет литургичес кой и учебной речи перед всеми иными видами речи. Речь литургическая и учебная концентрируется на предметах, имеющих вневременную значимость. Поэтому устная и письменная речевая культура приобрела как бы вневременной характер. В отличие от китайской речевой культуры, где каждый речевой поступок фиксируется в месте и времени, в индийской культуре существует образ вневременного и внепространственного информационного бытия.

Индология связывает это с развитием устной речевой практики в учебной и литургической речи. Однако и ведические тексты, и философские тексты, и тексты поэтические имеют авторство и примерную датировку. Поэтому вневременной и внеместный характер информационных образов не может быть связан только с развитием устной литургической и педагогической речевой практики

. Представление о вечном вращении и вечном превращении жизни, как бы постоянно воспроизводящих самих себя, составляет суть этого образа. Это связано, по-видимому, не столько с различиями в бытовании устной и письменной речи, сколько с характерной модальностью литургической и педагогической речи. Этот тип речевой культуры оказывается направленным на воспитание личности, на этическую сторону воспитани как главную часть духовной культуры.

Развитие философских учений, продолжающих индуизм

и происходящих из индуизма, но выходящих из него, таких, как джайнизм и буддизм

, породил ученые споры и, следовательно, диалектику. Диалектика

как поиск истины привела к развитию логических доказательств. Были развиты силлогистика и правила приведения примеров как инструментов доказательства. Это решительно отличает индийский стиль философствования от китайского, где были развиты формализмы прогностики.

Необходимость популяризовать философские учения и опыт при отсутствии внимания к хронологии и формально написанной истории создало необходимость в литературном эпосе ("Махабхарата", "Рамайяна").

В индийском литературном эпосе, в отличие от греческого, важна не мифология, а философия, тем более, что эпос складывается во время и после становлени философских систем.

На основе эпоса, в подражание ему и параллельно с ним развертывается театр и мусические искусства

: танец, музыка и изобразительные искусства. Поэзия и искусства становятся в этих условиях средством образного развити философских идей за пределами ученого сословия. Индийская система искусств не может иметь характеристики поэзии, данной Горацием: "Поэзия --- искусство ловко врать".

Герой "Махабхараты" и "Рамайяны" не есть подражание чему-либо и кому-либо. Тексты эпоса и его художественных изводов сами есть подражание, но герои представляются сознанию публики мифологически не как вымышленные, но как реально бывшие. Их опыт имеет постоянное значение образовательного, а не просто развлекательного характера.

Диалектика

индийцев и их искусство тесно связаны однородной этической направленностью. Различные приемы силлогистики, характерные для индийской поэзии, соединяются в одно целое с образованостью и в художественном произведении (например, известный текст о Савитри), и в трактатах об искусстве (трактат о пляске "Натьяшастра" включает приемы диалектики). Учения об украшениях ("Ланкара") и о метафорике ("Дхвани") содержат также средства убеждени и приемы силлогистики.

Таким образом, публичная речь

в Индии --- это и литургика, и театр. Эти важнейшие средства воспитания всего народа, конечно, основываются на философии и ее школах, которые ведутс как домашние школы одного учителя, обладающего знаниями и опытом. Учена и педагогическая речь, содержание которой дается в массовых средствах воспитания

(театр и литургика), напоминает по своей структуре бытовую речь, но с ученым содержанием.

Школьная и ученая речь, поскольку она организова на кастой, эзотерична. Эзотерическая речь школы и литургики направлена на воспитание способностей человека. Отсюда практика различных психофизических тренировок в йоге. Эти тренировки имеют целью улавливание через живое наблюдение движений мира и выведение свойств этих движений. Так развивается прозорливость и способность мобилизовать силы души для цельного осознания картины мира и для систематического рассмотрения частей этой картины.

1.1.12. Общая структура речевых отношений

Обзор греческой традиции

и сопоставление этой традиции с традициями цивилизаций Китая и Индии позволяет на основе выделения универсальных признаков осмысления феномена речи построить графическое представление.

Схема 1.8 показывает, что феномен речи

является не только тем, что составляет основной признак общества --- общение, но и дает представление о динамике развития общества благодаря речи.

Выделение стрелок жирным шрифтом отмечает стиль как форму и направление поступков. Прерывистая стрелка показывает сложение и распространение культуры всех форм и видов, двунаправленная стрелка обозначает речь как таковую, то есть звучание или написанные знаки, которые наделяются формой и смыслом потому, что они основаны на культуре, данной через образование, и выражают новое содержание, которое имеет стилеообразующее значение.

Любой вид речи, отмеченный в античности: бытовая речь, ораторство, поэзия, диалектика

, ученая письменная речь, учебная речь --- подчиняются анализу по этой схеме.

Схема 1.8

Их различие состоит в том, что они имеют разные аудитории и, потому, разные задачи. Разные аудитории существуют потому, что так их установили обычай и право. Но стиль речи может привести к образованию новых аудиторий, которые будут организованы новыми обычаями и новой областью права. Соответственно нарастает новый пласт культуры и усложняется образование.

Сравнение философской культуры западной и восточной античности (т.е. греческая и римская античность и индийская и китайская классика) показывает, что различие в общественном устройстве речи порождает разные типы философствования. Они были закреплены в культуре и распространены в образовании.

Классические древние цивилизации

отличались от варварских народов, их окружавших. Варварские народы

не стремятся к стилевым усилиям и живут в своих сообществах счастливо в условиях стагнации

или медленного развития, воспроизводя свои речемыслительные акты как инварианты в их индивидуальных вариантах. Изменение системы речи

, сложение нового стиля речи-мысли могло бы изменить течение их жизни. Это показывает опыт других народов, которые перешли к цивилизации в историческое время.

Рассматривать написанную и выслушивать произнесенную речь, анализировать ее или усматривать в ней только прецедент --- значит различать детали, не видя целого. Так можно делать в частной риторике, но не в общей риторической теории. Задача теории риторики --- видеть развитие речи в контексте общества как основной фактор развития общественной жизни. Для того чтобы уйти из общества, человек должен лишиться включенности в речь. Это происходит либо путем отшельничества, либо по причине патологии, физической и ментальной. Кроме этих случаев, жить в обществе вне речи невозможно. Личность находится внутри речевого потока

и сама является его участником.

1.2. Основные сведения из истории риторики

1.2.1. Замечания о типах теории речевой

деятельности

С типологической точки зрения, очень обобщенно, можно поделить теорию речевой деятельности

на три основных школы: китайскую (словарную), индийскую и грекоримскую. Каждая из этих школ отличается своеобрази ем построения. Однако все школы, сообразуясь с развитием общественноязыковой практики, построили гомилетику (теорию и практику проповеднической и учебной речи). Греко-римская традиция, благодаря развитию книжной печати и деления литературы на научную и художественную (что связано с развитием книгопечатания), последователь но создала рациональную риторику и поэтику

как учения о стиле и воплощении мысли в слове. В XX в. развитие массовой коммуникации заставило строить научную теорию речевой деятельности.

Индийская

и китайская филологические традиции

не выработали и не развивали риторики. Это связано с тем, что публичная ораторская речь, как было показано выше, отсутствовала в этих культурах. Но учения о речи

развивались в границах потребностей, связанных с нормализацией речи. В Китае развивалось учение об изящном стиле

. В VI в. было создано сочинение "Резной дракон изящной литературы" ("Вэньсинцзяолун", автор Лю Се). В этом сочинении были даны подробная классификация жанров литературы и письменности и правила исполнени каждого жанра. Затем были разработаны композиционные схемы

ученых трактатов и документов --- докладов

. Эти композиционные схемы получили название "восьмичастного сочинения" --- Багу. Багу предполагает все формы аргументации

, которые допускаются речевым построением. Багу таким образом исчерпывает все виды адресации текста читателю.

Отдельно развивается поэтика

. В поэтике рассматриваются формы стихосложения, развития стилей, система чередования тонов в стихе и правила рифмования. Разрабатываются антологии поэтических сочинений, создаются хрестоматии и ведется поэтическая критика

. Лучшие антологии представляют историю китайской изящной литературы.

Параллельно теории поэзии

и теории прозы выстраивается стилистика (сюцысюэ), которая предполагает правила использования элементов языка

в текстах поэзии и прозы. Одновременно стилистика занимается построением фразы и методами использования служебных слов, их значениями и употреблениями, поскольку построение фразы в китайском языке и варьирование ритма зависит главным образом от служебных слов.

В Индии публичная речь

, главным образом, литургическая и художественная. Что касается литургической речи, то разрабатываются произносительные правила

и правила жестового сопровождения, произношения сакральных текстов. Дл художественной речи разрабатывается категория "ланкара" --- украшений. Под термином "ланкара" понимают фигуры стиля, используемые в поэтике. Метафорика

как часть "ланкары" разрабатывается в теории "Дхвани" (досл. "Свечение текста") --- метафорике.

Одновременно развивается общая эстетика

, которой подчиняются в том числе и речевые произведения

. Суть эстетики индийцев состоит в исследовании воздействи произведения искусства на зрителя и слушателя. Зритель и слушатель "вкушает" произведение искусства

. Психологическая структура восприятия произведени искусства разрабатывается подробно и служит руководством к сочинению художественных произведений.

Как в Китае, так и в Индии разрабатывается система литературы

. Системы литературы Индии и Китая не похожи. В Индии последовательное историческое становление произведений литературного канона записано в ведах

(Ригведа, Яджуведа, Самаведа, Атхарваведа), затем следуют философские толковани (ньяя, вайшешика, самхита, йога, миманса, веданта). Каждое из толкований представляет особую философскую систему

.

Затем развивается эпическая литература и примыкающие к ней драматурги и другие роды поэзии. В Китае систематизация литературы

строится скорее на типологическом основании: "Пять канонов" и "Четыре книги

" (Пять канонов: цзин

, шицзин, шузцин, лицзин, чуньцю. Четыре книги: дасюэ, чжунюн, луньюй, мэнцзы). К этому списку добавляются два чжуанья (свитка) --- тексты историческо го содержания и гунъянчичжуань и гулянчжуань и чжоули (историческая книга правил поведения) и словарь --- тезаурус

Эрья. Все это основа конфуцианского канона.

Канон даосский (собран в книге Даоцзан) и канон буддийский (Саньцзин). Далее следуют собрание философов --- "чжузыцзичэн", хроники династий --- систематическое описания истории и изящная литература.

Все виды сочинений поделены на четыре смысловых отдела (сыку) --- филология, история и география, поэзия и разное --- в этот последний раздел отнесены сочинения позитивного характера. Систематизации литератур могут рассматриваться как нормативные и быть для писателей и устных авторов руководством дл исполнения текстов по образцам. Сами эти образцы выработаны в связи с организацией речи, образуют общественную сферу речи

, служат эталоном языкового воспитания, используются для изобретения речи

и развивают стиль речи, а следовательно, влияют на нравы, формируют этику, что, в свою очередь, совершенствует и дифференцирует формы организации речи.

Восточные культуры

реализуют структуры речи, но не имеют специального учения и практики публичной ораторской речи и потому не выделяют для нее и специальной теории.

1.2.2. Речевая педагогика Квинтилиана

Марк Фавий Квинтилиан --- автор, завершающий античную риторику, основатель педагогики, в трактате "Образование оратора", состоящем из двенадцати книг, имеющем целью воспитание гражданского и судебного оратора, фактически строит образование так, что оказываются рассмотренными все части феномена речи

: воспитание оратора делится на телесное и духовное, которое включает физическую культуру и языковое образование

, образование в области философии и права, тренировка в изобретении речи

, изучение прецедентов ораторской практики, воспитание этики оратора и изучение и понимание нравов и интересов аудитории, организация речи по частям речи

, фигурам речи

и фигурам мысли

, приспособление к общественной сфере, в которой действует оратор, и формы организации речи

.

Особенность труда Квинтилиана не только в подведении итогов описани феномена речи

, но и в том, что, будучи педагогическим сочинением, его "Наставления" создали педагогическую систему

, в которой были разработаны основы общего образования

. Воспитание собственно ораторских навыков мыслилось как венец подготовки по всему комплексу предметов общего образования. Это воспитание позволяет человеку действовать в любой области как лицу, как говорят теперь, управляющему какойлибо деятельностью.

Воспитание оратора по Квинтилиану заложило основы педагогической психологии, предположило учебную методику, разделенную по ступеням обучения, включило в себя воспитание языкового творчества. Принципы Квинтилиана сохраняют полную силу для современной подготовки гражданского оратора.

1.2.3. Основание гомилетики

В первом столетии н.э. появляется гомилетика --- христианская проповедь и искусство проповеди. Теоретические, моральные и социальные основы гомилетики даны в главе X Евангелия от Матфея.

1. "И призвав двенадцать учеников своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь...

5. ...Сих двенадцать послал Иисус и заповедал им, говоря: "На путь к язычникам не ходите и в город самарянский не входите,

6. А идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева.

7. Ходя же, проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное.

8. Больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте. Даром получили, даром давайте.

9. Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои,

10. Ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха. Ибо трудящийс достоин пропитания.

11. В какой бы город или селение ни вошли вы, наведывайтесь, кто в нем достоин, и там оставайтесь, пока не выйдете.

12. А входя в дом, приветствуйте его, говоря: "мир дому сему".

13. И если дом будет достоин, то мир ваш придет на него; если же не будет достоин, то мир ваш к вам возвратится.

14. А если кто не примет вас и не послушает слов ваших, то, выходя из дома или из города того, отрясите прах от ног ваших.

15. Истинно говорю вам: отраднее будет земле Содомской и Гоморрской в день суда, нежели городу тому.

16. Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змеи, и просты, как голуби.

17. Остерегайтесь же людей: ибо они будут отдавать вас в судилища и в синагогах своих будуть бить вас.

18. И поведут вас к правителям и царям за Меня, для свидетельства пред ними и язычниками.

19. Когда же будут предавать вас, не заботьтесь, как и что сказать; ибо в тот час дано будет вам, что сказать.

20. Ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас.

21. Предаст же брат брата на смерть и отец --- сына; и восстанут дети на родителей и умертвят их.

22. И будете ненавидимы всеми за имя Мое; претерпевший же до конца спасется.

23. Когда же будут гнать вас в одном городе, бегите в другой. Ибо истинно говорю вам: не успеете обойти городов Израилевых, как придет Сын Человеческий.

24. Ученик не выше учителя, и слуга не выше господина.

25. Довольно для ученика, чтобы он был как учитель его, и для слуги, чтобы он был как господин его. Если хозяина дома назвали веельзевулом, не тем ли более домашних его?

26. Итак не бойтесь их: ибо нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, что не было бы узнано.

27. Что говорю вам в темноте, говорите при свете; и что на ухо слышите, проповедуйте на кровлях.

32. И так всякого, кто исповедует Меня перед людьми, того исповедаю и Я пред Отцом Моим Небесным.

33. А кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим небесным.

34. Не думайте, что Я пришел принести мир на Землю; не мир пришел Я принести, но меч;

35. Ибо я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью.

36. И враги человеку --- домашние его.

37. Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин меня; и кто любит сына или дочь более, нежели меня, не достоин Меня;

38. И кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня.

39. Сберегший душу свою потеряет ее; а потерявший душу свою ради Мен сбережет ее.

40. Кто принимает вас, принимает Меня; а кто принимает Меня, принимает Пославшего Меня.

41. Кто принимает пророка, во имя пророка, получит награду пророка; и кто принимает праведника, во имя праведника, получит награду праведника.

42. И кто напоит одного из малых сих только чашею холодной воды, во имя ученика, истинно говорю вам, не потеряет награды своей".

Глава X считается основой нового вида речи --- гомилетики.

1.2.4. Речевые отношения в гомилетике

Содержание учения дано в предшествующих главах, в Нагорной проповеди. Для этого содержания требуется и новая система речи. Эта новая система речи прежде все характеризуется аудиторией, которую фактически организует сам проповедник. Эта аудитория не должна состоять из язычников

и из самарян, а только из "овец заблудших дома Израилева", т. е. из таких потомков Яковабогоборца, которые уже искушены учением в синагогах и грамотны в силу этого. Человек, не осведомленный в писании (Торе), не сможет понять как следует "не разорить закон, а умножить его", так как надо предварительно знать закон. Аудитория, состоящая из людей, осведомленных в писании, должна быть еще и благосклонна к проповеднику. Перед неблагосклонной аудиторией проповедовать нельзя.

Таким образом, проповедник сам избирает аудиторию, руководствуясь принципами: грамотность и благосклонность. Благосклонность в данном случае --- интерес к новому слову, внутреннее недовольство сложившейся и общераспространившейс системой идеалов, желание нового идеала --- "приближения Царства Небесного".

Гомилетика требует особого типа человека --- проповедника. Он должен быть некорыстен и помогателен, исполнен сострадания к ближнему и не думать о материальной награде за труд и сам не иметь имущества. Вместе с тем он должен быть убежден, что те, кто обидит проповедника, подвергнутся страшным карам в день суда, и потому чувствовать себя защищенным.

Так объясняется отношение говорящего и его аудитории.

Всякая новая организация речи по аудитории и содержанию речи изменяет общество, что показано на схеме 1.9. Тем более это относится к проповеди, которая настолько сильно изменяет стиль, что общество будет расколото, возмущено и может обратить свой гнев на проповедника ("предаст брат брата на смерть, и будут бить проповедников в синагогах").

Схема 1.9

Схема 1.10 показывает, что основной смысл речи уже дан проповеднику, не следует изобретать еще одной новой системы содержания: "Ученик не выше учителя".

Схема 1.10

Таким образом, проповедь

приводит к изменениям в общественной среде речи. Новое понятие справедливости как этической категории затронет этические и юридические основы общества: "не мир вам принес, но меч".

Благодаря этим изменениям сложится новая система воспитания: "Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня", "...а потерявший душу свою ради Меня сбережет ее". Схема 1.11 иллюстрирует, что формируется новый человек для нового творчества.

Схема 1.11

Как видим, глава Х полностью рассматривает схему общественной роли речи

, учитывает все компоненты общественной организации и семантизации речи.

Основными положения гомилетики являются:

1. Заданность основного содержания.

2. Новая этика говорящего

.

3. Новый тип аудитории

.

4. Воспитание новой этики и становление ее.

5. Общественные изменения, порожденные этим.

6. Образование речедеятеля нового типа.

Все это возможно только при опоре на существующий культурный уровень общества, иначе придется "метать бисер перед свиньями".

Заданность основного содержания в гомилетике предполагает, что эта речь в отличие от ораторики опирается не на юридическую справедливость ("трудовые эквиваленты стоимости"), а на философскую концепцию построения новых общественных отношений на самом основном уровне, уровне семьи и философского мировоззрени как целого. Государственное устройство, государственная идеология го

Воспитание нового языкового творчества

Новое изобретение речи

Изменение общественной среды речи

гомилетику не интересуют. Вот почему большая часть первомучеников-проповедников погибла от государственных чиновников и государственной власти. Малая часть из апостолов (из двенадцати и семидесяти) умерла своей смертью.

Но изменения в мировоззрении и семейном строе заставили в конце концов измениться и государство. Оно было вынуждено принять новую идеологию.

Сходные процессы шли при действиях буддийских проповедников.

После изменения государственной идеологи ихристианизации государства встала проблема уточнения основного содержания христианской проповеди. Императоры участвуют во Вселенских соборах, в силу своих способностей и знаний. На Вселенских соборах происходит уточнение и развитие догматики, т. е. закономерного развития основного философского содержания проповеди, которые даются проповеднику. Трудная борьба с ересями заканчивается торжеством Православия  --- правда, неполным изза отказа Западной церкви отказатьс от принципа исхождения Святого Духа от Сына.

1.2.5. Изменение системы образования

После торжества Православия складывается возможность реформы школы на основании двухступенча того образования: тривиума (грамматика, риторика

, философия) и квадривиума (математика, музыка, астрономия, богословие). Эта система школьного образования замыкает цикл общественных изменений, порожденных гомилетикой.

Одновременно сохраняют полную силу ораторика как учение о государственной и судебной речи, т. е. гражданской речи, а также все те виды речи, которые унаследованы от античности, т. е. диалектика

, поэзия, ученые письменные трактаты, бытовая речь и устнописьменная бытова и деловая речь. Они сохраняются и продолжают развиваться как бы под эгидой гомилетики и ее догматического содержания. В этой ситуации действуют риторика Квинтилиана и ее упрощенные учебные изводы

. Гомилетика и ораторика вместе составляют основы изменения, укрепления и развития общественных порядков, норм морали и общественной нравственности.

Сила гомилетики проявляется в таком влиянии на отдельного человека, когда можно действительно "целить больных, очищать прокаженных, изгонять бесов и воскрешать мертвых". Позитивистски мыслящая публика обычно относитс к этому скептически. Однако даже новейшая практика гомилетики, в частности практика конца ХХ в., показывает, сколь глубокие изменения в телесном бытии человека вызывает проповедь и молитвенная практика. Гомилетика оказывает влияние не только на изменение строя семьи и общества, но и на поведение тела отдельного человека, изменяя его информационные состояния

. Гомилетика еще дважды продемонстрировала Европе свою силу после создания книгопечатани подвижным шрифтом: вначале создание массовой книги при неполноте догматики Западной церкви, образующей ее идейную неустойчивость, привели к протестанству, а затем к так называемым войнам за веру

, поразившим всю Северную Европу и отчасти Францию.

1.2.6. Становление рациональной риторики

Создание книгопечатания и массовой книги дали риторике новый облик она стала сознаваться как орудие стиля. Развитие риторики стало служебностилистическим, с одной стороны, и разделенным на национальные школы, с другой. Поэтому развитие риторики в новое время приходится излагать как развитие национальных школ риторики, риторики на новых, бывших ранее вульгарными, а теперь ставших национальными языками: английском, французском, русском, немецком, польском и др.

Вместе с тем можно видеть три главные универсаль ные тенденции в трактовке риторики

и ее задач: риторика учебная, служащая для развития искусства слова --- красноречия --- у учащихся. Это общая задача для всех национальных школ. Риторику этого типа полезно назвать по применению учебной риторикой. Риторику, соединяющую проповедническую и деловую

практическую речь, полезно называть по месту возникновения и этическому основанию протестанской риторикой , а риторику, соединяющую задачи воспитания красноречия и развитие научной речи, полезно назвать по философскому основанию рациональной риторикой.

В разных национальных школах комбинации этих тенденций представлены по-разному. Задачи учебной риторики состояли в том, чтобы привить достижени латинской ораторики (и, отчасти, латинской гомилетики) литературе и письменности на новых национальных языках. Содержани ем этих риторик были категории риторики Квинтилиана применительно к учебному процессу. Учебная риторика в ее лучших образцах, например риторика ПорРойяль, формировала красноречие на французском языке в том стиле, который характерен для французской словесности XVII в., т. е. с интересом не только к гражданской речи, праву, но и применительно к ученым сочинениям.

Польская и украинская риторика конца XVI --- XVII вв. развивалась в университетах (коллегиях) и, помимо воспитания красноречия и изучения латинского языка в лучших образцах, имела и еще одну задачу --- обслуживать и формировать методику преподавания. Впрочем, ни одна из национальных школ не избежала решения задач методики преподавания средствами риторики.

Протестантская риторика

, лучшим образцом которой является латинская "Pиторика" Меланхтона, преследовала не только учебнометодические цели. Смысл протестантизма с точки зрения организации речи в обществе состоит в отказе от монашества, своеобразном обновлении религии. В канонических религиях (западном и восточном христианстве) монашество

составляет отдельную часть общества. Монахи берут на себя ответственность за высшую практику религиозной жизни в духе, за высшие достижения духовной практики. Они уходят из общества для того, чтобы в конечном итоге обогатить его духовной практикой. Эти представители могут обогатить и мирян результатами своих достижений в духовной практике

.

Протестантизм

отрицает монашество. Он предлагает духовным лицам как бы миссионерствовать среди мирян, уже живущих христианской жизнью. Протестантизм направляет свои усилия на укрепление и развитие христианской этики в миру.

Риторика Меланхтона, как и другие протестантские риторики, соединяет правила светского и духовного красноречия, т. е. правила проповеди, судебной и показательной речи. Одновременно могут быть даны даже правила составлени деловых

письменных текстов.

Как учебная, так и протестантская риторика преследуют главным образом практические цели овладения средствами языкового выражения --- красноречием. Иное дело --- рациональная риторика. Рациональная риторика, помимо задач овладения красноречием, ставит целью развитие мысли в речи. Ее истоки восходят к Раймунду Луллию и к проблемам построения разделительных суждений. Разделительные суждения, в свою очередь, зависят от суждений, содержащих выделения всех подклассов данного класса. При построении речи на основании разделительных суждений выделяются общие места, описывающие категории мира. Такие общие места возводятся в истории логики к "категориям" Аристотеля. Образцом такой риторики может служить "Краткое руководство к красноречию" М.В. Ломоносова [21].

1.2.7. Изобретение мысли и речи, по Ломоносову

В своем учебнике М.В. Ломоносов излагает основы рациональной риторики: "В сей науке предлагаются правила трех родов. Первые указывают, как изобретать оное, что о предложенной материи говорит должно; другие учат, как изобретенное украшать, третьи наставляют, как оное располагать надлежит, и посему разделяетс Риторика на три части --- на изобретение, украшение и расположе ние" [21, 99].

В принципе части риторики следуют схеме Квинтилиана, но изобретение речи

толкуется по-новому. Вопервых, изобретение речи ограничивается по смыслу предметом речи: "изобретение риторическое есть собрание разных идей, пристойных предлагаемой материи".

"Идеи суть простые или сложные. Простые состоят из одного представления, сложные из двух или многих, между собой соединенных и совершенный разум имеющих" (то есть нацело представляющих предмет мысли. Ю.Р.).

Риторика как описание предметов мысли и их исследование отделяется от красноречия

. "Слово двояко изображено быть может --- прозою или поэмою..."

(с. 96), т. е. риторика

главным образом наука об изобретении мыслей, выраженных словами, тогда как красноречие говорит о средствах выражени и расположения. Красноречие управляет как стиховой, так и нестиховой речью. "Первым образом (т. е. прозой. --- Ю.Р.) сочиняются проповеди, истории, учебные книги, другим (т. е. поэзией --- Ю.Р.) сочиняются гимны, оды, комедии, сатиры и других родов стихи" [21, 97].

Таким образом, называются и определяются речевые жанры и канонизируются типы содержания жанров

. Изобретение как основа риторики представляет собой логическое конструирование (а не анализ) мысли, исходя из общих мест. Общих мест всего 16:

а) род и вид;

б) целое и части;

в) свойства материальные (фигура, тягость, твердость, упругость, движение, звон, цвет, вкус ... и т. п.);

г) свойства жизненные: душевные дарования (понятие, память и т. п.), страсти, добродетели, пороки, внешнее состояние (счастье, богатство, слава, власть, вольность), телесные дарования (возраст, пол, сила, красота и т.п.);

д) имя;

е) действия и страдания;

ж) место;

з) время;

и) происхождение;

к) причина;

л) предыдущее и последующее;

м) признаки;

н) обстоятельства;

о) подобия;

п) противные и несходные вещи;

р) уравнения.

Эти общие места составляют основу познавательного аппарата

.

При изобретении действует воображение, которое сочетается с рассуждением: "...через силу соображения из одной простой идеи расплодиться могут многие" [21, 109].

"Материя, сочинителю слова данная, обыкновенно бывает сложенная идея, которая называется тема. Простые идеи, из которых она составляется, называютс терминами" [21, 110].

Таким образом, формируется анализ темы

, например: "неусыпный труд препятства преодолевает " имеет в себе четыре термина: неусыпность, труд, препятства, преодоление" [21, 110].

После анализа темы по терминам, опираясь на отдельные термины, несложно через воображение, благодаря общим местам, произвести речь, распространить ее: "Первыми называются те, которые от терминов темы непосредственно происходят, вторичными, которые от первых, третичными, которые от вторичных идей рождаются" [21, 110].

Например, труд --- начало, середина, конец, пот, упокоение, пчелы --- летание по цветам, собирание меда.

"В сем примере хотя только первые и вторичные идеи, и те из немногих мест риторических к терминам приложены, однако ясно видеть можно, что чрез сии правила совображение человеческое иметь может вспоможение и от одного термина произвести многие идеи" [21, 115].

Это разделение и сложение идей представляет собой суждения, ".. а когда словесно или письменно сообщаются, тогда их предложениями называю" [21, 117].

Далее Ломоносов строит теорию синтаксиса

, который может быть назван содержательным (а не формальным, аналитикограмматическим) синтаксисом, так как теори предложений и периодов рассматривается как риторическое изобретение. Теория периодов включает в себя их стилистические характеристики по числу составляющих их предложений и по величине предложений, входящих в периоды (периоды "круглые, зыблящиеся и отрывистые"). Дается также употребление союзов и бессоюзие [21,  116 127].

Периоды образуются через распространения. Видов распространения два: "умножительный и увеличительный". Умножительное распространение основано на определениях и эпитетах. Создание умножительного распространения производится через такие общие места, как свойства материальные, свойства жизненные, действия и страдания, места, время, происхождение, причина, предыдущие и последующие, признак, подобие, противное.

Увеличительные распространения строятся на общих местах рода и вида, целого и частей, материальных свойств, данных через разделения, действи и страдания, жизненных свойств и т. п. Идея увеличительного распространени основана на внесении разделительных суждений в общее место, когда термин гипероним делится на гипонимы.

Даются такие стилистические рекомендации: "При распространении слова наблюдать надлежит: 1) чтобы ... употреблять слова избранные и убегать весьма подлых... 2) "идеи должно полагать так, чтобы сила и важность распространения отчасу возрастала и к концу была устремительна" [21, 150 151].

Синтаксис как учение о распространении терминов, составляющих тему со стороны смысла, управляется изобретением доводов. Слово довод у Ломоносова означает доказательство. "Предложив учение об изобретении и соединении идей и распространении слова, должно показать, каким образом предлагаемую материю доказывать, в чем состоит сила и дело всего слова (т.е. цель речи. Ю.Р.). Сего искать должно в риторических доводах или доказательствах, которые суть сложенные идеи, удостоверяющие справедливост ь предполагаемой материи. От Цицерона доводы называются вероятными изобретениями для уверения" [21, 154].

Однако Ломоносов теорию доводов начинает не с энтимем, а с силлогизмов

, дает классификацию силлогизмов, затем дает условные силлогизмы и разделительные суждения. Условные и разделительные суждения называются ограниченными силлогизмами. Сложение ограниченных силлогизмов (или энтимем, из них образованных) дают дилемму

, сорит [21, 157]. Силлогизмы, дилеммы и сориты далее рассматриваются по тому, как используются общие места

.

В следующей (шестой) главе риторики даются рекомендации о возбуждении и утолении страстей: "Страстью называется сильная чувственная охота или неохота, соединенная с необыкновенным движением крови и жизненных духов, при чем всегда бывает услаждение или скука" [21, 167]. Для воздействи на страсти необходимы три условия: авторитет оратора, состояние слушателей и сила красноречия. Дается классификация аудитории, классификация страстей (радость, печаль, любовь, ненависть, надежда, боязнь, гнев, сожаление или милосердие, честолюбие, стыд, зависть, ревность, раскаяние и пр.) и относительно каждой страсти указываются словесные средства возбуждения или утоления, воздействия на одну страсть другой.

"Витиеватые речи (которые могут еще называться замысловатыми речами или острыми мыслями) суть предложения, в которых подлежащее и сказуемое, сопрягаются некоторым странным, необыкновенным или черезъестественным образом и тем составляют нечто важное или приятное" [21, 204 205].

Эта глава о витиеватых речах следует после главы о страстях. Это значит, что острословие и неожиданность мыслей составляет связь между доказательствами (доводами) и воздействием на эмоции слушателей. Ломоносов, сославшись на Цицерона и древних, дает далее свою разработку принципов создания замысловатых речей и острых мыслей --- всего существует четырнадцать видов смыслового сопряжения подлежащего и сказуемого витиеватым образом: соединение (несходного), разделение (единого в разных отношениях) и т. п., т. е. даются правила составления парадоксальных речений. При этом используются общие места, которые используются для составления парадоксов.

Учение о парадоксах (витиеватых речах) дополняется учением о "вымыслах". "Сие учение предлагается после прочих правил изобретения для того, чтобы учащиеся сперва привыкли к твердым и основательным идеям..." [21, 220]. Вымысел по сути своей есть поэтическое воображение, рассказ о небывалом, хотя правдоподобном. Вымысел есть отступление от предметной правды ради доходчивости и пояснения мысли на воображенном (литературном) примере: кентавр, сирена, химера, медуза, ужасные действия и свойства --- гиперболы, превращения (превращение Дафны в лавровое дерево) и т. п.

Таким образом, основная часть риторики состоит в содержательном

и рациональном синтаксисе, основанном на общих местах, последовательно рассматриваются смысловые конструкции предложений, построенные на логических доводах, на вызывании эмоций, на создании парадоксов и на поэтических приемах (метафорах в широком смысле слова).

1.2.8. Риторика --- инструмент стилеобразования

Вторая, неосновная часть риторики Ломоносова состоит в теории стиля

, а именно: "в чистоте стиля, в течении слов, в великолепии и силе оного" [21, 236], т.е. в правилах выбора слов, ритме речи и учении о тропах и фигурах и, наконец, третья часть риторики посвящена расположению или композиции.

Стиль речи Ломоносов связывает со стилем личности, образом оратора: "Сила в украшении (стиле. --- Ю.Р.) риторическом есть такова, каковы суть пристойные движения, взгляды и речи прекрасной особы, дорогим платьем и иными уборами украшенной, ибо хотя она пригожеством и нарядами взор человеческий к себе привлекает, однако без пристойных движений, взглядов и речей вся красота и великолепие как бездушны" [21, 238].

Учение о стиле, т.е. учение об эвфонии, ритме, тропах

и фигурах речи

, получило большое развитие в риторике в конце XVII --- начале и середине XVIII в. Оно стало как бы центром риторики, особенно учебной риторики и гомилетики. Тезис "стиль --- это человек" приобрел ведущее значение. Идеи просвещения, т.е. образования в широком смысле, как основы общественного развития фактически сделали стилистику основой речевого воспитания. Нормы стиля в риторике развиваются вместе с развитием этикета, нередко придворного этикета. Особенно большое развитие получило это движение при дворах просвещенных монархов.

Многие риторики во Франции, Британии, Германии ставят своей целью формирование стиля поведения человека. Поэтому особенно большое внимание уделяется показательной речи

. Готшед в Германии, один из самых влиятельных филологов, в своей риторике уделяет главное внимание именно показательной речи, для которой стиль красноречи составляет эстетическое воспитание аудитории.

Учение о стиле

развивается в учение о композиции: "Расположение есть изобретенных идей соединение в пристойный порядок. Правила о изобретении и украшении управляют совоображение и разбор идей; предводитель ство рассуждени есть о расположении учение... ибо что пользы есть в великом множестве разных идей, ежели они не расположены надлежащим образом?" [21, 293].

Таким образом, учение о композиции как основе стиля контролирует риторическое изобретение: "И ежели в теле человеческом какой член свихнут, то не имеет он такой силы, какою действует в своем месте" [21, 293].

Расположение Ломоносов разделяет на натуральное и художественное, т.е. на прозаическое (ученое) и поэтическое [21, 294]. Единицей композиции считаетс хрия, т.е. речь, имеющая относительно самостоятельную смысловую цельность. Хрии у Ломоносова относятся прежде всего к похвальным словам, т.е. к показательной речи, и делятся на объясняющие действие, объясняющие речь и объясняющие действие, соединенное с речью.

Части хрии следующие: приступ

, парафразис, причина

, противное

, подобие

, пример

, свидетельство

, заключение

. Такие восемь частей речи могут быть выделены только в показательной речи

и в одической поэзии. В традиции Квинтилиана причине соответствует повествование, противное, подобие, пример --- соответствует доказательству и опровержению. Свидетельство равно относится и к доказательству, и к опровержению, и к возбуждению страстей. Описание как часть речи, предполагающа возможность дать системное доказательство, в показательной речи не может присутствовать.

Разобрав образцы хрий и их частей в показательных речах, Ломоносов дает расположение по силлогизмам:

"1) полагается одна посылка, 2) присовокупляется к ней причина из какого-нибудь риторического места, 3) ежели есть другая посылка, то и оная полагаетс к которой 4) также причина придается, 5) напоследи все заключается следствием" [21, 311].

Это построение ученых трактатов напоминает силлогизм

в буддийской логике, когда каждая посылка сопровождается поясняющим и толкующим примером. В расположении по силлогизмам применяются общие места как большие посылки, а причина --- пример также основаны на общих местах.

Когда введены эти правила, которые служат для расположения в ученых трактатах, дается анализ диалогов ("разговоров"), т.е. логика предстает персонифицированно, в виде словесных действий персонажей диалогов. После теории диалогов

("разговоров") Ломоносов дает теорию исторических описаний

, куда он включает разные жанры: историю, географические описания, описани нравов и поступков, описание предметов, вымышленные (художественные) описания, басни, эпос, притчи. Даются общие места, принятые в описаниях, и композици в изображении фабул в повествованиях, примеры, "вводные речи", "выступления" отступления и способы украшения речи в повествованиях и описаниях.

Последняя глава, завершающая учение о композиции, отводится Ломоносовым для изложения связи периодов с помощью союзов и бессоюзия.

На примере классической риторики Ломоносова можно проследить основные черты стиля, даваемые рациональной риторикой.

1. Риторика --- учение о развитии мысли в слове. Сюда равно относится и инвенция (изобретение) и элокуция (выражение изобретенного в словах). В основе инвенции и элокуции лежит понятие о семантизации высказываний в виде понятий и образов.

2. Опорой риторики (как учения о семантизации) является понятийная структура речи, которая дополняется эмоциональной выразительностью и эмоциональным воздействием на слушателя или читателя. Связь между понятийной и эмоциональной структурой речи лежит через теорию парадоксов

(витийство), где наряду с силлогизмами применяются софизмы

и приемы эристики. Предметно-теоретическа речь и вымышленная речь

(т.е. художественный вымысел) различаются, хотя все виды речи едины с точки зрения понятийности, эмоциональности и витийства.

3. Дидактическим центром риторики является красноречие. Красноречие образует образ оратора, тип красноречия, следовательно, определяет характер образа оратора. Воспитание образа оратора --- педагогическая цель риторики. У Ломоносова лучшим оратором является рассудительный, добродетельный и эмоциональный человек, обладающий волей стать общественным деятелем, полезным обществу. Эстетика речи сочетается с этикой, этика образуется через эстетику.

4. В учении о композиции фактически намечены: в теории хрии --- основы художественной речи, в теории диалога ("разговоров") --- описание, в ученой прозе даны правила составления ученых трактатов, которые сопровождаются построением художественной повествовательной прозы (басни, притчи, этические сочинения, повести, романы и т. п.).

Эти характеристики рациональной риторики содержат в себе единую цель --- формирование человека через обучение его наилучшим образом мыслить и чувствовать и выражать это красноречивым образом. Для этого создается нормирование приемов композиции, характерных для разных видов речи.

Так достигается цель воспитания человека нового стиля для решения любых жизненных, в том числе риторических задач.

Стилеобразующие задачи

рациональной риторики стали основанием для развити художественной речи, в центре которой лежит образ автора. Развитие художествен ной речи XIX в. и вытеснение риторики из образовани я предсказано стилеобразующими задачами самой риторики.

1.2.9. Упадок риторики

Развитие риторики в Европе далее шло как бы по двум направлениям.

1. Общим принципом было построение содержательного синтаксиса: выражение замысла в слове: инвенция --- элокуция --- элоквенция и отсюда детализация приемов красноречия тропов

и фигур

.

2. Разработка отдельных видов словесности, их композиции и стиля.

В конце XVII в. первое направление получило детальную разработку в авторитетных риториках Кемпбелла и Блэра в Англии. Второе выразилось в русской риторике, которая поделилась на общую и частную. Курганов, составив свой "Письмовник", фактически выделил частную риторику

, дав образцы составления текстов разных видов словесности [20]. Соотношение общей

и частной риторики

было разработано и вошло в практику трудами Н.Ф. Кошанского [17, 18].

Характерными чертами европейской

, а затем и североамериканской риторики первой половины XIX в. было внимание к воспитанию нового стиля и личности оратора практически независимо от вида словесности.

В России общему стилю

уделяли меньше внимания, главными стали разработка и подход к стандартизации составления текстов разных видов прозаической словесности.

Как выяснено теперь В.И.Аннушкиным, в середине XIX в. учебная риторика

1850 г., принадлежавшая И.И. Давыдову и К.П. Зеленецкому [3; 34], детально разработала виды прозаической словесности, подошла к определению исходных положений разных наук, указала на их различие и тем обосновала факультетскую классификацию наук. Чисто технические рекомендации риторики, с одной стороны, и развитие индивидуально-художественных стилей, с другой, породили негативное отношение к риторике.

Поэтому сочетание теории поэзии

и теории прозы

получило название "Теория словесности" как совокупное учение о языковых текстах. В это учение на элементарном уровне добавлялись и грамматические сведения, и сведения по стилистике. Термин "теория словесности" был введен, повидимому, Н.Гречем [11]. Теория словесности стала массовым учебным жанром, просуществовавшим немногим менее ста лет. Последней "Теорией словесности" стало переиздание работы с этим названием Овсянико-Куликовского в 1923 г. [25]. Но эта работа наследовала принципы А.А. Потебни, готовившего лекции по "Теории словесности", где он фактически излагал уже поэтику

[28; 29].

В Западной Европе и Северной Америке до середины XIX в. учебная риторика

фактически становилась нормативно-стилистическим учением и постепенно стала третироваться как чисто учебная дисциплина, не имеющая серьезных научных оснований [31].

Отказ от риторики происходил на фоне развития художественной литературы, которая стала массовым видом словесности, основой школьной хрестоматии и основой изучения языка. Художественная литература

стала пониматься как основной источник новой стилистики, как "властительница дум".

Этому содействовало становление сравнительноисто рического языкознания. Обращение к исходному виду словесности --- фольклору

произошло одновременно с развитием сравнительно-исторического языкознания

, так как сравнительно-историческое языкознание

предполагало установление культурных истоков языка в дописьменном состоянии. Дописьменное состояние языка и фольклор как его культурная текстова основа стали пониматься как поэзия. Сказка, песня и эпос в их долитературном состоянии, равно как и миф, стали относиться к поэзии и считаться предшественниками и истоками художественной литературы.

Развилась философия поэтики. В этих условиях риторику как учение только о прозе стали понимать как школьную схоластику, не могущую служить воспитанию нового стиля. Риторика была устранена из образования, риторические проблемы перешли в ведение поэтики и философии поэтики. Наиболее яркое выражение это движение получило в творчестве А.А. Потебни. Основные положения философии поэтики А.А. Потебни можно суммировать так:

1. Творческое начало лежит в поэзии. Поэзия есть словотворчество.

2. Основа словотворчества --- народная устная речь. Остальные поэтические виды слова действуют в словотворчестве так же, как в народной речи. Так развивается общество, общественный интеллект, а за ним материальная культура.

3. В словотворчестве автор анонимен, созданное им слово может быть принято народом, а может быть и отвергнуто, и забыто. В этом механизм развити языка.

4. Каждый язык, благодаря такому методу словотворчества, имеет свой смысловой и формальный склад и развивается только в рамках национальной самобытности.

5. Проза есть вырожденная поэзия, так как в прозе происходит стирание внутренних форм слов

, составляющих основу поэтического творчества. Десять веков церковнославянского языка есть упадок языка, так как это господство прозы.

6. Поэт вдохновляется сам благодаря поэтичности своей натуры, его творчество отражает новый духовный и материальный мир. Критик выше поэта, так как в нем сосредоточена духовность разных поэтов и критик осознает движение мира более всесторонне, чем поэт. Лучший образец критика --- В.Г. Белинский.

Видим, что Потебня фактически описал роль языка в обществе, но при этом исключил влияние прозы, сохранив действенную силу только за поэзией.

1.2.10. Риторические научные дисциплины XX в.

В ХХ в. складываются средства массовой информации и информатика

. Это техническое достижение

, т.е. создание механических и электронных средств передачи и хранения речи

, впервые ставит вопрос о том, что:

а) создатель речи есть коллектив, снабженный техникой, а получатель речи не может владеть техникой создания речи, а может распоряжаться только техникой получения речи;

б) время получателя речи на восприятие речи ограничено, поэтому и способность общества к речевому управлению ограничена;

в) речь средств массовой информации и информатики однонаправленна. Диалог между создателем речи и получателем в том же виде словесности невозможен.

Это возрождает проблематику риторики. Но само имя "риторика" понимается только либо в историческом смысле изучение античной филологии

и ее изводов

, либо применительно к устной ораторской практике. Риторика рассматривается как "свободное искусство", а состояние речевых коммуникаций

в условиях действия средств массовой информации и информатики требует эмпирического научного подхода и количественных методов анализа.

Количественные методы анализа

и строгая дедукция

, сопряженная с ними, не могут считаться "свободным искусством". Поэтому для проблематики, поставленной античной риторикой, стали изобретать новые имена вместо того, чтобы разграничить риторическую науку и искусство речи, в том числе ораторику.

Первым видом научных исследований речи стал контент-анализ

. Контент-анализ занимается проблемой восприятия речи и, следовательно, практической проблемой речевого управления аудиторией.

Контент-анализ

появился на рубеже XIX и XX вв. в США. Было замечено, что получение текста человеком и его восприятие неадекватно пониманию. Упрощенно это значит, что в памяти человека остается как бы реферат основного содержания текста, сделанный под тем углом зрения, под которым данный текст был интересен воспринимающему.

Если тексты одного рода многочисленны и объемны, то это значит, что они вообще не могут быть восприняты отдельным человеком. Но понимание не предполагает удержание в памяти всех воспринимаемых единиц, а только тех смыслов, которые интересуют воспринимающего, и тех единиц текста

, которые воплощают этот смысл.

Из опыта филологии была известна возможность проводить статистические анализы текста

ради установления стилевой идентичности авторства. Такие статистические анализы проводились, в частности, для судебной экспертизы. Статистика речи предполагает, что нет необходимости анализировать весь массив речевых событий. Можно с высокой степенью достоверности анализировать не все речевые события, а выборочно, экстраполируя данные выборки на всю генеральную совокупность.

Идея контент-анализа состоит в том, чтобы взять выборку из текстов одного рода, например из газет, назначить единицы выборки, исходя из интересов читателя (который выступает как заказчик), и определить частотные характеристики единиц выборки и их статистические корреляции. Так составляется реферат текстов, отражающий понимание текста заказчиком исследования. Такой реферат будет более объективным, чем индивидуальное понимание, потому, что им охвачен значительно больший массив текстов, чем может воспринимать отдельный человек, и потому, что статистические корреляции между разными единицами смысла, данными в тексте, более надежно отражают, что может быть дано в личном понимании отдельного человека.

Контент-анализ производится специалистами по заказам. Каждый заказ формирует угол зрения, под которым заказчик желал бы воспринять текст. Например, как в массовых изданиях упоминается продукция фирмы и соответственно какой авторитет имеет эта продукция у массового потребителя. Этот анализ может касаться не только товара или услуги, но и человека, например, артиста или политического деятеля или цитируемого автора, т.е. всего того, что может интересовать заказчика.

Следуя этому принципу, можно не только подвергать анализу тексты уже имеющиеся, но и специально создавать тексты для контентанализа. Такими текстами являются анкетные опросы общественного мнения. Здесь сами тексты создаются и распространяются по принципу статистической выборки

, отражающей состав общества

. Когда анкеты возвращаются аналитикам, их содержание исследуется методом контентанализа и устанавливается отношение людей к вопросам, поставленным анкетами. Так дополнительно к организациям, занятым контентанализом, создаются организации, исследующие общественное мнение, т.е. изучающие состояние аудитории в данное время, в данном месте и ее отношение к данной проблеме.

Генерализация принципов контентанализа по отношению к аудитории была произведена в начале 30х г. контентаналитиком Ласуэллом [44]. Ласуэлл создал систему общих мест, по которым должен проводится контент

анализ любого текста. Эти общие места исчерпываются следующей формулой: кто говорит?, кому говорят?, что говорят? через какой канал (т.е. в каком виде словесности) и с каким эффектом? Эти общие места позволяют оценить не только характеристики одной группы текстов, но и всей совокупности текстов, циркулирующих в обществе.

Развитие контентанализа далее шло по линии детализации этих общих мест в целом и применительно к конкретным видам словесности

. Филологическое и статистическое уточнение общих мест применительно к конкретным видам текстов, представленное в работах Карни

[41], позволило на основании естественного принципа восприятия текста человеком (а не понимания текста под своим углом зрения) показать, что каждый вид текста обладает своей системой конкретных общих мест

, т.е. имеет свою схему понятий, составляющих качественный инвариант текстов. Для этой цели разные виды текстов подвергались обследованию с точки зрения их филологической членимости и синонимизации частей текста методами дистрибуции

с последующей статистической обработкой

.

Большим успехом метода Карни стало выявление так называемого "символического зонтика" (simbolic umbrella) в массовой информации, т.е. исчленение и описание системы символов текстов массовой информации в данное время и в данном месте.

Филологический контентанализ Карни был теоретически предсказан идеей фанероскопии Пирса [48], который рассмотрел последовательности и показал своеобразие каждого вида словесности с точки зрения общего смысла текста, а также во многом аналогичным идеям Перельмана

[49]. Это позволило возвратиться к пониманию того, что в каждом виде словесности присутствует своя генеральная модель действительности, что было уже фактически высказано русской частной риторикой 1820_1850-х г. XIX в. (И.И. Давыдов

, Н.Ф. Кошанский, К.П. Зеленецкий) [12; 14; 15; 17; 18].

Таким образом, контентанализ охватил следующие проблемы научной риторики:

1. Отношение между восприятием и пониманием конкретной речи.

2. Смысловые возможности восприятия и понимания текста аудиторией конкретной и общей.

3. Анализ отношения аудитории к тем или иным фактам действительности.

4. Общие места

любого текста и общие места каждого вида словесности.

Наряду с контентанализом возникла потребность усовершенствовать ораторскую речь в условиях массовой коммуникации

, так как массовая информация наряду с письменной формой речи ввела и устную речь не только через электронные средства, но и в непосредственное общение. В американской системе образовани появилась новая дисциплина, которую стали называть "Речь" (Speach). До этого обучение активной речи строилось по литературно художественным образцам, на школьном театре, декламации и письменных сочинениях на литературные темы, преимущественно в плане литературной критики (Literary criticism). Эти средства обучения активной устной речи

были сочтены недостаточными, так как практически исключали навыки изобретения речи. "Речь" должна была дать не только навыки элоквенции, но и навыки инвенции и элокуции и составлять вместе с композицией

и декламацией существенную часть обучения активной речевой практики.

В теоретико-дидактическом плане "Речь" потребовала возрождения истории риторики. История риторики

в трактовке Д. Кларка

предполагала развитие особой историографии риторики [43]. Историографические принципы Кларка в основном сводились к проведению связи в области организации речи через обычай и закон от Римской республики

к американской демократии

и, отсюда, к утверждению, что ораторская речь в ее содержании может изменить ход истории, т.е. ораторская речь

(не экономика!) изменяет духовное состояние общества и дает импульсы к направленному изменению общественной жизни. Эти идеи истории риторики позволили иначе посмотреть на историю литературы. Если в Европе история литературы включает в себя историю художественной литературы и художественнолитературной критики, то в Америке вводится понятие литературной истории Америки. Литературная история включает в себя как ораторскую прозу, так и поэзию и представляет собой историю общественной мысли, выраженной в речи.

Существенным дополнением литературной истории стали хрестоматии образцовых речей, повернувших ход истории США и подлежащих обязательному изучению как высшие образцы стиля. Изучение хрестоматий составляет основную часть обучения идеям американизма как государственной идеологии США. Наряду с хрестоматиями, дающими прецеденты речевой практики, развивается теоретическая дисциплина, называемая риторической этикой. Риторическая этика представляет собой учение об этических нормах именно речи. Исторически это продолжение различий между эристикой, софистикой и диалектикой

в плане условий формирования смысла речи. Нильсен предлагает отнести все приемы эристики к "пропаганде" и запретить ее как нечестную речь [47]. Речь диалектическую и софистическую cледует строить по трем "альтернативам": выбор личной темы, которой надо заниматься предположительно на протяжении всей ораторской карьеры, выбор аудитории, перед которой можно успешно осуществлять свою речь по поводу своих проектов; и в ходе речи излагать свой проект на фоне возможных альтернатив ему. Таким образом, задача оратора --- соединить ораторику и гомилетику в преследовании своей цели, активизировать изобретения и довести их до реализации.

Кроме вышеназванных дисциплин, стала развиваться также теория коммуникаций (Theory of communication или communication theory). Смысл теории коммуникаций --- изучение проблем влиятельности и эффективности речи

. Теория коммуникаций исходит из того, что с лингвистической точки зрения речевая коммуникаци происходит как процесс кодирования и декодирования языковых знаков, и если оба участника коммуникации одинаково владеют языковым кодом, то передача мысли должна быть всегда успешной. Однако этого не происходит, и слушающий и читающий не воспринимают смысла речи полностью или воспринимают не так, как того хотели говорящий и пишущий. Необходимо было исследовать, отчего это происходит.

Теория речевых коммуникаций занялась перечислением факторов, могущих служить помехой в восприятии и понимании речи, т. е. выяснением так называемых "шумов". К этим факторам пришлось отнести действительные технические помехи в канале коммуникации (неясное произношение, нечеткость восприятия сигналов и др. подобные факторы, создающие отвлечение внимани переменами в окружающей обстановке), отсутствие у реципиента

навыка в восприятии данного вида речи или так называемых фоновых знаний, которые могут быть различны у коммуникатора (говорящего и пишущего) и реципиента

.

Наиболее полный перечень факторов такого рода произвел Вильбур Шрамм [50; 51]. Он же дал оценку этим факторам и описал их сравнительные характеристи ки. Одним из факторов оказалось толкование полученной речи. Одна посылка текста (message) всегда сосуществует с другими, полученными по этому же или другим каналам коммуникации

(т.е. видам словесности). Реципиент

поэтому воспринимает единичную речь

(message) на фоне других речей и совместно с ними. При этом разные речи являются помехами одна другой, так как каждая не только занимает время и внимание реципиента, но и содержит свою содержательную информацию, которая не обязатель но согласуется с другими речами по смыслу.

Для понимания речи в любом виде словесности

(канале коммуникации) эти сопутствующие высказывания играют существенную роль. Для толкования смысла речи решающим является обращение к основным, исходным видам речи, т.е. к устной диалогической речи в обыденном общении. Обыденная речь происходит в так называемых неформальных группах

(в кругу соседства и родства). Речь в неформальных группах управляется лидерами этих групп --- неформальными лидерами. Толкование, которое дают речи эти лидеры, является решающим дл понимания и осознания содержания речи более высоких видов речи (книг, сообщений СМИ и др.). Исследование факторов общения

в теории коммуникаций повлекло за собой серию психологических экспериментов по речевому общению

, а изучение толкований речи в неформальных группах

--- ряд работ по социологии речи

. Дисциплина "Речь" стала объединяться с теорией коммуникаций в единый университетский курс.

Научная риторика в США рассмотрела основные формы организации отдельного высказывания: 1. Отношение между участниками коммуникации --- риторическая этика. 2. Оценка общего содержания речей --- контент-анализ

. 3. Факторный анализ

восприятия речи в психологическом и социальном аспектах. 4. Подготовка современного речедеятеля с целью активизации его действий и продвижения своих проектов (риторическая этика).

1.2.11. Языковое существование человека

и народа

Роль речевой деятельности как ведущего начала общественного развития была утверждена в теории и на практике в Японии, где соединение теории речевой деятельности и практики получили название "языковое существование" (человека и народа). Речевая деятельность была истолкована как естественная среда бытия общественного человека. Развитие этой среды в целом и нахождение в этой среде и успешное пользование ею рассматриваются как критерий успеха человека и общества.

Практика "языкового существования" показала, что речевые действия основной ресурс социального и экономического развития. "Языковое существование" включает в себя следующие части:

1. Развитие этикетных форм общения, которые позволяют создать благоприятный эмоциональный климат в обществе.

2. Развитие образования на основе образовательных стандартов, построенных на словарной основе, позволяющих сформировать высокий уровень знаний, при котором научные знания слиты с языковыми.

3. Усовершенствование языка общения, его словарного состава на основе широких статистических обследований

лексики и лексикостилистики и создание рекомендаций пользования словарем речедеятелей, принадлежащих к разным профессиям.

4. Регулярные статистические обследования времени, затрачиваемого на речь: говорение, письмо, слушание, чтение --- разными категориями людей, различаемыми по их занятиям.

5. Регулирование массивов речи

по суткам, неделям и месяцам так, чтобы каждый вид речевого общения имел наибольшую эффективность. Особенно это относится к массовой информации.

6. Создание легко читаемых и легко исполняемых форм документов

, стандартных личных и деловых писем.

7. Поощрение массового непрофессионального литературного творчества, создание предпосылок для речевого искусства всей массы речедеятелей.

8. Статистические обследования, учет и систематизация распределени времени на речевые действия

в их отношении к неречевым действиям: труд, отдых, сон, гигиена тела и т. п.

Все это вместе образует картину речевой деятельности общества и возможность управлять этой деятельностью в интересах прогресса общества в целом (образование, здоровье, оптимистическое самочувствие, успехи в трудовой деятельности). Это достигается регулированием объема каждого вида словесности

в обществе в целом и в его отношении к отдельным категориям людей

, различаемых по полу, возрасту и профессии, построением содержания образования на историкокультурной основе, распределением тематики речи в зависимости от запросов общественной жизни и производства.

Всесторонний охват аспектов речевой деятельности

, их обследование и регулирование в конечном счете привели к процветанию японского народа после разрушитель ных войн и застоя, сложившегося в предвоенные годы.

1.2.12. Основные этапы развития риторики

от искусства к науке

Основные этапы развития учения о речи --- риторике --- показали, что сложившаяся в античности теория речи

как инструмента развития общества полностью подтвердилась на всех этапах развития европейского и азиатского общества: педагогическая система Квантилиана --- гомилетика --- рациональная риторика --- поэтика

и поэзия --- научная риторика

XX в.

Схема 1.12 иллюстрирует эти этапы развития (стр.58).

Схема 1.12

На схеме 1.13 показано, что развитие теории речи --- риторики --- совершает как бы своеобразный круг, в котором общественные задачи риторики как исходного средства существования и развития общества дифференцируются по своим частным задачам и интегрируются снова в научной риторике

.

Схема 1.13

Так обнаруживаются функции риторики: общественное управление

, формирование морали, нравственности и этики, формирование стиля, исследование психологии речетворчества. Эти функции риторики могут быть поняты и как ее задачи.

Современная научная риторика

не отменяет искусства риторики в ее задачах педагогических (моральных), стилистических, психологических, но, напротив, служит осознанию и научному анализу этих задач. Так новая область риторического исследования

средствами теоретической науки

(а не только из прецедентов) позволяет глубже уяснить суть феномена речи

и тем, в частности, помочь риторическому искусству.

1.3. Этос. Пафос. Логос.

1.3.1. Определение терминов

Термины "этос", "пафос", "логос" --- основные для риторики. Этосом принято называть те условия, которые получатель речи предлагает ее создателю . Эти условия

1.3. Этос. Пафос. Логос.

касаются времени, места, сроков ведения речи, и этим определяется часть содержания речи, по крайней мере, ее тема, которую получатель речи может считать уместной или неуместной. Неуместную речь получатель речи вправе отклонить. Главным признаком уместности является тема речи, при условии, что время, место и сроки речи согласованы между участниками речевой коммуникации.

Пафосом принято называть намерение, замысел создателя речи, имеющего цель развить перед получателем определенную и интересующую его тему. Пафос ограничивается категорией этоса с одной стороны, т.е. может реализоватьс лишь в пределах ее места и времени. Другим ограничением пафоса являютс словесные средства, которыми располагает создатель для установления контакта с получателем речи.

Логосом принято называть словесные средства, использованные создателем речи в данной речи при реализации замысла речи. Логос требует, помимо воплощени замысла, использовать такие словесные средства, понимание которых было бы доступно получателю речи.

Таким образом, этос создает условия для речи, пафос --- источник создания смысла речи, а логос --- словесное воплощение пафоса на условиях этоса.

Проиллюстрируем это на примерах: Франциск Асизский проповедовал птицам. Его пафос был ничем не стеснен, но птицы не предложили проповеднику никаких условий этоса, и поэтому само воплощение пафоса в логос в проповеди никого не затронуло. Вот пример чистого пафоса

.

Гулливер попал в страну Гуингмов. Гуингмы --- существа вежливые, они позволяли Гулливеру говорить, но он не знал языка гуингмов, поэтому не мог им объяснить своих мыслей. Вот пример нужды в логосе

.

Дурак из сказки приветствовал похоронную процессию словами: "Таскать вам --- не перетаскать" и был бит. Эти слова он выучил от людей, занятых уборкой урожая, и применил неуместно. Вот пример этоса.

Это литературные примеры. Теперь жизненный пример. Собрание назначается в определенном месте, в определенное время и на определенную тему. Это --- этос. Замсел речи у участника собрания должен быть им продуман в связи со временем, местом и темой собрания. Это пафос. Участники собрания должны применять только те языковые средства, которые понятны всем. Так, на ученом совете Киевского университета можно выступать и поукраински, и порусски, а на ученом совете Колумбийского университета можно построить речь только поанглийски. Это логос.

Три основные категории риторики

--- этос, пафос, логос --- находятся в связи друг с другом и как бы переходят одна в другую.

1.3.2. Последовательность речевых действий

Риторика представляет речь в виде последовательности речевых действий.

Последовательность речевых действий

бесконечна, на каждом звене этой последовательности получатель речи

становится создателем речи

:

Функции получателя речи (П) и создателя речи (С) присущи каждому звену последовательности речевых действий, поэтому при каждом речевом действии каждое последующее звено предъявляет предыдущему требования этоса.

Но речевая цепь оборвалась бы, если бы каждый создатель не выполнял бы требований пафоса, т.е. намерения высказать содержание, неизвестное очередному получателю речи.

Изображение символически показывает, что видимой в данном речевом действии частью является логос (Л), а пафос (Пф) и этос (Э) невидимы, так как они представляют условия совершения данного речевого действия: пафос скрыт в душе создателя речи, а этос скрыт в предшествующих речевых действиях, в которых создавались условия, определяющие возможность принять речь.

Но пафос есть то, что вызовет речь, а этос --- то, что создаст для нее условия: и этос, и пафос находятся как бы в человеке. Человек слушающий --- носитель этоса --- становится говорящим --- носителем пафоса и, отсюда, по признакам пафоса и этоса человек меняет свое место в речевой цепи: из носителя этоса как получатель речи, он становится носителем пафоса как создатель речи.

Квадратные скобки обозначают этос, а круглые скобки обозначают логос как понятное обоим слово. Логос --- речь материально осязаемая, а услови этоса известны из содержания предшествующей , нередко далеко предшествующей речи.

По скобкам речевая цепь может быть поделена на два отрезка:

Оба отрезка имеют по три позиции и по составу позиций могут быть записаны в виде трех столбцов:

(номера I, II и III обозначают позиции). Запись столбцами имеет смысл потому, что получатель речи есть тот же человек, что и говорящий. Он сочетает в себе символ человека (Х) и символ речи ( ), т.к. меняет свои функции от получателя к создателю и наоборот.

Первая строка может быть записана следующим образом:

"Создатель речи --- речь --- получатель речи",

Вторая строка записывается так:

"Получатель речи --- создатель речи --- речь".

Это позволяет уточнить отношения этоса, пафоса и логоса.

"Создатель речи --- речь --- получатель речи"

"Получатель речи --- создатель речи --- речь"

Рассматривая появление категорий этоса, пафоса и логоса по позициям, устанавливаем:

I

II

III

пафос

логос

этос

этос

пафос

логос

В таблице 1.2 связь позиций и терминов показана в виде матрицы.

Таблица 1.2

1.3.3. Диалектика

--- источник категорий речи

Перед нами элементарная матрица дистрибутивного различения, котора позволяет различать в речи, данной в виде логоса, т.е. словесно выраженной звуком или на письме, важные смысловые категории, которые не могут быть объяснены звуком, но тем не менее существуют-то как часть личной психологической природы человека (пафос), то как часть его социальной природы (этос). Дл наблюдателя смысла речи эти индивидуальнопсихические и социальные категории включены в ее словесно осязаемую (видимую и слышимую) природу и одушевляют эту природу, так как без этоса и пафоса логос теряет смысл.

Идея такого троичного различения структуры речевого действия

, несомненно, восходит к практике античной диалектики, когда философы установили, что для того, чтобы совместно искать истину (а не личную выгоду или что-либо еще), нужно, чтобы был правильный диалог

, когда философ, выслушивая речь полностью, дает на нее полный же ответ, т.е. по правилу диалектики участник диалога из слушающего становится говорящим, рассуждая на ту же тему и по тем же смысловым правилам.

Принципы риторики

происходят из диалектики. Характерно, что цивилизации Востока не разработали принципов риторики, так как диалектическая философская беседа не была свойственна их культурам. Арабский исламский мир разрабатывал риторику по греческим образцам и главным образом как гомилетику и логико-философские трактаты, индуизм сосредоточился на философско-психологической проблематике; буддизм, разработав логику, использовал ее как гомилетику; китайская филология использовала логику "Книги перемен

" для композиционных форм письменно-литературных сочинений. Поскольку диалектика

как диалог по особому условию не стала обычаем восточного общества

, представлять человека как создателя и получателя речевой семантической информации

как бы не было нужды.

Категории этоса, пафоса и логоса можно отыскать только в литературной критике, но эти категории в литературно-критических сочинениях существуют имплицитно

, их можно выделить только путем специального анализа.

1.3.4. Место риторики: противопоставление поэзия - - проза

Риторика традиционно противопоставляется поэтике, грамматике и стилистике. Этос, пафос и логос ярче объяснятся, если рассмотреть, как эти главные понятия риторики сополагаются с отправными понятиями этих наук.

Традиционно считается, что риторика относится к ораторской прозе или к прозе документной, научной

и пр., а поэзия --- к поэтическим произведениям. Считается, что поэтика и риторика отвлекаются от разного эмпирического материала

текстов, и поэтому они различны.

Действительно, эмпирический материал

текстов, являющихся примерами и образцами для поэтики и риторики, различен. Аристотель показал, что важнейшими родами ораторской речи являются судебная, совещательная и показательная речь с их разным отношением ко времени предмета описания: совещательна говорит о будущем, судебная --- о прошлом, а показательная --- о связи прошлого с будущим [7, 116]. Роды поэзии иные. В поэтике Аристотеля родов поэзии тоже три: эпос, лирика и драма. Они различаются не отношением ко времени описываемых событий, а степенью украшенности: малой --- эпос, средней --- лирика и полной --- драма [7, 117]. Под украшенностью понимается не словесный строй речи

, а внешние по отношению к речи семиотические действия

: костюм, музыкальное сопровождение, театр и все сюда относящееся, кроме речи.

Эта классификация действительно является индуктивным отвлечением от практики ораторской речи, с одной стороны, и художественной речью, с другой. Но Аристотель одновременно показал, что прозу и поэзию разделяют более глубокие принципы: задачей риторики является убеждение, а задачей поэзии --- подражание. Аристотель не отнимает у поэзии учительной стороны, но говорит, что учительные свойства поэзии не стойки, что хотя и можно поучиться на поэтических текстах, но слушатель скоро забывает их вразумляющий эффект.

Как видим, диалектика

при этом сопоставлении не рассматривается.

Полезно соположить эти основные эмпирические качества. Поэзия: цель --- подражание; роды --- эпос, лирика, драма. Риторика: цель --- убеждение; роды --- совещательная, судебная, показательная (речь). В обоих случаях есть категория цели и есть разделение на роды. Несомненно, что цель как побудительный источник речи относится к категории пафоса, роды поэзии и прозы связаны с организацией собрания людей (театральное зрелище, домашнее музицирование, публичное исполнение эпоса, народное собрание, праздник, суд), т.е. они есть проявление категории этоса в его разновидностях (различия в социальной организации речи). Что касается логоса, то есть общие и различные части. То, что относится к делению слогов, звуков

, частей речи

(трехчастное деление: подлежащее, сказуемое --- предикат, член --- связь между ними) равно относитс и к поэзии, и к прозе. Это же относится и к начаткам категории стилистики

. Но то, что различает поэзию и прозу, --- это категория общих мест в риторике и ее отсутствие в поэзии, хотя есть ссылки на мифологию и быт в сфере подражани --- мимесис. Это значит, что у Аристотеля фактически присутствует понятие логоса как общее понятие для поэзии и для прозы и в частных разновидностях для этих областей речи.

Отсюда следует, что и к поэзии, и к прозе равно применимы категории: этос, пафос, логос, так как, исходя из этих понятий, развиты специальные понятия поэтики и риторики, и эти категории являются категориями речевой деятельности

вообще и, следовательно, категориями риторики как учения о речи. Поэзия, как это дано у многих позднейших риторов, является разновидностью речи и, следовательно, подчиняется прежде всего общим законам риторики

, а потом уже частным ее законам применительно к поэзии. Сводить риторику к какому-либо частному виду речи --- ораторике, гомилетике, научной прозе

и пр. --- нельзя, так как это тоже разновидности речи

. Отсюда можно определить поэтику как частную риторику художественной речи, видоспецифической особенностью которой является мимесис.

1.3.5. Место риторики: отношение к грамматике

Отношение риторики (или ораторики и поэтики вместе) к грамматике (или лингвистике) имеет иной характер. Принципом грамматики является выделение и описание тех элементов речи

, которые достаточно регулярно и по определенным правилам воспроизводятся (а не производятся) в разных по авторству и аудитории речевых действиях. Грамматика отвлекается от того, кем, когда, для кого, на какую тему и каким образом было создано высказывание. Схема 1.14 показывает, как граматика, рассматривая высказывания, которые произведены во всех мыслимых условиях, находит в них близкие по материальной форме, значению и использованию части и делает их предметом описания.

Схема 1.14

Схема 1.14 изображает, что из трех реальных высказываний (1, 2, 3) грамматику интересует факт их делимости на части (a, b, ....) и места, которые эти части занимают в высказывании. То, что относится к речевому действию

, т.е. цель его, кто на кого воздействует, какими средствами, с каким результатом, для грамматики не существенно. Поэтому любое, самое разное речевое действие называется нейтральным словом "высказывание". Для грамматики основным свойством высказывания является его делимость на части и возможность отождествить полученные в результате деления части с подобными частями других высказываний.

Части, отождествляемые в разных высказываниях в зависимости от места, занимаемого ими в разных высказываниях, сводятся в особые классы --- парадигмы. Это делается для того, чтобы одну какую-либо единицу из парадигмы, в случае нужды, выбрать и поставить на свойственное данному классу единиц место.

Грамматика (современная лингвистика) служит для создания возможности построить любое высказывание, т. е. совершить любое речевое действие

, независимо от его замысла и назначения.

Это свойство грамматики (лингвистики) обычно обосновывается тем, что каждый из говорящих является и слушающим, т. е. на том, что речь обратима и едина в создании и восприятии.

Это допущение лингвистики является источником построения ее категорий, таких, как синхрония --- диахрония

, язык человека --- язык общества, норма

--- отклонение от нормы

. Все эти основные категории основаны на понятии правильности построения высказываний

и ошибок при отклонении от правил. Для пояснени своих категорий лингвистика прибегает к образу шифровки и дешифровки, кода и сообщений. Для того, чтобы передать секретное сообщение, его зашифровывают, чтобы нежелательные лица не узнали его содержания, а затем дешифруют. На схеме 1.15 показано, что говорящий и слушающий, используя язык в лингвистическом понимании, поступают точно также: придают мысли зашифрованную в виде условных знаков форму, а затем дешифруют и узнают содержание сообщения.

Схема 1.15

Этот образ хорошо передает принципиальное различие в действиях грамматика и ритора.

Шифровальщик и дешифровщик не интересуются содержанием сообщения. Содержание сообщения важно для тех, кто его создает и получает, т.е. для речедеятелей, совершающих речевое действие. Шифровальщик и дешифровщик лишь перекодируют элементы сообщения и создают возможность секретной передачи сообщения. Им неважно, на кого и как сообщение воздействует. К смыслу сообщения они не должны иметь интереса. Если такой интерес проявится, то это будет, по меньшей мере, нарушением служебной этики.

Схема 1.16 иллюстрирует, что лица, заказывающие шифрование сообщений, напротив, есть реальные участники речевого действия

.

Схема 1.16

Риторика анализирует речевое действие, грамматика говорит о том, как обеспечить понятность слов и выражений, составляющих речевое действие.

Для риторики смысл всякого речевого действия

у создателя речи один, а у получателя другой. Для грамматики смысл у обоих участников коммуникации с помощью речи одинаков.

Для риторики те, кто образуют речевое действие, получают речь, всегда различные категории людей, для грамматики это не значимо.

Для риторики существенен результат речи

, для грамматики это несущественно.

Это различие показывает, что ни риторика, ни грамматика в отдельности не могут считаться наукой о языке только потому, что они изучают как материал наблюдения речевую деятельность людей. В одном и том же материале эти науки видят разное, так как каждая из наук имеет свой принцип, свои отправные понятия и те факты и стороны наблюдаемого предмета, от которых они отвлекаются.

1.3.6. Место риторики: отношение к грамматике

и стилистике

Еще одной наукой о языке является стилистика

. Роль стилистики состоит в соединении риторических и грамматических представлений о языке. Существуют риторическая

и поэтическая стилистика

, с одной стороны, и лингвистическая

--- с другой.

Стилистика

--- более широкая область наблюдений. Она относится, по сути дела, к любым поступкам человека, может быть стиль инженера, политика, архитектора, музыканта, стиль правления, стиль времени и т.п. При изучении фактов речи стилистика развила следующие категории:

а) тропы

и фигуры речи

, которые обычно излагаются в риториках и поэтиках, --- назовем их риторической стилистикой; б) стилистические пометы в словарях, вроде: просторечие, возвышенное, специальное и т. п., --- назовем это лингвистической стилистикой; в)функциональная стилистика; учение о том, в каком виде словесности какие композиционные построения

и какие лексические единицы

и грамматические конструкции

употреблены.

Эти три категории стилистики относятся именно к речевым действиям. В работах по литературоведению

применяются категории, которые соединяют не только речь, но и другие виды деятельности, говорят о готическом романе, литературе барокко

, классицизме

и модернизме в литературе

и т. п. Эти классификации относятся к стилю деятельности

вообще, и в том числе к литературной деятельности.

Что касается стилистики речевой деятельности

, то она противополагается и сополагается с поэтикой

и риторикой

, с одной стороны, и с грамматикой

(лингвистикой

), с другой. Назовем ее речевой стилистикой . Таблица 1.3 показывает, как различаются и соединяются категории речевой стилистики.

Таблица 1.3

Таким образом, виды речевой стилистики составляют единство и каждый вид рассматривает стиль речевого действия

или стиль высказывания

со своей точки зрения. Композиция

--- существенный индивидуальный момент речевого действия, речевого поступка

. Есть типы композиций

, характеризующие вид словесности, например, показательную речь или документ, но конкретный текст данного вида обычно придерживается типа композиции, но может и изменять отчасти этот тип, добавлять или опускать что-либо из типовой композиции.

Слова и выражения всегда стилистически определены, их определение может быть дано либо по отношению к виду словесности: научное, специальное, церковное и т. п.; либо по отношению к конкретному слову: нейтральное, возвышенное и т.п.; либо по происхождению, например: церковнославянское, тюркское, латинское и т. п. Характеристики лексики по происхождению и употреблению пересекаются, и в каждом словаре есть своя система стилистических помет.

И риторическая стилистика, и лингвистика отличаются одним общим свойством. Они представляют собой инвариантные единицы

, выделенные из разных речей, принадлежащих разным видам словесности, т. е. по методу образования эти единицы стиля речевых произведений такие же, как лингвистические единицы

. Например, метафора

или риторический вопрос как категории стилистики отвлекаются от явлений речи так же, как и грамматические формы. Они, так сказать, "аграмматичны" по способу наблюдения и описания.

Пометы стилистического характера, даваемые в словарях, служат для выбора слов при построении данного высказывания. Выбор слов не факультативная, а обязательная часть речевого поступка. Речевой поступок

, речевое действие и выбор слов в нем отражает пафос, регулируется этосом и представляет собой логос. По методу использования это риторика. Композиционная сторона высказывани может быть типовой (как лингвистический инвариант) и элементом индивидуализации высказывания (как вариант). Отношение вариантов к инварианту есть отношения культурного образца

и действия с учетом образца, т.е. относится к использованию культуры, к культуре речи

(отсюда типовые письма в письмовниках, открытки со стандартными текстами и др.).

Это значит, что стилистика применяет грамматический метод наблюдени и описания ради риторического использования по законам речи. Стилистика составляет то, что соединяет и различает риторику и грамматику. Стилистика в ее отношении к грамматике и риторике объясняет особенности подходов риторики и грамматики к высказыванию, речевому действию. Таблица 1.4 иллюстрирует сказанное.

Таблица 1.4

К таблице 1.4 следует сделать такие пояснения. Стилистика не является обязательной составляющей любого высказывания. Человек, плохо владеющий языком, например, только что изучивший его грамматические основы

, совершает речевое действие. Для того, чтобы оно состоялось, достаточно его намерения сообщить что-то и приблизительно правильного грамматического построени при соблюдении элементарных правил речевого поведения. Высказывание (речевое действие) будет неискренним, но все же состоится. Категории риторической стилистики (тропы

и фигуры

) представлены не во всяком высказывании, стилистические пометы (лингвистика) могут быть неизвестны, а композиция высказывания

(функциональная стилистика) может совпадать с грамматической формой предложения. Это же относится к детям, изучающим язык, и к лицам, плохо владеющим языком. Без логоса нет речи. Стиль же еще не логос.

Уместность речи не требует грамматики. Грамматика ничего не говорит о месте речевого действия, о времени речевого действия и о предмете речи

. Грамматика не называет географической или социальной точки пространства, наречия и существительные места говорят о соотносительности понятия места, но не о реальном месте, в риторике и стилистике речь идет о конкретном месте. Время в грамматике также относительно, но в риторике это реальное астрономическое и историческое время также, как и в стилистике. Для грамматики неважен конкретный предмет --- материя речи

, категории предметности

, субъектности

, объектности

, действия, страдания и т. п., есть особые грамматические понятия, с помощью которых можно вести речь о любой материи (о людях, животных, звездах и т.д.). Это значит, что грамматика незначима для уместности речи как категории этоса.

Риторика, имея целью воздействовать на другого и других, не обязательно использует общественную культуру речевого общения

. В особых обстоятельствах ритор иногда допускает ради своих целей замену речи жестом или действием, которые иногда могут заменить письменную и устную речь. И грамматика, и стилистика оказываются ненужными в таких обстоятельствах. Но грамматически верная речь всегда сопрягается с определенным стилем, по меньшей мере, функциональным.

Соотношение риторики, грамматики и стилистики устроено так, что для красноречия, т.е. совершенной по форме и смыслу речи, ритор должен владеть грамматикой

и речевой стилистикой

. Иначе ритор будет, а красноречия не будет. Наша практика показывает это ежечасно и ежеминутно. Для того, чтобы риторика была краснословна, риторов обучали сначала грамматике, а потом стилю. Но риторика в категориях этоса, пафоса и логоса не зависит от красноречия. Определения риторики как учения о красноречии по существу не верны. Они относятся только к привлекательной речи, прежде всего поэтической, но вовсе не к любой речи. Законы риторики

и практика красноречивых риторов не одно и то же. Красноречивый человек нередко не умеет и не может решить конкретную задачу речевого действия

.

Практика революционных ораторов, в частности, отечественных, показывает, что действенную речь может сказать оратор некрасноречивый, на это же указывает и Цицерон в своих замечаниях об ораторах в диалогах по ораторскому искусству

, ставя на первое место образованность и осведомленность как основу ораторства.

Связь этоса, пафоса и логоса выявляется в основных делениях областей риторики и видов ораторской практики. Это деление определяется этосом как отправной категорией.

1.3.7. Эристика, диалектика, софистика

Области ораторской практики деляется на эристику, диалектику и софистику. Разделение это, идущее из античности, связано с тем, на каких условиях ведется речь. Эристика как искусство спора предполагает выигрывание его независимо от того, какими средствами ведется спор, цель речи --- утвердить свое право на поступок и оставить за собой окончательное суждение.

Приемов эристики достаточно много, но принципы у них однородны: не дать закономерно и последовательно развить мысль, чтобы дело полностью прояснилось и утвердить свой интерес.

Таким образом, эристика --- диалог вне диалектических правил.

Правила диалектики противоположны правилам эристики. Они состоят в том, что участники диалога совместно ищут объективную истину.

Например, как по Платону:

В: "Является ли Эрот богом?"

О: "Нет, он не бог".

В: "Является ли Эрот смертным?"

О: "Нет, он не смертный".

В: "Кто же он?"

О: "Среднее между богами и людьми".

В: "Как называются те, кто посередине между богами и людьми?"

О: "Это гении (даймоны)".

В: "Что они делают?"

О: "Они передают волю богов людям".

В: "Значит, Эрот --- один из гениев?"

О: "Да".

Так можно упрощенно представить фрагмент диалога между Сократом и Диотимой в сочинении Платона "Пир" [27, 131 132].

Диалектика противоположена эристике. Она требует:

а) держаться одного и того же смысла терминов в процессе всего рассуждения;

б) не изменять темы обсуждения;

в) не пропускать фактов, относящихся к теме обсуждения, все факты должны быть рассмотрены;

г) не допускать эмоционального давления на оппонента;

д) не опровергать оппонента иначе как в интересах истины и терпеть неудобные суждения;

е) не подходить к делу предвзято.

Между противоположными этическими требования ми диалектики и эристики находится софистика. Смысл софистики как этики речи состоит в видимом следовании диалектике, но с эристической целью --- добиться выигрыша спора. Для этой цели используется действие с объемом понятий

. Всякое понятие расширено или сужено, если оно не определено строго предварительно.

Прием сведения к абсурду --- характерная черта софистики.

Обобщить сказанное можно в таблице 1.5, из которой видно, что эристика, диалектика и софистика различаются отношением к этосу.

Таблица 1.6 показывает, как основные категории речевых действий различаютс через виды пафоса.

Соответственно с категориями этоса и пафоса можно построить в таблице 1.7 отношение эристики, диалектики и софистики к категории логоса.

Сводная таблица 1.8 позволяет видеть взаимозависи мость между этосом, пафосом и логосом (стр. 88).

Так, эристика предполагает: преследовать свою пользу (этос), презирать оппонента (пафос) и не считаться с силлогистикой (логос). Диалектика

предполагает доказательство истины (этос), уважение к оппоненту (пафос) и применение силлогизмов (логос). Софистика предполагает, доказывая, решить в свою пользу (этос), ввести в обман и угодить (пафос) и применять силлогизмы и софизмы (логос).

Таблица 1.5

Таблица 1.6

Таблица 1.7

Таблица 1.8

Это различие, отраженное в трех таблицах, предполагает оценки речи с точки зрения слушающего. Такими оценками являются "хитроумие, красивость и сила". Эти оценки обычно относятся к внешности ритора. Оценке подвергается внешность оратора, так как слушающие оценивают не его речи, а его самого, хотя в самом деле они оценивают речь.

Эти оценки заставляли ораторов быть хорошо подготовленными атлетически, обдумывать свой костюм, а в наше время --- отдавать себя так называемым стилистам, занимающимся костюмом, прической и макияжем, и развивать в себе находчивость в диалоге.

Квинтилиан в своей системе воспитания ораторов предлагает в качестве пропедевтики риторического образования наряду с грамматической подготовкой формирование соответствующих физических кондиций: силы, быстроты, выносливости, координированности, как бы мы сказали это современным словами. Внешние качества оратора составляют его образ. Хитроумие, красивость, сила составляют образ оратора только в ораторике , так как ораторика фактически совмещает в себе эристику, диалектику и софистику. Виды речи, не относящиеся к ораторике, предполагаютиной образ оратора. Так, в гомилетике важнейшим качеством оратора является благообразие, в сценической речи образ говорящего меняется в зависимости от того характера, который он представляет в данной пьесе.

Ораторика через оценку образа оратора аудиторией предполагает комплекс целей риторики: убедить, увлечь и доставить удовольствие своей речью. Легко видеть, что эти качества речи фактически отражают стороны образа оратора в ораторике.

Требование к оратору и его речи, таким образом, связаны с оценкой оратора аудиторией. Это как раз то, за что Платон в диалоге "Горгий" бранит ораторов, сравнивает ораторское искусство

с кулинарным искусством поваров и называет ораторскую практику "угодничеством". Если три разных этических принципа используются нерасчлененно, то ничего другого, кроме "угодничества", ораторское искусство предложить не может.

1.3.8. Речь искусная и речь действенная

В отличие от других филологических наук, риторика неоднократно подвергалась критике как "пустая речь" или "пустая, несмотря на то, что украшенная". Эта критика в теории всегда была связана с обобщенными требованиями к оратору: увлечь, убедить, доставить удовольствие, --- которые, взятые вместе, подчиняют оратора аудитории, делают его поваром, угождающим вкусам гастрономов. Если на практике общество находилось в состоянии застоя, то публичная ораторская речь переставала делиться на эристику, диалектику и софистику. Застой вместе с ораторической обобщенной системой требований приводил к критике ораторики и к ее отрицанию. Расцветы и падения ораторского искусства, однако, в свете этих данных оказываются важными для историка и социолога, так как они характеризуют динамику интенсивности общественных процессов, переходящих от фаз застоя к фазам интенсивного развития. Для риторической науки это значит, что как только идеей, овладевающей ритором, является угодничество, то добиться развития можно, только изменив риторическую теорию

и вместе с ней практику. Таким образом, упреки в угодничестве справедливы и для теории и для практики, так как в угодничестве разрушается действенность речи. Речь

, не приводящая к действию, есть речь пустая.

Как показывает опыт, бороться с пустой речью, вызываемой требованиями угодничества, можно только одним способом: изменить этос, тип соглашени между создателем и получателем речи, что повлечет за собой изменение пафоса и логоса.

Платон в "Горгии" так и поступает. Сократ у Платона предлагает софистам в лице Горгия, Калликла и Пола перейти на этические принципы диалектики. Как только это совершилось, речь стала действенной. Платон, как видим, покончил с "угодничеством" путем дифференцирования критериев этоса, заставив своих оппонентов спорить не на неопределенных и, потому, внекультурных этических требованях, а на дифференцированных, определенных, конкретно-диалектических.

Сила "Риторики" Аристотеля состоит именно в делении речей на виды [8, 24], так как каждый вид обладает своим этосом, конкретно определенным. Взгляды Цицерона, отраженные в его диалогах по риторике, возвращают риторику к диалектике. Цицерон говорит о гражданском и судебном ораторстве, но в центр риторики ставит образованность оратора, его общую культуру и конкретные знания в предмете данной ораторской речи (знание истории, права, прецедентов и др.) [39, 228]. Это, по Цицерону, предпосылки успешной речи. Образованность и осведомленность позволяют оратору успешно действовать. Образованность и осведомленность --- основа действенности речи, украшаемой ораторской техникой, куда включаются психологические и социальные моменты, опытность в ораторской практике и умение владеть голосом.

Образованность и осведомленность предполагают позитивные и объективные знания, которые достигаются средствами диалектики в конечном счете. Доводы ораторов должны быть построены на объективном знании. Сам замысел речи, ее пафос зависят от позитивного решения вопроса, которое невозможно без объективного знания. Диалектика

становится смысловым основанием действенной ораторики. Так устанавливается принципиальная связь между риторикой и логикой.

В настоящее время и в прошлом построение связи между логикой и речью было сложным предметом исследования. Естественно, что логически правильная речь возможна только на этических условиях диалектики --- совместного искания истины. Если отказаться от этого условия, то правила логики установить нельзя. Правильность мысли может быть установлена только анализом речи, целью которой является истина. Логика

начинает с того, что устанавливает истинное или ложное в суждениях и тем становится наукой о правильной мысли.

"Аналитики" Аристотеля начинаются с анализа предложений языка. В предложениях Аристотель устанавливает основное членение предложения: субъект суждения

, предикат

и связка

[5, 118]. Эти три члена предложения являются чисто смысловым делением предложения. Особенностью этого смыслового деления является то, что оно не может быть обосновано формально, т.е. словами и частицами или порядком слов. Все эти языковые средства

ни в одном языке не могут служить семантическому разделению предложения, такому, как в аналитиках. Только связка, которая, по Аристотелю, выражается в том числе и интонацией , может быть признаком такого деления, но этот признак не является универсальным, и до сих пор не установлено ясных соответствий между делением логическим и грамматическим.

Кроме этого, Аристотель оговаривает, что рассматривает не все, а только "правильные" предложения, разумея под этим не только грамматическую, но и смысловую правильность, так как есть немало реальных предложений, мысль которых абсурдна.

Вместе с тем есть и такие предложения, в которых логическое деление может быть только предположено и не выражено словесно: Вечерело. Пожар. Как хорошо! Наконец, вопросительные предложения одним из членов имеют вопрос или, в случае общего вопроса, сами представляют собой не суждение, а лишь потенцию суждения, если на вопрос будет получен ответ.

Все это значит, что если любое предложение риторично, то только часть предложений логична.

Развитие логики привело к символической логике

, где была разработана система символов

, заменяющих части "логичных" предложений и позволяющих логике освободиться от пут языка.

Рациональная риторика и рациональная грамматика

фактически ставили своей целью образовать логически более правильную речь и строили образ такого речедеятеля, который объяснялся бы таким языком, который был бы близок к правильному мышлению. Правила рациональной риторики и рациональной грамматики строились так, чтобы исключить предложения, не подлежащие логической интерпретации из правильного языка.

Рациональная риторика, как было показано на разборе риторики Ломоносова, строила аналитико-синтетическую процедуру: сначала тема речи подвергалась логическому анализу путем соотнесения этой темы с общими местами, которые фактически представляют собой вопросы к членам предложения, а потом, после ответов на эти вопросы, можно было в зависимости от риторической задачи раскрыть и распространить часть итогов логического анализа

или, в предельном случае, ответы на вопрос.

Что касается рациональной грамматики

, то она, рассматривая строй предложения, фактически выделяла словосочетания, составляющие предложения: предикативные, атрибутивные, дополнительные

, обстоятельственные

. Каждый тип связи определялся вопросом. Таким образом, между грамматикой и риторикой образовывалась связь в виде терминов-вопросов, содержание которых дает представле ние о предмете мысли, но не о форме мысли.

Содержание каждого вопросительного слова или вопросительного местоимения интерпретируется бесконечным рядом синонимов: "какой?" --- "хороший, плохой, синий, деревянный, механический, лунный...". Это самые широкие синонимические отношения, где гиперонимом выступает вопрос: "какой?" --- качество, "кто?" --- персона, "что?" --- вещь, "как?" --- способ действия и т.д.

Оказалось, что таких наиболее общих слов немного. Каждый синонимический ряд может быть поделен назначением новых гиперонимов в этом ряду. На схеме 1.17 показано, что возникает тезаурус

, т.е. система подчиненных и рядоположенных слов, взятая в их семантических значениях.

Схема 1.17

Тезаурусный принцип расположения понятий и установление отношений между ними позволяет состояться содержательной логике, т.е. логике, оперирующей реальными понятиями в реальных условиях общения. Когда операции над понятиями выделяют в свой предмет исследования, устанавливается формальная логика

, исследующая связи между понятиями.

В риторике важен логический анализ

, прежде всего как инструмент риторической критики. В риторике такой анализ можно произвести только через тезаурус

. Вне тезауруса приложить логику к словесному произведению нельзя, хотя такие попытки делаются. Связь между логикой, риторикой и грамматикой проходит через общие места и топы.

Под общими местами понимают обычно высшие уровни тезауруса лексических значений, а под топами

--- низшие уровни. Высший уровень лексических значений подвержен малым изменениям --- общие места относительно прочны, но топы достаточно подвижны:

"Красть нехорошо" --- общее место

.

"Красть у чужих опасно, но можно" --- топ в практической этике.

"Красть --- безусловно, смертный грех" --- топ в духовной морали.

Сказанное означает, что топика зависит от этоса, вызывает пафос

и соответствующий логос

. Силлогизмы

, энтимемы и примеры

в своей содержательной логике зависят от этоса как специального установления, организующего речь.

1.4. Законы речи и правила риторики

1.4.1. Индукция и дедукция в риторике

Античная риторика, гомилетика, рациональная риторика выводили свои положени из практики ораторского и проповеднического красноречия. Они представляли собой обобщение удачных приемов ведения убеждающей речи

и обосновывались риторами эвристически.

Однако любое положение, закрепленное термином риторики, фактически скрывало две стороны: объективные законы реальности речи, с одной стороны, и правила удачного использования этих законов, с другой.

Риторика Аристотеля начинается от различения трех видов речей: показательной

, судебной

и совещательной

[8, 24]. Это разделение дано эвристически: "есть такие виды речей". Но в этих начальных терминах скрыты, во-первых, категории этоса --- виды собраний, где может быть публична речь, вовторых, категории пафоса --- прославить или проклясть кого-либо и чтолибо, рассмотреть прошедшие и не видимые сейчас события, склонить или отклонить предлагаемые решения, и, в-третьих, категории логоса --- способы создания понятной и эстетически совершенной речи. Все эти категории: пафос

, этос и логос

--- объединяются в свою конфигурацию в данном высказывании.

Ораторская практика

античности не могла дать ясного разделения законов и правил, так как и в народном суде, и в народном собрании употреблялись судительность и совещательность речи одновременно, нередко призывали богов в свидетели, хвалили и проклинали --- все в одном и том же высказывании. Современная ораторская практика, например, в суде также показывает, что судебный оратор хвалит закон и осуждает беззаконие, советует принять суду то или иное решение и разбирает дело, как говорят, по существу. Таким образом, строгое различение, проведенное Аристотелем, --- плод теоретической мысли, хотя и опирающейся на практические прецеденты ораторских удач и провалов. Таблица 1.9 обобщает теоретические идеи, лежащие в основании разделени видов речи

.

Таблица 1.9

Из этой таблицы следует:

а) всякий вид речи есть закономерное единство этоса, пафоса и логоса, специфическое для данного вида речи;

б) все виды речи в категории логоса выделяют такой вид речевого смысла как отношение ко времени;

в) все виды речи в категории пафоса выделяют модальность --- отношение к действительности через действие

: отсутствие действия, изучение результатов действия, намерение совершить действие;

г) все виды речей

в категории этоса выделяют реальные и мыслимые поводы для создания аудитории в ораторской практике: объединение людей (торжественное собрание), установление справедливости в споре (суд), обеспечение будущей безопасности (народное собрание). Эти три повода создают общежительство. Поэтому, по Аристотелю, пределы государства --- речевая досягаемость (внутренние, а не внешние границы);

Аристотель как бы спрашивает себя и отвечает:

_ "Где границы государства?"

_ "Границы внутренние, общежительство".

_ "Что минимально необходимо для общежительства?"

_ "Объединение, справедливость, безопасность".

_ "Как можно достичь этих критериев общежительства в условиях политики?"

_ "Торжественными собраниями, народным судом, народным собранием".

_ "Как такие аудитории при целях объединения, справедливости, безопасности требуют самым простым и эффективным образом построить речь?"

_ "Говорить о будущем или прошлом или связи будущего и прошлого раздельно --- по видам речи, определенным аудиториями".

Это значит, что фактически разделение речей на виды есть результат дедукции

, совершенный неявным образом, внешне как бы эвристически, но в самом деле путем умственного усмотрения.

Для того, чтобы совершить такое логическое движение, необходимо иметь исходные аксиоматические положения. Такими положениями у Аристотеля являютс связи: полития

--- границы государства --- его цель --- средства:

1. Если средства --- речь, то границы государства определяются речевой досягаемостью.

2. Если средства государства --- речь, то нужны минимальные и достаточные виды собраний

.

3. Если есть виды собраний

, то каждому соответствует вид пафоса

.

4. Если виды пафоса

соединить, дать справедливость и безопасность, то минимальные средства логоса

состоят в дифференцированном отношении к прошлому и будущему.

Эта дедуктивная цепочка фактически определяет разделение видов речей

, а практика только дает подтверждающие примеры (в виде положительного или отрицатель ного опыта).

Но сама дедуктивная цепочка, изображение на схеме 1.18, построена по законам конструктивной логики

.

Схема 1.18

1.4.2. Понятие законов речи

Как видим, структура суждений отразила закономерность социальной организации. Для того, чтобы государство достигло своей цели, нужен исходный материал --- дописьменная устная речь --- к которому предложен метод деления речи на виды. Благодаря этому каждый вид речи обретает правильное единство своих свойств: этоса, пафоса и логоса --- так получается государство, преследующее свои цели. Этим фактически обнаруживается объективный закон:

Речь обеспечивает государство и его цели путем разделения речи на три основных вида.

Этот закон проявляется в том, что если бы не было речи, то не могло бы быть государства, и если бы публичная речь

не делилась на виды, то невозможно было бы реализовать цели государства. В этом основном законе присутствуют и дополнительные законы:

Всякий вид ораторской речи представляет собой единство этоса, пафоса и логоса.

Всякий вид ораторской речи имеет свое отношение к действительности и времени.

Первый закон речи устанавливает связь между общежительством и речью. Второй и третий законы устанавливают законы различения речи и смысла речей. Поэтому первый закон может быть назван законом общежительства ; второй --- законом цельности внешнего и внутреннего содержания ; третий --- законом смыслового ограничения речи. Эти три закона должны быть названы законами Аристотеля по их фактическому автору. Аристотелю удалось открыть основные объективные законы речи.

1.4.3. Законы речи и правила риторики

Объективные законы речи далее у Аристотеля подкрепляются правилами. Правила --- это рекомендации для ораторской практики, не входящие в противоречие с законами речи. Например, если лицо, говорящее показательную речь

, не соединяет данные и смыслы о прошлом с данными и смыслами на будущее, то показательная речь не будет иметь успеха. Если лицо, говорящее совещательную речь, начнет вносить в свою речь разбор событий, имевших место в прошлом, то совещательная речь может не состояться. Если лицо, говорящее судебную речь

, будет много рассуждать о будущем, то смысл прошедших событий не будет обследован и обнаружен.

Правила указывают на возможные ошибки оратора: так, при произнесении тостов ограничиться благопожеланием --- значит не развить мысль, не дать обоснование, принизить силу благопожелания; если при разборе того, как надо предотвратить неприятности, станут говорить о прошлом, то выйдет, что кого-то надо осудить, кого-то оправдать, но не будут приняты меры к предотвращению грозящих неприятностей; если сторона в суде будет советовать, что следует сделать на будущее, то проиграет процесс, так как не даст анализа событиям, имевшим место в прошлом.

Эти правила риторики могут быть подкреплены множеством случаев удачной и неудачной ораторской практики. Поскольку же оратор никогда не имеет абсолютной удачи и не терпит абсолютной неудачи, то реальная ораторская практика

и ее негативные и позитивные моменты смешаны. Удача всегда имеет обратной стороной неудачу или включает в себя частично неудачу, подобно всякому поступку, содержащему в себе и доброе и лукавое. Соблюдение правил, основанных на законах, делает речь менее погрешной . В этом практический смысл риторических правил.

1.4.4. Генерализация законов речи Аристотеля

Законы речи Аристотеля имеют фундаментальное значение для учения о речи

. Законы Аристотеля построены для частного случая речи --- ораторской речи. Но уже во времена Аристотеля существовали другие виды речи, которые не могут быть названы ораторикой. Это домашняя, бытовая речь

, философская диалектика

, учебная речь

, документ

, личное письмо

, ученый трактат

, поэтическое сочинение, театр

.

Эти виды речи не вошли в трактат "Риторика", но легко видеть, что эти виды речи подчиняются сходным закономерностям.

Бытовая речь существовала в семейном и соседском окружении; философска речь совершалась на условии искания истины между образованными людьми; речь учебная совершалась педагогами и имела своим условием передачу опыта поколений в гимнастике и мусике; документы писались на основе устных договоров, в них определялась ответственность сторон за соблюдение договора; личные письма предполагали общение на расстоянии через посыльных и потому были по смыслу таким аналогом бытовой речи, при котором отсутствует бытовой контекст, а есть только контекст письменный и литературный; ученые трактаты переписывались, рассылались и хранились в личных или публичных библиотеках и, будучи обращенными к ученым людям, предполагали соблюдение в письменном монологе правил формирования смысла философского диалога; поэзия --- сочинения и театр --- предполагали мимесис, широкую аудиторию зрителей и слушателей.

Все эти виды речи не относились к государству. Они имели свои цели, материал, методы, средства и результаты, которые составляли негосударственную жизнь людей

: семью, школу, ученость, деловые отношения (производственные и коммерческие), развлечения. Все это составляло жизнь людей вне государства и его интересов и интересов людей к государству. Каждый из видов речей служил общественной структуре и формировал ее.

Поэтому законы Аристотеля

могли быть сформулированы и в общем виде:

Речь обеспечивает общественную структуру путем разделения на виды.

Всякий вид речи представляет собой единство этоса, пафоса и логоса.

Всякий вид речи имеет свое отношение к действительности --- модальность и время.

Так, дописьменная устная речь делится на виды: диалог по предметам общежития, молву и фольклор. С точки зрения этоса они различаются тем, что в диалоге по предметам общежити смена реплик не регулируется, в молве

передать сообщение одному человеку можно только один раз, а в фольклоре слушающий обязан принять одно и то же сообщение бесконечное количество раз. Соответственно с точки пафоса диалог по предметам общежития завершается действием, молва информирует и не обязательно приводит к действию, а фольклор должен содержать обязательные нормы жизни. Отсюда диалог

--- действенная речь, предметы в нем именуютс прямо; молва

--- информирующая речь, в ней сообщаются сведения о событиях прошлых или наступающих; фольклор содержит нормы культуры

.

Письменная речь делится на письма, документы и литературу, а литература делится на ученую, историческую и художественную, художественная, в свою очередь, делится на драму, эпос и лирику.

Контакты устной и письменной речи выражаются в том, что образуется устно-письменна литературная речь, содержащая диалектику

, учебную речь

и сценическую речь. Каждый вид речи

обладает своими свойствами этоса, пафоса и логоса.

Законы Аристотеля в расширительном толковании оказываются справедливыми и для неораторской речи в любых ее разновидностях.

1.4.5. Генерализованные законы речи

и общественно-речевая практика

Делимость речи на виды и разновидности обеспечивает развитие и существование общественных структур. На схеме 1.19 показано, что дописьменная речь обеспечивает существование общежительства, отношения соседства и родства.

Письменная речь

делится на документы, письма и литературу. С точки зрени этоса документы

обязательны к исполнению, их получение контролируется. Они обязательны к приему, письма можно принимать или не принимать, действия по их содержанию не обязательны, литература с точки зрения этоса предполагает свободу выбора сочинения читателем. Это значит, что получатель текста сам контролирует выбор текста для прочтения.

Схема 1.19

Соответственно распределяются пафос и логос. В письмах

следует писать об интересующей стороне дела и не быть назойливым в просьбах, в документах надо

писать так, чтобы действие по ним обязательно наступило, а в литературе важно вызвать интерес (познавательный или развлекательный). С точки зрени логоса

, письма --- как бы аналог монолога в бытовом диалоге, документы содержат договор или подготовку договора, а в литературе должна быть строгость композиции и стиля, обеспечивающая ее чтение и понимание независимо от места и времени. На схеме 1.20 показано, как соответственно этому складывает ся социальная роль письменной речи

--- объединение и обслуживание образованных людей в отличие от необразованных.

Схема 1.20

Устно-письменная литературная речь делится на диалектику, учебную речь

и художественную речь

. По признаку этоса диалектика --- совместное искание истины, учебная речь --- научение, художественна речь --- развлечение. По признаку пафоса

диалектика --- доказательства и опровержения, учебная речь принудить ученика овладеть письменной культурой, художественная речь развить воображение. По признаку логоса

диалектика обеспечивается формами силлогистики (и вместе с формами эристики и софистики, которые осознаются и отрицаются, т. е. происходит смысловой разбор форм речи); учебная речь по признаку логоса должна выполнять требования методики: от простого к сложному во временной дозировке; художественная речь по признаку логоса --- выразить переживание автора и заразить этим переживанием аудиторию. Отсюда устно-письменная речь обеспечивает контакт между образованными и необразованными людьми и служит развитию образованности путем приобщения людей к письменной речи, именно тех людей, которые уже овладели устной речью. Таким образом, как показано на схеме 1.21, устно-письменная литературная речь формирует сферу образования.

Схема 1.21

1.4.6. Закон связи речи и общества

Приведенные примеры позволяют сформулировать следующий закон:

Становление, развитие и существование любой общественной структуры

обеспечивается становлением, развитием и существованием определенных видов речи, и наоборот.

Это можно назвать законом связи речи и общества.

Прочность этого закона подтверждается эмпирически невозможностью указать на исключения. С другой стороны, любые отступления от этого закона предполагают создание такой общественной ситуации

, когда новые социальные структуры не могут существовать.

Приведем примеры:

1. Возникновение неформальных социальных групп, претендующих на образование нового стиля и его распространение на все общество или его часть, обычно сопровождается созданием жаргона ("язык лабухов", "язык митьков", воровские жаргоны и т.п.). Жаргон

держится как показатель социальной группы до той поры, пока он не переходит в другую социальную среду

. Если жаргон переходит в другую социальную среду, неформальная группа

с ее обычаями и установлениями распадается.

2. Цивилизации, возникнув на основе письменной речи

, располагают письмами, документами и литературой. Так, древнеегипетская цивилизация, цивилизаци Шумера, Вавилона и т. п. обладали этими видами письменной речи. Независимо от разных причин, приведших к прекращению тех или иных цивилизаций, их письменные тексты

вышли из употребления. Можно утверждать и обратное: цивилизации прекратили свое существование потому, что их письменные тексты вышли из употребления и лишь потом были дешифрованы с научными целями много веков спустя.

3. Изменение системы образования от средневекового тривиума и квадривиума на поурочно-предметную Яна Каменского изменяет систему физической культуры, организации так называемой новой науки и связано с созданием нового искусства (послевозрожденческого). Справедли во и обратное утверждение: поурочно-предметная система образования возникает благодаря "новой науке", послевозрожденческому искусству и введению физической культуры в систему общего поурочно-предметного образования.

1.4.7. Фактура речи и структура речи

Обращаясь к античной практике, замечаем, что помимо государственной и правовой ораторской речи, для которой написан трактат "Риторика" Аристотеля, система речи как целое имела следующую структуру:

Как показано на схеме 1.22, эта система речи есть совмещение в одной синхронии исторически двух этапов развития речи: дописьменного и письменного

(стр 106).

Схема 1.22

Понятие фактуры речи заимствуется в риторику из общей филологии. В общей филологии фактурой речи называют материал речи, обработанный орудиями речи для создания языковых знаков. В устной речи фактурой речи являются колебани воздуха, созданные аппаратом артикуляции с целью образования членораздельной и осмысленной речи. В письменной речи фактурой речи являются материалы письма, обработанные орудиями письма для создания языковых письменных текстов.

Фактуры устной и письменной речи разноприродны как с точки зрения физически определяемой, внешней стороны: колебания воздуха или письменные знаки, так и с точки зрения психофизических действий человека. В письменной речи, в отличие от устной, органами речи являются не органы артикуляции --- части аппарата дыхания и пищеварения и слух, а глаз и рука, создающие и прочитывающие письменный текст и письменные знаки. Между устной и письменной речью образуется средостение --- устная или устно-письменная литературная речь. В устном варианте это нормированное литературное произношение, а в устно-письменном варианте это конспекты или предварительный письменный текст, который воспроизводится устно, или протокол, или стенограмма, запись произнесенной речи.

История речевой деятельности позволяет зафиксировать законы преемственности риторики:

Введение в систему речи

новой фактуры речи предполагает создание новых видов речи, каждый из которых обладает своим этосом, пафосом и логосом.

Введение в систему речи новой фактуры речи не уничтожает старой фактуры речи, но развивает ее, образует в старой фактуре речи новые виды речи, каждый со своим этосом, пафосом и логосом.

Введение в систему речи новой фактуры речи обязательно сопровождается установлением преемственности между языковыми знаками разных фактур речи.

Фактура письменной речи, как видим, породила три новых вида собственно письменной речи: письма, документы, литературу. Вместе с тем, письменная речь не уничтожила ни бытовых диалогов, ни молвы, ни фольклора, сохранив эти виды речи

. Письменная речь образовала новые виды устной речи: ораторику, гомилетику и сценическую речь. Каждый новый вид речи образовал свои разновидности: ораторика --- показательную

, судебную

и совещательную речь, гомилетика --- диалектику

, учебную речь

и проповедь

, сценическая речь --- эпос, лирику

и драму

. Новая фактура письменной речи через алфавит и систему письма поставила в связь устную

и письменную речь

в пределах одного литературного языка

. Но, кроме того, в письменную речь вошли записи фольклора и мифологии, а в устную --- виды письменной и устно-письменной речи. Таким образом, не только на уровне системы языка

, но и на уровне текстов формируется согласование устной и письменной речи

.

1.4.8. Развитие фактуры речи и развитие

общества

Соединяя закон фактуры речи и закон связи речи и общества

, можно получить вывод о том, что развитие структуры общества зависит от развития фактуры речи:

Введение в оборот речи новой фактуры речи создает возможность создания новых структур в обществе, и потребность общества в новых структурах может быть реализована только введением новых фактур речи.

Этот вывод подтверждается историей риторики

. Создание миссионерских религий строится на проповеди, а проповедь

есть вид речи, возникающий из связи устной и письменной речи. Создание государства связано с письменной речью, когда складывается возможность создавать документы и общаться письмами, преодолевающими расстояние и время, расширяющими круг общения со временем и на расстоянии. Создание религии (как немиссионерской, так и миссионерской) и учености связано с созданием литературы и другие подобные примеры.

Осознание связи развития структуры общества

в связи с развитием фактуры речи привело риторику ХХв. к новым риторическим дисциплинам: контент-анализу

, теории коммуникаций

, риторической этике, теории речи> speech science и т.п. Появление контент-анализа как статистического метода прочтения и статистического анализа текста связано с тем, что массовая пресса и, шире, массовая информаци делают невозможным прочтение или выслушивание всего массива текстов. Получатель текстов может освоить текст массовой информации только по фрагментам. Вместе с тем, он заинтересован в том, чтобы воспринимать содержание массовой информации как целого текста. Единственным способом решить это противоречие является статистическое представление содержания текста. Статистическое представление содержания текста значимо не только для получателя текста, но и для создателя текста. Создатель текста массовой информации

с помощью контент-анализа

сам получает итоговое представление о содержании своего текста в ряду других подобных (например, одна газета в отношении к другой), степени влиятельности и характера влияния своего текста.

Таким образом, контент-анализ как частная риторическая дисциплина становится посредником между создателем текста и получателем, посредником, объясняющим их отношения по смыслу. Контент-анализ выполняет функцию обратной связи в том виде словесности, в котором эта связь не может быть образована непосредственно. Печатный текст, имеющий большой тираж, не может обеспечить обратную связь между создателем и получателем текста, так как получатель текста не имеет в своем распоряжении техники, создающей тиражный текст массового применения. Поэтому он может ответить создателю текста, а точнее одному из его представителей, только письмом или устно и этот ответ не может быть ответом на целый текст повременного издания, а только на его фрагмент. Поэтому текст массовой информации течет в одну сторону: от создателя к получателю. Этим нарушается принцип возвратности, диалогичности речевой деятельности, лежащий в основании категорий этоса, пафоса и логоса.

Компенсирует эту возвратность контент-анализ

, который дает статистическое обобщение содержания постоянно текущего массового текста. Этим образуется обратная связь между создателем и получателем текста и таким образом восстанавливаются основные категории риторики

, а вместе с ними и система управления обществом в сфере рекомендуемых массовых действий и настроений большого количества людей. Контент-анализ, возникнув из нужд массового управления, с помощью массовой коммуникации может

применяться к широкому анализу мыслей и чувств массовой аудитории в социологических исследованиях и для анализа содержания текстов текущей книжной продукции, больших массивов документов, телефонных разговоров и устной речи в бытовой и ораторской практике. Обследование этих видов речи позволяет ориентировать содержание и идейную направленность текстов массовой информации или ее отдельных материалов. В этом случае имитируется принципиальная диалогичность устной речи.

Контент-анализ полностью оправдал себя на фоне тех ареалов массовой информации, где он не применялся, т. е. в Италии, Германии, СССР, Китае и ряде других стран, где временно возобладал так называемый тоталитарный режим. Этот режим привел к большим неприятностям для тех, кто его создал, не посчитавшись с законами речи и нарушив своими действиями основные категории риторики. Наоборот, там, где обратные связи массовой информации оказались компенсированы тем или иным образом, особенно посредством контент-анализа, тоталитарный режим не имел базы для возникновения.

Развитие учения о речи (speech theory) в США создало основание для подъема речи в тех видах словесности, которые возникли раньше (устная деловая речь, документы, письма, книжная литература). Это обеспечило активизацию частной жизни и коммерческой деятельности путем интенсификации речевого обмена

и совершенствования его качества --- компрессию информации, содержащейся в нем.

Интенсификация речевого обмена была стимулирова на учением о речевой этике (риторической этике), которая требовала от каждого владеющего литературным языком активности в речевых действиях. Развитие теории коммуникаций

(communication theory) на базе психологических и социологических исследований позволило установить факторы, обеспечивающие действенность отдельной речи: материала внутри выпуска массовой информации, рекламы, документов, содержащих оферты и другую информацию. Теория коммуникаций рассматривает действия получателя речи и, таким образом, создатель речи, ориентируясь на факторы восприятия речи, корректирует уместность и действенность своей речи, обеспечивая ей успех.

1.4.9. Общественное управление речью

Все эти новейшие учения о речи (соединенные и развитые в Японии в одно целое под названием "языковое существование") показывают направленность правил речи, сложившихся в условиях создания нового вида речи --- массовой информации

. К этим правилам

относятся:

обеспечение обратной связи, диалогичности общения в условиях, когда фактура массовой информации предполагает речь, текущую только в одну сторону (от создателя речи к получателю);

обеспечение обратной связи через контент-анализ и теорию коммуникаций служит для того, чтобы можно было реализовать категории этоса, пафоса и логоса.

Когда вводится новая фактура речи, формируются новые виды речи

и отвечающие им социальные структуры, для правильного развития жизни общества должны быть сохранены категории этоса, пафоса и логоса, иначе сложатся нездоровые явления в жизни общества.

При введении новой фактуры речи и отвечающих ей новых видов речи для правильного развития речи

и общества

должны быть обеспечены развитие и смысловая трансформация тех видов речи, которые сложились до того, как была введена новая фактура речи.

В начале ХХ в. и позднее с появлением и развитием массовой информации, т. е. кино, радио, затем телевидения и массовой периодической прессы заново встала проблема авторского права

и цензурных ограничений. Потребовалось, например, соотнести авторское право на роман с кинопроизведением, содержащим экранизацию этого романа или авторское право на роман с использованием словесного материала романа при радиопостановках. Сложности возникали и при воспроизведении песен, принадлежащих определенному автору в ситуации их граммофонной или иной записи и при их "живом" вопроизведении разными исполнителями для разных аудиторий, использованием их в кино или на радио и другие подобные проблемы.

Эти проблемы потребовали нового законотворчества в области авторского права. Оно было пересмотрено и соответственно усовершенствовано. Изменилась и структура цензурных установлений в смысле ответственности за нарушение цензурных правил и интерпретации их содержания.

Это юридическое усовершенствование развили в США, а затем и в других странах права copyright и структуру реализации цензурных запрещений. Все эти действия были связаны с потребностью сохранить в области этоса и, следовательно, пафоса и логоса содержательную преемственность нового вида речи --- массовой информации --- по отношению к имевшимся до этого видам речи.

Так было реализовано еще одно правило:

Необходимо выдержать смысловую преемственность

между новым видом речи и имеющимися ранее видами.

Как видим, правила а, б, в возникли в связи с появлением новой фактуры речи --- массовой информации

и, соответственно, правила а, б, в оформили фактурный закон риторики в виде законодательных установлений, научных разработок и практических действий. Новые правила (а, б, в) создали в США ситуации правильного речевого поведения

в обществе и тем гарантировали приток населени и социально-экономическое развитие.

1.4.10. Принцип развития речи

Все перечисленные законы риторики фактически строятся на том, что речь развивается в своей фактуре, форме и содержании. Развитие речи с точки зрения этих законов и отвечающих им правил (например, а, б, в) дается как данность: речь не может не развиваться. Однако это утверждение можно лишь логически вывести из законов и правил.

Фольклор

любого народа отводит значительное место правилам ведения речи. Начало этих правил относится к установлению порядка ведения речи. Этот порядок включает в себя старшинство как принцип преимущественного права на речь. Старшие разрешают говорить младшим, но сами не спрашивают у младших разрешения на речь. Принцип преимущественного права на речь у старших представлен в любом фольклоре. Этот принцип отводит старшим право и обязанность распоряжаться речью.

Распоряжение речью --- компетенция старших --- предполагает определенные нормы смены реплик.

Первой такой нормой является преимущество речи перед всеми другими действиями. Если кто-то обращается к кому-либо с речью, то адресат должен приостановить любые занятия: труд, развлечение, занятие искусством, игру, обряд и т.д. и выслушать речь. При этом слушающий должен, если он вежлив, принять соответствующую позу, которая поощрит говорящего продолжить речь, и жестом, мимикой и голосом побуждать говорящего к тому, чтобы он продолжал говорить. Это Правило предпочтени речи любому действию.

Если говорящий в момент своей речи вопреки правилу предпочтения речи действию был перебит другой речью, он должен остановиться и выслушать обращенную к нему речь. Это Правило предпочтения слушания говорению. Правила предпочтени речи другому действию и предпочтения слушания связаны с правилами ведени диалога (букв. "черезсловия"). По этим правилам на всякий обращенный к человеку вопрос должен быть дан ответ. Ответ может быть дан словом или действием, отвечающим на вопрос предметно. Например, на вопрос о дороге, можно показать рукой, по какой дороге идти спросившему.

Если речь содержит повеление или просьбу, то следует исполнить повеление или просьбу, или ответить, почему эта просьба не может быть выполнена.

Если речь содержит повествование (не вопрос и не повеление), то на него следует ответить повествованием, но можно задать вопрос или высказать просьбу, т. е. ответить речью на речь.

Из приведенной ниже таблицы 1.10 видно, что вопрос и повеление (или просьба) предполагают ответы как действием, так и речью, но не предполагают ответа умолчанием. Повествование не предполагает ответа действием (ответ действием возможен тогда, когда повествование реально представляет собой не повествование, а вопрос или просьбу и так истолковано слушающим), но может иметь ответом умолчание, которое заключает в себе мысль, т. е. потенцию к речи или действию.

Таблица 1.10

Это значит, что все виды реплик в диалоге переходят в речь, часть из них омертвляет речь, переходя в действие, другая часть переходит в мысль, содержащую в себе потенцию и действия и речи. Это значит, что речь в любом случае управляет действием и приводит к мысли.

Отсюда фольклорные тексты ставят мысль в положение источника действия

и источника речи

, но, как показано на схеме 1.23, источником мысли

, в свою очередь, является речь.

Схема 1.23

Таким образом, правила смены реплик в диалоге предполагают, что речь должна быть источником развития, ей предписана правилами ведения диалога эта роль. Поэтому тезис речь не может не развиваться получает оправдание в виде правил диалога. По этим правилам диалогическое развитие речевого общения должно быть источником развития деятельности.

1.4.11. Эффективность речи

Однако

Таблица 1.11

Различение новизны, уместности и правильности по сути дела предполагают отношение к этосу (ограничение аудитории), отношение к логосу

(возможность словесной коммуникации) и отношение к пафосу

(соотношение нового и данного). Эти отношения проиллюстрированы в таблице 1.11, доказывая, что сочетание новизны, правильности и уместности --- основа эффективности речи и действия. Это значит, что к тезису речь не может не развиваться надо добавить тезис развитие речи и действия зависит от эффективности речи

и, следовательно, от того, насколько правила речи

содействуют реализации категорий этоса, пафоса и логоса.

1.4.12. Общество, государство, организация речи. Гласность

Речь и ее законы и правила связаны с общежительством. Роль организатора общежительства со времени античности, т. е. с момента становления государства, греческой политии или восточной монархии берет на себя государство. Государство прежде всего определяет право голоса, т. е. круг лиц, которые имеют право своей речью влиять на государственные дела. В греческой политии это право принадлежало свободным гражданам. Понятие "свободный" было противопоставлено понятию "раб", который был говорящим орудием. Рабы выполняли работу любую, в том числе и ученую, и педагогическую, но они не имели права голоса. Греческие города располагались так, что они были окружены негреческим населением. Это население было источником рабов. Поэтому свобода была свободой слова и противопоставлялась рабству --- утрате свободы слова.

Свобода, о которой говорили и говорят политики и ученые, предполагает всегда право голоса одних и рабство других, иначе это слово --- свобода для всех --- бессмысленно. Это хорошо видно на суровых законах Ликурга, по которым спартиаты должны были жить свободными, постоянно совершая набеги на негородское население, грабя и убивая.

Христианская проповедь отменяет этот варварский образ жизни, предполагая право речи каждого. Этический строй мысли

изменяется, и слово "свобода" в своем классическом смысле утрачивается. Свобода совести предполагает только личную ответственность за последствия помышления и поступка и проверку своих помыслов и действий на их соответствие нормам духовной морали. Тесная связь демократии и рабства и их противопоставление снимается совестью. Но монархический строй общества все равно, наделяя всех правом голоса, предполагает речевое неравенство, неравенство реальных возможностей влиять на общественную жизнь своей речью. Монархия тем не менее расширяет юридически право голоса, наделяя им, как юридической нормой

, каждого.

Новая демократия конца XVIII в. во Франции и США в отношении свободы слова и права голоса вела себя по-разному. В США был сохранен институт рабства, во Франции были уничтожены сословные привилегии на речевую свободу. Церковь как институт гомилетики подвергалась запретам, а сословные права дворянства --- ограничению или уничтожению. Если революция в США возвращалась к греческому полису, то французская революция --- к общинным фольклорным правилам наделения правом голоса всех взрослых. Все это происходило в условиях развитого книгопечатания.

Социалистические революции ХХ века в России, восточной Европе и Китае монополизируют средства книгопечатания и средства массовой информации, делают их собственностью государства и на этом условии наделяют правом устного выступления и письменного обращения каждого. В других странах происходит тот же процесс, но с той разницей, что средства книгопечатания

и средства массовой информации становятся предметом государственно -частного монопольного владения.

Таким образом, история права голоса

говорит о том, что государство распоряжается этим основным правом на возможность осуществить речь.

Соответственно этому государство устанавливает законы и правила ведения речи. Поскольку законодательство

есть особого рода искусство, в разное время, в разных странах это законодательство получало разные формы. Эти формы как правила речи

то в большей, то в меньшей мере соответствовали основным категориям речи: этосу, пафосу и логосу. Соответственно изменялась жизнь подданных и граждан государств. Общество модифицировалось, подчиняясь этим законам и своим культурным традициям.

Развитие письменного языка требовало выделения образования в особую специализированную деятельность. Образование

сообразовалось с потребностями меняющегося общества, правилами речи

и ее законами

и интересами государства

. Схема 1.24 иллюстрирует эти отношения.

Схема 1.24

Таким образом, реализация категорий речи (этос, пафос, логос) есть сложный комплекс различных по своему содержанию влияний на реализацию этих категорий. Если эти влияния позитивны, то развитие идет благополучно; если негативны, то развитие стагнируется, а люди испытывают дискомфорт, так как страдают новизна, уместность и правильность речи. Этот дискомфорт не только результирует в настроение людей, но также порождает демографические, социальные, экономические и экологические трудности.

Развитие компьютерных технологий изменяет статус речевых отношений, поскольку речь получает новую фактуру с новыми свойствами дальности и быстроты коммуникаций и мультимедиа. По закону фактуры речи (4) предполагается образование новых видов речи

и новых социальных структур

, отвечающих этим видам речи (2 --- закон связи речи и общества). Пока компьютерная речь реализует только фактурные законы преемственности (3.1; 3.2; 3.3). Так речь записывается и воспроизводится с помощью компьютеров, речевая и другая информация концентрируется в системах информационного поиска (ИПС), ведется автоматизированный перевод (МП), осуществляется автоматизация управления (АСУ). Эти основные системы дополняются моделирующими системами, позволяющими делать прогноз о поведении объектов, игровыми системами, обучающими системами, системами искусств (музыкального, изобразительного и компьютерной анимации), системами автоматизированного проектирования (САПР).

Все эти системы воспроизводят часть функций существующих семиотических систем

, кроме танца и обряда --- систем, связанных с воспитанием.

Возможно появление каких-то новых систем, которые в принципе не воспроизводят функций до сих пор известных семиотических систем. Однако таких систем пока нет.

Особенностью существующих информационных систем

является особая связь между словом и другими видами семиозиса

. Эта связь состоит в том, что семантические потенции

слова специализируются и углубляются так же, как специализируется и углубляется семантический потенциал

изображений всех видов и звучащих знаков музыки и речи. Так складывается новая область знаковой семантики

.

Информационные системы создаются организациями, специализирующимися на информационных продуктах. Эти организации ведут свою деятельность на коммерческих началах и в условиях конкуренции. Создание и использование этих систем складывается как всеобщее (для общего пользования) и специализированное. Последнее имеет информацию большой ценности, а первое располагает обширной информацией малой ценности, но отличается от СМИ, частично обладающей культурной значимостью.

Возрастают погоня за ценной информацией, развитие криптографии и дешифровки.

Пользователь информационных систем может вступить с ними и в денежную, и в информационную связь путем абонирования в информационной системе или иного выбора культурно-значимой и текущей информации.

Сами информационные системы фактически отрицают секретность частной жизни человека, так как его денежные траты, его состояние здоровья, служебное положение, образовательный статус, контакты с правоохранитель ными органами, органами страхования, земельными органами и т. п. фиксируются информационными системами, делают его освещенным со всех сторон, его частная жизнь фактически не безопасна с точки зрения секретнос ти физической жизни и духовных помышлений.

Быстрота и глобальность средств связи могут быстро локализовать человека в его действиях и помышлениях. Это состояние рождает по меньшей мере следующие проблемы:

1. Деление людей по уровню и характеру семантических операций

и создание новых общественных классов по уровню и характеру усваиваемой для оперировани информацией (старая проблема античной политии: деление на рабов и свободных, но не в смысле свободы слова, а в смысле глубины понимания).

2. Конкуренция в области секретной информации в информационных системах необщего пользования порождает в этом классе пользователей своеобразный информационный аристократизм и одновременно внутригрупповую борьбу.

3. Информация в системах общего пользования

становится столь объемной, что неизвестно как ею пользоваться, с одной стороны, а с другой, она настолько тривиальна, что не позволяет принимать значимые решения. Одновременно человек "освещен", находится "под колпаком" информационных систем, над ним может быть осуществлен любой диктат.

Эти проблемы формируют новый информационный кризис общества. Отсюда необходимость в новой серии правил риторики, разрешающих этот кризис и отвечающих общим объективным законам речи

.

2.1. Теория монолога

2.1.1. Задачи и теории

Классическая риторика

исследовала монолог и обучала ему. Развитие теории монолога --- достояние, оставшееся в наследство от греко-римской античности. Хотя теоретически обосновать структуру монолога вне структуры диалога нельзя, античные авторы сумели разработать теорию монолога на примерах лучшего гражданского и судебного красноречия

. Опираясь на этот эмпирический материал, они сумели подтвердить свои разработки не только анализом речей по гражданским и судебным вопросам, но и обучением ораторов. Созданная ими ораторска школа доказала способность научить людей искусству риторики

, прежде всего устной, и тем была доказана правильность созданной ими теории.

Несомненно, что, строя теорию монолога, античные авторы, как и в иных случаях, опирались на фольклорную речевую культуру. Отсюда возникли две системы понятий риторики

: система понятий Аристотеля и система понятий Квинтилиана. Одна из них --- аналитическая

, ее создал Аристотель, друга - синтетическая, ее окончательно оформил Квинтилиан. Аристотелева система отражает правила для слушающего, а Квинтилианова --- правила для говорящего. В силу этого система Квинтилиана послужила основой обучения и воспитани ораторов. В основании системы Квинтилиана положены четыре основные понятия: изобретение, расположение, словесное наполнение (

элокуция) и исполнение речи (элоквенция). Нередко эти четыре поняти сводили к трем, соединяя изобретение и разработку темы, так как в первых двух случаях речь идет о структуре мысли, в третьем случае речь идет о воплощении мысли в слове как носителе смысла, а в четвертом --- об искусной фонации

(или графике).

Каждый из разделов риторики

, по Квинтилиану, предполагал свой состав понятий методикодидактического характера. Так, поскольку изобретение речи

зависит от творческих способностей человека, следовало озаботиться развитием этих способностей. Необходимо было разделить врожденную одаренность изобретать, или талант, и благоприобретенную способность --- образование.

С этого времени искусство риторики

различает талант, образование и тренировку. Талант как врожденное качество дано немногим. Признание риторического таланта сложно, потому что речью, в отличие от других видов искусств, пользуетс каждый. Но не каждый --- талант. Однако в отличие от музыканта или геометра - людей, избранных самой профессией, --- ритор уравнен в своих правах с каждым обывателем, а многие обыватели не склонны уступать звание оратора такому же человеку, как и он сам.

Поэтому ритор, чтобы не зарыть свой талант в землю, должен овладеть профессией, требующей специальных знаний и навыков. Это профессия, как бы мы теперь сказали, управленца и юриста. Такое ограничение риторских профессий было признано в Риме потому, что управленец, т.е. гражданский, военный и административный деятель, делал карьеру в области управлени обществом. Юрист, вооруженный знанием законов и навыками судебной практики, стоял, по условиям жизни римского общества, в преддверии гражданской карьеры, так как решением судебных споров завоевывал авторитет и голоса избирателей.

Для управленца и юриста требовался круг специальных навыков и знаний. Эти люди должны были происходить из состоятельных и влиятельных семей. Семейное происхождение гарантировало воспитание в условиях, когда наследник готовился принять управление сложным домашним хозяйством, гарантирующим имущественный достаток, необходимый для начала юридической и гражданской карьеры. Он должен был с младенчества укрепиться в навыках хорошего литературного произношения, что было фундаментом его будущей ораторской практики. Поэтому Квинтилиан рекомендует брать кормилицу с хорошим произношением.

Затем ребенок и отрок должны получить полное общее образование

, включающее физическую культуру, грамматическую подготовку, знания по математике, философии. Последнее в современных условиях представлено естественными и общественными (гуманитарными) науками и изящными искусствами. Это образование включало также обучение позитивным знаниям и воспитание навыков. Ребенок и отрок погружались не только в систему понятий, но и в знание исторических прецедентов. Было замечено, что лишь эрудированный человек может быть хорошим оратором. Одновременно хорошие знания в науках, искусствах и ремеслах --- удел рабов и вообще неглавных людей, так как профессия вместе с разделением труда ставит человека в цепочку деятельности, задача же управляющего распоряжатьс самой цепочкой. Поэтому нужно сильное общее образование, которое поможет разобраться в необходимых случаях с профессиональными проблемами.

Так формируется наука для господ. Господа и являются ораторами. Господин является как бы профессией. Профессиональная подготовка господина --- общее образование, знание культуры. Этот важный урок был хорошо усвоен странами, где латинские традиции составляют основу образования (из европейских стран - Италия, Испания, Франция, Великобритания, Германия и т. п.). Некоторые страны под воздействием идей Возрождения отторгались от средневековой латыни и говорили о преимуществах родного, вульгарного языка. Но Британия и страны Пиренейского полуострова --- Испания и Португалия наоборот удерживали латинское образование. Поэтому устремленность образования в странах была иной, чем в тех, где образование активно переводилось на родные языки. Латинские, а точнее --- квинтилиановские традиции, играли в Британии, Испании и Португалии большую роль. Сильное общее образование и его устремленность на ораторскую подготовку дало тот эффект, который виден сейчас на языковой карте мира. Бедные тогда страны средневековой Европы оказались более изобретательными, чем богатые (Франция, Фландрия, Австрия, Италия). Пруссия в конце XVIII - начале XIX в. стала перестраивать свое классическое образование.

Роль общего образования для управленцаритора была решительно подчеркнута Цицероном --- великим практиком риторики

и сторонником аристократической республики.

Риторическому изобретению в методике Квинтилиа на отводилось место завершени образования управленца. Были разработаны задачи на риторическое изобретение. Типы этих задач как учебные тексты сохраняют свое значение до сих пор. Изобретение как основа риторики

теряет свою силу лишь тогда, когда профессиональное научное и техническое изобретение, к тому снабженное правом на патентование идей, входит в полную силу, т. е. в XIX в. Тогда стало казаться, что профессиональное изобретение отменяет и обесценивает изобретение риторическое.

Выделение риторического изобретения как изобретения по вероятию было обосновано Квинтилианом через понятия фигуры мысли в отличие от фигур речи.

В отличие от фигуры речевые (сравнения, уподобления, бессоюзия и т. п.) фигуры мысли, по Квинтилиану, сводятся к следующему:

1. Уничтожение позиции противника.

2. Уничтожение смысла предмета речи.

3. Уничтожение отношения к предмету речи.

4. Поддержание контакта с аудиторией.

Фигуры мысли

есть фактически модусы риторического изобретения в диалоге. Из перечня фигур ясно, что они есть ответы на сказанную или вероятную речь противника. Если ответ на предложенную мысль в речевой форме требует от оратора поддержки позиции предшествующего оратора, на это не нужно тратить умственных усилий, достаточно согласиться. Но возражение на предыдущую речь, напротив, требует изобретения. Корабль государства движется под воздействием противоречий в буквальном смысле слова.

Можно не согласиться с выводом, сделанным предшественником, признав его исходные положения. В этом случае надо проследить цепь его доказательств, указать на ошибку и исправить смысл того, что сказано.

Можно доказывать неактуальность для аудитории самого предмета речи, иначе --- его фактическое отсутствие.

Можно согласиться с предметом речи, но не согласиться с его актуальностью. Например:

1. Вы признали, что действующий президент совершает ошибки, но призываете голосовать за него. Зачем нужен президент, постоянно делающий ошибки? Его поведение доказывает, что он и дальше будет делать ошибки. Поищем нового!

2. Вы признаете за президентом как достоинство его особую харизму. Но есть ли вообще харизма? Покажите мне, что это такое.

3. Допустим, что действующий президент обладает данными харизматического лидера (хотя неизвестно, что это такое!), но в настоящее время харизматическа приверженность к курсу президента не нужна, поскольку сам президент настаивает на правительстве, составленном из специалистов. А мы знаем, что быть специалистом в политике значит обладать общей культурой, а общая культура и профессионализаци вряд ли совместимы.

Таким образом, логические ошибки, неактуальность предмета и ошибки в отношении к предмету есть принципы, на которых строится изобретение как ответное риторское действие в диалоге. Но в любом случае для аргумента ции необходимо доверие аудитории к оратору. Доверие аудитории к оратору - решающий момент изобретения. Как заставить данную аудиторию в данном месте и времени довериться оратору, составляет основной момент изобретения. Для этого надо знать аудиторию, ее современные вкусы и надежды. Этот предмет может быть освоен только опытом и интуицией оратора (а не социологическими обследованиями, каждое из которых есть собственное ораторство членов аудитории, с их фигурами мысли). Поэтому опыт и интуиция оратора, отраженная в его предмете речи и основанная на его культуре и опыте, есть фактически главна фигура мысли

.

2.1.2. Метод Квинтилиана

Для развития этой фигуры мысли, т.е. основной способности к изобретению, Квинтилиан разрабатывает методику обучения ораторской мысли

. Эта методика состоит в следующем.

1. Изучение теории риторики

. В данном случае, помимо знания фигур речи и фигур мысли, необходимы знание и следование положениям хорошей ораторской практики. Эта хорошая практика складывается из следующего: выбор темы, волнующей оратора и посильной его эрудиции. Нередко тема задается самими обстоятельствами жизни, например, клиент просит оратора выступить в суде по его делу. Тема, таким образом, задана.

2. Изучение классических образцов ораторского искусства. Это значит, что надо сначала подвергнуть произведение ораторского искусства филологическому анализу и лишь затем перейти к собственно риторическому осмыслению, т.е. к гражданским обстоятельствам произнесения речи, аргументам противников и эффекту речи в аудитории ее произнесения.

3. Подражани е. Всякий оратор рождается от оратора. Должен быть хороший оратор, к которому начинающий поступает в ученики. Ученик должен, вопервых, помогать учителю в сборе и подготовке материалов и, вовторых, смотреть и слушать, как учитель готовит и произносит речь.

4. Собственная ораторская практика. Она начинается от школьных учебных речей, а затем постепенно ученик должен сам начать выступать и после всякого выступления оценивать успех или неудачу своей речи.

Эти четыре момента и на сегодня являются основой развития ораторской интуиции. При любом самом явном таланте нельзя миновать этого процесса воспитания, так как речь идет о введении человека в практику диалога, который есть непрерывный процесс, куда оратор должен войти и начать действовать в нем.

Основываясь на хорошей практике, Квинтилиан дает советы, как приготовить речь. Эти советы есть методичес кий алгоритм действий оратора:

1. Выбрать тему, назвать ее и рассмотреть ее логически и прагматически.

2. Собрать материал к речи как можно более полно, разобрать и проанализировать его. Материал представляет собой как письменные, так и устные источники. Границы этих источников составляют, так сказать, материю речи и связаны с ее замыслом, с одной стороны, и временем, потребным на подготовку речи, с другой.

3. Создать самую речь, т.е. расположить аргументы в соответствии с замыслом речи, с одной стороны (т.е. с фигурами мысли), а с другой --- посчитатьс с характером и интересами аудитории. Отделать речь в соответствии с правилами стилистики, с использованием полноценного литературного языка и применением, по пристойности, фигур речи

, т.е., в конечном счете, соединить фигуры речи

и фигуры мысли. Написать и выучить речь.

4. Произнести речь. В этом случае следует обратиться к дикции. Дикци в системе ораторского воспитания начинается предварительно от языка кормилицы и семьи, затем от уроков дикции в актерской школе, т.е. в актерской системе обучения дикции, а затем в практике выслушивания ораторских речей и в собственном опыте произношения. Хорошее обучение дикции предполагает также возможность справиться с ораторским волнением, так сказать, естественным смущением перед аудиторией.

Важным вкладом в теорию риторики

у Квинтилиа на является учение о расположении и его окончательное выражение в теории частей речи. Восемь частей речи, по Квинтилиану, вошли в обиход всей позднейшей риторики

:

1. Обращени е. Его цель --- привлечь внимание аудитории к оратору и расположить аудиторию к оратору.

2. Именование темы, т.е. о чем оратор будет говорить, т.е. настроить слушателей на предмет, заставить их вспомнить, что им известно по этому предмету, и приготовить их к слушанию речи, сознательно углубляться в предмет.

3. Повествование состоит из описания истории предмета по существу, т.е. как возник вопрос, который подлежит разрешению, и как сложилось само дело.

4. Описание --- рассказ о том, каково дело в настоящее время, т.е. необходимо дать системное представле ние состояния дела.

5. Доказательство состоит из аргументов логического характера, обосновывающих решение.

6. Опровержение состоит из аргументации от противного. При этом можно приводить аргументы как против реально высказанных, так и против мысленно созданных альтернатив: "Могут подумать, что...".

7. Воззвание --- обращение к чувствам слушателей. Служит для того, чтобы сформулировать эмоциональ ное отношение к делу. Эта часть речи занимает предпослед нее место потому, что люди выносят суждения всегда скорее под влиянием эмоций, чем под влиянием логики.

8. Заключение --- краткое изложение всего предшествующего и выводы по обсуждаемому делу.

Восемь частей речи, рожденные из устной риторики

, были перенесены впоследствии в письменную риторику

и стали терминами, разделяющими на части любую речь. Отдельные части речи превратились в жанры ученических сочинений, публицистических, научных и художественных текстов. Это объясняется тем, что о любом предмете можно говорить только этими восемью способами. Восемь частей речи объясняютс ее основными качествами: линейностью и включенностью в диалог (по принципу трех первых фигур мысли).

От всякого оратора, как известно, прежде всего требуется изобретение. Но изобретение содержит в себе следующие признаки: ограничения фантазии, выдвигаемые конкретной аудиторией, --- этос, возможность реализации коммуникации - логос

и соотношение данного и нового в высказывании --- пафос

. Таблица 2.1 представляет обобщеную структуру акта изобретения.

Таблица 2.2 показывает, как эти условия акта речи соотнесены с включенностью в отдельные части целой речи.

Таблица 2.2 показывает, что ничего больше нельзя разместить из возникшего в фантазии. Линейность речи дает только эти возможности и подчиняет себе тем самым строй речи-мысли оратора, заставляя его прибегать к данным формам с их отношением ко времени и модальности.

Таблица 2.1

Таблица 2.2

Таким образом, построение речи, по Квинтилиану, можно обобщить в схеме 2.1, фиксирующей принципы порождения речи (стр. 130).

Схема 2.1

Данная система есть система обучения искусству риторики

. Она отличаетс всеми качествами методических систем, т.е. последовательностью операций, переход от простого к сложному по ступеням, когда у обучаемого появляютс новые качества, образуется переход от знаний к навыкам и искусству реализации знаний. Вероятно, это первая строгая методическая система, отличающаяс всеми признаками систем программированного обучения.

Как и всякая система программированного обучения, эта система не считаетс с индивидуальными способностя ми, с интуицией обучающегося, с возможностями переноса механизмов психики с одних задач на другие и т.д. Но данная система безусловно воспитывает риторическую грамотность, если все элементы обучени будут пройдены прочно.

Развитие риторики

после Квинтилиана показывает, что никто не достиг в последующих риториках

методичес кой цельности в пределах поставленной образовательной задачи. Все последующие риторики

под воздействием изменени стиля

речевых отношений разрабатывали какие-то блоки схемы Квинтилиана - то учение о фигурах, то учение об общих местах, то аргументацию, то дикцию, то формы устных и письменных текстов и т.д.

Схема Квинтилиана удерживает свое место до сих пор и в обучении риторики

, особенно на технических, начальных стадиях риторического образования. Теоретичес кий смысл схемы Квинтилиана показывает, сколь сложна семантикофонетическа конструкция речи.

Попытки анализа речи через стилистику или лингвистическими методиками или через идейные и социальные факторы тщетны потому, что они не считаютс с механизмом порождения речи от задач образования до исполнения речи. Части механизма порождения речи в данной последовательности доказаны, доказана их связь и относительная отдельность каждого элемента, приводящего к становлению такого сложного образования, как устная монологическая речь, которая в каждом отдельном высказывании несет в себе элементы становления речи в переходе от младенчества к детству и в последующем втягивании человека (организованном обучением или стихийном) в речевые отношения, когда на каждом этапе человеку предъявляются новые требования.

2.1.3. Метод Аристотеля

Риторика Квинтилиана, как пишет он сам, зависит от риторики

Аристотеля. Для изучения монолога идеи, точнее, идейная направленность Аристотеля интересны потому, что категории

риторики

Аристотеля построены исходя из позиции слушающего (читателя).

Вот эти категории

: образ оратора, вид речи, образ конкретной речи, возбуждение эмоций, аргументация, композиция, стиль

. Эти категории

--- основа современной стилистики. Но они относятся к уже готовому тексту, который анализируетс слушающим.

Анализ текста по этим категориям показал, что каждая такая категори создается намеренно.

В наше время, время письменно и машинно создаваемой речи, есть возможность проследить становление речи на разделении труда при создании речи. Б.В. Томашевский в работе "Писатель и книга. Очерк текстологий" был первым, кто рассмотрел механизм разделения труда при создании литературного произведения. Б.В. Томашевский различает следующих речедеятелей, участвующих в создании текста художественного произведения и вносящих свой труд в создание его окончательного смысла и формы: автор --- издатель --- редактор и цензор --- корректор - типографский работник.

Автор и издатель находят друг друга по симпатии к общему представлению о задачах данного произведения по критериям его общего содержания и соответстви стилевым течениям. Редактор и цензор изменяют содержание авторского текста исходя из требования общества к идейностилевому содержанию произведения; корректор обычно вступает в конфликт с авторской орфографией и пунктуацией. В итоге этого конфликта возникает компромисс, когда в наборном экземпляре появились изменения авторской рукописи, идущие от редактора и корректора. После этого следуют набор и корректура, когда в текст вносятся новые изменения.

Эти изменения существенно влияют на стиль

и смысл печатного текста. К этому процессу, объективируе мому изменениями и правками, можно было бы добавить и те дополнительные смыслы, которые вносит художествен ное оформление текста, шрифты и переплет. Изменения, вносимые в текст типографским процессом, Томашевский не исследовал, но они могут быть прослежены, пользуясь его методикой.

Выработка текста массовой информации, рекламы и информатики сохраняет принципы разделения труда и вносит в него новые осложнения. Однако эти процессы, важные для раскрытия смысла текста, также могут быть учтены.

Особым вопросом является психология порождения письменной речи, котора требует от человека связи глаза и руки и развивает осязательномоторные свойства личности, меняя тем самым структуру восприятия и выражения. Дл психологии письменной речи это состовляет особую проблему.

Знания механизма порождения речи письменной и устной несомненно вооружают получателя речи, ибо главной проблемой сегодня остается защита человека от разного рода речевых воздействий. Поскольку в любом виде словесности воспринимает речь отдельный человек --- получатель и целью создателя речи является склонить получателя к своим предложениям, риторика

восприяти речи важнее риторики

создания речи. Риторика

восприятия речи управляет риторикой

создания речи, так как получатель речи задает создателю речи этические и смысловые границы для изобретения.

Современные практические работы по речевым коммуникациям прежде всего преследуют цель облегчения восприятия основного нового смысла высказываний. Так создаются письмовники, открытки и письма со стандартны ми текстами, документные формы, позволяющие быстро считывать главную, новую информацию. Письменные тексты озаглавливаются и разделяются на абзацы, в письменных газетных текстах формируются рубрики и дополнительно к заголовкам создаютс надзаголовки и подзаголовки и сам формуляр информационных текстов подчеркивает разделение факта и комментария.

В рекламном тексте все подчиняется быстроте восприятия содержания, а в компьютерном информационном поиске все делается для удобства поиска и компрессии информации, чему служит также наглядная графика.

Это значит, что практика усовершенствования речевой коммуникации ставит на первое место воспринимае мость и понимаемость текстов. Идеи и структура риторики получателя текста дана в исходном виде риторики

Аристотеля, состоящей из трех глав, а в каждой главе рассматривается по два основных понятия, которые относятся к восприятию и пониманию текста. На схеме 2.2 показано, как эти шесть понятий укладываются в акт коммуникации

между говорящим и слушающим.

Схема 2.2

Линии, соединяющие на данной схеме говорящего и слушающего, показывают слои смысла, отвечающие различиям внутри общего впечатления, производимого оратором на слушающего.

Образ оратора --- не то же самое, что оратор, а то, как оратор представляет себя аудитории. В отличие от актера, который представляет публике воображаемый персонаж, ориентированный на тип человека (страстный, несчастный, злой, добрый и т.д.) в определенных, также воображаемых положениях, оратор должен представлять себя "по правде", т.е. исходя из реальных обстоятельств, а не из воображае мых. Это первое условие понимаемости оратора как человека. Вторым условием является то, что оратор в любой своей речи должен быть самим собой, т.е. держаться в принципе одних и тех же взглядов и оценок.

Сравним:

Актер --- воображаемые обстоятельства --- воображаемая личность;

Оратор --- реальные обстоятельства --- реальная личность.

Актер не отвечает за последствия своей речи, так как все, что он показывает публике, --- условно. Оратор всегда отвечает за последствия своей речи, так как то, что он говорит, касается не воображаемых обстоятельств, а реальности, и он сам --- действующее лицо среди других действующих лиц в его аудитории.

И все-таки оратор есть не реальное лицо, а маска. Оратор должен представить себя публике. Если он будет показывать все то, что творится в его душе в реальности его психологических состояний, то его не станут слушать. Кроме этого, оратор должен быть, вернее, представлять себя человеком надежным. Это значит, что во всех речах он должен быть однороден в своих нравственных выборах, внешнем облике и типах реакций. Эта однородность выбирается оратором, воспитывается им самим и для себя, является основой его маски, так как иначе он не заслужит доверия аудитории.

Маска оратора как бы прирастает к нему на всю жизнь, тогда как маска актера меняется в зависимости от роли.

Поэтому актеры в античности и средневековье --- подлое сословие, люди, не заслуживающие доверия. Оратор, напротив, уважаем. От актера можно ждать чего угодно, оратор предсказуем; аудитория, познакомившись с ним, уже знает, чего можно от него ожидать. Образ оратора --- гарантия устойчивости суждений и реакций на речь. Этой стабильности хочет аудитория. Поэтому оратор ради единства своего образа должен не изменять своим взглядам даже под страхом смерти. Многие выдающиеся ораторы по этой причине закончили свои дни не в своей постели. Ораторская маска --- образ оратора - первый слой содержания, который считывает аудитория. Увидев данного оратора, она уже предполагает общее смысловое направление его речи, тем самым образ оратора есть категория смысла речи для слушающего, известная ему наперед и подтверждаемая по мере развития монолога оратора.

Видам речи Аристотель уделяет особое внимание. Существует три вида речи: совещательный, судебный

, показательный

. Различия в видах речи связаны с поводом, по которому собралась аудитория. Повод

--- второе условие предварительного понимания речи. Если речь будет произнесена не по поводу, ради которого сошлась аудитория, речи не будет, так как аудитория не согласится оратора слушать.

Аристотель показывает главные смысловые различия речи в зависимости от повода: совещательная речь --- речь о будущем, судебная --- речь о прошлом, показательная --- как бы вне времени, так как соединяет в своих фрагментах описание прошлого и благопожелания (или зложелания) кому-либо или чему-либо.

Повод, по которому собирается аудитория: суд, народное собрание, торжество, - требует соответствующего отнесения ко времени. Слушатели не примут речь, если время описания в ней не будет соотносится с поводом, по которому они собрались.

Три вида публичной речи обнаруживают связь между речью и временем, реально текущим. Эта связь отрицательная. Можно говорить либо о прошлом, либо о будущем, но нельзя говорить о настоящем. Отсюда риторическое время --- не то же самое, что грамматическое. Грамматическое время условно и применяетс как глагольные формы, равно в речи о прошлом или в речи о будущем. Отсюда речь всегда есть условность, содержание речи

--- мысленная реконструкци того, что нельзя увидеть или почувствовать.

Эта мысленная реконструкция может быть либо истинной, либо ложной. Истинной она бывает тогда, когда более или менее соответствует прошлой или будущей реальности. Поэтому оратор говорит не правду, а правдоподобие. Аудитори ищет этого правдоподобия. Чем более правдоподобна речь, тем более удовлетворена аудитория.

Аудиторию может устраивать то или иное правдоподобие в зависимости от настроения, интересов и вкусов аудитории. Аудитория, с другой стороны, доверяет тому оратору, который, высказывая свое мнение, ближе всего подошел к реконструкции прошлого или будущего, особенно если он преподнес эту реконструкцию так, что удовлетворил настроению, интересам и вкусам аудитории.

Аристотель излагает теорию видов речи в координации с аналитикой и поэтикой. Целью аналитики является истина, т.е. соответствие содержания речи природе вещей.

Отношения между риторикой

и аналитикой у Аристотеля таковы, что в них содержится скептический аргумент по отношению к ораторским суждениям. "Мысль изреченная есть ложь", и эту ложь можно исправить только частично, поскольку долг оратора --- не высказать истину, а утвердить свое мнение в суде или народном собрании.

Образ оратора и вид речи, по Аристотелю, --- условия, в которых речедействие

ограничено рамками, задаваемыми аудиторией. Следовательно, в этих категориях риторики

действует прежде всего этос, который формирует основные черты логоса --- время речи и мнение в его отношении к истине.

Как образ оратора, так и вид речи есть своеобразные прелиминарии, образующие исходные смыслы речи, которые подчиняют себе другие смыслы. Исходные смыслы речи составляют рамки понимания речи.

пафос

оратора, то новое, что он вносит, выражается в образе данной речи. Этот образ направлен на то, чтобы оказать влияние на аудиторию. В совещательной речи оратор одобряет или отклоняет те или иные мнения или решения, в судебной - обвиняет и защищает, в показательной --- прославляет или осуждает. Эти разделения пафоса даны как общие смыслы речи, вызванные предметом речи. При прославлении речь идет о почетном, при осуждении --- о постыдном. При обвинении и оправдании речь идет о том, что было в действительности, и к этому добавляется комментарий о том, в какой мере события и поступки соответствовали морали и праву. При совещательной речи оратор советует и склоняет ко благу, что может принести зло.

Так классифицируются типы пафосов в зависимости от этоса:

1. Почетное --- постыдное.

2. Оправдание --- обвинение.

3. (Склонить ко) благу --- (отклонить от) зла.

Эта классификация пафосов является основой риторики

Аристотеля. Вместе с тем эта же классификация относится Аристотелем и к поведению самого речедеятеля: если постыдно не уметь помочь себе телом, то еще более постыдно не уметь помочь себе словом. Она относится и к государству: сильно то государство, где организация речи, ее устройство сделано наилучшим образом.

категории

пафоса связаны с чувствами людей, так как пафос

речи пробуждает в аудитории эмоции. Но сами аудитории поразному заражаются пафосом речи. Здесь Аристотель дает классификацию аудитории с точки зрения ее способностей заразиться пафосом речи. Классификация аудитории у Аристотеля может быть названа патетической. Аудитории разделяются:

по возрасту

(молодые люди --- старые люди);

по достатку (богатые --- бедные);

по эмоциональному состоянию

(счастливые --- несчастные).

Молодая аудитория легко воспламеняется речью и легко склоняется под воздействием чувств к решениям и поступкам, старая, наоборот, настроена своим опытом и житейскими неудачами быть осторожной. Поэтому она с трудом поддается эмоциональному воздействию, ей трудно решиться на действия и поступки.

Богатые склонны искать выгоды, такая аудитория состоит из людей хитроумных, быстро анализирующих смысл речи и соотносящих смысл речи с возможной выгодой для себя. Это эгоистичная аудитория. Бедные представляют аудиторию с противоположными качествами. Эта аудитория тоже ищет выгоды, но не отличается способностями к быстрому анализу предлагаемых оратором мыслей и предложений.

Счастливая аудитория склонна к добродушию. Она снисходительна к оратору. В то время как несчастные, напротив, склонны быть желчными и критическими.

Таким образом, как показано на схеме 2.3, существуют признаки, разделяющие аудиторию на три подобных направления, в которых развиваются противоположные качества аудитории.

Схема 2.3

Это значит, что реальная аудитория может сочетать в себе разные качества, т.е. быть молодой и бедной, богатой и старой, старой и счастливой, старой и несчастной, старой и бедной. В зависимости от этих комбинаций пафос

почетного и постыдного в речи возымеет то или иное действие.

Поэтому образ конкретной речи, строящейся на том или ином типе пафоса, а точнее --- на комбинации тех или иных типов пафоса, создает определенные условия для успеха речи. Речь может иметь успех или провал, если пафос

и его словесное выражение не отвечают духовному состоянию аудитории, характеризуемому ее составом.

Характерно тройственное деление пафосов и аудиторий. Так, в судебной

, совещательной

и показательной речи

можно применить любой вид пафоса, но повод, по которому собралась аудитория, задает главный вид пафоса, который ожидает аудитория и который непременно должен быть представлен в речи данного вида.

Аристотель в связи с взаимодействием пафоса и видов аудитории предлагает наведение тех или иных видов эмоций как ведущего средства убеждения. Аудитори решает дело главным образом в зависимости от того, в каком она настроении или, точнее, в зависимости от того, как настроил ее оратор.

Схема 2.4

Первым основным видом речевой эмоции Аристотель называет страх и сострадани е. Страх есть естественное чувство опасения (за свою семью, жизнь, имущество, почет и т.д.). Сострадание вызывается видом несчастья, которое постигает других людей. Сострадание и страх --- родственные эмоции, так как сострадание вызывает страх за самих себя. Зрелище несчастья, происшедшего с другими, заставляет воображать, что подобное несчастье может угрожать и тебе самому. Поэтому сострадание вытекает из сочувствия к несчастью других, вызванного воображением того, что подобное несчастье могло бы случиться и с теми, кто видит несчастье других. Это неприятная эмоция. Поэтому требуется красноречие

, искусство слова, умение вызвать у аудитории разнообразные эмоции.

Но греки, составлявшие аудиторию, знакомую с диалектикой

, требовали доказательств . Практически более четверти "Риторики

" посвящено доказыванию

. Вводится понятие энтимемы (в отличие от силлогизма). Для доказывани через энтимемы, где рассматривается не логическая истинность, а вероятность ситуации, описываемой речью, нужно исходить из общих мест, или из топов (пока общие места и топы

не различаются). От топов производится доказывание

. Топов у Аристотеля много, но все они опираются на то, что потом стали называть здравым смыслом. Источником здравого смысла, как видно из состава топов, являются общепризнанные фольклорные суждения, по сути дела, пословицы, точнее, смыслы пословичных инвариантов (варианты пословиц группируютс вокруг определенных идей, таких, как "Почитать богов --- добродетель", "Заботитьс о благе общества --- почетно"

и т. п. Эти варианты образуют смысловые инварианты --- топы

).

Так складывается перечень первых топов. Во-первых, потому, что эти смыслы впервые сформулированы риторикой

, и во-вторых, потому, что они первоначальны, так как исходят из обыденной практики, а не ученой речи, и потому имеют неопровержимую силу.

Применяя то или иное общее место к конкретному случаю, можно вынести суждение о случае, дать данному случаю квалификацию, назвать его и тем доказать свою мысль аудитории. Но случай как конкретность жизни поддаетс разным интерпретациям. К одному случаю можно применить разные общие места. Это зависит от того, как этот случай описан.

Отсюда гибкость аргументации, с одной стороны, и потребность во множестве аргументов и их расположении, с другой. Расположение аргументов есть, по сути дела, композиция речи

. Композиция речи

завершает риторическое учение. В композицию речи входит также словесный состав

. От выбора слов и их расположени зависит синтаксис речи

. Синтаксис речи

вместе с выбором слов --- это то, на каком основании аудитория судит об ораторе. Текст "Риторики

" Аристотел складывается в стройную систему, отражающую дедукцию

. В его рассуждении, как показано на схеме 2.4, фактически наличествуют (стр. 140).

Схема показывает, что она диалогична по сути, хотя и говорит о монологе. Диалогичность состоит в том, что аудитория с ее возможными возражениями и контрречами все время имеется в виду.

Учение о должности оратора связано с отношением к нему общества, отношение аудитории к оратору требует от

него постоянства идей и взглядов. Эти разделы риторики

показывают суть ораторства как искусства управления, предъявляющего к управленцам определенные речевые требования.

2.1.4. Развитие содержания монолога

Возможны и другие виды речевых действий, узаконенные обществом, например, должность учителя или ученого. Естественно, что в этих видах речевой деятельности образ оратора может и должен быть другим. Если человек, работающий в образе гражданского оратора, станет выступать перед учебной аудиторией, он будет выглядеть ходульно.

Учение о видах речей есть конкретные рамки речевого этоса, в которые поставлен оратор. Никаких других аудиторий для ораторства античный полис не предоставля ет. Это рамки обычного права античного полиса.

Но в иных обществах, в иное время, в иных обстоятельствах существуют многие другие виды речей, требующие иной смысловой структуры в связи с иным назначени ем речи, например, проповедь и проповедники.

Рамки, предоставляющиеся оратору, ограничивают смысл его речи идеей вероятности и правдоподобия, так как содержание речи оказывается отнесенным ко времени так, что в ней рассматриваются такие события и факты, которых уже нет или еще нет в наличии. (Вообще говоря, в принципе возможна речь и о наличных фактах и событиях, например: "Вон --- стол", "Я еду на поезде" и т. п., когда речь описывает события бытового контекста или "поток сознания

".) Поэтому толковать непредставленные факты или события можно только с позиции пафоса.

Гражданский пафос

--- особый вид пафоса. Почетное и постыдное, оправдание и обвинение, благо и зло применяются только в гражданском пафосе. Но за пределами этих трех видов речей возможны и другие виды пафоса, например, соблазн, любовь, учительство, семейственность и т. п., в которых гражданский пафос

неуместен, а действуют другие виды пафоса.

Классификация аудитории, данная Аристотелем, сохраняет свою силу и в наше время. Но число и характер аудиторий публичной речи сильно выросло и в каждой современной аудитории есть свои склонности решать предложенные ей вопросы (например, в церкви) или просто обязанность отвечать на вопросы (например, на экзамене).

Соответственно этому изменяется тип эмоционально го воздействия на аудиторию, так как аудитория, смотря по ее задаче, подчиняется воздействию разных слов и требует, чтобы вызывались разные эмоции. Поэтому сострадание и страх, которыми легче всего заражается данная аудитория, неуместны для любовного ухаживания или для научного текста.

Доказывание через Аристотелеву топику применимо в гражданском публичном ораторстве, особенно в условиях, когда аудитория не училась в современной школе и имеет черты традиционного семейного воспитания. Но в условиях современной научной речи топика Аристотеля неприменима.

И последнее. Расположение доводов и стиль

слово

употребления в ораторстве, т.е. в совещательных, показательных и судебных речах, и сейчас остается примерно такой же, как во времена Аристотеля. Но вмешивается и накладывает свой отпечаток как стиль

времени, так и то, что современная ораторская аудитория уже не единообразна. Собрание в ЖСК и парламент --- не одно и то же, и соответственно регламенты таких собраний разные и подготовка их иная. Судебная речь

применяется сейчас не только в суде, имеющем другой состав судей, нежели в античном полисе. Судебная речь --- это и комиссии, исследующие корни, источники и причины чего-либо, и собрания историчес ких ученых обществ, и разбор медицинских ситуаций после паталогоанатомических исследований и т. п. Поэтому принципы Аристотеля в отношении композиции

и стиля

видов ораторики сохраняются, но дифференцируются сообразно обстоятельствам.

Что касается неораторских видов речи о прошлом, то, естественно, принципы расположения аргументов, выбор слов и фигуры речи

будут применяться и применяютс в них иначе, чем в классической ораторике. Заключая обзор риторики

Аристотеля, надо сказать, что разделения и принципы и терминология, предложенные в ней, сохраняют полную силу. Но риторика

Аристотеля приспособлена только для ораторики античного полиса. Она, естественно, не рассматривает всю систему видов словесности, ее развитость и современные типы аудитории, а также изменения стиля

как исторические, так и функционально ориентированные.

Исключительная ценность риторики

Аристотеля состоит в том, что она ориентирована на слушателя. Применение ее принципов, осведомленность в этих принципах делает человека вооруженным против всех и всяких видов речевого насилия. Речевое насилие, создаваемое корпорациями, производящими речь, сейчас столь велико, что уверенность корпораций в том, что они могут сделать с обывателем все, что угодно, достигает крайних пределов цинизма.

Эйзенштейн в одной из своих работ справедливо объясняет, что человек, сидящий в темном зале и смотрящий на экран, охвачен второй действительностью, и эта вторая действительность может навязать ему что угодно для изменени его поведения в первой действительности. К сожалению, это было реализовано на практике.

Самый знаменитый фильм "Броненосец Потемкин", обошедший все экраны мира, объясняет нам, что восстание (или бунт) на корабле совершилось от плохой кухни. Жующие мощные челюсти подобранных типажей --- зрительная доминанта фильма. Другая зрительная доминанта --- расстрел на одесской лестнице --- ужасна картина мести за то, что не хотят "лопать, что дают". Все это далеко от реальности. Восстание на "Потемкине" --- только повод для демонстрации идеи зоологического пищевого материализма, как и сцены штурма Зимнего дворца, которые целиком фальсифицируют историю в наглядных представлениях.

Я не говорю уже о речевых средствах воздействия, которые во много раз сильнее, если они, по условию, связаны с разрывом во времени и комментируют события так, что от их подлинности мало что остается. Здесь еще более мощным средством являются современные информационные системы

, которые через тезаурус

могут навязать любое миропредставление.

Обычный человек, обыватель, не имеет иной защиты против этого психологического давления, кроме собственной критической способности. Он должен владеть методами анализа и оценки преподносимых ему монологов, уметь видеть свой интерес в реальности и не давать себя дурачить. В этом непреходящая ценность труда Великого Философа.

Рассматривая обе схемы --- схему смысловой структуры

и схему последовательности рассуждений

Аристотеля --- убеждаемся в том, что обе они разделяют учение о монологе на три категории

.

Первая категория --- образ оратора и вид речи. В этой категории

соединяютс общесоциальные условия, предложенные оратору, и его оптимальный ответ на эти условия, т.е. в них соединены этос и логос

. этос как социальные услови речи и логос

как результирующий вывод для оратора и аудитории одновременно - конвенция между оратором и обществом.

Вторая категория --- пафос

оратора в данной речи или образ речи в ее замысле и речевая эмоция. Это --- действия оратора в предложенных ему обществом рамках. Рамки этоса и логоса

уже поняты и усвоены оратором, теперь начинается его, оратора, конкретное воздействие на аудиторию. Инициатива целиком принадлежит оратору. Он творит воображаемый по вероятию мир и дл этого формирует на основании своего пафоса

такой образ речевого воздействия, который погрузит аудиторию в речевую эмоцию. Речевая эмоция

--- это не та эмоция, которой живет человек вне речи. Это эмоция, которая наводится речью на аудиторию, в которую погружает аудиторию оратор, создавая речью вторую действительность. Аудитория начинает жить этой эмоцией независимо от действительной эмоции, когда мир дан человеку как непосредственная данность в ощущениях. В этих двух категориях нет логоса

, так как нет согласования между содержанием мыслей аудитории и содержанием речи. В ней есть пафос

и этос.

Наконец, третьей категорией является сочетание доказательств и композиционностилисти ческого склада речи. Ответственность за доказательства и стиль

целиком реализуют пафос

оратора. Если в замыслах или в наведении эмоции пафос

как бы зарождается, то в доказательствах и стиле он развертывается и получает законную выраженность, здесь пафос

исчерпан, излившись в словах. Одновременно доказательства основаны на топах, а топосы всем известны. Композиция и стиль

--- это словесный ряд, то и другое --- идейно и формальнословесная выраженность чувства и мысли --- доступно пониманию аудитории. Это общее между аудиторией и оратором, т.е. логос

.

Таким образом, первая категория --- этос и логос

; вторая категори - пафос

и этос; третья категория --- пафос

и логос

.

Таблица 2.3 обобщает эти отношения.

Поскольку в монологе, по Аристотелю, отражен диалог, категории

, как показано на схеме 2.5, развиваются через главные виды смысла речи и составляют единство игры и развития этих смыслов.

Смысловая многослойность речи уловлена, и благодаря этому можно различить: а) что хочет сделать с аудиторией оратор и б) что реально входит в интересы аудитории. Интерес аудитории представлен этосом, а интерес оратора --- пафосом. логос

позволяет расшифровать, истолковать и соединить интересы оратора

Таблица 2.3

Схема 2.5

и их критику аудиторией.

Это соединение и разделение есть рассмотрение образа оратора --- теперь это называется "имидж

" --- и его стиля

как человека и речедеятеля или, выражаясь пословицей: "Корову ловят за рога, а человека за язык."

Схема 2.6 показывает, как вышеописанное системное представление согласуетс с дедукцией Аристотеля.

Схема 2.6

Схема показывает, что мысленное движение начинаетс я от общих категорий, которыми являются социальные условия, и заканчивается стилем, в котором социальные условия соединяются с индивидуа льным речевым действием

. Схема может читаться в обе стороны. Вопервых, со стороны стилистической. Из характера композиции и стиля

раскрывается содержание данной речи. Таков путь теории словесности, но, главным образом, стилистики. Этот путь продуктивен в том случае, когда надо детально разобрать, как сделана данным оратором данна речь. Но этот путь не раскрывае т условий, в которых действует оратор. Следовательно, здесь трудно различить, хотя, вероятно, и возможно, что оратору дано с точки зрения речевого этоса, а что он внес сам своим пафосом. Во-вторых, движение можно начинать от этоса. Тогда есть возможность более строго определить, в каких условиях действует оратор и что он вносит в речь. Но при этом сложен переход к стилистике. Это путь риторики

.

Формальная школа литературоведения действовала в двух направлениях. Так, Ю.Н. Тынянов пытался реконструировать смысл речей, начиная от биографии писателя. Поскольку замысел произведения в душе автора скрыт временем, Ю.Н. Тынянов строил в своем воображении образ оратора в его социальных условиях. Для этого потребовалось образное изображение самого образа автора в виде романа. Ю.Н. Тынянов шел риторическим путем.

В.В. Виноградов двигался от словесного ряда и создавал схему анализа словесного ряда, идя от конечного продукта --- самой речи и выстраивая систему сравнитель ных и исторических противопоставлений. Таким образом, до условий речевого творчества (этоса и логоса) трудно было добраться, зато раскрывалс язык (в лингвистическом понимании) писателя и была создана историческа стилистика

и история языка художественной литературы.

И Ю.Н. Тынянов, и В.В. Виноградов обследовали художественную речь, и только ее. Может быть, потому, что они считали ее самым важным по воздействию видом речи.

2.2. Этос

и Логос

. Условия изобретения

2.2.1. Образ автора и вид речи

предполагает, что каждому роду, виду или разновидности словесности должен отвечать свой общепринятый образ автора. Кроме этого общего утверждени необходимо считаться с изменениями стиля речи. С этой последней точки зрения существуют большие различия между языками и народами, обусловленные их культурой. Учет различий в образе автора с этой типологической точки зрения составляет особый предмет монолога. В данной работе будут затронуты только принципы рассмотрения этой проблемы.

При изучении

Кроме этого, каждый речедеятель (отдельный человек, коллегия или коллектив) имеет свои только ему присущие черты создателя речи, уникальный индивидуальный стиля - предмет стилистики. 2.2.1.1. Образ автора в семейнобытовой речи

Семейная

, бытовая речь как особый вид речи строится прежде всего на основе разделения семьи по полу, возрасту и типу принадлежности к семье. По типу принадлеж ности к семье выделяются прямые родственники, непрямые родственники и домочадцы, т. е. люди, не являющиеся членами семьи, а взятые в дом по соображениям дружбы, воспитания и т. п.

В принципе образ семейного речедеятеля складывает ся на основании этических норм отношений в семье. Рассматривая историю русского семейного этикета, можно выделить следующие этапы его развития:

1. Крестьянский семейный этикет. Основан на том, что дети являются лицами, находящимися "в воле" родителей, т.е. не имеют своего имущества, и заняти их, равно как и труд, находятся в распоряжении родителей. Родители обязаны воспитать детей в знании Обучение детей ведется на основании принципов учебной образ равноправного партнера - в отношениях мужа и жены, образ воспитателя - в отношениях родителей и детей и образ гостя и хозяина - в отношениях с соседними домами, ближними и дальними родственниками.

Все три образа выражаются в определенных речевых формулах, особенно это касается отношений гостя и хозяина. В новой и новейшей литературе реалистического направления обычно эти отношения, представленные в прямой речи персонажей, даются как изображения частных случаев, чаще всего исключительных, а нормативноэтикет ные отношения не представлены. Однако такие этикетные формулы существуют в титулатуре, когда называют не по именам, а по степени родства, в ласкательных формулах, в формулах приказания и просьбы, в формулах приветствия и прощания.

2. Религиозные образы семейного ораторства строятся на выделении религиозных обязанностей главы семьи. Глава семьи --- в полной семье это муж --- принимает на себя обязанности религиозного наставничества. Соответственно этому он правит молитву в доме, т. е. ведает и ведет совместную молитву за трапезой, утром и вечером, по праздникам и следит за посещением церкви, встречами со священником, причащением, крещением, содействует совершению честного брака детей и домочадцев. Это относится как к родственным членам семьи, так и к неродственным приживальщикам и слугам.

Глава семьи обязан также наставлять своих домашних в том, как им вести себя в соответствии с духом и буквой религии в отдельных случаях. Он также ведает чтением религиозных книг.

Поэтому дополнительно к образу партнерасупруга, воспитателяотца, образу гостя и хозяина глава семьи должен принять образ гомилетического

оратора-проповедника. Образ проповедника объединяет остальные образы семейного ораторства и подчиняет их себе.

3. В XVIII в., веке просвещения, особенно во второй половине, происходит новое развитие образа гостяхозяина, который становится просвещенным отличается тем, что он сочетает в себе знание иностранных языков, чтение светской литературы, поддержание отношений в просвещенном кругу людей, куда имеется доступ как в салон лицам любых сословий, но особенно лицам образованным и надлежащим образом воспитанным. Образование строится на труде нянек, гувернеров и пансионов при разных учебных заведениях, в которых формируются знакомство и дружеские связи.

Образ светского человека не утрачивает образа религиозного семейного ораторства и семейного ораторства, восходящего к крестьянской семье. Но эти образы остаются внутри семей, а связи семей, возникающие на основе образованности, создают светскость ораторства, воспитываемого в семье и школе посредством профессионального учительства. В это воспитание входит знание искусств (музыка, танец, живопись), иностранных языков и словесного искусства, физическая культура, военное искусство для лиц мужского пола, искусство управления и некоторое другое.

Обычно этот образ светского человека у нас смешивают с дворянством. Это неверно. Светское домашнее ораторство вненационально и всесословно. Оно сформировано лицами, встречающимися в домашнем кругу, не обязательно родственными, не обязательно образованными и не обязательно однонациональными.

Дело в том, что русское дворянство до XVIII в. представлено в основном помещиками, т. е. испомещенными служилыми людьми, земля которым была дана во временное пользование за службу, и вотчинниками, обладавшими собственной землей на правах наследства. Они выделялись из прочей массы населения своим холопским состоянием, т.е. обязанностью быть государевыми, главным образом, военными слугами. Такой государев холоп имел место в служебной иерархии

по званиям (жилец

, дворянин

, сын боярский, боярин

, князь

), по месту, к какому городу приписан (Коломна, Кашира, Тверь и т.д.) и по отношению к должности в войске (десятник, сотник, тысячник, воевода) или при дворе (окольничий

, думный

, стольник

и т.д.). Таким образом, он не имел времени на образование, отчего большинство лиц, записанных в разрядные книги

, были неграмотны.

Петр I сформировал шляхетское сословие, ввел новую титулатуру и, главное, неподатное состояние, для которого обязанность служить была обусловлена образованностью, подтвержденной экзаменами, а не происхождением. Путь к службе открывался не через происхождение, а через образование. (В самом конце XVIII в. этот образованный человек был освобожден от обязанности служить). На этой основе создается светское общество, где служение государству есть добровольный патриотический акт и карьера, а не обязанность.

Это основа светскости как этикетной нормы общения. Образ светского человека

противопоставляется образу вульгарного человека, независимо от его сословной принадлежности. Вульгарным мог оказаться и родовитый человек, не прошедший воспитания или не следующий ему. Дальнейшее развитие образа светского человека в семейном ораторстве --- образ интеллигентного человека, т. е. человека университетски, институтски или военнообразо ванного, входящего в образованные круги семейного общения и противополагаемого образу лиц, не имеющих достаточного светского образования. Образ интеллигента

всесословен или, точнее, происходит из любого сословия, но предполагает подготовку в образованной семье и в учебном заведении.

Светский человек

и интеллигент

поддерживают свой образ обращением на "вы" и другими видами обращений, названными по служебным классам и новым, послепетров ским титулам, обращением "милостивый государь" и формами, принятыми в деловой переписке XVIII-XIX в. Интеллигентный человек

противопоставляетс неинтеллигентному лицу. Вне развития образа гость-хозяин, в образах родителей и детей, супругов, отношения образов сохраняются, но стиль

образов изменяетс под влиянием гостяхозяина --- интеллигента, так как в обязанность интеллигента

входило воспитание детей интеллигентов

.

4. Социальная революция

1917 г. разрушила материально-юридические основы семьи, идущие от имущественных отношений супругов и детей. Супруги потеряли права на ясную фиксацию доли имущества, а также фактическое право распорядитьс им в делах наследства. Это подорвало родительскую власть в имущественных основах. События конца 1980-х и 1990-х г. не внесли в это изменений. Отсюда материальная основа родительского авторитета заменилась демократическими формами общения в семье как в коллективе, где каждый имеет равные права, но  не равные возможности. В семейном общении стала преобладать эристика. Авторитет родителей стал основываться на формах эристики --- эристических условиях. Это же стало практиковаться детьми в отношении родителей. Фамильярные обращения стали применяться и в формах общения родителей между собой. В кругу общения гость --- хозяин стали преобладать не светскиинтеллигентные, а деловые отношения

, управляемые общественным мнением за пределами семьи.

Все семейные образы в этой связи приобрели сильно выраженный эмоциональный характер, так как эристика

и завязывание деловых связей через семейное общение требовали обратить главное внимание на убеждение средствами эмоционального воздействия.

Схема 2.7 показывает, как происходит изменение образов семейного оратора.

Схема 2.7

Схема показывает, что эволюция образа семейного оратора претерпела развитие от нормативного сочетания образов к дедифференциации типов ораторских образов, через выделение образа проповедника, различение интеллигентного --- неинтеллигентного, межсемейного и внутри семейного общения. 2.2.1.2. Образ автора в публичной речи

Собственно ораторика в ее различениях не была представлена на русской почве, так как отсутствовала аудитория народного собрания, народного суда и торжественных народных собраний. Это связано с монархическим правлением, нужда в котором была вызвана большими пространствами и редким населением, полиэтничностью государства и постоянной военной угрозой.

Устное ораторство в России было представлено:

вечевым ораторством, куда нужно отнести и сельский сход;

административно-придворным ораторством в правящих кругах;

судебно-следственным ораторством во время феодального суда.

Общей чертой всех этих видов ораторики было неразличение по целям и пафосу

судебной

, показательной

и совещательной речи. Отсюда четкой дифференцированности времен речи нет, а вместо этого в речах преобладало, как свидетельствуют летописи и литературные памятники, время, которое можно назвать эпическим.

Эпическое время --- это уподобление некоторого современного состояни или события культурному прецеденту: "Решать и действовать по старине". Эпическое время

в ораторике опирается как на устные, так и на письменные прецеденты.

Примером этого могут служить судебники

"Русская правда". В этих судебниках записаны нормы прецедентных решений при отправлении суда, ведущегося феодалом или его представителем. В судебниках даны основные казусы и типовые решения. Суд руководствуется этими казусами как прецедентами судебных решений. Поэтому главная задача судьи, принимающего решение единолично, так провести судебное заседание, чтобы и стороны, и зрители, и он сам были уверены в справедливости , а не законосообразно сти решения. Мудрость судьи выражается не в следовании закону, а в следовании социальной исторической норме.

Этот же тип ораторства действует и на вече, и в административном ораторстве, имеющем, в основном, совещательный характер.

К образу оратора в этом случае применяется требование "смысленности". В отличие от античного ораторства внешний вид оратора и его стиль

речи не имеют значения для доказывания своей точки зрения. Оратор должен вы

глядеть и говорить так, каков он есть по своему социальному положению и по характеру разбираемого дела. Главное внимание оратора и аудитории сосредоточено на выводах, которые отражают существо дела, а не на аргументации.

Суд совмещается с административным решением. Поэтому и совет придворных, и вече требуют от оратора мудрого, а не красного слова, а сама работа требует столько времени, сколько нужно для вынесения правильного решения.

В государевой думе рассмотрение вопросов шло по письменным докладам в устной форме. Время на обсуждение вопроса не задавалось заранее, а определялось сложностью вопроса, требовавшего времени для уяснения и обдумывания. Выдвинутьс за счет красноречия в этих условиях было нельзя. Выдвинуться можно было только за счет образованности, опыта и грамотности решения вопросов.

Вечевое собрание управлялось теми же критериями, но большой и неопределенный круг участников, слабая намеченность регламентов

и управления речами делали вечевое ораторство уступающим по результатам ораторству в феодальных советахдумах.

Генеральный регламент Петра Великого определил порядок судебно-административного говорения в созданных органах управления --- коллегиях

. Порядок говорени был установлен таким образом, чтобы укрепить единоличность решения и ответственность делом за содержание каждой речи. Этот порядок говорения в принципе действовал потом и в государственном совете, и в совещаниях при министрах и губернаторах. Основные черты этого ораторства сохранились по традиции и в советское время.

Образ мужа "смысленного" --- это образ человека, действующего по традиции, изощренного в действенных решениях и отвечающего делом за содержание своей речи. 2.2.1.3. Образ автора в судебной речи

Судебная риторика, появившаяся в результате судебной реформы Александра II, введшего суды присяжных

, добавило новый тип красноречия --- судебное ораторство. Судебное ораторство перед публикой стало руководствоватьс аристотелевскими принципами судебного красноречия, но благодаря сложности и полноте судебной процедуры потребовало знаний и навыков ведения судебных допросов в условиях состязательности сторон. Судебное ораторство

в суде присяжных

было окрашено литературно-художественными ассоциациями в связи с тем, что художественная литература в конце XIX в. стала самым влиятельным видом речи. Судебное ораторство

при формировании образа оратора становилось более стилистически дифференцированным. Индивидуально авторские стили наслаивались на общий образ "добродетель ного мужа, искусного в речах", характерный для судебного ораторства античности.

Еще один тип ораторства сложился на митингах во время февральской революции, октябрьской революции и гражданской войны. Это тип агитационного ораторства . Ораторагитатор выступает перед самой неопределенной по своему составу аудиторией --- толпой. Толпа требует от оратора смены настроения и призывов к действию. Поэтому ораторская речь кратка и апеллирует к прямым интересам толпы. Ораторы на митинге быстро сменяют один другого, и толпа выбирает понравившегося ей оратора и готова действовать по его призыву.

Энергия толпы направлена главным образом на разрушение. Поэтому оратор-агитатор или призывает толпу разрушать чтолибо и коголибо, или подстрекает ее чувства инсинуациями. Образы митинговых агитаторов разнообразны, но, как правило, за исключением женщинаги таторов, лишены благообразия и воплощают разрушитель ную стихию. Поэтому агитатор должен говорить и выглядеть как один из толпы, которая отличается многообразием типов. Позиция оратора состоит в том, чтобы слиться с толпой или с ее частью и быть как бы выразителем идей целой толпы или ее части.

В области собраний ( партийных

, профсоюзны, производственных

и других) благодаря организованности аудитории возобладал еще один тип образа оратора: скрещенный образ агитатора и мужа "смысленного". Этот тип образа состоит в том, что он, с одной стороны, говорит как на митинге, от лица участников собрания, воплощая их интересы, а с другой, советует, как "обернуть дело" ко благу аудитории, при этом благо аудитории понимается как непосредствен ное благо ("меньше трудиться --- больше приобретать" или "меньше трудитьс и быть лучше защищенным").

Таким образом, как показано на схеме 2.8, картина развития образа оратора выглядит следующим образом:

Схема 2.8

2.2.1.4. Образ автора в гомилетике

гомилетика на русской почве --- один из ведущих видов речи. С гомилетикой связано становление русской культуры. Можно сказать, что гомилетика

продолжает оставаться основой русского миросозерцания до сегодняшнего времени.

Русская гомилетика --- это прежде всего церковная проповедь, котора связана в одно целое с учебной речью. Русский законоучитель --- это не только проповедник, но и учитель грамоты. Лишь начиная с XVIII в. появляется светский учитель.

Главные черты русского проповедника, с точки зрения внешней, подчеркнуты его церковным, иноческим костюмом. Иноческий костюм создавал особое отношение к проповеднику как к носителю цивилизации, в отличие от других людей - пользователей цивилизации.

В поведении русский проповедник практиковал различные формы аскетизма. Эти формы аскетизма отличались своеобразием. С одной стороны, русский аскет практиковал обычную аскезу: умеренность в пище, отсутствие соли, сокращение сна, уход в затвор с тем, чтобы не общаться, но размышлять --- молчальничество, ношение вериг. Все эти формы аскезы известны на Востоке и на Западе.

Но существует особая форма русской аскезы --- культуросозидательная. Она состоит в том, что аскет находил необитаемое место, которое могло бы стать обитаемым и быть продуктивным культурообразующим центром. Проповедник начинал обживать этот центр. Примерами могут служить жития Сергия Радонежского или Нила Столобенского. Обживание местности состояло в ее расчистке, устройстве жилья и церкви, разведении огородов, устройстве пашен, развитии занятий ремесленных, рыболовных, строительных и других, приводивших к образованию поселений, а иногда и городов, т. е. особенностью русской проповеди можно считать обживание места для других.

В одних случаях это совершалось при жизни проповедника, как у Серги Радонежского, в других --- после его смерти, как у Нила Столобенского. Но многие проповедни ки, осваивавшие местность, остались в безвестности. Трудами таких землеустроительных проповедников сама земля называется Свята Русь, в том смысле, что территория освящена этими мирными трудами и одухотворена.

Еще одной особенностью русского проповедника была его неподсудность и неподчиненность светским властям. Русский монах

и священник подлежал только церковной юрисдикции. Конечно, светская власть могла вмешаться, но обычно не решалась вмешиваться. Поэтому иноческое и мирское не соприкасались в области права иначе, как через участие патриарха

в светских советах и в общении с государем.

Мирный характер проповеди язычникам можно видеть в деятельности Стефана Пермского и всех, кто следовал его примеру. Русский проповедник практичес ки не прибегал к устрашению, чтобы привести людей ко Христу.

Забота о старых и больных, иначе благотворительность, составляли существенную часть монастырской деятельности. Об этом свидетельствуют документы монастырей, где в данных грамотах фиксируется обязанность монастыря принимать как бы в дом престарелых людей, прежде всего воинов, и обязанность ухаживать за ними до смерти, а по смерти поминать их и служить панихиды. Эта деятельность была одним из важных источников роста монастырских состояний.

Белое духовенство

поставлялось на приходы

. Приход

же должен был общим собранием выразить согласие на поставление данного человека священником, для чего приход запрашивали и требовали его письменного согласия, что отражалось в особом документе, который приход направлял епископу --- "излюбе".

Белое духовенство

, особенно сельское, а таких было большинство, занималось крестьянским трудом, так как платой за службу обычно был участок земли, который сельская община предоставляла клиру

. Община как бы контролировала действия священника и имущественно, и документально. Нередки челобитные, адресованные крестьянами епископам с жалобами на неаккуратное исполнение треб или нетрезвое поведение священников.

Сельский и городской священник непосредственно соприкасался с семейной жизнью всех прихожан. Крещения, свадьбы, отпевания, панихиды, поминания делали эту жизнь открытой для него. Поэтому исповедальные диалоги обычно проводились как бы "в общем", без "детального вникания", что делало исповедь добровольной.

Жизнь инока-монаха и священника была, очевидно, трудна и понятна людям.

Эти особенности жизни и трудов проповедника сочетались с просветительской деятельностью --- паломничеством

и описанием мест паломничества, осуществленными в хождениях; с ученой деятельностью --- перепиской книг, составлением документов и писем для неграмотных, когда монах или священник фактически выполнял функции нотария, и, наконец, с преподавательской деятельностью. Вплоть до середины XIX в. практическая грамотность, т. е. умение писать, читать и считать, преподавалась почти исключительно клириками. Грамотность населени в ряде областей России была высокой.

Образ русского проповедника

сочетался с представлением об истории цивилизованных земель --- всей известной тогда ойкумены, вмещавшей разные народы, отраженные в житийной литературе и богослужении. Это создало историчность сознани русской цивилизации

, ее принципиально не ксенофобный характер, включа и уважение к инославным религиям, и понятие широты пространства, охваченного цивилизациями, и понимание того, что русская земля есть часть цивилизации.

Такой взгляд, рожденный типом русской проповеди, естественно, приводил к любопытству и любознательности.

Любознательность, рожденная русской проповедью, двигала интерес не только к Югу (центру православия

) и к Востоку (к географическим открытиям), но и на Запад. Хотелось узнать, как живут в Божьем мире другие люди. Отсюда образ светской науки сочетается с иноземным учительством. Собственно учебна речь соединяется в русском представлении с приходом иностранных веяний.

Сначала принимали украинских, сербских, валашских (православных), затем польских, затем немецкогол ландских, датских, затем франкобританских людей, приглашенных или приехавших по своей воле в Россию как на землю, где они могли реализовать свои ученые и учительские дарования. Надо сказать, что эмиграция в Россию --- это эмиграци ученой и лучшей производственной элиты во всех областях деятельности.

В военном деле --- Гордон и Барклай де-Толли, в мореплавании --- Витус Беринг, в математике --- Эйлер, в востоковедении --- Карл Френ, в географии --- Паллас, в истории --- Миллер, в танцах --- Дидло. Нет такой области знания, где выдающиес мировые ученые и деятели культуры не развернули бы своих дарований, которых они не могли проявить достаточным образом у себя на родине. 2.2.1.5. Образ автора в учебной речи

Начиная с XVIII в. русское учительство делится по профессиональным направлениям:

1. Духовные семинарии

.

2. Военные

, морские

и профессиональные учебные заведения

(лицеи

, институты

, училища

, корпуса

, академии

).

3. Университеты

и гимназии

--- центры общего образования.

4. Частные образовательные учебные заведения (пансионы) и домашнее учительство.

Каждое из этих четырех направлений дает свой тип педагога, свой образ представителя учебной гомилетики, несмотря на то, что содержательные основы общего образования во всех типах образования едины в принципе. Такой тип образования можно назвать ранней профессиональной ориентацией. Ранняя профессиональна ориентация состоит не столько в обучении, сколько в воспитании, когда педагог сам является представителем данной профессии.

В духовных семинариях

преподают люди главным образом духовного звания. Они управляются людьми, имеющими духовный сан. Институты, лицеи, корпуса, школы ориентированы составом руководства преподавателей на профессию: административную (лицеи

), военную и морскую (корпуса

и школы

), горную, транспортную, медицинскую, коммерческую. Университеты

предлагают общее гуманитарное, философское, юридическое и медицинское образование. Частные пансионы

и институты

, равно как и домашнее учительство, заняты воспитанием светских людей по преимуществу. Образ преподавателя в России --- образ профессионала, до тонкостей знающего свое дело, уважаемого за знание не только педагогики, но и за знание профессии.

Еще одна особенность русского образа преподавате ля --- обращенность предмета обучения к многоязычию. Так, в первом кадетском корпусе

преподавались: латинский язык, церковнославянский и русский языки, английский, немецкий, французский языки.

В университетах

к началу XIX в. преподавание перешло с латинского на русский, но изучались латынь, греческий, живые иностранные языки (английский, французский, немецкий, итальянский) и литература для изучения давалась на этих языках. Параллельно шло преподавание церковнославянского и других славянских языков. Было открыто преподавание восточных и кавказских языков. Еще одной особенностью образа учителя было то, что в основной массе --- это были либо государственные служащие, либо церковные деятели.

Обыденный образ русского человека, занимающегося учебной гомилетикой, - это специалист, государственный служащий и педагог в одном лице.

В пореформенное время начинается развитие массовой светской начальной школы. Появляется тип сельского и городского учителя начальной светской школы (в отличие от батюшки --- учителя грамоты и законоучителя). Возникает движение за создание моноязыковой русской школы. Этот тип учебной гомилетики дает педагога --- народника --- человека либо антирелигиозного, либо сомневающегося и демократически настроенного, склонного, как показывает содержание учебников, к "сомнению в основах" общественной жизни. 2.2.1.6. Образ русского пропагандиста

Собственно пропагандистская деятельность, тесно связанная с массовой русской по языку школой, начинается с 60-х гг., организуется тайными обществами, имеющими своими источниками семейновоспитанную интеллиген цию --- наследников "порядочных людей", не обеспеченных нетрудовыми доходами. Образ русского пропагандиста в своих истоках предполагает бескорыстие (почти монашеское), материалистическое мировоззрение, товарищество в тайном обществе, борьбу за народное благо, нередко основаннное на аргументах из Священного Писания. Образ пропагандиста предполагает также жертвенность, склонность принести во благо другим (народу в целом, особенно) свою жизнь и свои труды.

Русский пропагандист настроен всегда противопра вительственно и агитирует за свободу от данного правительства. Он всегда против государственной идеологии и критикует тексты, в которых она отражается. Этот образ был действенен не только до 1917 г. и в традициях ленинской гвардии, но и продолжал действовать у идеологов диссидентского движения 60-70х гг. Действует он и сейчас (в лице Максимова, Зиновьева, Лимонова и др.). Еще одной характерной чертой образа русского пропагандиста является его связь с художественной литературой, имеющей для него силу примеров, которую он черпает из художественно го вымысла.

На схеме 2.9 показана связь происхождения и преемственности образов русского гомилетического оратора и пропагандиста.

Схема 2.9

Сплошная стрелка указывает на связь происхождения, прерывистая стрелка указывает на связь преемственности и критику предшествующих образов. Стрелка а - критика конкретного профессионального образования в адрес общего философского образования; стрелка в --- критика материалистов в адрес идеалистов; стрелка с --- критика непрофессионала и свободного от службы человека в адрес педагога-государственного служащего.

2.2.2. Образ автора

в письмах и документах

Русская эпистолография изучена слабо. Изучению подверглись, главным образом, берестяные грамоты и эпистолярное наследие исторических личностей, отчасти обывательские и салонные письма. В берестяных грамотах содержатс обычно имена адресата и адресанта и дело, по которому написано письмо. Эпистолярное наследие исторических личностей комментировано, главным образом, историками и историками литературы. В обоих случаях целью исследовани было изучение биографии, жизненной и профессиональной. Что касается обывательских писем, то в литературе обычно передавался и комментировался формуляр такого письма. В общем образ автора письма указывает на его образование и отношение к окружению. Письмовники изучались мало, но, повидимому, образ автора в письмовнике ориентирован на стиль

времени.

Что касается документов, то обширная русская документальная письменность в ее истории изучалась довольно хорошо, хотя публикации исторических документов не могут считаться полными и даже достаточными.

История русского документа разделяется на доприказный период, периоды приказной канцелярии, канцелярии двенадцати коллегий, министерской канцелярии и советской канцелярии. Одна канцелярия отличается от другой хорошо выраженным и своеобразным образом автора

.

Автор

в документе коллегиален в том смысле, что составитель документа - одно лицо; подписывающее и ответственное за содержание документа --- другое; распространитель, если документ публикуется, --- третье.

Доприказный период канцелярии на русском языке представлен документами домонгольского и монгольского времени, преимущественно межфеодальными договорами. Образ автора

такого документа трудно уловим, так как это документы двустороннего образования и в них, обычно клятвенно, фиксированы обязанности сторон. Язык этих документов сложен по составу, так как используется лексика равнопонятна сторонам, а канцелярский язык еще не сложился в своем словаре и формах. Поэтому образ автора в этих документах есть как бы вещественный, реальный и неречевой образ.

Приказная канцелярия сложилась в конце XV в. и приобрела классический вид с широкой дифференциацией видов и разновидностей, отражающих документные жанры, в XVII в. Русские документы приказной канцелярии написаны, как правило, специалистами и отличаются краткостью, полнотой и точностью фиксации дела.

Благодаря тому, что делопроизводство велось в столбцах (т. е. в свитках бумаги, которые составлялись из подклеенных друг к другу документов), выемка документа из дела была исключена и сам документ должен был занимать на бумаге как можно меньше места. Документы писались скорописью с максимальным заполненением пространства листа (с надстрочными и подстрочными графическими элементами) без деления на абзацы. Дела вершились устно. При устном вершении дел канцелярист читал документы для вынесения устного решения по делу и фиксировал результаты решения либо в виде отдельного документа, либо же в виде реквизитов, которые могли ставиться на оборотной стороне листа.

Графический стиль

документа требовал, таким образом, специалистов, какими были сотрудники приказов: писчики, писцы, подьячие, дьяки, судьи приказов либо публичные нотарии --- площадные подьячии или грамотные лица, часто из духовного сословия, которые привлекались к составлению как частных, нотариальных, так и государственных и церковных документов.

Образ автора

документа распределен по месту образования документа. Мест образования документа три: нотариат, куда входят любые документы негосударственной и нецерковной канцелярии, имеющие характер договора между частными лицами, включая сюда и записи о похолопленьи --- кабалы; духовная

, патриаршая канцелярия, куда относятся документы не только административного управлени клиром, но и монастырские имущественные документы и документы общего значени для приходов и прихожан, большей части записи, как теперь говорят, гражданского состояния (фиксация рождений, смертей, венчаний и другого в церковных книгах), и царская приказная канцелярия, где фиксируется документное общение народа с властью, документная переписка ведомств, светский суд, имущество, военное дело, административное дело, разведка, кадры и т. п.

Три места образования дают три образа автора документа при едином типе формул клаузул, когда место, источник, адресант, адресат документа и его название не имеют особого графически выделенного места. В случае нотариального по месту образования документа титулатура как особая часть документа отсутствует; если документ фиксирует факт вступления в деловые отношения лиц, обладающих государственным или церковным титулом, то титул приписывается к имени как уточнение лиц, вступающих в отношения, но не имеет характера обращения.

Имена лиц, вступающих в нотариальные отношения могут быть уничижительными или полными, а суть отношения ясно обозначена. Например, "Се аз (имя рек) продал, а (имя рек) купил", название вещи, ее местоположени е и свойства, цена, условия и т. п. При этом текст может быть опечатан властной печатью, даны именования и подписи свидетелей (послухов), даты, место составлени и имя свидетеля, а также подписи людей, вступивших в отношения.

По этой же формуле создаются договоры о найме

, сговорные записи (брачные контракты) и кабалы

. Кабалы

--- массовый вид контрактного документа. Кабалы могут быть разделены на два класса: отработки (за взятые в долг деньги) и полное безусловное похолопление. Обилие кабал

без

условного похолопления, подписаных мужчинами, говорит о том, что данный вид правоотношений был выгоден как холопам, так и их хозяевам, так как он давал холопу право "во дворе жити", т. е. человек становился неродственным членом сильного феодального дома.

В документах патриаршей канцелярии образ создателя документа, если он исходит из высшей инстанции и обращен к низшей, отличается учительностью стиля

, в него нередко включаются назидательные нравственные сентенции и стиль

этих документов отличается большей императивностью, чем стиль

государевой канцелярии

.

Государева канцелярия

имеет следующие черты стиля

. Старшая инстанция, так же, как и равная, и низшая инстанция, в обращении не использует повелительного наклонения даже в таких документах, как грамота (акт уполномочения, приказ) или память (предписание, отношение), а использует сослагательное наклонение в формуле "а тебе бы ...". Повелительное наклонение используется лишь в описании действий (идти тудато, делать тото и т.п.). Обращение к старшей, равной и младшей инстанции также на "ты". Полная титулатура используетс в обращении к своему и иноземным государям, остальные лица именуются в обращении по званию (князь) и должности (окольничий, воевода). Подписи нецарственных особ троякие: "холопы твои" --- подписи дворян; "богомольцы твои" --- подписи духовных лиц; "сироты твои" --- подписи всех иных состояний. Собственные имена людей, подписывающих документ в старшие инстанции, как и имена лиц, упоминаемых в деле, как правило, сокращенноуничижительные.

В целом образ автора

документа --- это товарищество всех, в том числе и государя, а уничижительные упоминани я лиц в подписи являются своеобразными "мы скромности". Русское документальное управление

до XVIII в. предстает единой феодальной семьей, в которой отношения людей семейственны, и потому непререкаемы, когда речь идет о воле главы семьи или об обращении к нему.

Образ автора

в документах XVIII в., в канцелярии двенадцати коллегий изменяется. Документ пишется на листах, из листов формируются дела. Формуляр документа становится графически расположенным, выделяются в отдельный формуляр самоназвания документов. Значитель ная часть самоназваний изменяется. Применяютс заимствования, большей частью из латинского или немецкого языков. Документ государственной канцелярии приобретает личный характер.

Личный характер документа отражается в подписи, которая нередко дублируетс в самоназвании (рапорт майора) и в адресации документа (от кого к кому). Семейственность как общая черта стиля

, предписываемая этикетом приказной канцелярии, исчезает. Изменяется титулатура лиц: государя, митрополитов, авторов документов (по ведомствам) в соответствии с табелем о рангах, и документ приобретает черты основной государственной бумаги, хотя и личной. Этот стиль

распространяется и на нотариальный, и на судебный документ

. В текст документа вводятся, помимо описания событий и фактов, рассуждени по принципу: "если ..., то ...". В целом образ автора

коллегиальной канцелярии - государственный деятель, когда государственная служба не вхождение в дом, а высший абстрактный интерес общества.

Министерская канцелярия, созданная реформой КочубеяСперанского при Александре I (фактическим автором ее был М.М. Сперанский), несет в себе принцип законосообразности . Это значит, что любое дело рассматривается в связи с законом как высшим регулятором жизни отдельных людей и общества в целом --- гражданс кого общества . Исходным делообразующим документом становится доклад

, с одной стороны, и жалоба гражданина, с другой. Частноправовой документ именует участников правоотношения их полным сословным званием (крестьянин такогото места, мещанин такогото города, дворянин такогото уезда и т.д.). Подпись на документе государственной и церковной канцелярии --- должностная с упоминанием звания, в частноправовом --- подпись оформляется таким же образом. Всем документам, где это возможно (например, в докладе), придаются, как дополнительный реквизит, формулярные части письма, т. е. обращения к старшему, младшему или равному, подпись документа создается по законам эпистолярного текста. Это создает стиль

личного общения.

стиль

личного общения вместе со справкой из закона в тексте документа создает образ автора, живущего и действующего в гражданском равенстве - гражданина, а не государственного деятеля. Документ несет в себе черты письменного делопроизводства, так как снабжается реквизитами регистрации документа в канцелярии, что в принципе не имело места в приказной канцелярии и было необязательным в коллегиальном. Регистрационные реквизиты включают документ в "течение деловых бумаг

". Отсюда образ автора документа как бы двойной: гражданский как физического лица и документооборотны й (образ дела, в которое включен документ). Соотношение этих двух сторон делает образ автора предметом описания в самом документе .

Советская канцелярия прошла сложный путь развития, так как необычайно развилась тематика документа, вопервых, и менялись структуры управления, вовторых. Делопроизводство и отчасти формуляры документов приобрели ведомственный характер, добавились каналы связи в деловых отношениях: по типу устных и письменных связей сформировались телеграфные и телефоные связи, которые затронули письменный документ, изменялись и самоназвания документов. В целом в этой сложной картине управления письменному документу отведена удостовери тельная роль. Эта удостоверительная роль фиксируется подписями, штампами (чего раньше не было) и печатями, гербовыми и негербовыми (круглыми, треугольными); подпись может быть также факсимильной.

Благодаря удостоверительной роли письменного документа он, независимо от его содержания, воспринимается как средство арбитража

, который разрешает споры сторон и является удостоверением правоотношения. Реквизиты документа, помимо эпистолярных прибавлений, характерных для министерской канцелярии XIX в., в основном сохранены такие же, как и в XIX в. Самоназвани претерпели некоторую архаизацию. Титулатура и должности в реквизитах сохранены, но, естественно, они изменены в соответствии с тем, что феодальные звани отменены, за исключением новых почетных наименований (Герой Социалистического Труда, почетный железнодорожник и т. п.).

В 70-х гг. была предпринята попытка создать ЕГСД --- единую государственную систему документа. Эта идея имела в виду компьютеризацию государственного управления в единой системе. Но разнообразие тем и правоотношений не позволили это реализовать. В целом образ автора

советского документа может быть описан как юридическое лицо

, зарегистрировавшее свои правоотношения .

Таким образом, развитие образа автора

в русском документе можно представить как следующее движение: член феодального дома --- государственный деятель - предмет описания в самом документе --- юридическое лицо.

2.2.3. Жанровый образ автора

рукописного

сочинени

Образ автора любого рукописного сочинения имеет ту особенность, что он слабо отделен от переписчика. Переписчик является как бы соавтором сочинения. Это объясняется тем, что переписывалось и брошюровалось не одно сочинение, а несколько, и так возникал компилятивный сборник, не повторяющий своим составом другие сборники. Переписчик, соединяя, обычно по воле заказчика, разные сочинения в одно целое, тем самым создавал единый смысл созданной книги, составленной из разных сочинений и их фрагментов. Учебная литература нередко исполнялась как запись лекций дидаскала или профессора, являясь по сути дела стенограммой, так или иначе обработанной учащимися.

Любое сочинение поэтому в образе автора отражало традицию умственности и научения, будь то собственно учительные сочинения (например, гомилетика - жанр "слова") или развлекательные (как, например, "Моление Даниила Заточника"), в которых иносказательное лукавство служило не только дл забавы, но и для ума как ловкое иносказание.

Таким образом, общий образ автора

--- традиция умственности. На русской почве этот образ автора

разделялся по жанру сочинений:

1. Священное писание (перевод).

2. Гимнография (переводная и местная).

3. гомилетика (переводная и местная).

4. Жития

и повести (история).

5. Хожения (география).

6. Учебные книги (грамматика

, риторика

и т. п.).

7. Разное (сочинения по практическим предметам --- домоводство, переводы и т. п.).

8. Летопись.

Принято справедливое мнение, что в этих жанрах образ автора совпадал с образом предмета.

1. Священное писание --- Ветхий и Новый Завет, их части в той или иной редакции --- основная книга, в которой выделяются некоторые важные части разного направления образа автора: псалтырь --- основа гимнографии --- обращенность внутрь себя, самовоспитание, как и новая гимнография. Евангелие --- истори и богословие, Послания и Деяния апостольские --- толкование нормы жизни, Апокалипсис

--- мистическая гносеология

, Книга Бытия

--- натурфилософия.

2. Гимнография --- часть литургики, самочувствие человека в его отношении к самому себе, к соборности церкви и Божественной воле.

3. гомилетика (жанр "слово") --- учительное толкование правил жизни и важнейших жизненных ситуаций.

4. Жития и повести --- исторические примеры, как правило, для подражания.

5. Хожения --- описания стран и народов, а также пути в Иерусалим к святым местам вместе с их описанием.

6. Учебные книги --- истолкование основ знания и литературной техники.

7. Разное --- сочинения по предметам общежития.

8. Летопись --- свод документов, их фрагментов и рефератов с целью зафиксировать погодно все важнейшие события.

Жанровая направленность смысла сочетает образ автора с пафосом жанра в одно целое.

2.2.4. Образ автора

в научных сочинениях,

художественной и журнальной литературе

Ученая литература начинается в XVII в. и развивается в XVIII в. Она содержит сочинения и ученые письма (публиковавшиеся или написанные для публикации), содержательные свидетельства и личные рассуждения образованного человека. Само авторство, известность автора в ученых кругах удостоверяют добросовестность и квалифицированность наблюдений и выводов. В начале сочинения слабо различают научнопедагогическую литературу от научноисследовательской. Этому отвечает нередко формуляр сочинения, который строится по параграфам. Образ автора скрыт в общей стилистике. В XVIII в. это стиль

низкий и средний, адресованный гражданской риторике, в XIX в. в стиль

научных сочинений вносятся элементы художественной развлекательности, в XX в., особенно во второй половине, в стиль

научных сочинений вносятс элементы стиля

массовой информаци и, популяризации и информатики (так называемый "лаборантский стиль

").

Образ автора

в научной литературе --- уверительный в том смысле, что научна литература содержит абстракции, которые развиваются из исходных положений данной науки, а сами исходные положения есть мысленный эксперимент --- гипотеза. Поэтому образ автора как центральная категория стиля

основан на том, чтобы побудить читателя отнестись с доверием к тому, что сказано. Это выражаетс в обилии модальных слов и оборотов, с одной стороны, фиксации примеров и выявленности логики рассуждения, с другой.

В отличие от научной литературы образ автора

художественной литературы индивидуален, автор составом словаря, ритмом, оборотами выставляет себ перед читателем человеком определенного рода. Эта родовая принадлеж ность образа автора должна быть такой, что вместе с каждым новым образом у читател складывается представле ние о новом житейском типе человека. Гуманитарно познавательная сторона художественной литературы состоит в галерее этих зрительских типов, представленных разными образами авторов, так как основой художественной литературы, ее вкладом в развитие языка является развитие индивидуального стиля

речи. Эта проблема была детально исследована в трудах В.В. Виноградова [10].

Образ автора

журнальной литературы

--- образ коллективного и повременного издания, определяемого его программой. Этот образ автора определяется художественным оформлением номеров журнала, обычно традиционным составом привлекаемых авторов и их материалов, материалами создателей журнала, главного редактора, редакторов, издателя, типом и подачей информационных материалов.

Образ автора

журнальной литературы связан с той группой читателей, которые являются подписчиками журнала и которые определены программой журнала как часть общества, на которую должно распространиться влияние журнала. Поэтому риторическая обусловленность образа автора образом совокупного читател в журнальной литературе специально выделяется методом отождеств лени образа автора с образом читателя .

В целом, как показано на схеме 2.10, образы авторов сочинений выглядят так:

Схема 2.10

2.2.5. Образ автора

в масовой коммуникации

Образ автора

в массовой коммуникации, как и в журналистике, прямо отождествляет себя с получателем массовой коммуникации ("Мы работаем для вас"). Автор формирует свой образ так, как будто он служит всему обществу и каждому его члену в отдельности. Это проявляется в коллажности текста. Поэтому отождествление с получателем отождествляется с сервильнос тью ("Мы даем вам информацию, которая вам нужна и вас интересует").

Этот отождествительный и сервильный образ равно относится к массовой информации, рекламе и информати ке, в которых сознательно моделируютс тип получателя и его действия по потреблению информации и эти механизмы и действия не скрываются.

Конкретные образы различаются, с одной стороны, по видам массовой комуникации: реклама, массовая информация, информатика

, и по стилю организаций создателей текстов, с другой.

Образ автора

в рекламе

, как правило, скрыт, так как реклама

подаетс как объявление о производителях товаров и услуг. Поэтому получатель рекламы различает ее виды (устная, печатная, на щитах, через газету, ТV и так далее, но не различает стилистики рекламных агентств).

Образ автора в массовой информации, напротив, дан наиболее ярко художественной формой подачи программы, графического оформления, рубрикацией, составом материалов. Каждый орган массовой информации имеет, как говорят, "свое лицо", являющееся проявлением его совокупного стиля

. "Лицо" органа массовой информации всегда имеет две стороны: традиционную, т. е. воспроизводящую черты стиля

в каждом выпуске, и избирательную, ориентирован ную на группу потребителей. Обе эти стороны поданы в каждом органе массовой информации так, что подчеркива ют и делают легко узнаваемым "лицо органа".

Образ автора в информатике складывается из игрыдиалога с потребителем текстов информации --- информационных программ. Каждая программа для оперировани ею требует обучения оперированию данной программой. Обучение ведется по печатному тексту и на опыте. Обучение может быть более или менее удобным, более или менее эффективным, а сама программа обладает той или иной степенью сложности и целесообразности применения. Поэтому образ автора в информатике это как бы заманивание в пользование программой ради приобретения программы.

Схема 2.11 показывает, как выглядят образы авторов в массовой коммуникации.

Схема 2.11

МЦНМО

2.3. логос

и пафос

. Источники изобретения

2.3.1. Средства риторики

и лингвистики Переход пафоса в логос

есть выражение --- словесное воплощение замысла, осуществление речевой коммуникации, когда создатель речи выразил замысел своего изобретения, а получатель речи достаточно понял этот замысел и смог дать ему оценку. Понимание речи с точки зрения риторики

есть восприятие речи как языковых знаков, ясное представление о том, что хотел выразить создатель речи, и оценка как замысла речи, так и исполнения этого замысла речевыми средствами. В теории монолога это значит описание речевых средств, находящихся в распоряжении создателя речи. С точки зрения речевых средств не имеет значения, каков создатель речи: является ли он отдельным физическим лицом (говорящим или пишущим), коллегиальным автором (когда один пишет, а другой подписывает или издает), коллективным автором (когда группа людей создает текст на основании разделения труда). Важен конечный результат --- удобовоспринимаемая и удобопонятная речь, выражающа пафос

создателя речи. Анализ речевых средств в риторике

отличается от анализа речевых средств в стилистике и грамматике, лингвистике. Лингвистика рассматривает инвентарь языковых средств, имеющихс равно в распоряжении создателя и получателя речи, описывает их по раздельности в словаре и систематизирует в грамматике (включая в грамматику фонологию и грамматологию). При описании языковых средств лингвистика

считается со стилистикой

, вопервых, тем, что отбирает в состав инвентаря только те слова (литературного языка, диалекта, профессионального языка), которые характеризуютс всеобщностью употребления в данной сфере общения. Этим она заботится о чистоте речи, т. е. применяет стилистические критерии отбора средств языкового выражения. Другим пунктом сближения лингвистики

и стилистики

являются стилистические пометы в словаре литературного языка, которые позволяют характеризовать стилистическую дифференциацию языковых средств. Описывая язык, лингвистика

прибегает еще к одному виду описания. Она анализирует авторскую речь, составляя авторские словари. Составление словарей авторов не считается с понятием чистоты речи, т. е. со стилистическим критерием, но рассматривает средства языковой выразительности, которые применял данный автор. По таким словарям можно судить не только о языке автора в лингвистическом смысле, но и о мыслях автора, хотя бы о тематике его речей. Этим лингвистика

делает шаг навстречу риторике

. Одновременно лингвистика приходит на помощь автору, составляя словари-тезаурусы, позволяющие говорящему и пишущему находить нужные средства языкового выражения. Это еще один шаг лингвистики навстречу риторике, так как тезаурус обеспечивает изобретение речи

. стилистика

со своей стороны проявляет заботу о риторике тем, что выдвигает основные требования к стилю авторского красноречия

, каковыми являются: полнота, краткость, чистота. Под полнотой понимается исчерпывающее изложение мыслей, которые желал выразить создатель речи для получателя, когда создатель изложил то, что он хотел, а получатель может полностью оценить замысел. Под краткостью понимается наиболее экономное воплощение полноты, когда замысел выражен наиболее экономными средствами. Под чистотой понимаетс соответствие словарной норме. Эти критерии стиля

направлены на то, чтобы облегчить понимаемость и восприимчивость речи и служат риторике. С другой стороны, стилистика

разрабатывает виды стиля

: высокий, низкий, средний --- и стилистическую дифференциацию текстов. В этой стилистической дифференциаци и текстов учитываются такие черты стиля

, как разговорнос ть, письменность (в отличие от разговорности), официальность (в отличие от фамильярности или просторечности), литературн ость (в отличие от официальности и просторечности) и т. п. Такие характеристики единиц языка и форм синтаксиса и фонации направлены на то, чтобы облегчить задачи лингвистики, сделать выбор и лингвисти ческое описание языковых средств более обоснованным. риторика

при изучении средств языкового выражения пользуется достижениями лингвистики и стилистики. риторика

воспитывает обилие слов у ритора, следователь но, пользуется тезаурусами как общим средством создания слов и авторскими словарями для изучения авторского творчества. риторика

пользуется также данными стилистики. Так, полнота, краткостьстиля

есть нормативное стилистическое требование к ритору, а виды стиля

служат выбору слов при построении речи. В руководствах по риторике можно встретить иногда смешение задач риторики

, стилистики и грамматики. Но риторика

имеет свои принципы подхода к речевому выражению, которые отличают риторику

от стилистики и лингвистики.

Таблица 2.4

В таблице 2.4 обобщенно показаны различия филологических дисциплин между собою (стр. 179). Из конфигурации критериев разделения филологических дисциплин видны их связи и различия. Лингвистку объединяет с риторикой

стремление сделать понятными как речь вообще, так и любую конкретную речь. Стилистику объединяет с риторикой

стремление образовать авторскую индивидуальность. Стилистику объединяет с лингвистикой лингвостилистика

, т. е. стремление сформировать общепринятые нормы и средства стиля

. Из этого следует, что средства языкового выражения, изучаемые в риторике

, это особенности применения языка и стиля

в конкретном высказывании. 2.3.2. Средства стилистики

и риторики

При изучении словаря в риторике

рассматриваются не только слова с позиции чистоты их применения, т. е. соответствия нормам лингвистики, но и слова, созданные автором, --- солецизмы, заимствования из иных языков по тексту речи и видоизменения значения слов, которые создал автор в данном произведении, т. е. тропы. Рассматривая формы построения предложений, их частей и сочетания этих частей в целый текст, ритор считается с лингвистикой

и стилистикой

, но рассматривает свойства данной речи. Свойства данной речи --- это ее членимость звуком и графикой, распределением словарных элементов речи так, что образуютс неграмматические фигуры (многосоюзие, асиндетон, традукция), расширение

и сжатие

речи при относительном тождестве смысла. Рассматривая элементы, из которых составлены предложения и их части, риторика

рассматривает не только грамматическое понимание модальности предложений

, но и неграмматическое их понимание (риторический вопрос), не только использование союзов в союзной функции, но и использование их в несоюзной функции (как образ действия, как уподобление). Анализируя сложные лексические единицы словосочетаний, риторика

рассматривает не только грамматические связи (например, определения), но и индивидуально смысловые связи (например, эпитеты). Примеры показывают, что, исследуя речевое выражение, риторика

стремитс выделить то, что может характеризовать данную речь, и только ее. Способы изучения речи в стилистике

отличны от риторики

. В стилистике могут использоваться те же категории

, что и в риторике

, выбор слов, ритм речи, фигуры речи

, но в отношении не к индивидуальному речевому произведению (как его делать и понимать), но в отношении к типичным, характерным дл данной сферы общения способам выражения. Поэтому, начиная от категории

анализа средств выражения, принятых в риторике

, стилистика

строит учение о классах стиля

, принятых в тех или иных сферах общения: индивидуальный стиль

, авторский стиль

, функциональный стиль

, стиль времени

. В разделе индивидуальный стиль

стилистика

как будто совпадает с риторикой

, так как анализируется способ языкового выражения в данном отдельном тексте, но в риторике

анализ приемов, примененных в данном тексте, служит уяснению содержания текста, а в стилистике

служит материалом для проведения сравнений в кругу подобных анализов и типизации текстов по результатам сравнений. Риторический анализ средств языкового выражения также комплексен, так как реальность языкового выражения синтетична. Разделение, проводимое риторикой

, сво

Таблица 2.5

дится к выявлению таких качеств речи, как воспринимае мость, оцениваемость (т.е. удобство или неудобство выражения для оценки содержания). Таким образом, как следует из таблицы 2.5, категории

речи, интересующие риторику

, группируются следующим образом (стр. 181). 2.3.3. Языковые средства риторики

Таблица 2.5 показывает, что разделение анализируемых риторикой

явлений речи находится в прямой зависимости от передачи информации. Оцениваетс речь с точки зрения ее способности нести и передавать инфор- мацию. Этот тип изучения совершенно не представлен в лингвистике и теории связи, которым нет дела до индивидуальности акта общения. Очевидно, что он отличен и от стилистики, которая не исследует воспринимаемость, понимаемость и оцениваемость. И лингвистическая, и стилистическая интерпретация акта общения зависит от риторики

потому, что риторика

дает итоги своего анализа этим дисциплинам. Схема 2.12 показывает, что разбор средств выражения конкретной речи обеспечивает ее воспринимаемость, понятность и оцениваемость на фоне лингвистических и стилистических знаний. 2.3.4. Ритм речи Ритм речи в своих основах выражается членимостью речи. Речь вне членимости есть нуль смысла. Таким образом, основа ритма --- сочетание звучания и пауз. Цицерон указывает три рода пауз: малая, средняя и большая. Их разница составляет 2-3 единицы объема молчания как отношение меньшей паузы к большей в зависимости от темпа речи, его замедления и ускорения в процессе данной речи. Малая пауза

, по Цицерону, ставится после фразы

, средняя

--- после колона

, большая

--- после периода

.

Схема 2.12

Под фразой Цицерон понимает лексическую единицу --- слово или словосочетание, - конструктивную часть предложения, выражающую цельное (нерасчлененное или расчлененное), но единое понятие, которое должно сочетаться с другим понятием. Под колоном понимается деление речи, когда понятия сочетаются и это сочетание минимально определено (что-то вроде английского поняти clause), а, по русской традиции, простое предложение, или главное предложение, или придаточное предложение. После колона

следует пауза средней величины

. Пауза самого большого объема

следует после периода, т.е. сочетания понятий или последовательности таких сочетаний, когда говорящий выразил относительно законченную мысль и слушающий удовлетворен ею. На письме этому соответствует абзац. Пауза нужна для того, чтобы в процессе произнесения слушающий воспринимал речь, т.е. сознавал состав языковых знаков, а во время паузы понимал речь, т.е. вникал в содержание речи и оценивал его. Благодаря членимости произношения паузами возникает возможность передачи сообщения. Эти отношения в свернутом виде даны азбукой Морзе

, исключающей тембровые и мелодические разнообразия речи. Азбука Морзе --- телеграфный код, содержит только длинные и короткие звучания и паузы между ними, составляющие буквенный код, но демонстрирующие природу языка как делимость временной протяженности сигнала. Разнообразие пауз в азбуке Морзе демонстрирует членимость речи по смыслу. Графическое представление идей Цицерона можно продемонстрировать знаками препинания, которые делятся на знаки препинания внутри предложения (запятая, точка с запятой, двоеточие, тире) и знаками после предложения (точка, восклицательный знак, вопросительный знак).

А.Н. Качалкин, рассматривая историю знаков препинания в русском языке, показывает, что первоначально был единый знак препинания --- крестик (+), который ставился в строке по завершении колона

, потом крестик был упрощен до двоеточия, а затем двоеточие было сокращено до точки. На этом фоне, по А.Н. Качалкину, развились все другие знаки препинания, которые ориентируют не только ритм и осмысление речи, но и характер осмысления [16]. Например, запятая отделяет фразы (по Цицерону, сочетания слов или отдельные слова, выражающие одно и то же понятие), точка с запятой --- сложные фразы, двоеточие - перечисление, тире --- предикативную паузу и т. п. Письменная речь образовала новые формы ритмического членения, добиваясь точности понимания. К ним относится пробел между словами, все знаки препинани внутри предложения, после предложения, абзац, кавычки, двойные и одинарные, а также различие шрифтов, авторских почерков и графического расположени текста на плоскости листа. Графическое членение речи дает дополнительные сигналы к ее восприятию, пониманию и оценке. Всякое звучание или видимая графика, помимо расчленения ради восприятия, понимания и оценки, по замыслу создателя речи может обладать той или иной степенью ясности. В звучащей речи это достигается темпом, громкостью и периодичностью речи. Более быстрый темп уменьшает ясность, замедленный - увеличивает ясность, более громкая речь увеличивает ясность, тихая - уменьшает. Периодичность речи ослабляет внимание, непериодичность усиливает. Громкость речи, чрезмерная для данных акустических условий, уменьшает ясность, речь чрезмерно тихая также уменьшает ясность, но чрезмерно громкая речь ослабляет внимание, а тихая и чрезмерно тихая речь усиливает внимание. Ритор пользуется этими качествами речи, связанными с ясностью, которую следует истолковать как риторское действие ради достижения степени понимаемости речи. Ритор может воздействовать на аудиторию изменением темпа, ослабляя или усиливая восприятие речи, или громкостью с целью усилить восприятие или ослабить внимание (и понимание), или периодичностью с целью ослабить внимание и добиться такого восприятия и понимания, когда ослабевает оценка содержания речи. 2.3.5. Периодичность

и метрика

речи Периодичность

речи образует как бы фон, на который обращает внимание слушающий, и тогда оно распространяется между восприятием и пониманием и, соответственно, падает возможность оценки речи. Периодичное построение речи обычно сопровождает ся замедлением темпа и возвышением громкости для усиления ясности речи, если это входит в замысел ритора. Непериодичная речь в своей фонации и графической форме направлена на повышение внимания и, следовательно, применяется тогда, когда хотят добиться наибольшей ясности речи. По признаку периодичности-непериодичности речь делится на: нестиховую, стиховую и смешанную

(стиховую-нестиховую). Нестиховую речь называют прозой, стиховую --- стихами, а смешанную

делят на ряд переходных форм: белый стих

, верлибр, стих в прозе

--- между периодичной

(стиховой) и непериодичной

(прозаической) речью. Таким образом, как показано на схеме 2.13, речь по отношению к возбуждению внимания делится на три вида (стр. 186).

Схема 2.13

Эта фоническая структура ритмов речи отражается в графике типом формирования строк. В прозе

длина строки обусловлена размерами листа, в стихах

--- периодичнос тью звучания. В прозо-поэтических формах речи применяются оба вида графической организации: в белом стихе

--- по стиховым строкам, в стихе в прозе

--- по площади листа, в верлибре применяются оба типа графической организации. В прозаической

(непериодической речи) существует яркая индивидуализация ритма данного словесного произведения. В письменной речи построение ритмической формулы текста таково: число пробелов на число знаков препинания внутри предложения и число знаков препинания внутри предложения на число знаков препинания, оформляющих предложение и то же относительно абзацев, показывает, что формула первых трех абзацев любого прозаического текста уникальна. Она может служить адресом текста в речевом процессе как целом. Это значит, что риторы прибегают к непериодической

, прозаической

речи тогда, когда хотят доказать и показать уникальность своего замысла, своего пафоса

. В случае стиховой

( периодической

) речи ее периодическая организация зависит от того, какова фонетическая структура языка и какова литературна и фольклорная традиция построения текста. Греколатинская традиция строит периодичность

на основании соотношения стоп (этимологически --- притоптываний). Китайская традиция строится на чередовании ровного тона (пин) и неровных тонов (цзэ). В обоих случаях структура стопы

--- расположение ударного слога по отношению к безударным и структура чередования тонов --- дает счет слогов

. Строка имеет внутреннее размерение как число слогов

, принятое дл данного произведения. Слог же есть элементарная часть звучания речи, а строка отражается в графическом построении стихового текста

. Фонационнографическое построение стихового текста

составляет метрику текста. Метрика

текста опознается слушающим и формирует в нем ожидание повторения звучания и тем самым предсказанность следования текста, которая ориентирует его внимание на фонационнографическую сторону текста. Тем самым метрика

, как говорил Б.В. Томашевский, составляет фон для введени смысла

. Смысл вводится и виден в графике благодаря знакам препинания как семантическое членение текста, то совпадающее, то несовпадающее с делением на строки, стихи, двустишия, строфы (аналоги периодов в прозе). Это смысловое деление, прозаизующее смысл слова ради его индивидуализации как произведения речи, Б.В. Томашевский назвал ритмом стиха [36]. Это название подчеркивает, что смыслообразование в стихах

и в прозе

происходит одинаковым образом. Различие между стихами

и прозой

состоит в отношении ритора (поэта) к типу внимания аудитории. Прозостиховые тексты классифицируются следующим образом: стих

--- белый стих

--- верлибр --- стихотворение в прозе

--- проза

. Белый стих сохраняет стопную метрику, но не имеет рифмы. Рифма в стиховой речи подчеркивает начало и конец строки. Поэтому в разных поэтиках рифма может либо начинать строку (как в классической тюркской поэзии), либо заканчивать строку (как в греколатинской поэзии). Рифма, кончающая строку, является не только делимитативным средством метрики

, но своеобразным оператором смысла: рифмующиеся слова и строки составляют пары, контекстный смысл которых в данной ситуации воспринимаетс как антонимический. Отбрасывание рифмы в белом стихе

лишает стих

этой контекстуальной расцветки и тем ослабляет внимание к звуковой метрике

, переводя внимание на смысл

. Стихотворение в прозе

с содержательной точки зрения есть бессюжетное лирическое построение, выполненное вне явной метрической техники. Это значит, что автор снимает влияние метрики

(убаюкивающее внимание) и сосредоточивает внимание читателя на предметнообразном смысле

. Верлибр есть метрическое построение, где метр создается не звуком, а регулярным повтором синонимизирующихся лексических единиц --- слов и словосочетаний. Такая группировка синонимов образует внутренний смысловой метр, в котором все внимание читателя и слушателя концентрируется на умственной операции осознания гиперонимов, которые не названы, но представлены в тексте подбором ряда синонимов. Так строятся гимнографические тексты. Например, молитва святым равноапостольным Кириллу и Мефодию пишется в строках, как проза

, но слова можно расположить по смысловым клаузулам: <Яко Апостолам единоравны> <и Словенских стран учителие> <Кирилл и Мефодие Богомудрие> Владыку всех молите <вся языки Словенские утвердите в православии и единомыслии,> <умирите мир и спасти души наша.> Угловыми скобками отмечены синонимические ряды, составляющие смысловой метр. Гимнография --- труднейший вид текста, так как подбор синонимов должен давать основные признаки гиперонима, которые представляют существо идеи и реальности. Наложение гиперонима --- явное или неявное, осознанное или неосознанное --- составляет правильность мысли. 2.3.6. Добавочные средства ритмообразования Кроме фоникографического построения ритма речи, существуют добавочные средства ритмообразования. Одни --- грамматико-фонетические, другие --- лексико-фразеологические. К грамматико-фонетическим относятся: а) многосоюзие ( и плащ, и стрела, и лукавый кинжал...); б) бессоюзие ( швед, русский колет, рубит, режет...); в) традукция --- повтор одного слова в разных грамматических формах (он захотел стать человеком, сильно хочет этого, но, увы, он лишь хотел бы этого, так как ничего не сделал человеческого). К лексико-фразеологическим относятся: а) параллелизм (ах кабы на цветы, да не морозы...); б) хиазм  --- параллелизм

обращенный (я в мире и мир во мне...); в) градация --- расположение синонимов по степени нарастани или убывания качества (доходить до слуха...слышаться...

звучать...греметь). Грамматико-фонетические средства представляют собой смысловое ударение, которое подчеркивается однородными звучаниями или однородными паузами. Лексико-фразеологические средства ритмообразова ния предназначены дл создания внутреннего смыслового ритма, когда слушатель или читатель ожидает слов соответствующего смыслового ряда и при этом его внимание сосредоточиваетс на этом ожидании, так как смысл целого ему как бы предсказан построением. Для построения речи, стиховой и нестиховой, важно, чтобы язык предоставлял в распоряжение ритора фонетические и смысловые возможности расширять и сокращать объемы звучания. Для этой цели существуют приемы расширения или сокращения объемов звучания одного и того же слова или паузы, замедляющей слово. Эти приемы в античной теории языка назывались "претерпеваниями". Но этот термин скрывал в себе и изменение слов по грамматическим формам, и фонетическое варьирование слов по грамматическим формам, и фонетическое варьирование слов и пауз для выражения одного и того же содержания. В риторике

следует сохранить термин "претерпевания", имея в виду, что это такие фонетические изменения слов, которые не связаны со словоизменительной морфологией, и хотя их и используют словообразовательные морфемы и фонетические инкременты, но их контекстное применение связано не с переменой значения, а с ритмом речи. Таких претерпеваний всего восемь: 1. Протеза --- прибавление других звуков к началу слова: "рожденный - нарожденный". 2. Метатеза --- перестановка звуков в середине слова: "вневременный - невовременный". 3. Эпентеза --- прибавление звуков в конце слова: "лиса - лисица". 4. Энклитика --- добавка значащего элемента, который лишаетс значения: "злостность --- злостностность". 5. Сокращение окончания , как у И.А.Крылова --- "тихохонько медведя толк ногой", --- вместо толкнула ногой. 6. Аббревиатура буквенная --- когда используются буквы, начинающие слова, и создается та же по смыслу лексическая единица, но с кратким звучанием: "Московский государственный университет --- МГУ". 7. Сложно-сокращенные слова --- слова, сохраняющие части слов, составляющих словосочетания и отдельные слова: "Высшее техническое училище имени Баумана - МВТУ Баумана". 8. Диереза --- пауза, используемая как эллипсис --- пропуск слова, которое подразумевается по контексту: "Ввели и --- чарку стук ему! И не дышать - до дна!" 2.3.7. Тон

как источник изобретения Звуковой ряд и его ритмика, включая внутреннюю схему смыслового ритма, есть первоначальная опора изобретенной и создаваемой речи. Поэты, когда описывают свое творчество, подчеркивают, что звукомузыкальный строй является канвой, на которой строится далее выбор слов для создания словесного ряда. А. Блок говорит о том, что в его душе рождается некоторый гул, имеющий как бы космическое происхождение, в который потом вписываются слова. Это же подтверждают В. Маяковский в своей работе "Как делать стихи" и О. Мандельштам в своем исследовании "Разговор о Данте". Подобные высказывания есть у многих других поэтов. Прозаики --- не только художники слова, но и люди, создающие деловую речь, --- должны сначала, как они говорят, найти "тон

" речевого произведения, в который вписываются слова. 2.3.8. Слова как источник изобретения Слова, таким образом, как бы второй этап создания средств выражения. Обычно сначала находят ключевое слово и сочетание слов, которое лучше всего характеризует "тон

" сочинения и отвечает разрешению замысла. Это ключевое слово или слова как бы тянут за собой поясняющие его неключевые слова. Эти неключевые слова служат средством развития доводов. В центре доводов, как было сказано, находится пример --- словесное название реалии или мысленной конструкции. Изобретение ключевого слова есть выбор синонима для именовани примера

. Таким образом, создание примера

, с точки зрения выражения, есть выбор синонима или, если подходящего синонима нет, --- создание нового слова. Ключевым словом нередко является название (так в романах Л.Н. Толстого "Война и мир", "Воскресение" и т. п.). При избрании ключевого слова он всегда есть или новая форма, или новый смысл, образованный на старой форме (ср. названия "Курымушка" и "Детство"). Это явление в риторике

называется выбором слов. В стилистике под выбором слов понимают фактически редактуру уже созданного ритором текста с точки зрения "понятности читателю и слушателю", т. е. с точки зрения принятых норм стилистики

. Редактура текста производится и ритором, но тогда он действует не как ритор, а как стилист, готовящий свое сочинение к публикации (устной или письменной). Выбор слов

в риторике

--- это, по сути дела, изобретение названий, являющихс основой для построения доводов, которые возникают из содержания --- намерени и/или "тона" высказывания. При этом выборе слов ритор опирается на характер языка, в котором он творит. С точки зрения риторского творчества языки неодинаковы. С одной стороны, существует индивидуальный личный язык ритора, который обычно представляет некоторую индивидуальную смесь языковых систем: диалектов, профессиональных языков, языковых систем разных, родного и иностранных, литературных языков. С другой стороны, ритор считается с тем, что результат его выбора должен быть понятен. Образуемая им ноэма (выражение А.Ф. Лосева), обозначающа мысль, выраженную в ключевом слове и его синонимах по тексту, должна быть усвоена аудиторией, которая предположительно для ритора владеет определенной языковой и стилистической системой. Поэтому языковые ресурсы для выбора ключевого слова ограничены: "Заметки Вестернизированного Психопатического Орального Эпилептонда с Относительно Либеральными Ценностями". "Русская Рулетка, или Солдатская Каша из Топора". "Декларация Circom Regional" "Чешма" Гейт" (Все --- журнал "Среда", 11, 1996.) Здесь перечислены некоторые возможности изобретения ключевых слов: "Чешма" Гейт --- солецизм, созданный из названия сатирической газеты Чешма и слова Вотергейт, обозначающего политический скандал (смысл: "политический скандал вокруг газеты "Чешма"). "Декларация Circom Regional" --- прямое название журнала Circom Regional, занимающегося вещанием на регионы и принадлежащего регионам. Часть названи дана как графическое заимствование. "Русская Рулетка, или Солдатская Каша из Топора" образует ноэму, показывающую плохое состояние армии, служба в которой совмещена с определенным риском. "Заметки Вестернизированного Психопатического Орального Эпилептонда с Относительно Либеральными Ценностями" составлено из ряда новозаимствованных слов, иронично по отношению к заимствованиям и рисует тот факт, что следующий за названиями текст морально характеризуется самим автором. Солецизмы представляют собой словотворчество, т. е. создание слова с новым материалом, звуковым и графическим. Солецизмы должны узнаватьс аудиторией. Аудитория примерно понимает смысл солицизмов. Тем не менее смысл солецизмов всегда несколько энигматичен. Солецизмы в риторическом изобретении используютс для привлечения внимания к истолкованию этого смысла в контексте речи. Заимствования в риторическом изобретении бывают двух родов: заимствования из другого языка и заимословия. В заимствованиях из другого языка может использоваться как произношение, так и начертание, причем, как в солецизмах, в них отражается желание образовать загадку, которую слушатель или читатель должен разрешить по ходу речи. В заимословиях ключевое слово является как бы цитатой из известного текста. В данных примерах "Circom Regional" --- заимствование, "Русская Рулетка, или Солдатская Каша из Топора" --- цитаты из известных текстов --- заимословия, с приданным им новым содержанием. Оба эти приема опираются на языковую эрудицию читателя. Поэтому применение этих приемов в риторической практике связано с ресурсами языка, на котором происходит риторическое творчество. Ресурсы языка для риторического творчества связаны со стилем языковой системы. Стилем языковой системы в риторике

называется результат сложени языковой системы из тех текстов и функциональных стилей, которые характеризуют современное ритору состояние этой системы. Те языки, в которых по условиям их функционирования не сложилось развитой терминологии, вынуждают ритора прибегать либо к солицизмам, либо к заимствова ниям. В языках, где терминосистемы развиты, самым простым и обычно применяемым способом выбора ключевых слов является создание словосочетаний из существующих названий. Лишь иногда в таких языках с целью прибегают к тропам

, например, "кварк" --- творог. История словаря каждого языка своеобразна. Большинство современных развитых языков строит свой словарь из заимствований (не заимословий). При этом бывают два направления заимствований. Одно, как в русском языке, можно назвать диффузным. Диффузный путь построения заимствованного словаря характеризуется тем, что источники заимствования не подвергаются стилистическому регулированию, а сами заимствования возникают по мере надобности в зависимости от характера языковых контактов. При этом заимствованные слова стилистически слабо маркированы: "порты" --- слав. "штаны" --- тюрк. "брюки" --- франц. "трусы" --- англ. "панталоны" --- итал. "кальсоны" --- италофранц. Русский язык не считает эти слова стилистически маркированными. Другие языки, как английский или японский, оказываются избирающими источник заимствования в связи с типом образования. Английский литературный язык ориентируется в заимствованиях на романскую (латинско-старофранцузскую) лексику, а японский --- на китайскую лексику. Становление и развитие новых литературных языков проходило под сильным воздействием систем образования, ориентированных на классические источники культуры. Эти источники затем развивались на новой почве. История китайского языка сложилась иначе. Хотя китайский язык не чужд заимствованиям и в определенные периоды своего развития активно заимствовал слова из пали, монгольского и манчжурского языков, все же благодаря традиционной системе образования, основанной на высокой классике, китайский язык следует классической традиции. Китайский ритор стремится создавать ключевые слова из источников родного языка, а в случае заимствования вещи или поняти

предпочитает действовать методом калькирования ("шоуиньцзи" --- букв. "воспринимающий звук аппарат" --- радиоприемник). Отсюда для английского и японского языков заимствования и солецизмы - новые слова, построенные на основе заимствований , --- всегда стилистически маркированы. 2.3.9. Тропы

Важнейшим моментом в становлении и развитии стиля

языка является истори образования и образованности. В зависимости от истории смены образовательных систем или их традиционности складывается отношение к словам, так сказать, "вкус слова". Вкус слова определяет возможности его семантического использовани при создании тропов, т. е. переносных значений. Тропы

как способы создания переносных значений универсальны. Хотя классификаци тропов

может быть только детализирована по разным признакам, тем не менее, главных видов тропов

шесть: 1. Метафора --- "рука руку моет". Прямое значение понятно из техники мытья рук. Переносное: подобно тому, как рука моет руку, два человека помогают друг другу, чаще всего в делах нечистых, так как грязные руки омываются одна другой. 2. метонимия --- "он здесь первая рука" --- он здесь главна персона. Слово "рука" исходно обозначает порядок карточных ходов. Первая рука --- первый ход в картах, начало игры. Первая рука --- лицо, начинающее дело, отсюда --- главное лицо. Перенос происходит по роли в общем деле. 3. синекдоха --- "мастер золотые руки", т. е. лучший мастер. Поскольку руки --- та часть тела, которая выполняет работу, то слово "руки" переносится на человека как на целого деятеля. Слово "золотой" метафорически значит "лучший". 4. аллегория --- "рука Москвы", т. е. действие, производимое Москвой. аллегория --- иносказательное обозначение одной и той же вещи с целью избежать прямого высказывания "влияние Москвы" и тем самым усилить смысловое воздействие. 5. антономасия --- "у него во власти рука", т. е. у него есть возможность действовать через знакомого, своего человека, благодар которому можно влиять на решения. Это значит, что предмет обозначает действие или состояние. 6. Перефразис --- "дать на руки --- дать на лапу", т. е.

дать взятку. Прямое значение --- положить деньги на руку, перефразическая замена на синоним " рука --- лапа" изменяет стиль

высказывания за счет снижения оценочного значения слов. Тропы

служат для создания новых именований из материала существующих слов для того, чтобы изобразить предмет речи, дать ему характеристику через ключевое слово. В зависимости от стиля

языковой системы тропы при назначении ключевых слов бывают удачными и неудачными в смысле полноты, точности и краткости выражения содержания ноэмы (понятия, являющегося основой развития текста). Например: "Родос бросает вызов Италии" (рекламная статья о туристком агентстве). Слова "бросает вызов" --- калька с английского "challenge", что по-английски значит "соревнуется". Порусски "бросать вызов" не дает переносного значения и значит "вызывает на бой, на поединок, приглашет подраться" и т.п. Ничего этого в замысел статьи не входит. Так, слово "ревновать" поанглийски be jealous, взятое из французского, означает досл. "смотреть сквозь жалюзи", подглядывать. Напротив, заголовок "Путешествуй, если хочешь быть здоров" есть заимословие, фрагмент текста из спортивной песенки. Этот заголовок не противоречит "вкусу слова". Удачная антономасия: "Лучшей российской здравницей будет Кипр". Таким образом, чувство, "вкус слова" характеризуют опытных и искусных риторов. 2.3.10. Фигуры Риторические фигуры речи

служат разработке доводов и их соединению, а также созданию эмоционального впечатления. Для разработки доводов служат пояснитель ные фигуры речи

. Пояснительные фигуры речи

есть текстовая синонимизация, конструирующая ноэму --- предмет мысли, разрабатываемой в речи. В принципе возможны три способа синонимизации: 1. Пояснение --- группа слов, заключенная в скобки или вводима такими словами, как "то есть", "например" и другими подобными по смыслу, которые раскрывают и детализируют смысл основного слова: "Дача (при условии, что вы сумеете по таким дорогам до нее добраться ) превращается в полный нонсенс" ("АиФ", 30, 1996). "Некоторые политики, ссылаясь на мнение больших милицейских и фэсбешных начальников, выступают за арест граждан на основании оперативных данных, т. е. по сути дела без достаточных доказательств преступного деяния, на основании всего лишь подозрений" ("Деловые люди", 68). 2. Собрание синонимов --- сведение синонимов, различающихс либо стилистически, либо по системе качества: "Лето началось дождями и дождями продолжилось, и невозможно вспомнить ни одних выходных, когда бы не хмурилось, не накрапывало, не лило, по крайней мере один день из двух" ("АиФ", 30, 1996). 3. Синонимизация контекстом --- несинонимические слова приобретают синонимическое значение в контексте: "Жильцы развалюшки, расположенной, кстати, в двух шагах от "Белого дома", не поленились два раза сходить на выборы, чтобы отдать голоса за нашего хорошего мэра и за нашего, приятного во всех отношениях президента. Кроме того, не пожалели они времени, сил, нервов, чтобы прорваться на прием к господину Бочарову, начальнику ТУ "Пресненское". Начальник авторитетно заявил, что ..."дом не авариийный, а ветхий". ("АиФ", 30, 1996). Слова "времени, сил, нервов" синонимируются в контексте их гиперонима "усилия", слова "не аварийный, а ветхий" в устах Бочарова антонимы, в статье - синонимы слову "негодный". Эти три основных приема являются средством, контролирующим ноэму. Так складывается образ --- понятие с многими признаками, составляющее вместе с ключевым словом довод. Расположение синонимов может быть возрастающим по силе впечатления. Тогда это называется: преувеличение --- "спорить --- драться" или преуменьшение --- "бандиты --- сепаратисты --- патриоты". Одними из видов пояснения являются: сравнения

(группы слов, вводимые словами "как", "как бы", "как будто", "как будто бы"), уподобления , вводимые словами "словно", "подобно", "будто бы". Сравнение

и уподобление как приемы пояснения принято выделять в отдельные категории

, потому что они являются конструкциями, специально отмечаемыми в стилистике

и грамматике

. Развертывание и связь доводов (помимо логических и образных построений, о чем речь была выше) с точки зрения риторического выражения разделяются на фонетико-грамматические, лексико-фразеологические, фонетико-лексические приемы. Фонетико-грамматические приемы состоят в: правильном порядке слов --- "лучше заплатить меньше, но вовремя"; инверсии --- "если нет зарплаты --- никаких посторонних плат"; анаколуфе --- редкий прием, обычно применяемый в стиховой речи для изображения волнения, --- "В море бросился он, в бурное". Фонетико-фразеологические приемы состоят в сочетании несходных по смыслу выражений, называемом силлепсис. Силлепсис бывает: синтаксический --- "Мы любим славу, да в бокале тонуть, разгульные умы." лексический --- "И звуков и смятенья полна". фразеологический --- "У кумушки глаза и зубы разгорелись". Фонетиколексические приемы состоят в подборе слов, звучание которых сходно, но трудно для произнесения. Поэтому оно выделяется в речи и запоминается. Так, например, выстроена скороговорка : "Сшит колпак не поколпаковски, надо колпак переколпаковать, перевыколпаковать". Чисто синтаксические фигуры характеризуются использованием вопросительной, восклицательной и повествовательной интонации в несобственном значении: Риторический вопрос

: "Над кем смеетесь? Над собой смеетесь!" Риторическое восклицание : "Приступили к нему (Чичикову. --- Ю.Р.) со всех сторон и стали упрашивать убедительно остаться хоть на две недели в городе: "Нет, Павел Иванович! Как вы себе хотите, это выходит избу выхолаживать: на порог да и назад! Нет, вы проведите время с нами! Вот мы вас женим: Не правда ли, Иван Григорьевич, женим его?" Ирония: "Даже все сидельцы, обыкновенно в это время снявши шапки, с удовольствием посматривали друг на друга, как будто бы хотели сказать: "Алексей Иванович хороший человек! Словом, он успел приобрести совершенную народность, и мнение купцов было такое, что Алексей Иванович "хоть он и возьмет, но зато уж никак тебя не выдаст".

2.4. пафос

и этос. Развитие изобретения

2.4.1. Диалектика

, эристика, софистика

этос --- условные рамки возможного, пафос

--- содержание намерения в условных рамках, т. е. те формы мысли, которые можно вложить во временные, обстоятельственные и местные условия речи.

В процессе любого диалога в любых рамках существуют три основных направлени пафоса: диалектический, эристический и софистический. Только некоторые виды речи

воспрещают этически эристический и софистический пафос

.

К видам речи, запрещающим эристический и софистический пафосы, относится, помимо античной диалектики, все то, что является ее смысловым продолжением - т. е. молва

, проповедь

, учебная речь

, сфрагистика, нумизматика

, эпиграфика

, научная литература

, все виды рекламы

, информатика

.

Остальные виды речи

допускают эристический и софистический пафос

, правда, на разных условиях. К ним относятся устный диалог

, фольклор

, все виды ораторики, пропаганда

, эпистолы, документы

, сочинения

, художественная

и журнальная литература

, массовая информация

.

Таблица 2.6 показывает соотношение видов пафоса

с его признаками.

Таблица 2.6

В таблице 2.7 показано, как различные виды пафоса

распределяются по видам словесности

.

Таблица 2.7

Таблица показывает, что в тех видах словесности

, где допустим эристический пафос

, допустим и софистический пафос

. Диалектический пафос

допустим во всех видах словесности. Следовательно, если в некоторых видах словесности допустим софистический или эристический пафос

, то в этих видах словесности

может присутствовать и диалектический пафос

.

Софистический и эристический виды пафоса допустимы не во всех видах словесности

.

Это значит, что монологическая речь отдает предпочтение диалектическому виду пафоса и допускает в некоторых видах словесности наряду с диалектическим, также и эристический и софистический виды пафоса. Эристический и софистический виды пафоса являются вырожденными видами пафоса. 2.4.2. Запреты на эристику и софистику

Характер запретов на эристический и софистический виды пафоса неоднороден.

Ложная молва с целью получить выгоду бывает двух родов: слухи

и сплетни

. Под слухами понимается сообщение, переданное по каналу молвы, которое сообщает вымышленные факты или дает фактам необъективную интерпретацию. Формирование и передача слухов

составляет древнейший прием психологической войны. Этот прием очень трудно остановить, так как источник слухов

скрыт и содержание слухов

создается так, чтобы они выглядели правдоподобно. Средством против слухов

является распространение правдивой информации. В настоящее время слухи

обычно разоблачаются через другие виды речи

, в том числе такие, которые допускают эристику и софистику: документы, журнальную литературу, массовую информацию

.

Сплетни --- это слухи или любые сведения о личностях, которые не должны быть в молве. Сплетни

обычно направлены против достоинства личности. Они используются обычно для выведения человека из душевного равновесия с целью заставить его делать ошибки. Средства противодействия те же, что и при слухах, но есть еще и известный прием "сведения сплетни

", когда отыскиваетс лицо, создавшее сплетню

и подвергаемое осуждению.

В проповеди эристический и софистический пафос

, особенно последний, представляет собой уклонение от догматики или ложное толкование догмы, которое называется ересью. Оно опровергается соборно и наказывается отсутствием церковного общения.

В ученой речи приемы эристики обычно применяют как самоутверждение ученого или учителя вне их научного авторитета. Используют обычно учеников, которым внушается необходимость прославления данного лица независимо от содержани его учения (например, действия учеников Т.Д. Лысенко или Н.Я. Марра) и гонения на ученых, не разделяющих эристического учения ритора. Средством противодействия является общественное мнение ученой корпорации и публичные диспуты.

Эристические

приемы в речи на неписчих материалах наказываются в уголовном праве. Выпуск ложных денег квалифицируется как фальшивомонетничество, подделка печатей и штампов как мошенничество, недолжная эпиграфика (например, похуляющие надписи на заборах и другое подобное) наказываются либо в административном, либо в уголовном порядке и квалифицируются как хулиганство.

Эристические приемы в научной литературе обычно имеют характер подделки научных фактов или софистических

приемов рассуждения. С этими приемами борются проверкой научных фактов печатным опровержением софистических

рассуждений. Нередко эристические

приемы проникают в научный текст потому, что авторы таких сочинений стремятс угодить политическим силам и для этого используют авторитет науки. Одним из скверных приемов научной эристики

являются библиографические фальсификации, когда используют часть литературы вопроса. Этот прием был характерен для политической борьбы, в которую втягивалась наука (например, запрет цитировани буржуазных ученых во время борьбы с так называемым "безродным космополитизмом" или отказ цитировать работы тех людей, которые не составляют приятельскую группировку, чтобы занять должность по ложному авторитету).

Эристические

приемы в рекламе запрещены законом. К этим приемам относитс ложная реклама, когда содержание объявления не соответствует описанным в рекламе

качествам товаров и услуг, наименований и способов продажи товаров или предоставления услуг. Эристическая

реклама

может иногда прибегать к прямому или косвенному похулению действий конкурентов, их товаров и услуг. Эристические приемы в graph-definition>

рекламе

наказываются привлечением к судебной или административной ответственности, за которой следует денежный штраф.

Эристические

приемы в информатике, как во вторичном тексте, пока не исследовались, так как эти тексты новые и практика запрещения эристики

в них не сложилась. Но в целом эристические приемы в информатике могут сводиться к следующему: 1. Нарушение тайны переписки в мультимедиа. 2. Информационное обеспечение вторичными текстами на основе запрещенных за

эристику и софистику первичных текстов (например, сообщение слухов и сплетен

, еретических текстов, эристические

утверждения ученых и их школ, сообщение ненаучных фактов и бездоказатель ных теорий).

3. Сообщение запрещенной рекламы

.

4. Раскрытие секретов путем дешифровок.

5. Неправильная адресация распоряжений.

6. Нарушение авторского права.

7. Создание и распространение компьютерных вирусов.

8. Воздействие на работу компьютера на расстоянии и остановку действи программ или их разрушение средствами электроники на расстоянии.

Все эти эристические

действия пока не имеют законодательных запрещений. Но, повидимому, они будут запрещены международным и внутригосударственным законодательством.

В таблице 2.8 показано, как выглядит система запретов на эристические действия.

Таблица 2.8

Система запретов устроена так, что используются все возможные в обществе типы запрещений. По типам запрещения неэристической речи соединяются в один класс проповедь, учебна речь (учебная гомилетика) и научная литература.

Типы реализации запрещений по содержанию высказываний в разных видах речи можно представить следующим образом:

1. В молве общественное мнение воспрещает оперировать ложной информацией.

2. В публичной речи

нельзя:

а) говорить, искажая факты;

б) говорить о присутствующих, точнее, о людях данного круга общения.

3. В проповеди нельзя софистически

или эристически изъяснять догмы (общие места). 4. В graph-definition>

учебной речи

нельзя самовозвышаться.

5. В научной речи

нельзя:

а) искажать факты;

б) применять софистику;

в) неправильно определять круг предшественников.

6. В речи на неписчих материалах нельзя подменять источник текста, не указав на это.

7. В рекламе

нельзя:

а) давать неверные сведения;

б) порочить другие источники рекламных текстов.

8. В информатике нельзя:

а) сообщать неверную первичную информацию или искажать смысл первичной информации;

б) давать неверную направленность действий;

в) нарушать авторскую собственность;

г) создавать помехи в каналах общения.

Суммируя эти типы запретов можно уточнить круг суждений, считающихся эристическими или софистическими. Такими считаются:

А --- суждения с подменой источника информации, или фальсификация ;

Б --- суждения с оскорбительным смыслом для людей, или диффамация ;

В --- суждения, содержащие неверное освещение событий, т.е. искажение фактов и введение в заблуждение, или ложь;

Г --- нарушение речевого общения и его правил, или наглость .

Таким образом, основные признаки эристики и софистики: фальсификация, диффамация, ложь и наглость.

2.4.3. Софизмы

риторика

не запрещает такие виды речевых действий, как речь с целью преследования выгоды или победы в споре или остроумие в искусстве аргументации. Напротив, в целом ряде видов словесности бескорыстное преследование истины бессмысленно. Например, в судебной речи сторон или в документах или в художественной литературе. В видах речи, допускающих софизмы

и эристические

уловки, могут при наличии эристических

условий или софизмов

отсутствовать такие категории

эристики, как фальсификация, ложь и наглость.

В том, что составляет софизмы

и уловки при преследовании победы в споре или выгоды, могут отсутствовать эристико-софистические запреты и речь этически может быть законной. Поэтому софизмы

и уловки в реальном речевом действии

могут быть этически допустимыми (при отсутствии фальсификации, лжи, диффамации и наглости) и этически недопустимыми .

софизмы

как категория речимысли мало изучены, и все же логика

выясняет основные принципы построения софизмов.

1. софизмы

, основанные на смешении значений слов:

А.1. Лекарство полезно и является благом.

2. Чем больше блага, тем лучше.

3. Вывод: чем больше лекарства, тем лучше.

Софизм

основан на том, что слово "благо" в случае лекарства может пониматьс двояко --- как средство против болезни и лекарство как товар. В случае лекарствотовар силлогизм верен, в случае лекарствосредство силлогизм неверен.

Б.1. У тебя есть собака, она твоя.

2. Твоя собака является отцом щенков.

3. Ты бьешь свою собаку, следовательно, бьешь своего отца.

Софизм

основан на смешении смыслов слова "свой". "Свой" может означать "обладание" и может означать "происхождение". Смешивается значение слова "свой": в посылке значение этого слова "обладание", во второй посылке - "происхождение". Вывод основан на смешении обоих значений слова "свой".

В.1. То, что ты не потерял, --- ты имеешь.

2. Ты не терял рогов.

3. Следовательно, ты рогат.

Софизм

основан на значении слов "терять" и "иметь", с одной стороны, и смешении значения слов "иметь рога" и "быть рогатым". Быть рогатым значит, что тебе изменяет жена. В силлогизме опущена презумпция "из всего, что имел ранее" и презумпция "у тебя были рога" (как вещь). Затем следует вывод, в котором смешаны значения "иметь рога" (как вещь) и "быть рогатым" (в значении терпеть измену жены).

2. софизмы

, основанные на подмене объема понятий.

Г.1. Все внимательные хорошо усваивают уроки.

2. Некоторые ученики внимательны.

3. Все ученики хорошо усваивают уроки.

Софизм

основан на фигуре "все --- некоторые", т. е. на отношении целое множество --- части множества. Софистический вывод получается потому, что слова "все" и "некоторые" относятся к разным содержательным множествам: внимательные люди и внимательные ученики --- два разных класса обсуждаемых объектов. Смешение основано на том, что ученики тоже люди, кроме этого "все --- некоторые" преполагает вывод относительно некоторых. Здесь софизм основан на подмене объемов понятия.

Д.1. Некоторые люди --- водолазы.

2. Все ученые --- люди.

3. Все ученые --- водолазы.

Софизм основан на том, что термин "некоторые люди" относится и к ученым, и к водолазам. Это разные множества. Софизм сводит разные множества к одному, толкуя термин "некоторые люди" как единое целое.

3. софизмы

, основанные на истолковании границы объема понятия.

Е.1. Вот куча камней.

2. Ты отнял от кучи все камни, кроме одного.

3. Один камень --- куча.

Софизм

оперирует терминами "единичность" и "неопределенная собирательность". С точки зрения неопределенной собирательности, один камень не может быть кучей, с точки зрения множества, имеющего определенный признак и один предмет, имеющий этот признак, относится к данному множеству. Столкновение неопределенного и считаемого множества приводит к апории.

4. софизмы

, основанные на противоречии в решении благодаря недостаточности условия.

Ж.1. Эпименид критянин утверждает, что все критяне --- лжецы.

2. Но Эпименид поэтому сам лжец.

3. Если Эпименид --- лжец, то его утверждение о критянах ложно.

4. Критяне --- честные люди.

5. Но Эпименид --- критянин, и его утверждение о критянах правильно.

Силлогизм построен на возможности двух выводов благодаря тому, что слово "лжец" и слово "ложно" и "ложь" истолкованы то как постоянный, то как временный признаки. Поскольку не оговорено, в каком смысле следует понимать слова "лжец" и "ложь", возникает апория, когда надо принимать решение.

З.1. Эвагл нанял учителя риторики

и обещал заплатить после первого выигранного процесса.

2. Первым процессом был процесс с учителемрито ром, который потребовал платы.

3. Ритор утверждает: В обоих случаях ты, Эвагл, должен платить, так как судьи либо присудят к уплате и ты будешь платить по приговору, либо ты выиграешь процесс и должен будешь платить по договору .

4. Эвагл опроверг ритора: Если присудят к уплате, т.е. я проиграю процесс, и действует договор, по которому я не плачу в случае проигрыша, если выиграю процесс, то не плачу по приговору суда.

Противоречие в решении состоит в том, что договор Эвагла с ритором заключает в себе апорию из-за недостатков условия договора. Следовало оговорить "выиграть любой процесс, кроме тяжбы с учителемритором". Благодар

тому, что объем понятия предмета договора был недостаточно определен, возникла возможность двойственного решения.

Хотя логическое исследование софизмов

не проведено достаточно глубоко, можно думать, что основные признаки софизмов состоят в:

1) смешении понятий благодаря полисемии;

2) подмене объемов содержания понятия;

3) неопределенности содержания понятия;

4) недостаточно выраженной презумпции (предварительного условия) о содержании понятия.

Приведенные примеры софизмов

являются абстрактными и хрестоматийными. В реальном рассуждении, например, в судебной тяжбе все четыре вида софизмов реально встречаются и допустимы с точки зрения фигурального смысла, и недопустимы, когда содержат фальсификацию, диффамацию, ложь или наглость. Эти качества связаны характером использования софизмов

. софизмы

могут быть речевой и смысловой игрой, могут быть средством убеждения --- все дело в том, ради чего создаются софизмы

.

2.4.4. Эристические уловки эристика --- более деликатное, но и более опасное оружие. Возьмем дл примера фигуры эристики, которые принято называть уловками. Риторические уловки начинаютс я от скрытого использования диалога. Таких уловок всего четыре. 1. Многовопросие  состоит в том, что задаются многие вопросы, казалось бы, по теме обсуждения, но тема обсуждения исчезает, потому что она освещена вопросами так, что предмет обсуждения теряет дефинитивную определенность. Например: "Что есть человек?", "Он животное или нет?", "Имеет ли он разум?", "Имеет ли разум всякое животное", "Инстинкт --- это разум?" и т. п. 2."Вопросы от дурака" --- спорщик прикидывается незнающим и просит объяснить, что имеется в виду: "Ты сказал, что человек разумен и, следовательно, обучается", "Ты признал, что крыса обучается и принимает решения", "Почему нельзя считать, что крыса тоже человек?". 3. Подведение под противоречие --- "Если крыса, как ты сказал, тоже человек, почему она не ходит на двух ногах?" 4. Вопросы с целью изменить объем обсуждаемого понятия. "Все ли живое, имеющее разум, --- человек, где пределы того, что ты называешь разумом?" Все эти сентенции имеют цель увести от предложенной темы, потому что тема по каким-либо причинам неудобна для обсуждения тому, кто хочет от нее уйти. Другой тип использования эристики состоит в предсказании наперед того, что другая сторона еще не высказала. 5. Возражение наперед --- "Я знаю, что ты станешь утверждать, будто крыса и человек одно и то же". 6. "Чтение в сердцах" --- "Ты в своих мыслях считаешь, что с людьми можно обращаться как с крысами". 7. Ложное подозрение --- "Я думаю, что ты в мечтах своих хотел бы быть гаммельнским крысоловом, чтобы заманить и погубить всех детей - я тебя очень хорошо понимаю и вижу твои замыслы". 8. Категорическое несогласие --- "Как бы ты не оправдывался, я не желаю этого слушать, так как знаю, что ты такое на самом деле." Как видим, эта группа уловок создается так, чтобы уничтожить предмет обсуждения и, используя диалогичность монолога, нарушить условия смысловой цельности предмета обсуждения. Третий тип риторических уловок состоит в изменении модальности. 9. Авторитарный стиль

--- "И все же я считаю, что Карфаген должен быть разрушен". (Все аргументы иного рода не принимаются. Надо твердить свое.) 10. Переход на личность --- "Кто ты такой, чтобы провозглашать, что Карфаген должен быть разрушен, какое право ты имеешь так говорить?" 11. "Дамский аргумент" --- "Можно согласиться с Катоном, что Карфаген должен быть разрушен, Гаструбал очень интересный человек, у него превосходные способности и хорошая внешность". Этот аргумент подменяет одну тему другой, а сама смена темы изменяет модальность обсуждения. 12. "Навязанное следствие" --- "Я знаю наперед, чем кончатся призывы Катона разрушить Карфаген. Катон должен будет сам погибнуть". Этим производится запутывание противной стороны, потому что, якобы, существует цепь суждений, которые позволяют сделать вывод о гибели Катона. Модальность речи меняется, меняется и настроение. 13. "Просеивание фактов" --- классический прием в судебной практике, когда стороны в судебной речи опускают факты, которые для нее невыгодны. Некоторые виды речи

по условиям создания должны применять просеивание фактов. Массовая информация строится на выборе сообщений именно о тех событиях, которые отвечают программе данного органа массовой информации. 14. "Конструирование подозрений" --- "Факты показывают, что в намерение Катона, увлекающего Рим в войну с Карфагеном, входит разорить Рим этой войной. Этот тип риторической уловки широко используется журналистами-аналитиками". 15. Игра гиперболой и литотой --- "Катон предлагает нам не серьезную войну с Карфагеном, а всего лишь полицейскую меру, т. е. небольшую полицейскую акцию". 16. "Иронический повтор" --- "Война с Карфагеном? (С другой иронической интонацией) Это --- война?" Эти уловки предназначены для того, чтобы не изменяя темпа обуждения, изменить отношение к теме и тем изменить самую возможность обсуждения. Следующим видом эристических уловок являются эристические приемы уничтожени позиции оратора. 17. Смена предмета обсуждения --- "Все, что здесь сказано о завоевании космоса, не имеет цели. Все дело в деньгах". 18. Запрет (табу) на обсуждение предмета --- "В нашем обществе об этом не говорят". (Это неприлично.) 19. Инсинуация --- "Эта женщина ваш друг, а чья она жена?" 20. Изменение оценки --- "Вы говорите, что объявили о вашем проекте, не объявили, а разнесли, раззвонили ..." 21. Ложное согласие со сменой предмета обсуждения - Марк Твен: "Вы говорите, что кошка знает грамматику, да, кошка знает грамматику, но голубая сойка знает грамматику лучше". 22. Ложное возмущение со сменой предмета обсуждения --- В. Маяковский: "... мать. Кто сказал мать, прошу при новобрачных не выражаться". 23. Затягивание речи с добавлением новых предметов и запутывание слушающего --- Рассказ М. Твена "Старый дедушкин баран". 24. Переход на обвинение --- Н. Гоголь: "Я не знаю твоей матери, но знаю, что она дрянь!" Последний разряд уловок --- уловки, направленные на разрыв речевых отношений. 25. Ложное откладывание диалога на неудобную тему - "Я не хочу с тобой об этом сейчас говорить". 26. Ложное обвинение в отсутствии доказательств --- "Ты нечестно ведешь спор, нарочно путаешь". 27. Ложное обвинение в неправоте на основе посылки: всякий человек грешен --- "Неужели ты всегда бываешь прав?" 28. Ложный перенос обсуждаемой темы на личность --- "Все, что ты сказал, направлено против меня?" 29. Ложное обвинение противной стороны с указанием на неверный выбор оппонента --- "Видали мы таких!" 30. Ложное утверждение о невозможности продолжения спора --- "Я тебя понял, дальнейшее обсуждение бессмысленно". 31. Ложное утверждение о несхождении позиций сторон спора --- "Мы с тобой чужие". 32. Брань --- "Сам дурак". Эта последняя, четвертая, категория предлагает средства демонстрировать разрыв речевых контактов. Как видно из классификации уловок, они сводятся к реализации фигур мысли, по Квинтилиану (уничтожение смысла предмета речи, уничтожение отношени к предмету речи, уничтожение позиции противника и уничтожение контакта с противником при поддержании контакта с аудиторией). Как видно из содержани уловок, риторика

воспринимает их как нехватку аргументов, неизобретательность ритора при желании выиграть дебаты. Известно, что в повседневной практике к риторическим уловкам обычно прибегают люди, мало сведущие, мало культурные, бедные изобретательностью и благодаря этому неспособные к диалектике

. Но в своем смысловом существе уловки нейтральны по отношению к эристически недолжной речи (фальсификации, диффамации, наглости и лжи). 2.4.5. Эристические виды речи Однако существующие виды речи

могут быть построены так, что смысловые фигуры уловок входят в речевое построение данного вида словесности

с необходимостью, так как эти фигуры составляют суть модальности этого вида речи. Такие виды речи могут быть названы эристическими . Жанр сказки в фолклоре предполагает сказки о триксерах. Например, сказка о лисе и медведе, делившем урожай по вершкам и корешкам. При посеве пшеницы лиса берет себе вершки, а при посеве картофеля --- корешки. Медведь обманут эристическим

использованием гиперонимов, т. е. уничтожается предмет обсуждения. В ораторике применяется как диалектика

, так и все фигуры эристики, но если в сказках о трикстерах эристика обязательна, то в ораторике она факультативна. Это же следует сказать и о пропаганде. Устный диалог, письма и документы прибегают к эристике. Применение уловок в этих видах словесности хотя и осуждается, но все же встречается довольно часто. Контроль за использованием уловок должен вести получатель речи, который своими возражениями приводит своего оппонента к необходимости аргументировать диалектически

, иначе спор может не состояться. Что касается сочинений, то некоторые игровые, развлекательные жанры, как и сказки о триксерах, требуют демонстрации эристики, которая включаетс в сложение сюжета как ловкий обман. Художественная литература, помимо демонстрации эристики как инструмента сюжетосложения (как в сказках), сама эристична, так как автор нередко прибегает к нелогичным построениям, что бывает особенно часто в сочинениях юмористического и сатирического характера, где используются все уловки, кроме уловок, направленных на разрыв отношений с читателем. Журнальная литература

и массовая информация

построены на "просеивании фактов" и ряде уловок, связанных с разрывом отношений ("сам дурак", "мы с тобой чужие", "конструированием подозрений", игрой гиперболы и литоты, "навязанным следствием", чтением в сердцах" и многими другими). Эти виды словесности эристичны

по природе. Но в отличие от художественной литературы в фолклоре и журнальной литературе

это преподносится читателю не как фантазия, но как реальное речевое действие

. Игровые жанры фольклора

, развлекательные жанры сочинений

, художественная литература

прибегают к эристике как к условному художественному приему. Журналистика и массовая информация

не могут не использовать эристику по природе создания самого текста. В таблице 2.9 показано соотношение эристических

видов словесности с их признаками.

Таблица 2.9

Итак, эристические виды словесности разделяются на следующие категории

: 1. Виды словесности, где эристика возможна и контролируется оппонентом - слушателем. 2. Виды словесности

, где жанровые формы допускают имитацию эристики. 3. Виды словесности

, где сама конструкция текста не может не иметь эристики. Таблица 2.10 делает возможным классификацию пафосов эристических видов словесности.

Таблица 2.10

Как видим, пафосы эристических видов словесности различаются так, что виды контроля со стороны получателя за эристической аргументацией определяют отношение получателя. Журналистика, массовая информация

и виды словесности, где эристика входит в конструкцию текста, являются одновременно и поэтическими по своему складу, и ориентирующими для перехода к действию. Поэтому без знания законов построения этих текстов получатель безоружен перед эристикой. Устный диалог, документы, письма, ораторика, пропаганда являются текстами, пафос

которых заставляет получателя самого раскрывать эристические уловки

. Фольклор, сочинения и художественная литература имеют пафос

открытый, применяют демонстрацию эристики, имитируя ее. Они учат борьбе с эристическими уловками

. Поэтому в составе эристических видов словесности

представлены как разоблачающие эристику виды, так и без-

условно эристически влияющие. Наконец, имеются такие виды словесности

, которые требуют от получателя речи разоблачения уловок, и в том случае, когда получатель становится создателем речи, выстраивания эристических уловок

в своей речи. эристика хранит в себе пафос

убеждения при отсутствии строгих аргументов, тогда как диалектика

требует строгой аргументации. 2.4.6. Примеры Первым средством диалектической аргументации

является сообщение общезначимых фактов или примеров. Пример --- семантически сложная категория. Простейшим видом примеров является пример-сообщение о событии, удостоверенном очевидцами и заслуживающими доверия источниками: "В селе N отмечено появление летающей тарелки в 00 часов 00 числа 00 года. Свидетели: Иванов, Петров, Сидоров и другие жители деревни" . Следуют их рассказы. Это фактографические примеры. Более сложным видом примеров является научный пример. Содержание научного примера состоит из поведения объекта в эксперименте со строго заданными условиями или из возможности каждому убедиться в том, что данный факт имеет в указанном месте прочное существование. Например, "удельный вес железа - 7,8" или "роман в стихах А. С. Пушкина Евгений Онегин начинаетс словами: "Мой дядя ..." Случай с летающей тарелкой не является научным примером, так как тарелка не появляется в эксперименте и ее появление нельзя наблюдать в определенном месте и времени каждому. Литературный пример --- пример-текст из общеизвестного произведения. Примером, достойным хорошо воспитанной барышни начала XIX в., может служить Татьяна Ларина. Если бы современные девицы могли вести себя так, как Татьяна Ларина, то все те их поклонники, которые ими прежде пренебрегали, получали бы отказы при повторном сватовстве. Текст может быть взят не только из поэтического, но и из прозаического произведения: "Из истории известно, что Александр Невский был приемным сыном Батыя". Гипотетический пример или умственный эксперимент. "Представим себе тележку с идеально смазанными осями, идеально гладкий путь и сопротивление воздуха отсутствует. Если толкнуть такую тележку, то она будет катиться прямолинейно с одной и той же скоростью бесконечно" . Все условия поведения такой тележки под воздействием импульса силы нереальны и неосуществимы. Гипотетические примеры служат для обоснования научного рассуждения. В риторической практике все четыре вида примеров могут появляться вместе или порознь. В эристических видах речи

распределение примеров по видам словесности

выглядит следующим образом: В дописьменной устной речи, письмах, в ораторике, пропаганде появляются и используются все виды примеров. В документах не допустим литературный пример. В фолклоре, художественной литературе формируются литературные примеры

и, следовательно, литературный пример

является гипотетическим по условиям создания самого текста. В этих видах словесности пример

сообщени о событии, остальные виды примеров

допустимы. В журналистике и массовой информации

основой текста являются примеры сообщений о событиях, в рассуждениях допустимы литературные\a и гипотетические graph-definition>

примеры

. Научные примеры

используются в научной журналистике. В неэристических видах речи положение следующее: В молве используются только фактографические примеры

. В проповеди

используются литературные примеры

и гипотетические примеры

, фактографические и научные не используются. В учебной гомилетике используются гипотетические

и научные примеры

, фактографические и литературные не используются. Также применяются примеры

и в научной литературе. В рекламе

используются только фактографические примеры. Речь на неписчих материалах и тексты информатики лишены аргументации с помощью. В таблице 2.11 представлена аргументация с помощью примеров

по видам словесности

. С точки зрения риторического изобретения, аргументация примерами

--- основная. Подбор примеров

--- основа сбора материала для подготовки речи, выбор и распределение примеров

--- основа расположения речи, основа ее композиции. Объяснение примеров

- основа доказывания

. Тип примера

и его место в композиции --- главное средство эмоционального влияния речи. В устном диалоге факты (фактографические примеры) при интерпретации требуют литературных

, научных

и гипотетических примеров

. Фактографические примеры тем самым истолковываются другими типами примеров

, переходы от фактографических примеров составляют рассуждение --- доказательства и опровержения. Это же относится ко всем видам ораторики, пропаганде

, письмам

и документам

. В последних литературные примеры

обычно считаются неуместными. Так построены тексты, главная цель которых заставить аудиторию принять решение и перейти к действиям. Тексты, имеющие культурное и эстетическое назначение (фольклор

и художественная литература), как правило, не оперируют литературными примерами

, так как сами заняты созданием литературных примеров

--- созданием образов ситуаций и

Таблица 2.11

образов героев. Риторическое изобретение в этих текстах идет от гипотетических примеров

, которые автор обычно находит в иных видах словесности от газеты (как Ф.М. Достоевский) до документов, диалогов по предметам судебной речи и общежития и, исходя из гипотетических примеров, находит для текста фактографические и научные примеры

, образует соединение и сцепление их в образы. Так образуется тема и проблема лирического

, драматического

и эпического произведений и располагается художественнориторическое изобретение. Проповедническая литература и устная практика по условиям речевого этоса не может пользоваться фактографическими и научными

примерами. Она строится на высокой абстракции

. Эта абстракция есть живое сознание общих мест, составляющих религиозную догматику и развитие житейской прагматики. В проповеди литератур ные образы и гипотетические примеры

--- основа подготовки материалов речи, а их расположение --- главная сила проповеди, ее способность оторвать людей от житейских повседневных интересов и повернуть их мысль внутрь себя, упорядочить свое внутреннее состояние, подготовить душу к любому виду деятельности - духовной и практической. Учебная речь

и научная литература

по условиям речевого этоса не должна оперировать фактографическими

и литературными

примерами. Они не признаются как доказательства. Поэтому учебная речь

и научная речь

начинаются от гипотетических примеров

, общепризнанных в науке или самостоятельно сконструированных, в философии, и ищут научных фактов, полностью характеризующих то, что описывается в научном тексте. Когда фактов в распоряжении писателя нет, он их создает либо в эксперименте, либо в научноверифицированном наблюдении. Полнота и доказательность таких фактов есть основная забота ученого (и учителя) для того, чтобы его речь была убедительна. Опровержение в науке состоит, в частности, в том, чтобы отыскать пример

, опровергающий рассуждение. Массовая информация

и журналистика

, как и молва, начинается со сбора фактографических примеров

. Эти примеры

далее интерпретируются литературными,

и гипотетическими примерами

. Поиск этих примеров

возможен только в массовой информации

и журналистике

, так как такие примеры запрещены в молве речевым этосом. Наконец, рукописные сочинения, не гомилетика, есть всегда история в широком смысле слова --- история народа, биографии, летописи событий, литературная хроника. Здесь выбор примеров дан как сочетание видов примеров, объединенных временем. Искусство изобретения здесь состоит в избрании значимых для времени примеров и их расположении, которое представляет картину времени и места, где развертываются события (материальной и духовной жизни). Что касается примеров

в речи на неписчих материалах и текстах информатики, то это особые виды текстов, суть которых состоит в свидетельстве. Они сами суть нерасчлененные примеры

, в которых сконцентрированы и научные

, и гипотетические

, и фактографичекие

, и литературные примеры

. Так, в исследованиях историков по эпиграфике

, нумизматике

и сфрагистике рассматриваются все четыре атрибуции этих словесных объектов. Монета, например, фактографически принадлежит кладу или отдельной находке в определенном времени и месте, находка принадлежит к определенному месту в научной классификации (научный пример

), представляет собой литературный текст с его предметным и образным значением (литературный пример

) и, наконец, описание монеты исходит из источниковедческих постулатов (гипотетический пример

). 2.4.7. Связь примеров

Тексты массовой коммуникации --- вторичные тексты, и они также обнимают факты, научные факты и суждения о них (научный пример

), литературные произведения (литературный пример

) --- библиографии и рефераты и подаются в системе благодар (гипотетический пример

). Отсюда возможно построение следующих типов риторического изобретения: 1. Тип фактографический, доказывающий --- начинается от фактографического примера

и интерпретируется научными

, литературными

и гипотетическими примерами

(диалог, письма, документы, ораторика, пропаганда). 2. Тип гипотетический, образный,  --- начинается от гипотетических примеров

и интерпретируется научными

и фактографическими

(но не литературными

) примерами. 3. Тип гипотетический, воспитывающий внутренний мир (фольклор

, художественная литература

), --- начинается с гипотетических примеров

и интерпретируетс литературными, и только ими. 4. Тип гипотетический, объясняющий внешний мир, --- начинается от гипотетических примеров

и интерпретируется научными, и только ими (научная и учебная речь). 5. Тип фактографический исключительно (молва). 6. Тип фактографический, объяснительный --- начинается с фактографических примеров

и интерпретируется литературными

и гипотетическими

. 7. Тип соединительно-исторический --- сводит вместе фактографические

, литературные

и научные примеры

(рукописные сочинения). 8. Тип свидетельствующий --- нет примеров. Сами тексты суть синтезируемые примеры. Собирание и расположение примеров

требует связи между ними. Связь между примерами представляет собой словесную и умственную конструкцию. Элементы этой конструкции, содержащие пример и его отношение к общему месту, называютс доводом. Речь состоит из эристических

или диалектических

доводов (разрешенного или запрещенного характера, так как фальсифицировать или являть наглость можно не только средствами эристики, но и средствами диалектики

). По словесным и смысловым фигурам эристические

или диалектические фигуры

не различаются. 1. Дефицит федерального бюджета достиг в июне, по некоторым оценкам, 9 % от ВВП вместо 3,85, положенных по плану. Если бы не президентские выборы, такая ситуация была бы самой больной темой для власти. 2. Но кремлевские экономисты нашли в себе силы не обращать внимани на нынешнее положение и утверждают, что уже через 180 дней все будет совсем иначе. 3. По крайней мере, такой вывод можно сделать из подписанного 7 июня послания Президента Правительству "О бюджетной политике в 1997 году". (Деловые люди. --- 1996. --- 68. --- С. 42.) Эти три довода в тексте соединены в один абзац. Этот абзац представляет собой сложное силлогическое построение

: А. Дефицит возрос. Б. Есть послание Президента. Вывод. Надеются снизить дефицит благодаря посланию. Каждый довод внутри себя содержит энтимему, т. е.

силлогизм

с подразумеваемой посылкой: А. Дефицит возрос. Б. (Рост дефицита для всякого правительства опасен.) Вывод. Правительство должно быть в тревоге. Посылка Б пропущена в энтимеме, так как самоочевидна для читателя. Сходным образом располагается воображаемый текст: 1. После суровой снежной зимы с ее метелями, сугробами и заносами пришла наконец весна. В блеске теплого солнца обнажились и чернели на буграх черные пашни, затопленные весенней водой. Березовые рощи краснели безлистыми верхушками на блещущем синем небе, по которому бежали белые облака, гонимые теплым, влажным ветром. По рекам уже прошел серый ноздреватый лед... (следует описание признаков весны). 2. И проходившая в такое утро по большой дороге какая-нибудь убогая старушка с котомкой за спиной иногда останавливалась, прикрывала старческой рукой глаза от яркого солнца и долго смотрела на сочные, играющие росой поля, на синеватые, пронизанные румяным светом туманные дали; потом осеняла себя широким крестом и шла дальше. 3. Все было как всегда, --- и мир, и тишина над пробудившейся землей, - и нельзя было подумать, что этот год будет началом великих потрясений, от которых дрогнет весь мир. ( Романов Пантелеймон. Русь//Дружба народов. - М., 1991. --- С.21-22.). Внутри образного текста скрыт силлогизм

. А. (Время изменяет жизнь людей.) Б. Природа равномерно воспроизводит время. Вывод. Перемены для людей наступают неожиданно. Энтимема, с пропущеной посылкой: "Время изменяет жизнь людей". Внутри этой энтимены скрыт силлогизм. А. Природа (Картина смены времени года безотности тельно к людям). Б. Люди (в лице старушки) рады, но их радость не влияет на природу. Вывод. Человеческое и природное несходно. 2.4.8. Композиция доводов Композиции доводов представляют собой с точки зрения словесно-мысленных форм силлогизмы

и энтимемы. Расположение силлогизмов

и энтимем бывает дедуктивным

и индуктивным

. Дедуктивное расположение

соответствует доказательству и опровержению как частям речи, индуктивное

--- описанию и повествованию. Дедуктивное расположение

характерно для тех текстов или их фрагментов, когда надо ответить на вопрос: что это? Индуктивное расположение

характерно для тех текстов, которые отвечают на вопросы: как сделано? Как надо сделать? Как совершилось? Дедуктивное расположение

сочетает силлогизмы

и энтимемы в большие композиции, например, в научных статьях и в монографиях по фундаментальным наукам. Оно важно и во всех видах ораторики. Индуктивное расположение

применяется чаще всего в прикладных науках, в технике, а также в ораторике. В ораторике, сочинениях

и художественной речи

применяется как индуктивное

, так и дедуктивное расположение

в их сочетании в одном тексте. В технике и во всех видах текстов, где по смыслу речь идет не о квалификации сущностей, а о конструировании объектов, применяется индуктивное расположение

. Индуктивное расположение

в системных описаниях принимает вид перечисления частей описываемой системы, например, при описании общества и его частей, части данной системы называют факторами и рассматривают влияние факторов

друг на друга или на систему в целом. 2.4.9. Речевые эмоции

Речевая эмоция --- эмоция, наводимая на аудиторию речью. Логически организованные риторические части речи: повествование

, описание

, доказательство

, опровержение

и т. п., --- сами по себе не являются средствами наведения эмоций на аудиторию, напротив, обращение, именование темы, воззвание темы, заключение обращены в первую очередь к эмоциям речи. Речевому выражению доступны не все эмоции, а только те, которые возможно выразить с помощью речи и тем заставить аудиторию испытать чувство. Эмоции, вызываемые в аудитории разными искусствами: танцем, музыкой, изобразительными, прикладными искусствами, --- лишь частично могут быть описаны речью. Азарт --- эмоция, характерная для игры и прогностики в речи, --- может быть передана только речевыми играми (кроссворды, загадки и пр.). Эмоция обряда, дающая духовно-телесное преосуществление личности, рождается только в результате обрядовых действий, которые сопровождаются речью. Кроме этих выражаемых и наводящихся неязыковы ми семиотическими средствами эмоций, человек испытывает внутренние эмоциональные состояния (тоску, оживление, желание отдыха, любовную физическую страсть

и т. п.), которые являются как бы темными эмоциями, так как не выражаютс семиотическими средствами. Речи доступно выражение и наведение на аудиторию только некоторых эмоций. Это связано с выразительными возможностями языка. В речевом контакте участвуют: сам факт речевой связи; ритм, тембр и интонация; динамика речи (т.е. громкость и быстрота); модальность речи; предметное значение лексики; соответствие речи и действия; образное и логическое построение речи; коннотативный смысл речи. Каждый из этих факторов речевого контакта обладает своими возможностями выражения и наведения эмоции определенного типа. Но поскольку все эти факторы языкового контакта не могут существовать друг без друга, речевая эмоция всегда сложна и комплексна. Ритор пользуется разными факторами в разной степени, создавая совокупную эмоцию данной речи, которая как бы окрашивает речь для слушающего в определенные тона, заставляющие слушателя толковать речь в определенном смысле. В таблице 2.12 показано соотношение речевых средств, содержание эмоций и их названий.

Таблица 2.12

Ритор комбинирует состав речевых эмоций в зависимости от своих задач. Для того чтобы пробудить любовь надо, как говорят, "видеться", т. е. состоять в фактических речевых отношениях. Тогда волейневолей возникает приязнь. Напротив, охлаждение отношений производно от замеченного желания одной из сторон видеться реже. Наиболее сильное выражение ненависти состоит в детском выражении "Я с тобой не вожусь" и во взрослом "Я с тобой больше не разговариваю". Искусная в ритмическом, интонационном и тембровом отношениях речь вызывает у слушателя ощущение прекрасного, которое ярче всего проявляется в актерской, т. е. произносительносовершенной школе. Хороший диктор на радио получает больше любовных писем, чем диктор телевидения, так как эффект эстетически совершенной речи на телевидении распределен с картинкой и тем ослаблен. Хорошее воспитание предполагает прежде всего обучение ритмическому, интонационному и тембровому совершенству речи. Чувство прекрасного голоса, вызывающего эстетическую эмоцию, вызывает увлечение и влечет. Речь быстрая, отрывистая, громкая вызывает волнение, как будто бы слушающий не успел сделать чтото важное. Наоборот, размеренная, монотонная и негромка речь вызывает сон. Речь умеренная и разнообразная в динамике привлекает внимание, настораживает, заставляет подтянуться. Модальность речи --- вопрос, повеление, повествова ние и иные более тонкие виды модальности на основе этих, главных, --- призвана к тому, чтобы заставить человека действовать. Для этого он должен испытывать чувство самосохранения. Чувство самосохранения бывает двояким: ощущением несчастного примера других людей и страхом за свое существование. Таковы эмоции военных команд. Важнейшим видом эмоции является эмоция должного. Она возникает из осознани отношения речи и действия в связи с речью. "Взялся за гуж --- не говори, что не дюж". Но действие следует за речью тогда, когда соблюдаются правила речевого этоса. Сложным видом речевой эмоции является рациональная эмоция, вызывающа удовлетворение от ловко сказанного и сделанного. Это чувство похоже на: "А смог бы я также ловко все выстроить?" нужна определенная опытность в речи, чтобы это чувство развилось. Оно особенно характерно для математиков и литераторов --- людей, которые делают особенно трудные тексты. Такой автор может дать такую оценку тексту: "С содержанием не согласен, но ловко сделано". Наконец, физиологическая эмоция вызывается коннотативным значением слов. В рассказе А.П. Чехова "Сирена" герой сорвал написание деловой бумаги

тем, что живописно описал, представил кушанья. Другие физиологические эмоции вызываются сходным образом. Письменная речь отражает устную и благодар этому отражению вызывает те же эмоции. Распределение эмоций по тексту словесного произведения связано с композиционными возможностями частей речи: 1. Заглавие --- любопытство и физиологическа я эмоция. 2. Обращение --- речевой контакт --- любовь и ненависть, эстетическая эмоция, любопытство. 3. повествование

--- все виды эмоций. 4. Описания --- все виды эмоций. 5. Доказательство --- более всего рациональная и эстетическая эмоция. 6. Опровержение --- более всего рациональная и эстетическая эмоция. 7. Воззвание --- главным образом сострадание и т.п. 8. Заключение --- более всего этическая эмоция, как и опознание вида словесности в понимании жанра в конце произведения словесности. Однако это примерное распределение искусный ритор варьирует эмоциональными красками речи и этим образует красноречие

.

3.1. Теория диалога. Структура диалога.

3.1.1. Роль диалога в обществе

Всякий диалог представляет собой обмен репликами. Общие правила диалога выглядят следующим образом: вопрос требует ответа, повеление требует ответа действием или словом, повествование требует ответа повествованием или внимательным молчанием. Под внимательным молчанием понимается отсутствие речи, когда выражением лица, жестом, междометием, повтором слова слушающий извещает говорящего о том, что его речь принята и понята. Это представлено в таблице 3.1.

Таблица 3.1

Таблица обнаруживает основные закономерности речевого процесса. Вопрос - монолог, который может завершиться действием, а действие прекращает речь. Повеление тоже может завершатьс действием и, следовательно, тоже прекращением речи. Это значит, что действие есть прекращение речи. Диалог как единица речи имеет границу в виде действия, прерывается действием. Поэтому, как показано в таблице 3.2, жизнь человека во времени распределе на между диалогом, действием и отдыхом.

Таблица 3.2

Таблица показывает распределение занятости людей. Человек может быть занят либо речью (включается в диалог), либо работой (действиями), либо отдыхом (бездействием). Отсюда возможен учет соотношений времени, которое люди уделяют своим занятиям. Если они слишком много заняты речью, то меньше времени остается для работы и отдыха. Если люди слишком много заняты работой, то меньше времени остается на отдых и на речь, если люди слишком много отдыхают, то они и мало работают, и мало участвуют в речевом общении и, следовательно, в общественной мысли.

3.1.2. Баланс общественного времени

Правильный баланс времени в обществе дает упорядочение общественной жизни и субъективное хорошее самочувствие. Это было открыто японской теорией языкового существования ("Гэнго чейкацу"). Правильный баланс времени различен для разных категорий людей в зависимости от профессий, психологических качеств личности и социальных ситуаций. Как показывают исследования по языковому существованию, речь больше всего представлена в бюджете времени работников умственного труда (учителей, артистов, бизнесменов, государственных служащих и др.).

Если психологические качества личности не располагают к активным диалогическим действиям, то человек чувствует дискомфорт от обилия речи и может заболеть, ему нужно снизить речевую нагрузку. Если человек находится в неприятной для него ситуации, например он потерял работу, то ему приходится активизировать участие в диалоге - речевую деятельность. В современных условиях установление хорошего баланса речевой занятости - забота отдельного человека, организации, к которой он принадлежит, а также общества в целом, представляемого государством. Медицинские работники, управленцы, педагоги и государственные деятели должны прежде всего заботиться о балансе времени у отдельных людей, организаций и в обществе в целом.

Баланс времени касается и видов речи, он должен быть соотнесен с видами словесности. Теория речевых коммуникаций и практика речи показывают, что чрезмерная занятость устной диалогической речью при прочих равных условиях сократит объем чтения литературы , а это значит, что человек оказываетс "погруженны м в быт". Чрезмерное увлечение массовой информацией

или информатикой дает политизированного человека (в случае массовой информации

) или человека, увлеченного компьютером, что часто наблюдается у детей, занятых играми, просмотром кинофильмов по сети Интернет и т. п. Известно, что увлечение романами образует мечтательность, увлечение Священным Писанием и прилегающи ми к нему текстами - церковность и т.д. Разумное направление интересов к тому или иному виду речи - дело педагогов.

Таблица 3.3 (стр. 232) показывает связь между действиями, диалогом и отдыхом.

Таблица 3.3

Диалог дает умственную деятельность и благодаря ей организация действий (организация дела), организованное дело не могут не развиваться и поэтому требуют отдыха, отдых же стимулирует начало и развитие диалога: (организаци дела - действие) - (отдых и подготовка к речевым действиям) - (речевые действия - организация дела).

Движущим звеном в этой цепи является диалог. Речь двигает дело, дело требует отдыха, отдых дает силы для умственной деятельности. Поэтому и фольклорные правила ведения речи, и законы поощряют прежде всего речь-диалог, так как диалог - источник изобретения и организации дела.

Поэтому на современном производстве и в организациях поощряются производственные совещания, обучение персонала, праздники и праздничные речи, художественная самодеятельность, развлечения и рационализация. Все это дает пищу уму, служит развитию производства и в целом эффективной деятельности организации. На производствах, где продукция постоянно обновляется, на речь расходуют значительно больше времени, чем на производстве, где продукция не обновляется.

3.1.3. Классификация диалогов по смене реплик

Участие людей в речевых действиях бывает трех родов: активное

, пассивное

и активно-пассивное . Соответственно по характеру самих людей и по организации речи люди в каждый данный момент организации речевой деятельности разделяются на активных

, пассивных

и активно-пассивных. С точки зрения речевых коммуникаций типы речевых коммуникаций образуют соответствующие классы людей.

Речевые действия, разделяющие людей на активные и пассивные классы:

1. Показательная речь

.

2. Эпиграфика

.

3. Нумизматика

.

4. Сфрагистика.

5. Массовая информация

.

6. Реклама

.

В этих видах речи создатель речи ждет от получателя речи только внимательного молчания, а получатель речи может выбирать, воспринимать речь или нет. Получатель речи ограничивает создателя речи по принципу внимательное молчание - отсутствие внимания.

Речевые действия могут быть такими, в которых обе стороны (создатель и получатель) включены в активную

и пассивную

деятельность. Это следующие виды речи:

1. Устный диалог

.

2. Письма

.

3. Документы

.

4. Информатика

.

Все эти виды речи требуют реплик с обеих сторон. Их характерная черта - переход к действиям. Поэтому обе стороны должны включиться в речевые действия, каждая со своей стороны, иначе не возникнет договора о том, как действовать.

В соответствии с правилами речевого этоса принуждение к обмену репликами бывает разной силы: устный диалог

и обмен документами

обязательно требуют ответа монологом на монолог, так как речь идет об установлении единства в действиях предметного характера либо отказа от этого единства.

Письма

и информатика

также требуют обмена монологами, но это требование ослаблено, так как не указано, когда требуетс ответная реплика. Корреспондент в переписке может ответить не сразу, его к этому не вынуждает ни присутствие партнера по диалогу, ни канцелярия. Во-вторых, требование ответа на реплику ослаблено тем, что ответ не являетс вынуждаемым. Все равно в этих видах словесности участники диалога всегда занимают активную

и пассивную

позицию попеременно.

Остальные виды речи:

1. Молва

, 2. Фольклор

, 3. Судебная речь

, 4. Совещательная речь, 5. Проповедь

, 6. Учебная речь

, 7. Пропаганда

, 8. Сочинение

(рукописное), 9. Литература художественная

, 10. Литература научная

, 11. Журналистика

- строят диалог по-разному. Во всех этих видах речи диалог ведется как бы "прилюдно", т.е. имеются такие участники диалога, которые обязательно отвечают репликой, но есть и такие, которые отвечают внимательным молчанием или отсутстви ем внимания.

Так, молва

, полученная человеком, может быть далее послана по цепочке. Но человек, получивший сообщение молву

, может не придать ей значения, может внимательно промолчать или не придать этому сообщению значения и не воспроизвести ее другому лицу.

Человек, получивший фольклорное сообщение

, ведет себя точно так же, как и лицо, получившее сообщение молву

. Другое дело, что фольклорные тексты всегда уважаются, но не придать им внимания все равно возможно.

Устная дописьменная речь - молва

и фолклор - разделяет способом своего бытования аудиторию на активно-пассивную и пассивную

.

Публичная ораторская речь произносится перед аудиторией, часть этой аудитории - противники в суде или активные участники собрания - должны ответить репликой на реплику, а другая часть аудитории является просто слушателями или зрителями, слушающими спор или по обязанности, если это судьи, или из интереса к аргументам сторон, которые обычно касаются их житейских нужд. Поэтому судебная

и совещательная речи имеют два рода получателей одновременно: активно-пассивных и пассивных получателей

. Этот вид диалога - диалог, разделяющий аудиторию по правилу.

Проповедь

, учебная речь

и пропаганда

- особые виды диалога, в котором аудитория, как правило, должна слушать речь и внимательно молчать. Но поскольку гомилетические виды словесности

- речи, возобновляющиеся от времени до времени, слушатели по очереди беседуют с оратором с глазу на глаз или прилюдно. Поэтому в разные моменты времени гомилетический диалог

то требует внимательного молчания, то активных речевых действий. Гомилетика - диалог, разделяющий аудиторию по времени.

Все виды литературы: сочинения

(рукописные), научная литература

, художественная литература

, журналистика

, - разделяют аудиторию на активную

и пассивную

части. Активная часть - это авторы, которые вступают между собой в диалог: в ответ на одно сочинение появляется другое, другого автора. Остальна аудитория не является писателями, их называют читателями. Схема делени аудитории похожа на ту, которая есть в ораторике (судебной и совещательной). Но если автор известен, то читатель в отличие от слушателя анонимен, массов и неизвестен. Поэтому автор старается склонить к себе читателя искусством речи, хотя и находится под контролем других авторов. Литературный диалог - диалог, разделяющий аудиторию по пространству и времени.

Таким образом, существуют четыре типа диалогов третьего рода (раздельна аудитория), разделяющих аудиторию:

1. Диалог, разделяющий аудиторию способом бытования.

2. Диалог, разделяющий аудиторию по правилу.

3. Диалог, разделяющий аудиторию по времени.

4. Диалог, разделяющий аудиторию по пространству и времени.

Четыре вида деления аудитории на пассивно-активную, активную

и пассивную

части показывают сложность диалогических отношений.

3.1.4. Речь в социальном пространстве

Схема 3.1 показывает разделение диалога по реакции аудитории на пассивную, активнопассивную и раздельную, дает картину речи в социальном пространстве.

Схема 3.1

Изображение показывает объемность диалога в социальном пространстве речи. Если проблема речевой занятости населения есть проблема творческого самочувствия или, наоборот, стагнации и творческого упадка народного интеллекта и отсюда его пассивности или пассионарности, а управление речевой занятостью есть управление условиями творческой активности , то пространственна организация диалога отвечает за действенность речи. Из схемы видно, что активнопассивная аудитория - это аудитория, готовая приостановить речь действием , а активная

и пассивная

аудитории содержат речь, управляющую массовыми действиями и требующуя ответственности управления. Разделенная аудитория не гарантирует ответственности управления и не содержит речей с договорами о действии, она занята разработкой идей, чувств, образа мыслей. Эта аудитория имеет цель собрания общественного интеллекта, его концентрации, за которой возможна реализация некоторых достижений в умственной деятельности .

Пространственная структура диалога выделяет два полюса: [речь - действие

] и [речь - мысль

, шире - духовная деятельность]. Второй член [речь - духовна деятельность] предполагает разделение аудитории, предоставление ее членам определенной внутренней отдельности. Первый член [речь - действие] предполагает соединение людей в формальные и неформальные коллективы, определенный отказ от внутреннего самоопределения и отдельности. Пространственная организаци диалога переходит во временную.

По общим правилам диалога на вопрос следует отвечать либо словом, либо действием.

В.: Как пройти на ул.Ульяновой?

О.: Налево за угол, или О.: указал пальцем без слов.

На повеление следует отвечать действием и словом, обозначающим согласие (Р^1: Принеси воды! Р^2: Сейчас. Или Р^3: принес воды - действие).

На повествование следует отвечать повествованием (Р^1: Расскажите о вашем дедушке. Р^2: рассказ о биографии дедушки).

Таким образом, диалог во времени строится так: от речевых действий

постоянно отпадают предметные действия, которые есть прекращение речи, но благодаря разделенности аудитории речевые действия не прекращаются, а продолжают развертываться, черпая источник в самих себе и в действиях, наступающих вследствие речи.

3.1.5. Искусство управления

Предположим, что желательно изготовить некоторое изделие. Руководитель организации а) определил для себ

параметры изделия, затем б) собрал совещание сотрудников и изложил им эти параметры, назначил исполнителей, поставил перед ними конструкторские задачи и определил сроки работы, в) в назначенные сроки снова собрал совещание, каждый из исполнителей показал и доложил свои разработки, руководитель в своей речи рассмотрел разработки и определил, как согласовать эти разработки между собой, в чертежах и технологических картах и т. д.

Результатом всего диалога является готовое изделие.

Этот тип действий относится и к коммерческой операции, и к финансовой операции, и к управленческим усовершенствованиям, и к изобретательской деятельности, и к организации концерта или театрального представления, построению системы информирования или организации учебного процесса. Таков принципиальный временной план течения диалога.

Очевидно, что чем эффективнее, т. е. плодотворнее, замысел и чем интенсивнее по времени идет последовательность диалогов, тем эффективнее идет процесс перехода к действию или, как говорят, "решения вопроса", т. е. системы действий, приводящих к задуманному результату. Искусство ведения такого рода диалога относится к искусству управления (public administration).

При этом действует правило:

В диалоге, помимо устно речевых форм, участвуют письменные графические формы, дающие сжатую и наглядную информацию.

Для облегчения диалога при искусстве управления разрабатываются соответствующие документные формы, которые позволяют увеличить скорочтение документов и писем и облегчить их составление. При скорочтении и быстроте исполнени разрабатываются различные формы документов:

1. Анкетная  - когда новые сведения могут вноситься по строчкам анкеты, а если форма стандартная, то просто ставится несловесная помета (прочерк, галочка и т. п.);

2. Таблиц  - когда сведения представляются в виде таблицы, строки и столбцы которой заполнены цифрами или словами.

3. Формулярные текстовые  - когда в печатном формуляре заполняютс только пропуски слов и выражений.

4. Графические документы : графики, диаграммы, структурные схемы, гистограммы, с помощью которых описывается состояние дел и их динамика;

5. Карты (географические и топографические), планы, картысхемы .

6. Фотографии объектов, исполненные разной техникой фотографирования.

7. Чертежи и технические рисунки, представляющие воображаемый вид объектов.

8. Обычные текстовые документы со строгой формулярной частью, форматом, точным самоназванием и официальными верительными реквизитами.

Письменные документные тексты в искусстве управления являются показателем культуры управления.

Не меньшим искусством отличается и устная речь, соединяющаяся с письменной. Она должна быть строга по предмету ("строго по делу"), точна относительно состояния дел, строго следовать принятым нормам фразеологии и терминологии и по возможности сжата.

Управляющее лицо должно овладеть искусством дебатирования. Под искусством дебатирования понимается умение дать слово тем лицам, речь которых в сочетании с другими речами наиболее полно может осветить предмет и представить интересы каждого говорящего, умение извлечь из разных речей различный и общий смысл, соединить в своей речи разнообразие мнений и предвидеть возможные опасности для дела, суммировать предложения.

Важным элементом искусства управления является избрание участников совещания, назначение темы и сроков совещания. Ошибка в отношении выбора и сроков участников не даст возможности развивать дело.

Из сказанного выводится правило:

Планирование диалогов в искусстве управления состоит в том, что прежде всего назначают ся сроки вершения дела как целого, сроки достижения конечного результата и отсюда сроки промежуточных результатов и их характер.

Планирование должно быть реальным, но всегда энергичным в том смысле, что сроки промежуточных и конечного результата должны быть построены так, чтобы сотрудники могли их выполнить с определенным, но не чрезмерным напряжением сил.

Искусство управляющего диалога дается опытом, знанием конкретного дела и, конечно, талантом. Ошибка при этом может уничтожить любой самый выгодный для организации и общества проект и скомпрометировать его.

Управляющий диалог ведется внутри организации, но всякая организаци находится в определенной среде подобных организаций и частных лиц, которые всегда могут бросить вызов разрабатываемому проекту (такой вызов по-английски называется "challenge"). Поэтому организация и управляющий всегда находятс в поиске информации о возможных вызовах. Этот поиск информации осуществл ется путем:

1. Обращения к информационным системам, особенно к системам информационного поиска.

2. Обращения к рекламе

и ее анализу.

3. Обращения к массовой информации

, особенно печатной, и анализу сообщений о фактах.

4. Обращения к специальной литературе.

5. Сбора документов, предлагаемых организациями для публики (например, балансовых отчетов).

6. Участия в презентациях и прессконференциях.

7. Анализа информационных писем и афертов.

8. Личных бесед и поддержания личных связей.

Эта совокупность источников информации при ее синоптическом и конкретном анализе может содержать в себе прямой вызов или потенциальный вызов разрабатыва емым проектам. Например, простейшим видом прямого вызова является публикаци в газете критической статьи, порочащей ваш проект прямо или косвенно. Так, индийская фирма в России может увидеть заметку в газете о том, что индийские товары плохого качества. Это вызов даже тогда, когда о товарах данной фирмы ничего не сказано. На вызов надо отвечать также публикациями в газете и в иных средствах массовой информации.

Потенциальным вызовом являются сообщения, полученные из любых источников информации, которые содержат сведения о конкурентном проекте. В этом случае необходимо провести поиск информации для того, чтобы уточнить характер конкурентного проекта, пути и средства его предполагаемой реализации. Чаще всего потенциаль ный вызов не содержит реальной угрозы для своего проекта, но если такая угроза может существовать, то следует внести коррективы в сроки или содержание своего проекта.

3.1.6. Связи с общественностью. Пропаганда нового

Всякий новый проект обязательно встречает сопротивление людей. Таков первый закон риторики диалога:

Всякое новое высказывание или действие встречает речевое сопротивление несмотря на то, что это высказывание или действие не угрожает благополучию отдельных людей, организаций или состоянию общества в целом.

Назовем этот закон законом сопротивления новому. В соответствии с законом сопротивления новому организация предпринимает риторические действия, называемые "связи с общественностью" (public relations). Термин "связи с общественностью" - буквальный перевод с английского. Смысл этого термина состоит в том, что ни одно действие не может получиться, если не добиться для него внешних благоприятных условий с помощью речи. "Связи с общественностью" были необходимы всегда, но они стали особенно необходимы в условиях информационного общества. "Связи с общественностью" есть пропаганда той новации, которая предлагается кем-либо: правительством, фирмой, общественной организацией, частным или юридическ им лицом.

Содержание этой пропаганды состоит в том, чтобы преодолеть сопротивлени новому и представит ь новое как известное и полезное. Схема 3.2 показывает обьекты пропаганды.

Схема 3.2

"Связи с общественностью" начинаются с создания идейной конструкции истолкования нового, т. е. совокупности смыслов и высказываний, объединенных общим замыслом и направленных в разные адреса. Объекты пропаганды: жители территории, власти, фирмы и общественные организации. Для каждого адреса общий замысел должен быть соответствующим образом словесно и изобразительно выражен. Это выражение должно быть приспособлено к характеру интересов, уровню понимания и степени интеллектуальной развитости в пределах общей концепции риторического изобретения и иметь для каждой аудитории свою систему доводов.

Наши макроэкономисты (Е. Гайдар и его сотрудники и единомышленники) начали реформу экономики, перестраивая ее из конкретно плановой в рыночную. По марксистской привычке экономика представлялась как механизм . "Механизм" - старый образ материалистического понимания истории. При общей понятности подробностей экономической реформы концепция связей с общественностью не была проработана ни в целом, ни в частностях. Наоборот, вместо связей с общественностью, общественность и ее менталитет были определены презрительным именем "совки". Результат этого известен. Гайдар и его сотрудники и единомышленники получили репутацию барчуков КПСС и безответственных мальчишек. Попытки выйти из положения созданием своей политической организации (рефлекс от истории КПСС) не дали ничего, кроме провала на выборах и бессмысленной затраты средств. Это значит, что изучая макроэкономику в США, Гайдар не изучил основного условия реализации любого проекта - создания public relations (связей с общественностью). Эта ошибка не преодолена до сих пор, а население много потеряло от махинаторов, для которых сложилась питательная среда - ситуация таинственности и исключительной особенности осведомленных (в чем-то!) лиц.

Создание системы связей с общественностью не только гарантирует реализацию проекта, но благодаря обществен ности предотвращает незаконные действи недобросовест ных лиц, которые при условиях всеобщей осведомленности не имеют возможности пренебрегать законом и порядочностью.

Связи с общественностью имеют три стороны: обучение своей организации идеологии проекта, выбор риторических и теоретико-словестносных средств пропаганды, план пропаганды, его реализация и контроль эффективнос ти пропаганды.

Обучение своей организации состоит в том, что руководитель организации, во-первых, должен быть хорошо осведомлен о сущности проекта и способах его пропаганды в связях с общественностью, во-вторых, сотрудникам в обязанность вменяется повторять в любых контактах, с любыми людьми сущность и преимущества нового проекта и, в-третьих, в соответствии с планами действий по связям с общественностью участвовать в соответствующих мероприятиях. План мероприятий по связям с общественностью разрабатывается, во-первых, так, чтобы ввести в действие те виды словесности, которые можно применить с наибольшим эффектом для пропаганды данного проекта. Например, при открытии булочной в городском квартале нецелесообразно привлекать общенациональные средства массовой информации, тогда как открытие атомной электростанции потребует этого. Соответственно, для открытия булочной достаточно собрания домохозяев, а для открытия электростанции необходимы регулярные публичные демонстрации ее действия и безопасности.

Во-вторых, должна быть разработана система аргументации в пользу проекта. Для каждой категории пропагандируемых (властей, общественности, фирм и обществен ных организаций) должна быть разработана система доводов, понятных каждой из названных категорий и отвечающих интересам данной категории.

В-третьих, надо обеспечить диалоговый режим словесных действий. Под диалоговым режимом понимается включение в аргументацию риторической части речи "опровержение", т. е. представлять свои аргументы с учетом альтернатив и развивать альтернативные взгляды с возможной подробностью, каждый раз опровергая эти альтернативы. Под диалоговым режимом понимается также реальный диалог в письменной и устной формах с категориями заинтересованных и затронутых в связях с общественностью лиц. Далее необходимо корректировать доводы, если встретятся такие возражения, которые опровергают ранее выдвинутые доводы.

Проведение плана мероприятий по связям с общественностью предполагает также предварительный анализ отношений разных пропагандируемых категорий лиц к проекту и постоянный анализ умонастроений в ходе реализации проекта и по его завершению. Эта работа предполагает включение методик социологических обследований и иных методов: обмен письмами, проведение бесед, анализ реакции на публикации, анализ отношения к проекту в ходе его реализации.

3.1.7 Искусство управления и связи

с общественностью

Развитие современных диалогов, таким образом, строится как искусство управления, анализ вызовов и связи с общественностью

Таблица 3.4 показывает, в каких соотношениях находятся эти три категории.

Таблица 3.4

Таблица показывает субъекта диалогических действий независимо от того, является ли этот субъект, скажем, отцом семейства или главой государства, партии, фирмы и общественной организации.

Таким образом, создание и корректировка проекта,

т. е. риторический замысел, зависит от риторических и практических действий вовне и внутри среды управления.

От таблицы 3.4, которую следует назвать матрицей обоснования проектов, можно перейти к схеме 3.3, показывающей развитие диалога и отвечающих ему действий с целью создания проектов.

Схема 3.3

3.1.8. Изобретение в диалоге

Матрица создания и корректировка проекта показывает граничные услови риторического изобретения.

Риторическое изобретение невозможно без учета внешней и внутренней среды управления.

Этот закон полезно назвать законом граничных условий изобретения.

Другим граничным законом являются культурные условия риторического изобретения. Под культурными условиями понимается совокупность данных о личной культуре работников внутренней и внешней среды управления, данные о материальной культуре, в которых происходит реализация проекта (иногда говорят, данные об инфраструктуре), и духовные запросы внутренней и внешней среды управления, объясняемые характером морали и нравственности, этическими и эстетическими запросами, уровнем образования.

Риторическое изобретение невозможно без учета культурных условий существовани я проекта.

Этот закон полезно назвать законом культурных условий риторического изобретени я.

Третьим фактором риторического изобретения является сама персональность изобретающего. Закон граничных условий и закон культурных условий не могут предсказать полностью творческие действия ритора. Творческие действия ритора могут сильно отличаться от предсказуемых требований социальной и культурной сред. Так, проекты Э.К. Циолковского относятся к такого рода риторическим изобретениям. Творческие проекты при границах социальной и культурной сред предполагают достаточно широкий спектр идей, являющихся результатом риторического изобретени

Проблема персональности как проблема риторичес кой изобретательности в принципе непредсказуема. Единственной формой предсказания являются аналоги. Человек часто изобретает, опираясь на аналоги как своеобразную метафору, метафорический источник изобретательской работы. Повидимому, метафора не исчерпывает возможнос тей изобретений и изобретение часто следует метафоре, но это не обязательно.

При анализе предлагаемых проектов полезно прибегнуть к следующему правилу:

Источником изобретения проекта часто является метафора, но не она одна.

Cовокупность метафор, находящихся в душе ритора, может содействовать его изобретениям как риторическая культура персональности.

Замысел проектов, их оформление и реализация в действиях составляют риторическую культуру общества.

Отсюда правило:

Отбор наилучших проектов и решений есть отбор наилучших риторов.

Учебники риторики располагают хрестоматиями лучших риторических произведений. Иногда это общепризнанные речи, как знаменитые "катилинарии" Цицерона, иногда автор учебника демонстрирует свое риторичес кое творчество, как Готшед, включавший в свою риторику в виде образцов свои показательные речи, иногда это хрестоматии по истории риторики, как учебники, издаваемые в США, содержащие образцовые речи политических деятелей, главным образом, президентов, повернувших общественную жизнь Соединенных Штатов.

Лишь иногда анализ этих речей построен так, что анализируются диалогические условия данного риторического изобретения, но всегда условия анализируют ся не полностью

Исторические анализы ведутся через исторические источники. С точки зрени исследования диалога они носят более объемлющий характер. Историк обычно стремится учесть всю совокупность источников, характеризую щих исследуемое им дело. Однако учесть все источники не удается уже потому, что историк обследует письменные источники и, как правило, не располагает полнотой устных источников информации (кроме протокольных записей). Главная трудность в изучении культуры диалога для историка состоит в том, что источники интересуют историка лишь постольку, поскольку речь "отразила" дело. Поэтому заключени историка всегда несколько гадательны, так как закономерности диалога пока не разработаны историческим источниковедением.

Важнейшим и наиболее полным представлением прецедентов диалога располагает архивист. По роду своей работы архивист собирает материалы по истории деятельности организаций и отдельных лиц. Сбор материалов у архивиста может быть двойным.

Материалы учреждений и организаций архивистом формируются в дела, в зависимости от практической деятельности учреждений и организаций. Но архивист прибегает и к другой схеме систематизации и хранения материалов - личным архивам. В личном архиве хранятся письма, документы и другие письменные источники, соотносимые с диалогами, в которых в качестве создателя и получател текста выступает отдельный речедеятель. Материалы личных архивов в сочетании с материалами дел дают более полную картину диалога. Однако, и она недостаточна, так как многие источники, показывающие прецеденты принятия решений и их реализацию, ускользают, поскольку при формировании архива трудно зафиксировать все обстоятельства речей и дел. В итоге картина диалога как основной деятельности человека, приводящей его к риторическому изобретению, остается неясной.

Видимо, в силу этих причин прецеденты и правила риторического изобретени остаются невыясненными. Поскольку нет полной, системной и представительной картины прецедентов, невозможно вывести правила для творческих решений и, следовательно, диалог как творческая деятельность людей остается пока вне полноты материалов риторической науки. Поэтому, видимо, законы диалога до сих пор не исследованы подробно.

Для решения вопроса о законах диалога полезно предложить некоторые положени из области теории коммуникаций. Схема 3.4 показывает, что диалог по какому-либо делу ведется не в одном, а сразу в нескольких видах словесности.

Схема 3.4

Таким образом, любой диалог по делу обязательно втягивает не один, а несколько видов словесности. Виды словесности в диалоге сталкиваются двояким образом.

3.1.9. Использование разных видов словесности

в изобретении

С точки зрения видов словесности не все виды словесности устроены так, что в них можно вести диалог разным создателям речи между собой, т. е. реплика в данном виде словесности, сформированная одним создателем речи, заменяется репликой другого создателя речи в том же виде словесности. Диалоги в одном виде словесности возможны:

а) в устном дописьменном диалоге;

б) в молве;

в) в фолклоре;

г) в судебной речи;

д) в совещательной речи;

е) во всех видах гомилетики (проповеди, учебные речи, пропаганды);

ж) в эпистолярной речи;

з) в документах;

и) в сочинениях;

к) во всех видах литературы;

л) информатике.

В остальных видах словесности, т. е. без смены реплик:

а) в показательной речи; б) в речи на неписчих материалах; в) в массовой информации; г) в рекламе, - диалог в одном виде словесности не производится.

Диалог в одном виде словесности имеет разный характер. При этом мыслимы три ситуации:

1. Первая и вторая реплики диалога различны по форме и смыслу. Это диалогразличие .

2. Первая и вторая реплика диалога образуют формальное (с точки зрени лингвистики, но не стилистики) семантическое и формальное тождество. Это диалогунисон .

3. Первая и вторая реплика различны, но ряд участников не произносит реплик, а только воспринимает их и иногда в заключении выражает общее мнение, например, голосованием. Это диалогтеатр .

Диалог-различие - устная дописьменная речь, эпистолярная речь, документы. Диалог-унисон - молва, фолклор, диалог в информатике. Диалог-театр - судебна речь, совещательная речь, все виды гомилетики, сочинения, все виды литературы.

Эти три разновидности диалога имеют разное значение для действия (дела). Диалог-различие может привести к совершению действия . Диалог-унисон всегда приводит к подтверждению информации и является носителем удостоверительных сведений , часть которых подтвержда ет нормы культуры . Диалог-театр формирует намерения и подводит к принятию решения как о внешних действиях, так и о внутренних состояниях человека.

Однако каждый вид диалога не ограничивается только одной модальностью. В таблице 3.5 показано, что каждый вид диалога содержит другие модальности, сохраняя различия.

Таблица 3.5

Отсюда диалог-различие может привести к действию, не может только формировать намерение и только снабжать сведениями, но может подтвердить общезначимые сведения и дать новое знание.

Диалог-театр не может привести к действию, может сформировать намерение, не может только снабдить сведениями, не может подтвердить сведения, формирует новое знание.

Диалог-унисон может снабдить сведениями, подтверждать общезначимые сведения, не может привести к действию, но может сформировать новое знание.

Это значит, что по своим результатам диалоги бывают: ведущими к действию, удостоверительными и подводящими к намерениям. Разные виды словесности дают в диалоге разные структуры перехода от речи к действию:

удостоверение намерение решение

В подобных циклах совершается контакт между словом и действием. Следовательно, разделение диалогов в одном виде словесности есть модальное разделение и для того, чтобы совершилось действие, необходимо, чтобы по меньшей мере три вида модальности замкнулись в целый цикл. Например: (фольклор

- молва

- дописьменный диалог) действие, или (сочинения

- гомилетика - письма

- документы

) действие, или устный диалог (с подтверждением сведений дает новые знания, формирует намерение) действие.

Терминальным состоянием течения диалога является диалог-различие, так как только вслед за этим диалогом может наступить действие. Остальные виды диалога могут предшествовать терминальному диалогу-различию, дифференциру и развивая его другие, не терминальные функции.

Диалог-унисон и диалог-театр как бы развивают каждый какую-то часть модального содержания диалога-действия. Диалог-различие может: 1) снабдить сведениями; 2) подтвердить сведения; 3) дать новое знание; 4) сформировать намерение; 5) привести к действию; 6) осуществить действие.

Таким образом, диалог-различие может как бы все, но диалог-унисон развивает область сведений, а диалог-театр, опираясь на новые сведения, формирует новые знания и ограничивается созданием намерения.

Диалоги без смены реплик: речь на неписчих материалах, показательа речь, массовая информация

и реклама

имеют, как бы унитарную модальность - речь на неписчих материалах специализирована на создании верительных знаков относительно вещей и текстов (нумизматика

утверждает достоинство монеты, сфрагистика верифицирует создателя текста, палеография

верифицирует название вещи, изготовителя, владельца и ее использование). Эти виды речи характеризуют результат действия - словесного и вещественного, несловесного и дают об этом сведения.

Показательная речь дает сведения и одновременно подтверждает их и, следовательно, подводит к намерениям, но не формирует конкретного намерения, а только ориентирует в намерениях.

Реклама дает сведения и формирует намерение, а массовая информация дает ориентацию в ситуации. В целом диалог без смены реплик потому и относитс к диалогу, что как бы оформляет связь между действием и диалогами со сменой реплик. Таблица 3.6 обобщает соотношения видов речи и типов модальности.

Таблица 3.6

Схема 3.5 показывает типы модальности по отношению к диалогам со сменой реплик в том же виде словесности.

3.1.10. Процесс развития смысла

Таким образом, в диалоге как процессе путем введения новых видов словесности детализируются и специализируются смыслы, что позволяет разрабатывать более тонкие и специализированные решения для воплощения их в действии и собирать и анализировать информацию с целью создания замысла и его обоснования. Вот почему по мере развития видов словесности повышается качество решений.

Схема 3.5

Расширяясь и специлизируясь, диалог становится все более осложненным процессом. Отсюда при формировании замысла, т. е. риторического изобретения, количество разнокачественных материалов возрастает, обеспечивая грамотность решения. С другой стороны, разнообразие видов диалога, расширяющегося за счет вовлечения в него новых видов словесности, замедляет принятие решени за счет выработки лучшего качества решения. Это диктует необходимость сокращать время диалога, необходимое для выработки решения.

3.1.11. Эффективность ведения диалога

Сокращение времени возможно двумя путями. Если решение и последующее действие по решению несложно, то можно сократить число видов словесности, участвующих в диалоге, т. е. упростить процедуру выработки решения, или если решение и последующее за ним действие обладают достаточной сложностью (в смысле характера изобретени или благодаря вызовам или сопротивлению общества и его членов), то за счет формализации самих текстов и процедур их разработки сокращать время на каждое речевое действие в диалоге.

Правило:

Эффективность диалога по конкретному делу обеспечивается вовлеченностью в диалог только необходимых видов словесности и формализацией составлени текстов и процедур их соположения в диалоге.

Этот закон эффективности диалога может не соблюдаться, и тогда возникает явление, которое в русской канцелярии XVII в. называлось "волочением дел". Дела могут волочиться либо путем нерационального повторения одних и тех же видов диалога без наращения содержания диалога, либо путем вовлечени в диалог новых видов словесности, которые не нужны для компетентного решени по данному делу, либо путем нерационального действия с текстами и излишеств в процедуре их составления.

Всегда есть желание и иногда потребность принимать более квалифицированное решение, поэтому в истории канцелярий всегда принимались процедурные решения, направленные на сокращение времени для выработки решения и перехода к действию. Бюрократизмом, с точки зрения теории диалога, можно назвать нерациональную медлительность в принятии решений, вызванную неэффективностью ведения диалога в деловой сфере.

3.1.12. Грамотность ведения диалога

Ведение диалога в каком-либо виде словесности, благодаря сходству в этосе организации диалога, может повлечь за собой изменение в этосе диалога. Например, речь в суде и речь в собрании относится к диалогу-театру. В этом случае в собрании, например, возможно говорить речь о прошлом (судебную речь) вместо речи о будущем или сбиваться на речь о прошлом, тогда когда надо говорить о будущем. Тогда будет возникать неправый суд, так как создается ситуация суда Линча. Так, например, обстояло дело на собрании в Союзе писателей по поводу обсуждени романа Б. Пастернака "Доктор Живаго".

Автор в романе проводил мысль о высшей ценности личной и семейной жизни в сравнении с коллективной жизнью. С литературной точки зрения роман являлс ярким достижением литературной стилистики. Но благодаря тому, что собравшиес писатели веровали в то, что коллективная жизнь выше, чем жизнь личная и семейная, и отвергали эту идею романа, и благодаря возможности сказать вместо совещательной речи речь о прошлом, а не о будущем, собрание превратилось в своеобразный самосуд. Подобного рода ошибки, а иногда злонамеренные искажения, позволяют уничтожать смысл диалога.

Так можно спутать диалоги-различия - устный, эпистолярный, документный. Например, в делах, требующих документов, которые должны проходить через канцелярию, ограничиваться письмами и принимать по письмам решения как по документам. Это - ошибка делопроизвод ства, почти всегда сопряженна с коррупцией.

В диалоге-театре нередки следующие ошибки: анализ художественного произведени совершается как анализ прозаического текста (например, обнаружение классовой сущности автора художественного произведения). В этом случае авторский вымысел истолковывается как публицистическое произведение. Или гомилетическое произведение, например, проповедь, толкуется как Священное писание, что дает, как известно, ересь и, следовательно, может привести к расколу церкви (примеры многочисленны).

Диалог-унисон - молва и фолклор

- часто смешивается неопытными фольклористами, когда частное высказывание, записанное как фольклорное произведение, вводитс в фолклор

. Эту ошибку совершал даже такой великий филолог, как В.И. Даль.

Особенно большие ошибки в диалоге могут совершаться тогда, когда диалог гомилетический обращается в диалог судебный. Оба диалога относятся к диалогу-театру. Эта ошибка, по данным Лозинского, исследовавшего инквизицию, привела, как известно, к серьезным последствиям для развития общества, особенно в Испании и Португалии.

В диалоге участвуют конкретные физические и юридические лица. Они могут совершать ошибки и по невежеству, как на пионерских и комсомольских собраниях обсуждение могло превратиться в суд (оба диалог-театр), или по злому умыслу, когда судебный диалог обращается недобросовестным судьей в следственный, когда смешиваются устный диалог-различие (следствие) и устный судебный диалог (диалог-театр).

Поэтому всякий участник диалога должен понимать правильность его течения, не смешивать правил диалога, так как это всегда может причинить ущерб и лицу, и делу. Грамотность ведения диалога, т. е. точное следование правилам словесност и, - лучшая гражданская защита человека. К сожалению, в правах человека не оговорены его право и обязанность знать правила словесности и требовать их соблюдения, что является, по сути дела, единственной и основной формой защиты гражданских и имущественных прав.

Content

Мария Рождественский. Теория риторики