Техника и вооружение 2002 12

© ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ вчера, сегодня, завтра…

научно-популярный журнал декабрь 2002 г.

Нa обложке использованы фото В. Друшлякова, М. Никольского, А. Разводова и А. Чирятникова

Система-75

Продолжение. Начало см. в "ТиВ" № 10/2002 г.

Постановлением СМ от 19 марта 1956 г. № 336–255 устанавливался срок представления батареи (зенитного ракетного дивизиона) С-75 на Государственные испытания — 1 июля 1957 г. Сверх плана пятилетки 1956–1960 гг. предусматривался выпуск 265 батарей С-75 и 7220 ракет В-750.

Первый бросковый пуск ракеты В-750 (1Д) с застопоренными рулями был осуществлен 26 апреля 1955 г. с неподвижной пусковой установки, стрела которой была поднята на 45°. Топливом был снаряжен только ускоритель, в баки для сохранения центровки были залиты модельные жидкости. Пуск прошел удачно — через 46 секунд полета ракета упала в 12 км от места старта. В четвертом пуске, проведенном 4 мая, ракета выполнила первые маневры, заданные установленным на борту программным механизмом.

К концу 1956 г. пусками телеметрических образцов ракеты 1Д во все характерные точки зоны поражения были завершены комплексные заводские испытания. При этом в качестве цели использовались парашютные мишени с уголковыми отражателями.

Далеко не всегда испытания ракеты проходили гладко. Из числа наиболее запомнившихся разработчикам и испытателям эпизодов стала серия аварий, произошедших с ракетой на завершающем этапе испытаний. Одним из свидетелей тех событий стал инженер-двигателист ОКБ-2 В.П. Исаев:

"В те дни при схожих обстоятельствах было потеряно около десяти ракет. Самым странным было то, что телеметрия выдавала отказ различных элементов ракеты в один и тот же момент времени. Причем в каждом пуске отказывали различные системы. Разобраться с аппаратурой было крайне трудно — при падении ракеты разрушались практически "до атомов". Пуски были остановлены. На полигон из Москвы с самыми серьезными намерениями прилетело начальство. Обосновался на полигоне и Гоушин. Как нам мгновенно стало ясно, цена последних неудач с ракетой могла оказаться для него неимоверно высокой. В результате, наше усердие в поисках причины аварий многократно возросло. С раннего утра и до позднего вечера мы ездили по степи, копаясь в обгоревших обломках ракет. Классическая формула "что изменили?" тоже ничего не могла объяснить сколько ни пытались мы "пройтись по чертежам". Те же провода, элементы аппаратуры, приводы… И однажды, скорее случайно, чем осознанно, спасительная мысль пришла в голову двадцатипятилетнему инженеру-испытателю Владимиру Коляскину — перед этой серией испытаний в маршевом двигателе был заменен датчик, измерявший давление в камере сгорания! В надежности этого, никогда ранее не подводившего, прибора никто не сомневался. А его показания во всех аварийных полетах были в пределах допуска. Но, загоревшись этой идеей, Коляскин немедленно поехал в степь, к ближайшей из упавших ракет. Цель была проста — найти датчик и убедиться, что он работал штатно. И у первого же найденного датчика он обнаружил отверстие, прожженное горячими газами двигателя! Картина отказов прояснилась моментально — газы, прорвавшиеся через датчик, прожигали находившийся рядом жгут проводов, выводя аппаратуру ракеты из строя. Уже через час все, кто был причастен к испытаниям, осматривали виновника аварий и поздравляли Коляскина с его драгоценной находкой. "

После нескольких полетов высотных самолетов-разведчиков U-2 над территорией СССР на совещании в августе 1956 г. под руководством министра оборонной промышленности Д.Ф. Устинова были обсуждены возможные экстренные меры по усилению обороны важнейших объектов страны и созданию мобильных средств ПВО. Предлагалось форсировать работы КБ-1 по созданию С-75 с радиолокатором наведения 6-сантиметрового диапазона, но это представлялось уже явно сомнительным с учетом наметившихся задержек с разработкой и освоением производства соответствующих электровакуумных приборов. Работавший в то время в ракетостроении известный авиаконструктор П.В. Цыбин предложил разместить средства системы С-25 на железнодорожных платформах, что позволяло создать ракетный заслон на любом направлении, но фактически означало создание практически с нуля уже третьего комплекса, отличного как от С-25, так и от С-75.

В итоге было принято предложение А.А. Расплетина о внедрении в производство упрощенного варианта системы С-75 с использованием освоенных промышленностью электровакуумных приборов 10-сантиметрового диапазона, без аппаратуры селекции движущихся целей и электронного выстрела. Развитием опытного варианта упрощенного зенитного ракетного комплекса с аппаратурой 10-сантиметрового диапазона (диапазона В) стал серийный зенитный ракетный комплекс СА-75 «Двина».

При этом КБ-1 продолжало работу и по варианту комплекса с аппаратурой 6-сантиметрового диапазона (диапазона Н), который был принят на вооружение как зенитный ракетный комплекс С-75 «Десна» в более поздние сроки.

Забегая вперед отметим, что обозначение С-75 обычно применяется ко всему семейству зенитных ракетных комплексов (СА-75, С-75, С-75М и др.), созданных в несколько этапов и многие десятилетия совершенствовавшихся в ходе эксплуатации.

Официально принятое решение было утверждено Постановлением СМ СССР от 25 августа 1956 г. Опытный образец СНР СА-75 10-сантиметрового диапазона должен был быть поставлен на совместные испытания в апреле 1957 г., а для обеспечения ускоренного оснащения войск зенитной ракетной техникой в 1957 г. промышленности страны предстояло выпустить наземные средства для комплектования 40 батарей (зенитных ракетных комплексов — в современной терминологии) и 1200 ракет В-750.

Фактически полигонные испытания опытного образца начались в августе 1957 г. Но первый пуск по реальной цели провели даже несколько раньше, в январе того же года, "по оказии" сбив Ил-28, участвовавший в "генеральной репетиции" испытаний оснащенной специальным зарядом ракеты комплекса С-25.

Но даже после этого будущая судьба С-75 оставалась не однозначной. В начале девяностых годов о еще одном из наиболее сложных эпизодов в судьбе С-75 рассказал П.Н. Кулешов, руководивший тогда полигоном, через которого прошли практически все разработанные к тому времени в стране зенитные ракеты:

"В начале лета 1957 г. на полигон в Капустин Яр для ознакомления с С-75 приехал Н. С. Хрущев и руководство Министерства обороны. Здесь, на полигоне, и состоялся обмен мнениями о дальнейшей судьбе комплекса. Первым Хрущев спросил об этом С. С. Бирюзова, бывшего тогда Главнокомандующим войсками ПВО. Вопреки моим ожиданиям и ожиданиям находившихся рядом создателей комплекса А.А. Расплетина и П.Д. Гоушина, Бирюзов не поддержал идею о скорейшем принятии Двины" на вооружение. Мотивы? Основной — чрезвычайно продолжительная подготовка средств комплекса к боевой работе. Действительно, почти шесть часов требовалось нам тогда, чтобы "в чистом поле" сразу же после марша подготовить к бою локаторы, кабины управления, пусковые установки и ракеты. Поддержал Бирюзова и будущий министр обороны — Г. Я. Малиновский:

— Пусть его создатели еще поработают, доведут характеристики до приемлемых, тогда и примем решение.

Находившиеся рядом с Хрущевым Расплетин и Грушин мгновенно поняли всю сложность складывающейся для их детища ситуации и в один голос стали просить Хрущева выслушать самих ракетчиков, руководство полигона, имевших совсем другое мнение. Хрущев согласился с ними. Так к Хрущеву позвали меня. Я находился позади от основной группы сопровождающих Хрущева и мне пришлось пробиваться через плотное кольцо советников и охранников. Хрущев, которому я представился, сразу же спросил, насколько готов С-75 к принятию на вооружение:

— Никита Сергеевич, С-75 нужен нашим войскам. Вы же прекрасно знаете — в двадцати километрах над нами, даже над нашим полигоном летает враг и ничего поделать с этим мы не можем. Наши зенитные пушки бьют на 14 километров, истребители поднимаются на семнадцать, а С-75 достанет его на двадцати. Да, у него еще есть недостатки, но свои задачи он выполнить сможет. С-75 надо принимать на вооружение, и как можно скорее — это мнение всех специалистов, работающих на полигоне.

Выслушавший меня Хрущев, возразил:

— Но ведь ваши командиры против С-75?

— Никита Сергеевич, С-75 нужно принимать, и как можно скорей, — сказал я как можно уверенней, и, вопреки известному русскому обыкновению насчет "яиц и куриц", Хрущев согласился со мной.

— Ну что ж, по-моему, все ясно. С-75 надо принимать. Он нужен в войсках.

Окружавшим Хрущева ничего не оставалось делать, как согласно закивать головами. "

Как уже отмечалось, важной особенностью создания комплекса было то, что еще задолго до начала полигонных испытаний, с начала 1957 г., было развернуто серийное производство его основных компонентов. С мая 1957 г. началась отправка на полигон Капустин Яр первых партий аппаратуры и отдельных боевых средств серийных комплексов СА-75. В октябре 1957 г. планировалось поставить на совместные испытания серийный комплекс СА-75 в полном составе.

Успешные результаты стрельб экспериментального образца комплекса и оперативное проведение настроечных работ на его серийном образце предопределили решение о совмещении проведения конструкторских (заводских) испытаний серийного комплекса с совместными (Государственными) испытаниями в целях скорейшего оснащения Войск ПВО страны новыми комплексами. Принятое решение позволило завершить весь объем заводских и Государственных испытаний в течение пяти месяцев после поставки на полигон опытного образца ЗРК. По результатам полигонных испытаний комплекс 28 ноября был рекомендован к принятию на вооружение.

Ракета Д-1 на полигоне Капустин Яр. 1955 г.

Пуск ракеты ЗРК С-75

Подрыв БЧ

Комплекс СА-75 «Двина» с ракетой 1Д (В-750) был принят на вооружение ПВО страны и ПВО Сухопутных войск Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 11 декабря 1957 г. № 1382- 638 и Приказом МО СССР № 00102 1957 г. Несмотря на длившиеся практически до конца года испытания на полигоне, производственное задание 1957 г. было в значительной мере выполнено. Промышленности удалось изготовить 30 из 40 заданных зенитных ракетных батарей и 621 из заказанных 1200 ракет.

Как уже отмечалось, с начала 1957 г. было развернуто серийное производство основных элементов комплекса. Радиоэлектронную аппаратуру изготавливали заводы N9304 (Кунцево), № 933 (Днепропетровск) и № 569 (Загорск). Производство антенн и антенных постов велось заводами № 710 (Подольск), № 92 (Горький) и № 23 (Москва). Шасси автомобилей ЗиС-150, позднее ЗиС-151, поставлялись заводом им. Лихачева. С мая 1957 г. началась отправка на полигон Капустин Яр первых партий аппаратуры и боевых средств серийных комплексов СА-75.

Еще в декабре 1954 г. головным по выпуску ракет комплекса С-75 был определен расположенный на северо-западной окраине тогдашней Москвы завод N2 41, организованный в 1942 г. для производства двигателей для легкомоторных и пассажирских самолетов. Первые ракеты В-300 для "Системы-25" на заводе № 41 были изготовлены в 1953 г., но в следующем году их выпуск был прекращен, так как завод был переориентирован на производство ракет для комплекса С-75, выпуск которых начался в 1955 г.

Забегая вперед, отметим, что в середине шестидесятых годов завод переименовали в ММЗ «Авангард». При заводе организовали КБ во главе с B.C. Котовым для проведения дальнейших работ по модернизации ракет комплекса С-75. В семидесятые годы «Авангард» первым приступил к выпуску ракет комплекса С-300П. Конструкторы продолжали осуществлять авторский надзор по ракетам комплекса С-75 и проектирование ракет-мишеней, переоборудуемых из снимаемых с вооружения ракет этого комплекса. Коллектив КБ в различные годы возглавляли В.А. Рыбин, И.В. Петровичев, в настоящее время — Н.Н.Ермолов.

С 1957 г. выпуск ракет В-750 освоил и расположенный в подмосковном Долгопрудном завод № 464. Возведенный в начале тридцатых годов для строительства дирижаблей, долгопрудненский завод к концу десятилетия был переориентирован на выпуск самолетов Су-2. В военные годы он получил номер "464" и приступил к выпуску самолетов Яковлева. С 1952 г. Як-12 сменили ракеты В-300, которые, в свою очередь, в 1955 г. уступили место в сборочных цехах ракетам комплекса С-75. В 1964 г. завод вновь подключили к выпуску легких самолетов — на этот раз Ан-2. В 1967 г. предприятие, переименованное в "Долгопрудненский машиностроительный завод", сосредоточилось на ракетостроении, освоив выпуск зенитных ракет комплексов «Куб», а затем и «Бук». Однако эта продукция предназначались для Сухопутных войск, что выводит работы завода за рамки данной публикации.

В 1956 г. с выходом разработки комплекса С-75 на стадию завершающих испытаний было принято решение о расширении базы производства зенитных ракет.

К их выпуску было привлечено одно из старейших авиационных предприятий — ленинградский завод № 272, ведущий свою родословную от дореволюционных заводов — РБВЗ, самолетостроительных заводов Лебедева и Щетинина. Последними построенными здесь самолетами стали Як-12, изготавливавшиеся одновременно с вертолетами Як-24. Первые ракеты комплекса С-75 были выпущены в 1958 г. С начала шестидесятых годов завод приступил к изготовлению ракет для комплекса С-200, став единственным в стране предприятием по производству этой сложной техники. Созданное при заводе КБ осуществляло модернизацию ракет комплекса, выпускавшихся до 1991 г. В 1967 г. предприятие получило наименование "Ленинградский северный завод". С конца семидесятых годов на нем осуществлялся также выпуск ракет для комплексов С-300П.

В отличие от уже упомянутых выше авиационных предприятий, занимавшихся производством легкомоторных самолетов и двигателей для них, саратовский завод № 292 был одним из головных предприятий самолетостроительной отрасли, к середине пятидесятых годов освоившим выпуск весьма сложной продукции — двухместных всепогодных перехватчиков Як-25. Однако задержка с созданием перспективных яковлевских самолетов позволила с 1958 г. подключить этот мощный завод к производству зенитных ракет для комплекса С-75. В шестидесятые годы завод параллельно вел выпуск самолетов семейства разведчиков и бомбардировщиков Як-27 и Як-28. В дальнейшем, с внедрением в производство еще более трудоемких пассажирских Як-40 и Як-42, боевых вертикально взлетающих Як-36, ракетная продукция предприятия, получившего наименование «Саратовский авиационный завод», ограничивалась выпуском крылатых ракет для флота.

Помимо предприятий авиационной промышленности к производству ракет были подключены и артиллерийские заводы.

Современное екатеринбургское ОАО «Машиностроительный завод им. Калинина» ведет свою родословную от петроградского «Арсенала», в годы Гражданской войны эвакуированного в подмосковные Подлипки и переименованного в завод № 8. В 1941 г. предприятие продолжило продвижение в глубь страны, добравшись до Свердловска. В 1957 г. ракеты комплекса С- 75 сменили традиционную продукцию свердловского завода — зенитные пушки. Однако с начала шестидесятых годов завод № 8 перешел на выпуск ракетного вооружения для ПВО Сухопутных войск — зенитных ракет комплекса «Круг», разработанных местным конструкторским коллективом во главе с Л.В. Люльевым.

Таким образом, в конце пятидесятых годов производство ракет комплекса С-75 осуществлялось на пяти заводах, два из которых (№ 41 и № 464) ранее выпускали ракеты комплекса С-25. В дальнейшем завод № 292 отошел от зенитной тематики, заводы № 8 и № 464 перешли на зенитные ракеты для Сухопутных войск, а завод № 272 — на ракеты комплекса С-200. В конце семидесятых годов заводы № 41 и № 272 освоили ракеты для комплекса С-300.

Отметим, что боевых ракет 1Д было выпущено намного меньше, чем изделий последующих вариантов. Для проведения полигонных испытаний в основном использовались телеметрические образцы ракеты 1Д.

Комплектующие изделия для ракет изготавливали многие заводы и опытные производства НИИ и ОКБ. В частности задействовались следующие предприятия:

— заводы № 393 МОП (Красногорск), № 706 МСП (Москва), № 2 МОП (Ковров), завод авиационного вооружения № 32 (Киров) — по автопилоту АП-750;

— завод № 663 МРПТ (Москва) — по аппаратуре радиоуправления ФР-15А;

— НИИ-504 МОМ (Москва) — по радиовзрывателю «Шмель»;

— завод № 220 МЭТП (Москва) — по бортовой батарее;

— завод № 140 МАП (Москва) — по преобразователю тока;

– № 266 (Киров) — по электродвигателю;

— завод № 699 МЭТП — по преобразователям;

– № 122 МАП (Москва) — по реле;

— завод № 235 (Воткинск) — по шаровым баллонам;

— ОКБ-213 МАП (Саратов) — по пневмореле;

— завод «Манометр» (Москва) — по манометрам;

– № 470 (Ленинград) — по приемнику воздушного давления ПВД-4М.

Двигатели С2.711 (С5.711) выпускались на следующих заводах: № 82 (Тушино), № 466 («Красный Октябрь», Ленинград), № 66 (Златоуст).

Стартовые ускорители ПРД-18 выпускались заводом N=464, а твердотопливный заряд для них — Пермским заводом им. С.М.Кирова.

Распределительная кабина

Кабина управления ЖРК АВ

Дизель электростанция

Основание антенного поста

Серийный вариант пусковой установки CM-63-I выпускался ленинградским заводом № 232 ("Большевик''), а в дальнейшем также заводами № 13 в Усть-Катаве и № 75 в Юрге. Транспортно-заряжающие машины семейства ПР-11 выпускались на заводе N"464 в Долгопрудном.

Еще в январе 1957 г. на площадке № 60 полигона Капустин Яр началось создание стыковочной базы, куда с заводов поставлялись элементы зенитных ракетных комплексов. Личный состав базы производил стыковку всех

боевых элементов ЗРК, настройку систем и связей в условиях реальной работы и окончательно сдавал комплексы войсковым частям. С августа там же из поставлявшихся с заводов-изготовителей боевых и вспомогательных средств, оборудования комплектовались дивизионы системы СА-75. База была оборудована измерительной и регистрирующей аппаратурой, мастерскими для проведения стыковки серийных средств, их комплексной настройки и проверки ЗРК на соответствие техническим условиям. После освоения всего комплекса работ базой обеспечивалась стыковка нескольких комплексов одновременно. Работы проводились сотрудниками специального монтажного управления, военными специалистами базы и войсковых частей. Офицерский состав войсковых частей приобретал практические навыки в работе с системой на всех этапах, что позволяло углубить теоретическую подготовку и ускорить процесс освоения новой техники. Последовательно проводились прием техники с проверкой функционирования и соответствия техническим условиям, перевод комплекса в походное положение, марш на стрельбовую площадку, развертывание и настройка комплекса, боевая стрельба, перевод комплекса в походное положение с последующей погрузкой в эшелон и отправкой к месту дислокации. Все кабины комплекса проходили сдаточные испытания, включавшие 24-часовой прогон, дождевание, пробег по дорогам с различным покрытием.

Несмотря на принятие комплекса СА-75 на вооружение, еще при испытаниях выявились существенные недостатки, снижавшие боевые возможности нового зенитного ракетного оружия. Что поделаешь — сказались авральные методы выполнения заданий, да и ряд технических задач пришлось решать впервые.

При полете цели на малой высоте на угломестном экране (развертка на экране индикатора "угол места — дальность") возникала вторая — паразитная отметка, затруднявшая наведение ЗУР, в особенности в автоматическом режиме. При переключении масштаба дальности на экранах индикаторов происходил спад напряжения, что часто приводило к потере сопровождения цели.

Высокий уровень шума в кабинах СНР способствовал быстрой утомляемости операторов и боевого расчета. Большая зона падения стартовых ускорителей, расположенная на удалении от 2 до 5,4 км от пусковой установки, ставила дополнительные ограничения при выборе позиций для размещения огневых дивизионов в густонаселенных районах страны.

Форсированное по срокам проведение Государственных испытаний не позволило провести проверку работы комплекса при предельно допустимых (по техническому заданию) температурах эксплуатации; не были проведены испытания комплекса на длительное хранение.

Ряд особенностей средств комплекса затруднял его эксплуатацию в войсках. При проведении регламентных работ требовалось вскрытие всех лючков на ракете. Использование в двигателе трех компонентов топлива, включая ОТ-155, усложняло процесс заправки. При температуре окружающей среды более +40 °C требовалось устанавливать тент над стартовым ускорителем. Радиовзрыватель «Шмель» имел малую помехозащищенность, а у бортовой аппаратуры ФР-15А не хватало мощности при работе в восьми частотных каналах. Кроме того, выявилась опасность самозапуска ЖРД из-за несовершенства конструкции кабельной сети.

К началу апреля 1958 г. проявилось и низкое качество поступавших в войска станций наведения РСНА-75, выпускаемых заводом № 304 МСНХ, кабин ПА, изготавливаемых заводом № 710 МОСНХ и заводом № 706 МСП, а также ряд других неполадок.

Для контроля работоспособности аппаратуры и проведения тренировок боевых расчетов в комплект аппаратуры станций наведения ракет была дополнительно введена аппаратура проверки функционирования, обеспечивавшая контроль включая и проведение "электронного выстрела". Радиолокационная часть СНР проверялась контрольной аппаратурой и по отражению сигнала от «контрольного» местного предмета в режиме излучения в пространство.

Но в целом, выявленные недостатки не носили решающего значения. Поэтому с 1958 г. комплексы СА-75 поставлялись в войска в массовом количестве и вскоре стали основным оружием Войск ПВО страны.

За создание первой перевозимой системы зенитного управляемого ракетного оружия Ленинской премии были удостоены создатели наземных средств системы: К.С. Альперович, Ю.Н. Афанасьев, Г.Ф. Добровольский, Е.Г. Зелкин, Б.С. Коробов, В.Н. Кузьмин, Ф.В. Лукин, А.В. Пивоваров, А.А. Расплетин, Н.В. Семаков, В.Е. Черномордик, создатели зенитной управляемой ракеты: Г.Е. Болотов, Р.С. Буданов, Е.С. Иофинов, А.М. Исаев, П.М. Кириллов, Ю.Ф. Красонтович, Ф.С. Кулешов, А.Н. Садеков, Н.И. Степанов, Б.А. Челышев. Б.В. Бункину и П.Д. Грушину было присвоено звание Героя Социалистического Труда. Возглавляемое П.Д.Грушиным ОКБ-2 ГКАТ было награждено орденом Ленина.

Ниже мы приводим краткое описание комплекса и его элементов.

Зенитный ракетный комплекс СА-75 «Двина»

В первые годы эксплуатации комплексов они поступали на вооружение полков, состоящих из штаба, трех зенитных ракетных (огневых) и одного технического дивизиона системы.

В состав средств станции наведения ракет РСНА-75 (или боевых средств радиотехнической батареи комплекса СА-75) входили следующие средства:

— приемо-передающая кабина ПА (антенный пост, высоковольтная кабина), которая представляла собой контейнер с передающей и высокочастотной частью приемной аппаратуры, станцией передачи команд (РПК, радиопередатчик команд) с размещенной на крыше контейнера антенной системой;

— кабина управления У (командный пункт дивизиона, КП);

— индикаторная кабина И;

— кабина управления стартом КЗ;

— АСД-75 — кабина К5;

— кабина стабилизаторов тока и управления дизель-электростанцией Кб;

— средства транспортировки кабины ПА с РЛС.

Кабина ПА монтировалась на поворотном основании на колесной артиллерийской повозке КЗУ-16, а остальные пять кабин размещались в КУНГах на пяти автомобильных шасси.

Подготовка к перевозке антенного поста требовала привлечения автокрана, с помощью которого производился демонтаж антенн с их укладкой в две специальные повозки — прицепы, буксируемые автомобилями ЗИС-150 или ЗИС-151. Повозка КЗУ-16 с размещенным на ней контейнером буксировалась гусеничным артиллерийским тягачом АТС-59. В кузов тягача АТС загружался комплект кабельных соединений радиолокатора. Одиночный ЗИП и средства для проведения мелкого ремонта в полевых условиях хранились в придаваемой комплексу передвижной ремонтной мастерской ПРМ, размещенной в фургоне на шасси прицепа 2-ПН-2.

Сканирование пространства антеннами кабины ПА велось в двух взаимно перпендикулярных плоскостях тонкими «лопатообразными» лучами. Антенны сопрягались с отдельными передающими и приемными устройствами. Вытянутая в вертикальном направлении угломестная антенна располагалась сбоку от контейнера, а азимутальная — над ним. Перемещение сектора сканирования обеспечивалось круговым вращением антенного поста по азимуту и поворотом антенной системы по углу места.

Для передачи высокочастотных и низкочастотных сигналов от аппаратуры антенного поста в кабины станции наведения ракет использовались специальные токосъемники. Отображение воздушной обстановки велось на индикаторах с развертками «дальность- азимут» и «дальность-угол места», где наблюдались эхо-сигналы целей, сигналы бортовых ответчиков наводимых ракет, а также засветки от активных и пассивных помех. Для уменьшения засветки экранов от пассивных помех и отражений от местных предметов создавалась система селекции движущихся целей с использованием потенциалоскопов — специальных электронно-лучевых трубок. Автоматическое сопровождение цели по угловым координатам велось путем электронного сопровождения внутри линейно-сканируемого пространства и электромеханического слежения центром сканирования за направлением на цель.

В комплексах семейства С-75 использовалось несколько режимов сопровождения цели:

— ручное по всем координатам;

— автоматическое по всем координатам;

— автоматическое по угловым координатам и ручное по дальности (по каналу дальности достигалось наиболее точное определение координат и наилучшее разрешение целей).

Для ручного или полуавтоматического сопровождения цели в сложной помеховой обстановке, как и в системе С-25, были предусмотрены специальные рабочие места с индикаторами, на которых область сопровождаемой цели «вырезалась» по дальности и отображалась в более крупном масштабе.

Передача команд на ракеты велась передающим устройством — станцией передачи команд — с импульсно-временным кодированием передаваемой информации. По этой же линии производился запрос ответчиков ракет. Для обеспечения надежного поражения воздушных целей было решено использовать в составе комплекса три ракетных канала — устройств автоматического сопровождения ракет и счетнорешающих приборов, формирующих команды управления их полетом. Радиолокационное сопровождение ракеты велось по сигналу бортового радиоответчика в автоматическом режиме по всем координатам. Тарельчатая антенна передачи команд размещалась сбоку от азимутальной антенны.

Двухступенчатая ракета В-750 (изделие 1Д) — с твердотопливным стартовым ускорителем и маршевым ЖРД на второй ступени проектировалась в ОКБ-2 под руководством Главного конструктора П.Д. Грушина.

Ракеты 1Д, как и ракеты последующих вариантов комплексов семейства С-75, имели нормальную компоновочную схему с Х-образным расположением аэродинамических поверхностей.

В переднем отсеке размещался радиовзрыватель, передающие антенны которого находились под радиолрозрачными участками носового обтекателя. За обтекателем располагался предохранительно-исполнительный механизм. Следующий отсек образовывала боевая часть. Далее следовал топливный отсек. Несущие баки горючего и окислителя имели совмещенное двухстеночное разделительное днище, что позволило несколько сократить длину ракеты. В расположенном за баком окислителя приборном отсеке последовательно размещались шар- баллон — воздушный аккумулятор давления, блок управления автопилота, радиоаппаратура и источник питания — ампульная батарея. В хвостовом отсеке маршевой ступени ракеты находились рулевые машинки, вкладной бак "И" с пусковым горючим ОТ-155 и жидкостный ракетный двигатель. Снаружи отсека располагались цельноповоротные рули для управления по тангажу, рысканию и крену. Жидкостной ракетный двигатель с турбонасосной системой подачи компонентов С2.711 (позднее обозначался С5.711) в наземных условиях развивал тягу 2,65 т, в пустоте-3 т. Величины удельного импульса в аналогичных условиях составляли 224 и 252,7 кг. с/кг. Сухой двигатель весил 43 кг, залитый — 47,7 кг. Диаметр двигателя составлял 480 мм, длина — 1030 мм.

Входящий в состав разгонной ступени ракеты стартовый двигатель состоял из стального корпуса со съемным днищем, многошашечного вкладного заряда из нитроцеллюлозного топлива и сопла с "грушей" для регулирования критического сечения сопла в соответствии с ожидаемой температурой заряда. На наружной поверхности стартового двигателя крепились стабилизаторы. Для стабилизации ракеты по крену на стартовом участке полета использовались элероны, размещенные в одной плоскости на стабилизаторах ускорителя. Углы и время поворота элеронов задавались автопилотом ракеты.

Вторая ступень ракеты В-750 в музее 6-й армии ПВО

Первая ступень ракеты В-750

Ракеты В-750 в транспортных контейнерах

Ракета 1Д

1. Передающая антенна РВ 2. Радиовзрыватель (РВ) 3. Боевая часть 4. Приемная антенна РВ 5. Бак оксилителя 6. Бак горючего 7. Воздушный баллон 8. Блок автопилота 9. Блок радиоуправления 10. Ампульная батарея 11. Преобразователь тока 12. Рулевой привод 13. Бак «И» 14. Маршевый двигатель 15. Переходный отсек 16. Стартовый двигатель

Механическая связь между ступенями обеспечивалась коническим переходным отсеком, сбрасываемым вместе со стартовиком.

Двигатель второй ступени запускался перед разделением ступеней. Наведение ракеты осуществлялось только при работающем двигателе. Подрыв ракеты при подлете к цели производился по команде, формируемой радиовзрывателем или поступающей от станции наведения ракет. В случае промаха, который определялся аппаратурой станции наведения ракет по превышению дальности до ракеты над удалением до цели, а также при выработке всего топлива на ракету подавалась команда на самоликвидацию. Ракета уводилась вверх с последующим подрывом боевой части.

На нижней поверхности стартового ускорителя и второй ступени размещались роликовые опоры и бугель, предназначенные для фиксации ракеты на направляющих пусковой установки и обеспечения ее устойчивого движения вдоль направляющих при старте. На верхней поверхности стартового ускорителя и второй ступени размещались бугели, предназначенные для крепления ракеты на такелажных приспособлениях.

На внешней поверхности ракеты наносилась разметка, указывающая места для установки опор технологической стыковочной тележки, транспортно-заряжающей машины и опор при транспортировке ракеты в таре и т. п.

Для проведения тренировок по заряжанию и разряжанию ПУ, вождению ТЗМ с ракетами промышленностью выпускались габаритно-массовые (габаритно-весовые) макеты ракет. Учебные ракеты выпускались в нескольких вариантах и предназначались для отработки навыков личного состава по сборке ракет и их снаряжению и обслуживанию на технологическом потоке, консервации и хранению, заправке компонентами топлива; проведению регламентных работ и проверок бортового оборудования. В ряде случаев в качестве габаритно-весовых макетов ракет и учебных ракет использовались боевые ракеты, списанные по какой- либо причине и переоборудованные соответствующим образом. Для обучения личного состава, подготовки офицерского состава использовались разрезные макеты ракет, учебные ракеты и различные тренажерные средства, выпускавшиеся малыми сериями на заводах, производивших серийные ракеты.

В составе наземных средств стартовой батареи РБ-75 использовалось до шести пусковых установок СМ- 63-1 и 6-12 транспортно-заряжающих машин ПР-11 и средства их буксировки. Шесть пусковых установок, задействованных в составе ракетной батареи, располагались на удалении от 50 до 75 метров от станции наведения ракет.

При развертывании на стартовой позиции (с допустимым уклоном площадки до 2,5’) с помощью винтовых домкратов осуществлялось горизонтирование пусковых установок и их взаимное ориентирование с антенным постом, что позволяло вводить поправки на углы предстартового наведения с учетом размещения ПУ на позиции. Минимальный угол установки направляющей обеспечивал при стрельбе по маловысотным целям гарантированный сход ракеты и встреливание в зону захвата РЛС без касания поверхности земли и местных предметов. Максимальный угол пуска ракет составлял 75". В режиме «боевая работа» пусковая установка синхронизировалась с СНР, чем обеспечивалось предстартовое наведение ракеты в заданную точку наведения. Пусковые установки могли буксироваться гусеничными тягачами АТС-59. Скорость буксировки по шоссе составляла 35 км/ч, по грунтовым дорогам- 10 км/ч.

Пусковая установка

Транспортно-заряжающаямашина комплекса СА-75

Транспортно-заряжающие машины ПР-11А на базе полуприцепа и автомобиля-тягача ЗИЛ-151В обеспечивали возможность работы с ракетой 1Д и ее усовершенствованной модификацией 11 Д. Транспортно-заряжающие машины были оснащены баком емкостью 346 литров для транспортировки окислителя.

В ходе эксплуатации комплексов и совершенствования техники в войска поставлялись транспортно-заряжающие машины ПР-11Б на базе полуприцепа и автомобиля-тягача ЗИЛ-157КВ, которые использовались совместно с пусковыми установками CM-63-II, CM-63-IIA, СМ-90. Для дивизионов в «северном» исполнении или размещаемых в пустынных районах с песчаным грунтом взамен автомобильных поставлялись артиллерийские средние гусеничные тягачи АТС-59.

Заряжание пусковой установки производилось с транспортно-заряжающих машин при повороте балки с ракетой на 90’ относительно продольной оси прицепа, с ориентацией ракеты хвостовой частью в сторону пусковой установки. Сопряжение направляющих балки транспортно-заряжающей машины и пусковой установки обеспечивалось установкой на грунте подъездных мостков, фиксировавших положение ТЗМ относительно пусковой установки, а также другими специальными приспособлениями. Перевод ракеты с транспортно-заряжающей машины на пусковую установку осуществлялся за 1 минуту. Общее время перезаряжания пусковой установки с учетом времени подъезда из укрытия — 2–4 минуты. При работе слаженного расчета время заряжания ПУ на практике значительно уменьшалось.

В дальнейшем на позиции дивизиона 6 ракет находились на пусковых установках в состоянии ОГ (окончательная готовность) и до 18 ракет на транспортно-заряжающих машинах в состоянии ПГ (промежуточная готовность — без заправки окислителем) в хранилище ракет — сооружении № 7, рассчитанном на 18 боевых и 2 учебных ракеты.

Для размещения дежурных сил во время несения боевого дежурства и при разряжении пусковой установки с передачей ракеты на транспортно-заряжающую машину (ТЗМ) они устанавливались на боевой позиции во взводных укрытиях, рассчитанных на две машины.

Прием ракет с баз хранения и с заводов-изготовителей, хранение ракет, подготовка ракет к боевому использованию осуществлялись техническим дивизионом полка (бригады). Технический дивизион при боевой работе производил сборку ракет, пристыковку крыльев, стабилизаторов, рулей; установку боевых частей, предохранительно-исполнительного механизма, пиропатронов; проверку бортового оборудования ракет; заправку сжатым воздухом, горючим и транспортировку ракет на стартовые позиции.

Вся техника зенитных ракетных (огневых) и технических дивизионов выполнялась в габаритах, обеспечивавших после перевода техники в транспортное положение возможность транспортировки автомобильным транспортом по шоссейным и грунтовым дорогам, по железным дорогам — на стандартных железнодорожных платформах. Транспортировка ракет осуществлялась в специальной таре в полувагонах.

При работе зенитного ракетного комплекса в составе полка или бригады для поиска воздушных целей использовались целеуказания, поступающие от командного пункта части. Кроме того, комплекс СА-75 мог вести боевые действия самостоятельно с использованием целеуказания от придаваемых ему радиолокационных средств — станции разведки и целеуказания П-12 «Енисей» и радиовысотомера ПРВ-10.

РЛС дальнего обнаружения метрового диапазона П-12 "Енисей" была разработана в 1954–1956 гг. в СКВ-197 ГКРЭ под руководством главного конструктора Е.В. Букалова. В 1962 г. производились полигонные испытания усовершенствованного варианта РЛС — П-12МП с повышенной надежностью, уменьшенным побочным излучением и возможностью сопряжения с РЛС обнаружения других типов, работающими в сантиметровом диапазоне, а также с комплексом автоматизированного управления группировкой ПВО "Воздух-1П". В 1970 г. в РЛС П-12МП были введены новые дополнительные элементы: аппаратура "мерцания" для защиты от противорадиолокационных ракет типа "Шрайк". Позднее были проведены работы по переводу станции П-12МП на новую элементную базу и сопряжению ее с новой системой опознавания государственной принадлежности самолетов ("Кремний-2М"). В результате такой модернизации станция получила наименование РЛС П-18 ("Терек", 1РЛ131) и после испытаний в 1971 г. была принята на вооружение.

РЛС П-12

Разработка передвижного радиовысотомера ПРВ-10 была начата в ОКБ завода № 588 МГСНХ в первой половине пятидесятых годов. Опытный образец высотомера, созданный на базе высотомерной части опытного образца РЛС «Тополь-2» (разработчик — НИИ-244 MB), был испытан в 1956 г. Антенная система и приемо-передающая аппаратура радиовысотомера монтировались на колесной артиллерийской повозке, а индикаторная аппаратура и агрегат электропитания — на шасси автомобильного прицепа.

Нормативное время развертывания комплекса в составе антенного поста, кабины станции наведения ракет с настройкой аппаратуры, дизель-электростанций, РПУ, шести пусковых установок комплекса СА-75 было определено на полигоне на основании работ по развертыванию (переводу в боевое положение) и свертыванию (переводу в походное положение), проведенных разработчиками, изготовителями, представителями Заказчика, и составило 6 часов. Позднее это время сократили до 4 часов, а в шестидесятые годы довели до 2 часов 20 мин. В ряде случаев, на соревнованиях этот норматив многократно перекрывался — ракетчикам удавалось развернуться за 30–40 мин.

Последующая войсковая эксплуатация комплекса СА-75 «Двина» показала, что продолжительность перевода комплекса из походного положения в боевое и из боевого в походное определялись, в основном, временем на развертывание и свертывание антенного поста и пусковых установок. На боевой позиции все боевые элементы соединялись между собой кабелями для централизованного обеспечения электроэнергией, передачи команд и исходных данных, синхронной связи систем наведения.

Средняя скорость на марше колонны боевой техники дивизиона по дорогам составляла 20 км/ч и ограничивалась скоростью буксировки опять- таки пусковых установок и антенного поста.

(Продолжение следует)

ЗРК HQ-2B — китайский вариант комплекса С-75

В. Одинцов

Первая полковая

К 75-летию 76-мм полковой пушки обр. 1927 г.

76-мм полковая пушка обр. 1927 г. с деревянными колесами.

Зарождение полноценной полковой артиллерии произошло в ходе Первой мировой войны. В эту войну все армии вступили без полковой артиллерии. Однако уже в первом периоде войны стало ясно, что дивизионная артиллерия не в состоянии полностью подавить пулеметные гнезда противника перед атакой своей пехоты, а при атаке и бое в глубине, когда начинают действовать ожившие или новые огневые точки противника, она, боясь поражения своих войск, вынуждена прекращать огонь и оставлять пехоту на произвол судьбы. Командиры пехотных полков поняли, что без легких орудий, способных сопровождать пехоту «огнем и колесами» потери становятся невыносимыми. Составлявшая основную часть российской артиллерии 76 мм полевая пушка обр. 1902 г. (знаменитая русская трехдюймовка) с массой 1100 кг была слишком тяжела для этой цели. Тем не менее, в ходе Галицийской наступательной операции 1914 г. при штурме населенных пунктов солдаты под огнем противника на руках подкатывали эти орудия вплотную к зданиям и прямой наводкой выбивали засевшую в них австровенгерскую пехоту.

Уже в ходе войны в армиях Австро-Венгрии, Германии, Бельгии, Франции и США была создана полковая артиллерия. В России полковая пушка за время войны так и не была разработана. Опыт маневренных операций гражданской войны подтвердил острую необходимость в легких и мобильных полковых орудиях.

После окончания гражданской войны Комиссия особых артиллерийских опытов (Косартоп) провела детальный анализ и выработала требования к 76-мм полковой пушке. Эта пушка была спроектирована совместно Косартопом и Путиловским заводом и в 1927 г. запущена в серийное производство.

Основные характеристики 76-мм полковой пушки обр. 1927 г.

Длина ствола в клб 16,5

Масса орудия боевая (с деревянными колесами) 740 кг

Начальная скорость 387 м/с

Масса снаряда РФ-350 6,2 кг

Максимальная дальность стрельбы 7100м

Дульная энергия 0,46 МДж

Удельная дульная энергия 620 Дж/кг

Угол вертикальной наводки -5,6° +24°

Угол горизонтальной наводки ±25º

Крутизна нарезов, клб,

в начале ствола 49

у дула 25

Число нарезов 24

Высота линии огня 950 мм

Толщина щитов 3,5 (4,0) мм

Скорострельность 10–12 выстр/мин

Число лошадей для возки 4

Масса орудия походная с прислугой на передке 1620 кг

76-мм полковая пушка обр. 1927 г. на огневой позиции

76-мм полк. обр. 1927 г.

75-мм герм. IG-18

Длина ствола в клб

16,5

11,8

Начальная скорость, м/с

387

216

Макс. дальность, м

7100

3550

Масса орудия

740

440

75 мм легкое пехотное орудие IG-18

Пушка имела однобрусный лафет, подрессоренный четырьмя винтовыми цилиндрическими пружинами, выключавшимися при стрельбе, и поршневой затвор. Выстрелы были унитарными. В боекомплект входили шрапнель, осколочно-фугасный и бронебойный снаряды.

С позиций сегодняшнего дня видно, что полноценной полковой пушки не получилось. Над разработчиками уж очень сильно довлели опыт и каноны первой половины мировой войны и гражданской войны, когда главенствующую роль играла шрапнель (подробнее об этом см. «Возвращение шрапнели», «ТиВ», №№ 4, 7/1999 г.,). Скорость выброса пуль вышибным зарядом из корпуса шрапнели не превышает 100 м/с, поэтому для обеспечения убойного действия пуль требовалась достаточно высокая скорость снаряда. Малый угол возвышения орудия объяснялся именно условиями настильной стрельбы шрапнелью. Для полкового орудия начальная скорость 387 м/с и максимальная дальность 7100 м были избыточными. Кроме того, в тот период в практику проектирования еще не проникла «культура веса» — необходимость борьбы за каждый килограмм массы орудия. Вместе взятое это привело к тому, что орудие оказалось сильно перетяжеленным. Особенно рельефно это проявляется при сравнении с характеристиками германского легкого пехотного орудия IG-18, разработанного фирмой «Рейнметалл» в том же 1927 г.

Следует еще заметить, что при замене деревянных колес на металлические масса пушки возросла до 780 кг.

Существенным недостатком орудия, затруднявшим борьбу с танками, был малый угол горизонтальной наводки, обусловленный однобрусной конструкцией лафета. Явным анахронизмом выглядел поршневой затвор.

Унитарный выстрел имел латунную цилиндрическую гильзу с метательным зарядом пороха 9/7 массой 1,08 кг. Осколочный снаряд 53-00-350 с массой 6,2 кг и корпусом из стали С-63 снаряжался тротилом (масса заряда 0,62 кг, коэффициент наполнения 0,10). При взрыве снаряд давал 870 убойных осколков массой более 1 грамма с радиусом сплошного поражения 15 м. Снаряд комплектовался взрывателем КТМ-1, имеющим две установки — на мгновенное (осколочное) и инерционное (осколочно-фугасное) действия.

Бронебойно-трассирующий снаряд 53-БР-350 имел корпус, выполненный из стали 35ХГСА и снаряженный зарядом тротила массой 0,111 кг. Донный взрыватель МД-8 с замедлением обеспечивал разрыв снаряда в заброневом пространстве. На дальностях 500, 1000 и 1500 м снаряд в нормаль пробивал броню толщиной 31, 28 и 26 мм. Дальность прямого выстрела при высоте цели 2 м составляла 400 м.

Одновременно с разработкой полковой пушки происходило организационно оформление полковой артиллерии. Еще в августе 1926 года в штат стрелкового полка был введен дивизион полковой артиллерии двухбатарейного состава по три 76-мм полевых пушки обр. 1902 г. в батарее. В дальнейшем они заменялись полковыми пушками обр. 1927 г.

В июле 1931 г. в стрелковый полк была введена противотанковая батарея в составе четырех 37-мм противотанковых пушек, которые с 1932 г. стали заменяться 45- мм противотанковыми пушками обр. 1932 г. Таким образом, к 1933 г. стрелковый полк РККА, имея в своем составе шесть 76-мм пушек и четыре 45-мм противотанковых пушки, располагал более мощной артиллерией, чем полк любой иностранной армии.

76-мм выстрелы

с осколочно- фугасным снарядом

со шрапнелью

с бронебойно- трассирующим снарядом

На 22 июня 1941 г. в РККА состояло 4708 полковых пушек обр. 1927 г.

В ходе Отечественной войны крупносерийное производство пушек осуществлялось заводом № 92 (Пермь).

Годы

Выпуск

1941

3918

1942

6809

1943

2555

76-мм полковая пушка обр. 1927 г. с металлическими колесами

Небольшими сериями пушка изготовлялась и на других заводах, в том числе в осажденном Ленинграде. За 2,5 месяца, предшествовавшие разгрому немцев под Москвой, ленинградцы изготовили и на самолетах отправили в Москву 452 полковых пушки. В тот весьма напряженный период, когда на счету было каждое орудие, этот вклад был неоценим.

Пушка достаточно успешно воевала на всех фронтах войны. Новую жизнь вдохнул в нее кумулятивный снаряд.

Первый 76-мм кумулятивный снаряд (по существу первый отечественный кумулятивный боеприпас) был разработан в начале 1942 г. сотрудниками НИИ-6 М.Я. Васильевым, З.В. Владимировой и Н.С. Житких. Снаряд имел корпус из сталистого чугуна с ввинтным дном и конической стальной кумулятивной облицовкой. В головной части устанавливался авиационный взрыватель АМ-6. Снаряжение производилось сплавом ТГ. При испытаниях в стационарных условиях было получено надежное пробивание бронеплиты толщиной 100 мм по нормали.

В 1942 г. снаряд был принят на вооружение пушки обр. 1927 г. и с мая 1942 г. серийно изготовлялся в течение всей войны. За годы войны было поставлено около 1,1 млн снарядов.

В 1943 г. при переходе Советской Армии к наступательным операциям окончательно определилось несоответствие характеристик пушки требованиям фронта, в первую очередь по массе и углу горизонтального обстрела. Очевидное перетяжеление пушки стало особенно заметным после появления на фронте 76-мм дивизионной пушки обр. 1942 г. ЗИС-З конструкции В.Г. Грабина — "лучшей пушки всех времен и народов". Превосходя пушку обр. 1927 г. по длине ствола в 2,6 раза (соответственно 42,6 и 16,5 клб), по начальной скорости в 1,75 раза (соответственно 680 и 387 м/с), по максимальной дальности стрельбы в 1,87 раза (соответственно 1,43 и,46 МДж) пушка ЗИС-З имела массу, большую всего на 24 % (соответственно 1116 и 900 кг). К тому же пушка ЗИС-З имела значительно увеличенный угол вертикальной наводки (- 5, +37), и значительно большую дальность прямого выстрела. И.В. Сталин недаром назвал эту пушку шедевром артиллерийской техники. Была предпринята попытка исправить положение. ОКБ завода № 172 (Пермь) под руководством М.Ю. Цирюльникова разработало облегченное полковое орудие путем положения ствола 76-мм пушки обр. 1927 г. на лафет 45-мм противотанковой пушки М- 42 обр. 1942 года. Переход на лафет с раздвижными станинами позволил резко увеличить угол горизонтального обстрела (до 60(). Но с застарелой болезнью перетяжеления справиться не удалось. При значительном снижении дульной скорости (до 262 м/с) и дальности стрельбы (до 4200 м) масса пушки была снижена только на 300 кг. Это привело к тому, что удельная дульная энергия новой пушки снизилась почти в 1,5 раза по сравнению с этой величиной для пушки обр. 1927 г (соответственно 355 и 516 Дж/кг).

Тем не менее, она была принята на вооружение постановлением ГКО от 4.09.43 под названием 76-мм полковая пушка обр. 1943 г (ОБ-25) и в 1944–1945 гг. производилась заводами № 172 и № 106. Общий выпуск составил в 1944 г. 3194 орудия, в 1945 г. — 1928. Одновременно в конце 1943 г. был прекращен выпуск пушки обр. 1927 г.

Двухлетний опыт боевого использования пушки ОБ-25 подтвердил, что для пехотной пушки масса 600 кг велика. С этой массой пушка не могла непрерывно следовать за пехотой, особенно в условиях распутицы, болотистой местности, гористой местности на южных фронтах.

Конструкторы Мотовилихи ясно видели весовое несовершенство ОБ- 25. В 1944 г. ими были разработаны новые 76-мм полковые пушки МЗ-1 и МЗ-2. По результатам испытаний наилучшей оказалась пушка МЗ-1. Наконец-то было получено орудие, близкое к идеалу полковой пушки.

Длина ствола в клб.

22,1

Масса орудия боевая

444 клб

Масса ОФ снаряда черт. 2-08980

5,28 кг

Начальная скорость

286 м/с

Максимальная дальность стрельбы

4506м

Дульная энергия

0,215 МДж

Удельная дульная энергия

486 Дж/кг

Головной ударный взрыватель КТМ-1

1-ударник мгновенного действия; 2-жало; 3 — контрпредохранительная пружина; 4-мембрана; 5 — втулка замедлителя

Удельная дульная энергия МЗ-1 почти на 40 % превышала соответствующую величину для пушки ОБ-25.

По массе орудия пушка почти точно соответствовала 75-мм германской легкой пушке IG-18, но имела в 1,5 раза большую дульную энергию. К сожалению, этот яркий всплеск артиллерийской мысли оказался нереализованным. Конец войны, появление атомного и ракетного оружия, смена ориентиров, сопровождающаяся неизбежными перекосами, надолго остановили развитие полковой артиллерии.

В конце 1950-х гг. зловещую роль в судьбе не только полковой, но и всей артиллерии, сыграли ракетные пристрастия крупного авторитета в области вооружений Н.С. Хрущева, объявившего артиллерию "каменноядерным" архаизмом. Реализация его "ценных указаний", к сожалению, выполнявшаяся с излишним рвением, привела практически к полной ликвидации в стране легкой (пехотной и горной) артиллерии.

Отрезвление, наступившее в начале 1970-х гг., когда выяснились итоги вьетнамской и средневосточной войн и наметились неприятные перспективы развития большого числа региональных конфликтов, привело к попыткам как-то восполнить потерю легкой артиллерии. Одной из таких попыток была разработка ЦНИИТочмашем 120-мм буксируемого орудия 2Б16 «Нона-К». Это орудие задумывалось как пехотное (полковое), но в процессе разработки кто-то додумался придать ему и свойства противотанкового орудия (вот оно, извечное стремление — и щучку съесть, и на паровозе прокатиться). В результате масса орудия возросла до 1200 кг (и это при наличии мощного дульного тормоза) и орудие прекратило свое существование как полковое.

Опыт региональных конфликтов последних лет (Афганистан, Чечня и др.) подтвердил тот факт, что ликвидация легкой (полковой и горной) артиллерии была крупнейшей ошибкой военного руководства. Тяжелая артиллерийская техника типа «Меты» и «Гиацинта», разработанная для классических войн, оказывается бесполезной в войнах, протекающих в труднодоступной гористой или лесистой местности без линии фронта, когда основным противником являются малые мобильные группы. Для этих войн необходимы легкие мобильные орудия, буксируемые любым армейским транспортом, в том числе и УАЗ-469 (буксируемая масса не более 850 кг), пригодные для транспортировки вертолетами и для использования небольшими подвижными подразделениями.

Облик этих орудий, их математические модели и соотношение, связывающее массу орудия с калибром в настоящее время определены. Для калибров пехотных орудий 100, 120 и 152 мм массы орудий составляют соответственно 300, 520 и 1050 кг. Наиболее перспективным является полковое орудие калибра 152 мм. Масса заряда ВВ в снаряде этого калибра может быть доведена до 12 кг, что позволит поражать одиночные (снайпер, гранатометчик) и небольшие групповые цели одним-двумя выстрелами.

Функции огневой поддержки пехоты в региональных конфликтах в настоящее время наряду с артиллерией выполняет авиация. На непростой вопрос «Кто в ближайшие годы станет главным огневым пахарем в региональных конфликтах?» скорее всего правильным будет ответ: Артиллерия. Появился новый мощный фактор ПЗРК (переносные зенитные ракетные комплексы), масштабы влияния которого еще не осмыслены. Для авиации, участвующей в региональных конфликтах, наступают тяжелые времена. Другими факторами являются изношенность авиатехники, ее слабое восполнение, высокая стоимость авиационных огневых операций, на порядок превышающая соответствующую величину в артиллерии. Ответ на вопрос о том, какая именно артиллерия нужна в региональных конфликтах, также ясен — полковая и горная. Задача заключается в том, чтобы в короткие сроки возродить эти виды артиллерии.

Возвращаясь к теме нашей статьи — 75-летию полковой пушки обр. 1927 г., еще раз напомним, что она была первой специализированной полковой пушкой за всю историю русской артиллерии. Пушка в целом была не слишком удачной даже по меркам 1927 г., в первую очередь по весовому несовершенству и в военной истории она не обрела такого заметного места, как 76-мм полевая пушка обр. 1902 г. — легендарная русская трехдюймовка, получившая среди немецких солдат Первой мировой войны прозвище «коса смерти». Тем не менее, она честно отслужила свой срок, состоя на вооружении 16 лет (срок немалый для современного орудия), была выпущена в количестве более 15 тысяч орудий, участвовала, по меньшей мере, в одном конфликте и двух войнах (Халхин-Гол, белофинская, Великая отечественная). Как прародительница русской полковой артиллерии она при логическом неискаженном ходе развития артиллерии в целом должна была дать потомство первоклассных полковых орудий, которые изменили бы концепцию развития Вооруженных сил в послевоенное время, итоги прошедших и текущих региональных войн. Остается надеяться, что рано или поздно это произойдет.

Михаил Никольский

Современные французские танки Часть 1

АМХ-30

В 1950-е гг. развернулась дискуссия о принятии на вооружение армий западноевропейских стран единого основного боевого танка. Машина предназначалась для замены американских танков М47 «Паттон». Наибольшую заинтересованность в программе единого танка проявляли армии Великобритании, Германии, Италии и Франции. Программа с треском провалилась: в четырех государствах НАТО были приняты на вооружение четыре совершенно разных основных боевых танка. Требования англичан к перспективной боевой машине принципиально отличались от требований остальных участников программы. Британцы отдавали приоритет защищенности и огневой мощности. Французы и немцы — подвижности и огневой мощи. Италия никогда не отличалась развитым танкостроением, поэтому всерьез в формировании облика танка итальянцы участия не принимали.

Разногласия между французами и немцами проявлялись скорее в экономической сфере. Какое-то время политики пытались эти противоречия сгладить. Программа единого танка НАТО трансформировалась в франко-западногерманскую. В соответствии с ней предполагалась постройка прототипов французской и западногерманской конструкции, проведение их сравнительных испытаний и принятие на вооружение лучшей машины. В конечном итоге и этот план потерпел фиаско: ная вооружение армий двух стран поступили разные танки — в Западной Германии «Леопард-1», во Франции АМХ-30.

Характеристики «Леопарда-1» и АМХ- 30 близки, танки похожи даже внешне. Однако если «Леопард-1» рассматривался как танк обороны, то АМХ-30 планировалось использовать прежде всего как машину наступления. К концу 1960-х гг. сухопутные войска Франции должны были иметь в своем составе только механизированные подразделения, оснащенные исключительно бронетехникой — боевыми машинами пехоты, пушечными бронеавтомобилями и основными боевыми танками. Командование вооруженных сил исповедовало сугубо наступательную военную доктрину.

Исходя из новой концепции строительства вооруженных сил, в требования к перспективному танку французы заложили «наступательные» факторы: увеличенный запас хода по шоссе, способность преодолевать вброд водные преграды глубиной до 1,3 м без предварительной подготовки и глубиной до 4 м по дну — после подготовки. Размеры танка жестко диктовались габаритами железнодорожного подвижного состава.

АМХ-30 получился самым «маленьким» и легким танком среди западных основных боевых танков 1960-х гг.

Ценой улучшения подвижности танка при сохранении достаточно мощного вооружения стала ослабленная защищенность. Несмотря на рациональные формы корпуса и башни бортовая броня выдерживала попадания лишь крупнокалиберных пуль и осколков снарядов. Несомненно, что столь слабая бронезащита — основательный «прокол» разработчиков технического задания. Основной боевой танк — это все-таки не бронеавтомобиль. Впервые на французском танке предусматривалось использование системы защиты от оружия массового поражения. Другой новинкой стало создание вместе с танком тренажера механика-водителя.

Первый прототип танка АМХ-30 был изготовлен в 1961 г., через три года после начала полномасштабного проектирования. В 1962 г. на испытания вышел второй прототип, в 1963 г. — семь опытных, а в сентябре 1965 г. заказчик получил два предсерийных танка АМХ-30.

Танк АМХ-30 первых серий

Основные конструктивные особенности танка АМХ-30

Танк спроектирован по классической компоновочной схеме с отделением управления в передней части машины, боевым отделением в средней части и моторно-трансмиссионным отделением в корме.

Корпус танка сварной, лобовая деталь корпуса — литая. Форма корпуса французского танка сильно напоминает форму корпуса его западногерманского «собрата» — танка «Леопард-1». Вообще же в облике обеих боевых машин явственно «читается» влияние Т-34. Верхний лобовой лист корпуса установлен под углом 68 град, к вертикали, его толщина составляет 80 мм. Толщина расположенных под углом бортовых бронелистов — 57 мм. Днище корпуса выполнено корытообразным с целью повышения защищенности машины от детонации мин.

105-мм пушка CN-105-F1

Командирская башенка ТОР-7. На переднем плане хорошо видна оптическая головка дальномера

АМХ-30. На стволе орудия установлен термоизоляционный кожух

АМХ-30. Хорошо видно ограждение для имущества экипажа и снаряжения в задней части башни

Рабочее место механика-водителя смещено к левому борту. В наклонном лобовом бронелисте корпуса над сиденьем механика-водителя имеется сдвижной влево люк овальной формы. Перед люком смонтировано три перископических наблюдательных прибора М223. Предусмотрена возможность замены среднего перископа панорамным активным прибором ночного видения ОВ-16-А с бинокулярным каналом видения в ИК- свете и монокулярным дневным каналом. Увеличение обоих каналов — 1х; поле зрения ночного канала 35 град., дневного — 24 град. Подсветка ночного канала производится прожектором РН-8-В, который монтируется на маске орудия слева от ствола; диаметр линзы 450 мм. Прожектор может работать как в ИК спектре, так и освещать объект «нормальным» светом.

Переключение режима работы прожектора осуществляется дистанционно. В нерабочем положении прожектор закрывается бронестворками.

В средней части корпуса находится литая башня Т-105 с развитой кормовой нишей. По мнению некоторых западных экспертов, башня танка АМХ-30 обладала наилучшей формой с точки зрения баллистической стойкости по сравнению с башнями однокурсников — «Чифтена», «Леопарда-1» и М60. В башне установлена 105-мм пушка CN-105-F1 с длиной ствола 56 калибров. Удаление газов после выстрела осуществляется продувкой канала ствола сжатым воздухом. Углы наведения орудия в вертикальной плоскости — от -8 град до +20 град. Боекомплект 105-мм орудия — 47 унитарных выстрела, 28 снарядов уложено в боеукладке, расположенной в передней части корпуса справа от сиденья механика-водителя, 19 снарядов находятся в башне. В состав боекомплекта входят бронебойные подкалиберные (начальная скорость 1525 м/с, масса 17,1 кг), осколочно-фугасные (1000 м/с, 21 кг), кумулятивные, дымовые и осветительные снаряды.

Интересна конструкция кумулятивного снаряда. Бронепробиваемость кумулятивного снаряда снижается в несколько раз, если при встрече с препятствием он вращается. Выпущенный из нарезной пушки снаряд вращается в полете со скоростью 17 000 — 18 000 об/мин. В боеприпасе к французской 105-мм танковой пушке кумулятивной заряд помещен в капсулу, установленную внутри корпуса на шарикоподшипники. В полете вращается только корпус снаряда, заряд остается неподвижным. Метод сколь оригинальный, столь и дорогой. Стоимость одного такого снаряда в несколько раз выше стоимости обычного, без подшипников.

Возможна стрельба снарядами из боекомплекта английской 105-мм танковой пушки L7. Выброс стреляных гильз производится через лючок в левом борту башни. С основным орудием спарен 12,7-мм пулемет (установлен слева от орудия). В данном случае термин «спарен» не совсем верен. Крупнокалиберный пулемет может блокироваться с основным орудием, но может наводиться в вертикальной плоскости и раздельно. Пулемет находится в раздельной бронемаске с увеличенным до +40 град углом возвышения, за счет чего из него возможна стрельба по низколетящим воздушным целям. На командирской башенке установлен пулемет NF1 калибра 7,62 мм (скорострельность 900 выстрелов/ мин, начальная скорость пули — 815 м/с. боекомплект — 2050 патронов). Пулемет имеет механическое дистанционное управление, стрельбу из него могут вести командир и наводчик. По бортам башни смонтировано по два дымовых гранатомета калибра 80 мм.

Справа от орудия находятся места наводчика и командира танка, слева — заряжающего. Заряжающий также выполняет обязанности радиста. В крыше имеется два люка — командира и заряжающего.

В башне смонтирован командирский оптический монокулярный прицел-дальномер М-208. Дальномер работает по принципу совмещения изображений, база дальномера 2 м, увеличение — 12х, диапазон измеряемых дальностей — от 600 до 3500 м. При ведении стрельбы из 105-мм орудия в темное время суток используется активный ИК прицел ОВ-17- А с 4-кратным увеличением. У наводчика установлен жестко связанный с орудием телескопический прицел М271.

Для наведения в дневных условиях спаренного пулемета используется прицел М267, увеличение прицела 10х. Ночью используется активный ИК прицел ОВ-23-А с 4-кратным увеличением. Подсветка прицела ОВ-23-А может осуществляться основным прожектором РН-9-В или спаренным с 7,62-мм пулеметом прожектором РН-9-А диаметром 230 мм. Командирская башенка ТОР-7 вращается в направлении, противоположном направлению разворота башни. По периметру командирской башенки смонтировано десять перископических наблюдательных приборов М268, на командирской башенке перед люком — один бинокулярный наблюдательный прибор М267. Один перископический смотровой прибор М223 установлен у наводчика, два — у заряжающего, кроме того, для наблюдения за местностью наводчик и заряжающий могут использовать по одному панорамному перископическому прибору М282. Привод разворота башни электрогидравлический.

По бортам башни смонтировано ограждение (корзина) для складирования имущества экипажа и снаряжения.

В моторно-трансмиссионном отделении установлен единый конструкционный блок из двигателя и трансмиссии. Двигатель — четырехтактный двенадцатицилиндровый (с оппозитным горизонтальным расположением цилиндров) многотопливный дизель жидкостного охлаждения HS-110-2 мощностью 720 л.с. Запуск осуществляется электростартером. Глушители расположены по бортам моторно-трансмиссионного отделения на крыльях ближе к корме. Трансмиссия — механическая 5SD-200D, имеет пять передач переднего и пять заднего хода. Топливные баки суммарной емкостью 960 л находятся в отделении управления и в моторно-трансмиссионном отделении.

Ходовая часть танка включает по пять опорных катков на борт. Подвеска опорных катков — торсионная, моноторсионы монтируются на всю ширину корпуса. Опорные катки — двускатные с резиновыми шинами. Диски опорных катков изготовлены из алюминиевого сплава, ступицы — стальные, балансиры первого и третьего опорных катков установлены против хода, остальных катков — по ходу танка. На первом и пятом узлах подвески применены гидравлические амортизаторы. Двускатные направляющие колеса также имеют резиновые бандажи; диски направляющих колес выполнены из алюминия, ступицы — стальные. Ведущие колеса (количество зубчатых венцов — 13) заднего расположения изготовлены из стали. Имеется десять поддерживающих роликов (по пять на борт) с внутренней амортизацией. Гусеницы с открытыми шарнирами последовательного типа, траки снабжены резиновыми асфальтоходными подушками. Ресурс элементов ходовой части составляет 2–5 тыс. км пробега.

В состав электрооборудования входят 24-вольтовый генератор мощностью 10,5 кВт и восемь аккумуляторных батарей суммарной емкостью 380 А.ч.

Танк АМХ-30 способен преодолевать по дну водные преграды глубиной до 5 м. Подготовка к форсированию водной преграды занимает 10 минут. На башне вместо перископического наблюдательного прибора заряжающего монтируется воздухозаборная труба, изготовленная из стеклопластика. В походном положении она крепится на корме башни. Для выдерживания направления движения по дну у механика-водителя установлен гирополукомпас. Перед форсированием Экипаж герметизирует машину, закрывает ствол орудия заглушкой и приводит в немедленную готовность к использованию индивидуальные кислородные дыхательные приборы.

Схема преодоления препятствий танком АМХ-30

Танк АМХ-30 выходит на берег после преодоления водной преграды

Предсерийный АМХ-30

Преодоление водной преграды на понтонном мосту

В серии

Решение о начале серийного производства танков АМХ-30 было принято в июле 1963 г. Первый танк вышел из ворот завода в Роанне в июне 1966 г. Завод L’Atelier de Concstruction de Roann был основан известным французским предпринимателем Андрэ Ситроеном в 1917 г. Первоначально здесь изготавливали артиллерийские боеприпасы. Выпуск и ремонт бронетехники был налажен в 1952 г. в кооперации с фирмой L’Atelier de Concstruction d’lssyles-Moulineaux (АМХ). Производством основных боевых танков АМХ-30 было загружено примерно 45 % производственных мощностей завода. Здесь изготавливались корпуса танков, велась окончательная сборка и испытания готовой продукции. Двигатели HS110 по лицензии фирмы Испано-Сюиза выпускал завод L’Atelier de Concstruction de Limoges, башни и бронелисты — L’Atelier de Concstruction de Tarbes, вооружение — L'Atelier de Concstruction de Bourges. Оптические приборы поставляло предприятие L'Atelier de Concstruction de Puteaux, радиоэлектронное оборудование — La Section d'Etudes et Fabrications des Telecommunications. Стоит отметить, что все основные компоненты танка и сама сборка производились государственными предприятиями, а не частными фирмами. Средний темп производства составлял десять танков в месяц.

Производство танков АМХ-30 завершено в 1981 г. Формально обозначение АМХ-30 относится к опытным танкам, серийные машины имели обозначение АМХ-30В, однако литера «В» в индексе танка употребляется крайне редко.

Работы по улучшению боевой эффективности танка начались практически сразу же с запуском его в серию. Первым наиболее заметным отличием стала замена спаренного крупнокалиберного пулемета автоматической пушкой калибра 20 мм с боекомплектом 480 снарядов (скорострельность — 740 выстрелов/мин, начальная скорость снаряда 1050 м/с). Французы пошли своеобразным путем. Вооружить танк малокалиберной автоматической пушкой пытались во многих странах, но в серию запускались танки с пулеметным вспомогательным вооружением. Галлы сделали все наоборот. Тому имелись причины. Ошибочно принято считать, что приоритет в области использования боевых вертолетов принадлежит американцам. На самом деле пионерами стали французы. В Алжире они впервые в мире использовали вертолеты, вооруженные противотанковыми ракетами. Объектами поражения вертолетных ПТУР являлась отнюдь не бронетехника, что, однако, не помешало экспертам правильно оценить возможности перспективного оружия. Пушка на АМХ-30 предназначалась, прежде всего, для борьбы с маловысотными воздушными целями, в то время как крупнокалиберные спаренные пулеметы других танков выполняли роль своего рода дальномеров. Хорошая в теории идея положительного эффекта не дала. Установка автоматической пушки не была подкреплена интеграцией в прицельный комплекс соответствующих радиолокационных или оптических систем наведения. Тем не менее 20-мм пушка на АМХ-30 «прописалась» прочно. Стволы 105-мм орудий серийных танков получили теплоизоляционные кожухи.

В начале 1970-х гг. очевидной стала необходимость замены оптического дальномера лазерным, установки системы стабилизации орудия в двух плоскостях, пассивных ИК приборов ночного видения, автоматизированной системы управления огнем.

Танки АМХ-30В под обозначением АМХ-30Е выпускались в Испании с 1974 по 1983 гг. фирмой Санта-Барбара.

Танк АМХ-30Е — лицензионный вариант АМХ-30В, выпускавшийся в Испании

Схема танка АМХ-30В2

Модификации танка АМХ-30

AMX-30D

Танки AMX-30D выпускались на экспорт для эксплуатации в странах с жарким пустынным климатом. Ходовая часть закрывалась экранами. Экраны предназначались, главным образом, для защиты элементов ходовой части от песка и пыли.

Мощность двигателя понижена до 620 л.с., установлена модернизированная коробка передач, ограничивающая максимальную скорость движения значением 60 км/ч.

АМХ-30В2

Вариант АМХ-30В2 является попыткой «подтянуть» французский основной боевой танк до уровня его собрата-конкурента — германского «Леопарда-1». На АМХ- 30В2 механическая трансмиссия с ручной коробкой передач заменена двухпоточной гидромеханической трансмиссией Валео/SESM ENC-200 с полуавтоматической коробкой передач (пять передач переднего и пять заднего хода). Трансмиссию разрабатывали в течение шести лет, начиная с 1962 г., причем в ее конструкции (с целью снижения стоимости и сроков (!) разработки) использовались узлы американского и швейцарского производства. Вместо оптического установлен лазерный дальномер АРХ М550 с диапазоном измерения дальностей от 320 м до 9995 м, точность измерения +/- 5 м. Лазерный дальномер интегрирован в командирский прицел М427, прицел имеет дневной и ночной (электронно-оптический) каналы. Возможна установка вместо прицела М427 комбинированного дневного/ночного гиростабилизированного прицела М527. Для выработки необходимых для стрельбы данных используется электронная система управления огнем СОТАС. Данная система была разработана для пушечного бронеавтомобиля, первого в мире «колесного танка», AMX-10RC. На АМХ-30В2 используется вариант СОТАС М581 (на АМХ- 10RC — СОТАС М401). Система СОТАС включает телескопический прицел наводчика М544 с 10-кратным увеличением, лазерный дальномер М550, электронный баллистический вычислитель М579 и оптический модуль М421. Интересна оригинальная концепция построения системы управления огнем: нестабилизированная пушка и независимый гиростабилизированный, весьма совершенный, прицел командира. Американцы на ХМ1 (будущем «Абрамсе») применили диаметрально противоположный подход — стабилизированная пушка и зависимый, достаточно простой прицел командира. Решение французов, на первый взгляд, выгладит странно, но оно куда более обосновано, чем подход американцев. Поиск цели в скоротечном бою — задача более важная, нежели просто точный выстрел с движения (при стрельбе с места ХМ1 концептуально преимуществ перед АМХ-30В2 не имел). Условно говоря, на первых «Абрамсах» командир является придатком наводчика — шея вертит головой. На АМХ-32 голова вертит шеей (командир — наводчиком). Избавиться от врожденного недостатка американцы смогли только на М1А2, установив независимый гиростабилизированный прицел командира. Конечно, танкостроители США прекрасно понимали ущербность связанного с орудием командирского прицела, но они, как и их коллеги из Франции, были ограничены в финансовых средствах. Проблемы — одни, пути решения — разные.

Установка новой, более энергоемкой, системы управления огнем вызвало необходимость замены аккумуляторных батарей емкостью 95 А. ч батареями емкостью 125 А.ч.

На танках АМХ-30В2 монтировались низкоуровневые телевизионные обзорные системы. Бронекожух с телекамерой монтировался на маске пушки справа от ствола, правее лазерного дальномера. Вместо телесистемы фирмы Томсон-CSF предусмотрена установка пассивной ИК ночного видения Tomcoh-CSF «Кастор». Телесистема позволяет обнаруживать неподвижные и движущиеся объекты на дальности до 1000 м. Дальность обнаружения объектов инфракрасной системой составляет порядка 4000 м, дальность опознавания — порядка 2000 м. Мониторы, на которых отображается телевизионная или тепловая «картинки», установлены как у наводчика, так и у командира. Вождение танка в ночных условиях обеспечено установкой у механика-водителя электронно-оптических приборов ночного видения ОВ-31А или CN2-516.

Огневую мощь удалось повысить за счет введения в состав боекомплекта 105-мм оперенных бронебойных подкалиберных снарядов.

Улучшена система охлаждения двигателя. Был разработан вариант танка АМХ-30В2 с двигателем HS110-2SR мощностью 800 л.с., однако армия Франции отказалась от закупок танков с дизелями повышенной мощности.

Танки АМХ-30В2 серийно выпускались заводом в Роанне с 1981 по 1986 гг., кроме того, до уровня «В2» было модернизировано несколько сот танков АМХ-30 французской армии. Постройка новых и модернизация старых машин велась параллельно на двух производственных линиях. На вновь построенных машинах была увеличена толщина брони маски пушки.

В начале 1990-х гг. фирма GIAT разработала для танков АМХ- 30В2 комплект навесной динамической защиты BS G2 (BS — Brique de Surblindage), по уровню защищенности эквивалентный стальной броне толщиной 400 мм.

Танк АМХ-30В2 французской армии, оснащенный навесной динамической защитой BS G2

Один из вариантов модернизации танка АМХ-30В2, предложенный фирмой GIAT

БРЭМ AMX-30D

Бронированные машины на шасси танка АМХ-30

Учебный танк

Вместо башни на учебном танке монтируется кабина для инструктора и курсанта.

БРЭМАМХ-30D

БРЭМ предназначена для эвакуации бронетехники с поля боя, замены двигателей и вооружения в полевых условиях, прокладки колонных путей, производства земляных работ. Экипаж из четырех человек (командир, механик-водитель и два механика) располагается в передней части машины, представляющей собой неподвижную бронекоробку. В передней части машины смонтирован бульдозерный отвал. Стрела гидравлического крана грузоподъемностью 13 т (15 т при использовании бульдозерного отвала в качестве опоры) в положении по-походному укладывается вдоль левого борта корпуса. Сектор поворота стрелы крана 240 град. БРЭМ оснащена гидравлической лебедкой с тяговым усилием 35 т, длина троса 80 м; вспомогательная лебедка имеет тяговое усилие 20 т, длина троса 120 м. В задней части крыши корпуса оборудована площадка для транспортировки танкового двигателя. Вооружение — пулемет калибра 7,62 мм, установленный на командирской башенке.

Мостоукладчик на базе АМХ-30

Зенитная самоходно-артиллерийская установка AMX-30DCA

Зенитная самоходная артиллерийская установка AMX 30DCA

САУ 155 mm GCT

Бронированная инженерная машина EBG

Бронированная инженерная машина EBG предназначена для прокладки колонных путей, расчистки завалов на маршрутах движения войск, устройства заграждения, проделывания проходов в заграждениях.

В передней части машины имеется бульдозерный отвал, предусмотрена возможность крепления минного трала или рыхлителя для разработки твердых или мерзлых грунтов. В правой передней части корпуса смонтирована стрела гидравлического крана. В состав оборудования входит гидравлическая лебедка с тяговым усилием 20 т, длина троса 80 м. В средней части крыши корпуса находится башенка кругового вращения с 5- ствольной установкой дистанционного минирования. Каждый ствол/пусковая установка может быть снаряжен пятью противотанковыми минами, которые выстреливаются с помощью пиропатронов. Разработка машины EBG завершена в конце 1980-х гг.

Мостоукладчик

Вместо башни на корпусе мостоукладчика смонтирован удерживающий мостовую сочлененную конструкцию механизм. Длина конструкции в разложенном положении 22 м, ширина 3,94 м, масса 8200 кг. Установка моста занимает около 10 мин. Экипаж мостоукладчика состоит из трех человек — командира, механика-водителя и оператора.

САУ 155 mm GCT

Разработка 155-мм самоходно-артиллерийской установки на шасси танка АМХ-30 началась в 1969 г. Самоходка получила обозначение 155 mm GCT (Grande Cadence de Tir), она предназначалась для замены 105-мм САУ Мк 61 и 155-мм САУ Мк F3. Серийный выпуск установок начался в 1977 г. на заводе в Роанне.

Шасси САУ идентично шасси танка АМХ-30. Вместо танковой башни смонтирована новая башня большего объема, Башня имеет вертикальные борта, кормовой бронелист установлен под небольшим отрицательным углом, лобовой бронелист — наклонный.

В левом и правом бортах башни имеется по дверце. На крыше смонтирована командирская башенка, над сиденьем заряжающего имеется люк. Вооружение — 155-мм орудие, ствол пушки снабжен двухкамерным дульным тормозом. Углы наведения в вертикальной плоскости — от — 4 до +66 град. Автомат заряжения обеспечивает скорострельность 8 выстрелов в минуту. При ручном обслуживании орудия скорострельность снижается до трех выстрелов в минуту. Максимальная дальность стрельбы составляет 18 000 м. Боекомплект 42 выстрела; в состав боекомплекта могут входить любые стандартные боеприпасы калибра 155 мм, используемые в армиях стран НАТО. Перед люком заряжающего может быть смонтирован пулемет калибра 7,62 мм (боекомплект 2050 патронов) или 12,7 мм (боекомплект 800 патронов), В нижней передней части башни монтируется два блока сдвоенных 80-мм дымовых гранатометов.

Экипаж САУ состоит из четырех человек. Места командира и наводчика расположены справа от орудия, заряжающего — слева.

Самоходно-артиллерийские установки 155 mm GCT состоят на вооружении сухопутных войск франции, Ирака, Кувейта, Саудовской Аравии, Алжира.

Башня САУ 155 mm GCT в исследовательских целях была установлена на шасси танка Т-72. «Гибридная» самоходка успешно прошла испытания.

AMX-30DCA

Зенитная самоходно-артиллерийская установка AMX-30DCA представляет собой комбинацию шасси основного боевого танка АМХ-30 и башни S.401 А. В башне установлены две автоматические пушки Испано-Сюиза HSS-831A калибра 30 мм. Скорострельность одной пушки составляет 600 выстрелов в минуту. Прицеливание может осуществляться по оптическому или радиолокационному каналам наведения. В состав системы управления огнем входит импульсная доплеровская РЛС. Параболическая антенна РЛС смонтирована на крыше башни в ее задней части.

Самоходная пусковая установка тактических ядерных ракет «Плутон»

Ходовая часть самоходной пусковой установки тактических ядерных ракет «Плутон» идентична ходовой части танка АМХ-30. Верхняя часть корпуса спроектирована заново. В передней части корпус имеет большую высоту, чем в задней. Ракета крепится к рельсовой направляющей, смонтированной в ангаре коробчатого типа. Ангар установлен на крыше корпуса ближе к корме и занимает примерно две трети длины машины. Диапазон поражения целей — 10-120 км.

Самоходный зенитный ракетный комплекс «Роланд» на шасси AMX-30R

Зенитный ракетный комплекс (ЗРК) «Роланд» разработан французской фирмой Аэроспасьяль и западногерманской Мессершмитт-Бёльков-Блом (МВВ) в 1968 г. ЗРК предназначен для прикрытия от ударов с воздуха высокомобильных соединений сухопутных войск. В ФРГ ЗРК монтировался на шасси БМП «Мардер- 1», во Франции — на шасси основного боевого танка АМХ-30. Ходовая часть боевой машины ЗРК идентична ходовой части танка АМХ-30, верхняя часть корпуса спроектирована заново, его высота значительно увеличена, лобовой бронелист установлен под углом 70 град, к горизонту. На крыше в передней части корпуса монтируется платформа кругового вращения с антеннами РЛС обнаружения и сопровождения воздушных целей в центре и двумя ракетными пусковыми установками по бокам. Боекомплект — десять ракет (две на пусковых установках и восемь в двух вращающихся барабанах, расположенных внутри корпуса). Ракеты способны поражать воздушные цели, летящие на скоростях до М=1,3, в диапазоне дальностей от 500 до 6300 м. Максимальная досягаемость по высоте 3000 м. Масса собственно ЗРК с платформой составляет 6 т.

Экипаж самоходного ЗРК состоит из трех человек: командира, оператора ЗРК и механика-водителя.

Самоходные ЗРК «Роланд» французского производства состоят на вооружении во Франции, Ираке, Катаре и Испании.

Самоходный зенитный ракетный комплекс «Роланд»

Самоходная пусковая установка тактических ядерных ракет «Плутон»

Тактико-технические характеристики танка АМХ-30 и машин на его базе

АМХ-30

155 mm GCT"

БРЭМ

Мостоукладчик***

Экипаж, чел

4

4

4

3

Длина с пушкой вперед, м

9,48

10,25

10,17*

11,50

Длина корпуса, м

6,59

6,7

Ширина, м

3,10

3,15

3,14

3.94

Высота по крыше башни, м

2.28

3,25

2.65**

4,30

Клиренс, м

0,44

0,42

0,44

0,44

Боевая масса,т

36

42

36

42

Максимальная скорость по шоссе, км/ч

64

60

64

' 64

Запас хода по шоссе, км

600

450

600

600

* длина со стрелой крана:

** высота со стрелой крана в положении по-походному;

*** все данные для машины с установленной мостовой конструкцией

Самоходный зенитный ракетный комплекс «Шахин»

Самоходный ЗРК «Шахин» разработан фирмой Томсон-CSF по заказу вооруженных сил Саудовской Аравии. Первая заказанная партия ЗРК поставлена Саудовской Аравии в 1979–1982 гг., вторая — в середине 1980-х гг… Ракетный комплекс разработан на основе ЗРК «Кроталь». ЗРК первой партии поставлялись в буксируемом варианте, второй — в самоходном. Шасси боевой машины создано на основе шасси танка АМХ-30. Ходовая часть осталась неизменной, лишь добавлены бортовые экраны (как у танка AMX-30D). Верхняя часть корпуса полностью перепроектирована, по типу шасси ЗРК «Роланд». Значительно увеличена высота корпуса, надстройка сварена из плоских бронелистов. Лобовой бронелист расположен под углом 70 град, к горизонту, в нем имеется дверца-лаз.

Ближе к передней части машины на крыше корпуса смонтирована платформа кругового вращения с шестью ракетными пусковыми установками и аппаратурой наведения ракет. В состав боекомплекта входят только ракеты, которые находятся в пусковых установках. РЛС обеспечивает наведение на цель одной-двух ракет. Ракеты способны поражать маневрирующие воздушные цели, летящие на скоростях до М=1,2, в диапазоне высот от 15 до 6800 м и дальностей от 500 до 11 500 м.

На вооружении зенитной ракетной батареи состоят четыре самоходные пусковые установки и две машины целеуказания. На машинах целеуказания отсутствуют пусковые установки. РЛС обнаружения воздушных целей позволяет обнаруживать до 40 объектов на дистанции до 18,5 км и 18 из них сопровождать одновременно.

Самоходные ЗРК «Шахин» состоят на вооружении только ВВС и сухопутных войск I Саудовской Аравии.

Эксплуатация танков АМХ-30

Танки АМХ-30 начали поступать в подразделения французской армии в 1966 г. Ими вооружались танковые полки механизированных бригад нового образца («тип 64»), В каждом полку по штату полагалось иметь 54 танка (четыре эскадрона по 13 АМХ-30 в каждом плюс две командирские машины). Основной тактической единицей считался взвод из трех танков. Соответственно в эскадроне имелось три взвода по три танка в каждом и танк командира эскадро на. Помимо танковых эскадронов в состав полка механизированной бригады «64» входил механизированный эскадрон — четыре взвода гусеничных БМП АМХ-10А.

Новая структура бригады вводилась взамен прежней образца «59». Считалось, что более насыщенная бронетехникой бригада будет обладать существенно более высокими наступательными возможностями. Французы выглядели очень большими оптимистами. Арабо-израильская война 1967 г. наглядно продемонстрировала при использовании танков в наступлении приоритет защищенности над подвижностью и огневой мощью, то есть приоритет именно того фактора, который у АМХ-30 стоял на последнем месте.

В середине 1980-х гг. танки АМХ-10 состояли на вооружении танковых дивизий (Division Blindee), в каждом таком соединении насчитывалось от 170 до 190 основных боевых танков АМХ-30. В состав 1-го корпуса со штабом в Метце входили 1-я и 7-я танковые дивизии, в состав 2-го корпуса со штабом в Баден-Бадене — 3-я и 5-я, в состав 3-го корпуса со штабом в Лиле — 2-я и 10-я Division Blindee. Помимо танков (450–500 машин) на вооружении корпуса имелось порядка 150 самоходок 155 mm GST. В особых случаях в распоряжение штаба корпуса мог передаваться полк самоходных пусковых установок тактических ядерных ракет «Плутон». На вооружении сухопутных войск Франции поступило порядка 1200 танков АМХ-30.

Первые танки АМХ-30В2 были переданы французской армии в январе 1982 г.

На начало 2001 г. на вооружении сухопутных войск Франции состояло 200 танков АМХ-30В2, еще 500 находилось на хранении.

Помимо французской армии танки АМХ-30 состоят на вооружении в Венесуэле (70), Греции, Испании (150 в резерве), на Кипре (81), в Катаре (34), Саудовской Аравии (300 на хранении, еще 150 сняты с вооружения), Чили (60).

В боевых действиях танки АМХ-30 принимали участие сугубо номинально: 550 машин, имевшихся в армии Саудовской Аравии в 1990 г., входили в состав группировки Многонациональных сил, но в операции по «усмирению» Саддама Хуссейна участия не принимали. Франция ограничилась отправкой в Персидский залив «колесных танков» — пушечных бронеавтомобилей АМХ-10 и ERC-90.

Танк АМХ-30 на автомобильном транспортере

Дизель MTUMB-833 Ка-501 мощностью 850 л.с. с автоматической трансмиссией ZFLSG-3000 и новой системой охлаждения

«Супер» АМХ-30

Проект модернизации танков АМХ-30, поставленных на экспорт, был разработан во второй половине 1980-х гг. группой западногерманских фирм в составе AEG, Крупп Атлас Электроник, MTU, Вегманн, Диль, ZF и GLS. Впервые публично широкой публике «Супер» АМХ-30 был продемонстрирован в Саудовской Аравии, из-за чего в ряде отечественных изданиях указывается, будто бы машину модернизировали именно под саудовские требования. На самом деле планы немцев были куда амбициознее.

«Ключем» модернизации стала полная замена силового блока. На танке установили дизель MTU МВ-833 Ка-501 мощностью 850 л.с. вместе с полностью автоматической трансмиссией ZF LSG-3000 и новой системой охлаждения. Помимо большей мощности германский двигатель выгодно отличался от французского лучшей приемистостью и меньшим удельным расходом топлива. Емкость топливных баков доводилась до 1028 л. У механика-водителя предусматривалась установка новой приборной доски. Улучшения ходовой части танка заключались в установке новых торсионов, ограничителей вертикального хода опорных катков и гидроамортизаторов на всех узлах подвески. Диаметр самих опорных катков несколько увеличили (до 800 м). За счет нововведений удалось почти вдвое уменьшить величину моментов, передаваемых от ходовой части к корпусу танка. «Супер» АМХ-30 стал гораздо более устойчивой платформой для вооружения, нежели исходный АМХ-30. Гусеница набрана из траков фирмы Диль «тип 234», имеющих ресурс, вдвое больший, чем французские траки.

Равно как и силовая установка, полной замены потребовала система управления огнем. Фирма Крупп Атлас Электроник предложила модульную лазерную систему управления огнем MOLF-30 (Modular Laser Faire Control). В состав системы входит гиростабилизированный комбинированный дневной/ ночной прицел наводчика с встроенным лазерным дальномером. Электрогидравлический привод разворота башни подлежал замене на полностью электрический. По желанию клиента немцы предлагали оснащать танк системой юстировки орудия и дополнительной навесной бронезащитой башни.

«Супер» АМХ-30 представлял собой эквивалент «Леопарда-1А5», до уровня которого АМХ-30В2 так и не дотянулся. Несомненно, куда более удачная по сравнению с АМХ-30В2 западногерманская модель модернизированного танка, тем не менее, не нашла заказчиков. «Супер» АМХ-30 так и остался в стадии прототипа, послужив еще одним примером высокого профессионализма германских танкостроителей.

Ростислав Ангельский

А в чистом поле — система «Град»…

Приятно ли иметь великого соседа? Бельгийцы, чехи, поляки и прочие финны ответят на этот вопрос, не задумываясь. А наши соотечественники впервые со времен Золотой Орды смогли оценить всю прелесть такой ситуации в конце шестидесятых годов, глядя на восток, где, наконец, зарычал Китай — и не на проклятых капиталистов, а на нас, прозванных «предателями и ревизионистами».

Поводом для конфликта в начале 1969 г. послужил необитаемый лесистый островок Даманский, в силу естественного постепенного смещения русла реки Уссури оказавшийся ближе к китайскому берегу, а не к советскому, как было ранее. Первыми применили оружие «китайские братья», убив несколько десятков наших пограничников, пытавшихся восстановить советские права на остров. Несколько недель длились вооруженные стычки. Когда китайцы основательно закрепились на острове, по нему был нанесен удар с использованием новейшей по тому времени реактивной системы залпового огня «Град», надолго вернувший это небольшой клочок суши в первобытное необитаемое состояние.

Более сколько-нибудь крупных вооруженных столкновений на советско-китайской границе не случалось. А столь эффектно примененная система «Град» до настоящего времени является основой неуправляемого реактивного вооружения нашей армии…

В начале пятидесятых годов в части реактивных систем залпового огня была создана система вооружения на базе турбореактивных — то есть стабилизируемых вращением — снарядов. В качестве замены М-13 в 1952 г. был принят на вооружение турбореактивный снаряд М-140Ф. За год до того на смену М-31 пришел М-24Ф. По уровню характеристик они существенно превосходили реактивные снаряды времен Великой Отечественной войны. Поэтому вполне естественным было стремление их создателей, специалистов НИИ-1, вести дальнейшее совершенствование реактивных систем залпового огня в направлении последовательной модернизации послевоенного поколения турбореактивных снарядов, в первую очередь — в направлении увеличения их дальности. Наиболее остро эта проблема стояла для М-24Ф. В 1955 г. на модернизированном образце М-24ФУД за счет облегчения боевой части с соответствующим увеличением двигателя дальность довели до 10,7 км. В конечном счете, путем полуторакратного увеличения массы в 1962 г. была создана модификация МД-24Ф с дальностью 17 км.

Подобный путь был затруднен для более легкого осколочного турбореактивного снаряда М-140Ф, для которого особенно сказы валось сопротивление атмосферы. Вся его траектория пролегала на высотах не более Зкм. Дальнейшее повышение дальности турбореактивного снаряда было в принципе затруднено тем, что для обеспечения устойчивого полета за счет стабилизации вращением такой реактивный снаряд должен был обладать значительным моментом инерции относительно продольной оси. Это дости галось отнесением масс от этой оси — диаметр турбореактивных снарядов всего в несколько раз уступал их длине, что приводило к большому аэродинамическому сопротивлению.

Поэтому объективно для дальнобойных систем более перспективной являлась традиционная для советской техники схема оперенного реактивного снаряда с аэродинамической стабилизацией. По этой схеме был выполнен разработанный в НИИ-1 снаряд МД-20. Однако за счет больших поперечных размеров он плохо размещался на боевой машине. При одном и том же шасси ЗиС-151 БМД-20 несла всего 4 оперенных снаряда МД-20 против 12 турбореактивных снарядов М-24Ф на БМ-24.

Было бы трудно ожидать от конструкторов, создавших М-140Ф, что они откажутся от полюбившейся им схемы турбореактивного снаряда. Напомним, что они начинали свою работу в московском КБ-2 и были переведены в также столичный НИИ-1 только в конце 1951 г. При этом в бывшем КБ-2, в это же время преобразованном в ГС НИИ-642, остались приверженцы схемы оперенного снаряда, во главе с А.Д. Надирадзе работавшие над зенитной реактивной системой «Стриж», создававшейся по Постановлению Правительства от 4 декабря 1950 г. № 4811–2092.

Отметим, что первые работы в области неуправляемых зенитных ракет, правда, применительно к ракетам на жидком топливе, велись со второй половины сороковых годов в подлипкинском НИИ-88 коллективами конструкторов во главе с П.И. Костиным, а затем — с Д.Д. Севруком. Первоначально предусматривалось воспроизведение немецкого реактивного снаряда «Тайфун-ф». Но в дальнейшем, исходя из стремительного роста летно-технических характеристик самолетов вероятного противника, перешли к созданию более мощной жидкостной ракеты под наименованием Р-110 «Чирок».

Сама идея применения неуправляемых реактивных снарядов для залповой стрельбы по воздушным целям была вполне здравой в рамках техники и тактики Второй мировой войны. Потолок бомбардировщиков постоянно увеличивался и, с учетом тенденций его дальнейшего роста, борьба с ними оказывалась по силам только артиллерийским системам калибра 100 мм, а то и 130 мм с низкой скорострельностью. За время нахождения цели в зоне зенитного огня такое орудие успевало произвести максимум десяток выстрелов, что было явно недостаточно для ее поражения со сколько-нибудь приемлемой вероятностью. Залп батареи реактивных систем, обрушивающий на характерные для того времени плотные боевые порядки бомбардировщиков рой из сотен, а то и тысяч реактивных снарядов, позволил бы не только уничтожить десятки вражеских самолетов, но и нанести противнику несомненный морально-психологический урон, подобный воздействию тех же «катюш» на боевой дух вражеской пехоты.

Однако заимствованную у немцев идею использования в этих снарядах жидкого топлива никак нельзя признать особо удачной. Исходя из условий применения, от реактивных снарядов требовалась высокая тяговооруженность, а применение мощного двигателя приводило к утрате одного из важнейших преимуществ жидкостной двигательной установки — легкости конструкции. В данном случае более подходил твердотопливный двигатель, тем более что и опыта у советских конструкторов в этой области было намного больше. Поэтому в параллель с жидкостным снарядом «Чирок» Правительство развернуло работу и по двум твердотопливным вариантам. Создание реактивного снаряда «Ворон» поручили коллективу ЦНИИ-58 во главе со знаменитым артиллерийским конструктором В.Г. Грабиным, а его альтернативы «Стриж» — коллективу А Д. Надирадзе.

Основным отличием в техническом облике разрабатывавшихся твердотопливных зенитных снарядов была реализация различных путей обеспечения безопасности прикрываемого объекта от побочных эффектов огня его же защитников. Применительно к снарядам ствольной артиллерии эта задача решалась довольно просто — не нашедший свою цель снаряд подрывался дистанционным взрывателем или специальным самоликвидатором, так что на землю обрушивались относительно легкие оскол-

ки, представляющие некоторую опасность только для неукрытой живой силы войск или гражданского населения. При стрельбе реактивными снарядами их боевые части также можно было бы в любом случае подорвать. Однако при этом оставалась невредимой двигательная установка. Стальная труба массой в два десятка килограммов, при падении с высоты более десяти километров была способна разнести легкие сооружения и объекты самоходной техники.

Поэтому конструкторы грабинского коллектива решились подрывать не только боевую часть реактивного снаряда «Ворон», но и двигательную установку. Для этого по завершении работы двигателя в его камеру сгорания вбрасывалась цепочка выполненных в виде стержней зарядов, которая далее подрывалась для разрушения двигательной установки. Конструкторы коллектива Надирадзе оснастили свой реактивный снаряд парашютом, применение которого обеспечивало если не безударное, то хотя бы не катастрофическое соприкосновение корпуса реактивного снаряда с наземными объектами при приземлении.

Выбор схемы оперенного реактивного снаряда был вполне естественным для зенитной системы с большой максимальной скоростью, необходимой для достижения заданной высоты поражения целей. Эта особенность, наряду с необходимостью размещения на пусковой установке большего числа реактивных снарядов для достижения эффективного мощного залпа, определила исполнение зенитной ракеты в рекордно большом удлинении — более 25, что способствовало снижению аэродинамического сопротивления ракеты, а также и уменьшению поперечных габаритов. Размах стабилизаторов снижался вслед за уменьшением калибра ракеты, что существенно облегчило задачу компоновки множества реактивных снарядов на пусковой установке.

Нужно отметить, что уже на стадии выпуска эскизного проекта в 1951 г. создатели «Стрижа» столкнулись с существенными затруднениями. Принятая прогрессивная схема двигателя с прикрытием стальных стенок его корпуса внутренним теплозащитным покрытием не была обеспечена соответствующими освоенными промышленностью материалами. По результатам отработки теплозащитное покрытие оказалось не влагостойким. Пришлось перейти на более традиционную схему, но применение теплозащиты задавалось правительственным Постановлением и отказ от ее использования требовал утверждения также на высочайшем уровне.

И действительно, последующим Постановлением от 19 августа 1953 г. № 2469–1022 было специально оговорено отсутствие теплозащиты в конструкции двигателя. Но до того отказ от применения теплозащиты послужил Заказчику основанием для того, чтобы не утверждать представленный проект.

Тем не менее в 1952–1953 гг. было изготовлено более 600 снарядов. В мае- июне 1953 г. на полигоне Капустин Яр провели стрельбы по самолетам-мишеням Ил-4. Цели были успешно поражены. Кроме того, 245 пусков осуществили для подтверждения основных летно-тактических характеристик, в том числе 152 пуска по наземным целям для подтверждения дальности и кучности, 56 — для поверки досягаемости по высоте, 27 — для отработки парашютной системы. В августе 1953 г. контрольно-конструкторскими испытаниями с пуском 40 реактивных снарядов подтверждена досягаемость по высоте 13,5 км.

В целом заводские испытания завершились с положительным результатом. Но доработка конструкции продолжалась. В следующем году была разработана новая конструкция топливного заряда, упрочненное парашютное устройство. Тогда же была изготовлена партия из 250 снарядов для контрольных испытаний, осуществленных в июле — октябре 1954 г. Было произведено 60 подрывов штатных боевых частей разработки ГНИИ-692 с взрывателями В-558, созданными в ГСКБ-604.

Для государственных испытаний надлежало изготовить 2500 реактивных снарядов. На полигон были поставлены две буксируемые пусковые установки, каждая из которых включала 120 направляющих в виде труб длиной 3,2 м. Для обеспечения проворота реактивного снаряда в полете направляющие были закручены по спирали под углом 2°. Испытывался также вариант направляющих с углом закрутки 3,83". Пусковые установки представляли собой довольно громоздкие устройства длиной 9,1 м при ширине 3 м и высоте 3,4 м. Масса пусковой установки в транспортном положении составляла 12 т, а в боевом, с загруженным боекомплектом — более 20 т. За счет использования гидравлического привода разработки ЦНИИ-173 закрепленный на стреле пакет направляющих наводился по углу места со скоростью 9'/с в пределах от 30’ до 88’ при возможности кругового разворота по азимуту со скоростью до 20‘/с. Развертывание пусковой установки из транспортного положения в боевое, как и проведение обратных операций по свертыванию, длилось час. Намного быстрей проводилось заряжение — всего за пять минут, что представляется очень неплохим показателем для столь многоствольной системы. Залп реактивных снарядов мог осуществляться в течение временного интервала от 6 до 30 секунд. Первая пусковая установка, спроектированная в ГС НИИ-642 и изготовленная на ленинградском заводе «Большевик», прошла заводские испытания в 1954 г.

Наведение пусковой установки осуществлялось по данным, поступающим от счетно-решающей аппаратуры, взаимодействующей с наиболее мощной потому времени радиолокационной станцией орудийной наводки СОН-30. Разработка средств управления стрельбой велась НИИ-20. Предусматривалось объединять пусковые установки в батареи по 12 единиц, что давало суммарный залп из 1440 реактивных снарядов.

К этому времени определились и основные характеристики реактивного снаряда. При калибре 115 мм его длина составила 2,94 м, стартовая масса — 53,65 кг, из которых 1,6 кг приходилось на тротил, залитый в его боевую часть. Масса топливного заряда, разработанного в люберецком ГНИИ-125, составила 18,64 кг. Досягаемость по высоте цели, удаленной на 5 км в горизонтальной плоскости, составляла 13,9 км, при этом время достижения этой высоты реактивным снарядом равнялось 37,4 с. Кучность в плоскости, перпендикулярной направлению стрельбы, составляла 1/144 от дальности.

В I квартале 1956 г. удалось завершить первый этап полигонных испытаний, а к концу года — начать испытания для определения эффективности системы в целом. К этому времени удалось подготовить средства управления стрельбой, радиолокационную станцию СОН-30, три пусковых установки. По результатам этих испытаний, завершившихся в июне 1957 г., несмотря на общее соответствие определенных в ходе пусков характеристик требованиям заказчика, по заключению государственной комиссии было сочтено нецелесообразным принимать РЗС-115 на вооружение.

Формально данное решение мотивировалось отсутствием существенных преимуществ перед ствольными зенитными системами и недостаточной эффективностью при действии по низколетящим целям. Однако основными факторами, определившими отказ от системы, стали:

— дальнейшее совершенствование средств воздушного нападения — потолок английских реактивных бомбардировщиков превысил 15–17 км;

— выход на этап комплексных испытаний несравнимо более эффективной перевозимой системы СА-75. Остается только вслед за широко эрудированными знатоками истории военной техники посетовать на отсутствие реактивных снарядов «Стриж» у героических бойцов Ким Ир Сена в 1950 г, распространив свою печаль также и на нехватку пулеметов у защитников Козельска в 1238 г.

Практически одновременно с прекращением работ по системе «Стриж» столь же бесплодно окончились работы и по ее жидкостному конкуренту — ракете «Чирок». Еще раньше, в силу перепрофилирования тематики работы ЦНИИ-58 на ядерную технику коллектив Грабина прекратил разработку доведенного до стадии летных испытаний реактивного снаряда «Ворон».

Возвращаясь к более ранним событиям, отметим, что с учетом успехов поступления на вооружение в 1955 г. первой стационарной системы зенитного управляемого ракетного оружия С-25, перспективность дальнейших работ по неуправляемой зенитной тематике представлялась очень сомнительной.

В этой обстановке и возникла идея использовать более или менее отработанный неуправляемый реактивный снаряд для решения более традиционной задачи — поражения наземных целей, прежде всего живой силы и небронированной техники противника.

В соответствии с решением Совета Министров № 17 от 3 января 1956 г. в ГС НИИ-642 была проведена разработка проекта полевого осколочно-фугасного снаряда на базе отработанной ракетной части снаряда «Стриж». Работа не ограничивалась «бумагой» — на Софринском полигоне подорвали 325 боевых частей разработки ГНИИ-582 МОМ. Боевая часть была практически единственным элементом новой разработки — все остальные компоненты реактивного снаряда уже достаточно проверили в составе зенитного варианта. По результатам отработки осколочное действие боевой части нового реактивного снаряда оказалось на уровне М-140Ф, фугасное — 152- мм артиллерийского снаряда. При взрыве образовывалось более 2000 осколков массой в среднем по 43 г. Корпус снаряда был выполнен из стали толщиной 7 мм.

Неуправляемый реактивный снаряд «Стриж» имел калибр 115,2 мм при длине 2965 мм. Большое удлинение способствовало снижению потерь скорости на преодоление аэродинамического сопротивления. Масса реактивного снаряда увеличилась до 61,5 кг за счет применения более тяжелой, в сравнении с зенитным вариантом, боевой части массой 16,5 кг, из которых 5,5 кг приходилось на взрывчатое вещество — тротил.

В силу технологических ограничений корпус двигателя состоял из двух соединенных муфтой стальных труб. Топливный заряд также состоял из двух полузарядов суммарной массой 18,7 кг. Как и на МД-20, сопловой блок двигателя включал 7 конических сопел.

Были разработаны проекты боевых машины на базе СУ-100П с 30 направляющими (масса — 24 т) и ЯМЗ-214 (в дальнейшем — КрАЗ-214) с 60 направляющими Длительность залпа составляла 10–12 секунд. Скорость боевой машины достигала 40 км/ час. По расчетным данным, подтвержденным результатами испытаний зенитной модификации реактивного снаряда, максимальная дальность по наземным целям должна была составить 20,5 км, кучность в направлении стрельбы — 1/200, по боковому направлению — 1/120 от дальности пуска.

Залп 60 реактивных снарядов с одной боевой машины не имел себе равных среди когда-либо созданных систем, но выЬор в качестве базового шасси автомобиля КрАЗ представлялся не вполне удачным — эта дорогая машина не находилась в массовом производстве. Поэтому была проработана и боевая машина на базе ЗиС-151 с 22 направляющими. Даже в этом варианте число реактивных снарядов в полтора раза превышало соответствующий показатель БМ-14, а дальность их пуска вдвое превосходила М-140Ф.

Однако перспективная работа по созданию полевой реактивной системы на базе «Стрижа» не была завершена. Вскоре последовала ликвидация ГС НИИ-642 как самостоятельной организации, связанная с присоединением к коллективу В.Н, Челомея с переходом на тематику корабельных крылатых ракет. Правда, как сам А.Д. Надирадзе, так и ряд его ведущих сотрудников вскоре перевелись в НИИ-1, но там они не продолжили традиционную для этой организации работу по реактивным системам залпового огня, а занялись решением другой, намного более сложной задачи — созданием твердотопливных управляемых баллистических ракет оперативно-тактического, а затем и стратегического назначения.

Боевая машина на базе СУ-100П с 30 направляющими (проект)

Боевая машина на базе автомобиля ЯМЗ-214 С 60 направляющими (проект)

Но работы по созданию новой полевой реактивной системы залпового огня нашли продолжение в другой организации — тульском НИИ-147, созданном по приказу Наркома боеприпасов № 276 от 24 июля 1945 г. для решения задач технологического обеспечения массового производства гильз обычных артиллерийских выстрелов. В ходе работ этой организацией было освоено изготовление гильз посредством операции глубокой вытяжки. Эта новая технология обеспечивала и производство более толстостенных и прочных оболочек, которыми являются камеры сгорания двигателей реактивных снарядов. К этому времени сложилась благоприятная обстановка для перехода НИИ-147 от решения частной задачи — технологического обеспечения производства боеприпасов к более сложной и комплексной — разработке реактивной системы залпового огня. Этому способствовало и некоторое ослабление конкуренции. Как раз в эти годы другая организация, ранее добившаяся несомненных успехов в создании реактивных систем залпового огня и, по сути, монополизировавшая их разработку — НИИ-1, — в свою очередь поднялась на следующую, более высокую ступень в иерархии конструкторских бюро оборонных отраслей, перейдя к разработке управляемых баллистических ракет.

Работы в НИИ-147 были начаты под руководством А.Н. Ганичева в инициативном порядке еще в 1957 г. Спустя два года их проведение было поддержано приказом Председателя госкомитета по оборонной технике от 24 февраля 1959 г., а еще через год — Постановлением Правительства от 30 мая 1960 г. № 578–236. Основные требования заказчика были сведены в тактико-технических требованиях № 0010044, утвержденных 10 октября 1960 г.

Разработка полевой дивизионной реактивной системы «Град» в целом и реактивного снаряда М-210Ф поручалась НИИ-147, порохового заряда двигателя — НИИ-6, боевой части — ГСКБ-47, боевой машины — СКБ-203.

Разрабатываемое изделие по конструктивной схеме и основным характеристикам, в том числе по максимальной дальности, массе и габаритам, было весьма близко к РЗС-115. Массовые показатели топливного заряда и наполнения боевой части возросли пропорционально увеличению площади миделя при росте калибра реактивного снаряда со 115 до 122 мм — величины, более традиционной для отечественных артиллерийских снарядов.

Но при этом в конструкцию реактивного снаряда было внесено важнейшее новшество — раскрываемое при старте оперение. Само по себе оно не было изобретением тульских конструкторов. Известно, что в годы Второй мировой войны немцы довольно широко применяли ракету R-4M, многочисленные удлиненные перья стабилизаторов которой в сложенном положении занимали пространство вокруг специально удлиненного сопла двигателя, а после выхода ракеты из пускового устройства откидывались назад, образуя своего рода подобие прутьев веника. Однако такая конструкция требовала искусственного удлинения сопла ракеты, тем самым увеличивая ее вес и габариты. В конструкции ракеты системы «Град» была принята другая схема. Перо стабилизатора было выполнено не плоским, а в форме сектора цилиндра, изогнутым при виде спереди по дуге с радиусом, близким к половине диаметра ракеты. Разработчики именовали такую форму «вороньим крылом». В сложенном положении поверхности стабилизаторов как бы продолжали цилиндр корпуса двигателя ракеты. Раскрытие блока стабилизаторов, до старта удерживаемых кольцом, осуществлялось пружинным механизмом. В раскрытом положении лопасти стабилизатора были повернуты на 1" по отношению к плоскости, проходящей через продольную ось реактивного снаряда, что обеспечивало закрутку относительно данной оси для осреднения влияния эксцентриситетов тяги и центра масс.

Разумеется, как всякое техническое решение, применение раскрываемого оперения было связано с решением ряда проблем. В частности, сам процесс раскрытия осуществлялся не одновременно по всем лопастям стабилизатора. При этом в движение реактивного снаряда вносились дополнительные возмущения в самом начале его разгонного участка, что могло привести к недопустимому ухудшению кучности. Для устранения этих логически вполне мотивированных возражений против нового технического решения оно было опробовано в деле. На полигоне под Нижним Тагилом провели сравнительные стрельбы двух вариантов опытных пусковых установок на базе переделанных БМ-14 — для снарядов со стационарным и с раскрываемым оперением. Существенных отличий по кучности не наблюдалось, что позволило принять для дальнейшей разработки вариант с раскрываемым оперением и скомпоновать компактную пусковую установку с трубчатыми направляющими, практически полностью использовав грузоподъемность шасси. Разумеется, при этом потребовалось обеспечить высокую точность изготовления трубчатой направляющей и сохранения ее формы при сборе пакета направляющих. Трубчатые направляющие применялись и ранее в пусковых установках турбореактивных снарядов, но там технологические задачи упрощались малой длиной как направляющих, так и снарядов. Для пусковой «Града» заданная форма направляющей должна была обеспечиваться с точностью 0,5 мм на длине около 3 м.

Таким образом, А Н. Ганичеву и его сотрудникам удалось при большом удлинении оперенного реактивного снаряда по поперечным габаритам не выйти за пределы его диаметра, что ранее удавалось только при использовании турбореактивных снарядов. Тем самым они совместили достоинства обеих основных схем, применявшихся в реактивных системах залпового огня.

В остальном компоновка реактивного снаряда соответствовала традициям, сложившимся в данной области техники. В передней части за головным контактным взрывателем МРВ размещалась осколочная боевая часть массой 19,35 кг, содержащая 6,3 кг взрывчатого вещества. Далее располагался изготовленный из стали корпус двигателя, из-за большого удлинения выполненный из двух цилиндрических секций, связанных резьбовым соединением. Сопловой блок, как и на снарядах БМ-20 и «Стриж», состоял из центрального и шести периферийных сопел. Сопла в сверхзвуковой части имели форму конуса с углом 30". Диаметр критического сечения сопла составлял около 19 мм, среза — 37 мм.

На внутреннюю поверхность корпуса двигателя было нанесено теплозащитное покрытие В-58 толщиной в треть миллиметра. Как показала экспериментальная отработка вариантов двигателей без такого покрытия, оно обеспечивало не только предохранение его стального корпуса от нагрева с соответствующим снижением прочности, но также существенно сокращало потери выделяющейся при сгорании энергии топлива на прогрев конструкции, обеспечивало требуемые высокий удельный импульс и повышенную скорость горения заряда.

Заряд твердого топлива, разработанный под руководством Б.Н. Фомина, по технологическим соображениям также был выполнен из двух полузарядов, несколько различных между собой. В частности, хвостовой полузаряд имел больший зазор между стенками корпуса и топливом — нужно было обеспечить достаточное проходное сечение для продуктов сгорания топлива как переднего, так и хвостового полузарядов. В этой части также прослеживается большая общность с зенитным реактивным снарядом «Стриж».

К началу шестидесятых годов широкомасштабная война в Европе еще считалась достаточно вероятной. Но уже были осознаны некоторые ее особенности, в частности неизбежное разрушение оборонной промышленности. Поэтому считалось необходимым еще в мирное время накопить достаточный запас боеприпасов, который предстояло хранить неопределенно длительное время до того славного часа, когда все это будет обрушено нашими победоносными войсками на головы врагов. Исходя из этого, для реактивных снарядов был установлен гарантийный срок хранения 20 лет. При размещении их в горизонтальном положении за эти десятилетия корпус деформировался, и во избежание разрушения топливного заряда он был отделен от стенок камеры двигателя зазором 4 мм для головного полузаряда и 9 мм — для хвостового. Фиксация полузарядов осуществлялась посредством наклеенных на каждый из них шести «сухарей» размером 50 х 10 мм, изготовленных из того же топлива. Торцы полузарядов бронировались наклеенными шайбами из нитролинолиума.

В топливном заряде была использована рецептура РСИ-12М, разработанная ранее сотрудником НИИ-6 B.C. Лерновым и состоящая из 56 % ксилидина, 26,7 % нитроглицирина, 10,5 % динитротолуола, 3 % централита. В состав заряда входили также катализаторы и технологические добавки.

Общий вид снаряда М-210Ф

1- взрыватель МРВ-У или МРВ; 2 — головная часть; 3- ракетная часть; 4 — тормозное кольцо (большое)

Блок стабилизатора

Стабилизаторы в раскрытом положении.

Сравнительная схема реактивных снарядов «Стриж» (вверху) и «Град» (внизу)

Между полузарядами размещался воспламенитель с 80 г крупнозернистого дымного пороха КЗДП-1 и 2 г пороха ДРП-1, находящимися в отдельных перкалевых мешочках. Ток на два электрозапала МБ-2Н подавался по проводам, проложенным через центральное сопло и канал хвостового полузаряда.

Суммарная масса двух полузарядов с «сухарями» и шайбами составляла 20,6 кг, корпуса ракетной части — 24,5 кг (со стабилизаторами — 26,4 кг).

При создании системы «Град» наряду с новым разработчиком системы в целом и реактивного снаряда сменилась и организация, проектирующая и отрабатывающая боевую машину. К этому времени СКБ под руководством Бармина сосредоточилось на «большой» ракетной технике — пусковых для управляемых баллистических и космических ракет. Расположенное в Свердловске СКБ-203 (в дальнейшем — Государственное СКБ компрессорного машиностроения, ныне — Екатеринбургское ОАО НПП «Старт», генеральный директор — главный конструктор — Г.М. Муратшин), руководимое А.И. Яскиным, еще с начала пятидесятых годов подключилось к модернизации боевых машин для реактивных систем, для начала разработав БМ-14-17. На этапе создания системы «Град» СКБ-203 вышло на ведущую роль в работах по наземной компоненте нового комплекса.

Боевая машина БМ-21, носившая также и характерное для минометного вооружения Советской Армии обозначение 2Б5, была скомпонована на только готовившемся в производство шасси Урал-375Д, по грузоподъемности на бездорожье раза в полтора превосходившем ранее использовавшийся для размещения реактивных систем ЗиС-151. Показательно то, что одно из первых изготовленных шасси Урал-375 еще в 1960 г. было направлено в Свердловск, где в следующем году на нем смонтировали макетный образец пусковой установки. К концу 1961 г. первые две боевые машины прошли заводские испытания.

Сорок трубчатых направляющих внутренним диаметром 112,4 мм, длиной 3 м были расположены в 4 горизонтальных ряда и объединены в так называемый пакет. На внутренней поверхности трубы имелся винтовой П-образный паз под размещенный на внешней поверхности реактивного снаряда штифт, посредством чего обеспечивался начальный проворот снаряда на стартовом участке. Для наведения в вертикальной плоскости с углом возвышения до 55° использовался подъемный механизм в виде зубчатого сектора, взаимодействующего с шестерней. Поворотный механизм, включающий зубчатую шестерню и зубчатую внутреннюю поверхность погона, обеспечивал разворот пакета направляющих на углы до 70° вправо и до 110° влево от направления вперед по продольной оси боевой машины. В пределах горизонтального сектора наведения до ±34° над кабиной минимальный угол возвышения ограничивался величиной 11°.

Впервые примененный на реактивной системе залпового огня электропривод обеспечивал скорости наведения до 5°/с по вертикали и до 7°/с по горизонтали. При необходимости допускалось и ручное наведение, которое осуществлялось намного медленнее. Торсионный уравновешивающий механизм представлял собой два пакета пружин, работающих на кручение. Длина боевой машины в походном положении составляла 7,35 м, ширина — 2,4 м, высота — 3,09 м, масса (без боекомплекта) — 10, 87 т, а в боевом положении -13,7 т.

БМ-21 (вид слева)

БМ-21 в походном положении

БМ-21 (вид сзади)

Пакет направляющих системы «Град»

Боевые машины комплектовались радиостанциями Р-106М. Нужно отметить и то, что боевая машина БМ-21 отличалась от своих предшественниц и своего рода аккуратностью компоновки — большинство механизмов было укрыто под кожухами люльки и поворотного основания. Наряду с эстетическими достоинствами этим обеспечивалась большая надежность устройств и агрегатов при эксплуатации. Для ускорения операций развертывания на огневой позиции и свертывания не предусматривалось вывешивания боевой машины на домкратах, а требуемая устойчивость при пуске реактивных снарядов предусматривалась отключением подрессоривания задних мостов.

Огневые стендовые испытания двигателей реактивных снарядов были начаты уже в 1960 г., при этом в рамках заводских испытаний было проведено 53 прожига, государственных — 81. Вскоре приступили и к полигонным пускам.

Государственные полигонные испытания начались 1 марта 1962 г. и проводились с задействованием двух боевых машин на полигоне Ржевка под Ленинградом. При их проведении имели место поломки боевой машины. Для устранения их предпосылок путем использования легированных сталей усилили задний мост шасси. Кроме того, ограничились отключением подрессоривания только одного из мостов ходовой части вместо ранее производившейся аналогичной операции с обоими задними мостами. Этого оказалось достаточно для придания необходимой устойчивости боевой машине при стрельбе, а нагрузки не превысили допустимый уровень.

Постановлением Совета Министров от 28 марта 1963 г. реактивная система залпового огня БМ-21 «Град» была принята на вооружение, а в соответствии с Постановлением от 29 января 1964 г. № 98–32 передана в серийное производство. Фактически система стала поступать в войска только в следующем году, когда в Миассе было, наконец, развернуто серийное производство шасси для БМ-21 — Урал-375Д.

Отметим, что обозначения БМ-21 и М-210Ф нарушили идущую еще от первых «катюш» традицию соответствия цифр в индексе боевой машины и снаряда калибру реактивного снаряда, округленному до сантиметра, прослеживающуюся с наименований М-13 и М-8 для 132-мм и 82-мм реактивных снарядов. Впрочем, число «21» в обозначении «Града», при желании, можно соотнести с округленным значением максимальной дальности пуска.

Максимальная дальность 20,65 км несколько превысила заданную величину 20 км, так же как и масса реактивного снаряда, составившая 66,5 кг вместо 65 кг. По осколочному действию боевая часть была в два раза эффективней М-140Ф, а по фугасному — всего в 1,7 раза, в чем сказалось большее удлинение нового реактивного снаряда. Кучность в направлении стрельбы составила 1/180, по боковому направлению — 1/110 от дальности. При пусках на дальность 20 км половина попаданий укладывалась в пределах удаления 200–300 м относительно центра группирования разрывов. Максимальная скорость реактивного снаряда составляла около 690 м/с.

Для сохранения приемлемой кучности при стрельбе в диапазоне дальностей от 12 до 15,9 км между головным взрывателем и боевой частью реактивного снаряда крепилось малое тормозное кольцо, на меньшие дальности — большое. В результате пуски проводились без использования крайне крутых или настильных траекторий, применение которых сопряжено с большим рассеиванием снарядов. Залп одной боевой машины обеспечивал площади поражения живой силы около 1000 м2, а небронированной техники — 840 м2. Продолжительность залпа одной БМ-21 — 20 секунд. При необходимости залп можно было производить не из кабины, а с выносного пульта, отнесенного на несколько десятков метров.

В ходе развертывания серийного производства боевых машин и реактивных снарядов была создана автоматическая линия по выпуску топливных зарядов. На ней обеспечивалось автоматическое формирование полузарядов, их перегрузка, контроль геометрии, взвешивание, приклеивание «сухарей» и торцевых шайб, нанесение маркировки. Упаковка полузарядов в тару велась в полуавтоматическом режиме.

БМ-21 научениях Советской Армии

БМ-21 на марше

Постепенно технология изготовления и эксплуатации зарядов упрощалась. Были расширены допуски на инородные и воздушные включения, стало допускаться хранение зарядов в негерметичной таре. В конце шестидесятых годов было отработано изготовление заряда из более плотного топлива РСТ-4К, что позволило при сохранении требуемой массы несколько сократить размеры и унифицировать геометрию полузарядов.

Взамен приклеенных «сухарей» применили небольшие выступы — зиги на внешней поверхности, формируемые в процессе изготовления шашек.

Несколько позже было освоено производство топливных полузарядов с использованием специальной рецептуры, при изготовлении которой использовались продукты переработки топливных зарядов, извлекаемых из устаревших реактивных снарядов с истекшим гарантийным сроком эксплуатации. Производство таких зарядов с зигами, без наклеиваемых «сухарей», из переделочных рецептур велось в 1975–1980 гг.

В ходе производства топливных зарядов столкнулись с необъяснимым, на первых порах, явлением. Иногда при пусках на морозе через секунду-другую от окончания работы двигателя раздавался довольно громкий звук, получивший в дальнейшем мудреное наименование «вторичного акустического эффекта». Сила этого звука была достаточной для того, чтобы представители заказчика приостановили приемку продукции. Специально созванная комиссия по результатам множества специально выполненных огневых стендовых испытаний и стрельб, с одной стороны, убедилась в безвредности этого эффекта, а с другой — нашла ему объяснение в замедленном горении головного полузаряда по отношении к хвостовому. Как выяснилось, в ряде случаев скорости горения полузарядов отличались на 15 %. Беспокоящее явление было устранено применением для формирования головных полузарядов партий пороха с большей скоростью горения.

Окончание следует

Р. Уланов

Полковой миномет

Летом 1942 года командование германской армией, пытаясь взять реванш за провал «Блицкрига», поражение в белоснежных полях под Москвой, увязнув вокруг героического Ленинграда, ударило на южном участке фронта, протянувшегося от Баренцева до Черного моря. Захватив Харьков, Донбасс, Ростов-на-Дону, немцы вышли на Северном Кавказе в Дарьялское ущелье. Альпийские стрелки водрузили флаг с фашистской свастикой на Эльбрусе. Но главный удар предназначался Сталинграду.

После неудачных налетов на Москву немецкая бомбардировочная авиация обрушилась на волжские города и особенно на промышленный гигант — город Горький.

После окончания 10 класса школы, работая в механическом цехе небольшого московского районного завода, я с нетерпением ждал повестки из Военкомата.

В октябре 1941 г., собрав в котомку пару белья, портянки, буханку хлеба и десяток сваренных вкрутую яиц, я отправился на станцию Мантурово. Считая себя интеллигентным человеком, я взял с собой полюбившуюся книгу: Ф. Энгельс — «Диалектика природы».

На запасном пути станции стояло с десяток двухосных крытых вагонов. Вокруг дверей — толпа новобранцев и провожающих. Деревенские ребята, не надеясь на казенный харч, тащили мешки с сухарями, некоторые — по два.

В городе Котельниче к нашему поезду присоединили еще несколько вагонов. На станции Сухо-Безводная поезд остановился. На только начинавшем светлеть ночном небе со стороны города, вызывая страх, светились тысячи красно-оранжевых звездочек. Переливаясь и беззвучно танцуя, они, не падая, создавали космическое зрелище. Это была картина войны. Ее я наблюдал в небе Москвы в июле 1941 года, сидя на крыше своего дома на Кузнецком мосту. По крышам домов горохом рассыпались осколки наших зенитных снарядов. По высоте и величине фронта сверкающих огоньков чувствовалось, что Горький хорошо защищен.

Наш эшелон, как и другие, был подан на Армаданский вокзал. Бесконечным потоком, поднимаясь по крутой улице, шли юноши — защитники Родины, ее надежда и спасение. На середине подъема, поперек, освобождая проезжую часть, стоял блестящий черный лимузин ЗиС-101. В открытую заднюю дверь, поставив на землю ноги в дорогих желтых туфлях, сидел человек в сером костюме с вьющимися волосами, закрывающими уши. Черный галстук-бабочка дополнял его необычный вид. Глядя на него и натыкаясь друг на друга, смотрели мальчики на это чудо. Сердце мое забилось от волнения. Пройдя несколько шагов в гору, я понял: это был автор «Детства Никиты», «Аэлиты», «Гиперболоида инженера Гарина», «Петра первого» Алексей Николаевич Толстой. Внимательно смотрел на проходящих мальчишек. О чем думал он? Что предстоит в страшной войне? Много ли их вернется домой?

В конце подъема за несколькими столами сидели военные, разводящие поток новобранцев на три ручья. Тощеньких и невидных отбирали в пехоту. Коротких крепышей — в танкисты, тех, кто был покрупней — в артиллерию. Я попал в 20-й запасной артиллерийский полк в минометный дивизион, в батарею тяжелых 120-мм полковых минометов.

Траектория полета снарядов: 1 — из пушки; 2 — из гаубицы; 3 — из миномета

Миномет представляет собой особый вид артиллерийского орудия, построенного по жесткой схеме. Отсутствие противооткатных устройств сил отдачи поглощается грунтом. Такая схема возможна и целесообразна при крутой траектории полета снаряда, поражающего цель навесным огнем. Этот вид огня наиболее эффективен при уничтожении цели, зарытой в землю, защищенной укрытиями или складками местности. При равных массах мины и снаряда, выпущенного из пушки, общий вес миномета в 12–15 раз меньше веса пушки. Скорострельность миномета, заряжаемого со стороны дульного среза, в 1,5–2,0 раза выше пушечной.

Сопоставление траекторий полета снарядов пушки, гаубицы и миномета показано на нашем рисунке.

В 1937–1938 гг. конструкторская группа под руководством Б.И. Шавырина разработапа несколько образцов минометов: ротного — калибром 50 мм; батальонного — 82 мм; горно-вьючного — 107 мм; полкового — 120 мм. Будучи очень простыми по устройству и надежными, они начали внедряться в войска. Конструктивная схема 82-мм и 120-мм минометов, ставшая классической, повторяется во всех последующих модификациях до сих пор.

В 1941 и 1943 гг. в конструкцию миномета были введены некоторые изменения. С целью невозможности посадить в ствол одну мину на другую, а такая ситуация не исключена при скорострельном ведении огня, использовалось предохранительное устройство. Угол горизонтальной наводки увеличен с 6 до 8°. На опорной плите появились захваты для соединения собранного миномета с колесным ходом.

Полковой 120-мм миномет образца 1938 года

I — ствол; 2 — двуногий лафет с механизмом вертикальной наводки; 3 — вертлюг с механизмам горизонтальной наводки: 4 — опорная плита; 5 — прицельное устройство (коллиматорный прицел)

Данные полкового миномета образца 1936 года

Калибр, мм 120

Дальность стрельбы

минимальная, м 450

максимальная, м 5500

Вес мины, кг 16

Скорострельность выстр./мин

без исправления наводки 15

с исправлением наводки 6

Угол ВН, град +45°; +80°

Угол ГН, град 6°

Вес ствола с казенником, кг 105

Вес двуноги-лафета, кг 75

Вес опорной плиты, кг 95

Вес прицела, кг 1,4

Вес миномета в боевом положении, кг 284(275)

Ширина колесного хода, мм 1300

Клиренс, мм 370

Максимальная скорость возки, км/час

по булыжной мостовой 18

по шоссе 35

Боевой расчет, чел 6-7

Установка в хвостовую часть мины воспламенительного заряда без дополнительных пучков обеспечивала минимальную дальность полета мины. По мере увеличения количества дополнительных пороховых пучков повышалась и дальность полета мины при установке необходимого угла возвышения вертикальной наводки ствола.

Учитывая предельную простоту конструкции миномета, незначительное время на его сборку, перевозка его могла производиться в разобранном виде. В отдельных случаях его перемещение в разобранном состоянии производилось вручную.

Перевозка миномета, унифицированного ящика орудийного ЗИПа, банника, шанцевого инструмента выполнялась на минометном одноосном колесном ходу на прицепе к зарядному ящику с упряжкой из четырех лошадей. При общем весе повозки, не превышающем 800 кг, конная тяга обеспечивала преодоление крутых, до 30° подъемов, бродов и бездорожья. Достоинства и недостатки конной тяги общеизвестны. Так, в 1944 году артиллеристы-минометчики 4-го Украинского фронта перевозили свои минометы в Карпатах на быках.

Механическая тяга полкового миномета на колесном ходу могла выполняться гусеничным тягачом «Комсомолец», грузовым автомобилем повышенной проходимости ГАЗ-ААА и бортовым автомобилем ГАЗ-АА или ГАЗ-MM. При работе с автомобилями необходимо использовать минометный ход с подрессориванием.

В годы Великой Отечественной войны, особенно в первое время, в военных кругах ходила поговорка: «Русских артиллеристов и немецких минометчиков можно кормить сеном, а немецких артиллеристов и русских минометчиков — соломой. Так точно, четко и образно характеризовалось наше отставание по минометам. Несмотря на то, что по количеству и качеству минометов мы не уступали немцам, наши минометчики действовали неумело. Сказывалось отсутствие опыта, плохая подготовка расчетов и глубокая нехватка боеприпасов.

Решением Государственного комитета Обороны отставание в выпуске боеприпасов было ликвидировано в кратчайшие сроки.

В условиях потери в начале войны значительного количества промышленных предприятий, эвакуации заводов, потери квалифицированных рабочих и инженеров рост выпуска минометов и мин был необычайно высоким. Так выпуск полковых 120-мм минометов в 1942 году по сравнению с 1941 годом вырос в 8 раз и составил более 25 000 штук. Среднемесячный выпуск мин к ним составил более 1 000 000 штук. В последующие годы войны, в виду насыщения, выпуск минометов значительно сократился.

О масштабах выпуска мин к полковым минометам можно судить по наблюдаемым мною в 1961 году штабелям частично отработанных корпусов, ржавевших на дальнем дворе одного ленинградского машиностроительного завода. Еще более впечатляющая картина предстала передо мной, когда мой товарищ Г.А.

Анопов рассказал о разработанном им предельно простом токарном станке для обработки корпусов 120-мм мин. Этих станков было в годы войны изготовлено несколько тысяч штук. Сколько же миллионов мин, каждая весом в пуд, прошло через полудетские руки ремесленников мальчишек и девчонок в те годы…

Боеприпасы

Миномет

Запланированая потребность на 3 мес. войны

Имелось налицо к началу войны

Обеспеченность плана. %

тыс. шт.

тыс. шт.

боекомплектов

50-мм

110970

14507

3.3

13

82-мм

31009

11337

8.7

36

107-мм

2605

265

3.0

10

120-мм

2924

453

1.9

8

Всего:

150508

26526

18

Осколочно-фугасная мина

I — корпус; 2 — взрывчатое вещество; 3 — стабилизатор; 4 — запальный стакан; 5 — детонатор; 6 — взрыватель; 7 — воспламенительный заряд, разрез (увеличено); 8 — дополнительные пучки

20-й запасной артиллерийский полк находился на окраине верхней части города на Арзамасском шоссе. Рядом со старинной двухэтажной кирпичной казармой располагался плац, артиллерийский парк, конюшня и другие служебные постройки. Новое пополнение, пройдя санитарную обработку, было размещено в помещении казармы с двухэтажными деревянными нарами из расчета: три человека на два соломенных матраса, две подушки и три байковых одеяла. Мне досталась середина. Обедом накормили сытным. К нему каждому выдавалась одна крупная неразделенная селедка.

Занятия по ускоренной программе начались со следующего дня. После изучения русской трехлинейной винтовки, ружейных приемов «коротким, коли!», «длинным, коли!», «закройся» (от кавалерии) у нас приняли присягу. В конце первой недели службы, повзводно, по отделению, нас повели в артиллерийский парк. На ровной площадке справа и слева от линейки стояли 122-мм гаубицы, 76-мм полковые пушки и 120-мм полковые минометы. Стволы их были зачехлены, шины аккуратно покрашены белой меловой краской. В сравнении с пушками минометы казались малозначительными. Но, узнав, что снаряд пушки весит 6 кг, а мина миномета, способная поражать противника на расстоянии 5500 метров, — 16 кг, мнение о них сразу изменилось.

Занятия по назначению и устройству полкового миномета проводили наш командир взвода лейтенант Заячковский, старшина Кононов и сержант Никишин. Во взводе сочеталась интеллигентность командира, до армии преподававшего русский язык и литературу в подмосковной школе, строгость грозного, но, в общем, справедливого старшины и веселость сержанта. По боевой и политической подготовке взвод с начала курса стал выделяться из других. Среди красноармейцев установились нормальные взаимоотношения. Не было драк и воровства. Правда, моя «Диалектика природы» вскоре стала утончаться. В ней таяли страницы, которые шли на свертывание махорочных цигарок.

Шесть человек из нашего взвода были назначены ездовыми. Командир батальона капитан Скоба специально выбрал городских ребят для ухода за лошадьми. Чтобы приучались. Мне досталась небольшая пятилетняя рыжая кобылка по имени Олифа. Ездовые, освобожденные от ненавистной утренней физзарядки, шли на конюшню, выводили лошадей на коновязь, поили их из брезентовых ведер. В это время помощник старшины рассыпал по кормушкам овес или комбикорм. Лошади с улицы внимательно прислушивались к бряканию мерной кружки. После чистки щеткой, очищаемой о скребницу, лошади тащили перед собой ездовых, стремясь поскорее попасть к своим кормушкам.

Раз в месяц проводились полковые выводки. Под звуки духового оркестра ездовой, выведя лошадь левой рукой под уздцы, приложив правую к пилотке, докладывал пол, имя, возраст и упитанность своей подопечной. Члены комиссии в белых халатах, вооружась настриженными из простыней тряпочками, поглаживая животных по крупу, бокам и ногам, определяли степень их чистоты. В тетрадочки ставились оценки. Целую ночь нужно было чистить лошадь. Сами не спали и животным не давали покоя.

Занятия с минометом были намного интересней. После завтрака, состоящего из умеренного количества каши, двухсотпятидесятиграммового куска черного хлеба и двух кусочков сахара (крепкого несладкого чая можно было пить без меры), на колесном ходу вручную вывозили миномет. От парка до учебной площадки на высоком берегу Оки было не более одного километра. С него открывался необыкновенный вид на противоположный низкий берег Оки. Справа виднелся Окский мост. В небе над ним постоянно пролетали наши истребители противовоздушной авиации. Часто мы с восторгом наблюдали, как лихие летчики, явно нарушая приказ, пролетали под центральной аркой моста. В гору от реки медленно, гудя перегретыми моторами, ползли трамваи. Зато вниз они скатывались с пугающей скоростью и, круто повернув, взлетали на мост. В оконных проемах трамваев стекол не было. Они закрывались фанерой. Во время налетов вражеской авиации трамваям тоже доставалось.

Полковой миномет образца 1938 года в походном положении в прицепе за передком на конной тяге. При правостороннем движении ездовые должны сидеть на левых лошодях. Остальные члены расчета идут сзади пешим ходом

Минометный ход В-20 с уложенным минометом

I — обойма; 2 — двунога; 3 — ствол; 4 — банник; 5 — основной ремень; 6 — лопата

ГАЗ-MM выпуска 1941 года

В 1942 г. на автозаводе, выпускавшем танки, бронеавтомобили, грузовые автомобили, вездеходы, легковые автомобили, моторы и вооружение, работало 180 тыс. человек. На других заводах выпускались танки, самолеты, мотоциклы, боеприпасы и многое другое, необходимое для войны и народного хозяйства, Заветной целью бомбардировочной авиации был автозавод. Пролетая к нему над городом Дзержинском — столицей отечественной химии, они не сбросили ни одной бомбы. Берегли для себя. В 1942–1943 гг. враг еще надеялся на свою победу. Летом 1943 г. из-за просчетов нашего командования, когда противовоздушная оборона Горького была ослаблена, несколькими сотнями немецких бомбардировщиков завод был разрушен настолько, что стоял вопрос о целесообразности его восстановления. Но в стране нашлись силы: 30 тысяч человек за 100 дней полностью восстановили завод. В начале 1945 года завод за один день выпускал более 40 самоходно-артиллерийских установок СУ-76. А это два полка по штатам того времени.

Каждый день занятий мы находили новые ориентиры для наводки миномета, определяли расстояния до них, которые измерялись величиной от 450 до 5500 метров.

Стоя у коллиматорного прицела, я представлял себе далекую картину: навожу миномет на рейхстаг в Берлине. Впереди еще были Киев, Харьков, Минск. После месяца занятий наш расчет настолько сработался в установке миномета, его перемещении и выполнении команд, что стал образцовым в батарее. Нескольким красноармейцам из нашего взвода, в том числе и мне, было присвоено звание ефрейтора. Наградой была возможность послушать оперу. Вновь испеченным ефрейторам дали билеты на «Риголетто». Места наши были в первом ряду партера. Рядом с нами уселся генерал со своей надушенной генеральшей. Брезгливо наморщив нос, она что-то выговаривала мужу. До меня дошло, что она возмущена запахом конюшни, исходившим от нас. Генерал зло цикнул на нее. В первом действии мои ребята стали засыпать, во втором и третьем тоже. В последнем действии, когда Риголетто узнает свою смертельно раненную разбойниками дочь Джильду, я тоже заснул.

Часто, во время ночных налетов, мы мерзли в траншеях укрытий, унося с собой оружие, противогазы и уводя лошадей. Не высыпались. Идя нестроевым шагом домой, мы с радостью представляли, как войдем в свою пахнущую портянками и ружейным маслом казарму, ставшую, по воле судьбы, нашим домом, и надеялись, что в эту ночь налета не будет.

Занятия по устройству и использованию боеприпасов проводил командир батареи капитан Скоба. До войны он был доцентом Харьковского университета. Однажды во время занятий он заметил, что некоторые красноармейцы грызут какие-то семечки. Он сообразил, что это ездовые грызут овес. После занятий он вызвал к себе в кабинет всех подозреваемых и, заставив по очереди выворачивать карманы, орал и грозил всяческими карами. Дошла очередь и до меня. Я был последним. В кармане у меня находилась небольшая горсточка овса. Скоба сказал мне: «А вам должно быть стыдно. И мне за вас стыдно, за человека, имеющего среднее образование. Уходите!» Сгорая от стыда, я подумал: лучше бы он мне набил морду.

В ноябре месяце по сильному морозу мы выехали на учебные стрельбы в район мызы. Лошади, отвыкшие от упряжки, путались в постромках и плохо выполняли команды. Учебные мины, которые мы везли в зарядных ящиках, не были израсходованы. И вся картина учений представлялась бестолковой и неинтересной. На наши сетования, что не удалось пострелять из минометов, старшина Кононов сказал: «На фронте настреляетесь!»

В политинформациях, которые проводил комиссар полка и политруки батарей, сообщалось о тяжелых боях на подступах к Сталинграду. В некоторых местах немцы вплотную подошли к Волге. Шел второй год войны.

Знакомый мне сержант-москвич сказал, что недалеко от нас на Арзамасском шоссе стоят два новых трехосных американских автомобиля незнакомой конструкции. Отпросившись, я побежал к этим машинам. Два «Студебекера» со всеми ведущими колесами, с лебедкой самовытаскивания, с обтекаемыми капотами и кабинами производили сильное впечатление. Поставка в нашу страну этих машин по ленд-лизу только началась. Их вездеходность не вызывала сомнений. Металлический кузов со съемным брезентовым верхом в нашем климате был незаменим. Восхищенно осмотрев их, я подумал: хорошо бы нам иметь побольше таких машин. Наша армия обходилась до конца 1947 г. горьковскими полуторками и московскими ЗиСами, выпуск которых продолжил уральский завод в Миассе.

Первые полевые занятия с минометом были практически свернуты. Сильные морозы загнали нас в наскоро отрытые землянки. В них, со строжайшим запретом говорить о еде (нарушителей выгоняли на мороз), отсиживались от завтрака до обеда. У миномета на собранном колесном ходу выставлялся часовой. Лейтенанта Заячковского, добросовестно научившего нас нехитрому минометному делу, читавшему по вечерам рассказы о войне А.Толстого, В. Гроссмана, стихи К. Симонова, сменил другой командир. Он мог коротко обматерить какого-нибудь разгильдяя, но своих ребят в ботинках с обмотками, в дырявых шинельках он жалел и не мучил ученьями. Трех месяцев занятий было достаточно для нашей специальности.

20 ноября 1942 года, после объявления победы под Сталинградом и окружения трехсоттысячной армии Паулюса, в казарме царила радость и всеобщее возбуждение. Для меня это был двойной праздник и подарок ко дню рождения — исполнилось 18 лет. Ночью, дергая за ногу, меня разбудил старшина. «Что случилось?» — «кошка салом подавилась. Вставай. В маршевую».

Сняв с себя засаленное, прожженное красноармейское старье, в которое нас облачили в августе, оделись во все новенькое. Белье теплое фланелевое, белье с завязками, новенькие гимнастерки и брюки, стеганые, пахнущие керосином зеленые телогрейки, серые, колом сидящие шинели сделали нас неузнаваемыми. Походные мешки, стеклянные фляжки в чехлах, котелки с консервационной смазкой подтвердили нашу отправку на фронт. На дорогу на три дня пути выдали по полкольца копченой колбасы, полрыбины, несколько кусочков колотого сахара и черных, дивно пахнущих сухарей.

Поскрипывая по снегу новыми ботинками, прошли в затемненном городе по улицам с врытыми по углам домов стальными двутаврами (защита от сормовских танков, идущих на погрузку) на московский вокзал.

В Гороховецких лагерях на формировании нашего 81 артиллерийского полка конную тягу заменили на автомобильную. Шинели и ботинки нам поменяли на белые полушубки, тяжелые серые неподшитые валенки. Выдали вигоневые подшлемники, меховые рукавицы на ременном шнурочке и каски. Каждый получил карабин с подсумком и по две бутылки с зажигательной смесью «КС» против танков. Наш старшина Ибадулаев, имевший дело с этой страшной штукой — напалмом, потихоньку, используя выразительную мимику, рекомендовал нам при случае избавиться от этих бутылок. Что касалось касок, то он приказал не снимать их даже в том случае, когда, сняв штаны, садились оправляться.

Впереди нашей батареи было открытое танкоопасное место. Атаку восьми немецких танков отбили ПТРовцы из пехоты и артиллеристы из 85-мм зенитных пушек. Два Т-3 сгорели, остальные ушли назад.

В нашем расчете заболел водитель полуторки. Мне было приказано принять у него машину. С неохотой я оставил свое спокойное место у миномета. Наводчик (это я) и стреляющий мины не таскали. А автомобиль ГАЗ-MM, его называли «прощай здоровье», был для водителя в зимнее время большим испытанием. В конце 1941 года, с целью упрощения его производства, нормальную штампованную кабину заменили на упрощенную без дверей, с легкой брезентовой крышей. Тормоза на передние колеса не ставились. Вместо двух фар оставалась одна. Но, честно говоря, это была простая, неприхотливая и очень надежная машина. 50-ти сильный двигатель с рабочим объемом цилиндров 3,28 литра обеспечивал ей наибольший в сравнении с другими грузовыми автомобилями динамический фактор (отношение силы тяги без учета буксования к полному весу машины). Шесть человек боевого расчета выталкивали ее с прицепленным минометом из грязи и снега.

12 января 1943 года, подвесив на ремне две «душки» — одну на спине, другую на животе, я тащил их по снегу и кустам. Осколок немецкого снаряда ударил меня по затылку. Каска слетела, а по спине в рубаху потекла горячая струйка крови. Я упал и ударился подбородком о землю. Кошелев, который тащился за мной, сбросив мины, пытался оказать мне помощь. Но сил у него было мало. Наши солдаты, которых он вызвал, утащили меня в безопасное место…

Теперь я сидел у окна госпиталя и следил за движением стрелок часов, показывающих приближение обеденного времени. Раненых кормили хорошо.

18 марта 1943 года я был выписан из госпиталя. Часть бинтов на голове еще оставалась. К моему сидору (вещмешку) был привязан закопченный котелок. Сестра-хозяйка выдала мне пару погон и сказала, чтобы я их пришил к полушубку. Тогда вводились погоны и отдание чести старшему по званию. Один погон оказался у меня на груди, второй на спине, как у автожира. Я оторвал их и сунул в карман. Шлепая валенками по лужам и мокрому снегу, шел в сторону пересыльного пункта на Стромынке.

Алексей Ардашев

Огненный меч* Часть 5

*Продолжение. Начало см. в «ТиВ»№№ 1, 3–5, 7-10/2002 г.

Германскии средний ранцевый огнемет «Клейф» на позиции. Первая мировая война.

Пехотные пламеметы — огнеметы

Струйные огнеметы

Огнеметом называется прибор, выбрасывающий струю горящей жидкости. Огнемет в виде котла с деревянными трубами применялся 2500 лет назад. Однако лишь на рубеже XIX и XX веков развитие техники позволило создать приборы для огнеметания, которые обеспечивали достаточную дальность действия, безопасность и надежность в работе.

Огнеметы предназначены для поражения в обороне с целью нанесения непосредственных потерь в живой силе атакующему противнику или при наступлении для уничтожения обороняющегося неприятеля, особенно засевшего в долговременных оборонительных сооружениях, а также для морального воздействия на противника и поджога различных возгораемых объектов и создания пожара на местности. С большим успехом огнеметы применяются в особых условиях боя (в населенных пунктах, в горах, в борьбе за речные преграды и др.), а также для очистки взятых окопов от присутствия в них оставшихся бойцов противника. Огнемет является, пожалуй, самым эффективным оружием ближнего боя.

Ранцевый огнемет периода Первой мировой войны:

а — стальной резервуар; 6 — кран; в — рукоятка; г — гибкий шланг; д — металлический брандспойт; е — автоматический зажигатель

Огнеметы являются первым новым зажигательным оружием, разработанным в индустриальном XX веке. Интересно, что первоначально они появились не в качестве боевого оружия, а как оружие полицейское — для разгона буйных толп демонстрантов и прочих несанкционированных сборищ (довольно странная, надо сказать, идея усмирять неспокойных граждан — сжигать их дотла). И только начало Первой мировой войны заставило мировые державы срочно искать новые боевые средства. И тут как нельзя более кстати и подошли струйные огнеметы. И хотя по конструкции они были довольно просты (даже по сравнению с их современником, танком), но сразу доказали свою огромную эффективность на поле боя. Единственное ограничение — в дальности огнеметания. Ведь при стрельбе на сотни метров требуется огромное давление в приборе, а свободно летящая и горящая струя огнесмеси может и не долететь до цели — она вполне может полностью сгореть в воздухе. И только на коротких дистанциях — в десятки метров — струйному огнемету нет равных. Да и огромный огненно-дымный шлейф горящей струи производит неизгладимое впечатление как на противника, так и на «своих», противника приводит в состояние шока, «своих» воодушевляет.

Использование огнеметов основывается, прежде всего, на том, что они являются средством ближней поддержки пехоты и предназначаются для поражения целей, которые пехота не может уничтожить или подавить огнем обычных средств. Однако, учитывая огромное психологическое воздействие огнеметных средств, военные специалисты рекомендуют применять их массированно по таким целям, как танки, пехота в окопах и в боевых машинах. Для борьбы с отдельными огневыми точками и крупными оборонительными сооружениями, как правило, выделяется один или несколько огнеметов. Для поддержки боевых действий огнеметных подразделений рекомендуется использовать огонь артиллерии и минометов. При необходимости огнеметы могут придаваться пехотным (мотопехотным) подразделениям.

Независимо от типа и конструкции огнеметов принцип их действия одинаков. Огнеметы (или пламеметы, как говорили раньше) представляют собой приборы, выбрасывающие струи легко воспламеняющейся жидкости на расстояние от 15 до 200 метров. Выбрасывание из резервуара через специальный брандспойт производится силой сжатого воздуха, азота, углекислоты, водорода или пороховых газов. Жидкость зажигается при выходе из брандспойта (металлический наконечник выбрасывающего рукава, шланга) автоматически действующим зажигателем. Горючие жидкости, применяемые для огнеметания, представляют собой смеси различных легко воспламеняющихся жидкостей: смесь нефти, бензина и керосина, смесь легкого каменноугольного масла с бензолом, раствор фосфора в сероуглероде и др. Рабочее действие определяется дальностью выбрасывания горячей струи и временем ее горения. Дальность струи обуславливается начальной скоростью истекающей жидкости и углом наклона наконечника.

Тактика современного боя потребовала и того, чтобы пехотный огнемет не был привязан только к земле, но и поднимался в воздух (германские огнем етчики-парашютисты) и, спускаясь, действовал по железобетонным дотам (Бельгия, Льеж).

Сифоны, извергавшие горящую смесь на врага, применялись еще в античности, являясь, по своей сути, именно струйными огнеметами. И легендарный «греческий огонь» использовался именно в этих, еще очень простых по устройству, пламеметах.

Тяжелый огнемет периода Первой мировой войны:

а — железный резервуар; б — дугообразная труба; в — кран; г — рукоятка крана; д — скобы; к — брезентовый шланг; л — брандспойт; м — рукоятка управления; н — зажигатель; о — подъемное приспособление; п — металлический штырь

Фугасный огнемет периода Первой мировой войны:

а — железный цилиндр; б — поршень; в — сопло; г — терочный зажигательный патрон; д — зарядник; е — пороховой выбрасывющий патрон; ж — электрический запал; з — электрический привод; и — источник электрического тока; к — штырь

Устройство фугасного огнемета

В 1775 г. французский инженер Дюпре изобрел аппарат и смесь для огнеметания, которые по приказу Людовика XVI были испытаны в Марселе и в некоторых других французских гаванях для отражения десантов противника. Король пришел в ужас от нового оружия и приказал уничтожать все бумаги, относящиеся к нему. Вскоре при неясных обстоятельствах погиб и сам изобретатель. Властители во все времена умели надежно сохранять свои тайны и убирать их носителей…

В армиях XVII–XIX веков имелись на вооружении артиллерийские зажигательные бомбы (брандскугели, каркасы), которые снаряжались смесями, состоявшими из селитры и серы с добавкой пороховой мякоти, черного пороха, смолы или сала.

Наконец, в 1861–1864 гг. в Америке неизвестным изобретателем было предложено выбрасывать из специальных приборов под давлением самовоспламеняющуюся смесь сероуглерода и фосфора (раствора), но ввиду несовершенства этого аппарата и отсутствия приспособлений для создания давления это предложение не было использовано. И только в конце XIX и начале XX века, когда техника достигла значительного совершенства, оказалось возможным производить сложные приборы для огнеметения (огнеметы), способные выдерживать высокое давление, имеющие точно рассчитанные трубопроводы, насадки и краны.

В Первую мировую войну зажигательные средства получили особенно большое развитие.

Создателем ранцевого огненного прибора является известный русский изобретатель Зигер-Корн (1893 г.). В 1898 г. изобретатель предложил новое оригинальное оружие военному министру. Огнемет был создан по тем же принципам, по которым действуют и современные огнеметы. Прибор был очень сложный и опасный в употреблении и на вооружение принят не был под предлогом «нереальности». Точное описание его конструкции не сохранилось. Но тем не менее отсчет создания «огнемета» можно начать с 1893 г.

Три года спустя немецкий изобретатель Фидлер создал огнемет аналогичной конструкции, который без колебаний был принят на вооружение. В результате Германии удалось значительно опередить другие страны в разработке и создании новых образцов этого оружия. Впервые в большом количестве огнеметы (или пламеметы, как тогда говорили) конструкции Фидлера были использованы на поле боя германскими войсками в 1915 г. во время Первой мировой войны. Германская армия имела тогда на вооружении три типа огнеметов: малый ранцевый «Веке», средний ранцевый «Клейф» и большой возимый «Гроф», и с большим успехом использовала их в бою. Ранним утром 30 (по другими источникам — 29) июля 1915 г. английские войска были ошеломлены небывалым зрелищем: со стороны немецких окопов внезапно вырвались громадные языки пламени и с шипением и свистом хлестнули в сторону англичан. Вот что рассказал один из очевидцев первой крупной огнеметной атаки немцев против английских войск 29 июля 1915 г.:

«Совершенно неожиданно первые линии войск на фронте были охвачены пламенем. Не было видно, откуда появился огонь. Солдаты только видели, что их как будто окружило неистово крутящееся пламя, которое сопровождалось громким ревом и густыми облаками черного дыма; то здесь, то там в окопы или траншеи падали капли кипящего масла. Крики и вой потрясали воздух, когда отдельные солдаты поднимались в окопах, пытаясь продвинуться на открытое место, ощущали на себе силу огня. Единственное спасение, казалось, было в том, чтобы бежать назад, к этому и прибегли уцелевшие защитники. На большом пространстве пламя преследовало их, и отступление превратилось в… поражение».

Казалось, что запылало все кругом и ничто живое не может спастись в этом бушующем море огня. Страх охватил англичан. Бросая оружие, английская пехота в панике бежала в тыл, без единого выстрела оставив свои позиции, хотя почти не имела пострадавших от огня. Так вступили на поля сражений огнеметы, впервые примененные немцами в массовом количестве против английской армии.

Дело в том, что после первых успешных газобаллонных, «химических», атак, предпринятых немцами в апреле-мае 1915 г., применение отравляющих газов уже не достигало успеха, так как в войсках англичан и французов быстро появились средства защиты от них — противогазы, а также и ответ союзников немцам — боевые отравляющие газы. Стремясь сохранить инициативу, немцы использовали новое оружие — огнеметы, рассчитывая добиться успеха неожиданностью их применения и сильным моральным воздействием на противника.

На русском фронте немцы впервые применили огнеметы 9 ноября 1916 г. в бою севернее города Барановичи. Однако здесь им не удалось добиться успеха. Русские солдаты 217-го и 322-го полков, неожиданно подвергшиеся действию нового для них оружия, не растерялись и упорно обороняли свои позиции. Немецкая пехота, поднявшаяся под прикрытием огнеметов в атаку, натолкнулась на сильный ружейно-пулеметный огонь и понесла большие потери. Атака была сорвана. Русская комиссия, расследовавшая результаты первой огнеметной атаки противника, сделала следующий вывод: «Применение огнеметов с успехом возможно только для довершения поражения потрясенного и растроенного противника».

В Первую мировую войну появились огнеметы двух типов, ранцевые (малые и средние, применяемые в наступательных действиях) и тяжелые (полутраншейные, траншейные и крепостные, используемые при обороне). Между мировыми войнами появился третий вид огнемета — фугасный.

Конечно, огонь до цели могут донести, к примеру, авиационные зажигательные бомбы, артиллерийские зажигательны снаряды и мины. Но самолеты, гаубицы, пушки и минометы являются оружием дальнего действия. Огонь на большие расстояния переносится, образно говоря, в «упакованном» виде: готовый к действию зажигательный состав «спрятан» внутри бомбы, снаряда или мины. А огнемет — оружие ближнего боя.

Впоследствии огнеметы были приняты на вооружение всех воюющих армий и использовались для усиления огня пехоты и подавления противника там, где действие ружейно-пулеметного огня оказывалось недостаточным. Армии Германии, Франции, Италии к началу 1914 г. имели огнеметные подразделения. В русской, французской, английской и других армиях также нашли широкое применение легкие (ранцевые) и тяжелые (траншейные и полутраншейные) огнеметы.

Русский ручной огнемет времен Первой мировой войны системы Зигер-Корна

Атака с помощью ранцевого огнемета долговременной огневой точки

Атака амбразуры ДОТа с его крыши (мертвой зоны обстрела) с помощью Г-образной насадки на сопло огнемета

Конструирование огнеметов в России началось лишь с весны 1915 г. (то есть еще до применения их германскими войсками — идея, видимо, уже носилась в воздухе). В 1916 г. на вооружение русской армии был принят ранцевый огнемет конструкции Таварницкого. В том же году русские инженеры Странден, Поварин, Столица изобрели фугасный поршневой огнемет, из которого горючая смесь выбрасывалась давлением пороховых газов. По своей конструкции он превосходил иностранные огнеметы, в которых выталкивание огнесмеси производилось с помощью сжатого воздуха. Весил он в снаряженном состоянии 32,5 кг. Дальность огнеметания составляла 35–50 метров. В начале 1917 г. огнемет прошел испытания и под названием СПС поступил в серийное производство. Огнемет СПС успешно применялся Красной Армией и в годы гражданской войны.

Для целей наступательного боя и выкуривания неприятельских сил из ДОТов был переконструирован и удлинен брандспойт огнемета, где вместо обычного конического сопла он заменяется Г-образным, загнутым. Такая форма позволяет огнеметчику эффективно действовать по амбразурам из-за укрытий, стоя сбоку от амбразуры в «мертвой», непростреливаемой зоне или сверху дота, с его крыши.

После окончания Первой мировой огнеметно-зажигательные средства, как один из видов тактического оружия, продолжали интенсивно развиваться и к началу Второй мировой войны заняли важное место в общей системе вооружения армий многих стран мира.

В 1936 г. в горах и лесах Абиссинии, где действия огнеметных танков были затруднены, итальянские войска применяли ранцевые огнеметы. Во время интервенции в Испании в 1936–1939 гг. итальянский экспедиционный корпус применял ранцевые и траншейные огнеметы в боях под Мадридом, Гвадалахарой и в Каталонии. Испанские республиканцы также использовали ранцевые огнеметы при осаде крепости Алькасар, во время боев в Толедо.

Рассмотрим основные конструкции пламеметов на примере моделей периода между великими войнами, когда огнеметное оружие развивалось особенно бурно.

Ранцевый огнемет представлял собой стальной резервуар овальной или цилиндрической формы емкостью 15–20 литров. Через кран резервуар наполняется на 3/4 горючей жидкостью и на 1/4 сжатым газом. В некоторых системах давление создается путем выпуска сжатого газа из особого маленького баллончика, вставляемого перед работой в резервуар; в этом случае ударник баллончика выходит наружу через крышку резервуара. Резервуар рассчитан на давление до 50 атмосфер, рабочее давление — 12–20 атмосфер.

При открывании крана при помощи рукоятки жидкость через гибкий резиновый шланг и металлический брандспойт выбрасывается наружу и приводит в действие автоматический зажигатель. Зажигатель представляет собой коробку с рукояткой. В передней части на шарнирах укреплена стойка с крышкой. С нижней стороны крышки приклепан крючкообразной формы нож-ударник, служащий для разбивания ампулки с серной кислотой.

При выходе из брандспойта струя жидкости ударяет в стойку зажигателя, которая опрокидывается и увлекает за собой крышку; ударником крышки разбивается ампулка с серной кислотой. Серная кислота, действуя на паклю, смоченную в бензине и посыпанную зажигательным порошком, дает огонь, и вытекающая жидкость, воспламенившись, образует огненную струю. Ранцевый огнемет переносится при помощи ремней за плечами. Направление струи жидкости дается при помощи прикрепляемой к брандспойту рукоятки управления. Можно управлять струей, держась руками непосредственно за брандспойт. Для этого в некоторых системах выпускной кран имеется на самом брандспойте. Вес порожнего ранцевого пламемета (со шлангом, краном и брандспойтом) 11–14 кг, снаряженного — 20–25 кг.

Зажигательная ампула АЖ-2

Советский ампуломет периода начала Великой Отечественной войны:

1 — прицел; 2 — ампула с самовоспламеняющейся смесью; 3 — корпус ампуломета; 4 — пороховой патрон; 5 — боек; 6 — спусковой крючок; 7 — ручка для поворота и наводки; 8 — пружина; 9 — тренога

Тяжелый огнемет представлял собой железный резервуар с дугообразной выводной трубой, краном, рукояткой крана и скобами для переноски вручную. Высота его 1 метр, диаметр — 0,5 метра, полная емкость 200 литров, полезная — 160 литров. Сжатый газ находится в особой бутыли и при помощи резиновой соединительной трубки, тройника и манометра подается в резервуар во все время действия огнемета, т. е. в резервуаре поддерживается постоянное давление (10–13 атмосфер). К крану присоединен толстый брезентовый шланг длиной 8,5 метров. Брандспойт с рукояткой управления и зажигателем при помощи подъемного приспособления подвижно укреплен в металлическом штыре. Зажигателем в тяжелом огнемете может служить такое же приспособление, как и в ранцевом, или же зажигание производится электрическим током. Вес порожнего тяжелого пламемета (без шланга и подъемного приспособления) около 95 кг, снаряженного — около 192 кг. Дальность полета струи 40–60 метров, сектор поражения 130–180°. Время непрерывного действия около 1 минуты, с перерывами — до 3 минут. Обслуживается расчетом из семи человек. Выстрелом из огнемета поражается площадь от 300 до 500 м 2. При фланговом или косоприцельном огнеметании по атакующему противнику одним выстрелом может быть выведено из строя до взвода пехоты. Попавший под струю огнемета танк останавливается и в большинстве случаев загорается.

Вследствие высокого рабочего давления (в полтора-два раза выше, чем у ранцевых огнеметов) струя огнесмеси, выбрасываемая тяжелыми огнеметами, обладает большой ударной силой. Это позволяет подавлять огневые сооружения противника огнеметанием по обсыпке амбразурных стен. Метание огня можно производить с позиций, расположенных вне сектора обзора и обстрела подавляемого сооруженя. Струя горящей огнесмеси, ударяясь о склон его обсыпки, рикошетирует и забрасывается в амбразуру, уничтожая или поражая весь боевой расчет.

При ведении боя в населенном пункте, приспособленном к обороне, огнеметание из огнемета позволяет одним выстрелом в бойницу, окно, дверь или пролом поджечь занимаемое противником здание.

Фугасный огнемет по устройству и принципу действия отличался от ранцевых. В фугасном огнемете нет баллона со сжатым газом, а огнесмесь из резервуара выбрасывается давлением газов, образующихся при сгорании порохового заряда. Существуют два вида фугасных огнеметов: поршневые и беспоршневые. Фугасный огнемет состоит из железного цилиндра и поршня. На сопло надевается терочный зажигательный патрон, а в зарядник вкладывается пороховой выбрасывающий патрон с электрическим запалом. К запалу присоединен электрический или специальный саперный провод, протянутый на расстоянии 1,5–2 километров к источнику электрического тока. При помощи штыря фугасный огнемет укрепляется в земле. Вес порожнего фугасного огнемета около 16 кг, снаряженного — около 32,5 кг. Пороховые газы, получающиеся при сгорании выбрасывающего патрона, толкают поршень и выбрасывают жидкость наружу. Время действия 1–2 секунды. Дальность полета струи 35–50 метров. Фугасные огнеметы устанавливаются на местности группами от 3 до 10 штук.

Это конструкции огнеметов 20-30-х годов. Созданное позднее огненное оружие далеко ушло от этих первых образцов, но его классификация в целом сохранилась.

Первый советский ранцевый огнемет РОКС-1 был создан в 1940 г. В июле 1941 г. прошли полигонные испытания и фугасные огнеметы ФОМ. Они представляли собой баллон с 25 литрами горючей смеси. Огнеметание на 80-100 метров происходило за счет давления внутри баллона пороховых газов при срабатывании заряда. ФОМ — огнемет разового действия. После выстрела прибор отправляли на пункт перезарядки. В ходе войны появились их модификации — РОКС-2, РОКС-3, ФОГ-2. РОКС-2 при весе снаряженного прибора в 23 кг (наспинный металлический резервуар с горючей смесью, гибкий шланг и ружье, выпускавшее и поджигавшее заряд) «метал огонь» на 30–35 метров. Емкости резервуара хватало на 6–8 пусков. РОКС-3 снаряжался 10 литрами вязкой огнесмеси и мог производить с помощью сжатого воздуха 6–8 коротких или 1–2 затяжных огневых выстрела на дальность 35–40 метров.

Основные данные об огнеметах различных армий межвоенного периода

Государство

Тип огнемета

Название огнемета

Вес огнемета, кг

Рабочее давление, атм

Дальность полета струи, м

Горючая жидкость

Газ, производящий давление на жидкость

Порожнего

Снаряженного

Германия

Ранцевый

«Веке»

10,5

21,5

23

25

Смесь каменноугольной смолы с легкими и тяжелыми углеводородами, каменноугольным маслом и сернистым углеродом

Углекислота

Германия

Ранцевый

«Клейф»

14,0

30,0

23

22

Германия

Тяжелый

«Гооф»

35,0

135,0

15

35-40

Франция

Ранцевый

«№ 1 бис»

-

23,0

50

18-30

Смесь каменноугольной смолы с бензолом

Сжатый воздух

Франция

Тяжелый

«№ 1 и 3 бис»

-

30,0

-

-

Франция

Тяжелый

«Огнемет № 1»

-

125,0

140

30

Англия

Ранцевый

«Лоуренс»

17,6

28,0

15

30-35

Смесь фосфора, сероуглерода и скипидара

Углекислота

Англия

Тяжелый

«Винсент»

Ок. 1000

Ок. 1500

15-81

60-80

Нефть, бензин и керосин

Сжатый воздух

Англия

Тяжелый

«Крепостной Ливенс»

Ок. 2500

3700

24

До 200

Италия

Ранцевый (6л)

«DLF»

~

-

-

25

-

-

США

Тяжелый (16л)

«Boyd А193»

-

15

35

-

Водород

Пехотный огнемет Красной Армии РОКС-3:

1 — резервуар; 2 — баллон для сжатого воздуха; 3 — редуктор; 4 — гибкий рукав; 5 — ружье-брандспойт

Фугасные огнеметы ФОГ-2 устанавливались на огневой позиции стационарно в грунт и без перезарядки могли производить только один выстрел, выбрасывая при этом под действием пороховых газов вышибного порохового заряда 25 литров горящей огнесмеси на расстояние от 25 до 110 метров.

В годы войны наша промышленность наладила массовый выпуск огнеметов, что позволило создать целые огнеметающие подразделения и части. Огнеметные подразделения и части использовались на важнейших направлениях, как в наступлении, так и в обороне, небольшими группами и массированно. Они применялись для закрепления захваченных рубежей, отражения контратак противника, прикрытия танкоопасных направлений, защиты флангов и стыков частей и для решения других задач.

В Сталинграде в ноябре 1942 г. огнеметчики входили в состав штурмовых групп. С ранцевыми приборами за спиной они подползали к гитлеровским позициям и обрушивали на амбразуры огневой шквал. Завершалось подавление точек гранатометанием.

Вот далеко не полный перечень потерь, которые враг понес от советских ранцевых огнеметов: живая сила — 34 000 человек, танки, самоходные орудия, бронетранспортеры — 120, доты, дзоты и другие огневые точки — 3 000, автомашины — 145… Здесь четко видна основная область применения этого боевого средства — уничтожение полевых фортсооружений.

Буквально накануне войны был запатентован фугасный огнемет братьев B.C. и Д.С. Богословских, который не превращал наступавшие танки в груды обгоревшего металла, а лишь «выводил из строя экипажи» (как сказано в описании изобретения). К тому же он обходился значительно дешевле противотанковых мин и был вполне безопасен в обращении. Перед боем заправленный самовоспламеняющейся жидкостью металлический или резиновый резервуар с длинной трубкой закапывался в грунт или снег так, чтобы наружу торчал только ее передний загнутый конец с выходным отверстием. Когда на едва заметный холмик наезжал вражеский танк, его тут же окатывала мощная струя горючей смеси, вырывавшаяся из-под земли. Поле, заминированное такими огнеметами, при прохождении танковой части противника изрыгало десятки огненных фонтанов, брызжущих во все стороны. Но фактов применения данного оружия на поле боя автором не обнаружено.

В начале войны нашими войсками в качестве зажигательного средства ближнего боя применялся «ампуломет», своеобразный миномет несколько измененного устройства. Он состоял из ствола на треноге. Вышибной заряд — охотничий патрон 12 калибра — выбрасывал на 240–250 метров ампулу АЖ-2 или термитный шар на дальность 150–250 мет-

ров. Ампула АЖ-2 представляла собой стеклянную или тонкостенную металлическую сферу диаметром 120 мм и вместимостью 2 литра, с отверстием для заливки смеси, которое герметично закрывалось плотно завинчивающейся пробкой с прокладкой. Ампулы снаряжались жидкостью КС или БГС. При ударе о препятствие оболочка разрушалась и жидкость на воздухе самовоспламенялась. Вес ампуломета составлял 28 кг, скорострельность — до 8 выстр/мин, расчет — Зчел.

Применялись ампулометы по танкам противника, по дотам и дзотам, блиндажам для «выкуривания» и «выжигания» неприятеля.

Виктор БАКУРСКИЙ

"Бархан" в барханах

В последнее время многие автомобильные и военно-тех нические журналы уделяют много внимания спецавтомобилю ГАЗ-29751 «Тигр», созданному на Горьковском автозаводе под требования армии Объединенных Арабских Эмиратов. По своим ходовым качествам «Тигр» превосходит американское универсальное транспортное средство «Хаммер», а стоит примерно в два раза меньше — около 50 тысяч долларов. Однако машины (скорее всего по политическим соображениям) оказались невостребованными заказчиком. В результате три построенных автомобиля, оставшихся на ГАЗе, активно участвуют в автомобильных выставках и состязаниях по Трак-Триалу.

"Тигр"

В тоже время на прошедшем в конце августа в Москве автосалоне фирмой Ретро-Стиль был продемонстрирован опытный образец близкого по классу, но гораздо более дешевого большого грузо-пассажирского вездехода «Бархан» вместимостью до 11 человек, созданного на основе узлов и агрегатов известного отечественного автомобиля повышенной проходимости ГАЗ-66, а также с использованием прочих деталей машин российского производства, чем решена проблема обеспечения запасными частями и дальнейшей ремонтопригодности автомобиля.

Вездеход имеет ходовую часть и раму стандартного ГАЗ- 66, в которую были внесены конструктивные изменения, позволяющие производить установку различных силовых агрегатов и элементов трансмиссии.

«Бархан» обладает высокой проходимостью и хорошей устойчивостью при движении как по пересеченной местности, так и по дорогам общего пользования.

Наибольший же интерес вызывает армейская модификация «Бархана» — аналог знаменитого «Хаммера». Основное преимущество данной компоновки — открытая задняя платформа, накрываемая складным тентом, с откидными скамейками.

Автомобиль может нести на себе легкое армейское вооружение и буксировать артиллерийское орудие или прицеп массой до полутора тонн.

Опытный образец машины уже выдержал испытательный пробег протяженностью 7000 км, который проходил по территории России, Казахстана и Киргизии. Машина прекрасно показала себя на всем протяжении этого нелегкого пути, состоящего из высокогорных перевалов, безжизненной пустыни, бездорожья и скоростных асфальтированных дорог. Экипаж из четырех человек всю дорогу чувствовал себя свободно в широком и вместительном салоне. Большой отсек заднего багажника позволил разместить достаточно объемный груз общей массой 700 кг.

Говоря об спецавтомобиле «Бархан» следует отметить, что фирма Ретро-Стиль из Бишкека занимается восстановлением старинных автомобилей и принимает активное участие во многих фестивалях ретромобилей. Гнать на большие расстояния старинные автомобили своим ходом слишком опасно. Обычно их перевозят грузовиком или на буксире. Именно для буксировки раритетных автомобилей на прицепе на большие расстояния и задумывался этот автомобиль. Он должен был обеспечить экипажу нормальные условия обитания в условиях многодневных пробегов. В результате получилось довольно интересное высокомобильное многоцелевое транспортное средство, более легкое, нежели «Тигр» и близкое по классу к американскому «Хаммеру».

Основные характеристики автомобиля «Бархан»

Снаряженная масса, кг 2850

Вместимость 11 человек или

7 человек + 700 кг груза

Длина, м 5,5

Ширина, м 2,2

Высота, м 2,3

База, м 3,3

Двигатель, л. с 115

Армейский и санитарный варианты "Бархана"

Современные и перспективные образцы автомобильной техники, представленные на четвертой "Международной выставке автомобили двойного назначения — 2002", проходившей 24–25 августа на научно-испытательной базе 21 НИИ

ГАЗ-29751 "Тигр" с бронированным кузовом

Шасси модульного автомобиля ГАЗ-3937 "Водник"

Спецшасси "Вепрь"

Многоцелевой автомобиль "Егерь II"

Маскировочное покрытие со свойствами радиопоглощения на автомобиле КАМАЗ

ГАЗ-29751 "Тигр"

Модульный спецавтомобиль ГАЗ-3937 "Водник"

Content

Техника и вооружение 2002 12

Система-75

Первая полковая

Современные французские танки Часть 1

А в чистом поле — система «Град»…

Полковой миномет

Огненный меч* Часть 5

Пехотные пламеметы — огнеметы

"Бархан" в барханах