Хантаев Борис

Бессоница Красного города

Сидя в номере гостиницы с приставленным к виску пистолетом, я думаю о прошедшей неделе и о том, что со мной происходит. Пистолет к голове я приставил сам. Раньше у меня не было суицидальных наклонностей, да и сейчас их особо нет. Просто мне все это надоело. Достало бояться закрыть глаза и увидеть этот цвет, надоела вечная бессонница. Если бы я решил написать предсмертную записку, то написал бы, что в своей смерти виню город. Безумно звучит, но именно город не давал мне спать, во всяком случае так думал я. Бессонница, раньше она никогда не посещала меня, но это было в Москве, в моем любимом городе, в котором я вырос и прожил всю свою счастливую жизнь, но Москва сейчас далеко. Там я всегда крепко спал, иногда даже будильник не мог меня разбудить. И мне часто снились сны… Но все меняется. Все изменилось, когда я переехал в небольшой город под названием «Доброе Сердце». Это место сначала показалось очень милым, добрые приветливые жители, красивая тонкая архитектура готического стиля, словно этот город из сказки, которую написал хороший человек. Но внешность обманчива, города как люди, хотите узнать их истинное лицо, дождитесь, когда спрячется солнце. Только тьма стирает все краски и показывает истину. И если это сказка, то написал ее монстр, потому что даже самый жестокий человек на такое не способен.

Меня зовут Андрей Безухов. Я полицейский, а точнее следователь уголовного отдела. Серийные маньяки - моя специальность и мое предназначение, кто-то рожден рисовать, я рожден ловить тех, кто отнимает чужие жизни. В моей любимой Москве говорили: «Андрей Безухов чувствует убийц и может думать, как они», и те, кто так говорил, правы, недаром мне удалось за год поймать пять самых опасных маньяков России. Но однажды я совершаю ошибку, которая ломает мне жизнь. На одном из задержаний я стреляю не в того. Мне бы машину времени, вернуться в прошлое и все изменить, но это невозможно, мне не верится в перемещения во времени, зато я верю в злые города. Я был известен в Москве тем, что стрелял в убийц, не дожидаясь суда, а дальше все списывал на самозащиту и на то, что преступник оказал сопротивление, с моими заслугами это не доставляло особого труда. Начальство знало о моем методе и не осуждало. «Кто-то просто должен умереть», так они думали, так думал и я, пока не убил невиновного. Его звали Артем, и ему было только двадцать лет. Этого парня подозревали в убийстве семи человек, все улики тогда оказались против него, что для меня означало «пора действовать», и я действовал, так и не перепроверив доказательства. Но после его смерти убийства не прекратились, а вскоре выяснилось, что парень вообще был не причем. Мать погибшего хотела падать на меня в суд, но благодаря моим связям дело замяли. Сейчас я с радостью отсидел бы положенный срок, но вместо этого мне приходится сидеть в богом забытом городе с пистолетом у виска. В тюрьму я не пошел, вместо нее меня решили на время отправить в глухомань, в которой орудовал маньяк. Мне сказали, что как только я поймаю убийцу, то тут же смогу вернуться в Москву. Мое изгнание из столицы обставили, как командировку. И я не возражал не только потому, что не было выбора, но и потому, что я был уверен: мне дано поймать любого убийцу и в любых условиях. Что касается Артема, то он часто приходил ко мне во снах, после которых я просыпался в холодном поту, но даже эти кошмары лучше бессонницы.

Серийный маньяк олицетворял для меня сам город. Он убивал каждый третий день, выстреливал в голову, а затем хладнокровно вырезал сердце у своих жертв. Местная газета прозвала его «Похитителем Сердец». В этой еженедельной газете была даже посвящена отдельная колонка убийце, в которой оповещались имена новых жертв. Маньяк в городе был почти звездой, мне даже доводилась видеть майки с его прозвищем на подростках. Дети! Зло им зачастую нравится больше, чем добро. «Похититель Сердец» убивал уже полгода, примерно тогда пропал и местный следователь, ходили слухи, что он стал первой жертвой маньяка, но его тело так и не нашли. За те семь дней, что я находился в «Добром Сердце», произошло два убийства.

Первой стала молодая девушка, работающая в доме культуры, ее тело нашли на второй день моего пребывания в городе. Она была по пояс раздета, и я бы мог отметить ее большую грудь, если бы серийный убийца не вырезал ей сердце, раскромсав грудную клетку, словно мясник, который вырезает органы у животных. Второй жертвой стал мужчина пенсионного возраста, его нашли на седьмой день. Сразу стало понятно, что убийце все равно, кого убивать, но зачем он это делает и почему вырезает именно сердце, я не знал. Но мое чутье, которое обмануло меня только раз, подсказывало: это как-то связанно с городом.

Эту неделю я практически не спал, мне теперь даже страшно подходить к зеркалу и смотреть на свое отражение. У человека, который не спал три дня, кожа лица становится бледной, глаза обретают проклятый красный цвет, а что происходит с человеком, который не спал на протяжении семи дней? Я не хочу этого знать.

Все началось в первую ночь. Мне любезно предоставили самый лучший номер в местной гостинице со словами «Все самое хорошее москвичам», я еще тогда подумал, что Москву здесь не любят, а может, даже ненавидят, так как в словах услышал сарказм. Но этот номер и правда оказался не плох, в нем был телевизор, личная ванная комната, огромный холодильник и даже мини бар - всего этого я не ожидал увидеть. Мне нужна была лишь кровать, хотя все остальное - тоже не плохое дополнение. В свой первый день в городе я ознакомился с делом и побывал даже в участке, который оказался совсем небольшим. На весь городок было только четверо полицейских. Если верить, что населения здесь четыре тысячи, то получалось: на тысячу только один служитель закона. В городе убивают каждый третий день, а на защите стоит четверо не особо крепких парней, что тут сказать, городу словно было наплевать на своих жителей.

Поэтому спать я тогда лег обеспокоенным, найти убийцу в таком месте было не так просто, как мне изначально казалось.

Огромная кровать с радостью приняла меня, будто ее специально сделали под мой рост и вес. Я уже собрался погрузиться в страну Морфея и пробыть в ней до самого утра, но как только закрыл глаза, то не увидел привычную всем тьму, вместо нее передо мной возник красный цвет. Настолько яркий, до острой рези в глазах. Я сразу почувствовал ужасную боль, словно в зрачки вогнали ножи, а красный цвет - моя кровь, очень яркая кровь. Сейчас, когда я вспоминаю эту боль, мои глаза слезятся, этот цвет выдрессировал их, как Павлов когда-то выдрессировал собак вырабатывать слюну. Тогда мне даже не сразу удалось вернуться к реальности, как будто некая сила держала меня за веки, не давая им раскрыться. Но спустя пару минут мне все-таки это удалось, и боль резко ушла. Я тут же пошел промывать глаза. Открыв кран в умывальнике, мне на секунду показалось, что вода имеет тот самый красный цвет, но протерев глаза, увидел - она снова стала бесцветной. Когда же я вернулся в постель, то не смог уснуть. Стоило закрыть глаза, так я тут же вспоминал этот чертов красный цвет и ту невыносимую боль. Сам цвет больше не появлялся, возможно потому, что он итак уже крепко засел в голове.

На следующее утро после первой бессонной ночи я отправился в морг. Чтобы лично осмотреть жертв маньяка, которых, к сожалению, оказалось очень много. Я надеялся найти хоть какую-нибудь зацепку, которую мог упустить местный патологоанатом. Но меня ждала неудача. Работник морга, отвечающий за тела «Похитителя Сердец», оказался очень опытен особенно для своего возраста, на вид ему нельзя было дать больше двадцати. Его звали Вячеслав, и он единственный человек, который мне понравился в городе. Этот парень был таким отрешенным, словно из другого измерения, но в тоже время он казался очень простым, с такими людьми интересно разговаривать по душам, потому что они по правде тебя слушают.

Я видел, как Вячеслав переживает за всех, кто был убит, и искренне хочет, чтобы убийца был наказан, по всей строгости закона. Патологоанатом отлично заботился о мертвецах, словно они не были для него мертвыми, он знал всех по имени, скажу больше, он знал историю каждого покойника. В морге не витал привычный затхлый запах, который сопровождал заведения данного типа, вместо него пахло лавандой. При первой встречи со мной парень сказал вещь, которую я до сих пор не могу выкинуть из головы:

-Я думаю, у убийцы нет выбора, во всяком случае так считает он. Этот «Похититель сердец» убивает, потому что иначе ему не прожить. Убийство стало для него таким же обычным занятием, как зарядка по утрам. Это привычка, которую он не может просто так бросить. Если узнать причину убийств, тогда можно будет легко найти маньяка. И еще я думаю, что он не просто так убивает каждый третий день, в этом есть некий смысл, который мы пока, к сожалению, не видим.

В этих словах что-то было – это не просто бессмысленный треп, а логические рассуждения. И я посчитал, что из Вячеслава мог получиться не плохой психолог. В этом всеми забытом городе я мог подозревать кого угодно, но только не его, потому что знал: человек, который хорошо заботится о мертвых, никогда не сможет обидеть живых.

Следующую ночь я так же не смог уснуть, без конца ворочаясь в кровати, мне максимум, что удавалось, так это на десять минут провалиться в сон, после которых тут же просыпался. В сумме за вторую ночь я проспал около часа.

То же самое повторилось и на третью ночь. Жуткий красный цвет не покидал мою голову, он, словно огромная опухоль давал о себе знать, как только я пытался уснуть. От недосыпа появились мешки под глазами, а кожа обрела бледный цвет, стало трудно думать - не мог ни на чем сосредоточиться. Если сначала казалось, что моя бессонница вызвана сменой места проживания, то теперь начало казаться, что все куда серьезней, и я решил обратиться к врачу.

Доктора, к которому меня направили, звали Максим Седов. Мужчина в белом халате выглядел на тридцать лет, у него были длинные черные волосы, и на врача он не очень походил, а больше напоминал рок-звезду, чего только стоила его татуировка на шее в виде китайского символа. Вот этот мужчина вполне мог быть убийцей, его поведение насторожило меня, вел он себя не совсем как врач. Слишком быстрая речь, словно он хотел поскорее избавиться от меня. Было видно, что мое присутствие не доставляет ему удовольствия.

Когда я рассказал о бессоннице, доктор Седов выписал мне снотворное в виде пилюль. Сказав, что таблетки сначала расслабляют, а потом погружают в сон и чтобы я их осторожно принимал и не преувеличивал дозу. Сами таблетки не показались мне странными, странным был их цвет - красный. Начало казаться, что этот цвет преследует меня, но об этом я доктору не сказал.

Шла четвертая ночь, часы показывали пол-одиннадцатого, и я решил сначала попробовать уснуть без пилюль, что дал мне врач, но ничего не вышло. Глаза словно боялись погрузиться в страну снов, будто там их ожидает красный цвет, свет этого проклятого города. И поэтому мне пришлось прибегнуть к лекарству, хотя интуиция и подсказывала, что таблетки не стоит пить, что их цвету нельзя доверять.

Я принял только одну пилюлю, и сначала ничего не происходило, никакого расслабления я не чувствовал. Но спустя несколько минут сердце начало бешено колотиться, оно, как моторчик, ускорялось с каждой секундой, и начало казаться, что оно сейчас выпрыгнет. Но затем его бешеный ритм прекратился, словно сердце заглохло. Наступила мертвая тишина, но и она продлилась недолго. Раздался жуткий вой, от которого уши закровоточили. Красная жидкость тонкой струйкой спускалась по шее, но я не чувствовал боли, потому что, как завороженный, смотрел на стены своего номера - те постепенно становились красными. Этот чертов цвет заполнял все пространство. Когда он прикоснулся к окну, то разлетелось на мелкие кусочки, открыв мне вид на город. И то, что я увидел в разбитом окне, совсем мне не понравилось. Красный цвет заполнял собой весь мир вокруг меня. Я видел ярко алое небо, на котором сверкали кровавые звезды. Вой не прекращался ни на секунду, тогда мне казалось, что от его шума могут лопнуть не только барабанные перепонки, но и глаза. Несмотря на кровоточащие уши, я поднялся с постели и направился к окну. Улицы, как и здания, были красными, по ним ходили красные люди, и их было очень много, казалось, что их было несколько тысяч и они практически сливались, образовывая огромное кровавое пятно. Все подчинилось проклятому цвету. Впереди я увидел нечто странное, то, чего раньше не замечал в этом городе. Большой замок возвышался над «Добрым Сердцем», и именно к нему направлялись все эти красные люди. Силуэт замка был мне знаком, но откуда, я не знаю, его вид был устрашающим и ничего доброго он не вселял. Неожиданно я увидел еще кое-что странное, нечто черное. Три точки, которые постепенно превращались в глаза и рот. Это было лицо города, оно возвышалось над тем замком и с завистью смотрело на него. Но затем лицо заметило меня и начало смеяться. Спустя какое-то время точки стали приближаться ко мне, я попытался отойти назад, но не смог: позади меня выросла красная стена. Вой прекратился, когда от черных глаз и рта до моего тела осталось меньше сантиметра. Я чувствовал зловонное дыхание города, исходившее из его рта, и уже начинал ощущать, что сейчас задохнусь, как вдруг это лицо поглотило меня, оставив лишь огромное красное пятно.

Я проснулся в холодном поту, на моей шее была кровь, а уши жутко болели. Посмотрев на часы, которые показывали только одиннадцать часов, я понял, что проспал только полчаса.

Мне было неизвестно, кого винить в этом столь реальном кошмаре, от которого у меня так болели уши. Только доктора, который подсунул мне плохое снотворное, или все-таки город? Но больше той ночью я не спал.

На пятый день я начал изучать необычное исчезновение прошлого следователя. И это было нелегко. Когда ты не спишь столько времени, мир, как и ты, становится слегка другим. Мир для меня стал черно-белым, лишь красный цвет выделялся в нем, а я стал чересчур раздражительным. Расследование так же осложнял тот факт, что до приезда в город я ничего не знал о своем пропавшем коллеге, кроме имени, поэтому все пришлось узнавать на месте. Следователя звали Сергей Копоть, ему было сорок лет. Как я выяснил, этот Копоть мало кому нравился. Разве только местному патологоанатому, который считал Сергея отличным парнем, всем остальным тот казался скользким типом, наверно, таким же скользким, как и я. Меня в городе не любили, это было понятно потому, как на меня смотрели горожане, для них я был чужаком, пришельцем с другой планеты.

Когда настал шестой день, я узнал, что Сергей Копоть был приезжим и тоже приехал из Москвы. Как оказалось, у нас много общего с пропавшим коллегой. Но это все равно мало что мне давало, у меня не было зацепок, а прошлой ночью я проспал только час. Седьмой день также ничего не дал, находят новое тело, но убийца не оставляет ни улик, ни зацепок, маньяк действует как профессионал. Патологоанатом был прав, кем бы ни был этот «Похититель Сердец», у него есть привычка убивать. В конце седьмого дня меня начинает посещать мысли о самоубийстве, я думаю послать все к черту, а главное, послать этот город и красный цвет, который я стал видеть всюду, куда бы я ни пошел. Мало, кто замечает, как в мире много красного. Если присмотреться, то можно подумать, что его куда больше других цветов, для меня во всяком случае точно. Эту ночь я тоже не сплю.

Эта проклятая неделя за считанные минуты пролетела мимо глаз, самое обидное, что я уже плохо помню свою прежнюю жизнь, я плохо помню Москву со всей ее красотой. У меня уже начинает болеть висок, видимо, я слишком сильно прижал к нему пистолет. Пора все это заканчивать, жаль, что я так и не узнаю, что означает этот красный цвет. Мой палец спокойно лежит на курке. Сейчас это произойдет, я сосчитаю до трех и усну навсегда.

- Один, – мои глаза закрыты.

- Два, – палец сильнее надавливает на курок.

- Три, – раздается телефонный звонок.

За всю эту неделю телефон ни разу не звонил, как будто он ждал определенного момента. И вот этот момент настал. Я подхожу к телефонному аппарату и снимаю трубку.

- Вы Андрей Безухов? – спрашивает мужской голос.

- Да, а кто спрашивает?

- Слушайте меня внимательно. Сегодня в семь часов возле крематория, я знаю, кто убийца, – после сказанного в трубке раздались гудки.

Мое сердце колотилось, прям как в том сне, я в ужасе отбрасываю пистолет, чуть не совершив роковую ошибку. Не уж то все может закончиться, не уж то мне удастся вернуться в Москву?

Время до семи тянулось очень долго, словно оно стало резко тормозить и в часу вместо шестидесяти теперь сто минут. Ко всему прочему у меня болела голова и ужасно хотелось поспать. Кто-то мне рассказывал, что человек без сна может продержаться не больше четырех дней, я же держался неделю, может, я не человек?

В шесть, покинув гостиницу, я направился к крематорию с надеждой, что мое самое трудное дело сегодня закончится. Хотя не было гарантии, что звонивший не лгал и что это все не сон. Я терял реальность, терял ту грань, которая отделяет нормальную жизнь от безумия. Со мной был заряженный пистолет, тот самый, которым я себе чуть башку не прострелил, мне казалось, что сегодня он все-таки пригодится.

Возле крематория было пусто, и мне по правде начало казаться, что тот звонок родился в моей фантазии. А что если я уже умер, прострелил себе голову, и мой труп сейчас лежит в номере гостиницы. А все, что сейчас происходит, мой ад? Нет, это невозможно, я просто схожу сума.

- Вы Андрей Безухов? – раздалось за моей спиной, и я обернулся. Ко мне шел мужчина лет сорока, в хорошей спортивной форме, странно, но его внешность мне была знакома.

- Да, а кто вы?

Мужчина остановился в метре от меня и молча за мной наблюдал, словно пытался что-то понять.

- У вас бессонница, я прав? – снова спросил он, отчего мне стало не по себе.

- Откуда вы это знаете?

- Это видно по вашему лицу, а еще я знаю, что вы из Москвы. Если сегодня не поспите, то, скорее всего, умрете. Человеку необходим сон.

- Кто вы, черт побери, такой? И причем тут вообще Москва? – не знаю почему, но этот мужчина начал меня раздражать, и мне хотелось побыстрей закончить разговор, который толком еще даже не начался. Странно, но в голове я слышал странный шум, всему виной бессонница, из-за нее я схожу с ума.

- Причем здесь Москва?! – мужчина стал смеяться, будто я рассказал ему анекдот. Мне захотелось достать свой пистолет и выстрелить в него.

- В Москве все и дело, – продолжил незнакомец. - Этот город ненавидит москвичей! Для него мы отбросы общества. Скажите, разве красный цвет не преследует вас?

Откуда он знает про красный цвет, ладно бессонница, о ней он мог узнать от врача, но про цвет я никому не говорил.

- Кто вы такой, откуда вы все это знаете?! – я перешел на крик, мое сердце колотилось, как бешеное, а тело покрыли мурашки, черт, мне становилось страшно.

- Потому что я через все это уже проходил. Мое имя Сергей Копоть, – сказал мужчина, и теперь я понял, почему его внешность показалось знакомой, я видел снимки пропавшего следователя, и сейчас он стоял передо мной.

- Я, как и вы, когда-то приехал сюда из Москвы, – продолжил говорить Сергей. – И, как и вы, ловил убийцу. Этот город живой, но думаю, это вы уже поняли, и он завидует Москве, она как-никак столица нашей необъятной родины, а этот город находится в заднице, его даже на карте не всегда можно найти. Поэтому он заставляет всех москвичей мучиться, заставляет не спать по ночам. От бессонницы я практически умер, хотел покончить собой. И когда я уже представил к голове пистолет, в мой номер вошла горничная. Испугавшись, я дернул оружие и выстрелил ей в грудь, это была случайность, несчастный случай, так сказать. Когда я увидел ее кровь, то понял, что теперь смогу уснуть, бессонница ушла. И я стал убивать, каждый третий день, потому что больше трех дней без сна не выдерживаю. Убивать, чтобы спать, спать, чтобы жить. Конечно, сначала я хотел покинуть это место, но потом понял, что лучше города не найти, вы это тоже поймете, когда начнете общаться с ним, а вы начнете, я вам обещаю. Когда я узнал, что в этот город приехал еще один москвич, то решил вам помочь. Как-никак мы не чужие друг другу люди.

Господи, мне не верилось своим ушам, так как это все казалось нереальным. Хотя о реальности речь тут и не шла, город по правде был не простым, но я не верил, что убийство может помочь мне уснуть и что виной бессонницы является Москва.

- А причем здесь красный цвет, почему он преследует меня? – все сильней хотелось выхватить свой пистолет, будто мне кто-то приказывал убить следователя, но я старался держать себя в руках, ко всему прочему мне было интересно, что же Копоть ответит.

- А вы подумайте, какая в Москве главная достопримечательность? Этот город настоящий шутник, но я его раскусил, мне это удалось.

Мне в голову ничего не лезло, бессонница давала о себе знать, думать было тяжело. Но внезапно я понял, о чем говорил мой коллега, и меня словно накрыло волной. Я вспоминал тот красный замок, который тогда показался таким знакомым, потому что я видел его раньше. Видел у себя в Москве, это был Кремль, как же я раньше это не понял? А красный цвет, он был пародией на красную площадь. Красная, также означает красивая. Красивая площадь, так ее могли назвать только лицемеры. Господи, мне кажется, я начинаю ненавидеть Москву, с ее людьми, которых очень много. Другое дело этот городок с его четырьмя тысячами, все здесь куда спокойней, чем в быстрой столице.

- Зачем ты вырезаешь сердце у убитых тобой людей? – спросил я, на секунду забыв о своих мыслях, которые теперь не казались мне полностью моими.

- Это самое интересное. Раньше я просто их убивал и был убийцей без названия. Но потом решил добавить некий элемент в убийства, сделать их интересней. И у меня тут же появилось имя «Похититель Сердец», так они меня зовут. Я стал, можно сказать, Джеком Потрошителем этого города. Но убивать одному скучно, мне нужен напарник, с кем бы я мог поговорить по душам.

Теперь я понял, зачем он мне позвонил. Меня вербовали в ряды убийц, но Андрей Безухов не убийца. «Ты не убийца, но тебе нужно убить», услышал я внезапно в своей голове. Голос был прекрасен, и я не мог ему сопротивляться. «Давай убей его, сделай это ради меня. Он убийца, его нужно убить, а еще он лицемер, вырезать сердца ради славы. А ты же не любишь лицемерие» Я действительно ненавидел лицемерие. Достав все-таки свой пистолет, я выстрелил своему бывшему коллеге в грудь, и тот упал. Я слышал, как он хрипит и что-то бормочет, Копоть был еще жив, а это не хорошо, людей нельзя заставлять мучиться. Поэтому я подошел к нему и выстрелил в голову. Сергей умер, а мне пришлось стоять в луже крови. Алая жидкость снова напомнила мне о Москве, городе, прогнившем в лицемерии. Теперь мне не хотелось туда возвращаться, все, чего мне сейчас хотелось, это спать, и я знал, что это мне удастся. Убивать каждые три дня, чтобы уснуть, не очень большая цена за жизнь в столь прекрасном городе. Нет, я не убийца и никогда им не стану, убийство ради сна не считается убийством, человек, страдающий бессонницей, это поймет.

Я отправился обратно в номер гостиницы. Мне перестал видеться красный цвет, но я знал, что стоит мне вернуться в Москву, как он снова поглотит мое сознание. Красная площадь не даст мне о нем забыть. Я ошибочно думал, что цвет крови - это цвет этого города, нет, он принадлежал Москве. Но теперь мои глаза широко раскрыты, и я вижу куда больше, чем когда-либо видел. Теперь все изменится:

- Правда? – спросил я

- Правда, – ответил голос в голове.

Content

Хантаев Борис Бессоница Красного города