Кэрол Мортимер

Талант и поклонница

Пролог

Сидя за письменным столом в лондонском офисе «Сент-Клер корпорейшн», Лукан Сент-Клер произнес:

– Я обязан предупредить вас, мисс Маккинли. В настоящее время мой брат ведет себя как высокомерный хам!

«Это характерная особенность всех членов вашей семьи», – уныло подумала Стефани, покосившись на темноволосого красавца аристократа, сдержанность которого граничила с холодностью. Он-то как раз не был груб, однако являлся воплощением высокомерия.

Что ж, раз Лукан Сент-Клер не проявляет к ней никакого интереса, это даже к лучшему. Хотя любая девушка наверняка мечтает о том, чтобы на нее обратил внимание этот высокий красавчик богач. У Лукана Сент-Клера денег больше, чем в казне некоторых стран. А еще Стефани знала, что он заводит романы только с высокими, длинноногими блондинками. Ну а у нее самой средний рост и огненно-рыжие волосы, поэтому она и не интересует Лукана как женщина.

Кроме того, не следует забывать о том, что она всего лишь наемный работник – физиотерапевт, обязанность которого – помочь младшему брату Лукана обрести хорошую физическую форму.

Она пристально посмотрела в карие глаза Лукана:

– Как врач могу сказать, что большинство людей, испытывающих физическую боль, ведут себя… немного агрессивно, мистер Сент-Клер.

Его губы потрясающе красивой формы изогнулись в усмешке.

– Я убежден, что Джордан покажется вам крайне агрессивным.

Стефани мысленно прокрутила информацию о новом пациенте. Джордану Сент-Клеру тридцать четыре года, он – младший из трех братьев семьи Сент-Клер. Шесть месяцев назад в результате несчастного случая Джордан переломал практически все кости правой части тела. Несмотря на многочисленные операции, он по-прежнему плохо передвигается, поэтому укрылся от мира, переехав в деревенский дом, где тайком зализывает раны.

Пока что Стефани не обнаружила ничего необычного в его поведении.

– Я уверена, он ничем не отличается от других моих пациентов, мистер Сент-Клер, – уверенно сказала она.

Лукан Сент-Клер поставил локти на край письменного стола, обтянутого кожей, и посмотрел на Стефани поверх сцепленных в замок пальцев:

– Я пытаюсь вам объяснить, что Джордан… совсем не в восторге, скажем так, даже от одной мысли о том, что у него появится очередной физиотерапевт….

Стефани было не слишком приятно услышать о себе как об «очередном физиотерапевте». Она гордилась успехами, которых достигла в своей частной практике за последние три года. Знакомые доктора охотно отправляли к ней на лечение своих пациентов; бывшие пациенты Стефани рекомендовали ее своим нуждающимся в помощи знакомым.

Из того, что Стефани прочла в медицинской карте Джордана Сент-Клера, было ясно, что хирурги сделали все от них зависящее и процесс выздоровления теперь полностью зависел от стараний самого больного. А он явно не стремился стараться…

Она прищурилась, разглядывая аристократически-надменное лицо Лукана.

– Чего же вы недоговариваете, мистер Сент-Клер? – наконец произнесла она, растягивая слова.

Он одарил ее быстрой, одобрительной улыбкой:

– Я вижу, что вы, как профессионал, склонны к прямолинейности.

Стефани было хорошо известно, что ее прямолинейность в сочетании со строгой внешностью – ее длинные ярко-рыжие волосы были заплетены в толстую косу, которая лежала на спине, а холодно смотрящие зеленые глаза были обрамлены длинными, слегка подкрашенными ресницами – всегда производила впечатление эмоциональной отстраненности. Она, конечно, не была бесчувственной особой и относилась к пациентам с сочувствием, но предпочитала не раскисать от жалости к ним.

Что касается ее профессиональной репутации…

К счастью, Лукан Сент-Клер не упомянул о том, что слышал о недавних обвинениях Розалинды Ньюман, которая считала, будто у ее мужа Ричарда Ньюмана и физиотерапевта Стефани Маккинли был роман. Если бы Лукан знал об этом, то вряд ли решился бы ее нанять.

– Я всегда прямолинейна и откровенна. – Она пожала плечами. – Особенно когда речь идет о моих пациентах.

Лукан кивнул в знак одобрения и откинулся на спинку кожаного кресла:

– Джордан не согласится на меньшее.

– И?.. – Стефани уставилась на него проницательными зелеными глазами. Если она будет работать с братом этого человека, то должна знать все, что следует о нем знать, помимо данных медицинской карты.

Он тяжело вздохнул:

– Джордан не знает о том, что я вас нанял.

Стефани уже заподозрила нечто подобное. Вне сомнения, ей будет труднее исполнять свои обязанности, если пациент изначально враждебно к ней настроен – еще до того, как она начала с ним работать. Впрочем, работать с трудными пациентами ей не привыкать. Большинство пациентов Стефани были трудными. Но именно потому, что она обладала талантом налаживать отношения с такими больными, у Стефани была хорошая репутация. Во всяком случае, с тех пор, как она открыла частный физиотерапевтический кабинет, у нее не было отбоя от желающих попасть к ней на процедуры.

– Могу ли я предполагать, что мое появление перед вашим братом окажется для него неприятным фактом?

Лукан поморщился:

– Боюсь, Джордан просто невежливо укажет вам на дверь. Если бы он заранее знал о моих намерениях, то не позволил бы вам даже приблизиться к его дому!

Стефани поджала губы:

– Если меня наняли вы, то мистер Джордан не сможет меня прогнать. – Она специально выделила это слово, а затем уточнила: – Правда ли, что дом в графстве Глостершир, где проживает больной, на самом деле принадлежит вам?

Лукан настороженно взглянул на нее:

– Это часть имущества, принадлежащего «Сент-Клер корпорейшн».

– Тогда, как глава корпорации, вы, очевидно, имеете право указывать, кому жить, а кому не жить в этом доме. – Она посмотрела на него в упор.

Он взглянул на нее с одобрением, его карие глаза теперь лукаво поблескивали.

– Значит, вы не боитесь объявиться перед пациентом, даже предполагая не совсем приятные возможные последствия?

– Нет, если мой пациент не оставляет мне другого выбора, – искренне заверила она его.

Он медленно растянул губы в улыбке:

– Убежден, что Джордану придется иметь дело с достойным соперником!

Стефани просияла:

– Итак, вы все-таки нанимаете меня, чтобы работать с вашим братом?

– Работать с Джорданом у вас вряд ли получится, – с сожалением протянул Лукан. – Он самолюбивый одиночка и не любит, когда кто-то лезет в его дела, будто он обычный субъект.

– Я никогда не лезу в чужие дела, мистер Сент-Клер, – сухо сказала Стефани, предвидя, как тяжело ей придется. – Если вы не возражаете, я могу приступить к работе на следующей неделе.

Лукану Сент-Клеру не должно и в голову прийти, какое облегчение испытывает Стефани при одной только мысли покинуть Лондон, пусть и на некоторое время.

Уехать подальше от Розалинды Ньюман и ее неприятных и совершенно не соответствующих действительности обвинений! Это же надо – предположить, что у нее был роман с мужем Розалинды!

– Согласен. – Он был явно доволен тем, что Стефани не испугали и не остановили предстоящие трудности.

– Мне понадобится ключ от дома, в котором остановился мистер Джордан, и пояснения, как туда добраться, – сказала она. – О том, как сложатся дела дальше, можете не волноваться.

Глава 1

Стефани приехала в поместье Малберри-Холл примерно час назад. Она позвонила в дверь охотничьего домика, потом постучала, а затем решила, что либо Джордана Сент-Клера нет дома, либо он отказывается отвечать. В любом случае он не оставил ей иного выбора, кроме как воспользоваться ключом, который дал ей Лукан Сент-Клер. Попав на кухню и увидев беспорядок, она решила пока не двигаться дальше. Стефани не могла спокойно смотреть на грязные тарелки и беспорядок. Судя по всему, Джордан явно не удосужился вымыть за собой хотя бы одну чашку или тарелку с момента своего прибытия сюда месяц назад!

– Кто вы, черт побери?! И что вы делаете у меня на кухне? – раздался голос за ее спиной.

– Это кухня? – Стефани продолжала собирать грязную посуду, которая, казалось, была повсюду, и осторожно складывала ее в раковину, наполненную горячей мыльной водой. – Я думала, это лаборатория для выращивания бактерий!

Она повернулась и в упор посмотрела на жильца дома, а затем насмешливо подняла брови, когда увидела довольно неопрятного человека, который стоял в дверях и укоризненно взирал на нее.

И вдруг у нее в ногах появилась слабость – так что ей пришлось прислониться к одному из кухонных шкафов, чтобы удержать равновесие. Стефани узнала стоящего перед ней мужчину. Несмотря на неопрятные длинные темные волосы, многодневную щетину на квадратном подбородке, великоватую ему черную футболку и выцветшие джинсы, она не могла его не узнать…

Стефани пришлось приложить все свои силы, чтобы сохранить насмешливое выражение лица, когда она поняла, что смотрит не на мистера Джордана Сент-Клера, а на всемирно известного актера Джордана Симпсона!

Во взлохмаченном и неухоженном мужчине с длинной щетиной можно было с трудом узнать красавца актера, но его выдавали глаза. Завораживающие янтарно-карие с золотистыми искорками глаза…

Стефани была поклонницей этого английского актера, который десять лет назад взял штурмом Голливуд, сыграв главную роль в нашумевшем фильме. Она посмотрела все фильмы с его участием, которых к настоящему моменту насчитывалось около двадцати. За две роли он даже получил «Оскара» – как лучший актер.

Знала она и о том, что полгода назад, во время съемок очередного фильма, Джордан Симпсон упал с крыши здания. Газетчики наперебой смаковали новость, утверждая, что Джордан серьезно пострадал и никогда не сможет снова ходить, а уж тем более вернуться в кино.

Сердце Стефани забилось быстрее, а на щеках появился румянец. Хотя стоящий перед ней актер опирался на трость, он был по-прежнему самым красивым мужчиной, какого она знала. «Но почему Лукан Сент-Клер не предупредил меня, что его брат известный актер? – с досадой подумала она. – Я бы подготовилась!»

– Очень смешно! – рявкнул Джордан в ответ на ее замечание о кухне. Он стоял в дверях, тяжело опираясь на трость из черного дерева, которую теперь постоянно брал с собой. – Но это не объясняет мне, кто вы такая и как вошли в дом.

Джордан спал на кровати, которая была перенесена в столовую, чтобы ему не подниматься по лестнице, когда услышал какой-то звук на кухне. Сначала он решил, что в дом проник грабитель, но потом, прислушавшись, понял, что злоумышленник моет посуду!

– У меня есть ключ. – Рыжеволосая женщина пожала плечами.

Он прищурился:

– Кто же вам его дал?

Слегка вздохнув, она снова пожала плечами:

– Ваш брат Лукан.

Суровый взгляд Джордана стал свирепым.

– Если мой надоедливый брат послал вас сюда в качестве домработницы, то, я думаю, вам следует знать, что домработница мне не нужна!

– Перед моими глазами свидетельство обратного, – произнесла рыжеволосая женщина, растягивая слова, и повернулась к нему спиной, чтобы продолжить собирать грязные тарелки и складывать их в раковину. Прищурившийся Джордан не мог не заметить, как короткая белая футболка облегает упругую грудь и плоский живот женщины, а джинсы с заниженной линией талии подчеркивают округлые бедра и ягодицы идеальной формы.

Джордан выругался про себя, почувствовав сильное возбуждение – впервые за последние шесть месяцев!

– Большую часть посуды можно загрузить в посудомоечную машину, между прочим, – пробормотал он обиженно, когда рыжеволосая женщина продолжила мыть посуду в раковине.

– Ее можно было бы отправить в посудомоечную машину сразу после использования, – уточнила она, не оборачиваясь. – Теперь ее в машине уже не отмыть, посуда должна отмокать.

– Хотите сказать, что я неряха?

– О, я совсем этого не говорила! – задорно промолвила она.

– Если вы не заметили, я слегка увечный! – Сердитый Джордан начал оправдываться. В любом случае у него сейчас был плохой аппетит, да и после приготовления еды у него не было сил, чтобы прибраться на кухне и помыть посуду, – начинала болеть нога и бедро.

Рыжеволосая женщина перестала мыть посуду, медленно повернулась и посмотрела на него широко раскрытыми зелеными глазами.

– Вот это да! – печально сказала она и покачала головой. – Должна признать, не ожидала, что вы сразу же объявите себя «слегка увечным»…

Джордан резко глотнул воздух, не веря тому, что слышит, и так крепко вцепился пальцами в рукоять трости, что побелели костяшки пальцев:

– Что вы сказали?..

Стефани спокойно встретила ожесточенный взгляд янтарно-карих глаз Джордана.

Будучи профессионалом в своем деле, Стефани теперь растерялась. Она с трудом справлялась с эмоциями, которые пробуждал в ее душе этот темноволосый и чувственный мужчина. Она даже приказала себе не смотреть на него несколько минут, чтобы вернуть душевное равновесие!

Обычно хладнокровная во всем, что касалось мужчин, Стефани чуть ли не силком таскала свою упирающуюся сестру в кинотеатр, чтобы увидеть очередной фильм с Джорданом Симпсоном. Сидя в темноте кинозала, Стефани жадно смотрела на экран и чуть ли не пускала слюни при виде очаровательного актера. А ведь можно было бы не торопиться на кинопремьеру, а чуть позже купить фильм на DVD и пускать слюни при виде Джордана, сидя дома. Ее сестра Джой расхохоталась бы, узнав, кто стал очередным пациентом Стефани!

Выражение ее лица оставалось спокойным, когда она подумала, что в стоящем перед ней бледном и худом мужчине уже с трудом можно узнать красавчика актера. Не изменились только его глаза…

– Извините. Я решила, что вы в самом деле считаете себя увечным, – спокойно произнесла она.

Его глаза угрожающе сверкнули.

– Забудьте о том, кто вы и что делаете здесь, и проваливайте из моего дома к чертовой матери! – в ярости приказал он.

– Не получится.

Он нахмурился, услышав ее равнодушный ответ:

– Не получится?..

Стефани спокойно улыбнулась, видя, как он с трудом сдерживает гнев:

– Дом принадлежит вашему брату, а не вам! Лукан дал мне ключ, поэтому я могу здесь оставаться.

Джордан резко выдохнул:

– Но я этого не хочу!

Она едва заметно улыбнулась:

– К сожалению, вы не являетесь единоличным собственником дома.

– Мне не нужна чертова домработница! – разочарованно повторил он.

– Это не важно, – слегка поддразнила его Стефани, затем вытерла руки полотенцем и протянула правую Джордану. – Меня зовут Стефани Маккинли. И я не домработница.

Джордан намеренно проигнорировал протянутую ему руку и, несколько раз глубоко вздохнув, из-под опущенных век оглядел Стефани с головы до ног. «Ей около тридцати лет», – прикинул он. Женщина обладала невероятно длинными и темными ресницами, обрамляющими темно-зеленые глаза, а на ее чуть вздернутом носу виднелись светлые веснушки. Губы ее были полными, причем нижняя губа немного полнее верхней. Да, и какой волевой подбородок! Кроме того, у нее была очень соблазнительная фигура и, как Джордан уже понял, острый язычок.

Никто – даже два его брата – не осмеливались разговаривать с Джорданом так, как Стефани Маккинли.

– Как вы познакомились с Луканом? – внезапно спросил Джордан.

– Я с ним не знакомилась. – Пожав плечами, женщина опустила руку, так и не дождавшись рукопожатия. – По крайней мере, не так, как вы предполагаете. – Она бросила на него еще один насмешливый взгляд.

Сегодня Джордан провел на ногах дольше обычного, в результате у него сильно разболелось бедро.

– Мой брат решил пошутить, купив мне проститутку?

Стефани лишь улыбнулась, услышав это преднамеренное оскорбление:

– Считаете, я выгляжу как проститутка?

– Откуда мне, черт побери, знать? – презрительно ответил Джордан.

– Ну конечно! Ведь вам обычно не приходится покупать себе женщин, – произнесла Стефани, отлично зная, что у Джордана была масса любовниц.

– Обычно не приходится, – неохотно проворчал он.

Стефани поняла, что он намеренно пытается ее расстроить и смутить. И в этом он преуспел, что было не слишком хорошо в сложившихся обстоятельствах.

Она выгнула бровь:

– Уверяю вас, мне абсолютно неинтересно ложиться в постель с мужчиной, который так упивается жалостью к себе, что отстранился не только от своей семьи, но и от остального мира.

Лицо Джордана угрожающе помрачнело.

– Что, черт побери, вы об этом знаете? – злобно прорычал он. – Вы едва ли удостаиваетесь сострадательного взгляда всякий раз, когда выходите на улицу и с трудом ковыляете, опираясь на трость, чтобы окончательно не опозориться, шлепнувшись на задницу!

Стефани колебалась немного, прежде чем ответить:

– Уже нет, нет…

Он прищурил янтарно-карие глаза:

– Что это значит?

Стефани спокойно встретила его разъяренный взгляд:

– Это значит, что в возрасте десяти лет я попала в автокатастрофу, в результате чего оказалась прикованной к инвалидной коляске на два года. Все это время я вообще не могла ходить, не то что с трудом ковылять, опираясь на трость, как я имела счастье услышать. Вы же по-прежнему можете передвигаться на обеих ногах, поэтому, уверяю вас, не будете удостаиваться жалостливых взглядов всего человечества, которые кажутся вам настолько оскорбительными!

Обычно Стефани не рассказывала своим пациентам о том, что провела два года в инвалидной коляске. Она не видела для того причин и не рассказала бы об этом и сейчас, если бы тон Джордана не задел ее за живое.

– Вам повезло, что вы встали и пошли, но почему вы думаете, что кому-то повезет так же, как вам? – угрюмо бросил он.

– Итак, вы имели несчастье получить травмы, которые нанесли урон вашему здоровью. Либо смиритесь и живите с этими травмами, либо боритесь, но не прячьтесь от людей, жалея себя! – От волнения у Стефани даже сбилось дыхание.

Джордан посмотрел на нее, и внезапно до него дошло:

– Если Лукан не послал вас сюда в качестве любовницы, тогда кто вы, черт побери? Очередной врач? Или, возможно, мой высокомерный старший брат теперь думает, что я нуждаюсь в психиатре? – Он презрительно изогнул верхнюю губу.

Стефани Маккинли выгнула темные брови:

– После изучения вашей медицинской карты у меня сложилось впечатление, что ваш череп не пострадал, когда вы упали.

– Не пострадал, – протянул он немного натянуто.

– И тем не менее вы думаете, вам нужен психиатр?

Он нахмурился:

– Я не намерен играть с вами в эту игру, мисс Маккинли!

– Уверяю вас, я ни во что не играю, мистер Симпсон.

– Вы знаете, кто я?

– Ну конечно, я знаю, кто вы! – От нахлынувшего раздражения Стефани нахмурилась. – Вы притча во языцех. И хотя ведете себя менее обходительно и очаровательно, чем обычно, вы остаетесь самим собой.

Вот только Джордан сомневался, что остался прежним. Шесть месяцев назад он наслаждался жизнью в Калифорнии, занимаясь любимым делом. Будучи обходительным и очаровательным, он мог затащить к себе в постель любую понравившуюся ему женщину. Но несчастный случай полностью изменил его жизнь…

– В таком случае, мисс Маккинли, мне нужно найти киносценарий, главный герой которого хромает! Не знаете, есть такой сценарий? – разочарованно проворчал Джордан и отошел от Стефани в сторону, с трудом превозмогая боль в бедре.

– Не знаю, – язвительно ответила рыжеволосая женщина. – И вам не придется искать такой киносценарий, если вы перестанете себя жалеть и займетесь собой.

– Идите вы к черту! – Джордан застонал от отвращения и с мольбой возвел глаза к потолку: – Вы очередной садист физиотерапевт, не так ли? Будете массировать мне ногу до тех пор, пока я не взвою от боли? – Его слова прозвучали как утверждение, а не вопрос.

– То, что ваша нога все еще болит, показатель положительной динамики, а не отрицательной, – ответила Стефани Маккинли.

– Ага. Я вне себя от радости, когда в два часа ночи не могу спать, потому что боль в ноге сводит меня с ума!

Когда Лукан Сент-Клер предупреждал Стефани о том, что его брат агрессивный, он забыл прибавить, что он также упрямый и бестолковый.

– В этом случае боль – хороший показатель. Это может означать, что ваши мышцы восстанавливаются, – терпеливо объяснила она.

– Или это может означать, что они отмирают!

– Ну да… – Нет смысла пытаться обмануть его, отрицая такую возможность. – Я смогу сказать вам больше, когда поработаю с вашей ногой и бедром.

– Единственная часть моего тела, которая с радостью поработала бы с женщиной, бедром не является! – злобно произнес он в ответ.

Каким бы профессионалом ни была Стефани, она все равно покраснела и непроизвольно уперлась взглядом в… его возбужденную плоть.

Джордан Сент-Клер – нет, Джордан Симпсон! – был возбужден?

«Но ты-то тут при чем?» – упрекнула себя Стефани. Она очень сомневалась, что Джордан подпускал к себе хоть какую-нибудь женщину после произошедшего с ним несчастного случая. Следовательно, шесть месяцев у этого мужчины не было женщины. Неудивительно, что он возбудился при виде достаточно привлекательной особы противоположного пола.

– Если вы пытаетесь смутить меня, мистер Симпсон…

– Мне это удалось? – Он победоносно посмотрел на ее зардевшиеся щеки.

– Может быть, – быстро ответила она. – Вам стало легче?

Она задумчиво оглядела его и увидела, как он растягивает губы в неторопливой и чувственной усмешке.

«Боже, помоги мне!» – мысленно помолилась Стефани.

Он беспечно повел плечами:

– Не имеет значения, легче мне стало или нет. Я намерен забыть о вашем существовании сразу же, как только вы выйдете за дверь.

На этот раз Стефани медленно растянула губы в улыбке:

– В вашей семье все высокомерны, не так ли?

Джордан отрывисто хохотнул:

– А с кем из членов моей семьи вы встречались?

Стефани моргнула:

– С Луканом и вами…

– И вы думаете, что мы высокомерны? – Он фыркнул. – Поверьте мне, настоящее высокомерие вы узнаете, когда встретитесь с Гидеоном.

– Вашим братом-близнецом?

Его взгляд стал настороженным.

– Кажется, вы наводили о нас справки…

Она пожала плечами:

– Общеизвестно, что у Джордана Симпсона есть брат-близнец.

Он поморщился:

– Гидеон и я двойняшки, а не однояйцевые близнецы.

Она устало вздохнула, отведя за плечи выбившиеся из косы пряди волос.

– Слушайте, мистер Симпсон, я долго добиралась сюда из Лондона и не прочь что-нибудь поесть. Как вы думаете, мы могли бы заключить перемирие и перестать спорить на тот период времени, пока я готовлю ужин?

Джордан задумчиво прищурился. С одной стороны, он хотел, чтобы эта женщина ушла из его дома. Но с другой стороны, при упоминании о пище он осознал, что голоден. Повышенный аппетит – побочный эффект от проклятого снотворного, которое ему пришлось принять, чтобы наконец забыть о боли и заснуть.

– Это от многого зависит, – пробормотал он, растягивая слова.

Она с подозрением посмотрела на него:

– От чего, например?

– От того, умеете ли вы готовить, – протянул Джордан. – Если вы предложите мне тост с запеченными бобами, я вышвырну вас отсюда!

Джордан питался только тостами с тех пор, как месяц назад переехал в охотничий домик.

Да, Лукан свалял дурака, прислав сюда эту женщину! Джордан не намерен позволять ей даже осмотреть его травмированное бедро. Сексом она заниматься не хочет. Так пусть покажет свое умение в готовке, прежде чем он выпроводит ее прочь!

– Я думаю, что смогу порадовать вас более вкусной пищей, – улыбнулась Стефани Маккинли. – Я привезла с собой продукты и сейчас принесу их из машины. – Она взяла свой черный жакет со спинки одного из кухонных стульев, надела его и направилась к двери. – Надеюсь, вам понравится стейк?

При одном упоминании о мясе у Джордана потекли слюнки.

– Без сомнения, я смогу его съесть, – сказал он грубо.

Стефани едва заметно улыбалась, идя к своей машине. Джордан позволил ей остаться, чтобы, по крайней мере, приготовить ужин. Она затрепетала при мысли о том, что будет ужинать с самим Джорданом Симпсоном!

Конечно, нынешний Джордан Симпсон был совсем не похож на того очаровательного, чувственного мужчину, о котором она читала в газетах на протяжении многих лет. Или на того, чей образ лицезрела на экране. Но все же…

Стефани едва успела открыть дверцу автомобиля, как услышала звонок своего мобильного телефона. Наклонившись, чтобы взять его с пассажирского сиденья, она посмотрела на номер вызывающего абонента.

– Джой? – радостно выдохнула она, когда прижала трубку к уху и ответила на звонок сестры. – Я так рада, что ты позвонила! Я думаю, что попала в большой переплет!

Глава 2

Стефани не успела поставить коробку на кухонный стол, как услышала:

– Я думал, что вы усядетесь в свою машину и оставите меня в покое, в конце концов!

Ее лицо слегка раскраснелось, несколько длинных огненно-рыжих прядей выбились из ее косы.

– Я решила задержаться, чтобы полюбоваться видом красивого особняка в закатных лучах солнца, – ехидно заметила она.

– Вы говорите об особняке Малберри-Холл?

Она кивнула:

– Это гостиница или… что-то другое?

– Или что-то другое, – усмехнулся Джордан.

Он сидел за кухонным столом, вытянув больную ногу. В таком положении он ждал возвращения Стефани, а теперь наблюдал, как она выгружает из коробки мясо, картофель, спаржу и салат. У женщины были ловкие, длинные и изящные пальцы с коротко остриженными ноготками. Нет сомнений в том, что она всегда готова приступить к садистскому массажу своих пациентов…

– Либо это гостиница, либо нет, – многозначительно произнесла она, слегка нахмурившись и продолжая выкладывать продукты на стол.

– Либо нет, – с несчастным видом произнес Джордан. При виде продуктов он стал вспоминать, когда ел в последний раз.

«Я вроде бы что-то ел вчера, – подумал он. – Вроде бы…»

К тому же он не имел никакого желания говорить о Малберри-Холл с женщиной, которая покинет его дом через нескольких часов.

– Ваш брат Лукан сказал мне, что поместье является собственностью «Сент-Клер корпорейшн».

Джордан скривил губы:

– Неужели он так сказал?

Она подняла темные брови:

– Если вы не хотите говорить об этом, то просто скажите.

Он пожал плечами:

– Я не хочу говорить об этом.

«Ну, иного ответа я и не ожидала», – с сожалением подумала Стефани и произнесла:

– Я всего лишь пыталась поддерживать беседу.

Джордан холодно на нее посмотрел:

– Я предпочел бы, чтобы вы готовили ужин, а не разговаривали.

Стефани сдержала сердитый ответ и продолжила распаковывать коробку с продуктами. «Может быть, он станет сговорчивее после того, как поест? А может быть, и не станет!» – гневно размышляла она.

В его медицинской карте было указано, что сломанные кости руки и ребра успешно срослись, но, судя по тому, как Джордан хмурится и морщится, он по-прежнему испытывает сильные боли. У Стефани пальцы зудели от желания поскорее проверить состояние его травмированной ноги и бедра и приступить к процедурам.

Или, может быть, ее пальцы зудели от желания просто прикоснуться к телу Джордана Симпсона?..

Джой сначала не поверила, а потом, поверив, обрадовалась тому, что новым пациентом сестры стал актер Джордан Симпсон. Джой также посоветовала Стефани не волноваться по поводу бракоразводного процесса четы Ньюман. Сестра-адвокат попросила Стефани выполнять свои профессиональные обязанности и предоставить ей право все уладить с Ньюманами.

– Не могли бы вы накрыть на стол, пока я готовлю? – вдруг резко спросила Стефани.

Он стиснул зубы:

– Ну да, я ведь не окончательный инвалид, черт побери!

Он неуклюже поднялся на ноги и оперся на трость.

– На самом деле я попросила вас накрыть на стол, а не спрашивала о том, способны ли вы это сделать, – ответила она.

– Конечно, – язвительно отозвался он.

Стефани наблюдала, как он хромает по всей кухне и открывает ящики, чтобы достать столовые приборы.

– Какого черта вы на меня пялитесь?

Стефани подняла глаза и обнаружила, что Джордан злобно смотрит на нее через всю кухню и хмурится.

– Я как раз думала, не нужно ли вам сделать еще один рентген ноги и бедра? Вам следовало бы еще раз показаться своему доктору в США.

– Забудьте об этом. – Джордан шумно бросил столовые приборы обратно в ящик, прежде чем его захлопнуть. – Как поужинаете, сразу убирайтесь отсюда! – Он заковылял к двери, ведущей в коридор.

Стефани нахмурилась – ей не понравилось, что он вдруг решил уйти:

– А ужин?

Он повернулся и сверкнул на нее глазами:

– Я потерял аппетит.

– Потому что я заговорила о вашей ноге?

– Потому что вы вообще разговаривали! – бросил ей Джордан, обвиняя. – Мужчины обычно молчат и занимаются делами, а женщины, как я заметил, склонны к постоянному анализу. Словесному.

– Не забудьте, что мужчины предпочитают молча упиваться своими проблемами, а не…

– Единственная моя проблема сейчас – это вы! – злобно парировал он и стиснул зубы так сильно, что почувствовал пульсацию в челюсти. – И моя проблема исчезнет в тот момент, когда вы выйдете за дверь.

– Я никуда не пойду, – равнодушно произнесла она.

Он холодно оглядел ее с головы до ног:

– Нет?

– Нет, – продолжала она стоять на своем. – И я очень сомневаюсь, что вы способны заставить меня уйти.

Его лицо вновь побледнело, губы были сердито поджаты.

– Вы не привыкли подбирать выражения, не так ли? – сурово пробормотал он.

Стефани вздохнула:

– Я не хотела вас расстраивать, мистер Симпсон…

– Тогда убирайтесь вон из моего дома! – Он повернулся и вышел из кухни, не оглядываясь.

Стефани устало опустилась на стул. Она привыкла к трудным пациентам и даже радовалась возникающим с ними проблемам. Но Джордан Симпсон оказался невыносимым человеком.

– Передумал? – спросила она примерно через час, когда подняла глаза и увидела ковыляющего на кухню Джордана.

– Нет. – Джордан не мог признаться в том, что больше не может спокойно выносить вкусный аромат, проникающий из кухни в кабинет, где он сидел, пока эта невыносимо упрямая женщина готовила ужин. – По-моему, я приказал тебе уйти.

Она продолжала сидеть за кухонным столом, допивая красное вино:

– Твой брат хочет, чтобы я осталась.

Джордан стиснул зубы:

– Ты говорила с ним?

– На прошлой неделе.

– Ну, ты, возможно, не заметила, что сейчас Лукана здесь нет.

– Я не сомневаюсь, что он приедет сразу же, если я решусь ему позвонить, – равнодушно ответила Стефани Маккинли.

Джордан не сомневался, что Лукан вполне способен прилететь в поместье на частном вертолете.

Проковыляв к столу, Джордан взял бокал и налил себе красного вина из открытой бутылки. Он сделал глоток, а затем бросил так сильно раздражающей его женщине:

– Если это угроза, то я не впечатлен.

– Никакая это не угроза. – Она скривилась. – Разве тебе можно пить вино, если ты принимаешь обезболивающее лекарство?

– Это и есть мое обезболивающее!

В особняке Малберри-Холл имелся хороший винный погреб, и за прошедший месяц Джордан частенько туда наведывался.

Стефани Маккинли посмотрела на него исподлобья:

– Алкоголь провоцирует депрессию.

– Нет у меня депрессии, черт побери! – Джордан так резко поставил бокал на стол, что вино пролилось на его руку и деревянную столешницу.

– Хорошо. Но ты злишься. Ты разочарован. И… груб.

– Откуда тебе знать, что я не был зол, разочарован и груб до несчастного случая? – спросил Джордан.

– Не был, – тихо сказала Стефани, глядя на него. – Газетчики наверняка сообщили бы об этом, если бы знаменитый Джордан Симпсон пребывал в таком настроении. Когда ты в последний раз был у парикмахера? Когда брился в последний раз?

Джордан взял бокал и сделал еще один большой глоток красного вина.

– Не твое собачье дело, – прорычал он.

– Учитывая твою гордыню…

– При чем тут гордыня, если я сейчас свихнусь от боли в ноге?

– Мы должны выяснить, почему она болит, – настаивала она.

– Нет, Стефани, это ты должна выяснить, почему у меня болит нога, если хочешь сохранить свою, я не сомневаюсь, очень хорошо оплачиваемую работу, – заметил Джордан. – Но я не намерен и близко подпускать тебя к моей ноге, поэтому тебе придется нелегко, верно?

Разочарованная Стефани поднялась, чтобы собрать грязные тарелки и загрузить их в посудомоечную машину.

– Хочешь, я приготовлю тебе стейк?

– Скажи мне, Стеф, неужели ты не поняла? Я требую, чтобы ты убралась из моего дома! – громко прорычал Джордан Сент-Клер.

Стефани вздохнула, чтобы успокоиться.

– Я не глупая и не глухая, поэтому все поняла. Кроме того, я предпочитаю, чтобы мои пациенты называли меня Стефани или мисс Маккинли, – прибавила она чопорно. Только членам ее семьи и близкими друзьям разрешалось называть ее сокращенным именем.

Учитывая разразившийся скандал с Ричардом Ньюманом, Стефани несомненно была обязана вести себя как профессионал своего дела. Розалинда Ньюман выдвигала в ее адрес необоснованные обвинения. По правде говоря, Ричард Ньюман оказался самым неприятным пациентом Стефани…

Хуже, чем Джордан Симпсон, несмотря на его ужасный характер…

Джордан насмешливо посмотрел на нее, когда снова наполнил свой бокал:

– Почему ты не хочешь смириться с тем, что зря тратишь со мной свое время, Стефани? Неужели непонятно, что я не хочу, чтобы ты находилась здесь? Ты мне не нужна.

Она выгнула бровь:

– Я согласна только с тем, что ты не хочешь меня видеть!

Джордан стиснул зубы, увидев, как Стефани слегка вздернула острый подбородок и посмотрела на него в упор удивительными сверкающими зелеными глазами. В очередной раз Джордан осознал, что, хотя рассудок заставляет его прогнать эту женщину из дома, тело жаждет близости к ней.

Он осторожно поставил трость у кухонного стола и подошел к Стефани Маккинли, которая была вынуждена прижаться спиной к кухонному шкафу и уставиться на Джордана широко раскрытыми от испуга глазами.

– Ну и где же твоя уверенность, хм… Стефани? – Джордан подошел к ней ближе.

Стефани запаниковала – она ощущала тепло тела Джордана, который стоял в нескольких сантиметрах от нее, и мгновенно отреагировала на его близость: ее грудь и соски напряглись.

Она облизнула пересохшие губы кончиком языка и сразу поняла, что совершила ошибку, когда увидела, что потрясающие янтарные глаза Джордана отслеживают каждое ее движение.

– Не смешно, Джордан…

– И не должно быть смешно. – Он встал к ней вплотную, их бедра соприкоснулись. – Разве это не естественно?

Джордан поднял руку и прикоснулся к ярко-рыжим завиткам на ее виске.

Стефани нахмурилась:

– Неужели ты серьезно думаешь, что какая-то женщина будет намеренно окрашивать волосы в такой цвет? – Она фыркнула, стараясь разрядить неловкую ситуацию. Находясь так близко к Джордану, женщина испытывала беспокойство. Кроме того, Джордан прикоснулся к ее волосам…

– У тебя красивые волосы, – прошептал он одобрительно, гладя пальцами шелковистые прядки. – Необычные…

Стефани отлично знала, что делает Джордан. Она уже поняла, что он сознательно заигрывает с ней, стараясь хотя бы таким способом заставить убраться из его дома. Но осознание этого ничуть не изменило ее реакцию на его прикосновение. Она едва могла дышать. Вернее, она не осмеливалась вздохнуть, так как могла упереться напряженными сосками в грудь Джордана.

– Обычный ярко-рыжий цвет, – пожала она плечами.

– Нет, – хрипло прошептал он. – Я никогда не видел волосы такого цвета. Это каштановый цвет с красновато-золотистым отливом.

Цвет волос Стефани был ее проклятием с самого детства, поэтому она с сомнением отнеслась к его комплименту.

– Рыжий цвет, – категорично заявила она.

Взгляд его янтарно-карих глаз медленно скользил по ее полной груди, задерживаясь на напряженных сосках, затем опустился на ее плоский живот и ниже к бедрам.

– И там тоже?

– Даже не смей думать об этом! – резко ответила Стефани, чувствуя, как зарделись ее щеки. – Отойди от меня, Джордан, – предупредила она.

Он посмотрел на нее издевательски:

– Иначе?..

Она встретила его взгляд с вызовом:

– Иначе мне придется тебе врезать.

Несколько лет назад Стефани брала уроки самообороны. Она не сомневалась, что сможет проучить Джордана, но не применять же силу в отношении больного!

Эта Стефани Маккинли настолько взбесила Джордана, что он решил с ней поиграть. Однако игра закончилась сразу же, как только их тела соприкоснулись и он почувствовал сильное возбуждение. Джордану захотелось овладеть Стефани и заласкать до смерти; при мысли об этом на его лбу даже выступила испарина.

Это был уже второй физический отклик за час. Впрочем, и неудивительно, Джордан слишком долго не был с женщиной. Черт побери, эта рыжеволосая женщина с красивым лицом, лукавым взглядом и довольно пышной фигуркой была совсем не в его вкусе!

Джордан насмешливо посмотрел в ее покрасневшее лицо:

– Видать, ты многоопытная девица, Стефани.

Она выгнула темные брови:

– Видать?..

– Хм. – Он отошел от нее, проковылял через всю комнату и взял трость. – Несмотря на твою красивую грудь и круглую попку, я все еще хочу, чтобы ты убралась отсюда, – произнес он немного презрительно.

Стефани посмотрела на него в отчаянии. Хотя она должна признать, что почувствовала себя спокойнее после того, как Джордан от нее отошел. Она провела влажными ладонями по бедрам, обтянутым тканью джинсов.

– Я по-прежнему готова приготовить тебе стейк, если ты проголодался, – предложила она хриплым голосом.

– Ты решила утолить не тот голод, – парировал он.

– Твой брат платит мне, чтобы я занималась твоей ногой, а не спала с тобой! – воскликнула она.

Он пожал плечами:

– Очень жаль. А я-то решил, что сейчас мне нужна женщина в постели, а не физиотерапевт.

Джордан знал, что никогда еще не испытывал такого сильного желания, как сейчас.

– А разве у тебя нет подруги, которой можно позвонить?.. – с любопытством спросила Стефани.

Он посуровел:

– Уже нет.

Стефани посмотрела на него испытующе. И эта история была ей знакома. Из-за того что его родители развелись, когда он был еще ребенком, Джордан Симпсон всегда откровенно заявлял, что не намерен жениться. Но это не мешало актеру менять любовниц как перчатки. Красивые женщины. Утонченные женщины. Женщины, которые были совсем не похожи на Стефани.

– Почему же нет? Должно быть, куча твоих подружек будет рада примчаться сюда по звонку.

Он горько улыбнулся.

– Посмотри на меня, Стефани, – потребовал он. – Посмотри как следует.

Стефани уже посмотрела на него как следует. Несколько раз! Да, он был худее и мрачнее, чем полгода назад, когда она видела его снимки в журналах, но по-прежнему оставался невероятно красивым мужчиной.

– Что я должна увидеть?

Джордан нетерпеливо фыркнул:

– Как ты назвала меня раньше? Увечным, не так ли?

Она затаила дыхание, услышав горечь в его голосе.

– Нет, на самом деле я сказала, что ты уверовал, будто являешься увечным, – решительно поправила она его.

– Может быть, потому, что я именно такой и есть? – сказал он строго. – Я не желаю, чтобы женщины меня жалели.

– Какая глупость…

– И это говорит женщина, которая только что меня отвергла? – Он усмехнулся.

Стефани закатила глаза:

– Мы оба знаем, что ты пошутил.

– Разве?

– Да, – отрезала она. – Ты просто пытался таким образом заставить меня уйти.

– У меня получилось?

– Нет, – сказала она, твердо решив игнорировать предательскую дрожь в теле.

Зная, что этот человек сознательно заигрывал с ней в попытке заставить ее покинуть его дом, Стефани не могла побороть чувственный трепет, распространявшийся по ее телу.

– Как, по-твоему, отреагирует Лукан, если я позвоню ему и скажу, что отказываюсь от работы потому, что ты меня домогался? – Она посмотрела на него с вызовом.

Джордан злобно оскалился:

– Он, вероятно, испытает облегчение, когда узнает, что нечто наконец возбудило мой интерес.

Вспоминая о том, как сильно беспокоился Лукан Сент-Клер о Джордане, Стефани подумала, что он действительно мог бы обрадоваться, что его брат наконец-то кем-то заинтересовался.

– «Возбудить» – ключевое слово, – продолжал издеваться Джордан, с удовольствием наблюдая, как краснеют бледные щеки Стефани.

Да, он наконец-то разглядел Стефани Маккинли. Она оказалась очень красивой женщиной. И теперь у Джордана руки чесались от желания распустить ее рыжевато-золотистые волосы по плечам, увидеть ее полную грудь…

Да. Сегодня он явно не заснет, если и дальше будет предоставлять своему воображению полную свободу… И сейчас ему совсем не помешает холодный душ.

– Я желаю тебе доброй ночи, Стефани.

Одарив ее очередной лениво-чувственной улыбкой, Джордан повернулся, вышел из кухни и направился к ванной комнате.

Глава 3

Следующим утром Стефани открыла кухонную дверь и вошла в дом, впуская с собой порывы холодного ветра. Руки у нее были заняты пластиковыми пакетами, и она закрыла дверь ногой.

– Где ты была? – спросил Джордан.

Прошлым вечером холодный душ немного успокоил Джордана. Но к сожалению, от покоя не осталось и следа, когда он услышал, как Стефани поднимается по лестнице, чтобы расположиться в спальне.

Сам Джордан еще не мог подниматься по лестнице, поэтому его кровать была перенесена в столовую. И теперь он лежал на этой кровати, уставившись в потолок и возбуждаясь все сильнее при мысли о том, как Стефани готовится ко сну. В конце концов он встал, оделся и отправился на кухню, где допил бутылку красного вина.

На следующее утро его голова раскалывалась от боли. Во-первых, ему не следовало пить вино на голодный желудок. Во-вторых, выспаться ему не удалось из-за сильного перевозбуждения.

Джордан уже сварил и выпил чашку крепкого кофе, когда понял, что в доме стоит тишина. Не имея возможности подняться наверх, чтобы проверить, в комнате ли Стефани, он посмотрел в кухонное окно и не обнаружил ее автомобиля у дома. Неужели она все-таки уехала?

Однако мысль о том, что Стефани уехала, не принесла Джордану должной радости.

– Где, по-твоему, я была? – задала Стефани язвительно-риторический вопрос. Она поставила тяжелые пакеты с покупками на деревянный стол, затем сняла жакет. На ней были облегающая желтая футболка и выцветшие синие джинсы с заниженной линией талии.

Короткая футболка в очередной раз представляла взору плоский живот Стефани. Джордан заметил, что она не надела лифчик.

– Почему бы тебе не налить мне этого потрясающе пахнущего кофе, пока я достану купленные нам на завтрак круассаны? – тихо спросила она и стала рыться в пакетах с продуктами. На ее плечо упали пряди густых рыжих волос, выбившихся из косы.

– Да, мэм, – сухо пробормотал он и отклонился на деревянном стуле, чтобы взять чистую кружку, а затем налил кофе себе и Стефани.

– Это была просьба, а не приказ, – вздохнула она.

Джордан поднял темные брови, когда поставил ее кружку на другой конец стола. Он хмурился от раздражения и осознания того, что на самом деле ему нравится пререкаться со Стефани.

– Вчера вечером я позвонил Лукану, – холодно сообщил он.

Она продолжала искать круассаны:

– Я знаю.

Джордан замер и подозрительно прищурился:

– Знаешь?

– Да. – Стефани удовлетворенно улыбнулась, наконец обнаружив коробку со свежей выпечкой, и вынула ее из пакета. Вместе с круассанами она выложила на стол сливочное масло и мед. – Я позвонила ему перед тем, как отправиться в магазины. Мне показалось, Лукан не слишком обрадовался, когда ты разбудил его в два часа ночи, чтобы сказать о том, как недоволен тем, что он прислал меня сюда.

С равнодушным видом она поставила оставшиеся пакеты с продуктами на пол, решив распаковать их позже. Достав тарелки и ножи, Стефани присела за стол напротив Джордана.

– Тогда, возможно, ему следовало бы подумать, прежде чем он решил послать тебя сюда? Подумать и спросить меня! – прорычал он.

Стефани пренебрежительно пожала плечами, беря намазанный сливочным маслом и медом круассан:

– Твой брат, думаю, совершенно не предполагал, что ты превратился здесь в такого грубияна и эгоиста.

Джордан насмешливо изогнул губы:

– Вне сомнения, ты с большим удовольствием просветила его в этом вопросе.

– Мне не пришлось этого делать, ведь ты сам позвонил ему среди ночи, чтобы пожаловаться. – Стефани откусила кусок круассана и едва сдержала стон удовольствия. – Попробуй круассан, Джордан, – посоветовала она ему. – Он поможет тебе избавиться от похмелья, – прибавила она шаловливо, прежде чем снова откусить кусочек круассана.

Утром она нашла на кухне пустую бутылку из-под красного вина, к которой Джордан прикладывался ночью. Судя по его бледному лицу и синим кругам под глазами, он провел бессонную ночь.

Хотя он, по крайней мере, причесался и побрился сегодня утром. В центре его чисто выбритого квадратного подбородка красовалась соблазнительная ямочка. Джордан переоделся в чистую белую футболку и выцветшие джинсы. Хм, похоже, он небезнадежен…

Стефани сама плохо спала прошедшей ночью, ощущая присутствие Джордана где-то в доме, а утром обнаружила, что ей нечего съесть на завтрак. Не было даже хлеба для тостов! Настроение у нее от этого определенно не улучшилось.

Она быстро переговорила по телефону с Луканом Сент-Клером, сообщив ему, что благополучно прибыла к месту назначения и до настоящего времени ее не вышвырнули из дома на просторы графства Глостершир. Лукан в свою очередь информировал ее о том, что Джордан позвонил ему посреди ночи с точно такими же новостями. Хотя в случае с Джорданом, разумеется, не обошлось без жалоб. Однако старший брат Сент-Клер явно не обратил на жалобу Джордана никакого внимания. Он лишь напомнил Стефани о том, что и предсказывал подобное поведение Джордана.

Стефани подождала, пока Джордан положит круассан на свою тарелку, намажет его сливочным маслом и откусит кусок, а затем снова заговорила:

– Я решила воздержаться и не сообщать твоему брату о том, что ты решил меня домогаться и таким образом попытаться от меня избавиться.

Джордан продолжал медленно жевать круассан – первая полноценная еда за последние пару дней. Проглотив маслянистый кусок, он произнес:

– Ты не сделала так только потому, что знала, что Лукану нет до этого дела.

Она пожала плечами:

– А может быть, я пожалуюсь ему в другой раз.

Джордан подумал о том, что Стефани Маккинли обладает не только волосами необычного цвета и соблазнительной фигурой. К собственному удивлению, ему захотелось лучше узнать ее характер.

Он откинулся на спинку стула:

– Я забыл спросить тебя вчера вечером, не ждет ли тебя дома мистер Маккинли?

Она взглянула на свою левую руку:

– Я не ношу обручального кольца.

– Не все замужние женщины носят обручальные кольца, – протянул Джордан.

– Это, наверное, потому, что замужние женщины, с которыми ты встречаешься, не хотят, чтобы ты знал, что они замужние, – заметила Стефани.

Джордан прищурился:

– Я не связываюсь с замужними женщинами!

– Нет?

Он поджал губы:

– Нет.

– Из-за развода твоих родителей?

Джордан резко глотнул воздух:

– А что ты знаешь о разводе моих родителей?

Она пожала плечами, потом встала из-за стола и аккуратно поставила свою тарелку в посудомоечную машину.

– Только то, что во время своих интервью ты всегда используешь развод своих родителей в качестве оправдания тому, что решил никогда не жениться.

– Я констатирую факт, а не оправдываюсь! – Он оттолкнул от себя пустую тарелку и резко поднялся на ноги.

Стефани знала, что сильно рассердила Джордана, упомянув о разводе его родителей. Она явно не ожидала от него подобной реакции, но во всяком случае такая реакция лучше равнодушия!

Она одарила его понимающей улыбкой:

– Не могу представить, чтобы какая-то женщина осмелилась изменить Джордану Симпсону!

Его янтарно-карие глаза сверкнули.

– Неверен был мой отец, а не мать.

Стефани тут же решила, что ей не следует когда-либо упоминать при Джордане о том, что ее саму обвиняют в любовных отношениях с бывшим пациентом.

Он погрузил пальцы в свою шевелюру:

– Я буду у себя в кабинете все утро.

– Чем займешься? – Она подошла и встала перед дверью, которая вела в коридор.

Он нахмурился, глядя на нее:

– Не твое дело!

– Может быть, я смогу помочь?

– А может быть, ты умотаешь отсюда к чертовой матери?! – Он свирепо уставился на нее.

Стефани с недовольством признала, что, вероятно, ей не следовало вставать на его пути. Ее буквально завораживал жар его тела и сверкающий взгляд янтарно-карих глаз.

– Когда я сегодня утром разговаривала с Луканом, он сказал, что здесь имеется крытый бассейн с подогревом…

Джордан поднял брови:

– И?..

– Было бы здорово поплавать.

Его взгляд посуровел.

– Насколько я понимаю, плавание ты считаешь хорошим упражнением для укрепления мышц ноги?

Стефани почувствовала, как виновато краснеет, и стала защищаться:

– Что в этом плохого?

Он пожал широкими, мускулистыми плечами:

– Абсолютно ничего! – Его губы вытянулись в тонкую линию. – Только мне нужно захотеть их укреплять. А я не хочу! – прибавил он решительно.

Она вздохнула:

– Почему не хочешь?

На его напряженном подбородке пульсировала жилка.

– Уйди прочь с дороги, Стефани!

Но женщина решительно покачала головой, вздернув подбородок. Она отказывалась двигаться.

– Уйду только тогда, когда объяснишь мне, почему ты даже не хочешь попытаться восстановить ногу.

Перед глазами Джордана появилась красная пелена. Настойчивые вопросы Стефани снова его доконали.

– Не будь дурой!

– Так ты хочешь восстановить ногу?

– То, что я хочу, и то, что я могу, – две разные вещи, – сказал он многозначительно.

Стефани положила руку ему на плечо:

– Тогда докажи мне, что я неправа, и поплавай со мной.

– Теперь ты решила со мной поиграть?

– Давай, Джордан, будет весело, – уговаривала она его.

– Не заставляй меня применять силу, заставляя тебя уйти, Стефани, – произнес он сквозь стиснутые зубы.

– Ты применишь силу? – Она задрала подбородок еще выше. – Ты действительно считаешь, что в данный момент физически способен заставить меня уйти с твоей дороги или сделать еще что-нибудь?

Джордан сильнее схватился пальцами за трость; злобный упрек Стефани поразил его, словно удар.

– Ах ты, стерва…

Она равнодушно пожала плечами:

– Никто не говорил, что ты должен любить меня за то, что я тебе помогаю.

– Я не помню, чтобы просил твоей помощи, – прорычал он, угрожающе сверкая на нее глазами.

– Просишь ты или нет, помощь тебе безусловно нужна.

Джордан глубоко вздохнул, продолжая свирепо взирать на упрямую Стефани Маккинли, которая стояла почти вплотную к нему.

Он нарочито медленно осмотрел ее с головы до ног, останавливаясь взглядом на полной груди, обтянутой тканью футболки.

Пока Джордан так пристально разглядывает ее грудь, Стефани не удастся обрести хотя бы некое подобие спокойствия и контролировать ситуацию. Проведя почти бессонную ночь, она пришла к выводу, что просто обязана контролировать ситуацию при общении с Джорданом, если хочет добиться положительных результатов при его лечении.

И вот теперь под его взглядом ее соски напряглись и дерзко уперлись в ткань футболки.

Стефани никогда не испытывала такого сильного сексуального напряжения ни с одним из мужчин, с которыми ходила на свидания. Никогда не ощущала подобной напряженной атмосферы, которая возникала всякий раз, когда она и Джордан оказывались в одной комнате. Никогда ей не приходилось буквально игнорировать страстное желание обхватить себя руками и закрыть грудь.

Стефани собрала все свои силы, чтобы подавить желание спрятаться. Пристально глядя в высокомерное и красивое лицо Джордана, она вздохнула и сказала с раздражением:

– Я нахожусь здесь в качестве профессионального физиотерапевта, мистер Симпсон или мистер Сент-Клер – нет разницы, как тебя называть, – а не в качестве объекта твоего развлечения!

Но Джордан был не так в этом уверен, как Стефани. В течение многих недель после несчастного случая к нему в больницу приходило много посетителей, среди которых часто были женщины – бывшие и потенциальные любовницы. Ни одной из них не удалось вызвать в его теле столь бурную реакцию, какую вызывала Стефани Маккинли. И ведь это длится с того момента, как Джордан впервые на нее посмотрел! Ни одна из женщин не волновала его так сильно, как она, во время их словесных перепалок.

По правде говоря, после несчастного случая его больше терзала боль от увечий, поэтому он вряд ли был в состоянии испытывать тогда физическое влечение. Однако и сейчас он страдает от сильной боли в ноге и бедре, но достаточно лишь одного взгляда на Стефани – и ему хочется ее раздеть, уложить на ближайшую кровать и заняться с ней любовью.

Помимо своей воли его глаза остановились на ее полных и соблазнительных губах. Джордан уже воображал, до чего приятно будет их целовать…

– Отдельные части твоего тела, кажется, не согласны с твоим утверждением, – усмехнулся он, бросая многозначительный взгляд на ее напряженную грудь.

Щеки Стефани покраснели. Она произнесла неубедительное оправдание:

– Здесь холодно.

Джордан едва заметно усмехнулся:

– Странно… А мне кажется, что наоборот.

Стефани тоже понимала, что холод ни при чем. Сексуальное напряжение, возникшее между ними, было таким мощным, что его уже невозможно было скрыть. Она покраснела еще сильнее.

– Я больше тебя не задерживаю, – пробормотала Стефани, наконец отойдя в сторону, чтобы Джордан мог уйти. Ей хотелось поскорее остаться одной и успокоиться.

Джордан оперся о трость и медленно шагнул к двери:

– Дай мне знать, если ты решишь уехать в конце концов.

– Почему ты так стараешься от меня избавиться? – сухо парировала она.

– И перед отъездом верни мне ключ от дома! – резко ответил он, еще раз посмотрел на нее с вызовом и покинул кухню.

Снова оставшись одна, Стефани опустилась на стул и налила себе еще одну чашку крепкого, но уже холодного кофе, который ранее сварил Джордан.

Что происходит с мужчинами-пациентами, с которыми ей приходится работать в последнее время? Она была совершенно уверена в том, что не превратилась вдруг в какую-то колдунью или соблазнительницу, а значит, именно особенности работы делают ее легкой мишенью для сексуальных домогательств.

И каковы бы ни были причины, Стефани знала, что с Джорданом у нее возникнет гораздо больше проблем, чем с развратным и ужасно неприятным Ричардом Ньюманом.

Глава 4

Джордан работал где-то около часа, когда в дверях кабинета появилась Стефани.

– Что тебе нужно на этот раз? – нетерпеливо спросил он, сидя за письменным столом.

Она, казалось, совершенно не смутилась от столь холодного приема с его стороны.

– Я решила пойти на прогулку, поэтому спрашиваю: не захочешь ли ты присоединиться ко мне?

Джордан откинулся на спинку кожаного кресла и прищурился:

– Я не могу понять, то ли ты намеренно хочешь казаться бесчувственной, то ли у тебя такой ужасный, просто невыносимый характер?

– Ни то ни другое. – Стефани улыбнулась.

После завтрака она прибралась на кухне, вытерла пыль и пропылесосила в гостиной, в которую явно давно никто не заходил, и приготовила куриный суп на обед, оставив его на кухонной плите. Она была обязана следить за тем, чтобы Джордан получал здоровое и разнообразное питание, чтобы быстрее восстановиться.

Переделав все дела, Стефани немного заскучала в одиночестве.

– Мы не пойдем далеко, Джордан, – прибавила она вкрадчиво. – Ты мог бы просто показать мне особняк Малберри-Холл.

Джордан посмотрел на нее с подозрением:

– Означает ли это, что я должен развлекать заскучавшую маленькую девочку?

– Я не заскучала, – возразила она, – а просто подумала, что нам обоим не помешает прогуляться на свежем воздухе.

– И поупражняться, – протянул он насмешливо. – Давай не будем забывать физические упражнения!

– Боже, это ты невыносим! – Стефани разочарованно вздохнула и отвернулась.

– Эй, я не говорил, что не пойду с тобой.

Стефани медленно повернулась:

– Означает ли это, что ты пойдешь со мной гулять?

– Почему бы и нет? – Джордан взял трость и встал из-за стола. Он сомневался, что сегодня ему удастся и дальше поработать над сценарием фильма, пока Стефани бродит где-то поблизости. – Хотя показывать тебе Малберри-Холл для меня будет весьма затруднительно, ведь я не могу подниматься по лестнице, – прибавил он с угрюмым видом.

– Ты всегда можешь подождать внизу, пока я буду осматривать помещения наверху, – логично заметила она.

– А вдруг ты захочешь полежать на кровати с балдахином? – поддразнил ее Джордан.

– Ах, Джордан, угомонись, не донимай меня! – отозвалась Стефани.

Он пожал плечами:

– Но если я не смогу тебя донимать, зачем ты вообще здесь?

И все-таки Стефани жила надеждой, что в конечном счете сможет переубедить Джордана принять ее помощь как врача. В настоящий же момент заставить его прогуляться вместе с ней было лучше, чем ничего.

– Я поднимусь в комнату и возьму куртку. Если ты заметил, стоит довольно холодная для октября погода.

– Если это был тонкий намек на то, что мне нужно тоже потеплее одеться, то я настоятельно советую тебе не обращаться со мной как с ребенком, – проворчал Джордан.

– Я не отношусь к тебе, как… – Она умолкла и нахмурилась, поняв, что действовала именно как нянька. – Я…

Зазвонил телефон, и она снова умолкла.

На письменном столе Джордана находилось два мобильных телефона: черный и серебристый. Стефани могла понять потребность в нескольких стационарных телефонах, но зачем человеку два мобильных телефона?

Джордан взял черный телефон и посмотрел на дисплей, прежде чем принять вызов.

– Привет, Криста, – сказал он и, повернувшись спиной к Стефани, выглянул в окно.

Стефани уставилась на его широкую, мускулистую спину, туго обтянутую белой футболкой, и задалась вопросом: остаться ей в кабинете или уйти? Звонила, очевидно, Криста Мур – женщина, с которой у Джордана были любовные отношения до несчастного случая. И об этом Стефани тоже знала из газет.

– Стой! – рявкнул Джордан, когда повернулся и увидел, что Стефани собирается уходить.

– Гав, гав! – шутливо отозвалась она, наморщила нос и все равно вышла из кабинета.

Джордан улыбнулся, глядя на круглые бедра Стефани, которая пошла по коридору. Она действительно была самой…

– Нет, это я не тебе, Криста, – беспечно произнес он в телефонную трубку, когда собеседница попросила прокомментировать последнее высказывание. – Ах, это всего лишь… сотрудник моего брата, – сказал он уклончиво, легко представляя себе Кристу – высокую, стройную актрису-блондинку. Сейчас она звонила ему из своей квартиры в Лос-Анджелесе.

Из всех людей, с которыми Джордан был знаком до несчастного случая, Криста, несомненно, была самой упорной. Она звонила ему по крайней мере раз в неделю, чтобы узнать, как у него дела и когда он вернется в Лос-Анджелес. Так как Джордан не собирался ни возобновлять отношения с Кристой, ни возвращаться в Лос-Анджелес в ближайшем будущем, он обычно старался поскорее закончить их телефонные разговоры.

Стефани пребывала в нетерпении, пока сидела за кухонным столом и ждала, когда Джордан наговорится по телефону и наденет пальто.

– Хм, вкусно пахнет. – Он принюхался, жадно глядя на кастрюлю, стоящую на плите.

– На обед будет суп, – заявила Стефани, поднялась на ноги и надела черную куртку. – Только не говори, что я решила исполнять обязанности домработницы, – прибавила она раздраженно, когда Джордан насмешливо поднял брови. – Для того чтобы выздороветь, ты должен хорошо питаться, вот и все.

Он улыбнулся:

– Значит, ты приготовила обед только потому, что считаешь хорошее питание частью моего лечения?

Она прищурилась:

– Точно.

– Как скажешь.

– Джордан…

– Стефани?

Она нисколько не обманулась, увидев крайне невинное выражение лица Джордана, так как слишком хорошо знала, что он просто снова пытается ее разозлить. И очевидно, в этом преуспевает.

– Зачем тебе два мобильных телефона? – спросила она, беря черные перчатки.

Слегка нахмурившись, он уставился на нее:

– А что?

Она пожала плечами:

– Я заметила у тебя на столе в кабинете два мобильных телефона, и мне просто стало любопытно – зачем тебе два телефона, когда большинство людей обходится одним?

– Может быть, потому, что я веду двойную жизнь? – наконец ответил Джордан, решив, что Стефани Маккинли иногда слишком наблюдательна.

Она выгнула темные брови:

– Ты одновременно Джордан Симпсон и Джордан Сент-Клер?

– Да.

– Я хотела тебя спросить… Почему ты взял псевдоним, когда стал актером? Джордан Сент-Клер – вполне харизматичное имя…

– Мы пойдем гулять или нет? – Джордан поджал губы, которые превратились в тонкую линию. Он сделал шаг вперед и демонстративно открыл заднюю дверь.

– Пойдем. – Стефани кивнула и вышла на улицу. – Значит, ты на самом деле расцениваешь Джордана Симпсона и Джордана Сент-Клера так, словно это два разных человека? – настаивала она, пока он запирал дверь.

Джордан никак их не «расценивал». По его убеждению, Джордан Симпсон и Джордан Сент-Клер были совершенно разными людьми! Они отличались друг от друга как ночь и день. И они были не взаимозаменяемы.

– Может быть, прекратим этот разговор и просто погуляем? – рявкнул он, прежде чем направиться в сторону особняка Малберри-Холл.

– Конечно. – Стефани подстроилась под его неторопливый шаг. – Ты никогда не хотел работать в «Сент-Клер корпорейшн»? – спросила она с любопытством.

Ее любопытство, вероятно, в данных обстоятельствах было оправдано. Вот только Джордан в данный момент не был настроен на общение.

– Ты когда-нибудь слышала о том, что во время прогулки иногда сохраняют доброжелательное молчание?

Конечно, Стефани слышала об этом, но ее отношения с Джорданом вряд ли можно было назвать доброжелательными, поэтому между ними возникло неловкое молчание.

– Ого!

Джордан устало прислонился к одной из четырех мраморных колонн великолепного коридора в Мал берри-Холл, пока Стефани с благоговением осматривала огромные люстры из венецианского стекла, свисающие с высоких потолков, украшенных фресками. Джордан прошел примерно полмили, и теперь у него ужасно болела нога, поэтому он не разделял энтузиазма Стефани. Кроме того, он уже видел внутренний интерьер Малберри-Холла десятки раз.

– Нет, это… Здорово!

– Я понимаю, что ты в восторге, – равнодушно протянул Джордан, смотря, как она расхаживает по коридору, любуясь красивым мраморным полом и скульптурами в нишах.

– А ты нет? – Она округлила глаза и бросила на него обвиняющий взгляд.

– Не особенно, нет, – пробормотал Джордан, оттолкнулся от колонны и оперся на трость, чтобы пройти в главный салон в передней части дома.

Стефани медленно следовала за ним. Ее глаза засияли от удовольствия, когда она оказалась на пороге комнаты и увидела красивое убранство в золотых и кремовых оттенках и изящную мебель в стиле ампир.

– Лукан не хотел открыть этот дом для туристов?

– Определенно нет. – Джордан едва не рассмеялся при мысли о том, какое выражение отвращения появится на лице его старшего брата, если кто-нибудь осмелится предложить ему несколько дней в неделю устраивать экскурсии в особняке Малберри-Холл. – Я не рекомендую тебе предлагать ему нечто подобное, если только ты не хочешь узнать, что такое его ледяное неодобрение.

– Ну и зря. – Стефани нахмурилась. – Само здание, должно быть, очень старое.

– Оно построено в эпоху королевы Елизаветы Первой.

Стефани пересекла комнату, чтобы осторожно прикоснуться к богато украшенной золотом раме огромного зеркала, висящего над белым камином.

– Лукан купил дом с мебелью, да?

Джордан равнодушно пожал плечами:

– Насколько я знаю, некоторым предметам мебели здесь как минимум уже пара сотен лет.

– Мне интересно, что случилось с семьей, которая жила здесь? – пробормотала Стефани. – Должно быть, какие-нибудь титулованные особы, ты не знаешь?

Джордан кивнул:

– Герцоги из рода Стаурбридж.

Стефани вздохнула:

– Какая жалость, что многие старинные фамилии прекратили свое существование.

– Да, жаль, – сухо протянул Джордан.

– По-твоему, Лукан намерен жить здесь, когда женится? Я просто предположила… – начала она оправдываться, когда Джордан расхохотался. – Ты говоришь, что он не хочет пускать сюда туристов, но что-то же он должен делать с Малберри-Холл, да?

– Извини, я просто пытался представить себе женатого Лукана. – Джордан повел плечами. – Нет, я просто не могу его себе таким представить!

Стефани тоже не могла вообразить, что надменно-холодный и самоуверенный Лукан, которого она встретила на прошлой неделе, когда-нибудь в кого-то безумно влюбится и женится.

– Зачем же он тогда купил этот дом?

– Я никогда не пытаюсь предугадать поступки Лукана и советую тебе делать то же самое, – произнес Джордан и отвернулся. – Ты хочешь увидеть бассейн в задней части дома?

– Грубиян, – беззлобно обвинила его Стефани и последовала за ним обратно в отделанный мрамором коридор.

– Лукан нанял в поместье управляющего, чья жена поддерживает порядок в доме, – объяснил Джордан любопытной Стефани.

– Даже в таком случае жаль, что тут никто не живет, – Стефани огляделась.

– В нынешнем состоянии дом явно неуютен, не так ли? – презрительно фыркнул Джордан. – Здесь вряд ли захочется жить.

Стефани стояла у основания широкой лестницы и задавалась вопросом, как много красивых, разодетых женщин спускалось по ней под восхищенные взгляды мужчин. А теперь Малберри-Холл пустует, и никого в нем нет, кроме управляющего и его жены. В этом особняке должна царить любовь, слышаться радостный смех детей…

– Я полагаю, нет, – согласилась она наконец и последовала за Джорданом.

Джордан не стал уточнять, что на самом деле Лукан не покупал Малберри-Холл, так как сам является пятнадцатым герцогом Стаурбриджем. Следовательно, Джордан и его брат-близнец Гидеон являются лордами Сент-Клер. Именно поэтому Джордан взял себе псевдоним, когда стал актером.

Все три брата провели раннее детство в поместье Малберри-Холл. Но в один прекрасный момент их мать-шотландка обнаружила, что ее муж – четырнадцатый герцог Стаурбридж – завел любовницу в деревне. После развода Молли решила вернуться в родной Эдинбург и взяла с собой трех сыновей.

Мальчики не приезжали к отцу в чопорный Малберри-Холл, предпочитая ему скромный домик в Эдинбурге. Кроме того, ни один из трех братьев по-насто ящему так и не простил своего отца за измену их нежной и красивой матери.

Поэтому, достигнув определенного возраста, все трое братьев решили держаться от Малберри-Холл как можно дальше. Отвращение к этому поместью не ослабло даже в тот момент, когда восемь лет назад умер их отец и Лукан унаследовал титул герцога.

У всех троих к тому моменту уже сложилась жизнь. Лукан погрузился в жестокий мир бизнеса, Джордан стал актером, а Гидеон – юристом.

– Стоя перед этим домом, даже представить не можешь, что здесь имеется бассейн. – Стефани находилась на краю огромного бассейна с подогревом и восхищенно смотрела на скульптуры и зеленые насаждения вокруг. Она сняла куртку. – Здесь очень тепло, и вода выглядит заманчиво. Ты действительно не хочешь поплавать?

Он насмешливо выгнул бровь:

– Я мог бы согласиться поплавать в одном случае – если ты будешь плавать нагишом.

– Перестань менять тему разговора, Джордан. – Стефани повернулся к нему. – У тебя имеется прекрасная возможность для щадящей реабилитации больной ноги, но ты отказываешься ей пользоваться.

– Потому что я не хочу тренировать ногу ни щадяще, ни как-то иначе, – решительно заявил Джордан.

– Но почему?

– И ты еще обвиняешь меня в упрямстве!

– Потому что ты действительно упрям!

– И ты действительно думаешь, что твое постоянное нытье на эту тему заставит меня изменить свое мнение? – усмехнулся Джордан.

Стефани ахнула:

– Я не ною!

– Нет. Ты ноешь. Постоянно.

Они стояли почти нос к носу. Джордан посмотрел на Стефани, а она с вызовом вздернула подбородок.

– О, черт с ней! – Он бросил трость на один из шезлонгов, которые окружали бассейн, затем резко прижал Стефани к груди и с жадностью припал к ее губам.

Поцелуй оказался настолько неожиданным, что она даже не успела ему воспротивиться. А когда ее словно окутало облако нежной чувственности, она разомкнула губы, и куртка выскользнула из ее пальцев. Стефани уцепилась руками за широкие и мускулистые плечи Джордана, чтобы сохранить равновесие.

Она инстинктивно выгнула спину, крепче прижимаясь к нему грудью и чувствуя, как он страстно поглаживает ее спину вдоль позвоночника.

Внезапно она поняла, как неправильно поступила, позволив Джордану себя поцеловать. И такое ее поведение может быть неверно истолковано, если он когда-либо узнает о возмутительных обвинениях Розалинды Ньюман.

Стефани показалось, что на нее вылили ушат ледяной воды. Прервав поцелуй, она тревожно округлила глаза и резко сделала шаг назад. Из-за ее движения Джордан не удержался и рухнул в бассейн. Крепко держа Стефани за руки, он увлек ее за собой.

Глава 5

Вода в бассейне оказалась не слишком холодной.

– Ты специально это сделала? – обвиняя, бросил ей Джордан, когда, отфыркиваясь, вынырнул и отвел от глаз мокрые пряди темных волос.

Его гнев усилился от осознания того, что он не мог сделать даже простую вещь – поцеловать женщину, – не выставив себя полным дураком. Очередная демонстрация его недееспособности…

Стефани сначала едва сдерживала смех, барахтаясь рядом с ним, но одного взгляда на мрачное и раздраженное лицо Джордана было достаточно, чтобы забыть о веселье.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что я сделала это специально? – Нахмурившись, она пошла в атаку, обвиняя в случившемся Джордана. – Ты считаешь, что я спровоцировала тебя на поцелуй, чтобы потом…

– Столкнуть меня в бассейн? – в ярости спросил Джордан и с легкостью поплыл к краю бассейна. – Да, Стефани, я думаю именно об этом.

Он уже выбрался из бассейна, когда Стефани подплыла к бортику:

– Неужели ты действительно в это веришь, Джордан?

– О да, Стефани, я в это верю, – твердо заявил он. – Ты хотела, чтобы я поплавал в бассейне, и именно там я и оказался. – Джордан, тяжело дыша и оставляя за собой потеки воды, заковылял к шкафу, где хранились полотенца. Взяв полотенце, он стал вытирать мокрые волосы. – В чем, в чем, а в преданности делу тебе не откажешь. – Он с отвращением бросил влажное полотенце на шезлонг. – Кстати, я не забуду сообщить Лукану о твоем профессионализме, когда позвоню ему позже и скажу, что выставил тебя прочь.

Стефани стояла на краю бассейна, будучи такой же рассерженной, как Джордан. Он действительно считал, что, целуясь с ним, она заранее знала, что он упадет в бассейн? Да в объятиях Джордана она забыла обо всем на свете!

– Послушай меня…

– Я полагаю, что уже потратил на тебя достаточно времени. – Джордан сердито посмотрел на нее, хмурясь. Он с досадой оглядел себя – с него капала вода, мокрая ткань футболки плотно прилипла к телу.

Стефани с трудом отвела взгляд от мускулистой груди Джордана. Она отвернулась, чтобы взять полотенце из шкафа и вытереться и постараться скрыть свое смущение. Мысли беспорядочно кружились в ее голове. «Боже мой, – думала она в смятении, – что только что произошло? Всемирно известный актер Джордан Симпсон только что поцеловал меня, Стефани Маккинли!»

А потом он обвинил ее в злом умысле: будто бы она специально хотела столкнуть его в бассейн! Стефани, конечно, не делала этого намеренно, но она… спровоцировала его на поцелуй! И если Джордан узнает об обвинениях Розалинды Ньюман, Стефани будет уничтожена как специалист. Стоит лишь Джордану высказать свои обвинения в ее адрес холодному и высокомерному Лукану Сент-Клеру…

Стефани стало тошно. Она с трудом добрела до одного из шезлонгов и рухнула на него, ноги ее уже не держали.

Она сможет справиться с одним обвинением в сексуальной распущенности при работе с пациентом, но никто не поверит в ее честность, если ей будут предъявлены два подобных обвинения. Даже если Стефани удастся доказать свою невиновность, она оставит о себе неприятное впечатление. Ее профессиональная репутация будет поставлена под сомнение…

– Что случилось, Стефани? – Джордан подошел и встал рядом, нависая над ней.

Она моргнула, чтобы сдержать слезы, потом подняла на него глаза. Джордан выглядел взъерошенным и… смешным.

Она покачала головой и грустно пробормотала:

– Этого не должно было случиться…

Нет, не должно было! Джордан был ненавистен самому себе. Он хотел держаться как можно дальше от этой женщины и в конце концов прогнать. Но, целуя ее, он испытывал такие восхитительные ощущения… И они шли вразрез с его желанием расстаться со Стефани!

Хотя Стефани тоже виновата в том, что он ее поцеловал, не так ли?

Джордан нахмурился, когда посмотрел вниз и увидел слезы в ее зеленых глазах.

Она моргнула еще раз:

– Я не старалась столкнуть тебя в бассейн, Джордан.

Джордан уже знал, что она ни в чем не виновата.

– Я думаю, что нам обоим лучше забыть об этом инциденте, – хрипло произнес он.

– Да, – резко выдохнула она.

Он провел пальцами сквозь свои мокрые волосы, пытаясь пригладить их:

– Я предлагаю вернуться в дом, снять мокрую одежду и принять душ.

– Мне… уехать?

– Я думаю, так будет лучше для нас обоих, – с тяжелым сердцем подтвердил он.

– Как хорошо, что вчера вечером я не успела распаковать вещи, – глухо пробормотала Стефани, вставая и представляя взору Джордана грудь, обтянутую мокрой желтой футболкой.

Он отвел взгляд, но недостаточно быстро.

– Ты идешь в дом или нет? – отрезал он, снова чувствуя сильное возбуждение.

– Я иду. – Стефани взяла куртку и медленно последовала за ним на улицу.

Она продолжала обвинять себя во всех смертных грехах, пока они шли к охотничьему домику, сохраняя абсолютное и неловкое молчание. Стефани отлично понимала, что не должна была целоваться с Джорданом.

На улице было холодно, и к тому моменту, когда они добрались до охотничьего домика, от холода у Стефани зуб на зуб не попадал, а лицо посинело. Наконец Джордан открыл заднюю дверь и позволил Стефани первой войти в теплую и наполненную вкусными ароматами кухню.

– Поднимайся наверх, прими душ и переоденься в сухую одежду, – снова сказал Джордан, видя, что Стефани всю трясет.

– Я… Да. Ладно. – Она отвернулась, чтобы повесить куртку на спинку стула. – Ты должен сделать то же самое.

– Я знаю, что мне нужно делать, Стефани. – Джордан нахмурился. – Когда ты вернешься, мы поедим твой суп.

Она повернулась, округлив глаза:

– Но я думала, ты хочешь, чтобы я ушла.

Он поджал губы:

– Но сначала ты поешь горячее. Я не хочу, чтобы, вернувшись в Лондон, ты попала в больницу с пневмонией.

Стефани посмотрела на него испытующе, прежде чем медленно кивнуть:

– Горячий суп не помешает.

– Хорошо, – сказал он сухо. – Ну? – прибавил он секундой позже, так как она не пошевелилась.

Она с трудом сглотнула:

– Я… просто хочу, чтобы ты знал: я действительно не нарочно сделала это… то есть ты упал в бассейн совершенно случайно, – сказала она и стала подниматься по лестнице.

Оставшись один, Джордан глубоко вздохнул и невольно сжал кулаки. Он помрачнел, понимая, что ему не хватило ума отнестись к происшествию с определенной долей юмора. В любое другое время он счел бы забавным, что они оба упали в бассейн…

Стефани была первой женщиной, к которой он проявил чувственный интерес после несчастного случая. Но их поцелуй потерпел фиаско…

У Стефани были потрясающе соблазнительные, полные губы. А как страстно она прильнула к нему… Джордан оказался так возбужден, что забыл обо всем на свете. Он забыл даже о боли в правом бедре и ноге…

– Я решила, что не уеду отсюда! – объявила Стефани, когда спустя полчаса спустилась по лестнице.

Она выглядела такой решительной, стоя в дверях кухни, пока Джордан хмуро смотрел на нее и помешивал суп, стоящий на плите.

Он воспользовался ее отсутствием, чтобы принять душ и переодеться в сухие джинсы и тонкий черный кашемировый свитер. Его довольно длинные темные волосы выглядели почти сухими. Губы Джордана были мрачно поджаты, выражение лица – ледяным, но Стефани решила не сдаваться.

Она ни за что не возьмет оплату за свои услуги от Лукана – до тех пор, пока Джордан не позволит ей заняться его ногой. Ведь фактически Джордан еще не является ее пациентом. Он станет таковым в тот момент, когда Стефани начнет работать с ним как физио терапевт. Ее постоянные споры с ним о необходимости проводить лечение не в счет. Также не в счет и калорийный суп на обед…

Если Стефани сейчас уедет, то признает свою профессиональную несостоятельность. Не важно, что этот мужчина, Джордан Симпсон, будоражит ее воображение. Будучи опытным физиотерапевтом, она способна справиться даже с таким упрямым и бестолковым пациентом.

Она вошла на кухню:

– Я сказала…

– Я слышал, что ты сказала, – протянул Джордан, оглядывая ее из-под опущенных ресниц. – Я просто удивлен… Неужели ты по-прежнему думаешь, будто ты единственная, кто принимает здесь решение?

– На самом деле решение принимает твой брат, – вынуждена была признать она. – Я работаю на него. Но в данный момент я… не работаю, – мило прибавила она.

Янтарные глаза Джордана холодно заблестели.

– И ты думаешь, что Лукан не откажется от твоих услуг даже после того, как узнает, что ты пыталась утопить его брата?

– Пыталась… утопить?.. – Не веря своим ушам, Стефани покачала головой и недоверчиво на него посмотрела: – Тебе не кажется, что ты немного преувеличиваешь?

– Может быть. Но ведь ты не была уверена в том, что я умею плавать, когда толкала меня в воду. – Он выгнул брови.

– Я тебя не толкала!

– Докажи!

От негодования у нее покраснели щеки.

– Я не могу этого доказать, но и ты не можешь доказать обратное!

Джордан пожал плечами:

– Все это указывает на то, что мы не можем оставаться здесь вместе.

– Я не уеду! – упрямо повторила она.

«Безвыходное положение», – разочарованно подумал Джордан. Стефани отказывается уезжать, и сегодня утром он, безусловно, получил доказательство того, что не сумеет заставить ее покинуть его дом.

Джордан намеренно подошел к Стефани вплотную, так близко, что ощущал тепло ее тела через облегающий зеленый свитер и синие джинсы, в которые она переоделась.

– Если ты останешься, я гарантирую: то, что произошло между нами сегодня утром, повторится снова, – хрипло предупредил он.

Она в тревоге округлила зеленые глаза, ее щеки зарделись. «Доказательство того, что недавний инцидент не оставил ее равнодушной», – подумал он самодовольно.

Она покачала головой:

– Не повторится, если я этого не хочу.

– Но ты же этого хочешь, Стефани. – Джордан пристально смотрел в ее глаза, пока касался ладонью ее разгоряченной щеки. С явным удовлетворением он наблюдал, как пульсируют голубые жилки на ее висках. Его взгляд переместился вниз, и он увидел, что она нервно провела языком по нижней губе. Он посмотрел еще ниже и заметил, как ее напряженные соски уперлись в мягкую шерстяную ткань свитера. – Разве не хочешь? – понимающе прошептал он.

В ее глазах читалась паника.

– Нет, я…

– Да, Стефани, – мягко настаивал Джордан, проводя подушечкой большого пальца по ее пухлым губам и чувствуя, как они дрожат под его ласками. – Твой ответ на мое прикосновение, несомненно, утвердительный.

Она с трудом сглотнула:

– Ты все еще пытаешься заставить меня уехать.

– У меня получается? – поддразнил Джордан. Он знал, черт побери, что делает! Будучи опытным любовником, он отлично знал, что означает та или иная реакция женщины. – В следующий раз я не буду ограничиваться поцелуями, Стефани, – предупредил он. – В следующий раз я буду целовать и ласкать тебя до тех пор, пока ты не забудешься и не возбудишься до такой степени, что станешь умолять меня заняться с тобой любовью!

Он говорил так убедительно и красочно, что Стефани тут же представила их обоих лежащими обнаженными на кровати. Вот они ласкают и целуют друг друга, они тяжело и прерывисто дышат, их тела сплетаются…

При одной мысли о такой возможности Стефани вздрогнула.

Она приняла решение остаться в доме с Джорданом, пока была наверху. Там ее не беспокоило его физическое присутствие. Там она чувствовала себя спокойной и хладнокровной. Но в присутствии Джордана она сразу теряла хладнокровие.

Стефани подняла голову и храбро встретила его насмешливый взгляд:

– Тот факт, что в таблоидах часто помещают заголовки о «желанном и сексуальном Джордане Симпсоне», который выводит в свет очередную любовницу, не означает, что каждая встреченная тобой женщина будет бросаться к твоим ногам, переполняясь обожанием. Или к любой другой части твоего тела, если на то пошло, – язвительно прибавила она.

Он натянуто улыбнулся:

– Нет?..

– Нет! – отрезала Стефани, услышав вызов в его голосе.

– Я польщен тем, что ты находишь время читать эти таблоиды…

– Я не говорила, что их читаю. Я видела лишь заголовки, – яростно парировала она, защищаясь.

Он с пониманием посмотрел на нее:

– Ну, если ты так говоришь…

– Так и есть!

Джордан пожал плечами:

– Я не отвечаю за то, что пишут обо мне в таблоидах, Стефани. Или о женщинах, которые были моими любовницами.

– Ты хочешь сказать, что в настоящее время любовниц у тебя нет? – невольно обвиняя, бросила ему Стефани. – Утром тебе звонила Криста Мур, не так ли?

Да, Криста действительно доставала его телефонными звонками. Получается, что Стефани решила, будто у него продолжается роман с красоткой актрисой… А это означает, что Стефани законченная идиотка, раз позволила ему себя поцеловать!

– Какая разница? – пожал он плечами.

Она прищурилась:

– Может быть, тебе следует перестать крутить романы одновременно с двумя вертихвостками?

– Я не отношу тебя к категории вертихвосток, Стефани, – поддразнил он.

– Но у нас с тобой нет романа!

– Я вообще не понимаю, как охарактеризовать наши с тобой отношения, – сухо произнес Джордан. – Но если ты настаиваешь на том, чтобы здесь остаться, между нами определенно что-то произойдет.

Щеки Стефани горели.

– Ты не можешь знать наверняка.

– Хочешь, я тебе докажу?

– Ты высокомерный, властный эгоист…

– Ты выдала себя с потрохами, Стефани…

– Нет! – горячо возразила она. – Сегодня утром ты застал меня врасплох и поцеловал, но этого больше не повторится.

– Нет? – Он подошел к ней ближе.

Стефани упорствовала:

– Нет!

В его глазах плясали искорки веселья.

– Ты, кажется, слегка разволновалась…

– По правде говоря, я раздражена, – гневно парировала она.

Проницательный Джордан прищурился:

– А твоего раздражения недостаточно для того, чтобы ты уехала?

– Нет!

– Хорошо. – Он поджал губы и наконец отошел в сторону, отчего Стефани в душе вздохнула с облегчением. – Пусть будет по-твоему. Только не говори, что я тебя не предупреждал.

Его слова прозвучали скорее как угроза, чем как предупреждение.

Глава 6

Джордан потянулся за тростью, чтобы встать из-за стола. Он и Стефани сидели в кухне и ели в абсолютном молчании горячий суп.

– Я возвращаюсь в кабинет, чтобы поработать, – прервал он затянувшуюся тишину. В воздухе чувствовалось напряжение, как эмоциональное, так и физическое.

Джордан по-прежнему не мог понять, почему его так влечет к этому решительному и упрямому физиотерапевту. Прежде его не привлекали зеленоглазые рыжеволосые женщины среднего роста и среднего телосложения. И безусловно, он никогда не считал привлекательными сварливых женщин.

Стефани Маккинли обладала всеми этими качествами и при этом… неизменно вызывала его интерес.

Сильнее всего Джордана бесило ее нежелание покидать поместье Малберри-Холл.

Ладно, пусть остается, если она так не хочет уезжать! Но у него нет никаких оснований без необходимости находиться с ней в одной комнате.

– Я не хочу, чтобы меня беспокоили до конца дня, но ты можешь прийти и сообщить мне, когда будет готов ужин, – произнес он с видом диктатора, когда Стефани встала, чтобы убрать со стола.

– Да, милорд. – Она повернулась, чтобы сделать шутливый реверанс. – Конечно, милорд.

Джордан резко глотнул воздух и с подозрением прищурился, глядя на нее. Он полагал, что она ничего не знает об истории семьи Сент-Клер. Стефани, безусловно, никак не намекала на то, что знает о связи семьи Джордана с герцогами Стаурбридж.

Судя по озорному выражению лица Стефани, она ни о чем не догадывается.

Джордан успокоился:

– Если бы я действительно был лордом и мы жили бы на несколько веков раньше, я бы выставил тебя за наглость на улицу, где тебе пришлось бы голодать.

Она печально покачала головой:

– Как же мне повезло, что прошли времена феодального Средневековья.

Возможно, кто-то должен сказать об этом старшему брату Джордана? Лукан не стремился пользоваться своим титулом, так же как Джордан и Гидеон, но ни у кого не было сомнений в том, что Лукан столь же высокомерен, как и их аристократические предки.

– Да, тебе повезло, – сухо произнес Джордан. – Что касается ужина, то ты говорила, будто полноценное питание необходимо для моего лечения, – напомнил он ей.

Она едва заметно улыбнулась:

– Следует ли мне понимать из твоего комментария, что ты намерен согласиться только с теми приемами лечения, которые тебе понравятся?

– Конечно. – Он посмотрел на нее свысока.

Стефани никогда не встречала человека, подобного Джордану Сент-Клеру.

Никогда прежде ей не хотелось одновременно залепить мужчине пощечину и страстно его поцеловать.

Она вздохнула:

– Я боюсь, что так не получится.

– Ты вообще ничего не боишься, Стефани, – категорично заявил он.

«Если бы он только знал правду!»

– Чем ты занимаешься в кабинете? – полюбопытствовала она.

– Не твоего ума дело, – отрезал Джордан.

– Я могла бы передать Лукану твои пожелания, когда буду разговаривать с ним по телефону. Я сегодня позвоню ему ближе к вечеру. – И Стефани выжидающе выгнула брови.

Джордан нахмурился:

– Сомневаюсь, что мой старший брат ожидает твоих почасовых отчетов о моих успехах.

– Или неудачах, – резко ответила она.

– Или неудачах, – подтвердил он.

– Ладно, значит, пожеланий у тебя не будет, – непринужденно произнесла Стефани. – Ну, раз мне нечем заняться во второй половине дня…

Джордан знал, что эта противная шалунья опять бросает ему вызов. Она пытается угрожать ему тем, что Лукан будет недоволен его поведением! Но это совершенно бесполезные угрозы.

– Я перестал по-детски восторгаться своим старшим братом в тот момент, когда понял, что он, как и все остальное человечество, ходит в туалет.

Она поморщилась:

– Мне не слишком нравится такой образ!

Джордан пожал плечами:

– Поверь мне, этот образ очень хорошо помогает практически в любых сложных обстоятельствах.

– В случае с Луканом я вполне могла бы обойтись без него.

– Как угодно, – протянул Джордан. – Обычно я ужинаю около семи часов вечера.

– Если вообще ужинаешь.

Он усмехнулся:

– Раз ты настояла на том, чтобы остаться здесь, я рассчитываю питаться регулярно и часто.

Стефани не была полностью уверена, на какой аппетит намекает Джордан, но у нее возникли нехорошие подозрения…

В течение последних трех лет она работала с десятками пациентов. Среди них были и молодые, и старые. И женщины, и мужчины. С некоторыми из них было чрезвычайно трудно работать, но ни один из пациентов не был так невыносим, как стоящий перед ней сейчас человек.

Она поджала губы:

– Придется повторить. Я нахожусь здесь не для того, чтобы тебя развлекать.

– Повторяй себе все, что тебе захочется, Стефани, – сказал он. – Единственная польза, которую ты можешь мне принести в данный момент, – кормить и развлекать меня. Я предоставляю тебе право самой выбирать время для кормления и развлечения…

Несколько секунд Стефани в ярости смотрела на него.

– Ты снова предлагаешь мне уехать, не так ли? – раздраженно фыркнула она наконец.

Сколько Стефани ни мечтала о реальной встрече с Джорданом Симпсоном, она никогда не представляла себе, что он будет просить ее уехать!

– Я предлагаю тебе подумать о том, что приготовить на ужин, – сказал Джордан.

Стефани бросила на него еще один хмурый взгляд и облегченно вздохнула, как только он вышел из кухни. Она слышала, как он что-то насвистывает, идя по коридору, а затем закрывает дверь кабинета.

Она знала, что на свете существует способ заставить Джордана согласиться на лечение, ради чего ее, собственно, и нанял Лукан. Вот только как найти этот способ?

– Удобно? – язвительно спросил Джордан позже, когда вошел в гостиную, где обнаружил Стефани. Она лежала, свернувшись калачиком, в одном из кресел. Единственным освещение в комнате был огонь в камине.

– Очень удобно, спасибо, – ответила она и села, медленно опустив босые ноги на пол. На ней по-прежнему был темно-зеленый свитер и джинсы. – Уже семь вечера?

Джордан стиснул зубы и опустил глаза, чтобы скрыть восторг во взгляде при виде удивительного оттенка волос Стефани, которые освещались пламенем камина.

– Сегодня я достаточно много работал. Как прошел твой день? – Он наклонился и тяжело оперся о трость, проходя дальше в комнату. От долгого сидения за столом боль в бедре и ноге была сильнее обычного, поэтому Джордан говорил резче, чем намеревался.

– Скучно, – призналась она.

Он поднял темные брови:

– Скучно?

Она пожала плечами:

– Просто я не привыкла сидеть весь день дома и ничего не делать.

Что такое скука, Джордан знал очень хорошо. До приезда в Англию он слишком много времени провел в больнице в США.

– Здесь много книг, которые ты могла бы почитать. Ты могла бы пойти на прогулку. Или поплавать, – сухо прибавил он.

Стефани со страдальческим видом поморщилась:

– Я не собираюсь возвращаться в бассейн без тебя.

– Тогда тебе придется долго ждать, – хрипло произнес Джордан. Хмурясь, он подошел и, с трудом опустившись в кресло напротив нее, вздохнул от облегчения. Джордан повернулся и посмотрел на Стефани. – Ты когда-нибудь распускаешь косу?

– Нет.

– Тогда зачем ты отрастила такие длинные волосы?

– Я… Я никогда об этом не задумывалась. – Она нахмурилась, чувствуя себя очень неуютно под пристальным взглядом его прищуренных глаз.

Джордан бросил хищный взгляд на пламя камина, а она обратила внимание на его профиль: суровые, заостренные скулы, длинный аристократический нос, жесткие и чувственные губы, решительный подбородок.

Стефани затаила дыхание, глядя на него. Сейчас он напоминал ей камышового кота, готового напасть на свою добычу.

Она резко поднялась, чувствуя необходимость дистанцироваться от его мощного влияния, хотя бы на нескольких минут.

– Хочешь бокал вина перед обедом?

Джордан одарил ее мимолетной улыбкой:

– Я уже подумал, что ты никогда не спросишь.

Стефани остановилась в дверях:

– У тебя снова боли, да?

Она заметила усталые морщинки в уголках его глаз и рта. Джордан сидел, откинув голову и стараясь сохранить самообладание, превозмогая боль.

Он решительно на нее посмотрел:

– Просто принеси мне это проклятое вино, ладно?

Она сдержала сердитый ответ, увидев угрожающий блеск в глазах Джордана. Сейчас не время спорить с ним по поводу его страданий. Или того неподходящего способа, который он выбрал, чтобы притупить боль.

– Тебе красное или белое?

– Зависит от того, что на ужин.

Она пожала плечами:

– Картофель и лазанья запекаются в духовке, а в холодильнике стоит готовый салат.

– Тогда красное. Иди же, Стефани! – рявкнул он, увидя, что она продолжает стоять в дверях. – Когда ты вернешься, обещаю постараться и сделать все возможное, чтобы за ужином вести с тобой светскую беседу. – Суровое выражение его лица немного смягчилось.

Она посмотрела на него скептически:

– О чем?

– Откуда мне, черт побери, знать?! Я так давно не практиковался, что разучился вести светские беседы.

Стефани не была уверена, что он вообще когда-либо умел вести светские беседы и снисходительно относиться к людям.

Всем было известно, что обаятельный и привлекательный Джордан Симпсон, будучи перфекционистом, ненавидит людей глупых и с недостатками.

Ну а Джордан Сент-Клер – человек, почти неизвестный широкой публике, – даже не пытается наладить какие-либо отношения с людьми, чаще всего и не скрывая своего презрения. Но Стефани понимала, что степень его язвительности зависит от уровня испытываемой им боли. Сейчас у него явно сильные боли в ноге.

– Я тоже никогда не любила пустых светских бесед, – сказала Стефани.

– Тогда я полагаю, мы оба должны поработать над этим, не правда ли? – Джордан закрыл глаза и опустил голову на спинку кресла.

Выражение его лица было суровым и отстраненным.

Или просто страдальческим…

Стефани все больше убеждалась, что сегодня вечером его бедро и нога болят намного сильнее, чем обычно. Она видела темные круги под глазами Джордана, его заостренные скулы и напряженную челюсть. Без сомнения, вино помогло бы ему заглушить боль на некоторое время, но унять ее полностью?..

Итак, она повернулась на каблуках и помчалась за вином.

– Вот, пожалуйста. – Стефани вернулась из кухни через несколько минут и протянула Джордану бокал красного вина, а на столик рядом поставила бутылку. Затем она снова уселась в кресло у камина. – Итак, о чем мы будем говорить? – спросила она через несколько минут неловкого молчания.

Джордан выпил половину бокала мерло одним глотком, зная по опыту, что боль в бедре ослабеет через несколько минут.

– Почему бы тебе не рассказать мне о своей семье? – Он снова наполнил бокал, ожидая ее ответа.

Она удивленно подняла брови:

– Что ты хочешь узнать?

– Ты действительно невыносима! Тебе об этом известно? – прорычал он.

– А ты разве другой?

– Ты уже знаешь мою семью, – уточнил Джордан. – У меня два брата, оба старше меня. Один – на два года, другой – на две минуты. Конец истории.

– А как насчет твоих родителей? Они оба до сих пор живы? – Стефани медленно потягивала вино из бокала.

– Только мама. Она живет в Шотландии, – кратко ответил Джордан.

Стефани, казалось, ожидала, что он скажет ей по этому поводу чуть больше. Но Джордан больше ничего не сказал. Он не собирался говорить ей о том, что его мать – герцогиня Стаурбридж – страстно желает женить старшего сына, чтобы иметь возможность отойти от дел и стать просто вдовствующей герцогиней. О том, что она с нетерпением ждет, когда кто-либо из ее сыновей вступит в брак и подарит ей внуков, которых она мечтает понянчить.

Но поскольку ни один из ее трех сыновей не заводил серьезных романов, не говоря уже о заключении брака, герцогиня действительно заждалась.

Молли души не чаяла в своих сыновьях. На самом деле, если бы ей позволили поступить по-своему, она давно была бы рядом с Джорданом и заботилась о нем. Он очень любил и ценил свою мать, но определенно не принял бы ее опеки.

– Твоя очередь, – сухим тоном произнес Джордан. – Начни с рассказа о своих бабушке и дедушке, – потребовал он, увидев, что Стефани колеблется.

Та смущенно пожала плечами:

– Я обычно не обсуждаю мою личную жизнь со своими пациентами.

– А мне казалось, мы уже договорились, что я не твой пациент.

– Тогда что я здесь делаю?

– А черт его знает! – Джордан услышал агрессию в своем голосе и пожалел об этом. Но сегодня вино не торопилось притуплять боль в ноге. Ему пришлось так сильно стиснуть зубы, что оставалось только удивляться, как он мог разговаривать.

Стефани посмотрела на него с упреком и нахмурилась:

– Очень хорошо. Обе моих бабушки и оба дедушки еще живы. Как и оба моих родителя. Я…

– Я не просил оглашать список поименно. – Джордан вздохнул. – Слушай, Стефани, ты ведь понимаешь, как вести такой разговор, да? Я задал тебе вежливый вопрос, ты мне вежливо отвечаешь. С деталями. Это и есть светская беседа.

Стефани знала, что такое светская беседа. Она просто не любила ее вести.

– Мои дедушка и бабушка по отцовской линии переехали в графство Суррей пять лет назад, когда дедушка продал свой строительный бизнес. Мои бабушка и дедушка по материнской линии живут в Оксфорде. Дело в том, что моя бабушка была профессором университета и просто не может заставить себя переехать из города, где преподавала в течение многих лет. А мама и папа живут в Кенте, у них там небольшой бизнес – торгово-садоводческий центр.

– Уже лучше. – Джордан одобрительно кивнул.

– У меня есть сестра. Ее зовут Джой. Она…

– Джой – мужское имя.

– Сокращенно от Жозефина. – Стефани улыбнулась, с облегчением увидев, что выражение лица Джордана смягчается. – Но любой, кто называет ее полным именем, удостаивается фингала под глазом или еще того хуже!

– Хуже?..

– Она как-то в школе засунула лягушку за шиворот одному мальчику, когда тот посмел дразнить ее, повторяя ее полное имя, – восторженно вспоминала Стефани.

– А фингал под глазом?

– Фингал Джой поставила своему парню, с которым встречалась во время учебы в университете. – Стефани пожала плечами. – Излишне говорить, что они после перестали встречаться.

– Не сомневаюсь. – Джордан мягко усмехнулся, чувствуя, как от вина и тепла камина расслабляются мышцы. – Так сколько лет Джой и чем она занимается?

– Она адвокат.

– Возраст?..

– За двадцать пять, – уклончиво ответила Стефани, прежде чем сделать глоток вина. Она отлично знала, для чего Джордан затеял разговор о ее семье.

– Она старше или моложе тебя?

– Чуть моложе.

Джордан оценивающе оглядел Стефани, чувствуя, что она недоговаривает.

– Насколько моложе? – медленно произнес он.

Она посмотрела на него, ее глаза блестели в отблесках пламени камина.

– На пять минут!

– Итак, Стефани, – насмешливо пробормотал Джордан, – это означает, что вы тоже близнецы?

Она поджала губы:

– Да.

– Однояйцевые?

– Да.

Джордан недоверчиво поднял брови:

– Ты имеешь в виду, что у вас обеих волосы необычного рыжего цвета, яркие зеленые глаза, решительный подбородок и невыносимо упрямый характер?

Ее глаза мгновенно вспыхнули.

– Я не упрямая!

– Так же верно, как то, что трава не зеленая, а синяя, – усмехнулся он.

– Некоторые сорта травы действительно имеют синий цвет, – триумфально заявила она.

– Ты не просто, ты ужасно упряма! – вздохнул Джордан и оценивающе на нее посмотрел: – Позволь мне угадать… У твоей Джой короткая стрижка, и она предпочитает носить темные деловые костюмы и шелковые блузки?

Стефани ахнула:

– Откуда ты знаешь?

Джордан пожал плечами:

– Я и Гидеон, мы оба не хотим быть похожи друг на друга.

– Но вы с Гидеоном двойняшки, вы и так не очень похожи!

– Да, у нас разный цвет волос, – сказал Джордан, – но одинаковый рост и похожие черты лица. – Он улыбнулся. – Может быть, следует познакомить твою сестру-близнеца с моим братом-близнецом и посмотреть, что из этого получится? Они оба юристы, у них уже есть нечто общее…

Стефани точно знала, что произойдет, когда ее крайне независимая и прямолинейная Джой встретится с высокомерными братьями Джордана. Определенно будут сыпаться искры!

– Возможно, нет, – сухо признался Джордан, словно читая ее мысли. – Хотя братья иногда доводят меня до белого каления, я не уверен, что готов пожелать им такой участи.

Стефани ощетинилась:

– В каком смысле?

– В таком смысле, что и одной упрямой сестры Маккинли более чем достаточно. – Он хрипло рассмеялся.

Вино, очевидно, успокоило Джордана. Причем настолько, что он снова принялся издеваться над Стефани.

Она облизнула пересохшие губы, беспокойно вскочив на ноги:

– Я думаю, мне нужно пойти и проверить лазанью.

Джордан схватил ее за руку, когда она проходила мимо его кресла:

– Ведь в духовке ничего не пригорит, да?

Она искренне надеялась, что, держа ее за запястье, Джордан не почувствует ее внезапно участившегося сердцебиения.

– Ну, нет… – Она с трудом сглотнула. – Я просто подумала…

– Ты слишком много думаешь, Стеф. Почему бы тебе просто не расслабиться для разнообразия? – мягко сказал он.

– Я помню, что уже просила не называть меня Стеф, – задыхаясь, пробормотала она.

– Ты говоришь одно, но твое тело твердит об обратном, – тихо произнес он и поставил свой бокал на стол. – Ты, очевидно, считаешь, что держишь ситуацию под контролем, поэтому сейчас самое подходящее время меня развлечь, – тихо предложил Джордан, решительно потянув ее за запястье.

Стефани пыталась сопротивляться. Но тщетно. Она только потеряла равновесие, перекувырнулась через ручку кресла и в конечном счете оказалась сидящей на коленях Джордана. Он ее обнял.

– Джордан, это безусловно не очень хорошая идея…

– Я переполнен плохими идеями, Стефани, – грубо сказал Джордан и наклонил голову. – Они, как правило, приносят гораздо больше удовольствия, так или иначе.

Джордан собирался ее поцеловать. Но поцелуем он не ограничится. Стефани поняла это, мгновенно загипнотизированная его пристальным взглядом.

– Может быть, мы быстрее поладим, если ты будешь сидеть у меня на коленях, – хрипло прошептал он, его теплое дыхание касалось ее разомкнутых губ.

Стефани попыталась в последний раз воззвать к здравомыслию:

– Джордан, мы действительно не можем этого себе позволить!

– О, еще как можем, – пробормотал он и наконец припал к ее губам.

Это был медленный и дразнящий поцелуй. Джордан словно дегустировал губы Стефани, побуждая ее к взаимности. Он тихо проворчал, когда она наконец обхватила его за плечи и поцеловала в ответ.

А когда Стефани запустила пальцы в его темные волосы, Джордан почувствовал, как по ее спине пробегает дрожь…

Они нежно покусывали губы друг друга, их языки переплетались…

Он немного передвинулся в кресле, чтобы Стефани улеглась спиной на подлокотник кресла, а затем стал целовать нежную кожу ее шеи. Запустив руку под ее мягкий свитер, он поддернул его вверх, затем осторожно зажал между пальцами ее розовые соски, опустил голову и коснулся их языком.

– Джордан! – Стефани выгнула спину под его ласками и прерывисто задышала.

Он неохотно поднял голову от ее сосков и с жадностью посмотрел на них.

– Ты такая вкусная, детка, что я не могу остановиться, – пробормотал он восхищенно, сначала погладив соски пальцами, а затем поочередно припадая к ним губами.

Стефани забыла обо всем, полностью отдавшись ощущениям. Ладонью она обнимала затылок Джордана, пока он ласкал языком ее возбужденные соски.

Янтарные глаза Джордана приобрели темно-золотистый оттенок, когда он поднял голову и посмотрел на Стефани в упор. Расстегнув пуговицы на ее джинсах, он медленно потянул молнию вниз, обнажая черные кружевные трусики.

Стефани не могла двигаться, не могла дышать, она могла лишь тихонько постанывать. Джордан опустил голову, и она почувствовала, как он обводит языком ее пупок, а руками продолжает ласкать грудь.

Слыша ее прерывистое дыхание и стоны, Джордан запустил пальцы в ее трусики и стал ласкать. Стефани вскрикивала под его ритмичными прикосновениями, чувствуя приближение развязки.

– Пожалуйста, Джордан! – наконец выдохнула Стефани. Она решила, что сойдет с ума, если он не перейдет к решительным действиям.

Но Джордан не слушал ее требований, а продолжал ласкать. Он никогда не был эгоистичным любовником, находя особенное удовлетворение в том, чтобы доставить партнерше максимум удовольствия. Когда по телу Стефани пробежала дрожь наслаждения, он замедлил ласки и увидел, как она испуганно округлила красивые зеленые глаза.

– Все в порядке, Стеф, – хриплым голосом успокоил он ее.

– Ничего не в порядке! – непроизвольно простонала она.

– Ну, ты поверь мне, – продолжал он успокаивать ее, застегнув ее джинсы и потянув вниз свитер. Но прежде он поддался искушению и нежно поцеловал небольшое покраснение на ее груди – раздражение от прикосновения его щетины.

Ему придется бриться два раза в день, если он снова захочет близости со Стефани. Ему ужасно не хочется раздражать эту нежную гладкую кожу сливочного оттенка.

Его веки были слегка опущены, когда он наконец поднял голову, чтобы увидеть ее покрасневшее лицо и лихорадочно блестящие глаза.

– Какая ты красавица, Стефани…

Она уставилась на него широко раскрытыми глазами и облизнула пересохшие губы кончиком маленького розового языка.

– А ты? Ты не…

– У нас впереди вся ночь, – прервал ее Джордан, медленно гладя ее по груди и бедрам.

Она нахмурилась:

– Нам действительно не следовало…

– Нет, нам действительно следовало это сделать, – решительно сказал он.

Но Стефани лишь покачала головой, избегая его взгляда:

– Я не уверена, что смогу остаться здесь, если это произойдет…

Джордан крепче ее обнял, когда она решила подняться на ноги:

– Останься, Стефани. Пожалуйста.

Она застенчиво посмотрела на него:

– Но…

– Если бы я знал, что ты хочешь побыть в одиночестве, Джорд, то я бы просто позвонил тебе, а не прилетал сюда, чтобы поговорить с тобой лично! – послышался позади них лениво-насмешливый голос.

Джордану не нужно было оборачиваться и смотреть в противоположный конец комнаты, чтобы убедиться – там стоит его брат-близнец Гидеон.

Глава 7

Стефани посмотрела через всю гостиную и увидела в дверях убийственно красивого кареглазого блондина, на лице которого застыла циничная усмешка.

– О боже! – в отчаянии простонала она и уткнулась горячей щекой в грудь Джордана.

– Я не бог, – насмешливо сказал мужчина.

– Совершенно верно, Гидеон, – парировал Джордан.

– Я думаю, вы были слишком… заняты делом, поэтому не услышали, как пятнадцать минут назад здесь приземлился вертолет, – многозначительно сказал Гидеон.

– Я предполагаю, что мы были очень заняты, – резко ответил Джордан. – Означает ли твой приезд, что и Лукан тоже здесь? – В его голосе слышалась ярость.

– Я прилетел один.

– Зачем?

После короткой многозначительной паузы Гидеон сказал:

– Я предпочел бы поговорить наедине, Джордан.

– Я еще не готов, – мрачно произнес Джордан, крепче прижимая к себе дрожащую Стефани. – Дай нам побыть наедине несколько минут, Гидеон.

– Безусловно, – пробормотал мужчина. – Хочешь, чтобы я подождал на кухне или…

– Ты можешь просто уйти, Гид? – рявкнул Джордан, и Стефани простонала вновь, еще глубже зарываясь лицом в его грудь.

Стефани хотелось умереть от стыда! Она никогда не испытывала такого сильного желания зарыться в землю. Стефани несколько раз в жизни совершала глупости, но такой, как сейчас, не совершала никогда.

Мало того, что она окончательно потеряла рассудок из-за поцелуев и ласк Джордана, так теперь появился свидетель их развлечений. И не простой свидетель, а брат-близнец Джордана!

– Все в порядке, Стефани, он ушел, больше не нужно прятаться, – уговаривал ее Джордан.

Гидеон Сент-Клер, может быть, действительно вышел из комнаты, но Джордан в комнате остался. И Стефани была не в состоянии смотреть ему в лицо после того, что произошло.

Теперь ей ничего не оставалось, кроме как уехать. Немедленно! Она не может находиться в доме ни минуты, ни секунды…

– Стефани, успокойся! – приказал Джордан, когда она выпрямилась и стала высвобождаться из его объятий. – Все происходило по обоюдному согласию, и, черт побери, Стефани, мы не сделали ничего плохого!

Стефани перестала вырываться и свирепо на него уставилась.

– Ты, возможно, ничего плохого не сделал! – с отвращением к самой себе произнесла она. – Но я должна уехать прямо сейчас!

– Зачем? – Он крепче ее обнял. – Гидеон здесь долго не задержится.

– Насколько я могу судить, он находится здесь уже довольно долго! – Ее глаза сверкали от ярости. – Отпусти меня, – взмолилась она, когда в очередной раз попыталась встать, но Джордан не позволил ей подняться.

Он стиснул зубы:

– Не отпущу, пока не успокоишься.

Стефани ужаснулась при воспоминании об откровенных ласках Джордана. Она совсем потеряла голову от его прикосновений и поцелуев! До сих пор ее тело подрагивает от приятных ощущений…

Джордан пожал плечами:

– Я признаю, что возникли небольшие неудобства, когда Гидеон так бесцеремонно вошел, но…

– Небольшие неудобства?! – Стефани расхохоталась, она была близка к истерике. Ей наконец удалось вырваться из объятий Джордана, подняться на ноги, выпрямиться, поправить одежду и свирепо взглянуть на него сверху вниз. – Как долго, по-твоему, твой брат там находился? Как ты думаешь, что он видел и слышал? – Она простонала, подумав о том, как вскрикивала от удовольствия во время оргазма…

Джордан покачал головой:

– Даже если Гидеон что-то видел или слышал, уверяю тебя, что он, как истинный джентльмен, никогда ничего об этом не скажет.

– Ты лишь усугубляешь ситуацию, Джордан! – протестуя, заявила Стефани и подняла руки к разгоряченным щекам.

– Слушай, просто забудь об этом…

– Тебе легко говорить, ведь не тебя застукали в столь щекотливой ситуации!

Джордан наблюдал за тем, как Стефани взволнованно ходит по комнате, очевидно не зная, что ее волосы растрепались во время занятий любовью и теперь разметались огненным каскадом по плечам.

Она была красивой. Необузданной и сексуальной. Она выглядела как женщина, которая только что наслаждалась сексом.

– О, я уверен, что меня тоже застукали, – уточнил он.

Она прищурилась и холодно на него посмотрела:

– Должна предупредить тебя, Джордан, что я не в настроении оценивать твое извращенное чувство юмора.

– Тогда прекрати делать из мухи слона, – отрезал он с мрачным выражением лица, потянулся за тростью и неуклюже поднялся на ноги.

– Я не делаю из мухи слона, черт побери! – воскликнула Стефани. – Просто я не привыкла заниматься подобными вещами перед публикой.

– Я сказал тебе, что Гидеон никому ни о чем не скажет.

– Я не только не хочу слышать, но и говорить об этом! – крикнула Стефани.

Джордан решительно поджал губы и вдруг насторожился:

– Почему, собственно говоря? – Его голос прозвучал как-то подозрительно мягко.

– Почему?.. – повторила она растерянно.

– Да. Почему?

– Неужели это не очевидно?

Джордан чувствовал пульсацию в сильно сжатой челюсти.

– Ты этого хотела. Я этого хотел. И, как я уже сказал, мы оба совершеннолетние, чтобы самостоятельно принимать решения. Так в чем проблема?

– Моя проблема в том, что Лукан нанял меня как физиотерапевта, для того чтобы лечить тебя, а не для того, чтобы я ложилась с тобой в постель! – страстно парировала она.

– Мне не нужен физиотерапевт…

– О нет, нужен!

– И до постели мы так и не добрались, – холодно прибавил Джордан.

«Он не может понять очевидного», – нетерпеливо подумала Стефани и упала в одно из кресел, закрыв лицо руками, когда почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

Джордан уставился на Стефани в полном разочаровании, когда услышал ее тихий плач. Он не имел никакого понятия, что должен делать и говорить в таком случае. Обычно женщины не плакали после того, как он занимался с ними любовью…

«Они не плакали после близости со всемирно известным актером Джорданом Симпсоном, – мрачно напомнил он себе, – а не с калекой Джорданом Сент-Клером».

Боже, как же он ненавидел ощущение своей беспомощности!

– Я подумал… – раздался голос брата.

– Убирайся отсюда, Гидеон! – рявкнул разъяренный Джордан.

– Я здесь, наверное, лишний, – не спеша подытожил Гидеон и многозначительно посмотрел на расстроенную Стефани. – Я могу переночевать в деревенской гостинице и вернуться утром.

– Нет! – Стефани подняла глаза, протестуя, торопливо вытерла слезы со щек и встала. – Вы не должны уезжать, мистер Сент-Клер.

– Называйте меня по имени, – хладнокровно предложил он. – Обращение «мистер Сент-Клер» делает меня похожим на моего старшего брата.

– Все равно, – категорично заявила она. – У вас такое же право оставаться здесь, как и у Джордана. Уехать должна я.

– Сомневаюсь, что мой младший братишка слишком этому обрадуется, – сказал Гидеон, бросив мимолетный взгляд на Джордана.

«Два брата словно два проявления порочности», – вдруг подумала Стефани. У Джордана были темные и достаточно длинные волосы, а у его брата – белокурые и очень короткие. Джордан обладал светло-карими глазами, а глаза Гидеона были почти черными. Они и одевались совершенно по-разному: Джордан предпочитал непринужденный, спортивный стиль; на Гидеоне были черные брюки, черный кашемировый свитер, а под ним серая рубашка с расстегнутой у воротника пуговицей и черные кожаные ботинки.

А еще они оба были самыми красивыми мужчинами, которых Стефани когда-либо встречала в своей жизни.

– Ты прав. Твой братишка не хотел бы этого, – ответил брату Джордан. – Давай-ка я вас представлю друг другу. Стефани, познакомься с моим братом Гидеоном Сент-Клером. Гидеон, познакомься со Стефани Маккинли.

Стефани не знала, следует ли уточнять, чем именно она занимается в доме Джордана.

– Мистер Сент-Клер, – сказала она, резко кивнув.

– Мисс Маккинли, – тихо произнес он, выражение его лица было точно таким же суровым, как у брата-близнеца.

Стефани не сомневалась в том, что этот цинично-жесткий человек – грозный адвокат. Надо будет спросить у Джой, не встречалась ли она с ним в суде…

– Маккинли?.. – медленно повторил Гидеон, прищурился и оценивающе оглядел Стефани. – Рыжие волосы. Зеленые глаза. Хм… – Он поджал губы. – Вы, случайно, не приходитесь родственницей Жозефине Маккинли? – спросил он.

Так она и знала! Значит, сестра Стефани и этот человек знакомы друг с другом! Но когда они познакомились? И где? Только бы их встреча никоим образом не была связана с бракоразводным процессом Ньюмана!

При одной мысли о том, как отреагирует Джордан, узнав об обвинениях в адрес Стефани, ей стало тошно. Ведь она теперь была отлично осведомлена, с каким отвращением он относится к собственному изменнику-отцу.

– Джой – ее сестра-близнец, – кратко ответил Джордан брату. – И видимо, она терпеть не может, когда ее называют Жозефиной, – прибавил он.

– Вы знаете мою сестру, мистер Сент-Клер? – Стефани настороженно посмотрела на Гидеона.

– Лично не знаком, – сказал он, – но слышал о ней.

«Судя по жестокому блеску его глаз и презрительно поджатым губам, он не слышал о Джой ничего хорошего», – подумала Стефани.

Стефани знала, что Джой за последние три года работы в судах заработала себе определенную репутацию. Многие коллеги считали ее безжалостным и бескомпромиссным адвокатом. Характер Джой больше подошел бы мужчине вроде Гидеона Сент-Клера…

– Что ты здесь делаешь, Гидеон? – спросил Джордан, к облегчению Стефани избавляя ее от необходимости отвечать на загадочный комментарий Гидеона по поводу ее сестры-близнеца.

Вместо того чтобы ответить брату, Гидеон холодно и мрачно посмотрел на Стефани:

– Мне показалось, что пахнет горелым, когда я был на кухне…

– Лазанья! – завопила Стефани, когда вспомнила, что оставила еду в духовке. – Простите меня.

Она одарила Гидеона лучезарной, но бессмысленной улыбкой и быстро выбежала из комнаты.

Было совершенно очевидно, что Гидеон хочет поговорить с Джорданом наедине, а Стефани обрадовалась появившемуся предлогу, чтобы убраться подальше от двух вызывающе высокомерных братьев Сент-Клер.

– Ну, раз ты так блестяще выпроводил Стефани из комнаты, может быть, объяснишь мне, что происходит? – произнес Джордан, как только остался в гостиной наедине с Гидеоном.

Гидеон, как обычно, смотрел на него насмешливо и оценивающе. Цинизм и высокомерие были характерны для всех трех братьев Сент-Клер. Джордан уныло подумал о том, что их отец повинен не только в измене их матери, но и в том, что подарил сыновьям в наследство свой отнюдь не ангельский характер.

Гидеон печально покачал головой:

– А я представлял тебя одного в дебрях Глостершира.

Джордан скривился:

– Я знаю, что твой сарказм обычно способен испугать многих, но уверяю тебя, я не вхожу в их число. – Он устало опустился в кресло, которое совсем недавно покинул.

– Ты выглядишь ужасно! – заявил его брат, глядя на него сверху вниз, и в глазах его можно было прочесть суровое осуждение.

– Ты, как и прежде, делаешь мне замечательные комплименты, – пробормотал Джордан и положил усталую голову на спинку кресла.

Он совсем забыл о боли в бедре и ноге – так же как Стефани, очевидно, забыла про ужин. Пока они занимались любовью, им обоим было ни до чего… Но теперь, когда прилив адреналина уменьшился, Джордан снова ощутил, как заныла нога.

Может быть, ему следует вернуться в Америку и показаться одному из специалистов, как советовала ему Стефани? Нет, черт побери! Он предпочтет жить с болью, чем в очередной раз страдать от бесполезных медицинских осмотров!

– В графстве Глостершир закончились бритвы? – Гидеон вопросительно поднял брови.

– Просто скажи мне, что ты здесь делаешь, Гидеон, – вновь задал свой вопрос раздраженный Джордан, удивляясь тому, почему все вдруг так озаботились его внешним видом. Не все ли равно, как он выглядит, если на него все равно некому смотреть? Хотя… Вчера приехала Стефани. А теперь прилетел Гидеон. – Ну? – Он посмотрел на брата.

– Поверь, я не собирался прерывать твое страстное свидание с этой милой Маккинли, – ответил его худощавый брат, усевшись в кресло напротив Джордана.

– Это не свидание, – устало возразил тот.

– Нет?..

– Посмотри на меня, Гидеон. – Джордан тяжело вздохнул. – Я всего лишь унылое воспоминание о человеке, которым когда-то был.

– Стефани, кажется, это не волнует, – заметил его брат.

Джордан предостерегающе прищурился:

– Возможно, нам следует перестать говорить о Стефани.

Гидеон посмотрел в сторону кухни:

– Она не похожа на женщин, с которыми ты обычно…

– Как только что сказал, я изменился! – огрызнулся Джордан.

– Ты не устал жалеть себя? – усмехнулся Гидеон.

Брат практически повторил вчерашний вопрос Стефани, отчего Джордан рассвирепел. В самом деле, если бы Гидеон не приходился ему братом, то Джордан поднялся бы и врезал бы по его высокомерной физиономии! Но Джордан знал, что сейчас Гидеон превзойдет его, как в физической, так и в словесной схватке.

Внешняя холодность и жестокость Гидеона ничуть не обманули Джордана. Он отлично знал, каким опустошенным чувствовал себя его брат-близнец после несчастного случая. Джордан также знал, что его брат является человеком, способным на сильные эмоции, но просто предпочитает почти все время скрывать их под маской цинизма.

– Просто перестань меня бесить и скажи, в чем дело, Гид, – произнес Джордан.

К счастью, Стефани удалось спасти лазанью в духовке. Правда, пришлось немного обрезать обугленные края, зато картофель почти совсем не пострадал.

Через десять минут братья Сент-Клер присоединились к Стефани за ужином. К тому времени она сумела обрести душевное равновесие.

Гидеон, идя вслед за Джорданом, вошел на кухню с отстраненным выражением лица.

– Я еще раз прошу прощения за причиненные вам неудобства, Стефани, – сказал он вежливо, когда увидел стол, накрытый на троих.

– Никаких неудобств, – беспечно произнесла она. – В конце концов, ваша семья владеет этим домом. Теперь здесь более чем достаточно продуктов на троих… С тобой все в порядке, Джордан? – спросила она с тревогой, когда заметила, как он бледен. Мертвенно-бледен. Она быстро подошла к нему: – Может быть, тебе лучше присесть?

– Перестань суетиться вокруг меня, как наседка! – Он резко повернулся к ней, его глаза угрожающе сверкнули.

Стефани резко отступила назад.

– Извини. – Она нахмурилась. – Я просто подумала…

– Разве я уже не сказал тебе, что ты слишком много думаешь? – выпалил Джордан, глядя на нее сверху вниз.

– Надеюсь, вы простите грубость моего брата, Стефани? – Гидеон встрял в их разговор, демонстрируя холодное неодобрение. – Дискомфорт от полученных травм, похоже, лишил его хороших манер.

– Когда я захочу, чтобы ты принес от моего имени извинения, Гид, я тебя об этом попрошу! – в ярости бросил Джордан.

– Когда я захочу попросить твоего совета, что и когда мне делать, то я тебе об этом сообщу, Джорд, – язвительно ответил брат.

В любое другое время Стефани сочла бы этот непростой разговор развлечением двух решительных мужчин с хорошим самообладанием. Но так как она с Джорданом чуть ранее была, что называется, застигнута на месте преступления, в данный момент ей и в голову не пришло предположить, что братья развлекаются.

Особенно учитывая то, что Джордан выглядел так, будто сейчас развалится на части.

– Я действительно думаю, что ты должен присесть, Джордан, – сказала она твердо и, демонстративно выдвинув из-под стола один из кухонных стульев, выжидающе уставилась на мужчину.

Джордан в свою очередь прищурился и свирепо поглядел на нее, но затем все-таки опустился на деревянный стул.

– После ужина иди собирай свои вещи, Стефани, – сухо произнес он и повернулся, чтобы поставить трость у стены позади себя. – Гидеон полетит обратно в Лондон завтра рано утром.

– Я… Что? – Стефани не пыталась скрыть недоумения по поводу внезапного объявления Джордана.

– Мы все летим в Лондон. Утром, – повторил Джордан с плохо скрываемым нетерпением.

– А как же моя машина?

– Я прикажу ее перегнать, – категорично заявил он.

– Но почему?..

– Не все ли равно почему? – рявкнул Джордан.

– Ну… нет, я полагаю, нет… – Ошеломленная Стефани слегка покачала головой.

Не следует забывать, что Стефани не хотелось вновь оказаться в Лондоне. Она согласилась работать в графстве Глостершир с Джорданом Сент-Клером по той причине, что хотела уехать из Лондона и держаться подальше от этого города до тех пор, пока не закончится бракоразводный процесс Ньюманов.

Глава 8

Стефани нерешительно вошла в кабинет, где Джордан вновь сидел за письменным столом, и застыла на пороге. Он бросил на нее загадочный взгляд:

– Что такое, Стефани?

Единственный свет в комнате шел от настольной лампы и падал на бумаги, лежащие перед Джорданом.

Как можно было ожидать, Стефани с большим трудом сохраняла спокойствие, ужиная с братьями.

Она не имела никакого понятия о том, какие мысли кружатся в головах этих мужчин. Разговора за столом не велось, оба брата пребывали в задумчивом молчании. Хотя Гидеон вежливо поблагодарил и даже похвалил Стефани за ужин, когда трапеза закончилась. Затем, извинившись, он отправился наверх – спать.

Стефани чувствовала, что предстоящий отъезд спланирован неспроста, поскольку Джордан тоже резко извинился и укрылся в своем кабинете через минуту после ухода брата.

Она беспечно пожала плечами:

– Раз ты и Гидеон намерены улететь завтра утром, может быть, нам следует сейчас попрощаться?

Джордан выпрямился, прищурился и оценивающе ее оглядел:

– Разве я непонятно объяснил, что ты летишь в Лондон вместе с нами?

– Да, ты объяснил. – Стефани сделала шаг вперед. – Но ты также с момента моего прибытия сюда дал мне понять, что не желаешь прибегать к услугам физиотерапевта. Таким образом, для меня появится идеальная возможность…

– Ты снова начала анализировать, Стефани, – тихо усмехнулся он и откинулся на спинку кожаного кресла.

– Перестань, Джордан! – Она с подозрением на него посмотрела, потом подошла и встала напротив стола. – Очевидно, мне нужно будет связаться с Луканом и сообщить ему, что поскольку я так и не начала работать с тобой, то не имею права требовать какой-либо оплаты…

– Я уверен, что ты поступишь очень справедливо, Стефани, – перебил ее Джордан. – Но, насколько я знаю, Лукан еще не отказался от твоих услуг.

– Нет. – Она вздохнула. – Но с самого начала было ясно, что ничего не получится, поэтому я предположила…

– Не следует делать никаких предположений о семье Сент-Клер, Стефани. – Джордан покачал головой, сжав губы в тонкую линию. – Когда я сказал, что утром мы все полетим в Лондон, я имел в виду, что мы действительно туда полетим.

Она нахмурилась:

– Я не понимаю, с какой стати должна тебя сопровождать, если ты даже не позволяешь мне помочь тебе!

– Может быть, я передумал?

Стефани посмотрела на него испытующе, но ей не удалось ничего понять по отстраненному выражению на лице Джордана.

– Джордан…

– Стефани, Гидеон прилетел сюда затем, чтобы сообщить мне, что наша мать приехала в Лондон, – резко заявил Джордан.

– Да?..

– Да, – отрезал он. – Так как она редко покидает Эдинбург, ее приезд имеет важное значение. Настолько важное, что Лукан решил приложить усилия и выяснить, почему именно она приехала в Лондон. Он сумел узнать, что послезавтра она записана на прием к онкологу, – с тяжелым сердцем говорил Джордан, по-прежнему не в состоянии спокойно принять причину, по которой Гидеон прилетел сюда лично, чтобы поговорить с ним.

Никто из трех братьев не сомневался в том, по чьей вине распался брак их родителей. Мать была для них всем. Молли любила сыновей, но никогда на них не давила и не осуждала. Она никогда не влияла на мнение сыновей и поощряла их принимать решения на основе собственного выбора. И даже если они поступали неправильно, мать все равно была на их стороне. Всегда.

Теперь пришло время им быть рядом с ней…

– Мне так жаль… – Стефани присела на стул, стоящий у противоположной от Джордана стороны стола.

– Мы пока ничего не знаем, – сказал Джордан. – Будет проведено предварительное обследование, которое может оказаться недостаточным.

– Но…

– Совершенно верно. Но… – Он мрачно кивнул. – Странно, не правда ли? – размышлял он вслух. – Когда узнаешь, что тот, кого любишь, может быть серьезно болен, перестаешь жалеть самого себя. Ведь именно об этом говорите вы с Гидеоном?

Щеки Стефани зарделись.

– Я сказала так только потому, что…

– Потому что это правда, – честно произнес Джордан, взял трость и стал беспокойно ходить по комнате. – Моя мать первой из моей семьи приехала в Лос-Анджелес, когда со мной произошел несчастный случай. Она оставалась у моей постели все время, пока я находился в больнице, а потом несколько недель сидела со мной в моей квартире. И она всегда меня обнадеживала. Всегда была в хорошем настроении. А оказывается, ее уже пожирала эта чертова болезнь…

– Ты сказал, что точный диагноз неизвестен, – тихо напомнила ему Стефани, наблюдая за тем, как он ходит.

– Достаточно того, что существует подозрение на онкологию. – Выражение лица Джордана стало еще мрачнее. – Мы возвращаемся в Лондон завтра, Стефани! И как только мы точно узнаем, что происходит с моей матерью, ты поможешь мне восстановить ногу.

Стефани ужасно обрадовалась тому, что Джордан наконец согласился на физиотерапию, хотя она предпочла бы, чтобы на его решение повлияли иные обстоятельства.

– Это замечательно, Джордан, – сказала она с одобрением. – Я с большим удовольствием порекомендую тебе другого физиотерапевта.

– Не хочу я другого физиотерапевта, черт побери! – зарычал Джордан, подойдя к ней и встав рядом. – Стефани? – Он немного наклонился, чтобы поддеть пальцами ее подбородок и заставить поднять голову. – Посмотри на меня! – рявкнул он, когда она продолжала избегать его взгляда.

Стефани подняла глаза, а затем быстро отвела их, оказавшись не в состоянии выдержать пристальный взгляд янтарно-карих глаз Джордана. Она покачала головой:

– Ты должен понять, что теперь я не могу работать с тобой, Джордан.

Простого прикосновения его пальцев к ее подбородку было достаточно, чтобы снова пробудить в теле Стефани чувственный трепет.

– Ты просишь от меня обещания больше не повторять того, что произошло между нами? – прохрипел он и покачал головой: – Так вот… Я не могу тебе этого обещать. А ты можешь?

Она облизнула пересохшие губы, прежде чем ответить ему хриплым голосом:

– Нет. В том-то все и дело, – быстро сказала она, прежде чем Джордан смог ей что-то ответить. – Я не могу работать с человеком, с которым… С мужчиной, который… – Стефани простонала. Она даже словами не могла описать ситуацию. – Я не вступаю в интимные отношения со своими пациентами, Джордан!

Он нахмурился, глядя на нее сверху вниз и не делая никаких усилий, чтобы скрыть свое разочарование от ее упрямства.

Приняв решение начать лечение, Джордан вовсе не желал менять Стефани на другого физиотерапевта. Лукан мог нанять для него только лучшего специалиста, а это означало, что Стефани Маккинли – лучший физиотерапевт, которого могли нанять богачи Сент-Клеры. Если Джордан собирается встать на обе ноги, то лучше всего довериться в этом вопросе именно Стефани.

Он резко отпустил ее подбородок и сделал шаг назад:

– Я не считаю, что мы вступали в интимные отношения.

Она моргнула:

– Но недавно…

– Забудь о том, что было недавно, – посоветовал он ледяным тоном. – Ничего не произошло. Я лишь играл с тобой, – прибавил он. – Отныне мы сосредоточимся на том, для чего ты сюда приехала.

Забудь о том, что было недавно. Ничего не произошло. Я лишь играл с тобой.

Последнее его утверждение ранило Стефани сильнее всего. Но почему? Потому что она знала, что он говорит правду? Или потому, что любые его слова окажутся бесполезными, так как она уже им увлеклась?

В настоящее время перед ней был Джордан Сент-Клер – человек, который до несчастного случая вел совсем иную жизнь. Успешный актер Джордан Симпсон даже не посмотрел бы на Стефани Маккинли во второй раз. На самом деле он, вероятно, не стал бы вообще обращать на нее внимания! И когда Джордан снова станет здоровым, он…

– Ты будешь мне помогать или нет, Стефани?

«Он не захочет меня знать, когда выздоровеет», – с грустью подытожила Стефани.

Когда она соглашалась работать с братом Лукана Сент-Клера, у нее не было каких-либо сомнений в своих профессиональных способностях. Но тот факт, что брат Лукана оказался Джорданом Симпсоном, с самого начала все усложнил. Влечение, которое испытывала к нему Стефани, привело к тому, что все в их отношениях пошло наперекосяк.

Итак, теперь предстоит решить, позволит ли она своим эмоциям помешать ей оказать Джордану квалифицированную медицинскую помощь.

Стефани знала, что не может ему отказать.

– Да, Джордан, я уверена, что смогу тебе помочь. – Она кивнула и поднялась на ноги. Ей оставалось только надеяться на то, что она справится со своими обязанностями, как положено профессиональному физиотерапевту. – Хотя я не слишком уверена, что следует лететь в Лондон на вертолете, – прибавила она.

Джордан тихо рассмеялся:

– Мы будем в полной безопасности, пока вертолетом управляет Гидеон. Каждое его действие хладнокровно и тщательно выверено, – прибавил он.

Стефани печально посмотрела на него:

– Мне показалось, что его недавнее хладнокровие – не что иное, как явное неодобрение моего поведения. – В конце концов, Гидеон имел право выражать свое недовольство, особенно после того, как увидел ту сцену…

– Нет. – Джордан покачал головой. – Ты не исключение из правил, Стефани. Просто Гидеон никого не одобряет.

«Мужчины семейства Сент-Клер совершенно не похожи на других мужчин, которых я когда-либо встречала, – размышляла Стефани несколько минут спустя, когда поднималась по лестнице, чтобы лечь спать. – Лукан холодный и высокомерный. Гидеон хладнокровный и отстраненный. Джордан…»

Может быть, ей лучше больше не думать о том, что за человек этот Джордан?

И уж особенно ей не следует думать о нем после его недавнего заявления о том, что он лишь играл с ней.

Когда вертолет взлетел, Джордан, который сидел впереди рядом с Гидеоном, инстинктивно оглянулся на Стефани. Молодая женщина мертвой хваткой вцепилась в кожаные подлокотники своего кресла.

– Ты в порядке? – с беспокойством спросил Джордан.

Она даже не взглянула на него, а продолжала смотреть прямо перед собой. Ее глаза были широко раскрыты, лицо побледнело.

– В порядке, – процедила она сквозь стиснутые зубы.

– Не похоже, – решительно заявил Джордан и отстегнул свой ремень безопасности. – Аккуратнее, Гидеон, – предупредил он, начав подниматься на ноги.

– Что ты делаешь? – На лице Стефани был явный испуг, когда Джордан пошел в ее сторону и вертолет слегка покачнулся.

– Хочу сесть рядом с тобой, – терпеливо объяснил Джордан, когда уселся в кресло и пристегнул ремень безопасности. Затем он решительно взял Стефани за руку. – Ты не любишь летать, – понимающе произнес он.

– Ненавижу, – пробормотала она, изо всех сил обхватив его руку пальцами. – Я нисколько не критикую ваше умение управлять вертолетом, Гидеон, – прибавила она дрожащим голосом.

– Я не обиделся, уверяю вас, – уверенно протянул сидящий на месте пилота Гидеон.

Джордан проигнорировал беззаботность своего брата и сосредоточился на Стефани:

– Какого черта ты не сказала мне, что не любишь летать?

Она удостоила его негодующего взгляда зеленых глаз, потом поспешно уставилась перед собой:

– Вчера вечером я намекала тебе, что не уверена в своем желании лететь на вертолете.

– «Не уверена в своем желании» и «до смерти боюсь» – две совершенно разные вещи!

– Что изменилось бы, если бы я внесла уточнения по этому поводу? – отрезала она.

– Гидеон полетел бы один, а мы поехали бы на автомобиле.

Стефани покачала головой и так сильно сжала губы, что они побелели:

– Ты должен быть в Лондоне как можно быстрее.

Джордан нахмурился:

– Если бы дело было настолько срочное, то мы улетели бы вчера вечером. Ты…

– Оставь девушку в покое, Джордан! – отчеканил Гидеон. – Разве ты не видишь, что она плохо себя чувствует?

Джордан отлично это видел и был в ярости на самого себя за то, что не понял слов Стефани и заставил ее лететь на вертолете.

Он крепче сжал ее пальцы:

– Ты повела себя как идиотка, ни о чем мне не сказав!

– Большое тебе спасибо за это, Джордан, – огрызнулась Стефани. – Комментарии о моем психическом состоянии – именно то, что я хочу услышать, сидя в вертолете на высоте нескольких сотен футов над землей. Особенно в этот момент, когда у меня такое ощущение, будто вертолет может унести в сторону дуновением ветра!

Гидеон усмехнулся:

– Не надо беспокоиться, Стефани. Транспортные происшествия с этим типом вертолетов случаются реже всего, уверяю вас.

– Реже всего? – процедила она сквозь стиснутые зубы. – Но они все-таки случаются.

– Я предлагаю тебе держать подобную полезную информацию при себе, Гид, – проворчал Джордан.

– Я в любой момент могу повернуть назад…

– Нет! – Стефани содрогнулась при одной мысли о том, что Гидеон будет разворачивать вертолет, не говоря уже о его посадке на вертолетной площадке за особняком Малберри-Холл.

– Но если тебе действительно очень плохо, Стефани? – Джордан нахмурился, явно растроенный.

– Мы уже в воздухе, – натянуто сказала девушка и крепко сжала руку Джордана. – Я просто навсегда запомню, что мне никогда-никогда не следует летать на вертолете!

Джордан успокаивал Стефани все оставшееся время полета, и она была ему благодарна. К тому времени, когда они приземлились на частном аэродроме в нескольких милях от Лондона, где вертолет семьи Сент-Клер, очевидно, и стоял все время, пока не использовался, у Стефани от напряжения болела голова и все тело. У нее болели даже зубы. Выйдя на гудронированное покрытие аэродрома, она прошла к ожидавшему их автомобилю, залезла внутрь и почти рухнула на сиденье.

– Теперь все в порядке? – мягко спросил Джордан, когда уселся рядом с ней, в то время как Гидеон расположился на переднем сиденье рядом с шофером и поднял разделительную стеклянную перегородку, чтобы не мешать их разговору.

Стефани откинула голову назад, на спинку кожаного сиденья, ее щеки немного порозовели. Она сглотнула, прежде чем ответить:

– Это было самое страшное испытание в моей жизни.

Джордан усмехнулся:

– Тебе еще предстоит жить в доме со всем семейством Сент-Клер.

Последние несколько дней Стефани жила в одном доме с Джорданом Сент-Клером, и это было нелегким испытанием.

Хотя сегодня он снова превратился в харизматичного актера Джордана Симпсона. Ради встречи с матерью Джордан привел себя в порядок: вымыл волосы, тщательно побрился и надел светло-коричневый кашемировый свитер поверх кремовой рубашки, коричневые брюки и такого же цвета ботинки.

Стефани чувствовала себя дурнушкой рядом с хорошо одетыми близнецами. На ней были обычные джинсы, белая футболка и короткий черный жакет. Ее неуверенность в себе только усилилась, когда они подъехали к фамильному особняку в Мейфэре – фешенебельном районе Лондона. Огромный четырехэтажный дом был окрашен в кремовый цвет.

Чопорный седовласый дворецкий в униформе открыл дверь и вежливо ответил на вопрос Джордана:

– Мистер Сент-Клер в своем кабинете, а ее… миссис Сент-Клер наверху, отдыхает в своих апартаментах.

– Ты иди к Лукану, а я поднимусь к матери, – велел Джордан Гидеону и решительно взял Стефани за локоть.

– Спасибо, – сухо ответил его брат-близнец. – Без сомнения, я увижу вас позже, Стефани. – Он насмешливо выгнул светлые брови, глядя на нее.

– Не сомневаюсь, – рассеянно ответила она.

– Паркер, принесите чай для мисс Маккинли наверх, пожалуйста. – Джордан отдал приказание дворецкому, прежде чем взять Стефани под локоть и повести в дальний угол холла, где за двумя резными дубовыми дверями находился лифт. – У моей бабушки был артрит, поэтому лифт установили в доме еще пятьдесят лет назад, чтобы она могла подниматься на верхние этажи, – объяснил он, когда они вошли в просторную кабину с зеркальными стенками.

«Нечего и сомневаться, – грустно подумала Стефани. – Семья Сент-Клер так богата, что может позволить себе даже лифт в доме».

Очевидно, все ее размышления отразились на лице, потому что Джордан, внимательно взглянув на Стефани, заметил:

– Не поддавайся панике от величия этого особняка. Обычно ни один из нас не живет в подобных домах.

– Почему? – с любопытством спросила она и нахмурилась.

Джордан не собирался отвечать на ее вопрос. Фамильный особняк Сент-Клер, так же как и поместье Малберри-Холл, был частью недвижимого наследства герцогов Стаурбридж. Все это наследство сохранялось в семье из-за их матери – герцогини Стаурбридж, которая, несмотря на развод, всегда останавливалась в особняке Сент-Клер в тех редких случаях, когда приезжала в Лондон.

– Мы все слишком заняты другими делами, – уклончиво ответил Джордан. Они вышли на третьем этаже и пошли по коридору, пол которого был застелен толстым ковром. – Я отведу тебя в мои апартаменты, чтобы ты отдохнула, а потом пойду к матери.

– Твои апартаменты? – нерешительно повторила Стефани.

– У каждого члена нашей семьи в этом особняке имеются собственные апартаменты. – Джордан одарил ее мимолетной улыбкой, пока она продолжала неуверенно переминаться с ноги на ногу на одном месте. – Паркер принесет тебе чай в мою гостиную. Я надеюсь, что примыкающая к гостиной спальня уже подготовлена для тебя. Возникла какая-то проблема?

Стефани понятия не имела, что сказать. Ей придется ночевать рядом с Джорданом? Обстановка казалась ей слишком интимной…

– Я предпочла бы остановиться в чем-то… менее величественном. – Она нахмурилась, чувствуя себя неуверенной.

– Здесь все величественное, – сухо прокомментировал Джордан, когда открыл дверь по левой стороне коридора. – Давай же, Стефани! – нетерпеливо произнес он. – Я бы хотел, чтобы ты устроилась, прежде чем я пойду навестить свою мать.

Стефани знала, что выглядит смешно, когда неохотно последовала за Джорданом. Она испытывала какие-то странные ощущения оттого, что придется находиться в одном доме с ним и его семьей. В огромном доме, который братья редко посещали, но в котором по-прежнему имелась целая армия прислуги.

А ведь в настоящее время такую роскошь могли позволить себе только настоящие богачи. Хотя даже очень богатые семьи предпочитали менее шикарное жилье, ведь за роскошь приходилось платить огромные налоги, а на содержание подобных домов уходили огромные деньги.

Гостиная, оформленная в светло-коричневых и кремовых тонах, была обставлена массивной мебелью из темного дерева.

– Здесь есть кое-какие книги, если захочешь почитать. – Джордан указал на полки в дальней части комнаты. – Моя спальня и ванная комната там. – Он указал на дверь справа. – А твоя спальня вот тут. – Он махнул рукой в сторону двери слева.

Стефани непроизвольно вздрогнула.

– Не унывай, Стефани, – протянул Джордан, увидев выражение ее лица. – Если повезет, мы сможем уехать отсюда в считаные дни.

Дни? Больше всего ее беспокоила предстоящая ночь!

– Перестань так волноваться.

Джордан прислонил трость к плюшевому коричневому дивану, потом медленно пересек комнату и встал в нескольких дюймах от Стефани. Он нежно поддел пальцами ее подбородок, заставляя поднять голову.

– Я постараюсь сделать так, чтобы мы поскорее отсюда уехали.

Стефани была готова уехать из особняка прямо сейчас!

Джордан скривился:

– Пожелай мне удачи, а? Сейчас я собираюсь сыграть лучшую роль в моей актерской карьере, – прибавил он с сожалением.

Стефани испытующе посмотрела в его умопомрачительно красивое лицо и почувствовала, как у нее перехватило дыхание.

– Ты хочешь, чтобы твоя мать поверила в то, что ты уже полностью выздоровел? – медленно произнесла она.

– Я постараюсь убедить ее в этом. – Он пожал плечами. – Ей незачем волноваться из-за меня.

– И ты не собираешься делать ничего из того, что может помешать твоему выздоровлению?

Джордан вздохнул:

– Ты когда-нибудь забываешь о том, что ты физиотерапевт, Стефани?

– Я веду себя так потому, что прежде всего являюсь очень хорошим физиотерапевтом! – страстно произнесла она.

Хотя предательская реакция ее тела наверняка говорила об обратном. Каждая клеточка ее тела воспринимала Джордана как желанного мужчину, а не как пациента. Его рука по-прежнему касалась ее подбородка. Она ощущала тепло тела Джордана, стоящего почти вплотную к ней. Он довольно страстно смотрел на нее, пока гладил по щеке, а она разомкнула губы, приготовившись встретить его поцелуй…

Но в последний момент Стефани резко шагнула назад.

– Безусловно это не очень хорошая идея, – твердо заявила она.

И в этот самый момент раздался тихий стук в дверь, объявляя о прибытии дворецкого с подносом.

– Я, наверное, пообедаю вместе с мамой, но уверен, что Паркер принесет тебе что-нибудь поесть… – Джордан выжидающе посмотрел на дворецкого, который с готовностью выпрямился после того, как поставил серебряной поднос на низкий столик перед диваном.

– Я буду рад служить вам, мисс Маккинли, – важно ответил дворецкий, прежде чем Стефани сумела возразить.

Она посмотрела на Джордана:

– Это совсем не нужно…

– Просто сделай это, Стефани, – рассеянно сказал Джордан, в мыслях уже пребывая со своей матерью, и вышел из апартаментов.

Мысли Стефани были в полном беспорядке, пока Паркер продолжал относиться к ней как к гостье, а не к очередному служащему, нанятому семьей Сент-Клер. Он сообщил ей, что ее сумка благополучно доставлена в соседнюю спальню.

Стефани почувствовала себя совершенно неуютно – она была не на своем месте в этом мире богатства и привилегий, к которому Джордан и его братья относились как к чему-то само собой разумеющемуся.

И еще сильнее она загрустила, когда вспомнила, что должна позвонить Джой и сообщить о своем возвращении в Лондон. Вдруг ее сестре есть что сказать Стефани о бракоразводном процессе?

Глава 9

Стефани почувствовала себя немного лучше только тогда, когда выпила чашку крепкого черного чая и съела печенье. Ей настолько полегчало, что она даже немного вздремнула. Ото сна ее пробудил Паркер, который принес обед.

Она с удовольствием съела спагетти, угостилась свежими фруктами и лишь затем осмелилась заглянуть в спальню, где ей придется ночевать. В комнате стояла огромная кровать с балдахином из золотой парчи. Из парчи были и чехлы на креслах, и шторы на высоких окнах в венецианском стиле, из которых открывался вид на тщательно ухоженный сад на задворках дома.

Все вокруг было очень красивым и, с точки зрения Стефани, совершенно неподходящим к ее статусу наемного служащего.

Стефани оставила нераспакованную сумку на одном из парчовых стульев и поспешно вышла из роскошной спальни в гостиную. Как только вернется Джордан, она скажет ему, что не может здесь оставаться. Если он действительно серьезно настроен получить ее профессиональную помощь, то она предпочла бы вернуться в свою квартиру и приезжать к нему сюда каждый день.

А пока, чтобы вернуться в реальность, Стефани решила поболтать с Джой.

– Джордан Симпсон пытался тебя соблазнить и затащить в постель? – бойко спросила Джой, как только ответила на звонок Стефани.

– Не смешно, Джой, – ответила Стефани.

– А я-то лелеяла такие большие надежды!

– Большие надежды на что?

– На то, что ты перестанешь вести жизнь монашки!

– По словам Розалинды Ньюман, я отнюдь не монашка.

– Она просто мстительная женщина! – угрюмо ответила Джой.

Стефани вздохнула:

– Как обстоят дела с бракоразводным процессом?

– Боюсь, ничего нового. – Ее сестра снова заговорила по-деловому. – Розалинда Ньюман по-прежнему настаивает на том, что у тебя и ее мужа, Ричарда Ньюмана, был роман. Тут ничего нельзя сделать. Боюсь, дело затянется, Стеф, пойдут грязные сплетни, – прибавила она с сожалением.

Именно сплетен Стефани и пыталась избежать.

– Может быть, нам с ними встретиться и обо всем договориться?

– Не очень хорошая идея, – посетовала Джой. – Даже если на суд явятся все три адвоката, представляющие своих клиентов, все равно дело затянется.

С практической точки зрения Стефани уже знала об этом. Она просто не понимала, что еще можно сделать, чтобы убедить Розалинду Ньюман в иллюзорности ее обвинений в том, будто у Стефани был роман с ее мужем. Ситуация осложнялась тем, что Ричард Ньюман действительно изменял своей жене. Но в ходе бракоразводного процесса он предпочел очернить Стефани, а не называть имя своей настоящей любовницы.

– Просто сделай все возможное, чтобы не трепали мое имя, Джой, – с тяжелым сердцем сказала Стефани.

– А ты попробуй и придумай что-то более интересное для меня, когда позвонишь в следующий раз, – поддразнила ее сестра.

– Под более интересным ты понимаешь сексуальное приключение? – сухо парировала Стефани.

– Ты с Джорданом Симпсоном, сестренка! – нетерпеливо произнесла Джой. – Ты так давно страстно хочешь этого мужчину!

– В жизни он совсем не такой, каким я его себе представляла.

– В каком смысле? – полюбопытствовала Джой. – Ты же определенно не упрекаешь его за то, что он ведет себя не как кинозвезда, а как несчастный, полгода назад свалившийся с крыши здания? Потому что если ты его в этом упрекаешь, то мне придется напомнить тебе, хотя я очень не хочу этого делать, что этот человек полгода назад упал с крыши здания!

– Нет, я его не упрекаю. – Стефани криво усмехнулась – Джой всегда удавалось ее рассмешить. – Джой… – Она намеренно понизила голос. – Ты помнишь те интервью, в которых он говорил о разводе своих родителей? Ну, якобы этот развод и стал причиной его отказа от самой идеи женитьбы?

– Да…

– Ну, он действительно серьезно настроен против брака. – Она прерывисто вздохнула. – Это означает…

– Что он не будет в восторге, когда узнает, что его брат нанял физиотерапевта, который стал причиной развода семейной пары, – закончила Джой с присущей ей прямотой.

«Особенно если учитывать то, чем мы с ним занимались вчера вечером в гостиной охотничьего домика», – уныло подумала Стефани.

– Может быть, мне снова попытаться поговорить с Ричардом? – спросила она.

– Нет, я сама попробую с ним поговорить, – настаивала ее сестра. – Этот человек, безусловно, что-то скрывает или кого-то. Но он, кажется, более чем просто рад подставить тебя под удар.

– И все-таки позвони Ричарду и попроси его связаться со мной, – настаивала Стефани.

– Позвоню. – Ее сестра, как обычно, на полуслове закончила телефонный разговор.

– Не потрудишься объяснить, кто такой Ричард?

Стефани резко вздохнула, когда обернулась и увидела, что Джордан тихо вошел в гостиную и теперь стоит у двери, холодно глядя на нее. Она медленно поднялась на ноги и провела вспотевшими ладонями по бедрам.

– Разве ты не знаешь, что невежливо подслушивать чужие телефонные разговоры?

– Если я и знал об этом, то, очевидно, забыл, – резко ответил Джордан, шагнув в комнату.

Он так долго убеждал свою мать, что быстро идет на поправку и хорошо себя чувствует. В конце концов он вымотался. И ему явно не понравилось, что по возвращении в собственные апартаменты он услышал телефонный разговор Стефани, в котором она упоминает какого-то Ричарда.

Он холодно посмотрел на Стефани:

– Ну?..

– Я не думаю, что это имеет к тебе какое-то отношение.

– Ты сказала, что у тебя нет парня, – строго напомнил он ей.

– Я сказала тебе, что не замужем и ни с кем не помолвлена, – поправила она его.

– Но ты, очевидно, с кем-то встречаешься. Или, по крайней мере, встречалась!

– Я… Ты в порядке, Джордан? – воскликнула Стефани, увидев, как он побледнел.

– Я что, так хорошо выгляжу? – язвительно рявкнул он, едва держась на ногах.

– Нет. – Она отчетливо видела, каким серым стало его лицо, и темные круги под глазами, и глубокие морщинки в уголках его рта. – Ты должен принять какое-нибудь обезболивающее, а затем полежать, пока лекарство не начнет действовать. Я помогу тебе дойти до твоей спальни.

– Мне не нужна ничья помощь! – Он свирепо уставился на нее.

Она вздрогнула от его разъяренного тона:

– Тебе, очевидно, нужно прилечь…

– Это приглашение, Стефани? – перебил он ее. – Если ты предлагаешь мне то, о чем я подумал, то должен предупредить тебя, что сейчас мне действительно не до занятий любовью. Я теперь точно не в настроении. – Его глаза сверкнули холодным удовлетворением, когда Стефани страдальчески ахнула.

– Хватит, Джордан!

Стефани резко повернулась и увидела в дверях Лукана Сент-Клера. Выражение его сурового, красивого лица было неодобрительным, когда он холодно посмотрел на своего младшего брата.

Тот факт, что критический взгляд был обращен не к ней, ничуть не успокоил Стефани. В совершенно неподобающей манере Джордан напомнил ей о том, что вчера они занимались любовью…

От стыда на ее глаза навернулись слезы.

– Извините. – Она эмоционально всхлипнула и поспешила в свою спальню.

– Ну, такое поведение было довольно неуместно даже для тебя, – неодобрительно сказал Лукан, закрывая за собой дверь и проходя в гостиную.

– Я не помню, чтобы спрашивал твое мнение о моем поведении, Лукан, – устало пробормотал Джордан.

Его брат нахмурился:

– Твой разговор на повышенных тонах был слышен в коридоре.

Джордан насмешливо скривил губы:

– Тебе это показалось шокирующим?

Лукан поднял темные брови:

– Какие именно отношения сложились у тебя со Стефани Маккинли?

– Ее нанял ты! – Джордан резко отвернулся и, хромая, направился к своей спальне.

– Я не об этом тебя спрашивал!

– Иного ответа ты не получишь! – отрезал Джордан, ибо каждый шаг приносил ему мучительную боль.

– Ты с ней спал?

Джордан резко остановился и медленно повернулся лицом к брату.

– Не суй нос не в свои дела, – медленно и едко произнес он.

– Итак, я получил утвердительный ответ, – пробормотал Лукан.

Джордан свирепо уставился на него:

– Ты можешь думать все, что захочешь.

– О, поверь мне, я так и сделаю, – усмехнулся Лукан.

– Не сомневаюсь, – с отвращением пробормотал Джордан.

Его брат оглядел его высокомерным взглядом:

– Несмотря ни на что, ты должен извиниться перед мисс Маккинли.

– Черта с два!

– Ты преднамеренно ее оскорбил. – Лукан покровительственно смотрел на младшего брата.

Джордан прищурился:

– Скажи мне, Лукан, когда ты решил нанять мисс Маккинли, ты проверял ее прошлое?

Его брат никак не отреагировал на обвиняющий тон Джордана:

– Стефани Маккинли лучший физиотерапевт…

– Я имел в виду ее биографию, – нетерпеливо прервал его Джордан.

– Ее личная жизнь меня не интересует. Если ты, – мягко прибавил Лукан, – равнодушен к этой женщине, то и тебя не должна волновать ее личная жизнь.

«Да, не должна, – неохотно признался сам себе Джордан. – Но вчера вечером мы…»

Черт побери, Стефани оказалась необычной женщиной… И вот теперь она, находясь в его объятиях, тосковала по какому-то парню по имени Ричард.

– Если ты не заметил, Стефани Маккинли расплакалась, когда выбежала отсюда. – Лукан неодобрительно поджал губы.

– Я заметил, – признался Джордан. – Но у нас есть гораздо более важные дела, чем волнения по поводу обид Стефани, разве не так?

– Давай решать проблемы постепенно, а? – настоятельно порекомендовал Лукан. – Сейчас ты, прежде всего, должен извиниться перед мисс Маккинли…

– За то, что сказал правду?

Его брат был неумолим:

– Я не слышал, чтобы она называла тебя жестоким и бессердечным ничтожеством, но в тот момент ты вел себя именно так.

Джордан поджал губы:

– Очевидно, сейчас Стефани гораздо сдержаннее меня. Теперь, если ты не против, Лукан, я хотел бы прилечь.

Он не стал ждать ответа своего брата, а проковылял остаток пути до своей спальни и едва успел захлопнуть за собой дверь, как рухнул на кровать и громко вздохнул от облегчения.

Должен ли он извиниться перед Стефани? В конце концов, ее личная жизнь его не касается. Пусть они несколько раз поцеловались, но у Джордана нет права знать о каждом мужчине, с которым она спала.

Черт побери, Лукан прав! Следует извиниться перед Стефани.

– Извини.

Стефани резко повернула голову на подушке и посмотрела на Джордана, который стоял в дверях. Он с трудом держался на ногах, одной рукой опираясь о трость, а другой о дверной косяк.

Она села и нахмурилась:

– Ты должен лежать.

– Честно говоря, я не думаю, что смогу вернуться в свою спальню, – с сожалением признался Джордан, с трудом проковыляв через комнату и опустившись на край ее кровати. – Я не уверен, что у меня хватит сил, чтобы лежать, не говоря уже о том, чтобы ходить.

Стефани не сомневалась, что ходить он не в состоянии. Щеки Джордана ввалились, под глазами от боли были темные круги. Видно было, что он изо всех сил сжимает зубы при очередном приступе боли.

Она встала и поспешно подошла к Джордану:

– На этот раз ты позволишь мне помочь тебе?

Он болезненно поморщился:

– Если ты мне не поможешь, мне останется лишь сползти на пол и сдохнуть.

Стефани покачала головой, когда взяла у него трость и сняла с него ботинки, потом помогла ему лечь на спину и аккуратно опустила его ноги на парчовое одеяло.

– Ты не должен был так напрягаться и приходить сюда.

Он взглянул на нее:

– Лукан, кажется, убежден, что я должен перед тобой извиниться.

Стефани замерла:

– А по-твоему, ты должен передо мной извиниться?

– Я был вне себя, – честно признался Джордан, заметив, что Стефани избегает его взгляда.

– Да, – резко ответила она. – И так как я не собираюсь объяснять тебе, кто такой Ричард, думаю, будет лучше для всех, если я вернусь в свою квартиру и порекомендую тебе другого физиотерапевта.

– Лукан уверяет меня, что ты лучший физиотерапевт, – сказал он.

– Даже в этом случае…

– Он также сказал мне, что твоя личная жизнь не наше дело. – Он прищурился.

– Твой брат очень… самоуверенный, – сухо сказала Стефани.

– Но он, как правило, оказывается прав, – заметил Джордан.

– Может быть. – Стефани кивнула, не зная, что ей чувствовать – то ли облегчение, то ли разочарование оттого, что Джордан согласен с Луканом. Если бы он продолжал требовать рассказать ему, кто такой Ричард, то это означало бы, что он искренне в ней заинтересован. Как бы то ни было, внимая совету сво его брата, Джордан решил, что ее личная жизнь его не касается.

Следовало кардинально сменить тему разговора!

– Как поживает твоя мать?

– Внешне весела и позитивна, как обычно. – Джордан тяжело вздохнул. – Мы оба разыгрывали друг перед другом представление. Мама притворялась, что приехала в Лондон за покупками, а я делал вид, будто быстро иду на поправку.

Стефани еще не встречалась с Молли Сент-Клер, но не сомневалась в том, что она ей понравится. Эта женщина должна быть незаурядной личностью, если заслужила любовь трех невыносимых и грозных мужчин семейства Сент-Клер.

– Ты не должен был ходить без трости, – упрекнула Стефани Джордана, когда тот простонал, попытавшись пошевелить ногой, чтобы принять более удобное положение.

– Никогда еще не было так больно. – Джордан заскрежетал зубами. – Мышцы в ноге, похоже, окончательно ссохлись.

Нерешительность Стефани словно испарилась. Она села поудобнее на край кровати и нежно провела руками по его правой ноге, сразу почувствовав напряжение в мышцах. Она мельком взглянула в его измученное лицо:

– Возможно, тебе следует принять обезболивающее лекарство, чтобы расслабить мышцы…

– Нет, – мрачно сказал он.

Стефани подумала немного.

– Я могу снять напряжение в мышцах при помощи массажа, но это болезненно, – предупредила она с сожалением.

– Хуже уже быть не может, – произнес Джордан сквозь стиснутые зубы, вцепившись пальцами в парчовое одеяло.

– Будет лучше, если ты снимешь брюки…

– Ты хочешь меня раздеть, Стефани? – поддразнил он ее, превозмогая сильную боль в ноге.

– Я полагаю, что упомянула только брюки, а не всю одежду! – Ее щеки стали пунцовыми.

– Снимай сама, – предложил Джордан. – Сейчас я определенно не смогу тебе помешать.

Стефани старалась отключить эмоции и вести себя как врач, когда стала раздевать Джордана и увидела его черные плавки, плоский живот и длинные ноги.

Его левая нога была худой и мускулистой, покрытой темными волосками и слегка загорелой. На его правой ноге виднелись белые шрамы после многих операций, которые он перенес за прошедшие шесть месяцев.

Стефани в душе вздрогнула при мысли о том, какую боль будет испытывать Джордан, когда она начнет делать ему массаж без применения обезболивающих средств.

– Может быть, тебе выпить пару бокалов вина перед тем, как мы начнем?

– Приступай, Стефани! – грубо произнес Джордан, очевидно, догадавшись, почему она медлит.

Она вздохнула, чтобы собраться с силами и успокоиться, и решительно приказала себе настроиться на профессиональный лад. Следует забыть о том, что она была близка с этим человеком, и просто сделать свою работу, ради которой ее нанял Лукан Сент-Клер.

Джордан закрыл глаза и крепко стиснул зубы, когда почувствовал первое прикосновение пальцев Стефани к напряженным мышцам ноги и бедра. Лежа с закрытыми глазами и плотно сжатыми зубами, он сосредоточился на том, чтобы не закричать, когда она принялась массировать его ногу. Но вот Джордан наконец почувствовал, как боль потихоньку ослабевает, а напряжение уходит.

– Волшебница, – хрипло прошептал он несколько минут спустя, когда наконец расслабился.

– У меня богатая практика, – живо ответила Стефани.

Теперь, когда боль немного ослабла, Джордан получил возможность посмотреть на Стефани, которая продолжала массировать его ногу и бедро. От работы ее щеки покраснели. Она даже прикусила кончик языка, целиком сосредоточившись на массаже.

– Я думаю, хватит, – сказал он.

Стефани изумленно посмотрела на Джордана. Она так погрузилась в процесс, так старалась, чтобы ослабить боль в его ноге, что не заметила, как внимание пациента переключилось с ноги на физиотерапевта…

Она резко прекратила массировать его ногу:

– Теперь ты сможешь заснуть.

– Я посплю, – сказал Джордан. – Присоединяйся ко мне. – Он протянул ей руку.

Стефани посмотрела на него с опаской.

– Пожалуйста, – хрипло попросил он. – Я буду вести себя прилично.

Стефани усмехнулась:

– По-твоему, твой образ маленького мальчика может на кого-то повлиять?

– На любящих матерей и преданных своему делу физиотерапевтов.

Она с досадой покачала головой:

– Ты просто невыносим.

– Но я милый? – Он еще раз протянул ей руку.

После короткой заминки Стефани положила руку на его ладонь и позволила ему уложить себя рядом с ним на кровать.

Джордан обнял Стефани, и она мысленно разрешила себе полежать с ним несколько минут.

Глава 10

Начинало темнеть, когда Джордан очнулся от самого крепкого и освежающего сна, в который он погружался за прошедшие несколько месяцев. Стефани по-прежнему спала в его крепких объятиях.

Ее волосы выбились из косы, и теперь шелковистая рыже-огненная грива ниспадала на ее грудь и плечи. Длинные и темные ресницы касались ее бледных щек, на носу виднелось несколько соблазнительных веснушек. Она слегка разомкнула губы, тихо дыша во сне.

Джордан почувствовал тепло ее руки, лежащей на его груди, и жар ее ноги, легко касающейся его бедра. Он осторожно повернулся на бок, стараясь не разбудить Стефани, зная, что если она проснется, то сразу воспротивится их близости, и медленно провел рукой по ее спине…

Стефани была уверена, что по-прежнему видит сон, когда очнулась в полумраке и оказалась крепко прижатой к мужскому телу. Ощутив прикосновения и жаркие поцелуи Джордана, Стефани наконец осознала, что лежит в постели с полуголым Джорданом Сент-Клером…

Прервав поцелуй, она уперлась рукой в его грудь:

– Нет, Джордан!

– О да, Стефани, – прошептал он хрипло, продолжая прижимать ее к себе и целовать в шею.

С самого начала она знала, что не следует вступать в интимные отношения с Джорданом. Но никакие доводы не могли перебороть ее желание…

– Боже, как ты хороша! – простонал Джордан, припадая к ее губам в требовательном поцелуе и запуская пальцы в ее волосы.

Они целовались страстно и жадно, забыв обо всем на свете, их языки переплетались.

– Мне нужно тебя видеть. Я хочу тебя ласкать!

Джордан быстро снял с нее джинсы и трусики, а затем потянул вверх футболку, обнажая ее красивую грудь. Затем он медленно опустил голову и коснулся ее напряженного соска губами и языком, одновременно начав ласкать ее между ног.

Стефани инстинктивно выгнула спину, наслаждаясь нахлынувшими ощущениями. Но потом она отстранилась от Джордана и стащила с него футболку и трусы.

Медленно целуя его обнаженный живот и грудь, она с удовольствием слышала, как постанывает Джордан.

– Стефани… – громко простонал он, чувствуя, что окончательно теряет над собой контроль.

Она выглядела немного ошеломленной, когда Джордан приподнялся, положил руки ей на плечи и слегка оттолкнул ее от себя.

– Не смотри на меня так, – пробормотал он, усаживая Стефани на себя. – Я хочу поскорее оказаться в тебе…

Стефани ахнула, когда почувствовала, как он входит в нее, и наклонилась вперед, упершись руками в его плечи, чтобы сохранить равновесие.

– Как хорошо… – Глаза Джордана сверкнули в темноте, когда он положил ладони на ее бедра. – Но боюсь, что сейчас самую ответственную работу придется выполнять тебе, Стефани.

Ее щеки были пунцовыми, а дыхание прерывистым, когда она начала двигаться, сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее. Джордан обхватил ладонями ее грудь, затем зажал соски между большими и указательными пальцами. Стефани задвигалась резче и быстрее, чувствуя, что Джордан на грани. Они синхронно приближались к развязке, вскрикивая от пульсирующего наслаждения.

Когда вконец обессиленная Стефани упала на грудь Джордана, прерывисто дыша, он обнял ее и прошептал только одно слово:

– Спасибо.

Подняв голову, Стефани посмотрела на него насмешливо:

– Разве не я должна тебя благодарить?

Он улыбнулся:

– Ведь удовольствие было взаимным?

Удовольствие.… О боже, удовольствие! Стефани никогда не испытывала подобного наслаждения. Те случайные сексуальные отношения, которые были у нее во время учебы в университете, нельзя было даже сравнивать с близостью с Джорданом.

Однако она не должна была уступать своим желаниям.

Она всего лишь физиотерапевт, нанятый Луканом Сент-Клером для того, чтобы помочь его брату восстановиться после несчастного случая. Ей не следовало ложиться с ним в постель!

И все же она сейчас лежит с ним в постели. Она только что с ним переспала.

– Перестань! – жестко произнес Джордан, когда увидел страдальческое выражение на лице Стефани.

– Я не могу… – простонала она.

– Стефани!

– Мне нужно в ванную комнату. – Избегая его взгляда, она поднялась с кровати и стала собирать одежду с пола. Держа перед собой одежду, словно защищаясь, она произнесла: – Я думаю, что будет лучше для нас обоих, если ты вернешься в свою спальню к тому моменту, когда я вернусь.

Джордан залюбовался обнаженной Стефани. Сейчас она действительно была чудо как хороша! Однако он понимал, что она сожалеет об их близости. Неужели это из-за ее парня по имени Ричард?

Он присел на краю кровати, почувствовав лишь легкий дискомфорт в больной ноге:

– Мы должны об этом поговорить, Стефани…

– Не существует никакого «об этом»! – Ее зеленые глаза сверкнули. – Этого не должно было случиться, Джордан. – Она крепче прижала к себе одежду.

Он поморщился:

– Я полагаю, сейчас ты скажешь, что мы совершили ошибку?

– Это действительно была ошибка! – Она смотрела на него почти что с ненавистью.

Джордан вздохнул:

– Слушай, я понимаю, что ты расстроена…

– Расстроена? – повторила Стефани. – Я опустошена!

– Мы не можем говорить…

– Нет, мы не можем! – перебила она его. – Я не могу здесь оставаться! Я должна уйти. Я сожалею, что все-таки не смогу тебе помочь, но…

– Ты мне помогла, Стефани, – резко произнес он. – Так мне помогла, что даже представить себе не можешь.

Она замерла на месте:

– Тем, что улеглась с тобой в постель?

Он поморщился:

– Получается, что так…

Она сделала шаг назад, испытующе глядя на него. Судя по внезапному блеску в ее потемневших зеленых глазах, ей в голову пришла безрадостная мысль.

– После несчастного случая ты сомневался в том, что сможешь заниматься любовью с женщиной? В этом все дело? – недоверчиво произнесла она.

Джордан нахмурился:

– Я бы так не сказал…

– А я скажу! – Она помотала головой, а затем выпалила: – Ну до чего же мне повезло! Я понятия не имела, что помогала восстанавливать сексуальную активность и уверенность легендарному актеру и герою-любовнику Джордану Симпсону!

– Черт побери, у меня пропала не сексуальная активность и уверенность, а интерес к жизни!

Джордан подозревал, что не захочет заниматься любовью с женщиной сразу после того, как выйдет из больницы. Но как только он достаточно окреп и его выписали домой, он пригласил друзей в свой дом в Малибу. Джордан тогда думал, что ему удастся возобновить отношения с Кристой. Но спустя всего лишь нескольких минут, проведенных в ее компании, он понял, что не хочет видеть эту женщину рядом с собой.

Проходили недели, и Джордан осознавал, что больше не хочет заводить романов с красавицами моделями и актрисами, которые заявлялись в его дом и откровенно говорили, что готовы занять место Кристы.

Он перестал желать женщин. Так продолжалось до тех пор, пока в его жизни не появилась Стефани Маккинли. Она ворвалась в его жизнь, как освежающий бриз. Она бросала ему вызов. Возбуждала его желания…

Стефани нетерпеливо покачала головой:

– Ну, я уверена, что тебе будет приятно узнать о том, что ты ничуть не растерял свой талант любовника! Теперь прошу меня простить…

– Нет, я тебя не прощу! – Джордан поднялся на ноги, схватил ее за руку и развернул к себе лицом. – Ты намеренно на меня нападаешь, чтобы не рассказывать о своих отношениях с Ричардом…

– У меня нет никаких отношений с Ричардом!

– Уже нет, согласен, – кивнул Джордан. – Я подумал, что в этом-то и состоит проблема, – сказал он. – Но разве ты не понимаешь, что твоя реакция на мои поцелуи – доказательство того, что твои чувства к этому парню не так сильны, как ты думаешь? Ты не могла бы так отзываться на мои ласки, если бы любила другого мужчину!

Она посмотрела на него с вызовом:

– Я отказываюсь обсуждать это, Джордан!

Джордан нахмурился, глядя на нее сверху вниз, он был явно разочарован. Ему хотелось поцеловать Стефани и одновременно врезать этой упрямице по заднице. Но ни то ни другое в данный момент не вернуло бы Стефани в благостное расположение духа.

– Может быть, мы поговорим снова, как только ты успокоишься? – предложил он сквозь стиснутые зубы.

Она предостерегающе сверкнула на него зелеными глазами, прежде чем высвободить руку.

– Я очень сомневаюсь, что успокоюсь в ближайшее время, – язвительно бросила Стефани. – Теперь, пожалуйста, уходи! – Она вошла в прилегающую к спальне ванную комнату и громко захлопнула за собой дверь.

Очень медленно Джордан оделся, затем взял трость и уставился на закрытую дверь ванной комнаты. Стефани не хочет с ним разговаривать? Но он все равно все ей выскажет! Причем в самое ближайшее время.

Джордан вошел в гостиную и внезапно остановился, увидев там Гидеона. Брат сидел на диване и лениво просматривал журнал.

– Как давно ты здесь? – Джордан с подозрением прищурился, глядя на брата.

Гидеон насмешливо посмотрел на него, положил журнал на стол и поднялся на ноги.

– Легендарный герой-любовник? – задумчиво протянул он.

– О, иди к черту, Гид! – Джордан захромал по комнате в сторону спальни и захлопнул за собой дверь так же громко, как Стефани захлопнула за собой дверь ванной комнаты несколько минут назад.

Стефани потребовалось около десяти минут, чтобы принять душ и одеться в ванной комнате. Вернувшись в спальню, она, стараясь не смотреть на смятую постель, взяла пальто и сумку и выскочила из спальни с такой скоростью, будто за ней гнался дьявол.

– Вы так скоро нас оставляете, Стефани?

Она резко повернулась и увидела Гидеона Сент-Клера, который стоял, непринужденно прислонившись к стене у двери спальни Джордана.

Стефани вздернула подбородок, приготовившись защищаться, и тут увидела мрачную задумчивость во взгляде Гидеона.

– Очевидно, вы все трое будете очень заняты в ближайшие несколько дней, пока ваша мать остается здесь, поэтому я решила вернуться в свою собственную квартиру.

Он посмотрел на нее в упор:

– Я полностью согласен. Джордан – законченный кретин.

На щеках Стефани выступил румянец.

– Я не помню, чтобы упоминала Джордана…

– Но вы о нем думали, – понимающе сказал Гидеон и выпрямился. – Моя мать хотела бы с вами познакомиться.

У Стефани от страха сдавило грудь. Она не могла представить, что ее познакомят с матерью Джордана Сент-Клера! С одним из ее сыновей, с которым Стефани совсем недавно занималась любовью…

– Я не думаю, что это хорошая идея.

– Почему?

– Ну… Потому… – Она расправила плечи и посмотрела ему в глаза: – Я скоро отсюда уеду и никогда не вернусь, Гидеон.

Блондин поднял брови:

– И поэтому вы не хотите знакомиться с моей матерью?

– Возникнут… ненужные осложнения. – Стефани бросила на него умоляющий взгляд.

Гидеон одарил ее мрачной улыбкой:

– Ваши отношения с Джорданом уже и так весьма сложны, разве нет?

Стефани почувствовала, как краска отливает от ее лица. Этот человек явно знал о том, что недавно произошло в спальне Стефани.

– Очевидно, вы правы. – Она избегала его взгляда.

– Так вы просто хотите сбежать? – спросил Гидеон.

Стефани поджала губы:

– Ваш брат Лукан нанял меня в качестве физиотерапевта для лечения Джордана. Очевидно, я уже не смогу исполнять свои обязанности. Поэтому мне больше нечего здесь делать! – решительно прибавила она, пока Гидеон продолжал смотреть на нее, прищурившись.

Он сжал губы, которые превратились в тонкую линию:

– Вы уже сделали для Джордана больше, чем кто-либо.

– Ну, я понимаю… – застенчиво сказала она.

Гидеон невесело улыбнулся:

– На самом деле я не имел в виду какие-то личные отношения между вами.

– Несмотря на все ваши предположения по поводу моих отношений с вашим братом, я скажу, что у нас с ним нет романа, – решительно произнесла Стефани. – Я действительно должна идти… – Она умолкла, когда Гидеон взял ее за руку.

– До того как вы приехали в Глостершир, Джордан жил отгородившись ото всего мира. Он превратился в настоящего затворника. Ни с кем не общался. – Он покачал головой и медленно отпустил руку Стефани. Выражение его лица было мрачным. – Он настолько ушел в себя, что мы все начали думать, будто он никогда не станет прежним. Но Джордан словно вернулся к жизни – с тех пор, как вы приехали к нему, Стефани! – Выражение лица Гидеона смягчилось. – Я увидел разницу, когда вчера приехал в Малберри-Холл.

– Я не сделала ничего…

– А вы и не должны были ничего делать. Вы просто вели себя с ним естественно, – заверил ее Гидеон. – Наблюдая за вами обоими, я понял, что вы пробуждаете в нем желание жить. Вы бросаете вызов его состоянию.

– Я не уверена, что сочту лестными ваши слова о том, что мне удается бросать вызов Джордану и провоцировать его на определенные поступки…

– Вы намеренно неправильно истолковываете мои слова, – произнес проницательный Гидеон.

– Нет, Гидеон, я… – Стефани вздохнула, потом протянула руку и слегка сжала его предплечье, словно извиняясь. Она знала, что Гидеон искренне беспокоится о благополучии своего брата-близнеца. – Я рада, что вы думаете, будто я сумела вытащить Джордана из депрессии, но мое решение уехать никак не связано с ним, а только с моими собственными желаниями. Я просто не могу оставаться здесь после.… Ну, я просто не могу, – эмоционально сказала она.

– Вы думаете, что Джордан позволит вам так просто уйти из его жизни?

Она округлила глаза:

– Вы в этом сомневаетесь?

Он одарил ее усмешкой, так похожей на усмешку Джордана:

– Я хорошо знаю своего брата, поэтому сомневаюсь.

У Стефани неожиданно задрожали колени.

– Я уверена, что вы не правы…

По крайней мере, она надеялась на то, что Гидеон не прав.

У нее и Джордана не могло быть никакого совместного будущего! Даже если Стефани удастся убедить его в том, что между ней и Ричардом Ньюманом не было никаких интимных отношений, Джордан по-прежнему будет всемирно известным актером, а она останется обыкновенным физиотерапевтом. Джордан живет и работает в США, а она – в Англии. Фамильный особняк, частный вертолет, роскошное поместье Малберри-Холл – все это лишь подчеркивало пропасть, их разделяющую.

И что хуже всего, Стефани знала: она для Джордана всего лишь очередное развлечение. На краткое время. Как только он восстановится после травм и вернется к работе в Лос-Анджелесе, он забудет о том, что некая Стефани Маккинли вообще существует на свете.

Глава 11

Джордан нахмурился, когда Стефани продолжала держать дверь своей квартиры полуоткрытой, показывая ему тем самым, что не имеет намерения приглашать его внутрь.

– Зачем ты пришел сюда? – задала она вопрос.

– По-моему, всем и так ясно, зачем я сюда пришел, – немного нетерпеливо произнес он, опираясь на трость.

Джордан провел все утро в клинике вместе с матерью, и теперь его бедро и нога ужасно болели. Он с огромными усилиями добрался до дома Стефани, а потом ему пришлось подниматься к ней на второй этаж по лестнице, так как в доме не оказалось лифта.

– А мне не ясно! – Стефани покачала головой.

Сегодня на ней были облегающая синяя футболка и джинсы с заниженной линией талии. На этот раз на лице Стефани было минимум макияжа, поэтому на ее носу виднелись яркие веснушки. Волосы она собрала в хвост.

– Пригласи меня внутрь, Стефани, если ты не хочешь, чтобы на пороге твоей квартиры валялся потерявший сознание человек, – внезапно произнес Джордан.

Но Стефани все еще держала дверь полуоткрытой, пытливо разглядывая Джордана и замечая напряженные морщинки в уголках его глаз и бледность лица.

– Как прошел визит твоей матери к доктору? – Стефани беспокоилась об этой женщине, хотя знала, что вряд ли в дальнейшем ей придется общаться с кем-либо из членов семьи Сент-Клер. – Джорд… – Она умолкла и нервно вздрогнула, когда зазвонил телефон в ее квартире.

Эти тревожащие телефонные звонки стали причиной того, что Стефани решила уехать из Лондона. Сегодня звонки снова возобновились. Ей позвонили уже четыре раза. Стефани ответила на первые два звонка, но звонивший сразу же вешал трубку, как только слышал ее голос. Нетрудно было догадаться, кто ей названивает.

Стефани даже попросила Джой связаться с телефонной компанией, чтобы ей срочно подключили новый телефонный номер.

Слишком поздно Стефани поняла, что, дожидаясь подключения нового номера, нужно снять телефонную трубку с рычага, чтобы до того времени ее не беспокоили.

Джордан выгнул темные брови:

– Ты не собираешься подходить к телефону?

Стефани напряженно пожала плечами:

– Перезвонят, если что-нибудь важное.

– Если ты позволишь мне ответить на звонок, то им не придется тебе перезванивать, – непринужденно произнес он.

Стефани раздраженно нахмурилась:

– Нам нечего сказать друг другу, Джордан…

– Тебе, может быть, нечего, – мрачно признал он. – Но мне нужно кое о чем тебе сообщить.

Он не стал ждать, когда Стефани шире откроет дверь, а толкнул дверь тростью и вошел в квартиру. По крайней мере, телефон перестал звонить, когда Джордан прошел в гостиную.

– Ну? – настороженно спросила Стефани, когда он устало опустился в одно из кресел.

Волосы у него были растрепанными, как и прежде, но, по крайней мере, он был чисто выбрит. Сегодня на Джордане были черная куртка, из-под которой виднелась белая рубашка, и выцветшие джинсы.

Джордан не ответил ей сразу, а вместо этого оглядел гостиную. Ему понравилась простота интерьера, оформленного в кремовых тонах. Все вокруг такое же уютное и располагающее, как и сама Стефани.

Он спокойно ответил на заданный ею вопрос:

– Тесты показали, что опухоль моей матери доброкачественная.

– Какое это должно быть облегчение для всех вас! – Впервые с тех пор, как открыла ему дверь, Стефани заговорила с искренней радостью.

– Да. – Он отрывисто кивнул и прищурился: – Стефани, почему ты ушла, не попрощавшись?

Она крепко сжала руки, чтобы он не увидел, как они дрожат:

– Я сделала то, что сочла лучшим.

– Для кого?

– Для себя, – честно сказала она. – И для тебя тоже, конечно. Все испытывали бы неудобство, если бы я осталась в доме Сент-Клеров после того, что произошло между нами вчера.

Джордан поднял темные брови:

– Меня не так легко смутить.

– Счастливчик! – сказала Стефани. – Когда я спустилась по лестнице, Лукан вышел из своего кабинета и сказал, что мой автомобиль пригнали из Глостершира. Я объяснила ему, что не чувствую себя полезной и способной тебе помочь. Казалось, он был доволен моим решением уехать, – твердо произнесла она.

– Зато я не в восторге от твоего решения! – рявкнул Джордан.

Она вызывающе вздернула подбородок:

– Да? Что ж. Ты, наверное, сейчас чуть-чуть… злишься на меня. Но ты успокоишься.

– Я расстроен, Стефани, но не зол! – поправил ее Джордан. – Нам надо было поговорить, а ты уехала, не предоставив мне такого шанса. – Он напряженно подался вперед.

– Мне нечего тебе сказать… – Стефани умолкла, когда снова зазвонил телефон.

Джордан нетерпеливо посмотрел на нее, когда она проигнорировала звонок.

– Если ты не хочешь отвечать, то отвечу я! – Он потянулся к телефону.

– Нет! – Стефани попыталась помешать Джордану, но он уже прижал телефонную трубку к уху.

– Квартира Стефани Маккинли, – любезно произнес Джордан и насмешливо оглядел Стефани. – Алло?

Он нахмурился.

– Алло? – резко повторил Джордан и сильно нахмурился. – Что, черт побери, происходит? – Он повернулся к Стефани и вопросительно поднял брови.

Она облизнула пересохшие губы, поняв по выражению лица Джордана, что звонивший снова повесил трубку, как и предыдущие четыре раза.

– Мне должны подключить новый номер.

– Почему ты не звонишь в полицию? Как долго продолжаются эти звонки? – медленно спросил Джордан.

– У полиции и так полно дел, чтобы разбираться с каким-то идиотом, звонящим мне по телефону, – поспешно ответила Стефани. – Мне звонят уже пару недель. Но сегодня звонят особенно часто.

– Пару недель? – изумленно повторил Джордан и поднялся на ноги. – Какой-то кретин донимает тебя целых две недели, а ты только сейчас решила как-то уладить эту проблему? Твоя сестра юрист. Почему ты не попросишь ее тебе помочь?

Потому что Стефани изначально не говорила Джой о том, что ей названивает Розалинда, и продолжала глупо надеяться на то, что эта женщина успокоится и перестанет звонить.

– Она сейчас этим занимается.

– Судя по тому, как ты нервничаешь, она не слишком торопится этим заниматься!

Взволнованная Стефани отошла от него в сторону:

– Мне просто звонят и бросают трубку, Джордан. Рано или поздно им это надоест и они перестанут звонить.

– Звонит женщина? – тут же спросил проницательный Джордан.

– Мужчина, женщина. – Стефани раздраженно нахмурилась, тщательно подбирая каждое слово. – Какая разница, какого они пола?

– Никакой разницы, – сказал Джордан, – если только ты изначально не знаешь, кто тебе звонит.

– А почему ты думаешь, что я знаю, кто мне звонит?

– Тебе лучше об этом знать, – произнес Джордан. Когда Стефани не ответила, он резко произнес: – Говори!

Она еще крепче сжала руки и посмотрела на него, нахмурившись:

– Тебя это не касается, Джордан.

– Меня это очень даже касается! – возразил он.

Стефани покачала головой:

– Ты не имеешь права приезжать сюда, да к тому же требовать от меня рассказов о моей личной жизни!

– Ты отдалась мне, тем самым предоставив мне такое право, – нагло заявил он.

Стефани покраснела, у нее перехватило дыхание.

– Ты совершенно спятил, Джордан!

Джордан бросил трость на диван и схватил Стефани за плечи.

– Это ты спятила, раз вчера бросила меня и ушла, не попрощавшись! – Он сердито смотрел на нее. – Как ты думаешь, что я чувствовал, Стефани? – Его голос смягчился. – Я знаю, что ты расстроилась вчера вечером, но это еще не повод оставлять меня без каких-либо объяснений.

– Одно то, что я ушла от тебя, все объясняет, – рассерженно произнесла она.

Джордан отпустил ее и неуверенно шагнул назад, побледнев:

– Это был твой способ сказать мне, что ты предпочтешь прекратить наши отношения?

– У нас нет никаких отношений, Джордан! – воскликнула Стефани. – Ты сам сказал, что с самого начала просто играл со мной.

– И ты воспользовалась этим как оправданием? – резко прохрипел он. – Ты по-прежнему со своим парнем Ричардом?

– Я сказала тебе, что все не так! – категорично настаивала она.

– Тогда в чем дело?

– Ты – Джордан Симпсон! – отрезала она.

Он посмотрел на нее с опаской:

– И что?..

– Я годами о тебе грезила…

– Грезила?.. – тихо повторил Джордан.

– Грезила, – повторила Стефани, чувствуя себя неловко. – Посмотри только на мою коллекцию DVD-дисков, Джордан. – Она указала на шкаф рядом с огромным телевизором. – Я покупала каждый фильм с твоим участием. Но сначала таскала с собой в кино свою сестру, чтобы вместе с ней увидеть очередной твой фильм. Для меня понятие «провести приятный вечер в домашних условиях» означает посмотреть один из фильмов с твоим участием! И я это делаю, пуская слюни и слезы в течение этих часов!

На напряженном подбородке Джордана пульсировала жилка.

– Так ты грезила исключительно о Джордане Симпсоне?

Нет, конечно нет! Стефани влюбилась в Джордана Сент-Клера. В мужчину, который резко отличался от учтивого и обаятельного актера Джордана Симпсона, которого она видела на экране.

Но Стефани не собиралась ему в этом признаваться!

– Да, – отрезала она. – Мне очень жаль, Джордан.

Она вздрогнула, когда увидела, каким мрачным и зловещим стало выражение его лица.

– Я только… очень старалась не привязываться к тебе. Я говорила тебе, что нам не следует поддаваться чувствам. Но ты всегда был для меня желанной фантазией, поэтому я не сдержалась и вчера… оказалась с тобой в постели…

– Больше не нужно ничего говорить! – резко и хрипло произнес он. Его глаза метали молнии. – Я как-то никогда не представлял тебя поклонницей кинозвезды…

– Я бы не стала заходить так далеко, – прервала она его, негодуя.

– А я бы зашел, – холодно ответил он. – Жаль, что тебе пришлось встретиться со мной, когда я, очевидно, выглядел и чувствовал себя не лучшим образом, – прибавил он презрительно, а потом нагнулся, чтобы взять трость. – Я, очевидно, даже не сумел приблизиться к тому идеалу, о котором ты грезила.

Стефани был ненавистен этот разговор.

Она любила этого человека. Не Джордана Симпсона. И даже не Джордана Сент-Клера. Она любила мужчину, который стоял перед ней прямо сейчас. Мужчину, который жил в графстве Глостершир и вечно поддразнивал ее, несмотря на то что испытывал постоянные боли. Мужчину, который со всей страстью занимался с ней любовью вчера вечером и которого она никогда не сможет забыть…

Жаль, что ничего нельзя изменить. Ей хотелось бы рассказать Джордану о Ричарде Ньюмане. Хотелось бы услышать, что Джордан тоже ее любит. Разве любит? Нет, Джордан ее не любит и никогда не полюбит… Он занимался с ней любовью только для того, чтобы доказать самому себе свою состоятельность.

У Стефани не было никакой альтернативы, кроме как попытаться спасти остатки своей гордости.

– У меня нет к тебе никаких претензий. – Она пожала плечами.

Джордан поджал губы и посмотрел на нее с вызовом:

– У меня тоже.

Стефани почувствовала, как горят щеки.

– Тогда… – Она умолкла и нахмурилась, когда раздался звонок в дверь. – Должно быть, это из телефонной компании.

– Я не знал, что они приходят домой, чтобы поменять телефонный номер, – сказал Джордан.

Стефани тоже об этом не знала. Она догадывалась, кто может звонить в дверь, поэтому не торопилась ее открывать.

Джордан разозлился еще больше, чем накануне вечером. Он злился и чувствовал разочарование: Стефани, очевидно, влюбилась в его экранный образ, как многие другие женщины, с которыми он встречался. А он сам вовсе и не привлекал девушку.

С того момента, как Джордан в одиннадцать лет сыграл главную роль в школьном спектакле, он мечтал стать профессиональным актером. И после школы поступил в театральное училище, а не в университет. Несколько лет Джордан проработал в Англии, а десять лет назад ему предложили роль в американской кинокартине.

Джордан искренне радовался успеху, которого достиг в своей карьере. Он наслаждался образом жизни, который смог вести, став знаменитостью. И лишь одно мешало ему – женщины всегда увлекались Джорданом Симпсоном, а не Джорданом Сент-Клером. К сожалению, и Стефани не стала исключением…

Он тяжело вздохнул и нахмурился, как в дверь позвонили снова, на этот раз настойчивее.

– Не хочешь пойти и посмотреть, кто это? – спросил он, видя, что Стефани продолжает игнорировать звонок.

– Я думала, ты сказал, что нам важно закончить наш разговор.

Джордан внимательно смотрел на нее прищурившись, в очередной раз заметив ее бледность и настороженный взгляд.

– Как мне показалось, наш разговор окончен.

Она одарила его лучезарной и бессмысленной улыбкой:

– Я не в настроении принимать сегодня утром посетителей.

Джордан нахмурился, не понимая ее очевидного нежелания открыть дверь:

– Стефани, какого черта здесь происходит?

– Все в порядке, – поспешно произнесла она.

Он помрачнел:

– Я тебе не верю.

Она округлила глаза:

– Я не обязана перед тобой оправдываться…

– Правильно. Ты не обязана, – сказал Джордан, повернулся и, пошатываясь, пошел к двери. – Может быть, очередной твой посетитель окажется вежливее меня?

– Нет, Джордан…

Он рывком открыл дверь и хмуро уставился на стоящую перед ним женщину. Это была высокая блондинка лет сорока. У нее были сердитые голубые глаза. Она вперилась взглядом в Стефани, явно демонстрируя ей свое недружественное отношение. Затем женщина презрительно посмотрела на Джордана, опирающегося на трость, и злобно бросила Стефани:

– Очередной клиент, Стефани?

– Я…

– Очередной – кто? – сурово спросил Джордан.

– Вероятно, вы не знаете этого, но Стефани имеет привычку заводить романы со своими пациентами, – ехидно заметила женщина. – Сначала был мой муж, а теперь вы!

Стефани казалось, что в ее жизни начался самый страшный кошмар.

Розалинда Ньюман не просто пришла в ее дом, но и начала высказывать ужасные обвинения в присутствии Джордана!

Стефани сделала шаг вперед:

– Розалинда, вам тяжело…

– Я отлично себя чувствую, спасибо! – презрительно отрезала Розалинда. Стефани заметила, что Розалинда похудела и выглядела гораздо старше своего возраста. Очевидно, это из-за той нервотрепки, которую переживает Розалинда. – Если вообще можно отлично чувствовать себя в моем положении, когда вы увели у меня мужа! – выпалила нежданная гостья. – Ричард знает о нем? – И женщина посмотрела на Джордана.

Стефани не нужно было видеть Джордана, чтобы понять, о чем он подумал в эту минуту. Она шагнула в его сторону и встала лицом к Розалинде.

– Ему незачем о нем знать, Розалинда, – сказала она успокаивающе. – И кроме того, Ричарда это не касается. У меня нет и никогда не было романа с вашим мужем! Он был лишь моим пациентом, вот и все!

Розалинда прищурила голубые глаза:

– Я вам не верю!

– Я знаю, что вы мне не верите. – Стефани тяжело вздохнула. – И мне очень жаль, что вы мне не верите. Но правда есть правда.

Розалинда подняла руки и скрючила пальцы так, словно приготовилась броситься на Стефани, как кошка.

– Ты ничтожная стерва, которая разрушила мой брак…

– Я так не думаю! – Джордан поднял трость, чтобы защитить Стефани от Розалинды, которая явно приготовилась расцарапать ей лицо. – Идите домой! – решительно сказал он женщине и встал перед потрясенной Стефани, загораживая ее от несчастной.

– Я еще не закончила…

– О нет, вы закончили, – произнес Джордан. – И если вы хотите узнать, почему распался ваш брак, то я советую вам пристально разглядеть себя в зеркале.

– Как ты смеешь! – Женщина внезапно умолкла и присмотрелась к Джордану. – Мы знакомы?

– Нет, слава богу! – фыркнул Джордан.

– Вы кажетесь мне очень знакомым…

Джордан скривил губы:

– Мне многие так говорят.

Женщина моргнула:

– Вы оба здесь… У вас… роман?

Джордан ответил мгновенно:

– Да.

– Я… Я не понимаю… – Сейчас Розалинда выглядела гораздо менее уверенной. – А как же Ричард? – Она хмуро посмотрела на Стефани.

– Стефани уже сказала вам, что у нее никогда не было романа с вашим мужем, – вновь произнес Джордан.

– Я… Но я развожусь с ним из-за мисс Маккинли!

– Я сожалею об этом. – Джордан нахмурился. – Вы совершили ошибку, решив, будто у них роман. Теперь, если вы не против… – Он осторожно коснулся тростью плеча женщины, выпроваживая ее за дверь. – Я советую вам не приезжать больше сюда и не беспокоить Стефани.

Гнев женщины сменился растерянностью. Она попятилась назад.

– Я думаю, вам нужно обратиться к профессиональному психологу, прежде чем вы в конечном счете кого-нибудь покалечите, – мягко сказал Джордан.

– Я… Да… – Женщина отвернулась.

– Розалинда…

– Пусть уходит, Стефани! – быстро произнес Джордан, выпроваживая женщину. – Не добивай ее, черт побери!

Стефани внезапно замерла, у нее перехватило дыхание, когда она посмотрела на Джордана и увидела его взгляд.

Несмотря на то что он защитил ее – и словесно и физически, – Джордан, очевидно, совсем не верил тому, что Стефани не виновна в крушении брака Розалинды Ньюман.

Глава 12

Стефани отвернулась и прошла на кухню, где стала машинально готовить кофе. Несколько секунд она прислушивалась к тому, что происходит в прихожей, ожидая, что Джордан уйдет, но он поступил иначе.

– Тебе названивала она? – раздался его голос.

Она повернулась к нему лицом. Он стоял в дверях кухни, тяжело опираясь на трость, прищурив свои потрясающие глаза.

– Да, – устало призналась она.

Джордан кивнул:

– И мужчина, ответивший на последний звонок, побудил ее нанести тебе личный визит?

– Наверное. Дом Ньюманов находится в полумиле отсюда. – Стефани вздохнула. – По крайней мере, Розалинда живет на расстоянии полумили от моего дома, – уточнила она. – Я думаю, что Ричард переехал в свою квартиру несколько недель назад.

– Но ты не уверена?

Стефани стиснула зубы. Ситуация была сложной еще до вмешательства Розалинды Ньюман.

– Слушай, Джордан, я знаю, как плохо все это выглядит и звучит, особенно после того, что произошло между нами за последние несколько дней, но…

– Я не считаю, что твой разговор с Розалиндой Ньюман имеет нечто общее с тем, что произошло между нами, – сказал Джордан.

Стефани недоверчиво посмотрела на него:

– Не считаешь?

Он пожал плечами.

– Ты уже заверила меня, что наши с тобой отношения дошли до интима только потому, что ты давно увлечена Джорданом Симпсоном, – холодно напомнил он ей. – Поэтому эти два инцидента имеют мало общего друг с другом.

– Ты тоже был моим пациентом.

– Я думаю, мы оба можем согласиться, что со мной ты так и не приступила к исполнению своих профессиональных обязанностей, – протянул Джордан.

– У меня не было романа с Ричардом Ньюманом!

Он выгнул темные брови:

– Разве я говорю, что у тебя был с ним роман?

– Нет, но об этом сказала Розалинда! – Щеки Стефани покраснели, когда она вспомнила, как Розалинда высказывала свои обвинения в присутствии Джордана.

Он пожал плечами, пройдя дальше на кухню, и взгромоздился на один из стульев у кухонного стола.

– Я думаю, мы можем смело предположить, что бедная женщина утратила эмоциональное равновесие из-за того, что распался ее брак. – Он поджал губы. – На мой взгляд, она очень расстроена и именно поэтому обвиняет в своих проблемах другого человека.

Стефани неуверенно на него посмотрела:

– Ты действительно поверил, что у меня не было романа с Ричардом Ньюманом?

– Я не должен тебе верить?

– Мне кажется, Розалинда не без причины подозревает, что у Ричарда был роман с другой женщиной.

– Но не с тобой?..

Она поморщилась:

– Нет!

Раздражение Джордана рассеялось, когда он узнал о такой больной для Стефани проблеме. Хотя ему было жаль Розалинду Ньюман, поведение этой женщины можно было считать опасным. Кто знает, что придет в голову обманутой жене, причем столь неуравновешенной?

– Давай выпьем кофе, – мягко предложил Джордан. – И ты расскажешь мне, почему думаешь, будто у Ньюмана роман. И почему он подставляет под удар невинного человека.

– Зачем тебе возиться с моими проблемами?

– Ты хочешь сказать, что у меня достаточно своих проблем? – сухо произнес Джордан.

– Я этого не говорила!

– Просто налей нам обоим кофе, Стефани, и позволь мне самому решать, с чьими проблемами возиться, – резко сказал он и удобнее уселся на стуле.

Стефани все еще выглядела неуверенной, когда налила кофе в две кружки и предложила Джордану молоко и сахар, а потом уселась напротив него.

– Что ты хочешь узнать?

– Все.

Насколько Джордан мог понять, все началось вполне невинно: Ричард Ньюман попал в автомобильную аварию. Когда он выписался из больницы, для восстановления ему потребовались ежедневные физиотерапевтические процедуры, которые проводились у него дома. А затем, как только Ричард смог самостоятельно передвигаться и вернулся на работу в деловой центр Лондона – Сити, он стал трижды в неделю посещать физиотерапевтический кабинет Стефани.

– Позволь мне угадать, – прокомментировал Джордан, – именно в этот момент и начались неприятности?

Стефани тяжело вздохнула:

– Розалинда и босс Ричарда до сих пор уверены, что он посещал физиотерапевта пять дней в неделю… причем по вечерам.

– Значит, два дня в неделю, когда он не ходил в твой физиотерапевтический кабинет, он встречался с кем-то еще?..

– Я могу только предположить, что Ричард с кем-то встречался. – Стефани неуклюже кивнула. – Но он определенно не был в это время со мной!

– Я уже сказал, что верю тебе, Стефани, – поморщился Джордан.

Она подняла на него удивленные глаза:

– Но почему ты веришь мне?..

«Интересный вопрос, – с сожалением подумал Джордан. – Интересный, но совершенно излишний, так как Стефани заверила меня, что единственный мужчина, кто возбуждал ее интерес, – это Джордан Симпсон!»

– Стефани, послушай… Возможно, у тебя и есть недостатки, но я почему-то уверен, что ты не умеешь лгать, – сказал он, взял трость и внезапно поднялся на ноги. – Я надеюсь, данная ситуация работает на тебя.

Она удивилась:

– Ты уже уходишь?

Джордан одарил ее безжалостной улыбкой:

– Ты считаешь, нам есть что сказать друг другу?

Нет, Стефани была уверена, что им больше нечего сказать друг другу, но ей не хотелось расставаться с Джорданом.

– Нечего, – уныло произнесла она.

– И я так думаю.

Стефани проводила Джордана к двери.

– Спасибо, что выслушал меня, – виновато сказала она, открывая ему дверь. – Мне стало легче.

Он повернулся к ней:

– Завтра я возвращаюсь в Америку.

Стефани округлила глаза, ей стало не по себе:

– Ты уезжаешь?!

Джордан усмехнулся:

– Я решил последовать твоему совету и обратиться к моему доктору в Лос-Анджелесе, который наблюдал меня с самого начала.

– Замечательная новость! – Она тепло улыбнулась.

Улыбка Джордана была безрадостной.

– Могла бы притвориться, что расстроена из-за моего отъезда.

Как безумно влюбленной женщине Стефани было неприятно узнать о том, что Джордан завтра покинет Англию. Он возвращается к прежней жизни в Лос-Анджелесе, чтобы снова проводить время с красотками вроде Кристы Мур.

Но как физиотерапевт она обрадовалась тому, что Джордан принял решение обратиться за профессиональной помощью к своему американскому врачу.

– Я просто рада тому, что ты поступаешь правильно, – уклончиво ответила она.

– Остается надеяться, что ты права, – сказал он загадочно, бросая на нее последний испытующий взгляд, прежде чем повернуться и уйти.

Да, Стефани-физиотерапевт была убеждена в своей правоте. Но Стефани-влюбленная женщина чувствовала, как ее сердце медленно умирает, пока она смотрела вслед уходящему Джордану.

– Дай вина! Я ужасно хочу выпить! – Джой тихо простонала, когда устало рухнула на диван Стефани и водрузила ноги на журнальный столик.

Стефани лукаво посмотрела на сестру-близнеца, а затем отправилась на кухню за бутылкой красного вина и двумя бокалами. Сестры обычно проводили вместе один вечер в неделю, делясь новостями. Не то чтобы Стефани рассказывала Джой о многом. Последние две недели она нагрузила себя работой – в тщетной попытке забыться и не думать о Джордане.

– Трудный день? – спросила она, присев в кресло напротив Джой.

Ее сестра выпила половину бокала, прежде чем ответить. На ней были коричневый деловой костюм и кремовая шелковая блузка. На лице – идеальный макияж, а волосы уложены в стильную прическу.

– После обеда был просто кошмар. Чертов кретин! – эмоционально пробормотала Джой.

– Ты о ком? – Стефани не могла удержаться от смеха при виде недовольного выражения лица сестры.

– Гидеон Сент-Клер! – Джой сердито на нее посмотрела. – Это само воплощение напыщенности и высокомерия!

– Гидеон Сент-Клер, которого я знаю? – резко спросила Стефани, напряженно подавшись вперед. – Я и не знала, что он по-прежнему участвует в судебных слушаниях.

– Не участвует, слава богу. – Джой вздрогнула при одной мысли о том, что когда-нибудь ей придется встретиться с ним во время судебных слушаний. – Он назначил мне встречу и пришел в офис. Я должна сказать, Стеф, что у тебя весьма влиятельные друзья. – Она сделала еще глоток вина. – Гидеон Сент-Клер очень страшный человек. Он так хладнокровен, что я удивляюсь, почему на нем не растут сосульки! Тем не менее он преуспел там, где не удалось преуспеть мне, – прибавила Джой неохотно. – Таким образом, он не настолько плох, я полагаю…

– Джой, давай-ка вернемся немного назад. – Стефани наконец-то избавилась от шока, узнав, что ее сестра и Гидеон познакомились. – Во-первых, я вряд ли могу назвать Гидеона Сент-Клера своим другом…

– Он просто жаждет тобой овладеть! – беспечно парировала сестра. – Какая разница? Он сделал свое дело, и только это действительно…

– Джой, остановись! – Стефани резко приказала сестре замолчать, зная, что, если Джой вовремя не угомонить, ее занесет и она будет говорить о том, что понятно только ей, в течение нескольких часов. – Начни с самого начала и скажи мне, зачем именно Гидеон назначил тебе встречу и приходил к тебе сегодня?

Джой спустила ноги со стола, наклонилась вперед и наполнила свой бокал вином.

– Это удивительно. Всего за несколько дней ему удалось уладить дело, не доводя его до суда. Мастерская работа! – прибавила она с невольным восхищением.

– Джой, я по-прежнему не понимаю ни слова из того, что ты говоришь! – в отчаянии завопила Стефани.

– Все кончено, Стеф, – терпеливо объяснила сестра. – С помощью частного детектива Гидеону Сент-Клеру удалось установить, что Ричард Ньюман на самом деле закрутил роман с женой своего босса. Очевидно, это была не слишком хорошая новость для Розалинды и Ричарда Ньюман, если на то пошло. Ричард, по всей видимости, остался без работы и без жены, но это означает, что ты совершенно не причастна, – мило произнесла Джой. – И все благодаря высокомерному Гидеону Сент-Клеру!

От обилия информации и от того, как на самом деле обстояли дела, у Стефани закружилась голова.

– Но почему Гидеон стал заниматься этим делом? – спросила она, когда ей наконец удалось перевести дыхание.

– Потому что его попросил об этом его великолепный и сексуальный брат, – радостно сказала Джой.

– Джордан его попросил?! – поразилась Стефани.

– А разве у Гидеона есть еще один великолепный и сексуальный брат?

– Есть, – слабо произнесла Стефани, вспомнив о красавце Лукане Сент-Клере.

– О! – Ее сестра несколько секунд пребывала в недоумении. Впрочем, неугомонная Джой быстро пришла в себя. – Ну, на этот раз его попросил Джордан Симпсон.

Стефани по-прежнему испытывала шок:

– Тебе сказал об этом Гидеон?

– Об этом и многом другом. – Джой нетерпеливо кивнула. – Например, две недели назад Джордан обратился в частную клинику в Лос-Анджелесе, где ему сделали еще одну операцию.

– Она прошла успешно? – Стефани была не в состоянии сдержать тревогу в голосе.

– Абсолютно. – Джой сделала еще глоток вина. – По словам Гидеона, тазобедренный сустав Джордана был немного смещен. Я уверена, что ты понимаешь в этом больше меня, – прибавила она. – В любом случае, конечный результат таков: Джордан Симпсон теперь крепко стоит на обеих ногах. Настолько крепко, что уже вернулся в кино и получил главную роль в фильме, сценарий для которого писал последние полгода.

Для Стефани это была лучшая новость. Теперь понятно, над чем Джордан часами корпел в своем кабинете в Малберри-Холл!

Однако было совсем непонятно, почему Джордан попросил своего брата-близнеца вмешаться в бракоразводный процесс Ньюманов. Чтобы помочь ей, Стефани?

Она поднялась на ноги:

– Я не понимаю…

– Не понимаешь? – Джой многозначительно посмотрела на сестру. – Стеф, до какой степени ты и Джордан сблизились, пока были вместе в графстве Глостершир?

Последние пару недель Стефани запрещала себе даже думать о Джордане, не говоря уже о том, чтобы вспоминать об их близости. Она так сильно в него влюбилась! Жаль, что безответно… Но теперь выяснилось, что Джордан попросил Гидеона заступиться за нее в бракоразводном процессе Ньюманов, что стало для Стефани полной неожиданностью. Она уже не знала, что и думать.

Или чувствовать.

Ей необходимо поговорить с Джорданом! Нужно узнать, почему он решил помочь ей в этом деле.

Стефани нахмурилась, когда раздался звонок в дверь.

– Кого-нибудь ждешь? – с любопытством спросила Джой.

– Нет, – покачала головой Стефани. – Но, по крайней мере, я знаю, что это не Розалинда Ньюман, снова явившаяся меня оскорблять.

– Может быть, она придет, чтобы извиниться, а? – сочувственно предположила Джой.

– Да, ее можно только пожалеть. Бедная женщина. – Стефани кивнула, а затем отправилась в прихожую.

Она онемела от удивления, когда, открыв дверь, увидела перед собой Джордана. От переизбытка чувств Стефани разрыдалась.

Джордан ожидал совсем иного приветствия. Он нахмурился, когда шагнул вперед и обнял Стефани.

– Кто это, Стеф? Что вы с ней сделали?! – В дверях гостиной появилась сердитая рыжеволосая женщина, которая нахмурилась при виде плачущей Стефани в объятиях Джордана. – Плохие новости?.. – Она поспешила к Стефани. – Что случилось? – резко потребовала она ответа, глядя на Джордана. – О мой бог! – И женщина округлила зеленые глаза. Такие же, как у Стефани…

Джордан одарил ее смущенной улыбкой:

– Вы, должно быть, Джой…

Ее сходство со Стефани было очевидным, несмотря на коротко остриженные волосы и деловой костюм.

Явно ошеломленная, она лишь кивнула, продолжая смотреть на него во все глаза:

– Вы хотите остаться одни?

– Нет! – встрепенулась Стефани.

– Да! Да, Стефани! – твердо повторил Джордан, лишь крепче прижав ее к себе, когда та попыталась от него отстраниться. – Было приятно с вами познакомиться, – по-доброму сказал он Джой поверх головы Стефани.

– И мне было приятно, – машинально повторила Джой и обратилась к сестре: – Позвони мне, Стеф, если что… – Она так и не смогла отвести взгляда от Джордана, даже когда быстро чмокнула сестру в щеку, прежде чем тихо уйти.

Стефани почувствовала себя более чем глупо, когда осталась наедине с Джорданом. Что он должен о ней теперь думать? Дамочка-истеричка разрыдалась только потому, что увидела его на пороге своего дома?..

Она поспешно вытерла слезы со щек и выпрямилась.

– Что ты здесь делаешь, Джордан? – спросила она, решительно отстранившись от него. – Как врач, я не уверена, что ты должен был лететь в Англию после недавно перенесенной операции, – прибавила она озабоченно.

Теперь, немного успокоившись, она внимательно оглядела Джордана, и у нее перехватило дыхание. Он короче постриг волосы, и лицо его перестало быть мрачным и напряженным. Морщинки в уголках его глаз и рта, казалось, стали незаметнее. Он был гладко выбрит, а на подбородке виднелась великолепная ямочка. Глаза у Джордана были веселыми и ясными. На нем были темно-серый пиджак, черная рубашка и черные брюки. Этот мужчина выглядел совершенно здоровым, и самое главное, при нем не было трости…

– Операция прошла успешно? – счастливо произнесла Стефани.

Джордан шире растянул губы в улыбке.

– Да, успешно. Благодаря тебе, – хрипло прибавил он.

Она покачала головой:

– Я ничего не сделала.

– Ты неоднократно говорила мне о том, как я упиваюсь жалостью к самому себе. Ты посоветовала мне снова обратиться к специалисту, – сухо напомнил он ей. – Стефани, не пригласишь меня войти в комнату? Или я настолько нежеланный гость, что ты будешь держать меня в прихожей?

– Я… Нет, конечно! – Стефани отступила назад, пропуская его в квартиру. У нее от радости дрогнуло сердце, когда она увидела, что Джордан лишь едва заметно прихрамывает на правую ногу.

Она последовала за ним в гостиную. От волнения у нее вспотели ладони.

– Ты говорил мне, что Гидеон тоже обвинял тебя, будто ты себя жалеешь, – заметила она.

Джордан мягко усмехнулся:

– И все-таки наиболее сильное воздействие исходило от тебя.

Стефани удивленно посмотрела на него:

– Я не могу себе представить почему?

Выражение его лица стало загадочным.

– Неужели не можешь?

– Нет.

– Мы вернемся к этому вопросу через минуту, – оживленно сказал Джордан. – Я хотел приехать до того, как Гидеон встретится с твоей сестрой. Хотел сам объяснить, что именно происходит, прежде чем он поговорит с Джой, но, к сожалению, мой самолет задержали…

– Да что все это значит? – Стефани нахмурилась. – Не пойми меня неправильно. Было очень любезно с твоей стороны попросить Гидеона помочь избавить меня от какого-либо участия в бракоразводном процессе Ньюманов. Я просто не понимаю, почему ты это сделал.

Джордан засунул руки в карманы брюк и посмотрел на Стефани, прищурившись:

– Ты помогла мне. Я захотел помочь тебе.

Ее надежды, пусть и слабые, на то, что Джордан, возможно, беспокоился о ней потому, что был в нее влюблен, мгновенно рухнули. Хотя чего она ожидала?

«Ты решила, что Джордан помог тебе потому, что любит тебя? Не витай в облаках, Стефани!» – сказала она самой себе, а вслух произнесла:

– Я ценю твою помощь, но не нужно было беспокоиться из-за меня.

– Я этого хотел, черт побери! – нетерпеливо проворчал Джордан. – Розалинда Ньюман становилась опасной. В своей ненависти она могла покалечить и себя, и других людей. Гидеон поговорил с ее адвокатом и посоветовал, чтобы она обратилась за медицинской помощью, прежде чем причинит кому-то вред.

– Посоветовал? – повторила Стефани, не в силах представить, как хладнокровный и высокомерный Гидеон Сент-Клер дает кому-то советы.

Джордан печально усмехнулся:

– На самом деле он поставил условие: мисс Стефани Маккинли не выдвигает против Розалинды Ньюман никаких обвинений, если та обращается за психиатрической помощью.

Стефани ахнула:

– Но я не собиралась…

– Не могла бы ты предложить мне кофе или что-то еще, Стефани? – быстро прервал он ее. – У меня был долгий перелет, и я приехал к тебе прямо из аэропорта.

– Я… Конечно. Я уже сварила кофе, и у меня еще осталось вино, – прибавила она, глядя на распечатанную и недопитую бутылку, оставленную Джой. – Боюсь, что визит Гидеона в офис моей сестры оказал на нее разрушительное воздействие…

– Гидеон оказывает такое воздействие на большинство людей. – Джордан понимающе улыбнулся. – Я бы выпил кофе, – прибавил он, следуя за Стефани на кухню.

Она выглядела похудевшей, щеки побледнели, под красивыми зелеными глазами залегли тени, упрямый подбородок заострился. Роскошные красновато-золотистые волосы были заплетены в косу.

– Как ты поживаешь, Стефани? – спросил он хриплым голосом, когда они уселись за барной стойкой.

– Хорошо. – Она кивнула, предпочитая смотреть на кофейную кружку, а не на него. – У меня много работы на данный момент, так что я постоянно занята. Я слышала, что ты подумываешь о возвращении на съемочную площадку? – серьезно сказала она.

Джордан пожалел о том, что Стефани не смотрит на него. Ему очень захотелось заглянуть в «зеркало ее души» – всего один раз, чтобы понять, что она на самом деле чувствует.

– Возвращаюсь через пару месяцев, – произнес он. – Стефани, я пришел сюда не для того, чтобы говорить о твоей и моей работе.

Ее ресницы дрогнули, и она посмотрела на него, прежде чем быстро отвести взгляд:

– Я признательна тебе за то, что нашел время для меня, когда ты, несомненно, занят делами своей семьи…

– Я приехал в Англию специально, чтобы увидеться с тобой, Стефани, – перебил он ее. – Я… – Он умолк и раздраженно покачал головой, когда она бросила на него испуганный взгляд.

Черт побери, беседа со Стефани казалась ему простым занятием, когда он размышлял об этом, сидя в своем доме в Малибу. Теперь, когда Джордан на самом деле оказался рядом с ней, он даже не знал, с чего начать разговор!

Он поднялся на ноги и стал беспокойно вышагивать по кухне, стараясь подобрать правильные слова:

– Стефани, если ты можешь любить только Джордана Симпсона, то я готов с этим согласиться…

Стефани повернулась и в недоумении посмотрела на него:

– Прошу прощения?..

Он поджал губы.

– Ты честно сказала мне, что твоя любовь к Джордану Симпсону – единственная причина, из-за которой ты занималась со мной любовью в особняке Сент-Клер, – напомнил он ей, на его напряженном подбородке пульсировала жилка. – Я здесь для того, чтобы сказать тебе, что готов продолжать отношения с тобой на таких условиях.

Стефани побледнела:

– Ты хочешь, чтобы наш роман продолжался?

Он нахмурился, пребывая в отчаянии:

– Нет, черт побери! Меньше всего я хочу, чтобы у нас с тобой был роман!

Она моргнула:

– Но ты только что сказал…

– Я только что сказал, что готов продолжать отношения с тобой на условиях, которые ты можешь мне предложить, – уточнил Джордан.

Стефани пыталась понять, о чем он говорит. Он хочет продолжать с ней отношения, но не хочет, чтобы между ними был роман. Что это значит?

– Я не понимаю, – сказала она наконец, озадаченно покачав головой.

Джордан разочарованно на нее посмотрел:

– Все действительно весьма просто, Стефани. Если ты не захочешь быть со мной, я не буду с другой женщиной.

Она посмотрела на него, опешив:

– Я… Но ты же сказал…

– Я много чего наговорил. Так же, как и ты. – Он вздохнул. – Кое-чего ты определенно не поняла. Стефани, ты не возрождала мою сексуальную активность и уверенность. Ты просто единственная женщина, с которой я хочу заниматься любовью.

Она широко раскрыла глаза:

– А как же Криста Мур? А как же все эти красивые длинноногие блондинки, с которыми ты обычно встречаешься?

Он скривил рот:

– Всего лишь двух недель в Лос-Анджелесе в окружении этих красивых длинноногих блондинок оказалось более чем достаточно, чтобы понять: ни одна из них меня больше не привлекает. Единственная женщина, которая меня влечет, обладает рыжими волосами и стремится спорить со мной практически всегда.

Она потрясенно посмотрела на него:

– Ты имеешь в виду… меня?

– Конечно тебя, Стефани! – Он сделал глубокий вдох. – Я влюблен в тебя, черт побери!

– Что? – Она посмотрела на него недоверчиво.

– Знаешь, я никогда не говорил ни одной женщине о любви. – Джордан печально улыбнулся. – Я люблю тебя, Стефани Маккинли, – повторил он медленно – так, чтобы между ними не осталось никаких недоразумений. – Я люблю тебя. Тебя любит Джордан СентКлер. Тебя любит Джордан Симпсон. Мы оба тебя любим. Теперь ты меня понимаешь?

У Стефани закружилась голова.

– Я… Но ты не можешь любить меня!

Подобной реакции Джордан не ожидал:

– Почему не могу?

– Ну, потому что… Потому что я обыкновенная. А ты, ну, ты…

– Джордан Симпсон. Я знаю, – устало согласился он. – И боюсь, есть нечто гораздо хуже этого, на самом деле. Но это мы обсудим через несколько минут, – глухо произнес он. – Стефани, я люблю тебя и хочу знать, как ты относишься к продолжительным отношениям со мной. Очень продолжительным, – твердо прибавил он.

Стефани сглотнула, задаваясь вопросом, что может быть гораздо хуже, чем быть Джорданом Симпсоном, но от ошеломления на время забыла об этом.

– Ты согласился на операцию потому, что хотел снова стать Джорданом Симпсоном, в которого я была влюблена? – выдохнула она, озвучив внезапно пришедшую ей в голову идею. – Ты думал, что я не захочу принимать тебя таким, какой ты есть?

– Это не единственная причина. – Он поморщился. – Я хотел быть в хорошей физической форме, хотел тебе понравиться.

Стефани покачала головой:

– Джордан, когда я уехала из Глостершира, когда ты приехал сюда, я старалась… Я была растеряна из-за того, что между нами произошло. – Она взволнованно на него посмотрела. – Я наговорила тебе все те ужасные вещи потому, что думала, будто ты меня использовал. Я старалась спасти, по крайней мере, остатки своей гордости.

Он посмотрел на нее, внезапно воодушевившись:

– Ты хочешь сказать, что не влюблена в Джордана Симпсона?

– В него влюблены все женщины, разве нет? – Стефани улыбнулась.

– Не все, – возразил Джордан. – Но меня не интересует, что думают обо мне другие женщины. – Он взял ее за руки. – И не называй себя обыкновенной, Стефани. Ты исключительная женщина. Красивая. Умная. Интеллектуальная. И конечно, прямолинейная. – Он ласково ей улыбнулся, потом внезапно посерьезнел. Выражение его лица стало пытливым, когда он посмотрел на нее сверху вниз. – Проведя с тобой время в графстве Глостершир, я понял, что ты – самая желанная для меня женщина. Ты обладаешь всем, что мне нравится, – страстно прибавил он, сжав ее руки. – Стефани, мне все равно, если ты любишь Джордана Симпсона. Я буду для тебя кем угодно, если только ты согласишься.… О боже, ты снова плачешь! – простонал он, увидев, как по ее щекам текут слезы.

– На этот раз я плачу от счастья! – эмоционально воскликнула Стефани и посмотрела на него горящими глазами. – Я больше не влюблена в Джордана Симпсона. Он был прекрасным объектом всех моих тайных фантазий. Но последние несколько недель всеми моими мыслями владеет Джордан Сент-Клер. Я влюбилась в Джордана Сент-Клера. И я занималась любовью с Джорданом Сент-Клером.

– Ты меня любишь? – Он выглядел ошеломленным. – Но почти все время я был грубым, злым и отвратительным. Особенно после того, как ты сказала мне, что грезила о Джордане Симпсоне, – мрачно прибавил он.

– Я люблю тебя, Джордан. Таким, какой ты есть, – страстно заверила его Стефани. – Грубым. Злым. Привлекательным и сексуальным. Я люблю тебя любого! – Она бросилась в его объятия.

Джордана не волновало, какую из его персон Стефани любит больше всего, пока она целовала его так, словно не могла им насытиться. Прошедшие две недели в Лос-Анджелесе без Стефани доказали ему, что он жаждет быть вместе с ней всегда.

– Ты выйдешь за меня замуж, Стефани? – хрипло спросил он, спустя долгое-долгое время, когда они, обнаженные, лежали, обнимая друг друга.

Стефани светилась от счастья, глядя на любимого мужчину:

– Я хочу этого всей душой, Джордан.

Он тихо рассмеялся:

– Наша совместная жизнь никогда не будет скучной, не так ли?

Стефани надеялась, что они проживут вместе долго и обзаведутся несколькими детьми.

– А ты расскажешь мне о том, что может быть гораздо хуже, чем быть Джорданом Симпсоном? – насмешливо спросила она.

Эпилог

Джордан и Стефани позировали перед фотокамерами, разрезая свадебный торт.

– Означает ли это, что отныне я должна называть тебя леди Сент-Клер? – озорно спросила сестру Джой.

– Стефани всегда была настоящей леди, – заявил Джордан, собственнически обняв жену за талию.

Стефани в данный момент была самой счастливой и беззаботной леди на свете.

Последние шесть недель, пока шла подготовка к свадьбе, выдались беспокойными. Было несколько перелетов в Лос-Анджелес и обратно. Стефани закрыла свой физиотерапевтический кабинет в Лондоне и собиралась начать частную практику в Лос-Анджелесе. Но это случится уже после возвращения из медового месяца через пару недель.

Происходящее казалось Стефани сном, а откровения Джордана по поводу «гораздо хуже» прибавили в ее мир некоей нереальности. Она обнаружила, что Джордан и Гидеон на самом деле имеют титул лорда, Лукан является герцогом Стаурбриджем, а поместье Малберри-Холл – частное владение герцога Стаурбриджа.

Теперь, после свадебной церемонии, Стефани получила официальный статус – леди Стефани Сент-Клер. Но в душе она оставалась обыкновенной Стефани. Так же как лорд Джордан Сент-Клер был для нее просто Джорданом.

– Нет, для тебя я просто Стеф, – с грустью сказала она Джой, прежде чем ее сестра удалилась с явным намерением раздразнить Гидеона, который разговаривал с родителями Маккинли и Молли Сент-Клер.

Стефани улыбнулась, оглядев переполненный гостями танцевальный зал Малберри-Холл, где члены ее семьи и родственники Джордана счастливо проводили время.

Она повернулась к мужу.

– Я очень тебя люблю, Джордан, – тихо сказала она.

Он крепче ее обнял.

– Я буду любить тебя вечно, Стефани, – уверенно произнес он.

Тогда она поднялась на цыпочки и, дразня, прошептала ему на ухо:

– Хотите сбежать с вечеринки и посмотреть на мое белое нижнее белье из шелка и кружева, лорд Сент-Клер?

Джордан усмехнулся, глядя на нее сверху вниз:

– Я думал, вы никогда меня об этом не спросите, леди Сент-Клер!

Content

Кэрол Мортимер
Талант и поклонница

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Эпилог