Маркьянов Александр

Стальное поколение

Холодная война... И время как вода ... Он не сошел с ума... Ты ничего не знала...

Полковнику никто - не пишет...

Полковника никто - не ждет...

Би-2.

Полковнику никто не пишет

Холодная война 2

Стальное поколение

Часть 1

Пролог

Ереван, Армянская ССР

Аэропорт Звартноц

11 сентября 1988 года

- Сэр, снижаемся, заходим на посадку. Пристегните ремни...

Вице-президент США и основной кандидат на выборах от республиканской партии США Д.Г.У Буш щелкнул замком ремня, притянув себя к удобному, даже роскошному креслу самолета VC-135, принадлежащего к специальной, восемьдесят девятой эскадрилье ВВС США, предназначенной для транспортировки особо важных персон. Ему, как вице-президенту США полагался более роскошный VC-137, бывший борт ВВС-1, но для целей полета во враждебный СССР - Секретная служба настояла на использовании VC-135, более укрепленного и обладающего более совершенными средствами связи. Буш, бывший директор ЦРУ, достоверно знал о том, что этот самолет оснащен еще и шпионской аппаратурой, которая будет собирать информацию во время полета.

Просто замечательно...

Немного развлечься, смотря в иллюминаторы, здесь было нельзя - у этого самолета их просто не было, он переделывался из грузовой версии Боинг-707 - потому кандидат в Президенты погрузился в мрачные размышления. Надо было признать, что русские переиграли опять - переиграли и его и демократов. История с иранскими заложниками - повторилась в виде трагедии. Мало кто из американцев знал, что в последний год президентства Джимми Картера люди республиканского кандидата Рейгана вели тайные переговоры с представителями иранских революционных гвардейцев и платили им за то, чтобы они не выпускали (!!!) американских дипломатов* из захваченного посольства в Тегеране. Как известно - Джимми Картер проиграл Рейгану с почти катастрофическим счетом, и именно из-за национального унижения, связанного с заложниками в Тегеране. А сами заложники были освобождены ровно через пять минут после того, как в США был приведен к присяге президент Рональд Рейган. Сейчас - вице-президент Буш в переговорах с русскими настаивал на том, чтобы заложники были освобождены к концу октября, аккурат к выборам, демократы - попытались прощупать контакты с русскими с тем, чтобы сыграть в такую же волынку и убедить не отпускать захваченных в Афганистане американцев. Русские категорически отказались идти на контакт с представителями демократов (на посла СССР в Вашингтоне выходил сам Генри Киссинджер) а перед действующей американской командой поставили условие: либо американцы обмениваются прямо сейчас, немедленно - либо уже никогда не обмениваются и идут по суд по обвинению в терроризме, диверсиях, нападении на советских солдат и тому подобное. Сцепив зубы, американцы были вынуждены принять предложение русских и договориться о немедленном обмене. За пленными - полетел сам вице-президент и основной кандидат от республиканцев на выборах Джордж Герберт Уокер Буш, справедливо полагая, что появление вслед за пленными перед морем телекамер на трапе - будет лучшим пиаром для него в этот непростой час и прибавит ему как минимум четыре - пять процентов на выборах. Это было немаловажно - демократы ошиблись, выставили не самого сильного кандидата - но вся рейгановская команда была сильно замазана делом Иран-Контрас и находилась под огнем общественной критики за сдачу позиций в Пакистане. Русские шли в наступление и американцы были этим недовольны.

Вице-президент Буш принял нетривиальное решение - сначала лететь не в Москву. После коротких переговоров "с кем надо" в Турции - он должен был сначала посетить Армению, маленькую горную республику Советского союза, сильно пострадавшую от катастрофического землетрясения. Практически сразу после землетрясения - американцы отправили сюда транспортный самолет с медикаментами от имени Америкэр, американского благотворительного общества. Конечно же, с медикаментами летели и американские разведчики - оценить масштабы разрушений и понять, насколько серьезные ресурсы будет вынужден вложить сюда Советский Союз для того, чтобы восстановить республику. Как оказалось - разрушения были катастрофическими и несколько городов - требовалось отстраивать почти что заново. Вместе с американским самолетом - летел сын вице-президента Буша, Джеб Буш со своим сыном и внуком вице-президента**. Они летели не как разведчики - помогали, чем могли, разговаривали с пострадавшими, раздавали помощь и Джеб Буш даже заплакал. Но этот визит - тоже был не просто так, только что произошел государственный переворот и американская разведка (да и не только разведка), разом потеряв множество контактов принялась заигрывать с армянами, большие общины которых жили на Западе и поддерживали контакт с советскими армянами. Кто же мог знать, чем все это может кончиться...

Сейчас - Буш должен был на несколько часов остановиться в Армении, чтобы проверить, как ведутся спасательные работы и передать еще некоторое количество гуманитарной помощи. Она уже была заранее переброшена несколькими самолетами С130 с авиабазы Инжирлик в Турции, сейчас - садился один из последних...

Самолет - тяжело коснулся бетонной полосы, вздрогнул всем телом, побежал по бетонке, замедляя ход. Специалисты Секретной службы, охранявшие вице-президента, отстегнулись и встали первыми, готовясь выйти на поле для оценки ситуации.

Небольшой русский бело-желтый автомобильчик с большим транспарантом Follow Me - уже ждал совершивший посадку американский самолет, чтобы провести его на стоянку, где уже выстроился почетный караул...

Визит высокопоставленного американского государственного деятеля, охраняемого Секретной Службой США в какую-то страну, тем более в такую враждебную как СССР - начинается отнюдь не с того момента, как самолет этого деятеля - касается взлетно-посадочной полосы. Он начинается куда раньше.

Подготовка визита в этот раз шла в большой спешке - на нее выделялось всего десять дней, потому что договоренности об обмене были достигнуты в последний момент и дата - тоже была согласована в последний момент. Как и принято при такого рода визитах - американская Секретная служба вышла на КГБ СССР с предложениями по совместным действиям. Как и принято при такого рода визитах - советская сторона предложение приняла.

Были организованы два оперативных штаба - основной, в Москве и запасной, в Ереване. В Ереване - в состав оперативного штаба включили представителей УКГБ по Армянской ССР (как потом оказалось, эта ошибка привела к тяжелейшим последствиям), поскольку они лучше всего знали обстановку на местах. В республике было неспокойно - в Нагорном Карабахе развивалось сепаратистское движение, недавно Внутренними войсками была разогнана демонстрация, были погибшие и раненые. Неспокойно было и на границах Армении и Азербайджана, особенно - на границе с родной для товарища Алиева Нахичеванью - кто-то старательно нагнетал обстановку в Закавказье. С целью обеспечить безопасность визита - были приняты стандартные меры безопасности как при визите советского государственного деятеля - были соответствующим образом сориентированы негласные осведомители, в административном порядке задержаны на пятнадцать суток хулиганы и бузотеры, лица, в отношении которых имелась оперативная информация, помещены в психиатрические больницы сумасшедшие. Были подготовлены два основных маршрута движения делегации и три запасных, здания армянского Совмина и несколько больниц, где лежали пострадавшие от землетрясения - взяты под усиленную охрану. В республике - было достаточно армейских частей и подразделений внутренних войск центрального подчинения, они одновременно и боролись с преступностью и мародерством в зоне землетрясения (а оно было!) и оказывали помощь, какую могли. Техники не хватало для такого объема работ и солдаты разбирали завалы просто руками. Тем не менее, в Ереван направили роту особого назначения из Москвы для усиления охраны, а в самой Москве - вице-президента США должна была охранять группа А - Альфа!

Десятого августа, когда точно было понятно, что визит состоится и договоренности об обмене не сорваны - в аэропортах Звартноц, Армения и Шереметьево-2, Россия совершили посадку по два огромных, темно-зеленых транспортника С5А Галактика, зафрахтованных Секретной службой США для спецперевозки. Они доставили мобильные штабы и транспорт, которым должен пользоваться вице-президент США в своих поездках. Было признано нецелесообразным, чтобы одни и те же машины работали и в Москве и в Ереване, поэтому самолеты доставили и туда и туда совершенно одинаковый комплект автомобилей. Вице-президент должен был передвигаться на удлиненном бронированном Линкольне из президентского гаража, весящем примерно две с половиной тонны. Его должны были сопровождать три спецавтомобиля, два Линкольна и Форд, тоже бронированные, с сотрудниками Секретной службы внутри. Завершать процессию должен был небольшой, черный фургончик - вэн с удлиненным кузовом и специальной аппаратурой внутри, подавляющей возможные радиосигналы на радиоуправляемое взрывное устройство. Поскольку СССР относился к числу мест, чрезвычайно опасных для визита американских государственных деятелей - агенты Секретной службы вооружились по полной программе, в багажнике каждой машины лежали автоматы Коммандо и даже пулемет. Советская сторона тоже должна была выделить сопровождение - малый мотоциклетный эскорт из девяти (большой из шестнадцати) мотоциклов и не менее пяти машин, набитых вооруженными сотрудниками КГБ. В Армении - кортеж должны были сопровождать два грузовика с бойцами Внутренних войск.

Американские самолеты приняли и загнали на самую дальнюю стоянку. Американцы хотели разместить снайперов на крыше аэропорта - но им сказали, что это не Америка и не Колумбия и от такого следует воздержаться. Во всем остальном - им не отказали, быстро создали временный штаб с сотрудниками КГБ, начальником милиции аэропорта и американцами. От усердия - советская сторона подогнала к аэропорту четыре бронетранспортера, приведя американцев в легкую оторопь.

Собираться начали еще с утра. Встретить президента - не такая простая задача, тут нужно решить массу вопросов, начиная от "хлеба-соли" и заканчивая проверкой территории на наличие взрывных устройств. Самой большой проблемой оказался тот самый хлеб - в Армении не пекут такой хлеб, каким принято встречать гостей по русской традиции. Заранее переданный заказ в специальную пекарню, обсуживающую республиканский Совмин и ЦК Армянской компартии конечно же не выполнили - то ли забыли, то ли заказ потерялся - и примерно за полчаса до начала визита начали подпрыгивать. Закончилось это тем, что один из сотрудников Армянского УКГБ позвонил домой родителям и объяснил что нужно. За хлебом отправили три машины с мигалками - но это стоило того. Идеальный каравай - ожидал вице-президента США, что называется "с пылу с жару"...

Когда заканчивали стелить дорожку - приехал Первый секретарь ЦК Компартии Армении Карен Серобович Демирчян. Уже немолодой, посеревший от усталости и горя политик, был на плохом счету в Москве и понимал, что ему скорее всего осталось недолго. Генерал Алиев недолюбливал армян и совсем недавно - вышло постановление по результатам массовых беспорядков в Нагорно-Карабахской АО, где на ЦК Компартии Армерии была возложена ответственность за значительные упущения в работе и потворствование националистическим и антисоветским настроениям в Армении. О персональной ответственности пока речи не шло - но Демирчян хорошо понимал - еще одна вспышка насилия и ему можно писать заявление по состоянию здоровья и хорошо если не отдадут под суд. Он уже побывал в Москве, где ему устроил форменный разнос на Политбюро маршал Соколов - а Алиев тогда молчал и лишь под самый конец негромко сказал - им весь Советский союз помогает, такое горе, а они антисоветчину у себя развели!

Самое страшное, что Демирчян понимал и правоту Соколова и слова Алиева. Но ничего с этим поделать не мог. Он знал о существовании в республике некоторых сил и знал, что тот, кто будет говорить лишнее - рискует тем, что убьют и его и всю его семью...

Поставив машины, сразу за машинами американского кортежа, армянская делегация стала ждать. В машине было душно - и армянский первый секретарь вышел из машины глотнуть воздуха, а за ним потянулись и все остальные.

На небе не было ни единого облачка, в легкой дымке - виднелись величественные горы. День обещал быть жарким...

Самолет уже приземлился, опытный пилот остановил его прямо у трапа, заранее подогнанного и тоже выстеленного красной ковровой дорожкой - но вице-президента выводить не спешили. Несколько сотрудников Секретной службы вышли через второй выход в хвосте самолета, там тоже был подогнан трап. Внизу - его ждали двое американцев и трое русских.

Один из американцев, стоящих на летном поле у трапа - сделал внешне ничем не примечательный условный жест, когда заместитель начальника смены Секретной службы появился на трапе. Этот жест означал, что все нормально, если бы его не было - то это означало бы, что вся передовая группа захвачена русскими, а сам начальник передовой группы - находится под прицелом русского снайпера. В этом случае - американцы были готовы попытаться взлететь прямо с летного поля, оставляя всю передовую группу в руках русских.

Но все было нормально и американцы спустились с трапа.

- Все нормально? - осведомился начальник смены

- Да, сэр. Все выглядит нормально.

Слово "выглядит" тоже было кодовым, применение другого слова обозначало бы опасность. Было заранее согласовано несколько возможных конструкций этого предложения, и каждое - должно было указывать на степень и характер опасности.

- Это наши русские коллеги. Сидоренко, Пафнутьев, Волк - из КГБ.

- Внутренние войска - поправил один из русских, открыто держащий на ремне автомат.

По второму трапу - спускались еще американцы, явного знака не было, видимо - передали по какой-то скрытой связи.

- Донахью. Это Лайза Малруни. Грэг Колдуэлл.

Американка заметила, что один из русских украдкой смотрит на нее - этот самый самец в форме и с автоматом. Метр девяносто, не меньше, косая сажень в плечах... неужели у него все такое огромное. В Вашингтоне с такими вот самцами было плохо, выбирать приходилось из всяких слюнтяев - адвокатов, нытиков и старичков - политиканов. Хватало и педиков. У агента Лайзы Малруни уже был один неудавшийся брак и сейчас - она не считала нужным сдерживать себя, раз мужики не сдерживают. Поэтому - агент Малруни ответила русскому таким откровенным взглядом, что он сразу потерялся и даже покраснел...

Грэг Колдуэл уже закончил пожимать руки, осмотрелся по сторонам, чтобы наметить маршрут выезда машин - и заметил какой то большой, желтый грузовик, приближающийся к ним издалека. Кажется, топливозаправщик.

- А это что? - резко спросил он, и поскольку русские могли не понимать английский, толкнул русского с автоматом и показал ему на движущуюся машину. Русский был тот самый, покрасневший от взгляда американки - но он был еще и профессионалом.

В отличие от американцев - командир специальной роты ОМСДОН,* выделенной для охраны американской делегации, капитан Волк - сразу понял, что происходит, упал на колено, передергивая затвор своего автомата. Заорал изо всех сил.

- Внимание, цель! На десять! Движущаяся! Короткими! По кабине водителя!

Несколько автоматов ударили по кабине приближающегося КрАЗа, полетели стекла. Кроме русских -успел открыть огонь только один из американцев - бывший морской пехотинец, сражавшийся в Бейруте, до него тоже дошло быстро, что может означать большая желтая машина**, приближающаяся к Борту-2. КрАЗ катился вперед, к борту номер один еще несколько секунд, казалось, что им никто не управляет. А потом - он взорвался, мгновенно и страшно, исторгнув из себя море огня. И это море огня, распространяющееся со скоростью несколько сот метров в секунду накрыло и русских и американцев и почетный караул и почетную делегацию во главе с Первым секретарем ЦК Компартии Армянской ССР Кареном Демирчяном. И самолет, который был выкрашен в бело-синий цвет и на котором был изображен горделивый американский орел. Вырвавшийся наружу огонь был голоден и ему было все равно, что перед ним - он хотел жрать и не намеревался успокаиваться. Миг - и американский самолет исчез в ревущем огненном облаке, немыслимая сила взрыва сбила и отшвырнула его на добрые три десятка метров...

Взметнувшееся пламя и столб черного дыма - были видны по всему Еревану...

Немыслимой силы ударная волна - моментально смела всех находящихся на поле, понеслась по полю, швыряя самолеты друг на друга. Невидимым молотом - она ударила по построенному в восьмидесятом году зданию аэровокзала. Одновременно лопнуло все остекление здания, как раз выходившее на летное поле - и осколки полетели по зданию, калеча и убивая людей как пули. За несколько секунд - волна раскаленного воздуха пронеслась по полю, разом лишив жизни больше тысячи человек и искалечив вдвое больше. В здании аэропорта - ждали люди, скопившиеся в ожидании пока уедет правительственная делегация и дадут отправление гражданским рейсам. Именно на них - рухнула крыла второго этажа аэропорта, не выдержавшая удара - при строительстве воровали цемент, строили кое как. Но большинство пострадавших - к этому времени были уже мертвы.

Выведенных в резерв солдат Специальных моторизованных частей милиции и внутренних войск, переброшенных сюда из Спитака - спасло только то, что они укрывались за своими машинами и бронетранспортерами, которые остановили летящие осколки. А самой по себе ударной волне на таком расстоянии - не хватило силы, чтобы перевернуть тяжелые машины или обеспечить людям смерть от баротравмы.

Командир отделения, ефрейтор Николай Пигузов из Иванова, солдат расквартированной под Пермью пятьдесят четвертой дивизии внутренних войск, части которой были переброшены в Армению для помощи пострадавшим от землетрясения - очнулся одним из первых, он даже не понял, что произошло. Первой мыслью было - еще одно землетрясение, только на сей раз под Ереваном. Их инструктировали на случай повторных толчков. Миллионный город - и если в нем произошло то же самое, что и в Спитаке...

Перед глазами была какая-то пелена, во рту - вкус крови. Он не сразу понял, что это дым...

Их бронетранспортер стоял рядом, он уцепился за колесо, потом за борт, поднялся. Его вырвало - прямо на броню.

Лязгнул люк, показалась голова их мехвода, Лехи с Перми, в танковом шлеме. Глаза со старый советский рубль.

- Это чё это, а? - спросил он и нецензурно выразился

Держась за борт бронетранспортера, ефрейтор прошел несколько метров - и буквально остолбенел от увиденного.

Аэропорта - не было. Вместо него - клубы черного дыма, где-то - и пламени.

Делегация...

Он знал, что будет какая-то делегация, но до него не довели, какая. Предполагали, что приедет товарищ Соломенцев, Генеральный секретарь партии. Теперь - он похолодел от осознания того, что произошло. Взорвали генерального секретаря Партии - он видел садящийся самолет, по связи передавали - усилить бдительность.

Взорвали генерального секретаря Партии...

Скорее всего, все их командование уже погибло - они были или у самолета, или в здании аэропорта.

За спиной - поднимались солдаты, кашляли, их рвало. Это были советские солдаты. Его солдаты. И командовать - было некому.

- А ну! - закричал он - помогите товарищам! И по машинам! Быстро!

Несколько бронетранспортеров и грузовиков Урал - выдвинулись к зданию аэропорта. Командовать, кроме него было некому - старшие по званию до лейтенанта включительно не проявляли ни желания ни способностей, отвечавший за резерв капитан ушел к аэропорту - посоветоваться. Посоветовался...

Ефрейтор соскочил с брони.

- Вы, вы и вы - помогите людям в аэропорту. Остальные - за мной.

Решение было правильным - четыре бронетранспортера выдвигались на поле, где возможны были и повторные взрывы, моторизованные части милиции на Уралах - оставались, чтобы разбирать завалы в аэропорту. В Армении восемьдесят восьмого - разбирать завалы было уже привычным делом, и объяснять, как это делается, как помочь раненым - не приходилось.

На поле - бронетранспортеры пришлось остановить. Просто не видно было куда ехать, и можно было наехать на кого-то, лежащего на бетонке. Особо сильного пожара не было - но очаги были, они давали дым, из-за которого не было видно ничего на поле.

- Надеть противогазы! Цепью! Дистанция на прямую видимость! Не стрелять! Шагом марш! - командовал ефрейтор.

Все поспешно натянули противогазы- они были у каждого. В том же Спитаке - в некоторых местах на завалах без противогаза достаточно было подышать минут пятнадцать, чтобы свалиться без сознания.

Солдаты внутренних войск - выстроились, как смогли, цепью и пошли по искореженному летному полю...

Идти было сложно - они то и дело спотыкались.

Они набрели на воронку от взрыва и обошли ее по краям - один из солдат едва не упал в нее. Когда обходили - поняли, насколько она была огромной, какой была силы перекорежившегося все взрыва.

Попадались люди, точнее - фрагменты людей. Привычные к такому зрелище после разбора завалов солдаты только останавливались, если фрагмент был достаточно крупным, чтобы понять - может ли этот человек быть живым. Выживших - не попадалось...

Так получилось, что ефрейтор и еще несколько человек вышли на самолет. Странный самолет. Одно крыло оторвано полностью, другое - отсюда не видно. Следы пожара, фюзеляж относительно цел, только хвост оторван. Высокий хвост Боинга сыграл дурную шутку - удара взрывной волны он не выдержал, оторвав и хвостовую часть фюзеляжа. Самолет перевернулся на бок, каким-то чудом уцелела носовая стойка шасси, сейчас он частично опирался на нее и лежал на боку. В одном месте был виден пожар, горело где-то в районе носа.

Естественно, они взяли ручные огнетушители из бронетранспортеров, тут не знаешь, с чем столкнешься на поле и как бы не загореться самому. Люди они не видели, но хвост был оторван и получилось, что заходить лучше всего с кормы, с линии разлома фюзеляжа. Там тоже что-то горело - но один из солдат активировал огнетушитель и быстро потушил пожар.

У всех у них было оружие, но никто не держал его в руках - они не искали здесь врагов, они хотели помочь. Ефрейтор - привычно полез вперед, тем более что он - прихватил из бронетранспортера шанцевый инструмент - короткую, загнутую с одной стороны монтировку, которая была очень к месту если приходилось разбирать завалы.

Сам самолет обгорел, но салон пострадал несильно - за исключением того, что все было вверх дном, потому что самолет похоже, кувыркнулся. Пассажирский Боинг - скорее всего не выдержал бы удара, но это был переделанный военный заправщик - транспортник с повышенными требованиями по прочности фюзеляжа, да еще и дополнительно усиленный при переделке в самолет для транспортировки особо важных персон. Ударная волна, столкнувшись с плоской стеной здания аэропорта просто разнесла ее вдребезги и убила людей, но самолет - фюзеляж самолета был круглого сечения, специально предназначенный для того, чтобы оказывать минимальное сопротивление воздушным массам на высокой скорости. Поэтому - большая часть энергии ударной волны просто обтекла его и ушла дальше и самолет был относительно цел. Повезло американцам и в том, что носовой и центральные отсеки были закрыты, а топлива в баках было немного - самолет рассчитывали дозаправить в Ереване, чтобы лететь до Москвы. Сами баки, как и на любом военном самолете - были дополнительно защищены и не взорвались - иначе бы на месте "Борта N 2" остался бы погребальный костер. Повезло американцам и в том, что американский агент безопасности заметил приближающуюся машину, а советский офицер вовремя принял решение стрелять. В отличие от пассажиров, скопившихся в аэропорту Звартноц - американцам повезло в этот день и не раз...

В хвостовом отсеке - ефрейтор наткнулся на трупы. Из-за противогаза было видно плохо, он постоянно протирал стекла и получилось так, что они были испачканы какими-то разводами. Ощущался жар - он был в обычной военной форме, не в пожарной брезентухе, которая лучше подходит для таких случаев - и он понимал, что сам может в любой момент вспыхнуть. Ефрейтор принял решение, что лучше всего пока никого не вытаскивать из самолета. Здесь и мертвые и живые - по крайней мере защищены от огня, частично и от удушливого дыма, а у них - недостаточно людей, чтобы организовать живую цепочку и передавать выживших и тела убитых туда, где их будут ждать машины скорой помощи. Лучше попытаться найти уцелевших, тех, кто может двигаться и попытаться вывести их из этого ада.

Продвинувшись дальше, он натолкнулся на дверь и не смог ее открыть. Попытался сделать это ломиком - и не смог, просто не за что было зацепиться. Он не входил в нештатную группу, которая отрабатывала возможное освобождение захваченных угонщиками самолетов - но подумал, что все равно таких крепких дверей в самолете быть не должно... если это не самолет генерального секретаря. Пытаясь дать понять, что он здесь и готов оказать помощь - он начал стучать ломиком по двери - три длинных, три коротких, международный сигнал чрезвычайной ситуации, который он знал, потому что в детстве занимался в мореходном кружке. После нескольких циклов - он услышал ответ...

Кто-то ударил по двери с той стороны, ефрейтор ударил в ответ. Дверь не открывалась, видимо перекосилась. Потом - они поняли, что надо делать, и тот кто был с той стороны, и сам ефрейтор - ефрейтор начал налегать на ломик с этой стороны, пытаясь открыть, тот кто был с той - начал бить в дверь, пытаясь сдвинуть ее с места...

Дверь какое-то время не поддавалась, потом - поддалась неожиданно легко, отворилась так, что ефрейтор едва удержался на ногах. И увидел, как человек в открывшемся проеме - поднимает укороченный автомат...

Никто не предполагал такого. Никто не был к этому готов.

Последнее, что успел передать один из сотрудников передовой группы - стрельба в районе хвоста. Последнее, что успели сделать сотрудники службы безопасности - закрыть обе двери, ведущие в центральный отсек. А начальник смены Секретной Службы Ник Горино, один из шести личных телохранителей, работающих с вице-президентом постоянно - бросился на Буша и прикрыл его своим телом, придавил к креслу.

В следующее мгновение перевернулся весь мир.

Самолет с чудовищной силой ударило слева и все почувствовали, как он отрывается от бетонки и куда-то летит. С треском что-то сломалось, мигнуло и погасло освещение. Всех - вырвало со своих мест и куда-то швырнуло...

Старший агент Секретной службы Ник Горино пришел в себя от того, что понял - он на чем-то лежит. На чем-то горячем. Он на чем-то лежит и ему трудно дышать...

Он пошевелился и понял, что как-то двигаться он может. Еще он понял, что самолет скорее всего горит...

Русские сбросили атомную бомбу...

Происходящее напомнило ему один совершенно секретный тренинг - они проходили его совместно специалистами из Группы ядерной безопасности Департамента энергетики. Он посвящался тому, что нужно делать, если они с охраняемым лицом попадут под ядерный удар...

Кто-то потащил его за ноги, он закричал от боли...

- Сэр! Вы слышите меня, сэр!

В голове гудело.

- Спасайте... спасайте... первого...

Охранники в основном уцелели, хотя переломов при падении не получили только четверо из них. Сейчас - они пытались навести в салоне хоть какой-то порядок.

Один из них - оттащил начальника смены - тот закричал, значит, одна или обе ноги повреждены, но сам он жив. Второй - подобрался с другой стороны, неуклюже переваливаясь по креслам - самолет лежал на боку. И увидел вице-президента...

Вице-президент был белым как мел, но его глаза моргали. Он не понимал, что происходит.

- Сэр, вы живы! Мы выведем вас отсюда! Дайте маску! Маску, черт возьми, маску...

Кто-то бросил маску с небольшим баллоном - модернизированный горноспасательный комплект...

- Дышите, сэр...

- Отойди! Я займусь им! Иди к дверям!

Агент Джек Пардю имевший образование военного санитара - начал осматривать вице-президента.

- Сэр, вы можете говорить? Сэр, ответьте!

У вице-президента был явно шок, он был в сознании, но говорить не мог.

- Дайте аптечку.

Прямо через одежду - агент вколол Бушу противошоковое из шприца - тюбика военного образца. Вице-президент был уже достаточно пожилым человеком, но крепким, должен был выдержать. Противошоковое немного привело его в себя, его взгляд стал более осмысленным, он сильно закашлялся.

- Сэр, вы знаете, кто я? Вы меня помните?

- Да... черт...

- Мы вытащим вас! Где больно? Где болит!?

- Спина... черт... и рука.

Агент похолодел от ужаса - это мог быть перелом позвоночника.

- Сэр, не двигайтесь! Лежите спокойно. Дайте мне шины! Нужно его зафиксировать!

В это же самое время - пока один из агентов занимался здоровьем вице-президента, остальные - решали что делать.

Нашли два чемоданчика, в каждом из них было по автомату Узи с укороченным стволом. У каждого было по пистолету. В носовом отсеке - был бронированный шкаф с более серьезным оружием, там были автоматы с подствольными гранатометами. Но их отсек - центральный - был блокирован с обеих сторон и в носовой отсек было не пробраться.

Старшего агента вытащили в более удобное место. Обе ноги его оказались сломаны, один из агентов наложил на них жгуты...

Вот так...сэр. Давайте, посадим его.

Горино посадили у стены, Кресла теперь были как бы на стене и сидеть на них было невозможно...

- Что произошло? Какого хрена произошло?

- Похоже на ядерный взрыв...

- Или обычный, но очень сильный. Если рядом с самолетом русские сбросили мощную бомбу, было бы то же самое.

Один из агентов - приложил руку к стенке фюзеляжа. Она была теплой.

- Мы горим. Господи, мы горим!

- Заткнись, Дик. Не разводи панику. Нужно ждать помощи.

Вернулся один из агентов, посланный в носовой отсек. Он пробирался по рядам кресел, как акробат, чтобы не побеспокоить лежащего вице-президента.

- Сэр, дверь в носовой блокирована. Телефон не отвечает.

В каждом отсеке - был телефон для внутренней связи.

- Надо выбираться...

- Какого хрена? Если там был атомный взрыв, мы погибнем от радиации.

- А ты думаешь, это защитит нас? Ты и в самом деле так думаешь?!

- Заткнись!

- Сэр, это может быть землетрясение - сказал один из агентов - русские могут быть ни при чем. Здесь только что уже было землетрясение, очень сильное, погибло несколько городов. Вспомните нашу программу, мы должны были посетить гражданскую больницу, где лежат пострадавшие от землетрясения...

- А как же быть со стрельбой? Какое это нахрен землетрясение?!

- Хватит...

- Твою мать... И что нам теперь делать?

- Надо дожидаться помощи. Пойдем на прорыв, только если самолет загорится. Билл, пойди, узнай, что там с первым. Только тихо.

- Да, сэр.

- Люк, и ты, Дик - идите к двери в носовой отсек. Попробуйте пробиться туда, а если получится, то и в кабину пилотов. Нам нужно оружие посерьезнее этого. И нам нужно понимать, что происходит, нам нужно подать сигнал бедствия...

- Да, сэр...

- Остальные - занимаем позиции здесь. Не стрелять без моей команды, мы не знаем точно, что произошло и насколько русские в этом виноваты.

- Сэр... - сказал один из агентов, смотря в сторону носового отсека - если этот мелкий пакостник будет поднимать панику, я его просто пристрелю. И так хватает проблем.

- Заткнись. Мы должны быть единой командой, особенно сейчас. Понял?

- Да, сэр...

Вернулся агент, которого послали проведать о здоровье первого.

- Сэр, Джек говорит, что первый нетранспортабелен. Возможно - перелом позвоночника.

- Твою мать...

- Он попытается сделать все, что в его силах, у него есть большая аптечка. Но первого надо в настоящий госпиталь и как можно быстрее. Как можно быстрее...

- Окей. Нужно сделать какую-то баррикаду из кресел на случай, если войска КГБ начнут штурм самолета...

Надо было понимать чувства американца - когда дверь открылась, и он увидел такое. Потом, уже на своей земле - он признавался в приватных разговорах, что чуть не наделал в штаны...

Американцы, к тому времени - уже были сильно зомбированы разной рейгановской пропагандой, представлявших русских злобными орангутангами в ушанках с красными звездами. Иногда для того, чтобы было пострашнее - русские захватывали Америку не снимая противогазов - военные при этом начинали смеяться, они то понимали, что такое противогаз и как тяжело в нем находиться даже минутами, не говоря уж о том, чтобы часами. Американец был ранен, контужен, не соображал, что происходит и предполагал, что по аэропорту вполне мог быть нанесен ядерный удар - после ядерных взрывов в Пакистане в Америке начался очередной виток атомной истерии. По его мнению - русские были достаточно безумны, чтобы сделать это даже на своей территории.

Они услышали стук и поняли, что в хвостовом отеке кто-то есть. Послали туда человека, чтобы открыть дверь... там могли быть выжившие журналисты. Но когда открылась дверь - американец увидел перед собой человека в ушанке (чтобы волосы не опалились, и голове не было так жарко) противогазе, с ломиком и торчащим из-за плеча стволом автомата Калашникова. Русский солдат! Американец вскинул автомат - но солдат ударил его по руке ломиком и пошел на него. Оттолкнул в сторону.

- Стоять! Стоять, стреляю!

Второй американец - держал советского солдата под прицелом пистолета. Секретная служба перевооружилась одной из первым, сейчас они были вооружены Сиг-Сауэерами П228, такими же, как специальные агенты ФБР. Тринадцать патронов в магазине, четырнадцать в стволе - достаточно почти против всего. Но не против солдат КГБ, вооруженных автоматами Калашникова.

- Не стрелять!

- Сэр, он...

Солдат стащил противогаз. Из открытой межотсечной двери - резко тянуло дымом и гарью.

- Я ефрейтор советской армии Пигузов. Я хочу вам помочь. Вам надо в госпиталь.

- Что он говорит, сэр!? - агент, державший солдата под прицелом пистолета был почти в истерике и готов был спустить курок

- Кто-то знает русский? Где Стефан?

- В переднем отсеке, сэр....

- Сэр, по-моему этот солдат хочет нам помочь... - неуверенно сказал один из американцев - он сказал "госпиталь"...

Несколько вертолетов, казавшихся почти черными - показались со стороны Еревана. Один из них был большим - Ми-6, мишка, другие - чуть поменьше размером, Ми-8. Все они - использовались на работах по ликвидации последствий землетрясения - но сейчас были набиты под завязку солдатами СМЧМ**** и внутренних войск. Два вертолеты были военные, остальные - Аэрофлота. В Мишке - был оперативный штаб и два отделения бойцов ОМСДОНа, которые находились в резерве в Ереване.

- Береза два, я борт ноль сороковой, наблюдаю густой дым, множественные очаги пожаров, сильные разрушения. Связь с постом управления аэропорта отсутствует.

- Борт ноль сорок, я Береза два. Приказываю высадить десант и немедленно возвращаться.

- Есть...

Вертолетчик мрачно смотрел на черную тучу перед ним... такого он не видел даже в Афганистане...

- Вон там, левее, не так дымно, есть подходящая площадка... - подсказал второй пилот

- Садись на связь, сообщай остальным бортам. Высаживаем десант и возвращаемся.

- Есть...

- Стройся!

Вертолеты рокотали над головами, звук их винтов смещался в сторону Еревана - борты ушли за подмогой...

Майор внутренних войск Добряга, по случаю специального задания одетый в спешно подобранный для него костюм пожарного - встал перед строем.

- Товарищи бойцы. Произошел террористический акт, есть погибшие и раненые. Ваша задача - пройти к зданию аэропорта, обезопасить район, начать разбор завалов. Используйте противогазы и респираторы для защиты органов дыхания. Спасите, кого можете. Командуют на местах командиры отделений. Мартынов ко мне, остальные - в квадрат марш...

В квадрат, выйти в квадрат, идти в квадрат - так называлась работа по разбору завалов. Руинами, развалинами - их никто не называл, равно как и трупы - трупами, чтобы не сойти с ума. Если видишь раздавленного бетонной плитой ребенка - с ума съехать можно запросто, такие случаи уже бывали. Один из офицеров умер от сердечного приступа в первую же ночь здесь, не перенеся того, чему пришлось быть свидетелем.

Капитан Мартынов, здоровяк - самбист из дивизии Дзержинского - подошел к майору. Двадцать человек - остались в строю.

- Значит, довожу обстановку, дзержинцы - сказал майор - около часа назад здесь совершил посадку американский самолет с американской делегацией на борту******. Он и был взорван.

На лице капитана ничего не отразилось.

- Скорее всего, это провокация войны с Соединенными штатами Америки. Провокация врагов народа. Война нам не нужна, мы мирное государство. Боевая задача - пробиться к самолету, обеспечить периметр безопасности, оказать помощь пострадавшим, если это возможно, принять меры по тушению. Я иду с вами.

- Так точно.

- Не стрелять без команды, дзержинцы. Мы здесь для того, чтобы помочь.

- Так точно.

- Разобрать огнетушители, инструмент, носилки. Надеть противогазы. В колонну по одному, за мной, бегом марш.

Огнетушители они позаимствовали в вертолетах - в вертолетах бывают большие, мощные огнетушители и они пришлись здесь как нельзя кстати. Еще у них были саперные лопатки, носилки и некоторое количество шанцевого инструмента - три лома. Шанцевый инструмент в Армении сейчас было раздобыть нетрудно, он был предметом первой необходимости.

Оружие было у всех - но за спиной, только майор держал в руках снятый с предохранителя пистолет Стечкина. Как только прошли аэропорт, вышли на летное поле - перешли на шаг...

Разрушения были просто катастрофические, у майора аж в душе похолодело, когда он увидел, во что превратилось здание аэропорта. У здания - уже были солдаты, они пытались разбирать завалы, на брезенте и просто на земле - лежали пострадавшие, многие - с чудовищными ранами от стекла. Коротко переговорив с одним из солдат, майор понял, что здесь был сильнейший взрыв и очень много погибших. Раны от стекла подтверждали это - при землетрясении такого количества глубоких порезов стеклом не бывает.

Вместе с солдатами работали какие-то армяне, сами пострадавшие, многие в крови - но они с остервенением обреченных вгрызались в каменное крошево, чтобы спасти тех, кого еще можно было спасти. Работали без рукавиц, многие с изрезанными руками - но работали. И солдаты и армяне кашляли и плакали - дым и гарь ели глаза. Уже был слышен вой сирен - к аэропорту спешили машины скорой...

Еще сказали, что какая-то группа солдат уже ушла на поле.

Майор повел своих людей дальше.

Ветра не было, и тяжелый смог над полем не рассеивался, видно было метров на двадцать пять, не больше. Они увидели огромную воронку - майор прикинул, что рвануло гораздо больше тонны. Мощная авиабомба, не иначе. Осталось понять, откуда она взялась здесь...

Они прошли дальше и увидели самолет. Он был один, рядом ни одного другого самолета не было. Точнее - это был не самолет, а то что от него осталось. Носовая стойка каким-то чудом уцелела, хвост оторвало, крыла, по крайней мере одного не было. Судя по виду - самолет перекувыркнуло несколько раз ударной волной.

У самолета стоял солдат, с автоматом - майор сначала увидел только одного. Увидев надвигающихся людей, он вскинул автомат.

- Стой, кто идет?

- Майор Добряга, внутренние войска! - крикнул майор и закашлялся - не стрелять!

Солдат опустил автомат, майор подошел ближе.

- Фамилия, номер части.

- Рядовой Малешкин, сто тридцать восьмой полк внутренних войск.

- Свердловский? Как здесь оказался? Кто командует?

С другой стороны самолета появился и второй солдат, тоже с автоматом.

- Товарищ майор, мы в резерве были... - солдат тоже закашлялся - потом это все...

Майор понял, что солдат если и не в шоке, то где-то близко к этому. Скорее всего, еще и контузия.

- Кто командует?

- Ефрейтор Пигузов, товарищ майор. Он в самолете.

- Благодарю за службу, рядовой, молодец. Как заходить в самолет?

- Вон там, товарищ майор...

В выломанную дверь передали носилки. Потом еще одни...

- Сэр, они не пройдут... - сказал один из американцев - носилки здесь не пройдут. Надо ломать перегородки.

Русских становилось все больше, прибыл русский офицер, который знал несколько слов на английском языке. Принесли носилки.

- Надо убрать вот эти вот кресла, чтобы можно было подобраться к первому.

- Давай, Марк, скажи им...

- Надо... Вот это... убрать... понимаешь? Убрать отсюда! Вот так!

Русский, кажется, понял. Отдал какую-то команду, двое русских вышли, вместо них появился какой-то здоровяк. Судя по виду - Рэмбо, не меньше. С ломиком. Он коротко ухнул и нанес удар ломом куда-то в основание кресла. Потом еще раз. Потом - без особых усилий оторвал кресло от пола, вопросительно посмотрел на своего командира...

- Твою мать... - тихо сказал один американец...

Вице-президента удалось аккуратно переложить на носилки и вынести, пробив большую дыру в переборке, ведущей в багажное отделение - там было относительно свободно, можно было пройти с носилками. Дыру в переборке пробил тот же самый русский, он орудовал то ломиком, то руками, пробивая дорогу, рвал руками алюминиевые переборки, вызывая у американцев тихий ужас. Они не знали, что это - ОМСДОН и Внутренние войска и предполагали, что все русские - такие...

Наконец, трое носилок - с вице-президентом и двумя наиболее пострадавшими агентами - вынесли из самолета...

- Ефрейтор Пигузов... - сказал майор

- Я!

- На месте за старшего. Пока не вернусь. Вытаскивайте пострадавших, разблокируйте носовой отсек. Попробуйте попасть в него через пилотскую кабину.

- Есть!

- Мартынов - давай, за мной...

Несколько дзержинцев, в том числе и сам Мартынов - подхватили с земли носилки и понесли. С ними были двое агентов Секретной службы, которые оставались на ногах...

В передовой группе, которая прибыла в самолетах Галактика, стоящих сейчас довольно далеко от места взрыва - в живых не осталось почти никого...

Все они разошлись по точкам, когда надо было обеспечивать визит в аэропорту, там, на своих местах и погибли. У самолета - была команда пилотов, четверо офицеров безопасности ВВС, охранявших сами самолеты и небольшая группа резерва - двое снайперов и несколько бойцов с тяжелым вооружением - на случай прикрытия основного самолета, если русские вздумают атаковать его. Такие меры безопасности применялись только в таких странах, как, к примеру, Ливан. Истерия по поводу русских была настолько велика, что решили прикрывать самолет и здесь.

Когда произошла чрезвычайная ситуация - никто ничего не понял. Только один из агентов, кажется Дик Каппи, крикнул "действие" - и в этот момент все взорвалось...

Огромные Галактики стояли намного дальше от эпицентра, чем президентский Боинг - вообще, как потом установит следствие, в результате обстрела машина подорвалась рядом с забитым людьми аэропортом и основной удар пришелся по нему. Но и того расстояния до эпицентра, которое было - вполне хватило. Один из снайперов занял позицию на крыле самолета, его подхватило ударной волной - позже нашли в восьмидесяти метрах, мертвого. Сам самолет устоял - три с лишним сотни тонн, как-никак - но один из двигателей сорвало с крепления и ударило по другому, плюс - по фюзеляжу ударило какой-то советской машиной, проломив его. Ударило и по кабине летчиков каким-то осколком...

Агент Николас Пигс, один из группы прикрытия, бывший зеленый берет из Форт Брэгга - с трудом встал на ноги в огромном десантном отсеке Галактики. Самолет тряхнуло так, что он полетел с ног. И сейчас не понимал, что происходит...

- Черт возьми...

Он с ужасом увидел, что фюзеляж поврежден - что-то врезалось в него...

Потом оказались язычки пламени. Пока маленькие.

- Пожар!

В любом самолете - есть несколько мощных огнетушителей, помимо системы пожаротушения. Самолет - это считай алюминиевый гроб, набитый горючим, горючего в нем до черта и он может взорваться так, что сгоришь в считанные секунды. Поэтому - увидев пожар, агент Пиггс проковылял к тому месту, где был огнетушитель - он к счастью оказался на месте. Сорвал его с креплений - он оказался тяжелым, почти неподъемным. Дотащил его до места возгорания, засыпал его белым, удушливым порошком.

Кто-то тронул его за плечо - он обернулся и увидел капитана Ковингтона, командира экипажа. Все лицо его было в крови, кажется, даже кожа содрана.

- Какого черта? Что произошло.

- Был... взрыв... - проговорил капитан и пошатнулся. Пигс подхватил его.

Несколько минут ушло на то, чтобы собраться. Оказали помощь себе и членам экипажа. Второй пилот погиб.

Один из агентов - вставив ключ в специальное запорное устройство на одном из находящихся в самолете контейнеров, повернул. Сорвал печать и откинул крышку. В стандартном морском контейнере - были бронежилеты, штурмовое автоматическое оружие, гранаты. Были даже несколько ПЗРК Стингер и ПТРК Дракон - на случай, если дело будет совсем худо...

- Вооружаемся... - устало сказал он

- Сэр, это что, русские? - спросил агент Мэрион Каммингс

- Нет, инопланетяне. Хорош болтать. Вооружаемся.

Агент Пигс взял пулемет. Старый добрый М60Е3, он имел с ним дело в беретах - тяжелый - но удобный, ухватистый. Надел рюкзак и кинул в него один за другим четыре короба с патронами. Пятый - вскрыл и зарядил пулемет, ленту кинул на плечо.

- Готов... - сказал он то ли сам себе, то ли еще кому.

В зеленых беретах - его учили воевать с русскими, и если потребуется - отдать жизнь за Родину и свободу, за право на существование всего цивилизованного мира, за правом не быть под пятой коммунистов. Теперь - они были на земле самой Империи зла и он хорошо понимал - живым им не уйти. Даже если они захватят самолет - все равно комми пошлют истребители и расстреляют их в воздухе. Им всем - суждено умереть здесь, а потом - и десяткам миллионов русских и американцев - в ядерной войне.

А если все равно умирать - так хоть повеселимся напоследок...

- Значит, так. Наша задача - обезопасить самолет с первым лицом. Найти какой-то транспорт. Подгоняем транспорт, грузим туда выживших и сматываемся. Я взял радиомаяк и Керк тоже. Нужно как можно быстрее смотаться отсюда, пока силы КГБ не окружили район. Активируем маяки и дождемся помощи из Турции. Всем ясно?

- Сэр, может попытаться связаться с Бортом два

- Уже сделано, не отвечает. Связи нет ни с кем, аппаратура повреждена...

Вполне возможно - что аппаратура повреждена электромагнитным импульсом ядерного взрыва...

- Нам надо найти самолет. И найти транспорт. Ник, ты за транспортом, Джо, давай с ним. Какую-нибудь большую машину, желательно полноприводную. Если не будет - то обычную... самосвал... можно автобус. Большую машину.

- Так точно, сэр.

- Остальные за мной.

- Правила применения оружия, сэр?

- Только если по нам откроют огонь. Или если откроют огонь по борту два. Гарри, что с самолетом?

- Мы не взлетим, сэр - сказал один из членов экипажа, который пострадал меньше всего - оба двигателя на правом крыле сильно повреждены, фюзеляж поврежден, пилотская кабина повреждена. Нашей птичке нужен капитальный ремонт, не меньше двух недель, и то если постараться. И не здесь.

- Твою мать... Ладно, пока используем это как запасное укрытие. Все, пошли...

Они выбили люк аварийного выхода, один за другим спустились на землю. Кто-то закашлялся... дым был здесь не таким плотным, но все равно ел глаза.

- Пресвятая Дева Мария... - кто-то перекрестился

- Сэр, мы не пройдем. Нужна какая-то защита органов дыхания... - сказал из агентов - просто так мы не пройдем...

Скорее всего, именно эта задержка спасла от чудовищной трагедии. Если бы они не потеряли время на то, что сооружали себе респираторы, а пошли бы сразу - то скорее всего наткнулись бы на подходящих в самолету дзержинцев. Нервы у всех на взводе, пальцы на спусковых крючках, солдаты в противогазах и с автоматами как из нашумевшего фильма "Красный рассвет". Еще и с ломами. Открыли бы огонь, постреляли бы дзержинцев. А у самолета - группа Пигузова, к аэропорту по земле идет колонна с милицией и солдатами, садятся вертолеты с солдатами внутренних войск. Открыли бы ответный огонь и уничтожили на месте как бешеных собак - приняв за террористов. И полилась бы кровушка...

Пигс шел туда, где было не так пыльно и дымно. Он решил выйти к аэропорту и поискать технику там - неповрежденную технику. Может быть аэродромную... какую угодно, только чтобы убраться отсюда. Но вместо этого - в пыли, в дыму - он заплутался. Просто заплутались... а как не заплутаешься, если глаза постоянно слезятся, приходится их прикрывать, иначе совсем хана. И их всего двое.

- Черт... - Джо Гренье, еще один агент закашлялся, глухо и тяжело под своей повязкой, делающей его похожим на пошедшего на дело пирата - кажется... вон там люди... Пошли, спросим у них...

- Ты охренел?!

- Тогда подохнем! - огрызнулся Гренье

Они пошли на шум - и почти в упор столкнулись с какой-то колонной русских. Они несли носилки - увидев американцев - они что-то закричали и подняли оружие.

- Бросить оружие! Бросить оружие! - закричал Пигс фразу из армейского офицерского разговорника - руки вверх!

Гренье оказался чуть справа, ему было лучше видно русских...

- Первый! На носилках! - крикнул он по-английски.

- Руки вверх! Руки вверх!

- Ты что, совсем придурок?! - заорал один из советских офицеров и закашлялся - их надо срочно доставить в госпиталь, прямо сейчас, иначе дело дрянь! Они нетранспортабельны, в тяжелом состоянии! Ты хочешь их убить?

Из пыли и дыма выступил человек, в котором он опознал агента Хадсона. Какая-то тряпка на голове, лицо испачкано копотью и засохшей кровью. Одну руку он поддерживал другой.

- Пигс, опусти оружие. Отбой.

- Что с первым?!

- Он пока жив. Его надо срочно в госпиталь...

Американец лихорадочно размышлял. Он и не подумал поверить Хадсону... возможно, русские держат его под прицелом, возможно он предатель и в сговоре с русскими. Но что он может сделать?! Из уцелевших на ногах было несколько человек, остальным тоже требовалась срочная медицинская помощь. Русские конечно козлы... но неужели они решили взорвать собственный аэропорт... если бы они хотели всех убить, то просто сбили бы самолет и все. К тому же - у них всего несколько пулеметов и автоматов, а русские вооружены до зубов. Постоянно приземляются все новые и новые вертолеты, в клубах дыма видны русские бронетранспортеры и тяжелые грузовики. Если даже русские задумали неладное - они не отступят, и он ничего не может с этим поделать.

Американец едва заметно кивнул

- Хадсон... черт, я и Гренье пойдем с вами. Там уцелело несколько наших в самолете, им тоже нужна помощь.

У самолета - дошло до предупредительных выстрелов - агенты Секретной службы привыкли сначала стрелять, потом разбираться, в рейтинге спецслужб США они стояли на первом месте и считали оправданным любое действие, направленное на защиту охраняемых. К счастью - в этот момент вскрыли носовой отсек и один из уцелевших агентов приказал не стрелять. Вместе, русские и американцы стали вытаскивать пострадавших из самолета - пока подоспевшая смена не заменила их. Многих из них - отправили в больницу.

В карете советской скорой, под охраной бронетранспортера внутренних войск - вице-президента США Д.Г.У Буша отвезли в ту самую ереванскую больницу, которую он намеревался посетить как гость и передать гуманитарную помощь. К счастью ... хотя какое тут счастье - именно в этой больнице оказалась группа московских опытных медиков из НИИ Склифосовского, которые за последнее время приобрели огромный опыт работы с похожими травмами и спасения людей в критических ситуациях. Было в больнице достаточно и крови всех групп - доноры сдавали кровь по всему Советскому союзу. Вице-президента осмотрели, определили внутреннее кровотечение и немедленно, не дожидаясь американских врачей - положили на операционный стол.

Примерно через два часа - в Ереван прибыла Альфа и рота особого назначения из Теплого стана. Вместе с ними - в Ереван из аэропорта вывезли и собрали части дивизии Дзержинского. Больницу с американцами - туда свезли всех пострадавших - окружили бронетранспортерами, выставили посты на всех этажах и организовали пропускной режим. Потом привезли кинологов с собаками - проверять всю больницу.

Но было уже поздно...

Ночью - в Ереван начали прибывать части девяносто восьмой дивизии ВДВ. По тревоге подняли части седьмой гвардейской армии, дислоцированной в Армении...

Над полем ереванского аэропорта - грохотали вертолеты, высаживая все новые и новые подкрепления - спасателей, военных и гражданских медиков, солдат Внутренних войск. Но дело было сделано - едва ли не самый страшный террористический акт в истории человечества - свершился. Одиннадцатое сентября - навечно вошло в историю...

* Это правда. Вся эта грязь всплыла только сейчас

** Это тоже соответствует действительности, Джеб Буш летал в Армению в восемьдесят восьмом.

* Отдельная мотострелковая дивизия особого назначения. Дивизия Дзержинского

** В 1984 году почти такой же большой желтый мусоровоз с укрепленной изнутри кабиной - в Бейруте въехал в периметр временной базы морской пехоты США. Остановить его не смогли, хотя и успели открыть огонь. Погибли больше двухсот морских пехотинцев.

***** Специальные моторизованные части милиции.

****** Информацию о том, кто едет - сообщают только тем, кто должен обеспечивать ближний круг охраны. Остальным ничего не сообщают - вставай здесь и стой, пока другой команды не будет.

Content

Маркьянов Александр Стальное поколение