Павел Мороз

Восхождение пламени

Часть первая

Запретное пламя

Глава 1

Всем привет! Позвольте представиться: меня зовут Харлаф сын Брамака, из деревни Большие Петухи, мне семнадцать лет, и да, если вам интересно, – я маг… вернее, собираюсь им стать в ближайшем будущем, если удастся пережить этот день. Очень уж недобро смотрят мне в спину бывшие односельчане, молчаливой толпой собравшиеся на краю деревни… того, что от нее осталось.

Здесь, наверное, стоит разъяснить ситуацию. Если вам еще непонятно по остающемуся за моей спиной пейзажу – я собираюсь стать магом Огня. И шансы у меня есть, причем очень неплохие, по крайней мере, опыт в поджогах имеется богатый. За все годы жизни в Больших Петухах (которые давно следовало бы переименовать в Горелые Петухи), не было ни одного месяца, чтобы по моей вине не случалось хоть самого завалящего пожара. Причем, по мере того как я рос, росла и моя способность портить жизнь соседям, так как сила огня прямо пропорционально зависела от силы испытываемых его источником эмоций, которые в свою очередь во многом зависели от расстояния между мной и симпатичными представительницами противоположного пола. И особенно дочери нашего старосты… с амбара которого и начался вчера пожар.

Не знаю, каким чудом отцу удалось успокоить собравшихся у нашего дома рассерженных крестьян и уговорить их не поднимать меня на запасливо прихваченные вилы (в это время я храбро прятался в подвале). Но то, что вместо вил я получил лишь затрещину от отца, говорило о немалом авторитете бывшего десятника Третьего легиона Брамака из Кунга среди односельчан. Действительно, уважать отца было за что: начав жизнь крепостным крестьянином одного из мелких пограничных баронов, отец, спустя двадцать пять лет беспорочной службы королю и легиону, получил вольную, помилование за побег и небольшую сумму денег на обустройство в мирной жизни. Что он с успехом и сделал… Бравый ветеран в свои сорок пять мог дать фору многим двадцатилетним – это он и доказал вскоре, женившись на первой красавице деревни, дочери трактирщика Бригите.

А через девять месяцев родился я: милый мальчуган с волосами цвета воронова крыла и серо-голубыми глазами, которые в сочетании с аристократическими чертами (что передалось мне от матери, в предки которой во время одной из войн затесался неизвестный благородный) и упорно не поддающейся загару кожей разбили впоследствии немало сердец. Естественно, на одной только внешности далеко не уедешь, но и с других сторон я выглядел для деревенских девиц очень привлекательно: сын и наследник трактирщика (дед умер через три года после моего рождения, не оставив других наследников), богатейшего человека в деревне, магические способности имею, обучен грамоте… Одно это выделяло меня из общей массы деревенских парней и позволяло с невероятной для них скоростью убалтывать на прогулки под звездами даже самых неприступных красавиц. Конечно, попытки поучить жизни «бледного колдуна» со стороны недовольной общественности имели место быть, как же без этого, но ежедневные изнурительные занятия на протяжении более чем десяти лет с одним из лучших мечей легиона явно пошли мне на пользу. Мой нос до сих пор ни разу не подвергся надругательству.

Ладно, хватит самолюбования, продолжим экскурс в славную историю моей семьи. Итак, я родился. Целый год все было отлично, но затем появилась на свет моя сестра, в оплату за жизнь которой боги забрали мать, умершую родами… Видимо, это и определило мою судьбу – отец, совершенно не умевший обращаться с детьми, но отлично управлявшийся с солдатами, твердо решил сделать из меня образцового легионера, что ему, конечно, не удалось, ибо я был твердо убежден – Харлаф и армейская жизнь несовместимы. Тупые приказы и беспрекословное подчинение я терпеть не мог, хотя с понятием дисциплины и был знаком. Отец привил его мне с помощью ежедневных трехразовых розог по особо важным местам.

По правде сказать, отец не долго горевал по поводу непутевого дитяти – открывшийся у меня в семь лет (на два года раньше стандартного) магический Дар направил его мысль в иное русло, что меня, естественно, обрадовало. С этого времени приличная доля средств семьи начала уходить на найм для нас с сестрой учителей по так называемым общим дисциплинам: грамоте, счету, истории и географии. И теперь, когда мечта отца сбылась и я счастливо (хоть и не совсем добровольно, так как должен был это сделать лишь через год, по причине скудости семейного бюджета на данный момент) отбыл в столицу поступать в Академию магии, то был уже неплохо подготовлен. А для крестьянина так и вовсе прекрасно. Отец в прошлом году даже возил меня в Стратон и за большие деньги добился в одной из самых престижных столичных школ для третьего сословия, чтобы там у меня приняли экзамен. Который я успешно и сдал, получив аттестат с отличием. К тому же, так уж совпало, что терпение моих односельчан лопнуло как раз незадолго до первого дня весны – дня начала вступительной кампании в Академию магии. Я решил не спорить с Судьбой.

Все вышеперечисленное внушало мне уверенность в своих силах и держало настроение на высоте, жизнь была хороша. Помахав на прощание угрюмым односельчанам, я крепко обнял темного, как грозовая туча, отца, поцеловал в щеку сестру и уверенно зашагал вперед, к лучшему будущему.

– Удачи, Хар! – немного грустно произнесла мне вслед Эльвира, тоненько всхлипнув в рукав. Я, не оборачиваясь, помахал в последний раз рукой и, поправив переброшенную через плечо кожаную сумку, ускорил шаг. Все слова были сказаны еще вчера.

Вскоре родные Петухи остались далеко позади, а затем и вовсе исчезли из виду. Зато впереди показалась другая деревня, немного поменьше нашей, победнее и населенная не вольными землепашцами, а зависимыми крестьянами, полновластной собственностью графа Улафа фор Цвейхе. Вроде бы точно такие же дома, такая же одежда и такие же люди, но атмосфера… ощущение безнадежности и затаенной лютой злобы, запомнившееся мне по прошлым посещениям, настолько угнетали, что я не решился пройти Крупки насквозь, а сделал широкий круг и обошел стороной. Эта чувствительность (особенно она развилась в последние месяцы) наряду с белой кожей, резко контрастировавшей с крепким деревенским загаром моих сверстников, также часто служила причиной насмешек, но я не особо расстраивался по данному поводу, ведь это плата за магический Дар. Я просто более полно чувствовал Мир во всем его многообразии.

Быстро обогнув Крупки стороной, я снова вышел на дорогу, а она спустя пару часов ходу вывела меня на широкий торговый тракт, который должен был через два-три дня привести уже в саму столицу. По нему я и двинулся, обгоняя медлительные крестьянские телеги, уступая дорогу каретам и всадникам и даже не пытаясь напроситься к кому-нибудь в попутчики. К пешим походам я привычен и могу шагать, не особо уставая, от рассвета и до позднего вечера, благо у нас, в центральной провинции, с разбойниками получше, чем на приграничных территориях. Кстати, ночевать я собирался просто у дороги – цены на постоялых дворах из-за близости столицы кусались, и я считал, что лучше сэкономить деньги и помучиться, чем спать с комфортом, но быть задушенным огромной гнусной жабой. А холодные ночи… так всегда можно прибиться к разделявшим мое мнение запасливым крестьянам, возившим с собой достаточно дров для небольшого костра.

Так, как-то незаметно, за размышлениями и мечтами о великом будущем, день закончился, тракт опустел, а передо мной в полный рост встал вопрос о привале. Впрочем, он скоро отпал сам собой: впереди, шагах в пятистах дальше по дороге и немного в стороне я приметил костер.

– Стой, кто идет?! – окликнул меня один из сидящих у костра мужиков, поднявшись на ноги и положив руку на длинный, максимально позволенного размера для третьего сословия, кинжал на поясе. Остальные мужики лишь повернули головы в мою сторону, даже не потянувшись к оружию.

– Путник, – честно признался я, выходя в создаваемый костром широкий круг света. – Можно присоединиться?

Недолгая пауза, во время которой на лице самого активного мужика отразились все перипетии его непростых взаимоотношений с мыслительным процессом, заставила меня напрячься. Но мужик наконец до чего-то додумался:

– Подходи, – и уселся обратно на полено.

– Да будут милостивы к вам боги, – вежливо поблагодарил я хозяев, выбирая себе из кучи полено поудобнее и присаживаясь поближе к костру. Из сумки я достал флягу с вином, припасенную специально для подобных случаев, и передал ее «активному».

– Ух, доброе вино, – резюмировал спустя пару минут мужик, передавая флягу по кругу. – Что ж, путник, вежество ведаешь. Меня Казимиром прозывают, – дальше он начал представлять своих друзей по кругу, указывая рукой. – Это Славен, Юрась, Араз… кхм-м… Янек и Дударь. А тебя как звать-величать?

– Харлаф, сын Брамака, из Больших Петухов.

– Кхм… Харлаф, говоришь? Чудное имя…

– Родители назвали, не сам выдумал, – пожал плечами я.

В этот момент мне в руки всунули флягу, вино в которой плескалось уже на дне. Я сделал маленький глоток, сразу же передавая практически пустой сосуд дальше.

– Ага… Куда ж ты путь держишь, ежели не секрет? – Казимир, быстро, в несколько глотков допив вино, снова протянул флягу мне.

Флягу я засовывал в сумку нарочито медленно и сосредоточенно, обдумывая в это время ответ. С одной стороны, можно сказать правду, но тогда неизвестна реакция мужиков, – мне бы не хотелось из-за крестьянских предрассудков остаться без теплого костра под боком, а с другой – маг я или не маг?! Ну ладно, пока не маг, но ведь буду! Что же мне это скрывать? Тут гордиться надо!

– На мага иду учиться, – все же признался я, с интересом наблюдая за реакцией людей на такое признание.

Казимир удивленно крякнул, немного отшатнулся, но сразу же успокоился и посмотрел с любопытством, пригладив левой рукой бороду. Один из его товарищей, кажется Янек, вытаращил глаза от ужаса, но остался сидеть (просто ноги отказали, скорее всего). А вот остальные вскочили на ноги и согнулись, то ли собираясь бежать с низкого старта, то ли кланяясь. Уважение к магам (читай благородным), было впитано этими людьми с молоком матери.

– На мага? А разве ж господин благородный? – осторожно поинтересовался Янек – причина поклонов стала понятна. Также я понял, что умом мои новые знакомые не отличаются – я ведь представился, а из имени ясно видно, к какому сословию человек принадлежит.

– Нет, третьего сословья, – не стал я присваивать чужие заслуги (простолюдин, назвавшийся благородным, подвергался серьезному наказанию, вплоть до смертной казни).

– А разве ж такое бывает, чтоб простой человек магичить мог?

– В Академию принимают не только благородных, – веско возразил я. – Любой свободный человек может туда поступить!

В ответ Янек пренебрежительно махнул рукой, несколько снисходительно и покровительственно взглянув на меня:

– А разве ж то маги, то колдуны получаются.

– Ага, – поддакнул Дударь, болезненного вида худощавый мелкий мужичок, усаживаясь обратно на бревно с независимым видом. – Ты б, малец, не трепал языком попусту.

Каким чудом я сдержался и не врезал мужичонке в глаз, сам не знаю. Но не врезал. Сдержался, а вскоре разговор сам собой затух и все разбрелись спать. Через несколько минут ночную тишину уже разрывал многоголосый раскатистый храп… лишь я лежал и, глядя в глубокое звездное небо, размышлял над словами Дударя. Смогу ли я стать магом, хватит ли силы Дара? Я и раньше думал об этом, но всегда гнал плохие мысли прочь… Вот и сейчас сделаю то же самое! Все у меня обязательно получится! Спать!

Проснулся я рано, еще до рассвета, и, тихо собравшись, осторожно покинул небольшой лагерь. Если потороплюсь, то успею в столицу к вечеру. И пусть вступительные испытания в Академию только через три дня, но лучше потратить время с пользой в столице, чем болтаться без дела по тракту.

Второй день путешествия, так же как и первый, прошел без происшествий, если не считать чуть не сбившего меня с ног всадника. Близилась ночь, из-за горизонта виднелась уже лишь половина кроваво-красного шара Мистеля, и тьма с каждым мгновением укрепляла свои позиции, заставляя меня нервничать – не хотелось бы ночевать под открытым небом. Но вскоре опасения развеялись – вдали показались стены Стратона. Я расслабился, предвкушая горячую пищу и теплую ванну (привычка часто мыться выделяла меня из массы односельчан и вызывала перешептываний о ненормальности едва ли не больше, чем поджоги), как вдруг шагах в тридцати впереди, откуда-то из оврага у обочины, раздался заунывный волчий вой. Что за бред? Какие волки в этих местах?

Оказалось, самые обычные. На двух ногах и с бандитскими рожами. И конечно, они охотились стаей – шестеро спереди и шестеро сзади. Оп-па! Повезло… И как это я их не заметил? Тьма! Дюжина бойцов – это серьезно, к тому же четверо из них с луками… без шансов (стрелы я отбивать не умею, увы, хотя отец и рассказывал о способных на такое умельцах, но верится в это слабо). А у меня только жалкий кинжал… да даже будь это полноценный меч, я бы все равно ничего не смог сделать – мои таланты мечника не простирались настолько далеко.

– Сымай одежку, бросай сумку на землю и проваливай, – пробасил украшенный косым шрамом от переносицы через всю щеку смуглый здоровяк с добротным мечом на поясе и в кольчуге до середины бедер. – Я сегодня добрый.

Я начал раздеваться. А что еще оставалось делать? Только запоминать. Что я и делал, внимательно всматриваясь в лица подонков и стараясь запомнить их в мельчайших подробностях (на память я никогда не жаловался), с некоторым удовольствием отмечая, как под моим взглядом некоторые бандиты поеживаются и нервно бледнеют, покрепче стискивая оружие. Никогда бы не подумал, что способен взглядом кого-то испугать, но со стороны виднее.

Через пару минут я уже стоял возле кучки вещей в одних подштанниках и хмуро наблюдал за главарем. Тут уж рулетка: или убьют или нет, как карты лягут.

– Подштанники сымай, – ощерился из-за плеча главаря мелкий крысомордый субъект. – Гнида, – добавил веско.

Я не шелохнулся. В принципе, раздевшись, я ничего не потерял в плане боеспособности: в одежде или без, защита у моего организма абсолютно одинакова, а кинжал лежит сверху на куче тряпья, и схватить его проще простого. Пару уродов положить я успею наверняка.

Главарь осклабился:

– Крыс, заткнись! – Видимо, мой взгляд отразил пронесшиеся в голове мысли и решимость идти до конца. – Еще раз вылезешь – прикончу! Пусть молодой человек сохранит что-нибудь в память о родном доме… – И уже мне: – Понял, сосунок? Это тебе подарок за хорошее поведение, запомни мою доброту! Ха-ха-ха!

– Я запомню, – процедил я, глядя бандиту прямо в глаза.

Бугай нахмурился:

– Отойди на два шага.

Едва я отошел, крысоморд подбежал и воровато схватил мои вещи в охапку.

– Кнут, давай его прирежем, а? Не нравится он мне. Ай! За что?

Крыс получил в морду и отскочил.

– Я тебе сказал, не лезь! – произнес Кнут, обтирая с кулака кровь платком. – Мне не нужны ловчие маги на загривке!

Спустя минуту я остался на дороге один… Один, без денег (между прочим, в сумке было целых десять золотых, со скрипом собранных отцом мне на жизнь в отнюдь не дешевой столице), без одежды и, самое главное, без документов. Хуже и не придумаешь – в город мне теперь хода нет, мало того что не пропустят в таком виде и без пошлины, так еще и арестуют. Ведь документа, подтверждающего вольный статус, у меня теперь нет, а с беглыми холопами разговор короткий. Пока суд да дело, разбирательство, прием в Академию закончится. Да и будет ли кто разбираться? Любой благородный рад приписать себе лишнего раба…

Выход один: проследить за разбойниками и попытаться вернуть свои вещи.

Все эти размышления заняли у меня буквально несколько мгновений, и, приняв решение, я неспешно пошел вслед за бандитами. Они не могли уйти далеко – рабочее время еще не закончилось… Я оказался прав – рыцари дубины и топора действительно не удосужились отойти далеко, нагло устроив лагерь буквально в сотне метров от дороги, в овраге.

С зубовным скрежетом я наблюдал за дележом своего имущества. Уж как мне хотелось придушить гадов, кто бы только знал! Жаль, я не какой-нибудь герой баллад, повергающий врагов одной левой. А как бы хотелось! Эх, не было б у них луков! Тогда я, может быть, и попытал счастья. И то не знаю… я еще никогда не убивал людей, весь мой боевой опыт состоял только из схваток с отцом. Правда, с ним я шел почти на равных, выигрывая в скорости и ловкости, но проигрывая в опыте. Но разве можно определить свой уровень, сражаясь всегда только с одним партнером? Других же мне как-то в жизни не попадалось, если не считать таковыми деревенских увальней с оглоблями.

Спустя полчаса дележ добычи плавно перешел сначала в драку (впрочем, Кнут быстро успокоил бузотеров), а затем, вполне закономерно, в пьянку. Я уж было понадеялся, что сволочи перепьются и заснут прямо здесь, предоставив мне шанс на реванш, но Кнут держал своих шакалов в ежовых рукавицах. Немного поворчав, бандиты собрались и отправились занимать позиции у дороги.

Едва только последний разбойник скрылся в темноте, я поднялся и, пригнувшись, быстро перебежал к стоянке. Костер, естественно, был потушен, но и света от углей мне вполне хватило – в небольшой кучке мусора, предназначенного для растопки, я заметил свиток. Дрожащими руками, не веря в свою удачу, развернул бумагу и облегченно вздохнул, – по крайней мере, документы вернул, уже хорошо. И, как говорится, хорошенького понемножку, не буду испытывать Судьбу. Уж чего-чего, а терпения мне не занимать, и память у меня очень длинная. Когда-нибудь мы встретимся с Кнутом на узкой дорожке.

Я скрылся в темноте.

А через полтора часа я достиг городских стен, и, конечно, по закону подлости ворота закрылись прямо у меня перед носом, показав напоследок гнусно ухмыляющуюся рожу стражника. Надеюсь, не стоит говорить, что раньше срока ворота для меня никто не откроет, не такая уж я большая шишка. Придется ночевать за стенами. Ублюдочные разбойники, да и стражники не лучше! Тысячу демонов им в грызло!

Пришлось возвращаться обратно – шагах в трехстах дальше по дороге стоял постоялый двор, как раз для опоздунов вроде меня… или же для тех, кто хочет шумно отдохнуть за пределами города.

Последняя мысль пришла мне в голову, только когда я вошел в трактир при постоялом дворе, – зал оказался буквально забит людьми под завязку, причем людьми вооруженными… Вот так повезло…

Растерявшись, я застыл прямо в дверях, не решаясь войти. В мою сторону сразу посыпались шуточки. Что же делать? Предчувствие у меня не самое хорошее, но выбора все равно нет. Единственный шанс попасть в город – это напроситься на постоялый двор на работу. За оставшиеся до начала набора в Академию дни я должен каким-то чудом заработать на более-менее приличную одежду.

Надо идти.

Глава 2

Весь день у Харальда Рагнарсона, даже несмотря на праздник, было на редкость паршивое настроение – возглавляемый им отряд наемников гулял с самого раннего утра с упорством, достойным лучшего применения, пропивая свой месячный заработок. Вокруг Харальда трактир ходил ходуном, то тут, то там раздавались крики, лязг оружия и кубков. В углу трое наемников избивали какого-то доходягу. Еще двое, опершись руками о стол, вели разговор на повышенных тонах с охранниками жирного купца, вжавшегося в стену и обильно потевшего. Все как всегда, но сегодня привычные развлечения казались Харальду глупыми и совсем не веселили, заставляя лишь угрюмо заливать в себя один кубок вина за другим.

Внезапно гул в зале немного притих. Сидящий рядом лейтенант ткнул Харальда в бок локтем и кивнул на дверь. Харальд поднял взгляд и не поверил своим глазам: в дверях трактира застыл молодой парень, одетый в одни лишь серые шерстяные подштанники. Капитан окинул взглядом нежданное развлечение и в первый раз за день усмехнулся. И не он один, в адрес паренька тут же посыпались шуточки. Полупьяные солдаты нашли себе хорошее развлечение. Если чудо в кальсонах не прислушается к голосу разума и сейчас же не уберется подальше, то неприятности ему обеспечены.

Харальд недовольно поморщился… Глупый сопляк сдвинулся с места и, стараясь держаться поувереннее, пошел по образованному крепкими телами солдат коридору. И конечно, без инцидентов не обошлось. Где-то на середине зала Тругге Весельчак, записной «юморист» отряда, провернул один из своих номеров, резко выставив ногу в сторону… Но ожидаемого всеми эффекта не получилось, каким-то чудом успев заметить препятствие, парень ловко перепрыгнул ногу Весельчака и как ни в чем не бывало продолжил путь. Со стороны бойцов раздалось несколько одобрительных возгласов и шуток, только теперь уже в адрес Весельчака. Тругге, обожавший издеваться над другими, шуток в свой адрес не терпел. Побагровев, он резко вскочил на ноги, в несколько шагов догоняя парня.

– Стой, дерьмо! – проревел Весельчак, хватаясь своей лапой за плечо юнца. – Извинись!!

– Мне не за что извиняться, – спокойно произнес мальчишка, движением плеча сбрасывая руку наемника и пытаясь продолжить путь.

А дальше события понеслись вскачь…

Тругге, взбешенный поведением наглого сопляка, злобно ощерив зубы, снова схватил того за плечо. Захват руки, залом… и удар коленом в лицо отбросил Весельчака на соседний стол. На несколько мгновений в зале настала ошеломленная тишина. Подгулявшие наемники долго осмысливали случившееся – все произошло слишком стремительно для их заторможенного алкоголем восприятия.

– Ах ты… – среагировал один из друзей Тругге, гневно приподнимаясь из-за стола.

Но больше ничего сделать он не успел: одним широким плавным шагом парень переместился к новому противнику и, выбив у того ногой из-под задницы табурет, с размаху впечатал головой в стол. И завертелось. Разворот… удар в печень… локтем назад… бросок через плечо… серия ударов по корпусу… головой в горбатый нос Анвара Орла, и… на этом удача от молодого человека отвернулась.

Теперь, немного понаблюдав за схваткой, Харальд совсем по-другому рассматривал странного гостя. У того была очень неплохая школа боя: движения экономные, без лишних широких замахом, прыжков, кувырков и прочей туфты – каждый удар нанесен наверняка, чтобы нанести максимально возможный урон противнику и потратить как можно меньше сил. Парня явно учил кто-то из бывших вояк, скорее всего какой-нибудь ветеран-легионер, их школа.

Пока Харальд размышлял, его волки успели свалить юнца на пол, начав со смачным хеканьем пинать ногами.

– Прекратить! – Харальд не собирался позволять обозленным наемникам запинать парня до смерти. – Прекратить, я сказал!

– Капитан! Да этот сучонок Кладеру руку сломал… понял, понял, – отступил под взглядом командира возмущенный боец.

Воины расступились.

– Жив?

– Жив, – через несколько секунд произнес отрядный лекарь, нащупав на шее у паренька пульс. – Но досталось хорошо. У него крепкие мышцы, да и закрылся грамотно, а то все могло бы быть намного хуже. А вот о смазливой внешности ему придется забыть надолго.

– Хорошо… Эй, хозяин, живо организуй свободную комнату, – крикнул Харальд. – А вы, – взмах рукой, – тащите его за трактирщиком. Живо!

Очнулся я от бившего в глаза яркого света Мистеля. И застонал – все тело было одним сплошным комком боли. Что случилось?.. У-у-у! Так, кажется, вспоминаю: ограбили… в город не успел… наемники… драка. Ох, здорово же мне досталось! А где это я, интересно? На небеса не похоже… О! Одежда. И откуда? Хотя какая разница, халява же.

Я, постанывая, начал одеваться. Хм, а кальсоны где? И пахнет от меня очень знакомо, мазью… сам такую делать умею. Синяки сводит за неделю, проверено. Стоп! А день-то сейчас какой?

Испуганный мыслью об опоздании на экзамен, штаны и куртку я натягивал как молодой, хотя и чувствовал себя девяностолетней развалиной. Правда, на то, чтобы спуститься без проблем по лестнице, сил уже не хватило. Едва не сверзившись прямо со второго этажа, я, при поддержке подоспевшего мальчугана лет двенадцати, все же спустился в злополучный зал и, усевшись за ближайший стол, перевел дыхание.

А через минуту передо мной стояла полная миска овощного рагу и пиво. Я вопросительно взглянул на служанку.

– За все заплачено господином капитаном, – мило улыбнулась девушка.

– Каким еще капитаном?

– Командиром… тех наемников… Господин Харальд приказал отнести вас в комнату и прислать лекаря. Он хороший, – вздохнула служанка мечтательно и добавила строго: – Ешьте. Капитан сказал, придет вечером после заката, тогда и наговоритесь. Вам лекарь вообще запретил вставать еще пару дней.

– Сколько я пролежал? – спросил я, приступая к трапезе.

Девушка нахмурилась, но ответила:

– Два дня, – и ушла.

Вот блин горелый! Завтра начинаются вступительные испытания в Академию. Чуть было не пропустил. Еще немного, и все, жди следующего года. Вообще-то набор в Академию длится три дня, но для поступления третьего сословия выделен только самый первый.

Рагу было мною буквально сметено с тарелки, настолько я оголодал. Не испортила удовольствие даже неприятно ноющая челюсть. Залпом допив пиво, я отправился обратно в комнату. Раз уж ситуация более-менее прояснилась, можно пока лечь поспать…

Проснулся я от тихого стука.

– Войдите!

Дверь открылась, и в комнату вошел крупный мужчина в легком доспехе и с мечом на поясе, но без шлема. Средней длины борода его была завита в три косицы, с головой выдававшие в нем коренного жителя Норка – только северяне заплетали бороды, у них это считалось отличительной чертой воина. А вот, видимо, и Харальд.

Я сдвинулся на кровати, приняв положение полусидя.

– Да будет с тобой милость богов, – поприветствовал меня, как хозяина жилища, воин.

– Благодарю. Присаживайтесь, будьте моим гостем. – Я убрал одежду с табурета и бросил на кровать.

Харальд осторожно присел, с опаской прислушиваясь к скрипу под собой.

– Вы и есть Харальд?

Харальд поморщился:

– Ты это брось! Я же не конунг, чтобы меня на «вы». Просто Харальд, Харальд Рагнарсон. – И напомнил: – Кстати, ты не представился.

– Харлаф из Больших Петухов, сын Брамака.

Брови наемника поползли вверх.

– Как? Харлаф? Странное имя для этих мест.

Да что все к моему имени-то прицепились? Сам знаю, что необычное!

– Отец назвал меня Харлафом по просьбе своего побратима, а он был родом из Норка.

– Ты знаешь, что означает твое имя? – с интересом спросил воин и пояснил: – «Хар» на северном языке – вождь, господин, повелитель. А «лаф» – огонь, пламя… Ты не знал? – догадался Харальд, заметив на моем лице выражение крайнего удивления.

Я молчал.

– Нет. Не знал, но… демона мне в зад! Как же подходит! Неужели это был не просто сон?

Харальд заинтересованно придвинулся:

– Ты о чем? Что за сон?

– Понимаешь, я пришел в Стратон, чтобы поступить в Академию магии. – Я быстро натянул штаны и, потянувшись до хруста в суставах, встал. – Причем на факультет Огня.

– Вот как, – задумчиво протянул северянин, оглаживая бороду. – Не зря говорят: как драккар назовешь – так он и поплывет. М-да… Подожди, а сон-то здесь при чем?

Я, превозмогая боль, начал делать разминку. Нужно разогнать кровь, тогда и синяки быстрее заживут, ответил:

– У моего отца во время службы в легионе был побратим, норкский рунный жрец. Уж не знаю, где и как они побратались, но так уж случилось. – Я закончил разминку и приложился к стоящему на столе возле окна кувшину с каким-то травяным отваром. Хм, неплохо! – Потом побратим уехал на родину, и больше они с отцом не виделись. Но однажды, в ночь перед моим рождением, он явился отцу во сне и посоветовал назвать сына Харлафом. Конечно, отец согласился – брат плохого не посоветует… Вот и вся история.

Харальд потер лицо ладонями.

– Как его звали?

– Кого? Побратима? Не знаю. – Я сел на кровать. – А что?

– Только очень сильный жрец может прийти во сне к человеку, и такие жрецы известны каждому в Норке… Я думаю, ты связан со жрецом узами крови. Потому он и узнал о твоем Даре и решил дать имя.

– Но зачем?

– В Северных землях вообще большое значение придается именам. Скорее всего, просто суеверие, но некоторые относятся к этому очень серьезно.

– Ясно. Не знал… И еще: спасибо, что спас, я у тебя в долгу.

– Да брось ты! – махнул рукой Харальд, поднимаясь на ноги. – Это же мои орлы тебя оприходовали. Кстати, это отец тебя драться научил? Грамотно.

– Отец. Он меня в легионеры готовил, а я вот решил в маги податься… – Я усмехнулся, тут же поморщившись от боли.

Уже возле самых дверей северянин, немного поколебавшись, сказал:

– Зря ты это затеял, Харлаф. Никуда ты не поступишь…

– Да у меня…

– Плевать все хотели на твой Дар! Для высокородных ты всего лишь быдло… – Я вскинулся. – Подожди, я не хочу тебя обидеть! – произнес Харальд примиряюще. – Знаешь, давай сделаем так… завтра я пойду с тобой.

– Не на…

– Надо. А чтобы ты проникся, подойду я лучше ближе к концу дня. К тому времени все иллюзии у тебя уже пропадут.

– Нет у меня никаких иллюзий! Я всю жизнь в трактире проработал и прекрасно знаю особенности сословных отношений Эсхара. Но ведь в правилах поступления ясно сказано…

– Забудь этот бред! Эти правила составлены из-за имперцев… – Заметив мое недоумение, пояснил: – Между вашей Академией магии и Арранским Университетом Всех Стихий подписан договор о сотрудничестве и обмене опытом. В результате имперцы получают рычаги влияния в Эсхаре, а ваши маги приобщаются к новейшим достижениям магической науки. Выгода для всех.

– А при чем здесь правила приема в Академию? – высказал я крутившуюся в голове мысль.

– Все просто, в Университете учиться может любой свободный с достаточно сильным Даром, а потом он возводится в дворянское достоинство. Понял?

– Не-ет.

– Боги! – Харальд вознес руки к небу, сетуя на непонятливость собеседника, но вернулся и сел обратно на табурет. – Что здесь непонятно?! Просто при заключении договора арранцы потребовали ввести те же правила приема в Академию, что и у них. И, конечно, ваши согласились, допустив к поступлению всех свободных людей. Но и здесь нашлась лазейка. Да, формально каждый, имея достаточно сильный Дар, может поступить… Вот только на деле за сто пятьдесят лет, прошедшие с подписания договора, ни один представитель не первого сословия не смог поступить на факультеты Стихий.

Вот здесь я уже запутался. Откровенно говоря, все, что я знал об Академии, я мог изложить буквально за несколько минут неспешной беседы. Нужно расспросить Харальда, раз уж он столько всего знает.

– Подожди. А как же адеры?

– Ладно, объясню тебе все в подробностях, – вздохнул воин. – Запоминай, может, и пригодится. Как ты уже наверняка знаешь, существует семь Первооснов Мира, или Стихий, как их еще называют: Огонь, Вода, Земля, Воздух, Тьма, Свет и Жизнь. – Я кивнул. – Так вот, учитывая, что обучение владению Светом и Тьмой производится при храмах богов соответствующей направленности, есть пять стихийных факультетов, по одному на Стихию, плюс Рунный факультет, которые и составляют Академию.

– Я пока ничего… – прервал я Харальда, не совсем понимая, куда он ведет.

– Поймешь… Так уж сложилось, что на факультетах Стихий обучаются одни лишь благородные, оставив Рунный на откуп другим сословиям. Вот выпускники этого факультета и получают звание колдуна и приставку к имени «адер», что с древнего наречия значит «приближенный». Звание же мага получают только выпускники стихийных факультетов. И, предваряя твой вопрос, скажу – разница огромна: срок обучения магов составляет пять лет, а колдунов всего год. Чему можно за это время научиться? Вот и выходят неумехи, способные лишь на простейшие действия. К тому же как боевые чародеи колдуны абсолютно несостоятельны, их магия слишком слаба и медлительна.

– Я не понимаю, – возмутился я. – Ведь государству должно быть выгодно, если у него много высококвалифицированных чародеев!

– Так-то оно так, но ты не учел страха потери власти и косности мышления большинства благородных. Они искренне верят в собственную избранность!

– Хорошо, допустим, боевых магов из простонародья они боятся растить… – Я заходил по комнате, в запале почти не чувствуя боли. – Но ведь рунных-то вполне можно обучить полноценно, если они так слабы в бою.

– А зачем рисковать? Для бедноты вполне хватает и того, что могут предложить колдуны, а богачи имеют возможность приобрести необходимый артефакт у гномов. Вот уж где великие мастера по рунам.

– Получается, шансов стать боевым магом у меня нет? – спросил я разочарованно. Харальд говорил очень убедительно, и причин ему не верить не было. – Тогда остается Рунный факультет…

– Здесь шансы есть, но небольшие. Если ты еще не понял, государственный строй Эсхара полностью прогнил: благородные ненавидят и презирают второе сословие, богатые купцы презирают свободных крестьян и горожан, а те в свою очередь презирают крепостных. На Рунном учатся только люди второго сословия. Почему ты решил, будто тебе позволят стать с ними вровень?

– Что же делать?

Я начал отчаиваться – слишком уж безрадостную картину нарисовал собеседник. Харальд молчал, раздумывая.

– Пожалуй, я смогу помочь… А теперь спи, завтра утром тебе рано вставать. – Капитан резко поднялся на ноги и вышел, я не успел даже спасибо сказать.

Что ж, спать так спать. Возражений не имею.

Рано утром, едва только взошел Мистель и открылись городские ворота, я вошел в Стратон, направляясь к видневшемуся в центре города комплексу зданий Академии. Улицы столицы гудели: скакали верхом на великолепных лошадях благородные, старательно демонстрируя всем свои гербовые перстни, степенно проходили жрецы в плащах черного и белого цветов, окаймленных алой полосой… А уж сколько вокруг мельтешило простонародья!

Дважды меня толкали и отгоняли в сторону сурового вида купеческие охранники, защищая обвешанную шелками и драгоценностями, как древо желаний, тушку хозяина. Один раз чуть не затоптал лошадью высокомерный дворянин, сначала с удивлением уставившийся на меня, оценивая мою внешность. Мы были похожи внешне: одинаково снежно-белая кожа, высокий рост, оба жгучие брюнеты, а затем презрительно скривился, не увидев у меня на пальце перстня. Я поспешно ретировался, затерявшись в толпе. Лучше не искушать судьбу, мало ли что фору взбредет в голову. Вокруг море людей (в Стратоне проживало около ста тысяч человек), но ни один и пальцем не пошевелит, если дворянин меня прямо на улице прирежет. А оправдаться он сможет. Проходили.

Лишь спустя минут сорок я подошел к воротам Академии, сегодня по случаю приема абитуриентов открытым настежь. Никто меня задерживать не стал, даже документов не спросили, хотя на городских воротах промурыжили долго, в конце стребовав двойную плату за вход.

И вот я внутри.

Сразу за воротами, метрах в тридцати, расположено огромное здание учебного корпуса, которое занимало больше половины площади двора, с одной стороны подступая к стене, а с другой оставляя небольшой промежуток для мощенной мрамором дорожки, уходившей в глубь двора. Что там расположено, я мог только гадать.

Огромные, тяжеленные с виду двери с надписью «Главный вход» открылись с потрясающей легкостью, никак не сочетавшейся с их внешним видом. Я вошел. Внутри было пусто, лишь несколько пышно одетых парней и девушек в окружении охранников и слуг бродили по залу, а в креслах у стены восседали надутые от собственной значимости их родители. Ни одного благородного не было, хотя естественно, и они могли сегодня попробовать поступить. Но сдавать экзамен вместе с простолюдинами? Фи!

– Благородный фор, позвольте узнать ваше имя?! – подобрался ко мне сзади одетый в расшитую серебром ливрею служащий, принявший меня по ошибке за дворянина (спасибо Харальду за одежду).

Здесь стоит немного объяснить сложившуюся ситуацию. Дело в том, что в Эсхаре наблюдается один любопытный феномен – четкое разделение благородных и простолюдинов по внешнему виду…

Случилось это шесть столетий назад. В королевстве эльфов Ночи, чьи владения располагались на другом конце материка, в результате государственного переворота произошла смена правящей династии. Проигравший и изрядно поредевший бывший правящий род Рроуниссилл отправился в изгнание… Спустя год в Эсхаре появилась новая королева, отнюдь не человеческих кровей. Естественно, скоро примеру короля последовали и его подданные.

Так в среде эсхарских дворян появились полукровки, перенявшие от своих эльфийских родителей более высокий рост (в среднем на голову выше коренастых и смуглых простолюдинов), густые черные волосы, белую, не поддающуюся загару кожу, утонченные черты лица (хотя и вполне человеческие), возможность прожить до ста пятидесяти лет и превосходящие людские ловкость, скорость реакции и силу. Правда, на этом общее с эльфами Ночи у полукровок и заканчивалось: оранжевые глаза с вертикальными зрачками и приличной длины когти с клыками, а также заостренные уши потомкам беглецов не достались, как и ночное зрение с повышенной регенерацией. Хм… я, кажется, отвлекся.

Дальше же все понятно. Хотя эльфов было всего полтора десятка и они породнились только с несколькими родами, но, учитывая браки благородных в своем узком кругу, спустя шестьсот лет девяносто процентов благородных Эсхара щеголяло белой кожей – эльфийская кровь оказалась сильна и не желала сдавать свои позиции даже спустя столько столетий. Ах да, род Рроуниссилл однажды ночью поголовно вырезали Ночные Тени – элитные убийцы Темного Престола.

– Харлаф, сын Брамака, из Больших Петухов, – ошарашил я чиновника.

Что началось дальше, нужно было видеть – на лице несчастного за несколько мгновений отразилась целая гамма чувств – от удивления и досады до злости и крайнего раздражения. Как бы его не хватил инфаркт от таких страстей!

– Хорошо, – играя желваками и украдкой оглядываясь по сторонам, не заметил ли кто-нибудь его оплошности, буквально выплюнул писарь, небрежно черкая что-то пером в небольшой книжице. – Тебе налево.

Я пожал плечами и поспешил последовать совету, направившись к стоящим у стен креслам… Где и просидел следующие десять часов. Мимо меня в дверь экзаменационного покоя проходили все новые и новые люди, кто-то выходил обратно, улыбаясь и едва ли не приплясывая, кто-то с трудом сдерживая слезы, а мое имя никак не выкрикивали, продолжая упорно игнорировать. Попытка поспорить окончилась ничем – мое возмущение разбилось о холодное презрение секретаря и угрозу выпроводить за дверь.

Внезапно удар колокола оповестил об окончании испытаний через час. Я решительно встал и направился к стойке секретаря, решив на этот раз идти до конца.

– Когда настанет моя очередь проходить испытание? – поинтересовался я, еле-еле сдерживая ярость, полным льда голосом. – В конце концов, я жду с самого утра.

Секретарь, тощий, болезненного вида человечек, окинул меня уничижительным взглядом и начал листать журнал.

– Как зовут?

– Харлаф из Больших Петухов, – произнес я с проклюнувшейся надеждой.

Мужичок пролистал журнал в самое начало… Как он умудрялся так долго и со вдумчивой степенностью листать четыре листа, я не понял.

– Нет такого в списке.

Я не поверил своим ушам.

– Как – нет?! – перегнулся через стол я, вырывая из рук гниды-секретаря журнал. Моего имени там действительно не было. – Меня же спрашивали!

– Ничего нет, – силой возвращая журнал обратно, буркнул секретарь. – Шел бы ты отсюда ку…

– Идти?!! – заорал я, хватая ехидно ухмылявшегося уродца за грудки. Ухмылка слетела с него в мгновение ока. – Да я тебя!

– Охрана! Взбесившийся смерд меня убивает! – завизжал секретарь, и в ответ на его крик из боковой дверцы в зал тут же вбежали двое охранников с обитыми железом дубинками.

– Не нужно возмущаться, – послышался неожиданно у меня за спиной спокойный, чуть хрипловатый голос Харальда. – Думаю, мы сможем уладить это маленькое недоразумение.

Я отпустил секретаря и повернулся к Харальду.

– Ты был прав. Я и не представлял, насколько это сложно.

– Ничего. Разберемся. – И уже секретарю: – Ты знаешь, кто я?

– Конечно, господин капитан, – мелко закивал головой мужичок. – Кто же не знает начальника стражи Нижнего города.

Однако! Оказывается, Харальд начальник стражи. Интересно, неужели в Эсхаре нет своих желающих стать стражниками, что приходится нанимать на стороне?

– Тогда познакомься. Это мой друг Харлаф. И ты знаешь, чего я хочу.

– Извините, капитан, но время регистрации уже закончилось и…

Тощий попытался было увильнуть, но у него ничего не вышло.

– Ты мне здесь не лепи, я знаю ваши правила, – прорычал Харальд, опершись кулаками о стойку. – Будешь юлить, я поговорю со своими друзьями в Арране и устрою вашей кодле веселую жизнь. Пиши!

– Хорошо. – Секретарь неожиданно легко сдался, поморщившись как от головной боли. – Проходи. – Это уже мне.

Я рванул к дверям.

– Харлаф, подожди! – Харальд остановил меня у самого входа. – Нужно поговорить.

– Но…

– Подождут, – отмахнулся наемник. – Послушай… Что бы они там ни говорили, теперь, когда тебя допустили к испытанию, все зависит только от тебя. Дело в том, что на испытании присутствует представитель Аррана, контролирующий выполнение договора. И если у соискателя достаточно сильный Дар, то, согласно все тому же договору, принять в Академию его просто обязаны. Но на стихийные факультеты можешь не рассчитывать.

– Ты не можешь помочь? – осторожно поинтересовался я.

Харальд хмыкнул:

– Нет. Во-первых, я блефовал, нет у меня никаких друзей в Арране. Во-вторых, даже если бы и были, они бы ничего не стали делать. Империи просто невыгодно твое поступление на стихийный факультет.

– Но почему? Ведь в договоре…

– А что договор? Договор можно и заключить. Почему бы не получить рычаги влияния на соседа? Все равно же никто его соблюдать в точности не будет. В Арране не дураки сидят. И, пользуясь глупостью ваших властей, арранцы могут, обещая возведение в дворянское достоинство и прочие льготы, спокойно сманивать к себе одаренных и амбициозных магов-простолюдинов, не удовлетворенных своим статусом в Эсхаре.

Ого! Да это же гениально!

– Хорошо, я понял, почему имперцы требовали позволить учиться в Академии простолюдинам. Я понял, почему они закрывают глаза на запрет таким, как я, учиться на боевиков, – зачем им усиление противника (да и недовольство нагнетается, ведь как раз потенциальные боевики не довольны вынужденной учебой на Рунном факультете), но я не понял, почему наши этого не понимают?!

Харальд покачал головой.

– Всего три слова: страх, коррупция и глупость. Вот те киты, на которых держится Эсхар. И это только малая доля. А теперь иди!

И я пошел, а вернее, очень быстро пошел.

– Здравствуйте. – Я вошел в экзаменационный покой и осторожно прикрыл за собой дверь.

В средних размеров комнате находилось всего три человека. Слева, в кресле у стены, сидел светловолосый и голубоглазый мужчина крепкого телосложения, явный имперец, справа – настолько же явный эсхарский аристократ, со скучающим видом полирующий ногти на левой руке, а в центре, за небольшим овальным столиком, разместился еще один, самый старший из троих, одетый в черную ритуальную мантию Академии. Маг.

– Имя? – спросил «мантия», едва я сел напротив него, спрятав руки под столом. Прикоснуться к странному столу с нарисованными на нем рунными кругами (одного большого и двух маленьких, расположенных по сторонам от центрального) я не рискнул.

– Харлаф, сын Брамака, из деревни Большие Петухи, – выдал я. Экзаменаторы зашевелились: арранец заинтересованно придвинулся вперед, рассматривая меня, аристократ в недоумении взглянул на «мантию», а тот, скривившись, бросил короткий взгляд на имперца и что-то прошептал. Подозреваю, проклятия.

– Третье сословие? – поинтересовался имперец. Я кивнул. – Интересно…

– Положи руки на малые круги, – скомандовал «мантия», не желая слушать разглагольствования иностранного коллеги. – Закрой глаза и представь, что погружаешься внутрь себя, найди источник своего Дара, он выглядит как шар энергии, висящий в пустоте, и соедини его мысленно с центральным кругом…

Я послушно закрыл глаза. И тут же меня дернуло, потащило куда-то вниз с умопомрачительной скоростью, понесло в полыхающий огненный шторм. И я нырнул… Большего наслаждения я в жизни не испытывал, этого просто не передать словами… Только спустя долгое мгновение я вспомнил о цели своего прихода сюда. И перед моими глазами тут же медленно завертелся круг из семи разноцветных символов. Я потянулся мыслью к первому, зеленому, символу… выделил мыслью и протянул к нему тонкий огненный жгут… но ничего не вышло. Связь никак не желала создаваться, натыкаясь на незримую стену… Та же судьба постигла и еще пять символов, чему я не удивился совершенно. Только последний, ярко-оранжевый, пылающий диким огнем знак наконец открылся, принимая соединение. Ритуал был завершен. И как только я это понял, чудесный мир исчез, схлопнувшись, и я снова вернулся в реальность.

– …не может быть!!!

Первым, что я услышал после проявления в реальном мире, был изумленный вскрик «мантии».

Открыл глаза. На высоте десяти сантиметров, прямо над большим рунным кругом, висел вращающийся и выбрасывающий во все стороны крохотные языки пламени огненный шарик размером с кулак. Ого! Но гораздо больше сейчас меня заинтересовала реакция экзаменаторов: на лице «мантии» застыло удивление пополам с растерянностью, на лице аристократа отразились те же чувства плюс еще нешуточная злоба, а вот имперец меня порадовал – напомнил вставшую в стойку охотничью собаку… Спустя секунду контроль над эмоциями вернулся, и лица экзаменаторов снова стали невозмутимы.

– Ну что ж, Дар у тебя определенно есть. – Медленно начал «мантия». – Ты можешь быть зачислен в Академию на факультет Рунной магии. – Имперец едва уловимо удовлетворенно улыбнулся. – Но сначала нужно уплатить сто золотых лир за обучение.

Я едва не упал со стула. Сто золотых! Невозможно! У меня нет таких денег. Десять золотых составляет зарплата рядового легионера за год, а семья из пяти человек может прожить на эти деньги пару лет, если особо не шиковать! Стоп! Стоп-стоп-стоп!! Точно, легионеры! Отец же мне как-то упоминал о подобном случае.

– Прошу простить меня, благородный фор, но у меня нет таких денег, – начал я. «Мантия» фальшиво-сочувствующе скривился, но это он зря… – Я бы хотел пройти обучение за счет военного ведомства. Такое возможно?

– Да, – выдавил нехотя экзаменатор. – Условия просты: военное ведомство оплачивает обучение, а после окончания Академии ты должен отслужить десять лет в одном из легионов королевства. В это время у тебя из оплаты будут вычитаться по десять золотых в год… – Угу, я буду служить, да еще и деньги с меня будут снимать. Поражаюсь жадности родного государства. – Согласен на условия?

Естественно, я был согласен, выбора все равно нет, но спросить я должен:

– Погодите, ведь зарплата легионера составляет как раз десять золотых! На что же мне жить?

– Служить начнешь в звании десятника, а им платят вдвое больше, – раздраженно буркнул аристократ, передавая мне лист бумаги с договором.

Ага, так, значит, он от военных! Видимо, ждет завтрашних будущих боевых магов, но и сегодня я ему подкинул развлечение. Не думаю, что купеческие дети часто соглашаются на контракт, подобный моему. За такие гроши (в их понимании) ни один купчина служить не пойдет, есть и более надежные способы заработать, а сотня золотых для купца первой гильдии не деньги.

Я внимательно прочитал и подписал договор. Взял один экземпляр себе, а второй вернул.

– Все, ты зачислен. Поздравляю, – выдавил из себя «мантия». – Держи документы. Иди по дорожке, что обходит учебный корпус справа. Сзади за этим зданием есть пятиэтажное серое строение, тебе туда. Это общежитие. Там спросишь, куда дальше…

– До свидания. – Попрощавшись, я выбежал из кабинета прочь. Пусть не стихийный факультет, но и этого могло не быть. А там посмотрим!

Главное – не сдаваться.

Глава 3

Окрыленный, я выбежал из здания учебного корпуса и помчался по дорожке в указанном направлении… Но к зданию общаги подошел неторопливо, стараясь выглядеть как можно более уверенным в себе. Произвести правильное впечатление в первые минуты знакомства всегда очень важно, будь то армия, тюрьма или студенческое общежитие, – как себя поставишь, так к тебе и будут относиться. А вот переломить негативное отношение очень и очень трудно, зачастую и невозможно.

Я открыл дверь и вошел внутрь.

– Здравствуйте, – поприветствовал сидящего за столом посреди холла молодого человека, скорее всего студента-старшекурсника. – Я поступил…

Парень поднял на меня угрюмый недовольный взгляд, а затем, проведя быстрый осмотр моей тушки и не обнаружив на пальце гербового кольца (у него кольцо как раз-таки было), сморщился, словно съел лимон, и спросил:

– Имя? Факультет?

– Харлаф, сын Брамака, из Больших Петухов, Рунный факультет. А…

Студент-мученик (я никогда не поверю, что даже самый захудалый дворянин добровольно согласится на такой унизительный пост), быстро записав мои данные в здоровенную книгу и на крохотную карточку, протянул мне карточку и напутствовал:

– Это отдашь кастеляну, прямо по коридору и поворот направо, – махнул рукой себе за спину фор. – У него возьмешь постельные принадлежности. Твоя комната номер пятьсот десять, пятый этаж, от лестницы налево, в конце коридора.

Я понятливо кивнул, но страдалец уже не обращал на меня внимания, снова погрузившись в переживания.

В комнату я взобрался только спустя полчаса, выдержав изматывающий бой за новые простыни и буквально вырвав из рук дородного мордатого дядьки ключи от комнаты. Промучившись с дверным замком минут десять, пока не догадался слегка приподнять дверь за ручку, я вошел внутрь… А ничего, небольшая уютная комнатка пять на восемь шагов, кровать, шкаф, стол и стул, тумбочка и подсвечник со свечой, на полу почти новый ковер. Большое окно, выходящее на учебный корпус, совмещенный с душем туалет и небольшая кухня. Неплохо живут колдуны!

Будем располагаться…

Проснулся я часов в семь утра, что было для меня уже довольно поздно, но напряжение вчерашнего дня, видимо, взяло свое. Натянул штаны, взял полотенце и двинулся умываться. По-быстрому освежившись, приступил к тренировке. Конечно, в моей скромной комнатке особо не разгуляешься, но что же делать? Через два часа, закончив разминку и приняв душ, я направился на поиски столовой… Аппетит был зверский.

Столовая нашлась совсем рядом с общежитием, и, заплатив всего пять медяков, я набрал себе такую гору еды, что из-за подноса выглядывала только моя голова, на которую с удивлением таращились все служащие и немногочисленные посетители столовки… Еще больше они удивились, когда я все это съел.

С трудом дожевав последний бутерброд с колбасой, я развалился на стуле, не в силах сдвинуться с места, но по этому поводу я не расстраивался. Все равно заняться нечем, разве что разведать территорию? М-да, это может быть интересным… На территории Академии располагались не только учебные корпуса и общежития, но и различные магические лаборатории и даже полигоны для испытания маломощных заклятий. А вот это может быть действительно интересно!

Но моим грандиозным планам не суждено было сбыться. В зал впорхнула стайка весело о чем-то между собой щебечущих девушек. И на что я обратил внимание – это странные тетради в их руках. А уж слова «библиотека» и «выдали», произвели на меня прямо чудесный эффект. На девушек я еще успею насмотреться (и не только), а вот увидеть самые настоящие магические книги я хотел прямо сейчас.

Расспросив дорогу до библиотеки, которая размещалась в небольшом трехэтажном квадратном здании позади учебного корпуса, я весело вломился в резную дверь строения и обмер. Нет, не так в моих мечтах выглядела Великая Библиотека Ужасных Магических Книг. Я представлял ее чем-то донельзя величественным и прекрасным. Реальность же оказалась значительно… скучнее. Коридор со стенами, обшитыми панелями из какого-то дерева, пяток самых обычных дверей по обе стороны этого самого коридора, лестница на второй этаж, в конце. И все.

В первую от входа комнату с говорящей надписью на дверях «Выдача магических книг» стояла очередь из трех богато одетых парней и одной симпатичной девушки – высокой зеленоглазой блондинки в охотничьем костюме, обтягивающем спортивную фигурку, и с тонким мечом на поясе.

При моем приближении парни сначала насторожились, посчитав опасным конкурентом, а затем, рассмотрев скромную, но добротную одежду и отсутствие кольца у вновь прибывшего, снова начали наперегонки что-то рассказывать девушке. Вернее, попытались, пока троица неудачливых ловеласов оценивала меня, подошла очередь и девушка вошла в кабинет.

– Кто последний? – широко улыбаясь, спросил я… и тут же пожалел.

Взгляды, которыми меня наградили ловеласы, не обещали ничего хорошего. Я внутренне подобрался, готовясь к неприятностям. Но все обошлось, дверь кабинета открылась и, попрощавшись с невидимым мне собеседником, девушка танцующей походкой направилась к выходу. Ловеласы хвостом поплелись вслед за ней.

Мне же и лучше.

– Доброе утро, – поздоровался я с сидящим в кабинете за столом, заваленным тетрадями, человеком лет тридцати с круглыми очками на носу. – Я пришел за книгами.

– Добрый день, – кивнул мне мужчина. – Ваше имя?

– Харлаф из Больших Петухов.

– Та-ак… – Водя карандашом по страницам, начал что-то искать в журнале библиотекарь. – Есть такой. Вот, держи! – И протягивает мне тоненькую, не толще десяти листов, тетрадь со снежно-белой обложкой. Да и размеров скромных: прямоугольник со сторонами две на две с половиной ладони – в моем представлении магическая книга должна быть размером локтя на два или того больше. А это?

Я взял тетрадь, задумчиво покрутил ее в руках и тупо спросил:

– А книги где?

– Какие книги? – поинтересовался очкарик невозмутимо.

– По которым я учиться буду, – разъяснил я неуверенно, чувствуя подвох.

– Все, что тебе нужно, я уже дал.

– И это все?! Все, чему меня может научить Академия? – возмутился я.

– Ты что, идиот… Харлаф из Грязных Петухов…

– Больших! Больших Петухов! – прервал я чиновника. И чуть не обделался.

– Не смей меня перебивать! – заорал внезапно очкарик, зажигая на ладони огненный шарик размером в два кулака. Уй-йо! Да он маг! Вот это я попал! Меня подвела нетипичная для благородного внешность и отсутствие кольца… – Скажи спасибо, что мы не в Арране, а то бы я приказал тебя выпороть!

– Э-э, извините. – Я пошел на попятный: ссориться с магом – себе дороже.

– Ничего. – К моему удивлению, маг махнул рукой, быстро остывая. – Сорвался. Это ты меня прости, оговорился.

А вот здесь у меня просто глаза на лоб полезли. Чтобы благородный извинился перед простолюдином?! Быть того не может!

– Я пойду, а? – поинтересовался я, осторожно пятясь к двери. – Спасибо за… э-э… книгу.

– Подожди. Ты правда не знаешь ничего об этой книге? – Маг жестом пригласил меня присесть.

– Нет. – Я присел.

– Я думал, это общеизвестный факт, ведь при поступлении с новичками проводится инструктаж.

– Меня, видимо, забыли пригласить, – буркнул я, ерзая на стуле.

– Ну-ну, знаю я ваши порядки… – Имперец взглянул на меня сочувствующе. – Знаешь, я ведь и сам из крестьян… Что ты так удивляешься? В империи всех обладающих сильным магическим Даром возводят в дворянское достоинство. Сначала, по окончании магической школы, ненаследственное, а потом, после обязательной государственной службы, – наследственное. Так вот.

– Я слышал об этом, но не верил, слишком невероятно звучит…

– Да уж поверь, – усмехнулся маг. – Ладно, расскажу тебе о книге… Открой.

Я открыл.

На первой странице оказалось оглавление:

1. Магия Огня

2. Магия Воды

3. Магия Воздуха

4. Магия Земли

5. Магия Тьмы

6. Магия Света

7. Магия Жизни

8. Рунная магия

9. Немагические дисциплины

10. Для личных заметок

– Интересно. А немагические дисциплины здесь зачем?

– А куда ты собираешься записывать рецепты лечебных мазей, к примеру? Знание трав магу иногда ой как необходимо, магическая энергия имеет обыкновение заканчиваться.

– Вы правы, не подумал, но ведь книга и так вон какая тонкая…

– Тонкая? А, прости, ты же не знаешь… – Маг неожиданно начал экскурс в историю. – С древнейших времен, с самого момента зарождения магии, основной проблемой для адептов магического искусства оставалась проблема сохранения знаний. Дело в том, что всякое более-менее сложное заклинание создается магом при помощи Форм – трехмерных магических знаков, описывающих последовательность действий, производимых магической энергией для достижения необходимого магу эффекта. Но проблема Форм в том, что их запись на материальный носитель чрезвычайно сложна. И в результате не только значительно усложняется процесс накопления и передачи знаний между магами, но и возникает опасность потери информации, что неоднократно и происходило. Двести лет назад одним из лучших умов того времени, Магистром Эльдором Саворитом, было предложено замечательное решение этой проблемы. – Маг указал пальцем на стопку тетрадей на столе. – Вот эти самые книги. Мало того что обработанная по специальной технологии бумага позволяет без труда записывать в данную книгу Формы, причем простым мысленным усилием (пусть для этого нужно долго и упорно тренироваться), так еще при заполнении одного в книге автоматически появляется новый чистый лист. Не спрашивай, как это сделано, я не знаю, – опередил мой вопрос арранец. – И это одна из главных тайн империи.

– Неужели никто не пытался раскрыть тайну?!

– Отчего же? Пытались, – усмехнулся маг. – Но на книге стоит надежная, постоянно обновляемая система защиты.

– Понятно. Получается, мне не нужно даже носить с собой перо, все и так в книгу запишется? – с надеждой спросил я.

– Нет. Эта функция относится только к записи магических знаков: Форм и рун. Остальное придется записывать вручную. Но сначала нужно привязать книгу к себе. Возьми.

Я взял из рук мага серебряное шило.

– Уколи палец и капни крови на обложку.

Я, немного поколебавшись, уколол палец. Капля крови, попав в центр обложки, сначала просто впиталась внутрь, не оставив следов, но спустя мгновение из обретшего невероятную глубину и объем листа начал всплывать к поверхности тяжелый искрящийся туман. А через несколько секунд в этом тумане появились сначала тусклые, а затем все более и более яркие искры огня, вскорости полностью поглотившие обложку… У меня в руках оказался словно кусок настоящего пламени… Еще мгновение – и все закончилось, а в моих руках оказалась обычная тетрадь. Черноту обложки разрушали лишь горящие огнем буквы имени. Моего.

– Ого! Настоящая магия! – обрадовался я как ребенок, рассматривая книгу со всех сторон.

– Открой.

Я дрожащими от нетерпения руками перевернул первый лист… и не разочаровался. Правда, в оглавлении вместо десяти теперь было всего четыре пункта:

1. Магия Огня

2. Рунная магия

3. Немагические дисциплины

4. Для личных заметок.

– Она изменилась, – в благоговении погладил я свою магическую книгу.

– Если нужно добавить еще один раздел, то просто допиши, а если убрать – проведи пальцем по ненужной строке и пожелай удалить. Все просто.

– Спасибо, – произнес я в прострации. – Она теперь моя, да?

– Твоя, – кивнул маг, усаживаясь обратно за стол. – Но после твоей смерти книга будет возвращена в империю, где будет очищена для последующего использования.

Я понимающе кивнул. Теперь понятна причина благотворительности. Имперцы бесплатно распространяют книги среди магов, а те после смерти фактически передают Арранской империи все накопленные ими за годы жизни и работы знания. И все довольны.

– Прощайте.

– Скорее до встречи. – Маг мягко улыбнулся, провожая меня взглядом.

Выйдя из библиотеки, я сразу же направился за пределы Академии. Негоже носить такую ценную вещь просто в сумке, да и лучше, чтобы она всегда была под рукой. Нужно посмотреть, что могут на этот счет предложить лавки Стратона – потратить подаренные мне Харальдом десять золотых. Какой-нибудь футляр или что-то вроде того.

По рынку я проболтался часа два, но разыскать нужную мне вещь оказалось не так-то легко, причем в основном потому, что я и сам толком не знал, чего хочу. К концу второго часа я уже отчаялся подобрать себе вещь по вкусу и только по инерции заглянул в еще одну из множества лавок кожевенника. Мне все же повезло… Широкий, с ладонь, черный пояс из шкуры какого-то чешуйчатого гада, с креплениями для меча и кинжала и твердым футляром как раз под размер книги на правом боку (причем закрывался футляр при помощи трех кнопок – новомодного изобретения гномов). Я буквально со входа в лавку взглядом прикипел к поясу.

– Доброе утро, фор. Вас интересует пояс? – Хозяин лавки, ничем не примечательный смуглый мужчина лет пятидесяти, подошел ко мне. – Великолепный выбор, пояс сделан специально под заказ для студента Академии. Очень жаль, что он не смог его забрать. – Хозяин снял с витрины и подал пояс мне. – Как видите, здесь можно укрепить меч, кинжал, флягу… вот здесь, сзади. Специальный футляр для книги заклинаний, а еще крепления для метательных ножей, и, заметьте, внутрь вкладывается до пятидесяти монет, прекрасная защита от воров. Разрезать кожу практически невозможно. – Хозяин гордо подбоченился. – Я специально использовал для его изготовления кожу саламандры, огонь моему изделию также не страшен.

С каждым словом продавца жажда приобрести пояс во мне все больше разгоралась. А вот после оглашения стоимости я резко охладел. Пятьдесят золотых. Мне такие деньги и за пару лет не заработать, теперь понятно, почему заказчик не пришел за покупкой. Жаба победила.

– Извините, – сказал я хмуро, разворачиваясь к выходу. – У меня нет таких денег.

В общагу я шел не в самом лучшем настроении и с твердым намерением никуда, кроме столовой, до начала занятий более не выходить. Благо занятие у меня было. Я собирался досконально изучить СВОЮ магическую книгу, чем, собственно, и занялся.

Следующий день весь прошел в трудах и экспериментах, и к вечеру голова у меня шла кругом, а глаза слипались, но зато я понял основные принципы работы с книгой. На самом деле никаких особых умений не нужно было – лишь жесткий самоконтроль и предельная концентрация. Экспериментировал я в написании единственной известной мне доподлинно руны – «Соор» (Защита), добрым словом вспоминая выпивоху-колдуна, ставившего защиту на отцовский сейф. За кувшин вина тот с радостью рассказывал мне о рунах, пока не свалился под стол, что произошло после третьего стакана.

Лег спать только в четыре часа ночи… и что же странного в том, что проснулся я без пяти восемь, всего за пять минут до начала первой пары. Показав чудеса одевания на скорость, с легкостью побив в этом плане даже гвардейские нормативы, я выбежал из комнаты и сломя голову помчался на занятия. Вот где пригодились ежедневные тренировки. Проклиная лень, убедившую меня отложить изучение расписания занятий на потом, взбежал на второй этаж учебного корпуса, к доске с расписанием.

– Та-ак, что у нас здесь… – Я начал торопливо изучать расписание.

Расписание занятий для первого курса Стихийных факультетов

Теория магии (общая)

Теория магии (специализация)

Практические занятия (по специализациям)

Практические занятия (по специализациям)

Фехтование

Ксенология

– Нет, это не мое… Ага! А вот мое!

Расписание занятий для факультета Рунной магии

Теория магии (общая)

Рунная магия

Рунная магия

Травничество

Ксенология (факультатив)

Фехтование (факультатив)

Ксенолингвистика (факультатив)

Теория магии, аудитория номер пятьдесят четыре. И где искать эту аудиторию?! Я суматошно завертелся, пытаясь найти хоть какую-нибудь подсказку. Наугад по учебному корпусу можно бродить целый день и ничего не найти – не здание, а настоящий лабиринт. И тут мне просто тупо повезло. Взгляд наткнулся на аудиторию номер пятьдесят, значит, и нужная мне где-то рядом!

В аудиторию я буквально влетел, со всей дури врезав дверью о стену. Взгляды всей группы тут же скрестились на мне, за мгновения изучив до мельчайших подробностей и, не найдя на пальце гербового кольца, резко охладели. Из уважаемого фора я стремительно скатился в ублюдки, а кем еще может быть человек с внешностью благородного, но без гербового кольца? Кто-то скривился, словно унюхал кучу навоза, кто-то просто отвернулся, а кто-то презрительно поморщился… М-да, похоже, отношения с группой будут не самыми простыми.

Окинул взглядом аудиторию: доска на стене, полтора десятка парт, стулья. Стандарт. Естественно, свободной оставалась только первая парта – та, что ближе всего к учительской. Я присел на свободное место. И едва я это сделал, как дверь открылась, и в класс вошел высокий худощавый мужчина лет сорока, в очках и со стопкой бумаг в руках.

Все встали.

– Здравствуйте, – поздоровался преподаватель, взмахом руки разрешая нам сесть. – Меня зовут адер Андрес Компт, я буду читать вам лекции по теории магии. Каждый день, на протяжении полугода. В конце экзамен… Вопросы? – Гробовое молчание. – Вопросов нет. Тогда приступим, откройте ваши книги и достаньте перья… – По всей аудитории раздалось шебуршание и тихие переговоры. Как всегда, кто-то что-то забыл и теперь в панике уговаривал соседей поделиться. – Сразу говорю, чтобы потом не было вопросов, – записывать в магическую книгу нужно только основное, конкретику.

Итак, начать лекцию стоит с определения того, что же такое магия… Записываем… Магия – способ воздействия на реальность посредством управления первоосновами Мира или, иначе говоря, энергиями Стихий. Далее… Всего Стихий существует семь… Кто может их назвать? – Адер внимательно всмотрелся в лица боязливо прятавших глаза студентов. – Никто. Тогда записываем. Стихии есть следующие: Воздух, Земля, Вода, Огонь, Тьма, Свет и Жизнь. Записали?.. Хорошо, вопросы?

Из заднего ряда медленно и неуверенно поднялась рука.

– Слушаю, – произнес преподаватель несколько удивленно.

– А почему вы не назвали рунную магию?

Я фыркнул. Кто это там такой гений? Какая рунная магия? Речь же идет не о направлениях магического искусства! Собственно, то же самое сказал и преподаватель, видимо уже составив мнение о группе и, в частности, о ее отдельных представителях.

– Не стоит путать Стихии и направления магии, – покачал головой наставник. – Хотя это и немудрено для профанов. Начинаем записывать. Условно в магическом искусстве выделяют десять направлений, или школ. Можно называть как угодно. Школы Огня, Воздуха, Воды и Земли – это так называемые боевые школы. Из людей, имеющих предрасположенность к перечисленным направлениям, выходят лучшие боевые маги. Далее идут магия Тьмы и Святая магия – два антагониста, непримиримые противники. Особенностью данных направлений является работа со Стихиями не напрямую, а посредством обращения к божественным сущностям соответствующей полярности. Поэтому вполне естественно, что обучение адептов этих направлений происходит при храмах. Святая магия – это: экзорцисты (специализируются по изгнанию демонов и других сущностей Тьмы), клирики (жрецы Светлых богов и целители), паладины (специализируются на убийстве адептов Тьмы и темных тварей).

В магии же Тьмы не все так однозначно… В ней существует два течения – поклонение темным сущностям и колдовство при их поддержке и колдовство, где маг опирается только на силу своего Дара. В Арранском Университете Всех Стихий даже есть факультет, на котором осуществляется подготовка магов по темным специальностям: некромантии, оборотничеству, демонологии, малефицизму и химерологии… – Адер недовольно поджал губы. – Следующим направлением является магия Жизни, основанная на манипулировании Стихией Жизни. С ней тоже все очень не просто, способностями к магии Жизни обладают лишь люди и Светлые эльфы (Ночные длинноухие владеют магией Тьмы). Но существуют различия между магами Жизни этих двух рас: эльфийские чародеи имеют большую предрасположенность к такой стороне магии Жизни, как управление живой природой, и называются друидами, способности к исцелению у них среднего уровня. Маги же людей, наоборот, довольно посредственны в управлении природой и сильны как целители, потому обычно и называют их просто целителями, а факультет Жизни – Целительским.

А вот теперь мы вплотную подошли к рунной магии, которая, кстати, подразделяется на артефакторику, големостроение и алхимию, хотя последняя и причислена сюда чисто символически. Адептами рунной магии могут стать одаренные с предрасположенностью к любой Стихии. Рунным заклятиям абсолютно безразлично, энергией какой Стихии их запитывают.

И последние направления: магия Крови и магия Пространства. Это самые редко встречающиеся школы. Магия Крови – по причине ее повсеместного запрета, а магия Пространства – из-за чрезвычайной сложности: на данный момент ею владеют всего около сотни разумных во всем Мире. Это настоящая Высшая магия, доступная только магам не ниже Магистра. Зато какие возможности она предоставляет: создание порталов, пространственных карманов, «длинных шагов» (ускорения передвижения путем стягивания пространства) и много еще чего… Кстати, ваши магические книги во многом стали возможны благодаря этому направлению Искусства. А теперь извините, мое время истекло, – Андрес неожиданно закруглился и, взяв так и не пригодившиеся бумаги, поспешно вышел. Однако!

– Ну и скукота, – с изумлением услышал я не самую лестную характеристику так увлекшей меня лекции. Как кому-то может такое не понравиться?

На меня внимания никто не обращал, старательно игнорируя. Не самое приятное ощущение. Хвала богам, длилось это недолго, и вскоре в аудиторию вошел следующий наставник. В классе наступила просто гробовая тишина. Новый преподаватель оказался гномом. Ну да, кому же еще читать рунную магию?

– Доброго утра, – пробасил гном, окидывая взглядом студентов. – Садитесь… Меня зовут Трор Дрослир, я буду вести у вас курс рунной магии. Как теорию, так и практику. Две пары в день. В конце года экзамен… – Уже второй преподаватель начинал свою речь подобным образом. Традиция у них такая, что ли? – Что ж, с организационными вопросами определились… Ты! – Гном протянул мне стопку листов. – Раздай… Как вы можете видеть, – произнес он спустя пару минут, прохаживаясь между рядами, – на розданных вам листах изображен рунный круг из двадцати девяти рун: большой круг из двадцати одной руны, в который вписан круг из семи рун. В центре всей конструкции расположена последняя, двадцать девятая.

Я с любопытством стал изучать любезно предоставленный учебный материал – благо расшифровка значения каждой руны была приведена тут же, у левого края и внизу листа.

– Посмотрели? Тогда продолжим. – Гном уселся за стол. – В течение полугода вы должны будете выучить начертание рун и их значение наизусть и записать это все в свою книгу. Надеюсь, вам о ней хоть что-нибудь объяснили на вводной лекции.

Снова несмело поднял руку любознательный паренек с последней парты.

– Да?

– Вы хотите, чтобы мы записали руны в книгу мысленно? Я вчера пытался записать таким образом одну из известных мне рун, но у меня ничего не вышло…

Гном поморщился:

– Во-первых, не «записать мысленно», а спроецировать изображение. Во-вторых, я бы очень удивился, если бы у кого-то получилось спроецировать руну в первый же день. Клянусь молотом!

Ну-ну, лучше бы ты помалкивал, дядя. Я едва сдержал улыбку, представив лицо коротышки, когда он узнает о моих успехах. Впрочем, лучше я буду помалкивать.

– Что ж, с этим разобрались. И теперь я хочу сразу ответить на вопрос, который мне обязательно задают каждый год. Нет, Академия и я, в частности, не скрываем и не собираемся скрывать от кого бы то ни было своих знаний, а слухи о якобы боязни стихийных магов появления конкуренции им со стороны рунных – чушь. Чтобы раз и навсегда закрыть этот вопрос, я разъясню вам, почему рунная магия в исполнении людей так сильно уступает магии гномов… отнюдь не потому, что вас не хотят учить. Все дело в структуре Силы каждой расы. Как бы лучше объяснить… – Некоторые мои одногруппники начали откровенно зевать, но гном уже настолько увлекся своим рассказом, что не обращал на это никакого внимания. – Каждая руна – это своеобразный резервуар, наполняемый магом энергией Стихии и посредством этого воздействующий на реальность. А теперь представьте себе – вы вливаете в руну Силу, но она не наполняется, так как энергия просто уходит в никуда. Вы спросите, что же делать? И я отвечу: ничего. Эта проблема не решаема в принципе. Вы опять-таки спросите, а почему тогда заклятия гномов сохраняют работоспособность годами и даже веками? Ответ прост: как я уже сказал, дело в структуре Силы. Если провести аналогию, то Сила людей – это спокойная река на равнине, медленно и уверенно несущая свои воды к океану. Сила же гномов – это густая, вязкая и клейкая масса, движущаяся вперед со скоростью черепахи. Говоря простым языком: там, где магическая энергия людей медленно утекает прочь, Сила гномов застревает, – ухмыльнулся коротышка.

И опять поднялась рука из заднего ряда:

– Погодите, если все так плохо, то почему все же мы здесь учимся? Причем на рунных магов?

Гном смутился и, огладив бороду, произнес:

– Кх-кхм, я немного не так выразился. Люди способны создавать рунную вязь низшего порядка – до десяти рун включительно. Причем заклятия с пятью рунами и меньше у вашей расы ничем не отличаются от наших – потерь энергии нет. Но уже вязь в шесть-семь рун начинает проигрывать аналогичному заклятию гномов и, в отличие от него, требует периодической подзарядки. Заклятия же с восемью-десятью рунами имеют возможность использовать только маги, так как они требуют постоянной и беспрерывной подпитки Силой.

– Э-э… – Неожиданно для себя я решился задать вопрос. – Извините, а как же норкские рунные жрецы?

Наставник Трор с интересом посмотрел на меня.

– Ты прав, норкцы действительно уникальны, но их уникальность объясняется очень просто – соседством с моим народом. Среди горцев довольно велик процент полукровок.

– Это правда, что у орков вообще нет рунных магов?

Процесс пошел. К разговору подключился загорелый жилистый парень, типичный житель пристепных южных земель. Бьюсь об заклад, он не понаслышке знаком с орочьими набегами.

– Да, правда. Магия Рун доступна только людям, гномам и гоблинам. Остальные абсолютно не имеют к ней способностей. Если продолжать сравнение с реками, то орочий Дар – это бурная горная река, Дар эльфов – веселый и стремительный ручей, а Дар гоблинов – болото. О вампирах, троллях и драконах даже говорить не стоит, так как эти расы полностью лишены магических способностей или же имеют свою, специфическую, магию.

– А как же… это? – Южанин достал из-под одежды висящий на тонкой серебряной цепочке предмет, похожий на стеклянный шарик размером с горошину.

Ого! Эльфийский защитный амулет. Я такой однажды видел у останавливавшегося на постой графа.

– Эльфийские амулеты работают по другому принципу. При их создании используются не руны, а Формы, помещенные в Слезу Хот. Формы – энергетические конструкции, используемые стихийными магами для создания заклинаний, – пояснил наставник. – Всего Форм, описывающих характеристики заклинания, сорок… По энергозатратности одна Форма равна трем рунам внешнего круга или одной руне внутреннего круга.

Я быстро в уме кое-что подсчитал и спросил:

– Получается, энергоемкость максимально возможного для людей рунного заклинания это три целых и три десятых Формы, так?

– Нет, ты не учитываешь, что в рунном заклинании обязательно указывается Имя Стихии, к Силе которой обращаешься, в отличие от заклинания на основе Форм, где указывать Имя – тип энергии необходимости нет, так как оно всегда по умолчанию то, к которому имеет предрасположенность маг. Значит, у твоего максимального заклинания энергоемкость равна четырем Формам. Если тебе интересно, закончить любое из известных мне магических учебных заведений и получить право называться полноценным магом имеет право лишь тот, кто способен создать заклинание не менее чем из пяти Форм. Вам же, – обвел рукой аудиторию гном, – необходимо для сдачи выпускного экзамена показать уровень владения энергией, равный одной Форме. Конечно, с такими мизерными резервами Силы вы будете способны не на многое, и придется активно использовать накопители Силы. Но постепенно ваш Дар разовьется до нормального уровня.

– А если нет? – робко поинтересовалась миниатюрная брюнетка, сидящая прямо за мной. – Вдруг у меня Дар не настолько силен?

– Если нет, то тогда ты просто зря потеряешь год. Но вы можете не волноваться, все из здесь присутствующих имеют достаточно сильный Дар, чтобы при условии ежедневных упорных медитаций к концу года достичь необходимого уровня. По такому принципу и высчитывается минимум для поступления в Академию.

– Наставник, а как можно узнать уровень силы Дара? – Опять доходяга с последнего ряда.

– Способ есть, – кивнул Трор. – На второй паре мы перейдем в помещение для практических занятий, и там любой желающий сможет пройти тест.

Ребята весело загомонили.

– А если у кого-то окажется Дар достаточно сильный для досрочного выпуска из Академии? – поинтересовался я: вспомнился висящий над столом огненный шарик и ошарашенные лица экзаменаторов.

Гном покровительственно глянул на меня.

– Поверь, если бы у кого-то из вас оказался настолько сильный Дар, вы бы учились не здесь, а на стихийном факультете.

Я удивленно посмотрел на гнома. Он что, издевается? Или действительно настолько оторван от реалий нашего королевства.

– Но если все же такой человек найдется, то я лично готов просить Архимага о досрочном экзамене. Ведь такому гению здесь делать нечего – на самом деле, основное время обучения занимают медитации и практические занятия для развития Дара. Начиная с первой медитации и на протяжении следующих пяти-семи лет – период наиболее активного развития Дара, а затем этот процесс замедляется в несколько раз, именно поэтому так важно уделять как минимум по шесть часов в сутки на медитацию, если не хотите остаться никчемными слабаками. А теорию на уровне выпускника вполне реально освоить за месяц – для рунной магии и полтора-два года – для стихийной.

– Так нам что же, придется каждый день медитировать? Но это же скучно!

В разговор начали включаться все больше и больше людей. Последняя фраза принадлежала вихрастому подвижному парню. Слово «проказник» как нельзя лучше подходило этому персонажу.

– Ничего не поделаешь… В начале всем приходится медитировать очень много, но если вы разовьете свой Дар достаточно, чтобы создавать боевые заклинания, то можно тренироваться и так. Постоянно создавая заклинания и опустошая ядро, вы будете развиваться даже быстрее, чем при медитации. Вернее, время медитации сократится до двух-трех часов в день – для восстановления потраченной энергии. Правда, есть у этого способа и несколько минусов: такие тренировки жутко изматывают мага физически и на долгое время он остается практически беспомощен.

– Нельзя ли как-то ускорить рост Дара? Ведь есть же зелья, ускоряющие рост мышц, может…

Гном поморщился:

– Способ есть… – Было видно, что рассказывать об этом наставник не хочет. – Светлые эльфы торгуют одним зельем, называется вирар. Оно ускоряет рост Дара… но и у него, конечно, есть несколько недостатков. Во-первых, цена – золотой империал за дневную дозу, причем принимать вирар необходимо каждый день. Во-вторых, если прекратить принимать зелье хотя бы на три дня, то Дар безнадежно деградирует и вчера еще могучий чародей будет не способен даже свечу зажечь. Выводы делайте сами… Ладно. – Трор хлопнул ладонями по столу, поднимаясь на ноги. – Хватит вопросов. Идите за мной, пора приступать к практическим занятиям.

Вопреки моим ожиданиям, зал для практических занятий оказался не угрюмым глухим подвалом, расположенным глубоко под зданием Академии, а самой обычной комнатой, не отличимой от сотен таких же, если бы не отсутствие мебели. Усадив всех на ковре в три ряда в позу пирамиды (ноги скрещены, спина выпрямлена, глаза закрыты, руки свободно и расслабленно лежат на коленях), наставник, неторопливо прохаживаясь между рядами, начал объяснять нам принципы передачи энергии из источника магического Дара к заклинанию из десяти рун, начертанному на лежащем перед каждым листе бумаги.

Уже спустя минуту я внутренним взором увидел тонкую, с волос, нить Силы, соединившую мое сердце с центром рунного круга. Я как-то незаметно для себя отстранился от мира и потерял счет времени… Происходящее вокруг отошло на второй план. Но в то же время я отчетливо видел и слышал все, что происходило в комнате, даже за спиной. Такого полного и четкого видения мира у меня не было еще никогда.

– Не получается…

– Ого! Смотрите, оно светится…

– А у меня вспышка…

– Молодец, – похвалил гном сидевшего в последнем ряду паренька, кстати, того самого «активиста», задававшего больше всех вопросов.

Постепенно, один за одним, все мои одногруппники закончили тестирование, и я остался в одиночестве.

– Что он так долго? – спросила возмущенным шепотом тощая, с нездоровым цветом лица и стянутыми в хвост на затылке волосами девица у своей маленькой и пухлой соседки, над которой возвышалась на две головы. – Если нет Дара, сколько ни сиди, все равно ничего не высидишь. Впрочем, чего еще можно ожидать от навозника? – фыркнула стервочка.

Похоже, я окончательно спустился в иерархии группы на самое дно. Ничего, переживу! Чего бы действительно не хотелось, так это опаздывать на следующую пару (одногруппники уже покидали зал). Что там у меня, травничество, кажется? И пусть я довольно хорошо разбираюсь в изготовлении различных мазей и эликсиров, помогающих при травмах, ограничиваться только этой узкой областью не стоит.

Но, к моей радости, огненный шарик Дара перед моим внутренним взором начал тускнеть, истощаясь, и уже спустя минуту совсем исчез, оставив после себя только пустую оболочку-тень. Последняя капля Силы перетекла в руны. Я открыл глаза и распростер ладонь над листом, мысленно приказав заклятию активироваться, как и учил гном.

Дрослир, до того напряженно наблюдавший за моими действиями, в удивлении выпучил глаза и с невероятной для своих коротких ножек скоростью, подбежал ко мне. Рунный круг в это время засветился ярким светом, подернулся светящимся туманом, и из его центра на высоту человеческого роста поднялся тонкий столбик света, в мгновение разросшийся до самых краев круга… и тут же осыпавшийся искрами.

– Молот мне в зад! – прохрипел коротышка ошарашенно, словно ему дали любимым молотом по черепу, с силой дергая себя за короткую (для гнома, конечно) бороду и выдирая клок черных волос. – Невероятно! Клянусь бородой Подгорного Хозяина, это невозможно!

Я скромно молчал, стремительно, как рыба-пузырь на берегу, надуваясь от собственной значимости. Знай наших!

– Ты почти активировал заклинание! – Рыбка резко сдулась. – Ты уже где-то учился? – Коротышка подозрительно прищурился.

– Нет.

– Ты хочешь сказать… у тебя такой сильный Дар от рождения?!

Я кивнул.

– Так… Когда испытываешь сильные чувства… Дар как-то проявляется?

– Да. Меня и из деревни вытурили за постоянные пожары… – нехотя признался я.

– А как у тебя с эмпатией? – спросил гном какую-то чушь. Поиздеваться решил, недомерок?!

– Чего?

– Ты когда-нибудь чувствовал то же, что и другие люди? – терпеливо разъяснил Дрослир.

– В последние пару месяцев постоянно, с некоторыми даже говорить не могу – противно (чужие эмоции были подобны разноцветным светящимся запахам, а я стал собакой с великолепным нюхом – негативные эмоции, даже запрятанные глубоко-глубоко внутри, пахли очень неприятно, и это еще мягко сказано). А девушки… э-э…

Наставник понимающе кивнул, и я обрадованно заткнулся. Не рассказывать же, что от большинства бывших подружек меня стало откровенно воротить… Хотя не от всех, конечно. Были среди них и нормальные, с чьими недостатками мой «нюх» смог свыкнуться, пусть и далеко не сразу. Амбар старосты тому доказательство.

Гном, успокоившись, некоторое время молчал, задумчиво почесывая под бородой.

– Вот что, парень, я от своих слов не отказываюсь и буду ходатайствовать о твоем досрочном экзамене. Но ты еще должен изучить теорию. – Наставник подошел к стоявшей в углу кожаной сумке и стал там копаться. – Сейчас… я дам тебе свой конспект… – Дрослир наконец-то достал из сумки потрепанную пухлую тетрадь. – Здесь собран весь необходимый тебе материал, но особо обрати внимание на правила сложения рун.

– Правила? – Я встал и начал разминаться – тело ужасно затекло.

– Да, существуют руны, которые ни в коем случае нельзя объединять в одну цепь, иначе заклинание пойдет вразнос. И есть руны, усиливающие друг друга… Много чего еще есть. А ты думал, все так просто?

– Выучу, на память никогда не жаловался, – ответил я, листая исписанную мелким неразборчивым почерком тетрадь. Хорошо, хоть не на подгорном языке!

– И еще, не забывай медитировать и записывать руны в книгу заклинаний. Понял?

Я поморщился:

– Все руны нужно в книгу… проецировать? – Я вспомнил сказанное наставником умное слово. Блеснул интеллектом, что называется.

– Конечно. Ты думаешь, я это просто так придумал? Нет. Мало того что, проецируя руну в книгу, ты намертво ее запоминаешь, так еще и облегчаешь себе этим жизнь в будущем. – Трор достал откуда-то из-за спины свою книгу и, раскрыв на странице с рунным кругом, начал объяснять: – Скажи, как ты представляешь себе процесс создания рунного заклятия?

– Берешь перо и пишешь, – пожал плечами я. Это же очевидно.

– А вот и нет! – Гном выпятил бороду. – Смотри.

Наставник, удерживая в левой руке книгу, пальцем правой начал нажимать на руны в круге, задерживаясь на каждой по нескольку мгновений. А затем перевернул страницу.

– Я только что записал новое заклинание, – продемонстрировал мне гном записанное там заклинание из семи рун, выглядевшее действительно каким-то… свежим, что ли?

– Но… как? – пробормотал я ошарашенно.

– Просто. Касаешься пальцем нужного тебе знака – руны или Формы, без разницы, – затем тянешься к ней мыслью и приказываешь перенестись на другую страницу… Теперь смотри. – Дрослир грубо выдрал лист с новым заклинанием из книги, и на месте вырванного тут же появился новый. – Это заклинание Усталость Камня, самое простое в моем арсенале. Теперь нужно просто провести ладонью по рунной вязи, и она перейдет на нужный тебе объект. Останется только напитать руны энергией.

– И долго это?

Вопрос интересный. Я заполнял заклинание из десяти рун почти три часа. Отсюда вопрос: это я такой тормоз, или так и нужно?

– Что? Передача энергии? – переспросил гном. – По-разному… у меня или других из подгорного народа минут десять-пятнадцать, а человек или гоблин справится и за полминуты.

Я невольно загордился своей расой, а то ишь ты – рунная магия не для нас! Правда, собственные успехи на этом поприще меня пока не вдохновляли.

– Все из-за вязкой структуры Силы. Да и, по большому счету, маги Стихии Земли не самые быстрые, даже у людей… Ты не волнуйся, низкая скорость вывода энергии обычное дело для новичка. – Наставник словно прочитал мои мысли. – Почему, ты думаешь, боевые маги постоянно тренируются в создании заклятий? Тренировки не только помогают до автоматизма разучить заклинание, но также развивают и скорость закачки в них энергии.

– Понятно. – Мое настроение поползло вверх. – Ваши маги других школ…

– Только Стихия Земли, – прервал меня гном. – Другие Стихии нам недоступны, так же как Светлым эльфам – все Стихии, кроме Жизни.

– А орки?

– У орков лишь Огонь и Тьма, у гоблинов Тьма – шаманизм, у Ночных эльфов – Тьма… ну и магия Крови всем доступна, не скрою… Что с тобой?! – встревожился Дрослир, подхватывая меня у самой земли и поднимая на ноги.

Что случилось? Я в обморок упал, что ли?!

– Все нормально… слабость накатила… резко… – Я с трудом сделал пару шагов. – Спасибо… я пойду… на следующую пару… уже.

Я медленно побрел к выходу. А ведь еще по лестнице подниматься… блин.

– Да погоди ты! – Наставник схватил меня за рукав. – У тебя же откат пошел. Отдохни немного, к этому нужно привыкнуть.

– Нет… Я пойду… – Я вежливо освободил руку. – Не хочу… пропускать… До свидания.

До нужной аудитории я добрался лишь спустя десять минут. Естественно, преподаватель был уже там, вернее, была. Милая старушка лет семидесяти. Только взглянув на меня, она сразу все поняла и без лишних вопросов разрешила войти. Я тут же занял уже закрепившуюся за мной парту и сразу словно выпал из Мира. Нет, я все слышал, все понимал, даже вел конспект, но в то же время находился как будто не здесь. Впрочем, ничего нового я на первой лекции не узнал, но все равно записал – конспект был необходим для сдачи зачета.

Насколько я понял из объяснений адеры, мне вовсе не придется наизусть заучивать все четыре сотни рецептов зелий. На зачет нужно будет предъявить лишь подробный конспект и приготовить один из тридцати наиболее употребляемых эликсиров… Ерунда. Самым трудным я считал не это. Для приготовления этих самых эликсиров необходимо научиться распознавать различные травы и другие ингредиенты, подчас довольно экзотические.

Где-то на середине пары я просто потерял связь с реальностью. И очнулся только спустя два часа (судя по положению Мистеля на небе). Я шел по двору Академии в сторону невысокого здания с огороженной глухим забором площадкой. От удивления я впал в ступор, резко остановившись, отчего в меня сзади кто-то врезался, недовольно пискнув, и мимо, одарив наглеца негодующим взглядом, прошмыгнула неудачливая девушка. В руках у меня была книга заклинаний… Неужели в этом состоянии я еще и что-то писал?! Я судорожно начал листать книгу (из-за ее скудного объема это не продлилось долго). В разделе «немагические дисциплины» появился подраздел «ксенология»… Память услужливо подбросила расшифровку. Наука о чужих расах… Та-ак, и что я записал? Интересно…

«Орки – средний рост около 190 см, ширококостные, мускулистые, имеют серо-зеленую кожу и глаза с красными белками.

Эльфы – средний рост 185 см, тонкокостные, жилистые. Отличительные черты: острые уши и пышные светлые волосы у лесных (Светлых) эльфов и черные либо молочно-белые у Ночных. Также Ночных эльфов отличает вертикальный «кошачий» зрачок, более длинные, чем у светлых собратьев, клыки и бледная, не поддающаяся загару кожа.

Гоблины – рост около 150 см, серая кожа, мелкие, щуплые, лупоглазые.

Гномы – рост до 160 см, крупные, ширококостные, широкоплечие, имеют обязательную бороду.

Тролли – рост до 5 метров, поросшие черным или рыжим редким волосом по всему телу, обладают огромной мышечной массой, имеют большие надбровные дуги, крупные зубы и плоский широкий нос, низкий интеллект.

Драконы – ящеры с длиной тела до 35 метров, чешуя черного или коричневого цветов, четыре лапы с когтями, перепончатые крылья, на спине и голове (у самцов) шипы.

Вампиры – отличительные черты: длинные клыки, бледная кожа, огромная физическая сила».

Что ж, кратко и ясно. Я закрыл книгу и засунул в карман. Все мои одногруппники уже вошли внутрь необычного здания. Судя по расписанию, здесь должен был проходить факультатив по фехтованию. Я торопливо зашел внутрь и закрыл за собой калитку. Группа уже выстроилась в шеренгу посреди засыпанной песком площадки и теперь внимала словам прогуливавшегося перед строем мужчины лет пятидесяти, слегка прихрамывавшего при ходьбе. Я, стараясь быть как можно незаметнее, пристроился в конец строя. Но не тут-то было.

– Я думаю, молодой человек, с вашей недисциплинированностью вам здесь не место, – сурово взглянув на меня, произнес наставник. – Как я уже сказал вашим товарищам, мой предмет идет для вашей группы как факультатив, и посещать занятия не обязательно.

Я тихо выругался. Вот же повезло! Испортил отношения с наставником, даже не приступив к занятиям.

– Прошу меня простить, мастер, но вы не правы. – Брови наставника в изумлении взметнулись вверх, и он взглянул на меня удивленно, даже с некоторым уважением. – Мое место как раз здесь.

– Ты будешь со мной спорить?!

Я невозмутимо кивнул.

– Ладно! Я устрою тебе испытание. Если ты его пройдешь, то можешь оставаться, но если нет – вышвырну из своей школы пинком под зад. Уяснил?

Я опять кивнул.

– Тогда иди в оружейную и надень самый тяжелый из имеющихся там доспехов… Быстро!

Я сорвался с места и трусцой побежал в здание, хвала богам, слабость почти прошла. Как можно быстрее я натянул на себя кольчугу и чешую, надел наручи, поножи и шлем, а в довершение еще и прикрепил за спиной ножны с длинным мечом. Получилась почти полная копия моего оставшегося дома доспеха. Разве что немного тяжелее.

Спустя всего пять минут я вышел обратно на тренировочную площадку. А там произошли серьезные изменения: строй моих одногруппников сильно усох – из двадцати восьми человек осталось стоять лишь семеро. Вернее, стояло пятеро, а еще двое сидели на земле. Причина этого стала мне ясна очень скоро: из строя выдвинулся очередной несчастный и, судорожно вцепившись двумя руками в меч, пошел на расслабленно стоящего наставника. Три удара – и еще одно тело ощупывает пятой точкой песок.

– Хорошо, – похвалил Мастер пострадавшего.

Стоявшая следующей в строю знакомая мне пухлая подружка «стервочки» смертельно побледнела и сделала шаг вперед. Но тут наставник заметил меня.

– А-а, ты уже готов? Резво. Я хочу, чтобы ты пробежал вокруг здания Школы пятьдесят кругов… И постарайся управиться с этим до завтра.

И я побежал. На самом деле, пятьдесят кругов вокруг Школы Меча, судя по ее размерам, это километра три-четыре. Немало, но вполне реально, я и не столько пробегал. Мне вдруг вспомнился один давний спор с отцом, который являлся ярым поборником старых традиций, в частности, он не признавал недавно пришедшую в Эсхар и теперь стремительно завоевывавшую лидирующие позиции новую систему измерений, заменившую наши футы, ярды и мили. Эта система измерений появилась в Арранской империи всего лет тридцать назад и быстро вытеснила все другие меры длины и веса, чему способствовали активные меры со стороны канцлера империи. Имя у него такое необычное… Владимир Викторович Демьянов… кажется.

За размышлениями я и не заметил, как пятьдесят кругов подошли к концу. Пробежку я закончил задолго до темноты и даже задолго до конца пары. Наградой мне стал заинтересованный взгляд Мастера и удивленные – товарищей. Конечно, я ведь не производил впечатления силача. Так, крепкий парень.

– Молодец, – хмыкнул Мастер, указывая рукой на вкопанные вдоль стены в произвольном порядке столбики различной толщины и высоты. Сейчас заставит прыгать, понял я, у отца была точно такая же дорожка. Дело привычное.

– Слева направо на левой ноге, обратно на правой.

Наставник не обманул моих ожиданий. Кстати, как я услышал из разговора между замученными одногруппниками, звали его Ронгар, Крон Ронгар.

– А вы что расселись? – рявкнул наставник на свалившихся кулями с мукой страдальцев (исключение составлял лишь запомнившийся мне ранее южанин, он-то выглядел почти свежим). – Встали и побежали!

В это время я уже прыгал… Раз-два, раз-два, смена ноги, раз-два, раз-два, соскок – все просто. Как я и думал, особой проблемы для меня это испытание не составило, через пару минут я снова стоял перед наставником. И, судя по его довольному лицу, свой пинок я сегодня не получу.

– Возьми меч.

Я снял со спины ножны с мечом и, достав клинок, отбросил их в сторону.

– Нападай!

Я не заставил себя ждать.

Широким шагом приблизившись к наставнику, я нанес стремительный удар наискосок сверху вниз… А дальше началось избиение: на все мои атаки и финты у Мастера самым необъяснимым образом находился ответ, а его атаки с каждым разом становились все опаснее – любая из выстраиваемых защит раскалывалась под диким напором как гнилой орех. Каким чудом я продержался целую минуту и не получил при этом ни одной условно несовместимой с жизнью раны, можно было только гадать. По уровню мастерства Ронгар явно превосходил отца, а еще эта неестественная быстрота. Несколько раз я замечал, как в моменты наибольшей опасности Мастер Меча словно размывался, с удивительной легкостью уходя от атаки… И вот снова движения наставника стали текучими и плавными, он размылся в пространстве и в мою сторону последовал молниеносный выпад. Практически разрывая мышцы и связки, я с трудом парирую удар… пытаюсь закрыться от следующего, но просто не успеваю…

– Кх-м… сойдет, – произнес наставник, старательно пряча довольную улыбку и убирая меч от моего горла. – Вот что, на сегодня все. Отдыхай. А завтра утром за полчаса до рассвета я тебя жду здесь.

– Хорошо. – Я удивился, но возражать не стал, хотя до конца пары еще добрых полчаса. Отдохнуть я не против. Только зачем в такую рань приходить? А-а, Тьма с ним, не буду спорить! Все равно рано встаю. Я, быстро скинув броню и попрощавшись с Мастером, быстрым шагом пошел в столовую. Свободное время нужно использовать с умом.

Определенно, хорошая еда творит чудеса. Сотворила она чудо и в этот раз: усталость как рукой сняло. Это и сыграло со мной дурную шутку – энергия, бившая через край, требовала выхода, и я бегом, перепрыгивая через ступени, мчался по лестнице. Свернул за угол…

– Сс-ш, – зашипел от боли оказавшийся за углом человек. Бедняга присел завязать шнурки, довольно неудачно присел… И мое колено это доказало… Тьма! Аристократ, вот это я попал!

– Извините, – попросил я прощения, судорожно вытаскивая из кармана носовой платок и протягивая пострадавшему, безуспешно пытавшемуся остановить кровь, ручьем льющуюся из разбитого носа. – Я был невнимателен. Еще раз про…

– Ублюдок!!! Как ты посмел?! – прокричал молодой фор срывающимся на визг голосом, запрокидывая голову вверх и прикладывая платок к носу, а второй рукой выхватывая меч. – Убью!

– Стоять! – раздался сбоку спокойный, буквально промораживающий до костей голос, принадлежащий высокому мужчине с костистым злым лицом и колючими, пустыми глазами. В руке он держал длинный посох. – Драки запрещены в этих стенах.

Я испытал к незнакомому магу чувство благодарности: пусть с виду он и надменная сволочь, но жизнь мне спас. Нет, аристократика я не боюсь, но вот обойтись без крови вряд ли бы получилось. За пролитие же крови аристократа простолюдину полагается смертная казнь через колесование… Я только надеюсь, что разбитый нос не считается.

– Смерд меня оскорбил! Я хочу, чтобы он сдох!

– Мне плевать! – осадил маг возмущенного фора. – Все драки только за пределами Академии.

– Значит, я выведу его за пределы Академии! – Маг безразлично пожал плечами и направился прочь. – Пошли!

Это уже мне. Ага, счаз! Делать мне больше нечего. Это я и высказал ему, приблизительно в таких же выражениях.

– Что-о? – Аристократика словно молния ударила, он застыл на месте, а затем, медленно повернувшись, в крайнем изумлении посмотрел на меня. Как?! Какой-то смерд не выполнил его приказ?! – Трус! Ты не мужчина!

Я скромно промолчал. Я, конечно, не древний герой Патрокл Бесстрашный, но сомневаюсь, чтобы и он согласился идти на верную смерть ни за что. И уж поверьте, мне ни капли не стыдно. Глупо сдохнуть из-за какой-то фигни в мои ближайшие планы не входит уж точно.

– Я вызываю те…

– Закрой пасть! – неожиданно прорычал не успевший отойти далеко маг. – Прежде чем трепать языком, подумай сперва своими куриными мозгами о последствиях…

– Да как ты смеешь! – возмутился парень, такого он от неизвестного мага стерпеть уже не мог. – Я граф фор Мерула, старший сын герцога…

Я начал мысленно выбирать себе обивку для гробика. Есть у норкцев, кажется, такая пословица: о силе человека суди по его врагам. Если пословица не лжет, то тут впору задуматься о моем божественном происхождении. Какой-нибудь бог Вселенской Тупости или что-то в этом роде… Три раза зловеще ха-ха… Блин! У меня истерика, что ли? Дожил.

– А я Магистр Зэтр! И я плевать хотел на то, кто твой отец! – Магистр, бесцеремонно прервав графа, схватил его за грудки и притянул к себе. – Вызвать на поединок чести можно лишь равного по положению, вызывая смерда, ты тем самым признаешь его равным себе!

– Я…

– Не здесь! – Маг окинул недобрым взглядом столпившихся вокруг зевак. – Вы… пшли вон!

Видимо, у Магистра была серьезная репутация, потому как толпа начала стремительно рассасываться.

Смылся под шумок и я.

На ксенолингвистику я все же успел, забежав в аудиторию одновременно со звонком. Преподавателя еще не было, так же как и большей части студентов. Лишь пятеро мрачных индивидуумов сиротливо расползлись по разным углам кабинета. Я занял, как всегда, первую парту и неторопливо начал раскладывать на столе письменные принадлежности, попутно рассматривая причудливое убранство кабинета. Не знаю, какое отношение к ксенолингвистике имеют чучела зверей, но здесь их было очень и очень много. И я бы не сказал, что этот вид доставлял мне эстетическое удовольствие, скорее наоборот. Я и представить себе не мог, что существуют где-то подобные омерзительные твари, а уж что кому-то придет в голову их собирать, и подавно.

– Здравствуйте! – В кабинет вошла женщина лет тридцати на вид, одетая в мантию преподавателя, но без гербового кольца. – Садитесь. Меня зовут адера Мив Гореш (интересное имя, не эсхарское), я буду обучать вас языкам не-людских рас, а также любым другим, по желанию. Курс моего предмета не имеет четких временных рамок, зачет я буду принимать по мере вашей готовности. А теперь я бы хотела провести небольшое тестирование… – Адера достала из небольшого портфеля тонкую стопку бумаги. – Сейчас я раздам вам по листу с объемными картинками… Внимательно всмотритесь в каждую и постарайтесь запомнить ее в мельчайших подробностях…

Получив свой лист, я начал сосредоточенно всматриваться в рисунки, ощущая, как с каждым мгновением в голове нарастает жжение, ставшее после третьей картинки просто нестерпимым, и я, не выдержав боли, прервал пытку и откинулся на стуле, тяжело дыша. Осмотрелся по сторонам. А неплохо! Я закончил тест предпоследним, отстав лишь от южанина, но и он через пару минут сдался, также откинувшись на стуле и вытирая платком вспотевшее лицо.

– Прекрасно, – похвалила нас спустя десять минут адера, закончив изучать что-то на собранных листах. – Я думаю, теперь мне стоит вам кое-что объяснить.

Да уж, хотелось бы! Потому как мои мозги словно корова пожевала. Неприятное, скажу вам, ощущение!

– Дело в том, что вам просто невероятно повезло. – А вот здесь я почувствовал подвох, так как был полностью уверен, что с везением у меня в последнее время туговато. – У вас есть шанс стать первыми, кто испробует на себе действие нового, недавно разработанного нашими магами метода обучения. Теперь нет надобности в долгом и кропотливом изучении языка, так как вся необходимая информация загружается прямиком в мозг. Сразу скажу, этот метод абсолютно безопасен… – Ну-ну, с каких это пор быть подопытной крысой стало безопасно? – Естественно, могут присутствовать некоторые побочные эффекты, наподобие легкой головной боли… Но более серьезные последствия абсолютно исключены – для того мы и проводим предварительное тестирование, которое определяет, какой объем данных возможно единовременно загрузить в мозг человека.

– И что же показало тестирование? – поинтересовался южанин, массируя виски.

– Все очень неплохо, а у вас и Харлафа из Больших Петухов так и вовсе прекрасно. А теперь я бы хотела узнать, вы согласны принять участие в эксперименте? Несогласных прошу дать подписку о неразглашении государственной тайны и покинуть помещение… – На край стола адера положила следующую стопку бумаги. – Те, кто согласен на участие в эксперименте, также должны дать подписку. – Это лишь мне и южанину, так как остальные студенты оказались умнее.

Я, подписав документ, несколько секунд постоял в нерешительности, но все же вернулся на место, так как на фоне образовавшихся у меня буквально несколько минут назад проблем опасность стать беззаботным идиотом не так уж и ужасает.

– Что ж, теперь, когда все лишние люди покинули помещение, я могу объяснить все более подробно. – Адера махнула рукой, приглашая нас с южанином сесть вместе и поближе к ней. – Сразу скажу, методика наша на данный момент чрезвычайно дорога, так как для заполнения лишь одного камня, – Мив достала из портфеля и положила на стол небольшую матовую пирамидку, – требуется совместная работа мага высокого уровня и высококлассного лингвиста на протяжении трех дней. Поэтому мне позволено загрузить каждому подопытному лишь по три стандартных камня с данными – для чистоты эксперимента. В связи с этим я предлагаю вам выбрать три самых необходимых с вашей точки зрения языка.

Я задумался. И что выбрать? Особых предпочтений у меня нет.

– Вы не могли бы что-нибудь посоветовать? – спросил я.

Южанин (кстати, стоит с ним все же познакомиться) согласно кивнул.

– Хорошо… Учитывая вашу специализацию, я советую взять подгорный язык, так как на нем написано большинство трудов по рунной магии. Далее урук-хай – язык орков, соседи все-таки, – ухмыльнулась колдунья. – И третьим я бы предложила язык древних, так как на нем записывают свои труды маги Арранской империи.

Насколько я знал, древний (или иначе аанский) – это язык существовавшего около двух тысяч лет назад государства, объединявшего все современные человеческие страны и оказавшего огромное влияние на не-человеческие. Язык-то мертвый, да только на его фундаменте созданы все современные людские языки, а особенно к нему близок арранский, насколько это, конечно, возможно спустя две тысячи лет.

– Может, выбрать эльфийский?

– Не стоит, эльтиари слишком сложен, – покачала головой женщина. – Одно и то же слово в этом языке может иметь несколько значений, в зависимости от интонации, места расположения в предложении, личности произносящего… и многих других причин. Нет, если вы хотите, можно взять и эльтиари, но тогда от изучения остальных языков придется отказаться. – Мы с южанином синхронно замотали головами. – Хорошо.

– Скажите, ваша… методика позволяет выучить что-то еще… например, теорию магии или травничество? – спросил я просто ради интереса.

– Конечно, правда, способ обучения несколько другой: при обучении языку используется принцип словаря, то есть слово и соответствующий ему образ соотносятся со словом и образом из другого языка, при обучении же травничеству просто необходимо внедрить в сознание большое количество последовательно расположенных образов.

У меня дыхание захватило от предстоящих перспектив.

– Великолепно! Какие возможности для обучения! Всего за несколько дней любой человек может изучить все, что угодно…

– Не стоит так радоваться. Обучение лишь одному подгорному языку, довольно простому, кстати, стоит почти семь сотен золотых империалов. – Я почувствовал, как мои глаза вылезают на лоб. – Увы, но наш метод пока непригоден для широкого использования. К тому же обучение происходит не настолько быстро, как вы подумали. Конечно, перенести знания из камня в мозг – это дело нескольких минут, – но, как я сказала ранее, знания можно передавать лишь порциями, размер которых у всех разный. Затем следует период адаптации, когда информация усваивается мозгом обучаемого, – для этого мы с вами будем ежедневно встречаться и практиковаться в языках. Только после окончания адаптации возможно внедрение новой порции данных.

Мы с южанином перекинулись ошарашенными взглядами, оказывается, не все так просто, и нам придется немало поработать. А я уже свыкся с мыслью о халяве…

– У вас еще есть ко мне вопросы? – нетерпеливо спросила адера. – Нет? Отлично… Харлаф, дай левую руку.

Из аудитории я вышел спустя десять минут, пошатываясь как пьяный и неся раскалывающуюся на куски голову, словно драгоценную вазу. Следом за мной в точно таком же состоянии вывалился из дверей и мой товарищ по несчастью.

– Я Мирсен Норлот. – Южанин протянул руку. Смотри ты, не побрезговал! – Можно просто Мирс.

– Харлаф из Больших Петухов… Хар. – Я ответил на крепкое рукопожатие. – Ты с юга?

– Да, из Гернола. – Я все-таки не ошибся, Мирс действительно южанин, южнее просто некуда.

– Орков видел?

– Видел, – буркнул недовольно парень, отворачиваясь. – На караваны отца пару раз нападали… Ладно, пойду я… Пока.

– Пока. – Я привалился плечом к стене. Поговорили, называется… Кто же знал, что это у парня больная тема… Все, пойду спать, пока не упал прямо здесь.

Спокойной ночи.

Глава 4

Крепкий и здоровый сон – залог крепкого здоровья, так мне говорила бабушка, когда я был маленький. Что ж я бабушку-то не слушаюсь, а? Только лег – и опять пора вставать… И не отдохнул почти, разве что голова уже не болит. Вяло, в полусне, поднявшись с постели и приведя себя в порядок, я двинул к мастеру Ронгару, раз уж обещал.

Легкая предрассветная прохлада и влажный от росы песок тренировочной площадки… Благодать. Самое время для тренировки. Я закрыл за собой калитку и побрел к сидевшему у стены на коврике наставнику.

– Присаживайся. – Мастер, не открывая глаз, кивнул в сторону второго коврика в полуметре от себя.

Я присел, скопировав положение тела наставника – все та же незабвенная поза пирамиды, что используется и в медитациях магов. Только на коленях Мастера Меча (о его ранге говорила серьга с рубином в мочке левого уха – в Арранской империи это отличительный знак бойца высочайшего класса, дающий право на получение дворянства) лежал длинный меч на полторы руки, с испещренными мелкими рунами крестовиной и узким прямым лезвием. В центре гарды находился янтарный кругляш размером с золотой империал, заточенный в круг из рун. Чудовищно дорогое оружие, а учитывая, что выкован меч из голубой гномьей стали, стоить он должен как целый замок с несколькими деревнями в придачу.

– Расскажи о себе.

Я замялся:

– Что рассказывать-то?

– Все: кто, откуда, кто отец, кто мать…

– Зовут Харлаф, родом из вольной деревни Большие Петухи, мать умерла, когда мне было год от роду, а отец, Брамак из Кунга, жив до сих пор и держит постоялый двор в деревне. Есть младшая сестра.

– Где ты научился обращаться с мечом? – наконец проявил хоть какие-то чувства наставник.

– Отец обучил. Он бывший легионер.

– Какой легион?

– Третий. Первый десятник третьей сотни первой тысячи Третьего легиона.

– Ого! Серьезно, – уважительно прищелкнул языком Ронгар.

Реакцию Мастера можно понять, если знать положение дел в королевстве: в Эсхаре на данный момент существует пять легионов, в каждом по шесть тысяч шестьсот человек. Много, конечно, но очень уж беспокойные соседи вокруг. По традиции, Первый легион расквартирован в столице и ее окрестностях, Второй легион разбросан по крепостям страны и никогда не собирается в полном составе, Четвертый легион располагается на границе с Лантаром, а Пятый – на границе с Арранской империей. Третий же легион прикрывает самый опасный участок границы – со стороны орков, непрерывные набеги держат его в постоянном тонусе, не позволяя расслабляться личному составу. И пусть Первый легион считается самым сильным из пяти, но на деле это уже давно не так, а все из-за огромного количества холуев и лизоблюдов, оказавшихся недостаточно родовитыми, чтобы попасть в королевскую гвардию, и вынужденно осевших в легионе.

Соответственно, Третий легион на данный момент – самый боеспособный из всех, элита. Но и среди этой элиты выделяются свои лидеры. Лучшей считается первая тысяча, а худшей – шестая, тот же принцип применяется и для сотен с десятками. Исключение составляет лишь третья сотня: первая и вторая сотни каждой тысячи – это личный резерв командования, лучшие бойцы тысячи… в строю. Третья же сотня выполняет совсем другие задачи, как то: рейды в глубь вражеской территории, диверсии, разведка, охота за головами и много еще чего другого. Вот такой у меня отец.

– Скажите, Мастер, очень сложно получить серьгу? – решился все же спросить я.

Наставник улыбнулся кончиками губ, вопрос его, видимо, не удивил.

– Сложно. Пока что ты на это не способен.

А то я не знаю!

– Просто на будущее… Что для этого нужно?

– Знаешь, это не так-то просто объяснить, – поморщился наставник. – Вообще, в Арране существует своеобразный культ воинского мастерства, с сопутствующим ему законодательством и ранговой системой. Во-первых: обучаться владению оружием в империи можно лишь в Школах Меча, имеющих государственную лицензию, или в армии. Во-вторых, право на ношение оружия имеют только выпускники этих самых школ, что обеспечивает определенный энтузиазм со стороны широких масс населения. И хотя девяносто процентов учеников фактически просто стремятся сдать экзамен, чтобы получить заветное серебряное кольцо воина на большой палец руки, оставшиеся десять процентов – это тысячи и тысячи неплохих мечников, гордость империи.

Среди этих десяти процентов существует деление по уровню мастерства на два ранга… Воин, продолживший обучение в Школе Меча, имеет право на сдачу следующего квалификационного экзамена – на ранг Мечника, и в случае успеха получает серебряный перстень с гербом своей Школы и магическую татуировку на запястье. Если же его постигла неудача, то он может снова попытать счастье через год. И второй ранг – Мастер Меча. Отличительным знаком Мастера Меча является та же татуировка, – сказал наставник, вытянув вперед руку, и я с изумлением увидел, как у него на запястье проявляется, словно всплывает из-под кожи, татуировка – вписанный в круг меч, расположенный рукоятью вверх на фоне восходящего Мистеля, – и серьга с рубином в мочке левого уха…

В твоем случае, так как ты не обучался в Школе Меча, получение ранга – дело несколько более сложное: либо ты платишь за возможность сдачи экзамена тысячу империалов, либо предоставляешь экзаменаторам рекомендации от признанного Мастера Меча. Надеюсь, что из себя представляет квалификационный экзамен, объяснять не нужно?

Я промолчал: вопрос был явно риторическим. А дальше началось. Целый час Мастер мучил меня самыми различными вопросами по самым неожиданным темам, начиная с моего любимого цвета и заканчивая вопросом о сексуальных пристрастиях… К чему был этот допрос, я не совсем понял, но в конце концов и он закончился.

Я облегченно вздохнул.

– Хорошо, – произнес неожиданно Ронгар, поднимаясь на ноги и направляясь в дом.

Я недоуменно уставился ему в спину, но с места не двинулся. Вернулся Мастер спустя десять минут, неся в руках длинный сверток. Мое сердце на секунду замерло, а затем понеслось галопом. Я уже знал, что находится в свертке. И не ошибся… Вскоре моему взору предстал великолепный меч, почти полная копия клинка учителя, разве что рунная вязь поскромнее.

– Держи.

Я несмело, дрожащими от волнения руками взял меч и чуть не упал. В мой разум неожиданно хлынул поток невероятных образов.

Орден Аан … основан две тысячи лет назад императорскими гвардейцами недавно распавшейся в результате гражданской войны империи Аан… возглавляет Магистр… Круг Мастеров… Мастер – рыцарь Ордена, воспитавший ученика, ставшего рыцарем… рыцарь – воин, которого меч Духа признал достойным… воин Ордена – новичок с ученическим мечом… мечи куют гномы в благодарность… отряд гвардейцев, сопровождавший приехавшего с визитом к гномам принца, погиб, сдерживая прорвавшихся из недр Мира демонов… гномы создают лишь заготовку меча Духа… Мастер копирует часть своего сознания в заготовку: боевые навыки, представления о мире, опыт… учитель отбирает ученика без гнильцы, вручает ему меч, а тот со временем решает, достоин ли воин стать рыцарем… ученический меч остается для будущего ученика, а сам он едет к гномам и берет чистый клинок… меч рыцаря Ордена – мощное руническое оружие, признающее только одного хозяина, так как в нем находится часть его души…

Не знаю, сколько я так простоял, окаменев и отрешившись от внешнего мира, но поток образов постепенно начал ослабевать, блекнуть, что и позволило мне вынырнуть в подзабытую уже реальность.

– Я смотрю, ты познакомился со своим новым другом. – Голос наставника окончательно привел меня в чувства.

– Вы хотите, чтобы я стал вашим учеником?

– Да, – не стал отрицать очевидного Мастер. – А ты против?

Я задумался. Шанс великолепный, но нужен ли мне этот непонятный Орден? Хорошо, попробую…

– Я согласен. Где нужно расписаться кровью? – пошутил я.

Мастер хмыкнул:

– Кровь тебе еще пригодится. Все, что нужно, уже сделано, если меч тебя признал, значит, ты в Ордене.

– Как все просто. А если бы я не согласился? – просто ради интереса спросил я.

– Я бы забрал меч и начал искать нового ученика, – пожал плечами Ронгар. – Через пару лет точно нашел бы.

– Через пару лет? Да любой согласится…

– Согласится любой, только не любой подойдет. Лишь человек без гнили в душе может вступить в Орден. – Учитель поднял руку, пресекая мою попытку задать вопрос. – Это не просто прихоть, а вопрос выживания. Самим Творцом наш Орден поставлен хранить этот мир от разрушения. – Я скептически поморщился. Ну что за бред? Ладно еще один псих, возомнивший себя мессией и спасителем мира, но целая организация? – Я понимаю, сейчас ты мне не веришь, но со временем ты к этому обязательно придешь.

– Может быть, – не стал я разочаровывать учителя. Нравится ему верить во всякую чушь – пусть верит. Мне от этого хуже? Лишь бы учил. – Так когда мы приступим к тренировкам?

– Собственно, мы уже приступили. Ведь ты уже знаешь, что в мече находится часть моего сознания, отвечающая за боевое мастерство… Меч подскажет все что нужно, останется только довести движения до уровня рефлексов, но и это будет намного проще, чем раньше. К тому же не так много я могу тебе дать – твой отец поистине великолепный мечник, не знаю, кто обучал его владению мечом, но это наверняка один из членов Ордена. Очень уж у тебя чистая техника, не придется даже переучивать…

– Получается, вы мне и не нужны? – ехидно поинтересовался я.

– Если ты так и хочешь остаться просто хорошим мечником, то не нужен. – Мастер Ронгар усмехнулся. – Но если желаешь стать кем-то большим, то списывать меня со счетов еще рановато.

– Ладно, так уж и быть. – Я милостиво махнул рукой, вызвав очередную ухмылку учителя. – Так чем мы займемся? – Я перешел на серьезный тон.

– Во-первых, ты должен научиться общаться с мечом осознанно… Возьми его в руки и потянись мыслью к камню…

Я с некоторой опаской взял меч и представил, что погружаюсь в центр янтаря, растворяясь в нем полностью и без остатка… В тот же миг в мое сознание снова ворвался поток образов. Но на этот раз я был готов, а потому спустя долгие мгновения запредельных усилий мне все же удалось сформировать свой вопрос. И конечно, я задал вопрос о будущем обучении.

…Каждое утро на восходе Мистеля медитация два часа … в это время самая чистая энергия… Одну двадцатую часть энергии в камень меча, остальное на подпитку организма… самое сложное здесь – научиться перерабатывать энергию дневного светила (древние называли его Аан – отсюда и пошло название Ордена и их империи) в собственную жизненную силу… боевой транс – мозг – это своеобразный предохранитель, не дает телу раскрыть свои силы… мать поднимает вековое дерево, придавившее ребенка… опасно, для поддержания этого состояния используются жизненные силы человека, и он может умереть… энергия, накопленная во время медитации, позволяет воину находиться в боевом трансе несколько минут… сила, накапливаемая в камне, – резерв в бою, заживляет раны, снимает усталость и…

Я, чувствуя, как сознание начинает мутнеть и словно подрагивать, с трудом прервал слияние, едва не свалившись на землю. Не представляю, как буду это делать в бою… Тренироваться придется долго.

Кстати, интересный факт: и у магов, и у воинов в процессе тренировок есть такой элемент, как медитация. Медитация для магов – это погружение внутрь, к ядру Дара и слияние с ним, а у воинов все наоборот – сливаться необходимо с внешним миром и тянуть энергию уже оттуда… Стоп!

– Учитель! – Раз я назвался учеником, то и называть Мастера должен соответственно, а не нейтральным «наставник». – Скажите, тренировки у вас не помешают мне колдовать?

– Что за чушь? – возмутился Крон, даже повернув голову в мою сторону, хотя до того разговаривал со мной, сидя на коврике полностью неподвижно. – Среди рыцарей Ордена полно сильных магов… Да что далеко ходить за примером? Смотри. – Мастер вытянул перед собой руку и сосредоточился: в сантиметре над его ладонью начал медленно расти ярко-оранжевый огненный шарик, источающий вокруг невероятный жар. Я отодвинулся в сторону, опасаясь за свои брови. А вот учитель даже не поморщился – значит, правду говорят, что магически созданный огонь самого мага не обжигает. Спустя две минуты фаербол был завершен, став размером с кулак.

– Ого! – Я с интересом рассматривал магический снаряд, подзабыв даже об опасности лишиться волос. – Научите меня. – Не смог я упустить шанс изучить боевое плетение. – Пожалуйста.

– Нет, – покачал головой учитель. – За изучение боевой магии тебя могут исключить из Академии…

– Плевать! Я сюда не закорючки рисовать пришел, а боевым магом стать!

– Изучив плетение фаербола, боевым магом не станешь, – вполне резонно возразил Мастер. – Ни одной же Формы я не знаю. Я и фаербол-то научился создавать лишь спустя пять лет тренировок. К тому же времени на тренировки в боевой магии у тебя все равно нет.

– Я найду время. Буду приходить сюда, к вам, после занятий и тренироваться.

– Этого мало, несколькими часами в день ты погоды не сделаешь.

– Я сдам другие предметы досрочно!

Я совсем обнаглел. Учитывая предстоящие нагрузки на рунной магии и лингвистике, замахиваться на нечто большее – это уже был предел наглости. Впрочем, теорию магии и ксенологию учить наизусть не обязательно, достаточно иметь общее представление о предмете и конспект.

– Хорошо, – сдался учитель. – Но на многое не рассчитывай… Я вижу, ты все равно не успокоишься… Вытяни перед собой руку. От ядра Дара через руку мысленно протяни четыре нити Силы, выведи из ладони и сплети из них каркас для фаербола, а затем проведи по ним в созданную конструкцию энергию из ядра. Понял?

– Да. – Я сосредоточился, погрузил разум в пылающий шар Дара и… конечно, ничего у меня не вышло. Только начавшие выползать из ядра тонкие усики энергетических нитей просто истаяли по непонятной причине. Я вздохнул, предвкушая долгие и изнурительные тренировки. Лишь бы только не пять лет…

Промучившись еще около часа над созданием фаербола и так ничего и не добившись, я угрюмо поплелся на пары, пытаясь проанализировать свои действия и понять, где совершил ошибку. Что-то там понималось, но как осуществить это на практике – было пока не ясно.

Не знаю, заметили ли мою отстраненность одногруппники, но адер Компт постоянно бросал в мою сторону странные взгляды – спасибо, хоть не трогал и не дергал вопросами.

Интересно, уже вся Академия в курсе вчерашних приключений моего колена? На самом деле, в понимании большинства студентов и преподавателей я уже должен быть где-то далеко от Академии, сидеть в стогу и дрожать от страха в ожидании праведной мести графа. Не удивлюсь, если моя личность и поступок стали одними из самых обсуждаемых в Академии за последние часы. Все, видимо, ожидали от меня каких-то действий, метаний и криков, сопровождаемых вырыванием волос из шевелюры или из задницы, а я, стыдно признаться, даже как-то подзабыл о произошедшем. Убегать я не собирался, что-то пытаться предпринимать в отношении целого графа тоже бесполезно, остается только положиться на случай и удачу. По большому счету, если я буду безвылазно сидеть на территории Академии, то предпринять в отношении меня что-либо фору будет очень сложно. Вот посижу, заняться есть чем, а уж жить-то как хочется!

Кстати, почему бы не тянуть из ядра один большой жгут Силы, разделив его на мелкие только непосредственно перед созданием плетения? Тогда проблем с контролем стабильности потоков быть не должно… А ведь должно получиться!

– Молодой человек, вы слышите? – Меня выдернул в реальность густой тяжелый голос. Ну ничего себе задумался! Даже не заметил, как сменился преподаватель.

– А? Да, конечно, адер, – ляпнул я.

Гном поморщился: такое обращение было ему явно неприятно – у подгорного народа нет такого жесткого деления на сословия, формально у них все равны.

– Повторите, что я сказал.

Я растерянно заметался взглядом по аудитории, пытаясь найти там подсказку. Удивительно, но я даже заметил несколько сочувствующих взглядов.

– Не могу, – признался я спустя несколько секунд, понимая, что выкрутиться не получится.

Гном недовольно поджал губы:

– Кто может помочь молодому человеку?

Неожиданно с места поднялась знакомая мне «пышка», сопровождаемая удивленным взглядом сидящей рядом с ней стервочки и всей группы.

– Вы предложили нам в рамках курса рунной магии выбрать себе специализацию: артефакторика, големостроение или алхимия. Каждая из предложенных специализаций имеет свои плюсы и минусы. В големостроении человеку невозможно достичь сколько-нибудь серьезных успехов по причине неподходящей структуры Силы, максимум, что может сотворить колдун, – это детская игрушка или несложный механизм вроде часов… Данную специализацию стоит выбрать людям с небольшим Даром. Следующая – алхимия, наиболее подходит для нашей расы, но в результате определенных преобразований Дара алхимики теряют способность создавать боевые заклинания. И последний из предложенных вариантов – артефакторика, здесь ограничений нет, но желательно иметь уровень Дара выше среднего… Все.

– Хорошо. А теперь я прошу поднять руки тех, кто желает специализироваться по големостроению… семеро. Запишите свои имена на листе, – пустил по рукам лист бумаги гном. – Алхимия… четырнадцать.

Еще бы, конечно, большинство захотело стать алхимиками, это ведь самая прибыльная профессия. Далее лист перешел к будущим артефакторам, и почему-то я не удивился, когда среди них почти в полном составе оказались те, кто вместе со мной занимался у мастера Ронгара. Вот они, будущие перебежчики, счастливые жертвы имперской пропаганды.

Я вписал свое имя в список и передал его наставнику, а когда тот отвернулся к столу, нашел взглядом «пышку», оказавшуюся обладательницей совсем не подходящего к ее мягкой внешности имени Лоран, и кивком поблагодарил, дождавшись в ответ дружелюбного взгляда. Что могло стать причиной такого ко мне отношения с ее стороны? Ничего, кроме вчерашнего происшествия с фором, мне в голову не приходило. Что же ей сделали благородные, раз девчонка даже решила податься в боевые маги?

– Теперь открываем магические книги и записываем… А вы, молодой человек, можете быть свободны, у вас уже есть задание, – обратился ко мне наставник. – Зал для практических занятий открыт.

Я послушно поднялся из-за парты и направился прочь из класса, провожаемый холодно-презрительными взглядами одногруппников (они явно решили, будто меня отправили на дополнительные тренировки из-за слабого Дара – я ведь так долго сидел над рунным кругом). Интуиция подсказывала, что с этого момента моя легкая жизнь закончилась.

Глава 5

Каждый человек знает, что алкоголь вреден для здоровья. Он не только разрушает мозг и печень, но и имеет обыкновение втравливать своего поклонника в самые разнообразные неприятности. И если для обладателя магического Дара первые два пункта не представляют особой опасности, то третий, по крайней мере для одного конкретного обладателя Дара, опасен втройне. Учитывая же крайнюю усталость этого самого обладателя и полное отсутствие ранее практики в поглощении данного вещества, шанс вляпаться в неприятности достигает ста процентов…

– Привет, красотка, как ты относишься к неспешной прогулке по городу, плавно переходящей в ни к чему не обязывающий завтрак, – выдал подошедший к нашему столу и склонившийся над Лоран молодчик…

Остроумие оценено не было.

Последовавший далее мордобой описывать смысла нет, да я его и не вспомню. Помню лишь, что в ответ на крики молодчика, решившего угрожать мне местью отца, я ответил крохотным фаерболом… Сидеть он теперь не сможет долго. Порадоваться успеху я не успел – по закону подлости именно в этот момент в ресторанчик за каким-то демоном занесло одного из младших преподавателей Академии (судя по форменной серой мантии).

Протрезвел я мгновенно.

– Завтра после обеда зайди в деканат забрать документы, – произнес маг, неспешно подойдя ко мне и, не сказав больше ни слова, спокойно направился к пустующему столику в углу зала.

– Вот и отметили, – подытожил произошедшее Мирс после минуты тяжелого молчания, с сумрачным видом разливая остатки вина по бокалам.

Прошло четыре месяца с тех пор, как я поступил в Академию. Четыре месяца непрерывной зубрежки и изматывающих тренировок. Начиная со счастливого дня выбора специализации, я начал добровольно измываться над самим собой – а как еще можно назвать круглосуточные тренировки и медитации, изредка прерываемые коротким сном? Итогом этого дикого марафона стала досрочная сдача экзамена по рунной магии и зачета по ксенолингвистике, что и стало причиной похода в ресторан с друзьями.

Мирс и Лоран, оказавшаяся дочерью купца второй гильдии Артенса Нунка, торговца шерстью из Довера, были единственными из группы, кто поддерживал со мной дружеские отношения, так что отказаться от их предложения я просто не мог. Тем более что Антонис, граф фор Мерула, с моего легкого колена получивший прозвище «Нос», два месяца назад покинул стены Академии в неизвестном направлении, не выдержав перешептываний за спиной. Перед отъездом он с нехорошей ухмылкой на лице пообещал сделать мне подарок, в связи с чем я две недели спал в обнимку с мечом. Но, видимо, ничего у моего врага не вышло, и в результате я стал меньше опасаться за свою жизнь, чему поспособствовали также и успехи в боевой магии.

Хвала богам, пяти лет для того, чтобы научиться плести фаербол, не понадобилось, хватило и месяца. Далее, за неимением нормального наставника, учебников и имея в копилке знаний только плетение огненных шаров, я начал проводить эксперименты над этим самым плетением, занимаясь самостоятельно и добившись неплохих результатов.

Первым моим заклинанием, если его можно так назвать, стал Всполох, получившийся случайно в результате неудачной попытки создания фаербола. Всполох активировался простым взмахом руки, вызывая на фронте, очерченном рукой мага, всполох пламени. Это заклинание было не смертельно, оставляя лишь легкие ожоги на теле жертвы, но против лошадей или для дезориентации противника просто незаменимо. К тому же вызывалось оно мгновенно. Вторым заклинанием стал, конечно, стандартный фаербол размером с кулак, используемый обычно против бездоспешного противника. Он также создавался довольно быстро, всего за две секунды, а вот дальше все было намного хуже.

Большой фаербол, в три раза крупнее стандартного, приспособленный против защищенного доспехами противника (я долго экспериментировал, высчитывая оптимальное сочетание между количеством Силы, необходимой для уничтожения стального панциря, и скоростью создания плетения), создавался уже десять секунд, и пока никакие тренировки мне не помогали ускорить этот процесс – скорость закачки Силы в плетение все равно оставалась низкой.

Что же тогда говорить о других заклинаниях… Снежок (крохотный белый шарик, состоящий из сжатого до невероятной плотности огня и приспособленный для прожигания прикрытых рунной защитой низшего уровня доспехов) и Огненное Копье (два закручивающихся друг вокруг друга фаербола, выпущенные из двух рук одновременно, которые при подлете к цели сближаются и сливаются в огненное сверло длиной метра три, идеальное плетение против плотного и глубокого строя противника. Конечно, заговоренные доспехи оно не пробивает, но три – пять человек в обычных – влегкую) создаются уже около минуты, для боя время просто запредельное.

И последние два плетения, самые энергоемкие в моем арсенале. Светляк (огромный, почти полметра в диаметре, огненный шар, предназначенный для борьбы против большого скопления врагов – при попытке создать фаербол большего размера силовой каркас заклинания просто рвется) – максимально возможной для меня силы плетение. Таких я могу создать только штук пять подряд, что заставляет гордиться собой, ведь каждый Светляк по энергоемкости лишь чуть меньше Формы. И последний – Огненный Щит (щит из огня, созданный по примеру Всполоха, который помогает против стрел, но от заклинаний защищает слабо, и хотя создается почти мгновенно, в отличие от пяти минут Светляка, но тянет такую прорву Силы, что на деле бесполезен). Всей моей энергии хватает только на две минуты поддержания Щита… И это – если никто не атакует.

Естественно, я пытался расширить свой арсенал, дополнить другими плетениями, но пока ничего не получалось, а скоро мне станет вообще не до экспериментов. Так же как сейчас не до продолжения банкета. Но самое странное, вместе с разочарованием и досадой я испытывал и некоторое облегчение, словно гора с плеч свалилась. Напряжение последних месяцев спало, я смог вздохнуть спокойно, а учеба… демон с ней. По большому счету, в нашей Академии мне делать больше нечего. Тот мизер знаний, который здесь давался, я практически усвоил. Ксенолингвистику и магию Рун сдал, травничество собирался сдавать через неделю, поэтому также проштудировал весь курс. Конспект по теории магии попрошу у препода (а точнее, попросит мастер Ронгар). Что же касается ксенологии, то здесь я мог дать сто очков вперед любому преподавателю, наши с Мастером ежедневные «разговоры обо всем» прилично подковали меня в этой теме. Успел учитель попутешествовать…

Об экспериментах с боевой магией даже говорить не стоит – после исключения здесь вырисовываются только жирные плюсы.

Единственное, о чем я жалел по-настоящему, – это о том, что не закончил обучение у мастера-мечника. Накопление энергии получалось уже неплохо, мастерство фехтовальщика значительно выросло, но с трансом были пока проблемы. Я из него постоянно вываливался. Но все равно, один из пяти спаррингов с Мастером я выиграл… однажды, когда впервые применил в бою Всполох. Жаль, больше на этот прием учитель ни разу не попался.

– Ладно, – сказал я, подняв себе оптимистичными мыслями настроение. – Пойду я.

Друзья переглянулись. Именно друзья – ни я, ни Мирс даже не пытались подкатывать к Лоран с предложениями перевести отношения в другую плоскость. У нее вообще не ладилось с мужчинами, и я догадывался почему. Найти бы ту скотину и оторвать лишнее…

– Конечно, пойдем, – сочувствующе взглянула на меня девушка.

– Да не смотрите вы так! – вспылил я. – Это же не конец Мира. Я даже рад, что так случилось.

– Да? И что же ты собираешься делать дальше?

Я угрюмо посмотрел на южанина. Вот умеет же человек настроение окружающим портить!

– В легион пойду.

– Какой легион?! Ты с ума сошел?! – практически заорал Мирс. – Да тебе с твоим Даром прямой путь в Арранский Университет! С руками оторвут.

– Знаю я, не ори! Я контракт подписал, что десять лет отслужу после учебы.

– Но ведь ты не закончил!

– И что? Деньги-то военное ведомство за четыре месяца все равно уплатило. В договоре этот пункт прописан четко, так что придется мне отслужить четыре года. Причем простым легионером.

– А ты не пытался выплатить… кхм… – Мирс осекся, поймав два красноречивых взгляда. – Понял, не дурак.

– Девушка, счет, пожалуйста! – позвал я официантку, и, расплатившись, мы направились в Академию.

Мне еще предстояло обрадовать учителя.

– Ты идиот! – обрадовался учитель, бросая в меня первым, что попалось под руку (а попался ему кувшин с ламповым маслом). – У тебя только начало получаться!

– Да ладно вам… – Я слегка замялся. – Что мне теперь-то делать?

– Иди собирай вещи и приходи сюда, а я пока пойду поговорю с твоими преподавателями.

– Зачем? – удивился я.

– Затем, что, пока ты официально не исключен, должен успеть сдать экзамены по остальным предметам.

– Все равно мне никто аттестата не даст, – воспротивился я… Это сколько же нужно будет вызубрить за одну ночь?!

– Дадут. Игнорировать официальные печати никто не решится, проблем с Арраном потом не оберешься.

– Да я не справлюсь! – Я все еще пытался отвертеться.

– Справишься – сам же говорил, только теория магии осталась… Или ты хочешь лишиться своей книги заклинаний?

– Н-нет, – искренне испугался я, резко приобретая стимул к учебе.

– А придется! Чародею без печати об успешном окончании официально зарегистрированной магической школы нельзя ее иметь… Все, иди!

– Через час буду здесь, не сомневайтесь, – прокричал я, выбегая из ворот Школы.

Учитель только головой покачал.

Добежал я до общежития мигом и, птицей взлетев по лестнице, вломился в комнату. Вещей у меня было откровенно мало, да и из тех я собирался половину выбросить, оставив себе лишь комплект дорожной одежды, купленный недавно и почти ненадеванный, а также приобретенный на днях черный (самый распространенный в Академии цвет) костюм с серебряной вышивкой. Надо же мне было в чем-то на экзамены ходить? Порядком износившуюся повседневную одежду просто оставил на кровати. Запихнул в сумку свой магический фолиант (это я так, слегка преувеличил для солидности) и несколько смен нижнего белья. Запрятал в пояс жалкие гроши, оставшиеся от выигранных в споре десяти золотых.

Спор, кстати, был очень поучительный: как-то раз во время тренировки с Мастером, проходившей на полигоне для занятий боевых магов, – учитель там обучал меня стрельбе из лука в состоянии боевого транса… Ох и нелегкое это дело, я вам скажу. Зато результат… Обостренные трансом до предела чувства позволяли почти в два раза увеличить дистанцию поражения, а о скорости стрельбы вообще не говорю. Я и раньше был неплохим стрелком (с таким-то отцом!), но теперь просто творил чудеса – кривенькие и куцые, если сравнивать с учителем, но все же. Так вот, как-то раз один из припозднившихся на полигоне студентов-стихийников то ли первого, то ли второго курса скептически высказался в адрес лука как оружия… Пока фор создавал фаербол, я успел сбить в полете десяток монет, которые после признания фором поражения и перешли в мое пользование. Наглядная демонстрация пользы гармоничного развития, ведь полагаться только на магию просто глупо, тем более если ты создаешь фаербол так долго, что даже безногий сифилитик успеет к тебе подбежать и прирезать.

Я кубарем скатился по лестнице и, всучив ключ от комнаты опешившему коменданту, побежал к Школе Меча. Естественно, Мастер еще не успел вернуться, но скучать времени не было. Я раскрыл книгу и начал повторять травничество.

Мастер вернулся спустя час в сопровождении взволнованной травницы и с объемными конспектами в руках. Ну в способности учителя добиваться желаемого я и не сомневался. Не знаю, что он пообещал старушке, но уже спустя десять минут я любовался печатью с четырехлистным клевером в своей книге. Впрочем, за этот экзамен я и не волновался: конспект у меня был, а любое из предложенных в билетах зелий я мог приготовить с закрытыми глазами.

– Ты должен успеть переписать конспект по теории магии до десяти утра, Андрес обещал зайти. К одиннадцати подойдет Дэрик, его конспект можешь не переписывать, просто просмотри. Для зачета должно хватить.

Я кивнул и, прихватив сумку и конспекты, пошел в здание школы. Здесь уже давно был мною оборудован уютный рабочий кабинет… А где прикажете хранить чертежи по боевым плетениям? В общаге?

Утро я встретил злой и раздраженный, пальцы на руках болели – кто переписывал конспект за целый курс всего за одну ночь, поймет. Но я справился, и к десяти часам все было готово.

– Это ты у нас боевой магией балуешься? – с места убил меня адер.

– Откуда вы узнали?

– Не волнуйся, официального приказа об исключении еще нет, совещание по твоему вопросу в полдень. Крон сказал, ты уже получил почти все печати, молодец. Давай книгу.

Адер достал печать и шлепнул в книге. Даже не спросил ничего… И зачем я всю ночь мучился?

– Затем, что конспект – доказательство.

Я что, вслух сказал? М-да, заработался…

– Поверь мне, кто-нибудь захочет тебя проверить. К тому же знания лишними не бывают… Удачи.

– Почему вы это делаете? Почему помогаете? – остановил я уже развернувшегося было, чтобы уйти, адера.

– Восьмая Стихия, парень, – хлопнул себя по сыто звякнувшему кошелю колдун.

Что ж, этого стоило ожидать.

C зачетом по ксенологии у меня проблем также не возникло… Восьмая Стихия, однако. И самая вездесущая из всех.

– Сим объявляю, что студиозус факультета Рун Харлаф из Больших Петухов исключен из рядов достойных студиозусов Академии магии королевства Эсхар, – хорошо поставленным голосом зачитал решение Архимага и Магистров древний старик в роскошной мантии. Этот ходячий переносчик маразма подвизался на должности секретаря Совета Магистров вот уже почти двести лет, давно став своеобразным талисманом. – Также… – Старик запнулся. – В связи с досрочной сдачей всех дисциплин, Харлаф из Больших Петухов удостаивается звания «адер» и переводится во второе сословие. – Маг взял со стола свиток и развернул. – Выбери себе второе имя, – произнес старик, обмакивая перо в чернильнице.

Я улыбнулся: недовольство, прямо написанное на лице вредного деда (он-таки проверил конспекты), пролилось мне бальзамом на душу.

Еще бы, столь резкая смена человеком статуса для Эсхара вещь редкостная. Вообще, переход между сословиями происходил постепенно, на протяжении нескольких поколений, и добивались его люди ценой огромных усилий и затрат. А какой-то сопляк сделал это за несколько месяцев!

– Бледный, Харлаф Бледный, – сумел я удивить старика. По обычаю вторым именем все выбирают себе название родного города. Логичнее было бы выбрать имя отца или другого предка, но здесь была одна закавыка – имя отца, а после замужества отца мужа по традиции к своему имени добавляли только женщины.

Маг недовольно поморщился – тоже мне, блюститель традиций… молот ему в зад. Харлаф Большой Петух… Счаз, только тапки зашнурую. Вообще, проблемы с выбором фамилии (в данном случае скорее прозвища, по примеру арранских магов из простонародья) у меня не было. В детстве меня постоянно обзывали «бледным колдуном», что ж, теперь это можно делать на вполне законных основаниях и без риска получить по кумполу, если обращаться вежливо и с почтением. И пусть шутку пойму разве что только я, но ведь смешно же? Особенно учитывая мою внешность.

Глашатай протянул мне свиток, и хотя выдирать бумагу из его цепких костяшек пришлось силой, я поблагодарил деда скупым кивком. Но вредный старикан еще не закончил:

– Согласно договору между Харлафом Бледным и военным ведомством, – со злорадством начал читать следующий документ секретарь, – вышеназванный Харлаф Бледный, ранее именовавшийся Харлаф из Больших Петухов, обязан прибыть в крепость Дортверн для прохождения службы в звании рядового. Срок службы четыре года.

Я мысленно послал проклятье и деду-гаду и всему военному ведомству скопом. Второй легион, граница с Лантаром. Да я же там со скуки сдохну! А о практических испытаниях боевых плетений можно забыть – войн с Лантаром не случалось уже лет сорок.

Настроение испортить все же смогли, сволочи. Я развернулся, чтобы уйти, но вспомнил важную вещь:

– Когда я обязан прибыть к месту службы?

– Через двадцать три дня ты должен быть в Довере, – ответил мне незнакомый маг с военной выправкой. – Поедешь в Дортверн вместе с новобранцами.

Мое настроение от такой новости опять резко пошло вверх – по подсчетам выходило, что я успею перед отбытием на службу заехать на недельку-другую домой, порадовать отца и сестру. Да и, чего уж там греха таить, покрасоваться перед земляками хотелось.

За дверью меня ждала делегация по встрече: Мастер, Мирс с Лоран… и толпа человек в пятьдесят, гудевшая подобно пчелиному рою, так оживленно меня обсуждали. Едва я вышел, гул тут же стих и все с интересом повернулись ко мне.

– Все хорошо, – старательно игнорируя толпу, успокоил я друзей. – Мне приказали покинуть пределы Академии в течение часа.

– Мы проведем тебя до ворот.

Неловкое молчание.

– Пошли, чего тянуть?

Спустя несколько минут я уже стоял за пределами Академии, метрах в десяти от ворот. Было грустно… но не очень. А дальше настало время прощаний и напутствий – я расцеловался с Лоран, крепко обнялся с Мирсом, со всей дури похлопав его по спине и пообещав заехать в гости поохотиться на орков. И повернулся к учителю:

– Спасибо вам за все, Мастер.

– Всегда пожалуйста. – Мечник сжал мою ладонь своими тисками. – Ты мой лучший ученик, но не забывай тренироваться каждый день, – наставительно произнес Крон. – Особенно уделяй внимание удержанию в трансе. Эта проблема хорошо известна многим воинам – со временем все получится… – Учитель протянул мне нечто, завернутое в ткань.

Я в недоумении взглянул на него, осторожно развернул сверток… и онемел. Это был тот самый пояс, приглянувшийся мне в день поступления. Помнится, я как-то рассказывал об этом случае…

– Зачем? Это же дорого.

– Ничего, деньги у меня есть, а вот тратить их некуда.

– Спасибо, учитель. Я…

– Не надо, это подарок, – прервал меня Ронгар. – И еще держи свиток – это рекомендации в имперские Школы Меча.

– Спасибо… – Я надел пояс, сбросив старый Мирсу на руки. Вместе с черным с серебром костюмом пояс смотрелся просто великолепно, я даже залюбовался. Повесив ножны с мечом Духа и рассовав мелочи по разнокалиберным кармашкам, я пару раз подпрыгнул на месте, поправил метательный нож и, не сказав больше ни слова, развернулся и пошел прочь. Меня ждала где-то там новая жизнь – неизвестно, хорошая или плохая. Главное – новая, а это уже хорошо.

Глава 6

Снова знакомая дорога – позади остался памятный трактир, а впереди показалось место моего позора. Хотя, если подумать, то благодаря этому ограблению я и смог стать, кем стал… Кстати, Кнуту я так и не отомстил, хотя он бы со мной, наверное, не согласился – подчиненные Харальда на протяжении двух месяцев травили его банду, как волков, и в довершение совершили удачную облаву на воровскую хату, уничтожив практически всех бандитов. Сбежать удалось лишь главарю и парочке его ближних… Жаль, Харальд не смог продолжить поиски – его контракт с магистратом Стратона закончился, и он вынужден был покинуть пост главы стражи. При последней встрече капитан говорил, что собирается покончить с наемничеством и вернуться на родину, в Норк. Приглашал в гости.

Так, размышляя и планируя свои дальнейшие действия, я и не заметил, как наступил вечер. К этому времени я уже прошел почти половину пути. Не знаю, что было тому причиной – то ли более длинный летний день, то ли я шел быстрее, а может, имел место эффект знакомой дороги. Ведь не секрет, что знакомая дорога всегда короче, чем незнакомая. Если все будет хорошо, то завтра к вечеру я уже буду в Петухах… Эх, если б знал, то вместо парадного костюма купил лошадь… Уже дома сидел бы. Я завертел головой, высматривая остановившихся на ночевку путников, – теперь-то уж ни один крестьянин не посмеет пренебрежительно высказаться в мой адрес (меч говорил о статусе человека лучше любых слов).

Спустя пару минут я заметил немного в стороне от тракта небольшой костер и веселым шагом направился туда – что ни говори, а целый день на ногах, к тому же после бессонной ночи и больших переживаний, вымотает кого угодно. К костру я подошел, ступая как можно тише – не стоит сломя голову бросаться в объятия незнакомцев, мало ли? У костра, спиной ко мне, сидели пятеро самого обычного вида мужиков, разве что оружия при них было больше, чем требуется. Впрочем, времена сейчас опасные… Я собирался уже обозначить свое присутствие, но метрах в десяти от костра почувствовал неладное.

За последние месяцы я не только развил свои способности эмпата, но и научился неплохо закрываться от Мира. Только сильные эмоции, а особенно агрессия и ненависть, направленные на меня самого, пробивались сквозь броню контроля чувств. И сейчас в мою сторону были направлены не самые приятные эмоции со стороны пятерки сидящих около костра людей.

Конечно, умнее было бы сейчас убежать, но тут во мне неожиданно взыграли гордость и азарт.

– Кто вы такие? – спросил я спокойно. Один из мужиков вздрогнул, но остальные повели себя более уверенно и с большим самообладанием. Где-то в стороне, метрах в двадцати, я услышал шорох – еще один «мужик». Какие-то они странные…

– Путники, идем в Стратон, – произнес один из незнакомцев, поднимаясь с бревна и поворачиваясь в мою сторону с дружелюбной улыбкой на изуродованном шрамом лице. Хотя почему незнакомцев? Я не поверил своим глазам – передо мной стоял и улыбался… Кнут!

Видимо, мой взгляд не остался бандитом незамеченным, так как он нахмурился, отчего его лицо стало особенно уродливым.

– А-а, старый знакомый! – обрадовался разбойник. – Братва, гляньте, это ж наш цыпленок, несущий золотые яйца! – Я заскрежетал зубами. – Решил опять помочь бедным голодным разбойникам денежкой? Ты, я смотрю, разбогател, костюмчик новый прикупил. Молодец, а то мой совсем поизносился… Видишь, Крыс, правильно я тогда не дал его убить – сколько пользы он еще нам принесет!

Я злорадно ухмыльнулся. Ну-ну, ребята, пользы, говорите?!

– Вы, как я погляжу, сменили стиль работы? Лень даже на дорогу выходить?

Кнут зло сверкнул глазами:

– А зачем? Ты и сам к нам пришел, верно?

– Да я подумал, вы просто стражи боитесь… Извините за неуважение, – шутовски поклонился я.

– Что ты об этом знаешь?! – прорычал бандит, подходя ко мне практически вплотную. – Говори, гнус, и я, может быть, оставлю тебя в живых!

– Не так уж и много, – покорно произнес я. – Только то, что ты трусливо сбежал, когда твоих людей вырезали наемники… – Кнут шумно засопел. – А я ведь просил взять тебя живым…

– Так это ты? Из-за тебя я потерял все, из-за тебя вынужден прятаться в лесу, как барсук? – Бандит медленно потянул из ножен меч. – Убью!

Остальные разбойники во время нашего разговора разошлись полукругом и приготовили оружие, двое лучников положили стрелы на тетивы.

Дожидаться атаки бандитов я не стал. Соскользнув в транс, я привычно плавным движением взмахнул рукой, и разбойников захлестнуло волной ярко-оранжевого пламени. Вот и испробовал Всполох на практике. Ошеломленные и обожженные бандиты заорали, завизжали на разные голоса – им показалось, что они горят. Что ж, очень похоже. Не медля ни секунды, я извлек меч из ножен и стремительным движением вспорол Кнута от паха до подбородка, вскрывая, как кабана. Великолепный клинок даже не почувствовал сопротивления не прикрытой доспехами плоти.

Следующим ударом я полоснул бестолково размахивавшего коротким клинком коренастого бандита… и выпал из транса. Как же не вовремя! Ничего, и так справлюсь. Промелькнувшая возле самого уха стрела заставила отбросить мысли прочь. И спустя пять секунд лучники валялись на земле безжизненными тушками – единственным оставшимся в живых был подраненный мною попутно крысоморд… Хотя нет, я забыл о сидевшем в засаде бандите!

Я убрал щит концентрации и полностью открылся Миру: в сознание хлынули потоки новой информации, но я справился, выделив из десятков светящихся комков один, самый большой, источающий вокруг себя на много метров прямо-таки животный ужас. Он убежал уже довольно далеко, но это было неважно. Вызвав из памяти плетение фаербола и быстро напитав Силой, я метнул его вдогонку последнему бандиту. Со скоростью, превышающей скорость арбалетного болта, огненный шар ударил в спину беглеца, прожигая дыру в спине и зажаривая внутренние органы. Ого! Фаербол пролетел еще метров десять и погас прямо в воздухе.

Я медленно повернулся к тихо скулящему и баюкающему культю Крысу, пытавшемуся уползти прочь, но у него ничего не получалось – страх превратил мышцы ног в кисель.

– Ну здравствуй еще раз! – Крысоморд мелко задрожал, а его зубы начали отбивать чечетку. – А скажи-ка ты мне, дружок, – я ткнул бандита мечом с бедро, вызвав этим громкий взвизг с его стороны, – где вы храните награбленное?

А что, нужно же мне возместить убытки, полученные в результате их деятельности?

– Нету у нас ничего… Не убивай меня, я тебе все отдам… возьми… у атамана в поясе золото есть… Не убивай!

Я подошел и начал обшаривать пояс Кнута – впрочем, долго мне этим заниматься не пришлось. Монеты я нашел почти сразу. В поясе оказалось всего семь золотых монет и полтора десятка серебра – не много, но и не мало.

– Что еще можешь предложить за жизнь? – Я с интересом посмотрел на Крыса. Наверняка же что-то еще припрятано – если бы нет, то я бы не ощущал того букета эмоций, которым благоухал бандит: жадность, ненависть, страх…

– Больше ничего нет, клянусь!

– Ты врешь, – произнес я спокойно, с поразившим меня самого хладнокровием отрубая крысоморду ногу в колене. Я вовсе не забыл, как вел себя мелкий бандит, когда сила была на его стороне, – это давало крепкий иммунитет к жалобным стонам и взглядам. – Я чувствую ложь, – произнес я со стальными нотками в голосе, перекрывая истошный визг и прижигая Всполохом рану.

– Это все, правда! Кнут нам не доверял и держал все деньги при себе, но у меня есть камень… Я его… одолжил, еще до разгрома ватаги стражей.

– Проще говоря, ты его украл, – расставил я все по своим местам. – Где камень? Только не говори, что у тебя его с собою нет! – Я с угрозой поднял меч.

– С собой!!! – в ужасе заорал бандит, срывая голос и дрожащими пальцами вынимая из потайного кармашка пояса небольшой рубин…

– Где вы его взяли? – поинтересовался я с подозрением, рассматривая камень. Очень знакомый камень.

– Из серьги достали, – оправдал мои подозрения крысеныш.

– Вы смогли справиться с хозяином серьги в бою?

– Не совсем, он неосмотрительно зашел в один трактир… Немного яда, и не нужно рисковать своими жизнями… – От кровопотери Крыс сильно побледнел и голос его стал тише. Из последней фразы я почти ничего не расслышал.

Зато я расслышал другое – звук, обрадовавший меня невероятно: где-то неподалеку заржала лошадь.

– Вы добирались сюда верхом?

– Да, мы живем… жили в лесу, верстах в пяти. В охотничьем домике.

– Я возьму лошадей, ты не против? – спросил я, обходя стороной лужу крови, натекшую из разбойников. – Они тебе все равно не понадобятся.

– Ты обещал не убивать! – Крысоморд чуть не плакал.

– Когда это? Не помню… А впрочем, не стану я тебя трогать. Сам сдохнешь, от потери крови.

– Помоги! – взмолился Крыс, протягивая руку ко мне.

– Хорошая шутка… – Я улыбнулся. – Прощай.

Спустя полчаса, когда я проехал мимо костра, ведя за собой небольшой караван из четырех заводных лошадей, крысоморд был уже мертв. И червячок сожаления во мне даже не шевельнулся.

Здраво поразмыслив, я решил не оставаться ночевать возле трупов, а продолжить путь. Благо теперь не на своих двоих. В двух часах езды отсюда располагался небольшой постоялый двор. Там и остановлюсь…

К постоялому двору я подъехал уже за полночь и, поколотив в ворота рукоятью меча пару минут, был все же впущен внутрь. К моему удивлению, несмотря на поздний час, в трактире вовсю кипела жизнь. Сдав на руки подбежавшему мальчишке лошадей и бросив ему медяк за услуги, я вошел в зал. Все посетители резко замолчали, повернув головы в мою сторону, но через мгновение все вернулось на свои места. Я внимательно огляделся, стараясь определить степень опасности временных соседей, просканировал их на предмет враждебных чувств и, не заметив ничего предосудительного, подошел к стойке.

– Что вам угодно? – спросил хозяин уважительно, при этом протирая стойку тряпкой.

– Ужин, комнату на ночь и продать лошадей.

– Э-э, извините? Лошадей?

– Да, лошадей! Это такие твари с копытами и хвостом, на них еще ездят обычно, – ответил я ехидно, раздосадованный непонятливостью собеседника.

– И где они?

– У меня в мешке! – Удивленный взгляд трактирщика на мой заплечный мешок. – В конюшне, конечно!

– О, конечно. – Мужик улыбнулся. – Пойдем посмотрим, что там за лошади…

– Три золотых, – назвал свою цену после внимательного изучения животных трактирщик. – И ни медяком больше!

– Каждая из них стоит три! – возмутился я. Действительно, где это видано, чтобы верховая лошадь стоила одну монету? Вот скряга!

– Два, два золотых они стоят, но я возьму за один, потому что знаю, кому они принадлежали, – ошарашил меня толстяк. – Меня не волнует, каким образом лошади оказались у тебя, но, я так понимаю… Претензии ко мне предъявить некому?

Я ухмыльнулся:

– Некому, лошади достались мне честным путем… С их хозяевами я расплатился сполна.

– Тогда держи деньги, – протянул в мою сторону руку с зажатыми в ней заветными кругляшами трактирщик.

– И я бесплатно ночую сегодня.

Хозяин широко улыбнулся:

– Конечно, я даже за ужин ничего не возьму…

Я, больше не колеблясь, взял золото и бросил в заплечный мешок – потом в пояс переложу.

– Прошу, проходите…

Проснулся я на следующий день поздно, часов в десять. Быстро одевшись и умывшись из стоящего в углу на табурете кувшина, спустился вниз. Зал был практически пуст, все путники покинули трактир еще на рассвете. Заказав на завтрак яичницу с ветчиной и быстро ее умяв, я вышел во двор. Лошади уже были оседланы, а довольный мальчишка-конюх нетерпеливо топтался на месте. Я бросил ему медяк и, дождавшись, пока откроются ворота, выехал наружу. По большому счету, до Больших Петухов ехать было всего ничего, часов за пять доберусь.

Да, все-таки передвигаться на чужих четырех (а если точнее, то даже на восьми, так как я периодически прямо на ходу пересаживался на заводную лошадь и обратно) намного удобнее, чем на своих двоих, и быстрее. Как я и думал, уже к трем часам дня я проехал Крупки. Здесь я слез с лошади и переоделся в парадный костюм. А что? Имею право!

Но мой въезд в деревню не произвел ожидаемого эффекта. Встреченные по дороге односельчане испуганно шарахались в стороны и отводили глаза, проходя мимо, не здоровались. Да что случилось-то?! Сердце тревожно екнуло, и его словно сжала холодная когтистая лапа. В голову полезли нехорошие мысли… Я пришпорил лошадь, в несколько мгновений домчался до центра деревни и застыл на месте.

– Два месяца назад это случилось. – Голос подошедшего незаметно старосты заставил меня вздрогнуть.

– Где отец? Эль? С ними все хорошо?

– Брамак погиб… А Эльвира… – Староста замялся, по примеру своих подчиненных отводя глаза в сторону.

Я даже не заметил, как вошел в транс.

– Она жива? – прорычал я прямо в испуганное лицо дядьки Церко, с легкостью поднимая довольно-таки упитанного мужика правой рукой в воздух.

– Жива. Ее уже ведут… от… пус… ти… задохнусь ведь!

– Пожар? – Я, взяв себя в руки, опустил старосту на землю.

– Нет, – помотал головой несчастный, массируя руками передавленную шею. – Два месяца назад налетели люди. Молодой аристократ с солдатами… Ворвались в трактир. Твой отец пытался сражаться, но один из солдат оказался сильнее – так же быстро двигался, как ты сейчас… Твоего отца схватили… – Староста замолчал, не решаясь говорить. Но, испуганно взглянув на меня, продолжил: – Распяли Брамака на стене трактира, а потом аристократ начал над ним издеваться. Твой отец – настоящий воин, его пытали целый час, а он не проронил ни слова. Нас всех заставили смотреть, как ему кишки на кол наматывают… Мы ничего не могли сделать! – оправдался Церко. – Приказчик графа сказал, что его светлость разрешил… Да два десятка графских воинов с ним… Что мы могли?! Потом они подожгли трактир и уехали.

– Ты ничего не сказал о моей сестре…

Я внезапно осекся: ко мне в сопровождении жены старосты приближалась Эль. Некогда обворожительная веселая девушка превратилась в уродливое подобие человека – абсолютно седая, с пустыми бессмысленными глазами, она что-то беспрестанно шептала, а стоило старостихе отпустить ее руку, застыла на месте и начала раскачиваться вперед-назад. Боги…

Внезапно на Мир опустилась ночь. Чернильная темнота, разрываемая кровавыми всполохами, заволокла все вокруг, дикая ярость и исступленная ненависть пробили броню удерживаемого с огромным трудом ледяного спокойствия… Перед моим взором стояло лишь безносое, изуродованное ожогами и шрамами лицо сестры. Теперь-то я понял, какой подарок приготовил мне фор Мерула. Как же я жалел, что не убил тогда эту тварь!..

Не знаю, сколько я находился не в себе, но наваждение все же закончилось, разбитое пробившимся из реальности ощущением текущих по моему лицу слез… Я очнулся. Вокруг меня на расстоянии пятидесяти шагов под действием невероятного жара земля сплавилась в твердую как камень массу. Огромное черное пятно – результат потери магом контроля над собой – во второй раз изуродовало землю. Но все было не так уж и плохо: ярость пламени не смогла дотянуться ни до одного из домов, превратив в пепел лишь парочку заборов и старое, побитое молнией дерево. Люди также не пострадали – староста и его жена проявили недюжинные способности в беге на короткие дистанции, что их и спасло. Единственной, кто словно и не заметил произошедшего, была Эль, все так же продолжавшая стоять рядом. Огонь не причинил ей ни малейшего вреда. Я провел пальцем по щеке, подхватывая горячую каплю… Кровь. И ядро опустошено.

– Эль, сестренка, ты меня узнаешь? – Я осторожно взял сестру за плечи… и тут же отдернулся – на меня смотрели пустые, заполненные беспредельным ужасом глаза. Меня словно молния ударила.

– Не трогал бы ты ее, сынок, – произнесла старостиха, неизвестно как снова оказавшаяся рядом. Она успокаивающе поглаживала руку Эльвиры. – Эль теперь всех мужиков боится.

– Они ее… – Я запнулся.

– Да. Я и не думала, что люди могут быть такими зверьми. А ведь одного из тех солдат я хорошо знаю, хороший парень… был.

– Имена… скажите мне имена. Сколько их было?

Женщина понимающе кивнула:

– Два десятка солдат графских, приказчик его же был, Иглеасом кличут. Молодой благородный за главного, а с ним еще четыре воина, маг не из наших и воин с волосами, в мелкие косицы заплетенными, да с двумя кривыми мечами. А как кого звать, откуда мне знать-то?

– Спасибо, – поблагодарил я старостиху, протягивая ей вырученные за лошадей деньги. – Это вам за заботу о сестре… И еще, где похоронили отца?

– На кладбище, возле твоей матери, как он и хотел.

– Спасибо. Если вам не трудно, приглядывайте за могилой… Хорошо?

– Конечно, сынок, пригляжу, как не приглядеть. Ты иди, с отцом попрощайся.

– Если не трудно, соберите вещи Эльвиры, я зайду за ней через час.

– Ты что ж, с собой ее заберешь? Совсем не в себе она, на лошади не усидит! – Женщина всплеснула руками.

Действительно, об этом я не подумал.

– Дядька Церко, – крикнул я голове старосты, высовывающейся из-за угла дома. – Телегу свою на лошадь сменяете?

– Сменяю, – оживился, почувствовав выгоду, староста. – Ты лошадок оставь, я сам впрягу.

Я согласно кивнул: оно и понятно, после таких фокусов ко мне подойти не каждый рискнет.

– Спасибо.

Я никогда не любил ходить на кладбище. Нет, это вовсе не из-за какой-то глупой боязни оживших мертвецов или призраков – ну какому некроманту есть дело до засиженных клопами Больших Петухов? А чтобы мертвецы поднялись сами, нужно столько злой энергии, что все жители близлежащих деревень умерли бы, не дожидаясь прихода покойников. Я не любил ходить на кладбище потому, что там мне в голову всегда лезли посторонние мысли, какие угодно, но только не об усопшем. Возможно, подсознательно я считал себя виноватым, словно совершал постыдный поступок. Вот и сейчас, стоя на могиле отца, я думал вовсе не о нем.

В моей голове завязался самый настоящий спор. Одна часть меня, с криком и пеной у рта, призывала немедленно пойти и убить обидчиков, невзирая ни на какие трудности и опасности. Другая же часть, словно бездушный механизм, атаковала фактами, призывая затаиться и ждать, накапливая силу и информацию, чтобы потом, спустя годы, отомстить. Этот странный спор длился вот уже полчаса, но я не мог прийти к однозначному выводу. С одной стороны, я больше всего на свете сейчас хотел вырвать сердца ублюдков, поднявших руку на мою семью, но с другой – идти мстить сейчас, когда я всего лишь колдун-неумеха, – просто изощренный способ самоубийства. Я презирал себя за такие мысли, но постепенно все же жажда жизни пересилила ненависть. Единственное, что я мог себе позволить, это выведать имена.

И даже знал как…

Но первоочередной задачей была вовсе не месть… Месть может подождать. Единственный оставшийся у меня родной человек – сестра – намного важнее мести. Нельзя оставлять ее страдать, забывшись в угаре ненависти. И пусть сделать я для нее могу не много, но буду стараться изо всех сил!

Снова мне предстоит путь в Стратон, только там можно найти помощь. Единственные, кто может помочь Эльвире, – это служители Светлых богов (целители с легкостью лечили раны тела, но душевные раны были им не по плечу и считались епархией жрецов). Именно к ним я и собирался направиться.

– Прощай, отец! – Я поклонился. – Прости, если сможешь.

И ушел.

Ровно через три дня, в три часа пополудни, я вновь увидел перед собой стены Стратона, но теперь, в отличие от прошлого раза, в моей душе не было даже искорки ликования и предвкушения, лишь злоба и боль. Трое суток я мучился, наблюдая за страданиями Эль и пытаясь найти себе оправдание, что, правда, не очень хорошо получалось. Дни пути прошли для меня как в тумане, перед глазами постоянно крутились картины, которые рисовало воображение… И злоба в результате вспыхивала с новой силой. Каким чудом мне удавалось контролировать себя и не сжечь единственное средство передвижения, я и сам не знал.

Наша телега медленно плелась вслед за караваном из двух десятков точно таких же телег, груженных самыми разнообразными продуктами, начиная от бочек с пивом и заканчивая клетками с живыми, истошно визжащими и отчаянно брыкающими друг друга поросятами.

Наконец, спустя почти час, подошла и моя очередь. Стражник у ворот мельком посмотрел на меня, долгим оценивающим взглядом окинул сестру и, поворошив мечом сено в телеге, спросил:

– Кто такие, зачем в столицу?

– Адер Харлаф Бледный. – Стражник недоверчиво прищурил глаза, но документы требовать не стал, заметив дорогой меч. Действительно, после бессонных ночей, в мятой одежде, я не производил должного впечатления. – Везу сестру в Храмовый город на излечение.

– С вас десять медяков за въезд в город, адер.

Я молча достал деньги и высыпал их в руку стражника, добавив сверху пару кругляшей.

Но, едва въехав в город, сразу понял, какую ошибку совершил. Не стоило заезжать в Стратон вот так просто, на телеге – за всеми событиями я запамятовал, что крестьянские телеги в центральную часть города не пропускаются. Им по дороге вдоль стены выделен прямой путь на Нижний рынок. Там, в отличие от Верхнего, вы не найдете ни оружия, ни тонких вин, ни чужеземных тканей, но если вам понадобилось приобрести зерно, свиней, коров или другую животину – милости просим на Нижний рынок! Все, что может дать земля, можно найти на Нижнем… Вот только Храмовый город совсем в другой стороне.

Я резко осадил лошадь.

– Стой!.. Эй, уважаемый! – обратился я к подъехавшему ко мне впритык бородатому крестьянину в грубой добротной одежде и с внушительных размеров ножом на поясе. – Сколько за лошадь с телегой дашь?

Мужик нахмурился, со смачным скрежетом почесав поросшую жестким волосом шею. На редкость волосатый экземпляр. И наконец разродился:

– Пять серебрушек.

Я чуть не задохнулся от возмущения: если учесть, что в одном золотом двадцать серебряных монет, то предложенная цена – это форменный грабеж.

– Хорошо, – согласился я, хотя вся моя сущность протестовала против такого транжирства – что ни говори, а я все же сын трактирщика, и бережливость у меня в крови. Так проматывать деньги, как это делают благородные, я не смогу никогда. Воспитание не позволит.

Но сейчас времени на споры или поиск другого покупателя не было. Успокаивающий настой, прозванный за свой эффект студентами «зомбозельем», который я дал сестре, закончит действие спустя два часа, повторно же принять его можно лишь спустя сутки… Что произойдет с Эль, когда она очнется в окружении такого количества людей, я даже предсказывать не берусь.

Забрав деньги, я повернулся к сестре и скомандовал как можно четче:

– Иди за мной в двух шагах и не отставай.

Секрет управления человеком, находящимся под воздействием «зомбозелья», прост – четкие и недвусмысленные команды, хотя человек, выпивший зелье, и находится без сознания, но его тело может выполнять простейшие действия. Главное, отдать приказ, без приказа зомби (конечно, не в том смысле, который вкладывают в него некроманты, но в остальном сходство полное) просто застынет на месте.

Так, медленно продвигаясь по улицам и улочкам, иногда проталкиваясь сквозь толпу, наша странная пара достигла ворот Храмового города. Вернее, даже и не ворот, а просто высокой арки из черного и белого камня, украшенной символами Старших богов, выполненными из золота и серебра. В самом верху арки, в месте слияния черного и белого камня, располагался простой круг – символ Отца богов Пресветлого Орвуса, а вниз по ней тянулась цепочка символов-имен остальных Старших.

Во мне зашевелилась надежда. Ведь не может же быть, чтобы никто не смог помочь? Верно?

…Оказалось – не верно. Нет, помочь-то могли, вот только цена… Три тысячи империалов – годовой доход не бедного баронства, причем это еще самая низкая из озвученных сумм. И, как я ни старался, несмотря на все уговоры, скинуть ее не получалось.

Входя в дверь очередного, пятого по счету, храма (к тому времени все мои надежды на излечение сестры оказались разбиты, да к тому же действие зелья заканчивалось, и что делать с Эль дальше – я не знал), на успех я уже не надеялся, действуя скорее по инерции и от безысходности – без денег жрецы и пальцем не пошевелят… Правильно я в богов не верю. Или верю, тут уж вопрос философский.

Для большинства людей слова «вера в богов» – это синоним слов «поклонение богам», то есть молитвы и принесение жертв какой-нибудь божественной сущности. Мне же всегда претило поклонение кому бы то ни было, пусть даже и богу, поэтому я могу твердо сказать – я не верю в богов. Если же рассматривать слова «вера в богов» как «вера в существование богов», то в таком случае я в богов очень даже верю, глупо было бы не верить, учитывая, какие толпы аватар этих самых богов бродят по миру. А уж чудеса, творимые жрецами, и вовсе можно увидеть в каждом более-менее приличном храме.

Дубовая дверь легко провернулась на петлях, и я вошел в небольшую комнатку со стенами, облицованными белым мрамором. Осмотрелся. У противоположной от дверей стены комнаты стоял стол, за которым сидел и, зажмурившись от удовольствия, ковырялся мизинцем в ухе довольно упитанный круглолицый жрец, одетый в традиционную для этого сословия одежду – белую (для жрецов Темных богов – черную) хламиду. За спиной жреца находилась двухметровая статуя бога Анива, который держал в вытянутой правой руке кубок, а левую приложил к сердцу… Если б я не знал, что Анив – бог-покровитель всех находящихся в пути, ни за что бы не догадался. Нельзя было отобразить сущность бога поточнее?!

– Вход в молитвенный зал с другой стороны здания, – буркнул жрец недовольно, с явным сожалением вынимая палец из уха и с интересом рассматривая налипшее на него содержимое. На меня он даже не взглянул.

– Знаю. – Я подошел к столу. – Я собственно по поводу излечения.

Толстяк сразу оживился, и его лоснящееся от жира лицо расплылось в улыбке, при виде которой меня посетило неожиданное и не свойственное мне желание ударить незнакомого человека ногой в лицо. Очень уж гадостно ухмылялся жрец, хотя сам он, наверное, думал как раз наоборот.

– Позвольте… э-э… – Жрец долгим намекающим взглядом посмотрел на меня, а его губы скривились в едва заметной презрительной ухмылке.

– Адер Харлаф Бледный, – правильно расшифровал я взгляд толстяка. – А это моя сестра Эльвира.

– Хе-эх, – шумно вздохнул жрец, с трудом поднимаясь на ноги и выходя из-за стола. – Позвольте, адер. – Толстяк подошел к Эль и начал внимательно ее разглядывать. – Интересно… Вы напоили ее зельем Зорна?

– Да… Она несколько не в себе после случившегося. – Что удивительно, клирик хоть и не производил такого впечатления, но врачом, судя по всему, оказался неплохим.

Жрец на несколько секунд погрузился в раздумья.

– Мы можем помочь вашей сестре. – Я подался вперед. – Но это будет стоить три тысячи золотых империалов.

– У меня нет таких денег…

Да они, сговорились, что ли?!

– Тогда ничем не могу помочь. – Глаза и тон клирика охладели на несколько градусов. – Братьям тоже нужно на что-то существовать.

– Существовать?! – Я не выдержал, срываясь на крик. – Да ты на себя в зеркало посмотри! Иная свинья меньше сала на себе носит!

Лицо клирика начало стремительно багроветь, а сам он надуваться как мыльный пузырь, гневно раздувая ноздри.

– Да как ты смеешь, сопляк?! Как смеешь ты говорить такое жрецу самого Анива!

Ага, как же, самого… Этот Анив – просто один из второсортных божков, каким-то чудом поднявшийся в Старший пантеон. Правда, вслух этого я сказать не решился – все, что сказано в храме бога, сказано богу. Мне не хотелось наживать себе врага среди небожителей. Я скрипнул от злобы зубами, а затем просто развернулся на месте и вышел, потянув вслед за собой сестру. Я уже знал, что просить и уговаривать бесполезно, так же как и предлагать отдать долг со временем или отработать. Эх, если бы не служба в легионе…

За пределы храмового двора я вышел в препаршивейшем настроении. Все надежды рушились, как карточные домики… И к тому же «зомбозелье» прекращало действовать. Я в отчаянии заметался взглядом по улице, судорожно пытаясь найти выход из ситуации.

– Я вижу, вам нужна помощь, – раздался внезапно сбоку тихий, мелодичный голос.

Я от неожиданности вздрогнул и обернулся. Рядом со мной стояла симпатичная девушка лет двадцати, одетая в традиционную белую одежду жрицы. Как она смогла незаметно подойти ко мне так близко?!

– Да, – произнес я несколько ошарашенно, с тревогой наблюдая, что веки моей сестры начинают дрожать – первый признак прекращения действия зелья. – Моей сестре необходимо лечение, но никто не соглашается помочь. Честно говоря, я не совсем понимаю, как бог, называющий себя Светлым, может…

– Не стоит таить злобу на богов, не все из них безразличны к страданиям смертных, – прервала меня незнакомка. – Моя богиня увидела страдания вашей сестры и решила помочь.

– У меня нет денег, – ответил я почему-то с вызовом, даже немного грубовато, хотя должен был благодарить. – Что твоя богиня просит взамен?

Не подумайте, обычно я не грублю незнакомым людям, но сейчас просто такое настроение, что… Да и жреческое одеяние подействовало на меня как красная тряпка на быка.

– Кстати, как ее имя? – Я насторожился: среди Светлых богов всего три женщины, и храмы всех их я уже посетил.

– Мою Госпожу зовут Орисса, – не без гордости произнесла жрица.

Я в недоумении уставился на девушку.

– Никогда не слышал о такой… – Жрица смутилась, опустив глаза. – Она Темная или Светлая?

– Светлая, конечно! – Девушка гневно топнула ножкой. – Просто… Она еще очень молода, и о ней мало кто слышал…

– Так… Чего же хочет ТВОЯ богиня за излечение Эльвиры?

– От тебя Госпоже ничего не нужно!

– Значит, ей что-то необходимо от моей сестры, – произнес я убежденно. – Что?

– Дело в том, что Госпожа остро нуждается в верных жрицах…

– Жрицах?! – прервал я свою собеседницу в крайнем удивлении и не совсем вежливо. – Но это каждый человек должен решить сам, а она сейчас не в том состоянии… – И тут неожиданно меня осенило. – Почему именно она? У Эль есть Дар?

– Да, и довольно сильный. Что же касается добровольности посвящения богине… Как только Эльвира будет здорова, она сама решит, как ей поступить. Но я уверена, решение будет правильным.

– Хорошо. Я не против.

На самом деле, такой шанс упускать нельзя. Это величайшая удача для обычной девушки – стать жрицей, а учитывая наличие Дара и почти полное отсутствие конкуренции, это дает реальный шанс в будущем занять высокое место в храмовой иерархии.

– Иди за мной! – Жрица грациозно развернулась и буквально поплыла над дорогой вперед.

Спустя десять минут наша маленькая процессия подошла к месту назначения. Им оказался самый обычный, скромных размеров домик… М-да, эта богиня действительно… Если уж главный храм больше похож на лавку горшечника, то даже призрачный шанс заполучить новую жрицу с Даром она точно не упустит. За сестру можно не волноваться – ее в храме будут опекать как величайшую драгоценность.

– Кх-м… Скромно, – произнес я тактично, делая шаг по ступеням вверх.

– Мы только месяц как основали храм в Эсхаре, – смущенно оправдалась девушка. – Проходи.

Действительно, месяц как основали. Единственное, что в этом, с позволения сказать, предбаннике намекало на его принадлежность к храму, была небольшая, по пояс, статуэтка, стоявшая на табуретке (!) в углу. Я едва сдержал смех, закрыв себе рот рукой, но все равно сдавленный смешок предательски вырвался наружу. Скорлупа отчуждения, отделившая меня от Мира после известия о случившемся с семьей, дала трещину.

Жрица бросила на меня гневный взгляд, но я уже успокоился, с преувеличенным уважением взглянул на статуэтку и глубоко вдохнул, пытаясь не заржать.

– Великолепный храм, – произнес я с серьезным лицом.

– Спасибо, – вежливо прошипела девушка, сжимая кулачки. – Все, дальше мужчинам хода нет!

А вот мне интересно, это она только что придумала или так и есть на самом деле? Что ни говори, а язык когда-нибудь доведет меня до расцарапанного лица. Поэтому я его и прикусил…

– Но как я могу быть уверен, что с Эль все в порядке? Я…

– Клянусь именем Госпожи, никто из слуг ее не причинит вреда твоей сестре!

Я в изумлении вытаращил глаза: после слов жрицы статуэтка Ориссы засветилась тихим голубовато-золотистым светом, который словно омыл своим сиянием все вокруг, преображая неприглядное помещение и превращая его в нечто невыразимо прекрасное. Ни одно творение рук смертных никогда даже не приблизится к подобному.

На несколько секунд я впал в ступор.

– Простите за недоверие, жрица, – поклонился я, едва придя в себя. Одно дело знать о существовании чего-то, а совсем другое – воочию это увидеть… Никогда бы не подумал, что увижу в действии Высокую клятву. – Я попрощаюсь с сестрой.

– Конечно. Вы можете ее навещать в любое время. – Я внутренне вздрогнул. Я даже себе не хотел признаваться, что не хочу, а вернее, не могу находиться рядом с последним родным человеком – чувство вины не давало мне покоя. Ведь именно из-за меня произошло… то, что произошло.

И теперь это останется со мной навсегда.

– Вряд ли это возможно. – Подойдя к сестре, я слегка приобнял ее за плечи. Внимательно вгляделся в лицо, запоминая, а затем, коротко поцеловав в лоб, вышел, даже не попрощавшись со жрицей.

Ненавижу долгие прощания…

Глава 7

Из города я выехал лишь спустя три часа. Приобретенная на Нижнем рынке лошадь весело рысила все по той же хорошо знакомой дороге. Дороге, которая должна меня привести прямиком к замку Цвейхе, точнее, не к самому замку, а к городку Химм, возле которого и стоял замок (или наоборот, если смотреть по времени основания). Там я надеялся найти графского приказчика и разузнать у него кое-какие подробности нападения – в частности, имена сообщников моего врага.

Но сначала нужно найти тихое местечко, чтобы подготовиться к этой встрече. Не зря же я потратил целых два часа на поиск и покупку одного дефицитного корешка – очень дорогого, очень редкого и в то же время обладавшего очень интересными свойствами. Этот корень как ничто другое подходил для моей цели, вот только для приготовления эликсира на его основе нужны определенные навыки, место для работы, а главное – время. Не меньше двух суток. Впрочем, время есть. Заодно и отдохну, к тому же пора бы мне, как всякому порядочному колдуну, обзавестись набором зелий на все случаи жизни. Да и какой-никакой амулетик стоит сварганить, а то я получаюсь как в пословице: сапожник без сапог. Наброски для амулета у меня были, я собирался его создать после сдачи экзамена, но просто не успел.

Собственно, основа для амулета уже подготовлена. И хотя для этого пришлось отдать кузнецу большую часть серебра, оставив себе лишь немного на дорожные расходы, я был доволен. В притороченной к седлу сумке лежал еще теплый после печи серебряный кругляш диаметром пять с половиной сантиметров и толщиной два миллиметра, на тонкой стальной цепочке – заготовка моего первого настоящего амулета. На одной стороне жетона будет располагаться заклинание на пять рун, защищающее хозяина от атак стрелами, камнями и другим метательным инвентарем с массой не больше килограмма, на постоянной основе. От удара мечом или даже ножом амулет не спасет, но с этим я уж как-нибудь и сам справлюсь. А на другой – заклинание из десяти рун, которое прикроет хозяина от атак магией. Минусом этой вязи является необходимость ежедневного вливания в нее примерно десятой части имеющейся у меня сейчас энергии. Недостаток серьезный, но тут уж ничего не попишешь. От мощного магического удара амулет опять-таки не закроет, но стандартный фаербол отразит с легкостью. Лучше такая защита, чем никакой, верно?

Только вечером, когда из-за темноты продолжать путь стало рискованно, я нашел подходящее для моих целей место – небольшой постоялый двор, расположенный почему-то в полукилометре от главной дороги, на небольшом от нее ответвлении. Какой идиот догадался построить там трактир? Впрочем, мне же лучше – цены в таком месте должны быть значительно ниже стандартных.

– Добрый вечер, – поприветствовал я крепкого, звероватого вида мужика, коловшего дрова во дворе трактира и вооруженного кроме колуна еще и огромной лопатообразной бородой. Мужик, не говоря ни слова, взял лошадь под уздцы и повел в прилепившееся к основному зданию нечто. Когда-то это была, безусловно, конюшня… Когда-то очень давно.

– Э-э, извините, вы уверены, что заходить внутрь ЭТОГО безопасно?

– Бур-р!

– Ага… Ладно.

С опаской взобравшись по безбожно скрипящим, черным от старости ступеням, я вошел внутрь не внушавшего доверия здания собственно постоялого двора. Выглядело оно получше конюшни, но не намного. За традиционной стойкой стоял тощий мелкий мужичонка… Оч-чень нетипичный трактирщик. Хотя для этого заведения самый подходящий.

– Здравствуйте, я бы хотел снять комнату дня на два-три.

– О-о, доброго вам здоровья, вы правильно зашли, у меня вы найдете комнаты, каких и в столице не видывали! – Доходяга начал заливаться соловьем. – И все это за один золотой в день!

– Ы-ы?! – Я почувствовал, как мои глаза лезут на лоб. – Золотой?

– Верно, всего один золотой плюс отдельная оплата за еду.

Я некоторое время осмысливал услышанное. Признаться, с чувством юмора у меня обычно все нормально, но сейчас я в прикол не въехал. А потому решил быть посерьезнее.

– Десять медяков за все.

– Один серебряный… и отдельно за обед, – резко смирил аппетиты трактирщик.

– Пойдет! Но еда должна быть нормальной! – окинув помещение опасливым взглядом и с сомнением взглянув на хозяина, на всякий случай уточнил я.

– Конечно-конечно, все сделаю в лучшем виде, не сомневайтесь… э-э…

– Адер Харлаф Бледный.

– Да-да, не сомневайтесь, уважаемый адер… Марыся! Где тебя носит?! У нас гость, подготовь ему угловую комнату!

– Чего орешь?! – Спустя пару секунд откуда-то из глубины трактира раздался ответный дикий рев – видимо, это и была та самая Марыся. – Все готово!

– Тогда веди гостя!

Вскоре из двери за спиной хозяина выдвинулось тело. Ростом на голову выше меня, шире в плечах раза в полтора и в два раза тяжелее… Я нервно сглотнул.

– З-зрасвуй… кхм… хм… Здравствуйте, меня Харлафом зовут, – пролепетал я, опасливо отступая на шаг.

– Марыся я… Нет, среди моих предков не было троллей! – Сжав кулачище и поднеся его к самому моему носу, произнесла… э-э… женщина.

– Да я даже и не думал спрашивать, – нагло соврал я.

– Ладно, – недоверчиво прорычала хозяйка, немного смягчившись. – Иди за мной.

На следующее утро я проснулся, как и положено воину Аан, за полчаса до рассвета. Быстро умывшись и проведя во дворе разминку, схему которой давно заучил под руководством учителя до автоматизма, я расстелил свой ставший уже родным коврик для медитации и уселся на него, подставив лицо первым лучам Мистеля и на два часа выпав из реальности…

Жаль, ничто хорошее не может длиться вечно. Закончилась и медитация – медитация Харлафа-воина, зато медитация Харлафа-мага только началась. Я отложил меч в сторону и продолжил…

Спустя еще четыре часа я встал на ноги и, разминаясь, с хрустом потянулся. Во время медитации тело устает – не так сильно, как если просто сидеть на коврике, но все же усталость имеет место быть. И какое лучшее средство от усталости? Правильно! Усиленная тренировка! Мои навыки погружения в боевой транс оставляют желать много лучшего, и сами собой они явно не вырастут. Вот и совместим приятное с полезным…

…Тренировку я прервал только тогда, когда собранная на медитации энергия оказалась израсходованной и настала пора заняться делами насущными. Но в трансе я продержался на целых три секунды дольше предыдущего рекорда.

Попросив трактирщика вынести на улицу стол и табурет (кстати, увидев, что я вытворял на тренировке, тот стал относиться ко мне с определенной опаской), я достал из сумки книгу, заготовку, другие необходимые для создания амулета инструменты и ингредиенты и, разложив все это на столе, на несколько минут застыл неподвижно, собираясь с мыслями и настраиваясь на работу.

Вначале создам вязь из десяти рун, как более сложную и энергоемкую. Потом медитация часов пять-шесть для восполнения сил, и можно приступать ко второму этапу. Вообще, восстановление запаса энергии в ядре с нуля занимало у меня чуть больше суток. И это было моим больным местом: если по запасам энергии я уже сейчас равен слабенькому-хиленькому, но дипломированному магу-стихийнику, то скорость закачки Силы в ядро оставляла желать много лучшего. Тот же объем энергии более опытный маг восполнил бы в три-четыре раза быстрее. Меня только успокаивало, что еще два месяца назад и этот результат казался пределом мечтаний.

С заклинанием Щита, защищавшего от магических воздействий (слабых, естественно, – максимум пары фаерболов), я справился примерно за полтора часа, а что? Вязь стандартная, ничего нового изобретать не нужно – будь у меня побольше опыта в передаче энергии, я бы и быстрее закончил. Но устал прилично.

Плотный обед, оказавшийся очень и очень недурственным, пополнил мои телесные силы и позволил с новыми силами взяться за медитацию. Такова доля мага, а особенно боевого, ведь только идиоты думают, что жизнь боевика – это сплошные битвы и веселье. Отнюдь нет! Жизнь боевого мага – бесконечные медитации. Вот только ни один маг никогда не откажется от этого: кроме чисто практической стороны – восполнения Силы, у медитации есть и другая сторона… Ничто в Мире не сравнится с тем сладостным чувством, которое ощущает одаренный, сливаясь со своим Даром, что и послужило, кстати, почвой для анекдотов о колдунах-импотентах. Сразу скажу – для мага такой проблемы не существует, просто для познавших полноту слияния с Даром плотские наслаждения кажутся непередаваемо пресными… Наслаждение доставляют лишь яркие чувства. Бывали даже случаи, когда маги полностью уходили в себя, погружаясь в Дар и забывая о внешнем мире. Если никто вовремя этого не замечал, то такой человек просто умирал от истощения.

Как всегда, время в медитации пролетело одним мгновением, усилием воли вынырнув в реальный мир, я шумно вздохнул. Пора приниматься за вторую сторону амулета.

Пересев с коврика за стол, я стал производить ту же последовательность действий, что и с утра: приложить медальон к чистой странице книги, обвести пером, очертив размеры рунного круга, спроецировать в получившуюся окружность необходимые руны – одну большую и четыре маленькие вокруг. А затем вырвать страницу и приложить к жетону. Все, осталось только напитать рунную вязь Силой…

На этот раз процесс прошел значительно быстрее, уже через полчаса я облегченно откинулся от стола. До полного истощения ядра не дошел, и это хорошо, откат мне совсем ни к чему.

А сейчас пойду спать – завтра у меня по плану зельеварение, все нервы истреплю, к демонам.

В путь я отправился через три дня, без всякого сожаления оставив несчастный трактир догнивать. Свою функцию он уже выполнил. Я нащупал под рубахой прохладный кругляш амулета и улыбнулся. Все шло по плану, два первых пункта которого уже реализованы. Особую гордость у меня вызывал второй пункт – два сваренных вчера зелья под безобидными названиями «Лучший друг» и «Одуванчик». Это чтобы никто не догадался…

Отдохнувшая и отъевшаяся за дни отдыха лошадь, вздымая копытами клубы дорожной пыли, бодро несла меня вперед. А я жалел, что не предусмотрел в амулете защиту от этой самой пыли. Дождя не было уже неделю, что при наступившей жаре неблагоприятно влияло на состояние дороги, а изредка проносившиеся мимо кортежи дворян и одинокие всадники об этом словно и не знали. Один особо «летучий» отряд чуть не получил от меня в спину фаербол… Ну нельзя же настолько наплевательски относиться к другим людям! Эти люди тоже хотят дышать чистым воздухом и одежду им чистить лень! А вот попрактиковаться в стрельбе по движущимся целям НЕ ЛЕНЬ! Очередной всадник-торопыга обдал меня клубами пыли. Вот гад!

– Успокоиться, успокоиться! – Я нежно погладил себя по руке. – Это ничего, что ты похож на земляного элементаля, они тоже имеют право на существование.

Только ближе к вечеру, когда я походил уже скорее не на элементаля, а на песчаного голема, я с облегчением заметил впереди шпиль замка Цвейхе. Пора начинать претворять в жизнь третий пункт плана…

Большие города, безусловно, имеют множество преимуществ перед своими менее крупными собратьями, это очевидно каждому. Впрочем, имеют они и множество недостатков. Совершенно точно, что найти человека в большом городе намного сложнее… А этим я сейчас и занимался. Причем довольно успешно.

Но начнем с начала.

Городок Химм, как мог бы подумать чужак, не знакомый с реалиями Эсхара, вовсе не был главным городом графства Цвейхе, хотя и располагался возле самого замка графа. Нет, главным поселением графства считался Нерис, город с населением пятнадцать тысяч человек, что и дало ему право выйти из подчинения феодала и перейти под непосредственный контроль короля (поселения с населением свыше десяти тысяч человек не могут принадлежать никому, кроме носителя верховной власти страны). Химму же до этой счастливой цифры еще очень далеко, причем по довольно простой причине – граф своим приказом ограничил рост населения городка.

Кое-что о графском приказчике я смог разузнать уже во втором посещенном мной трактире (всего их в Химме пять). Оказалось, этот самый приказчик довольно известная личность – еще бы! Человек, настолько приближенный к самому графу… и человек, настолько приближенный к званию морального урода. Приказчик Иглеас оказался порядочной сволочью, если, конечно, верить моим источникам информации (трем забулдыгам, найденным в невменяемом состоянии возле стены трактира).

Впрочем, одно положительное качество, с моей точки зрения, у этого субъекта все же было – он жил не в замке графа, а в собственном доме в городе. И пусть дом больше походил на небольшую крепость, меня это не смущало. Осмотрев высокий каменный забор и поморщившись при виде стальных ворот, покрытых рунной вязью, я направился в ближайший трактир (расположенный как раз на пути следования к цели) – ожидать возвращения Иглеаса из замка, что должно было произойти еще очень не скоро, так как обычно он приходил домой ближе к полуночи.

С уверенным видом войдя в трактир, я в поисках свободного стола окинул помещение и немногочисленных посетителей высокомерным взглядом (нужно же тренироваться, учитывая, что планы по получению титула у меня есть). На счастье, стол в углу у окна оказался свободен, его я и оккупировал, первым делом расположив на видном месте меч, чтобы не было лишних вопросов и неприятных ситуаций… А затем выгреб из кармана последние завалявшиеся там медяки и устроил пир – заказал гречневую кашу со свиными ребрышками себе и овса коняге. Подкрепиться перед делом не помешает. Нужно ли говорить, что умыться я попросил в первую очередь?

Вышибала нервничал. Ему очень не нравилась сложившаяся ситуация: хозяин визжал, брызгал слюной и топал ножками, требуя выпроводить из трактира засидевшегося гостя. Дело привычное – городские выпивохи часто вот так сидели за столом часами в ожидании щедрого спонсора, но только до тех пор, пока не наступал вечер и зал не заполнялся. Тогда-то Грук и производил перебазирование засидевшихся посетителей наружу. Но теперь случай был особый. За самым лучшим, угловым столом вот уже часов шесть сидел не слишком богато одетый мрачный господин, ничего не заказывал и только наблюдал в окно за проходящими мимо людьми. Зал давно заполнился людьми, но странный человек и не думал уходить. Мало того, одним своим видом он отпугивал всех посетителей, да и самого Грука тоже – чего греха таить.

Тяжелый, давящий взгляд серо-голубых глаз, от которого немногих смельчаков, вознамерившихся согнать парня из-за стола, мгновенно бросало в пот, внешность чистокровного благородного, чудовищно дорогой меч… Связываться с таким типом не хотелось. Но хозяин уже исходил пеной. Решившись, вышибала собрался с духом и направился к опасному гостю… И в этот момент произошло чудо. Молодой аристократ встрепенулся, мрачно улыбнулся и, вскочив на ноги, быстрым шагом вышел на улицу.

Грук облегченно выдохнул, твердо намереваясь напиться до поросячьего визга. Судя по шумному вздоху, пронесшемуся по залу, ему будет легко найти себе компанию. И пусть хозяин идет к демонам!

Ждать Иглеаса пришлось долго, очень долго, но мне торопиться было некуда. Зато это время я провел с пользой. Действительно, по здравому размышлению, лучшего места для отработки одного интереснейшего приема и не найти…

Эмпатия. Способность, сопутствующая магическому Дару, побочный эффект от взаимопроникновения души человека и души Мира (что и является, собственно, сутью Дара магии). И конечно, так же как и Дар, она различается по силе: способности к эмпатии у разных людей различны и имеют прямо пропорциональную зависимость от силы Дара, но дальше пути двух способностей расходятся. Не имеет значения, насколько сильно маг путем тренировок развил свое энергетическое ядро – эмпатические способности у него все равно останутся на уровне пробуждения Дара… Если их также не развивать.

Вот развитием этой чрезвычайно полезной способности я и занялся. Еще во время учебы я научился контролировать проникновение эмоций в меня извне, устанавливая своеобразный эмоциональный барьер, научился по собственному желанию сканировать окружающее пространство и отделять эмоции разумных существ от эмоций животных, попутно даже определяя местонахождение объекта. Это было неплохо, очень полезные навыки, но все же один пробел в моем образовании был. И очень серьезный – эмпатия позволяла не только принимать чужие эмоции, но и транслировать свои, причем не обязательно настоящие, а это прямой путь к управлению людьми.

Я сосредоточился и начал экспериментировать.

За точку отсчета я принял ощущения, испытанные во время первого нападения банды Кнута. Помнится, тогда я удивился реакции бандитов на мой взгляд. Что ж, попробуем повторить эффект…

Приблизительно в половине первого ночи Иглеас в сопровождении двух телохранителей наконец-то прошел возле облюбованного мной окна. Времени терять было нельзя. С некоторым сожалением я прервал трансляцию эмоций. Впрочем, эксперимент можно назвать удачным, и, хотя настраиваться на нужное состояние пришлось почти два часа, я мог гордиться своими достижениями. Пусть криво и косо, но у меня получилось создать «тяжелый взгляд», умение, доступное только сильнейшим из магов. Не ниже Мастера магии.

Троицу будущих жертв я догнал возле самого дома, как раз в тот момент, когда Иглеас деактивировал рунный замок на воротах. Толстый стальной лист с тихим хрустом разделился на две части, впуская хозяина внутрь, а вместе с ним и меня… Телохранители среагировали на появление чужака слишком поздно: воин, стоявший возле самых ворот, успел только схватиться за меч, когда мой нож воткнулся ему под подбородок, не позволяя закричать и отправляя в гости к демонам. Второй телохранитель ненамного пережил своего товарища – выронив меч и схватившись руками за торчащий из глазницы нож, он, гремя доспехами, плашмя рухнул наземь. С поразившим меня самого равнодушием я переступил через труп. Если у меня и были угрызения совести по поводу убийства двух незнакомых человек, то где-то очень глубоко. Возможно, потом я и буду мучиться, но явно не сейчас.

– К-к-тто т-ты т-так-кой?! – взвизгнул Иглеас, дрожа всем телом и выпучив от страха глаза. Попыток убежать он даже не предпринимал… Похвально.

– Как? Ты меня не знаешь? – делано удивился я.

– Н-нет, я впервые тебя вижу!

– Однако это не помешало тебе убить моего отца и изуродовать сестру!!! – бешено заорал я, швыряя под ноги поганому уроду небольшой фаербол.

– А! А-а-а! – Иглеас в ужасе отскочил на два метра назад. – Но это не я! Мне приказали просто проводить друзей графа. Я даже не знал, что так будет! Что я мог сделать?!

– Что ты мог сделать?! Почему вы все думаете, будто это вас оправдывает?!! Ты! Тварь! Сейчас ты назовешь имена всех, кто принимал участие в нападении… или, клянусь, я сожгу тебя живьем!

– Но я никого не знаю!

– Этого не может быть! – прорычал я. – Они должны были как-то друг к другу обращаться… Вспоминай!

– Хорошо, я попробую вспомнить, только не убивайте меня, пожалуйста!

– Вспоминай, – произнес я с напором. – И побыстрее, мое терпение не безгранично.

– Да-да, господин, я вспомню… – Судя по разнесшемуся вокруг запаху мочи, с угрозами я переборщил. Блин! – Самого главного, молодого аристократа звали граф фор Мерула, я сам слышал, как он представлялся. – Что ж, в этом я и не сомневался, но все же…

– Что он предложил твоему хозяину за… услугу? Кто еще из фор Цвейхе был в курсе дела?

– Кроме графа о договоре знал только его старший сын Эрлих, младший служит в королевской гвардии и дома почти не бывает. – И, видя мое нетерпение, зачастил: – Граф фор Мерула предложил моему господину… помочь в устройстве Эрлиха при дворе – как вам известно, отец графа фор Мерула имеет большое влияние.

– Известно. – Что ж, мой черный список пополнился, кроме Антониса, также его отцом и графом Цвейхе вместе со старшим сыном. – Продолжай. Расскажи о сопровождавших вас людях.

– Но я не знаю никого… Нет! Не надо, я расскажу! – Я разрушил структуру фаербола, развеивая его искрами по воздуху. – Вместе с молодым графом прибыло шестеро: четыре воина в цветах герцога, их имен я не знаю, со странными желтыми глазами, и еще двое – маг не из наших… Огненный маг. – Приказчик бросил опасливый взгляд на мою руку. – Лет сорока на вид, толстоват, лицо круглое. Граф называл его Сол. А второй – мечник… Странный, высокого роста, жилистый, смуглый, с двумя кривыми мечами за спиной и волосами, заплетенными в мелкие косицы.

– Сколько косиц? Что в них было вплетено?! – Меня посетило неприятное предчувствие, если я правильно помнил один из рассказов учителя, то…

– Много косиц, не меньше дюжины. – Иглеас в раздумье наморщил лоб. – Вплетено… На конце каждой косицы коготь какого-то зверя.

– Как коготь скреплен с волосами? Вспоминай!

– Серебряными нитями, – промямлил приказчик в недоумении. Действительно, непосвященному эти, казалось бы, мелочи ни о чем не говорят. Но я-то непосвященным не был, Ронгар просветил.

Косицы, когти и серебряные нити являлись отличительным знаком шаррагарцев – элитных воинов султаната Ахар, второго по силе и влиянию людского государства Калиона. В султанате воинское искусство почитается даже больше, чем в Арране, что и приносит свои плоды. Наравне с выпускниками лучших имперских школ воины, обучавшиеся в школах боя Ахара, считаются лучшими. И особое место среди них занимают именно шаррагарцы…

В расположенных на севере султаната непроходимых Шаррагарских горах, по слухам (так как расположение школы является самой большой тайной Ахара), расположен Замок, где их и готовят. Собирая подходящих для их целей малолетних детей со всей страны, мастера Замка затем обучают их при помощи жестоких, но чрезвычайно эффективных методик. Получившиеся в результате воины поступают на службу в личную гвардию султана… либо сдаются в аренду. Естественно, спрос на мастеров двуручного боя огромен (именно оберукость и является отличительной чертой выкормышей Замка), а учитывая их абсолютную преданность нанимателю и беспрекословное исполнение его приказов, люди готовы платить за найм любые деньги. Вот с таким воином меня и свела судьба, да не просто воином, а лучшим из лучших – всего в иерархии шаррагарцев двенадцать рангов, и меня угораздило связаться с наивысшим из них. Но, по крайней мере, магом он не был. Если бы нить оказалась золотой… Даже думать не хочу, что было бы.

– Его имя?!

– Я не знаю точно… – Гаденыш опять начал юлить. – Но я слышал, как маг называл его Ксар… Не надо! Я больше ничего не знаю!

– Вас сопровождал отряд воинов графа. Я хочу знать имена всех.

– Я не знаю их по именам… Но могу взять список у казначея.

Я усмехнулся:

– И для этого тебе нужно попасть в замок.

– Конечно… – Хитрец мелко закивал. – Я никому не расскажу о вас, клянусь!

– Я тебе верю. Мы же с тобой подружились? Да?

Иглеас широко фальшиво улыбнулся:

– Да-да, вы мой лучший друг!

– Отлично, тогда пей! – Я достал из сумки склянку с «Лучшим другом».

– Н-но… я-а-а, – затрясся подонок.

– Это не яд, клянусь всеми богами! – поклялся я одной из сильнейших клятв, преступить которую не решится ни один здравомыслящий человек.

– Х-хор-рош-шо… йа-а выпью… – Трясущейся рукой Иглеас взял склянку.

– Половину, – услужливо произнес я. – Молодец… А теперь слушай меня внимательно… Я твой лучший друг… Ты считаешь меня практически братом… Мне нужна помощь… ТЫ предложил принести списки десятков, участвовавших в нападении на Большие Петухи.

– О, мой друг! Как давно мы не виделись?! Я принесу тебе списки, даже не думай отказываться! – Иглеас глупо заулыбался, глядя на меня радостно-тупым взглядом. Хм, неплохо действует, даже быстрее, чем я рассчитывал!

– Но я не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за меня, друг. Лучше никому не говорить, зачем тебе списки, и обо мне тоже.

– Да, да! Я никому не скажу. Я принесу…

– Стой! Сначала переодень штаны. – Я не смог сдержать улыбку – действие «Лучшего друга» оказалось в чем-то очень забавным.

– Да-да-да! Я быстро! – Через пару минут Иглеас уже бодро бежал в новых, но надетых задом наперед штанах в замок.

Ждать возвращения «друга» мне пришлось недолго. Около часа. За это время я успел прибраться, скинуть трупы в колодец (предварительно освободив их от ценностей) и теперь сидел на крыльце, погрузившись в медитацию. Я был заполнен почти под завязку, но не стоило пренебрегать даже крохами Силы, все же опасность разоблачения велика. Знающий человек (а на службе графа наверняка есть маг, пусть и не эсхарец по происхождению, но это отнюдь не делало его слабее, даже наоборот) легко сможет определить воздействие «Друга», и тогда в гости ко мне вместо радостного идиота заявятся злые солдаты.

Опасения оказались напрасны.

Иглеас вбежал во двор все с той же дурацкой ухмылкой на лице и стопкой бумаг в руках.

– Вот, – протянул мне бумаги приказчик. – Личные дела воинов десятков Грамма и Ролта.

– Спасибо. – Я аккуратно положил бумаги в сумку. Кстати, а места-то там почти не осталось, увы, заплечная сумка не безразмерна. По уму, стоило бы купить заводную лошадь для перевозки вещей. Вот только на что?..

– Друг, мне нужны деньги, ты ведь отдашь свои, да? И от лошади я бы не отказался.

– Для тебя все что хочешь! Я сейчас принесу деньги, но лошади у меня нет, – искренне огорчился приказчик. – За ней некому присматривать…

М-да, характеристика, данная Иглеасу забулдыгами, оказалась более чем точной: трус, подлец и сквалыга, но «Лучший друг» располагает к щедрости даже таких, как он. Надо же, на слуг денег пожалел! Как только на собственный дом расщедрился и на охрану? Ах да, он же трус, а в замке графа не всегда безопасно.

– Вот, здесь сто двадцать империалов!

Я от удивления присвистнул. Неплохо! Очень и очень неплохо. Если учесть, что империал на треть тяжелее лира, то деньги просто огромные.

– Я знал, что на тебя можно положиться. – Кошель с деньгами отправился в мою сумку, сразу приятно потяжелевшую. – Но я хочу тебя тоже отблагодарить за все… добро. Выпей. Это зелье называется «Одуванчик». – Иглеас выхватил у меня склянку с эликсиром и залпом выпил. – Тебе понравилось? – Кивок. – Да? Вот и хорошо, я пойду. Даже немного жаль, что ты завтра все забудешь…

Одним из полезных свойств «Лучшего друга» было стирание из памяти жертвы последних трех часов жизни, как бы иначе шпионы его использовали? Им ведь следить нельзя… Спасибо родной Академии, а также наставнику Ронгару с его неиссякаемой восьмой Стихией, добившемуся для меня разрешения на ознакомление с рецептами зелий, запрещенных к широкому ознакомлению.

Спустя десять минут я уже выезжал из Химма прочь, а стражник у ворот удивленно смотрел вслед странному чужаку (ощупывая и разглядывая со всех сторон серебряную монету), решившемуся глубокой ночью покинуть безопасные пределы поселения.

Я же просто больше не мог там находиться, боялся сорваться. Жгучее желание отомстить вспыхнуло с новой силой, и доводы разума с трудом сдерживали меня от совершения глупостей. Одна часть парня по имени Харлаф рвалась вернуться в дом приказчика и разрезать на мелкие кусочки, наслаждаясь мучениями и криками, а другая ее успокаивала: не имеет значения, как умрет враг, – смерть от «Одуванчика» тоже не назовешь легкой. Коварное зелье воздействует строго на один орган в теле жертвы – печень, которая просто переставала функционировать и очищать кровь от ядов, человек умирал медленной, мучительной смертью. Поэтому зелье и названо «Одуванчик» – по цвету жертвы перед смертью. Желтому.

К тому же установить причину поражения печени обычному врачу, не магу, очень сложно, а уж вылечить вообще невозможно. С этим мог справиться разве что клирик или маг Жизни. И в данном случае цены на лечение меня устраивали. Вряд ли граф расщедрится на полтысячи золотых для своего холуя – проще нанять нового. А если чудо все же свершится, то мне в будущем просто добавится приятной работы ножом. В далеком будущем.

Пока же придется вспомнить, что жизнь продолжается.

Глава 8

Славного города Довера, столицы герцогства Донкар и крупнейшего поселения северных территорий Эсхара, я достиг лишь спустя две недели после своей незабываемой встречи с «другом». Мог бы и вдвое быстрее, но зачем? Я за эти дни натренировался, намедитировался и наглазелся на достопримечательности вволю, а заодно насмеялся и наудивлялся. Нет, я читал, конечно, что девяносто процентов названий населенных пунктов северных земель начинается на «до», но одно дело читать…

Как только не выеживались северяне в попытках сохранить свои «великую самобытную культуру и великие традиции» нетронутыми. Доходило до полного абсурда вроде: деревня Дододолог или Дордордор… Большего бреда я в жизни не встречал! Впрочем, говорить это северянину в лицо не советую никому – легко можно нарваться на драку. Либо на долгую нудную лекцию (а возможно, сначала на одно, а затем на другое) о величии великого народа великих донгеров, некогда спустившегося с гор, пронесшегося по просторам материка войной в поисках новой родины и нашедшего ее в нынешнем Эсхаре. А уж если какой-нибудь умник-историк решит все же раскрыть пылкому патриоту глаза на историческую правду, то такого дурака и не жалко. Правильно: зачем лишать людей отдушины? Им и так нелегко живется, места на севере не самые дружелюбные.

Итак, я достиг славного города Довер (пешком, кстати, так как продал лошадей в ближайшем к городу трактире, вполне резонно рассудив, что лошади мне либо не пригодятся, либо будут предоставлены за счет легиона, а деньги лишними никогда не бывают, особенно учитывая недавние траты). Двадцать тысяч человек населения, славится кузнецами по всему королевству, столица самого маленького и самого богатого герцогства страны – вот в принципе и все, что я знал о месте предстоящей службы. Если кратко: горы, холод, кузнецы и горные бараны. Красота!

– Кто таков? – Дюжий бородатый воин в кольчуге до середины бедер и со здоровенным двуручным мечом неожиданно остановил меня у ворот города.

Назвать этого монстра стражником просто язык бы не повернулся. И с кем воюют? Вроде как войны нет. Или я чего-то не знаю?

– С какой целью в город? – спросил бородач подозрительно.

Ну точно! Опять во что-то вляпался! Знать бы только, во что. Да что же за невезение в последний месяц-то, а? Одно к одному.

– Адер Харлаф Бледный, прибыл на сборный пункт…

– Проходи, – прервал меня не совсем вежливо бородач.

Я благодарно кивнул.

– Понабрали сопляков, – буркнул воин, не успел я отойти и на пару шагов.

Откровенно говоря, я опешил. Да я с этим верзилой даже не знаком, а он оскорбляет!

– Послушай, ты! – Бородач медленно, мне даже показалось – со скрипом, повернулся и удивленно вскинул бровь, взглянув на меня как на говорящее насекомое. – Забери свои слова обратно, или я заставлю тебя их забрать! – Ух ты, круто сказал, даже самого пробрало! Могу, когда захочу!.. Но справедливости ради стоит признать, что эту фразу я взял из одного недавно прочитанного приключенческого романа. Жаль только, так впечатлившие меня слова не оказали на бородача ровно никакого эффекта.

– Че-о-о?!!

Воин схватился за меч и начал медленно его вынимать, сурово поигрывая бровями и скаля зубы. Запугать решил? Нет, здесь что-то не так… И внезапно до меня дошло – бородач просто играет роль, слишком его движения были… на публику, что ли (которая, кстати, не замедлила появиться, причем в основном это были крепкие мужчины в доспехах и с оружием). Зачем и почему играл – не ясно, но это и неважно. Я уже не собирался отступать.

– Как ты меня назвал, тварь?! – Я перешел в наступление. Возможно, этот бугай и хороший воин, но не лучше меня. Надеюсь… Пришла, видно, пора проверить свои навыки в реальном бою. Поэтому я и не стал применять фокусов с эмпатией, хотя мог бы при их помощи легко охладить пыл задиры… Убивать я его, конечно, не буду, но вежливости научу, а заодно и пар спущу. Мужику просто не повезло – в данный момент я ощущал острое желание набить кому-нибудь морду, не сдерживаясь выплеснуть накопившееся за последние недели напряжение и злость на такую вот поганую рожу. Не стоит копить в себе злобу, ведь эта бомба может взорваться в любой момент и, как обычно, самый неподходящий. – Я вызываю тебя! – Воин опешил, от неожиданности уронив меч обратно в ножны. То ли это должны были быть его слова, то ли до такого вообще не должно было дойти, но он растерялся. Особым умом и сообразительностью бугай явно не блистал. – Здесь и сейчас! – Я сбросил сумку наземь.

– Послушай, парень, перестань, это просто проверка. – Воин неожиданно пошел на попятный, высматривая кого-то в толпе. – Мы тут все из Дортверна.

– И что, я должен расплакаться, обнять тебя и напоить пивом до потери пульса? Так? – Я стянул с себя куртку, оставшись только в облегающем сером свитере, утепленных штанах из плотной ткани и крепких ботинках. Этот набор более подходящей к местным реалиям одежды я прикупил два дня назад, заменив им уже порядочно износившийся старый дорожный костюм, оставив себе только пояс, но зато навесив на него дополнительный груз. Теперь у меня сбоку слева висел длинный узкий нож, даже, скорее, стилет, дюжина небольших метательных ножей спереди, в специальных кармашках по обе стороны приличных размеров стальной пряжки, и, конечно, футляр с книгой справа, который я уже просто не замечал, так как он стал практически частью меня. Ах да, сзади еще крепилась фляга с самогоном, в горах без этого никак. Холод дикий. – В круг, гнида! – Бородач опешил – он явно не ожидал такого поведения от хлипкого по сравнению ним паренька, а затем в его глазах появилась нешуточная злоба.

– Я не хотел калечить тебя, сопляк! Но ты сам напросился! – Бородач наконец-то достал свой… наверное, меч. Вообще-то у меня на этот счет было два варианта: или меч, или безжалостно выдранное крыло ветряной мельницы, но раз уж ЭТИМ собираются драться… – Один удар – и ты труп, сопляк! – прорычал «актер».

Я только хмыкнул. По мне еще попасть нужно.

Присев на корточки, я отвязал от сумки сверток с мечом. Дело в том, что в герцогстве Донкар всем людям, не находящимся на государственной службе и не принадлежащим к первому сословию, было запрещено носить оружие открыто – закон предписывал закручивать его в ткань и перевязывать веревкой. Мера, принятая королем после одного из восстаний донгеров, решивших в очередной раз создать «великое государство великого народа».

– Что здесь происходит? – неожиданно отвлек меня от развязывания упорного узла чей-то чуть хрипловатый голос, раздавшийся практически над самым ухом. Судя по уверенному тону и властным ноткам в голосе, это был кто-то из командиров.

– Сотник, – браво отрапортовал бородач. – Этот соп…

Определенно, в детстве его либо обидел сопляк, либо самого так дразнили. А может быть, Борода просто не знал других слов.

– …Человек вызвал меня на поединок.

– Да-а? – протянул сотник, бросив на меня оценивающий взгляд. Это был высокий подтянутый мужчина в дорогой кольчуге и с великолепным мечом на поясе. Великолепным, но не в сравнении с моим. Хотя сейчас этого и не скажешь, потому как еще две недели назад я замаскировал меч, обернув рукоять полоской кожи, а ножны обтянув тканью. Зачем искушать разбойников видом безусого (да, волосы на лице у потомков Ночных эльфов росли плохо) юнца с жутко дорогим мечом. Мне лишние неприятности ни к чему.

– Решил проверить новичка?

– Я просто…

– Молчать! – Борода мгновенно заткнулся. – Парень, как тебя зовут? – обратился ко мне мой будущий командир.

– Адер Харлаф Бледный, прибыл на сборный пункт для последующего несения службы в крепости Дортверн, сроком на четыре года, – попутно разогреваясь, отчитался я… И замолчал, наткнувшись на взгляд сотника, напряженно наблюдавшего за моими движениями.

А вот Борода, да и остальные воины, смотрели с презрительно-покровительственной усмешкой. Воины видели перед собой лишь пытающегося выглядеть крутым юнца. Как же, они все ветераны, прошли огонь и воду, невместно им заниматься подобным… срамом. А вот я разминкой пренебрегать не стал, если есть возможность, то лучше размяться, чем потом залечивать растяжения и порванные мышцы. Тем более что в транс без разогрева лучше не соваться, ведь там нагрузка на связки и мышцы просто запредельная…

– Хватит дергаться! – не выдержал мой противник. – Давай начинать!

Признаться, последние несколько секунд я просто дурачился, наблюдая за физиономиями зевак и за задумчивым сотником, теперь уставившимся на мой меч. Явно пытался вспомнить, где уже видел подобный клинок. Молодец.

– Ладно… Условия?

Борода явно хотел ляпнуть «до смерти», чтобы потом надо мной поиздеваться, вынуждая просить о сохранении жизни, но сотник его перебил, глядя на меня с удивлением и неверием в глазах:

– До первой крови. – Бугай возмущенно вскинулся. – Не сметь перечить! Круг!

Зеваки расступились, образуя круг шагов пятнадцать в диаметре, тем самым загораживая проезд в город, что, естественно, не убавило числа любопытствующих.

Бородач что-то неразборчиво пробурчал, но возмущаться не решился. Я как можно равнодушнее пожал плечами – не спорить же со своим будущим начальством. К тому же наши взгляды на условия поединка полностью совпадали.

– Давай, Борода, поучи сопляка вежливости!

Хм, как я с прозвищем-то угадал.

– Покажи ему, Борода!

– Порви его!

Естественно, бугай после таких слов воодушевился, заревел, поднял меч высоко над головой и медленно пошел на меня, зловеще ухмыляясь. Здесь я должен был, наверное, упасть на колени и просить о пощаде… Ага!

Бугай все еще думал, будто это игра. А вот мне такое недвусмысленное пренебрежение и неуважение (да к тому же еще и непростительная беспечность) очень не понравились. Я даже в транс входить не стал – природной скорости вполне хватало для боя с такой неповоротливой тушей. Зря бородач не придал значения внешности противника, а может быть, он просто забыл о преимуществах, дарованных мне эльфийской кровью…

Два быстрых шага – и я оказываюсь вплотную с пышущим звериной силой и яростью телом… Удар ногой в ничем не защищенную голень… Правая рука с зажатым в ней обратным хватом клинком ударом снизу вверх со всей дури набалдашником меча разносит на мелкие кусочки челюсть бугая, а левая наносит удар ножом в бедро… И в довершение – уже совсем ненужный удар головой в нос, просто так, из моей природной злобности.

– Аф фы, фопфя… – прохрипел Борода, схватившись левой рукой за лицо (нужно отдать ему должное, меч он не бросил, используя его как костыль).

– Закрой пасть! – Сотник врезал здоровяку в ухо без лишних нотаций. И проорал: – Концерт окончен! Расходимся! – Толпа вокруг мгновенно рассосалась. Авторитет – страшная сила. – Иди за мной, парень. Меч можешь не прятать.

Я только пожал плечами, мило улыбнувшись своему противнику. Тот, впрочем, не оценил вежливости, бросив в мою сторону злобный взгляд. Могу поспорить, бородач считает свой проигрыш случайностью и скоро стоит ждать продолжения банкета…

– Ладно.

– Борода, если еще раз тебя здесь увижу – повешу. Пошли!

Это уже мне. Идти оказалось совсем недалеко – здание, выделенное властями города под сборный пункт, находилось буквально в пяти минутах ходьбы от городских ворот. Эдакий барак с расположенной рядом загородкой а-ля загон для скота, внутри которой под чутким руководством седого матерого десятника обливались потом три десятка новобранцев. Это сколько же воинов пойдет в Дортверн? Посчитаем: полтора десятка возле ворот, три десятка здесь, и наверняка я еще не видел половину. Будем считать, сотня – неплохо.

Мы вошли внутрь.

– Присаживайся! – Сотник предложил мне стул, усаживаясь за стол в кресло.

Я благодарно кивнул, но не стал падать на предложенное место, а сначала достал из сумки свиток и передал его начальству. Документы – прежде всего, да и, честно говоря, мне просто было лень что-то объяснять. И так вопросов будет более чем достаточно.

– Исключение из Академии за неподобающее поведение? – Сотник удивленно приподнял бровь. – Служба простым легионером сроком на четыре года? Но в то же время адер? Какой идиот определил дипломированного колдуна в строевые легионеры?! Ладно, в крепости разберемся… Ну и что ты такого неподобающего натворил? Залез под юбку дворянке? – Сотник ухмыльнулся. – Или наступил на ногу преподавателю?

– Почти. Я занимался запрещенной магией.

– Запрещенной? Магией Крови, что ли?

– Нет, просто боевой.

– Да-а, – задумчиво потер подбородок сотник. – И что же ты умеешь? Кстати, где ты учился драться?

– Умею… – Я сосредоточился, вытянув перед собой руку и сформировав над ладонью небольшой фаербол. – Вот примерно в таком ключе. А владеть мечом меня учил отец, а затем наставник Ронгар.

Лицо сотника вытянулось. Оказывается, учитель-то известная личность.

– Кхм… да? И ты… вы в Ордене?

А он неплохо осведомлен!

– Если вы имеете в виду Орден Аан, то да. Я воин Ордена.

– Вот же… – Сотник откинулся в кресле. – И задали вы мне задачку, адер. Вы понимаете, что я просто не могу оставить бойца такого уровня, да к тому же колдуна, рядовым легионером? Вот что, легионер Харлаф Бледный, вы повышаетесь в звании до десятника! – Сотник встал и протянул мне руку. – По прибытии в крепость начальник гарнизона решит, отправить вас инструктором или же отдать в распоряжение гарнизонного мага… Хотя у него и так два ученика-мага и три колдуна в подчинении, хватит с него.

По вопросу устройства на постой обращайтесь к десятнику Антонису Кругу… Все, можете быть свободны, – отпустил меня сотник, но уходить я не торопился.

– Господин сотник…

– Да?

– Можно вас попросить… Я бы хотел пока сохранить свои возможности мечника и мага в секрете. Это возможно?

– Да, конечно… Но зачем?

– Так я смогу лучше узнать будущих сослуживцев – все их хорошие и особенно плохие стороны…

Сотник ухмыльнулся:

– Хорошо, я пока не буду никому о вас рассказывать.

– Спасибо.

Насколько мне повезло с повышением по службе, я понял, только войдя в барак. Это… мм… здание явно не было рассчитано на проживание в нем аж целой сотни здоровых мужиков – максимум пятидесяти. А потому о комфорте и речи не шло. По крайней мере, для рядовых легионеров. Барак, по сути, был всего лишь коробкой из четырех стен – одной огромной длинной комнатой, сплошь заставленной трехъярусными койками. Так что мне оч-чень повезло с повышением – ведь я не буду ночевать здесь. Для проживания десятников была отведена небольшая комнатушка в торце здания, тоже не королевские апартаменты, но лучше, чем ЭТО.

Вообще, десятник с таким ненавистным мне именем оказался вполне себе нормальным мужиком лет пятидесяти, он сразу же, без лишних вопросов, все объяснил и выдал постельное белье, хотя я в нем не особо нуждался – одну ночь можно и так поспать. Попутно десятник рассказывал последние новости, найдя во мне благодарного слушателя. Оказывается, уже завтра в шесть утра колонна новобранцев должна выйти за пределы города, с тем расчетом, чтобы вечером четвертого дня прибыть в Дортверн… А еще я узнал об обострившихся отношениях между Эсхаром и Лантаром.

Похоже, я все-таки смогу испробовать плетения на практике.

И действительно, через четыре дня пути по горным дорогам и перевалам колонна из сотни человек и трех десятков вьючных лошадей подошла к месту назначения. Крепость Дортверн предстала передо мной во всей красе. Откровенно говоря, я в своей жизни видал не слишком много крепостей и замков, но этот был самым внушительным из всех.

Насколько я знал из истории, давным-давно, еще во времена империи Аан, преодолеть Серые горы, разделяющие нынешние Эсхар и Лантар, считалось настоящим подвигом, на который решался не каждый отчаянный горец. Естественно, торговле это не способствовало, и однажды купцы всей империи послали прошение императору, дабы он решил эту проблему. Император откликнулся (еще бы, купцы явно не поскупились на такое дело) на слезные мольбы подданных и запряг в работу магов, которые принялись отрабатывать деньги на полную катушку. Особо не заморачиваясь, они прорезали в горе дорогу длиной десять километров и шириной полкилометра. Получилось самое настоящее ущелье с абсолютно ровными стенами высотой в несколько километров… Нынешним повелителям Силы подобные масштабы и не снились.

Уже значительно позже, после распада империи на множество кровоточащих кусков, ушлый эсхарский король Эдгар I Весельчак смог подсуетиться, и вместе с принцессой Лантара (тогда он назывался, правда, иначе) Лоритой прихватил это самое ущелье (в приданое). Он оперативно построил в нем крепость, не только наложив тем самым лапу на единственный торговый путь, но и значительно облегчив себе задачу охраны границ с соседом-соперником. Ведь кроме как через Зеркальное ущелье из Лантара в Эсхар можно попасть либо козьими тропами через горы, либо обогнув эти самые горы – пройдя по территории орков…

Так и была построена одна из ключевых в системе обороны королевства крепость Дортверн, или Ласточкино Гнездо, как ее называют по-простому. Действительно, общие черты были: крепость представляла собой половину огромного восьмигранника (с гранями длиной более ста метров и высотой около тридцати), словно выросшую из правой стороны ущелья, а учитывая, что основные ее помещения находились внутри скалы… Штурмовать Ласточкино Гнездо пытались много раз, но всегда безуспешно: взять с наскока подобное укрепление чрезвычайно сложно, а осада невозможна из-за непрерывного обстрела лагеря осаждающих из гигантских катапульт, установленных на четырех башнях крепости, и станковых арбалетов, имевшихся в Дортверне с избытком.

Вот в таком месте мне и предстояло провести следующие четыре года.

Дортверн встретил прибывшее пополнение с холодным безразличием древнего колосса, давно переставшего обращать внимание на копошение ничтожных мошек в своем исполинском теле и погрузившегося в тягостные раздумья о вечности. Зато люди оживились, и скоро на расстоянии метров двадцати от строя новобранцев образовалась внушительная толпа.

Послышались смешки и подколки.

Но все тут же прекратилось, когда на площадь в сопровождении четырех воинов охраны вышел высокий мужчина явно благородного происхождения, с волевым лицом и обильно украшенными сединой волосами. Судя по знакам отличия – тысячник. Высокое начальство соизволило выйти к простому народу, ай-яй!

– Воины! – начал толкать речь офицер – с его зычным, хорошо поставленным голосом это было не сложно. – Вы все с этого момента вступаете в ряды доблестной армии Эсхара, в ряды Второго легиона Его Величества короля Конрада Третьего. Ура!

– Ура! Ура! Ура! – прокричали новобранцы нестройно. Губы ветеранов при этом искривились в презрительной ухмылке.

– Завтра утром вы все примете присягу и станете полноправными воинами короля, поздравляю!..

А затем просто развернулся и ушел. Даже обидно слегка.

– Та-ак, слушайте внимательно, вы, дети баранов! – заорал на несчастных вояк споро подбежавший к нашему строю коренастый, с неприятным, побитым оспой лицом десятник. – Сейчас вы десять… Не ты, придурок, ты в другом десятке, мне идиоты не нужны… Бегом и молча! Если хоть один недоносок отстанет, я лично его кастрирую, всем ясно?

– Так точно!!! – удивительно слаженно проорали легионеры, трясясь от страха, как камыш на ветру.

– Ты! Кто такой?! Сукин сын! Почему не слушаешь, когда я говорю?!

Я вовремя вспомнил, как в армии положено обращаться к старшему или равному по званию офицеру:

– При всем уважении, лэр, если вы еще раз позволите себе высказаться подобным образом о моей матери, я вас убью.

Десятник на мгновение опешил:

– Что-о-о?! Что ты вякнул, мелкий кусок де…?! – Воин опрометчиво потянулся рукой к мечу и сделал несколько шагов в мою сторону. Определенно, отношения с сослуживцами у меня не заладились.

– Отставить, десятник! – остановил смертоубийство холодный голос подошедшего во время нашей ссоры сзади к десятнику человека в гражданской одежде и с прямоугольным футляром на поясе. Книга заклинаний, определенно… Гарнизонный маг. – Этот молодой наглец – мой подчиненный.

– Но…

– Ты меня не слышал? – Маг выразительно приподнял бровь.

– Так точно, есть отставить! – Десятник вытянулся во фрунт, наградив меня злобным взглядом.

– Пошли, – резко бросил мне маг и направился прочь, не обращая больше ни на что внимание.

– Интересно… Исключили за неподобающее поведение, – неожиданно улыбнулся маг, с удобством расположившись в своем кабинете за письменным столом.

Я решил сразу прояснить ситуацию:

– Дворянок я не трогал.

– Да знаю я, за что тебя исключили: не ты первый, не ты последний… – Маг махнул рукой. – Все более-менее талантливые, одаренные из простонародья рано или поздно начинают интересоваться боевыми аспектами Стихий. – Мои брови помимо воли поползли вверх, а челюсть упала на колени… благородный, мало того, полноценный маг, похвалил простолюдина… Чудеса! – Здесь сказано, что ты прошел годичную программу за четыре месяца… Неплохо.

Я почему-то начал оправдываться:

– Там нет ничего сложного…

В этот момент раздался стук в дверь, и, дождавшись разрешения, в комнату один за другим вошли пять человек. Ага, вот ученики, о которых упомянул сотник, – колоритные, кстати, личности: лет двадцати – двадцати трех на вид, они определенно были близкими родственниками, я даже почти уверен, что близнецами. Почему я так решил? Все очень просто – они были довольно известны. Нет, о существовании конкретно этих людей я до сего момента не догадывался, но о подобных им слышал…

Никто точно не знает, почему так происходит, но иногда в семьях носителей крови Ночных эльфов рождаются близнецы, причем всегда мальчик и девочка. Оба они имеют редкие даже для чистокровных эльфов снежно-белые волосы и уникальный магический Дар. Каждый из таких детей по отдельности не имеет ни малейших способностей к магии, но вместе… Мало того что близнецы обретают Дар огромной силы, так еще и получают возможность оперировать всеми семью Стихиями сразу. Рождение таких детей – огромная радость не только для родителей, но и для государства. Жаль только, рождаются они не чаще чем раз в сто лет…

Близнецы, казалось, даже не обратили на меня внимания – вошли и молча уселись в кресла. Ну да, при таких размерах кабинета можно сделать вид, что просто не заметил находящегося на другой стороне комнаты человека. Это шутка, конечно, но очень близкая к правде. Следом за близнецами в кабинет с опаской зашли трое колдунов – определить их принадлежность к этой не совсем уважаемой профессии я смог простым вычитанием: пятеро подчиненных у гарнизонного мага, из них два ученика уже в наличии, значит оставшиеся – колдуны. Но и без высшей математики различия между магами и колдунами очевидны. Какая-то боязливость и неуверенность, ощущение неполноценности, что ли, витали в воздухе вокруг этой троицы. К тому же три мужика, одетые в форменные темно-серые балахоны колдунов, выглядели, если откровенно… не совсем – особенно на фоне шикарно приодевшихся благородных. Колдуны, внешностью и так больше походившие на чахоточных доходяг с глазами побитой собаки, в этой одежде вообще превратились в придаток к великим и ужасным магам. Эту серую мерзость я на себя ни за что не надену!

– Что ж, Харлаф, будем знакомиться… Меня зовут Виктор, барон фор Седар, Мастер магии Воздуха. Это, – барон указал рукой на близнецов, – Трисс и Триан фор Мерк, кто они такие, я думаю, ты уже понял. – Маги синхронно кивнули. – А это мои новые подчиненные: адеры Карс Шолит, Горан Мегрис и Андрес Кант. – Колдуны по очереди поклонились. – Нашего нового товарища зовут адер Харлаф Бледный, – представил меня Мастер.

– Приятно познакомиться, – улыбнулся я как можно приветливей. – Извините, Мастер, но почему вы сказали «новые подчиненные»?

– Почему? Да потому, что магом крепости Дортверн я стал всего месяц назад. Мой предшественник скончался от… естественных причин, а я с учениками как раз прибыл на родину после долгого отсутствия. Мы больше десяти лет пробыли в Арране, вот наше родное государство и отправило нас сюда на усиление, как мне сказали.

Теперь ясно, почему я не ощущал исходящего от магов презрения – перевоспитались в империи. Впрочем, особого дружелюбия я тоже не заметил. Ну да ничего, разберемся. Зато колдуны представляют собой яркий пример затюканных подчиненных – они, наверное, сами себя считают людьми второго сорта. Что ж, это их проблемы. Кстати, а ведь здесь собрался отличный контингент для испытания проявившегося у меня два дня назад умения – я научился видеть ауры живых существ, приобрел так называемое Истинное зрение (для обретения этой способности необходим определенный уровень развития Дара, поэтому раньше я ауры видеть не мог).

Очень полезное умение, между прочим, помогает отличать живое от неживого, иллюзию от реальности, определять уровень Силы магов… Да много еще чего. Я, конечно, не достигну таких высот в манипулировании тонким телом, как клирики или некоторые темные маги, – направленность Дара не позволит, но защититься от вторжения в свое тело духов или тех же клириков вполне смогу.

Та-ак, попробуем рассмотреть ауры… Ого! Очень интересно, а ведь у одаренных и обычных людей они сильно различаются. Если у бездарей ауры – это скорее тусклое разноцветное свечение вокруг головы и слабый ареол вокруг тела, то у магов они горят, подобно Мистелю в зените, а в центре находится ослепительно светящийся шар ядра Дара… Невероятно! Аура барона фор Седар просто ослепляет, вот что значит Мастер магии… И ядро у него полупрозрачное, нежно-голубого цвета… Значит, каждая Стихия имеет свое цветовое отражение?

Не понял… Аура Мастера вдруг пропала. Я быстро сменил зрение на обычное – опытный маг понимающе улыбался. Да он почувствовал наблюдение и просто закрылся! Я в ответ обезоруживающе улыбнулся и пожал плечами.

Продолжим. Колдуны меня, откровенно говоря, не впечатлили – если учесть их возраст, а значит, и срок работы над Даром, то они просто слабаки. Зато близнецы… их аура была такой же огромной и насыщенной, как и у Мастера, мало того – у них была одна аура на двоих и общий Дар – два шара, соединенные каналами Силы.

– Ну что, изучил? – напомнил о себе Мастер.

– Да. – Я очнулся, возвращаясь к обычному зрению.

Колдуны, о чем-то перешептывающиеся в углу, прекратили разговор и обернулись ко мне, скорчив одинаковые гримасы недовольства. Ну и ладно…

– Если изучил, тогда… Адер Мегрис! – Маг особо выделил голосом звание. – Проводите, пожалуйста, молодого человека в его комнату.

– До свидания. – Я слегка поклонился, прощаясь, и отметил, что все три мага также слегка склонили головы, в отличие от колдунов. Эти меня проигнорировали. А что вы хотели? Отсутствие нормальной фамилии явно говорит о моем низком происхождении, и никакие звания исправить такое не могут. Я сразу же просчитал эту троицу, которую можно охарактеризовать лишь одним словом – шакалы. Лебезят перед стоящими выше по социальной лестнице и презирают нижестоящих. На этом держится их мир.

Как оказалось, комната, в которой мне предстояло провести следующие четыре года, находилась буквально в двух шагах от кабинета начальства и от комнат всей остальной магической братии. Глубоко внутри скалы.

Подойдя к двери, проводник, молчавший до того как рыба, заговорил скрипучим голосом:

– Вот твоя дверь. За форменной одеждой зайдешь…

Поворачивая в замке ключ, я спокойно ему сообщил:

– Я это уродство носить не буду. Спокойной ночи.

Адер запылал праведным гневом:

– Тебя накажут! Прекращай дерзить благородным! Ты еще совсем не знаешь жизни, чтобы так себя вести… И не смей захлопывать дверь, когда я с тобой разговариваю! – Колдун в гневе пару раз ударил в дверь ногой и, осыпая меня не самыми приятными словами, ушел прочь.

Я пожал плечами: в последнее время мне на пути попадаются одни недоумки. Если обращать внимание на всех… И вообще, что-то я совсем обнаглел, раньше не стал бы нарываться на неприятности ни с воином у ворот, ни с этим колдуном. Общеизвестно, что у молодых магов часто портится характер, стоит им почувствовать Силу и свою исключительность. Упоение силой, будь оно неладно. Это просто нужно пережить. Значит, переживем.

А теперь спать, что-то я совсем умотался с этими походами по горам. Тут никакого здоровья не хватит.

Все, меня нет…

Глава 9

– Тревога!

Крик часового с крайней правой башни и последовавший за ним перезвон тревожного колокола заставили меня мгновенно сбросить оковы сна. Несмотря на то что лег вчера довольно рано, я не выспался и чувствовал себя вконец разбитым – подняться на медитацию стоило нечеловеческих усилий. Конечно, резерв жизненной энергии у меня есть – ведь я уже четыре дня полноценно не уходил в транс, а только пополнял запасы, но всякое может случиться… Вот это «всякое» и случилось.

Я грязно выругался, поймав при этом уважительный взгляд пробегавшего мимо легионера, и бросился обратно в комнату: если это нападение, то стоило экипироваться.

Эх, не зря я переборол жадность и свернул в сторону – дорога в Довер проходила как раз мимо известного на все королевство поселка кузнецов-оружейников, и я не удержался от искушения. Свернул – и потратил практически все средства на различные колюще-режущие игрушки, вкупе с прочим барахлом той же направленности. Часть своего арсенала я уже продемонстрировал широкой общественности, а теперь собирался предстать перед этой самой общественностью во всей красе. Со всей возможной скоростью я распотрошил свою заплечную сумку, бросая вещи прямо на пол, быстро оделся и уже в полной готовности выбежал наружу. Признаться, я даже немного отвык от ощущения меча на поясе, что не есть хорошо… Ничего, привыкну, к хорошему привыкают быстро.

– Стоять!

Гневной окрик остановил меня уже на выходе. Я обернулся. Позади стоял незнакомый десятник и недовольно рассматривал меня, любимого.

– Почему без брони? И вообще, кто ты такой? Я раньше тебя не видел.

Десятник окинул подозрительным взглядом мою нестандартную экипировку: на поясе слева полуторный меч, брони нет (решение отказаться от доспеха далось мне нелегко, но логика победила). Те доспехи, на которые у меня хватило денег, не давали сколько-нибудь значительной защиты телу, но зато прилично замедляли движения, так что я от них отказался, сделав ставку на амулет и собственную скорость. Единственное, что можно было с большой натяжкой назвать доспехом, – так это мой старый добрый пояс. Стилет я прикрепил к голени правой ноги, а меч повесил на пояс.

Я бросил быстрый взгляд на стену – пока все спокойно, можно особо не торопиться. К тому же защитников на стенах и так более чем достаточно.

Не все же мне отношения с сослуживцами портить, надо для разнообразия и налаживать.

– Адер Харлаф Бледный, новый гарнизонный колдун, – начал я дружелюбно. – Лэр, вы не знаете, что случилось?

– Извините, адер, – произнес воин. – Я не знал, что у колдовской братии пополнение…

Что там десятник хотел сказать дальше, я не услышал – мое сознание затопила жуткая боль… Очнулся я стоя на коленях и уткнувшись лбом в лужу собственной блевотины.

– Что за… – прохрипел я, обтирая лицо рукавом. Единственное, что всплывало в памяти, – это нахлынувший на меня внезапно коктейль из дикого ужаса и запредельной боли.

– Посмотри на стену, – произнес прямо над ухом знакомый голос. Так и есть, Триан. Маг, кстати, тоже выглядел, мягко говоря, не ахти.

Я поднял глаза вверх.

– Молот мне в зад! – Я с раздражением отметил присутствие в своем голосе панических ноток. – Кровавый Туман!

– Точно, – подтвердил мои опасения маг. – Сейчас полезут. – Это он про лантарцев, конечно.

Я мотнул головой, отгоняя малодушные мысли. Каким бы сильным ни был противник, сдаваться еще рано. Это я так себя успокаивал, но на самом деле шансы на выживание у гарнизона Дортверна призрачны. Кровавый Туман относился к заклинаниям высшего порядка в магии Воды. Магистру Воды мне просто нечего противопоставить, а разделять судьбу той сотни воинов, которая сейчас висела кровавой взвесью над стеной, не хотелось.

Маг оказался прав: буквально через несколько секунд после его слов из Тумана вынырнула первая фигура вражеского воина, окутанная дымкой магической защиты – без специальных амулетов находиться внутри Тумана не рекомендуется. Я поднялся на ноги. Что ж, пришла пора испытать себя в бою с настоящим противником.

– Я на стену.

– На стену? Ты с ума сошел! Иди к колдунам и помогай запитывать стрелы Силой!

– Сейчас я нужнее там, – грубо прервал я мага. – Колдуны справятся и без меня.

– Погибнешь зазря.

– Не думаю. Смотри, наше начальство уже начало действовать!

И еще как действовать… Пятерка лантарцев, выбежавшая из Тумана на чистый воздух, тут же осыпалась кровавыми ломтями. Туман в мгновение ока сдуло со стены вниз, послышались дикие крики лантарцев, стоявших в задних рядах и не экипированных амулетами. Появился великолепный шанс увидеть бой двух виртуозов магии. Вода или Воздух? Вот в чем вопрос. Естественно, в данном конкретном случае я всеми конечностями за Воздух.

– Закрыть брешь!

Голос тысячника, казалось, пронесся по крепости ударной волной. Отработанный годами упорных тренировок командный рык внушал уважение. И этот рык произвел прямо-таки магическое действие на подчиненных: легионеры, до того хаотично метавшиеся по крепости, очнулись и стали походить на солдат, а не на стаю перепуганных кур. На башнях заработали катапульты, станковые арбалеты начали посылать в наиболее опасных врагов зачарованные болты-переростки. Я вихрем взлетел на стену, с ходу включившись в драку.

Активная рубка на стене продолжалась всего минут пятнадцать, а затем лантарцы отступили, оставив под стенами горы тел – даже просто упавший с тридцатиметровой высоты воин гарантированно превращался в труп. Сил магов врага, видимо, не хватало еще и на спасение любителей недолгого полета – вся энергия уходила на поддержание в рабочем состоянии гигантских лестниц. Интересное, кстати, решение: обычная лестница ни за что не смогла бы дотянуться до края стены Дортверна, а вот обработанная рунными магами – вполне. К тому же оторвать такую лестницу от стены усилиями простых легионеров было невозможно, как они ни старались: колдовская конструкция будто вросла в камень. Мои попытки сжечь лестницу сначала тоже терпели полный крах, пока я не разозлился и не пульнул Светляком. Огромный фаербол просто испарил находившихся в тот момент на лестнице солдат врага, а также всех стоявших в радиусе тридцати метров на земле возле нее. Естественно, сама лестница превратилась в кучу головешек.

И вот тогда для меня началось настоящее веселье: из толпы вражеских воинов вылетело три воздушных кулака (по сути, тот же шар, только сжатого воздуха, а не огня), один фаербол и светящаяся синяя сосулька – все они устремились ко мне. Видя такой праздник, мой амулет разом практически истощил все запасы Силы, но хозяина спас… Чего не скажешь о находившихся рядом со мной легионерах. Высвобожденная энергия трех Стихий в долю мгновения превратила пять здоровых и пышущих жизнью мужиков в изуродованные трупы. Меня едва не вырвало, но пришлось сдержаться: не стоит разрушать впечатление, которое я, судя по взглядам, произвел на окружающих. В следующий же миг мне стало не до размышлений – в мою сторону уже летела очередная волна мелких, но от того не менее смертоносных заклятий.

– Сколько тебе нужно времени для создания следующего шара? – Рядом со мной под защиту каменного зубца присел полусотник.

– Около пяти минут. – Я присел на корточки, вытянув перед собой ладони, и стал собирать между ними энергию, наполняя плетение.

– Долго… Ладно, работай, парень. В этот раз, может, и отобьемся…

На двух средних башнях бушевала настоящая буря – Мастер и его ученики-уникумы отчаянно отбивались от атак врага, изредка контратакуя, причем довольно результативно. По моим подсчетам, всего у врага было около тридцати тысяч солдат против шести сотен защитников. А сейчас, наверное, и четырех сотен не наберется.

Но главное, у лантарцев было подавляющее превосходство в магии. Против наших Мастера, двух магов и четырех колдунов противник выставил минимум одного Магистра (что уже больше наших совокупных сил), четырех Мастеров и десятка три магов различного калибра. Просто чудо, что гномья рунная защита на стенах еще держится. Но накопители Силы в крепости не безграничны.

По уму, в Дортверне сейчас уже должны бы сидеть все четыре эсхарских Магистра и Архимаг – ректор Академии, ведь о скоплении на границе с Лантаром войск было известно даже последнему лавочнику на северных территориях. Только я никого из этих уважаемых господ рядом что-то не наблюдаю.

Наконец Светляк был готов. Я медленно, осторожно встал, выглянул из-за края зубца… и сразу же сел обратно. На моем участке стены находилось еще пять лестниц. Я, пригнувшись и расталкивая легионеров, осторожно перебежал к ближайшей лестнице. Пару раз глубоко вдохнув и сосредоточившись, я нырнул в транс – так больше шансов увернуться от шальной стрелы или слишком резвого солдата, хотя их сейчас защитники и сшибали из арбалетов, не жалея болтов.

А дальше меня ждал сюрприз. Когда я встал и сделал шаг из-за зубца, подняв руки с вертящимся между ними фаерболом, то глаза в глаза встретился с взобравшимся почти на самый верх пареньком лет шестнадцати. Гадать, каким образом этот ловкач взобрался незамеченным так высоко, я не стал – скорее всего, отвод глаз – это объясняет, почему только я один мог видеть хитреца, просто аура у меня оказалась мощнее. Откровенно говоря, я никогда особо не интересовался заклятиями сокрытия и слабо представлял, как работает тот же отвод глаз, знал лишь, что для этого нужно уметь отлично манипулировать аурой и иметь предрасположенность к Свету или Тьме.

Наглый взгляд паренька, который, видно, думал, что я его не вижу и просто смотрю сквозь него, сменился сначала недоумением, а затем страхом, когда он заметил мою ехидную ухмылку и срывающийся в его направлении фаербол…

Как оказалось, парень не понадеялся только на невидимость, справедливо опасаясь шальной стрелы, – защитные амулеты на нем также имели место быть. Причем довольно мощные.

Светляк не смог уничтожить защитное поле, создаваемое неизвестным амулетом, зато банально снес парня вместе с его защитой вниз, испепеляя по пути лестницу и ползущих вверх воинов. Свое дело мое мощнейшее творение сделало отлично, но я был недоволен – ловкач, попавший под удар Светляка в упор, выжил, хотя его и унесли из-под стены в подгоревшем состоянии. Ценный кадр, видимо.

На этот раз я спрятался прежде, чем маги врага успели что-то понять и попытаться меня убить. Но радовался я зря. Лантарцы вовсе не собирались просто так отпускать доставившего им столько неприятностей субъекта. Воздух вокруг меня сгустился, заставив застыть на месте, а затем вспыхнул бело-оранжевым пламенем… Комбинированная атака Воздуха и Огня, требующая потрясающей слаженности в действиях магов либо же таланта сразу к двум Стихиям, что случается очень и очень редко.

Спасся я лишь благодаря везению. Те крохи Силы, что оставались в амулете, дали мне мгновения, необходимые для создания Огненного Щита. Врагу не хватало боевого опыта – в тот момент, когда воздух вокруг меня вспыхнул, воздушные тиски перестали действовать. Действительно, зачем тратить энергию, если сквозь огненный вихрь невозможно прорваться – по крайней мере, дилетантам вроде меня? Так они думали. Огненный Щит является моей уникальной разработкой – магам, оперирующим Формами, просто нет необходимости использовать Щит, ведь при помощи Форм можно создать намного более совершенную и гораздо менее энергоемкую защиту. Нужно отдать должное магам противника, сработали они отлично, но все предусмотреть невозможно. И это радует.

Единственное преимущество Щита перед защитой на основе Форм – это скорость его создания. Маги заранее создают и навешивают на себя защитные заклятия (не активируя, естественно), ведь времени, необходимого для их создания с нуля, в бою нет. Посчитав, что защиты на мне нет (даже неактивированное заклятие для опытного мага прекрасно различимо Истинным зрением), лантарцы ударили эффективным, но не самым мощным заклятием из своего арсенала. Спасибо им… Щит, пусть и плохо прикрывающий хозяина от магических атак, выиграл для меня несколько мгновений жизни. Но главное – он помог обмануть противника, который похоронил меня слишком рано и убрал воздушные тиски, позволив мне прорваться сквозь кокон огня и прыгнуть со стены вниз…

Когда моя изрядно прожаренная и поломанная тушка пошевелилась, пробегавший мимо молодой легионер чуть не обделался, приняв меня за ожившего мертвяка. А после того, как прямо на его глазах начали заживать ожоги и открытые переломы ног (собирать кости руками без обезболивающего оказалось крайне неприятно) якобы трупа, легионер вообще начал смотреть на меня как на бога во плоти.

Я вскинул голову вверх и невольно присвистнул. Одно дело, знать, что тридцать метров – это высоко, а другое – прочувствовать на своей шкуре.

– Спасибо, учитель, – тихо поблагодарил я. Если бы не уроки Ронгара, научившего меня правильно падать даже с такой высоты – лежать мне горячим трупом. Даже энергия в мече Духа не помогла бы. Кстати, а ведь камень-накопитель почти пуст. Та-ак, и с магией все плохо. На Снежок хватит, но вот на большее…

В свете новых обстоятельств возникает вопрос: возвращаться обратно на стену и почти гарантированно погибнуть или же идти помогать колдунам в зарядке рунной вязи на болтах и стрелах? Никто не осудит, если я поступлю именно так, да я и сам себя не осужу…

– Господин маг! – Ко мне подбежал легионер, исполнявший обязанности посыльного. – Полусотник просит вас оказать магическую поддержку.

– Вашу маму! – выругался я в сердцах. – Что случилось?

Я поднял взгляд вверх. На стене дела были совсем плохи: две тройки вражеских оберуких воинов буквально вырубали защитников одного за другим, не обращая внимания на стрелы и болты, а за их спинами уже скопился приличных размеров отряд лантарских латников.

Я сломя голову побежал вверх по лестнице, выскребая последние крохи Силы и запитывая ею Снежок. Спустя минуту мое сильнейшее пробивное плетение было готово, но возникла проблема – я не мог его бросить, мешали свои же воины. Думал я не долго – погрузившись в транс, размытой тенью взметнулся на ближайший зубец и бросил Снежок в шаррагарца, удачно попав тому в плечо у основания шеи. Мечник упал замертво, даже четыре косицы не помогли… Впрочем, на достигнутом я останавливаться не стал. Пусть Силы на создание огня у меня и нет, но в трансе еще секунд десять продержусь. А потом пару минут можно работать чисто на энергии тела… прежде чем умереть от истощения. Чего, откровенно говоря, очень бы не хотелось.

Совершив над головами воинов прыжок метров на пять, чтобы приземлиться между вражескими латниками и шаррагарцами, я чудом разминулся при этом с гигантской светящейся от вложенной Силы сосулькой. Тем не менее еще в полете я хлестнул по шаррагарцам волной ужаса (прием известный, но действующий только против неподготовленного противника), заставляя на секунду отвлечься и замереть на месте. И это принесло плоды – кто-то из легионеров в заднем ряду не растерялся и метнул боевой молот, снеся одному из шаррагарцев половину черепа. Защитный амулет элитного наемника оказался практически копией моего – стрелы и прочий метательный мусор он с легкостью уводил в сторону, но, как и для моего амулета, это касалось только предметов весом до килограмма. Стандартный амулет – стандартные решения, в каждом десятке легионеров есть один особо сильный и меткий воин, специально чтобы метать молот в таких хитрецов, как я, решивших вырвать себе у Судьбы лишний шанс на выживание. А против боевого молота в голову было только три варианта действий:

а) уклоняться от этих довольно медлительных снарядов, что и делали шаррагарцы до моего появления;

б) выложить кучу денег и купить себе эльфийский амулет (в отличие от более распространенных амулетов гномьего и человеческого производства, эльфийские амулеты обволакивают владельца защитным пологом, непроницаемым для физических атак);

в) стать магом и развернуть вокруг себя защиту.

Тьма!.. Что-то я совсем не ко времени стал размышлять на отвлеченные темы. Враг еще отнюдь не убит. И к нему на помощь спешит десяток злобных латников, настроенных порубать оказавшегося между молотом и наковальней глупца на гуляш. Я окинул шаррагарца оценивающим взглядом: четыре косицы, серебряные нити, движения стремительные, но, определенно, в транс входить не умеет. И вообще, уровень владения мечами у него не очень высок. Приблизительно тот же, что был у меня полгода назад, до встречи с учителем. Неплохо, но не более того. Правда, быстро убить его все равно не получится…

Но мне и не пришлось. Ветер Ножей доказал свою эффективность – четыре десятка воинов врага в великолепных доспехах и защищенные амулетами превратились в месиво из кровоточащей плоти и железных опилок. А громкий треск, пронесшийся вдоль стены, оповестил защитников об окончании штурма.

Я подошел к стене и с некоторым отупением от усталости (откат меня все же догнал, плюс к нему еще и истощение жизненных сил) посмотрел вниз – ни одной лестницы. Враг выдохся, чем Мастер сразу и воспользовался, показав все, на что способен.

На сегодня штурм закончен. Жаль, только на сегодня…

– Адер! – Все тот же легионер-посыльный, переживший-таки штурм, встретил меня на середине лестницы. – Вам приказ от господина мага явиться к нему в кабинет.

Чего от меня хотят, я понял далеко не сразу – несколько секунд бездумно смотрел на начавшего стремительно бледнеть посыльного.

– Хорошо.

До кабинета барона я доплелся лишь спустя минут десять.

– Почему так долго? – возмутился устало развалившийся в кресле у стены адер Мегрис. – Мало того что занимался неизвестно чем во время штурма, так еще и…

– Помолчите, адер! – грубо прервал излияния подчиненного Мастер. – У меня нет к адеру Бледному никаких претензий.

– Но…

– Вам что-то не понятно? – Голосом мага стало возможно замораживать птиц на лету.

– Н-нет, все понятно, фор, – пролепетал побледневший колдун, вытирая платком выступивший на лбу пот.

– Вот и хорошо. Тогда по делу. У меня есть хорошая и плохая новость. Начну с плохой… Враг имеет подавляющее преимущество в магии. – Барон махнул рукой в сторону лагеря лантарцев, расположенного в километре от крепости, вне зоны досягаемости крепостных метательных машин. – По моим подсчетам, там работают пять Магистров магии и около десятка Мастеров… Комментарии, я думаю, излишни. Я держался лишь благодаря Силе, собранной в накопителях, и рунной защите крепости, но запасы Силы уже истощены больше чем на половину…

– Когда ждать помощи? – поинтересовался адер Кант через минуту тягостного молчания, выразив общий витавший в воздухе вопрос.

– Не раньше чем через неделю. Наше родное начальство сильно просчиталось. Согласно плану, в случае нападения лантарцев на Дортверн, Совет Магистров в полном составе должен был телепортироваться в крепость, как обычно. – Маг недовольно поморщился. – Никто даже и предположить не мог, что король Сигурд решится оголить защиту границ и отправить в Эсхар всех своих высших магов, ведь границы Лантара также не образец спокойствия… А теперь лантарцы просто блокируют перемещение телепортом в крепость и активно используют свое численное преимущество… Все, на сегодня хватит. Лучше используйте это время для восполнения сил и отдыха. Свободны.

– Извините, Мастер. – Я все же решил повременить с отдыхом. – Но вы сказали, у вас две новости. Какая же хорошая?

– Хорошая? Я ее уже озвучил… – Маг криво усмехнулся. – Помощь придет через неделю…

Слов у меня на это просто не нашлось. Если уж это хорошая новость, то я даже и не знаю… У нас нет возможности продержаться такой длительный срок. Взять, к примеру, меня: физически я здоров, если не считать усталости (восстановиться поможет здоровый сон), но вот в плане энергетики все намного хуже. Запас Силы я не успею полностью восстановить, как бы ни старался. Это же относится и к жизненной энергии. После восхода Мистеля прошло около часа, хотя в бою время пролетело одним мгновением… Хорошо, если накоплю на пару минут транса – это в лучшем случае.

Ладно, нечего предаваться пессимистическим мыслям – нужно действовать… Я выбрал место возле самой скалы, чтобы почище было да людей поменьше бродило, и погрузился в медитацию. Нужно успеть взять от Мира все, что он может предложить…

Проснулся я от невнятного чувства тревоги. Голова болела, хотя я и лег спать шесть часов назад, а до того целый день только медитировал.

– Что случилось? – Я помассировал виски. – Все вроде бы тихо… Нервы ни к демону. – Я упал обратно на подушку: еще часа два можно поспать.

– Тревога!!! Враг в крепо…

Крик часового, усиленный магией, раздался из рунного круга на стене. А вот то, что он так резко оборвался, мне очень не понравилось. «Что значит – враг в крепости»? Через пару секунд я уже в полной боевой готовности выбегал из комнаты.

Долго гадать над причиной переполоха не пришлось. Едва различимая в скудном освещении размытая фигура, беспощадно вырезающая выбегавших из казармы легионеров, повернулась и с потрясающей скоростью бросилась ко мне. Ну ладно, потрясающей – это слишком громко сказано, но двигался человек действительно быстро. Лишь чуть медленнее меня. Для обычных же солдат этого было более чем достаточно.

Первый неумелый удар тени я с легкостью отразил, даже немного растерявшись. Человек явно находился в трансе, но в то же время совсем не владел мечом, размахивая им как пьяный крестьянин оглоблей. Я презрительно хмыкнул, нырнул в транс и активировал Всполох прямо в лицо подбежавшему неучу… Но моим планам по быстрому убийству этого… существа не суждено было сбыться. Я просто растерялся. Ведь не каждый день встречаешься с существом из детских сказок и кошмаров. Честно сказать, вампира я увидеть не ожидал.

Бледное лицо, кроваво-красные шары глаз с крохотной точкой зрачка по центру, быстрота и сила – точно вампир. Интересно, а они действительно так неубиваемы, как говорят? Любопытство мигом вытеснило прочь и нерешительность, и детские страхи, и робость перед ужасом ночи. Остался лишь молодой и глупый упырь.

– Ну-ка, посмотрим, что у тебя внутри, – пробормотал я. – Иди ко мне, малыш, дядя даст тебе конфетку… – В ответ это клыкастое хамло зашипело. – Э-э, а вот орать на меня не надо!

Оказалось, вампиры почти ничем не отличаются от людей. Разве что крови маловато вытекло, да и та черная и вонючая. Хотя что можно с точностью сказать, если половина груди разворочена фаерболом? Вампир не продержался и пары секунд, попавшись на первый же обманный финт мечом и получив фаербол в подарок.

– У-и-и-и!!!

Внезапно завыло сиреной что-то справа. Хм, похоже, откликнулся папочка нашей лабораторной мышки. И это проблема. Судя по состоянию внутренних органов, еще не полностью сформировавшихся, для убитого мной упыря сегодня была первая кормежка. Во какой я гад – младенца убил!

Дальше мне стало не до рассуждений. Я наконец понял, как выгляжу для обычных людей, находясь в состоянии транса. Примерно такая же разница в скорости оказалась у меня и «папули». Еще один оберукий, с грустью констатировал факт мой мозг, получив заряд боли от разрубленного левого бока. Второй клинок, который должен был снести мне голову, я только чудом смог остановить.

– Тварь! – зашипел я от боли, возводя вокруг себя Огненный Щит – слабая защита от вампира, но отличный крик о помощи.

Настолько быструю и сильную тварь мне одному не победить… Ему ведь никак не меньше трехсот лет. Учитель в свое время просветил меня насчет кровососов. Потягаться человек (Мастера Меча не в счет, они исключение из правила) мог лишь с молодым кровососом, возрастом лет до ста пятидесяти. И это я, у которого скорость передвижения в трансе одна из высочайших в Ордене, спасибо темноэльфийской крови.

Оскаленная морда, вынырнувшая из огня, показала решительный настрой упыря в вопросе моего убиения. Но сейчас у меня было преимущество – окруженный Щитом, я был скрыт от врага, а потому один меч вампира просвистел высоко над моей головой (я, не будь дураком, заранее присел), а второй, планировавший распахать меня от паха до челюсти, я, хоть и с трудом, сблокировал кинжалом. Хлынувшая из разрубленной в колене ноги кровь и дикий визг твари пролились бальзамом на мою душу. Вампир отпрыгнул в сторону и издал очередной визг – любят же повизжать, гады! Три ближайших тени прекратили развлечение и понеслись ко мне.

Жалкий фаербол, выданный скорее от отчаяния, совсем не произвел на упырей впечатления – они примитивно и даже с пренебрежением уклонились. Поморщившись от боли, я двумя руками покрепче ухватил рукоять меча – создать даже слабый фаербол я просто не успевал. Зато Мастер успел создать свой неоригинальный Ветер Ножей, в который раз продемонстрировав мне не самое приятное зрелище. Кучи вонючего мяса отнюдь не украсили пейзаж.

Гибель четырех сильных бойцов оказала деморализующее действие на кровососов. Пронзительный клич, пронесшийся над крепостью, заставил пять еще живых теней ретироваться, за пару секунд с легкостью вскарабкавшись на стену, игнорируя лестницы, и спрыгнув вниз. Тьма! Неужели весь этот погром и куча трупов – работа всего десяти клыкастых?

– Адер, вы ранены! – Подскочивший ко мне медик бесцеремонно разрезал уже и так пострадавший свитер ножом и полил чем-то рану.

– Не надо, я сам…

Медик кивнул:

– Не сомневаюсь, вы способны сами о себе позаботиться, но мы сделаем это быстрее.

– Ладно, – сдался я, решив не проявлять глупую строптивость. – Пошли.

– Тяжелый, блин!

Незнакомый, раздраженный и скрипучий голос пробился сквозь тяжелую, липкую вату, заполнившую мое сознание. Это еще кто такой? Последнее, что я помнил, была горечь сонного зелья, несмотря на все возражения, влитого в меня санитаром.

– Бросай его! Надоело! – Короткий полет, и тупая боль от удара головой о землю. – Лантарцы могут нас догнать в любой момент, а мы тащим эту тушу!

– Эй! Он шевелится, смотри! – обозначил себя второй человек, продолжавший держать меня за ноги.

– Вы, там! Чего застряли? – Еще один голос, на этот раз смутно знакомый.

Я с трудом разлепил глаза. Находился я почему-то не в палате лазарета, а в длинном коридоре, погруженном в полумрак. Тьма рассеивалась лишь тусклым свечением эльфийского мха, покрывавшего стены. Где это я?

– Очнулся, колдун? – Надо мной склонилась рожа того самого десятника, с которым у меня вышел конфликт в первый день пребывания в крепости. – Очнулся, глазами-то лупаешь! Эх, если б не приказ лэра Кавера.

– Так ведь помер лэр, – с недоумением произнес скрипучеголосый.

– Заткнись, недоумок! Лэр преставился, а приказ остался. Если я его не выполню – ты же первый донесешь, – презрительно процедил десятник.

– Как можно, лэр! Вы мне как отец родной!

Я поморщился: актер из подхалима был неважный.

– Заткнись! – Не я один здесь был тонким ценителем актерского мастерства. – Колдун, можешь идти?

Я на секунду задумался, оценивая свое состояние. Бок, конечно, болел, но в целом все было нормально.

– Могу. – Я с трудом поднялся на ноги и сделал первый пробный шаг. Никто даже и не подумал помогать. – Что случилось, где мы?

– Случилось? – Далее последовала длинная фраза, состоящая из грубых нецензурных выражений, суть которой состояла в том, что крепость мы потеряли. – С рассветом лантарцы снова полезли, тысячник вывел всех боеспособных на стену, да там они и подохли. – Десятник сплюнул на стену, густой желтый плевок начал медленно сползать вниз. – Маг закричал, чтобы все спасались, и начал в воздухе что-то рисовать… А потом люди на стенах высыхать стали, их это марево высасывало… Я такие трупы только в пустыне видел – когда полежат, подсохнут.

– Марево? – спросил я неожиданно охрипшим голосом. – Как в сильную жару?

– Да… Ты знаешь, что это было, колдун?

Я кивнул:

– Знаю. Это Полуденный Зной, одно из сильнейших заклятий, в котором используются сразу Стихии Воздуха и Воды. Для него необходима слаженная работа двух Магистров этих Стихий… Значит, они решили рискнуть и на время перестали блокировать порталы, а наши, как обычно, упустили шанс. Уроды!.. А мы-то как выжили? Насколько я знаю, деревянная дверь Зною не помеха – высушит в мгновение…

Десятник поморщился:

– Когда началось, я совсем рядом с лазаретом был – успел добежать и спрятаться, а лэр сотник показал тайный ход и приказал уводить выживших…

Я окинул взглядом небольшую группу раненых, с трудом переставлявших ноги людей. Шестнадцать человек.

– Где он сам? – Сколько я ни всматривался, никого званием старше десятника не заметил.

– Преставился. Он на стене стоял, когда волна пришла… Доспехи на нем были гномьи, они и помогли прожить дольше других. – Десятник бросил подозрительный взгляд сначала на товарищей, а затем на объемный мешок на спине идущего первым легионера. Ясно теперь, где доспехи. – Да только силы их немного не хватило… Помер он внутри, у нас на руках…

– Что с магом?

– Пропал чародей. – Десятник намекающе взглянул на меня. – Только хлопнуло что-то – и нету нашего мага.

Ясно. Мастер телепортировался – не слишком красивый, но правильный поступок. Людям в крепости помочь уже было нечем.

– Долго нам идти?

– Я откуда знаю? Я об этом ходе и не слышал до сего дня! – раздраженно прорычал десятник, отбив у меня всю охоту что-то еще спрашивать. Ну и ладно, что мне нужно, я уже выяснил, а беседа с таким «высококультурным» человеком была не самым приятным делом.

Долго ждать окончания пути не пришлось – минут пять спустя коридор закончился тупиком, но это только на взгляд не сведущего в таких делах человека. Светящийся мягким голубым светом рунный круг, начерченный в центре стены, явно указывал на дверь.

– Эй, колдун, сюда иди!

– Что случилось? – Я включил дурака.

– Ты должен открыть дверь. – Десятник порылся у себя в кошеле на поясе. – На, держи!

В руках у меня оказался кусок желтой бумаги с начертанными на ней рунами. Теперь понятно, почему меня оставили в живых и не бросили. Чтобы открыть дверь, не имея ключа (имевшегося лишь у тысячника), нужен обладающий Даром. Это, а вовсе не приказ мертвого командира сыграло решающую роль.

Я медленно набрал шифр, вливая в каждую руну чуть-чуть энергии… Сперва ничего не происходило, и солдаты за моей спиной начали недовольно ворчать. В этот момент стена едва заметно вздрогнула, потом тихо сдвинулась вперед и в сторону, открывая нам путь на небольшую, скрытую от чужих глаз скальными гребнями площадку. Выхода из гигантской чаши не было – нам предстояло еще взбираться по отвесным стенам наверх, что для некоторых раненых было абсолютно невозможно, а веревки, чтобы их втащить, у нас нет.

О чем думали строители? Впрочем, вряд ли кто-то из них мог представить подобное тому, что случилось. Даже в случае прорыва врага в крепость кто-то из офицеров, осведомленных об особенностях хода, должен был позаботиться о веревке… Или здесь есть какой-то секрет?

– Смотрите!

Слева раздался радостный голос одного из солдат, который стоял у стены и смотрел вверх.

Всей толпой мы рванули на крик.

В стене были выдолблены удобные для восхождения выемки для рук и ног. Логично: их почти не заметно не то что снаружи, но даже и изнутри чаши. Идеально, если нужно сохранить секрет хода от случайно забредшего охотника или пастуха. Но вопрос с ранеными все равно оставался открытым.

Первым наверх полез один из молодых бойцов – через полминуты он уже сидел наверху и махал нам рукой. Процесс пошел… Мой черед подниматься настал практически в самом конце – внизу остались лишь пятеро раненых, не способных на самостоятельный подъем.

А наверху меня ждал сюрприз…

– Положи меч на землю и отойди на три шага! – Арбалет, направленный мне прямо в лицо, удобно расположился в руках воина с решительным волевым лицом и тяжелым взглядом, одетого в незнакомую форму с вышитым в центре груди парящим орлом со змеей в когтях. Тьма! Да это же герб специальных частей Лантара! Как они вычислили тайный ход?

Я медленно повернул голову, осматриваясь. Здесь как минимум десяток воинов врага, и у всех либо лук, либо арбалет. А мои сослуживцы уже сидят со связанными за спиной руками. Вояки… Их просто перехватывали по одному… Представляю удивление десятника. Он же планировал выгодно продать доспехи командира и зажить как сыр в масле, а здесь такое. Ха-ха!

Я медленно снял ножны с мечом с пояса (кстати, маскировку я с оружия так и не убрал) и аккуратно положил на землю. Сделал три шага в сторону.

– Подними руки вверх, и без глупостей! – Я послушно поднял руки, позволяя себя обыскать. Эх, жалко ножей – похоже, с ними я вижусь в последний раз.

Через минуту я сидел в толпе пленных со связанными за спиной руками, с бессильной злобой наблюдая, как командир лантарских горных егерей складывает мои вещи в свой мешок, уделив особое внимание магической книге и сбросившему маскировку мечу. Что ж, в плену я никогда не был, а мой отец правильно говорил: пока не попробуешь – не узнаешь. Может, мне там даже понравится? Главное, чтобы кормили хорошо…

Глава 10

Нет, в плену мне решительно не нравится. Кормят отвратительно – вернее, вообще не кормят, потому как есть бурду, гордо именуемую здесь похлебкой, я не стал. Лучше поголодать, чем уподобиться другим пленникам, источавшим жуткую, режущую глаза вонь – не успели добежать до отхожей ямы в углу загона…

Привели нас в этот загон, бывший некогда местом содержания скота, два дня назад, пинками загнали внутрь, не удосужившись даже развязать руки. Видимо, предоставили нам право сделать это самим или при помощи уже находившихся внутри собратьев по несчастью, которых накопилось в загоне прилично – человек тридцать. В основной массе это были простые солдаты, но встречались и исключения, хотя лучше бы не встречались. В дальнем углу отдельно от всех сидела троица благородных: двое с виду безземельных дворянчиков и их друг-покровитель, мужчина лет двадцати двух – двадцати трех с надменным лицом и блокирующим магию ошейником, братом-близнецом украшавшего мою шею. Маг, пусть и совсем слабый, судя по ауре (единственное, что оставил мне ошейник-блокиратор из былых способностей, – возможность видеть ауры), но отнюдь не это послужило причиной особого отношения к нему со стороны охраны, выражавшегося в лучшей еде и отсутствии тумаков. Мой невольный сосед оказался бароном и сыном одного из ближних советников герцога Донкарского.

– Эй, колдун! – позвал меня Худой – огромный, жирный до безобразия мужик, главарь группы из шести таких же наглых и тупых уродов, захвативших власть среди быстро превратившихся из солдат в толпу пленных. – Иди сюда.

Даже странно, что два дня я, идеальная мишень для ненависти и издевательств, жил спокойно. Одна только моя внешность вызывала неприязнь у окружающих – причиной ее была извечная нелюбовь бесправного простолюдина к высокомерному фору, глядящему на него как на коровью лепешку под сапогом и дерущему налог в три шкуры. Правда, смелости выплеснуть эту ненависть на настоящего аристократа (даже трех, имевшихся в наличии совсем рядом) у злобствующего быдла не было, вот они и нашли им замену в моем лице. А два спокойных дня объяснялись просто: Худой оценивал жертву на предмет опасности, присматриваясь к отношению ко мне со стороны охраны – лучшему мерилу социальной значимости человека на данный момент.

– Ты оглох?! Иди сюда, ублюдок! – Худой начал заводиться, такое демонстративное пренебрежение ему не нравилось. – Ну ты сам напросился!

Толстяк, а вслед за ним и вся банда, медленно поднялся на ноги.

Увы, планам Худого по моему моральному уничтожению не суждено было сбыться. Наступило время обеда, и в загон вошли три охранника: двое несли стопки с черными от старости и грязи деревянными мисками, а третий, почему-то улыбаясь, – два ведра с бурой дрянью, заменявшей здесь еду. Следом за троицей «кормильцев» вошел их десятник, в руках которого была небольшая кастрюлька с содержимым явно мясного происхождения и столовые приборы для благородных.

– Подходи, – буркнул охранник и постучал черпаком по ведру, с ухмылкой наблюдая, как пленные вскакивают на ноги и, расталкивая друг друга локтями, бегут занимать очередь. Худой, сопровождаемый по пятам своими шакалами, тут же изменил маршрут и вальяжно двинул сквозь толпу в начало очереди. Крепкий бородатый легионер, попытавшийся возмутиться, получил в зубы и пошел отплевывать их в уголок – сегодня ему стало не до обеда.

– Ты! Почему не подходишь за едой?

Голос подкравшегося сзади десятника охраны заставил меня вздрогнуть и оторваться от созерцания процесса насыщения окончательно скатившихся к скотскому состоянию людей… Не самое приятное зрелище: присев на корточки или согнувшись, словно пытаясь прикрыть миску телом, пленники руками запихивали в рот вонючую бурую массу, злобно зыркая исподлобья на соседей. То тут, то там возникали драки… Я и представить раньше не мог, до чего легко можно превратить вчера еще нормального человека в тупое животное. Оказывается, всего-то и нужно, что толпа таких же людей вокруг и голод.

– Я наблюдал за тобой – ты еще ни разу не брал еду… Иди жри, я не собираюсь отвечать за труп в своей камере (это у нас камера такая оригинальная, оказывается! Никогда бы не догадался)! Или тебе тоже не нравится наша еда? – Охранник бросил недовольный взгляд на неспешно обедавших в углу форов, с откровенным презрением наблюдавших за простолюдинами. Что ж, в данном конкретном случае я с ними солидарен.

– Не нравится, – честно признался я.

Не объяснять же ему, что я не голоден, так как постоянно погружен в медитацию, а жизненной силы, накапливаемой мною по утрам, вполне хватает, чтобы комфортно существовать без еды. Бесконечно я так, конечно, не проживу, но недели две легко, если двигаться поменьше.

– Все жрут. – Десятник оскалился, показав желтые зубы. – И ты будешь! – Ох и сильно его достал барон со товарищи, сейчас что-то будет.

Я подобрался, начиная подниматься на ноги… И в этот момент получил страшный удар по голове. Очнулся я от похлопывания по щекам, на земле и в компании четырех донельзя вонючих бугаев: услужливые и вежливые товарищи моего пухлого друга старательно удерживали меня за руки и ноги, а главарь стоял в ногах и гадостно ухмылялся. Но главной неприятностью была летящая в мой раскрытый при помощи грязной пятерни рот жирная капля противоестественного гибрида сочной зеленой сопли и вонючей от употребления жевательной коры слюны десятника, увлеченно втягивавшего в себя следующую порцию предназначенного мне десерта.

Сказать по правде, от открывшегося зрелища я сначала настолько растерялся, что даже забыл войти в транс, лишь судорожно дернул головой в сторону. Сопля весело стекла по щеке.

– Не дергайся, тварь! – проорал охранник, брызгая слюной и совсем потеряв чувство меры от всеобщего внимания и явственного одобрения своих действий стадом людей.

Я приготовился убивать, о чем честно и предупредил…

Жаль, исполнить угрозу у меня не получилось (прямо заговор посетителей какой-то – я же если никого особо жестоко не убью, спать спокойно не смогу… м-да). Как раз в этот момент в наш загон за каким-то демоном занесло делегацию в составе высокого военного и колдовского начальства и пары непонятных личностей. Воины из охраны высоких гостей быстро согнали толпу пленных в дальний от барона и его друзей угол, прихватив за компанию и любителя поплевать.

Минут десять посетители что-то оживленно обсуждали с бароном, активно жестикулируя, а затем так же быстро, как и пришли, двинулись к выходу, взяв с собой счастливчиков-аристократов.

Внезапно глава «делегации» остановился напротив меня.

– Кто это?

Ого! Судя по пылающей ауре, маг рангом не ниже Магистра! Вот это сила! А еще рубиновая серьга в ухе! Невероятно…

– Один из пленных колдунов, господин, – поспешно ответил начальник лагеря, дистрофичный субъект с кожей нездорового желто-зеленого цвета, блеклыми глазами и тонкими бледными губами. – Из неблагородных.

– Однако для колдуна у него мощный Дар. – Предполагаемый Магистр скосил глаза на барона. Презрительно так скосил.

– Пф-ф! Сиволапое мужичье никогда не сможет в Искусстве сравниться с человеком благородных кровей! – Барон сморщил нос, а его дружки угодливо заржали.

– По крайней мере, этот, – маг выделил голосом последнее слово, – колдун сильнее тебя.

Барон побагровел:

– И что? Бык тоже сильнее меня, но я могу забить его одним ударом!

Магистр не обратил на слова аристократа никакого внимания, повернувшись ко мне:

– Как тебя зовут, парень?

– Адер Харлаф Бледный, – ответил я с готовностью.

Вот и шанс выбраться из этой клоаки, причем шанс реальный. Нет, я, конечно, мог в любой момент войти в транс и перепрыгнуть стену – охрана даже выстрелить не успеет, но что дальше? Лагерь военнопленных находился буквально в двух шагах от другого лагеря – лантарского военного. Сражаться одному против тысячи – не наш вариант. Сбежать же незамеченным не получится, так как при несанкционированном пересечении периметра на нарушителя автоматически вешается магический маяк…

– Странная фамилия, скорее прозвище…

– Это и есть прозвище, еще совсем недавно я был Харлаф из Больших Петухов. – Все трое эсхарских и подавляющее число лантарских аристократов скривились, будто учуяв рядом кучу свежего свиного навоза. Да пошли вы все лесом, уроды! Я гордо вскинул голову, с вызовом взглянув Магистру прямо в глаза. Тот понимающе улыбнулся, удовлетворенно кивнув каким-то своим мыслям.

– Сколько тебе лет, Харлаф? Двадцать пять? Тридцать?

Маг даже обидел меня немного. Неужели я выгляжу настолько старше своего возраста? В отличие от сверстников, я вовсе не стремился выглядеть старше, чем есть. Для подобных мне носителей капли эльфийской крови время течет немного по-другому – некоторые особо упорные полукровки, не наделенные Даром, доживали до почтенных двухсот лет, в то время как чистокровный человек редко доживал до ста. Учитывая же неслабый магический Дар (срок жизни мага прямо пропорционален силе его Дара), я вообще могу рассчитывать на очень и очень долгую жизнь.

– Недавно исполнилось восемнадцать.

Лицо предполагаемого Магистра нужно было видеть. У него разве что челюсть не отвисла от удивления. Он возмущенно повернулся к барону:

– Неужели в Эсхаре начали обучать магии детей? Это же опасно!

– Не-эт, не замечал, – растерялся фор.

Нет, ну совсем дядя обнаглел! Ладно еще – старше, но младше-то я почему вдруг стал? На восемнадцать я выгляжу, не больше и не меньше!

– Это почему же детей? Мне почти восемнадцать было, когда я в Академию поступил! – возмутился я.

После этой фразы Магистр ненадолго завис, как голем-шахтер перед поворотом, так и хотелось послать сигнал реактивации, он же пинок под зад.

– То есть как… восемнадцать? Когда ты первый раз вошел в медитацию? – Магистр подался вперед.

– Полгода назад.

На этот раз Магистр молчал минут пять, не обращая внимания на нетерпеливо переминавшихся и с непониманием рассматривавших меня спутников.

– Он идет со мной, – произнес маг не терпящим возражений тоном, слегка повернув в сторону начальника лагеря голову.

– Но-о… Хорошо, сейчас я прикажу надеть на него кандалы…

– Никаких кандалов! И снимите с адера ошейник!

– …И отдайте имущество, – продолжил я за Магистра. То, что моего мнения никто не спросил, меня как-то даже не задело. Не на казнь же ведут.

Магистр кивком подтвердил мое требование.

– Хорошо, – согласился начальник лагеря со вздохом. – Фрол, принеси вещи адера.

Кстати, дисциплина у лантарцев железная – командир горных егерей, оказывается, не прикарманил мое имущество… Похвально. Да и оперативность выполнения приказов на высоте – уже через пару минут под ошеломленными взглядами воинов из свиты Магистра я застегнул на себе ставший родным пояс с мечом Духа. Быстро пробежался руками по поясу, порылся в сумке, проверяя наличие вещей. Золота ни в сумке, ни в потайных карманах пояса не было. Архуд (темный бог, один из владык Нижнего мира, покровитель воров и убийц) с ним, не стану возмущаться, пусть это будет наказанием за глупость.

Начальник лагеря расстегнул мой ошейник.

«Блин, почти тридцать золотых, ничего себе наказание!» – возмутилась жаба и принялась меня увлеченно душить. Я отбивался. И довольно успешно, пообещав этой назойливой твари в следующий раз завести счет и чековую книжку в банке. Нужно только до империи добраться. Или до гномов.

– Идем, – приказал маг, разворачиваясь. – Тебе, наверное, интересно узнать, зачем ты мне понадобился.

Я хмыкнул:

– Ну думаю, лично вам я без надобности, а вот Аррану мог бы и пригодиться.

Магистр застыл на месте.

– С чего ты взял, будто я из Аррана?

– Умею думать головой, – начал я набивать себе цену. – Достаточно проанализировать информацию, полученную от наблюдений за вашим, ваших подчиненных и лантарцев поведением. Хотя по большому счету, выдали вас телохранители. В следующий раз берите с собой мечников-лантарцев. Знающий человек с первого взгляда определит не только принадлежность воинов к Аррану, но и скажет, какую именно школу боя они окончили.

– Понятно. – Маг довольно улыбнулся, собираясь продолжить путь. – Я в тебе не ошибся.

– Извините, Магистр… – Маг снова довольно улыбнулся. Значит, я угадал его ранг. – Позвольте… Мне нужно завершить здесь одно дело.

– Только недолго.

– Это не займет много времени…

Я зловеще ухмыльнулся, окинув взглядом переминавшихся с ноги на ногу в углу солдат, выискал среди них испуганно сжавшегося охранника и Худого со товарищи и медленно двинулся к ним. Под моим взглядом (подкрепленным доступной теперь эмпатией) толпа начала выдавливать из себя «сотоварищей».

– Не надо, – тихо попросил Худой, растеряв весь свой гонор, а любитель поплеваться упал на колени и тихо заскулил. Немного в стороне мелькнуло бледное лицо другого десятника, нашего незабвенного проводника по тайным проходам. Демон с ним, не хочу мараться.

Я подошел к трясущимся от ужаса подонкам на расстояние пяти шагов, взялся рукой за меч… Но вытащить его не смог – противно стало. Эти гнусные твари и не люди даже. Не могу. И просто так уйти нельзя… Соскользнув в транс, я размытой тенью переместился к продолжавшему стоять на коленях охраннику и нанес удар коленом в зубы – подонок взвыл и повалился в грязь, обильно смачивая кровью землю.

– Теперь ты!

Я перестал транслировать на Худого страх, и он замотал головой, багровея от злости.

– Щенок! – Туша главаря начала движение в мою сторону.

Я окинул Худого оценивающим взглядом: огромная масса, рост под метр девяносто, колоссальная сила, но слабая скорость реакции… Это мне и нужно использовать. В транс я входить не стал из принципа – неужели не смогу справиться с этим линялым боровом просто так? Конечно, без транса его жировую броню не пробить, но кто сказал, что обязательно месить студень? У человека столько замечательных уязвимых мест…

Бесцельно молотить в живот кулаками я не стал (как это делали некоторые из противников Худого совсем недавно). Два скользящих шага – и я оказываюсь на расстоянии, необходимом для удара. С легкостью уклонившись от размашистого удара здоровенной ручищи, я оттолкнулся от земли и буквально взмыл в воздух, нанося сцепленными в замок руками удар сверху по голове противника… Сперва мне показалось, что удар не произвел на «ударяемого» никакого эффекта – Худой все так же, не поведя ни единым мускулом под слоями сала, продолжал стоять на месте. Целых десять секунд… А затем плашмя повалился наземь, мордой в грязь.

Вот и все. Удар за удар. А ничего, кстати, ударчик получился, мощный. Такого кабана завалить многого стоит!

– Ты закончил? – поинтересовался Магистр, даже не подумав спросить меня о причинах избиения.

– Да. Теперь я готов вас выслушать, – ответил я, пристроившись рядом с магом.

– Что ж… – Арранец сделал небрежный пасс рукой. Наверняка возвел защиту от подслушивания. – Я кратко изложу варианты твоего дальнейшего существования. Как ты уже знаешь, я арранец, и, как мне кажется, ты согласен выйти из-под покровительства эсхарской короны и перейти под руку моего императора. – Я ухмыльнулся: ага, покровительства… Какого покровительства? Да меня в Эсхаре и за человека-то не считали. А переезд в империю – великолепный шанс обрести знания, доступ к которым в Эсхаре для меня закрыт… Шанс отомстить.

– Согласен.

– Тогда вариант первый: ты ожидаешь полгода до следующего набора в Университет Всех Стихий и поступаешь туда, для тебя это проблемы не составит. Второй вариант: находишь себе индивидуального наставника и обучаешься у него. И третий вариант – поступаешь на службу в Тайную стражу, рекомендации я дам…

Вот так номер! Я, конечно, догадывался о принадлежности моего освободителя к этой мощнейшей в мире тайной службе, но чтобы получить подобное предложение… Не ожидал.

– Естественно, в случае согласия на этот вариант ты сначала отправишься на полугодичную подготовку в школу при… службе. А в дальнейшем, как молодой и перспективный сотрудник, будешь приписан учеником к одному из лучших специалистов, что гарантирует тебе изучение самых передовых, включая засекреченные, заклинаний.

Вот скажите, какой нормальный маг может отказаться от такого?

– К тому же – продолжал соблазнять меня Магистр, – со временем ты сможешь перейти из Тайной стражи в Серебряную гвардию – тысяча великолепных воинов и магов, мощнейшее воинское соединение империи, или даже в Золотую – это личная охрана императора, дюжина лучших воинов-магов империи рангом не ниже Мастера, а во владении мечом – обладателей рубиновой серьги… Кроме прочих привилегий это титул барона или даже графа, естественно, с прилагающейся к нему землей. Согласись, неплохой шанс для крестьянина из захолустного королевства.

Конечно, соглашусь!

– Я выбираю третий вариант, – ответил я, подумав минуты две.

За это время я успел прокрутить в голове все возможные варианты – у каждого из них были свои плюсы и свои минусы.

Вариант первый: в случае поступления в Университет я через пять лет окажусь перед той же проблемой, что и недавно в Академии, – обучение в Арранском Университете бесплатное для всех, но каждый его выпускник обязан отработать на благо государства десять лет, и, могу поспорить, меня опять-таки определят в Тайную стражу, а значит, я просто зря потеряю пять лет.

Если же выбрать второй вариант – обучение у индивидуального наставника – то еще неизвестно, насколько квалифицированным тот окажется; к тому же в этом случае существует риск не сойтись с наставником характером, и тогда уж учеба точно не будет ни продуктивной, ни приятной. Нужен этот риск? Нет… Вот так и получалось, что остался лишь вариант Тайной стражи.

– Отлично. – Магистр улыбнулся уголками губ. – Будем считать, что с этого момента в книге твоей жизни начинается новая глава.

– Тогда скорее уж новая часть… Вторая часть.

Часть вторая

Свой среди чужих

Глава 1

– Отлично! На сегодня хватит. – Капитан (звание, эквивалентное сотнику в строевых частях) Карс подал мне руку, помогая подняться на ноги. – Сегодня ты показал все, на что способен, молодец.

Я поморщился. Это «все, на что способен» помогло мне лишь один раз из пяти условно убить Мастера (причем в реальности я бы все равно умер от ран, только немного позже) и один раз свести бой в ничью (мы оба погибли). Так что способен я не слишком на многое. Казалось бы, я должен при помощи меча Духа и заключенных в нем знаний Крона Ронгара если не выигрывать, то уж точно не проигрывать с треском такому же Мастеру Меча, но все оказалось не так просто.

Конечно, меч Духа помогает владельцу намного быстрее овладевать новыми приемами боя, но все же меч – всего лишь хранилище знаний, пусть и обладающее своим примитивным сознанием. А воин, использующий в бою тупо заученные приемы, уязвим для более опытного противника своей предсказуемостью. И есть только один способ избавиться от этого недостатка – научиться понимать Рисунок боя: импровизировать, чувствовать противника и предугадывать его действия на несколько шагов вперед.

За полгода, прошедшие со времени моего поступления на службу в Тайную стражу, я под руководством Мастера Карса и других инструкторов избавился от своего главного недостатка – перестал самопроизвольно вываливаться из транса. Кроме того, я увеличил объемы накапливаемой в теле энергии Мистеля и, соответственно, время нахождения в трансе с десяти до двенадцати минут – это притом, что Мастер Карс мог находиться в трансе около получаса, а Ронгар больше сорока минут, так что мне было еще куда расти. Я поднабрался опыта в боях с десятками, даже сотнями самых разнообразных противников, освоил десятки новых приемов боя. Но увидеть Рисунок так и не смог… Этому никто научить не мог – у каждого свой путь.

Инструктор забрал у меня тренировочный меч и деактивировал – туманное лезвие развеялось, оставив в руках капитана лишь покрытую рунами рукоять.

– Могу уверенно сказать, что сейчас ты находишься на уровне Мечника, и больше мне нет смысла тебя учить. Дальше ты можешь только самосовершенствоваться. Тренируйся, сражайся, и однажды ты сможешь увидеть Рисунок боя, а значит, стать Мастером Меча.

– На это уйдут годы, – вздохнул я, бросив унылый взгляд на серьгу в ухе Карса.

Я не хотел признаваться даже самому себе, но страстно желал стать дворянином. Неудивительно: когда с детства тебя считают человеком третьего сорта, поневоле стремишься доказать всем свою значимость… Жаль, ранг Мечника не предусматривает получения дворянского титула. Вообще в империи нет такого четкого деления на сословия, как в Эсхаре. Здесь все люди делятся только на простолюдинов и благородных. Простолюдином считается как купец первой гильдии, так и забитый крестьянин-арендатор, а благородным как безземельный лар (отсюда, кстати, пошло и армейское лэр), так и титулованный лорд.

– Не стоит расстраиваться. Что такое несколько лет? Они пролетят как одно мгновение. Подумай лучше вот о чем – достичь того, чего достиг ты, большинству людей просто не суждено. Даже лучшим нашим бойцам требуются годы, десятилетия, чтобы научиться входить в транс, но на это способен лишь один из тысячи…

Я прикинул в уме: если брать численность населения Арранской империи по последней переписи – шестьдесят пять миллионов человек (против полутора-двух миллионов в Эсхаре), то получается около шести – шести с половиной тысяч воинов, способных войти в транс. В идеале… На практике же – хорошо, если наберется тысяча человек.

– Не так и мало, – вслух сказал я, когда мы с Карсом уже направились в раздевалку. – Между прочим, я ведь до сих пор не сдал экзамен на ранг.

– Ты действительно этого хочешь? – Мастер приподнял бровь.

– Конечно!

– Дело твое… Что ж, через неделю заканчивается стажировка, один выходной день у тебя будет. Используй его с умом.

Всего полгода назад, принимая предложение Магистра, я и представить не мог, во что выльется согласие на службу в Тайной страже. Спустя всего час после разговора я, находясь еще под впечатлением от телепортации, обездвиженный, сидел в зловещего вида кресле. А мой мозг увлеченно потрошила троица хмурых субъектов с рыбьими глазами и такими же лицами, записывая на матовую пирамидку запоминающего кристалла мои самые сокровенные воспоминания… Начиная с первой детской неожиданности и заканчивая трехэтажным матом в адрес самих мозговых вивисекторов и их родственников. Все это было изучено с пугающей серьезностью и подозрительностью, но в конце концов я был переведен из разряда «опасных и вредных» в «подозрительные и наглые». Но, могу поспорить, ментальным извращенцам очень хотелось поставить мне печать Подчинения, подобную тем, что ставят каторжникам и рабам.

Не поставили… Очень уж приметная штука эта печать, первый же встречный маг донесет в Гильдию Охотников за головами о шастающем в округе беглом каторжнике. А если попадется самоуверенный, то и сам попробует захватить беглеца. Хороший бы секретный агент из меня получился.

Из кресла я сам встать не смог – пришлось просить о помощи предусмотрительно вызванных экзекуторами слуг. Да-да, на секретной учебной базе тайных, гордо именуемой ими Центром, были слуги! Спустя пять минут я сладко похрапывал на койке в своей комнате, дав наконец отдых многострадальному мозгу.

На следующий день мучения продолжились, только вместо ментальных извращенцев мною занимались психологи-садисты. Десятки самых разнообразных, порой глупых и совершенно бессмысленных тестов, сотни вопросов и просьб рассказать о себе – я чуть не рехнулся. Но в конце дня меня ждал приятный сюрприз: оказалось, я абсолютно не подхожу для работы шпионом, ликвидатором или расследователем, потому что патологически ненавижу подчинение и приказы, что исключает мое использование в качестве бойца отряда специального назначения. Ни один командир боевой пятерки не возьмет в свою команду эдакого героя-одиночку, плюющего с высокой колокольни на приказы, если те кажутся ему идиотскими, и постоянно рвущегося на подвиги. Зато я вполне могу сгодиться службе как раз в качестве героя-одиночки, который может позволить себе, следуя известной пословице, без малейшего смущения двинуться в обход или сдать назад и спрятаться. В этом ключе меня и стали готовить, урезав до минимума обучение шпионским штучкам и убрав из программы тренировки по слаженности в группе и прочую лабуду – оставили лишь краткий курс актерского мастерства и сделали упор на индивидуальные боевые навыки.

Еще учитель прочитал мне длинную и очень увлекательную лекцию о расах, об их особенностях в плане боевых способностей и специфических умений, заставив все это тщательно законспектировать, за что я ему теперь был очень благодарен. По крайней мере, теперь я знал, чего мне ждать от противников, и неприятного сюрприза у злобных инструкторов не вышло: когда на следующий день, после медитации и разминки, в помещение вошел лысый безбородый гном в одних штанах и с молотом на длинной рукояти в руках, я почти не удивился. Хотя на гнома в Рунном Доспехе и не рассчитывал…

По всему телу широкоплечего коротышки, начиная с пальцев ног и до макушки, по голеням и бедрам, поднимаясь вверх по животу, груди и лицу через веки на лоб, а затем по голове на спину и дальше, замыкая круг снова на среднем пальце ног, проходили две параллельные полосы из множества мелких рун. Та же история повторялась и с руками: рунная полоса шла по внешней стороне руки, начинаясь на кончике среднего пальца, далее по плечам и шее через голову к другой ладони. Снизу же, проходя по внутренней стороне руки, руны переходили в кольцо, опоясывавшее грудь, и шли по бокам вниз, пересекая еще четыре пояса рун на груди и животе, а затем проходя по стопам на внутреннюю сторону бедер и заканчиваясь в паху. Рунный Доспех – величайшее рунное плетение из ныне известных…

Несмотря на внешнее сходство гномов и людей, различия на уровне энергетики между нашими народами кардинальны. Дело в том, что такая способность, как транс, с успехом используемая мной, для подгорного жителя недоступна.

Если использовать так полюбившиеся мне по лекциям наставника Дрослира сравнения, то жизненная сила людей заключена в колбу с клапаном, регулирующим подачу энергии в организм и подающим ее понемногу, в количествах, необходимых для функционирования организма. Погружаясь в транс, человек полностью открывает этот клапан. С гномами ситуация совсем иная. В процессе эволюции у них запасы жизненной энергии разделились на две части: основную, которая по функциям почти идентична человеческой, но без возможности принудительного открытия выпускного клапана, и резервную, обычно закрытую от использования и доступную лишь в случае экстремальной ситуации (для жителей подземелий это обычно обвал). Казалось бы, различий с людьми нет – и там и там организм при необходимости получает вброс энергии, но здесь есть один нюанс… Какая главная задача попавшего под завал? Правильно, дождаться помощи. Вот природа и придумала способ, как максимально продлить существование организма: гномы получают возможность использовать резерв только после истощения основных запасов жизненной силы, которые намного больше, чем у людей, – ведь гномы живут до трехсот лет.

Что-то я отклонился от темы… Естественно, гномы не могли оставить без внимания эту свою особенность и открываемые ею возможности: они создали Рунный Доспех. Это заклинание создает искусственный клапан на резервном хранилище жизненной силы, позволяя тому, кто его использует, стать на время настоящей живой крепостью: гномы получают огромную физическую силу, потрясающую регенерацию и великолепную выносливость. Но скорость их реакции остается на прежнем уровне (правильно, зачем она под завалом?). И конечно, у этого заклинания есть побочный эффект – вторжение в отлаженную систему организма не проходит для носителя Доспеха бесследно. Из-за того, что восполнение запасов в резервном хранилище происходит из основного, при частом и длительном использовании Доспеха его носитель стремительно стареет, так как не может пополнять свои силы подобно человеку – от Мистеля.

Не знаю, насколько сильно они стареют, и был ли прав учитель, но этот конкретный гном старости явно не боялся – он с таким остервенением принялся махать своей двухпудовой киянкой, что я, как ни старался, не мог придумать, как подобраться к нему на расстояние удара и при этом не сдохнуть. Попадешь под такой удар – и слуги будут долго и весело соскребать тебя щетками со стены в детское ведерко. Анализируя ситуацию и попутно бегая от воодушевленно сопящего гнома по всему немаленькому залу, я понял только одно: без транса ловить здесь нечего…

Как оказалось через минуту, и в трансе из меня ловец не ахти. Тренировочный клинок, почти идеально имитирующий меч Духа, не смог даже оцарапать гнома. Тело коренастого коротышки по крепости не уступало камню – как такого удалось добиться подгорным умельцам, я даже представить не мог, но это явно выходило за пределы возможностей, даруемых жизненной силой гнома. Оказывается, у Доспеха есть и другие полезные свойства.

Наши с коротышкой танцы продолжались минут пятнадцать. Я, периодически вываливаясь из транса, жалил голый торс гнома своим клинком, попутно уклоняясь от методично и безостановочно колотящего молота, а гном занудно бегал за мной. Причем признаков усталости я у него не замечал, хотя сам бы упал уже после пары минут работы этим чудовищным инструментом в таком темпе, даже несмотря на транс.

Что ж, всему хорошему рано или поздно приходит конец. Пришел конец и накопленной мной с утра энергии – я вывалился из транса, с грустью отмечая, что движения демоновой киянки из медленных и тягучих, как под водой, ускоряются, и гном окутывается грозно шелестящим коконом. Все, теперь не подобраться! Неужели у него нет уязвимых мест?! Такого просто быть не может! И почему учитель об этом не рассказал? Хотя воины Ордена с гномами не воюют. Лучшие друзья… Только что мне делать с этим конкретным другом?

«Интересно…» Мне в глаза неожиданно бросилась одна мелочь в поведении противника. И как я раньше этого не замечал? Приблизительно раз в тридцать секунд его движения буквально на мгновение чуть-чуть замедлялись, словно молот становится тяжелее… или молотобоец слабее. А вслед за этим мгновением слабости гном зажмуривается. Та-ак, что же это получается – Доспех действует не постоянно? Вот оно, уязвимое место! Нужно бить только в тот момент, когда энергия, зачерпнутая коротышкой из накопителя, заканчивается. Это всего доля секунды, но если я буду в трансе, то шанс вполне реальный.

Жаль, я понял это слишком поздно.

– Спасибо, тан. – Я слегка поклонился: все же передо мной стоял самый настоящий гномий аристократ – гном, даже из самого захудалого клана, решивший стать Стражем Гор и получивший Доспех, автоматически становится равным старейшинам кланов, пользуясь небывалым почетом в народе. – Признаю свое поражение.

Гном тут же остановился, удивленно уставившись на меня.

– Так легко сдаешься?

– Я просто не вижу смысла продолжать. – Я деактивировал тренировочный меч. – Я смогу убить вас, но при этом и сам погибну. Без транса моей скорости недостаточно, чтобы нанести удар и покинуть зону досягаемости вашего молота.

– И как же ты собрался меня убивать? – недоверчиво ухмыльнулся коротышка.

– В то время, когда действие Доспеха прерывается, нужно нанести его владельцу удар в жизненно важный орган.

Зрачки гнома от удивления слегка расширились.

– Только в мозг, парень, – произнес гном, одобрительно хмыкнув, спустя несколько мгновений. – Даже удар в сердце для Стража не смертелен… А ты молодец, сам смог понять.

– Тан, скажите, почему в системе защиты Доспеха такая дыра? Неужели нельзя было сделать действие заклятия постоянным?

Страж сверкнул в мою сторону глазами.

– Вначале так и было. Но первые три воина, отважившиеся принять Доспех, умерли… В случае непрерывного действия Доспеха жизненная энергия владельца, вливаясь в него непрерывным потоком, истощается в течение нескольких минут. Поэтому маги и изменили Доспех, дав владельцу возможность прерывать его действие. Той капли энергии, которую заклятие успевает почерпнуть и отдать носителю за время функционирования, вполне хватает для боя. И хотя возможности носителей второй версии Доспеха в бою на порядок ниже, чем у предшественников, она признана Стражами лучшей. – Гном ухмыльнулся. – Жить-то всем хочется. Ну а в крайнем случае всегда есть возможность активировать заклятие на длительный срок.

– Понятно. Спасибо. Что ж, в таком случае остается надеяться на магию.

– Тогда тебе стоит поскорее стать Магистром, – усмехнулся тан.

– Я это учту.

В общем, гном оказался не единственным сюрпризом. Еще много самых разных подарков я получил от родных инструкторов, которые задались благородной целью за предельно короткий срок дать мне опыт в боях с различными противниками.

На следующий день после гнома, которого я, кстати, больше никогда не видел, ко мне в гости забежал милый и симпатичный орк. По крайней мере, таким он был сначала. А вот после того, как я выполнил его просьбу и со всей дури засандалил ему по серо-зеленой морде, орк стал отнюдь не милым и отнюдь не зеленым, а вовсе даже багровым. Ну на самом деле, чего я еще хотел? Конфетку с ликером? Как бы не так. Максимум, на что хватило доброты инструкторов, – так это на берсерка.

Орки, подобно гномам, а также гоблинам, эльфам, вампирам, троллям и еще демон знает каким расам и видам, не способны входить в транс, но это им и не нужно – природа дала зеленорожим замену транса – Ярость, или, как говорят они сами, Огненную Кровь. Стоит только кому-то разозлить орка (самый легкий способ – это ударить его или оскорбить), как вполне вменяемый субъект тут же превращается в машину для убийства. Даже среди своего народа берсерков откровенно побаиваются и отселяют в специальные военные поселения за пределы городов. Их используют для затравки битвы и прорыва обороны противника. Не чувствующие боли и усталости, сильные и быстрые, берсерки периодически устраивают набеги на граничащие с Ордой страны и веселятся там от души, наводя дикий ужас на приграничные территории.

И теперь я понял почему… Красный ураган в первый момент меня едва не смел, а удары топором слились в тусклое мерцание. Я растерялся, не ожидая такого напора, но растерянность длилась недолго. Да, возможности берсерка значительно превосходят возможности обычного воина, но я-то обычным не был! Как и в случае с гномом, стоило войти в транс, как движения противника сразу же замедлились, однако не настолько, чтобы я мог расслабиться. Берсерк остается берсерком, чрезвычайно живучей тварью.

В моей ситуации есть только два способа победить. Первый – подождать, пока схлынет ярость, которая активирует организм, а затем подпитывается эманациями смерти врагов. Если берсерку не удается никого убить, то ярость быстро спадает. Второй – нанести смертельный удар в голову, повреждая мозг. Конечно, я выбрал второй вариант: используя свое преимущество в скорости, приблизился к орку на расстояние удара и, уклонившись от прошелестевшего буквально в миллиметре от левого плеча топора, коротко рубанул наискось мечом, отрубая ему голову вместе с поднятой в защитном жесте рукой – условно, конечно, но от этого не менее болезненно.

– А мне говорили, что я могу тебя чему-то научить, – потирая шею, произнес орк, пролежавший парализованным на полу минут пятнадцать и теперь с трудом приходивший в норму. Ярость ушла, и он снова превратился в нормального чело… в разумное существо.

– Харлаф, – представился я, протягивая орку руку, чтобы помочь подняться. К его чести, орк не стал строить из себя неизвестно кого, а просто принял помощь.

– Гарт… – представился недавний противник, с трудом поднимаясь на ноги. – Хорошо ты меня приложил…

Я пожал плечами:

– Не скажу, что это было просто, но с гномом – значительно труднее.

– У каждого свои плюсы: у людей – транс, у гномов – Рунный Доспех, у эльфов – многовековые тренировки, опыт и более высокие физические данные. – Гарт почесал шею, кривя лицо в недовольной гримасе. – Гоблинские шаманы могут поселять духов в тела воинов, и, хотя те впоследствии умирают, победить одержимого почти невозможно. Я уже не говорю о вампирах с их возрастающей с возрастом силой, скоростью и живучестью, а также врожденными способностями зачаровывать и превращаться в туман. Тролли и драконы – вообще особый вопрос. Орки же хороши в битве, а не в поединке. Находясь рядом с умирающим или недавно убитым врагом, берсерки получают приток сил, прямо пропорциональный количеству эманаций смерти, разлитых вокруг.

– Понятно. – Я тактично не стал говорить своему новому болтливому знакомому, что прекрасно знаю все это и сам. – А ты какими судьбами в тайные попал?

Гарт пожал плечами:

– Так я полукровка, родился в результате одного из набегов орков на приграничные территории. Не сказать, чтобы детство у меня было радостным, а после того как во время следующего набега орки вырезали всю мою семью, так и вовсе… Забрали меня в государственный приют с военным уклоном, а оттуда сюда. Да что там! Больше половины сотрудников службы прошли этим путем.

– Я не знал… Спасибо.

– Не за что. – Гарт протянул мне руку, сворачивая разговор. – Пока.

– До встречи.

Не знаю, может, встреча когда-нибудь и состоится, но за время обучения в Центре Гарта я больше не видел. Сказать по правде, времени на разговоры и не было. Инструктора отдыха не давали – каждое утро после медитации и разминки я проводил бои с новыми противниками: гномы, орки, люди, эльфы – кого только не было! Разве что драконов. Некоторые из противников доставляли мне проблемы, вроде огромного вонючего тролля, некоторые с треском проигрывали, но были и те, кому проигрывал я. И тогда после боя под руководством инструкторов делал работу над ошибками.

В итоге на изучение магии времени почти не оставалось: за полгода я смог изучить лишь пять Форм, которые складывались всего в одно, но зато очень нужное заклинание, Сферу Огня – простое и в то же время эффективное. Подобно аналогичным заклятиям на основе других Стихий – Сферам Воды, Земли и Воздуха, оно создавало силовое поле, окружающее мага со всех сторон и отражающее физические и магические атаки до третьего класса включительно. Называлось заклятие Сферой Огня лишь потому, что для его создания использовалась преобразованная энергия Стихии Огня, то же самое касалось Сфер Воды, Земли и прочих.

Как оказалось, в империи недавно была введена система градации заклинаний по мощности и эффективности – до Эсхара она пока не успела дойти, а если точнее, то дойдет в следующем году. Так вот, согласно новой классификации, заклинания подразделяются на шесть классов.

Все мои заклинания: фаербол, Снежок и прочие, относятся всего лишь к пятому, низшему классу. И вот теперь появилось заклинание третьего класса, предельной для меня энергоемкости, но и это неплохо: Сфера является потолком возможностей обычного мага, выпускника-середнячка Академии или Университета.

В общем и целом эти полгода я провел с пользой. Главное, я теперь готов сдать экзамен на ранг Мечника. Да и то правда, некоторые мои сверстники-дворяне, начавшие заниматься фехтованием в том же возрасте, что и я, получили этот ранг еще в шестнадцать лет. Причем, как я узнал, для получения ранга вовсе не обязательно уметь входить в транс – лишь пятнадцать-двадцать процентов Мечников умеют это делать, остальные восемьдесят процентов приходятся на форсеров…

Странно, но учитель ничего не рассказывал о форсерах, улучшенных при помощи магии людях, – удовольствие очень дорогое, его могут себе позволить лишь дворяне и богатые купцы. Не рассказывал и о крэксерах… Крэк – сложнейший, созданный при помощи магии наркотик, за изготовление и продажу которого в империи и других человеческих государствах положена смертная казнь через колесование. Почему только человеческих? Да потому, что на орков и гномов он не оказывает ровным счетом никакого воздействия, а эльфов только слегка бодрит и вызывает легкую эйфорию. Люди же приобретают зависимость от крэка уже после первого приема, что вызывает полную деградацию личности наркомана и разрушение мозга в течение трех-пяти лет. Дрянь страшная, но у нее есть одно полезное свойство – при приеме дозы, в десять раз превышающей обычную дневную, организм человека начинает стремительно себя уничтожать путем принудительного выхода в транс. Крэксеры – основная боевая сила Ночной гильдии. При нужде воровские старшины могут поставить в свои ряды сотни бойцов, способных при должном везении справиться даже с Мечником, контролируя их с помощью небезызвестной печати Подчинения.

И уж конечно, я не слышал о симбионтах – новой разработке имперских магов Жизни, увидевшей свет буквально в этом году. Гигантская, размером с ладонь, полупрозрачная склизкая амеба проникала в мозг человека и сливалась с ним, а получившееся новое существо получало возможность входить в транс на непродолжительное, до пяти минут, время без риска погибнуть, а срок его жизни возрастал, по прогнозам магов-исследователей, до трехсот лет. Единственным недостатком симбионтов была их цена – около пяти тысяч золотых империалов. Такое по карману не многим. Что ж, пяти тысяч у меня нет, зато есть транс и воля к победе. Через неделю я покажу, на что способен…

Пока же стоит подумать, как провести последние дни в Центре с максимальной пользой.

Глава 2

Княжество Аргос, маленькое и ничем не примечательное государство у восточных границ империи, вернее, почти ничем не примечательное – для обычного человека. Зато среди людей, посвятивших себя служению Мечу, об этом княжестве известно всем и каждому. Чем же так прославилось крохотное государство с мизерными возможностями и невероятными амбициями? А вот этими замечательными боевыми серпами, которые, атакуя из самых неожиданных мест, заставляют меня на протяжении последних семи с половиной минут сидеть в глухой обороне и лишь изредка пытаться контратаковать их владельца! Среднего размера серпы, заточенные лишь с внутренней стороны, были грозным оружием в руках умельца, а способность наносить удары на расстоянии при помощи тонких цепей, выскакивавших из полых длинных рукоятей, позволяла лучшему ученику Мастера Рамиреса с легкостью гонять меня по залу. При всем при этом, учитывая усталость после двух поединков с другими учениками Школы Рион (полное имя наставника и владельца Школы Меча было Игнасио Рамирес Рион), мне нужно закончить бой с Мечником как можно быстрее.

Первого воина, вооруженного внешне похожим на меч Духа оружием, я победил быстро, секунд за десять, буквально раскатав его тонким слоем по полу, а вот второй, неплохо владевший саблей, успел меня порядком утомить, прежде чем признал поражение… Третий же стал настоящим препятствием.

Во время тренировок в Центре мне приходилось несколько раз сражаться со жнецами, виртуозно, как мне казалось, владевшими серпом, но как же сильно я ошибался… Для победы над этим жнецом моего мастерства банально не хватало, даже вничью я бой свести, скорее всего, не смогу. Эх, жаль, меч тренировочный, и запасов жизненной энергии в нем нет.

– Стоп! – неожиданно раздался хриплый голос Мастера. – Бой окончен! – Мой соперник, высокий мускулистый шатен в простой, но удобной одежде свободного покроя, тут же вложил серпы в ножны за спиной и коротко поклонился. Я поклонился в ответ. – Идите за мной, Мечник.

Мое сердце екнуло: сдал! От радости я, позабыв об усталости, буквально побежал вслед за Мастером, уже вошедшим в скромную дверь в противоположном конце зала. Мы оказались в небольшой комнатке, три на два метра, где из всей мебели были только стол да два стула, один из которых занимал маг. На столе перед ним на чистой тряпице лежали инструменты для нанесения татуировки, а рядом стояли флаконы с разноцветными жидкостями и какая-то коричневая деревянная коробочка.

Маг указал рукой на пустой стул:

– Присаживайтесь. Вашу руку, пожалуйста.

Я закатал рукав, обнажая запястье.

– Насколько я знаю, вы не являетесь учеником Школы Рион, а обучались на дому. Поэтому я хотел бы узнать, какой именно герб вы желаете внести в свой знак Мечника?

– Я являюсь воином Ордена Аан.

У мага от удивления слегка расширились зрачки, но больше он ничем себя не выдал.

– Вот оно что. – Маг помассировал переносицу пальцами. – Ясно. Значит, Аан… Меч на фоне восходящего Мистеля, кажется.

– Абсолютно верно.

– Хорошо. Какую татуировку вы предпочитаете, обычную или «невидимку»? «Невидимка» стоит сто золотых, обычная бесплатно, за счет казны.

– «Невидимку». – Я достал из кармашка на поясе овальную стальную пластину – жетон, который мне выдали вчера как знак принадлежности к Тайной страже. Жетон представлял собой обычный овал из черненой стали и отличался от точно таких же блях городских стражников отсутствием на нем какого-либо изображения – вернее, отсутствием какого-либо изображения, видимого обычному человеку. Но после определенного воздействия на него Силой жетон раскрывается, представляя для всеобщего обозрения информацию о своем владельце. Я активировал жетон.

– Пожалуйста.

Маг без вопросов начал готовить инструменты. Для тайных «невидимки» за счет казны.

Спустя пять минут на моем запястье красовалась татуировка, похожая на виденную когда-то у учителя, но с некоторыми отличиями. Если у того меч и половинка Мистеля были вписаны просто в круг, то у меня знак был несколько сложнее: в круге сначала помещался треугольник, а уже в нем сам герб.

– Я не вижу здесь рун, – произнес я, с интересом рассматривая татуировку.

Дело в том, что татуировка Мечника – не просто рисунок. Мало того что ее невозможно подделать, так она еще является своеобразным магическим документом, содержащим данные о владельце и его номер в государственном реестре. Вот только я никак не мог понять, где это все записано.

– А их и нет. – Маг достал из шкатулки серебряный перстень, повертел в руках и положил обратно. – Перстень вы хотите, я так понимаю, также «невидимку»?

– Да.

Маг достал из шкатулки другой перстень, почти неотличимый от предыдущего, а затем взял в руки иглу.

– Мне необходима капля вашей крови. – Я не колеблясь снова протянул ему руку. Укол, короткая боль – и перстень с медленно впитывающейся в него красной каплей оказался у меня на левой руке. Я внимательно присмотрелся – то, что все называют перстнем, было на самом деле печаткой (насколько я понимаю, перстень – это кольцо со вставленным в него драгоценным камнем, а здесь вместо камня – ровная круглая поверхность), причем печать на ней уже была моя, в точности повторяющая рисунок татуировки. И когда только маг успел все сделать? Чудеса… – Готово.

– Спасибо. – Я, вспомнив все, что знал о перстнях-«невидимках», мысленно приказал тому преобразиться, и он тут же замерцал, исчезая, оставив вместо себя тонкое серебряное колечко, причем не на безымянном, как перстни Мечников, а на большом пальце, как и положено простому воинскому кольцу. – До свидания.

Маг благосклонно кивнул.

Я вышел за дверь и остановился, рассматривая кольцо и татуировку, полностью отрешившись от Мира, потому и не сразу услышал, что меня кто-то зовет. А когда очнулся, то наткнулся взглядом на смуглое лицо Мастера Меча, разглядывавшего меня с понимающей улыбкой.

– Вот, возьми. – Мастер протянул мне свиток с рекомендациями от учителя Ронгара и еще один, точно такой же. – Еще пригодится… Здесь рекомендации от меня.

– Спасибо, Мастер.

Коротко поклонившись, я заткнул свитки за пояс – свою дорожную сумку я оставил в раздевалке вместе с курткой, мечом Духа и сапогами. Ну да, на дворе ведь ранняя весна… Совсем недавно минул год, как я покинул Петухи. Ладно, не будем о грустном – буквально вчера куратор сделал мне подарок: предоставил полный список всех напавших на мою семью подонков, включая и имена, остававшиеся мне неизвестными. Сделал он это, чтобы прекратить мои попытки выведать эту информацию самостоятельно, что я делал довольно активно.

Оказывается, фор Мерула сейчас обучается на втором курсе Арранского Университета. Узнав это, я едва не сорвался с места – остановила лишь клятва, данная именем Изиды, что, пока я на службе империи, мстить ни самому графу, ни его отцу не буду… без разрешения. Отец Антониса, герцог фор Неймар, был чрезвычайно выгоден для империи самим своим существованием, так как являлся властолюбивым ублюдком и мечтал о троне, всячески интригуя против правящей династии Эсхара и дестабилизируя обстановку в королевстве.

Впрочем, клятва не распространялась больше ни на кого из кровников. Вот только достать их сейчас нет никакой возможности: после поступления графа в Университет маг вернулся обратно в Эсхар, шаррагарец закончил контракт и исчез где-то за границами империи, а оборотни (те четыре воина с необычными глазами оказались истинными оборотнями) нанялись в охрану арранского купца первой гильдии и путешествуют вместе с ним по всей империи, а у меня просто нет времени на игру в догонялки… Очень жаль. Кстати, Иглеас все-таки откинул копыта, причем сделал он это в мучениях, что не могло меня не радовать.

Школу я покинул спустя десять минут, направившись к видневшемуся вдалеке пятиэтажному зданию банка «Серапио и сыновья»… Не самый лучший банк империи, но и не второсортный, вполне себе нормальное заведение средней руки. Я решил выполнить обещание, данное жабе в загоне для военнопленных, и положить-таки деньги в банк – благо за полгода службы у меня скопилось целых шесть десятков золотых империалов, пять из которых я и собрался оставить на хранение.

Поднявшись по ступеням, я вошел в вестибюль банка. Четыре кресла вдоль стены, сейчас пустующие, охранник-амбал, старательно изображающий пустое место, и двустворчатая дубовая дверь напротив входной… Откровенно говоря, не густо.

– Здравствуйте, чем могу помочь? – подбежал ко мне служащий банка.

Я огляделся: три низких столика с креслами в разных углах зала, стойка у противоположной стены и лестница наверх… Сойдет.

– Я бы хотел побольше узнать о вашем банке.

– Конечно, лар, – польстил мне человечек. – Я с радостью все расскажу. Банк «Серапио и сыновья» основан шестьдесят лет назад отцом нынешнего хозяина, господином Валерианом Серапио. Это произошло здесь, в Бунте, на родине господина Серапио. Спустя десять лет открылся первый филиал нашего банка в Радионе, а затем и в столице. На данный момент наш банк насчитывает пятнадцать отделений во всех столицах провинций империи и здесь, в Бунте. Также, если вы желаете открыть счет, то должны знать, что у нас заключены договора с другими банками империи и даже соседних стран – вы сможете снять свои деньги в любом из них…

– Вы правы, – прервал я затянувшуюся речь клерка. – Я хочу открыть счет. – Я достал из сумки кошель с полусотней золотых. – Здесь пятьдесят империалов.

Человечек довольно улыбнулся и жестом предложил мне располагаться в кресле возле ближайшего столика.

– Какой счет вы хотели бы открыть? – Клерк сбегал к стойке и прихватил оттуда приличных размеров журнал, пару листов бумаги и перо с чернильницей. – До востребования? Накопительный?

– А в чем разница?

– До востребования – это такой счет, на который вы можете класть деньги в любой день и снимать также в любой день. Проценты по счету до востребования не начисляются. – Клерк положил передо мной буклет с описанием видов счетов. – А при накопительном вы получаете рост в десять процентов годовых, но не можете снимать средства со счета в течение полугода. В дальнейшем на счету не должно оставаться менее десяти процентов от суммы первоначального вклада. Оба эти счета пополняются в любой момент.

Я задумался. С одной стороны, хотелось бы и в рост положить, но вдруг деньги срочно понадобятся? Эх, мне бы что-нибудь среднее между тем и тем… Я внимательно прочитал буклет, все два абзаца. М-да, выбор небольшой. Или – или.

– Я выбираю накопительный. – Кошель с деньгами плавно перекочевал в руки клерка, где были молниеносно пересчитаны, а ко мне придвинулись договор и перо.

– Прочитайте и распишитесь, пожалуйста.

Я начал вдумчиво читать. Повторять ошибки некоторых особо доверчивых граждан я не собирался.

– Ого! Десять империалов просто за открытие счета?! Что-то многовато.

– Увы! Мы бы и рады сократить эту сумму, но одна только зачарованная чековая книжка стоит семь золотых. Зато никто без вашего разрешения не сможет с ее помощью снять деньги со счета!

– Хорошо. – Я с силой опустил каблук прямо на жабу, снова подавшую голос. Сама напросилась!

Из банка я вышел спустя полчаса. В сумке теперь, вместо довольно тяжелого золота, лежала небольшая, с ладонь, серебристая книжечка. Что ж, это радует – особенно учитывая, что завтра я покидаю Центр и отправляюсь на свое первое задание. Добираться до места, города Калнос, мне придется почти месяц – за такой длительный срок всякое может случиться. Да и на месте…

От главы тайных Калноса (точнее, того немногого, что осталось от этого подразделения) пришло паническое письмо с просьбой о помощи: в окрестностях городка вот уже два месяца пропадают люди и скот, от которых потом в лучшем случае, находят пару костей. Все попытки городской стражи и местных тайных найти и уничтожить похитителя своими силами привели лишь к исчезновению самих охотников. Окрестности Калноса и сам город погрузились в пучину ужаса: после гибели лучших защитников люди начали пропадать по ночам прямо из домов, оставляя после себя только лужи крови.

В общем, без посторонней помощи там обойтись оказалось невозможно. Вот и послали меня разбираться с монстром. Безрассудно? Может быть, но в здравомыслии моему начальству не откажешь. В Калносе я наконец-то встречусь со своим наставником. Как и обещал Магистр, агитируя за службу в Тайной страже, у меня будет индивидуальный наставник по боевой магии. Кто он такой, что из себя представляет, я понятия не имел – знал лишь, что его зовут лорд Кассий Бернард, граф Верона, и что он последние пять лет находился вне пределов империи с каким-то секретным заданием.

Кстати, о секретных заданиях… А не обмыть ли мне начало трудовой деятельности хорошим вином? Я завертел головой в поисках трактира, каковой не замедлил найтись. Предвкушая будущие приключения на известное место, которым сидят, я направился за своей дозой алкоголя.

– Ты слышал? Уже третий караван разграбили, – раздался справа громкий шепот. За соседним столом разговаривали два мужичка затрапезного вида. Точнее, говорил один, а второй лежал мордой в блюде с полуобглоданными свиными ребрышками. – Купцы от страха сбиваются в большие караваны. Говорят, разбойники – все сплошь маги да Мечники, никого в живых не оставляют. Охотники из Гильдии пробовали их поймать – все погибли. Сейчас отряд собирают, да только когда его соберут? У нас же не столица, Охотников раз-два, и обчелся, а чужаки когда еще приедут… Не буду я в этот караван наниматься, хоть и платят там хорошо, да больно жирный он. Никак его лиходеи не пропустят.

– Куда караван идет? – подал неожиданно голос второй забулдыга, не поднимая лица из объедков.

– В столицу…

Услышав это, я тут же сделал стойку, как охотничья собака. Большим глотком допил вино и, поставив кубок на стол, направился в гости к соседям. Если все сказанное – правда, то мне бы тоже не помешало прибиться к каравану до Валора. Недельку попутешествую в безопасности, а там посмотрим. И вообще, откуда здесь разбойники? Куда смотрят в Центре? Не могут же они не знать, что у них прямо под боком творится? Ничего, я просвещу, мне не трудно.

– Здравствуйте, уважаемые! – Говорливый забулдыга испуганно шарахнулся в сторону. – Можно присесть? – Я, не дожидаясь разрешения, сел, жестом подзывая служанку. – Вина моим друзьям! – На лице первого расплылась благодушная улыбка, а второй что-то одобрительно пробулькал, так и не подняв головы. – Скажи-ка, любезный… То, что ты рассказал о разбойниках, – правда?

– Правда, чистая правда! – Пьянчуга жадным взором впился в бутылку в руках служанки. – Мамой клянусь! Господин – Охотник?

– Нет. Господин – купеческий приказчик, – на ходу придумал я легенду. – Мне нужно в столицу. Ты говорил, туда скоро отправляется караван…

– Да-да, мой лорд. – Забулдыга дрожащей рукой налил вина себе и товарищу. Я от предложения отказался. – Завтра рано утром отправляется. Большой караван. От северных ворот.

– Спасибо.

Я поморщился – второй пьянчуга наконец-то поднял лицо, все запачканное слюнями и подливой. Но это его абсолютно не смущало: он сноровисто опрокинул вино в пасть, украшенную пеньками гнилых зубов. А я решил побыстрее покинуть сие благородное общество. Не попрощавшись (впрочем, забулдыги вовсе не обиделись на мои манеры), я выбежал на улицу.

Хватит с меня на сегодня развлечений.

Вот и все, стажировка закончилась. Осталось позади неприметное двухэтажное здание Центра – с виду типичная дворянская усадьба средней руки, если не считать восьми подземных уровней… Я обернулся, бросив прощальный взгляд на Центр и заодно еще раз проверив наличие заводной лошади, рысившей на привязи за моим Угольком. А Уголек буквально рвался в бой – застоялся, бедняга, в стойле. Таким темпом я догоню караван меньше чем за час, хорошие все-таки у тайных лошади, да еще и магией обработанные. Просто сказка.

Отправление каравана назначено на шесть утра, а сейчас всего-то восемь… Ну не мог же я, учитывая опасность нападения разбойников, отправиться в путь, не поднакопив энергии так, чтобы из ушей хлестала! Да и Сферу вокруг себя возвести полезно для здоровья. Теперь я мог в любой момент активировать заклинание, и минут на десять его хватит, чтобы защитить не только себя, но и людей, находящихся на расстоянии двух шагов от меня.

Интересный факт: оказывается, заклинания на основе Форм и плетения фаерболов создаются совершенно по разным принципам. Если фаербол я создаю снаружи тела, сплетая из нитей Силы каркас нужной конфигурации и наполняя его энергией, то с Формами все наоборот – заклинания создаются внутри, в ядре. И держать заклинания неактивированными можно если не бесконечно, то очень долго, причем без особых потерь энергии. Учитывая, что на Сферу уходят почти все мои запасы Силы, то для создания другого заклинания мне нужно сначала разрушить Сферу и только затем с нуля сплести новое, что займет минут десять – огромное время в бою.

Эх, когда я уже вырасту настолько, чтобы хватило Силы подвесить второе заклятие? Впрочем, вопрос риторический – согласно формуле подсчета магического потенциала (метод Ришара) в течение первых пяти-семи лет после инициации рост Дара осуществляется на пятьдесят процентов в год, но затем замедляется и начинает удваиваться лишь через двадцать, сто, тысячу, десять тысяч и так далее лет. Хотя это лишь теория: при среднем возрасте магов-людей около трехсот лет и максимально зафиксированном в две тысячи сто шестнадцать проверить данную теорию на практике невозможно. В общем, всего лет через двадцать – двадцать пять я имею все шансы стать Архимагом… Всего-то и осталось, что подождать… И выжить. Но что-то я ударился в самолюбование. Пока что мне гордиться нечем… Почти.

Итак, Центр позади, монстр впереди, но еще далеко впереди, зато неспешно плетущийся караван очень близко… По крайней мере, самый высокий «караванщик» уже виден – это тролль. Я, конечно, слышал, что в некоторых отрядах наемников содержат троллей (тролли – существа довольно агрессивные, и единственным способом удержать их в повиновении является печать Подчинения), но увидеть не ожидал. Сильно разбойники купцов перепугали, если они решили раскошелиться на тролля, эту прожорливую скотину.

– Надеюсь, его хотя бы моют, – пробормотал я себе под нос. Очень уж у троллей пот вонючий, в чем я однажды и убедился. – Ладно, хоть путешествие пройдет в безопасности. Напасть на караван с троллем решатся только полные идиоты.

Отдохнем.

Глава 3

Насчет отдыха я оказался прав. Уже третий день двигался караван, медленно, но верно приближаясь к Валору, и ни одного происшествия. Если и были здесь разбойники, то они все разбежались, заслышав сопение и хрипение тролля, особенно громкое и раздражающее по ночам. Никогда не думал, что собственными глазами увижу такое чудо – единственного в мире тролля-астматика. Но мылся он самостоятельно, на это его куцых мозгов хватало. А что? Логическая цепочка проста: моешься – кормят, не моешься – получаешь разряд тока из шокового шеста в задницу от доброго дяди-поводыря.

В общем, путешествие проходило тихо и мирно. Я тренировался, постоянно находясь в медитации (сидя на лошади, приноровиться это делать было нелегко) и пытаясь в малейших подробностях воспроизвести в ядре своего Дара Форму Наг, последнюю Форму, которую мне показали в Центре и которую я еще не успел усвоить, но скоро должен. Тогда я стану значительно сильнее и смогу наконец-то записать в книгу несколько интересных заклятий, хотя можно и не записывать – запись заклинаний, состоящих менее чем из пятнадцати-двадцати Форм, по большому счету, не требуется.

Для чего предназначена магическая книга? Правильно, для записи заклинаний и более быстрого их воспроизведения. Вот только заклинания из трех (минимальное число Форм в заклинании, при меньшем их количестве структура заклинания чрезвычайно нестабильна и быстро саморазрушается, иногда с летальным исходом для мага), пяти, десяти Форм маг способен сплести самостоятельно, без помощи костылей. Книга в этом случае лишь немного ускоряет процесс – погружаясь в медитацию, маг словно ныряет в ставшую объемной страницу книги, вбирая разумом плавающие в пустоте Формы и перенося их в центр Дара. То есть записывать в книгу имеет смысл только заклинания второго и первого классов, а также мифические – «А» класса.

Пятый класс – заклинания или, как их чаще называют, плетения, для создания которых не используются Формы, а только нити Силы, сплетенные в каркас, заполненный чистой энергией Стихии.

Четвертый класс – заклинания, состоящие из одной-двух Форм, объединенных с плетением. Отличаются от просто плетений более высокой скоростью создания, большей мощностью, но и большим энергопотреблением.

Третий класс – заклинания, созданные только на основе Форм, в количестве от 3 до 10.

Второй класс – от 11 до 25 Форм.

Первый класс – от 26 до 50.

«А» класс (А – от абсолют) – от 51-го до бесконечности, но в реальности мощнейшее известное на данный момент заклятие Гнев Стихии (для каждой Стихии свое, в частности для меня – Гнев Огня), состоит всего из 107 Форм.

На самом деле сама по себе идея разделить заклятия на классы не нова. Точно такое же деление существовало давным-давно, еще во времена империи Аан. И это заставляет задуматься. Прошло больше двух тысяч лет, а мы, маги, топчемся на месте. Впрочем, классы, ранги – все это муть, ерунда. Но ведь и в Искусстве современные чародеи только теперь сравнялись, если сравнялись, с древними! Кровавые столетия, наступившие после распада Аан и продлившиеся до зарождения и возвышения Аррана, не прошли бесследно для Искусства.

Но не буду о плохом, лучше подумаю о хорошем. О том, что меня ждет буквально через неделю-полторы, когда закончу изучение шестой Формы…

Усиленный на двадцать процентов Светляк с соответствующим увеличением энергозатрат на десять процентов, который я смогу создать всего за десять секунд (не считая трех минут на создание и помещение Формы в ядро Дара – основное время уходит на закачку в Форму энергии). Улучшенное Огненное Копье, хотя скорее уж Огненный Клинок, способный разрезать любые созданные людьми рунные доспехи на расстоянии до двадцати метров, но потребляющий вчетверо больше Силы, чем Копье… Только эти два заклятия я смог пока просчитать, без возможности проверить расчеты на практике.

Остальные же плетения совершенствовать оказалось невыгодно: улучшив какой-нибудь из фаерболов, я получу просто тот же Светляк, ведь энергоемкость Формы определяет силу заклятия, а она неизменна. Вот усовершенствовать Снежок было бы очень выгодно, но я просто не представлял, как сжать энергию Формы в компактный шарик, увеличив тем самым его температуру без применения еще одной Формы, что делало использование улучшенного Снежка нецелесообразным – слишком энергоемко и выполняет те же функции, что и Огненный Клинок. Огненный Щит и Всполох вообще переделывать глупо.

Но кое-что я вызнал из книг. Оказывается, заменив всего одну Форму в Сфере на Наг, можно получить заклинание с поэтическим названием Дыхание Дракона, а по-простому – жидкий огонь, потушить который без помощи магии невозможно – он сожжет все, на что попал.

От благостных размышлений меня оторвал истошный возмущенный визг. Высунув из окна кареты голову, кричала «вобла», как ее прозвали охранники. Дело в том, что с караваном шли не только мелкие купцы или одинокие путники вроде меня, присутствовали в нем и представители, так сказать, знати, в частности – леди Арлет, старшая дочь барона Комола, одного из местных владетелей. Путешествовала эта особа, естественно, не в окружении сотен придворных и солдат, а в сопровождении всего четырех воинов и одного слабенького мага, если не считать «воблу» (то ли гувернантку, то ли няньку, что более подходило по возрасту этой старой стерве) и молоденькую служанку. Леди ехала в Валор. Что там собиралась делать эта копия «воблы», только более молодая и злобная, было понятно: женихов искать, конечно. Точнее, одного конкретного жениха – младшего сына императора, принца Весана. Это она озвучила в первый же день, сразу как вышла из кареты. Все тогда здорово посмеялись.

Мне было искренне жаль несчастных охранников леди Арлет: как они выдерживали ее постоянные придирки и капризы, было выше моего понимания. Впрочем, основной удар капризной хозяйки принимали не они, а несчастная служанка. Я поражался безграничному терпению этой молодой девушки, звали которую Энис или, если полностью, Энисиллия (довольно распространенное женское имя в Арране). Ну да, я уже успел с ней познакомиться, не все же мне… медитировать, тем более что она была полной противоположностью своей злобной и некрасивой госпожи. Хотя имела и один большой недостаток – не могла ни на шаг отойти от хозяйки без разрешения, а меня охрана и близко не подпускала к карете. И правда, нечего жалкому купеческому приказчику «портить виды» такой важной особе! В итоге все наше общение с Энис свелось к паре коротких разговоров.

В то время как я предавался размышлениям, события стремительно развивались. Начальник каравана, по неосторожности проезжавший в этот момент возле кареты, теперь со страдальческим видом выслушивал нытье «воблы», сетовавшей на отсутствие в караване музыкантов и хамское поведение простолюдинов, которые и не думают кланяться карете госпожи, проходя мимо. М-да, в империи, конечно, нет тех дебильных порядков, что в Эсхаре, – крестьяне уже не собственность феодала, а арендаторы его земли, нет четких и практически неизменных сословий, больше гражданских свобод и возможностей простолюдинам пробиться наверх, но все же люди не равны. Впрочем, равенство невозможно в принципе, и это хорошо – больше стимулов таким, как я, стремиться вверх по социальной лестнице. Главное, чтобы была возможность подняться, возможность поднять голову и вздохнуть полной грудью…

Мои философские рассуждения были прерваны самым прозаическим образом и на самом интересном месте – взвыло предчувствие опасности. Я машинально, не задумываясь ни на миг, – спасибо инструкторам Центра, – высвободил ноги из стремян и спрыгнул наземь, одновременно разворачивая Сферу. И сделал это не зря: меня со всех сторон окружила туча крохотных черных жуков, облепив защиту, словно пчелы медведя-террориста. Молот мне в зад! Я с ужасом заметил, что из меня вытекает Сила, вливаясь в защитное поле, а из него уходя в стремительно раздувающиеся брюшки жуков. Сволочи! Ждать, пока всю Силу сожрут, не стоит. Пришла пора помахать мечом.

Соскользнув в транс, я удовлетворенно ухмыльнулся, в который уже раз наблюдая ту же картину: быстрые и смертельно опасные противники, казавшиеся непобедимыми, стоило мне войти в транс, сразу становились милыми и пушистыми. И пусть жуки-пожиратели Силы милыми не стали (их создатель все же был темным магом-химерологом, а не восьмилетней девочкой с бантами), но здорово теперь напоминали мух на морозе. Такие же медлительные и неповоротливые – шансов против Мечника у них нет… Меч Духа заблистал под лучами Мистеля веселыми зайчиками, создавая вокруг своего владельца серебристо-стальной вихрь, и жуки градом посыпались на землю, источая вокруг себя оранжевое сияние вырвавшейся на свободу Силы Огня.

Порадоваться успеху я не успел: в поле моего зрения появился хозяин гнуса – высокий бледный мужик с худым костистым лицом и лысым черепом. Наличие рядом с ним двух невероятно уродливых тварей-телохранителей, бывших некогда боевыми псами, явно указывало на его принадлежность к химерологам, редкой разновидности магов Тьмы… Вот и папочка зверья.

Я оглянулся, оценивая ситуацию, и еле сдержал крепкий мат: если на нас напали разбойники, то я – балерина. Ни один разбойник не станет уничтожать свою добычу, зато нападавшие делали это с чистой совестью.

Треть каравана уже была уничтожена – трупы людей и животных, кучи гнилья и древесной трухи на месте товаров и телег, обглоданные костяки и гниющая плоть – все это дело рук лишь трех магов. И от тролля помощи не дождешься – из безголового помощник плохой. Какое-то мощное заклятие взорвало бедняге голову, оставив телу на память только нижнюю челюсть, болтающуюся на лоскуте кожи.

Да, тролль был бы сейчас совсем не лишним. Помимо шнырявшего повсюду и нападавшего на людей измененного зверья (даже из-под земли нападали какие-то то ли змеи, то ли чешуйчатые червяки с четырьмя челюстями, усыпанными зубами-иглами), «детишек» химеролога, охрану каравана оттесняли от кареты леди Арлет три десятка оборванцев, бестолково, но очень резво размахивавших корявыми железяками, заменявшими им оружие. Более чем резво…

Крэксеры? Одержимые? Вероятнее всего. Один из атаковавших караван магов, похоже, имел немалую толику гоблинской крови, что не только не лучшим образом отразилось на его внешности, но и позволило освоить специфическую магию этой расы. Чтобы контролировать сразу три десятка одержимых, нужен не только талант и сильный Дар, но и кровь – для вызова и удержания в нашем мире духов. Много крови. Отсюда и вырезанные караваны. Вот только зачем магам, и неслабым, понадобилось выходить на большую дорогу? Бред.

Итак: химеролог, шаман и… кто? Третий противник сильнейший из всех. Именно он убил тролля и одного из наших магов – тот даже пикнуть не успел, истаяв как кусок сахара в кипятке вместе с лошадью, за пару мгновений съеденный серой хмарью. Второму магу, исполнявшему обязанности поводыря тролля и отрядного колдуна караванной охраны, повезло еще меньше. Силы на создание Сферы у него не было, и он пережил своего питомца всего на несколько секунд – пока поводырь стирал попавшие на лицо мозги и кровь тролля, змеечерви не спали. Стремительно высунувшись из земли на метр-полтора, один из них, наплевав на защитный амулет, вгрызся в спину чародея в районе поясницы, быстро проделав в нем дыру размером с кулак. Затем его чешуйки завибрировали, быстро опускаясь и поднимаясь, и тварь скользнула внутрь жертвы. Живот мага заходил волнами, изо рта потоком хлынула кровь, и он упал на колени, извергая наружу обрывки кишок и куски органов. Но самое страшное – в этот момент маг все еще был жив, так как его лицо исказилось в страшной муке, рот широко открылся, словно для крика… И из него выскользнул порядком поправившийся червь, который тут же, как нож в масло, нырнул в землю…

Все эти события заняли несколько мгновений, а дальше мне стало не до наблюдений. Рот третьего мага-разбойника широко открылся, да так, что нижняя челюсть опустилась до середины груди, и из него хлынул серо-черный густой туман, в котором мельтешили и противно шелестели какие-то существа. Демона мне… Стоп! Поминать демона сейчас – не самая лучшая мысль, если я правильно определил расовую принадлежность этих тварей…

Туман волной налетел на карету и десяток ее защитников… Хм, какой знакомый стиль боя у возниц, и оружие великолепное. Вот же куратор, гад… Когда я ему доложил о разбойниках, он еще отчитал меня, что я зря потратил его время на ерунду, а на самом деле в караване уже сидели подсадные из тайных – самая настоящая боевая пятерка. Но на таких разбойников они явно не рассчитывали.

Что было дальше, я уже не видел – химеролог начал действовать, натравив на меня своих уродских собак. Ну-ну, умник, видно, судьба клопов-мутантов ничему тебя не научила. Первую химеру я встретил фаерболом прямо в разинутую пасть, без удивления отметив довольный блеск в ее глазах. Ну конечно, если уж жуки навострились Силу жрать, то «собачкам» сами боги велели. Но отбросить тварь на пару шагов назад мне удалось, использовав при этом на полную катушку возможность расправиться со вторым существом. Безусловно, собаки обладали великолепной скоростью реакции, но я был быстрее, и у меня был меч. С некоторым сопротивлением, но меч Духа разрубил череп шустрого песика, лишь самую малость не успевшего разминуться со смертью.

Второй пес, прокатившись кубарем по земле и снова поднявшись на ноги, медленно двинулся ко мне – грязный, с желтой пеной, капающей из пасти. Опрометчиво бросаться в атаку уродец не стал: печальный опыт коллеги его, видно, чему-то научил. Какая умная зверушка – даже слишком! Да уж, слишком!

Тихий шелест оповестил об опасности снизу – ноги сработали без указки мозга, подбрасывая тело с места вверх. Выросшие подо мной три извивающихся и злобно шипящих червезмеи подтвердили правоту интуиции и слуха. Изогнувшись в воздухе, как акробат, я рубанул вниз мечом, сокращая поголовье тварей на одну единицу, а подзабытая уже «собачка» чуть было не сократила меня, взвившись в воздух в нужный момент и попытавшись схватить меня в воздухе, как Тузик кость… Схватила она только нож в шею, но некрасиво упасть мне все же пришлось – последовав примеру своего обидчика, я немного прокатился по земле. Не понравилось… А еще больше мне не понравилось, что нож в горле не оказал на химеру никакого эффекта – рана мгновенно зажила, и нож из нее просто выпал. Только теперь я понял, как мне повезло с первой тварью: если б я сразу же не раскроил ей череп, мало бы мне не показалось.

Не знаю – то ли химере надоело со мной играть, то ли у нее появились неотложные дела, но тварь решила еще больше увеличить свои шансы на победу. Вздрогнув всем телом, химера начала раздуваться, наращивая мышечную массу, стремительно превращаясь из просто крупной собаки в сплошь увитого мышцами монстра с грубой и очень прочной на вид угольно-черной кожей. Но и это оказался еще не конец – под моим изумленным взглядом из позвоночника существа стали выдвигаться острые шипы, становясь неплохим довеском к выросшим втрое когтям. И конечно, все это богатство хотело, прямо-таки жаждало порвать простого и безобидного меня на мелкие-мелкие кусочки, а я еще даже на ноги встать не успел, настолько быстро развивались события. И, судя по всему, уже не успею – химера приготовилась к прыжку. Единственное, что я мог еще сделать в данной ситуации, – так это выставить перед собой клинок. Но даже если я каким-то чудом попаду твари в жизненно важный орган (хотя вряд ли такие есть, кроме мозга), она успеет распластать меня когтями на ремни.

Не успела.

Тонкий, едва слышный свист, раздавшийся со стороны мага, заставил «деток» прекратить атаку. Я облегченно вздохнул… и пощупал штаны между ног, неотрывно глядя вслед удаляющемуся бесхвостому заду собаки, галопом припустившей вслед за хозяином, который вместе с друзьями спешно ретировался в лес. Повезло. Я оказался крепче, чем думал, и – удачливей.

«Ладно, не расслабляться!» Я поднялся на ноги и огляделся. Бой прекратился, оборванцы-одержимые валялись на земле, не подавая признаков жизни, а больше никого из врагов рядом видно не было. Впрочем, и толп друзей тоже. С двух концов каравана к карете леди Арлет медленно приближались немногие выжившие стражники и самые смелые из купцов. Никто не спешил: не было смысла. Не знаю, что там находилось в тумане, но поработало оно на славу – ни одного живого человека я возле кареты не заметил… Хотя нет, чья-то аура еще не успела угаснуть! Жаль, я не целитель – человеку еще можно помочь. И тут меня осенило: а почему бы не попробовать перелить свою жизненную силу, которой у меня еще много, умирающему? Если рана не слишком сложная, может получиться!

Я встрепенулся, стартуя с места в карьер и направляясь к карете. Умирающим в луже крови человеком была Энис. Я на секунду растерялся, не зная, что делать, – у девушки оказалась страшная рана на шее, из которой лишь слабой струйкой текла кровь, а ее аура уже начала распадаться. Нужно действовать быстро! Проблема в том, что я просто не знал, с чего начать. Сколько я ни пытался, мой организм отказывался отдавать жизненную силу непонятно на что – с его, эгоистичной, точки зрения.

Меня пробил пот. Что делать?

И внезапно меня озарило – я выхватил метательный нож и коротко резанул себя по ладони, тут же приложив ее к ране Энис. Получилось! Сначала медленно, с трудом, а затем все быстрее и быстрее, подчиняясь моей воле, жизненная энергия начала перетекать в тело и ауру девушки. Очень быстро перетекать, так быстро, что через несколько секунд мне пришлось схватиться за меч Духа, распечатывая резерв.

А дальше, после того как моя жизненная сила заполнила тело и ауру Энис, образовав по сути одну ауру на двоих, заживляя раны и попутно восстанавливая ее энергетику, с моим Даром начало твориться нечто непонятное. Я помимо воли провалился в состояние медитации и с ужасом заметил, что ядро Дара начитает терять свою идеальную шарообразную форму, его буквально разрывало на части! Такого не должно быть!.. Почему? Я запаниковал, довольно скоро взяв себя в руки.

До рези в глазах я принялся всматриваться в окружающую иллюзорную реальность, пытаясь определить причину катастрофы. И мне это в конце концов удалось. Сперва я заметил лишь небольшое изменение внешнего вида моего внутреннего мира – кое-где сочные красные и оранжевые цвета Огня стали заменяться голубыми и белыми цветами Воздуха. Да что происходит?! И тут я понял… Энис оказалась неинициированным магом Воздуха, и теперь ее Дар предпринимал попытки проникнуть на вновь появившуюся «жилплощадь» и выжить оттуда старого «квартиранта».

Ну уж нет, так просто я не сдамся! Мгновенно приняв решение, запредельным усилием я заставил реальность закрутиться водоворотом и вспыхнуть, выжигая и уничтожая чужеродные вкрапления. А затем, напряжением всех сил преодолевая сопротивление встречного ураганного ветра, направил всю свою Силу в то место, где голубые цвета уже вытеснили цвета огненной Стихии.

– Я – Огонь!!! – дико заорал я…

И огонь вспыхнул, родив из ярости человека и Силы Стихии ужасающий по своей мощи огненный шторм.

Глава 4

– Лысые, говоришь?.. Интересно, – продолжил допрос мой напарник, новый наставник и, как оказалось, брат по Ордену, вальяжно развалившись в кресле, попивая вино из бокала и оценивая малейшие движения мышц лица собеседника. Хотя и считалось, что это лишь дружеский разговор, но мне он таковым не показался.

– Я объединил свою энергетику с энергетикой девушки и стал переливать жизненную силу в ее тело и ауру. – Я отхлебнул вина из бокала и поерзал в кресле. – Сначала все шло нормально, но затем что-то непонятное произошло с ее Даром…

– И он начал атаку на твой, – перебил меня граф и веско добавил: – Ты идиот.

Я удивленно взглянул на собеседника. Раньше с его стороны подобных выражений в мой адрес не было – впрочем, познакомились мы всего-то часов десять назад.

– Тот прием, которым ты попытался излечить девушку, известен с давних пор. Да, он эффективен, но есть одно «но» – его нельзя применять по отношению к обладающим Даром! Объединяя энергетику и ауру с аурой пациента, ты тем самым пытаешься объединить и Дар, а это невозможно. Ты думаешь, никто не пытался таким образом увеличить свою силу? Пытались, да только ничего не вышло. Мало того, один из участвующих в процессе слияния обязательно умирает. Ведь это и произошло с девушкой?

– Да. – Я скрипнул зубами, вспоминая события трехнедельной давности. – Ее аура и энергоканалы тела просто сгорели, да я и сам едва не погиб.

– Повезло, – кивнул наставник. – Ты был достаточно силен, чтобы выжить.

– Значит, не было шансов ее спасти?

– Спасти – нет, а вот приобрести с этого кое-какие бонусы ты мог, – выдал Магистр Огня фразу, несколько противоречащую его же словам. – Столетия экспериментов все же позволили магам разработать способ стать сильнее за счет других.

– Вот как? И что за способ? – Я подался вперед.

– Скажем так: при помощи заклинаний и набора артефактов мы можем пусть и не усилить основной Дар чародея, но дать ему возможность обращаться к другим Стихиям.

– Универсалы? Я думал, это сказки, – пробормотал я ошарашенно, откидываясь в кресле.

– Что за чушь? – возмутился граф. – Маг, прошедший через ритуал Слияния, вовсе не приобретает способность обращаться к другой Стихии – столь же полно, как к основной. Предрасположенность к приобретенной Стихии мала, на уровне обычного человека, и к тому же сателлит не способен развиваться самостоятельно. Он растет только вместе с ростом основы – в прямо пропорциональной зависимости от нее.

– Но что это дает? Если приобретенный Дар настолько слаб, – спросил я недоуменно.

– Мм… Возьмем, к примеру, тебя. Ты чрезвычайно силен. Даже я, лучший выпускник Университета за последние тридцать лет, значительно уступаю тебе по уровню слияния со Стихией – где-то раза в полтора. А потому для тебя сателлит – вовсе не бесполезный груз. Лет через семь он сможет уже вместить целую Форму, а через сто – все три.

– Немало… Получается, для мага ниже уровня Магистра сателлит бесполезен?

– Верно. К тому же обеспечить слишком большое количество магов сателлитами невозможно. Ведь донор в результате обряда погибает, отличий в этом плане у разработки магов и твоей… импровизации, нет. Для обряда используются маги, приговоренные судом империи к смертной казни, каковых не очень много. Я стою в очереди уже шесть лет.

– Да-а… Занятно. – Я встал на ноги и начал в задумчивости прохаживаться за спинкой кресла, меряя шагами комнату и анализируя полученную информацию. – Какое предельное количество сателлитов возможно?

– Я понял, о чем ты подумал. Нет, набрать пару сотен сателлитов не получится при всем желании. – Магистр криво усмехнулся. – Даже тебе не потянуть больше пяти-шести. Нынешний рекорд – четыре, и Магистр Саворит погиб, пытаясь добавить пятый.

– Это тот, который…

– Да. Тот самый, что изобрел книгу заклинаний. – Кассий указал пальцем на мой пояс. – Великий маг, один из сильнейших чародеев своего времени и, безусловно, искуснейший в магии Пространства.

– Почему же он тогда погиб?

– Все просто. Всю жизни он работал над одним секретом древних, утерянным в Темные века… Искал заклятие межмирового перехода… – Я в изумлении уставился на графа. Это шутка, что ли?! – И он его нашел. Вот только для создания межмирового портала потребовался чрезвычайно мощный Дар, способный поддерживать заклинание на сто двадцать Форм (что для старых магов в принципе не проблема), но и иметь предрасположенность ко всем семи Стихиям. Количество сателлитов зависит не от того, сколько Силы имеет маг, а от того, насколько сильно его сродство со Стихией. Иначе основа под воздействием сателлитов (здесь прослеживается сходство с планетами и их спутниками, да и внешне очень похоже) начинала деформироваться, терять стабильность, и в конце концов ими уничтожалась. Собственно, Саворит от этого и умер.

– Понятно…

– Тебе еще рано думать о сателлитах… – пресек мои дальнейшие вопросы Магистр. – Хотя не думаю, что тебе придется ждать очереди долго. Ты ведь потенциальный ходок.

– Кто?

– Ходок, курьер – так в Аан называли тех, кто мог передвигаться между мирами. В лучшие времена в империи было одновременно не больше трех ходоков… Выводы делай сам. Все! Продолжай рассказ.

– Да что рассказывать? – начал я несколько отстраненно. – В сознание я пришел спустя три дня, в госпитале тайных в Валоре, а на следующий день уже отправился в путь. Изучил Форму Наг, пополнил арсенал – благо добирался без приключений и мог спокойно работать. Прибыл в Калнос вчера вечером, зашел в таверну, послушал слухи о нападениях и направился в магистрат, где полчаса выслушивал нытье и причитания мэра о потерях – людских и финансовых. Ну а потом вы… ты меня нашел. – Я вспомнил встречу с Магистром и его требование обращаться к нему по имени и на «ты», как к брату по Ордену (если точнее, то рыцарю Ордена). Впрочем, хотя граф и старше меня на тридцать лет, но выглядели мы ровесниками, так что для конспирации «выканье» было бы не лучшим вариантом.

Совпадение или нет, но я попал в напарники именно к орденцу, и как раз в отдел Тайной стражи, занимающийся тем, на что и нацелен Орден Аан, – уничтожением тварей Тьмы, хотя и не только. В зону непосредственной ответственности нашего отдела, состоящего из нескольких десятков двоек сильных магов и мечников, косящих под обычных охотников за головами, кроме охоты на монстров, демонов и прочую злобную нечисть, входило также уничтожение различных кровавых культов, магических Орденов, магов, преступивших закон, и так далее. Работка по мне, в общем.

– Что ты можешь сказать об объекте охоты? – спустя некоторое время спросил граф.

– Пока ничего… Разве только, что здесь поработал не один монстр, а несколько, причем они явно обладают разумом, – высказал я сформировавшуюся у меня только что теорию. – Для более точных выводов пока нет информации.

– Неплохо. Что ж, я в этом городишке на сутки дольше, потому сразу скажу – мы имеем дело со стаей оборотней под предводительством темного мага.

– Оборотни? Если с магом, то проклятые.

Я еще помнил по Академии, что оборотни делятся на три вида:

1) проклятые – обычные люди, превращенные магом в оборотней и подконтрольные ему;

2) истинные – оборотни, уже рожденные такими, потомственные, так сказать;

3) перевертыши – маги Тьмы, способные оборачиваться.

– Проблема… Придется искать и в городе, и в его окрестностях.

– Вот ты этим и займись. – Магистр залез в карман и достал оттуда странную черную повязку, покрытую белыми и серебристыми рунами. – Держи. Повяжешь на глаза, и она поможет не только оборотня определить, но и мага найти, как бы тот ни скрывал свою сущность.

– Как она действует? – Я со всех сторон рассматривал повязку – работа гномов…

– По принципу действия похоже на тот артефакт, при помощи которого у тебя в эсхарской Академии определяли Дар, – блеснул знанием моей биографии граф. – Только намного сложнее.

– Как же ты?

– Обойдусь. Все, давай за работу – и так уже время потеряли на разговоры. Переодевайся – и вперед.

Я кивнул, соглашаясь, и направился в комнату, выделенную мне в здании представительства тайных Калноса (для непосвященных – обычный постоялый двор).

Действительно, на стуле возле кровати висела одежда. Простая, без изысков и излишеств – самое то для охотника за головами. И герб их гильдии, на груди пониже правого плеча, тоже был – стилизованная волчья голова в треугольнике.

Первое задание… Круто!

Оказалось, вовсе не круто. Бесцельно прошлявшись по окрестностям городка три дня, облазив все близлежащие леса, деревни и просто укромные места, измазавшись как свинья и пособирав головой всю местную паутину, я несолоно хлебавши вернулся в город. Самое обидное, что и у Кассия тоже пусто, результат наших усилий – ноль. Непонятно… Ведь раньше стая с радостью нападала на охотников, даже на целые отряды, а теперь словно чего-то боится. Ну не меня же? Как маг, я уж точно ужаса внушить не способен… Загадка.

Я раздраженно бросил шарик переговорного амулета, зажатого в кулаке во время разговора с напарником, обратно в сумку.

– Куда ж вы пропали? Три месяца жили на одном месте и вдруг ни с того ни с сего решили переехать… Единственный напрашивающийся вывод – стаю кто-то предупредил. Только кто, если о прибытии в город целого Магистра с учеником знали только два-три человека, и все из тайных? Подозрительно, тем более на фоне провала нашей операции по ловле оборотней на живца (конечно, роль живца исполнял я, а ловушку должен был захлопнуть телепортировавшийся по зову Кассий).

Как ни неприятно было это сознавать, но в рядах тайных этого дрянного городишки оказался предатель. Что, кстати, объясняло такой легкий разгром охотничьих партий – бойцы в них были отнюдь не слабаками и в обычной ситуации с оборотнями справились бы легко.

До города я добрался спустя два часа. Поздоровавшись со стражником на воротах и бросив в ящик, висящий на стене возле ворот, плату за вход, вошел в город и сразу же направился в трактир «Лысый боров» на встречу с графом.

– Эй, хозяин! Пива мне и моему приятелю! – хрипло проорал Кассий, разбивая кувшин из-под предыдущей порции хмельного напитка об угол стола. Да уж, граф неплохо вошел в роль охотника за головами: трехдневная щетина, перегаром несет на три метра, побитая жизнью рожа и поношенная одежда – типичный охотник-неудачник.

– Не извольте беспокоиться, господин, – боязливо пробасил хозяин трактира, сверкая фингалом на пол-лица.

М-да, вот это называется вжиться в роль – даже слишком.

– Давай бегом, чувырла!

– Оплату бы… Вы ж того, уже третий кувшин и…

– Что-о-о? Оплату?! – заревел Кассий, вскакивая на ноги и дергая якобы застрявший в ножнах меч. – Да я тебя! Я пришел твой город от монстра защитить, а ты… деньги?!

– Так вы ж никого не словили! – пролепетал трактирщик, отпрыгивая с места на два метра назад, что при его комплекции, видимо и давшей название трактиру, было удивительно. – Только сидите и зенки-то заливаете…

– Ах ты! – Кассий натурально покраснел от гнева, делая шаг к хозяину.

Остатки посетителей, и так жавшихся к противоположной стене зала, бодро выбежали на улицу и скрылись вдали.

Едва последний посетитель вышел, как Кассий сразу успокоился, уселся на место и похлопал по лавке, приглашая трактирщика присесть рядом.

– Нашел?

Оп-па, оказывается, спектакль-то для двух актеров.

– Есть кое-что, – довольно кивнул толстяк. – Нападения начались приблизительно три-четыре месяца назад, но сначала все было тихо-мирно, стая старалась не проявлять себя. А потом вдруг резко обнаглела. И вот что интересно: как раз в это время у нашего Лупатого, – так за глаза называли главу местных тайных его подчиненные, да и на меня он впечатления не произвел – с первого взгляда видно, что человек не на своем месте, – появился новый заместитель, а у его жены новое рубиновое колье.

Кассий тихо выругался. В Тайной страже обычно не держат раздолбаев и не приемлют непрофессионализм, но в этом случае, как говорится, повезло. Лупатый оказался племянником одного из советников императора, который и добился для своего родственника прибыльного и непыльного места. Коррупция, однако…

– Допросить их нам не удастся, – со скрежетом почесал щеку граф. – Придется отдавать дело Собственной Безопасности.

– Не думаю, что от сотника нам будет польза, а вот его зам наверняка что-нибудь да знает. – Я решил принять участие в разговоре. – Может, зажать его в темном углу и пощекотать ножиком?

– Идея, конечно, хорошая, – усмехнулся Кассий. – Только не самая своевременная. Лэр Куснер вот уже три дня не появляется на работе. – Значит, не только трактирщик умеет копать? Странное совпадение, да?

– Ушли.

– Да. Непонятно только, что они здесь вообще делали. Зачем было рисковать, нападая на людей внутри города? Намного проще тихо, понемногу, вырезать путников по ночам.

– Магу что-то нужно в городе.

– Это-то понятно, но что?

– Ритуал?

– Нет, не похоже. Часть тел нападавшие забрали с собой, но были и те, кого просто убили и съели.

Внезапно мне в голову пришла интересная мысль.

– Они искали человека, – уверенно произнес я. – Вы заметили, что все, чьи тела не найдены, были мужчинами в возрасте от восемнадцати до двадцати трех лет? Вопрос только в том, нашли они того, кого искали, или мы их спугнули?

– Молодец! – Кассий улыбнулся, доставая из внутреннего кармана куртки стопку бумаг. – Ознакомься. Последняя жертва – Антон Верба, двадцать два года, пол мужской, переехал в Калнос неизвестно откуда около полугода назад. Вел себя тихо, работал в лавке горшечника продавцом, ходил в местную Школу Меча, отзывы о нем от наставника самые положительные. Только проблема: я проверил – в Галионе, откуда якобы он родом, ни о каком Антоне Вербе никогда не слышали.

– Значит, нашли… И кто он такой, вы не знаете, – произнес я полувопросительно, не обидевшись на устроенную проверку.

Трактирщик и граф синхронно помотали головами.

– Пока нет, но мы должны это выяснить. У меня есть одна теория, но о ней говорить пока рано.

– Ладно… И какие наши дальнейшие действия?

– Лично я собираюсь проверить теорию. Ты будешь лазить по окрестностям города и искать волчье логово, а Ровак, – граф кивнул в сторону трактирщика, – будет проверять всех мужчин подходящего возраста: я не исключаю и вариант «вспугивания». Возможно, объект охоты еще в городе.

– Я уже все облазил!

– Нужно расширить радиус поиска. А чтобы ты не скучал… Дай руку. – Я протянул руку через стол, уже зная, что будет дальше. Пусть только маги Стихий Света и Тьмы имели способности к ментальной магии, но уж передать образ Формы при непосредственном контакте с учеником могли все. – Форма Син… – Граф улыбнулся, видя мое довольное лицо – точь в точь как у кота при виде ведра сметаны, густо замешенной на валерьянке.

– Спасибо… Я пошел? – спросил я торопливо – мне не терпелось начать работу над усвоением Формы.

– Давай. И будь постоянно на связи.

Я вскочил из-за стола.

– Подожди, – неожиданно остановил меня Магистр. – Если найдешь логово, сам туда не лезь. Вызывай меня, мало ли…

Через десять минут я уже выезжал из ворот города.

Как я и думал, поиски логова двигались не очень бодро и весело – если бы не изучение новой Формы, я бы вообще со скуки закис. Шляться по лесам и глухим деревням с их звероватыми жителями – то еще удовольствие. И так уже пять дней – жуть. Учитывая же мои математические таланты, которые я применил, чтобы подсчитать, сколько мне понадобится времени для изучения всех сорока Форм, вообще впору напиться с горя – при нынешних темпах обучения магический алфавит я выучу только через два с небольшим года… Где бы только терпения набраться?

Я тяжело вздохнул и залпом выпил мутно-белый самогон, предложенный хозяином. Как раз сегодня к обеду я вышел к очередной деревне из двух-трех домов. Одну из построек вряд ли можно было назвать домом, но люди там все же жили – никогда не понимал прелести жизни в землянке, особенно если кругом один только лес. Здесь я решил съесть что-нибудь горячее, чтоб желудок вконец не испортить. А сердобольные хозяева угостили меня кроме горячего еще и крепким. Спасибо им, конечно, но очень уж дрянное у них пойло… Из чего они его только делают? И ведь не откажешься – сидят и смотрят на тебя, не по себе даже как-то… К тому же после обеда придется долго и нудно рассказывать лесовикам обо всем, что случилось в цивилизованном мире за последние пару лет, если окруженный дремучими лесами Калнос можно назвать гордым словом «цивилизация». Честное слово, лучше бы они деньги брали… Так нет – обычаи гостеприимства, будь они неладны.

Но неожиданно случилось чудо… И пусть его совершил мелкий сопливый пацаненок – от этого оно не стало менее чудесным.

– Дяденька, дяденька! – Мальчишка лет восьми с виду упорно дергал меня за рукав, пытаясь обратить на себя внимание. – А вы монстров ловите? – Малец ошарашил меня вопросом. Как узнал? И откуда он знает, что это монстры, а не монстр, ведь информацию о численности тварей даже в городе пока не разглашали.

– Да-а… – протянул я подозрительно, как можно незаметнее опуская руку на меч. – А ты откуда знаешь?

– Я их видел!

От такого заявления я выпал в осадок, но тут же пришел в себя и вскочил на ноги, забыв о еде:

– Где?!

– Серебряный!

Я ошалело взглянул на маленького шантажиста, краем глаза отметив довольную улыбку, промелькнувшую на лице отца семейства, тут же сменившуюся насупленными бровями. Видимо, законы гостеприимства на услуги проводника здесь не распространялись…

Я, не раздумывая, залез в пояс, достал монету и, держа ее двумя пальцами перед лицом мальчишки, повторил:

– Где?!

– Там, в лесу! – Пацан махнул рукой себе за спину, впившись глазами в заветный кругляш. – Я проведу.

– Веди.

Серебро перекочевало в заскорузлую лапу отца-лесовика.

Глава 5

– Значит, одни трупы… Шикарно. – Голос Кассия был не самым довольным. Зуб даю, что у него хорошими новостями также не пахло.

Трупы оборотней, сваленные кучей в овраге, я нашел всего пять минут назад. Что ж, по крайней мере, серебряную монету мальчишке отдал не зря…

– Мертвы приблизительно десять-двенадцать дней, – продолжал я докладывать обстановку. – Следов насильственной смерти нет… Три десятка волков, хотя от волков у этих тварей одно лишь название и небольшое внешнее сходство – на редкость уродливые создания, умерли одновременно и без сопротивления… Просто перестали жить.

– Маг замел следы. – Напарник буквально сорвал у меня с языка фразу. – Могу поспорить, уходил он порталом.

Во время разговора я, неспешно прогуливаясь и изучая следы, как раз дошел до места, где и был создан портал. Определил я это просто – следы трех человек, до того довольно четкие, здесь просто пропали. Я выругался. Все, упустили гадов. Спустя почти две недели отследить, куда был создан портал, невозможно – максимум час-полтора. И только для специалиста экстра-класса, к каковым ни я, ни даже Кассий не относились и близко. Впрочем, чего-то подобного я и ожидал, потому не сильно расстроился.

– Что мне сделать с трупами оборотней? Сжечь?

– Да, только оставь парочку для исследований. – Кассий тяжело вздохнул. – Генерал нас за такой промах на лоскутья порвет …

– Но мы же не виноваты! – возмутился я.

– Когда в игре такие ставки, виноват ты или нет – большого значения не имеет! – Граф несколько заинтриговал меня. – Я покопался в доме последнего похищенного, еще кое-что сделал… В общем, он иномирянин.

– Что?! – Сказать, что я был потрясен, – ничего не сказать. – Ты же сам говорил, что переходить между мирами способны лишь сильные маги! Оборотням такое не по зубам!

– Правильно, только наш клиент вовсе не по своей воле покинул родной мир – как и девяносто девять процентов всех «попаданцев», как называет их один мой знакомый. Природные порталы, проколы в реальности – если человеку «посчастливилось» оказаться рядом с такой аномалией, его вполне могло забросить куда угодно, даже в другой мир.

– И много этих… попаданцев?

– Лично я знаю троих и слышал еще о парочке.

– Какие они? – Я затаил дыхание.

– Обычные люди… гномы… эльфы – правда, со слабым или вообще без Дара, по крайней мере, ни один из известных мне иномирян магом не был… Маг к природному порталу и близко не подойдет, сам должен понимать. В этом и причина «неодаренности».

– Какая тогда от них польза? – не понял я.

– Огромная: каждый иномирянин – не только бесценный источник новых идей и знаний – технических, философских да каких угодно, – но и человек, который может дать ходокам ориентиры для перемещения в свой мир. – Быстрый взгляд в мою сторону.

– Получается, темный поймал важную птицу… – Мой рассеянный взгляд уловил нечто непонятное. – Подожди-ка… – Я спустился в овраг и подошел к одному из трупов, который выглядел несколько иначе, отличался от других… большим человекоподобием, что ли?! Этот оборотень прожил несколько дольше других и даже успел отползти на полметра в сторону от трупов своих товарищей, но потом, видимо, решил бросить гнилое дело и заняться рисованием. Он когтем выцарапал на найденном булыжнике странный символ – глаз с тремя зрачками, расположенными треугольником… Конечно, рисунок так себе, да еще и не закончен полностью, но в принципе понятен. – Один из оборотней перед смертью нарисовал какой-то знак… глаз с тремя зрачками. – Ответом мне было молчание. – Эй! Кассий, ты меня слышишь?

– Да, – отозвался маг спустя несколько секунд. А затем меня обескуражил: – Сжигай трупы и возвращайся. Нам здесь больше делать нечего.

– Не понял? Все трупы сжигать?

– Да, через пять минут я создам портал. Отправляемся в Валор, срочно.

– Чей культ? – переспросил я удивленно.

– Комола, – терпеливо повторил Кассий, устало взглянув на меня. Мы с графом сидели на лавочке в парке, окружавшем штаб-квартиру тайных в Валоре, и наслаждались тишиной и спокойствием, таким редким для нас явлением за последние три дня. Никогда бы не подумал, что в Тайной страже так вольготно себя чувствуют бюрократы – настоящие хозяева жизни… Так и хочется обработать их всех огоньком погорячее.

– Никогда не слышал о таком, – признался я. – Какой-то мелкий божок?

Магистр криво усмехнулся.

– Мелкий… как же. Ты, я смотрю, не слишком набожен. В любом случае, упоминание о Комоле есть ныне только в запрещенных частях Священных Свитков. Согласно современной версии, отцом всех богов, и Светлых и Темных, считается Пресветлый Орвус, который создал наш Мир из Первородных Сил – Стихий и населил его людьми и прочими народами… В старой же версии Свитков божественные братья Орвус и Комол, могущественные Светлый и Темный боги, пришли в уже созданный и населенный разумными существами Мир…

Но мир и дружба между братьями длилась недолго, по меркам богов, конечно, – амбиции божественных властолюбцев были велики, и ни один из них не собирался терпеть рядом конкурента. Началось долгое противостояние, переросшее позже в войну. Комол проиграл и вместе с тремя своими сыновьями был заточен в недрах Мира навечно… Так было рассчитано. Но тысячу лет назад скрепы на темнице Комола начали ослабевать, и он получил возможность влиять на внешний мир. В результате зародился его культ – самый неприятный, самый таинственный и самый живучий из всех. Его несколько раз, с периодичностью в пару сотен лет, вроде бы уничтожали на корню, но он все равно возрождался… Вот и снова появился спустя сто пятьдесят лет забвения.

– Не понял… Если Темных богов победили и заточили, то кто тогда сейчас сидит в пантеоне?

– Заточили лишь сильнейших из них, – отмахнулся Кассий. – Всякую шушеру вроде нынешних божков-недомерков никто трогать не стал, ведь света без тьмы не бывает.

– Ясно… В принципе, цели сей компании сволочей мне понятны… – Я откинулся на спинку лавки, хорошенько, до хруста в суставах, потянувшись. – А может, ну его, этот культ? Пусть себе развлекаются, – пошутил я.

Кассий шутки не понял.

– Развлекаются?! – Магистр яростно сверкнул глазами. – Если ты думаешь, будто нынешние Темные боги жестоки, требуя несколько человеческих жертв в год, то сильно ошибаешься. Они просто сидят на голодном пайке! Комол же хочет – и получает! – ежедневные многочисленные человеческие жертвоприношения. И это – пока не началась война богов, что обязательно снова разразится после его освобождения. Мало тогда никому не покажется!

– Ладно, убедил… Как будем мочить гадов? – Я попытался разрядить обстановку.

– Чтобы «мочить», сначала нужно найти. – Маг усмехнулся, успокаиваясь. – Этим сейчас занимается целый отдел службы. Культ – больше не наше дело…

– А мы тогда чем займемся? – буркнул я недовольно. Еще бы мне быть довольным – забрали конфетку у ребенка… Изверги и садисты.

– Отправимся в провинцию Гент, – «обрадовал» меня Кассий поездкой в самую дальнюю и нищую провинцию империи. Насколько я помнил, там ничего не было, кроме унылой степи, грязных кочевников и цепи пограничных крепостей. Периодически случавшиеся войны между империей и ее извечным противником – Ахарским султанатом делали Гент не самым популярным местом для проживания. – Поступили сведения о… непорядке. В одном древнем заброшенном храме кто-то расшалился. Кочевники, принесшие сведения в крепость, были в ужасе и кричали о демонах и монстрах. Наш профиль.

– Угу. Профиль. Да нам туда добираться два месяца!

– Не будь пессимистом. Я как-то раз, пару лет назад, уже побывал в одной из гентских крепостей. Доберемся до нее порталом, а оттуда, до храма, на лошадях. Дня за три. – Граф резко поднял мне настроение.

– Так вперед! Чего мы ждем? – Я вскочил на ноги. – Бюрократы меня уже забодали, по коням!

– Сначала наведаемся на склад. – Я удивленно замычал, понуждая, таким образом, напарника к объяснению. – Тебе сначала нужно получить одну… вещь.

– Вещь?

Заинтриговал, однако.

– Увидишь. Пошли, здесь рядом совсем. – Магистр неспешно встал на ноги, небрежно отряхнул штаны и направился к видневшемуся невдалеке за деревьями зданию штаб-квартиры, ставшему для меня таким ненавистным. Я поспешно пристроился рядом с Кассием, сгорая от нетерпения и любопытства.

И действительно, склад был недалеко – спустя пять минут, обогнув обитель бюрократии слева и оказавшись у нее «в тылу», мы подошли к неказистой, но очень прочной на вид двери… Ударив пару раз ногой в дверь, просто для приличия, граф Верона, не дожидаясь разрешения, пригнувшись и пробормотав что-то себе под нос, вошел внутрь.

– Кассий! – Неожиданно справа раздался недовольный голос, и передо мной непонятно откуда появился коренастый, заросший рыжей бородой мужик, с прищуром уставившийся на Кассия: – Что ты опять здесь забыл?!

– Да вот… – Кассий подпустил в голос угрозы и положил руку на меч. – Решил повидать старого приятеля!

Обниматься и пытаться сломать друг другу позвоночники приятели перестали только спустя минут пять.

– Ты где пропадал столько лет? – возмущенно ревел рыжебородый, отстраняясь и внимательно разглядывая графа. – Я уж думал, все, отбегался побратим. А начальство молчит как рыба об лед.

– Да так, были дела за границей, – туманно объяснил Кассий, ясно показывая, что продолжение разговора в этом направлении – не самая лучшая идея.

– Понятно. Секретность, – недовольно буркнул кладовщик. – Это кто? – Кивок в мою сторону.

– Напарник.

– Да-а?! Ты же говорил, что не нуждаешься в напарниках, – ехидно произнес мужик.

– Я и не нуждаюсь, но здесь случай особый… Что ты можешь сказать о парне?

Блин, да они разговаривают так, будто меня здесь нет! Я громко кашлянул в кулак.

– Ничего особенного. – Рыжий пожал плечами и еще раз окинул меня взглядом, на этот раз более внимательным. – Обычный маг, не из сильных, конечно, но и не полное ничтожество. Он чей-то родственник?

– Родственник? – переспросил Кассий. – А, вот ты о чем… Нет, мохнатые лапы здесь ни при чем. Если я скажу, что парень всего год назад начал постигать Искусство, ты поверишь?

Рожу Кассиева побратима в этот момент нужно было видеть. Если в трех словах – крайнее удивление и неверие. Впрочем, я уже привык. Но все равно неприятно.

– Кхм-м, – прокашлялся рыжебородый. – Плохо!

– Не понял? – удивился граф.

Я подался вперед.

– Уже третий такой уникум за последнее время… Двое – водяник и воздушник – объявились полгода назад…

– Тьма! – выругался Кассий.

А чего ругаться? Порадовался бы лучше – Арран ведь приобрел сразу трех сильных магов.

– Плохо…

– Да чего плохого-то?! – не выдержал я. – Радоваться надо.

– Мм… не совсем, – неожиданно ответил мне рыжий. – В прошлый раз такой бум рождаемости сильных магов случился тысячу лет назад, когда печати на темнице Комола ломались… Знатная тогда драка вышла. Много людей полегло…

– Вы что же, думаете…

– Ничего я не думаю! Может, это просто совпадение, но не в первый раз такое случается… И всегда рождение апостолов предшествует большой заднице, хищно кружащей над Миром и готовой вывалить на него свое ароматное содержимое. Чего пришли-то? – резко сменил тему разговора бородач.

Только я успокаиваться не собирался:

– Апостолов? Что еще за…

– В работе одного малоизвестного ахарского философа, занимавшегося как раз этим вопросом, так названы маги, рожденные (по мнению Хурана аль-Расуна) самим Миром для борьбы с какой-то глобальной угрозой, – прервал меня Кассий. – Апостолы старого Мира… Так он их назвал. По мнению аль-Расуна, наш Мир – живое существо, и так же, как все живые существа, он борется за свою жизнь, вырабатывая антитела в ответ на угрозу-болезнь.

– Может, это дело рук Орвуса и иже с ним?.. Ну против брата…

– Рылом Орвус не вышел для такого… – грубо высказался в адрес Верховного бога Магистр. – Доволен ответом?

Я кивнул, решив не доставать несчастных побратимов, хотя вопросов у меня накопилось множество.

– Тогда пошли за покупками.

– Зловеще… – произнес я спустя пару минут, стоя перед овальным зеркалом в мой рост и с интересом рассматривая отражавшегося там высокого человека в плаще с надвинутым капюшоном, почти полностью скрывавшим лицо. – Зачем он мне, я и без него неплохо обходился.

– Особый случай. Без этого плащика задание нам не выполнить. – Я удивленно взглянул на напарника. – Да не простой это плащ, не простой! Он скрывает хозяина от взгляда потусторонних существ и от взгляда Истинным зрением заодно. Определить в тебе мага теперь сможет только чародей уровня Мастера или даже Магистра. Пока не научишься самостоятельно скрывать свою суть, будешь пользоваться им.

– Ты об этой вещи мне говорил? – вспомнил недавний разговор я.

– Нет, это просто небольшой бонус… Бьярни, не томи!

Что-то проворчав, рыжебородый взмахнул рукой, и задняя стена исчезла, оказавшись очень качественной иллюзией. От открывшегося вида я впал в ступор: вдоль стены, закрепленные на специальной подставке, стояли посохи мага, полсотни посохов… Мечта, которую я и не думал осуществить, по крайней мере в ближайшие десять-пятнадцать лет.

Если верить адеру Компту, посохи делятся на два вида: посохи-накопители и посохи-помощники. Отличаются они, прежде всего, по внешнему виду. Посох-накопитель выглядит так, как и должен выглядеть, по мнению далеких от Искусства людей, посох мага – массивная, покрытая рунами деревяшка с обсидиановым или же из Слезы Хот оголовьем. Посох-помощник скорее напоминает заготовку к своему собрату – размеры куда более скромные, никаких рун и камня, только четыре изогнутых когтя-держателя, будто удерживающие невидимый шар.

Но главные отличия – в самой сути. Если брать посох-накопитель, то принцип его действия таков: маг наполняет камень оголовья Силой и заклинаниями, увеличивая, таким образом, свои возможности в разы, такой посох может вмещать даже больше Форм, чем сам маг, его вместимость зависит только от качества работы мастера-артефактора и от материалов, а значит – денег. Вот только посохов-накопителей вместимостью свыше тридцати Форм не существует, что делает их популярными лишь в среде магов со средними и слабыми способностями.

Зато посох-помощник как раз для сильных чародеев – уровня Мастера и выше. Он сам тянет энергию от Стихии, не требуя от владельца подзарядки Силой. Этот посох нельзя уже даже назвать инструментом мага – скорее его частью, такой же, как рука или нога. Живое существо. И так же, как любое живое существо, а не тупой инструмент, его необходимо учить. Учить пользоваться Силой, учить творить заклинания… Это сложный и длительный процесс, но и результат великолепен – мгновенное сотворение заклинаний любой сложности, передача Силы от посоха к хозяину, что вдвое увеличивает запасы магической энергии у мага (в отличие от накопителя, помощник не способен вместить Силы больше, чем имеет его владелец), и еще кое-что, по мелочи.

Как я уже сказал, минусом посоха-помощника является необходимость длительного обучения: так как он все же не обладает разумом в полном смысле этого слова, то и не способен выучить магический алфавит подобно человеку, и следовательно, не составляет заклятия из Форм, а берет из памяти целиком. Самое близкое сравнение – как человек произносит идеально заученную, вплоть до малейших особенностей произношения, фразу на иностранном языке, не понимая смысла. Каждое заклинание необходимо заучивать с самого начала. Учитывая же, что на изучение заклятия из пяти Форм уходит около двух месяцев, владельцу нужно проделать поистине титанический труд.

– Выбирай, – широким жестом указал на посохи Кассий.

Не говоря ни слова, я двинулся к стоявшим в углу посохам-помощникам. Пять штук, внешне абсолютно одинаковые, в отличие от различных между собой накопителей, и такие же одинаковые внутренне. Обычное дерево… ладно, не совсем обычное. Нет тяжелого выбора, нет раздумий – он будет таков, каким сделаешь его ты сам. Решительно достав из крепления ближайший ко мне посох, я попробовал его в руке. Подходит… Поставил посох обратно, взял метательный нож, сделал глубокий надрез на ладони и провел по всей длине деревяшки сверху вниз.

Посох мелко задрожал, волна тепла прокатилась по нему снизу вверх, устремившись в мою руку и дальше, в ядро Дара. Истинным зрением я увидел, как вокруг ядра завертелся смерч Силы, спустя секунду преобразившийся… Я увидел свое ядро со стороны, а точнее, его уменьшенную копию – между когтями-держателями вертелся огненный шар размером в два кулака, парящий в сантиметре над деревяшкой.

Я счастливо улыбнулся.

– Правильный выбор, парень, – довольно проговорил в бороду Бьярни. – Что ж, теперь он с тобой навсегда, пока жив ты, существует и твой посох.

Я отстраненно кивнул.

– Спасибо… Кассий, а у тебя я посоха не видел, – вспомнил я немного не к месту.

– Но это не значит, что его нет. Я немного разбираюсь в магии Пространства, и создать небольшой пространственный карман для меня не проблема. – Кассий нахмурился, вытянул руку вперед, и в ней материализовался посох, похожий на мой.

– Ага, – кивнул я. – Ясно. Мне ты можешь такой карман сделать?

– Легко, но он будет вытягивать из тебя треть дневной нормы Силы.

– Нет, спасибо, не надо, – ответил я, немного подумав. Учитывая, что десятую часть я уже отдаю защитному амулету, это будет явный перебор. – Я лучше его потаскаю в руках, только мне бы не хотелось всем показывать, что я маг.

– Иллюзию могу навести, будет выглядеть как обычный пастушеский.

– Тогда я буду выглядеть подозрительно: с мечом, в неплохой одежде и с корявым дрыном в руках. Лучше замаскируй под копье.

Едва я договорил, как воздух вокруг посоха задрожал, и в моей руке оказалось короткое, до уровня глаз, копье с широким листовидным наконечникам.

– Отлично.

– Раз отлично, – влез в разговор со стопкой бумаг Бьярни, куда-то ненадолго отходивший, – тогда подписывай.

– Что? – не понял я, а потом, заглянув в подсунутые мне под нос бумаги, застонал: – Пять тысяч триста империалов?!

– Это льготная цена для сотрудников службы, – невозмутимо произнес рыжий гад. – В счет долга из твоей зарплаты ежемесячно будет вычитаться половина…

– Раньше нельзя было сказать? – зарычал я раненым зверем.

– А ты бы отказался? – удивленно приподнял бровь кладовщик.

– Нет, – обреченно вздохнул я, нехотя подписывая бумаги. – Мы идем? – Я заскрипел зубами при виде понимающей улыбки, промелькнувшей на лицах переглянувшихся побратимов.

– Идем… Увидимся! – Граф протянул руку другу. – Дела, сам понимаешь.

Глава 6

Цок-цок, цок-цок, цок-цок… Скачет всадник по ровной, широкой, мощенной камнем имперской дороге… Трактиры, стража следит за порядком – счастливец! Как бы и я хотел так же, по дороге, но реальность совсем не соответствовала мечтам – мы с Кассием вот уже третий день плелись по холодной, унылой, изрытой вдоль и поперек какими-то землероющими тварями степи. И даже редкие островки молодой зеленой травы посреди моря пожухлой растительности не спасали положения и не поднимали настроения. Вот такая она – «благословенная» гентская земля, расположенная под серым тяжелым небом и населенная немытыми кочевниками, которые с завидным упорством и старанием следовали завету предков: до двух пальцев не грязь, а потом сама отвалится. В общем, северные степи не самое лучшее место Мира. Конечно, о такой диковинке, как снег, здесь никогда никто не слышал, если не считать норкцев, служивших в приграничных крепостях, но и температура, близкая к нулевой, тоже удовольствия доставляла мало. Особенно мне, привыкшему к теплому, даже жаркому, по сравнению с этим, климату Эсхара.

Но разве я ною? Нет! Я злюсь! Сильно. А еще я хочу поскорее прикончить тварей, поселившихся в руинах храма, и убраться из Гента навсегда. Единственное, что меня утешало, – это учеба. Работа над изучением Формы проходила успешно и по завершении обещала еще больше расширить мой арсенал заклятий.

– Вот и они… – Голос Кассия вывел меня из задумчивости.

Я поднял глаза.

Действительно, на грани видимости уже были различимы искомые руины – просто груда каменных блоков, но сколько же из-за нее проблем… Действительно, мы могли заполучить их много, и совсем скоро. Вообще в местах, служивших некогда для отправления культа бога или могущественного демона, очень часто возникают проблемы, сходные с той, что предстояло решить нам: после ухода хозяина храма, прекратившего «сторожить дверь», эта самая дверь в иные пласты бытия оставалась открытой для различного рода сущностей. И никогда не угадаешь, что за тварь проникла в наш Мир, пока не уничтожишь или пока она тебя не схарчит…

– Какой у нас план? Приходим, кричим погромче, а когда все твари повылазят – мочим? – спросил я.

Стыдно признаться, но планом операции я до этого момента не интересовался, оставив все на откуп Кассию, а тот не спешил навязываться.

– План хороший, но мне просто лень убивать каждую паскуду по отдельности… Так что тихо пробираемся в центр руин, а потом я жахну Спрутом.

Я так и застыл с открытым ртом. Ого! Заклятие уровня Архимага!

– Ты способен его создать?!

– Да, – не стал отрицать очевидного Кассий. – Но потом я даже фаербол сплести буду не способен.

– Так, может, не стоит…

– Ты желаешь ползать по храмовым подземельям в поисках неизвестно каких затаившихся там чудовищ? – приподнял бровь Кассий. – Я – нет.

– Я подумал… Может быть, мы найдем там что-нибудь ценное, – смущенно признался я.

– Бесполезно. Этому храму сотни, если не тысячи лет. Неужели ты думаешь, будто за время его существования искатели сокровищ не вытащили оттуда все, что только возможно?

– Ладно, – тяжело вздохнул я, признавая поражение. – Мне-то что делать?

– Для активации заклятия нужно время, где-то две минуты, – произнес Кассий. – В это время я окажусь без защиты. Будешь прикрывать.

– Дай мне пару минут на подготовку. – Я на несколько секунд задумался, решая, что же подвесить из заклятий. Учитывая объем Силы, выбор у меня не велик: три улучшенных Светляка (пусть будут Огоньками), итак, три Огонька, Огненный Клинок и… И все – энергии останется только на плетения. Сказано – сделано, причем быстро. Обожаю работать с Формами – такой фактор, как скорость закачки Силы, в этом случае почти не играет роли… Мне понадобилось всего четыре минуты, чтобы структурировать весь свой запас Силы. – Я готов…

– Начали!

– Кушай на здоровье! – злобно крикнул я, засветив фаерболом прямо в левый глаз существа… Существо недовольно зашипело, показав широкую, с зубами в три ряда, пасть. Я, никогда не видевший зубастых гранитных блоков, слегка опешил. Хотя если уж у камня есть глаза, то наличию пасти удивляться по меньшей мере глупо. А уж лапы, на которые встал «стройматериал», – вообще непорядок. Вместе с пострадавшей от немотивированной агрессии каменюкой на ноги встали и пять ее подруг. Они, эдак плотоядно на меня глянув, сорвались с места со скоростью скачущей галопом лошади. Умеют же бегать… ящерицы – с каждым шагом маскировка тварей разрушалась, и в тот момент, когда я превратил одну из тварей в две ее половинки при помощи Клинка, они уже превратились в почти обычных, но зато очень больших и зубастых ящериц. А я еще надеялся, что все обойдется: дошли же мы до центра развалин без приключений? Да и Кассий уже почти закончил. И что им не сиделось?

Жаль, я так и не побывал в императорском цирке, пока был в Валоре, а ведь хотел же… Проклятые бюрократы! Ага, к чему это я? Да к тому, что бой с различным зверьем был там одним из самых популярных номеров. И я бы хоть теоретически подковался в этом жизненно важном вопросе.

Пока же я был вынужден крутиться, что и делал довольно успешно: следом за первой Огненный Клинок хорошенько поработал над еще одной ящерицей, срезав ей верхушку черепа и обнажив крохотные мозги, но на этом энергия заклятия и закончилась.

Не особо расстроившись, я один за другим выпустил в двух дальних тварей, непредусмотрительно бежавших рядом, два Огонька – так, на всякий случай. Аромат жареного мяса, разнесшийся вокруг, заставил меня сглотнуть слюну, а оставшихся ящериц остановиться и зачарованно уставиться на слегка подгоревший обед. Я облегченно вздохнул, сбрасывая капюшон с головы, чтобы вытереть вспотевший лоб, и наблюдая, как существа, не обращая больше на нас с Кассием внимания, двинулись в сторону заботливо накрытого мной «стола». О, каннибализм, как много в этом слове!

Но приступить к трапезе ящеры не успели – Кассий завершил заклинание, а я наконец-то понял, почему оно называется Спрут. В поднятой над головой Магистра руке сначала загорелась тускло-оранжевая искорка пламени, за несколько секунд разгоревшаяся, завертевшаяся крохотным смерчем и… превратившаяся в обычный с виду фаербол. Впрочем, только с виду, так как в следующий момент шарик словно взорвался, выстреливая во все стороны струи пламени, устремившиеся к моментально забывшим о еде тварям.

Двигавшиеся вроде бы лениво щупальца, поняв, что хитрые ящерицы пытаются сбежать, с потрясающей скоростью метнулись вперед и, оплетя их, в мгновение ока разрезали на куски. А судя по звукам, раздававшимся откуда-то из-под земли, их коллеги выполняли свою задачу так же успешно. Заточенный в клетке из Форм, огненный элементаль радостно принялся за дело, применяя все свои невеликие умственные и творческие способности для выполнения задания мага… Чтобы через минуту все было кончено и щупальца втянулись обратно в резко уплотнившийся фаербол. Элементаль грустно мигнул и растаял в воздухе…

Как банально.

…Это было последнее, что я увидел, прежде чем сознание погасло…

Очнулся я от ужасной вони… хотя я где-то слышал, что во сне человек запахов не ощущает. Определенно тот, кто это сказал, никогда не бывал в гостях у кочевников. Вонь в шатре стояла жуткая, а что это именно шатер, я понял, едва открыв глаза – вернее, один глаз, потому что второй открываться упорно не желал, только веко дергалось. Да что за…?! Я попытался пошевелиться, встать на ноги. К моему удивлению, это у меня получилось, но с трудом, и отнюдь не по причине усталости. Какая может быть усталость?! Не слишком-то я в последние дни напрягался… Тогда почему сознание потерял?! Я почувствовал, что от беспорядочно скачущих мыслей голова начинает пухнуть, а в висках зарождается тупая боль. Но она была тут же забыта, едва я бросил взгляд на свою правую руку… Вернее – не мою! Эта рука была худой, смуглой и сухой, напоминая скорее куриную лапку, чем человеческую конечность. Но самое страшное – я не чувствовал в себе огня магического Дара!

– Какого демона здесь происходит?! – заорал я, а кто бы не заорал, неожиданно поняв, что оказался не в своем теле? Причем в теле не самого лучшего качества – тогда как рядом, в двух метрах, лежит твое собственное, голое и изукрашенное какими-то непонятными закорючками – я только сейчас заметил эту «незначительную» деталь окружающего интерьера. У головы второго тела – моего тела (поверить не могу!) – в землю был воткнут посох со злобно пульсирующим оголовьем. Естественно, я сразу же рванул к нему.

– На твоем месте я не стал бы этого делать, – раздался сзади насмешливый голос.

Я резко повернулся и, зло прищурившись, уставился на вошедшего в шатер невысокого, худого и смуглого старика в обносках, обвешанного амулетами из костей, перьев, сушеных трав и прочего… архаизма.

– Это ваших рук дело?!

Даже в такой ситуации стараясь оставаться вежливым, решительно заковылял я в сторону кочевника (судя по всему, шамана), подволакивая левую ногу, упрямо не желавшую гнуться в колене. Да что такое?! Это тело – настоящая развалина, хотя, судя по состоянию кожи, скрытой под слоями грязи (удивительно, что я еще запахи мог различать), и прочим признакам, было ему не больше двадцати лет.

– Я дал тебе шанс выжить, – несколько туманно ответил старик. – Скажи спасибо.

– За что?! За то, что оказался в чужом теле?! – возмутился я, но все же взял себя в руки и постарался успокоиться, чтобы прояснить ситуацию. – Зачем? Что со мной произошло?! Как вы это сделали? – Во мне проснулось любопытство – главная черта характера любого уважающего себя мага.

– Даже если я скажу как, у тебя все равно не получится это повторить… шубга, – высокомерно произнес шаман, в конце фразы добавив какое-то местное ругательство, и, подойдя ко мне (а конкретно к лежащему на земле моему телу), начал бесцеремонно рассматривать странным рассеянным взглядом. – Как я и думал, – тихо сказал спустя пару минут старик, разворачиваясь и как ни в чем не бывало направляясь прочь из шатра.

И тут я не выдержал – банально сдали нервы. Так просто вонючий (в данном случае это не оскорбление, а констатация факта) старикашка от меня не отделается! Пусть у меня всего одна рабочая рука, да и та оставляет желать лучшего, но умения-то никуда не исчезли! Короткий тычок сжатыми пальцами в одну интересную точку на теле – и наглец превращается в живую статую, парализованный, не в силах пошевелить даже пальцем, способный только выпучить глаза от страха и напрудить лужу вонючей мочи.

– Если ты думаешь, что я собираюсь тебя упрашивать и умолять все мне рассказать, то сильно ошибаешься, – холодно произнес я, направляясь к заботливо скинутой в кучу возле стены шатра одежде, в которой, как ни удивительно, оказался и мой пояс с не украденными лишь каким-то чудом ножами. – Нет, ты сам мне все расскажешь. – Я достал два метательных ножа и, попробовав их остроту ногтем, направился обратно к кочевнику. – С удовольствием и искренностью. Поверь, я умею расположить человека к разговору. – Я приставил нож к горлу старика. – И ни твой возраст, ни то, что ты якобы меня спас, тебе не помогут. Сейчас я дам тебе возможность двигаться и говорить, но, если вздумаешь со мной шутить, я просто перережу тебе глотку. Понял?

– Д-да, – прохрипел шаман, едва только я вернул ему возможность двигаться, и рефлекторно потянулся руками к шее, но, стоило мне слегка нажать и надрезать дряблую кожу под кадыком, успокоился. – Я-а рас-скажу.

– Хороший мальчик… Начинай. – Я устроился поудобнее на шкуре, вытянув больную ногу и пригласив шамана присесть рядом. Покосившись на метательный нож в моей руке, кочевник подчинился. – И не вздумай врать. Итак, почему я не в своем теле, а в этом… убожестве?

– Тебя вчера привез в наше стойбище маг…

– Кассий? – спросил я скорее для проформы – кто же это еще мог быть?

– Не знаю, он не представился, – огрызнулся старик. – Маг заплатил, чтобы я тебе помог, а сам ушел… Но пообещал вернуться через три дня! – зачастил шаман, видя мое нетерпение и чувствуя покалывание в бок.

– И за что же он тебе заплатил? – Я приподнял бровь. – За вот это?! – Я махнул рукой с ножом в сторону своего тела, едва не отрезав старикашке ухо.

– Нет, он привез тебя со стороны проклятого храма, сказал, что в тебя вселился злой дух.

Я в удивлении выпучил глаза. Какой еще, к демонам, злой дух?!

– Я тебя предупреждал, – зло прошипел я, делая вид, что собираюсь нанести шаману удар ножом в живот.

– Это правда, – взвизгнул степняк. – Из развалин старого храма иногда выходят Проклятые души, вселяясь в подошедших слишком близко людей.

– Духи не могут вселиться в обладающего Даром! Это известно каждому, кто хоть немного понимает в магии!

– Они не могут вселиться в колдуна лишь потому, что у них не хватает на это сил, – объяснил степняк. – Такие духи призваны шаманом и потому слабы. Те же духи – Тени, которые прошли в наш мир из Нижних миров сами, через Врата и без призыва – способны захватить тело и пожрать душу даже сильного колдуна!

– Что-о?! – Едва это услышав, я тут же попытался посмотреть на свое тело истинным зрением – уж если мою душу пожирают, я должен это увидеть… Но не увидел. Истинное зрение стало мне недоступно. – Что со мной случилось? Почему я не чувствую Дар?

– Потому что мой ра… слуга им не обладал, – ответил степняк, немного отодвигаясь в сторону. – А твой Дар остался в старом теле. Я перенес сюда, – старик ткнул пальцем мне в грудь (ну вот, я уже начал говорить «мне» о новом теле!), – лишь ту небольшую часть души, которую обычно называют личность, сознание. – Я удивленно приподнял бровь. Старик меня удивил. Для неграмотного кочевника он слишком умен. Ишь ты – «личность, сознание»! Не простой дедок… – Основная же часть души, ее бессмертная, данная Творцом часть, все еще там! – Взмах руки в сторону моего настоящего тела.

– Но если ты говоришь, что Тень пожирает мою душу, то почему не перенес ее полностью?

– Исчезновение пищи вовсе не означает, что дух уйдет. – Старик покачал головой. – Он просто завладеет телом и не позволит твоей душе туда вернуться. С новым же телом у тебя нет таких крепких связей… Что будет дальше – я думаю, понятно.

– И какие у меня шансы на выживание? – Я убрал нож, видя, что шаман не пытается увиливать или бежать. Да и отношение с его стороны ко мне явно изменилось на более благожелательное. Правильно говорил инструктор в Центре – кочевники уважают лишь силу.

– Слабые. Я смог спасти твой разум – первое, что страдает при одержимости, – пояснил старик. – Для полного поглощения души, даже такой сильной твари, нужно время, учитывая же твой Дар и силу его сопротивления агрессии, я вообще сомневаюсь, что это возможно.

– Тогда мне нужно просто подождать… – Я облегченно вздохнул.

– Не выйдет. Стать обедом твоей душе не грозит, но и Тень, и ты сам, вы оба черпаете энергию для борьбы из твоего тела. Даже при его потрясающей живучести и возможных переливаниях жизненной энергии у тебя есть две, максимум – три недели. Далее – полное разрушение энергетической структуры тела и… смерть.

– Если тело умрет, что будет с личностью?

– Растворится, пусть не сразу… Где-то дней через сорок, – не раздумывая, ответил старик.

– Проще говоря, я умру… – Я задумался. – Хорошо, а как этого избежать?

– Способ один – попросить помощи у богов. Лишь божественное вмешательство может помочь в данном случае.

– Но… Здесь ведь есть «но»? Я прав?

– Откуда, ты думаешь, появляются у богов самые ревностные служители и последователи? Плата за помощь бога – твоя душа. Она прекратит движение по пути перерождений и станет лишь неиссякаемым вечным источником энергии для хозяина.

– Фактически это ничем не отличается от продажи души демону, – произнес я. – Только оберткой… Нет, на это я не пойду. Раз уж угрозы полного уничтожения души нет.

– У тебя нет другого выхода. Пусть твой друг и думает, будто сможет найти помощь среди смертных. Твоя душа и злой дух так сплелись, что практически стали одним целым. Разделить их, не убив обоих, смертному не по силам. Ни один экзорцист своими силами не справится…

– В таком случае… Мне нужно успеть закончить кое-какие дела, – хмуро сказал я. – Спасибо за помощь.

Проснувшись на следующий день по привычке рано утром, я направился умываться, запамятовав об обычае кочевников мыться в лучшем случае под дождем, и то, если спрятаться негде. На мой вопрос о воде для умывания старушка, сидевшая у соседнего шатра и скоблившая шкуру, сначала несколько секунд напряженно меня изучала, а затем, осенив знаком, изгоняющим зло, шустро уползла на четвереньках в шатер, из которого тут же вышмыгнули двое пацанят лет семи и начали с визгливыми криками бегать между шатров. Через пару минут вокруг меня образовалась толпа разновозрастного народа, с шумом, гамом и активной жестикуляцией что-то обсуждавшего и тыкавшего в меня грязными пальцами. Я напрягся – рука на мече, прихваченном с собой по привычке, сжалась так, что костяшки побелели. Сдаваться без боя я не собирался, но в то же время реально оценивал свои возможности. Довольно скудные, скажем прямо.

Спасение пришло, откуда я не ждал, – из соседнего с моим шатра выбежал шаман, тут же принявшийся что-то шустро тараторить, размахивая руками и то и дело указывая на меня, причем кое-какие его жесты показались мне слегка оскорбительными, а из слов знакомым оказалось только «шубга», что тоже не радовало.

– Что ты им наговорил?! – прошипел я спустя пять минут, едва войдя в свой шатер. – И почему они так отреагировали на мою просьбу помы…

– Идиот! – ощерился старик. – Прежде чем что-то делать, спроси сначала у меня!

– Да в чем дело?! – возмутился я. – Я просто умыться хотел!

– По повериям моего народа, – раздраженно сказал старик, – смывая грязь с тела, человек впускает в душу зло.

– Ага… Какой бред… Ладно, пару дней потерплю без умывания… Кстати… – Я остановил Сухмета. Имя шамана я узнал еще вчера у принесшей мне еду женщины, которая пусть и плохо, но все же говорила на общем для всей империи арранском языке, который кочевники не учили, не учат и учить не собираются – им и так хорошо. – Что значит «шубга»?

Глава 7

Я разочарованно вздохнул, вкладывая меч в ножны. Только что я использовал последние крохи жизненной энергии из янтаря, и пусть она пошла на праведное дело, а именно на собственное излечение, легче мне от этого не стало. Новая оболочка так и осталась развалиной. Тилак, так звали первого владельца тела, как оказалось, имел очень непростую судьбу. Родившись в семье сотника имперской пограничной стражи и дочери вождя небольшого племени кочевников, ему сначала пришлось пережить гибель отца во время штурма крепости ахарцами, переехать с матерью к ее родителям, а затем увидеть уничтожение всего своего рода, сопровождавшееся долгими издевательствами, вследствие чего разум мальчика помутился. Ну а увечья он получил уже позже. Оказывается, не такие и жестокие у нас в Эсхаре дети – к хвосту лошади за ноги, по крайней мере, никого не привязывают и собаками не травят. А собаки у степняков злые.

Медленно поднявшись на ноги, я с хрустом потянулся, разминаясь. Пусть состояние тела по-прежнему далеко от идеала, но дело делать надо. А именно – мстить. Жаль, до главного врага я не доберусь, но кое-кого достать смогу. Честно сказать, я за прошедшие сутки занимался не только самолечением, но и планы строил. Прямо скажем, грандиозные… Только неосуществимые. В мечтах я с чувством, с толком, с расстановкой вырезал своих обидчиков одного за другим, наслаждаясь процессом. Но этим мечтам не суждено было сбыться, и в основном банально из-за недостатка времени. До Эсхара дорога не близкая, и даже если Кассий решит мне помочь, шансов пробраться через охрану кого-то из кровников просто нет. В принципе, учитывая ситуацию, я даже согласен произвести с ними размен баш на баш – все равно мне скоро конец, но где гарантии успеха? Впрочем, над этим вопросом нужно еще подумать.

– Где же ты, Кассий… – пробормотал я.

– Да здесь я!

Я вздрогнул. Вот, блин горелый, любитель сюрпризов! Естественно, сзади стоял Кассий собственной персоной, ехидно ухмыляясь и с интересом меня разглядывая.

– И давно ты за мной подсматриваешь?

– Да с полчаса уже… Не волнуйся, спешить все равно некуда. – Кассий крепко пожал протянутую руку. – Тело еще не упаковали.

– В смысле? Э-э… меня перевозят?

– А ты хотел остаться здесь? – приподнял бровь граф. – Конечно, перевозят. В Центр. Там его уже ждут лучшие специалисты своего дела… И жрец Орвуса. На крайний случай.

– Нет. – Я решительно мотнул головой. – Никакого случая, даже крайнего. Помощь жреца не приму.

– Как хочешь, – не стал спорить со мной напарник.

– Долго еще… будут паковать? С чего бы это мне такая честь, кстати? Не думал, что из-за меня поднимется такой шум.

– Почти закончили. Отнесем, обследуем…

– У меня нет времени быть подопытной крысой! – прервал я напарника.

– Да у тебя его вообще нет! – возмутился Кассий. – Что может быть важнее шанса спастись?

– Неоконченные дела, – ответил я, взглянув Кассию прямо в глаза. – Цепляясь за призрачные шансы, я могу упустить возможность сделать реальное дело.

– Ты еще не оставил мысли о мести?

– Оставил?! – Я практически кричал. – Они убили моего отца! Еще и года не прошло! Я успокоюсь только после смерти… своей или врага.

– В любом случае, дня три тебе придется побыть в Центре.

Я пожал плечами:

– Хорошо… Слушай, я хотел…

– Я помогу, – прервал мой лепет Кассий. – Четверка оборотней сейчас как раз в Валоре. Контракт с купцом закончился – отмечают. Но учти, фор Мерула и герцога тебе убрать не позволят…

– Я понимаю… – согласился я, не став кочевряжиться, – все равно нынешних возможностей мне для свершения мести не хватило бы.

– Если понимаешь… – Лицо Кассия на мгновение застыло подобно маске. Он словно к чему-то прислушивался. – Пошли, пора отсюда убираться. Воняет невозможно.

– Ты со стариком расплатился? – поинтересовался я.

– Да. – Граф недовольно поморщился. – Старый жмот… Триста золотых, подумать только! И куда он их здесь потратит? Ну куда?

– Да ладно, деньги-то небось не твои, – начал я успокаивать напарника.

– Конечно, нет. Твои, – злорадно ухмыльнулся Кассий, наблюдая, как вытягивается моя физиономия.

– Что-о?!

Сказать, что я был расстроен, – значит ничего не сказать.

– Да я и так половину за посох отдаю!.. Сволочь! Убираемся отсюда! Нет, ну вот жмот, где он их тут тратить-то собрался?! – услышал старый шаман последние слова шагнувшего в портал парня и радостно осклабился.

– Ничего утешительного сказать не могу, молодой человек, – тяжело уронил лекарь, вынимая откуда-то из-под халата небольшую флягу и делая глоток. – У моих коллег есть несколько теорий, но на практике все они неосуществимы. Тень буквально срослась с душой, нашего мастерства недостаточно для успешного завершения операции. Как это мне ни неприятно говорить, но надежда только на богов.

– Это исключено! – Я слегка подался в сторону собеседника.

– Не понимаю, почему вы отказываетесь? Многие добровольно отдают себя бо…

– Это не одно и то же: быть жрецом и быть рабом – разные вещи! – почти прокричал я. – Разница не велика, но существенна – свобода воли. Это не просто слова!

– Воля ваша, – сдался врач. – В таком случае, у вас есть не более двадцати дней. Мы стараемся поддерживать тело, подпитывая жизненной силой, но разрушению энергоструктуры мы помешать не можем.

– Спасибо, доктор, – сухо поблагодарил я, разворачиваясь к двери.

– Все же подумайте еще раз…

Реплика главного целителя Центра нагнала меня, когда я уже почти закрыл дверь кабинета с обратной стороны. Я промолчал.

– Нет? – Кассий, ожидавший в коридоре, отлепился от стены и небрежно стряхнул с рукава куртки несуществующую пыль.

– Нет. Ты готов? – просто для проформы спросил я.

– Готов, – кивнул маг. – Запомни, таверна «Золотой гусь» в Белом городе, улица Цветочников… мимо не пройдешь. Они там.

– Да я с первого раза запомнил! Спасибо! – Граф пожал плечами. – Постараюсь управиться за час.

– Не попадись страже. Наше начальство не терпит неудачников, отмазывать тебя никто не станет, – огласил прописную истину напарник.

– Знаю, – терпеливо произнес я. – Отправляй уже!

Кассий хмыкнул, выбросил руку вперед, и передо мной появился синий овал портала. Один шаг, вспышка, короткое помутнение сознания – и я стою в комнате десять на десять метров, отделанной дагоритом, камнем, чрезвычайно тяжело поддающимся магическому воздействию, и дверью из драгоценной древесины мэллорна – заклинательный покой и портальная комната в одном лице. Дом Кассия в Высоком городе Валора… стоит бешеных денег. Эх, когда уже я Магистром стану?.. Да никогда не стану! А хотелось бы…

– И думать не смей! – тихо и зло прошипел я сам на себя. – Жить ему хочется – ишь ты! Слабак!

– Обсуждаешь вопрос выживания? – Без тени улыбки, уже от самых дверей, вдруг спросил Кассий. – Не хотел бы я оказаться в твоем положении…

– Кассий, – окликнул я приятеля.

– Да?

– Что бы ты сделал на моем месте?

– Не знаю. – Напарник яростно мотнул головой. – С одной стороны – смерть… Не самая приятная перспектива. С другой – если согласишься принять помощь бога, то тебя нынешнего, человека со всеми его переживаниями, мыслями и чувствами, просто не станет… Фактически от Харлафа Бледного останутся лишь воспоминания в виде чистых фактов, на основе которых под чутким руководством хозяина будет создана новая личность – идеальный слуга и исполнитель его воли, целью которого будет лишь служение господину. И это будет казаться тебе единственно правильным, а все нынешние страхи и сомнения – невероятно глупыми…

– В Центре мне описывали ситуацию не в таких черных тонах… – произнес я, ошарашенный напором товарища.

– Естественно, службе не выгодна твоя смерть, – хмыкнул граф. – Ты пойми, за право владеть твоей душой после смерти и Даром – при жизни боги просто в очередь выстраиваются! И ушлый делец, в данном случае Тайная стража, может хорошо нажиться на этой ситуации.

– Да ладно, – недоверчиво произнес я. – Хочешь сказать, кому-то из богов есть до меня дело? Они обо мне и не слышали даже!

– О-о, поверь, дело есть! За душу любого мага, даже самого слабого, среди небожителей идет настоящая война. – Кассий подошел к арке двери и вывел на ней замысловатый знак. Та, как и в прошлое мое посещение (хотя, что могло измениться за одну неделю?), беззвучно открылась наружу, открывая путь из подвала наверх по длинной винтовой лестнице. – Ведь она является источником огромного количества энергии… Конечно, Старшим богам вполне хватает и того, что дают им верующие своими молитвами, но боги рангом пониже не побрезгуют даже самой дрянной душонкой…

Я долго поднимался по лестнице, верхние ступени преодолевая уже практически ползком – левая нога полностью так и не восстановилась, несмотря на все мои усилия, и ходить по-прежнему было тяжело. По сути, запасы жизненной энергии из меча были потрачены зря: нога, как оказалось, восстановлению не подлежала за давностью лет, сухая рука стала результатом магической травмы (а точнее, атаки вырвавшегося из-под контроля шамана духа) и также лечению не поддалась. Успеха я добился лишь с глазом, но здесь-то как раз проблема была не в болезни тела, а в психике. Правильно говорят – все проблемы от нервов. Глаз прошел сам собой, стоило только телу осознать смену владельца.

Мрачный Кассий, уже давно ожидавший наверху и угрюмо наблюдавший за моими мучениями, окинул меня недовольным взглядом.

– И как ты собрался убивать оборотней? Ты даже по лестнице нормально подняться не можешь… – Короткая пауза. – Я могу помочь.

– Нет! Я справлюсь… – Я немного смутился: слишком громкие слова для человека, для которого просто подняться по лестнице – уже подвиг. Тем более что точно такими же словами я недавно отказался от помощи в восхождении по лестнице… И что в итоге? Хриплю как загнанная лошадь, ноги подкашиваются от усталости, в голове хоровод, вот-вот упаду и потеряю сознание – герой, одним словом. – Но если ты меня подстрахуешь, я буду благодарен.

– Ну и хорошо. – Кассий достал из-за пояса нож в ножнах из белого с легким красноватым отливом металла и протянул мне. Вот что значит отменное здоровье: пока я карабкался по ступеням, напарник успел уже сбегать в оружейную. – Держи. Это немного повысит твои шансы.

– Серебро? – Я обнажил клинок и несколько раз махнул ножом перед собой. М-да, проблема… левой рукой я владею намного хуже, чем правой… Эх, далеко мне до шаррагарцев.

– Не просто серебро, а еще и с наложенными чарами. Мне его… э-э… – Магистр слегка замялся, – подарил один знакомый паладин. Раны, нанесенные оборотню этим ножом, не только не заживут, как это бывает после удара обычной сталью, но и не позволят ему сменить облик какое-то время.

– Спасибо, я…

– Не надо, – остановил мои потуги поблагодарить граф. – Но когда вернешься в норму, с тебя бутылка лорийского, а лучше две.

– Да хоть три! Спасибо… Кстати, у тебя ничего пожрать нету? – поинтересовался я. – А то я позавтракать не успел.

– Откуда? – развел руками приятель. – Я же здесь почти не живу… Пошли, по пути чего-нибудь перехватим.

– Купи пять чебуреков и собери кошку?.. Нет уж, лучше я прямо на месте поем, – отказался я. – Здоровье у меня и так теперь не ахти, не буду рисковать.

– Как хочешь, но до «Гуся» нам минут сорок ехать.

– Переживу. – Я отвалился от стены, наконец-то выровняв дыхание и даже слегка передохнув. По крайней мере, голова больше не кружилась. – Я готов.

Императорский дворец с комплексом прилегающих зданий, Высокий город, Белый город, Нижний город… Фактически четыре города в одном, с общим населением около полумиллиона человек – и все это Валор, крупнейший город мира, на целый порядок больше Стратона и почти в два раза – Ахара, столицы султаната и извечного конкурента. Крупнейший не только по населению, но и по площади; даже в наемном экипаже мы с Кассием выбирались из Высокого города (места проживания аристократии, крупных чиновников и богатых дворян) в Белый (где жили в основном дворяне помельче, богатые купцы, маги-середнячки и главы ремесленных цехов) более получаса. И это притом, что стража у ворот на выезде из Высокого города нас почти не задержала. В основном они проверяли желавших попасть туда, а не оттуда… Повезло еще, что «Золотой гусь» располагался не в Нижнем городе – вот там действительно народу тьма, особенно в районе рынка. Побывал разок, больше не хочу.

– А вот и наш «Гусь», – спустя десять минут после того, как мы отъехали от стены Высокого города, произнес Кассий.

И действительно, почти сразу я нашел взглядом расположенный вдали трехэтажный дом из белого камня, полностью совпадавший с более чем подробным описанием графа. Хотя оно и не потребовалось – огромные двустворчатые двери из черного дерева и стоящие рядом с ними два швейцара в густо расшитых золотом ливреях позволили бы мне легко отличить это заведение от любого другого. Все-таки самый дорогой трактир Белого города. Сейчас их модно стало называть ресторанами, но пока еще это название прижилось не очень крепко.

– Вот это да! – ахнул я, едва войдя внутрь заведения.

Краем глаза я заметил горделивую улыбку на губах склонившегося в легком поклоне рослого швейцара, – что ж, хорошо, когда человек гордится своей работой, даже если эта работа – открывать двери перед пьяным быдлом… Ну ладно, личностей подобного рода в «Гуся» уже не пускали, но и засевшие в общем зале на первом этаже мастеровые и мелкие лавочники также не были эталоном учтивости и благородства, особенно после выпитого в огромных количествах дешевого вина. В отличие от других заведений подобного типа, «Золотой гусь» хоть и считался элитным заведением, но о простом народе не забывал. Первый этаж был полностью отведен для бедноты (по столичным меркам, конечно), второй – для обеспеченных гостей, а уж третий, естественно, для ценителей тонкой кухни и просто для тех, кто способен заплатить за бутылку вина полтысячи и больше империалов. Но несмотря на то что первый этаж был предназначен вроде как для людей третьего сорта, обставили его со всей возможной в данном случае роскошью.

– С размахом, – произнес граф, осматриваясь вокруг. – Сразу пообедаем или пойдем искать… друзей?

– Пообедаем. – Я прислушался к голосу своего желудка, возмущенного столь явным пренебрежением. Голос был громким – мне даже неловко стало, хотя никто не повернулся посмотреть на возмутителя спокойствия и высказать свое «фи». В том шуме и гаме, что стоял в зале, просто никто ничего не услышал. – Ага! А вон и стол свободный. – Я двинулся в сторону только-только освободившегося стола в другом конце зала.

– Я их не вижу, – констатировал очевидное Кассий. – Значит, на втором этаже шикуют. На третий не заработали пока.

– Уже и не заработают, – подвел я итог, рассматривая принесенное официантом меню. – Э-э… вот это, это и это. – Я не совсем культурно потыкал пальцем в список блюд. А что, я же с виду кочевник кочевником, какие у меня могут быть манеры? Официант услужливо кивнул, улыбнулся и, выслушав заказ Кассия, тут же убежал трусцой вдаль, лавируя между столов. – Ты вообще уверен, что волки здесь?

– Два часа назад были и, как сказал мой информатор, никуда не торопились. Так что, да – они здесь… Наверное.

Принесенные официантом заказы мы проглотили буквально за минуту – ничего вкуснее я в жизни не ел. Хотел было еще сделать пару заказов, но вдруг понял, что в меня просто больше ничего не влезет. А значит, пора подумать о деле.

Сыто отдуваясь, мы с Кассием поплелись по лестнице наверх, достигнув второго этажа с огромным трудом. И сразу увидели сидящих за третьим от входа столом пятерых мужчин – четверых постарше (по описанию – наши клиенты) и одного еще совсем сопляка, года на два-три младше меня.

Оборотни отдыхали, что в их понимании означало много жрать, много пить и громко ржать. Но ржать они перестали, когда мирно хромавший мимо их стола инвалид неожиданно развернулся и ударил запрокинувшего голову в очередном приступе смеха главаря ножом под подбородок. А затем, рывком выдернув нож и ловко перехватив его обратным хватом, воткнул второму оборотню прямо в висок.

…Больше я сделать ничего не успел – в голову мне прилетел почти полный графин с хлебным вином, и я с легким удивлением понял, что падаю на пол. Волки оказались великолепными бойцами. Особенно юный графинометатель. Последней моей мыслью было сожаление, что я не смог справиться сам. А еще планы строил… Смешно.

А потом началось избиение. Кассий решил, что если уж взялся страховать, то надо страховать по полной… И начал страховать. Буквально за несколько секунд он застраховал до смерти оставшихся в живых оборотней и со смачным грохотом и звоном посуды вырубил мальчишку.

Жаль, я всего этого не видел.

Как не увидел и прилетевшего почти одновременно с графином ножа и скрывшегося в портале Кассия. И конечно, не видел вбежавших в зал пыхтящих, сопящих от усталости стражников. Они растолкали уже успевшую собраться толпу и застыли, открыв рот, при виде привалившей им работы.

Такого количества трупов, случившихся среди бела дня, с довеском из сбежавшего через портал преступника, не было в этом районе города никогда. И кто окажется виноват? Правильно – стража. Ну а то, что противопоставить магу (судя по состоянию двух из пяти трупов – магу Огня), способному провернуть подобное, несчастным стражам нечего… Так кого из шишек это волнует? У каждого своя задница горит.

– Господин стражник, – неожиданно один из официантов вставил фразу в льющуюся непрерывным потоком брань, – а вон тот, смуглый – он из нападавших!

– Этот, говоришь? – Мунк подошел и в сердцах пнул «смуглого» ногой в бок, отыгрываясь за грядущие неприятности. – Скотина!

Всего этого я не слышал и не чувствовал. Я был мертв.

Глава 8

В себя я пришел от боли. Забыл, что правая рука нерабочая, и машинально закрылся ею от коварного стеклянного снаряда… и замер: рука работала идеально, и в ней была зажата капельница, вылетевшая от рывка, что и вызвало боль.

– Вернулся, – ошарашенно пробормотал я, недоверчиво рассматривая свое исхудавшее, но такое родное, до боли знакомое тело. И конечно, едва осознав произошедшее, я тут же бросился с ревизией к ядру, чтобы облегченно вздохнуть – все оказалось в норме, никаких повреждений или разрывов, будто и не было ничего.

– Быть того не может, – вновь пробормотал я, протирая глаза, но спокойно проанализировать случившееся чудо мне не дали – в палату во главе процессии врачей буквально ворвался Кассий, втащив за собой главного специалиста по мне. Этот самый специалист застыл на месте с широко открытым для очередного возмущенного крика ртом и выпученными глазами. Я глупо хихикнул, не сдержавшись, – нервное, наверно.

– Ы-ы?! – удосужился наконец сказать что-то умное целитель. – Почему мне никто не сказал, что пациент пришел в себя?! – И в следующее мгновение налетел на растерянно толпящихся в коридоре подчиненных, яростно сверкая глазами. – А?!

Толпа мигом расступилась в стороны, зашевелилась и буквально вытолкнула из своих недр провинившегося – невысокого худощавого парня лет двадцати с небольшим на вид. Нервно пригладив… Нет – попытавшись пригладить дрожащей рукой «воронье гнездо» на голове, он судорожно оглянулся в поисках поддержки на притихших коллег и произнес:

– Я-а только что проверял, все-о было как обычно. – Бедняга сглотнул комок в горле и мгновенно покрылся потом и красными пятнами.

– Обычно?! А это что?! – Возмущенный маг, не оборачиваясь, ткнул в мою сторону пальцем (ура! я снова могу видеть ауры!).

– Эй! – возмутился я. – Я вам не «что»! И вообще, какого лешего вы все здесь делаете?! – Я замолчал и задумался. – И какого… я здесь делаю?! Мне кто-нибудь объяснит?!

– Так ты ничего не помнишь? – удивился Кассий, грозно уставившись на мигом притихшую и начавшую стремительно редеть толпу.

– Не-э-эт… – подозрительно протянул я, бросив взгляд на главного лекаря и его ближайшего помощника, которые что-то оживленно обсуждали шепотом в углу и даже не думали уходить.

– Так убили тебя оборотни. – Кассий сразу взял быка за рога. – Нож в сердце.

Я задумался. И пусть последним моим воспоминанием был графин, наличие ножа я тоже отрицать не мог… Как-то же нужно объяснять чудесное возвращение в свое родное и любимое тело. А действительно, как?

– В таком случае, почему я не умер? – поинтересовался я, вперив еще более подозрительный взгляд в напарника. – Я надеюсь, вы не…

– Да не беспокойся ты! Насколько мне известно, боги здесь ни при чем, – неуверенно произнес граф.

– И кто тогда мой благодетель?

– А вот это, молодой человек, мы узнаем только после полного осмотра, – влез в разговор лекарь, мигом оттирая Кассия в сторону. – Граф, попрошу вас покинуть палату, – твердо сказал мастер-целитель, глядя прямо в глаза Кассию (кстати, имени его я так и не узнал – секретность… Слишком уж важной информацией владел главный врач Центра, чтобы подвергать его даже малейшей опасности).

– Позже поговорим, – уступил напору Кассий, спешно убираясь из комнаты. – Выздоравливай…

– Ну-с, приступим… Не двигайтесь, молодой человек. Обследование не займет много времени. – Доктор приложил руки к моей груди и выпустил диагностирующее заклятие, да так и застыл с закрытыми глазами на следующие три с половиной часа.

С Кассием я смог встретиться лишь через два дня – обследование «слегка» затянулось. Причем прошло оно впустую – никаких повреждений в моей энергетике выявлено не было, так же как и следов захватившей меня твари и неизвестного благодетеля. Если это и был кто-то из богов, то помог он совершенно безвозмездно… Или же я просто чего-то не увидел, но, в любом случае, обязательств у меня ни перед кем нет. И расстраиваться по этому поводу я не собираюсь…

– С выздоровлением, – встретил меня прямо возле входной двери медицинского корпуса Кассий. – Долго же тебя мурыжили.

– И не говори. Насилу вырвался, – произнес я, с опаской оглянувшись назад. – По крайней мере, теперь я знаю, что здоров, и даже чувствую себя неплохо. Пара-тройка медитаций и усиленное питание полностью вернут меня в норму.

– Можешь не торопиться, для восстановления сил тебе дан отпуск на два месяца.

– Ха! Уж я найду, чем себя занять! – обрадовался я, с любовью погладив посох. – Ты мне только парочку Форм новых покажи.

– Ты уже освоил предыдущую? – приподнял бровь Кассий.

– Нет еще, но запас карман не тянет, верно? Поеду куда-нибудь, где потеплее, залягу…

– Подожди, – неожиданно прервал мои словоизлияния напарник. – Я должен тебе кое-что сообщить.

То, что приятель опустил глаза, стараясь не встречаться со мной взглядом, тут же сбило весь мой радостный настрой.

– Что случилось? – спросил я, предчувствуя неприятности. Костяшки пальцев, держащих посох, побелели, с такой силой я их сжал.

– Понимаешь… несмотря на то что ты отказывался от помощи богов, начальство решило не пускать дело на самотек… В общем, наши люди обратились к Ориссе с просьбой о помощи.

– К Ориссе? Я же просил не вмешивать в это дело мою сестру, ей и так…

– Да подожди ты! – Кассий вскинул руку, останавливая поток возмущения. – Твоя сестра пропала.

– Что-о?! Когда?! Почему мне не сказали?!!

– Я сам только вчера вечером узнал! – Напарник, последовав моему примеру, перешел на повышенный тон.

– Нужно было вчера и сказать!

– Что-то бы изменилось?! Она пропала больше месяца назад.

– Месяц? И богиня до сих пор не смогла найти свою жрицу?!

– Твоя сестра в составе делегации жриц отправилась с миссионерской миссией в Лантар, – проигнорировал мой явно риторический вопрос Кассий. – Последний раз их видели в одном из трактиров, в трех днях пути от границы. Они направлялись по тракту в сторону столицы, но до Роны так и не добрались, – тяжело уронил приятель.

– Я отправляюсь в Лантар, – не раздумывая ни секунды, произнес я. – Сейчас же.

– Я почему-то думал, что ты скажешь именно это… – сказал в пространство Кассий. – Держи. – Напарник протянул мне сложенную вдвое бумагу. – Теперь ты – официальный представитель Арранской империи, а значит, можешь требовать помощи властей королевства в своих поисках, согласно договору… Я переправлю тебя в посольство империи в Роне, а дальше уж ты сам, у меня другое задание…

– Но зачем это нужно…

– Ты думаешь, богине, даже такой захудалой, как Орисса, нечего предложить смертным? – задал риторический вопрос граф. Сегодня у нас просто день риторических вопросов. – Надеюсь, объяснять, почему выбор пал на тебя, не стоит?

Я яростно мотнул головой:

– Я в любом случае отправился бы…

– Вот это я и имел в виду, – с улыбкой прервал меня напарник и резко сменил тему: – Ты готов?

Я торопливо кивнул. Ну а что? Вещей у меня немного, и большая, а самое главное, важнейшая их часть сейчас со мной. Как и всегда.

В следующее мгновение я уже шагнул в портал, покидая Центр и даже саму Арранскую империю.

– Лэр Бледный? – Едва я вышел из портала, как ко мне подбежал мужчина лет тридцати, одетый в незнакомую мне форменную одежду – видимо, сотрудник посольства.

– Да, – не стал я отрицать очевидного.

– Прошу за мной, вас ждут, – с поклоном произнес человек, убегая вперед.

– Даже так, – пробормотал я, неприятно удивляясь своей предсказуемости. Аналитики и психологи службы с легкостью просчитали все мои реакции и действия вплоть до минуты… стоит подумать над этой проблемой.

Быстрым шагом, постоянно оглядываясь назад, как бы я не отстал, проводник уверенно вел меня по запутанным с непонятной целью до состояния лабиринта коридорам посольства, чтобы спустя пять минут молча указать на неприметную дверь и с тем же неизменным поклоном удалиться.

Однако…

Я постучал в дверь.

– Заходите, лэр!

Я не заставил себя долго упрашивать. В небольшой комнате, в которой из мебели были только стол, два стула и шкаф у стены слева от входа (отлично, лишняя роскошь только мешает работать и отвлекает непривычного к ней человека, то есть – меня), находился лишь один человек самой обычной, серой и незапоминающейся внешности – идеальный шпион.

– С кем имею честь? – в лоб спросил я, подойдя к столу на расстояние двух шагов.

Незнакомец встал с места и оправил одежду.

– Старший расследователь Огюст Марк, занимаюсь делом о пропаже жриц.

Я переложил посох в левую руку, а правую протянул Марку, также представляясь и благополучно умалчивая о своем гордом звании стажера (да-да, все еще стажера, хотя скоро и должен был плавно преобразоваться в лейтенанта – осталось только отличиться в деле):

– Харлаф Бледный… Введите меня, пожалуйста, в курс дела, а то меня выдернули прямо из госпиталя и просто затолкали в портал. – Я не стал строить из себя слишком крутого парня и как можно обаятельнее улыбнулся. – Если не ошибаюсь, пропажей мо… жриц, должны заниматься лантарские расследователи.

– Верно, – кивнул Огюст. – Они и занимаются, параллельно с нами.

– Тяжело было добиться передачи материалов дела? – Я указал подбородком на внушительную стопку бумаг, расположившуюся на краю стола.

– Не очень. В условиях затянувшейся войны с Эсхаром и учитывая нашу существенную помощь, лантарцы стали на удивление сговорчивы. – Расследователь растянул губы в блеклой улыбке. – Впрочем, ничего существенного в этой куче макулатуры я не нашел.

– Вы позволите мне ознакомиться? – спросил я чисто из вежливости.

– Конечно… И еще, лэр, прошу вас не покидать здания посольства без сопровождающих.

– Почему? – Я искренне изумился и даже возмутился. – Я пленник?

– О нет, что вы! – испугался двусмысленности своих слов расследователь. – Просто в условиях войны с Эсхаром у вас с вашей внешностью может возникнуть недопонимание… с некоторыми представителями местной власти. Сейчас в Лантаре открыта настоящая охота на шпионов, каждый чиновник хочет выслужиться.

– Но это же глупо! Какой я эсхарский шпион, если, как вы говорите, от меня за версту несет эсхарцем?!

– Боюсь, вас сначала арестуют, а уж только потом будут разбираться в том, кто вы на самом деле. – Огюст снова бледно улыбнулся. – Зачем же нам терять время на постоянное выяснение отношений с властями?

– Хорошо. – Я тяжело вздохнул, признавая правоту собеседника. – Один никуда не пойду… А теперь я бы хотел приступить к изучению материалов дела.

– Конечно, не буду вам мешать, – поспешно свернул разговор несостоявшийся идеальный шпион, освобождая место за столом. – Прошу…

Закончил я разбираться с горой документов только часа через четыре, измотанный бумажной работой, дико уставший, но довольный – я вышел на след, пока еще еле различимый, иллюзорный, зато дающий хоть какую-то надежду. Дело в том, что в протоколе осмотра места происшествия мне сразу бросилась в глаза одна особенность: на караван, с которым двигались жрицы, напали самые обычные разбойники (некоторых из них опознали по поисковым листам Гильдии Охотников). Всего два десятка, но они смогли перебить сходную по численности охрану из профессиональных и значительно лучше вооруженных наемников. Перебили и умерли… Ничего не напоминает? Мне – да. А уж прочитав о найденных трупиках невероятных монстров и внимательно изучив их описание, я твердо уверился, что Судьба снова свела меня с тройкой лысых магов, к которым у меня остался невыплаченный должок.

Осталось только подтвердить догадку фактами и первым делом задать работу своим лантарским коллегам – пусть прочешут местность вокруг места преступления, особенно все трактиры и постоялые дворы в радиусе двух дневных переходов от оного. Может быть, что-то и будет, если только враг не воспользовался порталом, что вряд ли.

– Лэр, проснитесь! – Все тот же знакомый мне сотрудник посольства осторожно тряс меня за плечо, пытаясь разбудить… И ему это удалось, о чем я очень сожалел.

– Что случилось? – недовольно буркнул я, медленно меняя положение тела с лежачего на сидячее и свешивая ноги на холодный пол. Поспать мне удалось только пару часов, и это – после полутора суток бодрствования. Естественно, не отдохнул я совершенно, и настроение было под стать физическому состоянию.

– Только что доставили пакет с информацией по вашему запросу, – произнес… демон его знает, кто он по должности и как его зовут!

– Уже? – почти простонал я, понимая, что нужно вставать. Интересно, это лантарцы сработали так оперативно или просто в той местности нет трактиров? – Встаю. – Я поднялся на ноги, энергично растер лицо ладонями, стараясь хоть немного проснуться, и протянул руку за конвертом. В руке тут же оказался довольно тяжелый пакет, и я мысленно застонал, предвкушая новые долгие часы бдения над бумагами.

А «проводник» тем временем уже смылся… Разумно: злой я сейчас очень.

Но весь сон, так же как и раздражение, пропал, как не было. Оказалось, лантарцы свой хлеб ели не зря. Как я и думал, в одном из постоялых дворов, всего в дне пути от места нападения, вспомнили трех странных мужчин, остановившихся там однажды на ночь. Что ж, значит, пора собираться в путь – доверить такое важное дело никому другому я не мог…

Но выдвинуться в путь так быстро, как хотелось бы, не получилось – согласование действий с лантарскими коллегами-расследователями затянулось на целый день (скажем «спасибо» лантарским… да и нашим тоже, чего греха таить, бюрократам). Впрочем, это дало мне шанс выспаться, но я им не воспользовался. Только на следующий день утром отправилась в путь небольшая процессия в составе меня, лэра Марка, четырех сопровождающих из числа посольской охраны и представителя лантарской стороны – щуплого занудного мужичка лет пятидесяти с редкими сальными волосами и взглядом побитой коровы, одетого в форменную темно-серую одежду младшего расследователя.

Так, выслушивая нудное раздражающее зудение лантарца и тупой смех охранников (когда у меня настроение плохое, все вокруг резко становятся гадами и сволочами), я преодолевал то расстояние, что отделяло меня от разгадки тайны исчезновения сестры… О ее возможной смерти я старался не думать.

Сказать по правде, особых отличий Лантара от Эсхара я не увидел: если не считать отсутствия крепостного права и еще кое-каких мелочей, разницы и не было. Хотя настроение у меня было не то, чтобы любоваться видами, – я провел последние дни словно в тумане, постоянно прокручивая в голове даже самые невероятные версии произошедшего с Эль. Уже целый месяц прошел… Нет, не думать о плохом!

– А вот и наш постоялый двор.

Из тягостного раздумья вывел меня голос «зануды». Я встрепенулся и поднял глаза – в двухстах метрах впереди стоял двухэтажный дом со множеством самых разнообразных хозяйственных построек рядом. Постоялый двор, однозначно.

Я оживился:

– Хорошо. Ваши люди уже поработали с возможными свидетелями?

– Естественно, но ничего существенного не нашли, – поморщился лантарец. – Только составили приблизительный словесный портрет подозреваемых.

– Давайте угадаю: лысые, страшные и злые, – сказал я с морем сарказма в голосе.

– Почти… – «Зануда» хотел было добавить что-то еще, но в этот момент мы добрались до начавших распахиваться ворот постоялого двора, и я спрыгнул наземь, не обращая внимания на возмущенно фыркнувшего от подобного пренебрежения собеседника.

– Прошу вас, господин… – начал приветственную речь открывавший ворота парень лет шестнадцати, но не успел договорить, как я уже вбежал внутрь, оставив ему возможность позаботиться о моей лошади самостоятельно. Интуиция отчаянно просила поторопиться.

Симпатичная служаночка испуганно взвизгнула при виде бегущего по коридору парня с горящими (в переносном смысле) глазами и резво отпрыгнула в сторону, прижимаясь к стене… и провожая того заинтересованным взглядом. Я невольно обернулся, бросив оценивающий взгляд на девушку. Хороша… А учитывая о-очень длительный период воздержания (да-да, непросто сильному эмпату живется на свете – вариант трактирных служанок-профессионалок или борделей в моем случае практически исключен, а в Центре с женским обществом откровенный напряг), так и просто красавица неописуемая. Но сейчас у меня дело поважнее – я чувствовал, что нужно торопиться, интуиции же я привык доверять. И не ошибся…

Успешно разминувшись со служанкой, уже спустя пару секунд я протягивал руку к ручке нужной мне двери, но так и застыл на месте. Внутри происходил интересный разговор:

– Ты понял, что будешь говорить имперцу? – Вопрос меня насторожил.

– Да-да, господин, – испуганно зачастил «инструктируемый». Трактирщик, скорее всего. – Я все понял!

– Смотри у меня, если ляпнешь лишнее – гореть тебе вместе с трактиром… Понял? – Шлепок удара, грохот и хныканье.

«Инструктаж» завершен, пора и мне появиться на сцене. Я потянул дверь на себя – подыграю, люди же старались. Только зачем им это нужно?

Как я и ожидал, ничего по делу испуганно блеющий и трясущийся трактирщик сказать не смог: «Да, были… нет, не помню… нет, ничего не слышал». Оставалось только удивляться, как вообще информация об этом трактире дошла до меня. Видимо, благодаря несогласованности действий между службами.

Уж на расследователей эти двое, сейчас мирно сидящие на стульях у окна, похожи не были, скорее мои коллеги.

– Спасибо, уважаемый, – вежливо поблагодарил я трактирщика. – Вы можете быть свободны.

– Не за что, господин, я всегда готов помочь властям! – Бедняга облегченно вздохнул, шустро семеня к двери.

– Ах да! – спохватился я, с легкой улыбкой наблюдая, как толстяк вздрогнул всем телом, мгновенно вспотев. – Уже довольно поздно, я бы не хотел отправляться в путь на ночь глядя…

– О, конечно, господин! – Трактирщик чуть не умер от радости. – Я сейчас же прикажу подготовить комнату.

– Вы довольны, лэр? – спросил с легкой, едва заметной издевкой в голосе старший из «коллег», высокий могучий мужик с поеденным оспой лицом. – Я ведь посылал отчет… Зря только добирались в эту глушь.

– Вы правы, лэр. – Я покаянно склонил голову, заскрипев зубами от злости. – Но я хотел все проверить сам…

До отведенной мне комнаты я добрался только через полчаса и сразу же упал на кровать, но заснуть не успел – тихий стук в дверь заставил поднять голову.

– Да?

– Господин, вы просили принести умыться, – прощебетал кто-то за дверью женским голосом, и в дверь вошла знакомая служанка, с трудом удерживая в руках огромный кувшин с холодной колодезной водой (к умыванию холодной водой меня приучил еще отец, перенявший этот обычай от своего друга-норкца и называвший его почему-то закаливанием).

– Конечно, – встрепенулся я, окидывая взглядом ладную фигурку девушки, и тут мой же собственный мозг устроил хозяину подлянку. Уже раздевшись до пояса и склонившись над тазом, я вдруг спросил:

– Как тебя зовут?

– Лирия.

– Скажи, Лирия, ты помнишь трех постояльцев, что останавливались здесь около месяца назад? Лысых? – Судя по прекратившему литься на спину потоку воды, вопрос попал в точку.

– Помню, – ответила девушка, немного поколебавшись. – Они страшные, – добавила она вдруг не совсем к месту.

– Страшные? Почему? – удивился я.

– Вы и представить себе не можете, какая злая холодная сила от них исходила! – Вода в кувшине закончилась, и мне через плечо было передано полотенце. – Особенно от татуировки.

Я застыл, осененный невероятной догадкой.

– Глаз с тремя зрачками, – уверенно произнес я, скорее утверждая, чем спрашивая, но Лирия ответила:

– Да, на спине… У основания шеи. – Сзади раздалось тихое шуршание.

– Культ Комола… – задумчиво пробормотал я. – Не думал, что встречусь с ними еще раз так быстро… И какая связь между дочерью провинциального барона и жрицами? Как там ее звали? Мм, леди Арлет… Комол! Точно, дочь барона Комола!.. Я идиот!!! Если это совпадение… Молот мне в зад!

Но разогнаться и полностью войти в рабочую колею мне не дали.

– Х-ха-х, – прохрипел я от удивления: сзади ко мне плотно прижалось что-то горячее, мягкое и упругое, полностью сбив рабочий настрой. Но только с мозга, а руки, обвившие талию…

В общем, дальше мне стало не до размышлений.

Глава 9

И снова, согласно традиции, несмотря на бурно проведенную ночь и всего час сна, я поднялся еще до рассвета для медитации и разминки, разбудив при этом Лирию, тут же испуганно рванувшую из постели одеваться.

– Спи, еще рано, – успокоил я девушку, усаживаясь на пол напротив открытого окна и ловя кожей первые лучи Мистеля.

– Господин, простите, я должна была…

– Просто Хар. – Я закрыл глаза, сливаясь с Миром, но спокойно помедитировать мне сегодня было не суждено.

– Гос… Хар, не говорите, пожалуйста, никому, что я рассказала о… темных людях, – выбила меня из медитации неожиданная просьба Лирии. – Меня накажут.

– Зачем же ты тогда рассказала? – удивленно спросил я, поднимаясь на ноги и присаживаясь на кровать рядом с девушкой.

– Не знаю… Ты другой, не такой, как остальные. Теплый, как огромный костер…

– Даже так? – задумчиво пробормотал я, машинально поглаживая Лирию по руке. – Интересно… – Я неторопливо подошел к стоявшей в углу сумке и достал оттуда переданную мне когда-то Кассием для ловли оборотней повязку. Возможно, неинициированный маг? Надел – и выпал в осадок.

– Умный мальчик, – совсем другим тоном, нежели раньше, похвалила меня Лирия, стремительно преображаясь.

– Орисса, – произнес я несколько более злобно, чем следовало, признав в своей новой знакомой богиню – сходство со статуэткой из храма было полное. Мне стоило раньше догадаться, что людей, настолько идеальных в эмоциональном плане, как Лирия, в природе не существует. Ни одной отрицательной эмоции, сплошной позитив. И чем думал? Впрочем, ясно чем… – К чему этот спектакль? Какого демона ты вообще здесь делаешь?

– Фу, как грубо. – Орисса сморщила носик. – Так неуважительно разговаривать с богиней.

– Ты обещала позаботиться о моей сестре! О каком уважении ты толкуешь? – Я злобно ощерился. – Что тебе нужно?

– Помочь тебе найти моих жриц, конечно, – удивилась моей непонятливости Орисса.

– А нельзя было не дожидаться, пока я потащусь в эту дыру?!

– Можно, но я хотела познакомиться с тобой поближе. – Богиня обезоруживающе улыбнулась, делая несколько шагов в мою сторону. – Я так много о тебе слышала…

Я растерялся.

– Даже так? Какое дело живущим на Небесах, – я коротко мотнул головой вверх, – до простого смертного?

– Ну не прибедняйся, – подошла богиня совсем уж вплотную ко мне и провела пальчиком по груди. – Назвать тебя простым смертным не повернется язык даже у меня! – Ага, в ход пошла грубая лесть.

– А вот этого не надо! – Я сделал шаг назад. – Если тебе больше нечего сказать, то позволь, я продолжу медитацию.

– К чему такая агрессия? – приподняла бровь мнимая Лирия. – Я не враг тебе. Твои враги – рабы Комола.

– Возможно, но и к тебе у меня доверия нет, – прямо ответил я, не став ходить вокруг да около.

– Я знаю о твоем отношении к моим… родственникам, – улыбнулась богиня. – Поверь, ты им тоже не нравишься.

Я поежился от такого откровения. Как-то мне раньше было приятнее считать, что богам нет дела до маленького человечка по имени Харлаф с его своеобразной жизненной философией: боги есть, вот и пусть будут в сторонке, а я без них обойдусь, своим умом.

– Если я им не нравлюсь, почему я еще жив? – спросил я с наигранным ехидством.

– Можно убить муху, что смирно сидит на потолке, но для этого нужно встать и протянуть руку… А это делать лень. – Орисса приблизилась ко мне и прошептала на ухо: – Сиди на потолке и не жужжи… А то кто-нибудь все же не поленится встать с дивана.

– Я подумаю над твоим предложением, – дерзко произнес я, но, видно, в моем голосе проскочили-таки нотки испуга – Орисса довольно улыбнулась.

– А теперь слушай, – начала богиня жестким, приказным тоном. – Своих имперских друзей можешь не беспокоить. Я вижу, ты гадаешь о связи провинциального арранского барона и сильнейшего из Темных богов… Все просто: предок барона был участником Священного похода против первых слуг Комола и сыграл в нем решающую роль, за что удостоился дворянского титула и такого оригинального родового имени. Они, наивные, полагали, что зло повержено навсегда.

– Зачем же жрецам убивать дочь барона? Месть? Через столько лет? Глупо – зачем привлекать к себе лишнее внимание? – удивился я.

– Это просто демонстрация серьезности намерений: со времен основателя рода бароны Комолы хранили как семейную реликвию один интересный артефакт – жертвенный нож, взятый с алтаря бога. Таким образом барона вынудили его отдать.

– Нож? Я не понимаю…

– Даже человек, столь пренебрежительно относящийся к религии, должен знать, что такое Первая Реликвия, – недовольно произнесла Орисса с некоторым сомнением в моей умственной полноценности.

– Насколько я помню, это артефакт, данный богом своему первожрецу, его символ.

– Почти так. – Девушка обошла вокруг меня. – Благодаря Реликвии жрец в любой момент может обратиться к своему богу. С ее помощью он также способен на время вобрать в себя Силу всех остальных жрецов (у Светлых богов) – это одна из причин, почему жрецами становятся лишь одаренные… Ну а Реликвия Темного бога может вбирать Силу принесенных в жертву единовременно, но не ограничиваясь только лишь его жрецами. Основой любой Реликвии, как Светлой, так и Темной, является частица души самого бога, овеществленная в виде кристалла.

– И зачем же им нож? – спросил я, уже догадываясь об ответе.

– Вскрыть печать темницы, конечно… Для этого нужно целое море Силы.

– Тогда почему боги ничего не делают? Разве ситуация недостаточно накалилась?

– Тут все не так просто. Никто из нас не может приблизиться к месту печати.

– И для этого вам нужен я.

– Да, – не стала играть в тайну Орисса. – Нужен.

– Почему именно я? Есть множество более сильных и умелых магов, которые…

– Сила и мастерство не имеют никакого значения, – перебила меня Орисса. – Важна лишь степень слияния со Стихией, а значит, ты – лучший кандидат.

– А другие апостолы… – начал я, обозвав себя новым словом.

– Ни у кого из них нет такой мотивации, – не дала мне договорить Орисса, как-то странно дернувшись. – Их будет сложно заставить рискнуть жизнью.

– Да, меня заставлять не нужно.

– Вот и хорошо, тогда собирайся. Ты отправляешься в Эсхар.

– В Эсхар?

– Печать в Донкаре, – улыбнулась богиня.

– Но там война, – тупо произнес я.

– Конечно, война! Почему, ты думаешь, Лантар затеял эту бучу? Регент Крейс – жрец Комола.

Я вспомнил: да, действительно, так зовут истинного правителя Лантара, хотя официально страной правит двенадцатилетний король Роберт II…

– Во главе государства… темный? Во главе союзного Аррану государства?! – Откровенно сказать, в такое мне было сложно поверить. – Слабо верится.

– Они прятались сотни лет. За это время можно многому научиться.

– Но сейчас-то все открылось! Нужно что-то делать…

– Это не твоя проблема, подумай лучше о сестре. – Ударив по больному месту, Орисса резко охладила мой пыл. – Время на исходе.

– Зачем вообще привлекать внимание и нападать на жриц? Им мало обычных магов?

– Дело не только в жертве. Твоя сестра вместе с другими жрицами направлялась в Лантар, чтобы основать здесь мой первый храм… – Богиня замялась. – И у них с собой была диадема Ориссы.

– Реликвия… Впечатление захотела произвести? – едко спросил я.

– Да, – огрызнулась богиня. – Ты знаешь другой путь привлечения верующих?!

– Нужно лучше охранять свое имущество! – Я ушел от ответа, одновременно переходя в атаку.

– Да у меня ни одного паладина нет! – возразила девушка, яростно сверкнув в мою сторону глазами и, уже тише, добавив: – Я решила сделать ставку на скрытность…

– Вот и сделала! – Орисса промолчала. – Зачем этим гребаным сектантам нужна твоя диадема?

– Частица души Комола, находившаяся в крестовине ножа, была уничтожена. Проще не создавать новую с нуля, а преобразовать, отравить чужую… Это долгий процесс, но он уже подходит к концу… Я чувствую. Еще немного – и превращение будет завершено.

– Сколько времени у меня есть?

– Пара дней, не больше… – Богиня странно замялась с ответом.

– Дней? – почти закричал я. – Мне не успеть! Я даже не знаю, где конкретно находится печать!

– Тебе и не нужно, твоя задача в другом – вобрать накопленную Силу… Просто убить первожреца нельзя, ведь он не маг в полном смысле этого слова, а скорее сосуд. Разбей сосуд – и его высвобожденное содержимое тебя же и прикончит, а заодно повредит печать. Есть только один способ избежать взрыва – заколоть жреца ритуальным ножом и вобрать в себя накопленную Силу.

– Разве я не должен быть жрецом, чтобы…

– Отличие жреца от мага лишь в одном – в поддержке первого богом-покровителем, – в очередной раз перебила меня Орисса.

– Вот как… Хорошо, но мне все равно не добраться до ножа, – призадумался я. – Я шага не успею ступить, как меня тут же прикончат. Или паладины расчистят дорогу?

– На помощь паладинов и жрецов не надейся. Мы не можем помочь… Или начнется война.

– Родственнички Комола недовольны? – ехидно поинтересовался я.

– Помощь тебе окажут бывшие соотечественники… – проигнорировала мой выпад богиня. – Ты отправишься в Стратон. – У меня внутри все сжалось. Уж где-где, а в Стратоне я хотел бы оказаться меньше всего. Как-то там родина встретит своего блудного сына? Виселицей или топором?.. Плевать! Сразу не казнят, я им нужен, а потом что-нибудь придумаю. Главное сейчас – спасти сестру!

– Хорошо, – решительно произнес я. – Но я все равно не успею…

– А я здесь зачем? Переправлю, куда нужно, лучше любого мага, – перебила меня Орисса. – Собирайся.

– Пожрать хоть дай, – возмущенно буркнул я. – Вырядилась служанкой – так работай.

– Обойдешься! Собирайся, или отправлю как есть! Во всей… хм… красе…

Ширинку я все-таки застегнуть не успел…

Мгновение назад я еще стоял в своей комнате, а в следующий миг – в зале, полном народа, если можно применить этот термин к собравшимся там людям. Нет, нельзя… Обидятся господа аристократы, которые хоть и составляли всего треть от общей массы толпы, но казалось, будто на самом деле их в разы больше. Хорошо быть настолько уверенным в своей значимости и превосходстве над другими, даже если эти другие – люди, ничем не уступающие тебе, кроме социального положения.

Из мгновенно образовавшегося вокруг меня (никаких порталов Орисса, кстати, не открывала – едва я натянул штаны, как откуда-то сверху ударил яркий свет и я просто переместился на несколько сотен миль) кольца толпы вышел кто-то смутно знакомый. Я вздрогнул. Магистр Зэтр – вот уж не ожидал его здесь встретить.

– Видимо, это вас мы ждали… фор? – выделил голосом последнее слово Магистр.

– Адер Бледный. – Несколько долгих секунд я с кривой усмешкой наблюдал, как меняется выражение лица Зэтра… Высокомерный ублюдок! Вот только к чему эти тщательно скрываемые удивление и радость? – Если вы имеете в виду человека, который в скором времени должен спасти ваши задни… Мир, то да, это я.

– У тебя раздутое самомнение. – Магистр проявил чудеса сдержанности. – Мы выдвигаемся через час, никуда не отходи.

– Постараюсь. – В этот момент мой взгляд зацепился за еще одно знакомое лицо в толпе. – Учитель! – Совсем рядом, всего в двух шагах, стоял и внимательно меня изучал Крон Ронгар, совсем не изменившийся с нашей последней встречи.

– Харлаф! Тебя не узнать! – обрадовался встрече Мастер Меча, наконец-то подходя ближе и протягивая руку. – Окреп, возмужал, настоящий воин, не мальчишка.

– Спасибо… Вы-то как? Какими судьбами… сюда? – махнул я рукой, с намеком очерчивая окружающее пространство.

– Пригласили… – Воин пожал плечами, оглядываясь. – Не скажу, что мне приятна эта компания, но и отказаться было нельзя. Лантарцы как раз сейчас начали крупномасштабное наступление, прут напролом как бешеные, так что для этой операции корона соскребала подходящих людей откуда только возможно, даже придворных магов местных лордов и то призвали на государственную службу.

– Придворных магов? – Я тут же, как охотничья собака, сделал стойку. Неужели Судьба подкинула мне шанс расквитаться еще с одним врагом? – Придворный маг герцога Неймара тоже здесь?

– Да, – кивнул учитель. – Видишь, во-он в том углу, разговаривает с двумя франтами?

Я тут же вперил взгляд в указанного человека… Не тот. Этот высокий, среднего телосложения, лет сорока на вид – под описание кровника никак не подходит.

– Нет, не он. – Я огорченно вздохнул. – Учитель, расскажите как у вас дела? Еще преподаете в Академии?

– Да все по-старому, – пожал плечами мечник. – Ты-то как? Служишь?

– Не в Эсхаре… – Ронгар удивленно взглянул на меня. – Долгая история.

– У нас время есть, – не купился на жалкую отговорку Мастер. – И давай-ка с самого начала…

– В общем, Орисса переправила меня в Эсхар, а дальше вы и сами знаете. – Я облегченно вздохнул, заканчивая рассказ. Почти час непрерывной болтовни, даже язык заболел.

– М-да… – протянул учитель. – Не скажу, что согласен со всеми твоими действиями, но и осуждать не возьмусь. В отличие от него. – Ронгар коротко мотнул головой в сторону целеустремленно двигавшегося ко мне через зал человека. Судя по отличительным знакам, представителя Особой Канцелярии, ее армейского отделения.

– Адер Бледный? – Вояка скривился, а я профессиональным взглядом сразу же отметил отсутствие у особиста мозолей от меча на руках и армейской выправки, не говоря уже о ничтожном Даре. В общем – типичная штабная крыса.

– Это я.

– Я бы хотел поговорить с вами о происшествии в крепости Дортверн…

– Нет. – Я не стал стелиться перед особистом: проще сразу расставить все точки над «е» и покончить с неприятным делом.

– Что?! – Непривычный к такому поведению жертв, эсхарец опешил. – Ты забыл свое место, смерд…

Не успевшую начаться величественную речь прервал резкий удар в зубы, который отбросил ошарашенного дворянчика на несколько шагов назад и повалил на пол.

– Я знаю свое место, спасибо, – вежливо произнес я.

– Ты за это поплатишься! – прохрипел особист, сплевывая кровь и зубы.

– Возможно… Но в любом случае – с отношением нашего суда к преступникам-простолюдинам мне ничего, кроме казни, не светит. А так я хотя бы получил незабываемое удовольствие. – Я усмехнулся. – До свидания… любезный.

– Зря ты так, – сказал Мастер Меча, едва особист отошел на достаточное расстояние, а зеваки вернулись к своим делам.

– Это не имеет значения. – Я пожал плечами. – Мой… переход на другую сторону баррикад в любом случае не остался незамеченным для наши… эсхарских спецслужб, что-то скрывать уже бесполезно. Не считаю нужным тратить время на лишние разговоры.

– Я не знаю, как ты собираешься выкручиваться после завершения операции, но лучше пусть это будет хороший план.

– Придумаю что-нибудь, – произнес я как можно более беззаботно. Зачем расстраивать человека? – Вы лучше скажите, как там Мирс, Лоран? Они успешно сдали экзамены?

– Оба на «отлично», – отмахнулся Мастер. – Мирс вернулся домой, к отцу, будет караваны водить, а Лоран собиралась продолжать обучение, но с империей сейчас отношения хуже некуда, не знаю, что она станет делать.

– Рад за них, – улыбнулся я. – Хоть у кого-то все в порядке…

– Внимание! – Голос Магистра Зэтра, усиленный магией, разнесся по залу, привлекая внимание собравшихся. – Десятиминутная готовность!

В толпе началось шевеление – все бросились проверять экипировку.

Впрочем, проверка длилась недолго – из-за напряженности с личным составом. Магов, способных создать портал, было всего четверо, включая Магистра, и переместить они, даже при напряжении всех сил, могли не более семидесяти человек, и это при условии лишь самого минимума снаряжения. Собственно, потому отправлявшийся на задание отряд и был экипирован столь скудно, хотя справедливости ради нужно признать, что магам особого припаса и не требовалось.

– Приготовиться! Открываем портал! Первый! – В центр образованного расступившимися людьми круга вышел маг, вернее, Мастер магии и сразу же приступил к созданию портала – через полминуты перед ним замерцал рваный контур портала (определенно, Кассий в Пространственной магии более сведущ, даже по внешнему виду портала понятно), к которому организованно двинулась первая группа.

Я растерянно огляделся. Я почему-то не был удивлен, что меня не известили об очередности перехода. Ну ничего, без меня не уйдут…

Я оказался прав: очередь главного героя предстоящего действа настала в конце, о чем известил лично сам Магистр, одновременно с этим открывая портал. Причем известил, по своему обыкновению, не совсем уважительно. Хотя справедливости ради надо сказать, что такое отношение у него было ко всем неблагородным (в основном наемникам и магам-иностранцам). Уж не знаю, кто назначил подобного типа командовать людьми, но он точно клинический идиот. А Зэтру я бы посоветовал поостеречься – молния в спину ему могла прилететь с очень большой вероятностью и в любой момент…

Я вошел в портал.

Глава 10

Вышел из портала и сильно удивился – наш отряд с первоначальных семидесяти человек усох до одиннадцати, если считать меня и появившегося следом Магистра. Не густо, мягко говоря.

– А где остальные? – Я начал оглядываться вокруг, преувеличенно внимательно изучая каждый сантиметр приютившего нас глубокого оврага.

– Алтарь находится на территории, подконтрольной лантарским войскам, и отлично ими охраняется, – снизошел до ответа один из магов отряда, заметив полное игнорирование меня Магистром. – Основная часть отряда послужит для отвлечения сил противника… В километре от алтаря расположен лагерь лантарских войск, около пяти тысяч воинов.

– Ясно… Спасибо, фор. – Я слегка поклонился, с удивлением заметив легкий ответный кивок. Чудеса! Что такое в Эсхаре сдохло, если дворяне колдунам стали кланяться?

– Выдвигаемся! – не стал тянуть кота за хвост Магистр, окидывая цепким взглядом подчиненных. – Надеюсь, все помнят, что от применения магии стоит воздерживаться по мере сил?

– Конечно, помним, фор, – с сарказмом произнес я. – Вы же так подробно все рассказали.

– Смерд! – взревел Зэтр. – Ты знаешь ровно столько, сколько и положено предателю, не более того! И если ты еще раз позволишь себе говорить со мной подобным тоном, то пожалеешь! – Я молча кивнул. – Пошел!

Долго сбивать ноги не пришлось – от места высадки до цели – выстроенного на скорую руку капища Комола – оказалось всего четыре часа ходьбы. За это следует благодарить неизвестную личность, открывшую глаза Аррану на истинную суть его союзника. После этого империя отозвала своих военспецов, в том числе и занимавшихся отслеживанием и пресечением попыток создания несанкционированных порталов на подконтрольной Лантару территории (составлявших девяносто процентов специалистов этого профиля). Естественно, после ухода союзников держать под контролем всю вновь приобретенную территорию лантарцы не смогли и были вынуждены сконцентрировать силы на наблюдении лишь за ключевыми точками, первой из которых и было окруженное невысокой деревянной стеной капище… Не тянуло это склепанное на скорую руку убогое сооружение из девяти восьмигранных, иссиня-черных каменных столбов, окруживших по кругу черного же камня квадратный алтарь, на полноценный храм. Судя по внешнему виду алтарного камня, жертвам полагалось лежать голова к голове под углом девяносто градусов по бокам алтаря, запрокинув голову в специальную выемку и подставив горло под нож. Свободное пространство алтаря занимал вырезанный в камне Глаз Комола, куда по желобкам должна была стекать жертвенная кровь.

Пока мы наблюдали и оценивали обстановку, из загона, расположенного метрах в пятидесяти от жертвенника, двое мужиков в черных балахонах вытащили следующую жертву и направились к терпеливо ожидавшему их первожрецу с кривым ножом, готовому пополнить кучу трупов, сваленную сразу за пределами жертвенного круга.

– Внимание! – Зэтр оторвался от созерцания цели и, сжав в кулаке шарик переговорного амулета, на секунду сосредоточился. В стороне что-то яростно полыхнуло… – Начали!

Теперь ясно, что полыхнуло. Отряд прикрытия приступил к выполнению задания, так же как и наш – забыв о маскировке, маги отряда окутались мощнейшими защитными заклинаниями и рванули к цели, разделившись на три группы, оставив меня наедине с Магистром и стремительно остывающими трупами часовых, на свою беду оказавшихся на этом холме.

– Мы разве не должны помочь? – поинтересовался я, видя, что бой магов и жрецов идет полным ходом, а Зэтр и не думает двигаться с места.

– Нет, – на этот раз соизволил ответить Магистр.

А тем временем эсхарские маги доказывали, что они действительно элита, буквально вырубая не оказывавших сопротивление сектантов – некоторые даже сами подставлялись под удар, выбегая из здания казармы и хозяйственных построек. Естественно, таким темпом скоро враги закончились. Нападавшие в растерянности остановились… И больше уже ничего в этой жизни сделать не успели – тела погибших сектантов сморщились, почернели, и от них отделилось что-то черно-багровое, зависло на мгновение, а затем с сытым хлюпаньем втянулось в столбы, которые тут же окутались черной дымкой с алыми прожилками, а дымные языки, взметнувшиеся от них, словно живые, обвили эсхарцев, чтобы через несколько секунд их тела упали наземь иссохшими мумиями. Защитных заклинаний первого класса оказалось недостаточно, чтобы сохранить жизнь хозяевам.

– Что ж, пора и нам, – произнес Зэтр.

…И я получил удар по голове.

Не знаю, сколько я находился без сознания, но, когда очнулся, тело уже затекло. И неудивительно, учитывая, что я, удобно расположившись на жертвеннике, был не в состоянии пошевелить даже пальцем (попытки использовать магию ни к чему не привели – мастерства для взлома сковывавшего меня заклятия банально не хватало). Учитывая же отсутствие веревок, работу Зэтра было видно невооруженным глазом.

«И этот человек еще называл меня предателем», – произнес я… Правда, лишь мысленно, так как говорить не мог.

– О-о, ты очнулся! – Надо мной появилось украшенное гадостной ухмылкой лицо Зэтра. – Хорошо. Ты должен быть в сознании во время ритуала. – В ответ я выпучил глаза. – Ну извини, слушать вопли я не собираюсь… Ты, наверное, думаешь, зачем нам понадобился? Потому что сам по себе жертвенный нож бесполезен – все дело в жертве… Первая Печать будет снята, когда на этом алтаре смешается кровь сыновей двух Миров. Конечно, желательно, чтобы оба они были магами, но с иномирянином нам не повезло – Дара в нем нет ни на йоту, что резко сократило круг претендентов с нашей стороны… Представь же мою радость, когда я увидел среди поступивших в Академию тебя. Настолько полное сродство со Стихией – очень редкий Дар. Тогда же было все решено. Стоило только похитить твою сестру – и ты сам к нам пришел … – Магистр ухмыльнулся. – Тебе никто не говорил, что ты ужасно предсказуем? Впрочем, то же самое можно сказать и о некоторых богах.

– Все готово! – Краем глаза я заметил подошедшего к алтарю сектанта, которого ранее определил как первожреца.

Дальше началось то, что я хотел бы забыть, – вычерчивая кончиком ножа у меня на груди символ бога, жрец сначала шепотом, а затем все громче и громче начал произносить то ли молитву, то ли заклинание (вербальная магия, довольно распространенная во времена раннего Аан, ныне была вытеснена магией Форм) на неизвестном мне диалекте аанского… Впрочем, пусть и смутно, но смысл я понял – он призывал в Мир какого-то стража внутренней границы. Кто это такой, я уяснил очень скоро. Едва знак на моей груди был вычерчен полностью (последний штрих совпал с завершающим словом заклинания), я даже с какой-то ностальгией ощутил, что в меня снова пытается вселиться какая-то падла. Вот только в этот раз я так просто сдаваться не собирался. Правильно говорят: все, что не убивает, – делает нас сильнее. Или даже дает иммунитет. Никогда бы не подумал, что буду благодарен, но – спасибо тебе, добрая и пушистая тварь из храма. Именно такой ты и была по сравнению с атаковавшим меня сейчас существом.

Между тем, пока я упорно выталкивал этого самого Стража обратно домой, жрец, который, видимо, решил, что все идет по плану, взмахнул ножом, намереваясь перехватить горло жертвы… И очень удивился, когда на его запястье сомкнулись тисками пальцы «барашка», каким-то чудом сохранившего себя и даже сбросившего магические оковы (на счастье, сражаясь со мной, тварь тянула Силу отовсюду, куда только могла дотянуться, в том числе и из заклятия Зэтра). А дальше я выполнил то, ради чего и пришел, – бритвенной остроты лезвие ножа с противным хлюпающим треском вспороло жреца от пупа до середины груди.

Мутная река Силы, коктейля из всех семи Стихий, захлестнула меня с головой, неудержимо врываясь в ядро и изменяя, коверкая структуру Дара… А ведь жрец уже израсходовал значительную часть накопленных сил на призыв сущности из-за грани Мира. Если сейчас, вобрав в себя лишь часть энергии, я едва не отдал концы, то в плане Ориссы определенно были серьезные просчеты.

По щекам и подбородку потекло что-то теплое…

– Ублюдок! Как ты посмел? – Зэтр загорелся праведным гневом. До того он стоял за пределами круга и вяло, без интереса, наблюдал, как небольшой, в рост человека, смерч воздушного элементаля гоняется по загону за вопящими в ужасе пленниками и засасывает их в себя, перемалывая в фарш.

– Иди лесом, сволочь! – Я отпрыгнул ко все еще лежавшему на алтаре обездвиженному товарищу по несчастью и активировал Сферу Огня.

«И что дальше?» – тупо спросил я сам у себя, едва оказавшись в относительной безопасности. Если аурное зрение не врет, то магических пут на парне нет, его обездвижили иначе, чем меня.

– А-а, тысяча демонов! – Сфера замерцала, предупреждая хозяина о скорой своей кончине. – Извиняй, если что… – Я прижал ладони к груди незнакомца (хотя догадки о его личности у меня уже были) и начал переливать в него свою жизненную силу. Если не магия – значит, яд. Будем надеяться, что при достаточном количестве топлива организм сам сможет перебороть и вывести отраву прочь.

И я оказался прав – даже более чем.

– Нужно сваливать, – произнес спасенный вместо благодарности, резво спрыгивая с алтаря уже через несколько секунд. – Можешь открыть портал?

– Ты слишком высокого мнения о моих возможностях, – хмыкнул я. – Другие варианты есть? У нас, кстати, не больше десяти секунд. – Сфера начала быстро моргать, любовно сжимаемая ветряными щупальцами.

– Так подзаряди ее.

– Самый умный?! – Я поморщился, вытирая рукавом кровь с левой щеки и подбородка. – Для Сферы такой возможности не предусмотрено…

– Хорошо, но ты можешь с ним справиться?

– Нет.

– Хреново… А разломать алтарь, чтобы они не смогли повторить?

– Если я это сделаю, вокруг на несколько километров не останется ничего живого… А мне нужно спасти сестру. – Я бросил взгляд в сторону загона с пленниками и застонал – элементаль продолжал методично выполнять свою работу, не обращая внимания на изменение обстановки.

Как и после известия о смерти отца, мое сознание затопила ярость, в глазах потемнело, но полностью контроля над Даром в этот раз я не потерял, чудом сумев сконцентрировать и направить вырвавшуюся энергию в нужную сторону. Из моей руки, вытянутой в сторону Зэтра, ударил поток чистой яростной Силы, ополовинивший мои резервы прежде, чем я смог его обуздать. Тьма! Столько Силы впустую!

– Ты думал, что сможешь убить меня этим?! – презрительно процедил Магистр, на которого моя атака желаемого воздействия не оказала, разбившись о защиту. Но по крайней мере, выглядел он теперь изможденным. – Какая несдержанность! Извечная проблема молодых магов – их Дар слишком привязан к эмоциям, которые они толком не умеют контролировать. Как бы много я смог сотворить…

– Уже сотворил!

Не заводя долгих разговоров, решив сохранить оставшуюся Силу впрок, я, за неимением меча, конфискованного сектантами, рывком вытащил жертвенный нож из тела первожреца и, войдя в транс, прыгнул вперед… Чтобы обнаружить себя лежащим на земле за пределами жертвенного круга, с переломанными ударом воздушного кулака ребрами и разбитой о ребро столба головой, а Зэтра – живым и здоровым, но… сосредоточенно отбивающимся от непонятно откуда появившихся новых противников.

– Очнулся? – Я повернул голову направо, откуда и раздался голос иномирянина.

– Долго я так? – прохрипел я, пытаясь приподняться на локте.

– Пару минут. Ты прыгнул, маг тебя саданул, а потом его атаковали эти… – Кивок в сторону водивших стремительный хоровод вокруг Магистра четырех мечников. – Я Антон.

– Харлаф. – Выискивая взглядом свой меч и посох, я пожал протянутую руку. – Ты не видел, куда мои вещи забрали?

– Во-он в тот сарай. – Антон указал пальцем на неказистую постройку, расположенную возле загороди с пленниками. – Там они все вещи пленников хранят… хранили.

– Помоги подняться, – попросил я.

– Куда? Сиди, никуда твои вещи не денутся. Посмотри лучше на это. – Антон уважительно цокнул языком, когда один из мечников наконец смог извернуться и отрубить Зэтру руку в локте.

А вот я обратил внимание вовсе не на удар, а на вспыхнувшие на мече при преодолении магической защиты руны.

– Молот мне в зад! Как они здесь оказались? – Удивление на мгновение даже вытеснило переживания за сестру.

– Ты их знаешь? – заинтересовался Антон. – Никогда не видел такого мастерства.

– Знаю. – Я поморщился.

Зэтр доказал, что его еще рано списывать со счетов – один из мечников прекратил движение, застыв на месте, словно воздух на его пути превратился в клейкую массу, а затем сжался. Но на этом успехи мага закончились – работая на удивление слаженно, воины Ордена атаковали одновременно с трех сторон. Истощенная защита Зэтра этого уже не выдержала, распадаясь и пропуская сталь клинков к телу хозяина. А мгновением позже чародей попал в мясорубку из шести ножей, которая прекратила работу лишь после того, как то, что совсем недавно было Магистром Воздуха и эсхарским графом Адрианом фор Зэтр, упало на землю кучей мелко нашинкованного мяса, вполне пригодного на откорм свиньям, но никак не для занятий магией.

– Сдох, гнида.

– Благодаря тебе, – приложив руки к переломанным ребрам и переливая в меня жизненную энергию, произнес переместившийся вплотную ко мне учитель, хотя узнать его было тяжело: он словно помолодел лет на десять, облачился в свободную белую одежду с золотым символом Ордена на спине, а хромота и вовсе пропала. – Если бы ты не истощил его своей атакой, мы бы вряд ли справились. – Крон кивнул в сторону склонивших головы над погибшим соратником товарищей. – Нужно попрощаться, – произнес наставник, направляясь к остальным.

– Я должен найти сестру! – возразил я, разворачиваясь в противоположную сторону.

– Не стоит…

Мое сердце застыло.

– Что случилось?

Учитель опустил глаза.

– …и да не узришь ты тень, – закончил произносить короткую погребальную речь высокий, жилистый, с посеребренными сединой висками воин, вынимая из кошеля на поясе небольшой темно-зеленый многогранник и укладывая его в сложенные на груди руки мертвеца. – Прощай, брат!

Тело воина мгновенно превратилось в пепел. Похоронный обряд Ордена многим мог показаться странным и даже неправильным, но иным он быть не мог, учитывая род занятий этих людей.

– Хар. – Мастер протянул руку к моему плечу, но остановился на полдороге.

– Не нужно ничего говорить, – устало произнес я. – Я все понимаю, вы поступили правильно – я сам не знаю, что бы сделал, узнав правду… Но вряд ли я смогу вам когда-нибудь полностью доверять.

– Я понимаю, но цена была слишком высока. – Мастер отодвинулся в сторону.

– Подождите! – остановил я наставника. – Посылая меня сюда, Орисса уже знала?..

– Не могла не знать. Отголоски ритуала отдались в храмах Света по всему Эсхару.

– Я должен найти тело… и… похоронить. – Я с трудом выдавил из себя слова.

– Я помогу…

– Нет, – довольно резко отказался я. – Я сам, это мое дело.

– Хорошо, мы подождем.

– Спасибо. – Я тяжело зашагал в сторону сваленных в кучу трупов.

Никогда еще я не выполнял более тяжелой работы – казалось, каждый шаг, каждое движение и даже мысль причиняют боль. Смешавшиеся в клубок страх, чувство вины и отчаянная надежда едва не свели меня с ума… И потому, когда, откинув очередной труп, я увидел до боли знакомое родное лицо, к своему стыду, я испытал облегчение… А потом мой мир сместился.

Я упал на колени и, схватив сестру, крепко прижал ее к себе, окутывая аурой.

– Что ты делаешь?! – Ко мне подбежал учитель и ухватил за плечо. – Прекрати! Она мертва почти сутки!

– Не мешай мне! Я знаю!..

– Ее не оживить! – не сдался Ронгар, мгновенно разобравшийся, что означают мои манипуляции с жизненной и магической энергией. – Ты можешь лишь поднять нежить. Ты же не хочешь для нее такой участи?! – Орденцы придвинулись ближе, положив руки на рукояти мечей.

– Нет, вы не понимаете! – прокричал я в отчаянии, зубами разрывая себе запястье и поливая кровью рану на шее Эльвиры. – Во мне сейчас не просто огромное количество Силы – во мне смешались все Стихии… Я смогу!

– Ее энергетика разрушена, – решил меня увещевать воин, недавно исполнявший функции отрядного жреца. – Не говоря уже об отсутствии души!

– Пусть! – Я яростно мотнул головой. – Она моя сестра, наша энергетика во многом схожа. Я смогу скопировать основу, а с остальным разберутся специалисты.

– Она будет овощем… Своим поступком ты обрекаешь ее на мучения, если любишь – оставь ее. Без души человек просто голем…

– У Эль есть душа! Она там! – Я указал рукой с хлещущей из раны кровью на алтарь Комола. – И я ее верну! Клянусь!!!

– Это невозможно! Комол…

– Не нужно мне говорить о невозможном!!! – бешено заорал я. – Оставить все как есть – вот что невозможно! Или убейте меня сразу, или…

– Хорошо, – неожиданно прервал меня учитель. – Стоит попробовать, но тебе одному не справиться. – Мастер подошел и, положив руку мне на плечо, стал переливать свою жизненную силу. – Надеюсь, так я смогу загладить свою вину.

– Спасибо, – скупо поблагодарил я. – Спасибо, братья. – Остальные орденцы, немного поколебавшись, последовали примеру Ронгара. – Все будет хорошо, родная, – прошептал я, поглаживая Эльвиру по волосам. – Скоро мы поедем домой. Совсем скоро…

Часть третья

Расплата

Глава 1

– Как это он решил остаться в Ордене?! – орал на меня лорд Вартон, сам глава Тайной стражи. – Вы хоть понимаете, насколько важен иномирянин для империи?! – Орать-то он орал, но до хамства, как большинство начальников, не опускался. Уважаю.

– Конечно, лорд, – прилежно ответил я. – Но что я мог сделать? Это было решение Антона, а Магистр Ордена тут же ухватился за него обеими руками… Я же простой воин, даже не рыцарь, чтобы спорить с…

– Ладно, – устало прервал меня генерал, опадая в кресло. – Вы мне лучше скажите, что нам делать с вашей сестрой? Врачи говорят, что ее состояние стабилизировалось… – Я радостно встрепенулся: с момента прибытия в столицу империи Эльвиру я еще не видел – нас распределили в разные учреждения. Я проходил обследование в специально созданной под меня секретной лаборатории тайных, а Эль отправили в другую лабораторию – не менее секретную. Даже я не знал, где она находится, и не мог навестить. – Но надежд на выздоровление нет. Фактически нам всем повезло, что среди поглощенной вами энергии значительный процент занимали Силы Жизни и Света – иначе вы подняли бы нежить чудовищной силы, а не… это.

– Я не собираюсь сдаваться, – произнес я упрямо. – Шанс еще есть.

– Шанс? – удивленно переспросил генерал. – Ее душа находится вместе с сильнейшим из Темных в его темнице, а тело – нечто непонятное, подобно гигантской помпе выкачивающее жизненную энергию из любого, приблизившегося к нему слишком близко. О каких шансах речь?!

Я угрюмо молчал. С Эль случилось действительно что-то непонятное – все, кроме меня, кто осмеливался к ней подойти, буквально за несколько секунд превращались в иссушенные мумии. Как доктора ухаживают и обследуют такого, мягко говоря, необычного пациента, я не представлял, но работали же как-то…

– Безусловно, лейтенант (ого, видимо, период стажировки закончен! Теперь я лейтенант Тайной стражи, что приравнивается к званию полусотника в регулярных войсках), вы чрезвычайно талантливы. – Лорд Вартон достал из ящика стола папку средней толщины. – А учитывая произошедшие с вами изменения – и вовсе уникальны, но все же нужно реально оценивать свои возможности.

– Простите, лэр… – осторожно начал я. – Изменения? Меня не ознакомили с результатами обследования… Можно? – Я кивнул на папку в руках генерала.

– Ознакомьтесь. – Лорд бросил папку на стол передо мной, а сам достал сигару и закурил.

Я поморщился. Не понимаю этой привычки. Ведь еще несколько лет назад никто и не слышал о табаке, а теперь каждый второй аристократ и богатый купец портит себе здоровье, вдыхая эту дрянь. Хорошо еще, что цены на табак высоки, все же путь от Южных островов до Валора не близкий.

Карточку я изучал минут десять, и чем дальше, тем больше вытягивалось мое лицо. Откровенно говоря, из написанного я понял далеко не все – сказывался недостаток образования, но и того, что понял, мне хватило. Судьба в очередной раз решила компенсировать потери подарками…

– Лэр… – Я деликатно привлек к себе внимание сосредоточенно вдыхавшего дым высокого начальства. – Еще раз прощу прощения, но моего образования не хватает, чтобы…

– Слишком заумно написано? – Генерал понимающе усмехнулся. – Понимаю. Далеко не каждый выпускник Университета способен разобраться в этой зауми. Если вкратце, то Дар мага – как эльфийский надувной шарик: с виду маленький и неказистый, но стоит его надуть – и он раскроет перед тобой весь замысел художника.

– Э-э… надувной шарик?

– Довольно дорогая штука, ее делают из сока одного эльфийского дерева, используется для украшения… – отмахнулся лорд. – Так вот, медитируя и развивая свой Дар, маг постепенно его надувает, как шарик… Кто-то дует слабее, кто-то, как ты, сильнее. – Лорд все же перестал «выкать». Ну и ладно, будем считать это признаком улучшения отношений. – В случае же с поглощенной тобой Силой ты одномоментно раздул свое ядро до невероятных размеров, едва не уничтожил, но это же и сделало тебя сильнее… Совсем новый, ни разу еще не надувавшийся шарик довольно сложно надуть, приходится напрягать легкие, но если постараться и сделать, то в следующий раз ты сможешь его надуть намного быстрее и легче.

– Я правильно понял сравнение? Теперь скорость развития моего Дара увеличится? – уточнил я. – Насколько?

– Согласно данным, – генерал кивнул на документы в моих руках, – такого размера ядра Дара ты смог бы достичь путем естественного развития приблизительно через сто тридцать лет. Сейчас же, чтобы достичь этого уровня, понадобится всего четыре с половиной года.

– Ого! – Я ударился в расчеты. – А еще лет через пятьдесят снова удвоение…

– А вот это вряд ли. – Лорд Вартон улыбнулся. – Дальше придется развиваться как все, халявы не будет.

– Жаль, – расстроился я, увидев крушение своих только-только сданных под ключ воздушных замков. – Но и так неплохо.

– Неплохо? Да большинство магов могут только мечтать о такой силе! К тому же спешу вас обрадовать, лейтенант. – Генерал снова перешел на официоз. – Вы теперь первый кандидат на получение сателлита. Решением самого императора.

– О-о, спасибо! Я…

– Конечно, отработаете… И начнете уже завтра, в городской страже Нижнего города.

– Страже? – Я приподнялся от удивления в кресле. – Но я же…

– Мой племянник временно не может выполнять свою работу, а давать вам другого напарника нецелесообразно.

– Племянник? – туповато переспросил я, не сразу и поняв, что генерал говорит о Кассие. Родственники? Интересно… – С ним все в порядке?

– Да. Просто некоторое время ему не стоит покидать Валор, – несколько туманно объяснил лорд.

– Хорошо. И кем же я буду в городской страже? Надеюсь, не рядовым стражником?

– Нет, конечно… скажем, армейским полусотником из штабных, выгнанным поганой метлой из легиона в городскую стражу за провинности. Это поможет вам лучше влиться в коллектив и облегчит выполнение задания.

– Задания, лэр? – Я не стал говорить командиру, что для шпионской работы не подхожу (у меня и справка есть). Надо – значит, надо, начальству виднее.

– С ним вас ознакомят позже. – Судя по интонации, с которой была произнесена последняя фраза, на этом разговор был окончен.

– Разрешите идти? – Я поднялся на ноги.

– Идите.

Я развернулся и направился к двери.

– Кстати, – окликнул меня лорд, – библиотека службы в вашем полном распоряжении, лейтенант. Я распоряжусь.

Я молча поклонился и вышел, прикрыв за собой дверь… И едва не столкнулся лоб в лоб с рванувшим мне навстречу парнем лет двадцати.

– Лэр Бледный? – с поклоном спросил человек.

– Да.

– Позвольте, я вас провожу.

– Кто вы такой? – отстранился я.

– Мастер Урвиш просил вам кое-что передать… – Парень, не совсем ловко уведя разговор в сторону, почему-то не назвался.

Я встрепенулся: так звали лекаря, занимавшегося лечением Эльвиры.

– Идем.

– У-а-а-ум, – чуть не вывихнув челюсть, зевнул я, опуская ноги с кровати на пол и растирая лицо ладонями.

Всего два часа сна – и уже рассвет, ужас! Я поплелся умываться к тазу с водой, стоящему на табурете у стены, предусмотрительно подготовленному перед сном. Жаль, но в казармах городской стражи прислуги нет, даже для офицеров.

Вяло умывшись одной рукой, второй опираясь о стену, чтобы не упасть, я добрел до окна и, распахнув его настежь, уселся на пол в центре комнаты (а если точнее, то примостился на купленный вчера на рынке коврик для медитации), приготовившись ловить кожей первые, самые чистые лучи Мистеля. Впереди меня ждала полноценная шестичасовая медитация (редкость в последнее время), а потом учеба – благо Форма для изучения у меня была. Кассий обеспечил, да и учебниками я вчера запасся. Единственной проблемой оставалась необходимость работать… Ну ничего, горячее для стражи время наступает ближе к ночи, а мне, все еще находящемуся в подвешенном состоянии, и вовсе не ясно, что вменяется в обязанности. Никто не удосужился объяснить…

Как и планировалось, спустя шесть с небольшим часов я закончил медитацию и подошел к окну. Оказывается, стража здесь не только живет, но и тренируется, если можно назвать тренировкой то, что сейчас происходило под моим окном на огороженной и засыпанной песком площадке среднего размера. Я поморщился. Лучше бы они норкцев наняли, не такая уж это и плохая идея, оказывается. Недаром стража Нижнего города, хоть и самая многочисленная, считается худшей из всех. Причина этого очень проста: всех более-менее приличных воинов тут же переводили из Нижнего города в Белый.

Несколько секунд я задумчиво смотрел вниз со второго этажа, обдумывая, не спуститься ли мне и не погонять ли, пользуясь званием лейтенанта, полудохлых «собак» (так прозвали городскую стражу сперва их природные враги, а затем и простой народ) как следует. А заодно и самому размяться… Пусть после медитации разминка мне и не требовалась, но привычка есть привычка.

Тяга к знаниям оказалась сильнее: до вечера будем учиться, а потом можно сходить, навести шороху по глухим подворотням (обычно стража туда не суется, но я-то – до крайности наглая, скучающая авантюристская морда, и море мне по колено). Я взял со стола первую книгу, со счастливым вздохом умастился на кровати и открыл первую страницу, с головой погружаясь в чтение…

Оторвал меня от книги стук в дверь и наглое требование явиться к капитану стражи (на которое я разразился громкими проклятьями) – его принес субтильный паренек – пародия на воина. Придется идти.

– Разрешите, лэр? – Я постучал в дверь капитана Рура и, дождавшись булькающего рыка, означавшего согласие, вошел. – Вызывали?

Капитан окинул меня подозрительным взглядом. Я ему определенно не нравился. Да и какому полновластному хозяину, почти богу в своем затхлом, но очень уютном и теплом уголке, может понравиться навязанный сверху неизвестно кто? А вдруг ревизор? Или шпион? При наличии рядом потенциального шпиона проворачивать тайные и не совсем законные дела слишком рискованно… Все эти мысли я легко прочитал на недовольно скривившемся при виде меня лице капитана.

– Вызывал, – буркнул главный стражник Нижнего города. – Послушай, парень, я не знаю, кто и за какие ниточки дергал, чтобы выбить тебе звание лейтенанта, – меня это мало интересует. – Система званий в городской страже отличалась от армейской: главой района, в моем случае Нижнего города, считался капитан, немного ниже стояли лейтенанты, возглавлявшие участки, а еще ниже – сержанты и рядовые. – Так же, как и то, почему тебя вышвырнули к нам. Но если ты оказался здесь – будешь выполнять мои приказы! Понял? – Ганс Рур начал строить из себя образцового и честного стража закона. И я бы ему даже поверил, если бы предварительно не ознакомился в архиве службы с собранным на него досье – и потому доверия к этому типу не испытывал ни на йоту.

– Так точно! – молодцевато рявкнул я, вытягиваясь в струнку. – Готов выполнить любой ваш приказ, лэр!

Если капитан читал любезно предоставленную тайными легенду, то в мое рвение он не должен был поверить. Но, судя по гримасе, исказившей его и без того не слишком симпатичную рожу, читал. Полусотник Двадцать Шестого Ларнийского легиона Харлаф Блейз – трус, пьяница, подонок и до крайности бездарный офицер доверия у него не вызывал. Так же, как и страха, – судьба не дала мне стать дворянином даже понарошку (пойдя на службу в тайные и отказавшись от обучения в Университете, я тем самым отсрочил и свое дворянство), но и сын купца первой гильдии – неплохо для начала. Жаль только, купца на данный момент разорившегося…

– Хм… хорошо, – произнес капитан, почему-то покосившись на воинское кольцо у меня на пальце. – В таком случае, ты поступаешь в распоряжение лейтенанта Солтаса.

Я дернулся, изображая возмущение. А как еще должен был отреагировать Харлаф Блейз? Но промолчал.

– Есть поступить в распоряжение лейтенанта Солтаса! – Я щелкнул каблуками и застыл, поедая начальство преданными глазами.

– Пшел! – Не выдержав моего двулично-подхалимского, липкого взгляда, капитан смачно сплюнул на пол и крепко выругался, нисколько не смущаясь наличием в непосредственной близости объекта пожеланий…

Я буквально вылетел из кабинета, но вовсе не из страха – так мне было легче сдержаться и не прикончить сволочь прямо на месте.

– Козел, – услышал я, уже спускаясь по лестнице вниз, прямо к нетерпеливо ожидавшему меня лощеному хлыщу-лейтенанту с тонким, почти декоративным мечом на поясе. Рядом стояли еще четверо стражников не самой интеллигентной наружности и паскудно ухмылялись – наверняка слышали, как крестил нового лейтенанта капитан.

– Лейтенант Солтас? – спросил я с вялым интересом.

– Да, а вы тот самый…

– Козел, – громко прошептал на ухо соседу один из «интеллигентов», и его товарищи так же громко заржали.

– …лейтенант Блейз? – Солтас словно и не заметил реплики подчиненного, но язвительно ухмыльнулся.

Зато я оставлять безнаказанными выходки младших по званию не собирался. Я ведь Харлаф Блейз, мой стиль – лебезить перед вышестоящими и презирать нижестоящих…

– Тварь! – Я изобразил на лице возмущение и, просеменив к наглецу, с отмахом хлестнул тыльной стороной ладони по лицу, разбивая губы в кровь костяшками пальцев. – Не сметь! Выпороть его!

Дружки побитого, которым и адресовался приказ, растерянно и обескураженно смотрели на командира.

Солтас глумливо ухмыльнулся. Да хватит уже ухмыляться, сволочь!

– Конечно, дорогой друг. – Лейтенант панибратски хлопнул меня по плечу. – Он будет наказан… но только завтра, а сейчас нам пора идти.

– Куда? – Я недовольно повел плечом.

– Приказ капитана. Нужно кое с кем встретиться, это не займет много времени… А потом я покажу вам замечательное заведение – прекрасное вино, хорошая еда, услужливые девочки, и, самое главное, доблестных стражников там обслуживают абсолютно бесплатно.

– Бесплатно? – Я, будто бы машинально, похлопал по пустому карману. – Так что же мы стоим? Как честные стражи закона, мы должны побыстрее выполнить свой долг по защите подданных нашего любимого императора.

– Ха-ха-ха! Наш человек! – Солтас приглашающе махнул рукой. – Поспешим, Костлявый не любит ждать!

Я вздрогнул. Странно – с чего бы это меня, непроверенного и определенно ненадежного новичка, взяли на встречу с одним из трех ночных хозяев Нижнего города? То, что стража и воровские старшины «дружат», – это понятно, вряд ли может быть по-другому, но сомневаюсь, что Костлявый будет рад появлению еще одного человека, посвященного в его дела с «собаками». В уголовной среде подобные связи, мягко говоря, не приветствуются. Странный поступок капитана (а чей же еще? старшина не стал бы даже разговаривать с простым лейтенантом, если бы за ним не стоял кто-то более значительный) меня насторожил, нужно подготовиться.

– Пойду отолью, – произнес я неожиданно для всех, резко разворачиваясь и взбегая по лестнице вверх.

– Эй, Хар! Туалет в другой стороне! – недоуменно воскликнул Солтас.

– Перед тем как что-то из чего-то вылить, нужно это туда налить, – с намеком ответил я.

– А-ха-ха! Веселая ночь? – «Коллега» правильно понял мой намек. – Мне тоже кувшин принеси.

Я сделал вид, что ничего не услышал, чем вызвал еще один приступ понимающего смеха. Смешливая паскуда!

Времени даром я терять не стал – едва закрыв за собой дверь, бросился к запрятанной среди вещей книге и стал в ускоренном темпе заправляться заклинаниями. Жаль, посох с собой взять нельзя (Харлаф Блейз обладал Даром, но отнюдь не таким, чтобы иметь посох, и уж точно у него не было достаточно средств для покупки посоха, подобного моему). Пользы от него мало, но с ним как-то спокойнее. Закончив начитывать заклятия, я повесил на пояс взамен жалкой железки, положенной лейтенанту городской стражи, меч Духа (естественно, замаскированный под более простой) и вышел наружу, закрыв за собой дверь. Будем надеяться, смена оружия не вызовет подозрений.

Не вызвала. «Псы» не отличались особой внимательностью и тем более не разбирались в оружии.

– Все вон! – тоном, не терпящим пререканий, произнес бандит, стоящий по правую руку от Костлявого.

Кстати, в отличие от всяких Жирдяев и Тощих, получавших свои клички за прямо противоположные их смыслу физические данные, Костлявого прозвали Костлявым не зря. Он действительно был на диво костлявой личностью – прямо скелет, сплошь обвитый жилами и покрытый бледной кожей без признаков волосяного покрова. Даже бровей я у него не увидел, как ни старался. Еще одна жертва магических экспериментов?

– Пошли! Твари! – Трактирные вышибалы начали раздавать тумаки, подгоняя посетителей, и так старавшихся не мешкать. – Ах ты, падла! Н-на! – Один из завсегдатаев немного замешкался в дверях, за что получил крепкий удар ногой пониже спины от медведеобразного вышибалы, и ласточкой улетел на улицу.

«Ржавый сапог» очистился от посторонних, включая вышибал и потасканных служанок вкупе с хозяином.

В помещении остались: старшина, неспешно поедавший копченую курицу, стоящая за его спиной четверка таких же лысых субъектов с короткими мечами на поясе, и мы – откровенно трусившие рядовые «псы», скучковавшиеся у входной двери, растерявший всю наглость, обильно потеющий Солтас и я, старательно пытающийся изобразить на лице испуганно-презрительно-самоуверенное выражение.

Ждать, пока бандит доест, пришлось довольно долго, и если бы не вполне приличное жаркое, поданное по моему настойчивому требованию трактирщиком, то я в раздражении мог бы наговорить много лишнего лысым личностям. Но в конце концов Костлявый отложил в сторону вилку с ножом и вытер уголки губ салфеткой.

– Что ж, приступим. – Голос у воровского командира оказался под стать внешности – скрипучий и… мертвый, что ли? – Подойди, – подозвал Солтаса взмахом руки старшина. Мои «коллеги» остались стоять у входа и потеть, не решившись последовать моему примеру. Да, поведение лейтенанта Блейза несколько не соответствует образу, но я же говорил, что шпион из меня никакой.

– Вы нашли его?

– Д-да, – нервно кивнул лейтенант, почему-то покосившись на меня, и неожиданно указал в мою сторону пальцем. – Это он.

– Он?! – В голосе Костлявого впервые проявились эмоции.

– А? Что – я? – Я удивился еще больше, застыв с поднесенной ко рту ложкой.

– Это ты посмел арестовать моего человека? – Воровской старшина повернулся и уставился прямо мне в глаза своими блеклыми шарами. – Я ведь ясно дал понять, кого можно трогать, а кого – нет. Его – нельзя. Где товар? – без всякого перехода, резко сменил тему мой любезный собеседник.

– Чего? Какой товар? – Я в недоумении уставился на лейтенанта.

– Три килограмма крэка, – любезно подсказал Солтас, опасливо косясь на подручных старшины, при слове «крэк» подозрительно дернувшихся. Долбаные крэксеры!

– Не брал я ничего! Что ты лепишь?

– У нас есть свидетель, – не стесняясь, прямо мне в глаза произнес «пес». – Лучше признайся и отдай, что взял.

– Да иди ты лесом, выродок! – прокричал я, вскакивая из-за стола и хватаясь за меч.

И тогда крэксеры показали свою силу: удар кулаком в живот заставил меня согнуться, а рукоятью меча в основание шеи – присесть обратно на место.

– Су… а-кха-а! – еще раз врезал мне лысый шустрик, только теперь в зубы.

– Э-э, Костлявый, мы пойдем? – несмело поинтересовался Солтас, вытирая пот со лба.

– Проваливай! – Я едва удержался, чтобы не протереть глаза: вот стражник был, а вот бац – и его уже нет! Прямо фокусники, блин! – А ты, дружок, сейчас все мне расскажешь, – поднялся с места Костлявый, зловеще ухмыляясь бледными тонкими губами. – Облегчи душу, и умрешь быстро и без мучений. Зачем мертвецу деньги?

– Деньги всегда нужны, – веско возразил я. – А ты, кстати, молодец, что отпустил «псов». – Воровской старшина в удивлении остановился. – Мне больше нравится играть без свидетелей.

Глава 2

Разводить долгие разговоры я не стал – с бандитами, пока ты не докажешь им, что сильнее, разговаривать на равных невозможно.

Я ударил магией.

Первым умер крэксер, что стоял у меня за спиной, – почти не обратив внимания на защитный амулет, Огненный Клинок разрезал его наискосок, от поясницы до подмышки. Второй бандит, любитель бить людей по лицу, на опасность отреагировал быстро и дернулся было ко мне… Но это стало его последней ошибкой. Фаербол летит почти в два раза быстрее арбалетного болта, и на расстоянии полуметра увернуться от него не способен никто. Распространяя аппетитный запах и отсвечивая подгоревшими внутренностями через дыру размером с кулак в груди, этот крэксер также прекратил существование – сорвавшийся с моей правой руки Снежок доказал свою потрясающую эффективность.

Но расслабляться было рано – возле самого моего лица промелькнул небольшой стальной шарик, выпущенный Костлявым из пружинного метателя, спрятанного под одеждой. Вот наконец и пригодился защитный амулет – от выпущенного с такой скоростью и с такого расстояния снаряда я не смог бы увернуться, даже находясь в трансе. Возможно, когда смогу видеть Рисунок боя и научусь предугадывать действия врага, это станет возможно, но сейчас… На одной только реакции далеко не уедешь. А теперь, раз уж я выжил, то продолжим!

Я взмахнул Клинком, удлиняя его и пытаясь достать еще одного крэксера, но здесь меня ждала неудача. У Костлявого при себе оказался не только метатель, но и отличный защитный амулет на основе Слезы Хот, который окутал защитной пленкой хозяина и его телохранителей. Клинок оказался не настолько хорош, чтобы справиться с проблемой, и просто распался, истощившись.

Я на секунду задумался.

Дальше у меня было два варианта: накрыть троицу Дыханием Дракона, вынудив Костлявого сократить площадь щита и оставить подчиненных за его границами, или же немного развлечься и проверить крэксеров в деле… Душа моя требовала забыть на время магию и взяться за меч, но разум подсказывал, что огненное представление не осталось незамеченным, и если здесь еще нет толпы воровских подручных, то лишь потому, что они боятся помешать хозяину развлекаться.

Дыханием я сработал ювелирно, не повредив окружающей обстановки, чего не скажешь о бандитах – всего несколько секунд работы липкого, негасимого пламени, и крэксеры превратились в горелые скелеты, которых бы тоже не осталось, не развей я заклятие из опасения, что оно заденет главаря. Костлявый был мне еще нужен… Но не обязательно целым.

Не знаю, возможно, воровской старшина и проходил частичное изменение тела, но полноценным форсером он точно не был. В три года – это максимальный возраст для проведения полноценного изменения – он обитал в одном из самых мерзких детских приютов города, и денег для изменения, естественно, не имел. Значит, конкуренцию он мне составить не мог, тем более без оружия. Ну не считать же за оружие стилет? Мне даже драться не пришлось – прямой удар, который Костлявый нанес стилетом мне в грудь, пришелся в пустоту, в ответ же я удачно отоварил лысого рукоятью меча по блестящей черепушке, свалив его на пол. Времени, которое бандит был без сознания, хватило, чтобы вытянуть у него ремень из штанов, перетянуть руки за спиной и, поставив над ним табурет, усесться верхом, поигрывая ножом в предвкушении развлечения.

– Я убью тебя!

Ну вот, ни «здрасьте», ни «как дела» – сразу угрозы!

– Ай-ай-ай, зачем же вы так, уважаемый, – издевательски произнес я. – Во-первых, вы первый начали… Кстати, крэк я действительно не брал, вас развели как школьника. А во-вторых, нож-то у меня, – сказал я с какой-то даже нежностью. – И я умею им пользоваться… – Я нагнулся и схватил бандита за подбородок, протягивая руку с ножом к его голове. – К тому же я никогда никому ничего не прощаю, и с некоторых пор мне чужда жалость к подобным вам личностям. – Я завел нож бандиту за ухо и равнодушно произнес: – Так тебе будет даже лучше.

– Ху-а-у-у… – Костлявый только и мог, что замычать, – моя рука надежно удерживала его челюсть.

– Дерьмо! Я тебя прикончу! – Бандит продолжал вести себя по-хамски. Причем ничего нового он в плане угроз не придумал, как ни печально.

– Может быть, это, – я бросил отрезанное ухо на грудь пленника, тут же протягивая руку ко второму, – научит вас вежливости.

– У-а-ар-х!

– Для симметрии, – пояснил я, и второе ухо отправилось путем предыдущего. Я тут же, коротким всполохом пламени, прижег раны. – Красота… – Костлявому так действительно было намного лучше. – Надеюсь, теперь вы готовы к конструктивному разговору?

– Ах ты, гнида, – не сдавался упорный бандит, хотя я даже слегка применил к нему свои способности эмпата, внушая благостное настроение и доверие к себе. Не вышло… – Я тебя своими ру… кха-а… – Удар ногой в лицо наконец-то прекратил снова начавший литься на меня поток брани и угроз. Упорный, гад!

– Жаль… – Я достал из кармана штанов овальную пластину размером с ладонь. Бандит забился, отчаянно пытаясь освободиться… Узнал. – У меня их мало, дорогие, сволочи! – Я рванул рубаху на груди бандита, обнажая грудь, и приложил пластину в ее центр, накрывая ладонью и одновременно начиная закачивать Силу. – Ну вот и все, а ты боялся.

– Ублюдок…

– Ага! – Я ткнул пальцем в грудь Костлявого. – Тебе уже не терпится ее испытать! Тогда слушай первый приказ: не хами мне и не угрожай, будь вежлив и честен! – Подтверждая приказ, печать Подчинения тускло засветилась голубоватым светом. – Договорились?

– Конечно… господин. – Костлявый несколько переборщил с вежливостью, но, по сути, не погрешил против истины.

– У тебя действительно украли крэк или это просто уловка?

– Украли, господин.

– Интересно… Неужели стражники промышляют торговлей крэком? – задумчиво пробормотал я.

– Я не знаю об этом, – ответил на мой риторический вопрос воровской старшина.

– Это-то понятно, если бы ты знал, то виновные давно бы кормили рыб, – отмахнулся я.

– Да, господин.

– Ладно, тогда к делу. Ты не считаешь, что причиненный тобою моральный ущерб нужно компенсировать финансово?

– Нет, господин.

– Но все-таки тебе придется это сделать.

– Конечно, господин. – Вот, блин горелый, надоел уже с этим «господином».

– Какова стоимость пропавшего крэка?

– Три тысячи империалов, господин.

– Ого! Не думал, что спрос на крэк в столице настолько велик… – Я подозрительно прищурился. – А может, вы, мои… нечестные друзья, затеяли войну? Я не слышал о разногласиях в Триумвирате (союзе трех крупнейших преступных группировок Нижнего города, ранее воевавших, но лет двадцать назад объединившихся), но, может быть, мои данные не точны?

– Война будет, но не между нами, – обескуражил меня Костлявый. – В город пришла новая сила, крэк нужен нам, чтобы отстоять свое.

– Новая сила? – Я недоверчиво взглянул на пленника. – И кто же это?

– Кровососы.

– Кто-о?! О чем думает Тайная стра… – Я осекся. – Тьма… И почему я не верю в совпадения? Жить было бы намного легче!

Странно, но перед отправкой на задание самого задания мне дать не додумались… Собственно, кроме одного пароля и отзыва, мне вообще ничего не сказали. Хотя бы снаряжением обеспечили, и то хорошо. Вот как бы я обошелся сейчас без печати Подчинения? Жаль, что их только три штуки…

– Босс, у вас все нормально? Я… – неожиданно прервал мои размышления голос из-за двери.

– Прикажи ему убираться, – прошептал я.

– Убирайся! Я занят! – послушно проорал бандит, и крикун с громким топотом удалился – сердить хозяина не решался никто. – Он ушел, – констатировал очевидную вещь Костлявый.

– Это ненадолго… – Я призадумался. – Слушай и запоминай. Первое: ты больше никогда не будешь предпринимать ничего, способного навредить мне прямо или косвенно. Второе: ты никому не расскажешь о том, что здесь произошло и обо мне. – Я бросил взгляд на трупы телохранителей и махнул рукой в их сторону: – Придумай что-нибудь… И третье: если я сниму печать, ты будешь мстить?

– Конечно, я приложу все силы, чтобы найти вас и убить… господин.

– В таком случае, моя совесть чиста. В качестве компенсации ты заплатишь мне десять тысяч золотом. – Совсем наглеть я не стал. – До завтрашнего вечера. Наличными, через посыльного. Я буду ждать его в «Золотом гусе» на втором этаже, ровно в шесть вечера.

– У меня нет таких денег, господин, но я могу взять из казны Гильдии.

– Не нужно, – разочарованно произнес я. Запускать руку в воровской общак слишком опасно: возникнет много лишних вопросов. Кстати, о вопросах. Если со стороны воров свидетелей не осталось (не считая персонала трактира, но они-то подоплеки дела не знали и ничего существенного рассказать не могли), то продажные «псы» явно знали слишком много, чтобы жить. – Какую сумму ты можешь достать, не привлекая внимания… коллег.

– Около четырех тысяч. – Я разочаровался еще больше.

– Хорошо, пусть будет так. После того как передашь деньги – убей себя так, чтобы тело нельзя было допросить.

– Да, господин, – с радостью в голосе оттого, что может выполнить волю хозяина, произнес несчастный, и я невольно вздрогнул – не думал, что печать Подчинения настолько страшная вещь. Хуже смерти.

– А теперь я хочу знать все, что тебе известно о пробравшихся в город вампирах.

– Да, господин. – Вот заладил! – Если желаете, я передам вам материалы по этому вопросу вместе с деньгами.

– Хорошо. – Я убрал табурет и, перевернув Костлявого на живот, развязал ему руки. – Прощай.

– Господин… – неожиданно окликнул меня воровской старшина. – Что мне делать с этим? – Он держал в руке свои уши.

– Мне без разницы, – легкомысленно произнес я, уже думая о другом, и добавил, забыв, что, находясь под действием печати, люди не понимают сарказма или шуток. – Хоть съешь…

Зря я это сказал. Не успел я сделать и пару шагов, как сзади раздался противный хруст и чавканье.

Меня едва не вырвало прямо на пороге. Это уже слишком.

– Лэр? Разрешите? – Предварительно вежливо постучавшись, я заглянул в кабинет капитана.

– Лейтенант? – От удивления капитан Рур даже привстал, окончательно убедив меня в догадках. – Что ты здесь делаешь?

Я, воровато выглянув в коридор, закрыл за собой дверь и крадущейся походкой подошел к столу шефа.

– Я бы хотел рассказать вам о том, что в наших рядах появился нечистый на руку человек, – горячо зашептал я, перегнувшись через стол.

Капитан осторожно и плавно опустил руку под стол.

– И кто же это?

– Лейтенант Солтас и несколько его подчиненных. – Рур несколько расслабился, но продолжал внимательно всматриваться в мое лицо. – Сегодня мы ходили на встречу с самим Костлявым.

Стражник картинно вскинул бровь.

– Вот как? И что же?

– Они обвинили меня в краже партии крэка и отдали ему на расправу! – выпалил я в гневе.

– Что-о?! Негодяи! – Актер из капитана был неплохой, но этот момент ему явно не удался и не показался мне правдоподобным. – Но как тебе удалось выжить?

– Мне повезло… – Я глумливо усмехнулся. – Подонки не рассчитывали, что для быстроты разбирательства старшина пригласит мага Тьмы, разумника. Он, конечно, вывернул меня наизнанку, но я остался жив!

– И тебя отпустили?

– Да! – Я энергично кивнул. – Он велел передать вам, чтобы вы не пытались защитить своих подчиненных, если не хотите войны. Обмана он не простил и собирается все узнать у Солтаса…

– Я понял, – нетерпеливо прервал меня командир, заметно занервничав. – Можешь идти. Я разберусь с Солтасом… А ты теперь вместо него возглавишь рыночную стражу – в качестве поощрения за верность… И никому об этом не говори – из-за одной паршивой овцы не должно пострадать все стадо.

– Спасибо, капитан, вы не пожалеете! – обрадовался я. Рынок – самое хлебное место для стражника. Понятно, что надолго оставлять меня в живых капитан не собирался, а потому можно пока и поделиться жирным куском, чтобы я помалкивал. – Спокойной ночи, лэр!

Все. Удочка закинута, осталось только дождаться результата… И поесть. Да и поспать не помешает. Кстати, медитацию придется перенести на другое время – в отличие от остальных мест, на рынке преступная жизнь бьет ключом именно по утрам… А теперь в ближайший трактир: еда в «Ржавом сапоге», конечно, выше всяких похвал (еще бы, не просто уголовную шушеру кормят, а самого Хозяина), но очень уж последние часы выдались насыщенными.

Из медитации меня вывели раньше времени. Вывели возмущенные крики стражников. Я довольно усмехнулся, медленно встал на ноги и потянулся – похоже, все шло по плану.

– Лейтенант! – Кто-то громко постучал в мою дверь. – Вам нужно это видеть! – Дверь приоткрылась и внутрь, в образовавшуюся щель, просунулась голова вчерашнего посыльного.

– Иду… – Я недовольно поморщился, набрасывая рубаху. – Что случилось? – Подойдя к перилам, я глянул вниз. На первом этаже прямо на полу лежали в ряд пять трупов. Мои вчерашние «друзья»… Свидетелей не осталось.

Не все нужно делать своими руками.

– Когда это случилось?

– Ночью. Тела нашел патруль в одном из переулков при последнем обходе. – Паренек поежился. – Им перерезали глотки – когда патруль их нашел, они уже истекли кровью. Ни капли не осталось, даже жрецы бессильны помочь.

– Ни капли? Интересно. Есть предположения, кто это сделал?

– Все думают, что это месть… – начал было посыльный, но договорить я ему не дал. Я уже узнал все, что мне нужно.

– Скорее всего. – На разговор я был не настроен. – Свободен.

– Есть, лэр! – вытянулся в струну вояка, развернулся и убежал вниз – глазеть.

– Отлично.

Я еще некоторое время понаблюдал за суетой внизу, но все же вспомнил, что пора идти работать, и вернулся в комнату. В нынешней ситуации ходить по улицам, не обвешавшись заклятиями по уши, я не рискну.

– Стоять! Кто такой?

Я обернулся на окрик. Сзади, метрах в пяти, стояли два рядовых базарной стражи (об их звании и месте прохождения службы четко сообщалось на жетоне).

– Господин стражник, этот мальчишка, – я потряс в воздухе рукой почему-то злорадно ухмылявшегося шустрого парнишки лет четырнадцати, пойманного при попытке срезать мой кошель, – вор. Он хотел…

– Заткнись, – презрительно процедил мордатый «страж закона». – Отпусти его или сам окажешься за решеткой за навет на честного человека.

– Но я же… – Стражники потянулись за окованными медью дубинками, небрежно болтавшимися на поясе. Ох, не зря я решил перед выходом на работу пройтись по рынку, переодевшись небогатым ремесленником. – Ваш лейтенант, – ровно, не меняя интонации, выдал я.

«Псы» сразу даже и не поняли, что я сказал, продолжив идти на меня со зверски перекошенными рожами… А потом резко побледнели и остановились: я достал жетон.

– Отдайте жетоны! – Я требовательно протянул руку.

– Лэр лейтенант, мы же не знали! – Один из моих, уже бывших, подчиненных чуть не заплакал. – Мы…

– Мне плевать! – Я сделал широкий шаг и, крепко схватив жетон, с силой рванул, вырвав вместе с ним кусок ткани из форменной куртки. – Ну? – Я злобно взглянул на второго стражника. Тот дрожащей рукой протянул мне стальной овал. – Пшли вон!

Я обернулся к воришке:

– А теперь с тобой. – Паренек напрягся. – Даю тебе выбор: или я тебя сейчас отпускаю (малолетний преступник радостно вскинулся), или же ты идешь в тюрьму и получаешь свои три года каторги.

– Я…

– Но, – продолжал я невозмутимо, – если ты сейчас уйдешь, ты должен будешь бросить свое ремесло.

– Даю слово, – посмотрел на меня честными глазами пацан. – Я больше никогда не возьму чужого!

– Хорошо. Но если узнаю, что ты меня обманул, – я наклонился к самому его лицу и, ласково улыбнулся, – я тебя убью.

– Д-да, я понял, господин. Можно идти?

– Иди!

Парень тут же сорвался с места и скрылся в толпе.

– Он вас обманул, лэр! – Несчастная парочка бывших стражников все еще стояла рядом, не думая уходить. – Он с семи лет на рынке промышляет…

– Каждому нужно дать шанс. – Я с намеком взглянул в их сторону.

– Лэр? Да мы…

– Расскажите мне о раскладе сил на рынке: кто чем дышит, кто на кого работает.

– Лэр? Вы хотите, чтобы мы сдали своих? – спросил тот из бывших стражников, что был постарше на вид, с перебитым носом и залысинами.

– Я хочу, чтобы ваши семьи не умерли с голоду, а сами вы не оказались в канаве с заточкой в брюхе, – отрезал я. – Вам решать.

Мужики переглянулись.

– Мы согласны.

– Вот и хорошо. – Я бросил жетоны их владельцам, развернулся и пошел в сторону видневшейся вблизи небольшой закусочной. – Заодно и позавтракаем.

Но спокойно поесть и послушать у меня не получилось. Едва только я взял в руки ложку и приготовился оценить свиные ребрышки с гречкой, попутно выслушивая полезную информацию, как в мирное доселе заведение завалилась толпа человек в шесть, состоящая из личностей с явно уголовным прошлым и настоящим, судя по их наглому и хамскому поведению. А вот будущего у них нет – я твердо решил этому поспособствовать.

– Кто такие? – поинтересовался я у старшего из стражников, обгладывая ребро и наблюдая, как «личности» сгоняют посетителей и сдвигают вместе три стола в центре зала.

– Люди Топора. – Ответ не особо удивил меня. Я уже успел заметить на шее одного из бандитов татуировку в виде секиры – отличительного знака людей еще одного из членов Триумвирата и коллеги несчастного Костлявого. – Это их территория.

– Неправильный ответ! – прервал я подчиненного. – Это моя территория.

– Но они об этом еще не знают… – Стражник расслабился и снова потерял страх (имя его спросить, что ли?).

В это время бандиты как раз подошли к соседнему столу, за которым шепталась молодая парочка, и, без разговоров врезав парню по голове, потащили к себе за стол девушку. Посетители, еще не разбежавшиеся до этого, начали спешно ретироваться, а ресторанные вышибалы лишь растерянно переминались с ноги на ногу, бросая жалостливые взгляды на пунцового от страха и возмущения хозяина.

Я, конечно, знал, что Нижний город отнюдь не самое благополучное место Валора, но такого, откровенно говоря, не ожидал. Решительно поднимаясь из-за стола и окидывая оценивающим взглядом уныло вставшую следом за мной парочку стражей, я двинулся в сторону нарушителей.

Жаль, разобраться с подонками мне не позволили. Обстоятельства сложились по-другому – в дверях забегаловки неожиданно для всех возник шустрый вертлявый паренек с бегающими глазками и острым носом. Быстро оценив обстановку, шустрик подбежал к одному из бандитов и что-то горячо зашептал тому на ухо… О девушке все мгновенно забыли.

– Что-о?! – взревел через несколько секунд главарь на весь зал. – Сам? Ты думаешь, в это кто-то поверит?

– Ку… – попытался было вякнуть один из бандитов, сторонник идеи продолжения банкета, но тут же замолк, занявшись сплевыванием зубов на стол. Рука у мрачного бандита оказалась тяжелой.

– Закрой пасть! – В запале урод столкнул девушку на пол. – Хватит жрать! Уходим!

На этот раз никто возразить не осмелился. Быстренько собравшись, шестеро скотов выбежали на улицу. Замешкался только посыльный, и я не замедлил этим воспользоваться.

– Скажи-ка, дружок, – ласково обратился я к хорьку (почему-то парень ассоциировался у меня именно с этим животным). – К чему такой переполох?

Бандитеныш благостно-дебильно улыбнулся:

– Костлявый покончил с собой. – У меня за спиной пораженно ахнули. – Облил себя маслом и поджег. Пока слуги потушили огонь, от него ничего не осталось.

– А почему так разволновался… этот? – Я неопределенно махнул рукой в сторону входной двери.

– Убийство одного из членов Триумвирата означает начало войны.

– Но ведь самоубийство…

– Возможно. Но в любом случае, даже если это не нападение другой группировки и не внутренняя разборка, то борьба за место Костлявого все равно будет кровавой…

– Ясно… – Я задумался, прокручивая в голове варианты событий и попутно лениво обгладывая ребро. Что же я затеял-то, а? – Можешь идти.

Глава 3

– Итак, внимание!

Я громко хлопнул в ладоши, призывая собравшихся в комнате людей к тишине. А толпа оказалась немалой – полторы сотни человек. В связи с чрезвычайной ситуацией я решил собрать всю базарную стражу вместе и познакомиться, попутно прочистив им мозги, – что, учитывая случившееся со мной всего час назад и полученные от информаторов данные, было отнюдь не лишним: фактически стража находилась на содержании Триумвирата. Меня это не устраивало. Пусть моя легенда и полетит к демонам (уже начала лететь – от того человека, каким являлся по легенде Харлаф Блейз, сложно было ожидать действий, подобных моим), но просто смотреть и ничего не делать я не мог. Арран стал моим домом, а я привык содержать свой дом в чистоте.

Толпа (ничем другим это скопище народа назвать было нельзя) успокоилась.

– Все вы уже знаете, кто я такой, – начал я. – Но я все же представлюсь: лейтенант Харлаф Блейз, ваш новый командир. – Толпа загудела. – Назначен вместо погибшего лейтенанта Солтаса… да примут боги его душу. Это был, безусловно, достойный человек. – Сказать данную фразу убедительно я не смог – зубы сводило от злости при мысли о том, что всего за три года эта мразь развалила некогда образцовое подразделение. – Мы продолжим его дело и будем исполнять свои обязанности с удвоенным рвением! – Я немного помолчал. – Что ж, а теперь возвращайтесь к своим обязанностям. – Люди потянулись к выходу, и через пять минут в комнате не осталось никого, кроме меня и моего заместителя, сержанта Остаса Нурга.

Несколько секунд сержант настороженно смотрел на меня, а я – на него. И я никак не мог понять, каким образом ближайший помощник Солтаса оказался не замешан (по словам неудачливой парочки стражей) в его грязных делах и при этом не уволен. Мохнатая лапа в верхах? Возможно…

– Лэр, – первым нарушил молчание Нург. – Я надеюсь, мы сработаемся. – Я медленно кивнул. – Ах да, совсем забыл – тетушка просила передать вам привет. – Моя челюсть упала на пол… Вот это номер!

– Спасибо, я обязательно заеду к ней на пироги, – вспомнил я отзыв.

Ясно теперь, чья лапа так заботится о сержанте.

– Так вы…

– Да, – прервал меня сержант. – А теперь я должен вам кое-что передать. – Нург достал из кармана и протянул мне шарик переговорного амулета. Я взял его и тут же вспомнил свои разговоры с мечом Духа. Передача информации прямо в мозг оказалась более распространенным делом, чем я думал.

– Значит, я угадал, – глухо произнес я спустя полминуты, стряхнув с руки на пол пепел от сгоревшего амулета.

– Лэр?

– Сержант, что вы знаете о вампирах?

– Практически ничего… Вампиры были в Валоре всегда, но примерно месяц назад их количество увеличилось где-то на порядок. – Я невольно присвистнул. – Что послужило причиной – мне не известно. И еще, судя по косвенным признакам, их Гнездо располагается где-то в Нижнем городе, вблизи рынка.

– Та-ак… Получается, назначить меня сюда, – я ткнул пальцем вниз, – планировалось изначально. И Солтаса убрали наши.

– Вы почти правы, – усмехнулся Нург. – Только лейтенанта должен был убрать я – завтра. Вы несколько опередили план.

– Я его не убивал!

– Конечно, но капитана-то на путь истинный наставили вы? – Ага, значит, капитан Рур «под колпаком». – Вообще-то убирать Костлявого в планы не входило, насколько я знаю. Но тут уж ничего не попишешь.

– Вот именно. Нельзя было ознакомить меня с планом заранее? Хотя о чем это я… Разве можно назвать планом этот набор «ценных указаний»?

– Прошу меня простить, лэр, но вы, видимо, не слишком много знаете о вампирах.

– Почему же? В Академии Эсхара я проходил курс ксенологии. О вампирах там было, конечно, не много, но большего мне и не надо.

– Что-нибудь вроде: «огромная физическая сила, бледная кожа, уязвимость к свету Мистеля, клыки»? – ухмыльнулся Нург.

– Размножаются, превращая других существ в подобных себе, – добавил я и тоже усмехнулся. – Ах да, еще – я могу справиться врукопашную с кровососом возрастом до ста пятидесяти лет… Больше мне знать для выживания и не нужно… было.

– Неплохо. – Сержант уважительно кивнул то ли моим воинским успехам, то ли знаниям. – Но недостаточно. Об этом мало кто знает… Вампиры делятся на две неравноправные группы: Истинных, или, иначе, чистокровных, и обращенных. Откуда изначально появились вампиры, точно не скажет никто, но одно известно наверняка – все они произошли от общих прародителей – Короля и Королевы, именно так, с большой буквы, а настоящие их имена знают лишь чистокровные…

– Дай догадаюсь, – влез я. – Чистокровные – это дети королевской семейки, уже рожденные вампирами.

– Верно, именно от них около шести тысяч лет назад и произошли первые обращенные. Всего Истинных вампиров одиннадцать – четыре женщины и семь мужчин. Вначале было семнадцать, но из-за отсутствия возможности размножаться количество Истинных сократилось… По естественным причинам. – Сержант злорадно ухмыльнулся, и я сразу понял, какие причины он считает естественными для кровососов. – Об Истинных вампирах вы, лэр, должны были что-то слышать, их еще называют Князьями.

– Слышал, но думал, это просто самые сильные и старые из них.

– О нет! Среди обращенных, конечно, тоже существует своя иерархия – подразделение на низших и Высших, проживших более тысячи лет, но ни один из обращенных не посмеет назвать себя Князем.

– Ага… понятно. И кто же из Князей прислал своих… детей в Валор?

– Никто. Судя по описанию свидетеля, на одном из вампиров был знак Спящего.

– Кого? – История становилась все запутанней.

– О, это отдельная история… Вы слышали о Кровавой неделе?

Я ненадолго задумался, но ничего в голову не пришло.

– Нет.

– Это случилось незадолго до распада Аан. – Сержант присел на стул. – Один из сильнейших магов той поры, имени не помню, что-то не поделил с Сибиллой, Истинной, в результате произошел поединок… И маг вышел победителем. Но радовался он недолго – отомстить за смерть дочери явилась сама Королева. В результате маг погиб, вместе с ним погибла куча народу, но совместными усилиями десятка Магистров и Архимага удалось уничтожить и Мать вампиров… что и положило начало Кровавой неделе. Упыри по всему миру одновременно словно сошли с ума, в гневе принявшись убивать людей направо и налево. Князья и лично Король практически стерли с лица Мира Валор, разрушив даже Университет и Императорский дворец… Кошмар продолжался неделю, а затем все прекратилось. Как стало известно позже, Король неожиданно впал в оцепенение, заснул… и спит до сих пор. На основании этих и некоторых других фактов позже были сделаны выводы, что Король и остальные вампиры эмоционально тесно связаны.

– Интересная сказка, – скептически произнес я.

– Возможно, – не стал спорить сержант. – Прошло слишком много времени, чтобы знать точно, но одно мы знаем – вампиры в городе, и они что-то ищут… или ждут.

– Допустим. Вы все хорошо расписали… – Я выставил ладони перед собой в защитном жесте. – Но при чем здесь безответственное отношение командования к планированию операции?

– Все просто. Даже сейчас, несмотря на свое состояние, Король вампиров остается сильнейшим эмпатом и телепатом нашего Мира. Он всегда чувствует направленную на него или его детей агрессию. Это было не единожды доказано – кровью. Теперь же, когда внимание Короля направлено на всех, кто связан с этим делом, стоит только кому-то начать что-то планировать – и Хранители Спящего тут же об этом узнают.

– То есть, – протянул я, – остается импровизация.

– Верно.

– Это невозможно! Не могу же я работать, вообще не думая над следующим ходом! Пусть найдут кого-то другого для этого дела.

– Другого нет, – покачал головой Нург. – Лишь вы…

– Только не говорите мне, что дело в силе моего Дара, а то я повешусь! В последнее время из-за него у меня куча проблем!

– Тем не менее дело как раз в Даре, – улыбнулся сержант. – У сильных магов, чье слияние со Стихией достаточно велико, есть природный иммунитет к магии разума… Для телепатов это как пытаться услышать разговор, происходящий у водопада, – шум воды заглушает все.

– Получается, делиться своими планами мне нельзя ни с кем, – констатировал я унылый факт и улыбнулся: – Только раздавать ценные указания.

– Так точно, – неожиданно рявкнул сержант, вытягиваясь во фрунт. – Разрешите идти? – Я в недоумении взглянул на Нурга, а потом до меня дошло. Я на мгновение сбросил блокировку эмпатических способностей и просканировал окружающее пространство – за дверью кто-то притаился, излучая интерес и страх. Шпионят, гады! Но как Нург смог его засечь раньше меня?

– Иди, и чтобы завтра отчет был у меня на столе! – Я, всем существом выражая пренебрежение, граничащее с презрением, отвернулся. И тут же почувствовал, что комок из чувств удаляется от двери. – Ушел. Теперь по делу, – зачастил я. – Завтра утром мне нужен полный список всех стражей – кому я могу доверять, и особенно, кому доверять нельзя ни в коем случае… А также, кого нужно… устранить. Вы поняли?

– Да, лэр. – Нург мгновение помолчал. – Сделаю… Ах да! – Сержант хлопнул себя ладонью по лбу, запуская вторую руку в висящий на поясе кошель и вынимая оттуда шарик переговорного амулета. – Это вам. – Я молча принял передачу и спрятал шарик в свой кошель.

– Идите… Кстати, – спросил я двинувшегося к выходу сержанта. Нург обернулся. – Где мой кабинет?

Не думал, что день может быть таким длинным. Я устало откинулся в кресле. Оказывается, основная обязанность лейтенанта стражи состоит вовсе не в погоне за бандитами и драках в подворотнях, а в банальном перебирании и перекладывании бумаг из одной кучи в другую. А тут еще и вампиры… Не мог же я сражаться с существами, о которых имею лишь общие скудные сведения? Поэтому и приналег на научную литературу. Но, к моему удивлению, только одна из найденных книг о вампирах хотя бы частично подходила под это определение.

Удивительно: живя уже много тысяч лет бок о бок с кровососами, мы, люди, ничего толком о них не знаем. Не знаем даже, кто они: живые существа, нежить или что-то среднее… Ладно, это не суть важно. Автор книги считает, что вампиры – это люди (эльфы, гномы и т. д.), под воздействием какой-то магической заразы подвергшиеся изменениям на глубинном уровне. Впрочем, сейчас не об этом. Автор посвятил много лет изучению кровососов, и особенно его интересовали их уязвимые места – проще говоря, он искал самый простой и верный способ убить упыря.

И здесь меня ждало разочарование.

Вопреки суевериям, солнечный свет вовсе не так смертелен для детей ночи, как хотелось бы. Да, они получают ожоги (схожие с аллергической реакцией – сильное покраснение кожи и боль) от попадания на кожу прямых лучей Мистеля, но в тени могут находиться, испытывая лишь легкий дискомфорт. Да, при воздействии дневного света вампир слабеет, теряет способности к регенерации, но, чтобы он погиб, необходимо длительное воздействие дневного света, и, чем старше тварь, тем дольше она может продержаться без ущерба для себя (естественно, об Истинных вампирах ничего известно не было). Так что Мистель лишь помогает определить принадлежность существа к кровососущему роду, а вовсе его не убивает.

Увы, но воспетые в легендах способы вроде осинового кола в сердце, серебра или молитвы (хотя, молитва могла и помочь, если бог откликнется) оказались также бесполезны. Впрочем, осиной вампира убить можно, если воткнуть кол в сердце, так же как и простой сталью, – достаточно повредить мозг, отрубить голову или вырвать сердце (чтобы наверняка, так как старые упыри могут спокойно достать кол и им же проломить голову незадачливому охотнику на нечисть). Короче, противник мне достался еще тот, но ведь и я не простой рубака – магия убивает вампиров с тем же успехом, что и людей. Сами же вампиры магией не владеют, если не считать присущих им способностей к эмпатии и телепатии (что указывает на Стихию Тьмы и, соответственно, опровергает постулат о бездарности упырей). И соответственно, защититься от магии им сложнее.

– Извините, лэр, – постучал в дверь кабинета секретарь. – Вы приказали напомнить о времени. Уже пять часов.

– Хорошо. – Я поднялся с места и с хрустом потянулся. – Если меня будут спрашивать, отвечай, что я ушел по делам. Пусть приходят завтра утром, к десяти.

– Будет сделано, лэр. – Секретарь скрылся за дверью.

На сборы ушло минут пять, но насчет времени я не волновался. Успею. До Белого города можно добраться и на извозчике, а уж там пешочком.

И действительно, успел. Пришел, заказал вина, ужин… Да так и просидел до десяти вечера, прокручивая в голове варианты. Курьера с золотом не будет, это ясно… Перехватили? Сам сбежал, узнав о смерти хозяина? Молот мне в зад! Ну почему я не приказал Костлявому умереть после шести? Глупая ошибка! Самое поганое, что я даже не знаю, кого искать… Сплыли мои денежки, а жаль…

Я в раздражении бросил вилку на тарелку, громким звоном нарушив установившуюся в зале тишину.

– Господин? – Ко мне тут же подбежал официант. – Вас что-то не устраивает?

– Нет. Все нормально. Счет, пожалуйста.

– Сию минуту, – поклонился парень, исчезая.

Пока я вставал и пристегивал меч к поясу, он снова материализовался рядом.

– Полтора империала, господин.

Я мысленно выругался. А цены-то кусаются! Я пересчитал в уме: один золотой империал равен двадцати серебряным кронам, а крона равна полусотне меди, если же считать, что монеты Арранской империи на треть тяжелее эсхарских – получается ужас.

– Держите, – недовольно буркнул я, со скрипом в суставе передавая деньги, но чаевые все-таки дал. В придорожных трактирах такое не принято, как и здесь – на первом этаже, но я-то на втором, а значит, буду вести себя соответственно. Нужно держать марку.

– Благодарю, – еще раз поклонился официант. Но на этот раз моей спине.

Я спустился на первый этаж и быстро двинулся к входной двери по узкому проходу между столами… Успел пройти почти половину пути, когда неожиданно случилось то, о чем я даже не мог мечтать, – в меня врезалась хорошенькая… Нет, очень красивая девушка – высокая стройная брюнетка в подчеркивающем все достоинства черном платье и с рубиновым кулоном на шее.

– Ой, извините! – испугалась девушка.

– Ничего. – Я натянуто улыбнулся. – Я сам виноват, простите…

Я попытался обойти девушку стороной и снова двинуться к выходу. Но не тут-то было…

– Подождите! – Красотка вцепилась в мою руку. – Я такая неуклюжая, позвольте мне загладить свою вину. Присоединяйтесь к нам. – Я взглянул в ту сторону, куда указала девушка, и обомлел: за столиком сидела ее точная копия – близнецы. Интересно…

– Хорошо, – с сомнением в голосе произнес я. – Но только ненадолго…

– Конечно, нам тоже пора уходить. Позвольте угостить вас вином…

– Харлаф, можно просто Хар. – Я еще раз натянуто улыбнулся, усаживаясь за стол и разливая вино по бокалам. – А…

– Тесса, Лола, – представила себя и сестру новая знакомая. – Приятно познакомиться.

– А уж мне как приятно… – Я сделал глоток из бокала. – Определенно, сегодня у меня удачный вечер.

– Это хорошо. – Тесса посмотрела прямо мне в глаза и неожиданно произнесла, заставив меня выпасть в осадок от такой наглости. Без подготовки, без прощупывания почвы – это же надо меня так не уважать! – Почему бы нам не пойти и не продолжить общение в более интимной обстановке?

– Хорошая мысль, – глупо улыбнулся я. – Куда идти?

– За мной. – Бросив на стол пару золотых, девушки буквально потащили жертву к выходу: Тесса слева, а ее молчаливая сестра справа. В таком порядке мы двинулись и по улицам. Но отошли недалеко.

До первого же грязного тупичка – как я и ожидал.

– Куда это мы пришли? – заторможенно спросил я, имитируя поведение подчиненного эмпатическим ударом человека. – Это не похоже на дом… хе-хе, девчонки, вы чего? А вы шутницы… – И тут меня плотно прижало к стене, а шею резанула острая боль.

– Еще какие! – В голосе Тессы, стоявшей и с полминуты спокойно наблюдавшей, как ее сестра перекусывает, прямо сквозила насмешка и злорадство. – Лола, хватит! Не увлекайся, оставь и другим! – Присосавшаяся ко мне вампирша нехотя отступила.

– О, уже ужинаете?! – К нашей теплой компании присоединилась еще парочка «друзей», на этот раз одного со мной пола. И снова близнецы. – И нас не подождали!

– Где вы бродите? – недовольно, капризным тоном произнесла Тесса. – Еда скоро остынет…

– Не дождешься, – прохрипел я, входя в транс, мгновенно заживляя шею и выдергивая меч из ножен.

Вампиры за это время успели только удивленно вытаращить глаза – никому из них и сотни лет не стукнуло, а воинской подготовки не было и в помине… А потому опившаяся крови, осоловевшая вампирша смачный удар ногой блокировать не смогла, получив свое и хорошенько припечатавшись спиной к противоположной стене метрах в трех.

– Ка… – Один из вновь прибывших близнецов только и успел открыть рот, как брошенный мной фаербол снес ему верх черепа, оставив в относительной целости и сохранности лишь нижнюю челюсть и обрызгав смесью крови и мозгов стоящего рядом товарища.

– Идэн! – живо отреагировала Тесса на смерть приятеля (а скорее всего, и чего-то большего). – Урод! – Вампирша, показав свои немаленькие клыки, прыгнула на меня.

…Прыгнуть-то она прыгнула, но толку с этого оказалось немного – я встретил ее ударом оголовья меча в лоб, раздался хруст, и упырица кулем опала на землю. Убить я ее не боялся – упыри твари живучие, даже такие «молокососы».

– Больше всего бесит, что такие ничтожества посмели хотя бы помыслить о нападении на меня. – Я медленно пошел в сторону последнего оставшегося дееспособным противника (Лола лишь пыталась встать на четвереньки, и ее боевой единицей я не считал). – Я был лучшего мнения о вашем виде. Она даже не удосужилась проверить, не маг ли я. – Я коротко кивнул в сторону Тессы.

– Мы просто хотим жить, – ощерившись, взвизгнул вампир, отступая на несколько шагов и одновременно бросая отчаянные взгляды на Лолу. – Если бы у нас был способ выжить, не убивая людей, мы…

– Ну это-то я понимаю, – усмехнулся я. – Ради выживания – своего или дорогого человека – можно пойти на многое… Так же как и для выживания своего вида. И вот здесь у нас с тобой конфликт интересов… А потому ты умрешь.

– Попробуй! – прошипел смельчак. – Я бессмертен! И не та…

Несколько раз меня просить не нужно – снова нырнув в транс, я плавно переместился к вампиру и ударил наискось мечом, отрубая ему голову вместе с левой рукой.

– Бессмертия не существует, – тихо произнес я, вытирая меч об одежду убитого. – Тебя обманули.

Сзади раздался шорох.

Я медленно обернулся. Лола, увидев смерть дружка, коротко уныло взвыла и… решила не идти в самоубийственную атаку, а доказала, что вампиры отличные прыгуны, запрыгнув на крышу двухэтажного дома и скрывшись с моих глаз раньше, чем я что-то успел сделать… По крайней мере, так она подумала.

Я улыбнулся.

– Кто ты такой? – О-о, вторая сестричка очухалась. – Где они?..

– Я – Хар, они – сдохли. – Я достал из кармана печать Подчинения. – А вот тебе придется мне еще послужить.

Глава 4

Я вернулся домой поздно, часа в два ночи, уставший как собака – пришлось побегать. Вампирша чрезвычайно резво прыгала по крышам – очень уж впечатлительной оказалась. Глупая тварь даже и не думала, что за ней кто-то может следить, а потому бежала прямиком в Гнездо, к «папочке» под крыло. Ну вот скажите, как существо, чья жизнь крутится вокруг крови, может не знать о ней самых очевидных вещей? Уж вампиру-то должно быть известно, что кровь мага – не просто какая-то там вкусная питательная жидкость, она еще и часть самого мага, содержащая частицу его Дара… Стоило мне только закрыть глаза и на мгновение погрузиться в медитацию, как я перед внутренним взором увидел отделившуюся от ядра моего Дара крохотную оранжевую искорку, стремительно удалявшуюся сквозь вязкую чернильную темноту. Оставалось только иди за ней… И я дошел, а затем рассказал о своей находке кому следует, после чего вернулся домой и заснул сном праведника.

– Лэр лейтенант, проснитесь! – Кто-то со смутно знакомым голосом забарабанил в дверь. Я напряг память. Один из молодых стражников, заступивших в смену на ночь. – Идет бой на рыночной площади!

– Что-о-о?!! – Я мгновенно оказался на ногах, тут же сбрасывая сон и торопливо одеваясь.

– Лошадь оседлана, лэр! – произнес рядовой, пускаясь вдогонку за мной по лестнице. – Дежурные наряды стягиваются к месту драки.

– Кто?

– Люди Топора и Костлявого… вернее, одного из его ближников. – Парень вслед за мной запрыгнул в седло.

До рыночной площади мы добрались быстро – благо до рассвета оставалось еще полчаса и людей на улицах было немного. Зато зевак вокруг места побоища скопилось порядком – рынок начинал работать очень рано, некоторые купцы и крестьяне ночевали прямо здесь в своих палатках и телегах, чтобы не потерять место. Поэтому в бандитской стычке погибли не только ее участники (трое), но и несколько невинных людей. Старик лет семидесяти лежал на земле с разрубленным черепом – не вовремя высунул нос из телеги с привезенными на торг овощами. Молодая женщина с ребенком лет двух на руках лежала, подвернув ногу, возле перевернутого лукошка с яйцами… Мальчик был пришпилен к груди матери арбалетным болтом. У меня перед глазами встал прибитый к стене трактира отец… Богатое воображение не всегда благо.

– Ну-ург!!! – бешено заорал я, чувствуя, как во мне пробуждается холодная ярость, заполняя меня до краев ледяным пламенем.

– Я здесь, лэр лейтенант! – Мой заместитель словно из-под земли вырос позади меня.

– Почему не уследили? – Я бешеным взглядом окинул нервно сжавшихся стражников. – Чья вахта? Чей участок?

– Стражи Крем, Лопар и Таворис. – Названные стражники, стоявшие неподалеку, сделали неуверенный шаг поближе ко мне.

Я тут же снял блокировку эмпатических способностей и атаковал их, принуждая к откровенному разговору. Стражники взглянули на меня со страхом и преданностью, а маг-криминалист, оказавшийся рядом (между прочим, двое расследователей также находились здесь, опрашивая свидетелей), – с удивлением.

– Как это случилось? – едва сдерживаясь, спросил я.

– Мы были там… Они напали неожиданно… Мы бегом… – затараторили стражники всем скопом, начиная рассказ с разных сторон и путая друг друга и меня.

– Стоп! Заткнулись все! Ты! – Я ткнул пальцем в стоявщего посредине стража, самого старшего по возрасту и званию. – Говори.

– Лэр, мы были во-он там. – Мужчина указал рукой в противоположный конец торгового ряда. – Совершали обход, когда услышали крики. Бросились сюда. Здесь дрались между собой десятка два оборванцев. – Я поморщился: хороши оборванцы – с арбалетами. – Позвали подмогу, – рядовой поддел большим пальцем цепочку висящего на шее свистка, – и побежали сюда. Нищие бросились врассыпную.

– Плохо. – Я успокоился. Даже как-то чересчур, но в глубине души все еще бушевал огненный ураган. – Если вы меня сейчас не удивите, можете сдавать жетоны…

– Лэр? – удивленно переспросил Лопар, оглядываясь вокруг. – Удивить? Я не…

– Разрешите, лэр лейтенант, – вклинился в разговор сержант Нург. – Результатом действий стражи стало задержание четверых участников стычки. Сейчас их допрашивают расследователи.

– Вот как? – Я окинул взглядом окружающее пространство. Чуть в стороне действительно происходил допрос четверки подозрительных личностей. Эти самые личности презрительно молчали, а двое расследователей – один совсем молодой, а второй постарше, на вид лет тридцати с небольшим, вяло у них что-то спрашивали, уже отчаявшись выжать хоть слово. – Непохоже, что там дело сдвинулось с мертвой точки… За мной.

Младший расследователь Грегор Вастос радовался – сегодня у него выдался чрезвычайно богатый на события день, его первый день в качестве полноправного расследователя, «принеси-подай-пшел-вон-не-мешай» осталось в прошлом. Единственное, что омрачало радость, было нежелание преступников говорить. То есть вообще – четверка упрямых бандитов не сказала ни слова, на каторгу им явно не хотелось. Придется отправлять их на допрос к специалисту, а это потеря драгоценного времени.

– Добрый день, господа, – вывел Грегора из задумчивости раздавшийся рядом тихий голос. – Позвольте представиться, лейтенант городской стражи Харлаф Блейз. Это… происшествие случилось на моей территории.

– Старший расследователь Карос, – несколько высокомерно произнес Микел, выражая таким образом свое отношение к необходимости приветствовать стражника как равного (Служба Охраны Правопорядка, или, по-простому, охранители, состояла из трех Корпусов: Корпуса стражи, Корпуса расследований и судейского). Отношения между Корпусами сложились не самые теплые.

– Младший расследователь Вастос, – представился в свою очередь Грегор, протягивая лейтенанту руку.

– Я вижу, вам необходима помощь. – Стражник кивнул в сторону задержанных, отвечая на рукопожатие.

– Нет, – гордо отказался Микел, не желая принимать помощь какого-то стражника, пусть даже и лейтенанта. – Это наше дело.

– Ну уж нет! – неожиданно прорычал лейтенант прямо в лицо собеседнику, приблизившись к тому вплотную и схватив за одежду. – Это общее дело! В моих интересах побыстрее разобраться с проблемой, чтобы такого, – он махнул рукой в сторону сложенных в ряд тел, – больше не случилось. Ты меня понял?!

– Как ты сме-э…

– Заткнись! – с холодной яростью в голосе бросил лейтенант… и расследователь испуганно замолчал.

Блейз подошел к шеренге задержанных.

– Итак, вы все знаете, чего я от вас хочу: организаторы, сообщники, логово. Если кто-нибудь хочет мне добровольно об этом рассказать – шаг вперед! – Ни один из нищих (довольно крепких и упитанных, между прочим) с места не двинулся, а самый наглый метко плюнул прямо на сапог лейтенанту, презрительно ухмыляясь. – Хорошо. – Стражник словно и не обратил внимания на плевок. – Я вижу, вы не хотите облегчить себе жизнь. – Неожиданно Блейз шагнул к любителю плеваться и крепко схватил правой рукой за горло.

– Что ты… Как вы собираетесь действовать? – Придя наконец-то в себя, почти решительно спросил Микел.

– Без жалости. – И в следующий миг лейтенант взглянул прямо в глаза бандиту.

Толпа, собравшаяся вокруг места происшествия и с интересом наблюдавшая за происходящим, разразилась удивленными и даже испуганными вскриками: едва встретившись взглядом с лейтенантом, наглый мужик испуганно дернулся, мелко затрясся… и обмочился. Стражник брезгливо поморщился.

– Ничего не хочешь мне сказать? – Горло нищего освободилось от захвата.

– П-паш-шел-л т-ты! – Бандит попытался плюнуть мучителю в лицо.

– Значит, будешь примером, – равнодушно произнес Блейз, снова хватая наглеца за горло.

Через полминуты все было кончено. Опустив седого, с пустыми бессмысленными глазами и текущей изо рта слюной нищего в сторону, лейтенант приказал:

– Выбросьте эту падаль в канаву, он бесполезен. – Подчиненные почти бегом потащили спятившего (от чего?) бандита в сторону ближайшей сточной канавы. А лейтенант снова повернулся к шеренге преступников, на этот раз глядевших на него совсем по-другому. – Еще раз спрашиваю: кто-нибудь хочет сделать признание?

Шаг вперед сделали все трое одновременно.

– Жаль, – холодно улыбнулся Блейз. – Я надеялся еще потренироваться… Лэр Карос, они ваши. – Микел нервно кивнул. – Если я узнаю, что вы солгали, а я узнаю… – Бандиты последовали примеру Микела и тоже мелко, испуганно закивали. – Вот и хорошо.

– Э-э, лэр лейтенант, извините, – неожиданно для себя окликнул развернувшегося и собравшегося уходить главного стража Грегор. – Как вы это сделали?

Лейтенант заинтересованно оглянулся и туманно произнес:

– Человек – раб своих чувств. Кем-то управляет алчность, кем-то чувство долга или желание справедливости, но универсальным рычагом управления является страх – его испытывают все, начиная с самой ничтожной твари и заканчивая богами. Будь то страх перед смертью, страданиями, монстрами, живущими в шкафу, или же собственным тираном-отцом… – Стражник бросил короткий взгляд в сторону, куда унесли спятившего бандита. – Достаточно лишь понять его суть и пробудить, немного усилив… Я ответил на ваш вопрос?

– Д-да.

– В таком случае, позвольте и мне проявить любопытство. – Лейтенант слегка приподнял уголки губ в намеке на улыбку. – Как вы оказались на месте происшествия раньше меня? Насколько я знаю, добираться вам вдвое дальше.

– Ну это просто: мы находились неподалеку, – махнул рукой себе за спину Грегор. – Представляете, здесь, совсем рядом, было Гнездо из двух десятков вампиров! Нас вызывали туда… Их всех убили.

– Вот как? – наигранно удивился собеседник. – И кто же это сделал, если не секрет?

– Тайная стража, целых три Звезды, – прошептал расследователь, оглядываясь вокруг.

– Интересно, с чего же вы сделали такие выводы? – несколько покровительственно спросил Блейз. – Неужели тайные потеряли сноровку?

– Вот именно! Вместе с жизнью! – Лейтенант удивленно отшатнулся, и на его лице отразилась целая гамма чувств – от удивления и недоверия до досады и горечи.

– В смысле? Они погибли? Все?!

– Точно. Их сначала чем-то искромсали, а затем подожгли вместе с домом.

– Чем-то? Вы не определили?..

– Да мы ничего толком не успели рассмотреть, – смутился Грегор. – Сразу же после нас туда явились специалисты от Тайной стражи и указали всем посторонним на дверь. А тут и вызов сюда… Так вот.

– Благодарю, – произнес Блейз, протягивая руку для прощания. – До встречи.

– До встречи, – прошептал Грегор, уже глядя в удаляющуюся спину своего нового, странного и немного пугающего знакомого.

Только хотел ли он ее, этой встречи? Вот в чем вопрос.

– Сержант, узнайте все о случившемся на улице Кожевенников, – едва отойдя на безопасное расстояние от посторонних ушей, приказал я. – Как можно быстрее.

– Будет сделано, лэр, – не показал удивления сержант, протягивая мне три листа, исписанные мелким почерком. – Как вы и приказали – списки личного состава. – Я сквозь зубы выругался: меньше всего мне сейчас нужна была подобная рутинная работа – перед глазами стоял призрак отца и женщины с ребенком на руках. Я хотел действия. Кровь еще бурлила от происшедшего, от моего первого опыта применения эмпатических способностей подобным образом. На этот раз простым внушением страха обойтись не удалось – я просто не знал, как его воспроизвести, никогда не испытывал такого мощного и цельного чувства. А потому пришлось импровизировать, искать внутри подопытного его глубинные страхи и воздействовать на них, усиливая и взращивая в беспредельный ужас. Способ для меня новый, медленный, но намного более сильный, верный и с долговременным эффектом. – Если захотите ознакомиться более подробно, то личные дела сотрудников можно спросить у вашего секретаря, я об этом позаботился.

– Хорошо, – вздохнул я. Раз уж взялся за работу, то нужно делать ее на совесть. – Как только узнаешь что-то важное о происшествии, сразу же докладывай через амулет. Особо меня интересует, есть ли среди найденных трупов молодая вампирша, все подходящие кандидатуры – ко мне на рассмотрение.

– Будет сделано, лэр! – Сержант развернулся и зашагал прочь к стоящим в стороне лошадям.

Я тоже пешком идти не собирался.

И опять я пожалел о своем карьерном росте… Все, больше никаких карьерных ростов – слишком это геморройно. Хотя Архимагом я стать все же хочу, а вот Верховным – дудки. Впрочем, на данный момент живут и здравствуют всего два Архимага: Верховный маг империи – он же, по совместительству, ректор Арранского Университета, и еще один, древний и нелюдимый маг-затворник, живущий где-то… Никто не знает точно, где он живет. Да, еще Архимаг есть в Эсхаре, как и в большинстве других стран, где имеется своя высшая школа магии, но это скорее политика – как же, и у нас есть Архимаг! Мы и сами с усами! По сути же между настоящими, в понимании древних аанцев, и «самопровозглашенными» Архимагами пролегала пропасть.

Кстати, ректор Университета – маг (в данном случае «маг» не обозначение ранга, а скорее профессиональная принадлежность) Воздуха, а его учитель-отшельник – Огня… Вот бы познакомиться. Древний старикан многому может научить. Впрочем, с одним почти Архимагом (по крайней мере, по количеству Силы он подходит… увы, но количество Силы не главное в этом деле) я уже знаком – Кассий хотя и находится в ранге Магистра, вполне может претендовать на повышение. При вербовке оставшийся мне неизвестным Магистр не соврал – мне в учителя действительно выделили лучшего… Хм, а это мысль… Кто сказал, что в «закромах» различных спецслужб и организаций по всему миру не запрятана еще пара десятков Архимагов? М-да-а…

Но это все к слову – сейчас у меня проблемы, которые нужно решить быстро, за пару ближайших дней. Из ста восьмидесяти теперь уже моих сотрудников треть стоит уволить как можно быстрее, десятка два убедительно предупредить впредь не брать денег у «клиентов», а еще троих банально убить – такая мразь не имеет права на жизнь. Конечно, долго я на этой должности не задержусь, и вроде бы мне должно быть все равно, что здесь происходит, но оставить все как есть не в моих силах. Ненависть к негодяям всех мастей во мне слишком сильна.

Я подхватил вилкой с тарелки последнюю отбивную, отправил ее в рот и с чувством зачавкал. А что? Ужинаю я в гордом одиночестве в своем кабинете, среди бумаг, можно расслабиться. Опрокинул в рот бокал красного вина. И как-то резко расхотел работать. Я окинул тоскливым взглядом гору бумаг, скопившихся на столе по правую руку, затем гору раза в четыре поменьше, слева – то, что уже рассмотрено и проработано. Судя по всему, последний месяц Солтас бумажной работой откровенно пренебрегал… Да и раньше не особо напрягался в плане исполнения своих обязанностей. А мне приходится за ним разгребать… Все, с меня хватит. На сегодня точно.

– Фриц! – раздраженно рявкнул я, вызывая секретаря.

– Слушаю, лэр лейтенант! – Этот незаменимый человек тут же показался в дверях.

– Забери. – Я махнул рукой на поднос с посудой. – И можешь идти домой. Отдыхай.

– Спасибо, лэр, – чопорно поклонился секретарь, подхватывая поднос и удаляясь из помещения.

Я уважительно цокнул языком – всегда уважал профессионалов своего дела, а здесь он самый и есть. Незаменимый человек – несколько лет именно он тащил на себе все дела этого участка. Жаль только, что он входит как раз в тройку людей, подлежащих уничтожению, – сотрудничество с Триумвиратом я еще мог бы простить за заслуги, но Фриц имел нездоровую страсть к малолетним мальчикам… Не оставляя свидетелей. Сию интересную информацию я нашел в сейфе Солтаса, который закрывал глаза на хобби своего помощника (пришли они на свои должности одновременно, что наводит на определенные мысли).

– Не за что… – Я вытянул руки над головой, потянулся. – Пора и мне на боковую. – Я широко зевнул, раскрыв пасть во всю ширь. Да так и застыл с открытым ртом – в кабинет довольно организованно вбежали четверо личностей в черных одеждах и с арбалетами в руках.

– Ого! – язвительно произнес вошедший следом за ними пятый – средних лет мужчина в дорогой одежде темных тонов, с мечом на поясе и посохом в руке. Судя по смуглой коже и чертам лица, маг был либо из восточных провинций империи, либо из султаната. – Мы застали тебя в такой интимный момент!

– Нужно было тебя сразу прикончить, – расстроенно произнес я, глядя через плечо мага на стоящего в дверях Фрица.

– Не волнуйтесь, лэр, я разберу бумаги вместо вас, – бесстрастно отпарировал секретарь. – Мне было приятно с вами работать.

– Хм… мне тоже, – неожиданно для себя честно признался я.

– Поработаете еще! – удивил меня маг. Я, приподняв в удивлении бровь, посмотрел ему в глаза. – Топор хочет с тобой поговорить.

– Вот как? Интересно, по какому поводу? – Я наконец закончил прикидывать свои шансы на победу в драке – их не было. Если Истинное зрение не обманывало и аура мага не ложная (замаскировать ауру способны лишь сильные и опытные волшебники), то он вдвое сильнее меня и во много раз опытнее. Стоит ли дергаться? Да и арбалеты…

– Он сам тебе скажет! Пошел!

– Бегу и падаю, – буркнул я, послушно поднимаясь на ноги. – И как ты собрался вывести меня из здания? Не все же здесь продажные твари.

– Так же, как вошли. Здание старое, есть выход в городские катакомбы. Нужно лишь иметь изнутри того, кто бы открыл дверь, и все.

– Не знал. И что, большие катакомбы?

– Подо всем городом. Кое-что осталось еще со времен Аан – Валор разрушали несколько раз, чтобы затем возвести снова, на руинах предыдущего, кое-что построили позже и целенаправленно. Вот за тысячелетия и образовались под городом лабиринты. А в них различные твари, которые на поверхности уже давно вымерли, а там живут себе. Демоны, химеры, нежить, сектанты и темные маги… На нижних уровнях катакомб чего только нет.

– Так чего же мы ждем? – в нетерпении воскликнул я.

Маг усмехнулся – он явно знал, на чем можно поймать собрата по ремеслу. Любопытство и жажда новых знаний – вот слабое место каждого мага, если он настоящий, конечно.

– Ничего… Идем, нас уже заждались.

Глава 5

Катакомбы мне сразу не понравились – темно, сыро, непонятное шебаршение в темноте, сразу за пределами освещаемой факелами зоны, сзади напряженно пыхтит бандит, периодически покалывая меня кинжалом в спину. И зачем так прижиматься? Извращенец.

Вопреки моим ожиданиям, путь наш проходил не по узким коридорам, а чуть ли не по подземному проспекту – по крайней мере, стен я разглядеть не смог. Только пол неровный… Ай! Я попал ногой в яму и чуть не подвернул ногу, остановился на секунду, а идущий сзади урод больно кольнул меня кинжалом в спину.

– Тебя я убью первым, – полуобернувшись назад, спокойно произнес я.

– Что-о?! Ах ты… – взревел бандит, но тут же заткнулся, остановленный на полуслове ледяным взглядом вожака. Духу у него хватило только что-то тихо пробурчать.

– Эй, маг, – окликнул я. – Долго нам идти? Час уже шлепаем.

– Почти пришли, – ехидно ответил бандит. – Понравились катакомбы?

– Очень, – уныло пробурчал я. – Только я не вижу здесь ни монстров, ни сокровищ… ничего достойного внимания.

– Этот район регулярно очищается нашими людьми. К тому же это только верхний ярус, вниз я бы тебе спускаться не советовал.

– А сколько всего ярусов? – поинтересовался я.

– Не знаю, до самого дна не спускался, но четыре точно. С четвертого я еле унес ноги, оставив там всю группу.

– Неужели никто не пытался проверить, что внизу? – искренне удивился я.

– Почему же? Некоторые маги и сорвиголовы спускаются и ниже четвертого яруса, но не ты, – несколько высокомерно произнес маг. – Сколько тебе лет, двадцать семь? Тридцать? – Ну да, по легенде лейтенант Блейз был двадцати девяти лет от роду (слишком молодой командир не всегда имеет должный авторитет у подчиненных, поэтому надо мной немного поработали, слегка изменив внешний вид – совсем чуть-чуть).

– Почти, – сухо отозвался я.

– Признаю, как маг ты неплох, но этого явно недостаточно для спуска туда. – Бандит ткнул пальцем вниз.

– Посмотрим…

– Пришли, – не дал мне договорить конвоир, останавливаясь возле еле заметной ниши в стене и на что-то нажимая. Раздался скрип, хруст, а затем моему взору открылась уходящая вверх лестница, освещенная факелами, расположенными на стене через каждый метр. Зачем? Темноты они, что ли, боятся?

Мы начали подъем, а на середине пути нас остановил властный оклик, и сверху, на лестнице, возник воин в полном доспехе, с коротким мечом и почти ростовым щитом в руках. В стенах я почувствовал присутствие десятка решительно настроенных организмов. Охрана? Кого они так боятся? Еще и руны?.. Я удивленно присвистнул.

– Пропуск, – прогудел страж, решительно загораживая нам путь.

Чародей послушно достал из-под одежды квадратную стальную пластину на тонкой серебряной цепочке. Судя по всему, об опасности подземелий он не соврал. Но если так, тогда почему в городе не лезут из-под земли эти самые твари? Этот вопрос я и озвучил, едва мы двинулись дальше.

– Все выходы из катакомб опечатаны магией. К тому же охранители и тайные постоянно проводят рейды и зачищают верхние ярусы, используют их в качестве полигона для обучения молодняка в условиях, максимально приближенных к боевым.

– Не знал. – Я поморщился, заметив, что бандит, занятый переноской моих вещей, пристроился в конец шеренги. – Сурово тут у вас… – Я криво усмехнулся: мой сопровождающий остановился перед дверью в конце лестницы и приложил руку к рунному кругу в ее центре. – Магические запоры – это не слишком?

– Всякое бывает. – Дверь с тихим шелестом отворилась. – Вперед.

– Ясно, что не назад, – съязвил я, окидывая взглядом взявших меня в «коробочку» бандитов. Зря вы, ребята, так близко ко мне стали – арбалеты вам сейчас не сильно помогут… Впрочем, трепыхаться все равно бесполезно: из этой подземной крепости мне не выбраться – по запутанности коридоров она ничуть не уступала катакомбам, да еще и охрана на каждом шагу… Война, однако.

Идти нам пришлось относительно недолго, минут десять, и я подозреваю, что водили меня кругами. Но к нужной двери все же привели. Маг постучал, дождался разрешения войти, и открыл дверь, пропуская меня вперед…

Обстановка внутри роскошью не блистала, но и убогой тоже не была: стол, стулья, пара шкафов с книгами, диван с маленьким столиком рядом. Вот как раз на диване и сидели гостеприимные хозяева: здоровенный, простоватого вида грузный мужик под два метра ростом, с небольшим, но отнюдь не декоративным топориком на поясе, и лощенный до отвращения аристократ с холодными злыми глазами – Граф, третий член Триумвирата.

Я беззастенчиво принялся рассматривать гостеприимных хозяев.

– Так вот ты какой… – окинув меня с ног до головы пренебрежительно-заинтересованным взглядом, процедил Граф.

– Ага, я такой, – подбоченился я. – А ты кого ожидал увидеть?

– Не смей меня перебивать, – сощурился триумвир. – И изволь обращаться ко мне как подобает!

– Конечно, – со всем смирением пролепетал я. – Так что же такой ублюдочной твари, как ты, нужно от меня?

Слова попали в цель. Граф буквально взорвался, мгновенно растеряв все свое хладнокровие, – характеристику мне на него дали более чем точную: обычно спокойный и уравновешенный, этот незаконнорожденный сын кого-то из семи герцогов империи очень болезненно реагировал на… кое-какие слова. Вот и сейчас он прямиком рванул ко мне… Просто так я умирать не хотел, хоть одного гада с собой прихвачу.

– Стоять! – вскочил вслед за союзником Топор, но было поздно. Войдя в транс, я, развернувшись, снизу вверх под углом сорок пять градусов рубанул ребром ладони по горлу стоявшего сбоку справа конвоира, беспечно подошедшего слишком близко (обещал же, что убью первым!). Левой рукой выхватил у него из ножен на поясе кинжал и, одновременно с ударом ногой в бок второго ломая ребра, метнул клинок в достаточно приблизившегося ко мне Графа…

С расстояния в полметра брошенный с такой скоростью снаряд не способен отклонить даже гномий амулет, а активировать эльфийский ночной хозяин просто не успеет – для этого нужно трезво и быстро оценивать ситуацию… В следующий момент средней силы воздушное ядро унесло меня прямо в книжный шкаф. Шустрый маг не зря ел свой хлеб, если бы он не старался сохранить цель в живых, мне бы очень не поздоровилось. Зато теперь, прикрытый с одной стороны стеной и имея всех противников перед собой, я мог спокойно выпустить в них кое-что из своего арсенала. Что я и сделал, жахнув Огоньком (раз уж они не додумались надеть на меня браслеты, блокирующие Дар). Сразу думал использовать Дыхание Дракона, самое мощное, что есть, но затем передумал – Дыхание истощило бы запасы Силы в ядре, а мне еще из здания выбираться.

Из вытянутых в сторону врагов рук сорвался огромный бело-рыжий огненный шар, заливая помещение пламенем, – я лишний раз порадовался, что заклинания не могут причинить вред своему создателю. Немного волновался я только за свои вещи, но мечу огонь не страшен, а все остальное из огнеупорных материалов – как-никак принадлежит магу Огня…

Впрочем, радовался я рано – не успело пламя взрыва схлынуть, как я получил привет от своего более опытного коллеги. Меня плотно прижало к стене воздушным прессом, не позволяя двинуть даже пальцем, – главное препятствие между Харлафом и свободой выжило, прикрывшись Сферой Воздуха. Живы и здоровы были и остальные, разве что бандит, получивший удар по горлу, не подавал признаков жизни да Граф болезненно морщился, ощупывая живот, скрытый под гномьей кольчугой. Предусмотрительная тварь!

– Я же говорил – он не так прост, как кажется, – спокойно, будто ничего и не случилось, произнес Граф, не совсем понятно, к кому обращаясь. Успокоился, сволочь!

– Ты прав, – отозвался Топор. – Не ожидал от него такой прыти… А ты что скажешь, Халид?

– Неплохой Дар, – с полным безразличием в голосе ответил маг, судя по имени, все-таки ахарец. – Но такой скорости я не ожидал. Что-то с ним нечисто.

– Ясное дело, – отмахнулся Граф. – Только это не объясняет интереса к нему со стороны кровососов. – Услышав это, я просто выпал в осадок. Вампиры мной интересовались? С чего бы? – Мол, позаботься о госте. – Один из подручных Графа достал из сумки на поясе ужас всех магов – если они еще не стали Магистрами.

Через минуту я уже мог свободно двигаться – как только на меня надели блокирующие магию браслеты и ошейник, соединенные между собой тонкой, но очень прочной цепью гномьей ковки, Халид развеял пресс.

– Вопрос, наверное, тупой, но почему вы сразу их не надели, если носили с собой? – Я вопросительно вскинул бровь.

– Хотели испытать тебя в деле, понять, зачем ты им нужен… – поморщился Халид, бросив взгляд на лежащий у ног труп. – Испытали.

– Только не все дожили.

– Плевать на этого урода! – презрительно бросил Топор, пнув тело. – Сам подставился. Из ворья выходят отвратительные солдаты, сколько их ни учи, – этот бывший десятник (а ныне дезертир), не помню какого легиона, считал себя великим воином и любил это подчеркнуть при случае.

– Не могу не согласиться… Ладно, чего ты хочешь от меня? Если насчет рынка – то пока виновные не будут выданы властям, перемирия не будет.

– Перемирия? – искренне удивился Граф. – Ты считаешь, что ведешь с нами войну? Ты, «пес»?! Я могу раздавить тебя как жука…

– Тебя что, так обидела «ублюдочная тварь»? – снова перебил я бандита. – Так ведь не со зла, правду же сказа… к-х… тьфу, молодец… – Я сплюнул кровь, слегка пошатнувшись, но и не думая валиться с ног. – Крепкий удар. – За это я получил еще несколько ударов кулаком с зажатой в нем тростью по лицу.

– Хватит! – Топор перехватил руку компаньона на очередном замахе. – Он нам нужен.

Граф в раздражении вырвал руку.

– Знаю. Ты уверен, что они уйдут, получив его?

– Нет. Но и другого выбора тоже нет! Их несколько сотен, в нынешней ситуации наших сил для войны недостаточно. Впрочем, если все выгорит, то войны не будет. Халид, ты договорился о встрече? – Топор повернулся к магу.

– Да, – поморщился ахарец. – Через час, возле тринадцатого входа на второй ярус. Нас встретят.

– Хорошо, возьми два десятка крэксеров и отправляйся.

– Сделаю. – Халид махнул рукой подручным. – Ведите его за мной.

– Подождите! – Уже в дверях я опомнился. – Наверное, не стоит говорить такие банальности второй раз за день, – я кивнул в сторону трупа, а затем по очереди посмотрел в глаза триумвирам, – но я вас убью… если выживу.

И снова долгие скитания по сырым коридорам, снова шорохи, писки и сопение конвоиров… Меня по запутанным коридорам вели на второй ярус, в гости к любителям жидкой пищи и прогулок по ночам. И не сказать, чтобы я был сильно этому рад… Не знаю, зачем я понадобился вампирам, но вряд ли для чего-то доброго, светлого и пушистого.

– Пришли, босс, – обернулся к Халиду двигавшийся впереди проводник. – Во-он та яма и есть тринадцатый вход… Встречают. – Старик указал рукой на еле различимую в неверном свете факела фигуру.

– Ждите. – Маг отстранил проводника с пути.

– На вашем месте я бы не стал этого делать… – Я по доброте душевной и по нежеланию оказаться в лапах кровососов решил убедить врага не совершать глупость.

– Заткнись! У меня приказ, – на мгновение остановившись, резко произнес ахарец, не обращая внимания на разумные доводы и снова двигаясь в путь.

– Идиот, – констатировал я, добавив очередную банальность: – Бифштекс и волк не способны договориться.

Переговоры длились недолго: перекинувшись парой слов, переговорщики расстались, довольные собой. Халид весело пошел обратно.

– Вперед! А тебе нечего боятся вампиров, лучше бойся меня, – остроумно пошутил ахарец. – Они, возможно, тебя и не убьют, а вот я точно прикончу. Зря ты полез в бутылку, Граф болезненно относится к оскорблениям.

– Знаю.

– Знаешь? Тогда ты идиот.

Я пожал плечами:

– Может быть. Я всегда был довольно расчетлив, хотя и несдержан. Логика у меня стоит выше чувств. И это привело к тому, что я начал слишком цепляться за жизнь, а стоило идти и драться! Действовать, повинуясь только доводам разума, не всегда правильно. Поэтому я пытаюсь что-то изменить и измениться сам.

– И как, получается? – заинтересовался Халид.

– Нет, боюсь, для меня это поздно… Я – маг. Переходный период закончен, эмоции уже не имеют приоритета над разумом, как бы я ни хотел обратного. Может, это и правильно… Теперь я понимаю, почему магов нельзя считать людьми в полном смысле этого слова.

– Разве это плохо – главенство разума над чувствами? Да, все неинициированные и молодые маги излишне подвержены эмоциям, и потому зачастую совершают глупые поступки, но это лишь временный побочный эффект. – Мы подошли и остановились у входа на второй ярус, проще говоря, у провала в полу. – Действующий под влиянием эмоций Магистр – вот что страшно.

– А маг, не ведающий жалости и уничтожающий людей тысячами только потому, что считает это приемлемой ценой для достижения своей цели, – не страшно? – Не желая продолжения разговора, я мотнул головой и начал спуск по вырубленной в стене колодца лестнице.

– Идите за мной. – Вампир, окинув долгим взглядом спустившихся людей, процедил: – Здесь недалеко…

– А я никуда и не тороплюсь, – честно признался я. – Слышь, упырь, зачем я вам понадобился? – Я не успел моргнуть глазом, как уже висел в воздухе, а кровосос легко и непринужденно держал меня левой рукой за горло. – Кх-а-а… пусти.

– Ты просто еда, – удосужился ответить клыкастый, бросая меня наземь. – Не более того.

– Зачем снова провоцируешь? Не ты ли мне рассказывал о главенстве разума? – ехидно поинтересовался ахарец, протягивая мне руку и помогая подняться.

– Это как раз он и был… Напавшие на крепость твари по сравнению с ним – просто беспомощные котята.

– Не понял…

– Мы все умрем, – даже без дрожи в голосе перевел я для особо непонятливых.

Крэксеры заржали.

Ну конечно, они же лучше всех, сильнее всех… Долбаные наркоманы, никакого чувства реальности. Я собрался уже развернуться и послать всю эту толпу обкуренных (в переносном смысле, а вообще, крэк – порошок, который вдыхают носом через трубочку) придурков гулять лесом, но мы пришли. Вампир не обманул. Я вслед за Халидом вошел в железную дверь, и оказался то ли в зале, то ли в пещере – сразу и не определишь.

А потом мне стало не до размышлений о крэке: я открыл рот от удивления и уставился на представшее передо мной зрелище (собственно, смотреть здесь было больше не на что – в остальном совершенно пустое помещение).

– Молот мне в зад, – пораженно выдохнул я, словно в трансе подходя поближе к небольшой, метра два в высоту и полтора в ширину, кроваво-красной арке у противоположной стены зала, размещенной в центре непонятного колдовского рисунка, выдолбленного в полу. – Откуда он здесь, так близко?

– Ты знаешь, что это такое? – удивился Халид. – Какая странная аура…

– Это стационарный портал. – Во мне забрезжила страшная догадка о нашей с ворами участи.

– Стационарные порталы невозможны! Только маг способен создавать пор…

– Да-да, для создания портала нужна Сила, а накопить ее и использовать в объемах, необходимых для создания портала, способен только живой организм, – прервал я ахарца. – Это тебе в вашей школе магии наплели? Так вот, тебя обманули. Стационарные порталы – порталы, не нуждающиеся в присутствии рядом чародея высокого ранга, существуют: запитал Силой, ввел адрес другого такого же портала – и вперед.

– Чушь! – упорствовал Халид. – Ты перепутал их с портальными кругами! Да, из портальной комнаты создание перехода намного легче и проходит быстрее, но это не портал в полном смысле слова, а просто магический маяк для телепортации.

– Я не собираюсь с тобой спорить, – отрезал я. – Но если выживешь, поинтересуйся, как Стражи Гор всегда успевают к месту прорыва демонов, учитывая, что прорывы у них случаются часто, Стражей не больше сотни, а поселения гномов разбросаны почти по всему материку.

– Допустим, – со скрипом согласился маг. В зал вошли двое вампиров и быстрым шагом направились к столпившимся в центре людям. – Но это непохоже на работу гномов.

– Конечно, это другая школа – магия Крови. – Я напрягся, приготовившись. – И мы здесь, чтобы его открыть.

Только теперь до Халида дошло.

…Но было уже поздно. Вампиры начали развлекаться… А что может противопоставить обычный крэксер пятисотлетнему вампиру? Ровным счетом ничего, так же как и Мечник (да и Мастер меча тоже), а потому я не стал даже трепыхаться, решив сэкономить жизненную энергию на более полезное дело… если сразу не убьют.

Размытая тень, удар – и темнота, я потерял сознание.

Глава 6

– Хорош прохлаждаться!

Из апатии и забытья меня вывел неожиданно прозвучавший в голове странно знакомый голос… Все, отбегался: периодические удары по голове не слишком благотворно отражаются на психическом здоровье. И вообще… Я разве не умер?

– Очнись, олух! У нас мало времени.

Я с трудом разлепил глаза.

Точно, умер… И попал непонятно куда, в компании непонятно с кем. Кругом неприятный белый туман, я лежу на земле, а надо мной стоит какой-то тип лет тридцати. Он в черном костюме необычного покроя, с мечом рыцаря Ордена на поясе и узким, в два пальца, серебряным обручем, с проходящими по кругу незнакомыми рунами и светящимся зловещим алым светом ромбовидным рубином в центре, на лбу… Но больше всего меня «порадовало» наличие у незнакомца посоха-помощника со стремительно вертящимися вокруг огненного набалдашника шестью сателлитами.

– Ты кто? – осторожно поинтересовался я, еще более осторожно пытаясь прощупать ауру чужака. Но, демона мне в грызло, где же я его видел?! Такое знакомое лицо… – Я умер?

– Я и забыл, какой ты идиот, – радостно, словно вспомнив что-то приятное, произнес маг. Я обиделся. – Да не пытайся ты меня просканировать! – Чего? Что это значит? Это он о попытке рассмотреть ауру? Интересное слово, надо запомнить. – Я нереален – в том смысле слова, которое вкладываешь в него ты. Кроме того, я давно научился маскировать ауру от таких неучей… Не умер ты, не паникуй, просто при смерти! – Незнакомец, почувствовав мой настрой, «успокоил» меня. – Успокойся! Упыри, конечно, поработали над тобой хорошо, но и я не лыком шит! Жить будешь.

– Чего ты хочешь? – Не знаю почему, но к этому магу, пусть он старше и намного сильнее, обращаться на «вы» у меня не получалось.

– Я хочу дать тебе несколько ценных указаний, – очень знакомо ухмыльнулся маг.

Я определенно его где-то видел!

– Не нуждаюсь. – Я встал на ноги и отряхнулся… Зачем? Это же все нереально, да? Рефлексы, будь они неладны.

– Ну и ладно, – вопреки моим ожиданиям, собеседник не разозлился, а просто развернулся и направился прочь. – Я хотел рассказать о твоем будущем, но раз не хочешь…

– Подожди! – опомнился я. – Откуда ты можешь знать мое будущее? И вообще… Кто ты такой, демоны тебя задери?!

Незнакомец окинул меня долгим оценивающим взглядом.

– Ты в зеркало давно смотрелся?

– При чем тут зеркало? – И тут я вдруг понял, где видел это лицо и слышал этот голос…

– Дошло наконец-то, – второй я устало вздохнул. – И года не прошло.

– Да ладно тебе… э-э-э… – Я замялся. – А как мне тебя называть?

– Ты уже забыл свое имя? Меня по-прежнему зовут Харлаф.

– Да, и меня тоже, в том-то и проблема… Хорошо, будешь Харлафом, а я… – протянул я задумчиво.

– Пока ты решаешь, как тебя зовут, время уходит, – напомнил Харлаф. – Я не могу долго оставаться в этом времени.

– Так ты все-таки из будущего?!! Как у тебя это получилось?! Что меня ждет? Сколько лет прошло? – Я начал засыпать Харлафа вопросами… непривычно как-то говорить о себе в третьем лице.

– Стоп! Не все сразу… – мотнул головой Харлаф. – Что ты там спрашивал? А, точно… Да, я из будущего…

– Насколько…

– Не очень далекого, – отрезал второй я. Скрытный, гад! – Что же касается… как получилось, то тут все просто: ты пока не знаешь об этом, но у человеческой души есть одно очень интересное свойство: в определенных условиях время для нее перестает существовать… А потому, если взять душу мага и отделить от тела, то можно сместить ее во времени. Совсем ненадолго, с огромными затратами Силы и на малый отрезок времени, но этого обычно хватает для короткого воздействия. Как ты понял, общаться таким душам легче с человеком, находящимся без сознания, так как он в некотором роде тоже в нереальном мире.

– Понятно. – Я задумался. – Так что ты собирался рассказать? О том, что со мной будет?

– Это опасно, – пошел на попятный Харлаф-двойник. – Нельзя вмешиваться в естественный ход вещей.

– Э-э, подожди, – возмутился я. – Если ты из будущего, то должен знать разговор наперед, и его последствия тоже – просто не говори лишнего!

– Не должен! Самим этим разговором я меняю свое прошлое – круг еще не завершен, изменения продолжают происходить. Я словно бы вспоминаю то, о чем сейчас говорю… очень странное чувство.

– Но я-то буду помнить этот разговор!

– Ты и я – мы разные, как ни странно… Не только я твое будущее, но и ты – мое. Тебе выпало завершить круг.

– Какой еще круг? Ты второй раз о нем упоминаешь, а толком ничего так и не объяснил!

– Блин, как же тебе растолковать? – Харлаф помассировал пальцами переносицу. – Началось все не с меня. Назовем его Харлаф-один, или Первый… Вероятнее всего, что-то в его жизни не сложилось.

– Вероятнее всего? – удивился я. – Ты не помнишь?

– Нет, – покачал головой Харлаф. – Когда Первый изменил свое прошлое, он исчез вместе со своим прошлым, потому мы и не помним ничего из происходившего ранее. Первый начал круг – нашел момент, изменив который можно было кардинально изменить всю его жизнь, – и изменил.

– Допустим. – У меня разболелась голова от попыток вникнуть во все эти хитросплетения. – Какой именно момент жизни он подправил?

– Помнишь Гент? Тень, появившуюся из ниоткуда, а затем так же внезапно пропавшую без следа…

– Еще бы я забыл! Такого… Ты хочешь сказать, что это дело рук меня самого? Погоди, старик шаман говорил, что не в человеческих силах изгнать Тень! – Второй я демонстративно поправил двумя пальцами обруч на лбу, ничего не ответив. – Так вот кого мне нужно благодарить! А я грешил на богов. – Я рассмеялся. – Но зачем?.. Впрочем, знаю – Комол.

– Верно, если бы не Тень, неизвестно что могло произойти. Без нее ты бы не справился со Стражем.

– Я даже подумать не мог…

– А нужно, чтобы подумал! – ткнул мне пальцем в грудь Харлаф. – Видишь ли, в чем проблема… так как Первый изменил прошлое, то теперь у тебя, Харлафа-три, как бы и нет причин что-то менять…

– …но если я не совершу повторно фокус с Тенью, моя судьба снова изменится и станет судьбой Первого… – продолжил я мысль.

– …и все снова пойдет по кругу. Потому я и здесь, чтобы сказать тебе, что нужно сделать. Ты завершишь круг и пойдешь дальше… сразу же после разговора с собой в прошлом. – Харлаф пошатнулся – действительно, для него тяжело здесь находиться.

– Как все накручено. – Я помотал головой, разгоняя муть. – Допустим. Но ты-то откуда знаешь, что именно нужно мне сказать… и почему сам не сделал?

– Не все так просто. Проблема в том, что в моем времени изменения уже были сделаны – Первым. Для завершения же круга это должен сделать я, а точнее – ты…

– Хорошо. – Я думал недолго, выбора все равно не было. – Но я же не знаю как…

– Поймешь в свое время… Ладно, пора.

– Ну уж нет! – возмутился я. – Не пора! Сейчас ты будешь мне долго и подробно рассказывать о будущем! Ты обещал! – Я осуждающе указал пальцем на хитреца. Ишь ты, сначала заманил пряником, а сейчас пытается отвертеться.

– Вмешательство может привести к непредсказуемым последствиям, – заюлил Харлаф.

– Каким еще последствиям? – удивился я. – По сути, ты даже и не жил пока, о чем сожалеть? У тебя нет прошлого – мне его только предстоит создать. Почему бы нам не облегчить себе задачу?

– Я жил!.. Ты жил… е-мое, у меня скоро мозги вытекут, совсем запутался… Ладно, черт с тобой, – непонятно чем или кем ругнувшись и значительно при этом потускнев, сдался Харлаф. – Но о нашей собственной жизни рассказывать не буду! Открою тебе несколько… глобальных секретов.

– Давай, не тяни! Еще развеешься ненароком. – Я усмехнулся.

– Начнем с устройства Мира…

– Что-о?! Да ты издеваешься!

– Так вот, – как ни в чем не бывало продолжил Харлаф, – мир состоит из двух частей, планов бытия: мистического и физического. Мистический план бытия составляют уже известные тебе Нижний, Средний и Верхний миры, со всеми их обитателями – богами, духами, демонами, людьми и так далее. Физический же план – это планета… Что такое планета, ты знаешь.

– Знаю, знаю, дальше давай.

– Так вот… планета, звезды, наши луны – Маори и Хот, Мистель, существа из плоти и крови, населяющие планету, относятся к физическому плану. – Харлаф потускнел еще больше, а я заволновался.

– Ты можешь к сути сразу? – разозлился я. – К чему мне лекции по устройству Мира, я все это и сам прекрасно знаю!

– Заткнись! Сам виноват, что рассказывать не умеешь!

– Я еще и виноват?! – Я злобно ухмыльнулся. – Клянусь Даром, когда в будущем завершу разговор с самим собой… ударю себя в глаз оголовьем меча.

– Ах ты, сволочь! – восхитился Харлаф, и довольно добавил: – Весь в меня.

– Это ты в меня, – буркнул я.

– На чем я остановился? – продолжил я из будущего. – А, точно! Планета… Короче, в своем времени ты знаешь только об одном материке – Калионе (по которому назван и мир в общем), но существует еще два, не такие большие, конечно, но, вместе взятые, превосходящие первый…

– Рад за них, – преувеличенно серьезно произнес я. – Но я здесь при чем?!

– А вот тут и начинается самое интересное. Проведем небольшой экскурс в историю. – Я застонал. – На данный момент наш Мир населяют одиннадцать разумных видов, если считать отдельными видами вампиров и оборотней…

– Вообще-то всего девять, – поправил я.

– Одиннадцать – в новых землях есть еще два: элоры и наги, – недовольно мотнул головой Харлаф. – Элоры наряду с троллями – коренные народы Калиона, но, в отличие от троллей, они магически чрезвычайно одаренная раса. В конце первого эона, когда наступил первый перелом времен и в наш мир пришли Комол с Орвусом, элоры уже создали развитую цивилизацию магического типа и даже научились путешествовать между мирами. Используя свои знания и древних богов в качестве источников питания, элоры сотворили вокруг двух оставшихся в их владении материков и прилегавших к ним островов магический барьер, не позволяющий богам-захватчикам и их слугам проникать внутрь.

– Ого! Серьезные ребята! – Я уважительно цокнул языком. – И что боги?

– Утерлись твои боги. Пробиться через барьер не смогли и, естественно, запретили сообщение между материками – во избежание, так сказать. Все остались при своем, и все довольны. – Харлаф поморщился, словно съел что-то кислое. – Элоры развивались дальше, постепенно все больше отдаляясь от других народов (незадолго до конца первого эона на Калион пришли: люди, драконы, эльфы, гномы, орки и гоблины – именно в таком порядке) и погружаясь глубже в мир магии. А примерно три тысячи лет назад они и вовсе исчезли. Остались лишь редкие одиночки да наследие их цивилизации в виде артефактов, разных тварей вроде вампиров, оборотней и прочего.

– Подожди! Так вампиры сотворены элорами? – Я увлекся повествованием.

– Да, и они, и оборотни были созданы в результате экспериментов магов элоров над существами из других миров, а потом сбежали и размножились… Примерно семь-восемь тысячелетий назад.

– Вот оно что. – Я задумался. – Интересно… Но ты опять ушел в сторону от темы! Повторюсь: я здесь при чем?!

– Ты очень даже при чем! – Образ Харлафа практически померк, но голос пока был слышен хорошо. – Тебе нужно попасть в Западное полушарие, лишь там у тебя есть шанс не только освободить Эль, но и повысить свои шансы на выживание в будущей заварушке.

– Каким боком это касается Эль? И что еще за «заварушка»?! – буквально вскричал я, чувствуя, что время стремительно уходит, а вопросов становится только больше. – Чем больше ты рассказываешь, тем меньше мне понятно!

– Эльвира… ты сам скоро поймешь. А насчет заварушки… Наступает перелом времен, второй эон закончился… Мира, который ты знаешь, скоро не станет…

Я недоверчиво хмыкнул, но Харлаф продолжил, и мне стало не до смеха.

– В Нижнем мире скоро начнется восстание против власти Старших богов, которое перерастет в междоусобную войну… Нижний мир обретет своего Владыку. И тогда смертным не поздоровится.

– Не думаю, что какие-то демоны смогут победить Орвуса, – не поверил я.

– У Старших будут другие заботы. Отчаянно пытаясь выжить, Орвус выпустит брата из темницы. – Мои зубы свело от ненависти. – То, что начнется в мире смертных потом – войны, голод, катаклизмы, восстания и мятежи, – все это станет следствием божественной свары. Вампиры и прочие твари потеряют страх перед ослабившими хватку людьми, духи природы сойдут с ума от ужаса и начнут крушить все подряд… Вследствие применения мощнейших заклинаний и буйства Стихий во время битв богов границы между Калионом и соседними мирами истончатся – в наш Мир придут новые, неизвестные ранее народы, которые тут же включатся в битву и начнут отвоевывать для себя жизненные пространства. Калион откатится на тысячелетия назад, настанут новые Кровавые века.

– Мы не допустим такого!

– Мы? Ты имеешь в виду Арран? – угадал мои мысли Харлаф. – Он падет… Имперские легионы смогут с трудом удержать лишь несколько центральных провинций, ядро для возрождения страны.

– Хорошо, а как же эти… апостолы? Они… Мы тогда зачем, разве не для этого родились?! Остановить разрушения.

– Апостолы? Давно я не слышал этого слова… Вернее будет назвать их Истинными магами. Их цель вовсе не предотвращение катастрофы – они просто хранители, поставленные присматривать за Миром, пока он не обретет новых хозяев… – Харлаф замялся. – И еще, не хочу, чтобы ты питал ложные надежды… Кассий ошибся, ты не один из Истинных – обычный маг.

– Ты уверен? – Я расстроился. Приятно чувствовать себя избранным.

– Абсолютно… Люди слишком мало знают об… апостолах, и в большинстве своем эти знания ложны… Первое заблуждение в том, что их считают людьми. Но они не люди – Истинные маги рождены Стихиями, чтобы стать их разумным воплощением в нашем мире. Семь существ, для управления Силой Стихии которым не нужны заклинания – достаточно лишь усилия мысли, их запасы энергии неиссякаемы, а мощь безгранична.

– Что же, тогда постараюсь не встречаться им на пути. – Я пожал плечами. – К тому же не верю, что у Истинных нет слабых мест, они есть у всех.

– Верно. Я и не говорил, что Истинные неуязвимы… Каждый из них – это Стихия в чистом виде, а как ты знаешь, даже у людей предрасположенность сразу к нескольким Стихиям встречается чрезвычайно редко, а значит, Истинные не способны управлять Силой чужой Стихии и не способны ее принять. Зная это, легко вычислить слабое место.

– Так вот почему боги выбрали меня на роль жертвенной козы! Истинный не может поглотить чужеродную энергию! Но зачем лгала Орисса? Она ведь знала, что я не… Истинный?

– Да. – Голос Харлафа уже был слышен едва ощутимым шепотом. – Боги могут отличить обычного мага от Истинного, даже до его Воспламенения. Они ищут Истинных – я не знаю зачем: убить или подчинить, но конкуренты им точно не нужны. Пока арранцы думают, что апостол Огня у них, – у богов есть фора в его поиске.

– Подожди! Если они не могут работать с другими Стихиями, то и межмировые перемещения для них недоступны, – озарило меня, и я порадовался, что являюсь самым обычным магом – другие миры я хотел увидеть даже больше, чем стать дворянином. – А слабое место… Думаю, если перенести одного из них в место, где его Стихия слаба, то появится шанс на победу. Хотя лучше не проверять, они ведь мне не угроза, да?

Харлаф не ответил… Секунда, десять, двадцать – молчание.

– Эй! Ты меня слышишь?.. Тьма! – выругался я и задумался. – Исчез… Как бы и мне последовать его примеру?

Не знаю, сколько времени я провел без сознания (это еще вопрос, без сознания ли, если мог мыслить и разговаривать), но всему хорошему рано или поздно приходит конец. Очнулся и я, о чем тут же пожалел. Все тело болит, ужасная слабость, а когда провел ревизию запасов жизненной силы, то совсем впал в уныние – она была на исходе. Какая-то сволочь (а скорее сволочи, так как, судя по количеству укусов, вампиров было шестеро) высосала ее из меня вместе с кровью, оставив той от силы процентов пятнадцать-двадцать – верная смерть для обычного человека. А для подобных мне – очень сложный случай, который вполне может привести к летальному исходу, если я не доберусь до меча.

Я начал искать глазами свой клинок (мне повезло, что вампиры, уходя, не удосужились потушить факелы на стенах и кое-какие из них еще горели), с трудом ворочая головой, и меня едва не вырвало – я лежал сверху на сваленной возле портала куче трупов, у каждого из которых оказалось перерезано горло, а затем они были буквально высушены, превратившись в мумии. Необычно… Но очень знакомо. Кубарем скатившись с вершины (и откуда только силы взялись?), я шустрым ужиком отполз на несколько метров в сторону и обессиленно растянулся на полу, тяжело дыша и с трудом ворочая гранитные валуны мыслей в черепной коробке. Если не найду меч в ближайшие минут десять, то меня найдут могильные черви.

Что не может не расстраивать.

– Где же ты, родной? – едва слышно прохрипел я, отчаянно пытаясь дотянуться разумом до куцего сознания меча. – Я же сейчас сдохну, блин!

И мне повезло, хотя я и не имел опыта общения с мечом на расстоянии, но получилось – в мозгу что-то коротко вспыхнуло, словно костер в ночи, выдавая местонахождение моего железного спасителя. Я глухо застонал от досады и, превозмогая усталость и боль, медленно начал обползать вокруг кучи – по вселенскому закону подлости, труп «оруженосца» с моим имуществом в придачу оказался на противоположной ее стороне.

А еще ведь и ключ от браслетов искать…

Во второй раз я очнулся, уже чувствуя себя намного лучше, – активно откачивая энергию из меча, мой организм нагло ускорил воспроизводство крови в несколько раз, делая это с потрясающей скоростью и одновременно залечивая ранки от укусов (совсем незначительные). И пусть чувствовал я себя не очень хорошо, но на ногах стоять мог и сознание терять не собирался, а значит, нужно озаботиться поиском ключа – кандалы изрядно меня тяготили, как и всякого мага, отрезанного от Силы. Не убирая руки с рукояти меча – организм как раз подчищал последние крохи жизненной силы из янтаря, я принялся совершать обход территории, осматривая каждый сантиметр пространства в поисках ключа-амулета (небольшого прямоугольного медальона с большой руной в центре и четырьмя мелкими по углам).

Искал я упорно и внимательно, разглядывал до боли в глазах каждый сантиметр пола (вот бы где пригодилось темноэльфийское ночное зрение, жаль, мой неведомый ушастый предок не наделил своего потомка этим полезным умением), но амулет упорно не желал находиться, так же, как и тело мага. Не помог даже разбор завалов – я, преодолевая брезгливость, перевернул и обыскал каждый труп, но так ничего и не нашел.

Тоскливо вздохнув, я побрел вдоль стены, доставая из держателей еще более-менее пригодные к исполнению обязанностей факелы (у бандитов, конечно, был с собой немаленький их запас, но запас карман не тянет, как говорится, дорогу сюда я запомнил смутно и теперь сильно сомневался, что быстро выберусь обратно). Соорудив при помощи ремней, снятых с трупов, вязанку и закрепив факелы за спиной на манер рюкзака (что со скованными руками было далеко не просто), я снял со стены один из еще не потухших факелов и поплелся прочь от портала… Кстати, нужно будет запомнить сюда путь – начальство явно обрадуется такому подарку.

Глава 7

Последний факел погас к концу второго дня скитаний по подземельям. После того как я по невнимательности провалился в какую-то дыру в полу и упал спиной в здоровенную лужу непонятной жидкости, лишь отдаленно смахивавшей на воду, практически весь запас факелов в секунду пришел в негодность и реанимации не подлежал. Немного помучившись в тщетных попытках что-то спасти, я скрепя сердце сбросил изрядно похудевшую вязанку со спины и побрел вперед, освещая путь тем факелом, что был у меня в руке в момент падения и который я рефлекторно поднял на вытянутых руках над водой. Как же я сожалел теперь об отсутствии ночного зрения и возможности применять магию… Впрочем, в условиях полного отсутствия света и темноэльфийское зрение мне бы особо не помогло.

Судя по всему, провалился я на третий ярус катакомб, место очень неприятное и опасное, если верить ахарцу. Ах да, Халида я все-таки нашел в десятке метров от входа в портальную комнату – маг сумел вырваться и убежать… Но его догнали и порезали когтями на лохмотья, увы, повредив при этом и ключ-амулет. Так что теперь, медленно продвигаясь на ощупь вдоль стены, я тихо позвякивал цепями. Только бы какая-нибудь тварь не услышала. Хотя, может, маг и соврал? До сих пор я никого не встретил.

Донесшееся до меня неожиданно рычание быстро опровергло эту теорию. Я застыл на месте, стараясь не издать ни звука и одновременно прислушиваясь. Не знаю, что там за твари в темноте, но на зрение они вряд ли полагаются, запах же мой с лихвой перебивает вонь жижи из лужи, и если не издавать звуков, то может пронести… в хорошем смысле слова.

Не пронесло… И хорошо, что в обоих смыслах, хотя я был близок – неизвестный зверь протопал по коридору, из которого я только что свернул… но внезапно остановился, шумно втянул воздух носом, удивленно взрыкнул и двинулся в мою сторону. Я лихорадочно начал обдумывать варианты действий: без подпитки от Мистеля и еды сил для полноценного боя у меня нет… И кандалы… Но бежать нельзя. В темноте особо не побегаешь, да и подставлять спину для удара – последнее дело.

Я потянул меч из ножен… Только не рассчитал, что со скованными руками это сделать несколько сложнее. Прежде чем клинок покинул ножны, мощный удар лапой отбросил меня на несколько метров назад, оглушив и заставив пропахать спиной пол, а затем сверху навалилась тяжелая туша и в лицо дохнуло смрадом. Жаль, но от вони я не отрубился – зверю пришлось добавить мне лапой по голове, хорошенько расцарапав лицо и чуть не лишив глаза.

Я в очередной раз очнулся, с неудовольствием подумав, что терять сознание для меня становится уже обычной практикой, словно я не воин, а кисейная барышня в мужской бане. И только потом задумался над другим вопросом: а почему я, собственно, еще могу задумываться над вопросами? Осторожно приподнял голову. Как оказалось, я лежал на топчане в небольшой, скудно обставленной комнатушке, единственной полезной вещью в которой была плошка с жиром, где плавал и грустно горел фитиль. Он освещал лишь небольшое пространство вокруг самого осветительного прибора – корявую рассохшуюся тумбочку у кровати и серую стену за ней. Больше в комнате никого и ничего не было, включая браслетов на мне.

Я обрадованно метнулся к Дару, погружаясь в медитацию, – пылающего огненного шара ядра нигде не было видно, моему внутреннему взору предстала пустота. Я шокированно дернулся. Насколько мне известно, существует всего два способа лишить мага его Дара (точнее, доступа к Дару), не прикончив при этом: уже опробованные мной браслеты и эльфийское средство – чрезвычайно сложный, дорогой и состоящий из редких ингредиентов эликсир. Неужели мне всего за три дня выпала «честь» познакомиться с обоими методами? Вот это повезло! Радует только, что действие эликсира имеет временный эффект – часов шесть, и повторно его давать жертве в течение суток бесполезно (зато оно может лишить доступа к ядру даже Магистра, а не только рядовых магов).

– Очнулся. – Раздавшийся прямо в голове бесстрастный, лишенный интонации голос заставил меня вздрогнуть. Человек неслышно и незаметно вошел в комнату: кривая входная дверь, вопреки ожиданиям, даже не скрипнула, пропуская хозяина. – Хорошо. У меня к тебе есть вопросы.

– Кто ты такой? – Уважительно обращаться к человеку, который вошел не поздоровавшись, не представившись и сразу начал «тыкать», я не собирался. Впрочем, незнакомец не обратил на это ровно никакого внимания. – Как я здесь оказался?

Вместо ответа гостеприимный хозяин вышел в круг света и сбросил с головы капюшон… Я отшатнулся. Мой долговязый, одетый в балахон из грубого полотна собеседник… оказался личем. И теперь на меня с вечной ухмылкой на «лице» смотрел голый череп.

– Первый вопрос снимается, – пробормотал я. – Но сразу же образуется новый: ты говорить умеешь? А то телепатия – не мой конек, у меня от нее голова болит.

– Умею, – неожиданно ответил лич, у которого, кстати, оказался хриплый, словно простуженный, но все же почти неотличимый от обычного человеческого голос. – Просто отвык.

– Привыкай. – Я сделал ставку на браваду, лишь бы не думать о будущем – довольно безрадостном, скорее всего. – Я поболтать люблю.

– Это хорошо, тогда ты не откажешься рассказать мне новости с поверхности.

– Это я должен сделать до того, как ты меня используешь в ритуале, или после? – решил я прощупать почву.

– Я не собираюсь тебя убивать, – вновь без тени эмоций обрадовал меня некромант. – Вопреки всеобщему мнению, магия Тьмы не требует принесения в жертву живых существ… Не всегда требует. Смерть разумного существа нужна только для создания мощнейших из наших заклятий, в отличие от магии Крови.

– Э-э… спасибо, – смутился я. Действительно, в Академии нам об этом говорили – забыл. – Зачем же ты тогда сковал мой Дар?

– А что бы ты сделал, увидев это? – ответил вопросом на вопрос некромант, обведя свое «лицо» правой, не занятой посохом, рукой. Между прочим, у него был посох-помощник с двумя сателлитами, Воздуха и Земли, – очень сильный маг. И опытный – другой личем не станет.

– Согласен, – признал я правоту собеседника. – Реакция моя была бы не самой дружественной… Но я ведь даже не знаю, кто ты. – Это я так тонко намекнул, чтобы он представился. – Я, например, Харлаф.

– Дориан, – смутился лич. – Извини, совсем одичал.

– Ничего, – улыбнулся я и поморщился – разодранная (скорей всего, оборотнем) щека отозвалась болью. – После такого приглашения, – я повторил рукой жест некроманта, – я вообще удивлен, что жив.

– Еще раз извини, мои оборотни не знакомы с этикетом.

– Разве у них не сохраняется разум после превращения? – Я удивился, так как мне хорошо помнился нарисованный оборотнем «Глаз Комола» – как бы он рисовал, не имея разума?

– Это зависит от желания мага и предназначения оборотня, – пожал плечами маг. – Для сторожевых псов, коими и являются мои зверушки, разум не нужен, так же как и способность возвращаться обратно в человеческий облик, – ответил он на еще не заданный вопрос.

– Они могут возвращаться? Я думал, это умеют только Истинные. – Раз уж встретился на жизненном пути такой специалист, почему бы не заполнить кое-какие пробелы в образовании?

– Правильно, обычно превращение проклятых происходит в одну сторону, но не в моем случае. – В голосе лича послышались горделивые нотки. – Как-никак я Магистр магии Тьмы и мастер-некромант. А вообще ты прав, свободно менять облики способны лишь истинные, так же как и превращаться вместе с одеждой и личными вещами, там все дело в фокусах с пространством… Ладно, хватит об оборотнях. Рассказывай, как там наверху? Императором еще Адриан Первый?

Я присвистнул: это сколько ж он в катакомбах кукует? Насколько я помнил, нынешний император на своем посту уже около десяти лет.

– Хорошо. – Я сел на топчан, прислонившись спиной к стене и подтянув под себя ноги. – Слушай.

– Война, говоришь? – задумчиво пробормотал Дориан, все так же нависая надо мной, даже не подумав присесть, а ведь я говорил четыре часа…

Хорошо быть личем – не устаешь и на потребности тела можешь плевать с высокой колокольни. А вот мое тело кое-чего хотело, а именно – жрать. Последние два дня выдались довольно активными, а я ничего, кроме пары глотков жижи из приснопамятной лужи, во рту не держал.

– Дориан, – отвлек я некроманта от мыслей. – У тебя ничего поесть нету?

– А? – потерянно переспросил лич. – Откуда? Я же не ем.

– А волки? – не сдавался я. – Они-то живые.

– Я бы не советовал тебе это есть… Сомневаюсь, что даже я выживу после такого глупого поступка, – пошутил маг… Наверное, пошутил. – Впрочем, остаются еще сами оборотни. Будешь?

Я надолго задумался, оценивая свое состояние.

– Повременю пока… – В связи с настойчивыми требованиями желудка я решил окончательно прояснить ситуацию. – Ты проведешь меня на поверхность? Я уже все рассказал, извини, что так мало, но я недавно в империи.

– Ничего, твоя история важнее любых новостей, – отмахнулся Дориан. – На такую удачу я и не надеялся… Дам проводника, мне приближаться к поверхности слишком опасно.

– Но ведь некромантия не запрещена в Арране, – удивился я. Насколько мне запомнилось, деканом факультета Тьмы в Арранском Университете был как раз лич – и ничего, никто его на костер не тащил. – Я не понимаю, почему ты сидишь под землей?

– Дело вовсе не в запрете. Такому магу, как я, не трудно скрыться от преследования властей, просто телепортировавшись, – заинтриговал меня Дориан. – Я вот уже добрую сотню лет сижу в катакомбах по другой причине. Только здесь, сливаясь с эманациями смерти, поднимающимися с нижних ярусов, я могу скрыть свою сущность от богов.

– Ты прячешься здесь от богов? Не думал, что это возможно.

– Вопреки всеобщему мнению, навязанному самими богами, – внешне спокойно начал лич, – боги не всеведущи, хотя и очень могущественны.

– Что же ты натворил, раз привлек их внимание?

– Я убил Верховного жреца Сигила. – Я с уважением взглянул на собеседника: чтобы убить Верховного жреца одного из Старших богов, нужно обладать немалым мастерством и силой, уж я-то знаю. – Тогда, сто лет назад, для магов Тьмы были не лучшие времена, костры полыхали каждый день… Когда в наш дом пришли паладины Сигила, Мария, моя жена, попыталась их остановить, объяснить, что я не практикую жертвоприношения… Она умерла у меня на руках. Раны, нанесенные клинками паладинов, невозможно залечить магией Тьмы, даже мне… Именно тогда, использовав для свершения обряда жизни убийц, я и стал личем, чтобы отомстить. Ну а об остальном ты можешь сам догадаться.

– Грустная история… Ничего, скоро ты сможешь выбраться из этой дыры, – обнадежил я лича, одновременно повторно намекая, что пора бы мне и честь знать, засиделся в гостях.

– Ты прав, уж что я умею делать хорошо, так это ждать. – Дориан на мгновение замолчал, а затем повернулся к двери, в которую как раз просунулась уродливая шишковатая башка оборотня, и несколько мгновений смотрел тому в глаза. – Я открою портал прямо на первый ярус, а дальше тебя проводит он. – Маг махнул рукой в сторону гигантского волка. – И еще, не стоит никому говорить обо мне – боги ничего не забывают… Я надеюсь на твою честность.

– Спасибо, Дориан, – уважительно поклонился я. – Я этого не забуду.

– Я тоже, – усмехнулся лич (его усмешку я определил, естественно, не по выражению лица), с легкостью, без всякой предварительной подготовки, открывая портал. – Иди! – Прямо из воздуха (а чему удивляться? Если он умеет создавать порталы с такой легкостью, то пространственные карманы для него вообще пара пустяков) в руке некроманта появился мой меч с поясом и тут же был брошен хозяину.

Я еще раз благодарно поклонился.

– До встречи, – почему-то произнес я, без раздумий делая шаг в черный овал портала.

Если бы некромант хотел меня убить, то не стал бы совершать такие сложные манипуляции.

Только сделав шаг из портала, я наконец-то смог вздохнуть спокойно. Поймите правильно, лич отнесся ко мне хорошо, даже помог… Но это же лич, нежить, неизвестно, что у него на уме. Я до сих пор не понимаю, почему он меня отпустил. Неужели по доброте душевной? А как же несчастные, превращенные в оборотней? Конечно, с магом провернуть такой фокус сложнее, Дар сопротивляется проклятию, но для сильного некроманта это не критично. Впрочем, сомневаюсь, что боги (если лич не соврал) не знают, где засел их враг. Но, видимо, ничего сделать не могут или не хотят, так что Дориан, отпуская меня, особо ничем не рисковал. Да и место жительства он наверняка сменит – на всякий случай.

С мысли меня сбил толчок в спину – я совсем забыл о своем мохнатом проводнике, а тот прыгнул следом в портал и, естественно, наткнулся на нерасторопного человека.

– Эй, осторожнее, волосатый! – В ответ оборотень глухо зарычал. – Ладно, проехали.

Я отступил на шаг назад, уткнувшись спиной в стену. Блин горелый, я же забыл факел! Портал закрылся, прекратив освещать коридор. Причем каким образом черный портал был способен что-то освещать, я так и не понял, но факт оставался фактом: раньше я мог видеть, а теперь не могу. И это проблема.

– Р-р-р. – Метрах в десяти впереди раздался нетерпеливый рык «песика» размером с молодого быка.

– Слышь, псина, не гони! – возмутился я. – Я не вижу ничего!

Скорее всего, человеческую речь оборотни все же понимали, потому как в ответ на мои слова в коридоре стало светлее – шерсть оборотня засветилась зеленоватым светом.

– Ого! – Я уважительно присвистнул. – Я буду звать тебя Светлячком, согласен?

– Р-р-р! – оскалила пасть зверюга, продемонстрировав мне острые, как иглы, и многочисленные зубы.

– Проблем с зубами у тебя нет, как я посмотрю… Иду! Иду! Светящийся ты наш!

Так, в сопровождении бредущего впереди волка я и двинулся по лабиринту – медленно, но верно… Для ускорения процесса я предложил было оборотню поработать лошадкой, но тот как-то неправильно отреагировал… Зачем огрызаться? Конструктивное же предложение. Если есть ездовые собаки, почему бы не быть и ездовым оборотням? Дориан хорошо постарался, создавая своих «детишек», – таких крупных тварей я еще не встречал. Только ленивые, гады…

Зато быстрые.

Спрыгнувшая неожиданно с потолка тварь – паук с четырьмя лапами и хоботком как у мухи, шмякнулась на землю, не попав в шустрого волчка, вовремя почуявшего опасность. А вот ее товарки, довольно многочисленные, между прочим, не промазали – две дюжины существ разом разрушили мои представления о безопасности катакомб, посыпавшись с потолка градом. Причем не только на оборотня, но и на меня, что в нынешнем моем состоянии было не очень хорошо.

Хотя не так уж и плохо: даже истощенный и без запасов жизненной силы, я оставался отлично тренированным воином, способным разрубить пополам паука прямо в полете, что я и сделал… Три раза. Еще двоих убил на земле – прыгали паучки-уродцы неплохо, ядом плевались великолепно, а вот с перемещением по земле у них все было не так безоблачно. В общем, со своими противниками я расправился быстро и бросился на помощь «проводнику»… Но успел лишь застать момент, когда самый крупный из пауков со смачным хлюпаньем всосал последние капли его мозга через глазницу.

– Вот гадство!

Я осторожно попятился назад, отступая под плотоядными взглядами уже трех десятков существ. Да, мой меч сумел внушить им уважение, но недостаточно: тонко и противно запищав, одна из гадин прыгнула на меня. Естественно, дуру постигла участь предшественниц, но у пауков (даже четырехлапых), оказывается, хорошо развит стадный инстинкт – вслед за первой прыгнули и все остальные твари. Учитывая же, что мертвый оборотень погас, я приготовился прощаться с мозгом.

Зря я это сделал… как оказалось, оборотни прекрасно способны жить и без мозга. Этот фокус и был сейчас мне продемонстрирован: мертвый волк задрожал, плоть его обмякла, словно превратилась в желе, а затем просто стекла с костей, оставив голый скелет со светящимися красным светом глазами и, что меня особо порадовало, ореолом бледно-серого света вокруг. Только бы волк в новом состоянии не забыл приказ босса и не захотел расширить свое меню за мой счет.

Вертя мечом, как сумасшедшая мельница, и медленно отступая шаг за шагом обратно по коридору, я краем глаза наблюдал за работой (иначе это методичное истребление не назовешь) союзника, вертевшегося, прыгавшего и убивавшего с такой скоростью, что я видел лишь размытое пятно и слышал хруст панцирей на зубах.

Через полминуты дело было сделано, и мы как ни в чем не бывало продолжили путь. Впереди гордый проделанной работой волк, а сзади притихший я, стремительно теряющий силы из-за попавшего на руку яда. Попала всего капля, а проблем гора… Если не доберусь до лечебницы в течение получаса и не воспользуюсь помощью врачей, то мне уже понадобится помощь Дориана. Чего бы, конечно, не хотелось…

– Шевели копытами, волчара! – прохрипел я. – Долго еще?

Естественно, волк не ответил. Он остановился и посмотрел вверх, я тоже. А затем выругался: нужно же было нарваться на неприятности практически в конце пути! Над головой, на высоте двух метров, начинался колодец с вмурованными в стенки скобами лестницы. Даже в скудном свете волка было видно, что этим спуском в катакомбы пользуются часто – металл скоб блестел. Я тоскливо вздохнул: спасение всего в двух метрах – протяни руку и живи, но левая рука уже отказывалась подниматься, онемев до плеча, а с одной правой…

Я в отчаянии потянулся, ухватившись за скобу, немного приподнялся над землей – и упал, приземлившись на пятую точку. Все. Я обессиленно привалился спиной к стене, апатично наблюдая за стремительно удаляющимся сквозь тьму коридора светящимся костяком. Через секунду он пропал за поворотом. А потом я медленно сполз по стене, не теряя сознания, но погружаясь в странную дрему с галлюцинациями.

Неужели я попаду на Небеса?.. Никогда туда не стремился. Я недоверчиво наблюдал, как сверху из кромешной тьмы прямо возле меня ударил столб яркого света. Кажется, от благоговения по моим щекам прокатилась скупая слеза, а затем спустившиеся сверху прекрасные существа произнесли:

– Это что еще за чучело? – Голос небесного посланца оказался хриплым, пропитым, а изо рта у него несло дешевым вином и колбасой с чесноком.

– Падаль какая-то. – Второй «небесный посланец» больно пнул меня ногой в бок. – Бери его под руки, оттащим за поворот. Будем считать, что он до нас не дополз.

– Давай, – быстро согласился любитель чесночной колбасы, споро хватая меня под руки. – Лень поднимать такую тушу… нам за это не платят.

– Хи-хи-хи, – визгливо засмеялся второй. – Вообще-то платят… Эй, смотри, какой у него меч. Расстегивай пояс.

– Ага.

Не самые ловкие руки расстегнули пояс и потянули его из-под меня. Я едва не заплакал от бессилия… но не успел. Время действия блокирующего магию эликсира вышло (интересно, откуда у лича, который столько лет не выходит на поверхность, этот эликсир).

Крики заживо сгорающих мародеров и пламя, залившее туннель на десяток метров в обе стороны, пролились бальзамом на мою душу. И я опять вырубился, в третий раз за пару дней! Хотя мысль о кисейной барышне с двуручным мечом в руках и густыми, лихо закрученными на кончиках усами в последний момент и вызвала на моих губах беззаботную улыбку. Очень уж живо воображение представило эту картину… Хех!

Глава 8

Кассий скучал… После более чем активного участия в очистке просторов Лантара от сектантов и других нежелательных для Арранской империи элементов (под шумок можно и не то провернуть, а шумок был будь здоров – еще бы, власть в целом королевстве захватила кровавая секта поклонников Темного бога) ему пришлось ненадолго «залечь на дно», скрываясь от мести родственников этих самых элементов, в массе своей очень влиятельных и богатых. В итоге граф Верона вынужден был сиднем сидеть в столице, высовывая нос из своего особняка только на полигон (и то телепортом), коротать время в тренировочных боях или испытывать экспериментальные заклятия. Нельзя сказать, что это было таким уж бессмысленным и скучным занятием, для мага повышение мастерства и рост личной силы – одна из главных целей в жизни, но всем этим можно заняться и в условиях реального боя. Кассию даже себе стыдно было признаваться, но он конкретно подсел на адреналин: без опасности, будоражащей кровь, жизнь казалась пресной и скучной. Профессиональное заболевание.

Кассий в раздражении захлопнул книгу и зевнул, поднимаясь с дивана. Книга попалась на редкость нудная – «Структурные изменения заклятий при их применении в зоне моностихиальности» Варнама Горма, но полезная. Не сказать, чтобы граф планировал сражаться с богами или архидемонами – аура этих существ настолько сильна, что плетения и низкоуровневые заклятия просто разрывались ею, а высокоуровневые воздействовали с совершенно непредсказуемым эффектом. Но мало ли – лучше быть уверенным, что твое заклятие не расползется на куски при приближении к противнику или не обернется против тебя самого. Впрочем, эти знания применимы были также для боя и в так называемых Местах Силы (районах с концентрацией энергии Стихии, в десятки раз превышающей среднюю по Миру), где сейчас располагались магические школы и башни могущественных магов. Конечно, таких мест не много, меньше сотни на весь материк, причем всего тринадцать из них принадлежат к Стихии Огня.

– Пора спать… – Маг бросил книгу на диван и, лениво почесывая зад, побрел в спальню – благо она располагалась рядом с кабинетом и не нужно было брести в другой конец особняка.

– Господин! – Кассия заставил вздрогнуть голос духа-дворецкого, внезапно проявившегося перед ним на расстоянии полутора метров. – Экстренный вызов.

– Давай. – Граф оживился, протягивая руку в сторону слуги. Неужели случилось что-то интересное? Дух на мгновение исчез, а когда появился вновь, на его ладони находился тревожно светящийся шарик переговорного амулета, поддерживаемый в воздухе телекинезом. Кассий еще раз порадовался, что не пожалел как-то тысячу золотых за кристалл со Слугой, амулет (приличных размеров кристалл в форме пирамиды, установленный в подвале дома) совместного производства некромантов и гномьих артефакторов. Содержать живую прислугу при его работе довольно проблематично, а присмотр за домом нужен. Плененная же душа не просила зарплату, не уставала и не была способна предать, к тому же она обладала некоторой магией и разумом, достаточным, чтобы успешно управлять защитными системами дома. – Слушаю! – дрожащим от предвкушения приключений голосом произнес лорд, судорожно сжимая в кулаке амулет.

– Экстренная ситуация, код «Красный три». – Сердце Кассия бросилось с места в галоп: «Красный три» – это не приключение, это большие проблемы. Накликал… – Атакованы объекты службы, личному составу прибыть по прилагаемым координатам… – Едва рассмотрев координаты, граф буквально сорвался с места, устремляясь в подвал, – перемещаясь из портальной комнаты, можно было сэкономить время на создании портала. – Враг – предположительно вампиры, численность неизвестна.

– Вампиры? – Кассий в изумлении остановился на середине лестницы, на миг сосредоточился и достал прямо из пустоты книгу, принявшись быстро перелистывать страницы. – Плохо… Ну ничего, есть у меня и для них парочка сюрпризов. – Маг вперился взглядом в страницу с изображенным на ней сложнейшим заклятием…

Появление в холле первого этажа головного офиса Тайной стражи решительно настроенного и очень злого мага осталось не замеченным врагом. Да, это был хорошо знакомый Кассию зал, хотя узнать его оказалось и нелегко – во внешней стене на месте двери зиял огромный пролом метра четыре в ширину и три в высоту. Некогда отполированный до блеска беломраморный пол был засыпан каменными обломками и покрыт рытвинами от применения заклятий. Кое-где валялись трупы – десятка полтора, в основном люди. Видимо, нападение было неожиданным, раз охрана не успела отреагировать – еще бы, скорость и сила вампиров могли даже Магистра поставить в тупик. А их в момент нападения в здании не было. У обычного же мага шансов победить кровососа не много, может быть, если только дать ему время хорошо подготовиться… Додумать мысль Кассию не дали: из коридора, ведущего в финансовый отдел (всего в круглый зал холла выходило три коридора, расположенных напротив входной двери, и две лестницы по бокам), в его сторону метнулся размытый силуэт.

Соскользнув в транс, маг плавным движением извлек посох из пространственного кармана и, пропустив по нему немного Силы, воткнул в мрамор пола, мгновением позже принимая на него серп вампира. Скорость противника поражала: даже в трансе Кассий, рыцарь Ордена, с трудом успевал за противником, и если бы не способность видеть Рисунок, ему пришлось бы учиться жить с перерезанным горлом. Достать меч или даже уклониться времени не было совсем – вампир двигался в разы быстрее. Как эти существа достигали подобной скорости, оставалось секретом для всего мира, тут явно не обошлось без присущей только им магии.

– Я маг, – тоном, будто разговаривает с идиотом, произнес Кассий, наблюдая, как к его ногам осыпается пепел. – А ты за пятьсот лет так ничему и не научился. – Лорд на глаз оценил возраст врага.

Огненный шар оголовья посоха вспыхнул, увеличился раза в три и начал быстро пульсировать, окутывая хозяина коконом силового поля.

– Мало ли кто здесь еще бегает… – Граф сложил ладони на уровне груди в словно бы молитвенном жесте, прикрыв глаза.

Как скоро стало очевидно, предосторожность была вовсе не лишней – шар набалдашника мигнул, реагируя на мощнейший удар по полю защиты, а затем выбросил протуберанец в попытке отогнать врага, становясь похожим на крохотный Мистель. Жаль только, на вампира этот прием не подействовал – тот просто уклонился, атаковав с другой стороны. В следующие четыре секунды стороннему наблюдателю открылось бы удивительное зрелище – практически танец. Благодаря нереальной для другого существа скорости казалось, что вампир превратился в окутывающий защитную сферу туман, который принялся атаковать ее со всех сторон, попутно уклоняясь от хлещущих из шара огненных языков.

А потом маг завершил заклинание.

Кассий медленно, с огромным трудом развел ладони на ширину плеч. Между ними повисли в воздухе два десятка темно-оранжевых шариков размером с глаз… Да это и были глаза! Странные глаза с вертикальным змеиным зрачком и нимбом из колышущихся, словно трава на ветру, темно-красных тонких нитей.

Жесточайший ментальный удар, нанесенный в этот момент неизвестным противником, заставил Кассия пошатнуться и злобно оскалиться. Из правой ноздри тонкой струйкой потекла кровь, попала в рот и окрасила зубы, что вкупе с красными из-за лопнувших сосудов глазами придало графу Верона зловещий вид.

Огненные глаза, оставляя за собой огненный же след, держась на высоте метра над полом, рванули прочь – умное заклинание само искало совпадающую с заданными параметрами цель, а затем ее уничтожало.

– Поздно! – выплюнул граф, резко разворачиваясь и словно хватая что-то выброшенной вверх рукой. В воздухе, на высоте трех метров, повис вампир, спеленатый, как муха запасливым пауком, неожиданно вывернувшейся наружу пленкой защиты. – Я, конечно, должен бы тебя допросить, но времени нет. Что же мне с тобой делать? В пространственный карман положить? Слишком тяжелый, не утяну. И так оставлять нельзя – сбежишь еще, чего доброго… Не повезло тебе. – Кассий сжал руку.

– Жестоко… – Из пролома во внешней стене вышел рыжебородый коренастый мужик, с ног до головы закованный в сталь доспеха и с топором в руках.

– Я уж думал, что ты никогда оттуда не выйдешь, – ехидно произнес лорд, радостно улыбаясь и протягивая побратиму руку.

– Ты и сам неплохо справлялся, – усмехнулся Бьярни, сдавливая своей лапищей опрометчиво поданную конечность. Раздался хруст.

– А еще рунный жрец, – осуждающе покачал головой Кассий, массируя ладонь и одновременно с интересом рассматривая руны, покрывающие топор и слегка помятые доспехи друга. Видимо, об оружейной комнате вампиры тоже не забыли, но выкурить рунного жреца из его же убежища не так-то просто. В открытом бою жрецы не очень хороши, но на своей территории… – Что-то новое?

– Мое последнее творение. – Бьярни гордо встопорщил бороду с заплетенными по краям двумя косицами. Он был гномом только на четверть, но подгорные традиции чтил. – Уж я над ним поработал на славу.

– Чего ж тогда прятался? – подколол товарища маг. – О, один есть! – Кассий довольно оскалился.

– Что там у тебя?

– Глаз Саламандры. – На этот раз причина похвастаться была у второго из побратимов – заклятие Глаз Саламандры относилось к классу «А», и далеко не каждый Магистр мог его сотворить.

– Неплохо… Сколько штук осилил?

– Двадцать три.

– Мало. – Главный оружейник службы поморщился.

– Знаю, – пожал плечами Кассий. – Но я и так почти пустой, и в посохе далеко не полный запас… У нас гости! Умные, твари! Ближе встань!

Бьярни без разговоров последовал совету, поудобнее перехватывая топор.

– Первый!!! – Квартерон решительно переступил с ноги на ногу, вперившись злобным взглядом в вампира, остановившегося в проеме левого коридора и как-то испуганно оглянувшегося. Нужно сказать, выглядел тот вовсе не настроенным на бой.

– Спокойно! – Граф успел начитать заклятие Огненного Кольца весом в двадцать Форм и теперь только ждал, когда представится случай его применить. – Еще пару минут посох выдержит.

Бьярни что-то сердито пробормотал себе под нос.

Но показать, на что он еще способен, посоху в этот раз не удалось. Вампир успел пробежать по залу метров пять, когда вылетевший следом за ним Глаз вспыхнул, мгновенно испепеляя цель… Великолепное заклинание – жаль только, одноразовое, вернее, разрушилась только одна из двадцати трех его частей.

Несколько минут ничего не происходило, и, если бы не периодически повторяющиеся ментальные атаки (впрочем, первоначального эффекта они уже не имели, так как элемент неожиданности был потерян, а пробить разум готового к такому повороту событий Магистра оказалось не так-то просто), Кассий бы решил, что его присутствие осталось для остальных нападавших секретом. Почему они не нападают? Проверить, конечно, можно, но если в зале с его приличным радиусом обзора шансы выжить были, то в узких коридорах – нет.

– Шесть, вместе с этим. – Кассий кивнул в сторону месива, оставшегося от первого вампира, растекшегося уже в приличную черно-слизистую лужу. Глаза убили еще трех кровососов, но, что странно, значительная часть их «популяции» тоже была уничтожена, что без магии сделать очень и очень сложно. Ведь вампиры не владеют магией, так?

– Сейчас у тебя будет шанс удвоить цифру!

Кровососы наконец-то сообразили, что ментальными атаками мага не достать, и пошли врукопашную (или просто закончили свои дела и пошли на выход). Сразу шесть размытых теней со всех сторон атаковали защитный купол.

– Как дети, ей-богу, – поморщился граф, активируя Огненное Кольцо. По куполу защиты, зародившись в центре полусферы над самым посохом, вниз стремительно прокатилась волна пламени (обычно центром заклятия служит сам маг, но в этом случае Кассию пришлось бы искать нового побратима). При соприкосновении с землей полоса огня вспыхнула, превращаясь в огненную стену высотой метра три, в мгновение ока прокатившуюся по всему залу и испепелившую там все, что могло гореть… кроме вампиров. Хотя нет, один упырь замешкался и прыгнул недостаточно высоко, благодаря чему лишился ног по колени.

– Опытные, – констатировал очевидный факт Бьярни.

– Да ты что? – язвительно воскликнул Кассий, на секунду погружаясь в медитацию. – А я сам так не догадался, да? Думай, что делать! Такими темпами, – граф указал на дрожащую и прогибающуюся на полметра под градом ударов защиту, – у нас полминуты, прежде чем посох ляжет.

– Вспышка?

– Я пустой, – мотнул головой маг. – Силы едва хватило связаться с управляющим модулем Глаза. Они каким-то образом уничтожили почти все Глаза. Осталось восемь штук.

– Успеют?

Кассий пожал плечами, перехватывая поудобнее меч и блокируя эмоции (делать это были способны все более-менее сильные и умелые маги, но на постоянной основе применяли только разменявшие не одну сотню лет, холодный разум – это, конечно, хорошо, но прелесть жизни во многом теряется) – сейчас они только мешали.

– Неплохо, смертный. – Проломив защиту, вампиры почему-то остановились, окружили вставших спина к спине побратимов и начали сверлить их взглядом. Спустя минуту один из них подал голос: – Уничтожить половину моего отряда, пусть и более слабую, – достойно уважения.

– Чего ты хочешь?

– Почему ты думаешь, будто мне что-то нужно? – приподнял бровь вампирский командир.

– Мы еще живы. – Кассий огляделся вокруг. Где Глаза? Ничего хорошего вампир точно не предложит, а потому лучше и не знать.

– Хм… Твоя правда. – В этот момент события снова завертелись: из среднего коридора медленно и вальяжно, как показалось графу, вылетела стая из семи Глаз.

Вот и все.

Жаль, порадоваться за свое творение Магистру не довелось, и вовсе не потому, что сейчас он физически был не способен это сделать. Теперь стало понятно, каким образом были уничтожены остальные Глаза, – вперед выдвинулись двое вампиров, судя по разрисованным непонятными знаками одеждам и амулету в виде круга из красного золота на шее – жрецы Спящего, описание совпадало… Вот они-то и опровергли сложившееся о вампирах мнение как о существах без магического Дара. Глаза ярко вспыхнули, атакуя, и… Ничего не вышло. Импульс энергии, выпущенной заклятием, который должен был буквально прожарить вампиров изнутри, воспламеняя каждую их клетку и превращая в прах, не смог преодолеть щит из кроваво-красного тумана, выпущенный жрецами из вытянутых в сторону опасности ладоней.

– Клянусь молотом! – пораженно ахнул Бьярни.

– Магия Крови. – Кассий презрительно поморщился. – Для вампиров лучше не придумаешь.

– Ты прав. – Говорливый главарь снова повернулся к побратимам. – Стихийная волшба нам недоступна, а у пути Крови есть свои ограничения, но… Впрочем, ты и сам можешь все это узнать. Ты заинтересовал меня, настолько сильные маги рождаются раз в поколение. Присоединяйся к нам, и…

– Не интересует, – не стал даже слушать Кассий. – Я люблю жареное мясо, с корочкой, жидкая диета не для меня.

– Зря. – Вампир, спокойно стоявший в трех метрах, за долю мгновения – глаз не успел уловить движения – оказался рядом с графом, легким движением ломая тому руку, вынуждая избавиться от меча и впиваясь зубами в шею. Сколько же ему лет? – Я не буду убивать тебя. Грядет время перемен, ты еще передумаешь… Гин! – окликнул оторвавшийся от обеда вампир одного из своих подчиненных (Кассий отчаянно пытался оттолкнуть хищника, но тот не обращал внимания на его потуги), ожесточенно избивавшего ногами лежащего у стены Бьярни. – Оставь! Вот видишь, – вампир вплотную приблизил свое лицо к лицу Кассия, глядя тому в глаза, – я иду тебе навстречу. Пойди и ты. Я знаю, что ты участвовал в экспедиции на другой материк. Расскажи нам все и избежишь множества неприятных моментов.

– Вынужден отказаться. – Стоящий дальше всех от жрецов вампир вспыхнул, осыпаясь пеплом. – О! Вот и последний!

– Ничтожество! – Вампир отнесся к смерти подчиненного равнодушно, было видно, что к своим подчиненным он относится с пренебрежением. Хотя если присмотреться, только у него и Кровавых магов на одежде были знаки принадлежности к Хранителям Спящего. – Жаль, что ты отказался. Увы, но взломать защиту вашего инфохранилища мы не смогли, а потому выбора нет. Мне нужны координаты пробоя в куполе. Для сведения… Я вкусил твоей крови, ментальная защита не устоит… шанс стать «овощем» у тебя велик.

– Я люблю овощи… Не тяни, – усмехнулся маг.

Разрывающая мозг и крошащая сознание боль длилась вечно, а липкие руки телепата, казалось, обшарили уже каждый уголок, каждый миллиметр его мозга… Но это оказалось не так: в тот момент, когда враг приблизился к блоку памяти, содержащему секретную информацию, установленная чтецами Центра защита активировалась, безжалостно стирая вместе с секретной информацией и несколько десятков лет жизни оказавшегося ненадежным носителя секретов.

– …сий! Кассий, молот тебе в зад! Очнись! – Хриплый голос побратима, раздававшийся откуда-то издалека, буквально вытолкал Кассия из темноты, вынудив его открыть глаза и попытаться прекратить пытки – голова болела жутко, и крики были совсем неуместны.

– Не кричи так, голова раскалывается. Где они?

– Живой! А я уж думал, все, отбегался! – Граф глухо застонал. – Все, молчу, молчу… – Побратим действительно замолчал. На секунду. – Что случилось?

Кассий медленно сел, схватившись для верности рукой за посох. Сразу как-то полегчало.

– Вербовать пытались… У них на меня виды, потому и не убили. Знаешь, я только теперь понял, откуда у них Кровавые маги. Но почему об этом раньше ничего не было известно? – Граф ненадолго задумался. – Или было?

– Я не слышал… А ты не помнишь?

– Не знаю… Память как решето, одни обрывки. Ненавижу чтецов!

– Что конкретно он хотел узнать? – подозрительно прищурился квартерон.

– Какие-то координаты… как в тумане!

– Понятно мне все! – Бьярни со смачным шлепком ударил кулаком о ладонь. – Тебя пытались прочесть…

– Да ты что? – с морем сарказма в голосе воскликнул маг, бесцеремонно прерывая друга.

– …и сработал установленный нашими чтецами блок. Твою память хорошенько проредило, – продолжил, как ни в чем не бывало бородач. – Сочувствую, сам как-то… впрочем, неважно, – быстро свернул разглагольствования Бьярни, поняв, что ляпнул лишнего.

– Ненавижу чтецов! – Кассий с трудом поднялся на ноги. Интересно, ведь за время боя он не успел растратить жизненную энергию, почему такая усталость? Объяснение одно: вампир. Но ведь он присосался буквально на секунду, сделал несколько глотков. Впрочем, не удивительно, что он способен питаться напрямую силой жизни – древняя тварь, не меньше тысячи лет. Против Высшего вампира один на один лучше не выходить даже Магистру. Хвала богам, большинство вампиров гибнут еще в первое столетие жизни, по неосторожности. – Жаль, помочь другим мы не можем, сил совсем нет. Зато есть время допросить пленника. – Кассий, как истинный оптимист, везде находил плюсы. Он встал на ноги, опять-таки опираясь на посох, и уткнулся тяжелым взглядом прямо в шар набалдашника.

– Какого пленника? С тобой все в порядке? – забеспокоился за душевное здоровье друга рунный жрец.

– В порядке, – огрызнулся Кассий, на секунду отвлекаясь. – Мне по профессии положено иметь под рукой поглотитель душ. – Маг кивнул на свой посох. – Знаешь ли, когда демоны и духи постоянные «клиенты»…

– И кого ты успел?..

– Всего двоих, одиночек, – вздохнул граф. – Все, не мешай!

Глава 9

– Не хочешь немного отдохнуть? – Раздавшийся сзади голос Кассия мигом сбил концентрацию. – Ты сегодня вообще поесть-то успел?

– Нет, – с трудом выдохнул я. – А, проклятье! – Стальное бревно с ручками, которое я держал над головой на вытянутых руках, упало, сотрясая почву. – Ты сбил концентрацию!

– Значит, у тебя еще не получилось, – безразлично пожал плечами напарник, дожевывая пирожок с мясом. – Вряд ли в бою ты сможешь держать концентрацию. Но все равно это, – Кассий кивнул в сторону моего необычного спортивного снаряда, – впечатляет. Сколько там?

– Двести пятьдесят килограмм. – Я гордо вскинул подбородок – шутка ли, в течение получаса держать на вытянутых руках над головой груз, в три раза превышающий свой вес.

– Неплохо, – уважительно присвистнул граф. – А как с другими возможностями?

– Тринадцать минут боевого транса, двадцать часов бега в спринтерском темпе, – начал я методично перечислять свои достижения. – Могу поднять груз, в двенадцать раз превышающий собственный вес, могу до сорока минут удерживать над головой груз в три раза больше собственного. – Я укоризненно взглянул на прервавшего тренировку друга. – Освоил регулировку скорости передвижения без транса, на одной лишь жизненной энергии, закачанной в мышцы, и силы удара. Единственным оставшимся минусом можно назвать лишь необходимость постоянной концентрации.

– Неплохо.

– Очень хорошо! – поправил я напарника. – Я пытался достичь этого почти полтора года со времени начала обучения, но недостаток опыта не позволял. Знаешь, я даже рад, что со мной случилось то приключение в катакомбах, иначе я бы еще долго не мог использовать свои возможности полностью. Возможно, мне стоило раньше посадить организм на голодный паек, чтобы он научился использовать свои запасы правильно, распределяя их постепенно.

Тут, видимо, стоит прояснить, что же произошло.

Как оказалось, на всех выходах из катакомб магами городской и Тайной стражи давным-давно используется система, позволяющая предупредить находящуюся на поверхности охрану о попытках проникновения из катакомб на поверхность. Проще говоря, в колодце была установлена магическая сигнализация, как раз и вызвавшая ту парочку недобросовестных стражей (заклятие определяет также, кто именно пытается проникнуть в колодец, и, если это какая-то тварь – активирует боевые охранные заклятия, иначе вряд ли бы трусливые мародеры осмелились спуститься вниз). В общем, когда я сжег охранников, сигнализация сработала повторно и вызвала следующую группу – на этот раз магов.

Так я и оказался на поверхности и даже выжил, хотя пришлось проваляться в госпитале почти неделю. Впрочем, мне еще повезло, что среди магов группы быстрого реагирования нашелся один, близко знакомый с алхимией, и с чемоданом, полным зелий на все случаи жизни, в руках.

А после выписки из госпиталя я активно взялся за тренировки, не бросая и работу в страже, так как чувствовал себя виновным в том, что происходило в Нижнем городе, – осмелевшие в результате последних событий бандиты принялись активно выяснять отношения между собой и со стражей и делить территорию. Стража вынуждена была скрипеть зубами и пресекать только самые наглые выходки криминала. Разгром, устроенный вампирами тайным, имел ужасающие размеры…

В то время как я был занят «общением» с воровскими старшинами, на поверхности развернулась настоящая война. Отвлекая внимание властей на «верхушку айсберга» в районе рынка, кровососы тайно смогли провести в город и разместить в различных его местах до полутысячи бойцов, которые по сигналу атаковали одновременно два десятка объектов, в основном принадлежавших Тайной страже. И опять-таки все из-за меня… Я считал себя самым умным и везучим, а на самом деле меня использовали – теперь мне стали понятны слова второго Харлафа о спасении сестры.

Только после того как я покинул госпиталь и узнал новости, все кусочки мозаики сложились у меня в голове в единое целое – вампиры пришли в Валор за Эльвирой… Моя встреча с близнецами в трактире была не случайностью, а точно просчитанной многоходовой комбинацией. Способность Эль иссушать жизненные силы любого, подошедшего слишком близко, делала невозможным похищение тела даже для кровососов, но они нашли выход: подкупили лечащего врача, который убедил меня сделать самый глупый поступок в своей жизни. Мастер Урвиш растолковал мне, что Эльвире могло помочь переливание вампирской крови. И я поверил… А почему бы и нет? Причин не доверять этому человеку у меня не было.

В общем, используя тот факт, что я не подвержен иссушению, а кровь вампиров обновляется после каждого приема пищи и становится подобна крови жертвы, кровососы и заслали ко мне близнецов. Одна вампирша, испившая моей крови и отпущенная на свободу, была высушена подчистую будущими носильщиками для тела Эль, заодно заманившими в ловушку три Звезды Тайной стражи, послужившие прекрасными источниками информации о секретных объектах службы, нападение на которые должно было отвлечь силы тайных от истинной цели. Вторая же, ставшая донором, своей кровью еще больше усилила сходство между Эльвирой и вампирами, что позволило им донести ее до портала в катакомбах (здесь я вспомнил мумии бандитов).

Единственным белым пятном оставалась причина нападения. Зачем вампирам понадобилось тело человека, пусть и обладающего такими необычными способностями? Вывод напрашивался один: я опять что-то сделал не так, и это «что-то» скоро доставит массу неприятностей не только мне, но и тысячам совершенно посторонних людей, как это и бывало обычно. Казалось, за последние год-полтора я только и делаю, что влипаю в неприятности или же создаю их для других. Причем очень часто это происходит по глупости или из-за недостаточно высокого уровня подготовки. Но если сделать что-то с глупостью было довольно проблематично, то заняться боевой подготовкой стоило вплотную.

Я начал активно тренироваться.

Увы, как бы я ни кичился своими магическими способностями и рангом Мечника, до Мастера Ордена и даже до рыцаря я сильно недотягивал. Тот же Кассий превосходил меня по всем статьям. И дело было вовсе не в количестве жизненной энергии, а в умении ею управлять. Контролировать ток жизненной силы по энергетическим каналам тела я просто не умел. Да, я мог войти в транс, мог излечить даже смертельные раны, но все это происходило с неоправданными потерями энергии. Я должен был научиться контролю. Мои способности к управлению жизненной силой можно сравнить с могучей рекой, перекрытой плотиной. Раньше я, чтобы войти в транс или излечить раны, открывал задвижку, и весь ревущий поток воды разом устремлялся на свободу. Но дело-то в том, что иногда для достижения цели достаточно лишь немного приоткрыть задвижку, чего я не умел (на то же восстановление после укусов вампиров у меня могло бы уйти в три раза меньше энергии). Старался, пытался, но до последнего времени ничего не получалось. Спасибо катакомбам, научившим меня экономить силы, правильно говорят: все, что не убивает – делает нас сильнее. Это как раз мой случай. Ну и конечно, стимул к развитию у меня появился более чем весомый.

– Молодец, тебе совсем немного осталось до получения рыцарского меча, – похвалил меня Кассий. – Но ты ведь не только над этим работаешь? Зачем тебе разрешение на посещение отдела Запретных заклятий Императорской библиотеки?

– Откуда ты знаешь? – Я удивился не слишком сильно. – Хотя у тебя же дядя.

– Фи, – насмешливо скривился напарник. – При чем здесь дядя? Не забывай, ты все еще числишься моим подопечным. Согласен, в последнее время я уделяю не слишком много внимания твоему обучению…

– Да уж…

– Но скоро это изменится. – Граф ткнул в мою сторону пальцем. – Если верить твоему рассказу о будущем, а не верить было бы глупо, так как намеки на такое развитие событий уже есть, то империи нужно начинать подготовку кадров для войны. В общем, указом императора через три дня мы с тобой отправляемся на обучение к одному из магов экстра-класса.

– И ты тоже? – удивился я.

– Поверь, мне еще далеко до своих более опытных коллег.

– Тебе виднее. – Я направился к стоявшему в тени возле стены кувшину с водой. Занятия мои проходили в доме Кассия, милостиво предоставившего для этих целей свою тренировочную площадку, расположенную на заднем дворе особняка, хотя жить продолжал в казарме стражи. – Так как там с доступом?

– Согласие есть, но времени нет, – одновременно и обрадовал и огорчил меня друг. – Что ты хотел там найти? Я могу помочь?

– Возможно. – Я задумался. – Понимаешь, после всего случившегося я ищу способ уравнять шансы с… врагами. В одной книге мне встретилось упоминание о заклинании Вспышка. – Глаза Кассия удивленно расширились, что не осталось без моего внимания. – Оно позволяет человеку справиться даже с тысячелетним вампиром… Но единственное, что я о нем узнал, – мне необходимо довести свои способности в управлении жизненной силой до абсолюта. Потому и рвение такое.

– Кха-кха, – прокашлялся граф. – Это не совсем заклинание. Вспышка, или иначе Аура Скорости – это скорее умение, чем заклинание, техника управления энергиями, схожая с трансом, но намного более опасная и трудная в усвоении – в империи ею владеют лишь два десятка человек. И почти все они состоят в Золотой гвардии.

– А теперь ты скажешь, что тоже умеешь, – усмехнулся я.

– Не совсем, – разочаровал меня напарник. – Я так и не смог ее освоить до конца. Но теорию знаю неплохо… и продемонстрировать кое-что могу.

– Давай. – Я подался вперед.

– Войди в транс – так ты хоть что-то увидишь.

Я в недоумении пожал плечами, на секунду сосредоточился и вошел в транс.

– Смотри, – медленно-медленно протянул Кассий… Хотя на самом деле это я ускорился.

Я во все глаза уставился на застывшего без движения с закрытыми глазами товарища… и все закончилось.

– Вот и все! – Я обернулся – у меня за спиной стоял и тяжело дышал Кассий, насмешливо глядя на меня и истекая потом.

– Не понял. Как ты здесь оказался? – Я ткнул пальцем в землю под ногами графа. – Портал? Я не заметил создания.

– Так, – строго произнес граф, решив поиграть в наставника. – Сперва расскажи, что видел.

– Да ничего, – пожал плечами я. – Ты стоял там, а потом сразу здесь, разве что была какая-то оранжевая вспышка, – показалось, наверное.

– Не показалось. Именно благодаря этой… вспышке данная техника и получила свое название. Ее суть в том, чтобы заменить в теле жизненную энергию на Силу Стихии, то есть не выбросить Силу наружу через ауру и специально предназначенные для этого энергоструктуры, а пропустить ее по каналам тока жизненной силы. То, что ты видел, – остаточные выбросы Силы, ведь ее количество в десятки раз превышает объемы жизненной энергии, находящейся обычно в теле, потому и образуется видимая даже глазу неодаренного аура – в моем случае, как и в твоем – огонь, охвативший тело.

– Сколько Силы необходимо для активации Вспышки? – Я как-то сразу вник в суть вопроса.

– Эквивалентно тридцати формам. – Я присвистнул: не каждому магу такое «по карману». – И это только для активации, поддержание также требует затрат Силы.

– Да уж… Подожди, но каналы тока жизненной силы не способны провести такие объемы энергии, к тому же другого типа. Они просто сгорят!

– Ты прав, – кивнул Кассий. – Именно поэтому Вспышка и отнесена в разряд запретных заклятий и доступна только тем, кто способен манипулировать жизненной силой на высшем уровне. Даже кратковременное ее применение опасно для здоровья, а если применять Ауру слишком долго, то энергосистема тела разрушится и ты в лучшем случае останешься парализованным на всю жизнь.

– Но с тобой все в порядке, – весомо возразил я.

Действительно, Кассий уже пришел в норму.

– Я восстановился. Прежде чем учиться активировать Ауру скорости, стоит научиться устранять последствия ее воздействия, для этого и нужны тренировки по контролю жизненной силы. Простым вливанием энергии эти повреждения не залечить, они намного сложнее простых ран – для излечения каждого участка энергосистемы, каждого органа тела нужна своя интенсивность, частота и сила воздействия. В общей сложности около пятидесяти параметров.

– Это нереально, – пораженно ахнул я. – Я едва способен контролировать один-два параметра!

– На все нужны тренировки. Я добивался нынешнего результата почти десять лет. Представь себе, сколько труда вложили гвардейцы, чтобы в итоге находиться под действием Ауры всего минуту (максимально безопасное время – дальше смерть). Впрочем, я фактически учился всему сам. Тебе повезло больше. С таким учителем, – судя по интонации, Кассий имел в виду не себя, – это время значительно сократится.

– Хорошо бы… А что за учитель?

– Секрет, – усмехнулся граф.

– Раз так, – делано обиделся я, – не мешай мне тренироваться, мало ли кто там будет и чему сможет научить…

– Тренируйся, – снова усмехнулся Кассий и развернулся уходить, но неожиданно остановился, хлопнув себя ладонью по лбу: – Совсем забыл! Подошла наша очередь получать сателлиты. – Я замер на месте. – Заканчивай свои игры в стражника и послезавтра с утра будь готов.

– Эй-эй, – возмутился я. – Какое послезавтра? Я не успею, у меня в участке дел по горло! Как раз на послезавтра намечен захват участников драки на рынке!

– Никто не будет откладывать ритуал Слияния из-за такой ерунды! Перенесите на более ранний срок. После ритуала ты некоторое время пробудешь в госпитале, под наблюдением.

– У нас ничего не готово, – попытался возражать я, но Кассий даже не стал слушать, исчезая в портале. – Проклятье! – Я в сердцах бросил оземь тренировочные меч и посох – сражаться обоими сразу оказалось сложно, но нужно было учиться, раз уж отныне это мои «рабочие инструменты». Использовать посох только как колдовской инструмент просто глупо, если им можно с успехом и голову проломить.

Я пару раз глубоко вздохнул, успокаиваясь, поднял оброненный инвентарь и пошел поторапливать коллег-расследователей. Эти уважаемые господа целый месяц занимались ерундой, не смогли вычислить организаторов драки – пусть теперь побегают. То, что все было сделано по приказу Топора, и дураку ясно, но он фигура не того масштаба, чтобы его просто арестовать. Да никому это и не выгодно – в первую очередь простым людям. Сотни жертв бандитских разборок, ставшие результатом смерти Костлявого, послужили тому отличным доказательством. Как было ни противно, но от мести пришлось отказаться… пока. Не люблю нарушать обещания…

Приняв душ и перекусив на скорую руку, я отправился уговаривать коллег-расследователей перенести сроки проведения операции. Увы, но вряд ли получится обойтись без смазывания шестеренок бюрократической машины своим жетоном Тайной стражи. Впрочем, неважно.

– Ну-ург! – Я бешеным вихрем пронесся по сонному царству участка, мигом его взбудораживая и приводя в рабочее состояние немногочисленных стражей, отдыхавших после обхода за игрой в кости.

– Лэр? – Сержант тут же вырос рядом, словно из-под земли. Телепортируется он, что ли?

– В мой кабинет. – Я энергично взмахнул рукой, окидывая навостривших уши подчиненных подозрительным взглядом и бодрячком взбегая по лестнице на второй этаж.

– Я вас слушаю, – деликатно произнес сержант, едва я залпом выпил до дна прямо из горла бутылку припасенного на всякий случай вина двадцатилетней выдержки и с довольным вздохом опустился в кресло за столом. Проблемы как-то даже отошли на второй план.

– Значит, так, – я собрался, – через три часа мы выдвигаемся на захват.

– Лэр? – Вот заладил!

Я поморщился:

– Сам знаю! Подбери десяток лучших из тех, кого можешь быстро собрать… И сделай это с максимальной секретностью. В общем, ты знаешь все не хуже меня. Операция будет совместной с Корпусом расследователей, мы там только для оказания помощи. И ты представить не можешь, чего мне это стоило!

– Где? – Вот за что мне нравится этот человек, так за то, что лишних вопросов не задает. – Кто?

– Лудильщиков, третий дом. – Я заскрипел зубами, вспоминая, сколько нервов себе испортил, доказывая бюрократам необходимость присутствия рыночной стражи на задержании: улица Лудильщиков находилась уже не в моем районе, хотя и на самой его границе. – Организаторы драки на рынке.

– Ясно, – понятливо кивнул сержант без лишних вопросов. Все мои люди знали, что я очень болезненно отнесся к тому случаю, и найти преступников стало для всего участка делом чести. Собственно, кое-кого мы нашли своими силами, не привлекая расследователей, но это все мелкая сошка, и мне этого было мало. – Разрешите выполнять?

– Давай! – Я махнул рукой, отпуская сержанта, и со вздохом, нехотя подтянул к себе поближе стопку бумаг, еще больше увеличившуюся с тех пор, как мой секретарь пропал без вести. Хотя один из изуродованных трупов, найденных в сточной канаве недалеко от участка, был очень на него похож.

Радует только тот факт, что скоро я стану простым, совсем простым магом, и снова начнется жизнь без всей этой бюрократической лабуды и обязательной каждодневной горы писулек вместо завтрака.

Осталось отмучиться всего день.

Глава 10

Десять стражей в полном боевом облачении: кожаный доспех с поддетой кольчугой, наручи, поножи, шлем, короткий меч и стандартные защитные амулеты, защищающие как от физических атак, так и от магии, – грозная сила. Я довольно кивнул, осматривая строй своих бравых подчиненных, усердно поедавших меня преданным взглядом.

– Вы наверняка удивлены, зачем я вас собрал в такое позднее время (было уже три часа ночи), да еще и не в своем районе… Так вот, через улицу отсюда, – я махнул рукой за спину, – расположились и спокойно сопят в подушку полтора десятка ублюдков, среди которых и те, кто несет ответственность за беспорядки в нашем районе, и особенно за события на рынке месяц назад… Теперь о том, что требуется конкретно от вас. – Я перешел к делу. – Так как операция проводится Корпусом расследователей, то непосредственно захватом объектов будет заниматься их штурмовой отряд. Мы же стоим в оцеплении и перехватываем беглецов, если таковые будут… Все ясно?

– Так точно, – тихо отозвался за всех сержант.

Правильно, лучше соблюдать тишину – мало ли что. Мы, конечно, заняли дом (выселив на время его хозяев) достаточно удаленный, чтобы можно было спокойно разговаривать, но и наглеть не стоит.

– Вот и хорошо, ждем сигнала и выдвигаемся. Ваш участок самый легкий, со стороны улицы.

Кое-кто из стражей поморщился – казалось бы, должны радоваться… Но неприятно, когда тебя считают вторым сортом.

– Ваш? – удивленно переспросил сержант, заметив мою оговорку. – Вы не с нами, лэр?

– Нет. – Я хищно улыбнулся. – Для себя я выбил место в первом ряду.

Строй глухо зароптал, возмущаясь несправедливостью жизни.

– Прекратить! – Нург окинул суровым взглядом подчиненных. – Решение командира не обсуждается! – Ответом ему было гробовое молчание… прерванное протяжным волчьим воем.

– Что это было? – Я в недоумении захлопал глазами.

– Видимо, сигнал. – Сержант тоже опешил.

Я извлек меч из ножен, а сами ножны отцепил от пояса и бросил Нургу.

– Это я понял… Меня предупреждали, что не узнать его будет сложно… Но какой идиот додумался до волчьего воя в городе? Недоумки!.. Вперед! – Я коротко кивнул сержанту, передавая командование (это было заранее обговорено), а сам сконцентрировался, решив применить на практике то, чему научился за последний месяц. Я собрал жизненную энергию в мышцах ног, с легкостью перемахнул трехметровый забор со стальными шипами поверху и сломя голову бросился вслед за уже начавшей проникновение в дом группой захвата.

– Стоять! – Дорогу мне заступил какой-то напомаженный хлыщ в костюме из эльфийского шелка с кружевами и кучей драгоценностей, общей стоимостью не меньше тысячи империалов. – Кто такой?! – Этот вопрос был адресован к стоящим за моей спиной двум крепким воинам. Здоровяки растерянно переглянулись. – Отвечать!!! – завизжал раненой свиньей хлыщ, хватаясь за… меч, наверное, если эту зубочистку, сплошь покрытую драгоценными камнями (даже в сам клинок вставили, хотя я не понял зачем, так как магии в них не было ни грана), можно было назвать таким гордым словом.

– Лэр! – Из-за спины хлыща вылез один из знакомых мне еще по событиям на рынке расследователей, тот, что постарше… Микел Карос, кажется. – Это лейтенант базарной стражи Харлаф Блейз, он и его люди также участвуют в операции.

– Лейтенант… базарной стражи? – Услышав мое имя и должность, холеный подонок презрительно скривился (так как в Арране традиция дворянских колец не распространена, то определить статус человека с первого взгляда нелегко), окидывая меня таким взглядом, что мне захотелось с ходу дать ему в морду. Перед глазами пронеслись сотни таких же надменных ублюдков, точно так же гадостно ухмылявшихся… но это было в Эсхаре. – Убрать.

Бугаи нерешительно двинулись ко мне.

– Лэр, участие лейтенанта Блейза было одобрено капи…

– Теперь я здесь командую! И не собираюсь терпеть рядом всякую… черноногую мразь! – Я стиснул зубы, чувствуя, как крошится эмаль. – Хватит и того, что я терплю всех вас. – Хлыщ махнул рукой на расследователя и бугаев. – Я, граф Нимер, сын герцога Ланского, троюродного брата самого императора, вынужден нюхать эту вонь, когда у меня есть действительно важные дела! За что мне это?! Нерон и Ралег сейчас пьют альберское на балу у…

Нытье аристократишки было прервано появившимся из дверей сержантом штурмовиков.

– Лэр. – Сержант стер рукавом кровь с лица. – У нас потери. Необходима магическая поддержка!

– Поддержка? – искренне удивился граф. – Где я ее возьму?

– Вы можете вызвать…

– Нет! Это слишком долго. Пока они доберутся сюда, бал уже закончится! – Все присутствующие в немом изумлении уставились на идиота. – Справляйтесь сами, и побыстрее.

– Но… лэр, – с трудом выдавил из себя последнее слово сержант. – Будут потери, я не думаю…

– Мне плевать! – Аристократ побелел от бешенства. – Не перечить! Всех на каторгу, мрази! Я вам…

– Давайте я попробую. – Быстрый взгляд по сторонам – бугаи кивнули, отступая на шаг. – Сержант, ведите.

– Что-о-о?!! – Нимер дрожащей рукой потянул меч из ножен, но сделать этого не успел. Короткий удар в нос мгновенно отправил его на землю и в нокаут. Не сдержался!

Снова нос, и снова сынок герцога – как бы ностальгия не замучила… Везет мне на таких тварей!

– Второй – уже традиция. – Я злорадно ухмыльнулся. – По крайней мере, в выборе врагов не мелочусь.

Быстро взбежав по лестнице на второй этаж, я едва не споткнулся о труп штурмовика, кираса и даже тяжелый прямоугольный щит которого напоминали решето, а сам он лежал в луже крови. Рядом обнаружилось еще два трупа такого же вида, а немного впереди виделись широкие спины остальных воинов, один из которых как раз выглянул за угол и едва успел убрать голову обратно – рядом с ней пролетела и воткнулась в стену длинная светло-синяя сосулька. Так, значит, «водяник»… Не лучший вариант.

– Один?

– Да, – отозвался воин с насечками капрала на кирасе, стоявший первым в «очереди». – Остальных прикончили или повязали. Нам никто не сказал, что среди них маг… Капитан был магом, а этот… – Капрал заскрипел зубами.

– Хорошо. – Я оттеснил штурмовика назад, занимая его место. – Живым брать не буду! – Позади довольно забурчали.

Я соскользнул в транс.

Засевший в обороне маг был начеку и в полной боевой готовности – плетение Ледяной Стрелы (аналога фаербола у «огневиков») создано, в ядре Дара подвешена пара заклятий помощнее, а скорость реакции и восприятия увеличены эликсирами до максимума – мало не покажется никому. Но отреагировать вовремя на появление нового врага он не успел. Размытое пятно, в котором только благодаря воздействию эликсира можно было распознать человека, переместилось из-за ближайшего угла в центр коридора и, остановившись на мгновение, выпустило в сторону двери, за которой и прятался «окопавшийся» маг (для обзора и стрельбы он прорезал в двери на уровне глаз небольшое окно), огромный огненный шар.

Сорвавшаяся с руки загнанного в угол «водяного» сосулька, столкнувшись с жаром пламени, просто испарилась, не причинив мне вреда, а в следующее мгновение Светляк уже наткнулся на препятствие… Вообще, если говорить о фаерболах, то можно подразделить их не только по мощности или размеру, но и по производимому воздействию. В зависимости от толщины линий, их количества в каркасе и плотности плетения, фаерболы делились на три типа: проникающие (прожигающие препятствие насквозь и оставляющие ровную и красивую дыру в объекте атаки), взрывные (взрывающиеся при столкновении) и смешанные (сначала прожигающие, а затем взрывающиеся). Конкретно этот Светляк относился к третьему типу.

В дыру, пробитую Светляком, я нырнул рыбкой прямо в огонь – так у меня было больше шансов уклониться от контратаки противника. И я оказался прав: попытайся я войти в комнату, а не запрыгнуть, то стал бы короче на треть. Водяной бич, которым маги Воды, по слухам, с легкостью разрубали даже защищенные рунами доспехи, и не думая испаряться (концентрация Силы в биче оказалась выше, чем в моем заклятии), прошел в сантиметре над моей спиной. Кувыркнувшись при приземлении и резво вскочив на ноги, я выдернул из стены меч (который сам же и бросил еще из коридора) и не стал терять времени на атаку магией, сделав ставку на ближний бой. Времени вызвать заранее заготовленное Дыхание Дракона просто не было: остановись я для концентрации всего на полсекунды – и враг снесет мне водяным хлыстом голову.

Маг стоял в трех метрах правее, у стены, и был укрыт странной, незнакомой защитой. Впрочем, в бытность свою имперцем я особо магией не интересовался, приняв решение сначала достичь вершин на пути воина, используя магию как приятное дополнение, а в Академии мне примитивно негде было эти знания приобрести – в программу обучения колдуна такое не входило. Честно говоря, тогда это был не мой уровень, ничего бы я не понял, если и плетения-то с трудом создавал. А потому, как и что мне делать с противником, укрывшимся за слоем воды толщиной в десять сантиметров (грубо говоря, маг находился внутри огромной капли), я не знал. И думать времени не было…

Хотя до мага было всего три метра и преодолеть это расстояние в боевом трансе я мог за долю секунды, он как-то успел сбросить оказавшийся медлительным и неэффективным для охоты за такой шустрой дичью одинокий бич (настоящего названия заклятия я, увы, не знал), а вместо него сформировать прямо из своей защиты целых восемь щупалец и выстрелить ими в мою сторону. В итоге единственное свое преимущество перед врагом – скорость передвижения и реакции, я реализовать не смог – примитивно не успел подобраться на расстояние удара мечом, если бы это вообще помогло. Я должен был успеть проткнуть врага раньше, чем он нанесет новый удар. Ледяная стрела, так же как фаербол или любой другой магический конструкт низкого уровня, летела в цель с высочайшей скоростью, и я при всем желании не способен был уклониться. Что же касается щупалец и вдвое меньшего расстояния, то здесь и вовсе шансов уклониться не было… Увы, я не Мастер Меча, и, видимо, научиться видеть Рисунок мне уже не суждено.

Да, маг по силе лишь ненамного превосходил меня, но опыта у него оказалось гораздо больше – на этот раз атака «водяного» достигла успеха. Уже приготовившийся к удару и боли, я сильно удивился, когда ничего этого не произошло – моя тушка вовсе не собиралась распадаться на части. Вместо этого оказавшаяся густой, как смола, вода начала стремительно меня обволакивать, не позволяя пошевелить даже пальцем. Через пару секунд я оказался в одной капле со своим врагом, стоя с ним лицом к лицу на расстоянии менее полуметра. Он злорадно ухмылялся: или из-за отсутствия Силы в ядре, или из природной вредности он решил тупо утопить меня в своей защите, наблюдая за мучениями.

Я вышел из транса. Зачем зря тратить энергию, если не можешь пошевелиться? И это было пока единственное, что я смог придумать, – увы, все заклятия, которыми я владел и которые сейчас «висели» в ядре, требовали для активации жеста, в частности Дыхание – направленной в сторону цели ладони со слегка согнутыми пальцами. Проблема же была в том, что я в правой руке держал меч, а левая в данный момент была расположена на уровне бедра и развернута внутренней стороной ладони ко мне… Себя я, конечно, не сожгу, но Силу потрачу зря, разве что воду нагрею…

Таким Идиотом (именно так, с большой буквы) я не чувствовал себя еще никогда. Если бы мог, то долго ругался матом – после того, как вволю победно насмеялся. Сперва «водяной» в недоумении уставился на меня (он, кстати, двигался и дышал в липкой, почти твердой для меня воде совершенно свободно, но «каплю» не покидал – скорее всего, тогда бы заклятие развеялось), не понимая, зачем я разрушаю свои же собственные заклятия на выходе, превращая их просто в тепловую энергию, а затем, когда температура воды ощутимо поднялась, понял и занервничал. Когда же температура воды практически достигла точки кипения и я, во второй раз за сегодня применяя на практике не до конца еще отработанное умение управлять жизненной энергией, начал закачивать ее во внешние энергоструктуры тела, пытаясь таким образом не свариться вкрутую (к слову, боль была жуткая), маг и вовсе задергался в панике. Жизненной энергией противник явно управлять не умел и, соответственно, не обладал моей живучестью. Охладить воду он также не мог – то ли заклятие не предусматривало вливания Силы после своей активации, то ли чародей был просто истощен. Для него оставался единственный выход, если он не хотел свариться, а именно – развеять заклятие и убраться из кипятка, но в таком случае я, пострадавший намного меньше, все равно довершу начатое, воспользовавшись для такого доброго дела мечом…

– Лэр лейтенант? – Сержант штурмовиков признал меня первым, хотя и далеко не сразу. Несколько долгих мгновений он напряженно всматривался в мое лицо – пребывание в кипятке определенно повлияло на мой внешний вид. – Вольно. – Воины за его спиной опустили мечи, но щитами закрываться не перестали.

– Я, кто же еще? – Я победно ухмыльнулся, демонстрируя окровавленный меч. – Готов.

– Так быстро? – удивился воин, а я недоуменно на него уставился.

Только спустя некоторое время до меня дошло, что бой, растянувшийся в моем субъективном времени на многие минуты, в реальности продлился не больше одной-двух. Для этих воинов, живущих в своем неспешном мире, я просто выпрыгнул из-за угла и практически тут же вышел обратно – битвы магов и мастеров боя скоротечны.

Я пожал плечами, проходя между расступившимися по сторонам штурмовиками, и двинулся отдыхать. Переливание энергии из меча (которой, к слову, осталось чуть больше половины) восстановило мои силы и практически залечило повреждения – теперь я уже не напоминал кусок недоваренного мяса, но по лестнице я спустился крайне неторопливо – спешить все равно было некуда.

А на улице меня ждала настоящая делегация по встрече. Люди, до того увлеченно слушавшие молодого штурмовика, обогнавшего меня на лестнице, теперь дружно повернулись в мою сторону и воззрились с уважением.

– Лэр. – Сержант Нург пробился ко мне из заднего ряда. – Все хорошо? Вам нужна помощь целителя? – Хм, значит, я восстановился не полностью.

– Нет, все нормально. – Я немного помолчал, решаясь. – Сержант, принимайте командование участком.

– Лэр? – Лицо Нурга вытянулось от удивления. – Участком?

– Меня отправляют на переподготовку, – не сильно соврал я. – Ваше назначение согласовано с нашим, – глядя в глаза бывшему подчиненному, с намеком, понятным только нам двоим, произнес я, – командованием.

– Так точно! – Сержант продемонстрировал мне свои двадцать девять, растянув рот до ушей. – А…

– А документы оформишь сам, мне некогда было… – Не говорить же ему, что мне просто лень заниматься бумажной волокитой. – Всем пока. – Помахав рукой над головой, я поспешно ретировался, пока все отвлеклись на выходящих из здания штурмовиков и задержанных.

Сто метров освещенного пространства, скрываясь от глаз поклонников в темноте переулка, я преодолел с рекордной скоростью. Что ж, короткий бросок – и я снова выйду к цивилизации в виде извозчиков, которые с комфортом доставят меня к Кассию… Внезапно я запнулся прямо посреди дороги, пытаясь вычислить в темноте владельца тяжелого взгляда, на мгновение уткнувшегося мне в спину и тут же пропавшего. Секунд тридцать я настороженно всматривался в окна верхних этажей домов, изучал крыши (взгляд шел оттуда), но так ничего и не заметил.

– Померещится всякое… – Я фыркнул, разворачиваясь и делая шаг в выбранном направлении.

Чувство опасности взвыло голодным волколаком, предупреждая об угрозе со спины, и я без раздумий рухнул в транс, уходя вправо и вниз… Защитный амулет коротко ожег грудь, мгновенно раскаляясь от одномоментного опустошения запасов Силы, и громко треснул, разрушаясь. Арбалетный болт, что должен был пробить сердце, благодаря маневру уклонения и амулету практически на всю длину вошел в спину, пробивая левую лопатку… Волна чего-то непередаваемо мерзкого прошла по моему телу, и я как подкошенный рухнул на бок, не успев сделать и шага.

– Шустрый… – Легкие крадущиеся шаги и раздавшийся сверху тихий шипящий голос оповестили меня, что убийца спустился вниз. – Меня предупреждали, что ты можешь уклониться от Черной стрелы, а я не верил! – Я вздрогнул. Черная стрела – специализированный артефакт, предназначенный исключительно для убийства магов. Так вот почему не справился амулет – эта стрела способна пробить даже Сферу Огня, не говоря уже о примитивной защите сделанного почти на коленке амулета. – Теперь не знаю, что и думать… Редкий случай. Надо бы тебя добить, не нравишься ты мне. – Стрелок с шелестом достал из-под одежды нож, без опаски наклоняясь надо мной. Действительно, опасаться ему было нечего – яд и заклятия, которыми оказался буквально напичкан артефакт, уже приступили к выполнению своих непосредственных обязанностей – меня парализовало и отрезало от Дара. Жив я был только потому, что все еще находился в трансе.

Момент, когда убийца схватил меня за волосы (не слишком длинные, но ухватиться можно) и слегка приподнял над землей, я отметил как-то отстраненно. А в следующее мгновение отточенное до бритвенной остроты лезвие кривого скрамитарского ножа с противным хрустом и хлюпаньем перерезало мое горло от уха до уха.

– Прощай! – Удалявшегося убийцу я уже не видел, так как оказался лежащим лицом вниз. – Звони, если что.

Последнюю странную фразу говорливого душегуба я расслышал с трудом, словно сквозь вату, но удивиться не успел – нырнул в холодный серый туман, надвинувшийся со всех сторон. Зов о помощи, посланный мечом Духа, зажатым в мертвой руке, своему собрату на другом конце города, я уже не услышал…

Надежде нет места в обители смерти и отчаяния.

Приложение

Вехи истории Калиона

Первый эон – рождение Мира из Стихий:

1. Срединный мир – появляются природные духи, сильнейшие из которых становятся первыми богами, превратившимися позже в Младших богов пантеона Пресветлого Орвуса. На Калион из других миров приходят смертные расы; зарождение цивилизации.

2. Верхний и Нижний миры – образуются духи Света и Тьмы, позднее эволюционировавшие в Младших богов, духов, Архидемонов и демонов.

Второй эон

11,5 тыс. лет назад – приход на Калион божественных братьев Комола и Орвуса и захват ими власти. Рождение Старших богов.

10 тыс. лет назад – междоусобная война между божественными братьями, разрушение цивилизации и откат назад, заточение Комола и его сыновей.

8 тыс. лет назад – появление первых государств.

7,5 тыс. лет назад – первое упоминание о вампирах и оборотнях.

6961 лет назад (1 год от основания Валора, О. В.) – основание Валора и зарождение империи Аан.

4432 год от О. В. – Кровавая неделя.

4895 год от О. В. – распад империи Аан, начало Темных (Кровавых) веков.

1253 года назад – зарождение Арранской империи.

1001 год назад (252 год от Возрождения) – печати на темнице Комола ослабевают, Священный поход.

Система магии Калиона

Боевая магия: магия Стихий Воздуха, Земли, Воды и Огня.

Святая магия (магия Света): обучение адептов Стихии Света происходит исключительно при храмах Светлых богов.

Специализации:

экзорцисты – специализация по изгнанию сущностей Тьмы (демоны, Тени и т. д.);

клирики – жрецы Светлых богов, широкий профиль;

паладины – специализируются на уничтожении адептов и тварей Тьмы;

целители.

Магия Тьмы: обучение происходит как при храмах Темных богов, так и в индивидуальном порядке, от учителя к ученику.

Открыт факультет Тьмы при Арранском Университете Всех Стихий с обучением по специальностям:

магия Тьмы

некромантия

демонология

малефицизм

химерология.

Магия Жизни: управление живой природой и целительство.

Специализация:

друиды – управление живой природой.

целители.

Магия Пространства: включает в себя создание порталов, пространственных мешков, «длинных шагов» и др.; доступна магам уровнем не ниже Магистра.

Рунная магия: артефакторика, големостроение, алхимия.

Магия Крови (запретная): информация засекречена.

Высшая магия: к Высшей магии причисляются все заклинания энергоемкостью свыше 50 Форм (уровень Магистра).

Структура мира Калиона и сущности, его населяющие

Верхний мир

Старшие боги (Светлые) – Пресветлый Орвус и его потомки.

Младшие боги – сильнейшие из древних Светлых богов, владевших Миром в первый эон.

Духи.

Блуждающие души – души разумных, не почитавших при жизни никого из богов, попадают согласно совершенным при жизни грехам в Верхний или Нижний миры и ожидают там перерождения, витая в пустоте и рискуя затеряться в ней навечно (в Нижнем мире для таких душ имеется еще и шанс быть съеденными). В отличие от них, души верующих попадают в Царство бога, которому возносили молитвы при жизни, и ожидают перерождения, находясь под его защитой.

Срединный мир

Смертные расы – люди, светлые и темные эльфы, орки, гномы, тролли, драконы, вампиры, оборотни, гоблины.

Природные духи – лешие, домовые, водяные и т. д.

Нижний мир

Старшие боги (Темные) – сильнейшие из древних Темных богов, что до заточения Комола и его сыновей были Архидемонами, а затем заняли их место.

Архидемоны.

Демоны.

Блуждающие души, Тени – души, не ушедшие на перерождение и преобразившиеся с течением времени.

Сословная структура королевства Эсхар

I сословие – высшая аристократия, дворяне, высшее жречество.

II сословие – жрецы, купцы первой и второй гильдии, адеры, военнослужащие неблагородного происхождения (включая наемников).

III сословие – купцы третьей гильдии (мелкие лавочники), вольные землепашцы, мещане.

IV сословие – зависимые крестьяне.

Content

Павел Мороз
Восхождение пламени

Часть первая Запретное пламя

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Часть вторая Свой среди чужих

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Часть третья Расплата

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Приложение

Вехи истории Калиона

Система магии Калиона

Структура мира Калиона и сущности, его населяющие

Сословная структура королевства Эсхар