Маргарет Уэй

Первый и единственный

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Ровно за десять минут Ева добралась из коммерческого банка, где она работала, до небоскреба, в котором располагался офис компании «Транс континентл». Часы на башне напротив пробили час дня, и девушка удовлетворенно улыбнулась. Она явилась точно в назначенное время.

Несколько секунд она потопталась возле стеклянных дверей, собираясь с мыслями, потом глубоко вздохнула и уверенной походкой вошла внутрь, едва кивнув служащему за стойкой в вестибюле. В лицо ей ударил поток свежего воздуха из кондиционера, прохлада которого придала Еве сил.

В ожидании лифта она огляделась. Компания «Транс континентл» только-только отремонтировала это здание. На отполированном паркете весело играли солнечные лучи, мраморные колонны переливались на свету перламутровым блеском.

Пять лет потребовалось компании, чтобы переделать обыкновенный небоскреб в настоящий стеклянный замок. И теперь результат налицо: Ева никогда не видела ничего подобного. Она еще раз вздохнула. В «Транс континента» занимались добычей, переработкой и реализацией полезных ископаемых. Дело было невероятно прибыльное, поэтому компания не испытывала недостатка в средствах.

К тому же ставка делалась в основном на молодых талантливых выпускников колледжей, да и консерватизмом компания не отличалась и без колебаний назначала женщин на ведущие должности. Например, пост вице-председателя совета директоров занимала неподражаемая Мэг Тофэм.

Такая политика устраивала Еву, которая мечтала сделать карьеру в мире бизнеса. В двадцать четыре года девушка и не думала о замужестве. Она с удовольствием бывала на свадьбах многочисленных подружек, но сама придерживалась той точки зрения, что замужество — это не только стабильность и любовь, но также еще заботы, проблемы, ссоры, а иногда и предательство и неверность.

Ева была прагматиком, еще в детстве на собственном опыте убедившись в бессмысленности любовных клятв и обещаний. Когда ей было тринадцать, а ее брату Бену всего девять, их бросил отец.

Просто однажды вечером Брэд Коуплэнд заявился домой и объявил ни о чем не подозревающей матери:

— Нам нужно расстаться, Морин. Мне ужасно не хочется причинять тебе боль, но я полюбил другую женщину.

Надо сказать, что он выбрал как нельзя более подходящий момент для такого заявления — до Рождества оставалось две недели. «Другой женщиной» оказалась молоденькая секретарша из его офиса.

— Я люблю ее! — кричал отец. — Я не могу без нее жить! В любом случае наш брак давно распался…

Последнее замечание окончательно подкосило Морин, ведь Брэд добросовестно изображал идеального супруга. Более того, он был так предупредителен и заботлив, что матери даже в голову не приходила мысль о возможной измене мужа. Ей казалось, что любовь связала их навечно. Любовь друг к другу. Любовь к детям.

Пока отец на все лады расхваливал свою новую избранницу и разглагольствовал на тему того, какие сюрпризы иногда преподносит жизнь, а мать тихо всхлипывала, Бен и Ева сидели на лестнице в коридоре, прижавшись друг к другу. Бен плакал, а Ева молчала, не проронив ни слезинки.

У нее в голове не укладывалось, как это отец может уйти из семьи к другой женщине, ведь они с мамой любят друг друга! Они столько лет прожили вместе, они даже почти не ссорились… Отец не любит эту женщину! Страсть и любовь — совершенно разные вещи…

Все это Ева говорила себе, пока успокаивала младшего брата. А потом она бежала за отцом вверх по лестнице и кричала, кричала, кричала… Она оскорбляла его, проклинала, говорила, что он не будет счастлив, а Брэд не отвечал. И лишь уходя, он подошел к ней и сказал со слезами на глазах:

— Прости меня, Ева. Прости, ради Бога, но я не могу иначе.

Она никогда не сможет забыть эту сцену прощания. Она пыталась выкинуть ее из головы, забыть как страшный сон, но не могла. Слишком велико было потрясение.

Ева тряхнула головой. Сейчас состоится собеседование, от которого зависит вся ее дальнейшая жизнь. Не стоит терзать себя тем, чего уже не изменишь. Она должна произвести впечатление уверенной в себе, благополучной деловой женщины. Она уже давно не испуганная, загнанная в угол девочка-подросток.

Ева вошла в лифт и нажала кнопку нужного этажа. Еще несколько минут — и решится ее судьба. Нет, она вовсе не карьеристка, стремящаяся добиться немыслимых высот, только чтобы что-то кому-то доказать. Просто ей хочется получить высокооплачиваемую работу, которая к тому же ей нравилась бы.

Как только Ева закончила университет, ей тут же предложили должность в коммерческом банке, где она работала до сих пор. За три года се несколько раз повышали, но она знала, что, несмотря на все ее успехи и способности, ей никогда не занять место в совете директоров лишь потому, что она женщина. И когда какой-то смазливый парень, пришедший со стороны, вместо нее получил должность главного менеджера, Ева поняла, что ее карьера замерла на месте. А ведь ей позарез нужны были деньги. Бену предстояло еще несколько лет проучиться в медицинском колледже, за интернатурой следовала ординатура. И за все надо было платить.

Конечно, Бен очень хорошо учился и получал какую-то стипендию, частично покрывающую расходы на его обучение, но этого было недостаточно. Они оба вкалывали изо всех сил, чтобы хоть как-то выкрутиться, но ничего не получалось. Отец вначале помогал им, платил за обучение в школе, пока неожиданно не развелся со своей второй женой, от брака с которой у него осталось двое детей, за обучение которых ему тоже пришлось платить. Так что Ева с Беном вынуждены были зарабатывать деньги самостоятельно.

Все годы учебы в университете Ева подрабатывала в ювелирном магазине одного знакомого ее матери, который из жалости предложил ей должность консультанта. А Морин… Как же она страдала! Ева и не подозревала, что разбитое сердце может причинить столько боли. Со временем в ее неокрепшей душе зародился страх. Она боялась, что и ее саму постигнет участь матери.

Собрав всю свою волю в кулак, она еще в школе взяла на себя роль главы семьи, потому что Морин теперь мало на что годилась. Так Ева за несколько дней превратилась из маленькой девочки во взрослую женщину. Она вела хозяйство, а когда пошла учиться в университет — стала зарабатывать деньги. Так продолжалось до тех пор, пока накануне двадцатого дня рождения Евы ее мать не погибла.

— Она выскочила на дорогу прямо передо мной! — оправдывался до смерти напуганный водитель синего «фиата».

Ева с Беном предпочли верить в то, что это был несчастный случай, что их мать просто не заметила машину. Скорее всего, она задумалась и, не глядя по сторонам, шагнула на проезжую часть. Узнав об этом, Брэд Коуплэнд, мужчина, которого Морин и любила и презирала, попытался помочь своим детям, но Ева запретила ему даже появляться на похоронах. Она все еще казнила его за то, что когда-то он обманул и бросил ее мать.

Я никому не позволю так со мной поступить, говорила она себе, я лучше превращусь в старую перечницу, которой ни до кого нет дела, но не дам себя унизить! И все же Ева была уязвима.

Ее ахиллесовой пятой был Бен, которого она любила всем сердцем. Странно, но ей очень хотелось, чтобы он поскорее нашел себе хорошую девушку, женился на ней, завел пару-тройку детишек. Она мечтала о его блестящей карьере. Ева очень переживала за брата. Как бы ни был умен Бен, он не умел справляться с проблемами в одиночку. Уход отца сломил и его, поселив в его душе неуверенность, от которой трудно было избавиться.

На пятом этаже, где, по всей видимости, располагался конференц-зал, лифт остановился, и к Еве присоединилось человек десять мужчин и женщин, весело болтающих между собой. Девушка, невольно услышавшая их разговор, сразу же поняла, что это адвокаты компании, возвращающиеся с совещания. Сэра Дэвида Форсайта, нефтяного магната и владельца компании, среди них, конечно же, не было, как не было и его сына, наследника корпорации Дрю Форсайта, исполнительного директора.

Поговаривали, что сэр Дэвид несказанно гордится успехами сына, несмотря на то, что у Дрю репутация записного сердцееда. Хотя Ева никогда не встречалась с ним, ей было все о нем известно.

Целых четыре года он был женат на молодой и красивой дочери не то лорда, не то пэра, а потом вдруг внезапно развелся, и уже за одно это Ева ненавидела его всей душой. Он представлялся ей вероломным, легкомысленным негодяем, который сначала соблазнял девушек, а затем, вдоволь натешившись, бросал их.

Одна знакомая Евы, девушка из очень состоятельной семьи, пару раз сталкивалась с Дрю на светских раутах, и вот что она сказала:

— Рядом с ним чувствуешь себя в опасности. Помнишь самые первые фильмы про Джеймса Бонда, с Шоном Коннери в главной роли? Дрю очень похож на него. Такой ласковый, мужественный, надежный, и все же, общаясь с ним, ты словно ходишь по острию бритвы.

Отец Евы тоже был невероятно красивым и обаятельным мужчиной. Она виделась с ним несколько раз, когда он ловил ее после работы и пытался с ней поговорить. Он хотел наладить отношения с ней и Беном, но они решили больше никогда не впускать этого человека в свою жизнь. По его вине их мир раскололся на две половинки, по его вине погибла их мать.

Лифт дернулся и остановился. Ева инстинктивно подалась вперед и вышла. И только когда двери захлопнулись за ее спиной, она поняла, что вышла не на том этаже. Мысленно чертыхнувшись, Ева снова нажала кнопку вызова. Прошло всего несколько секунд, и перед ней раскрылись двери второго лифта. К сожалению, он был переполнен. Мужчина средних лет, стоявший у самых дверей, слегка подвинулся, освобождая место для Евы, но она улыбнулась и отрицательно качнула головой. Ничего, она дождется другого лифта. Двери закрылись, а Ева так и осталась стоять на площадке.

Неподалеку от нее оживленно беседовали несколько человек. До ушей Евы донеслись обрывки их разговора: они обсуждали финансовый кризис в Азии. Что ж, ничего удивительного, об этом сейчас говорили едва ли не в каждом доме. Эти люди опасались, что последствия кризиса окажут негативное влияние на «Транс континента», что долгосрочные контракты с посредниками на Востоке будут аннулированы.

Спустя минуту сотрудники компании уже спешно разбежались по своим рабочим местам, а Ева все еще ждала лифт. Краем глаза она заметила мужчину и женщину, обнимавшихся в небольшой оранжерее направо от лифта. Женщина, кажется, плакала и смахивала рукой слезы. Ева не могла не заметить, как та привлекательна — коротко подстриженные каштановые волосы, алебастровая кожа, фигура, словно выточенная из мрамора… Образ дополняли дорогой костюм и золотые украшения.

Да это же… Еву вдруг словно током ударило. Это же леди Форсайт, вторая жена сэра Дэвида! А мужчина… Его Ева узнала бы где угодно. Высокий, подтянутый Дрю Форсайт выделялся всегда и везде. У этого человека было все, кроме чести. Ева вдруг почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

Ей от всей души захотелось развернуться и убежать куда глаза глядят, но вместо того, чтобы действительно уйти, она, как назло, застыла на месте, не в силах даже глаз отвести от сцены, свидетельницей которой ей пришлось стать. Какой скандал — у Дрю Форсайта роман с мачехой!

Оставь их в покое, велел ей внутренний голос, это не твое дело! В конце концов, кто она такая, чтобы вмешиваться в дела других людей? Ей следует сделать вид, что она ничего не видела. Ева отвернулась, но краем глаза продолжала наблюдать за происходящим. Наконец миссис Форсайт и ее спутник вышли из оранжереи. Кажется, женщина все еще была сильно расстроена. Немудрено: она наверняка смертельно боится мужа. Сэр Дэвид вдовствовал много лет, прежде чем снова решил жениться около года назад. Ева хорошо помнила, что писали по этому поводу газеты: «Форсайт женился на ровеснице своего сына».

Это была правда. Сэру Дэвиду было сейчас за шестьдесят, хотя он по-прежнему оставался невероятно привлекательным мужчиной. Его новой жене, совладелице крупной компании по связям с общественностью, едва перевалило за тридцать. И несмотря на то, что от сэра Дэвида действительно было легко потерять голову, та самая общественность, с которой имела дело нынешняя миссис Форсайт, была абсолютно уверена, что невеста никакой любви к мужу не испытывала.

Странно, но Ева вдруг ощутила нечто вроде жалости по отношению к Дрю Форсайту. Он не производит впечатление человека, который бы не отдавал себе отчета в своих действиях. Должно быть, он осознает всю тяжесть ответственности, которую взвалил на себя, заведя интрижку с женой отца.

Но, кажется, к женщине потихоньку возвращалось самообладание. Она слегка тряхнула головой и повернулась к Еве. Удивительно, но огромные аквамариновые глаза миссис Форсайт не выражали ровным счетом никакого смущения, как будто она была уверена в собственной невинности. Она слегка кивнула и улыбнулась. Ева тоже ответила ей сдержанной улыбкой.

— С тобой все в порядке? — участливо поинтересовался Дрю, заглядывая своей мачехе в лицо.

— Не беспокойся, все нормально, — тихо проговорила женщина и прикоснулась рукой к его щеке.

Затем она развернулась и прошла мимо Евы, направляясь дальше по коридору. За ней, словно шлейф, потянулся терпкий аромат «Кензо». Ева вздрогнула. Именно эти духи очень любила ее мать.

— До вечера! — крикнул Дрю и широко улыбнулся.

Морщинки под его глазами мгновенно разгладились, лучистая белозубая улыбка осветила его красивое лицо. Двери лифта распахнулись, и только теперь он заметил Еву.

— Наверх? — бесстрастно осведомился он, изучая ее своими пронзительными зелеными глазами.

— Да, — отозвалась Ева и слегка расправила плечи, словно испытывала какую-то неловкость.

Они уже вошли в лифт, а Дрю все продолжал рассматривать ее. Невысокая, элегантно одета — строгая кремовая блузка и прямая юбка до колена. Слишком худенькая и бледная. Почти не пользуется косметикой.

— Какой этаж? — спросил он, не сводя с нее глаз.

— Пятнадцатый, спасибо.

Пепельная блондинка. Красивые волосы, заколотые в пучок на затылке. В целом производит вполне благоприятное впечатление.

Дрю нажал нужные кнопки, и лифт тронулся. Да перестань же ты на меня пялиться! — мысленно воскликнула Ева. В конце концов, чего она боится? Ведь он не какой-нибудь маньяк. Вот только никогда прежде она не чувствовала себя такой беззащитной.

— Вы, должно быть, пришли на собеседование? — лениво осведомился он.

Ева кивнула.

— Да, я пришла по поводу должности исполнительного помощника. У меня назначено на час пятнадцать.

— Неужели? — Дрю внезапно наклонился к ней, чем привел ее в полнейшее замешательство. — Тогда вам следовало бы готовиться к собеседованию, а вы вместо этого никак не можете прийти в себя после того, что вы, как вам кажется, только что наблюдали… — он вскинул руку и взглянул на золотые часы «Ролекс», свободно болтающиеся на запястье, — в течение восьми долгих минут…

Еву даже в жар бросило. Значит, он прекрасно понимает, что она была свидетельницей сцены, подтверждающей его любовную связь с мачехой. Наверное, испуг, недоумение и отвращение были написаны у нее на лице. Будь осторожна, шепнул внутренний голос, будь предельно осторожна. Это же Дрю Форсайт. Если ты дашь ему хоть малейший шанс, он сотрет тебя в порошок.

Ева подняла голову и смело посмотрела ему в лицо.

— Прошу прощения? — равнодушно переспросила она.

— Думается мне, вы знаете, о чем я говорю, — холодно отчеканил Дрю. — Готов поставить на это любые деньги.

— Это нелепо! — фыркнула Ева. — Я не собираюсь с вами спорить.

— Как я и подозревал, вы воплощаете в себе все добродетели. — На губах Дрю мелькнула сардоническая усмешка. — А вот и ваш этаж, — заметил он, когда лифт наконец остановился.

Смешно, но он не мог отвести от нее глаз. Что могло так привлекать его? Эта девушка напоминала принципиального угловатого подростка, но, когда она подняла голову и посмотрела ему в глаза, у него внутри все перевернулось.

Ее губы, ее чувственные пунцовые губы скривились в презрительной улыбке.

— Пожелаете мне удачи, мистер Форсайт? — дерзко поинтересовалась она.

В его глазах промелькнуло нечто вроде удивления. Он наверняка полагал, что ни одна женщина не может устоять перед его обаянием. Высокого же мнения он о своей харизме! Шел напролом, пытался очаровать ее и, непонятно почему, удивился, что она знает его имя.

— Уверен, что удача вам не понадобится. Вы и так добьетесь своего… — тихо проговорил он.

— Черт, черт, черт! — пробормотала Ева, когда двери лифта захлопнулись позади нее. — Угораздило же меня!

Она расправила плечи, пытаясь расслабиться. Еще никто прежде не оказывал на нее такого магического воздействия. Держи себя в руках, велела она себе, не теряй головы!

Ева привыкла, что с ней обращаются как с бесталанной карьеристкой, что мужчины думают, будто она не способна ни на какие достижения… Но как Дрю смотрел на нее! Мурашки побежали по спине Евы.

Конечно, она вовсе не была так сногсшибательно красива, как большинство женщин, которые окружали его. У нее нет красивых нарядов, она не пользуется дорогим парфюмом, не посещает стилистов и имиджмейкеров. Она обыкновенная девушка, которая изо всех сил пытается заработать хоть немного денег. И одевается соответственно своим возможностям. Впрочем, запросы у нее тоже весьма скромные.

Ева всегда была аккуратно одета и причесана. Классические блузы сочетались со строгими прямыми юбками. Разумеется, у нее не было денег, чтобы позволить себе каждый месяц покупать новые туфли или сумку, как это делали многие ее коллеги, но Ева никогда не чувствовала себя при этом ущербно. И лишь когда она приблизилась к офису мистера Тома Уилана, ее сердце пронзила внезапная боль. Секретарша Уилана, девушка невероятно привлекательная, была одета с таким шиком, что у Евы дух захватило. Куца ей тягаться с такими красотками! Секретарша приветливо улыбнулась Еве и сообщила, что мистер Уилан несколько выбился из графика, поэтому ей, Еве, придется немного подождать.

Нет проблем. Девушка уселась в мягкое кожаное кресло и задумалась.

Прежде чем записаться на собеседование, она много часов провела в Интернете, разыскивая все статьи, касающиеся сэра Дэвида и его компании. Естественно, она читала и о его сыне, который бессовестно обманывал доверие отца. Нет, ей не следует об этом думать. На данный момент ей очень нужна работа, нужны деньги, чтобы обеспечить Бена. Бедняга, он и так проводил все время в больнице и умудрялся совмещать это с учебой. Ева не представляла, как он вообще держится на ногах. Один из сокурсников Бена не выдержал такого режима и бросил университет. А вдруг Бен тоже не выдержит?

Ева тряхнула головой и потянулась за свежим номером газеты, лежавшим на журнальном столике. Она пыталась читать валютные сводки, но несколько раз ловила себя на том, что просто водит глазами по строкам, не понимая смысла, и в конце концов бросила эту затею и просто листала газету, делая вид, что внимательно читает.

Мужчинам вроде Дрю Форсайта нет места в ее жизни, но, если она получит эту работу, ей придется часто его видеть. Подруга Евы Лиза говорила, что именно Дрю первым подал на развод, а его жена очень переживала по этому поводу, ведь он разбил ей сердце. Подобные слухи бродили уже очень давно, и мать Лизы, великосветская львица, была в курсе всех сплетен.

Ева все еще листала газету, когда дверь в кабинет мистера Уилана распахнулась и на пороге появился сам Том Уилан. Надо сказать, что Ева представляла его совсем другим — лысым, надменным, несговорчивым. Но этот довольно грузный человек с уставшими глазами производил довольно приятное впечатление. Он пропустил вперед молодого парня и пожал ему руку.

— Мы с вами свяжемся, — только и сказал он.

Молодой человек самоуверенно ухмыльнулся и бросил быстрый взгляд на Еву. На его лице промелькнуло презрение. Было ясно, что он думает, будто она не представляет для него никакой опасности. Затем он слегка кивнул секретарше и исчез в коридоре.

— Мисс Коуплэнд? — Том Уилан пригласил ее в свой кабинет.

Они обменялись рукопожатием, и по выражению его глаз Ева поняла, о чем он думает. Как и остальные, он считал, что она слишком молода и неопытна. Уилан тяжело вздохнул и уселся за свой стол, чтобы начать собеседование, как вдруг зазвонил телефон.

Он взял трубку.

— Элли, по-моему, я просил ни с кем меня не соединять… О, я понимаю… Это интересно… — Он повесил трубку и повернулся к Еве. — Сегодня вам повезло, мисс Коуплэнд. Мистер Дрю Форсайт, исполнительный директор совета директоров, побеседует с вами вместо меня. Обычно он не занимается такими вещами, но я повторяю: сегодня ваш день, так что не нервничайте, — уверил ее он. — Мистер Форсайт необычайно приятный молодой человек. С ним чрезвычайно легко иметь дело.

Через секунду в дверь постучали, и вошел Дрю Форсайт собственной персоной. Том Уилан поднялся из-за стола и улыбнулся. Ева удивилась, заметив, что улыбка не была простой формальностью. Уилан действительно был рад видеть Форсайта.

— А мне казалось, ты редко принимаешь участие в собеседованиях! — с явной фамильярностью в голосе проговорил Уилан.

— А мне показалось, молодая леди не очень хорошо себя чувствует в твоей компании, широко улыбнулся Дрю и кивнул в сторону Евы.

— А зря… — отозвался Уилан. — Ей совершенно не о чем беспокоиться.

— Сделай перерыв, Том, — предложил Дрю. — Пойди выпей кофе.

— Спасибо, старик, с удовольствием. — Уилан подмигнул Еве: — Удачи, мисс Коуплэнд.

После того, как Уилан удалился, Дрю уселся за стол и откинулся на спинку кожаного кресла.

— По-моему, нам с вами надо поговорить, не так ли? — На его лице мелькнула улыбка Чеширского кота.

— Безусловно, мистер Форсайт. — Ева не собиралась поддерживать его манеру вести беседу в неофициальном тоне. — Мое резюме лежит прямо перед вами. Мистер Уилан только начал собеседование.

— Речь не о вашем резюме… мисс Коуплэнд, кажется?

— Да, Ева Коуплэнд.

Если он пытается обезоружить ее своей манерой общения, то пусть имеет в виду, что у нее есть надежное средство против его обаяния.

— Посмотрим… — Он открыл лежащую перед ним папку и пролистал бумаги. — У вас отличное резюме, — наконец заметил он. — Но, к сожалению, в нем ничего не говорится о ваших личных качествах.

Чего он от нее добивается? Чтобы она пообещала, что никому не раскроет его тайну? Неужели он настолько наивен, что станет доверять первому встречному? Или дерзок?

— На самом деле, — ласково произнес он, — я хотел бы обсудить ту сцену, которую вам случайно довелось увидеть некоторое время назад…

Что ж, настал момент истины.

— Я не совсем поняла, что вы имеете в виду, — парировала Ева.

— К несчастью, мисс Коуплэнд, вы все прекрасно понимаете. Там, у лифта, как только посмотрел на вас, я сразу подумал, что вы, должно быть, осуждаете меня…

Ева мужественно подняла глаза и посмотрела прямо на него.

— Что бы там ни было, мистер Форсайт, — отчеканила она, — это не мое дело.

— А что же там все-таки было, мисс Коуплэнд? Что такое вы увидели, что заставило вас так презрительно смотреть на меня?

У Евы создалось впечатление, что этот щекотливый разговор не волнует, а лишь забавляет его. Она никогда прежде не видела, чтобы в глазах мужчины было столько издевки…

— Похоже, у вас разыгралось воображение, мистер Форсайт, — ответила она. — Моя голова была занята исключительно мыслями о предстоящем собеседовании.

Дрю пожал плечами.

— Скажите, милая леди, вы ведь узнали женщину, с которой я был?

— Разумеется, — кивнула Ева. — Лицо миссис Форсайт знакомо каждому человеку в городе… — проговорила она, чувствуя подвох.

— И поэтому, когда вы увидели, что я обнимаю ее, вы, естественно, сделали вывод, будто у нас роман?

— Прошу прощения, — спокойно ответила Ева, — но мне кажется, вы просто неспособны на такой… дерзкий поступок. Это слишком опасно, не так ли?

— Опасно или безнравственно? — неожиданно резко спросил он. — Леди Форсайт доверяла мне свои печали. Ей нужна была поддержка, утешение, и я всего лишь выслушал и успокоил ее.

Каков мерзавец! Так бессовестно лжет и даже не краснеет!

— Как скажете, мистер Форсайт. — Ева опустила глаза. — Повторяю: это не мое дело.

— Тогда почему у вас такой вид, как будто вас лопатой из-за угла огрели? — довольно грубо поинтересовался он.

— По-моему, вы передергиваете, сэр. Я всего лишь удивилась.

— Надеюсь, вы не сплетница, моя дорогая.

— Мистер Форсайт, я не знаю, за кого вы меня принимаете, но я никогда не стала бы распускать слухи, — отрезала Ева. — Это противоречит моим принципам. К тому же информация, которой я обладаю, может причинить боль некоторым людям.

— А вам не кажется, что вы слишком поспешны в выводах? — Он внимательно изучал ее лицо.

— Я не совершаю необдуманных поступков, мистер Форсайт. К тому же я искренне считаю, что упомянутый инцидент не стоит ни вашего, ни моего внимания.

— Я придерживаюсь того же мнения, — рассмеялся Дрю, — только вот ваши глаза вас выдают. Полагаю, что если вы получите эту работу, то непременно начнете следить за каждым моим шагом. — Он снова открыл папку с ее резюме. — Тут сказано, что вы настоящее сокровище, мисс Коуплэнд.

— Я сделала карьеру в компании Пирса Масгрейва, — напомнила Ева.

— Я вижу, — протянул Дрю. — Тогда почему вы вдруг решили уйти к нам?

— По двум причинам, — объяснила она. — Я хотела бы зарабатывать больше денег и работать в компании, которая не завешивает все здание зеркальными потолками.

— Поистине вы настоящая карьеристка, мисс Коуплэнд! — делано всплеснул руками Дрю. — А на что вы рассчитываете потратить «больше денег»?

— У меня есть младший брат. Он учится в медицинском университете, — коротко ответила Ева.

Дрю слегка нахмурился.

— И вам приходится платить за его обучение? — заключил он. — Разве ваши родители не могут помочь?

— Боюсь, что нет. — Ева подавила вздох. — Мои родители развелись, когда мы с Беном были еще совсем детьми. Несколько лет спустя мама погибла в автокатастрофе. Нам с братом не на кого рассчитывать, кроме самих себя.

— Что ж, — внезапно посерьезнел Дрю, — Бену очень повезло с сестрой. В вашем резюме написано, что вы работали на Хертфорда.

— Да, — не без гордости отозвалась Ева, — а еще на Ньютона.

— Значит, Масгрейв позволил вам самой разбираться с клиентами? Не понимаю, что вас не устраивает в таком случае… Кроме зеркальных потолков, разумеется…

— Я не отрицаю того факта, что они хорошо со мной обращались, но, думается мне, я состарюсь, а они так и не доверят мне ничего действительно стоящего. Мне предложили должность в крупной авиакомпании, но Масгрейв помешал назначению. Более того, мои идеи, которые я представила на собеседовании, были присвоены самым бессовестным образом.

— Вы можете это доказать? — равнодушно осведомился Дрю.

— Думаю, что могу, — уверенно ответила Ева, — у меня сохранился оригинал моего проекта, датированный двумя месяцами раньше того момента, когда в авиакомпании объявили, что их сотрудник внес радикальное рационализаторское предложение, которое поддержали все члены совета директоров.

— Большое разочарование… — проницательно заметил он.

— Ничего страшного, — пожала плечами Ева.

Дрю снова углубился в изучение ее резюме, время от времени поглядывая на нее.

— Значит, вам хочется пробраться в высшие эшелоны власти, мисс Коуплэнд? — наконец проговорил он.

— А кому не хочется? — парировала Ева. — По крайней мере, я надеюсь, что мне удастся хотя бы проявить себя. Я горжусь тем, что сделала. И еще больше горжусь той сделкой, которую провернула, когда мне было семнадцать.

Дрю прищурился.

— И как же вам удалось провернуть эту сделку, мисс Коуплэнд? — насмешливо поинтересовался он.

— Вам, должно быть, знакомо имя Стюарта Стаффорда, ювелира, — объяснила Ева, — у него небольшой бизнес, но весьма успешный…

— Вообще-то я очень хорошо знаю Чарлза Стаффорда, — несколько удивленно произнес Дрю, — мы часто играем в гольф.

— Тогда, я думаю, вам известно, что Чарлз — сын Стюарта Стаффорда.

Он кивнул.

— Я встречался с мистером Стаффордом пару раз. Очень приятный, славный человек. Чарли не похож на него. Он более… эмоциональный. Вы хотите сказать, что помогли Стаффорду выпутаться из кризиса?

— Именно так. Он сам может это подтвердить. Дело в том, что, несмотря на свои блестящие способности, Чарлз не слишком интересовался бизнесом своего отца. Он женился и открыл собственное дело, так что совсем перестал помогать отцу. Кстати, мистер Стаффорд — старый друг нашей семьи. Он обеспечил меня работой, пока я училась в старших классах и в университете. Поэтому я с радостью помогла ему справиться с возникшими трудностями. Мне кажется, ни для кого не секрет, что он находился на грани банкротства. Когда я пошла на работу к Масгрейву, то сразу же нашла мистеру Стаффорду нового менеджера.

— Я спрошу об этом у Чарли, как только увижу его.

— Будьте так добры, — довольно дерзко ответила Ева.

— Значит, вы занялись бизнесом будучи еще совсем юной? — Казалось, Дрю не обратил внимания на раздражение, промелькнувшее в ее голосе.

— Мне пришлось. К тому же меня всегда интересовала экономика, поэтому, собственно, я и занялась коммерцией и администрированием.

— Стало быть, вы считаете, что «Транс континента» без вас никак не обойтись? — бесстрастно спросил он.

— Возможно, я достаточно молода. Мне всего двадцать четыре, но я уже давно занимаюсь бизнесом. Я сама планирую бюджет семьи. Моя мама была замечательной женщиной, но она… — Ева запнулась, не в силах договорить.

Ее мать никогда не занималась финансовыми проблемами, это было уделом отца.

На мгновение Дрю показалось, что из этих прекрасных миндалевидных глаз сейчас польются слезы, но уже в следующую секунду Ева овладела собой.

— В моем резюме сказано, что у меня много опыта, — твердо сказала она, — у меня просто нет возможности использовать его должным образом.

— А вы не думали о том, что должность исполнительного помощника не решит ваших проблем? — предупредил Дрю.

— Как бы там ни было, это все равно шаг вперед. А с проблемами я справлюсь. К тому же мне очень понравился мистер Уилан. Я думаю, мы с ним сработаемся, — нагло заявила Ева.

Дрю слегка качнулся в кресле.

— Милая, — неожиданно ласково произнес он, — это я ищу исполнительного помощника, а вовсе не Том.

Смятение, царившее в душе Евы, видимо, отразилось на ее лице.

— Я не знала… — пробормотала она.

Дрю пожал плечами.

— Вы и не спрашивали.

— Да, вы правы…

Ева сделала над собой усилие, и ее лицо снова стало непроницаемым.

— Вас это смущает? — осведомился Дрю и как бы нахмурился. Похоже, она ошиблась в выборе начальника.

— Не скрою, я удивлена.

— А я в свою очередь не стану скрывать, что ваше собеседование было последним. Очень много молодых мужчин и женщин прошли через него. Знаете ли, мне совершенно все равно, мужчина вы или женщина. Главное, чтобы вы хорошо работали. В отличие от большинства людей, с которыми вам приходилось сталкиваться по работе, я не придаю значения половому признаку.

— Я видела молодого человека, который проходил собеседование как раз передо мной.

— Настало время кое-что уточнить. Мисс Коуплэнд, вы сказали, что вам нужны деньги, но ведь это не самое главное. Вам придется несладко, если вы получите эту должность. Я просмотрел записи Тома. Буду с вами откровенен: остальные резюме и в сравнение не идут с вашим. Джеми Фостер, чье место вы займете, получила повышение по моей протекции. Но это не означает, что вам тоже будет легко получить мои рекомендации. Мне необходим человек, который не жалел бы времени и сил на работу, которую ему придется выполнять.

— Я справлюсь, — нетерпеливо проговорила Ева.

— Да? В таком случае вам придется сменить имидж «послушницы женского монастыря» на нечто более подобающее.

— Прошу прощения? — угрожающе переспросила Ева и покраснела.

— Хотя, пожалуй, — задумчиво проговорил Дрю, — дело не в том, как вы одеваетесь, а в том, как вы выглядите.

— Что не так в моей одежде? — продолжала настаивать Ева.

Она понимала, что делает из себя посмешище, выставляется этакой недотрогой, но не могла сдержаться. Теперь Дрю лишь лениво улыбался и поглядывал на нее, как будто пытался угадать, злится она или смущается.

— С вашей одеждой все в порядке, — спокойно объяснил он, — просто исполнительный помощник должен выглядеть более… эффектно.

Какое ужасное начало, пронеслось в голове Евы.

— Благодарю за совет, мистер Форсайт, — как можно более вежливо и спокойно ответила она.

— Не стоит благодарности! — рассмеялся он. — Я ведь всегда нарушаю правила. Я дразнил вас, мисс Коуплэнд. Вы выглядите потрясающе. Просто я намекал, что человеку, который займет эту должность, необходимо будет соответственно одеваться. Уверен, вы поняли, что я имел в виду. Это вам не работа у Масгрейва. Вы молоды и талантливы, но вы должны всем, даже своим внешним видом, поддерживать имидж фирмы. Этого требует должность.

Ева молча изучала его лицо. Нет, его нельзя было назвать красивым. Неправильные черты, нос с горбинкой, но все же было в этом человеке что-то такое, что надолго приковывало к нему взгляд. Ева не знала, как охарактеризовать это необычное явление — магнетизм, харизма; что бы ни было, это сводило ее с ума.

К тому же Дрю славился своей дурной репутацией в отношении женщин. Правда, дело никогда не доходило до скандала, но в кулуарах вечно смаковались подробности его коротких романов и интрижек. Говорили, что он так же невыносим в бизнесе, как и в личной жизни. Его называли несговорчивым и упрямым, однако Ева не знала ни одной женщины, которая не считала бы Дрю Форсайта неподражаемым.

— Когда мне следует приступить к выполнению обязанностей? — сухо осведомилась Ева, убежденная, что он просто играет с ней.

— Может, прямо сейчас? — предложил Дрю.

— Вы серьезно?!

Что-то здесь не так. Должно быть, он боится, что она начнет распускать сплетни о его романе с миссис Форсайт.

— Я всегда серьезен. Полагаю, вы сообщите Пирсу Масгрейву о своем уходе?

— Он был очень добр ко мне… — хрипло проговорила Ева.

— Чем они вообще могут гордиться, кроме зеркальных потолков? — саркастически усмехнулся Дрю.

— В этом вы правы. Они не обладают тем, что есть у «Транс континента».

— И именно поэтому вы здесь. — Он встал из-за стола, давая понять, что собеседование подошло к концу. — Мои поздравления, мисс Коуплэнд. Надеюсь, мы сработаемся.

Ева почему-то подумала, что ей придется несладко. Если он вот так, как сейчас, будет расправлять свои широкие плечи и улыбаться ей улыбкой змея-искусителя, ничем хорошим это не кончится.

— Уверена, что сработаемся, мистер Форсайт. Я вас не разочарую, можете не сомневаться.

— Очень на это рассчитываю, — улыбнулся он, и Еве снова стало не по себе.

Дрю замер на мгновение, глядя прямо на нее. Странная, загадочная девушка. Пожалуй, немного закомплексованная, сдержанная, скрытная. И зачем он, черт возьми, ее нанял? Она же еще совсем ребенок, хотя и очень талантливый. И какие у нее глаза — пронзительные, как у котенка. В них есть что-то такое, чего он никак не может понять. Словно перед ним маленькая девочка, которую кто-то очень сильно обидел, но она не хочет в этом признаваться. Да, именно так.

— Можете сказать моему секретарю — мисс Саре Мэтисон, — что вы сейчас же приступаете к работе.

— Непременно скажу. — Ева впервые за все время улыбнулась.

«Вы только посмотрите!» — едва не воскликнул Дрю, а вслух сказал:

— Вам следует чаще улыбаться.

— Вы так считаете?

В ее тоне не было и тени кокетства.

— Да, я так считаю, мисс Коуплэнд. Улыбка творит с вами чудеса. Что касается вашего назначения, — добавил он, — мой отец сейчас работает над одним очень важным проектом, так что мой помощник еще немного задержится, прежде чем занять новую должность. У вас есть время, чтобы все обсудить со своим начальником.

Ева кивнула.

— Я поговорю с ним и дам вам знать.

Он прошел вперед и распахнул перед ней дверь.

— Уверен, он не захочет вас отпускать. Его потеря — наша находка.

Дрю Форсайт был дружелюбен и даже ласков, но Еву все равно не покидало ощущение, будто она шагает по лезвию бритвы. У нее даже голова закружилась. Да, он пытается ее очаровать.

Дрю продолжал изучать ее лицо. Кто же посмел обидеть эту девочку? Она так молода, так невинна… Неужели нашелся мерзавец, который унизил ее, причинил ей боль?

— Добро пожаловать к нам, мисс Коуплэнд! — провозгласил он. — Кстати, могу я называть вас Ева?

— Разумеется, мистер Форсайт.

Вообще-то Ева считала, что это слишком фамильярно, но предпочла не спорить с боссом. И почему он так на нее смотрит? Неужели не понимает, что этим смущает ее? Если бы только у нее был выбор, если бы ей не нужны были деньги, она бы ни на секунду не задержалась здесь. Ни на секунду.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Ева написала заявление об увольнении сразу же, как вернулась на работу. С одной стороны, ей льстило, что сам Дрю Форсайт назвал ее лучшим кандидатом на должность своего исполнительного помощника, но с другой — Ева сомневалась, что он руководствовался только профессиональными соображениями, выбрав ее. У нее было чувство, что она только что совершила величайшую ошибку в своей жизни. Конечно, она явно выиграет в зарплате. К тому же это скачок по служебной лестнице…

Дрю прав: она слишком скромно одевается. Что ж, надо будет попросить Лизу помочь с выбором нового имиджа. Уж Лиза на этом собаку съела. Теперь, когда Ева будет получать много денег, она сможет позволить себе покупать дорогую одежду. Она должна выглядеть презентабельно. Не потому, что хочет понравиться Дрю. Совсем нет! А потому, что ей необходимо производить впечатление человека, знающего толк в своем деле. Человека, которому можно доверять.

Личная жизнь ее новоиспеченного шефа ее не касается. Похоже, он как раз принадлежит к тому типу мужчин, которые вечно ввязываются в неприятности из-за женщин. Разумеется, он не собирается еще раз рисковать, связывая себя узами брака, а потому крутить роман с несколькими женщинами одновременно зазорным не считает. Впрочем, это совсем ее не волнует.

Ева вздохнула. Интересно, ее отец был верен своей второй жене Салли или изменял ей так же, как и матери Евы? Иногда Ева и Бен сожалели о том, что так и не сблизились с новой семьей отца. У них были брат Джош, примерно того же возраста, что и Бен, и сестренка Мэрилин, которая только что пошла в школу. Отец однажды сказал, что в семье ее называют просто Мэри.

— Ева, дорогая, куда ты? — взмолился он тогда. — Разве ты не поговоришь со мной?

— Мне не о чем говорить с тобой, — отрезала Ева, — ни с тобой, ни с твоими детьми!

Отец даже не догадывался, что она едва сдерживала слезы каждый раз, когда разговаривала с ним. Она боялась, что однажды не выдержит и разрыдается в его присутствии, а этого ей хотелось меньше всего. Именно поэтому Ева предпочла не разговаривать с ним вообще. Она считала, что когда-то он уже сделал выбор, так что теперь и не отец ей вовсе.

— Будь ты проклят, отец! — вслух проговорила Ева. — Будь прокляты все мужчины!

В ожидании Бена, который должен был прийти с вечернего дежурства, Ева готовила на ужин гамбургеры. Она пыталась отвлечься от мыслей о той сцене, которую случайно наблюдала сегодня днем. Ей придется сделать вид, что она забыла об этом. Ева понимала, что ее ненависть к мужчинам на самом деле не что иное, как гнев на собственного отца, но ничего не могла с этим поделать.

Подсознательно она надеялась, что Дрю Форсайт был невиновен в том, в чем она его обвиняла. Только невиновен ли? Она думала об этом целый день. Он вел себя чересчур самоуверенно и спокойно для человека, которого только что застали на месте преступления. Он будто смеялся над ее подозрениями.

Еще он мягко намекнул, что ей следовало бы сменить гардероб. Что ж, он был абсолютно прав. Многие из коллег Евы тратили на одежду гораздо больше денег, чем могла себе это позволить она. Но ведь ни одному из них не приходилось оплачивать обучение младшего брата. Лиза часто уговаривала Еву поменять имидж, только девушка до смерти боялась, что новая одежда, прическа или макияж привлекут к ней внимание мужчин. Ей совсем этого не хотелось.

Забудь об этом, сказала она себе, выкинь весь этот бред из головы! Если бы у нее только хватило смелости признаться самой себе хотя бы в том, что она всегда опасалась таких мужчин, как Дрю Форсайт. Мысль об этом вызвала бледную улыбку на лице Евы. Конечно, не о таком начальнике она мечтала. В этом смысле ей больше повезло у Масгрейва.

Джеффри Эллисону было около пятидесяти. Стремительно лысеющий, милый в обращении, превосходный руководитель, сдержанный, но не высокомерный. Дрю Форсайт был его полной противоположностью. Он, например, шел в ногу со временем и приветствовал назначения женщин на должности в правлении. Впрочем, это легко можно было объяснить: Дрю слыл страшным ловеласом.

Интересно, чем его привлекла леди Форсайт? Ева закрыла глаза и попыталась воссоздать образ очередной пассии Дрю. Странно, но эта женщина не была красавицей в прямом смысле этого слова. Она была мила, привлекательна, но в ней не было того, что могло бы привлечь такого парня, как Дрю. Она дорого, но скромно одевалась, неярко красилась… Но какие у нее прелестные глаза!.. И особенно прекрасны они были, когда она плакала. Какой мужчина устоит перед плачущей женщиной с такими глазами?

К тому же Дрю способен соблазнить кого угодно. Он сводит с ума уже только своим голосом. И вообще… Ева вздрогнула. А почему она, собственно, решила, что у него роман с леди Форсайт? Его мачеха была чем-то сильно расстроена, она плакала, а он утешал ее… Разве это так уж невозможно? У леди Форсайт тоже могут быть поводы для расстройства. Как и у любого человека.

Ева мрачно усмехнулась. Нет уж. Дрю был слишком нежен для пасынка-утешителя, а леди Форсайт как будто нарочно откидывала назад свою прелестную головку, позволяя ему любоваться ее алебастровой шеей. И эти прозрачные слезы, похожие на крохотные алмазы, застывшие на ее ресницах… Похоже, она прекрасно понимала, как потрясающе выглядит, когда плачет. Нет, между этими двумя явно что-то происходит. Леди Форсайт рыдала, и в то же время создавалось впечатление, что причина слез была пустячной.

Так вот почему она так легко получила эту работу! Разумеется, Дрю вовсе не впечатлили ее рекомендации и резюме. Просто он осознал, что она все знает и может рассказать об этом его отцу. Он испугался и предпочел заткнуть ей рот, взяв на работу. Мерзавец! У него даже не хватило мужества прямо обсудить с ней этот деликатный для них обоих вопрос.

— Привет! — На кухню влетел запыхавшийся Бен. Он быстро проглотил один гамбургер и, заморив червячка, уже спокойно запил его молоком. — Вкусно! — похвалил он. — Что за день сегодня! Кстати, как прошло собеседование?

Ева, стоявшая у плиты и жарившая яичницу, улыбнулась.

— Гораздо лучше, чем я ожидала. Я получила работу.

— Восхитительно! Надеюсь, что это только начало, Ева. Ты заслуживаешь этого. Ты много работала, чтобы помочь мне и маме. Однажды ты возьмешь первый приз в игре по имени Жизнь.

Ева едва сдержала улыбку. Бен всегда изъяснялся очень путано и отрывисто, использовал какие-то витиеватые метафоры, проглатывал слова. К тому же он очень любил восклицать что-нибудь вроде «Отлично!», «Замечательно!», «Шикарно!».

— Лучше, если первым призом окажется двухнедельный тур в Венецию, — задумчиво промолвила Ева.

— Так и будет, поверь мне. Я сам оплачу твою поездку, когда стану великим хирургом.

— С большим удовольствием приму этот подарок от доктора Бенджамина Кеннета Коуплэнда.

Ева снисходительно наблюдала за тем, как ее брат торопливо дожевывает гамбургеры.

— Перебьешь аппетит, — заметила она, ставя перед ним тарелку, на которой дымилась ароматная яичница с помидорами и ломтиками лосося. — Сейчас будут готовы тосты.

— Выглядит изумительно! — Бен с жадностью схватился за вилку и принялся уплетать за обе щеки.

Ева иногда даже завидовала этой способности брата есть все подряд и не поправляться ни на грамм. Ему было двадцать лет, в течение которых он беспрестанно баловал себя шоколадками, вафлями, хот-догами, острыми бури-то, чизбургерами и еще бог знает какой дрянью. Однако он все равно оставался подтянутым, если не сказать — худым.

Высокий зеленоглазый блондин с правильными чертами лица, которые он унаследовал от отца, — прямой нос, резко очерченные скулы, красивые чувственные губы… Только Бен не любил смотреть на себя в зеркало. Ему казалось, что он видит в нем отражение мистера Коуплэнда. Ева тоже была очень похожа на отца, только губы у нее были как у матери — пухлые, алые, словно созданные для поцелуев. Бен же унаследовал мягкий нрав миссис Коуплэнд.

— Так когда ты приступаешь к работе? — поинтересовался Бен, чрезвычайно гордый тем, что его сестра наконец нашла хорошую работу.

— Как только оформлю увольнение. Эллисон сильно огорчился, когда узнал, что я ухожу. Он-то думал, что я вечно буду работать в его конторе. Он даже предложил мне прибавку к жалованью.

— Конечно, спохватились! — буркнул Бен. — Им следовало раньше понять, какое сокровище у них работает! Ты такая умная, Ева… В «Транс континента» тебя ждет будущее! — провозгласил он. — Тем более там, кажется, не гнушаются женщин-начальниц.

— Вице-президент компании — женщина, — ответила Ева и убрала со лба непослушную прядь.

Она никогда раньше не носила такую прическу, но Лиза убедила ее, что ей просто необходимо сменить имидж. Она сказала, что с распущенными волосами Ева выглядит невероятно хорошенькой и очень сексуальной. Ева поежилась. Этого ей только не хватало — привлекать к себе внимание.

— Так в чем проблема? — спросил Бен, заметивший ее замешательство.

— И откуда ты все знаешь? — попыталась отшутиться Ева и встала из-за стола, чтобы налить себе кофе.

Бен молчал. Он всегда так делал, когда знал, что ей нужно выговориться.

— Дрю Форсайт! — выпалила Ева и, чтобы хоть как-то успокоиться, принялась намазывать себе тост джемом.

— А что с ним? — удивился Бен. — Я слышал, отличный парень. Разве он не в правлении? Правда, тебе не придется с ним видеться…

Ева нервно рассмеялась и покачала головой.

— К сожалению, придется. Он мой непосредственный начальник.

— Вот это да! — присвистнул Бен. — Шикарно! Ты что, хочешь сказать, что будешь трудиться бок о бок с этим красавцем? Мой тебе совет, сестричка: не упусти момент. Он жутко богат и жутко красив, по крайней мере я читал, что женщины просто с ума по нему сходят. К тому же, говорят, он обеими руками поддерживает прогресс. Вспомни: Эллисон никогда не воспринимал всерьез все твои проекты…

— Согласна, но… я не уверена, что Дрю Форсайт чем-то отличается от большинства мужчин… — проговорила Ева.

— Брось, Ева! Что ты так волнуешься? Ты должна прыгать от радости! Представь, что ты только что взобралась на вершину мира!

— У меня ощущение, что я прилетела на эту вершину на вертолете, — призналась Ева, — мне больше не с кем этим поделиться, Бен.

— Когда я подводил тебя, Ева? Ты можешь все мне рассказать.

— Это большой секрет.

— Валяй! Выкладывай свой большой секрет! — Бен уселся поудобнее и принялся жевать тост. Он делал все, чтобы помочь сестре. Как бы сильно он ни любил ее, он не мог отрицать, что Ева принимает все слишком близко к сердцу.

После некоторого раздумья Ева наконец заговорила:

— Я перепутала этажи и вышла не там. Когда я стояла на площадке и ждала лифта, то увидела Дрю Форсайта. Он был не один, точнее сказать, наслаждался компанией одной особы…

— Эй, сестренка! — перебил Бен. — И что же в этом криминального? Я видел этого парня. Женщины прохода ему не дают. Он похож на кинозвезду, да к тому же невероятно умен. А если еще учитывать тот факт, что он является наследником многомиллионной империи, то придется признать, что он лакомый кусочек для любой женщины. Правда, он уже развелся однажды… Но не в этом дело. Пойми, Ева, во взаимоотношениях мужчины и женщины нет ничего плохого или постыдного.

— Женщина, с которой он был… Это леди Форсайт… — вмешалась Ева.

— Что?! — изумился Бен. — Его мачеха?

— Я никому не хотела об этом рассказывать, даже тебе, Бен… — пробормотала Ева.

— Возможно, ты ошибаешься… тебе показалось… — Бен схватил ее за руку и крепко сжал.

Ева на секунду прикрыла глаза, и омерзительная сцена живо всплыла в ее воображении.

— Не думаю, что ошиблась, — твердо проговорила она, — не думаю.

— Не торопись с выводами, Ева, подумай еще раз.

— Я думаю об этом весь день, Бен! — в сердцах воскликнула она. — Мне больше ничего в голову не идет.

Бен внимательно посмотрел на сестру.

— Я не верю, что такой умный и расчетливый человек, как Дрю Форсайт, осмелился бы пойти на риск быть проклятым собственным отцом и лишенным наследства. К тому же, насколько я знаю, он и его старик очень близки. Говорят, сэр Дэвид в сыне души не чает. Вряд ли Дрю пошел бы на предательство, это на него не похоже. Ты абсолютно уверена в том, что говоришь, Ева? У леди Форсайт репутация примерной и любящей жены. Возможно ли, что она решилась на измену?

— Она скорее жертва, — объяснила Ева, — не смогла противостоять его чарам, уступила натиску… Хотя в это трудно поверить. Она производит впечатление порядочной женщины.

— Они целовались, да? — Бен нахмурился.

— Нет. Они… он как бы утешал ее…

— Милая, тогда этому есть разумное объяснение, — простонал Бен, — она была расстроена, он ее успокаивал, а ты судишь о людях поверхностно и выдумываешь то, чего на самом деле нет.

— Не делай из меня идиотку, Бен. Ты же знаешь, что не прав, — тихо сказала Ева.

— Прости, если обидел тебя, сестренка, но на тебя слишком много всего навалилось в последнее время. На твоих плечах лежит огромная ответственность, на тебя постоянно кто-то давит. Я помню, как мама вечно перекладывала на тебя все хлопоты по хозяйству. И я знаю, что она без конца твердила тебе, что мужчинам нельзя доверять. Неужели ты не понимаешь, что в ней говорили задетая гордость и затаенная обида?

— Я доверяю тебе, Бен. Я доверяю тебе как никому другому. А ведь ты мужчина.

— Да, всем известно, что я парень что надо, — усмехнулся Бен. — Но, Ева, ты должна понять, что заблуждаешься. Я уверен, что ты все не так поняла с Дрю Форсайтом. Он всего лишь обнимал свою мачеху. Возможно, ей было плохо, или ее кто-то обидел…

— Он самый потрясающий мужчина, которого я когда-либо встречала… — спокойным голосом проговорила Ева.

— Ты говоришь так, как будто с его стороны это преступление.

— Он сказал, что утешал ее.

— Не думаю, что он солгал. Повторяю, Ева: не спеши с выводами.

— Мне кажется, — неожиданно резко заявила она, — что, окажись на моем месте, ты бы придерживался иного мнения.

— Ева, личная жизнь других людей не должна нас касаться, — мягко напомнил Бен. — Кто-нибудь из них двоих выглядел виноватым?

— Нет… — Ева покачала головой. — Она была слегка смущена, а он, разумеется, казался на сто процентов уверенным в себе. Знаешь, у него ведь большой опыт по части покорения женских сердец.

Бен встал и прошелся по кухне.

— Признайся, Ева, — наконец сказал он, — ты ведь совсем не знаешь этого человека.

— Я знаю, что он развелся со своей женой. Это о многом говорит.

— Не все, о чем тебе рассказывает Лиза, правда! — рассмеялся Бен. — Люди любят сплетничать, особенно о богатых и знаменитых. Ты не можешь винить человека за то, что он развелся. Это его личное дело.

— Развод — это грех, — упрямо заявила Ева.

— Так как там с собеседованием? Надеюсь, ты не выдала себя?

— То есть? — не поняла Ева.

— Ты иногда производишь впечатление сильного и целеустремленного человека, которому море по колено. Ты ведешь себя высокомерно.

— Хочешь сказать, что я переигрываю?

— Я хочу сказать, что ты пытаешься доказать всему миру, что ты самая сильная и тебе никто не нужен. Послушай меня, не отказывайся от этой работы. Время покажет, кто был прав.

Казалось, субботе не было конца. Вместе с гиперактивной Лизой Ева весь день носилась по городу с целью в корне изменить свой имидж. Сначала Лиза привела ее к своему стилисту.

— У вас замечательные волосы, — сказал парикмахер, расчесывая тяжелые пряди, — но нужно что-то делать с цветом. Волосы потемнели, потеряли блеск. Мы должны это исправить. Держу пари, что в детстве ваши волосы были золотистыми.

Ева кивнула и обеспокоенно взглянула на Рэймонда. Неужели он намекает, что ей неплохо было бы осветлиться? Ни за что!

— Не хотите сделать мелирование? — предложил Рэймонд. — Мы всего лишь осветлим некоторые пряди на два тона. Это освежит волосы и придаст им блеск.

Ева выжидающе посмотрела на Лизу.

— Он все сделает так, как надо, дорогая, — подбодрила та. — Рэй просто гений. — В подтверждение своих слов она взглянула на себя в зеркало и торжествующе улыбнулась. — Потом мы зайдем куда-нибудь и выпьем кофе, а после навестим моего визажиста. У тебя хороший цвет лица, но рекомендации по уходу за кожей тебе не повредят. Да и тональный крем давно следует подобрать. Потом нам понадобятся тени, тушь и губная помада разных оттенков. В общем, полный набор. — Лиза задумалась на секунду и вдруг расхохоталась. — Знаешь, что мне пришло в голову? Если ты возьмешься за себя, то, возможно, даже сумеешь подцепить красавца Дрю. Он ведь сейчас свободен…

Ева вздрогнула и посмотрела на подругу.

— Послушай, Лиз, это не смешно. Меня тошнит от него.

— С тобой скучно, — надула губы Лиза. — Если бы я была такой же умной, как ты, и получила такую работу, то непременно воспользовалась бы шансом окрутить Дрю Форсайта. Кто знает, вдруг он мужчина моей мечты?

— Поверь мне, это не так. Но ничего: когда-нибудь ты обязательно встретишь достойного парня, — улыбнулась Ева.

— Ты тоже, моя дорогая, ты тоже. — Лиза повернулась к Рэймонду: — Приступай, мой сладкий. Жду не дождусь увидеть новую Еву.

Через час Рэймонд наконец закончил возиться с волосами Евы.

— Боже мой! — воскликнула Лиза, глядя на подругу. — Теперь я понимаю, почему мужчины предпочитают блондинок. Ты стала похожа на Мишель Пфайффер!

— Это хорошо, — сдержанно отозвалась Ева, жадно разглядывая себя в зеркало.

— Тебе нравится? — поинтересовалась Лиза.

— Да, неплохо, но мне придется привыкнуть.

— Ты выглядишь восхитительно! Я даже завидую.

— Вряд ли тебе стоит это делать. Вот ты действительно умеешь за собой следить.

— Да, но какой ценой мне это достается… — Лиза тяжело вздохнула. — Каждый день я часами торчу в тренажерном зале. И почему я не такая худенькая, как ты?

— Потому что твоя мама хорошо готовит.

— Кстати, о еде. Не забудь, что вы с Беном приглашены завтра на барбекю. Ничего особенного — только члены семьи и несколько близких друзей. Возможно, Бен наконец снизойдет до меня. По-моему, я в него влюблена, но он так молод…

— И по уши погружен в учебу, — напомнила Ева.

— Кажется, тебе нравится играть в мамочку, — поддразнила Лиза и вдруг покраснела, — надеюсь, ты поняла, о чем я.

— Поняла, не волнуйся. Я обещаю, что, как только Бен получит докторскую степень, я разрешу ему с тобой поговорить. А теперь нам пора идти.

— Ева, ты хоть понимаешь, как здорово стала теперь выглядеть?

— Я все равно не похожа на куклу Барби, Лиз.

— Черт побери, нет. Ты гораздо лучше.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Две недели спустя Ева тихонько заняла свое новое рабочее место. Тихонько, потому что она изо всех сил старалась не выделяться, поскольку ее новый имидж производил прямо-таки ошеломляющее впечатление. Мужчины бросали на нее взгляды, полные восхищения, а женщины критически оглядывали ее с ног до головы и не находили ни единого изъяна.

Но сама Ева никак не могла привыкнуть к новой прическе. Ровно подстриженные, не доходящие до плеч золотисто-каштановые волосы постоянно лезли в глаза, и, каждый раз глядя на себя в зеркало, Ева жалела, что разрешила себя подстричь и покрасить. И только когда Бен сказал ей, что она выглядит просто изумительно, а ее волосы приобрели так называемый «цвет опавших листьев», она немного успокоилась и стала рассматривать себя с меньшей придирчивостью.

Ей пришлось побегать по магазинам, прежде чем она наконец нашла то, что хотела. По совету Лизы она приобрела три деловых костюма, один из которых ей особенно нравился. Это был темно-синий комплект, состоящий из коротенькой узкой юбочки, длинного пиджака и элегантного белого шелкового жилета. К этому наряду были немедленно куплены темно-синие замшевые туфли-лодочки и такая же сумка. Из украшений Ева носила лишь мамины серьги — небольшие жемчужины в оправе из белого золота.

Первой, с кем познакомилась Ева, когда пришла на работу, была Сара Мэтисон, секретарь Дрю Форсайта, элегантно одетая женщина средних лет, слишком ярко накрашенная и соорудившая на голове некое подобие средневекового парика, состоящего из собственных волос и шиньонов. Она проводила Еву в ее кабинет и помогла ей устроиться.

— Действуйте но своему усмотрению, — сказала она, — можете принести семейные фотографии и расставить их повсюду, можете приносить цветы, вазочки, безделушки, что угодно. Раз вы работаете здесь, то должны как-то оживить это место и сделать его уютным, поскольку здесь вам придется проводить гораздо больше времени, чем дома. И еще: нет необходимости поливать или удобрять комнатные растения, — Сара кивнула в сторону цветущей бегонии, — этим занимаются специально нанятые флористы.

— Это чудесно, спасибо.

Ева уселась за стол и еще раз огляделась, будто не веря собственным глазам. Ей достался необычайно просторный и светлый кабинет. Возле окна стояли крошечный диванчик и кофейный столик из прочного стекла. На стенах были развешаны книжные полки, забитые различными экономическими словарями и справочниками. Над ее столом висела удачная копия Дега.

— Мистер Форсайт сейчас на совещании, но непременно появится к десяти, — сказала Сара, — а я пока представлю вас остальному персоналу. Джейми Барнсби будет заглядывать к вам время от времени, чтобы ввести в курс дела. Он вам понравится, я уверена. К тому же вам придется нелегко в первое время. Мистер Форсайт все время куда-то торопится, так что держитесь.

Затем Сара представила ее остальным, и Еве показалось, что она всем понравилась, за исключением одной женщины, которая, как поняла Ева, претендовала на ее место. Девушке был известен такой тип людей — амбиции, несоизмеримые со способностями. Впрочем, Ева прекрасно понимала, что нельзя нравиться всем, так что ничего страшного, если кто-то из ее коллег не испытывает к ней особой симпатии.

Она как раз знакомилась с некоторыми файлами из архива Дрю Форсайта, когда появился он сам.

— Привет, Ева, — просто сказал он.

Пытаясь сдержать нахлынувшие эмоции, она поднялась из-за стола и кивнула.

— Здравствуйте, мистер Форсайт.

В воздухе повисла мучительная для них обоих пауза. Секунда, вторая, третья… Еве казалось, что молчание длится целую вечность. Все это время они изучали друг друга. Сначала как будто присматривались и говорили: «Я тебя совсем не знаю, поэтому понятия не имею, чего от тебя ждать». А потом: «Кажется, между нами что-то происходит».

— Присядьте, не нужно вставать, — наконец проговорил он, вошел в кабинет и закрыл за собой дверь. — Вы выглядите невероятно. — Его глаза сверкнули, и Ева вся буквально зарделась под его взглядом.

Она повела плечами, словно оправдываясь за совершенный проступок, и неизвестно зачем заметила:

— Я просто пыталась разобраться с бумагами.

— Отлично. Джейми вам поможет. Но с тем проектом, о котором мы говорили на собеседовании, вам придется разбираться самой.

— Вы имеете в виду проект, который так дорог вашему отцу? — Ева даже не пыталась скрыть иронию. К ее изумлению, эта ее реплика лишь позабавила его.

— Именно так. Кстати, должен заметить, что, судя по всему, с вами не придется скучать, но об этом мы поговорим позже. Приходите в конференц-зал через пятнадцать минут. Там будет Джек Риордан, наш советник по техническим вопросам. Он введет вас в курс дела.

Следующие пару часов Ева провела, изучая проект сэра Дэвида. Оказывается, старший Форсайт мечтал построить курорт, а заодно — исследовательский центр в тропическом лесу. Для этого он выбрал побережье Северного Квинсленда. Предприятие должно потребовать огромных затрат, но и полностью окупиться, если все пойдет так, как надо.

— А что это за кружочки? — Ева провела рукой по размеченной карте.

— Зеленые обозначают земли, уже приобретенные нами, синие — земли, которые мы только собираемся приобрести или арендовать. Красные — неприкосновенные территории, принадлежащие местным жителям. А большой желтый кружок — это земля одного из местных богачей. Он, а точнее, она отказывается продавать ее по предложенной нами цене. Женщину зовут Элизабет Гэррэтт. Когда-то она была довольно известной актрисой. Мы не можем ничего сделать: если попытаемся обойтись без ее разрешения, то это может плохо сказаться на всем проекте. Чтобы финансировать исследования в центре, нужно построить курорт. Мы готовы дать слово, что будем придерживаться экологической этики и не станем использовать токсичные вещества как в строительстве, так и в исследованиях, но, похоже, нам не слишком доверяют.

— Вы беседовали об этом с миссис Гэррэтт?

Дрю с улыбкой посмотрел на нее.

— Джек пытался, но его даже не пустили в поместье. Говорят, она ни с кем не общается с тех пор, как умер ее муж.

— Как грустно, — невольно пробормотала Ева, — должно быть, она боится, что в результате строительства центра и курорта пострадает лес. Насколько я знаю, неосторожное обращение с химикатами и техникой в этом районе действительно может быть чревато самыми серьезными последствиями, вплоть до экологической катастрофы, — Ева снова взглянула на карту, — поэтому я понимаю, почему миссис Гэррэтт так обеспокоена. Но мы не можем ничего сделать, пока не поговорим с ней. Просто ей нужно объяснить, что исследовательский центр в тропиках принесет огромную выгоду всему человечеству и нисколько не повредит окружающей среде.

— Вам следует переговорить с моим отцом, — заметил Дрю. — Я представлю вас, как только он вернется из Индонезии. На самом деле… — он запнулся на секунду, — на самом деле я считаю, что если кому и удастся добраться до Элизабет Гэррэтт, то это будете именно вы.

— Какая великолепная мысль! — вмешался в разговор Джек Риордан. Его умное, приветливое лицо расплылось в улыбке. — Возможно, она скорее выслушает молодую женщину, чем незнакомого парня, который, по ее мнению, так и стремится «заграбастать» ее земли и испортить экологию. Наверное, Дрю прав — вы действительно внушаете людям доверие.

— Но ведь я не смогу ей солгать. Я даже душой покривить не смогу. Это будет по меньшей мере подло… — серьезно проговорила Ева.

— Я не сомневаюсь в вашей правдивости, — так же серьезно заметил Дрю, — только учтите, Ева, нам нечего скрывать, так что вы можете говорить правду абсолютно всем.

— Это замечательно. Я ценю ваше доверие, — тихо ответила она.

— В любом случае я могу поклясться, что мы не собираемся кого-то подставлять или обманывать. Даю вам слово. Так что вы думаете по этому поводу? — осведомился Дрю. — Вы могли бы это сделать?

— Поговорить с миссис Гэррэтт?

— Да. Вы просто очаруете ее своим спокойствием.

Это замечание было сделано таким тоном, будто он одновременно и восхищался этой ее чертой, и слегка насмехался над ней.

— Разумеется, я могу это сделать.

— По-моему, мы только что нашли специалиста по ведению переговоров, — усмехнулся Джек Риордан.

— Если Еве не удастся поговорить с Гэррэтт, значит, это не сможет сделать никто. Ева, вы должны объяснить этой женщине, что наше вмешательство в окружающую среду будет минимальным. Никто не собирается вырубать лес, опустошать поля, высушивать реки… Мы всего лишь хотим испробовать новые способы добычи минералов. И еще мы хотим, чтобы люди получили доступ в один из самых диких и прекрасных уголков мира. К тому же исследовательский центр окажет неоценимую услугу современной медицине. Подумать только сколько лекарств можно произвести из веществ, содержащихся в листьях тропических растений… Мой отец бредит наяву идеей создания этого центра, и я собираюсь сделать все возможное, чтобы воплотить его мечту в реальность.

— Должно быть, вы неправильно меня истолковали, когда я сказала, что не стану лгать, — оправдывалась Ева, — я всего лишь имела в виду, что не хочу ничего скрывать. Я вовсе не хотела задеть ваши чувства…

— Послушайте, Ева, не торопитесь с выводами. Я слушаю вас, так будьте добры, выслушайте и вы меня. Джек передаст вам доклады, которые необходимо будет детально изучить. Это потребует немалых усилий. Ваша задача — вести переговоры, общаться с людьми, уговаривать их, убеждать, сотрудничать с ними. Моя задача — улаживать все вопросы с советом директоров. Возможно, вы и не подозреваете, но не многие директора одобряют идею строительства исследовательского центра. Они считают, что мы только потеряем деньги. Но я уверен, что и центр, и курорт принесут нам огромные доходы. В начале следующего месяца вы отправитесь к миссис Гэррэтт вместе со мной и Джеком. Надеюсь, поездка вас немного развлечет.

Время летело незаметно. Вот уже несколько недель подряд Ева вставала каждый день в шесть утра, готовила завтрак себе и Бену, принимала душ, одевалась и бежала на работу. Она уже привыкла к своему новому образу и нисколько не стеснялась ни своей прически, ни одежды.

Несмотря на ее опасения, неподражаемый Дрю Форсайт даже не пытался ее соблазнить. Он лишь изредка поглядывал на нее с нескрываемым дружелюбием, в котором все же прослеживалась некоторая настороженность. Он ясно давал понять, кто из них начальник. Когда Дрю просил Еву навести о чем-то справки, то ожидал от нее полного, детального доклада об интересующем его предмете.

За всю свою жизнь Еве не приходилось столько работать, но в данном случае она не сетовала на судьбу и начальство. Работа не просто нравилась ей, она была от нее в восторге! Дрю словно испытывал ее, постоянно бросая ей вызов за вызовом, и она с только им двоим понятным удовольствием принимала правила его игры, каждый раз доказывая ему, что он не совершил ошибку, взяв ее на работу.

В свою очередь, Ева не могла не признать, что Дрю был непревзойденным начальником. Как никто другой, он давал ей возможность выложиться по максимуму, продемонстрировать все свои таланты. Он прислушивался к ее мнению, как будто они были на равных. Он уважал ее, и иногда Еве казалось, что это не просто уважение, но что его влечет к ней так же, как и се влечет к нему. Однако она изо всех сил отгоняла от себя эту мысль.

Еще Ева постоянно чему-нибудь училась. От Джейми Барнсби она узнала о множестве вещей, о существовании которых даже и не подозревала. И вообще этот человек положительно ей нравился. Веселый, добродушный, сообразительный, он чем-то напоминал ей Бена. Она прекрасно понимала, что Джейми всерьез увлекся ею, но ее голова была слишком занята делами и мыслями о предстоящей поездке. К тому же она относилась к Джейми с той же нежностью, с какой сестра относится к брату.

— По-моему, нам пора вместе поужинать, ты как думаешь? — однажды предложил Джейми.

Было уже семь часов вечера, а они все еще сидели в офисе и разгребали бумаги.

— Еще пару минут… — пробормотала Ева, не отрывая глаз от очередного доклада.

Сверхурочные стали для нее нормой. Она наконец перестала экономить и беспокоиться о том, что ей нечем будет заплатить за учебу Бена.

— Эй, Джейми, вы все еще здесь? — Дрю Форсайт зашел в кабинет Евы и присел на краешек ее стола.

Как бы она ни была погружена в финансовые отчеты, но все же не могла не ощутить исходившие от него флюиды. Этот человек был невероятно притягателен и красив. Он сбросил пиджак, слегка распустил галстук и закатал рукава на рубашке. Ева тайком взглянула на его широкие плечи, мощный затылок, темные волнистые волосы и подавила вздох. Дрю вскинул руку и посмотрел на часы. В каждом его движении было столько мужественности и силы, что симпатяга Джейми бледнел по сравнению с этим воплощением мужской привлекательности.

— Я тут пытаюсь уговорить Еву поужинать со мной, — усмехнулся Джейми, — но она никак не соглашается. Все твердит, что ей сначала нужно закончить работу, которую ты ей поручил.

— Над чем ты работаешь? — Дрю уже давно перешел с ней на «ты», и только Ева никак не могла заставить себя отбросить условности и обратиться к этому человеку как к ровне.

Он протянул руку, и она отдала ему бумаги, которые просматривала. На секунду их пальцы соприкоснулись, и по телу Евы пробежал электрический разряд. Она вздрогнула и испуганно посмотрела на Дрю, но он лишь улыбнулся ей одними глазами и принялся читать ее пометки к документу.

— Отлично, Ева! — воскликнул он. — Ты женщина с головой!

Ева нахмурилась. С каких это пор он называет ее Ева? С каких это пор он разговаривает с ней так, как будто они давно знакомы? И как это она не заметила, что этот змей в обличье человека подобрался к ней так близко?

Она подняла глаза и с нескрываемой враждебностью ответила:

— Вообще-то я еще не закончила.

— Нет, все просто превосходно. — Он посмотрел ей прямо в глаза и, довольный произведенным эффектом, добавил: — Достаточно на сегодня.

— Правда она трудоголик? — восхитился Джейми.

— Без тебя я бы не справилась. — Ева бросила на него взгляд, полный благодарности.

— Ты проверила цифры? — Голос Дрю зазвучал неожиданно резко.

— Все, до последнего цента. И я уверена, что расходы можно сократить.

Ева положила ручку и слегка потянулась, разминая спину. Дрю не сводил с нее глаз. И хотя его взгляд вроде бы ничего не выражал, она знала, чего он добивается: он пытается ее соблазнить.

— Тебе надо расслабиться, Ева, — тихо сказал он, и мороз пробежал у нее по коже.

Дрю заметил, как вздымается ее грудь, как бледнеют щеки. Ее скулы заострились, кожа казалась совсем тонкой, и он вдруг подумал, что, пожалуй, слишком жесток с ней, что не следует так ее переутомлять, что давно пора все ей объяснить и успокоить ее.

— А почему бы нам втроем куда-нибудь не сходить? — неожиданно для самого себя предложил он и перевел взгляд на Джейми. — Мы могли бы пойти в «Лео».

— Отличная идея, Дрю, — заулыбался Джейми.

— Сэр, вам не нужно… — Ева запнулась, поймав его укоризненный взгляд. Что это — он жалеет ее?

— Почему нет? Я голоден как волк. — Он встал и направился в свой кабинет.

Телефон на столе Евы зазвонил. Она сняла трубку и, терпеливо выслушав звонившего, протянула телефон Джейми.

— Это твоя мама. Кажется, она в бешенстве.

— Еще бы, черт побери! — воскликнул молодой человек и нахмурился. — Я обещал позвонить и забыл. Должно быть, приехала Мэгги, лучшая подруга матери и моя крестная.

Он взял трубку и принялся разговаривать с матерью.

— Мне ужасно жаль, но Мэгги… — начал было объяснять он вернувшемуся Дрю, но тот прервал его:

— Не думаю, что ты очень радуешься перспективе унаследовать все ее состояние.

— Да уж, — невесело усмехнулся Джейми, — но старушке просто больше некому оставить свои денежки. Что ж, мне пора бежать. Они не хотят ужинать без меня.

Ева молча проводила приятеля взглядом.

— Не стану отнимать у вас время, — сказала она, когда за Джейми закрылись двери лифта, — мне тоже пора. — Спазм перехватил ей горло, паника овладела всем ее существом. Вдруг он все же захочет отвести ее в ресторан?

Дрю внимательно посмотрел на нее, словно видел насквозь и знал все ее уловки.

— Разве ты не голодна? — спокойно поинтересовался он.

— Конечно, голодна. Я просто умираю с голоду…

— Тогда в чем проблема? Я, разумеется, требую, чтобы мои подчиненные хорошо выполняли свою работу, но не хочу, чтобы ради этого они жертвовали своим здоровьем. Тебе нужно расслабиться.

— Может быть, я не нуждаюсь в отдыхе… — протянула она и отвернулась.

— Отговорки, — сухо прокомментировал Дрю. — Пошли, Ева. В этом нет ничего предосудительного. Мы просто вместе поужинаем.

Стояла чудесная безветренная погода. В парках и ботанических садах благоухали деревья, на вечернем небе не было ни облачка, и первые звезды только-только начинали поблескивать сквозь радужную дымку заката. В воздухе витал аромат чего-то необыкновенного. То ли какая-то примерная хозяйка пекла пирожки с клубничным джемом, то ли сама Ева будто опьянела и от воздуха, и от близости к Дрю.

Она стояла на улице и ждала, пока он подгонит машину. Ее взгляд блуждал по витринам магазинов. Мимо, не спеша, держась за руки, проходили пары. Возле казино через дорогу толпились роскошно одетые люди, и Ева вспомнила, что иногда там, в большом зале, дают концерты приезжие артисты. Сейчас в город приехал знаменитый русский пианист-виртуоз Демиденко. Ева вздохнула и прикрыла глаза. Как бы ей хотелось попасть на этот концерт!

Через секунду подъехал Дрю, Ева села в машину, и они покатили по вечернему городу. Ева с любопытством рассматривала набережную и огромный лайнер в порту. Лайнер назывался «Королева Кукаберры» и считался одним из самых роскошных кораблей. На его борту играла музыка, горели огни и веселились люди. Ева поймала себя на мысли, что уже очень давно не ездила по городу вечером.

Вскоре они подъехали к ресторану «Лео», и Ева поежилась. Это было одно из тех заведений, которые она никогда не посещала. Невероятно дорогой и престижный ресторан. Она чувствовала себя не в своей тарелке. К тому же к Дрю сразу подбежал метрдотель и провел их к самому лучшему столику у окна.

— Выпьешь чего-нибудь? — спросил Дрю.

— Пожалуй, белого мартини, — ответила Ева. Может, я хоть дрожать перестану, подумала она.

— Не хочешь попробовать белого вина? У них здесь подают отличный рислинг.

Ева кивнула.

— Я с удовольствием попробую.

— У тебя есть машина?

— В настоящий момент нет. Мотор сгорел.

— Подожди-ка, ты хочешь сказать, что у тебя нет машины? Я что, недостаточно тебе плачу?

— Вы платите мне не больше, чем я того заслуживаю.

— Что я слышу? Ты просишь о прибавке?

— Я уверена, что, когда наступит нужный момент, вы сами повысите мне жалованье и мне не придется просить вас об этом.

Он бесцеремонно разглядывал ее, слегка улыбаясь, будто весь этот разговор только забавлял его.

— На самом деле я завтра же подпишу приказ о прибавке. Тебе нужна машина.

Ева вздрогнула. В ее душе разгоралась неосознанная ненависть к этому человеку.

— Что-то я не припомню, чтобы вы обещали повысить зарплату Джейми.

— Что это с тобой, Ева? — лениво осведомился он. — Разве ты не знаешь, что Джейми из очень богатой семьи?

— Я не знала… — тихо проговорила она.

— Неужели? Вы столько времени проводите вместе. Я думал, вы уже давным-давно все знаете друг про друга.

— Джейми не слишком разговорчив.

— Вы ладите?

Ева улыбнулась.

— Он напоминает мне Бена, моего брата. Он тоже очень умный и чуткий.

— Позволь поинтересоваться, Бен самый дорогой тебе человек, не так ли? — В его темных глазах горел неподдельный интерес.

— Мы жить друг без друга не можем! — запальчиво проговорила Ева.

— Но ведь когда-нибудь у вас обоих будут свои семьи…

— Вы что, пытаетесь меня задеть?

— Нет, я всего лишь сделал абсолютно уместное замечание.

— И вы ждете, что я отвечу… — Ева замолчала на мгновение. — Что ж, я искренне надеюсь, что Бен удачно женится, когда закончит учебу.

— Почему же он не может сделать это раньше? — насмешливо спросил Дрю.

— Я надеюсь, что он этого не сделает. — Ева посерьезнела. — Бен всегда хотел стать врачом. Несправедливо, если что-то или кто-то встанет у него на пути.

— Ты имеешь в виду, что он не влюбится, пока ты не велишь ему сделать это?

— Я желаю ему самого лучшего.

— Я понимаю, Ева. А что насчет тебя? Я заметил, что ты не осознаешь до конца, насколько красива, но как бы там ни было, ты ведь не лишаешь себя общения с противоположным полом?

— Разумеется, не лишаю, — солгала она, — хотя со мной приходится очень нелегко. Поэтому я предпочитаю отношения без обязательств.

— Почему, Ева? — Казалось, он был искренне удивлен.

— Вам-то какое дело? — нагло огрызнулась Ева.

Он пожал плечами, но глаз не отвел.

— Ты многое скрываешь, а я по натуре очень любознательный человек. Мне нравится разгадывать тайны.

— Вы мой босс, а не друг… — смутилась Ева.

— Да, мы не друзья… — согласился он, но таким тоном, что у Евы внутри все перевернулось. — Думается мне, ты была настроена против меня еще до нашего знакомства.

— Это неправда, — возразила Ева и закусила нижнюю губу.

Ее замешательство вызвало ироническую улыбку у него на лице.

— Сейчас, когда это уже не секрет, я могу сказать тебе, в чем было дело. У леди Форсайт случился выкидыш. Это выбило ее из колеи, она была подавлена, разбита. Ей казалось, что она подвела моего отца, что он не простит ей этого, ведь он был так счастлив, когда узнал, что станет отцом еще раз. К сожалению, этой его мечте не суждено было сбыться.

— Простите, я не знала… — Ева покраснела и опустила глаза.

— И все это время ты терзала себя мыслями о том, чего никогда не было и не могло быть.

Ева вскинула глаза и гневно посмотрела на него.

— Вы имеете в виду, что я сделала слишком поспешные выводы?

— Знаешь, наверное, нам следовало обсудить то, что ты увидела. Так было бы проще для нас обоих. Мы избежали бы многих недоразумений.

— Возможно. Скажите, вам что-то не нравится во мне?

— Скажем так, очень многое в тебе вызывает во мне интерес.

Он отвлекся, чтобы сделать заказ, и Еве представилась возможность привести мысли в порядок.

— Я думаю, что у всех нас есть свои скелеты в шкафу, своя ахиллесова пята, — возобновила разговор она, — есть вещи, о которых мы никому не рассказываем, не так ли?

— Согласен, Ева.

От того, как он произнес ее имя, у нее закружилась голова.

— Если уж мы обсуждаем личную жизнь друг друга, — выпалила она, — то почему бы нам не поговорить о тебе?

— Что ты хочешь знать? — улыбнулся он, довольный, что она наконец отбросила формальности и перестала обращаться к нему на «вы».

— О, этого не выразить словами!

— Тогда пошли потанцуем — бросил вызов он.

— Нет, ты мой начальник, я не могу. — Знаешь, Ева, с каждой секундой ты становишься все незаменимее, — признался он.

— Я так же незаменима, как Джейми? — съязвила она. — Помнится, ты как-то сказал, что мне тяжело будет достичь того же уровня профессионализма, которого достиг он.

— Не знаю, где ты этому научилась, но ты гораздо умнее и сообразительнее Джейми. Ты по-настоящему талантлива, Ева, но ты слишком стараешься произвести на меня впечатление.

— Разве не эта моя черта вызывает в тебе интерес? К тому же я не могу вдруг взять и измениться, потому что тебе этого захотелось.

— Это не ответ, Ева. Скажи мне, на кого ты пытаешься быть похожей? На отца? На мать? От кого ты унаследовала эти прекрасные глаза, и очаровательный носик, и роскошные волосы?

— А на кого ты похож? — не удержалась Ева.

— На отца, разумеется, — уверенно проговорил он, — по крайней мере очень многие люди придерживаются этой точки зрения.

— Быть может, ты действительно унаследовал от отца высокий рост и внешность, но в остальном ты не очень похож на сэра Дэвида.

— Ты права. Моя мать часто говорила, что характер я унаследовал от ее отца, моего деда. О нем в семье ходят легенды. Говорят, был невероятно колоритный персонаж. К сожалению, его самолет был сбит, когда он пролетал над джунглями в Новой Гвинее. Это произошло много лет назад.

— Что твой дед делал в Новой Гвинее? — полюбопытствовала Ева.

— Там ему принадлежала пара кофейных плантаций. Он часто летал в Новую Гвинею и Юго-Восточную Азию. Моя бабушка говорила, что он женат на своем самолете.

— Так же, как ты женат на своей яхте? — Еве неожиданно вспомнилась какая-то журнальная статейка.

— Вообще-то это яхта моего отца, — заулыбался Дрю, — но я всегда любил плавать на ней, особенно когда был ребенком.

Вернулся официант, принес вино и закуски.

— Здесь мило. — Ева обвела ресторан глазами.

— Я обожаю это место. Ты никогда здесь раньше не была?

— Я редко выхожу в свет. Не могу позволить себе такую роскошь.

— А как же твои приятели? Неужели они не водят тебя в такие места? Насколько я успел заметить, ты оказываешь прямо-таки магическое воздействие на мужчин.

— Думаю, они больше пекутся о своем кошельке, — улыбнулась Ева.

— А чем Бен занимается в свободное время?

— Спит. К тому же у него почти не бывает свободного времени. Для того чтобы стать настоящим врачом, нужно вкалывать днем и ночью.

— И ты тащишь на себе этот груз с детства?

Ева помолчала минуту, а потом ответила:

— Мы справляемся.

— Я хотел бы познакомиться с Беном.

— Зачем?

— Я говорю это не из вежливости, Ева.

— А я и не думаю, что ты сказал это из вежливости. Мне кажется, это имеет отношение к твоей природной любознательности.

— Вполне допускаю, что ты права.

Легко, как же легко было бы забыть обо всем и поддаться его чарам, думала Ева. Можно было бы ни о чем не думать и просто наслаждаться его обществом, смотреть на него, любоваться его сильными руками, улыбаться ему… Но, к сожалению, этот человек играл в игру, в которую ей не следовало ввязываться. Он представлял опасность и внушал ей животный страх.

От вина у Евы развязался язык, и она принялась рассказывать Дрю о своем детстве и юности. Она говорила недомолвками, но было очевидно, что он слушал ее с удовольствием. В тот момент они уже не были начальником и ассистенткой. Они были просто мужчиной и женщиной, которые хотели узнать друг друга получше.

Они как раз допивали кофе, когда к их столику подошла шикарно одетая стройная женщина. Она с любопытством поглядела на Еву и улыбнулась Дрю.

— Как мило, что я тебя встретила, — проворковала она, — ведь ты не отвечал на мои телефонные звонки.

На какую-то долю секунды Еве почудилось, что Дрю собирается попросту проигнорировать слова этой женщины, но он все-таки сделал над собой усилие и спокойно ответил:

— Я вообще не понимаю, зачем ты продолжаешь мне звонить.

— Ты же был моим мужем. — Она снова презрительно поглядела на Еву. — Ты теперь работаешь в детском саду?

— Не провоцируй меня, — отозвался Дрю. Было видно, что он с трудом контролирует нахлынувшие эмоции.

— Ты мог бы по крайней мере познакомить нас… — Ее ледяные голубые глаза буравили Еву.

— Мог бы, но не собираюсь этого делать. Как прошла вечеринка по случаю дня рождения?

Лицо бывшей миссис Форсайт прояснилось.

— Так ты не забыл?

— Такое едва ли забудешь, — резко проговорил он. — Тебе пора, Кэрол. Тебя ждут.

Кэрол Форсайт покачала головой и уставилась на Еву. На этот раз в ее взгляде сквозило больше, чем просто презрение. Это была ненависть.

— У вас роман? Конечно, роман. — Ее, казалось, только позабавило замешательство Евы. — Дорогая, он может свести вас с ума, но учтите: у него нет сердца.

— Ты слишком много выпила, Кэрол, — спокойно сказал Дрю.

— Я всегда любила тебя… — жалобно проговорила она, глядя на него.

Дрю поднялся из-за стола.

— Ты всегда занималась самообманом. Нам пора идти, а тебе следовало бы давно забыть о наших отношениях.

Тогда женщина наклонилась к Еве и быстро зашептала:

— Вы не представляете, во что ввязались.

— Простите, но я понятия не имею, о чем вы, — спокойно ответила Ева, — я всего лишь помощник мистера Форсайта.

— Тебе вообще не нужно было с ней разговаривать, — сказал Дрю, когда они садились в машину, — она этого не заслуживает.

— Мне стало ее жаль. По-моему, она жутко ревновала.

— Кэрол всегда стремилась быть в центре внимания… — тихо сказал Дрю.

— Невзирая на обстоятельства?

— Мы оба совершили ошибку, когда поженились.

— Извини.

— Так что будь осторожна, если решишь отдать кому-нибудь свое сердечко! — шутливо предостерег он.

— Осторожность — мое второе имя.

Он вдруг рассмеялся и повернулся к ней.

— У тебя слишком острый язычок, моя милая. Интересно, кто первым поцеловал эти губы? — Он задумчиво поглядел ей в лицо, и Ева задрожала как осиновый лист.

— Послушай, ты расстроен, — хрипло сказала она, — я возьму такси и…

— Ты, черт побери, знаешь, что я не позволю тебе сделать это!

Ева вдруг увидела перед собой очень ранимого человека. Вся его самоуверенность куда-то испарилась. Теперь он был просто парнем, который только что пережил неприятную сцену и чьи чувства были сильно задеты. И Ева испытала нечто странное: она больше не боялась его. Напротив, ее тянуло к нему все сильнее.

— Где ты живешь? — спросил он, заводя свой «ягуар».

— Я абсолютно уверена в том, что тебе не по пути.

— Не беспокойся об этом, Ева. — Он бросил на нее многозначительный взгляд.

— Ладно, — согласилась она и назвала адрес.

Она жила на тихой улочке к востоку от центра города. И теперь ей было не по себе оттого, что человек, подвозивший ее до дома, родился в старинном особняке, построенном на берегу реки еще в конце девятнадцатого века, а жил в собственной усадьбе где-то в районе западных холмов. Ева вспомнила, как Лиза однажды рассказывала, что бывшая жена Дрю при разводе потребовала оставить эту усадьбу ей и теперь Дрю жил в пентхаусе одного из самых престижных домов города.

Все это разительно отличалось от крохотного домика в пригороде, который снимали Ева и Бен. Их фамильное гнездо пришлось продать, когда умерла мать. Скромный бюджет не позволял оплачивать безумно дорогие коммунальные услуги, да и желания оставаться теперь в этом доме у них не было.

— Я сожалею, что тебе пришлось все это выслушать, — прервал молчание Дрю.

— Ничего страшного.

— Кэрол перестает себя контролировать, когда выпивает.

— Она все еще любит тебя, — вдруг сказала Ева, — она чувствует себя брошенной и никому не нужной.

— Это одна из ее фантазий.

— Я сомневаюсь в этом.

— Ева, ты ничего не знаешь, — мягко возразил Дрю.

— Прости, я перегнула палку.

— Ты думаешь, я не знаю, за кого ты меня принимаешь? Ты считаешь меня жестоким и опасным.

— Неправда! — выпалила она и мучительно покраснела.

— Правда, — спокойно продолжал он, — и не смей это отрицать. Я думаю, что объяснение твоему поведению скрывается в твоем прошлом.

— Господи Боже, да кто дал тебе право анализировать мои поступки?! — возмутилась Ева.

— Ты необыкновенная женщина, Ева. Ты интересуешь меня.

— Ты говоришь так, как будто ты исследователь, этакий Индиана Джонс в костюме от Армани, а я всего лишь одна из твоих многочисленных находок. Ты не знаешь, как подобрать ко мне ключ, и поэтому, именно поэтому я интересую тебя!

Он невозмутимо выслушал ее тираду и ответил:

— Ты интересуешь меня как коллега по работе и друг. Нам следует подружиться, Ева. Иначе мы не сработаемся. В любом случае я чувствовал, что должен извиниться за выходку Кэрол. Она всегда пытается изобразить меня чудовищем, когда застает в компании женщины, способной составить ей конкуренцию. Такова ее сущность.

— Может, у нее есть на то причины? — заявила Ева и тут же пожалела о сказанном.

— Ты настоящая мужененавистница… — Он беспокойно скривил губы.

— Нет, — твердо ответила Ева, — просто я думаю, что мужчины не считаются с чувствами женщин.

— И поэтому ты так отчаянно боишься влюбиться?

— Да с чего ты взял?

— Хочешь сказать, что я ошибаюсь? Едва ли, — рассмеялся он. — Ты ведь воображаешь меня этаким «Индианой Джонсом в костюме от Армани», человеком, который соблазняет женщин, а потом бросает их.

Ева попыталась взять ситуацию под контроль:

— Вообще-то я восхищаюсь тобой… — Она чуть было не назвала его по имени, но вовремя удержалась. — Я и мечтать не могла о таком начальнике. Мне нравится работать с тобой, но больше я ничего не скажу. Каждый раз ты неверно истолковываешь мои слова. К тому же от вина у меня развязался язык.

— Наверное, мне следует чаще поить тебя вином, — заметил он, — по крайней мере ты перестала относиться ко мне как к недосягаемому божеству и наконец-то прямо сказала, что думаешь.

В этот момент они подъехали к дому Евы и увидели Бена, отпирающего входную дверь.

— Привет! — поздоровался тот, увидев Еву, и направился к машине.

— Это мой брат Бен… — пробормотала Ева.

— Отлично. Я как раз хотел с ним познакомиться.

Дрю вылез из машины, и Еве ничего не оставалось делать, как последовать за ним. Она представила мужчин друг другу и замолчала, давая им возможность поговорить.

— Как славно, что вы подвезли Еву домой, — поблагодарил Дрю Бен, — очень славно. Вы наверняка слышали о том, до какого состояния она довела свою машину.

— Да, она рассказывала мне. — Дрю улыбнулся. — Пожалуй, стоит настоять на том, чтобы она немедленно купила новую. Она без конца задерживается на работе. Нехорошо, если по вечерам девушка ездит в общественном транспорте одна. Я что-нибудь придумаю.

— Это было бы здорово! — обрадовался Бен. — Может, вы и меня устроите на работу?

— Ева говорит, вы изучаете медицину?

— Да, — рассмеялся Бен, — я иногда хожу на лекции между дежурствами в больнице. Я действительно хочу стать врачом, — серьезно добавил он, — всегда хотел, но впереди еще много лет учебы.

— Уверен, что Ева поможет вам справиться со всеми сложностями. Имея такую сестру, я бы не беспокоился, даже если бы началась третья мировая война. Что ж, мне, кажется, пора. Было приятно познакомиться, Бен! — Дрю махнул рукой и сел в машину. — Завтра приходи на работу пораньше, Ева! — крикнул он, отъезжая.

— Не опоздаю! — отозвалась она.

— Господи, да он вправду отличный парень! — воскликнул Бен, когда машина Дрю скрылась за поворотом. — Я, разумеется, читал о нем, видел фотографии, но в жизни он гораздо лучше.

— Впечатляет, да? — нахмурилась Ева.

— Интересно, что он подумал, увидев наши хоромы? — Бен оглянулся на дом.

— Он не сноб, — неожиданно для себя встала на защиту Дрю Ева. — К тому же он предельно вежлив со всеми своими подчиненными.

— Парень что надо! — восхищенно проговорил Бен, обнял Еву за плечи и повел в дом. — Я ослышался или он предложил тебе машину?

— Просто ему неловко оттого, что его помощник ездит на работу в автобусе, — усмехнулась Ева. — Мы ведь ужинали вместе.

— Вы — чт о?! — Бен остановился и посмотрел сестре в лицо. — Девочка моя, будь осторожней. Этот парень играючи вскружит тебе голову. Лучше тебе держаться от него подальше, если роман не входит в твои планы.

— С чего ты взял, что Дрю мне нравится? — вспылила Ева. — Кстати, ты сам не так давно защищал его и говорил, какой он замечательный парень!

— Я пошутил, Ева, успокойся. Правда, я не говорил, что он тебе нравится. Заметь: ты сама это сказала. Так вы вместе ужинали, да? И как?

Ева с силой распахнула входную дверь и швырнула сумочку на столик в прихожей.

— Я познакомилась с его бывшей женой.

— Как интересно! — Бен запер дверь. — Ты хочешь сказать, что они все еще друзья?

— Напротив. Она ужасно мучается из-за него. Знаешь, она по-настоящему красива. Подожди, пока я переоденусь. Через пару минут я тебе все расскажу.

— Нет уж! Ты меня заинтриговала. Рассказывай прямо сейчас. Вы с Дрю поссорились из-за этой женщины?

Ева уничижительно посмотрела на брата.

— Она предположила, что мы с Дрю любовники.

— Вот это да! — Бен плюхнулся в кресло. — Покруче любого сериала! Жаль, что меня с вами не было!

— Ничего веселого. Не понимаю, чему ты так радуешься! — Ева укоризненно покачала головой.

— Пожалуй, я попридержу комментарии, а то ты не расскажешь мне всех подробностей. — Бен выпрямился, словно нашкодивший школьник, положил руки на колени и сделал серьезное лицо. — Я слушаю.

— Дрю очень расстроился, — стала рассказывать она, — очень расстроился. Мы должны были пойти ужинать вместе с Джейми, но ему позвонила мама, и он уехал. Бывшая жена Дрю ужинала в том же ресторане с друзьями. У нее день рождения. Она подошла к нам, когда мы уже уходили.

— Так-так, — Бен внимательно поглядел на сестру, — похоже, тебя она тоже расстроила…

— Да, — кивнула Ева, — мне стало ее жаль. Она все еще любит его.

— Не сомневаюсь, что любит. — Бен тяжело вздохнул. — Думаю, она всегда будет любить его.

— Это не ее вина, что у них ничего не получилось, — мрачно произнесла Ева.

— В тебе говорит феминистка, — возразил Бен, — что не есть хорошо. Один мой приятель знает Дрю. Он говорит, что Кэрол Форсайт настоящая дрянь. Она не считается ни с кем и ни с чем. Ее волнуют только собственные чувства и желания. Знаешь, кто ее отец? Кевин Карсон. Да-да, тот самый Карсон, владелец «Карсон констракшнс». Ты сама наверняка слышала, как о нем отзываются. Сказать, что не слишком лестно, — не сказать ничего.

— Но он чудовищно богат…

— Да, отвратительно богат, но, к сожалению, он беднее и, очевидно, глупее Дрю. Так что выходит, что твой Форсайт не так уж сильно отличается от простых смертных. Как и все мы, он тоже совершает ошибки.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Ева смело шагала вслед за Дрю и лесничим, стараясь избежать искушения что-нибудь потрогать. Полуденное солнце почти не проникало сквозь листву тропических деревьев, которые где-то далеко вверху сплетались в огромный зеленый купол. Пушистая трава под ногами напоминала мягкий ковер, покрытый причудливым узором диковинных цветов.

Ева надела светлые легкие брюки и белую безрукавку, но и в этом одеянии страдала от жары. Из-за высокой влажности было трудно дышать. И все же природа вокруг была настолько восхитительна, что заставляла Еву постоянно озираться, забывая про жару и усталость. Она не могла поверить своим глазам, что на свете существует такая красота. Казалось, что все это лишь сон — лес, больше похожий на райский сад, журчание ручейков и Дрю, уверенно шагающий впереди.

Повсюду стрекотали цикады, щебетали птицы. Ева мысленно удивлялась тому, что людям только сейчас пришло в голову построить исследовательский центр прямо в тропиках, ведь аборигены еще в древности использовали целебные свойства тропических растений, когда лечили своих соплеменников. Они выжимали сок из листьев, настаивали его и изготовляли чудодейственные отвары, которые спасали сотни жизней. Только теперь Ева в полной мере ощутила важность возложенной на нее миссии.

Она посмотрела на Дрю. Взгляд упал на его широкие плечи, обтянутые темно-зеленой футболкой. Он был увлечен разговором с проводником и не замечал осторожных взглядов, которые бросала на него Ева. Где-то позади плелся Джек, он что-то насвистывал себе под нос и изредка останавливался, чтобы отдохнуть и как следует отругать себя за то, что вообще согласился на эту поездку.

Дрю рассмеялся, и Ева вздрогнула. Даже утомительный полет не истощил запаса его жизненных сил. Казалось, энергия била в нем ключом. Еву с каждым днем все сильнее влекло к этому человеку в выцветшей футболке и голубых джинсах.

— Как дела? — Дрю слегка замедлил шаг и поравнялся с Евой.

Она была прелестна — румяные щечки, слегка спутавшиеся золотистые пряди, упавшие на лоб, полуоткрытый рот… Она выглядела потрясающе, но дело было не только во внешности. Как отличалась она от той жесткой, агрессивно настроенной и ужасно испуганной девчонки, с которой он когда-то столкнулся у лифта. А сейчас она казалась такой счастливой и такой настоящей, что Дрю до боли захотелось прижать се к себе, провести рукой по волосам, коснуться губами ее губ…

— Интересно, сколько столетий назад ветер принес семечки, из которых выросли эти деревья? — задумчиво проговорила Ева.

— Ты еще не видела самого интересного, — тихо сказал Дрю. — Гэри отведет нас на опушку, где растет лантана. Там летают бабочки. Уверен, тебе понравится. Это незабываемое зрелище.

— Как же чудесно! — мечтательно вздохнула Ева. — Жаль, что нам надо спешить. У тебя ведь назначена встреча.

Дрю кивнул.

— Ты только посмотри на Джека! Он как будто впал в детство. Собирает цветочки.

— Как здорово, что я согласилась сюда приехать! Здесь невероятная атмосфера! Неудивительно, что миссис Гэррэтт опасается за благополучие этого места. Нам обязательно нужно убедить ее в том, что мы не причиним вреда местной растительности.

— Конечно, не причиним.

Дрю улыбнулся и коснулся рукой се плеча.

— Пойдем, пожалуй. Я хочу перекусить перед тем, как встречаться с Уиллом Доусоном. Нам с ним нужно будет слетать на гору Маратта — там у меня несколько шахт.

Ева было послушно последовала за ним, как вдруг остановилась, завороженная представшим перед ней зрелищем. Среди ветвей притаилась какая-то птичка. У Евы не было возможности толком ее рассмотреть, но она заметила, что у птицы причудливое оранжево-синее оперение.

— Кто это? — спросила она и протянула руку.

В ту же секунду сильные руки Дрю схватили ее и резко отдернули назад, а перед глазами мелькнул огненно-рыжий язычок. Ева замерла, не зная, что и думать. Прошло несколько секунд, прежде чем раздался хриплый голос Дрю:

— Слава Богу!

Ева боялась даже пошевелиться. Его прерывистое дыхание касалось се щеки, руки крепко и в то же время ласково обнимали ее. Она была совершенно не готова к такому стремительному сближению. К тому же она еще никогда не испытывала такого всепоглощающего желания. Мурашки побежали у нее по спине.

Дрю был не менее обескуражен. Его вдруг захватила страсть. Ему хотелось обладать этой женщиной прямо здесь и сейчас, хотя влекло его к ней с той самой секунды, как он впервые увидел ее. Эта немного наивная, но упрямая и своевольная девочка казалась ему такой родной… и такой чужой.

— Даже в раю попадаются хищники! — рассмеялся он, чтобы разрядить обстановку. — Ты только что едва не сунула руку в пасть к ядовитому растению-убийце. Видишь эти лепестки, похожие на перья птицы? Они покрыты микроскопическими волосками, которые жалят как пчелы. Яд проникает в кожу при малейшем прикосновении. Ожог не проходит в течение месяца. Болит страшно.

— Прости, я не знала… — Дрожь пробежала по телу Евы.

— Я ведь не сделал тебе больно? — заботливо поинтересовался Дрю.

— Нет. — Ева опустила глаза.

— Я знаю, как нам сейчас следует поступить: я пойду вперед, а ты держись за меня, не отставай ни на шаг и ничего не трогай. — Он ободряюще улыбнулся. — Забыл сказать: пару минут назад ты чуть не наступила на питона.

Поддавшись внезапному приступу страха, Ева прильнула к его груди и уткнулась носом ему в плечо.

— И ты только сейчас говоришь мне об этом? — пробормотала она.

— Вот такая ты мне нравишься больше, — отозвался Дрю, — можешь обнимать меня, пока мы не выберемся из леса.

— Тебе, видимо, доставляет колоссальное удовольствие дразнить меня, — улыбнулась Ева, — но я все равно, пожалуй, воспользуюсь твоим предложением.

Через десять минут они наконец вышли на поляну, о которой говорил Дрю. Это место называлось Кольцом бабочек. Здесь их и вправду было великое множество. И все кружились над диковинными цветками пахучего растения, которое Дрю назвал лантаной. Некоторые бабочки достигали размера небольшой вороны, у них были такие хрупкие крылья, что Ева удивлялась, как они могут размахивать ими, не опасаясь повредить.

— По какой-то причине птицы их не трогают, — рассказывал Гэри, их проводник, — это странно, потому что большинство птиц здесь питаются именно насекомыми. Должно быть, это место заколдовано.

— Посмотрите, как летают бабочки, — проговорил Дрю, — по зигзагообразной траектории. Возможно, птицы просто рискуют промахнуться…

— Или, несмотря на свою красоту, эти бабочки совсем невкусные, — со смехом предположила Ева.

— Паукам нравится, — лаконично ответил Гэри и настороженно огляделся. — Парит, — заметил он, — как бы буря не налетела…

Пока Дрю и Джек находились с визитом у старого приятеля, Ева решила наведаться в деревню и пробежаться по магазинам. Она никак не могла насладиться красотами здешних мест и с восторгом открывала для себя все новые достопримечательности. Например, она узнала, что к северу от мыса Козерога находится чудесная бухточка, выходящая в Коралловое море, а в прибрежных джунглях можно запросто столкнуться с тиграми, которые, правда, никогда не нападают на людей. Еще Гэри рассказал ей, что следует опасаться панцирных ящериц, потомков динозавров, и крокодилов, обитающих вблизи болот.

Ева с удивлением узнала, что люди, живущие здесь, вовсе не являются прямыми наследниками культуры местных аборигенов. Кто только не жил в этих местах — итальянцы, приехавшие сюда несколько столетий назад, чтобы выращивать тростник, красноречивые испанцы, пылкие греки, сдержанные британцы, молчаливые скандинавы, шумные югославы, трудолюбивые китайцы, а также представители племени канакас, приплывшие с берегов Меланезии еще в прошлом веке.

Права коренного населения были попраны, иностранцы вытеснили аборигенов с их земель. Ева всего пару раз сталкивалась на улице с худыми, смуглыми, угрюмыми людьми, напоминающими индейцев из рассказов Фенимора Купера, которыми она зачитывалась в детстве. Только эти люди одевались по-европейски, держали небольшие лавочки и давно перестали заниматься колдовством и целительством. Цивилизация поглотила их.

Дрю сказал, что здешний воздух благотворно влияет на легкие, и Ева была склонна с этим согласиться. Ступив на эту землю, она мгновенно избавилась от мучившего ее насморка. К тому же здесь было невероятно красиво. Ева слышала, что многие художники приезжают сюда инкогнито, чтобы, слившись с природой, написать очередное бессмертное творение.

Вот уже несколько часов Ева бродила по деревне, заходила в крошечные магазинчики, рассматривала забавные безделушки, перебирала цветастые саронги, сплетенные из тончайшей древесной коры руками местных жительниц и окрашенные растительными красками. Все вокруг словно дышало покоем, и Ева в который раз мысленно поблагодарила Дрю за то, что он открыл ей новый мир.

Она начинала потихоньку привыкать к мысли, что им было предначертано встретиться. И чем сильнее она отрицала, что ее влечет к нему, тем заметнее это становилось. В этом человеке сочетались мужественность и нежность — то, чего Ева не встречала ни в одном мужчине. К тому же он смешил ее, а она так истосковалась по смеху.

Ева приобрела несколько сувениров на память и уже направилась к автобусу, который должен был отвезти ее к строящемуся отелю, где они, собственно, и поселились, как вдруг заметила пожилую женщину, одетую в белый льняной костюм. Женщина обеспокоенно размахивала руками и то и дело восклицала:

— Ко мне, Чарли, ко мне! Вернись, Чарли!

Рыжий спаниель, которому были адресованы эти слова, делал вид, что оглох, и заинтересованно обнюхивал цветы в ближайшей канаве. Мимо с бешеной скоростью проезжали машины, и именно это так взволновало хозяйку собаки.

— Не беспокойтесь, — сказала ей Ева, — я мигом его поймаю.

Девушка смело спрыгнула с обочины в канаву и начала тихо насвистывать, подзывая собаку. Однако Чарли, по всей видимости, решил, что с ним играют, и принялся с задиристым лаем носиться между деревьями. Через пару минут Еве удалось наконец подманить его и схватить за ошейник.

— Не знаю, как вас отблагодарить, — сказала женщина, когда Ева вернула ей собаку. — Этот пес ужасный непоседа — вечно попадает в передряги.

Словно в подтверждение ее слов Чарли дружелюбно заворчал.

— Спаниели всегда очень энергичные — им бы побегать да подурачиться… — заметила Ева.

— Могу я пригласить вас на чашечку кофе? — вежливо осведомилась женщина.

— Это было бы замечательно, — откликнулась Ева.

— Давайте посидим в кафе через дорогу, — предложила ее новая знакомая, — на этот раз я буду умнее и не спущу Чарли с поводка.

Ева внимательно посмотрела на свою спутницу. Несмотря на преклонный возраст, женщина была все еще очень красива. Правильные черты лица, тщательно уложенные волосы и голос… Это был хорошо поставленный голос человека, который всю жизнь занимался либо пением, либо работал диктором. Речь просто идеальная.

Да, все сходится. Ей следовало догадаться с первого взгляда.

— Позвольте представиться, миссис Гэррэтт, — улыбнулась Ева, когда они уселись за столик под тентом и заказали себе по чашечке кофе, — меня зовут Ева Коуплэнд.

Миссис Гэррэтт изобразила удивление.

— Вы так молоды… и знаете мое имя?

— Я видела ваши фотографии в журналах и много читала о вашем триумфе на сцене.

— Должно быть, вы очень наблюдательны. Последний раз я фотографировалась много лет назад.

— Вы почти не изменились, — искренне уверила ее Ева, мысленно дивясь тому, как молодо выглядит ее собеседница. — К тому же, — добавила она, — это часть моей работы.

— Вы мне льстите, дорогая. — Миссис Гэррэтт поудобней расположилась в плетеном кресле. — Я живу отшельницей с тех пор, как умер мой дорогой муж.

Ева наклонилась и слегка пожала пальцы этой грустной женщине, сохранившей красоту юности.

— Вы знаете, что это такое? — Миссис Гэррэтт заглянула в глаза Евы. — Вам знакомо чувство утраты?

— Да, — тихо ответила девушка, — знакомо. Несколько лет назад умерла моя мать. Не проходит и дня, чтобы я не думала о ней.

— Вы так молоды и столько пережили… — задумчиво проговорила женщина и вдруг ласково улыбнулась, словно это она утешала Еву, а не наоборот. — Хотите пирожное? Здесь пекут восхитительные пирожные. Я вас не видела прежде. Вы приехали в отпуск?

— Что-то вроде этого. — Ева слегка покраснела.

— Здесь чудесно, не правда ли? Вы просто обязаны выкроить пару часов и наведаться ко мне в гости. Мы могли бы пообедать вместе.

«Я должна рассказать ей всю правду, — твердила Ева про себя, — я не имею права вводить ее в заблуждение…» Но чем больше времени она проводила с миссис Гэррэтт, тем меньше ей хотелось разочаровывать и тем более обижать эту потрясающую женщину с печальными глазами.

Когда Дрю вернулся в отель, он не нашел Евы в ее номере и отправился на поиски. Он обошел всю территорию, пока наконец не набрел на бассейн, в котором плескалась Ева. Дрю невольно залюбовался увиденным. Эта худенькая, бледная девушка, похожая на ребенка, чувствовала себя как рыба в воде, двигаясь быстро и красиво.

— Жарко! — воскликнул он, выходя из тени и протягивая ей руку, чтобы она могла выбраться из бассейна. Его взгляд так и скользил по ее ладной фигурке, длинным ногам, округлым формам.

— Ты во мне дыру протрешь, если будешь так смотреть! — довольно резко заявила Ева.

— Ева, Ева, не кипятись! — примирительно ответил Дрю. — Я всего лишь подумал о том, что у тебя отличная фигура. Давай не будем ссориться. Лучше пойдем выпьем чего-нибудь.

Ева с подозрением посмотрела на него. На его лице играла улыбка, глаза горели, и она вдруг поняла, что начинает влюбляться в этого человека.

— Как прошла твоя встреча? — поинтересовалась она, пытаясь скрыть предательскую дрожь в голосе.

Дрю пожал плечами.

— Не так хорошо, как хотелось бы. А как ты провела день?

— Ты не поверишь…

— Позволь, угадаю. Наткнулась на старого поклонника?

— Нет, встретила гораздо более интересного человека.

— Ева, ты заставляешь меня нервничать.

Он наблюдал, как она завязывает на талии только что купленный саронг.

— Зря, тебе совершенно не о чем беспокоиться.

— Я абсолютно уверен в том, что ты в состоянии за себя постоять, Ева, — серьезно проговорил он, но было ясно, что это завуалированная насмешка.

— Знаешь, послушать тебя, так я предстаю этакой занудой-недотрогой! — в сердцах воскликнула Ева.

— Напротив, — возразил Дрю, — я считаю тебя отличной девчонкой. — Он одарил ее очаровательной улыбкой. — А теперь выкладывай, с кем ты там встретилась.

— Ты невыносим, — презрительно сморщилась Ева, — и мне давно следовало послать тебя куда подальше, но, поскольку мои мучения хорошо оплачиваются, я, пожалуй, перетерплю. Вам лучше присесть, мистер Форсайт, а то как бы моя новость не оказалась слишком неожиданной. Вдруг вы упадете в обморок? У меня нет с собой нашатырного спирта.

— Короче, Ева, — рассмеялся Дрю, которого только забавляла эта перепалка, — кого ты встретила?

— Миссис Гэррэтт! — выпалила она.

Он внезапно нахмурился.

— Мне казалось, это пока не входило в наши планы.

— Так-так, только не надо сердито глядеть на меня и разговаривать как строгий начальник. Это произошло совершенно случайно.

— Неужели? — Он настороженно посмотрел на нее. — И как тебе удалось подстроить эту «случайную» встречу?

— Может, ты меня выслушаешь? — разозлилась Ева.

— Ну, хорошо, Ева, — смягчился Дрю, — у меня полно времени, так что я с удовольствием тебя выслушаю.

— Так вот… — И Ева принялась во всех подробностях расписывать ему свое знакомство с миссис Гэррэтт. — Мы расстались лучшими подругами, — наконец закончила она, — и она пригласила меня завтра на обед. Я хотела спросить, могу ли я привести тебя, но побоялась. — Ева замолчала в ожидании реакции Дрю, но он словно задумался, и она продолжила: — Элизабет Гэррэтт придется нас выслушать. Она поведала мне о своих битвах с учеными, но также признала, что «Транс континентл» разработал весьма удачную программу по строительству научно-исследовательского центра. На этом основании она просто обязана нас принять. Я подготовлю ее, а потом вмешаешься ты.

— Молодчина, Ева! — похвалил Дрю. — Мы обсудим все еще раз за ужином, хотя ты и без того знаешь, что делать.

Джек в этот вечер принял приглашение отужинать у старого приятеля и уехал в провинцию, так что Дрю и Ева остались одни. В семь часов вечера они неспешно направились в небольшой ресторанчик, расположенный на территории недостроенного курорта. Дрю слегка обнял ее, и в душе Евы все переполошилось.

Что ты со мной делаешь? — мысленно обратилась она к своему спутнику. Неужели он не видит, что с ней происходит? Еще чуть-чуть — и она, потеряв над собой контроль, переступит черту, возврата из-за которой нет.

В зале было многолюдно. Вечер выдался чудесный. На темном бархатном небе сияла желтая луна, а всего в нескольких шагах волновалось морс. И хотя погода стояла теплая, все указывало на надвигающийся шторм. Луну то и дело заслоняли черные облака, а на берег порой накатывала такая большая волна, что брызги долетали до людей, сидящих на веранде.

Дрю всем улыбался, отпускал непринужденные шутки, весело болтал со знакомыми, и Ева просто не могла отвести от него глаз.

— Ничего, если мы сядем здесь? — поинтересовался он, усаживая ее за столик на веранде.

— По-моему, это лучшее место, — заметила Ева, — или я ошибаюсь?

— Возможно, — небрежно ответил Дрю, — владелец ресторана — мой давний знакомый. Что тебе заказать? Салат из мидий и устриц? — Он принялся просматривать меню.

— Что-нибудь легкое. Я обычно мало ем на ужин.

— Тебе не помешало бы немного потолстеть, — заявил он, не отрывая взгляда от меню.

— Если я не ошибаюсь, совсем недавно ты говорил, что я совершенство, — спокойно парировала Ева.

Его губы дрогнули в улыбке, и на щеках появились прелестные ямочки, которых Ева не замечала прежде.

— Даже если ты прибавишь пару килограммов, это никак не отразится на твоей фигуре. Кстати, я давно собирался спросить: как обстоят дела у вас с Беном?

— Тот день, когда ты взял меня на работу, оказался самым счастливым в моей жизни.

— Да? У тебя слишком скромные запросы, моя дорогая.

Он скользнул взглядом по се лицу и шее. Настоящая принцесса, подумал он.

— И что означает этот взгляд? — осведомилась Ева.

— Я пытаюсь понять, что у тебя на уме, Ева, — ласково проговорил он, — я намерен разгадать твою тайну.

— И что же у меня на уме?

— Тебя что-то беспокоит.

— А тебе не кажется, что такое стремительное сближение не приведет ни к чему хорошему?

На ее лице мелькнуло какое-то странное затравленное выражение, и Дрю стало не по себе. Он понял, что затронул болезненные струны в ее душе.

— Мы люди, Ева. Людям свойственно ошибаться, грешить, поддаваться страстям. Ты можешь отрицать очевидное, но нас определенно влечет друг к другу.

Ну вот, пронеслось у нее в голове, он все знает. Что же теперь делать?

— Я не сомневаюсь, что ты привык к поклонению женщин.

— А ты эксперт в области покорения мужских сердец.

Ева заставила себя улыбнуться. Принесли закуски, и, воспользовавшись небольшой паузой, Ева перевела разговор на тему предстоящей встречи с Элизабет Гэррэтт. Но Дрю не так-то легко было сбить с темы.

— И все же, Ева, — не выдержал он, — давай закончим начатый разговор.

Она подняла глаза и посмотрела ему прямо в лицо.

— Я не люблю нарушать правила.

— Это я уже понял. Значит, по-твоему, ужиная с боссом, ты нарушаешь правила? Я, между прочим, разведен.

— Ну и что? — нарочито небрежно заметила Ева. — Миллионы людей разводятся, только мне нет до этого никакого дела.

— Разве? Мне показалось, что именно эта часть моего прошлого вызывает в тебе наибольшее отвращение.

— Нет. — Ева покачала головой.

— Да, Ева. Ты не умеешь доверять людям. К тому же отчаянно ищешь предлог, чтобы возненавидеть меня.

— Возможно, это оттого, что, когда мы с Беном были детьми, наш отец развелся с мамой…

— Сочувствую, — кивнул Дрю, — но ты ведешь себя так, как будто в разрыве отношений всегда виноват только мужчина.

— Я что, ошибаюсь? — огрызнулась Ева.

— Знаешь, за твоим внешним хладнокровием скрывается маленькая, обиженная на весь мир девочка. Ты не права насчет того, что все мужчины свиньи. Я, например, изо всех сил пытался сохранить свой брак.

— Пожалуйста, Дрю! — У нее не было никакого желания обсуждать его личную жизнь.

— Чего ты так нервничаешь?

— Мне не нравится этот разговор.

— Посмотри на меня, Ева, — попросил он, в его голосе звучала неподдельная нежность.

— Ты мой начальник, не больше, — неизвестно зачем выпалила Ева.

— По-моему, наши отношения уже давно пересекли ту черту, к которой ты так боишься приближаться. Я хочу узнать тебя поближе, Ева, разве это так уж ужасно?

— Послушай меня, Дрю, — она перевела дыхание, — я никому не позволю причинить мне боль.

— Стало быть, если ты позволишь себе влюбиться, это причинит тебе боль? — довольно резко спросил он.

— Я была свидетельницей страданий моей матери. Это продолжалось не месяц и не два. Прошли долгие годы! Это помогло мне понять, что мужчины не способны серьезно полюбить. У них свое мировоззрение, свои понятия о морали. Мужчины помешаны только на работе и своих хобби. Я не хочу, чтобы мое сердце было разбито, не хочу страдать, как страдала моя мать.

— Ева, милая моя Ева, неужели у тебя никогда не было мужчины? — мягко проговорил он.

— На то есть множество причин. Карьера для меня на первом месте.

— И ты не хочешь иметь свой дом, семью, детей?

— Я не говорила, что не хочу всего этого, — Ева покачала головой, — я всего лишь имею в виду, что не хочу быть зависимой от мужчины.

— Это хуже всего. Скажи мне, у тебя когда-нибудь были сексуальные отношения с мужчиной?

— Да ладно тебе, Дрю, — Ева сделала неопределенный жест рукой, — зачем это тебе? Тем более это слишком личное.

— Вот именно. И я хочу знать. У тебя был мужчина?

Ева нервно постучала пальцами по столу.

— У меня была пара романов, — неуверенно ответила она, — но тебя это не касается.

— Что означает, что ты рвала всякие отношения, как только дело доходило до постели? — Этот вопрос прозвучал скорее как утверждение.

— Я не озабочена сексом, Дрю, если ты на это намекаешь.

— Очевидно, ты еще не встречала мужчину, который сумел бы противостоять твоей враждебности. Ты странная, Ева. Я видел, как преображается твое лицо, когда ты говоришь о Бене. Я знаю, ты готова на все, только бы помочь ему. Но однажды он обретет независимость. Он женится, у него появится своя семья. И он не будет нуждаться в тебе так, как нуждается сейчас.

— Ты думаешь, я не желаю счастья своему брату? — В ее голосе прозвучали ледяные нотки.

— Тогда почему ты сама не хочешь быть счастливой?

— Дрю, — она глубоко вздохнула, — я искренне уважаю тебя. Мне нравится работать с тобой, но мне кажется, ты представляешь для меня угрозу.

— Объясни, почему?

— Ты сам, черт возьми, знаешь почему!

— Ты думаешь, что для меня это обыкновенная интрижка?

— Ради Бога! Да любому человеку известно, что ты заводишь один роман за другим!

— У меня довольно много друзей-женщин, — согласился Дрю, — это правда. Женщины — удивительные существа. Несмотря на проблемы, им удается оставаться сильными и независимыми да еще сохранять способность к состраданию. По крайней мере все женщины в моей семье были такими. Я не очень хорошо помню маму. Но помню, что всегда восхищался ею, ее храбростью и силой, хотя она и проиграла схватку с раком…

— Прости, Дрю, — тихо проговорила Ева, — прости меня. Я уверена, что твоя мама была необыкновенной женщиной, но ведь твой отец снова женился… — Ева перевела дыхание. — И женился на совсем молоденькой девушке…

— Женщин влечет не возраст, а сила мужчины.

— Ты думаешь, твоя мачеха любит твоего отца?

— Ты забыла о браках по расчету, Ева, — беззлобно ответил Дрю. — Сюзан очень привязана к отцу. Она была в отчаянии, когда потеряла ребенка. Стоит ли винить ее за то, что она захотела красивой жизни, захотела быть женой состоятельного, уважаемого человека. Множество женщин выходит замуж по расчету. И множество мужчин. Это происходит на каждом шагу.

— Извини, Дрю, но ты сам начал этот разговор.

— Я знаю, но я заговорил об этом не для того, чтобы причинить тебе боль. Я всего лишь пытаюсь узнать тебя поближе.

— Тебе следовало стать психиатром! — зло выкрикнула Ева. — Тогда бы ты по крайней мере мог беззастенчиво копаться в чужих душах! Что ты пытаешься доказать? Хочешь уверить меня в том, что я тебе небезразлична?

— Ты мне небезразлична, — почти беззвучно отозвался Дрю.

— Нет, нет, нет! Я не готова к этому. Ты не тот человек, Дрю. Я не смогу… — Она запнулась.

Несколько минут они сидели молча, наблюдая, как кромешная тьма окутывает все вокруг. Подул сильный ветер, и люди стали спешно расходиться. Дрю и Ева последовали их примеру.

— Черт побери! — воскликнул Дрю, подводя Еву к ее бунгало. — Я надеюсь, это не циклон Нелл.

Циклон Нелл был одним из опаснейших тайфунов, которые частенько обрушивались на это побережье Австралии. Внезапная вспышка молнии будто бы расколола небо пополам, и через несколько секунд раздался раскат грома. Ева невольно вскрикнула от испуга.

— Надо спрятаться! Быстро! — Дрю властно потянул ее к бунгало.

Казалось, он совсем не был испуган. В отличие от него Ева пребывала в состоянии животного ужаса. Она вспомнила, как несколько лет назад лучший друг Бена был убит молнией. Это произошло, когда парнишка вместе с отцом катался на лодке во время грозы. В результате мать мальчика сошла с ума и доживала свои дни в доме для умалишенных, а Бен так и не оправился от этой потери.

Дрю завел ее в бунгало и включил свет. Только теперь он заметил ее состояние. Она была мертвенно-бледной, губы дрожали, в глазах стояли слезы.

— Ева? Что с тобой?

Девушка не ответила, только прикрыла глаза, пытаясь взять себя в руки. Последовала новая вспышка.

— Ненавижу грозы. Ненавижу.

— Странно. Ты ведь жила в Брисбене. Ты должна была привыкнуть к грозам.

— К этому нельзя привыкнуть. Когда-то я совсем не боялась, а потом друга Бена убило молнией. Об этом писали все газеты. Они с отцом катались в бухте, когда началась буря. До берега оставалось несколько десятков метров…

— Какой ужас! Кажется, я помню, о чем идет речь. Это произошло несколько лет назад.

Свет в бунгало мигнул и погас. Дрю невольно поежился. Дом окутала темнота, освещаемая лишь частыми вспышками молнии.

— На кухне есть свечи, — сказал он, — я пойду найду их на всякий случай.

— Хорошо, — проговорила Ева. Ее всю трясло.

— Посиди здесь. И ничего не бойся.

Пошел дождь. Ева слышала, как тяжелые капли стучат по крыше и стеклам. Одно из окон было распахнуто, но она не могла заставить себя встать с дивана и подойти к окну, чтобы закрыть его. Никогда прежде она не чувствовала себя такой беспомощной и несчастной.

— Через десять минут все закончится! — крикнул Дрю с кухни. Спустя несколько секунд он появился в гостиной с фонариком и упаковкой свечей и сразу направился к раскрытому окну.

— Как хорошо, что ты здесь, — выпалила Ева, — иначе я бы умерла со страху. Это самая ужасная гроза в моей жизни.

— Поверь мне, дорогая, — со смехом ответил Дрю, — для местных жителей это всего лишь маленький дождик. Самое страшное — это когда разразится циклон. Он разрушает все на своем пути.

Оглушительный раскат грома потряс бунгало.

— О Господи! — завопила Ева.

Внезапно на секунду включился свет и снова погас.

— Дрю?

— Я здесь, — прозвучал его спокойный голос.

— Я знаю, я глупая, но ничего не могу с собой поделать.

— Чего ты боишься, Ева?

Должно быть, это вино ударило ей в голову, потому что неожиданно для себя она ответила:

— Всего, но не тебя.

— Ты играешь с огнем, Ева, — предупредил Дрю.

— Что с того? Не могу же я всю жизнь осторожничать! Если ты так боишься пожара, в этом случае тебе лучше уйти.

— Мне кажется, ты не хочешь, чтобы я уходил.

В темноте его фигура казалась словно высеченной из камня. Он возвышался над ней — такой сильный, мужественный… Ева поняла, что вряд ли сможет сдержать свои чувства. В конце концов, за все приходится платить, подумала она и вздохнула.

— Что с тобой, Ева? — прошептал Дрю. — У нас ничего не получится, если ты… — Он не договорил.

— И хорошо, что не получится. Если мы… Потом мы оба будем сожалеть.

— Ты боишься, что наши отношения помешают работе? — В его голосе прозвучали нотки иронии.

— Уверена, что я не стану первой женщиной, уволившейся из-за романа с шефом.

Он провел рукой по ее щеке.

— А ты не подумала о том, что уже слишком поздно отказываться? В конце концов, я твой начальник и имею право принять решение за тебя.

У нее перехватило дыхание.

— Пожалуйста, Дрю, — взмолилась она, — не надо! Я не могу!

— Все будет в порядке, не бойся.

Он отошел к окну, и очередная вспышка молнии осветила его лицо. Дождь усилился. Ева не могла больше сдерживаться. Слезы потекли по ее щекам, и в конце концов она разрыдалась. Сердце Дрю дрогнуло.

— Ева, Ева… — Он быстро подошел к ней и обнял ее за плечи. — Этому дому не страшны никакие циклоны. Мы в полной безопасности.

— Я боюсь… — всхлипнула она.

— Что такое? Что с тобой происходит?

Она вскинула голову и посмотрела на него. Дрю не колебался ни секунды. Он прижал ее к себе и ласково проговорил:

— Поплачь, милая, тебе сразу же станет легче.

На секунду воцарилось молчание. Даже шторм утих, будто хотел услышать, как бьются сердца двух влюбленных. Еще мгновение — и губы Дрю коснулись лица Евы. Время словно остановилось для них обоих. Ева отвечала на его пламенные поцелуи со всей страстностью, на которую только была способна. Неужели она зашла так далеко?

Ева рванулась изо всех сил.

— Я не могу! — в отчаянии воскликнула она.

— Не можешь?! — В голосе Дрю прозвучала угроза.

— Я не хочу этого.

— Я так не думаю, Ева. — Он притянул ее к себе и поцеловал в шею. — Ты хочешь так же сильно, как и я. Не собираешься ли ты обвинить меня в том, что я намеревался тебя изнасиловать?

— Не переиначивай! Здесь нет ничего смешного.

— Давай кое-что проясним. — Он взял ее за руки. — Ты понимаешь, что я влюблен в тебя?

Ева вздрогнула. Ее сердце затрепетало, словно дикая птичка, заключенная в клетку. Она не знала, можно ли верить этим словам. А вдруг это обыкновенный трюк?

— Ты смотришь на меня так, будто я оскорбил тебя! Милая, скажи мне только одно: у тебя были мужчины до меня?

Ева мучительно покраснела.

— Это не твое дело!

— Я не хотел задеть твои чувства, Ева. Я хочу позаботиться о тебе. У меня было много романов, один из них даже привел к женитьбе, но теперь мне нужны по-настоящему серьезные отношения. Я люблю тебя от всего сердца и хочу быть с тобой. Неужели ты не чувствуешь того же?

— Я… я не знаю… — солгала Ева. — Я знаю только одно: когда все это закончится, мне придется уйти из «Транс континентл».

— Ты думаешь, я уволю тебя?

— Почему нет? Ты уже однажды развелся.

— Ты говоришь глупости. Ты боишься своего прошлого, но это не оттолкнет меня. Я буду ждать сколько понадобится.

— Твоя жена все еще любит тебя! — выпалила Ева.

— Нет, не любит.

— А Сюзан? Я видела ее. Она влюблена в тебя по уши!

— Разве я не счастливчик? — Он горько усмехнулся. — Но, как бы там ни было, я люблю тебя, Ева.

— Это просто трюк, рассчитанный на то, чтобы затащить меня в постель!

— Это не так, — спокойно возразил Дрю.

— Почему ты оставил жену? — уже более спокойно спросила она.

— Почему? — эхом отозвался он. — Я больше не мог это выносить.

— Но ты женился на ней, потому что любил ее.

— Я думал, что влюблен в Кэрол. Она красивая и умеет себя преподнести. Мне понадобилось некоторое время пожить с ней вместе, чтобы понять, какая она на самом деле эгоистка. До того, как пожениться, мы разговаривали о разных вещах. Она говорила, что мечтает о детях. Когда же мы поженились, она сказала, что хочет немного пожить для себя. А потом выяснилось, что дети никогда не входили в ее планы. Одна мысль о беременности приводила ее в ужас. Я думал, это обычный страх, невроз, или как там это называется, а ее волновала только фигура!

— Значит, ты не смог заставить ее передумать?

— Бог свидетель, я пытался! Пока не понял, что Кэрол больше любила мои деньги и положение в обществе, чем меня самого.

— Должно быть, ты очень страдал, Дрю… — проговорила Ева.

— Это все в прошлом. Ты изменила мою жизнь. — Казалось, вся комната накалилась от пронзительного взгляда Дрю.

Мир для них перестал существовать. Смысла последних слов Ева уже не уловила, а словно почувствовала их душой. Она даже больше не пыталась рассуждать, за нее думало ее тело. И, как только ее затылок ощутил тепло нежного прикосновения руки Дрю, ее губы раскрылись сами собой навстречу горячему мягкому языку, в ту же секунду проникшему внутрь. От его ласковых движений все тело наполнилось таким жгучим желанием, которое уже невозможно было преодолеть.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Как только сэр Дэвид вернулся из деловой поездки в Индонезию, проект по освоению владений Гэррэтт был одобрен. На общем собрании решили назвать поместье Землей Козерога. И по случаю удачной сделки на конец месяца был назначен званый вечер, на который, разумеется, пригласили и саму Элизабет Гэррэтт, а она удивила всех, согласившись прийти.

Однако не все члены совета директоров знали, что этим они обязаны Еве, очаровавшей хозяйку Земли Козерога, да так, что одним из условий согласия миссис Гэррэтт на контракт было непременное участие Евы в разработке проекта. По мнению Дрю, Элизабет правильно поступила, согласившись на строительство курорта. Это была выгодная сделка. К тому же в разговоре с ним она сама призналась, что жалеет о том, что когда-то заперла себя в лесной глуши. Теперь она надеялась, что Ева подыщет ей квартиру в городе, что девушка и сделала.

— Ты потрудилась на славу, сестренка! — похвалил Бен, выслушав сбивчивый рассказ Евы.

— Чего мне это стоило! — притворно тяжело вздохнула она.

— А как там поживает красавчик Дрю? — поддразнил Бен. — Ты не можешь отрицать, что ваши отношения вышли за рамки служебных.

Ева, которая в это время пришивала пуговицу к рубашке брата, вздрогнула и уколола палец.

— Черт побери! — воскликнула она.

— Есть что-то, о чем мне следует знать? — со смехом поинтересовался Бен.

Ева улыбнулась, пытаясь скрыть охватившее ее смятение.

— Не беспокойся, Бен, ничего не происходит.

— Пока, — сухо отозвался Бен. — Знаешь, ты хорошеешь с каждым днем…

— Мне нужно производить впечатление, излучать уверенность и успех.

— Тем более что Дрю платит тебе больше, чем самому себе.

— По-моему, я этого заслуживаю. Я много работаю, беру сверхурочные. Это я уговорила миссис Гэррэтт согласиться на строительство курорта. По крайней мере, Дрю добился этого не без моей помощи.

Бен постучал пальцами по столу.

— В одном можно быть уверенным — у тебя появилось много новых интересов с тех пор, как ты встретила его. Он повсюду водит тебя за собой, ваши фотографии несколько раз появлялись в прессе… Интересно, что думает об этом его бывшая жена?

— Наверное, ей это не нравится… — задумчиво проговорила Ева.

Дни летели с такой скоростью, что однажды Ева совершенно неожиданно поймала себя на мысли, как мало времени осталось до званого ужина. Пора было подумать о вечернем платье. С тех пор, как она стала работать в «Транс континентл», ее гардероб значительно пополнился. Теперь она могла себе позволить выглядеть «эффектно», как выразился на собеседовании ее будущий босс, и не только Бен заметил произошедшие с ней перемены. Она не раз ловила на себе восхищенные взгляды Дрю. Внезапно она ощутила себя Женщиной. Испуганной, неуверенной в себе девчонки больше не существовало. Ее место заняла та, которая любила и была любима.

И этой женщине было необходимо шикарное вечернее платье. Верный друг Лиза, как всегда, с радостью согласилась сопровождать Еву в походе по магазинам. В течение нескольких часов они обошли все бутики в центре города. Ева перемерила около сотни платьев и наконец остановила выбор на трех нарядах. Лиловое кружевное платьице, подчеркивающее женственную фигуру Евы, воздушное шелковое платье темно-зеленого цвета и элегантное черное, с вырезом.

— Если решишь покупать это, — Лиза указала на черное, — придется надеть драгоценности, иначе будет выглядеть слишком мрачно.

— Какие драгоценности?

— Бриллиантовые серьги и какое-нибудь скромное колье.

— Ага, конечно! — усмехнулась Ева. — Давай зайдем к Тиффани!

— Я серьезно. У меня есть подходящий гарнитур, и я с радостью одолжу его тебе.

— Нет, Лиза, это слишком великодушно с твоей стороны. Я не могу взять. Вдруг потеряю?

— Не волнуйся, все застраховано. Ты идешь не просто на вечеринку, а на деловой банкет. Ты должна выглядеть шикарно.

В конце концов Лизе удалось уговорить Еву взять бриллианты на один вечер. Черное платье было куплено и заботливо упаковано владелицей магазина, которая, лучезарно улыбаясь, не преминула заметить:

— Мне нравится ваш стиль, дорогая.

— Видели бы вы ее пару месяцев назад! — усмехнулась Лиза. — Настоящий синий чулок! А теперь хоть на обложку «Вога» фотографируй — фурор произведет!

Первые гости должны были прибыть уже через двадцать минут, а Сюзан Форсайт все еще бегала по дому, проверяя разные мелочи — расставлены ли цветы, нет ли беспорядка, готовы ли официанты. Она изо всех сил старалась быть примерной женой, но у нее не всегда получалось. Возможно, Сюзан была замечательной хозяйкой, но ее никогда не покидала мысль о том, что она всегда будет стоять на втором месте. Да, она тоже леди Форсайт, как и первая жена Дэвида, однако многие его знакомые настроены против нее.

Каждый раз, когда Дэвид устраивал приемы, Сюзан ужасно нервничала. Она знала, что все наблюдают за ней, ждут промаха с ее стороны, критически оценивают каждую деталь ее туалета и прически. Многие из друзей Форсайта дружили с покойной леди Форсайт и не одобряли второго брака сэра Дэвида. Сюзан стоило немалых усилий изображать беспечность и уверенность в себе, впрочем, это ей хорошо удавалось. Никому из них и в голову не приходило, что она страдает множеством комплексов и волнуется из-за того, что о ней подумают окружающие.

Но это было еще полбеды. Больше всего Сюзан обижало поведение мужа. Покойную леди Форсайт любили и уважали в доме сэра Дэвида, ее портрет висел в центре гостиной, и каждый раз, когда Сюзан входила туда, на нее с укором смотрели прекрасные зеленые глаза. Сколько раз молодая женщина порывалась снять портрет и перевесить его куда-нибудь, где он не будет так бросаться в глаза, но разве сэр Дэвид согласится с этим?

Сюзан вздохнула, подошла к большому зеркалу в прихожей и разгладила складку на длинном черном платье, обтягивающем ее идеальную фигуру и подчеркивающем все ее достоинства. На фоне белоснежных скатертей, салфеток и посуды Сюзан казалась особенно прелестной. Тоненькая, бледная, грациозная — она способна была растопить любое, даже самое ледяное, сердце.

Как было бы хорошо, если бы Дэвид гордился ею! Ради него Сюзан забросила блестящую карьеру советника по связям с общественностью и занялась домашним хозяйством. Ей казалось, что быть женой Дэвида — это величайшая честь. Она встречала его каждый раз с неизменной улыбкой, сочувствовала ему, поддерживала, советовала… Она так хотела, чтобы у них родился ребенок — частичка его, частичка ее…

Сюзан невольно всхлипнула и отошла от зеркала. Ее пальцы нервно теребили роскошное бриллиантовое ожерелье, которое ей на днях подарил муж. Это ожерелье, несомненно, было произведением искусства и стоило целое состояние. Сюзан поежилась при мысли о том, что Дэвид словно откупился от нее дорогим подарком, но в следующую секунду ее мысли уже были заняты другой проблемой.

На вечер была приглашена Кэрол Форсайт. Сюзан не могла понять, зачем Дэвид пригласил эту женщину. Она больше не являлась членом их семьи. И слава Богу. Кэрол была самой эгоистичной и ограниченной женщиной, которую когда-либо встречала Сюзан. Хорошо, что Дрю от нее избавился! Впрочем, это не избавило его от хлопот: нашлось немало желающих стать второй миссис Дрю Форсайт.

Сюзан улыбнулась. Дрю был неподражаем, а его новая ассистентка — Ева Коуплэнд — просто очаровательна. Девушка не только красива — она похожа на юную Грейс Келли, — но и умна. Хотя Сюзан притворялась, что не узнает ее, на самом деле она прекрасно помнила ту худенькую девочку, которая стала свидетельницей ее весьма откровенного разговора с Дрю. Именно в тот день чувства Сюзан по отношению к пасынку переменились.

— Ничего особнячок, да? — Джейми наклонился к Еве. — Думаю, нынешняя миссис Форсайт потратила не один миллион на его ремонт, ведь здесь все было отделано так, как хотела Мэделин. Ей поклонялись как богине…

Должно быть, Сюзан приходится нелегко, подумала Ева, не сводя восторженных глаз с женщины, стоящей подле сэра Дэвида и приветствующей гостей вместе с ним. Сэр Дэвид выглядел лет на пятнадцать моложе своих шестидесяти трех. В его волнистых темных волосах почти не было седины, а в сияющих голубых глазах мелькали задорные искорки.

Леди Форсайт выглядела просто сногсшибательно. Интересно, сколько она заплатила за свой наряд? — невольно подумала Ева. Ее платье прическа, макияж — все было на высшем уровне, а украшения, наверное, стоили не одну сотню тысяч долларов. К тому же Сюзан Форсайт превосходно умела себя держать. Ее королевская осанка, манера говорить и двигаться свидетельствовали о том, что эта женщина знает себе цену.

Дрю нигде не было видно, так что Ева и Джейми пошли поприветствовать сэра Дэвида одни. Сэр Дэвид одарил Еву своей фирменной улыбкой и вежливо осведомился о ее здоровье, а с Джейми ограничился лишь сухим рукопожатием и небрежно брошенной фразой: «Добрый вечер, Барнсби». Затем Ева и Джейми последовали за толпой в огромную гостиную, где проходили все приемы.

— Интересно, где Дрю? — вслух недоумевал Джейми. — Держу пари, что он старается отговорить свою бывшую от этого визита, но у нее теперь роман с Питером Морганом, а его Форсайт не пригласить не мог. Его никто не любит, но все продолжают приглашать.

— Я здесь никого не знаю, а ты? — Ева огляделась.

Люди вокруг смеялись, разговаривали…

— Вообще-то знаю. — Джейми торжествующе улыбнулся. — Я парень не промах — завожу тысячи знакомых.

— Не сомневаюсь в этом, — откликнулась Ева. Рядом с Джейми она чувствовала себя гораздо уверенней.

Спустя мгновение к ним подошла хорошенькая молодая женщина, бесцеремонно поцеловала Джейми в щеку и нежно проворковала:

— Привет, Джеймс. Я надеялась тебя встретить.

Джейми нисколько не был удивлен этим внезапным вторжением и тут же представил молодых леди друг другу, после чего женщина попросила прощения за то, что отрывает Джейми от разговора с Евой, и увела его прочь. Ева осталась одна. Ее взгляд блуждал по стенам гостиной, пока наконец не остановился на огромном портрете какой-то красивой женщины.

— Моя мать.

Ева вздрогнула.

— У тебя ее глаза, — ответила она, не оборачиваясь. — Она была очень красивой.

— Да, — с оттенком грусти в голосе отозвался Дрю. — Ну-ка, дай мне на тебя посмотреть! — Он повернул ее к себе. Ты выглядишь… невероятно!

— Рада, что не разочаровала тебя, — дрожащим голосом ответила она.

— Откуда у тебя эти серьги? — Он помрачнел. — Кто купил тебе бриллианты?

— А если я отвечу, что это был один из моих поклонников?

— Поподробней, пожалуйста. Впрочем, нет. Я не желаю ничего знать.

— Это украшения моей близкой подруги, — призналась Ева. — Родители подарили ей их на двадцать первый день рождения. Лиза была так щедра, что одолжила мне бриллианты на один вечер.

— Это мило, но у тебя должны быть свои бриллианты.

— В будущем, возможно, они у меня будут, — улыбнулась Ева, вспомнив, что заставила Бена бросить одну из его подработок.

— Пойдем, я познакомлю тебя кое с кем. — Дрю взял ее за руку.

— Я слегка нервничаю.

— Привыкнешь! В любом случае, Ева… — Он вдруг притянул ее к себе, его губы коснулись ее щеки. — Ты чудесно выглядишь!

Ева заметила, что на них уставились практически все гости. Причиной тому было поведение Дрю. Всех также интересовало, кто эта девушка рядом с ним. Казалось, Дрю рассчитывал именно на такую реакцию со стороны гостей. Он лишь улыбался в ответ на их приветствия, иногда жал руки и представлял Еву. Она увидела бывшую миссис Форсайт в компании высокого широкоплечего мужчины, одетого в грубый пиджак. Это и был Питер Морган. Только он мало походил на удачливого бизнесмена, скорее был похож на футболиста.

Зато Кэрол выделялась на его фоне. На ней было одно из тех платьев, которое Ева видела в «Воге». Казалось, в этом наряде невозможно было пошевелиться. Кэрол распустила свои длинные темные волосы, словно хвасталась ими. Но, несмотря на все ее старания, она выглядела экстравагантно, не более того. Впрочем, Ева не сомневалась, что эта особа еще успеет себя показать.

Прошло еще около часа, прежде чем гости приступили к ужину. Ева как раз разговаривала с Элизабет Гэррэтт, когда к ней подскочила Кэрол, грубо схватила ее за руку и оттащила в сторону.

— Мисс Коуплэнд, вот мы и снова встретились!

Ева приветливо улыбнулась.

— Добрый вечер, миссис Форсайт. Как дела?

— Лучше не бывает, — резко ответила Кэрол. — Должна признать, ты неплохо выглядишь.

— Благодарю. Вы тоже отлично смотритесь.

— Давай присядем, дорогая, — ядовито предложила Кэрол.

— Боюсь, я никак не могу. Я разговариваю с миссис Гэррэтт.

— Похоже, ты одна из тех женщин, которые ни за что не упустят своего.

— Возможно, и так.

— Ты карьеристка! Я навела о тебе справки и узнала, что ты слишком легко получила место в «Транс континентл».

— Я много работала и заслужила это.

— Уверена, что это так. — Кэрол улыбнулась. — Многие женщины шею бы себе свернули, лишь бы только пробиться в секретарши к Дрю.

— Я исполнительный помощник, — вежливо поправила Ева, — к тому же Дрю замечательный начальник. Работать с ним — одно удовольствие.

— Он устраивает тебя во всех отношениях, не так ли? — Кэрол многозначительно усмехнулась.

— Вы ошиблись, миссис Форсайт. Мы говорили о работе, — твердо отозвалась Ева.

— Милашка Сюзан тоже так думала. — Кэрол кивнула в сторону молодой леди Форсайт. — Позволь мне рассказать о ней.

— Не стоит, — отрезала Ева. — Это в высшей степени непорядочно.

Кэрол громко рассмеялась, привлекая к себе внимание.

— Послушать тебя, так мы все попадем в ад. Сюзан вышла за Дэвида из-за денег и титула. Всем это известно. Так же, как всем известно, что она влюблена в Дрю, хотя и пытается это отрицать.

— Учитывая обстоятельства, — спокойно парировала Ева, — это весьма предусмотрительно с ее стороны, но ко мне не имеет никакого отношения.

— Ты ведь вовсе не такая глупая, какой хочешь казаться, — Кэрол покачала головой, — ты не выглядишь глупой. Не забывай, сладкая, Дрю был моим мужем. Я знаю всех этих людей. Я знаю, что у тебя роман с Дрю. Он не из тех, кто попусту теряет время.

Ева молчала, тщательно подбирая слова.

— Та информация, которую вы не поленились мне сообщить, миссис Форсайт, не соответствует действительности, — наконец холодно проговорила она. — А теперь прошу меня извинить. Я пообещала миссис Гэррэтт, что не задержусь.

— Боишься того, что я собираюсь сказать?

— А что вы можете сказать? Я не слепая и вижу, как трепетно сэр Дэвид относится к своей жене, а она отвечает ему взаимностью.

— Она не дура, — в голосе Кэрол звучала ирония, — а он бесчувственный чурбан. Сюзан по-своему привязана к Дэвиду, в этом я не сомневаюсь, однако он сам любит только сына. Теперь, когда Мэделин умерла, в его сердце нет места неопытной девчонке. Подозреваю, что Сюзан пыталась отбить у меня Дрю, но он никого не замечал вокруг себя. Парадокс: в то же время он не ценил и меня, пока я находилась рядом с ним. А потом этот развод…

— Развод не может быть приятным.

— А ты знаешь, что он не в состоянии хранить верность?

— Как и большинство мужчин.

— Как много горечи! Значит, это тебе известно?

— Послушайте, миссис Форсайт, у меня и так достаточно проблем в семье, так что я не собираюсь загружать себя чужими невзгодами.

— Рада за тебя. — Кэрол вздохнула с облегчением. — Знаешь, я бы провела с Дрю всю жизнь, если бы не его постоянные измены. Он разбил мне сердце.

Ева молча развернулась и пошла прочь. Она не знала, можно ли верить словам Кэрол. С одной стороны, женщина была явно расстроена, когда говорила об изменах Дрю. С другой — Дрю, как теперь казалось Еве, не был способен предать. Он обезоруживал свой искренностью, однако до того, как прийти на работу в «Транс континентл», Ева не раз встречала в журналах фотографии, на которых он был изображен в компании красивых женщин.

Дрю признался, что расстался с Кэрол из-за того, что она отказалась родить ему наследника. К тому же Ева точно знала, что он ни с кем не встречается, кроме нее самой. Она и боялась, и ждала этих встреч. Ее влекло к Дрю так же сильно, как и в первый вечер их близости, когда за окном бушевала гроза и они были словно отрезаны от окружающего мира.

Ужин удался. Стол был накрыт безупречно, блюда приготовлены одним из лучших поваров в городе. Дрю то появлялся, чтобы развлечь ее беседой, то исчезал. Он решал деловые вопросы, договаривался о встречах, шутил… Ева заметила, как сэр Дэвид смотрит на своего сына. В его взгляде было столько отеческой любви, что Ева невольно прониклась симпатией к этому суровому человеку. Погрузившись в свои мысли, она не обратила внимания на подошедшего к ней Джейми.

— Ты почти не притронулась к еде. Попробуй крабов. Это нечто! — усмехнулся молодой человек, подсаживаясь к ней.

— Спасибо, обязательно попробую.

Ева ерзала на стуле. Ей совсем не хотелось есть, в отличие от виновницы ее дурного настроения. Кэрол вовсю уплетала черную икру и запивала ее шампанским. В конце ужина сэр Дэвид встал со своего стула и публично поблагодарил Элизабет Гэррэтт за сотрудничество. Он также упомянул Еву как одну из вдохновительниц проекта. Затем встал Дрю и подробно рассказал гостям о Земле Козерога.

— Он так уверен в себе! — прошептал Джейми. — Ты только посмотри, как его слушают! Сэра Дэвида слушали не так внимательно.

Ева ничего не сказала. После ужина гости направились в сад.

— Как дела? — прозвучал над ухом знакомый бархатный голос.

— По-моему, мне пора домой.

— Тебе не нравится прием? — Дрю поймал ее под руку и повел в библиотеку, подальше от толпы.

— Нравится, — ответила Ева, — у вас прекрасный дом. Должно быть, ты был очень счастлив здесь в детстве.

К ее удивлению, Дрю заявил:

— Не всегда. Папа был очень занят. Я не часто с ним виделся, даже когда он бывал дома. Я знал, как одиноко чувствовала себя мама. Конечно, она приглашала друзей, занималась благотворительностью, но ей так не хватало папиного внимания! С ним иногда приходится нелегко.

— Он обожает тебя.

— Мы ладим, — пожал плечами Дрю, — теперь ладим. Я бунтовал, когда был подростком, а папе нужно было с этим мириться. Мне просто хотелось доказать ему, что я что-то из себя представляю. Даже когда умерла мама, папа остался очень строгим ко мне.

— Я уверена, что это не так…

— Возможно, — согласился Дрю, — но его никогда не волновала моя жизнь.

Ева пожала плечами. Вскоре они вошли в библиотеку.

— Как здесь хорошо! — воскликнула она.

— Лучше всего то, что здесь никого нет, — улыбнулся Дрю, обнимая ее. — Мы можем побыть наедине. Я мечтал об этом весь вечер.

— Только не здесь, Дрю! — Ева слегка отстранила его.

— Кто отвезет тебя домой?

— Джейми.

— Тебе, конечно, известно, что он влюблен в тебя? — спросил Дрю, целуя ее в шею.

— Нет! — не поверила Ева. — Не может быть! Джейми? Джейми знает, что я не смешиваю дела с удовольствиями!

— А Джейми знает про нас с тобой?

— Не надо, Дрю. Ты же знаешь, что это запретная тема. Наши отношения становятся опасными. Я не могу тебе противостоять…

— Господи Боже, Ева! — Он отошел к окну. — Как ты можешь так говорить? Как будто я принуждаю тебя… Мне надоело встречаться с тобой урывками, тайком, поспешно! Почему ты не расскажешь о нас своему брату? Почему я не могу оставаться у тебя на всю ночь и не уезжать, даже если с ночного дежурства вернется Бен? Почему?

— Потому что я законченная идиотка, вот почему.

— Дорогая, — Дрю снова подошел к ней и порывисто обнял, — никакая ты не идиотка, не говори глупостей. Ты просто очень эмоциональная. Я понял это сразу, как только увидел тебя.

— Так вот значит как? Ты, наверное, подумал, что я чокнутая.

— Милая, ты же знаешь, что это не так. Ты принимаешь все слишком близко к сердцу.

— Ты пытаешься меня изменить?

— Да, черт возьми, пытаюсь! — Он принялся покрывать ее лицо поцелуями. — Ева, родная моя, не отталкивай меня!

В ответ Ева всхлипнула.

— Что она сказала тебе? — тихо спросил Дрю.

— Она предупредила меня, чтобы я не связывалась с тобой.

— Как это похоже на Кэрол!

— Она сказала, что я всего лишь одна из многих.

Казалось, Дрю даже побледнел от негодования.

— И ты веришь ей? — В его голосе прозвучали металлические нотки.

Ева запрокинула голову и уставилась в потолок.

— Она сказала, что ваш брак развалился, потому что ты не был ей верен.

Несмотря на все ее старания, голос предательски дрогнул.

— Она расстроила тебя.

— Я не хочу быть третьей лишней.

— Как такое может быть, Ева? У нас с Кэрол давно все кончено, мы в разводе. У нее роман с Морганом…

— А тебя это волнует? — неожиданно для самой себя поинтересовалась Ева.

— Даже если я отвечу, ты ведь все равно мне не поверишь, не так ли?

— Это потому… потому что…

Ева вдруг прижалась к нему и уткнулась носом в ворот его пиджака.

— Все-таки я небезразличен тебе? Скажи, Ева! Почему ты не можешь просто сказать мне, что я тебе небезразличен? Бог свидетель, я так люблю тебя, Ева! Кэрол солгала, чтобы причинить тебе боль, дорогая, неужели ты не понимаешь?

— Мне лучше поехать домой. — Ева высвободилась из его объятий. — Спасибо за чудесный вечер.

— Пожалуйста.

Дрю был ошеломлен и подавлен. Он и представить не мог, что в Еве накопилось столько боли и злости. Он старался изо всех сил, чтобы доказать ей, что не способен на предательство, но она отчаянно сопротивлялась ему. Она безумно боялась, что их застанут вместе, боялась, что ее брат узнает об их романе. Дрю приезжал к ней посреди ночи, проводил с ней два часа, а потом она выставляла его, потому что скоро должен был вернуться Бен. Дрю так любил ее, но иногда ему казалось, что, даже отвечая на его ласки, целуя и обнимая его, она втайне его ненавидит и ждет, что он обманет и предаст ее.

— Ева… — он догнал ее в коридоре и заключил в объятия. Ева не сопротивлялась. Напротив, она покорно позволила себя обнять и ответила на поцелуй. — Ева, я хочу побыть с тобой наедине.

— Это невозможно, Дрю.

— Нет, возможно. Поедем ко мне. Почему ты не хочешь поехать ко мне?

— Нет. — Ева едва сдерживала слезы.

— Ева, я так хочу тебя. Мы не были вместе уже целую неделю. Я соскучился. Поверь мне, Ева. Ты должна мне доверять, должна …

Он вдруг вспомнил, как после их первой близости она расплакалась. Он утешал ее, говорил, как любит, а она бормотала, что не верит ему. Тогда он не придал значения этим словам. Ему казалось, он сможет все изменить.

— Я не могу, Дрю… — пробормотала она. — Бен сегодня дома. Я не могу.

— Послушай меня, Ева. Я не могу без тебя.

Эти слова эхом отозвались у нее в голове. Что он делает с ней? Неужели она сошла с ума? Неужели забыла, как страдала ее мать?

— Позволь мне хотя бы отвезти тебя домой… — попросил он.

Ева открыла рот, чтобы согласиться, как вдруг появилась Сюзан. На секунду все трое замерли. Первым опомнился Дрю.

— Нас ищут? — спокойно спросил он.

— Да, — так же спокойно ответила Сюзан.

— Мне пора домой, — выпалила Ева, — спасибо за прекрасный вечер, леди Форсайт. Мне очень понравился ваш дом.

— А мне понравились вы, Ева. Почему бы нам как-нибудь не пообедать вместе?

— Это было бы замечательно. Спокойной ночи, Дрю.

Ева повернулась к нему и увидела, что черты его лица словно потемнели и углубились. Он был ужасно расстроен.

— Как знаешь, — неожиданно резко сказал он.

— Твой отец хочет с тобой поговорить, Дрю. — Леди Форсайт слегка повела плечами и улыбнулась, словно пытаясь сгладить возникшее напряжение.

— Разговоры ни о чем… — задумчиво проговорил Дрю. И каждый из присутствующих истолковал эти слова по-своему.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Недели тянулись чрезвычайно медленно. Ева и Дрю продолжали работать над проектом курорта и тайком встречаться. Однажды утром Ева пришла на работу и с удивлением узнала, что сэр Дэвид и Дрю срочно улетели на гору Маратта, чтобы решить кое-какие проблемы с геологами. Итак, Дрю ничего ей не сказал. Что ж, должно быть, он обиделся, потому что она в очередной раз выставила его посреди ночи вчера. Но ведь Бен должен был вот-вот прийти! Неужели Дрю не понимает, как это важно для нее?

— Мистер Форсайт хочет, чтобы ты занялась сделкой Сантро, Ева, — передала ей Сара Мэтисон. — Должна заметить, что он верит в тебя.

— Надеюсь, я этого заслуживаю, — рассеянно отозвалась Ева.

Похоже, она чересчур жестоко обходится с Дрю.

Еву разбудил настойчивый телефонный звонок. Она протерла глаза и потянулась к трубке. На часах было половина третьего ночи.

— Кому это невтерпеж? — пробормотала Ева. Бен был дома, Дрю уехал по делам. — Ева Коуплэнд, — сонным голосом ответила она.

— Ева, это Джек, — на другом конце провода раздался знакомый бодрый голос. — Я подумал, что тебе лучше узнать об этом от меня. Утром это будет во всех газетах и новостях. Вчера вечером сэр Дэвид скончался от инфаркта. Они с Дрю обследовали шахты, когда это случилось, поэтому помощь прибыла слишком поздно.

Ева села на кровати.

— О, Джек! — воскликнула она. — Как это ужасно! Я плохо знала сэра Дэвида, но он всегда казался таким сильным…

— Я знаю, — хрипло отозвался Джек.

— Бедный Дрю!

— Он просто потрясен. Я разговаривал с ним по телефону, у него был жуткий голос… Завтра он привезет тело отца. Господи, Ева, что же теперь будет?

Ева понимала беспокойство Джека. Еще вчера сэр Дэвид, веселый и полный жизни, давал интервью всем газетам и телеканалам, а уже сегодня он мертв. Как перенесет это его семья? Как с этим справится Дрю? Какие бы ни были отношения между отцом и сыном, они любили друг друга. Что же будет теперь?

Ева тупо разглядывала обложку воскресной газеты. На ней была напечатана фотография Дрю и миссис Форсайт, выходящих из дома. Оба в черном, оба суровы и сдержанны.

— Как же все это печально! — заметил Бен. — На Дрю столько всего свалилось. Он наверняка рассчитывал, что его отец протянет еще по крайней мере лет десять. А леди Форсайт? Теперь она вдова… — Бен взял Ева за руку. — Дрю звонил тебе?

— Конечно, нет. — Ева покачала головой. — Ему сейчас не до меня. У него есть замужняя сестра, которая прилетает сегодня. У него масса дел…

— Согласен, но очень многие думают, что он с радостью займет пост отца.

Ева резко повернулась к брату.

— Когда ты вернешься домой? — спросила она, с яростью глядя на Бена.

— Саймон попросил меня подменить его, — спокойно ответил тот, будто не замечая этой вспышки гнева, — так что не волнуйся насчет меня. Я поем в больничной столовой.

Когда брат ушел, Ева вдруг почувствовала себя такой одинокой, что решила, чтобы хоть как-то развеять свою тоску, пройтись. Стоял чудесный осенний день. Изнуряющая летняя жара спала, стало легче дышать. Воздух наполнился ароматом опадающих листьев. Ева брела по парку, любуясь играющими детьми, и думала о том, что навсегда потеряла Дрю. Она была ему не нужна, он не подумал о ней в минуту скорби, не разделил с ней свое горе… Ева вдруг вспомнила ту сцену у лифта, когда она впервые увидела его, вспомнила, как он обнимал Сюзан, как та смотрела на него… А теперь их сближает чувство утраты.

Во что я ввязалась? — думала Ева. У нее был роман с собственным начальником. Она наверняка потеряет работу. Дрю займет пост президента компании, наймет новую помощницу… Может, это и к лучшему. Их роман был обречен с самого начала.

Ева вернулась домой, спешно приняла душ и переоделась. Ей просто необходимо было выговориться. Она подняла телефонную трубку, набрала номер Лизы и снова положила ее на рычаг. У нее не было сил разговаривать. Она взяла первую попавшуюся книжку и распахнула ее на середине. Прошло несколько часов, на город опустились сумерки, а Ева все сидела с книгой на коленях, не перевернув ни одной страницы. От тихого стука в дверь она вздрогнула, резко встала и без всяких мыслей пошла открывать. На пороге стоял он.

— Дрю!

Он обнял ее и крепко прижал к себе, будто пытаясь поделиться с ней своей болью. Его красивое лицо было искажено гримасой отчаяния, волосы растрепаны…

— Мой милый, милый Дрю… — шепнула Ева, покрывая его лицо поцелуями.

— О, Ева! — хрипло проговорил он. — Я и представить не мог…

Он запнулся, и она взяла его за руку и повела в гостиную.

— Садись, Дрю. Хочешь выпить? У меня есть немного виски.

— Я так скучал по тебе, Ева.

— Я тоже скучала по тебе, Дрю. — Ева тщательно подбирала слова. — Я все время думала о тебе. Как Сюзан?

— Держится. Пока держится. Мне кажется, она еще не осознала случившегося. Посиди со мной, Ева, — попросил он.

Ева послушно села рядом, и тогда он вдруг уткнулся лицом ей в плечо, словно маленький испуганный ребенок.

— Ева… — Он перевел дыхание. — Я хотел прийти раньше, но не мог. У папы оказалось столько неоконченных дел… Ты не можешь себе представить. Понадобятся месяцы, чтобы привести все в порядок. У Сюзан нервный шок. По-моему, они с отцом повздорили до того, как он уехал, но я не стал расспрашивать…

— Когда ему стало плохо, Дрю?

— Не знаю. Я знаю только, что в самолете он все время нервничал и совсем не слушал меня.

— Возможно, ему уже было плохо… — предположила Ева.

— Бог знает. Мы летели вместе с Энди Стюартом, нашим геологом, и он тоже почувствовал, что что-то не так. Казалось, папу что-то угнетает, но я так и не узнал, что именно.

— Милый Дрю, мне так жаль…

— Ты просто обними меня, Ева. Мне кажется, это сон: я проснусь и все будет по-прежнему.

— Когда дорогой тебе человек внезапно умирает, действительность всегда кажется сном.

— Ты понимаешь меня, Ева?

— О, Дрю, конечно, понимаю. Я так беспокоилась…

— Я очень люблю тебя, Ева, — спокойно сказал он.

— Тсс… — Она наклонилась к нему и поцеловала. — Ты сам не знаешь, что говоришь…

— Я никогда ни в чем не был уверен больше, чем в том, что говорю тебе сейчас. Я влюбился в тебя в ту самую секунду, когда впервые увидел. Я буквально сошел с ума…

Неясная радость охватила ее.

— О, Дрю, но ведь мы так мало знаем друг друга…

— Я люблю тебя, Ева, и знаю, что ты тоже меня любишь.

— Люблю? — Ева попыталась улыбнуться, но не сумела.

— Да, любишь. Я чувствую это.

— Дрю, я думала, ты больше никогда не придешь… — Ева всхлипнула.

— Как я мог не прийти? — удивился он.

— Это не важно, теперь не важно… — пробормотала Ева, целуя его.

В эту секунду они забыли все свои страхи и обиды и были просто двумя влюбленными, которые не могли жить друг без друга.

— Ты мое сокровище, Ева. Я никому тебя не отдам… — говорил он.

Его сильные руки ласкали ее тело, заставляя Еву тихо постанывать.

— Где Бен, Ева?

— Его не будет допоздна… — ответила она, дрожа от нетерпения.

— Выходи за меня, Ева, — внезапно сказал Дрю. — Ты выйдешь за меня?

— Я не могу… — испугалась Ева. — Ты сошел с ума.

— Да, я сошел с ума от любви к тебе. Так ты выйдешь за меня?

— Да, — прошептала она и закрыла глаза.

С той самой ночи все переменилось. У Евы буквально началась новая жизнь. Ей не нужно было больше скрывать свои чувства к Дрю. Она вся просто светилась от переполнявшего ее счастья. Дрю любит ее! По-настоящему любит! И хочет на ней жениться. Эта мысль и пугала, и завораживала одновременно.

— Может, вы перестанете прятаться по углам? — спросил однажды Бен. — Кстати, передай своему благоверному, что он забыл на диване свой галстук.

Ева мучительно покраснела.

— Я не понимаю, о чем ты.

— Брось, Ева. Я прекрасно знаю, что он ночует у тебя каждый раз, когда я дежурю по ночам. Ты по уши в него влюблена.

— Так заметно? — Ева скорчила гримасу.

— Спрашиваешь! Да только слепой не заметит.

— Он сделал мне предложение, — призналась Ева.

— Господи Боже! Когда? — изумился Бен.

— Несколько недель назад.

— И ты ничего мне не сказала?!

— Я не могла привыкнуть к этой мысли.

— Черт возьми, Ева, это же сногсшибательно — Дрю Форсайт хочет на тебе жениться!

— Именно так.

— Ух ты! — воскликнул Бен. — Я знал, что у вас роман, но не думал, что все зашло так далеко!

— Он почувствовал себя ужасно одиноко после смерти отца, — объяснила Ева.

— Так в чем проблема? Не во мне, надеюсь?

— Разумеется, меня беспокоит твое будущее.

Бен схватил ее за руки.

— Ева, ничто не сможет нас разлучить, но это не значит, что ты должна жертвовать собственным счастьем ради меня. К тому же у меня есть Лиза. Уж она-то обо мне позаботится!

— Вы просто друзья, — сказала Ева и вдруг насторожилась.

— Ты шутишь? — рассмеялся Бен. — Мы уже очень давно переступили рубеж дружбы.

— Только не смешивай работу и личную жизнь, — разволновалась Ева.

— Лиза не торопится со свадьбой, — небрежно заметил Бен.

— Пожалуй, мне стоит с ней поговорить.

— А ты рассказывала ей про свой роман с Дрю?

— Нет, ты единственный, кто об этом знает.

— Это ничего! — ухмыльнулся Бен. — У нас с Лизой нет секретов друг от друга. — Он лукаво подмигнул Еве.

— Ты что, рассказал обо всем Лизе?!

— Лучше скажи мне, почему ты так волнуешься из-за предложения Дрю. — Бен ловко перевел разговор на другую тему.

— Я боюсь, — просто ответила Ева.

— Боишься чего?

— Он уже был женат, и Кэрол никак не может смириться с тем, что они развелись.

— Ну и что с того? Они развелись. Тебя не должно это беспокоить.

— Я люблю его, Бен! — жалобно проговорила Ева. — Но вынуждена признать, что я не очень хорошо его знаю.

— Это предлог, Ева. — Бен посерьезнел. — Что тебя беспокоит на самом деле?

— Мне кажется, мачеха Дрю влюблена в него.

— Забудь об этом, Ева. Это невозможно.

— Хорошо, если ты прав… — задумчиво отозвалась она.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Через несколько месяцев после смерти сэра Дэвида курорт в тропиках был наконец достроен, а на его базе основан исследовательский центр. Работа над столь дорогим сердцу покойного сэра Дэвида проектом была практически завершена благодаря стараниям Дрю. Ева по-прежнему занимала должность исполнительного помощника младшего Форсайта, однако ей самой пришлось нанять несколько ассистентов, потому что она просто не успевала справляться со всем одна. Они с Дрю так много работали, что дорожили каждой проведенной наедине минутой.

— По-моему, тебе пора сделать перерыв, — сказал Дрю, когда они возвращались с затянувшегося делового ужина, — ты очень бледная. Надо бы съездить посмотреть, как идут последние приготовления к открытию курорта. Мы сможем отдохнуть. Как ты на это смотришь? Самолет завтра утром.

— Нет проблем, — несмотря на страшную усталость, Ева умудрилась рассмеяться.

Долгие месяцы работы над проектом совершенно вымотали ее. К тому же ей хотелось провести немного времени с Дрю. Но все произошло совсем не так, как они планировали. На следующее утро, когда они приехали в офис, там уж была леди Форсайт. Она уединилась с Дрю в его кабинете.

— Привет, Ева! — сказала она, когда наконец вышла оттуда. — Дрю задержался, чтобы подписать кое-какие бумаги. Кстати, нам придется провести несколько дней вместе.

Сердечко Евы предательски дрогнуло, но она ничем не выдала своего смятения. Напротив, приветливо улыбнулась и как можно более дружелюбно поинтересовалась:

— Вы решили посетить курорт, леди Форсайт?

— Я умоляла Дрю взять меня с собой! — заявила Сюзан, делая театральный жест рукой. — Я не вижу лучшего способа почтить память Дэвида — я должна быть там. Он так часто рассказывал мне о своих планах, что мне начало казаться, будто я разбираюсь в геологии и строительстве не хуже вас. К тому же когда-то я работала советником по связям с общественностью, так что помогу вам с открытием. И, пожалуйста, называйте меня Сюзан.

Лицо Евы приняло строгое выражение. Она словно соглашалась на участие в игре, предложенной этой женщиной. Вежливо кивнув, она ответила:

— Спасибо за оказанную честь, Сюзан.

— Знаете… — Сюзан присела к столу Евы и заговорщически зашептала: — Дрю абсолютно глух к моим советам. Он слишком много работает.

— Мне кажется, он доволен своей работой.

— Разумеется, ведь у него есть такая замечательная помощница. — Сюзан снисходительно взглянула на Еву.

— Ну, — Ева пожала плечами, — Дрю должен сказать «спасибо» не только мне. Мы все здесь неплохо поработали.

— Дрю попросил меня провести церемонию открытия курорта! — радостно сообщила Сюзан. — Я так волнуюсь!

Ева сама не ожидала, что подобное поведение леди Форсайт так обескуражит ее. Чего еще она могла ожидать? Сюзан вдова сэра Дэвида, нет ничего удивительного в том, что она будет хозяйкой бала… Внезапно Ева почувствовала огромное желание отказаться от этой поездки. Присутствие Сюзан не позволит им с Дрю наслаждаться друг другом. Их общение сведется к вежливой беседе о делах и погоде.

— Я ничего не мог поделать, — шепнул Дрю на ухо Еве, когда они поднимались на борт самолета компании, — она буквально умоляла меня.

— Вполне естественно, что Сюзан хочет собственными глазами увидеть то, над чем трудился ее муж. — Ева изо всех сил старалась сохранять присутствие духа.

Во время полета они обсуждали новый логотип компании. Сюзан намеренно игнорировала взгляды, которые Дрю и Ева посылали друг другу, и старалась не замечать, что они будто бы нечаянно прикасаются друг к другу. Манеры вдовы были безупречны, хотя она ясно давала понять, что во всем превосходит Еву. Между ними лежала пропасть. Сюзан была леди Форсайт, вдовой сэра Дэвида, членом его семьи, а Ева — всего лишь помощницей Дрю.

Очень скоро разговор утих. Ева притворилась, будто изучает очередной отчет, а Дрю принялся читать финансовый журнал. Сюзан же изредка морщила свой прелестный носик, наклонялась к Дрю, словно бы невзначай касалась его руки и что-то тихо говорила. Кажется, она жаловалась на плохое самочувствие, впрочем, кому, как не Дрю, знать о том, что она ненавидит летать.

Несколько часов спустя они приземлились в аэропорту курорта и были радушно встречены управляющим. Ева не могла не признать, что Сюзан прекрасно владеет собой. Она была сдержанна, но приветлива. Ее мелодичный голосок звенел как колокольчик, когда она говорила о проекте. Было очевидно, что она внимательно слушала сэра Дэвида, когда тот рассказывал ей о Земле Козерога.

В какой-то степени она унижает меня, думала Ева, и Дрю, похоже, это понимает. Дрю и в самом деле несколько раз делал акцент на той огромной роли, которую Ева сыграла в воплощении проекта в жизнь, однако Сюзан словно не слышала его. Она задавала управляющему и еще нескольким ответственным за проект людям множество вопросов и, когда ей отвечали, что этим занималась мисс Коуплэнд, неизменно указывала Еве на ее ошибки. При этом она улыбалась так, словно Ева была ее маленькой глупой сестричкой, которую просто необходимо было направить на путь истинный.

— Ева славно потрудилась! — восклицала она. — Конечно, она незнакома с тонкостями профессии специалиста по связям с общественностью, но, в конце концов, это нисколько не умаляет ее достижений, не так ли? К тому же, если вам понадобится организовать брифинг, вы всегда можете позвать меня. Хоть я и не занималась этим несколько лет, но хватки не утратила.

— Этим у нас занимается Ева, — мягко заметил Дрю, — и, должен сказать, справляется блестяще.

— Кто знает, — вкрадчиво ответила Сюзан, — возможно, в будущем она займет место вице-президента фирмы. Я иногда сожалею о том, что забросила карьеру. Я могла бы многого добиться…

После обеда Ева и Сюзан отправились в бассейн, а Дрю остался в отеле. Ему нужно было ответить на несколько факсов и сделать пару телефонных звонков. Сюзан выглядела прекрасно. Темно-синее бикини невероятно шло ей. Она похудела за прошедшие месяцы и напоминала теперь фарфоровую статуэтку. Еву удивило, что Сюзан не стала плавать. Она лишь окунулась и сразу же вылезла, вытерлась и завернулась в дорогой шелковый шарф.

Она похожа на нимфу, подумала Ева и тяжело вздохнула. Между Сюзан и Дрю явно что-то происходило. Тем временем Сюзан даже не пыталась скрыть своего влечения к Дрю. Она удобно растянулась в шезлонге и приняла весьма соблазнительную позу. И тут появился Дрю.

На нем были купальные шорты и легкая летняя рубашка, в руках он нес полотенце. Ева невольно залюбовалась его ладной фигурой. Ей вдруг стало невыносимо больно. Она теряет его! Сейчас он увидит Сюзан, эту дриаду в шарфе от Гуччи, и забудет о том, что существует она, Ева.

Я должна научиться ему доверять, Ева тряхнула головой, я люблю его, он любит меня. Я должна ему доверять. Дрю привлекательный мужчина. Я должна привыкнуть к тому, что вокруг него всегда будут вертеться красивые женщины. Ева вдруг вспомнила о том, что говорила ей Кэрол, — Дрю изменял ей. А что, если она не обманула?

Дрю бросил полотенце на шезлонг и нырнул в бассейн. Через несколько секунд он вынырнул рядом с Евой, огляделся и, убедившись, что Сюзан достаточно далеко и не может их слышать, прошептал:

— Черт побери, тебя не так-то легко застать одну.

— Возможно, это оттого, что ты приволок с собой Сюзан, — съязвила Ева.

— Что я слышу? Неужто ты ревнуешь? — На губах Дрю заиграла довольная улыбка.

— Нет. Я просто констатирую факт. — Она качнула головой. — Давай наперегонки? — предложила она.

— Ева, ты, конечно, отлично плаваешь, но я все равно выиграю.

— Я знаю. Поэтому ты дашь мне фору.

— Согласен, но только я хочу получить кое-что взамен.

Его глаза лукаво сверкнули, и на мгновение Ева забыла обо всем на свете.

— Что же? — спросила она, уже зная ответ.

Он наклонился к ней и, прежде чем поцеловать, прошептал:

— Тебя.

Ева вздрогнула. Сюзан была совсем рядом. Что, если она увидит их вместе?

— А если я скажу «нет»? — Ева слегка отстранилась от него.

— Думаю, ты не станешь мне отказывать…

Его руки обвивали ее тело. Ева едва удерживалась от того, чтобы забыть о присутствии Сюзан и отдаться Дрю.

— Перестань, Дрю, — взмолилась она, — хватит, довольно…

— Скажи «пожалуйста», — пошутил он и тут же отпустил ее, — я устал от этого, Ева. Может, перестанем прятаться?

— Ты в отличной форме, дорогой, — проворковала Ева, словно не слушая его, — я читала, что в университете ты увлекался яхтами…

— Тебя беспокоит Сюзан, не так ли?

Ева обернулась и посмотрела на расставленные под пальмами шезлонги. Сюзан все еще нежилась на солнышке, однако было невозможно понять, наблюдает она за ними или нет. Темные очки скрывали ее глаза.

— Она как будто шпионит за мной, Дрю, — призналась Ева. — Перед обедом она постучалась ко мне в номер и задала какой-то ужасно глупый вопрос. По-моему, она просто хотела выяснить, нет ли тебя со мной.

Дрю пожал плечами.

— Подумаешь! Какое ей дело до наших отношений? Ее это не касается. Ладно, давай забудем о Сюзан и поплаваем.

— Я поплыву брассом и хочу, чтобы ты обогнал меня на половину дистанции.

— Да как угодно! — отмахнулся Дрю. — Все равно я выиграю.

За ужином они снова собрались вместе. Сюзан, по всей видимости, долгое время провела перед зеркалом, выбирая наряд. На ней было длинное строгое платье из джерси и жемчужное ожерелье. От нее исходил еле ощутимый аромат каких-то экзотических духов. Ева внимательно наблюдала за ней и пришла к выводу, что в горе вдовы не было и тени притворства: она действительно оплакивала сэра Дэвида, однако влюблена-то она в Дрю.

— Я так рада, что ты позволил мне приехать, Дрю, — промурлыкала Сюзан, — жду не дождусь открытия. Я впервые хорошо себя чувствую после того, как… — Сюзан запнулась.

— Мы тоже очень рады твоему приезду, Сюзан, — мягко проговорил Дрю.

Подали ужин. Сюзан не замолкала ни на секунду. Она будто бы красовалась перед Дрю, демонстрировала ему свою осведомленность в делах компании, сыпала терминами, без конца напоминала о том, как она любила свою работу. Ева сидела молча и потягивала красное вино. И зачем я вообще согласилась на эту поездку? — размышляла она.

— Думаю, теперь всем пора спать? — объявила Сюзан после того, как был съеден десерт. — Нам ведь рано вставать, Ева? — Сюзан посмотрела на девушку.

— Ты иди, Сюзан, — внезапно вмешался Дрю, — нам с Евой еще надо кое-что обсудить.

— О! — выдохнула Сюзан, не сумев скрыть постигшее ее разочарование. — Тогда до завтра.

Дрю дождался, пока она ушла.

— Хочешь еще выпить? — предложил он.

— Только минеральную воду.

— Я так и думал.

Он встал из-за стола и направился к бару, а когда вернулся, нашел Еву в крайне возбужденном состоянии. Она будто бы вся нахохлилась, сидела в напряжении, словно собралась уходить.

— Убегаешь от меня, Ева? — Он вскинул брови и вопросительно глянул на нее.

— Не хочу навредить твоей репутации.

— Поверь мне, — расхохотался Дрю, — тебе не удастся это сделать.

— Ты говоришь так, как будто ты идеал, — огрызнулась она. — Прости, Дрю, но ты слишком хорош, а я чересчур подозрительна.

На несколько секунд воцарилась гробовая тишина. Затем Дрю небрежно поинтересовался:

— Происходит что-то, о чем мне следует знать?

— Об этом я должна спросить тебя, — выдавила Ева, отчаянно краснея.

— Успокойся, — Дрю непринужденно развел руками, — ты же прекрасно знаешь, что все это ради блага Сюзан.

— Ты такой заботливый! — Ева саркастически усмехнулась.

— Ева, дай мне шанс! Я прошу тебя только дать мне шанс!

— Почему ты так смотришь на меня? — спросила Ева, еще больше краснея под его взглядом.

— Потому что ты такая красивая… Иногда мне кажется, что стоит мне чуть-чуть разжать объятия — и ты исчезнешь навсегда. Мне хочется знать о тебе все. Например, ты никогда не рассказывала мне о своем отце.

— Он жив, а моя мать мертва! — выпалила Ева и тут же пожалела о сказанном.

— Ева! — Он схватил ее за руку.

— Да, знаю, это звучит ужасно, и я не желаю об этом говорить.

— Я же рассказал тебе о своем отце, хотя это было нелегко.

— Он изменил маме, — хрипло ответила Ева, — он предал нас.

— Ты так ненавидишь его?

— Когда-то я очень его любила, мы были близки, но он оттолкнул меня, оттолкнул мою мать. Он словно наказал нас всех, только неизвестно за что.

— Ты видишься с ним?

Ева тяжело вздохнула, прежде чем ответить.

— Дрю, мне сложно говорить об этом.

— Расскажи мне.

— Он хотел вернуться в нашу жизнь. Я не знаю почему.

— Он, разумеется, повторно женился?

— Эта женщина годилась мне в сестры. У них двое детей — мальчик и девочка.

— Ты встречалась с ними?

— С какой целью? — Из горла Евы вырвался горький смешок.

— Но ведь они родные тебе, Ева.

— Они дети своей матери. Мне всегда очень нелегко давалось прощение.

— Тебя обидели, Ева, тебе причинили боль. Твоя реакция совершенно нормальна. А Бен? Что он думает по этому поводу?

— Здесь жарко, не правда ли? — Ева дернулась, но Дрю не отпустил ее.

— Так что же Бен?

— Он думает так же, как и я. У отца другая жизнь, другая семья.

— Хорошо, — вздохнул Дрю, — допивай свою воду и пошли отсюда. Если вдруг захочешь поплакать, я буду рядом.

— Дрю, ты меня не слушаешь!

— В чем дело?

— С тех пор, как я встретила тебя, — сбивчиво проговорила Ева, — я будто бы сошла с ума… И я не знаю, как долго это продлится…

— Ты боишься, Ева. Хочешь услышать мой совет? Не думай ни о ком, кроме нас.

Она вспыхнула и резко вскочила из-за стола.

— Я иду спать.

— Пойдем вместе.

Дрю обнял ее и повел к выходу.

— Я не твоя собственность! — выпалила она.

— Конечно, нет, и я никогда не обращался с тобой, как с моей собственностью. Ты говоришь глупости. А теперь пойдем ко мне.

Сюзан лежала у себя в номере, уставившись в потолок. Ее руки судорожно сжимали покрывало. Она не могла заснуть. Ее лихорадило при мысли о том, что Дрю там с… Ей определенно нужно выпить одну из этих таблеток, которые ей прописал доктор после смерти Дэвида. Зачем она приехала сюда? Какой стыд!

Она сознательно пошла на это унижение. Когда Дрю позвонил и сказал, что уезжает, она сразу поняла, с кем, и решилась сопровождать его, чтобы помешать этому. Но ее затея с треском провалилась, надежды рассыпались в прах.

Между Дрю и Евой Коуплэнд уже давно что-то происходит, но насколько это серьезно? За все годы, что Сюзан знала Дрю, у него было множество романов, один из которых закончился женитьбой. Эта самоуверенная девчонка Кэрол попила у них всех много крови. Теперь он связался с Евой, а она чертовски умна и невероятно красива. К тому же Сюзан не раз замечала жалость в ее взгляде. Жалость! Как отвратительно! Эта маленькая выскочка жалеет ее, Сюзан Форсайт! Она должна завидовать ей, злиться, что угодно, только не жалеть!

И почему ее вдруг так взволновало, что думает о ней какая-то там Ева Коуплэнд? Неужели из-за Дрю? Сюзан сама не помнила, когда ее чувства к Дрю переросли в любовь. Наверное, это произошло, когда она потеряла ребенка. Дэвид был в отъезде, а Дрю оказался рядом. Такой нежный, заботливый, он поддержал ее в трудную минуту.

А потом Дэвид заподозрил ее в неверности. Кажется, он понял, что она влюблена в Дрю, после того званого вечера у них дома. Он так посмотрел на нее, что ей стало не по себе. Но он промолчал, а через несколько недель Дэвид умер. Может, это оттого, что он не смог пережить ее измены? Любимая жена влюбилась в любимого сына!

Сюзан села на кровати. Она вспомнила, как они поссорились в тот последний вечер. Дэвид за что-то кричал на нее. Она думала, что он вот-вот назовет имя Дрю, но нет. Дэвид был слишком горд, чтобы унизить себя в ее глазах. К тому же он знал, что его сын никогда не опустится до предательства. Как она могла так ошибиться? Это ужасно и так унизительно!

Дэвид умер, а в душе Сюзан родилась надежда. Глупая, слепая надежда, которую не могло убить даже знание того, что Дрю, возможно, любит другую. Как нелепо!

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Все случилось так внезапно и неожиданно, что Ева едва не вскрикнула, узнав об этом по телефону во время одного из совещаний. Дрю наклонился к ней, обескураженный ее реакцией.

— Что стряслось, Ева? Ты побелела как полотно. Кто звонил?

— Это из больницы, — проговорила она, — Бен потерял сознание во время обхода. Его госпитализировали.

— Ясно. — Дрю поднялся со своего места и обвел всех присутствующих повелительным взглядом. — На сегодня все, господа! — объявил он. — Джейми, займись документами. Лу, проследи, чтобы все бумаги были на моем столе завтра утром. — Он взял Еву за руку. — Я отвезу тебя.

— Он так много работал! — твердила она по дороге в больницу. — Я говорила ему, что нельзя так себя перегружать!

Дрю лишь держал ее за руку, и от этого Еве становилось легче. Рядом с ним ей не было так страшно. В больнице их сразу проводили к Бену. Он сидел на кровати, жевал сэндвич с тунцом и смотрел телевизор.

— Ева, Дрю! — воскликнул он, увидев их. — Как вы, ребята?

— Бен, что случилось? — Ева подскочила к нему и обхватила за шею.

— Не знаю, — Бен пожал плечами. — Я сам себя напугал. Вот я делаю заметки в медицинской карте, а в следующую секунду лежу на полу, а мой пациент вопит: «Доктор Коуплэнд, доктор Коуплэнд!» Шикарно, да? Но сейчас все в порядке.

— Оставайся здесь, Ева, я мигом вернусь. — Дрю попятился к двери. — Кажется, ты перетрудился, Бенни!

— Черт побери, Ева работает больше меня, а в обморок упал я!

— Это не так, Бен, — возразила Ева, когда Дрю ушел, — ты работаешь как проклятый.

— Мне нравится то, чем я занимаюсь. Однажды ты станешь мной гордиться.

— Я уже горжусь тобой, Бен.

Дрю тихо прикрыл за собой дверь и прямиком направился по коридору в надежде переговорить с лечащим врачом Бена. Очень скоро его поиски увенчались успехом.

— Дрю Форсайт, не так ли? — Высокий человек средних лет протянул ему руку. — Я видел ваши фотографии в газетах. Чем могу помочь? Меня зовут Джон Диксон.

Дрю улыбнулся и пожал протянутую ему руку. Он объяснил, что интересуется состоянием Бена Коуплэнда.

— Как он, доктор Диксон? Я близкий друг его сестры Евы. Она сейчас с Беном.

Доктор незамедлительно сообщил Дрю, что беспокоиться не о чем. Бен всего лишь пострадал от крайнего переутомления. Он хронически недосыпал и недоедал. Дело в том, что Бен с радостью брался за все дежурства, не спал ночами и проводил в больнице все свободное время. Это не могло не сказаться на его здоровье.

В машине Ева молчала. Дрю внимательно смотрел на нее, пытаясь понять, о чем она думает.

— Не стоит возвращаться на работу. — Дрю остановил машину возле ее дома. — Давай поужинаем вместе?

— По-моему, ты напрашиваешься ко мне в гости, Дрю Форсайт! — улыбнулась Ева. — И собираешься остаться на ночь.

— Возможно.

— Что-нибудь еще я могу для тебя сделать?

— Что ж, возьми блокнот, ручку и запиши. Ты умница. Мы понимаем друг друга с полуслова. Мы любим одни и те же вещи. Я с ума схожу при звуке твоего голоса. Я восхищаюсь тобой. А что ты думаешь обо мне, Ева?

— Ты волшебник, — очень серьезно ответила она, — ты превратил мою жизнь в сказку.

На следующий день Бен выглядел гораздо лучше. Конечно, он был еще бледен и слаб, но хорохорился, как всегда.

— Ну, а чем вы собираетесь заняться после того, как уедете отсюда? — спросил он, хитро улыбаясь.

— Мы собираемся поужинать, — ответил Дрю, — сходим куда-нибудь.

— Желаю хорошо провести время. А ты, Дрю, присмотри за моей сестренкой.

— Жизнью клянусь, что не дам ее в обиду! — серьезно проговорил Дрю, и Ева едва не расплакалась от душившего ее счастья.

— А теперь идите с миром, — разрешил Бен, — дайте мне спокойно посмотреть телевизор. Я уже несколько месяцев живу без новостей.

— Послушай, Бен, у меня есть пляжный домик на побережье. Ты мог бы пожить там недельку. Можешь взять с собой подружку. Отдохнешь…

Бен неожиданно покраснел.

— Господи, Дрю, спасибо, но у меня работа и учеба…

— Ничего, наверстаешь. Тебе нужно набраться сил.

Бен послушно кивнул. Раньше они с Евой сами решали все свои денежные вопросы. Теперь им на помощь пришел Дрю. Это означает, что их с Евой отношения зашли слишком далеко. Что ж, возможно, это не такая уж плохая идея — поехать на побережье.

После больницы Ева и Дрю действительно поехали ужинать, только не в ресторан, а на квартиру к Дрю.

— Моя домработница готовит и оставляет еду в холодильнике, так что нам нужно будет всего лишь разогреть ужин.

Ева согласилась. Пока Дрю возился с микроволновой печью и полуфабрикатами, она наслаждалась чудесным видом, открывавшимся с террасы его пентхауса. Несколько минут спустя там же появился Дрю с бутылкой шампанского и бокалами.

— Мы что-то празднуем? — поинтересовалась Ева.

— Возможно, — неопределенно отозвался Дрю.

Он снова исчез на кухне и вскоре принес оттуда жареного лосося, украшенного по краям блюда морепродуктами и овощами, свежеподжаренные ржаные хлебцы, черную икру, салат Цезаря, начиненный лобстерами, и фруктовый салат, щедро политый взбитыми сливками.

— Я ужасно проголодалась, — призналась Ева, глядя на все эти яства. — Спасибо, милый, ты просто чудо.

После ужина Дрю сварил кофе.

— Хочешь послушать музыку? — спросил он, включая музыкальный центр.

— Ты всегда это говоришь, хотя имеешь в виду совсем другое! — рассмеялась Ева.

— Тогда, если ты меня раскусила, может, сразу пойдем спать?

— Тебе невозможно отказать, Дрю! — притворно тяжело вздохнула Ева.

— Однако ты постоянно пытаешься это сделать. — Он обнял ее за плечи.

— Это всего лишь свидетельствует о моей врожденной глупости.

— Какой ужас! — Дрю изобразил испуг. — А ведь вокруг полно женщин, у которых все в порядке с мозгами.

— Уверена, что ты их всех уже соблазнил.

— Возможно, но теперь-то я пытаюсь соблазнить тебя. — Он внезапно посерьезнел. — Мне нужно кое-что обсудить с тобой, Ева. Что-то очень важное. Давай присядем.

Он усадил ее на диван и сам сел рядом.

— Что ты хочешь обсудить?

Дрю вздохнул, собираясь с мыслями.

— Ты потрясающая женщина, Ева, — сказал он, — ты сильная и независимая, но мне кажется, что кто-то должен о тебе позаботиться.

— Ты что, считаешь, что я сама не в состоянии о себе позаботиться?

— В состоянии, но ты заслуживаешь гораздо большего.

— Чудно! — Ева фыркнула. — Она начинала заводиться.

И тут Дрю поцеловал ее. Ева от неожиданности едва не лишилась чувств.

— О, Дрю! — простонала она. — Что ты со мной делаешь?

Он незаметно достал откуда-то бархатный футляр и открыл его. Взгляду Евы предстало роскошное колье из изумрудов и бриллиантов.

— Дрю, это слишком!

— У этого колье своя история. Его сделал один известный ювелир в конце прошлого столетия. Но это еще не все. — Он порылся за диваном и выудил оттуда невиданной красоты музыкальную шкатулку. Ева открыла ее. Внутри была фарфоровая балерина. Ева тихо охнула. — Поверни ключик, — сказал Дрю, — поверни.

Ева повиновалась. Заиграла приятная музыка.

— Что это, Дрю?

— Plaisir d'Amour. Старинная французская песня. Когда я увидел это в антикварном магазине, то понял, что это предназначено только для тебя.

— Она прелестна, Дрю! И колье… Ты так добр ко мне…

— Дело не в доброте. Открой ящичек под балериной.

— Ты хочешь сказать, что это не все?

Дрю был нрав. Под подставкой, на которой плясала балерина, располагался потайной ящичек. Открыв его, Ева увидела обручальное кольцо из белого золота с крошечным бриллиантиком.

— Я знал, что ты удивишься, — довольно проговорил Дрю, — поэтому не мог устоять.

— Дрю, это для меня?

— А для кого же еще, Золушка?

— Обручальное кольцо?!

— Тебе нравится?

— Оно прекрасно! Ты, должно быть, заплатил за все это уйму денег!

— Деньги не имеют значения. Ты достойна самого лучшего, Ева. Давай поженимся. Я хочу провести с тобой остаток моей жизни. Я хочу, чтобы мы всегда были вместе. До последнего вздоха. Я знаю, что тебя беспокоит твое и мое прошлое, но у нас все будет по-другому. Я клянусь, что никогда не причиню тебе боль.

— Я не знаю, что будет со мной, если ты обманешь меня, Дрю…

— Мы вместе победим твои страхи, моя милая. Мы предназначены друг для друга.

— Ты и вправду веришь, что это судьба?

— А разве ты не веришь?

— Я хочу верить… — пробормотала Ева. — Но брак… это так скоро…

— Не бойся, моя дорогая, ничего не бойся, — прошептал Дрю, обнимая ее.

— Никто не ожидает, что ты женишься на мне. Тебя осудят…

— Кому какое дело до моей личной жизни? Ничто, Ева, ничто не сможет оттолкнуть меня от тебя. Только если ты скажешь, что не любишь меня. Но ты ведь не скажешь, Ева?

— Я бы никогда не позволила тебе дотронуться до себя, если бы не любила, Дрю.

— Но ты не говоришь об этом. Это запретная тема для тебя.

— Ты прав, но я ничего не могу с собой поделать.

— Так ты выйдешь за меня? Мы просто должны пожениться, Ева! Неужели ты не понимаешь?

— Я не знаю, Дрю… — честно призналась она и поцеловала его.

Ева отдыхала в объятиях Дрю, когда зазвонил телефон.

— Не отвечай… — прошептала она и еще крепче прижалась к нему.

— Надо ответить, дорогая. Вдруг это что-то срочное? Форсайт, — рявкнул он, взяв трубку. Последовала пауза. — Боюсь, завтра отпадает, Сюзан. Лучше в среду. Скажем, в час дня у Кэррингтона.

Ева невольно напряглась. Дрю положил трубку и повернулся к ней.

— Что-то не так, Ева?

— С чего это она звонит тебе посреди ночи?

— Она поздно вернулась домой, Ева, — спокойно объяснил Дрю, — и она извинилась.

Ева резко встала с кровати и начала одеваться.

— Уже полночь. Мне пора домой.

— Оставайся! Я не хочу, чтобы ты уходила.

— Ладно, тогда давай поговорим о Сюзан.

Ева рвала и метала.

— С радостью, только, пожалуйста, успокойся и вернись в постель. — Он притянул ее к себе. — Милая, не позволяй Сюзан испортить нам вечер.

— Чего она от тебя хочет, Дрю?

— Ей очень тяжело, Ева.

— Я знаю, но зачем она пытается добиться твоего расположения?

— Возможно, ей просто хочется, чтобы я утешил ее…

— Ты только что сделал мне предложение, Дрю! — угрожающе проговорила Ева. — О каком утешении может идти речь?

— Сюзан вдова моего отца, Ева. Я не могу так просто перестать с ней общаться.

— Я понимаю, но ты не можешь отрицать, что она одержима тобой.

— Ева, дай мне шанс, — взмолился Дрю, — нет никакой одержимости. Перед свадьбой отец и Сюзан подписали брачный контракт.

— И что?

— Сюзан обеспечена до конца жизни. Я ей не нужен, хотя я и являюсь единственным наследником его состояния. Дело совсем в другом. Что-то произошло между папой и Сюзан незадолго до его смерти. И Сюзан винит себя.

— Возможно, у нее есть на то причины.

— Отец оставил дом мне.

— Ты имеешь в виду, что Сюзан придется уехать?

— Вот именно. Мне жаль ее. Папа поступил очень жестоко.

— Прости, Дрю, но меня мучают собственные демоны. Я боюсь потерять тебя. Так Сюзан пригласила тебя на обед?

— Она переезжает и хочет поговорить об этом.

— Куда она переезжает?

— В этом-то и загвоздка. Она хочет купить ужасно дорогую квартиру в центре города. Точнее, по соседству со мной.

— Что?! — возмутилась Ева.

— Я сказал то же самое. Но я не могу ее остановить. Как только она въедет, я продам квартиру.

— Почему же? Если тебе так нравится Сюзан, можешь остаться!

— Ты ревнуешь! — воскликнул Дрю. — Мне нравится, когда ты ревнуешь!

— Ревность здесь абсолютно ни при чем.

— При чем! Не лги, Ева.

— Хорошо, тогда назначь дату свадьбы.

— Вот это уже моя Ева! Может, в конце сентября?

— Я подумаю, — Ева надула губы и откинулась на подушки. — Хорошо, — сказала она после минутного раздумья. — Я согласна.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Общество прохладно восприняло известие о помолвке Дрю и Евы. А Сюзан и Кэрол были просто в шоке. Кто такая эта Ева Коуплэнд? Дрю невероятно богат и невероятно красив. А она всего лишь никому не известная карьеристка. Без имени. Без денег. К тому же они знакомы меньше года…

Кэрол с упоением принялась распускать грязные слухи о Еве, и именно это сблизило ее с Сюзан. Две женщины однажды встретились в баре и разговорились.

— Она бегала за ним с самого начала, — ядовито проговорила Кэрол, — она его окрутила. Он даже повысил ее!

— Все было совсем не так, Кэрол, — устало возразила Сюзан. — Ева заслужила повышение. Раньше она работала у Масгрейва.

— Кто такой этот Масгрейв? Банкир? — Кэрол презрительно фыркнула. — У нее нет родителей, ты знаешь об этом?

Сюзан покачала головой.

— У нее есть отец, но она не видится с ним. Ее родители развелись, когда Ева и ее брат были еще детьми. А мать вскоре погибла в дорожной аварии.

— Я и говорю — у этой выскочки никого нет.

— У нее есть Дрю, — проговорила Сюзан и сама ужаснулась сказанному, — Дрю…

— Разумеется! — воскликнула Кэрол. — Не обманывай меня, Сюзан, ты расстроена не меньше меня.

— Я не думаю, что они поженятся.

— А я уверена в обратном, — Кэрол таинственно ухмыльнулась, — если только мы не помешаем им.

Бен был ошарашен известием о скорой свадьбе Евы.

— Мы хотим, чтобы ты жил с нами, — сказала Ева.

— Что?! — вскричал Бен. — Ни за что в жизни!

— Почему? — удивилась она.

— Я обожаю и тебя и твоего жениха, но жить с вами я не буду. Я и сам о себе позабочусь.

— Но дом такой громадный, Бен!

— Ты хочешь сказать, что Дрю тоже хочет, чтобы я жил с вами?

— Клянусь, это так, Бен.

— Что ж, придется разочаровать твоего будущего мужа.

На субботу была назначена официальная помолвка. Среди приглашенных были друзья Евы и Дрю, а также многочисленные члены семьи Форсайтов. Накануне Ева провела несколько часов у зеркала, примеряя наряды, ведь на нее будут смотреть столько людей!

— Ты роскошно выглядишь! — похвалил Дрю, любуясь ею. — Не хватает только этого! — Он надел ей на шею бриллиантовое ожерелье. — Оно принадлежало моей маме, а теперь принадлежит тебе.

— О, Дрю, как чудесно! Я тебя не заслуживаю.

— Я уже говорил, Ева: я люблю тебя. Это я тебя не заслуживаю.

Ева приветствовала гостей, стоя под руку с Дрю. Вечер прошел замечательно. Многочисленные друзья и родственники желали им счастья и дарили подарки.

Сюзан тоже пришла. Она была хорошо одета и тщательно накрашена. Она довольно искренне пожелала Дрю всего самого наилучшего и улыбнулась Еве.

Интересно, догадывается ли кто-нибудь о том, что я чувствую, думала она, испуганно озираясь. Когда-то это был мой дом и мои гости. Я была замужем за одним из самых богатых людей в стране. Почему все так обернулось?

Она была уверена что способна соблазнить Дрю, но сама пугалась этой мысли. Она никогда не говорила ему о любви. Может, стоило?

Ева так и не поняла, каким образом ее обвели вокруг пальца, но через несколько недель Сюзан стала ее поверенной буквально во всем. Она советовала, наставляла, одобряла… Ева просто не могла ничего поделать. В общем, они регулярно обедали вдвоем и ходили по магазинам.

— Столько всего произошло, Сюзан! — сказала Ева, когда однажды они сидели в одном маленьком кафе и пили кофе. — Земля Козерога — потрясающий проект! Дрю работает как вол. Очень скоро прилетят наши партнеры — у нас масса дел…

— Моя дорогая, Дрю сам со всем справится, — тоном знатока отозвалась Сюзан, — его так воспитали. Но ты слишком много времени уделяешь работе. Все-таки ты молода и заслуживаешь большего… Кто-то должен тебе помогать. В конце концов, я член семьи…

— Мне помогает Дрю, — не выдержала Ева, — он просто незаменим.

— Не сомневаюсь в этом, — Сюзан выдавила улыбку, — но дело в том, что общение с тобой доставляет мне огромную радость. С тех пор, как я потеряла Дэвида… Я ни на чем не могу сосредоточиться, а ты отвлекаешь меня от мрачных мыслей.

— Сюзан хочет помочь мне с выбором подвенечного платья, — сообщила Ева Лизе.

— Ты ведь не позволишь ей это сделать? — чуть взвизгнув от возмущения, ахнула Лиза.

— Разумеется, нет, но я не хочу ее расстраивать. Дрю очень добр к ней. Мне иногда кажется, что он считает себя обязанным…

— Просто он слишком добрый, — решила Лиза, — а она постоянно вертится вокруг него, напоминая о своем существовании. Знаешь, она совсем не так проста, как кажется на первый взгляд. Порой у нее в глазах появляется такой странный огонек, как будто… как будто она что-то чувствует по отношению к Дрю…

— Да, я знаю… — задумчиво проговорила Ева.

— Знаешь, подруга, пошли-ка ты эту леди Форсайт куда подальше! — посоветовала Лиза.

Сюзан не желала понимать намеки, и это больше всего настораживало Еву. С одной стороны, Сюзан вроде бы помогала ей с организацией свадьбы, с другой — она словно искала в ней недостатки, нащупывала слабые стороны, чтобы побольнее уколоть в будущем.

— Ты выглядишь озабоченной, Ева, — сказала Сюзан, глядя на Еву своими большими, невинными глазами, — тебе нужно больше времени уделять своей внешности.

— Просто я немного устала, Сюзан.

— Я понимаю, что ты чувствуешь. Перед тем, как выйти замуж, я сходила с ума при мысли о том, что не смогу стать достойной женой Дэвиду.

— Это меня не волнует. Я боюсь, что не смогу все организовать должным образом.

— Я понимаю.

Сюзан отвернулась.

— Скажи, — начала она после непродолжительной паузы, — ты когда-нибудь думаешь о Кэрол?

— О Кэрол? — удивилась Ева. — Она давно в прошлом. Почему я должна о ней думать?

— Дрю не следовало на ней жениться. Я всегда знала, что их брак распадется.

— Почему?

— Чем больше времени он проводил рядом с ней, тем отчетливей понимал, что она не та женщина. Она…

— Я не понимаю, о чем ты, — перебила Ева.

— Ну, нельзя отрицать, что Кэрол очень красива, но она абсолютно не подходила Дрю.

— А ты подходила?

Ева сама не знала, как эти слова вырвались у нее, но, прежде чем она успела что-то добавить, Сюзан кивнула в ответ на ее вопрос.

— Ты любишь его, не так ли? — нахмурилась Ева.

— Возможно, мне не следует об этом говорить, но было время, когда… — Голубые глаза Сюзан наполнились слезами.

— Продолжай.

— Думаю, не стоит.

— Нет, давай покончим с этим. Что произошло?

— Неужели ты сама не поняла? — Глаза Сюзан вдруг вспыхнули неприязнью.

— Я ожидала чего-то подобного.

— Женщинам не удается обманывать друг друга, не так ли? Я не собираюсь угрожать тебе, Ева. Напротив, я сочувствую тебе. Ты сразу догадалась, что между мной и Дрю что-то есть. Я вышла замуж за его отца, это правда, но наша счастливая жизнь в браке закончилась, едва начавшись. Дэвид тоже чувствовал то взаимное притяжение, которое существовало у нас с Дрю. В наш последний вечер мы ужасно поругались. Больше я не видела Дэвида живым.

— И что же было причиной вашей ссоры?

— Это моя тайна.

— Ты удивительная женщина, Сюзан.

— Да, я удивительная… — Она горько усмехнулась.

— Мне кажется, ты хочешь разлучить меня с Дрю.

— Я просто пытаюсь сказать следующее: ты можешь выйти за него, но я никогда не исчезну из вашей жизни.

— И с чем это связано?

— Как бы Дрю ни относился ко мне, он знает, что общество никогда не примет нас, если мы поженимся. Выйдя замуж не за того Форсайта, я собственными руками исковеркала свою жизнь.

— Не строй иллюзий, Сюзан, — спокойно ответила Ева, — твои мечты напрасны. Лучше съезди в круиз, подцепи себе какого-нибудь неженатого миллионера, а нас оставь в покое. Я не хочу тебя больше видеть.

Когда Ева вернулась в офис, Дрю возился с бумагами. Она решила не беспокоить его и отложить разговор до вечера.

Поужинав в небольшом ресторанчике, они вернулись домой, в усадьбу Форсайтов.

— Разобралась с приглашениями? — спросил Дрю, когда она принесла ему чашечку кофе в кабинет, где он пытался закончить какую-то срочную работу. — Все придут?

— Все, кроме Сюзан, — отчеканила Ева.

— Сюзан? А что случилось?

— Она собирается в круиз.

— Впервые слышу.

— Еще бы!

— Есть что-то, о чем я не знаю? — насторожился Дрю.

— Ради Бога! — Ева сделала театральный жест рукой.

— Сюзан расстроила тебя, — догадался Дрю, — что она сказала?

— Не твое дело! — вспылила Ева.

— Ева! — обескураженно воскликнул Дрю. — Да что стряслось?

— Сама не знаю.

— Только не говори, что ты передумала выходить замуж.

— Дело не в этом.

— Тогда в чем? — Дрю перевел дыхание. — Тебе что, нравится мучить меня, Ева?

— О, да!

Внезапно он схватил ее и принялся жадно целовать.

— Отпусти меня! — взмолилась Ева.

Но он не слушал. Он взял ее на руки и понес в спальню. Она лишь всхлипывала, пока он нес ее вверх по лестнице.

В спальне он бросил ее на кровать и, покрывая поцелуями все ее тело, начал страстно срывать с нее одежду. Перед тем как закружиться в неистовом танце любви, Ева услышала:

— Я люблю тебя, черт побери!

Позже Дрю отвез ее домой и уехал, даже не попрощавшись. И что больше всего задело Еву, он ни разу не оглянулся. На следующий день она тщетно ждала его звонка. Когда Ева приплелась в офис, то узнала, что он уехал на совещание. День обещал стать длинным и скучным. На душе у Евы было тоскливо.

Весь день она только и делала, что сидела и рассеянно перебирала бумаги. Беда грянула к концу дня.

— Ты уже знаешь, Ева? — спросил Джейми, заглянув к ней в кабинет. На его лице была написана тревога.

— О чем?

— Об этом говорят во всех новостях. С самолетом компании что-то случилось.

— А Дрю? Как же Дрю? — переполошилась Ева.

— Никто ничего не знает.

Ева схватила телефонную трубку.

— Я позвоню ему на мобильный…

— Стив уже пробовал — не отвечает. Остается только ждать новых сообщений.

Прошло два томительных часа, прежде чем позвонил Стив Холланд. За это время Ева вся извелась.

— Обошлось! — с явным облегчением сообщил ей Джейми. — Самолет удалось посадить в лесу. Бедняга Рис сломал руку.

— А Дрю?

— С ним все в порядке. Они летят домой.

Ева немедленно, не раздумывая, ринулась в аэропорт. Невозможно представить ее радость, когда она увидела живого и здорового Дрю, сходящего с трапа.

— Я в полном порядке, Ева, — говорил он, целуя ее, — перестань плакать.

— Я так люблю тебя, Дрю! — прошептала Ева, прижимаясь к нему.

В ответ Дрю лишь счастливо улыбнулся.

На следующий день все газеты поместили на первой полосе фотографию, на которой был запечатлен момент встречи двух влюбленных. Увидев ее, Сюзан поняла, что ничего не добилась своей ложью.

ЭПИЛОГ

Спустя несколько недель одним из весенних солнечных дней, как сообщила разноликая пресса, состоялось бракосочетание Дрю Форсайта и Евы Коуплэнд. Среди подружек невесты оказалась сестра Евы, а к алтарю ее повел счастливый отец.

Вот и все, думала Ева, глядя на улыбающиеся лица гостей и членов своей новой большой семьи. Ради этого момента стоило жить.

Ева стала рядом с Дрю, и он взял ее за руку. Священник начал церемонию. Ева пыталась уловить каждое его слово, чтобы в памяти осталось как можно больше воспоминаний об этом самом счастливом дне в ее жизни, но никак не могла сосредоточиться. Мысли убегали куда-то вдаль, к лестничной площадке у лифта и строгому красавцу боссу.

На лице Евы играла задумчивая улыбка, и, заглянув в сияющие глаза любимой, Дрю почувствовал невероятное умиротворение. Стоя у алтаря, он благодарил Бога, что повиновался зову сердца и взял Еву на работу. Это был самый правильный поступок в его жизни. На секунду ему показалось, что ангелы благословляют его с небес, возвещая о том, что они с Евой будут счастливы до конца своих дней.

Content

Маргарет Уэй
Первый и единственный

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ЭПИЛОГ