Михаил Барятинский

Израильские танки в бою

Посвящается моей безвременно ушедшей мамочке

Танки армии обороны Израиля

Первые танки ЦАХАЛа

Развертывание бронетанковых войск Армии обороны Израиля началось в период Войны за независимость 1947–1949 годов. Событием, ставшим отправной точкой этой войны, явилось голосование Генеральной Ассамблеи ООН 29 ноября 1947 года по вопросу раздела Палестины, находившейся после Первой мировой войны под управлением Великобритании. В 17:31 по нью-йоркскому времени решение было принято большинством в 33 голоса против 13 при 10 воздержавшихся.

В преддверии решения ООН по палестинскому вопросу делегация ишува (еврейского населения Палестины) встречалась с руководством Лиги арабских государств (ЛАГ) с целью попытаться выработать компромиссное решение о разделе сфер влияния в Палестине. Эта попытка была встречена отказом. Председатель ЛАГ, египетский дипломат Аззам-Паша, дал понять еврейским посланникам, что мирного раздела Палестины не будет и свое право на любую часть ее территории им придется отстаивать с оружием в руках.

Согласно резолюции № 181 Генеральной Ассамблеи ООН от 29 ноября 1947 года о разделе Палестины, на ее территории должны были быть созданы два независимых государства – еврейское и арабское, а также Большой Иерусалим – территория, подконтрольная ООН. Каждое из государств должно было состоять из трех территорий, граничащих друг с другом лишь углами. Евреи согласились на раздел, а арабы отказались его признавать и требовали создания в Палестине единого государственного образования. Уже на следующий день после голосования, 30 ноября, арабы обстреляли автобус с евреями, направлявшийся из Натании в Тель-Авив, убив пять и ранив семь человек. Началась война.

На первом этапе войны, с 29 ноября 1947 года по 15 мая 1948 года, вялотекущие вооруженные столкновения, происходившие с середины 1930-х годов, переросли в полномасштабные боевые действия почти во всех районах соприкосновения евреев с арабами. Этот этап войны характеризовался противоборством между еврейскими и арабскими иррегулярными формированиями. Британские войска готовились к предстоящей эвакуации и мало интересовались происходящим. Еврейские же и арабские военизированные формирования стремились к максимальному захвату территории и контролю над коммуникациями, занятию ключевых пунктов сразу же после ухода британских войск.

14 мая 1948 года была провозглашена независимость государства Израиль, а в ночь на 15 мая войска пяти арабских государств вторглись в Палестину. Впрочем, описание событий Войны за независимость не является целью этой книги. Нас, собственно, интересуют танки.

Легкий танк H39 «Гочкис» в экспозиции израильского танкового музея в Латруне. Судя по форме командирской башенки, эта машина в годы Второй мировой войны побывала в руках немцев

В строю «русская» рота 82-го танкового батальона Армии обороны Израиля. 1948 год. Машина с номером «612» имеет командирскую башенку французского образца. Обращают на себя внимание танковые шлемы советского образца. Такие шлемы чехословацкого производства использовались в АОИ до конца 1950-х годов

Итак, первые танки были захвачены отрядами еврейской военизированной организации «Хагана» 20 мая 1948 года. Это были 2–3 сирийских легких танка R35. 31 мая 1948 года «Хагана» была преобразована в ЦАХАЛ – регулярную Армию обороны Израиля (АОИ). В июне в ее составе был сформирован 82-й танковый батальон, ставший единственным танковым подразделением АОИ во время Войны за независимость. На его вооружение поступили 10 танков «Гочкис» H39, приобретенные во Франции в марте и прибывшие в Израиль в июне 1948 года. Однако техническое состояние этих машин оставляло желать лучшего, и уже в октябре 1948-го было решено вывести их из боевого состава. Вместо них на свалке в Италии по цене металлолома были приобретены 30 средних танков «Шерман» без вооружения. Впрочем, о «шерманах» мы поговорим отдельно.

Кроме «гочкисов» в 82-м батальоне имелись и два танка «Кромвель» (по разным данным, модификации Mk III или Mk IV), похищенные с английской военной базы в районе города Хайфа в ночь на 30 июня 1948 года.

«Кромвель» и «Шерман» из состава «английской» роты 82-го танкового батальона

В декабре 1948 – январе 1949 года в ходе боев с египетскими войсками было подбито и захвачено девять танков М22 «Локаст», три из которых поступили на вооружение 82-го батальона. Правда, произошло это уже после окончания войны. По состоянию на 1 марта 1949 года один танк этого типа значился как исправный, а два находились в ремонте.

Все вышеперечисленные танки никаких особых обозначений в Израиле не получили, а назывались просто «Рено», «Гочкис», «Кромвель» и «Локаст», без указания моделей и модификаций. Все эти боевые машины были сняты с вооружения в 1952 году.

Следует отметить, что в связи с Войной за независимость упоминаются и танки других типов. Так, например, в 1948 году у египетских войск были захвачены несколько легких танков Mk VI английского производства, но на вооружение они приняты не были. В июле 1950 года в ремонте числился один танк «Валентайн». Происхождение его неизвестно, возможно, он был обнаружен на свалке металлолома на одной из покинутых английских военных баз. На вооружение он также не принимался.

Израильские солдаты осматривают захваченный сирийский танк «Рено» R35. 1948 год

В марте – апреле 1948 года в США были приобретены 35 (по другим данным – 38) легких танков М5А1 «Стюарт». Однако в июле 1948 года они были конфискованы ФБР и в Израиль не прибыли. В течение 1948 года велись переговоры с Чехословакией о закупке 32 легких танков двух типов, именовавшихся в документах «9-тонными» и «16-тонными». Речь шла о танках Pz.38(t) и истребителях танков «Хетцер», а точнее – LT-38/37 и ST-1. Сделка не состоялась, поскольку стороны не сошлись в цене.

«Шерман» и АМХ-13

Первый танк «Шерман» был передан представителям организации «Хагана» 14 мая 1948 года. Сделали это симпатизировавшие евреям английские солдаты, занимавшиеся уничтожением бронетанковой техники, не подлежавшей вывозу из Палестины. Это была машина модификации М4А2 с неисправной пушкой и нуждавшейся в ремонте ходовой частью. Вплоть до 3 июня 1948 года этот танк числился неисправным и в боевых действиях не участвовал. Второй танк М4А2 был обнаружен на свалке металлолома летом 1948 года и отремонтирован к октябрю.

«Шерман» М4А2 из состава 7-й танковой бригады АОИ на параде в Тель-Авиве. Апрель 1953 года

В сентябре 1948 года 41 танк «Шерман» был приобретен в Италии. В некоторых источниках сообщается, что это были танки М4А1 с двигателем Continental и 105-мм гаубицами. Однако модификации М4А1(105) не существовало. В варианте огневой поддержки выпускались только танки М4 и М4А3 со сварными корпусами. При этом звездообразным двигателем Continental оснащался лишь первый. Так что, вероятнее всего, в Италии закупили танки модификации М4(105), вернее, металлолом, а не танки. У всех машин была неисправна ходовая часть, отсутствовали пулеметы, оптика, средства связи и т. д. Но главное, они практически не имели основного вооружения. Формально орудия были, но без затворов и с прорезанными в нескольких местах автогеном стволами. Но и таких машин успели отгрузить лишь 30 единиц, а остальные были конфискованы итальянскими властями. Из прибывших с ноября 1948 по январь 1949 года машин до конца войны удалось полностью восстановить только 4 «шермана», еще 5 были на ходу, но не имели пушек и использовались как учебные и тягачи.

Танки «Шерман» модификации М4А4 на параде в Тель-Авиве в честь Дня Независимости. Апрель 1953 года

Всего же по состоянию на ноябрь 1949 года на ходу были только 14 танков «Шерман». Но лишь четыре из них имели орудия – три 75-мм танковые пушки М3 и один 77-мм полевую пушку Круппа. Пятьдесят таких орудий периода Первой мировой войны были приобретены в Швейцарии в августе 1948 года. В дальнейшем крупповские пушки (иногда ошибочно именуемые 75-мм) установили еще на пяти «шерманах». Однако в середине 1950 года, после закупки во Франции 50 75-мм пушек М3, работы по установке 77-мм орудий на «шерманы» прекратили, а уже вооруженные таким образом танки были перевооружены отремонтированными в Израиле 105-мм танковыми гаубицами М4.

В 1955 году из Великобритании было получено 10 танков-тральщиков «Шерман-Краб», оснащенных бойковыми минными тралами

Здесь будет нелишним вспомнить, что первый поступивший в Армию обороны «Шерман» некоторое время был вооружен 20-мм зенитной пушкой «Испано-Сюиза», на ствол которой была надета труба-кожух большего диаметра, имитировавшая внешний вид настоящего 75-мм орудия.

В конце 1950 года в Израиль прибыли 14 «шерманов» (12 М4А3 и 2 М4А1), купленных на Филиппинах. В 1951 году еще 40 танков М4А4 с 75-мм пушками М3 приобрели во Франции. Эти машины были доставлены в Израиль до конца 1952 года.

Танк «Шерман Дегем Бет», вооруженный 105-мм гаубицей. На втором плане – истребитель танков М10, перевооруженный в Израиле 17-фунтовой английской пушкой

На начало 1951 года в Армии обороны Израиля имелся 31 исправный танк «Шерман» (26 с пушкой М3 и 5 с «Крупп»; кроме того, один танк с гаубицей М4 находился в ремонте). На конец 1953 года в войсках насчитывалось уже 76 «шерманов» (30 «итальянских», 40 «французских» и 6 «филиппинских»; все с пушками М3).

Танки «Супер Шерман» М1 на параде в Тель-Авиве в День Независимости. Апрель 1957 года

В 1954 году военное руководство Израиля приняло принципиальное решение сосредоточиться на закупках танков «Шерман», находящихся в состоянии металлолома, с последующим их ремонтом и модернизацией в Израиле. В рамках такого решения в 1951–1954 годах был закуплен 181 танк. Из этого количества на 1954 год пришлось 120 машин. Годом позже приобрели еще 10 «шерманов», в 1956 году – 160 (из них 120 во Франции, включая 88 с 76-мм пушками), в 1957-м – 40, в 1958-м – 8, в 1963-м – 49, в 1964-м – 113 и в 1965-м – 3. В 1959–1962 годах танки «Шерман» Израилем не приобретались, а с 1966 года закупки этих машин полностью прекратились. Следует отметить, что, кроме танков, приобретенных в 1956 году во Франции, все остальные покупались по цене металлома, который, собственно, из себя и представляли.

Помимо танков в 1951 году в Великобритании был куплен 21 истребитель танков М10 «Вульверин», в 1957 году – еще 30, в 1960-м – 50, а всего – 101 машина. Все они были вооружены американскими 76-мм пушками М7. В Израиле часть машин перевооружили 75-мм французскими пушками М50 и 17-фунтовыми английскими пушками, снятыми с захваченных у Египта в 1956 году истребителей танков «Арчер». В боевых действиях М10 не участвовали и были сняты с вооружения в 1966 году. Истребители танков М10, кстати, часто учитываются в одном списке с танками, что вносит определенную путаницу в подсчеты и является основой для разночтений.

Имеет место определенная путаница и с названиями танков «Шерман» в Израиле. Дело в том, что долгое время оригинальные израильские названия были неизвестны и в западной печати использовались свои. Именно они, в большинстве своем, и перекочевали в российские издания. Постараемся положить этому конец.

Сразу после Войны за независимость в Армии обороны Израиля были стандартизированы два типа «шерманов». Танк с 75-мм пушкой М3 получил обозначение «Шерман Дегем Алеф» («Шерман» Mk 1), а танк со 105-мм гаубицей М4 – «Шерман Дегем Бет» («Шерман» Mk 2). В 1952 году от этих названий отказались, перейдя к обозначению «шерманов» в соответствии с марками установленных на них пушек. Так, два вышеупомянутых образца стали называться «Шерман» М3 и «Шерман» М4 соответственно. Поступившие на вооружение ЦАХАЛа танки М4А1 с 76-мм пушкой М1 стали именовать «Шерман» М1. При этом танки с горизонтальной подвеской HVSS и 24-дюймовыми гусеницами именовались «Супер Шерман» М1 или просто «Супер Шерман».

До сих пор речь шла о стандартных модификациях танка «Шерман», то есть ничем не отличавшихся от тех, что состояли на вооружении армий США и других стран. Однако кроме них на вооружении АОИ состояли и модификации, созданные непосредственно в Израиле.

На улицах Тель-Авива танки «Шерман» М50. Апрель 1957 года

Наряду с длинноствольной пушкой характерной внешней особенностью танка М50 была объемная приварная ниша башни, выполнявшая помимо всего прочего роль противовеса

Sherman М50 – танк «Шерман», вооруженный французской 75-мм пушкой CN75-50. Баллистика этой пушки, устанавливавшейся на легком танке АМХ-13, была заимствована у немецкой пушки KwK 42 танка «Пантера». Ее бронебойный снаряд имел начальную скорость 1000 м/с. Идея установить это орудие в танк «Шерман» возникла где-то в сентябре 1953 года, однако технические трудности задержали реализацию этого проекта. Только в конце 1955 года выполнявшие израильский заказ французские специалисты арсенала в Бурже завершили установку пушки CN75-50 в башню танка «Шерман». Для этого пришлось изменить конструкцию маски и приварить к башне новую кормовую часть в виде развитой ниши, в которой размещались радиостанция и вентилятор. После размещения новой пушки с более массивной казенной частью ни для того, ни для другого места в башне уже не осталось. Кроме того, ниша играла роль противовеса, уравновешивая длинный и тяжелый ствол пушки. Само собой разумеется, что в «Шермане» пушка лишилась автомата заряжания. Модернизационные комплекты (включая пушку) изготавливались во Франции, а окончательная сборка осуществлялась в Израиле. Служба вооружений АОИ приступила к сборке танков в начале марта 1956 года. Пушка CN75-50 получила в Израиле наименование М50, а танк с ней – «Шерман» М50. При этом первые 50 машин имели вертикальную подвеску и карбюраторный двигатель Continental R975, а остальные – горизонтальную подвеску и дизель Cummins мощностью 460 л.с. К концу 1964 года в вариант М50 было модернизировано до 300 танков «Шерман».

«Шерман» М50 во время тактических занятий. На крыше ниши хорошо видны колпак вентилятора и два антенных ввода

Sherman М51 – танк «Шерман», вооруженный 105-мм французской пушкой CN105-F1, спроектированной для танка АМХ-30. Однако выяснилось, что это орудие, имевшее ствол длиной почти 6 м и начальную скорость бронебойного снаряда 1000 м/с, невозможно установить в башне «Шермана» из-за отсутствия пространства для отката. Ствол пушки пришлось укоротить на 1,5 м и оснастить массивным дульным тормозом, конструктивно подобным тормозу 90-мм пушки бронеавтомобиля «Панар» AML-90. Этот дульный тормоз стал характерной внешней чертой танка. Начальная скорость остроголового бронебойного снаряда снизилась до 800 м/с. Установка новой пушки, получившей в Израиле обозначение М51, потребовала размещения на кормовой части башни ниши-противовеса еще больших размеров, чем у М50. Модернизацию прошли 180 танков «Шерман», в основном с литым корпусом, который посчитали наиболее подходящим для установки тяжелой башни. Перевооружению подверглась и часть танков М50. На всех танках устанавливалась горизонтальная подвеска НVSS, 23-дюймовая гусеница, американские двигатели Cummins VT8-460 мощностью 460 л.с. и автоматические трансмиссии. Эти танки стали именоваться М51.

Средний танк «Шерман» М51, вооруженный 105-мм пушкой

В период 1952–1954 годов танк «Шерман» был единственным типом танка АОИ, а вплоть до конца 1960-х годов оставался самым массовым израильским танком. На март 1957 года в Армии обороны насчитывалось 183 боеготовых «шермана» (а всего – 203), в 1958 году – 405 (включая 51 истребитель танков М10), в 1962-м – 487 (включая 101 М10). К началу 1967 года количество боеготовых «шерманов» достигло 522 (к этому времени М10 были сняты с вооружения).

Самоходная 155-мм гаубица М50 в экспозиции танкового музея в Латруне. На заднем плане – 290-мм ПУ «Эпископи», также выполненная на базе танка «Шерман»

Во время войны 1967 года «шерманы» составляли 46 % танкового парка АОИ и до 56 % парка средних танков. К началу боев в строю находилось 515 боеготовых «шерманов» (107 М1, 231 М50 и 177 М51).

В 1973 году на вооружении оставался еще 341 танк «Шерман» М50 (только дизельные) и М51. Ими была укомплектована часть батальонов резервных танковых бригад. После войны «шерманы» вновь вывели в резерв, а в начале 1980-х годов сняли с вооружения.

160-мм самоходный миномет на базе танка «Шерман», за ним – 155-мм самоходная гаубица «Роэм»

Снятые с вооружения танки проходили переоборудование в САУ М50 и «Роэм» (в западной литературе известна как L33), 160-мм самоходные минометы, ПУ «Эпископи», РСЗО «Иври» и несколько вариантов специальных машин. Некоторое количество танков было передано «армии майора Хаддада» в Южном Ливане и милиции фалангистов в Бейруте и приняло участие в гражданской войне. Небольшое число боевых машин этого типа Израиль продал в Уганду и Никарагуа. В последней «шерманы» участвовали в боях с партизанами-сандинистами. В начале 1980-х годов 117 (по другим данным – до 150) танков М50 и М51 были поставлены в Чили. Там на них установили новые двигатели и эксплуатировали вплоть до конца XX века.

Легкий танк АМХ-13 в Латруне

Что касается легких французских танков АМХ-13, то первые пять машин (плюс опция на 25 дополнительных) были куплены в 1954 году, а прибыли в Израиль в феврале 1955 года. В 1955 году была реализована и опция на 25 вышеупомянутых танков (все прибыли до ноября 1955 года) и приобретены еще 30 (прибыли в феврале 1956 года). В июле – сентябре 1956 года еще 120 AMX-13, изъятых из частей и со складов французской армии, были доставлены в Израиль в качестве срочной военной помощи. Танки прибывали партиями по 30 штук. Всего к войне 1956 года АОИ имела 180 танков AMX-13, из них 65 (по другим данным – 61) участвовали в боях и безвозвратных потерь не имели. При этом, правда, значительное число танков вышло из строя из-за поломок, а 31 октября 1956 года два AMX-13 получили повреждения в результате ошибочной атаки на них израильской авиации. В 1962 году Израиль приобрел еще четыре AMX-13. В итоге Армия обороны получила 184 таких танка.

К войне 1967 года все эти танки состояли на вооружении (в том числе 174 из них были исправны на 4 июня 1967 года) и воевали на всех фронтах. Данных о потерях израильских танков этого типа нет, но, по-видимому, они были достаточно высокими, поскольку сразу после войны AMX-13 были сняты с вооружения как не соответствующие требованиям, предъявляемым к танкам в условиях современного боя. Публиковались данные о продаже в 1969 году 72 танков AMX-13 в Сингапур.

«Шот»

В декабре 1958 года был подписан контракт на поставку в Израиль 60 танков «Центурион» (с опционом еще на 20–30 машин). В 1959 году этот договор был пересмотрен и число закупаемых танков было уменьшено до 30 (16 подержанных Мk 5 и 14 новых Мk 7). Однако уже в мае 1960 года был подписан новый договор, предусматривавший поставку еще 60 подержанных «центурионов» Мk 5. В 1961 году был заключен контракт о замене оригинальной 20-фунтовой (83,8-мм) пушки на 90 уже закупленных Израилем танках новейшей 105-мм пушкой L7. На приобретенных в 1962 году 45 подержанных Мk 5 105-мм пушки устанавливались уже в Великобритании. Там же производился и капитальный ремонт. Примерно с 1964 года замена пушек и капитальный ремонт приобретенных танков производились в Израиле. Кроме того, на танки устанавливался дополнительный топливный бак, вносились и другие изменения. Так, например, на командирских люках монтировалась шкворневая установка 12,7-мм пулемета Browning М2.

Танки «Шот» с 20-фунтовыми пушками. 1965 год

Танк «Центурион» – «Шот» Мк 5 со штатной 20-фунтовой (83,8-мм) пушкой

Средний танк «Шот Каль Гимель» в танковом музее в Латруне

Поставки танков «Центурион» в Израиль

Примечание. Есть сведения, что поставки продолжались и в 1973 году. По некоторым источникам, всего Израиль закупил 1000 или даже 1100 танков «Центурион».

Средний танк «Шот Каль»

С учетом поставок в начале 1967 года к Шестидневной войне Израиль имел 385 танков «Центурион», из них 293 боеготовых (26,3 % всего танкового парка), 283 – со 105-мм пушками. Лишь 10 машин, воевавших на Центральном фронте (против Иордании), все еще имели 20-фунтовые пушки.

В декабре 1969 года на военном танкоремонтном заводе начала действовать линия по модернизации танков «Центурион». Модернизация заключалась главным образом в замене бензинового двигателя Meteor и механической трансмиссии Merritt-Brown на дизель Teledyne Continental AVDS-1790-2AС (модификация AVDS-1790-2A; здесь С – от Centurion) и гидромеханическую автоматическую трансмиссию Allison CD-850-6 (затем CD-850-6А). Новый моторно-трансмиссионный блок превосходил по размерам старый, поэтому кормовой лист корпуса пришлось отклонить на 3,5° от вертикали, а крышу МТО поднять. Удалось также увеличить емкость топливных баков, что, наряду с установкой менее «прожорливого», чем бензиновый мотор, дизеля, привело к возрастанию запаса хода почти вдвое. Кроме модернизации силового блока были усовершенствованы тормоза, установлены новые системы пожаротушения и электроснабжения, некоторые машины получили 12,7-мм пулемет, монтировавшийся над стволом орудия. Стрельба из пулемета велась дистанционно с помощью электроспуска. Внешне модернизированный «Центурион» отличали МТО увеличенной высоты, отклоненный назад кормовой бронелист корпуса и наличие воздухоочистителя, размещенного на надгусеничной полке.

В 1970 году было модернизировано 185 танков, в 1971-м – 248, в 1972-м – 258 (по другим данным – 276), итого 691 или 709 машин. Модернизация продолжалась и в 1973–1974 годах, но точные данные о ней отсутствуют. К началу войны 1973 года Армия обороны Израиля имела 787 модернизированных и 222 немодернизированных танка «Центурион», итого – 1009. Они составляли примерно половину израильского танкового парка к началу войны. Точно известно, что на 1 апреля 1973 года Израиль имел 2009 танков, в том числе – 975 «центурионов» (48,5 %).

В Израиле танк «Центурион» получил имя Shot («шот» – бич, кнут). Впрочем, широко использовалось и оригинальное название, а также сочетание Centurion Shot.

Танк «Шот Каль Гимель», оборудованный элементами динамической защиты Blazer. 1980-е годы

Модернизированный танк с новым двигателем и трансмиссией получил название Shot Kal («Шот Каль»). Дословно это означает «легкий Шот», таким образом в названии отмечена возросшая подвижность танка. Однако имеет место и игра слов: «Каль» – это сокращение от «Континенталь», названия фирмы-изготовителя двигателя. Существовали несколько модификаций этого танка.

Shot Kal Alef («Шот Каль Алеф», то есть «Шот Каль» Мk 1 или Мk A) – базовый модернизированный образец.

Средний танк «Шот Каль Далет» – последний вариант израильской модернизации танка «Центурион»

Shot Kal Bet («Шот Каль Бет», то есть Мk 2 или Мk В) – приводы управления башней и пушкой заменены с электрических на гидравлические, такие же, как на танке М48А3. Модернизация Мk А в Мk В проходила с середины до конца 1970-х годов, по некоторым данным, общее количество модернизированных машин было невелико, эти танки получила всего одна бронетанковая бригада.

Shot Kal Gimel («Шот Каль Гимель», то есть Мk 3 или Мk С) – в дополнение к гидравлическим приводам этот танк получил стабилизатор вооружения такой же, как на М60А1. Выхлоп выведен назад через два характерных патрубка. Установлен генератор с силой тока 650 А, то есть двигатель модернизирован в вариант AVDS-1790-2AG (G – от Generator). Впоследствии танк получил навесную динамическую защиту Blazer и новые дымовые гранатометы CL-3030. По некоторым данным, Shot Kal Gimel получил систему управления огнем. Модернизация Мk В в Мk С проходила с конца 1970-х по начало 1980-х годов.

Shot Kal Dalet («Шот Каль Далет», то есть Мk 4 или Мk D) – в дополнение к предыдущим усовершенствованиям танк получил новую СУО «Барак-Ор» («барак» на иврите – молния, «ор» – свет). Установлен теплоизоляционный кожух на ствол пушки, пулеметы Browning М1919A4 заменены на MAG 58. Модернизация Мk С в Мk D проходила примерно в 1984–1988 годах.

Тяжелый бронетранспортер «Нагмашон»

Численность парка танков Shot Kal в Армии обороны Израиля после войны 1973 года колеблется от 900 до 1100 единиц. К 2002 году она сократилась до 800 (по другим данным – до 1000) единиц (включая тяжелые БТР на базе танка). 21 октября 1992 года состоялась официальная церемония снятия этих танков с вооружения, но, судя по всему, речь шла лишь о регулярных частях и только непосредственно о танках. Тем не менее, по некоторым данным, танки Shot Kal находились на вооружении резервных танковых частей вплоть до 2001 года. Снимаемые с вооружения танки переоборудуются в тяжелые БТР и БРЭМ.

Семейство тяжелых бронетранспортеров и штурмовых инженерных машин было создано специально для действий в Южном Ливане. Первым был Nagmashot – штурмовой БТР для саперов, появившийся в 1982 году. Используя опыт его эксплуатации, Израиль разработал две новые машины – Nagmachon и Nakpadon. Nagmachon был принят на вооружение в конце 1980-х, а Nakpadon – в начале 1990-х годов. Для изготовления некоторых из них использовались шасси Nagmashot. В обеих конструкциях применялась одинаковая схема высадки десанта. Солдаты сначала покидали корпус через верхние люки, а затем пересекали крышу моторно-трансмиссионного отделения и спрыгивали на землю. Nagmachon имел более мощный комплект динамической брони, чем Nagmashot. На нем также были установлены тяжелые бортовые экраны. Каждый экран состоял из семи секций, каждая из которых подвешивалась на двойных шарнирах, позволявших поднимать секцию для обслуживания ходовой части. В передних четырех секциях располагалась динамическая защита, а задние три были из простых стальных листов. Часто задние листы фиксировались в поднятом состоянии для защиты десантирующихся пехотинцев. Кроме того, Nagmachon имел усиленную защиту против мин.

Уровень защищенности БТР Nakpadon был еще выше. Израильская армия долгое время хранила в секрете конструкцию навесной динамической брони, и только в последнее время стало известно, что современные ее образцы имеют многослойную структуру, в которую помимо листов стали и взрывчатого вещества входят слои резины и керамики. Такая конструкция позволяет защитить машину от противотанковых управляемых ракет, огня ручных гранатометов РПГ-7 и бронебойных боеприпасов калибром до 20 мм.

Все тяжелые бронетранспортеры, предназначенные для локальных конфликтов, имеют пусковые установки для дымовых гранат. На Nagmachon стоят четыре пусковые установки системы мгновенной постановки завесы Cl-3030, а на Nakpadon – две. Оба типа машин снабжены системой электронного противодействия, способной блокировать прохождение радиосигналов для взрыва самодельных взрывных устройств. Антенна этой системы установлена в кормовой части машины.

Тяжелый бронетранспортер «Пума»

Вооружение тяжелых бронетранспортеров состояло из четырех 7,62-мм пулеметов или одного 12,7– и трех 7,62-мм пулеметов. Они размещались на шкворневых установках по углам броневой рубки. Что касается модификации Nagmachon-Mifleset, то она получила полностью бронированную высокую башню с четырьмя пулеметными установками по углам.

Масса обоих машин около 50–55 т. На Nagmachon установлен дизельный двигатель мощностью 750 л.с., на Nakpadon моторно-трансмиссионное отделение с двигателем AVDS-1790-6A мощностью 900 л.с. заимствовано у танка Merkava 1.

Последним вариантом тяжелого бронетранспортера на базе танка Centurion стала Puma. Однако если быть точным, то эта машина создавалась как стандартная боевая машина инженерных войск. В этом качестве Puma в основном и применялась. Характерными деталями внешнего облика этой машины стало отсутствие рубки как таковой и фальшборта, заимствованные у танка Merkava.

«Тиран» и другие советские трофейные танки

За время Шестидневной войны 1967 года израильские войска захватили на Синае до 820 египетских танков и САУ, среди них несколько сотен Т-54 и Т-55 (по некоторым данным – 291 Т-54 и 82 Т-55). Еще 15 Т-54 и 5 Т-55 были захвачены на Голанских высотах. Около 200 трофейных машин были полностью исправны, среди прочих имелось много танков с незначительными повреждениями. Испытывая постоянную потребность в пополнении танкового парка, израильтяне решили принять трофейные советские танки на вооружение. Уже в июле 1967 года в строй встали первые 130 танков: 81 Т-54 и 49 Т-55. На первом этапе производился ремонт, замена пулеметов и радиооборудования, а также вносился ряд других мелких изменений (запчасти частично производились на месте, частично закупались в Финляндии). Всего в 1968–1969 годах на вооружение Армии обороны Израиля было принято 146 танков – 139 в 1968-м и 7 в 1969 году. В ходе дальнейшей модернизации и приведения танков к стандартам Армии обороны оригинальная 100-мм пушка была заменена на 105-мм американскую М68.

Танки «Тиран-4Ш» на параде в Иерусалиме. 1973 год

Танки Т-54/55 участвовали в Войне на истощение в 1969–1970 годах, включая операцию «Равив» 9 сентября 1969 года – рейд 6 Т-55 и 3 БТР-50 с парашютистами по африканскому побережью Суэцкого залива, а затем в Войне Судного дня в 1973 году. К началу этой войны они составляли 7,6 % израильского танкового парка. Безвозвратные потери Т-54/55 составили 7 машин. Следует, однако, отметить, что укомплектованная этими танками бригада вступила в бой только 12 октября 1973 года.

В 1973 году Израиль захватил около 1500 арабских танков (в том числе около 200 Т-62), из них 550 – в технически исправном состоянии. Из этих танков 400 были введены в строй, в том числе 72 Т-62. В середине 1970-х годов Т-54/55 и Т-62 составляли до 20 % танкового парка ЦАХАЛа.

Танк «Тиран-5Ш» в экспозиции музея танковых войск АОИ в Латруне

В Армии обороны Израиля танки Т-54/55, а затем и Т-62 получили название Tiran. Причем название это заимствовано не у острова на выходе из залива Эйлат в Красном море, а «тиран» в смысле «жестокий правитель». Существовало несколько модификаций этого танка.

«Тиран-4» – Т-54 со штатной 100-мм пушкой. Установлены два-три 7,62-мм пулемета Browning M1919A4 (спаренный и на шкворневых установках у люков командира и заряжающего) и один 12,7-мм пулемет Browning М2НВ (жестко над стволом орудия, с дистанционным электроспуском), 60-мм миномет на правом борту башни (на части машин), объемные ящики для снаряжения на правом борту и корме башни и корме корпуса, новые радиостанция и система ППО.

Танк «Тиран-6» на полигоне в пустыне Негев

«Тиран-4Ш» – «Тиран-4» со 105-мм пушкой M68. Здесь «Ш» (буква «шин» на иврите) – от слова «шарир» (сильный) – так в АОИ называли 105-мм английскую пушку (как оригинальную L7, так и ее американский вариант М68, а также вариант, выпускавшийся в Израиле по лицензии фирмой IMI). Боеукладка изменена под 105-мм выстрелы.

«Тиран-5» – Т-55 со штатной 100-мм пушкой. В остальном подобен танку «Тиран-4».

«Тиран-5Ш» – «Тиран-5» со 105-мм пушкой М68.

«Тиран-6» – Т-62 со штатной 115-мм пушкой. Установлены три 7,62-мм пулемета Browning M1919A4 (спаренный и на шкворневых установках у люков командира и заряжающего) и один 12,7-мм пулемет Browning М2НВ (жестко над стволом орудия, с дистанционным электроспуском), 60-мм миномет на правом борту башни, объемные ящики для снаряжения на правом борту и корме башни и корме корпуса, новые радиостанция и система ППО.

Model “S” – экспортный вариант модернизации танков «Тиран-5Ш» и «Тиран-6», появившийся в 1984 году. На танке установлены: двигатель Detroit Diesel 8V-71T мощностью 609 л.с.; полуавтоматическая гидромеханическая трансмиссия; динамическая защита Blazer; стабилизатор вооружения фирмы HR Textron Incorporated; СУО Matador; теплоизоляционный кожух пушки; новая командирская башенка; пассивные ночные приборы командира, наводчика и механика-водителя, новые органы управления танком (штурвал); новые ящики для снаряжения и т. д.

На базе танков Т-55 в Израиле создан тяжелый БТР Achzarit. Его разработала в начале 1980-х годов фирма NIMDA. На вооружение эти БТР поступили в 1989 году. С танка была удалена башня, и установлено более легкое вооружение. Была усилена броня бортов и крыши корпуса. Моторно-трансмиссионное отделение полностью переработано, двигатель заменен на американский и размещен сзади – слева, чтобы оставить место для выхода десанта. Высадка осуществляется сзади по рампу с гидравлическим приводом, при этом десант проходит над трансмиссией. Три члена экипажа – механик-водитель, командир и наводчик находятся спереди. Вооружение – боевой модуль OWS фирмы Rafael. В машине размещается 7 десантников.

Achzarit имеет высокий уровень защиты при общей массе 44 т. В лобовой части машина защищена от бронебойных боеприпасов калибра 125 мм. В задней части корпуса установлена разнесенная броня ТОGА из перфорированных стальных листов. Пространство внутри разнесенной брони используется для размещения имущества десанта и запасов питьевой воды. Дополнительно живучесть повышают системы коллективной защиты, ППО и постановки дымовой завесы. Кроме того, системой дымопуска оснащен двигатель.

Бронетранспортер «Ахзарит»

На БТР Achzarit первоначально были установлены три боевых модуля OWS. Они имеют модульную конструкцию, позволяющую устанавливать на выбор пулеметы калибра 7,62 или 12,7 мм. В качестве альтернативы может быть установлен 40-мм гранатомет. Однако основным вариантом из соображений экономии является пулемет М240 калибра 7,62 фирмы FN Herstal. Масса OWS 160 кг. На серийных машинах установлен только один модуль.

Силовая установка машины заимствована с САУ М109. В ней применяется двигатель мощностью 650 л.с. фирмы Detroit Diesel c автоматической трансмиссией фирмы Allison. Фирма NIMDA разработала и более новую версию БТР Achzarit 2 с двигателем мощностью 850 л.с.

По официальным израильским данным, на конец 1997 года этот БТР использовался в двух пехотных бригадах – одной регулярной («Голани») и одной резервной. Планировалось оснастить им все пехотные части. В мотопехотном батальоне на БТР Achzarit имеется 37 таких машин, что из расчета 3 батальонов в бригаде дает общее количество в 222 единицы. С учетом учебных подразделений, в 1997 году количество этих машин в АОИ вряд ли превышало 250–300 единиц. По состоянию на середину 2002 года из регулярных пехотных бригад Achzarit по-прежнему имела только «Голани». Вместе с тем в ходе боевых действий на палестинских территориях в 2000–2002 годах эти БТР использовались и другими пехотными частями.

Непросто оценить и парк танков Tiran в АОИ. Судя по всему, в середине 1990-х годов эти машины были сняты с вооружения. Возможно, несколько десятков машин по-прежнему находятся на хранении в резервных формированиях. Судя по сообщениям израильской печати, в конце 2005 года в подразделениях Южного военного округа началась замена «тиранов» танками Magach. Старые «тираны» будут переоборудованы в тяжелые БТР.

С начала 1980-х годов танки Tiran 4 и Tiran 5 поставлялись ливанским христианским милициям, а также Армии Южного Ливана (АЮЛ). Например, около 18 Тiran 4 было поставлено АЮЛ в 1987 году. С конца 1980-х годов АЮЛ постоянно имела примерно 30 танков обеих модификаций. После развала АЮЛ в мае 2000 года часть танков вернулась в Израиль, часть была уничтожена (включая бомбардировки израильской авиации), несколько попали к «Хизбалле». Необходимо отметить, что в Ливан поставлялись только танки, вооруженные советскими 100-мм пушками.

Танк ИС-3, захваченный израильскими войсками, на параде в Тель-Авиве. 1967 год

В 1990 году 30 танков Tiran 5 были проданы Эфиопии, а в 1997–1998 годах 15 машин модели “S” в Уругвай.

Легкие плавающие танки ПТ-76 впервые были захвачены у Египта в 1967 году. К началу войны Египет имел на Синае 28 таких танков, и практически все они стали трофеями израильтян. Данные о том, сколько из них были в исправном состоянии, а сколько подлежали ремонту, отсутствуют. Достоверно известно, что АОИ использовала в войне 1973 года около десятка ПТ-76 (на май 1973 года на вооружении подразделения, эксплуатировавшего эти танки, имелось 7 ПТ-76). В ходе войны 1973 года было захвачено значительное количество танков ПТ-76. Достаточно сказать, что к началу боевых действий Египет имел 101 такой танк, а Сирия – 90. Кроме того, 20 танков ПТ-76 имел Ирак, и, возможно, все они или часть из них воевали в Сирии в составе иракского экспедиционного корпуса. По западным данным, в 1974–1981 годах АОИ имела 65 ПТ-76. Они были сняты с вооружения в начале 1980-х годов.

Говоря о трофейных советских танках в Армии обороны Израиля, необходимо упомянуть, что у Египта в 1956, 1967 и 1973 годах, у Сирии в 1967 и 1973 годах и у палестинцев в 1982 году было захвачено свыше 300 танков Т-34-85. Эти машины на вооружение не принимались. Тем не менее, кое-какое применение им нашлось. Отдельные танки передавались музеям (как израильским, так и иностранным), а также населенным пунктам в качестве памятников. С нескольких Т-34-85, захваченных в 1956 году, были сняты дизели для использования на танках «Шерман», но дальше экспериментов дело не пошло. Корпуса части Т-34-85 разрезались, а полученные таким образом бронеплиты применялись для дополнительного бронирования некоторых специальных машин на базе «Шермана». Большое количество танков использовалось на полигонах в качестве мишеней.

Трофейный советский танк ПТ-76 в экспозиции музея танковых войск АОИ в Латруне

Наиболее же интересно применение танков ИС-3 (их в Израиле называли «танк Сталин» или «танк Сталин-3»). До 40 таких машин были захвачены у Египта в 1967 году. С нескольких таких танков были сняты двигатель и трансмиссия, на освободившемся месте размещен дополнительный боезапас, а сами танки установлены на наклонных бетонных поверхностях, позволявших придавать стволам их пушек угол возвышения в 45° против штатных 19°. Два таких ИС-3 использовались в ходе Войны на истощение в 1969–1970 годах в опорном пункте (ОП) «Темпо» Линии Бар-Лева (самый северный ОП из расположенных вдоль Суэцкого канала, в 10 км к югу от Порт-Саида), еще два – в ОП «Будапешт» (на берегу Средиземного моря, в 12 км к востоку от Порт-Саида). После истощения запасов трофейных 122-мм боеприпасов использование танков ИС-3 прекратилось. Данных, все ли они были вывезены из ОП или оставлены в них без использования, а также имелись ли ИС-3 в других ОП, к сожалению, нет. Известно только, что во время войны 1973 года один такой танк имелся (но не использовался) в ОП «Будапешт».

«Магах»

Первые танки М48 поступили в Израиль в начале 1960-х годов из Германии в рамках уплаты репараций. В 1964 году Израиль получил первые 40 танков этого типа. К тому времени информация о военных связях Германии с Израилем просочилась в газеты, и арабские страны начали угрожать признанием ГДР и свертыванием торговых связей с ФРГ. Немцы прекратили военную помощь, но их обязательства по поставкам оставшихся 110 танков взяли на себя США. В июне 1970 года Израиль заказал еще 100 М48А1 и 150 М60/М60А1 (по-видимому, 50 М60 и 100 М60А1) в США. Сделка была утверждена Конгрессом в январе 1971 года, а все танки поставлены до конца 1971 года. В последующие годы поставки танков обоих типов продолжались, причем наиболее интенсивно после войны 1973 года. В общей сложности с 1964 года Израиль получил около 800 М48 и 1400 М60 различных модификаций.

Один из первых танков М48А1, полученных Израилем из Германии. 1960-е годы

В Армии обороны Израиля танки М48 и М60 получили название Magach («магах» – числительное «сорок восьмой – третий» на иврите, имеется в виду танк М48А3, до уровня которого первоначально модернизировались американские танки М48А1 и М48А2С, поступившие в Израиль) и неоднократно модернизировались после принятия их на вооружение в 1965 году. Вначале модернизация была сосредоточена на установке 105-мм пушки L7, которую Израиль начал выпускать по британской лицензии. Позже общим элементом всех израильских модернизаций танков, как М48, так и М60, стала установка низкопрофильных командирских башенок Urdan, термоизоляционных чехлов на стволы пушек, 60-мм минометов для постановки дымовой завесы и дополнительных пулеметов на шкворневых установках. Кроме того, устанавливались дизельные двигатели AVDS-1790-2A американской фирмы Teledyne Continental и динамическая броня Blazer.

Средний танк «Магах-5»

К 1985 году, несмотря на все модернизации, «Магах» все более отставал от танков вероятных противников. Особенно остро стояла проблема неадекватно низкого уровня защиты башни, которая поражается в столкновениях танк против танка с максимальной вероятностью. Эквивалентная толщина гомогенной брони башни танка М60 в самом широком месте составляла 254 мм. А в остальных местах она была еще меньше. В 1970-х годах стандартный 120-мм бронебойно-подкалиберный снаряд мог пробить уже около 400 мм. А к 1990 годам бронебойно-подкалиберные снаряды калибров 120 и 125 мм стали пробивать до 800 мм.

Комплект навесной динамической защиты Blazer имеет массу от 800 до 1000 кг. Против кумулятивных боеприпасов он давал прирост защиты, эквивалентный тому, что могли дать 10 т стали. Однако, несмотря на постоянное совершенствование и повышение эффективности этой динамической брони, она все равно не могла обеспечить адекватный уровень защиты от обычных бронебойных снарядов и новых ПТУР. В ноябре 1997 года два Magach 6B с навешенными элементами защиты Blazer были поражены тяжелыми противотанковыми ракетами, выпущенными боевиками организации «Хезболла». Если в 1982 году РПГ и ПТУР не могли пробить Blazer, то в данном случае танки были подбиты. Таким образом, динамическая броня Blazer стала неэффективной не только против кинетических боеприпасов, но и против кумулятивных нового поколения. Усиление же пассивной брони привело бы к недопустимому росту массы. Поэтому было решено применить новые баллистические материалы, и результаты разработки использовать при модернизации Magach.

Средний танк «Магах-6 Бет». Обращают на себя внимание элементы навесной динамической защиты Blazer

Этот процесс привел к появлению нового варианта Magach 7 в середине 1990-х. У них был увеличен уровень пассивной брони, соответственно повышена мощность двигателя, чтобы компенсировать увеличение массы, а также применена новая система управления огнем. Magach 7 имеет пассивную броню, одинаково эффективную как против бронебойных, так и против кумулятивных боеприпасов. Она состоит из многослойного композитного материала, состав которого засекречен. Броневые накладки установлены как на корпусе, так и на башне. Кроме того, добавлены бортовые экраны. Они установлены на тяжелых пружинах, чтобы уберечь материал от разрыхления при маневрировании. Первые две панели бортовых экранов – из композитного материала, остальные – стальные. Так как процесс модернизации был дорогостоящим и трудоемким, она проходила малыми партиями, и не все машины подвергались ей.

В 1999 году израильская армия потребовала установить на Magach 6B дорогую, но более эффективную накладную броню. Этот заказ был выполнен чрезвычайно быстро, всего за 10 месяцев. Модернизированная машина получила название Magach 6B Batash.

Башня этого танка имеет гибридные броневые пакеты, включающие как реактивные, так и пассивные слои. Вероятнее всего, они оптимизированы для защиты от нескольких поражений противотанковыми ракетами, что характерно для локальных конфликтов. Лобовой лист корпуса защищен динамической броней второго поколения Super Blazer. Бортовые экраны аналогичны тем, что установлены на Magach 7.

Следует отметить, что на находящиеся в эксплуатации танки «Магах» периодически устанавливали системы оповещения о лазерном облучении Moked. Кроме того, на них смонтирована современная система ППО израильской фирмы Spectronix.

«Магах-6 Бет Галь». На фото видны основные внешние отличительные признаки этой модификации – теплозащитный кожух пушки, новая корзина на корме башни и гусеницы, заимствованные у танка «Меркава»

Все варианты Magach сохранили на вооружении 105-мм пушку. Повышение их огневой мощи достигалось в основном за счет совершенствования системы управления огнем и более эффективных боеприпасов. Гидравлический привод башни был усилен, чтобы компенсировать повышение массы башни, вызванное усилением бронирования. Усовершенствованная система управления огнем была установлена и на некоторые Magach 6B. Новая система управления огнем называется Gal. На международный рынок она поставлялась фирмами Elbit и El-Op под наименованием Matador. Magach 6B с новой СУО назывался Magach 6B Gal. Такая же СУО Gal была установлена и на Magach 7. В ней оригинальный оптический дальномер заменен на лазерный, а наводчик получил новый дневной/ночной прицел. Для улучшения характеристик полустабилизированный прицел наводчика связан с пушкой, которая имеет независимую стабилизацию. Командир получил собственный прицел, интегрированный в башенку на правой стороне башни. Под него используется место, освободившееся от старого оптического дальномера.

«Магах-6 Бет Галь Баташ» – первый вариант израильской модернизации танка М60 с использованием мощной дополнительной пассивной бронезащиты

Масса оригинального М60 составляла 49,7 т. Самый тяжелый Magach 7 стал весить до 55 т, несмотря на замену траков на более легкие, что сэкономило 1,7 т. Платой за большую защищенность стало снижение мобильности. Для сохранения удельной мощности двигатели мощностью 750 л.с. были заменены на AVDS 1790-5A мощностью 908 л.с. фирмы General Dynamics Land Systems с автоматической трансмиссией, заимствованной у танка Merkava 1. Дополнительно израильская фирма Kinetics провела модернизацию ходовой части. В реальной жизни, по оценке экипажей, Magach 7 стали даже более подвижными, чем М60. Утомляемость экипажа снизилась. Из-за того, что корпус в движении стал более стабильным, точность стрельбы повысилась.

За период с 1965 года по настоящее время в Армии обороны Израиля эксплуатировалось несколько модификаций танков «Магах».

Magach 3 – М48А1/А2С, модернизированные до уровня М48А3.

Magach 5 – оригинальные американские М48А5. Основным отличием от израильских Magach 3 являлся двигатель – AVDS-1790-2D вместо AVDS-1790-2A и трансмиссия CD-850-6A вместо CD-850-6.

Magach 6 – М60. Это же название используется для обозначения М60 вообще, всех моделей.

Magach 6 Alef (то есть Magach 6А) – М60А1. В Израиле М60 этой и других моделей были модернизированы: установлена новая командирская башенка израильского производства, усовершенствована система турбонаддува двигателя, установлены навесная динамическая защита и теплоизоляционный кожух на стволе пушки. Осуществлен постепенный переход на цельнометаллические гусеницы с развитыми грунтозацепами, аналогичными гусеницам танка Merkava, и т. п.

Magach 6 Bet (то есть Magach 6В) – М60А1(RISE), т. е. М60А1 с усовершенствованным двигателем, так называемым AVDS-1790-2C RISE (Reliability Improved Selected Equipment engine), вместо оригинального дизеля AVDS-1790-2A. Кроме того, танк получил более совершенную систему стабилизации орудия, а также гусеницы типа Т142 с резиновыми подушками, в то время как Magach 6А имел клинообразные гусеницы типа Т97 меньшей ширины. Постепенно двигатель и стабилизатор были усовершенствованы на всех М60А1, то есть все Magach 6 Alef были модернизированы до уровня Magach 6 Bet. Как следствие, название Magach 6 Alef вышло из употребления.

Magach 6 Bet Gal – Magach 6 Bet с новой СУО Gal («Волна»), созданной на базе СУО Matador танка Merkava. Кроме того, изменилась конфигурация блоков динамической защиты, а на корме башни установлена новая корзина для имущества увеличенного объема.

Magach 6 Bet Gal Batash – вариант Magach 6 Bet Gal с мощным дополнительным пассивным бронированием башни и лобовой части корпуса, бортовыми экранами (отсюда другое, неофициальное название этой модели – Magach 6 «Мемуган» – «защищенный»). Характерной особенностью танка является конфигурация дополнительного бронирования башни, придающая ей приплюснутую форму. Двигатель мощностью 750 л.с. заменен на более мощный, в 908 л.с. Слово «баташ» означает «битахон шутеф», т. е. «обеспечение повседневной безопасности». Обычно под словом «баташ» понимают охрану относительно мирных границ, но в данном случае имелась в виду повседневная работа АОИ в Ливане (до вывода оттуда войск в мае 2000 года) – для этого и была создана эта модель. В этот вариант было модернизировано небольшое количество танков Magach 6 Bet Gal.

Magach 6 Bet Baz – аналогичен Magach 6 Bet Gal, но с СУО Baz (как на танке Merkava 3) вместо СУО Gal. До этого уровня модернизировано небольшое количество танков Magach 6 Bet.

Magach 6 Gimel (то есть Magach 6С) – М60А3.

Magach 6 Resh (то есть Magach 6R) – М60 (в отличие от М60А1 и М60А3) с новым стабилизатором орудия (как на Magach 6 Bet), двигатель модернизирован до уровня AVDS-1790-2AG. Основное отличие AVDS-1790-2AG от AVDS-1790-2A – генератор с силой тока 650 А вместо оригинальных 300 А, с целью удовлетворить возросшие потребности в электроэнергии системы стабилизации орудия (двигатель мощностью в 10 л.с. гидравлической системы, гироскоп, сервоприводы орудия, а впоследствии – и СУО).

Magach 6 Resh* (Magach 6 R*) – Magach 6 Resh, подготовленный для установки новой СУО Nachal-Oz, но еще не имеющий этой системы.

Magach 6 Mem (Magach 6M) – Magach 6 Resh* с СУО Nachal-Oz.

Magach 7 – глубокая модернизация М60. Новое дополнительное пассивное бронирование башни и корпуса, бортовые экраны, 750-сильный дизель AVDS-1790-2AG заменен на 908-сильный AVDS-1790-5A с автоматическим стартером, два 6-зарядных дымовых гранатомета (вместо прежних 10-зарядных) и др.

Magach 7 Alef (Magach 7А) – имеет практически вертикальное дополнительное бронирование лобовой части башни. Обозначение Magach 7 Alef не используется, применяется просто Magach 7.

Magach 7 Bet (Magach 7В) – Magach 7 с бронированием, как у Magach 7 Gimel. Прототип, серийно не выпускался.

Magach 7 Gimel (Magach 7С) – бронирование сходно с бронированием танка Sabra, то есть с сильным наклоном передних бронелистов башни. Именно на этой модели началась замена двигателя с AVDS-1790-2AG на AVDS-1790-5A.

Основной боевой танк «Магах-7А» – понять, что в его основе М60, можно только на виде сзади

В настоящее время на вооружении Армии обороны Израиля, по разным данным, находится от 700 до 1000 танков Magach 6 и Magach 7 различных модификаций. По состоянию на 2007 год танков Magach 7 насчитывалось 111 единиц.

Специально для участия в тендере на модернизацию танков М60, объявленном Турцией, был разработан вариант Sabra. Этот вариант модернизации включает в себя изменения, аналогичные Magach 7 (форма дополнительного бронирования наиболее похожа на Magach 7 Gimel), кроме того, 105-мм нарезная пушка М68 заменена на 120-мм гладкоствольную MG251 (создана и производится IMI для танка Merkava 3). Работы по замене орудия осуществлены еще в 1994 году. Боекомплект состоит из 42 выстрелов. Кроме того, машина оснащена 7,62-мм спаренным и дополнительно двумя пулеметами, установленными на крыше башни перед люками командира и заряжающего. Возможна также установка 60-мм миномета фирмы Soltam. На основном боевом танке Sabra Mk 2 размещена усовершенствованная компьтеризированная система управления огнем Knight III с лазерным дальномером, которую поставляют компании El-Op (Electro-Optics) Industries Ltd. и Elbit Systems. По желанию заказчика на танк может быть установлен дизель немецкой фирмы MTU мощностью 1000 л.с. или AVDS-1790 мощностью 1200 л.с. американской фирмы General Dynamics Land Systems.

Основной боевой танк «Магах-7С»

Турецкий тендер израильтяне выиграли. В 2002 году Турция заказала модернизацию 170 своих танков М60А1 в вариант Sabra Mk 3, предусматривавший помимо всего прочего установку дизеля фирмы MTU мощностью 1000 л.с. и автоматической трансмиссии фирмы Renk. Работы были начаты на турецком ремонтном заводе в Кайсери в 2006 году и завершились в апреле 2010 года. Модернизированные танки получили обозначение М60Т (Т – турецкий).

«Меркава»

Возможность производства танков непосредственно в Израиле впервые начали серьезно рассматривать в феврале 1964 года. Речь тогда шла о сборке французского танка AMX-30, при этом корпус его планировалось изготавливать в Израиле, а башню привозить готовой из Франции. По разным причинам от этой затеи отказались.

В начале 1966 года Великобритания выразила предварительное согласие продать Израилю танки «Чифтен» и даже организовать его лицензионный выпуск в Израиле (вначале – отверточная сборка из привозных комплектующих, а затем постепенный переход к полному собственному производству). В ноябре 1966 года в Великобританию выехали две делегации – танковых войск и службы вооружений – для всестороннего изучения танка. В начале 1967 года два танка «Чифтен» прибыли в Израиль для прохождения всесторонних испытаний. После выработки моторесурса эти машины поменяли на два новых танка. В общей сложности испытания продолжались два с половиной года. В ходе их были внесены многочисленные предложения по изменению конструкции для лучшего приспособления танка к работе в пустыне. 17 октября 1968 года Израиль официально обратился к Великобритании с просьбой о приобретении танков «Чифтен». В апреле 1969 года израильская делегация приступила к изучению технологии производства «чифтенов» в Великобритании. В этот период в британском правительстве шла дискуссия по вопросу о продаже танка в Израиль. Министерство обороны было за, министерство иностранных дел – против. В конце концов, в декабре 1969 года Великобритания официально отказала Израилю. В конце этого же месяца оба находившихся в Израиле танка были отправлены обратно в Англию.

Группа офицеров танковых войск АОИ. Крайний справа – Исраэль Таль

Неудачи с организацией лицензионного производства танков в Израиле, судя по всему, окончательно утвердили израильское военное руководство в необходимости разработки и дальнейшего серийного производства танка собственной конструкции. Основным «толкачом» этой идеи был, безусловно, генерал Исраэль Таль. Поскольку роль этого человека в создании израильских танков трудно переоценить, о нем следует сказать несколько слов, тем более что в российских изданиях о нем пишут в основном всякую чушь. Последний ее образец – объявление Таля «выходцем из Советского Союза»! Ну, ясное дело, талантливый танкист по определению не может быть не советским или, на худой конец, без советских корней. Ну, или учился у нас. Иначе никак! Из этой же обоймы басни про Гудериана, «учившегося» в СССР танковому делу. Для полноты картины осталось только найти одесские корни у генерала Паттона, и все будет в полном порядке! На фоне подобного главпуровского мракобесия краткая биографическая справка о генерале Тале просто необходима.

Прототип (точнее – ходовой макет) танка «Меркава». При его изготовлении использовался корпус танка «Центурион»

Итак, Исраэль Таль родился в 1924 году в Палестине. Военную службу он начал в 1942 году, когда добровольно пошел в британскую армию, в составе которой сражался в Северной Африке и Италии. В 1946 году Таль вернулся в подмандатную британцам Палестину и вступил в ряды организации «Хагана». В ходе Войны за независимость он воевал в пехоте, после войны командовал батальоном в бригаде «Гивати», а в 1956 году стал командиром одной из пехотных бригад ЦАХАЛа. В дальнейшем Таль перешел в танковые войска, где занимал должность заместителя командующего, затем – командира 7-й бронетанковой бригады, а в 1964–1969 годах он был командующим танковыми войсками АОИ, в ходе Шестидневной войны одновременно командуя 162-й танковой дивизией, наступавшей на севере Синайского полуострова. Войну 1973 года генерал Таль встретил, будучи начальником оперативного управления и заместителем начальника генштаба, а на ее завершающей стадии командовал Южным фронтом. В 1976 году Исраэль Таль ушел в отставку и стал помощником министра обороны. Занимая эту должность, он долгие годы возглавлял разработку и производство танка «Меркава». Но это, наверное, не главное. Генерал Таль был выдающимся танковым командиром и по праву считается создателем танковых войск Израиля. Именно под его руководством танковые войска АОИ превратились в грозную силу, сыгравшую основную роль в войнах, которые вел Израиль. Генерал Таль принадлежал к числу подлинных танковых фанатиков, знающих и любящих боевую технику до последнего винтика. Солдаты не раз видели своего генерала в полевой форме, перепачканной машинным маслом, когда он вместе с механиками разбирался в поломках танковых агрегатов. Израильские танкисты дали своему командующему любовное прозвище Талик. Генерал Таль умер 8 сентября 2010 года.

Один из полноценных прототипов танка «Меркава» Мк 1 демонстрируется в танковом музее АОИ в Латруне

Именно под влиянием Таля начала складываться концепция израильского танка. Он считал, что ни одна из моделей танков, будь то американские танки М48 и М60 или британский «Центурион», не удовлетворяет основным требованиям израильской танковой доктрины. Израильская армия нуждалась в абсолютно новой боевой машине, наиболее полно соответствующей театру военных действий и боевому опыту израильских танкистов. Основной акцент, наряду с огневой мощью и маневренностью, делался на максимальную защиту членов экипажа: танк может быть полностью выведен из строя, но экипаж должен уцелеть. Такой подход принципиально отличен от общепринятого, при котором три компоненты конструкции любого танка – защищенность, подвижность и огневая мощь – находятся в определенном равновесии. Но совсем не случаен для страны, в которой смерть каждого солдата – национальная трагедия. 6 июня 1970 года генерал Исраэль Таль послал в министерства обороны и финансов Израиля результаты экономического исследования по вопросу целесообразности разработки и производства собственного танка. Программа разработки, получившая название «Программа Меркава», была официально утверждена правительством 20 августа 1970 года, и научно-исследовательский центр при государственном объединении IMI (Israel Military Industry) приступил к проектированию. Следует подчеркнуть, что работы велись в тесном сотрудничестве с США. Кроме того, в разработке танка принимала участие группа офицеров-танкистов, руководимая генералом Талем. Проектирование велось очень высокими темпами, несмотря на то, что первоначально в работах принимали участие всего 35 человек. Все бюрократические проволочки удалось свести к минимуму во многом благодаря самому Талю и теснейшему сотрудничеству военных и проектировщиков.

Сборочный цех завода в городе Тель-а-Шумер

В декабре 1974 года на испытания был передан первый опытный образец (этому предшествовало испытание прототипов, переделанных из танков Centurion). Первые 4 серийные машины были переданы на испытания в Армию обороны Израиля 26 апреля 1979 года. Официальное принятие на вооружение танка Merkava («меркава» – колесница) состоялось 29 октября 1979 года. Серийное производство осуществлялось с 1979 года на заводе в городе Тель-а-Шумер. В 1980 году, после выпуска первых 30 танков, темп производства составлял 7—10 машин в месяц, затем он вырос до 10 машин в месяц и более. К войне 1982 года в войсках находилось около 200 танков Merkava Mk 1.

«Меркава» Mk 1

В конструкции танка «Меркава» нашло отражение стремление разработчиков обеспечить его максимальную живучесть и защиту экипажа. Танк имеет увеличенную по сравнению с сопоставимыми образцами основных танков боевую массу и необычную компоновку. Для усиления защиты экипажа двигатель с трансмиссией расположены в носовой части корпуса и служат, таким образом, дополнительной преградой для снаряда в случае пробития им лобовой брони. Кроме того, такое размещение моторно-трансмиссионного отделения позволило высвободить значительный забронированный объем в кормовой части машины для размещения дополнительного количества боеприпасов. Отделение управления расположено за МТО. Доступ в него обеспечивается как через люк в крыше корпуса, так и через боевое отделение. В люке установлены три перископических прибора наблюдения, средний из которых может быть заменен бесподсветочным прибором ночного видения. Боевое отделение находится в кормовой части корпуса.

Один из первых серийных танков «Меркава» 1.1k 1

Башня танка «Меркава» 1.1k 1

Корпус танка сварной, изготовлен из литых и катаных броневых деталей. Верхняя лобовая деталь расположена под большим углом наклона. Ее правая сторона несколько выше, чем левая, что связано с размещением здесь двигателя. Лобовая броня многослойная, за ее первым слоем находится пространство, заполненное дизельным топливом, затем идет еще один слой брони. Позади двигателя находится еще одна броневая перегородка. Верхняя кромка лобовой детали корпуса размещена выше уровня погона башни и защищает стык между корпусом и башней, который обычно является уязвимым местом. Для повышения защиты от противотанковых мин днищу корпуса придана своеобразная арочная форма. На бортах корпуса установлены противокумулятивные экраны. В кормовой части корпуса расположена двухстворчатая дверь, верхняя створка открывается вверх, нижняя – вниз. Через эту дверь загружаются боеприпасы или раненый член экипажа другого танка, кроме того, она может использоваться для аварийного выхода.

Узел подвески танка «Меркава»

Башня – литая со сварными лобовыми деталями, имеет небольшое поперечное сечение, заостренную от бортов к носовой части клиновидную форму и развитую кормовую нишу. В башне размещены три члена экипажа. Командир и наводчик располагаются справа от пушки, а заряжающий – слева. Командирской башенки танк не имеет, командир обеспечен люком со сдвижной крышкой. По периметру люка в крыше башни установлены пять перископических приборов наблюдения. Поворот башни осуществляется с помощью электрогидравлического привода.

Танк «Меркава» Mk 1 на полном ходу

Бронирование танка противоснарядное комбинированное. Эквивалент по стойкости (корпус/башня): от 120-мм цельнокорпусного БПС – 470/470 мм, от 120-мм КС с моноблочной боевой частью – 600–650/600–650 мм.

В башне установлена 105-мм нарезная пушка М68, выпускавшаяся в Израиле по американской лицензии. Пушка стабилизирована в двух плоскостях наведения. Достаточно большой угол склонения пушки (–8,5°) позволяет вести огонь из-за укрытий. С целью повышения точности и стабильности стрельбы при изменяющихся температурах наружного воздуха пушка снабжена термоизоляционным чехлом израильской фирмы TAAS. Боекомплект пушки составляют 62 выстрела. Для стрельбы из пушки могут использоваться как выстрелы собственного производства, так и стандартные боеприпасы НАТО. В боекомплект входят выстрелы с четырьмя типами снарядов: бронебойный подкалиберный, кумулятивный, бронебойно-фугасный и дымовой. Шесть выстрелов уложены в боевом отделении ниже башенного погона, а остальные – в кормовой части корпуса. 12 выстрелов хранятся в контейнерах из огнестойкого материала, рассчитанных на два выстрела каждый, а 44 – в контейнерах на четыре выстрела. При необходимости, за счет некоторого стеснения экипажа, боекомплект может быть увеличен до 85 или 90 выстрелов.

Система управления огнем Matador Mk 1 израильской фирмы Elbit включает в себя баллистический вычислитель и лазерный дальномер и по существу является аналогом СУО танка М60А1.

Вспомогательным вооружением является спаренный с пушкой 7,62-мм пулемет, а дополнительное вооружение включает установленные на башне два 7,62-мм пулемета FN MAG для стрельбы по воздушным и небронированным наземным целям, а также 60-мм миномет фирмы Soltam, установленный на борту башни рядом с люком командира. Спаренный пулемет установлен слева от пушки. Лента его питания размещена между слоями разнесенной брони башни. Боекомплект всех трех пулеметов составляет 2000 патронов. Миномет устанавливается на правом борту башни у командирского люка. В его боекомплект входят 30 мин. В качестве дополнительного усиления огневой мощи при борьбе с легкобронированными объектами на танке может быть установлен 12,7-мм пулемет M2HB. Он жестко крепится на специальном кронштейне на маске пушки и оснащается электроспуском.

Основной боевой танк «Меркава» Mk 1 «Бет»

Танк оснащается хорошо освоенным в эксплуатации в танковых войсках АОИ двигателем фирмы Teledyne Continental AVDS-1790-5А, 12-цилиндровым V-образным четырехтактным дизелем воздушного охлаждения с турбонаддувом, мощностью 910 л.с. (670 кВт) при 2400 об/мин. Двухпоточная гидромеханическая трансмиссия Allison CD-850-6ВX включает в себя двухреакторную комплексную гидропередачу без блокировочного фрикциона, планетарную коробку передач (2+4), механизм поворота дифференциального типа и два планетарных бортовых редуктора. Двигатель может быть заменен в полевых условиях за 60 минут. Двигатель обеспечивает 60-тонной боевой машине удельную мощность 15 л.с./т, однако израильские конструкторы и не стремились добиться тут рекордных показателей.

Танк Merkava имеет шесть расположенных побортно опорных катков диаметром 790 мм (взаимозаменяемых с катками танка Centurion) с ведущими колесами переднего расположения, направляющими заднего, а также с четырьмя поддерживающими роликами. Каждый каток снабжен пружинной подвеской, причем один рычаг рассчитан на два опорных катка. Два передних катка имеют гидравлические амортизаторы. Траки гусеницы (ширина 640 мм, длина опорной поверхности 4,52 м) цельнометаллические, с открытым шарниром.

Танк оснащен системой коллективной защиты, имеющей фильтровентиляционную установку и систему автоматического пожаротушения.

Первый публичный показ танка «Меркава» Mk 1 (Merkava Siman 1) состоялся в июле 1979 года, в День Независимости Израиля, на центральном стадионе Иерусалима. Этот вариант выпускался с 1979 по 1983 год. Изготовлено около 330 единиц (по другим данным – 250). Танки модификации Mk 1 в большинстве своем прошли модернизацию до уровня Mk 2. На корзину на корме башни был укреплен противокумулятивный экран в виде цепей с шарами; заменены бортовые экраны; в передней части башни установлены дымовые гранатометы; СУО Matador Мk 1, возможно, заменена на Matador Мk 2. В то же время на башне не устанавливалось дополнительное бронирование, 60-мм миномет остался на ее правом борту снаружи, на корме корпуса нет корзин для имущества, выполняющих роль противокумулятивных экранов. Такие танки получили обозначение Merkava Siman 1 Bet («Меркава» Mk 1В) или Siman 1 Meshupar (Mk 1 Нybrid).

«Меркава» Mk 2

Первые танки модификации «Меркава» Mk 2 (Merkava Siman 2) покинули заводские цеха в сентябре 1983 года. Боевые части ЦАХАЛа получили их в феврале 1984 года. Основные конструктивные отличия от первой модификации заключались в дополнительном бронировании лобовой и бортовой проекций башни и лобовой проекции корпуса. 60-мм миномет перенесли внутрь башни и смонтировали в крыше впереди люка заряжающего. Теперь из него можно было вести огонь без выхода из танка. Стальные фальшборта, защищающие подвеску и борта от кумулятивных снарядов, были поджаты мощными пружинами, для того чтобы они не подскакивали во время движения по пересеченной местности, открывая при этом борта танка. Живучесть машины была повышена также за счет установки усовершенствованной быстродействующей системы пожаротушения Spectronix. Она включала в себя три датчика, соединенные с четырьмя баллонами, в которых в качестве огнетушащего состава использовался газ «хэлон». Кроме того, на машину установили блоки дымовых гранатометов CL-3030, по одному с каждой стороны башни.

Основной боевой танк «Меркава» Mk 2

Танк оснастили СУО Matador Mk 2, состоящей из комплекса приборов наблюдения, двухплоскостного стабилизатора с электрогидравлическим приводом, электронного баллистического вычислителя и лазерного прицел-дальномера на иттриево-алюминиевом гранате. На «Меркаве» Mk 2 смонтировали датчики предупреждения о лазерном облучении. Дизельный двигатель мощностью 900 л. с. остался прежний, но была установлена более эффективная трансмиссия производства израильской фирмы Ashot Ashkelon. Благодаря ее применению запас хода танка возрос на 25 % и стал составлять почти 500 км. При этом запас топлива увеличился незначительно – всего на 150 л. Боевая масса танка достигла 61 т.

Башня танка «Меркава» Mk 2 с элементами накладной брони

В октябре 1984 года были изготовлены первые танки Merkava Siman 2 Bet («Меркава» Mk 2B). Они имели усовершенствованную СУО (в ее состав был введен тепловизор) и усиленное бронирование крыши башни. В декабре 1984 года, в связи с общим сокращением военного бюджета, темп производства танков резко снизился. Ранее темп производства снижался только в связи с необходимостью ремонта танков, поврежденных и выработавших моторесурс в ходе войны в Ливане (до 1988 года капитальный ремонт танков «Меркава» осуществлялся на сборочном заводе, и лишь затем их ремонт передали на танкоремонтный завод), а также в связи с переходом производства с Мk 1 на Мk 2 и с Мk 2 на Мk 2В. Общее же количество изготовленных Мk 2/2В оценивается в 550–600 единиц. Некоторые источники, не называя точного числа изготовленных Мk 2/2В, указывают, что на 1989–1990 годы, то есть в период завершения производства Мk 2В и начала производства Мk 3, АОИ имела от 600 до 800 танков «Меркава» модификаций Мk 1 и Мk 2/2В.

Основные боевые танки «Меркава» Mk 3 (на переднем плане) и «Меркава» Mk 2 «Бет Дор Далет» с башней, развернутой на «девять часов» (на заднем плане)

В 1999 году началась модернизация ранее изготовленных «Меркава» Мk 2В до уровня Merkava Siman 2 Bet Dor Dalet («Меркава» Mk 2B «Дор Далет») или Merkava Siman 2 Dalet («Меркава» Мk 2D). В ходе модернизации танки оснащались так называемой броней 4-го поколения («дор» на иврите – «поколение»). Их внешним отличием стали характерные модули брони на бортах башни, сильно отличающиеся от аналогичных модулей на Merkava Mk 3 Dor Dalet, также имеющего броню 4-го поколения (скошены вниз, в то время как у Мk 3 – расставлены в сторону параллельно корпусу). Кроме того, танк имеет хорошо заметные дополнительные бронелисты на бортах корпуса, над бортовыми экранами, а также на левой стороне лобовой части корпуса над местом механика-водителя.

«Меркава» Mk 3

Разработка танка Merkava Mk 3 была начата в августе 1983 года, практически еще до начала серийного производства танка «Меркава» Mk 2. Генерал Исраэль Таль определил Mk 3 как танк 1990-х годов, который по боевой эффективности должен превзойти все основные боевые танки тех лет: Leopard 2, Challenger, Abrams, Т-80 и Т-72. В отличие от «Меркавы» Mk 2, который, по существу, являлся модернизированным вариантом танка Mk 1, версия Mk 3 стала фактически новым проектом. Особенно наглядно это видно по объему усовершенствований. По существу это была уже машина новой конструкции, имевшая удлиненный на 457 мм корпус. Была полностью перепроектирована башня, основная лобовая деталь которой удлинилась на 230 мм.

Основной боевой танк «Меркава» Mk 3

«Меркава» Mk 3 получила модульное бронирование различного типа для башни и корпуса. Оно обеспечивает более высокий уровень защиты, чем на машинах Mk l и Мk 2. Такая конструктивная схема позволяет заменять 50 % броневой защиты корпуса и башни по мере разработки более совершенной брони. С помощью болтовых соединений броневые модули крепятся на базовой монолитной конструкции башни. На корпусе элементы навесной брони установлены по бортам над гусеничными нишами и на лобовом листе корпуса перед местом механика-водителя (так как в отличие от остальных членов экипажа он не обеспечен дополнительной защитой при переднем расположении силового блока). Передняя часть крыши башни (непосредственно перед люками командира и заряжающего) оборудована дополнительным слоем брони для повышения уровня защиты против боеприпасов, поражающих сверху. Использована новая конструкция бортовых экранов, которые являются сплошными по всей длине и изготавливаются из специальной брони.

В кормовой части корпуса находятся два навесных бронированных топливных бака. Их применение позволило изъять топливные емкости, располагавшиеся между днищем корпуса и полом боевого отделения. Расстояние между последними достаточно велико, что обеспечивает снижение воздействия взрывной волны на экипаж в случае подрыва мины под днищем танка. Установка кормовых баков привела к необходимости переместить систему защиты от ОМП в нишу башни, а аккумуляторные батареи – в надгусеничную нишу корпуса.

Башня танка «Меркава» Mk 3

Необходимо отметить, что в отличие от использовавшихся для сварных корпусных и башенных деталей на моделях Mk 1 и Mk 2 катаных броневых листов, для броневой защиты «Меркавы» Mk 3 применено многослойное бронирование. Многослойная броня израильского производства сопоставима по своим качествам с английской броней типа «чобхэм». В ней объединены слои керамических материалов, специальных сплавов и высокопрочной броневой стали.

Механизм поворота башни имеет электрический привод. При этом скорость поворота башни несколько снизилась по сравнению с электрогидравлическими приводами предыдущих моделей, но при этом возросли надежность и пожаробезопасность. Максимальная скорость поворота башни танка «Меркава» Mk 3 составляет 34 град./с, а скорость подъема пушки – 15 град./с.

Основным вооружением танка является 120-мм гладкоствольная пушка MG251 (сама пушка и боеприпасы для нее разработаны израильской фирмой IMI). Хотя по баллистическим данным она аналогична 120-мм пушке Rheinmetall танков Leopard 2 и M1A1 Abrams и может использовать их боеприпасы, имеется ряд отличий, в том числе более компактная система отката. В качестве упругого элемента вместо пружины использован газ (азот), что позволило уменьшить диаметр противооткатных устройств на 100 мм по сравнению с аналогичными системами отката. Новая пушка снабжена термоизолирующим кожухом оригинальной конструкции, который обеспечивает снятие эжектора ствола для обслуживания без его повреждения. Пушка может быть демонтирована со стороны передней части башни (маски) без необходимости ее демонтажа, в отличие от других танков. Пушка имеет углы возвышения +20° и склонения –7°.

Боекомплект из 48 выстрелов располагается в кормовой части корпуса, где меньше вероятность поражения при обстреле машины, в специальных индивидуальных контейнерах на два и четыре выстрела, обеспечивающих термоизоляцию и защиту от осколков. Часть боеприпасов размещается в барабане, установленном на полу боевого отделения, благодаря чему достигается тот же уровень защиты боеприпасов, что и в индивидуальных контейнерах. По заявлениям разработчиков танка, контейнеры выполнены из специальных огнестойких материалов, позволяющих выдерживать температуру до 1000 °C в течение 45 минут, что позволяет эвакуировать из танка раненых членов экипажа до того момента, когда возникнет опасность детонации боекомплекта.

Цепное ограждение кормовой части башни танка «Меркава» Mk 3

Вспомогательное вооружение состоит из спаренного 7,62-мм пулемета MAG и двух таких же пулеметов, установленных на кронштейнах перед люками командира и заряжающего. 60-мм миномет фирмы Soltam установлен в башне рядом с люком заряжающего. Наведение, заряжание и стрельба из миномета осуществляются изнутри танка. На бортах башни установлены блоки дымовых гранатометов, по 6 с каждой стороны с разворотом осей 20°. Система приводов башни и пушки полностью электрическая.

Танк оборудован СУО Matador Mk III. Прицел наводчика с повышенной (12х) кратностью увеличения и полем зрения, стабилизированным в двух плоскостях, имеет дневной и ночной каналы, а также встроенный лазерный дальномер. Вместе с электронным баллистическим вычислителем и комплектом датчиков (в частности, выдвижным метеорологическим, установленным в левой части кормы башни) прицел обеспечивает высокую вероятность попадания в цель, в том числе с ходу.

Кормовая дверь танка «Меркава» Mk 3

Панорамный комбинированный прицел командира имеет отводы от дневной и ночной оптических ветвей прицела наводчика. Поле зрения стабилизировано в двух плоскостях, а увеличение прицела переменное и составляет 4,8 и 12х. С его помощью командир может давать наводчику целеуказание, а при необходимости вести огонь из пушки и спаренного пулемета. Система управления огнем объединена с двухплоскостным стабилизатором вооружения танка и приводами наведения башни и пушки.

Система предупреждения экипажа о лазерном облучении танка LWS-2 фирмы Amcoram, действующая в секторе 360°, размещена на блоке-панели командира. LWS-2 регистрирует лазерный луч, а система POMALS автоматически поворачивает башню в нужном направлении и выстреливает дымовые гранаты, дипольные отражатели, ИК-ловушки или осколочные гранаты. Система POMALS может также включать датчики, регистрирующие ультрафиолетовое либо другие электромагнитные излучения.

Силовая установка – 12-цилиндровый дизельный двигатель воздушного охлаждения AVDS-1790-9AR мощностью 1200 л.с. с новой системой турбонаддува и промежуточным охлаждением воздуха и трансмиссия фирмы Ashot Ashkelon (это единственный компонент конструкции, который имелся на танке Merkava Мk 2).

Ходовая часть по-прежнему состоит из 12 опорных катков, подвеска независимая пружинная. Каждый опорный каток оснащен двумя цилиндрическими пружинами, установленными концентрично. Из шести опорных катков, размещенных на борту машины, два снабжены гидравлическими амортизаторами фирмы IМI. Полный динамический ход опорного катка увеличен до 604 мм (300 мм вниз и 304 мм вверх). По этим параметрам подвеска «Меркавы» Mk 3 сравнима с современными гидропневматическими подвесками. В гусеничных цепях фирмы Urdan применены шарниры сухого трения, которые, как утверждают конструкторы, являются весьма надежными даже в самых сложных условиях эксплуатации.

Основной боевой танк «Меркава» Mk 3 «Бет Баз» из состава 188-й танковой бригады во время тактических занятий на Голанских высотах

В апреле 1990 года из цехов вышли первые 14 танков «Меркава» Mk 3. С лета 1990 года, в связи с вторжением Ирака в Кувейт, сборка новых танков на некоторое время была приостановлена, а все силы брошены на ремонт имеющейся техники. Серийное производство возобновилось в начале 1991 года и продолжалось до 2003 года. За это время, по различным оценкам, было изготовлено от 480 до 680 танков различных модификаций. Таким образом, темп производства составил около 50 танков в год, в то время как возможности завода позволяли собирать до 120 танков в год. Что же касается модификаций, то помимо базовой – Merkava Siman 3, выпускавшейся до 1994 года, имелись еще три.

Основной боевой танк «Меркава» Mk 3 «Бет Баз Далет»

Merkava Siman 3 Bet («Меркава» Mk 3В) – Merkava Mk 3 с усовершенствованной броневой защитой крыши башни. Серийный выпуск осуществлялся в 1994–1996 годах.

Merkava Siman 3 Bet Baz («Меркава» Mk 3В «Баз» или «Меркава» Mk C) – установлена новая СУО Baz (коммерческое название – Knight III), разработанная фирмами ELOP Electro-Optics Industries и Elbit. На иврите «Баз» означает «Сокол», но есть данные, что это сокращение, расшифровывающееся как «Барак Зохер» – «Сверкающая молния». Вероятность попадания с первого выстрела по движущейся цели повышена за счет установки автомата сопровождения цели, разработанного компанией Elbit, который автоматически наводит прицельную марку точно на цель без воздействия наводчика. Работа автомата основана на технологиях обработки изображения, осуществляемых в имеющемся видеоисточнике, которым может быть тепловизионный или видеоканал прицела. Автомат сопровождения цели – центроидного типа и обеспечивает удержание прицельной марки на цели, как только он был наведен на нее наводчиком. Захват линии прицеливания осуществляется независимо от движения собственного танка и цели, и автомат возвращает ее на цель даже тогда, когда она была затенена в течение короткого времени, например элементами ландшафта или какими-либо препятствиями. Танк оснащен полуавтоматом заряжания револьверного типа. Он содержит пять снарядов и позволяет сократить время заряжания. Кроме этого, начиная с 1999 года в СУО включен независимый панорамный прицел командира. Серийный выпуск модификации осуществлялся с 1996 года.

Merkava Siman 3 Bet Baz Dor Dalet («Меркава» Mk 3В «Баз» с броней 4-го поколения или «Меркава» Mk 3D) – «Меркава» Мk 3 «Баз» с модульной броней новой конфигурации. Внешне легко отличаема от предыдущих моделей по выступающим в стороны модулям брони на бортах башни. Цельнометаллические (вместо обрезиненных) опорные катки. Производство и модернизация в этот вариант уже выпущенных танков «Меркава» Mk 3 начались в 1999 году.

«Меркава» Mk 4

Проектирование основного боевого танка нового поколения началось в Израиле в начале 1990-х годов с учетом опыта разработки и производства предыдущих моделей Mk 1, Mk 2 и Mk 3. Как и в случае с ними, при разработке танка Merkava Mk 4 приоритет отдавался повышению защищенности и живучести танка на поле боя.

По сообщениям израильской печати, первые прототипы поступили на испытания в войска в 1999–2001 годах. Речь шла о 3–4 опытных образцах. 24 июня 2002 года новый танк был впервые продемонстрирован общественности. Данные о количестве изготовленных к настоящему времени танков Merkava Mk 4 не публиковались, но, по некоторым данным, темп сборки этих машин составляет около 50 единиц в год.

Компоновка танка Mk 4 идентична танкам «Меркава» предыдущих модификаций. Боевое отделение и башня находятся в задней части машины, с входным люком в корме корпуса. Башня имеет эллиптическую форму спереди и с боков. В крыше башни имеется только командирский люк, люк заряжающего отсутствует. Отделение управления находится слева впереди башни.

Модульная защита, установленная на танке, включает в себя как активные, так и пассивные элементы. Так как ПТУР чаще всего поражают танки в верхние листы, основное внимание было уделено защите против атак сверху. Люк заряжающего убран, так как отверстие в башне снижает ее защищенность.

Прототип танка «Меркава» Mk 4 в экспозиции музея танковых войск АОИ в Латруне

Установка нового двигателя позволила перепроектировать корпус танка, на котором усилена защита лобовой части. Обзор с места механика-водителя также улучшен, так как больше нет выпуклости на правой передней стороне корпуса. Для обеспечения обзора водителю при движении задним ходом на кормовой части корпуса слева установлена видеокамера заднего обзора. Она является составной частью системы TST (Tank Sight System), разработанной фирмой Vectop и обеспечивающей наблюдение за местностью как в дневных, так и в ночных условиях. На танке установлены четыре камеры, обеспечивающие выдачу изображения на любой из четырех мониторов, установленных в танке, что дает возможность вести наблюдение на 360°.

Главное вооружение танка – 120-мм гладкоствольная пушка, разработанная компанией IMI (Israel Military Industries). Она является дальнейшим развитием орудия, установленного в танке Merkava Mk 3. Пушка оснащена новыми противооткатными устройствами со сжатым газом и теплоизоляционным кожухом ствола, разработанным фирмой Vidco Industries. Пушка выдерживает повышенное давление в канале ствола, что позволяет применять более эффективные кинетические боеприпасы. Кроме того, из пушки можно вести огонь управляемыми ракетами LAHAT с полуактивной лазерной системой наведения.

Корзина для имущества и цепное ограждение кормовой части башни танка «Меркава» Mk 4

Боеукладка танка находится в защищенном отсеке. Специальная полуавтоматическая система заряжания позволяет заряжающему выбирать нужный тип боеприпасов для поражения цели. В полуавтомате заряжания находится 10 выстрелов. При заряжании пушка стопорится под заданным углом.

Люк командира (вверху) и броневой колпак комбинированного прицела наводчика (внизу) танка «Меркава» Mk 4

На Merkava Mk 4 установлена самая современная система управления огнем. Командир и наводчик имеют независимые полностью стабилизированные прицелы с современными тепловизорами. Имеется и система автосопровождения цели.

«Меркава» Mk 4 на полном ходу. У этого танка удельная мощность составляет 24 л.с./т – больше, чем у всех предыдущих модификаций

Фирмой Elbit для Merkava Mk 4 разработана танковая информационно-управляющая система (ТИУС). Она собирает информацию с электрических и оптических датчиков, навигационного оборудования и средств коммуникации. Данные отображаются на цветном дисплее, что позволяет экипажу быстрее оценивать ситуацию и принимать решения. Система отображает данные в реальном времени не только относительно своего танка, но и позволяет обмениваться ими между машинами. Интегрированная электроника машины повышает скорость принятия решений командиром и дает возможность обнаружить и поразить противника до того, как он успеет предпринять контрмеры.

Силовая установка включает в себя дизельный двигатель серии MTU883 немецкой разработки (но поставляемый американской компанией General Dynamics Land Systems под обозначением GD833) мощностью 1500 л.с., соединенный с автоматической трансмиссией Renk RK325, имеющей пять передач. Силовая установка управляется компьютером, который также обеспечивает выдачу необходимой информации водителю. Выхлопной патрубок расположен на правой стороне корпуса.

Основной боевой танк «Меркава» Mk 4. Хорошо видны крыша башни и измененная крыша МТО

Ходовая часть танка представляет собой модернизированную ходовую часть танка Merkava Mk 3. При ее разработке основной целью являлось обеспечение возможности движения со скоростью 60 км/ч с минимальным дискомфортом экипажа.

Как и на ранних модификациях «Меркавы», на новой машине приоритет отдан обеспечению защиты экипажа, для чего боекомплект размещен в защищенных контейнерах, установлены автоматические системы пожаротушения и коллективной защиты от ОМП. Также обеспечен более высокий уровень защиты против мин.

По различным оценкам, Армия обороны Израиля уже получила от 250 до 300 танков «Меркава» Mk 4.

На основе узлов и агрегатов танка Merkava Mk 4 (силовой блок заимствован у танка Merkava Mk 3) создан тяжелый гусеничный бронетранспортер Namer. Это не переделка «Меркавы», в нем используется конструкция и компоненты танка, но все изначально оптимизировано под БТР. Впервые АОИ получает не доработанный танк, а машину, специально сконструированную для выполнения поставленных перед ней задач. Боевая масса машины – 60 т, то есть почти как у танка Merkava Мк 4.

На БТР Namer установлен дистанционно управляемый боевой модуль Samson RCWS, оснащенный электронно-оптическими системами наблюдения и прицеливания, что обеспечивает экипажу круговой обзор. На боевом модуле установлен 12,7-мм пулемет М2 и дополнительно – пулемет калибра 7,62 мм с ручным управлением, а также 60-мм миномет. В задней двери, которая представляет собой аппарель, имеется бойница для снайпера. По обеим сторонам машины расположены дымовые гранатометы. Машина приспособлена для установки системы активной защиты Iron Fist, которая в настоящее время разрабатывается компанией IMI.

Тяжелый бронетранспортер «Намер»

Значительная толщина базовой брони и возможность установки модулей дополнительной защиты дает машине уровень защиты, беспрецедентный для современных БТР и БМП, местами даже превосходящий защищенность танка Merkava Мк 4. Большая часть броневых модулей разработана фирмой IMI, которая была выбрана для производства комплекта усовершенствованной брони для БТР Namer. Этот комплект брони обеспечивает сбалансированную защиту спереди, с боков и сверху. Солдаты, сидящие внутри, надежно защищены от взрывов благодаря бронированному днищу и «плавающим» сиденьям (не прикрепленным к полу). Переднее расположение двигателя позволяет использовать большую заднюю аппарель и оставляет достаточно места внутри машины.

При экипаже 3 человека машина вмещает 9 полностью экипированных пехотинцев. Максимальная скорость составляет 60 км/ч, запас хода – 500 км.

К настоящему времени Армия обороны Израиля получила первые 15 бронетранспортеров в рамках выполнения заказа на 45 машин. Все они поступили в элитную бригаду «Голани». Две машины из состава этого соединения принимали участие в операции «Литой свинец» в секторе Газа. В феврале 2009 года был подписан контракт на поставку 130 машин, общая же потребность АОИ в бронетранспортерах Namer оценивается в 800 единиц.

На базе бронетранспортера создаются командно-штабная и санитарная машины, БРЭМ и, возможно, самоходный 120-мм миномет.

Тактико-технические характеристики танков Merkava

Танки армии обороны Израиля в бою

Война за независимость

Еще до начала Войны за независимость, основываясь на опыте Второй мировой войны, руководство «Хаганы» сделало вывод о необходимости создания в рамках этой военизированной организации бронетанковых подразделений. 24 февраля 1948 года, менее чем за три месяца до начала вторжения в Палестину регулярных арабских армий, было принято решение о создании Бронетанковой службы (ШЕМЕШ, Шерут ха-Мешурьяним). На момент ее создания бронетанковые войска как таковые практически не существовали. Были лишь начаты формулирование их боевой доктрины, подготовка планов формирования подразделений и выпущен первый курс командиров для бронетанковых войск. Параллельно началось проектирование, а затем и производство башенных бронемашин, составлявших основу парка бронетехники Израиля в Войне за независимость. С конца апреля 1948 года все усилия ШЕМЕШ были сконцентрированы на формировании первых танковых подразделений. В составе резерва генштаба был сформирован первый батальон бронемашин – 79-й, включенный в 7-ю механизированную бригаду (вместе с еще двумя пехотными батальонами). Кроме того, была сформирована 8-я бригада, состоявшая вначале из 82-го батальона бронемашин и 89-го батальона коммандос.

Два первых «шермана» Армии обороны Израиля. 1948 год

Во время первого прекращения огня, начавшегося 11 июня 1948 года, в Израиль прибыли 10 танков «Гочкис» Н39, приобретенных во Франции. Из них в составе 82-го батальона, переименованного в танковый, была сформирована «русская» рота. В ней служили выходцы из СССР и Польши. Иврита ни те, ни другие не знали, а языком общения был русский, отсюда и название роты. На вооружение другой роты – «английской», которую составили евреи из Великобритании и США, поступили два танка «Кромвель», украденные у англичан, и «Шерман» М4А2, вооруженный 20-мм пушкой «Испано-Сюиза». Этот танк получил название «Меир». Впоследствии к этим танкам присоединился еще один «Шерман» М4А3, получивший название «Тамар».

Эмблема танковых войск Армии обороны Израиля

Танки «Гочкис» оказались серьезным разочарованием с технической точки зрения, и еще в ходе Войны за независимость, в октябре 1948 года, было решено вывести их из состава действующих войск. Впрочем, и приобретенные им на замену в Италии «шерманы» тоже в большинстве своем не удалось ввести в строй. Только два из них приняли участие в последних боях Войны за независимость. Таким образом, к концу войны в распоряжении АОИ имелось всего 4 танка, которые хоть как-то можно было использовать в боевых действиях. Несмотря на это, начиная с июля 1948 года Армия обороны смогла провести серию операций с применением бронетехники, имевших важное оперативное и стратегическое значение, в центре страны (в районе Лода), на Северном фронте (Назарет, район Гуш-Халав и Южный Ливан) и на Южном фронте (захват полицейской крепости Ирак-Суидан, Беэр-Шевы, Западного Негева, района Ницаны и Абу-Агилы, а также взятие под контроль Южного Негева и Эйлата). Все это – несмотря на абсолютное численное превосходство арабских армий вторжения в танках и пушечных бронетранспортерах.

Боевым крещением 8-й механизированной бригады стала операция по захвату города Лод. Началось все неплохо: «английская» рота захватила старый аэродром, находившийся в получасе езды от действующего, крупнейшего в Палестине, который и был ее целью. Потом вышла заминка – «русская» рота, не имея карт, сбилась с пути и в назначенное время не вышла на рубеж атаки. В это время 89-й батальон коммандос, которым командовал Моше Даян, напрасно ожидал подхода танков. К назначенному времени танки не подошли, и Даян в свойственном ему стиле принял рискованное решение атаковать город своими силами. Дерзкая атака принесла успех – войска иорданского Арабского Легиона были выбиты из Лода.

Кульминацией же боевых действий механизированных частей стала операция «Хорев», начавшаяся 22 декабря 1948 года. В ходе нее 8-я бригада, при поддержке 9-го батальона из 12-й пехотной бригады «hа-Hereb», смяла оборонительные порядки египтян и прорвалась в глубь Синая. Но вмешалась политика – под давлением Великобритании Армия обороны Израиля была вынуждена отступить. В итоге война продлилась еще на полгода.

По окончании Войны за независимость, несмотря на все боевые успехи, состояние бронетанковых войск Израиля было плачевным. Более 50 % бронетехники находилось в неисправном состоянии, танкисты в большинстве своем должны были демобилизоваться из армии, а часть из них и вовсе вернуться в другие страны. В довершение ко всему, чувствовалась катастрофическая нехватка квалифицированных командных кадров. Все эти проблемы должны были решаться уже в мирное время.

Суэцкий кризис

Главной и неразрешимой проблемой, стоявшей перед Израилем в течение семи лет после Войны за независимость, была проблема безопасности. Арабские страны, потерпевшие поражение в 1948–1949 годах, конечно, не рисковали начать полномасштабную войну, но все, что можно было сделать во вред Израилю, делалось. Все нормальные торговые связи были порваны. Израилю был объявлен полный экономический бойкот. Не только Суэцкий канал был закрыт для израильских судов и даже для грузов, идущих в Израиль, что, строго говоря, нарушало международную конвенцию, регулирующую работу канала, – но даже доступ в Акабский залив к израильскому порту Эйлат был блокирован египетской армией. Границы Израиля не были признаны арабскими странами и как таковые демонстративно не охранялись. Точнее говоря, они не охранялись избирательно – вооруженные группы «федаинов» – «борцов за свободу» – пропускались на израильскую сторону беспрепятственно. Действовали они в основном с территории Иордании и сектора Газа. Различия между военными и гражданскими, между мужчинами и женщинами, а также между взрослыми и детьми – «федаины» не делали. В течение 1953 года, например, было убито и ранено более 180 израильтян. Для страны с населением 1,7 миллиона человек это немало.

Первые израильские «шерманы»: М4А2 под именем «Меир» (вверху) и М4АЗ под именем «Тамар» (внизу). Оба танка входили в состав «английской» роты 82-го танкового батальона

Ответные шаги поначалу были не слишком эффективными. Поэтому в августе 1953 года было создано элитное «подразделение 101». Командиром этой части стал 25-летний энергичный майор Ариэль Шарон. Он объездил весь Израиль, прежде чем отобрал для своей части 40 самых лучших бойцов. Существование «подразделения 101» официально отрицалось. В то же время бойцы Шарона совершили ряд рискованных вылазок, проникая в лагеря «федаинов», нанося удары ночью и в самых неожиданных местах. Урок пошел на пользу – количество инцидентов на иорданской границе, например, в период с 1953 по 1955 год резко сократилось.

Средний танк «Шерман» М3 из состава 7-й танковой бригады во время парада в Тель-Авиве. Апрель 1954 года

Однако тучи над Израилем к тому времени начали сгущаться совсем по другому поводу. Дело в том, что поставки оружия на Ближний Восток регулировались трехсторонним соглашением 1950 года, заключенным между Великобританией, США и Францией. Смысл соглашения заключался в ограничении гонки вооружений в регионе, и оно более или менее выполнялось. В итоге между Израилем и его наиболее сильным противником Египтом сохранялся некоторый паритет.

Так, к сентябрю 1955 года Израиль имел 19 реактивных истребителей «Метеор» английского производства, а в октябре 1955 года ожидалось прибытие 12 французских истребителей «Ураган». Что касается танков, то их имелось 86 штук, в том числе 76 «шерманов» времен Второй мировой войны и 10 новых легких французских танков AMX-13. До ноября 1955 года должны были прибыть еще 20 таких машин.

В свою очередь, Египет имел около 50 английских истребителей «Метеор» и «Вампир» и примерно 130 танков – главным образом тех же «шерманов». Имелись, правда, и 32 новейших английских «центуриона». Надо отметить, что некоторое количественное превосходство вероятного противника в технике не слишком волновало израильское командование – оно твердо верило в качественное превосходство своих солдат. Более того, куда более остро стояли другие вопросы, например оснащение армии современным стрелковым оружием. Последний вопрос вообще считался более актуальным, так как военная доктрина Израиля в начале 1950-х годов отдавала приоритет пехоте, а не танкам. Отрицательную позицию по отношению к закупкам танков занимал премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион, который считал это непозволительной роскошью. Его не убедили даже успешные действия танкистов 82-го танкового батальона на больших учениях 1952 года. Бен-Гурион полагал, что для борьбы с арабами достаточно хорошо обученной пехоты и бронеавтомобилей. Впрочем, ему вскоре пришлось поменять свою точку зрения.

Загрузка боеприпасов и заправка топливом танков «Шерман» 1.11 7-й танковой бригады во время боев на Синайском полуострове. 1956 год

Дело в том, что 27 сентября 1955 года Египет подписал «коммерческое соглашение с Чехословакией о поставках Египту оружия». Этому факту можно было и не придавать большого значения, если бы не безпрецедентный объем поставок, невиданный ранее на Ближнем Востоке. Первоначально точные их объемы были неизвестны, первые подробности появились только в апреле 1956 года, но уже осенью 1955-го было ясно, что шаткий баланс сил в регионе между Израилем и его арабскими соседями нарушен.

Подразделение танков AI.1X-13 Армии обороны Израиля выдвигается к передовым позициям на Синае. 1956 год

Вот данные о составе заказанных Египтом вооружений:

530 единиц бронетанковой техники, включая 230 танков Т-34-85, 200 БТР-152 и 100 самоходных орудий СУ-100;

около 500 орудий, включая 340 полевых и противотанковых и 160 зенитных калибра 37 и 85 мм;

48–50 бомбардировщиков Ил-28;

до 150 истребителей, в основном МиГ-15 и небольшое количество МиГ-17 (по одному из источников, к войне 1956 года было поставлено 110 МиГ-15 и 12 МиГ-17Ф);

70 транспортных (Ил-14), учебных и связных самолетов;

6 подводных лодок;

2 эсминца;

12 торпедных катеров;

4 тральщика.

Парад танков «Шерман» М50 спустя несколько недель после завершения боев на Синайском полуострове

Особое умиление вызывает поставка из Чехословакии подводных лодок и эсминцев! Впрочем, никто не сомневался, что за спиной Чехословакии маячит «призрак коммунизма» – Советский Союз. Тем не менее, некоторое количество вооружения и бронетанковой техники действительно поступило из Чехословакии, в частности танки Т-34-85 и САУ СУ-100. Поскольку 4—5-кратный перевес в технике нельзя было компенсировать одним уровнем боевой подготовки, необходимо было искать источники поставок вооружения в Израиль. США и Великобритания отказали, выдвинув в качестве альтернативы план урегулирования, отвергнутый как Израилем, так и президентом Египта Гамалем Абдель Насером, несмотря на то что Египту этот план был более выгоден. А вот позиция Франции по вопросу поставок была менее категоричной, что и неудивительно. В самом разгаре была война в Алжире. Египет же оказывал различную помощь повстанцам, и во французском министерстве обороны пришли к выводу, что необходимо создать Насеру проблемы на его восточном фланге. Соображения в пользу сотрудничества выглядели убедительно: Израиль был готов покупать французское оружие на долгосрочной основе, соглашался платить наличными (для этого пришлось ввести новый специальный налог, но это было не так важно по сравнению с необходимостью в оружии) и с готовностью предоставлял Франции разведывательные данные, связанные с египетской деятельностью в Алжире, которые оказались очень ценными для французской армии. Ну а кроме того, сотрудничество с Израилем предоставляло возможность доставить неприятности англичанам, что во Франции всегда рассматривалось как положительная деталь.

Последней каплей стал неожиданный отказ Индии от уже согласованной сделки на 200 французских самолетов «Мистер», так как Советский Союз предложил Индии МиГи на более выгодных условиях. Конечно же, Израиль при всем желании не мог возместить Франции этот урон целиком, но 50–100 самолетов готов был купить, а это уже здорово устраивало французов. Сделка состоялась. Экзотической ее особенностью была необходимость в соблюдении секрета не только от американцев, например, но и от собственных министерств иностранных дел. Самолеты перелетали в Израиль маленькими группами, под видом старых машин, возвращающихся после ремонта. Танки АМХ-13 прибыли не в порт, а высаживались своим ходом прямо на берег с танкодесантных кораблей. Первую группу ночью, на неосвещенном пляже, встречали Бен-Гурион и начальник штаба ЦАХАЛа Моше Даян.

Поставки бронетанковой техники из Франции позволили в 1956 году сформировать две резервные танковые бригады – 27-ю и 37-ю, а в уже имевшейся 7-й танковой бригаде сформировать второй танковый батальон. По штату в каждой бригаде имелось два танковых батальона (один на «шерманах», другой – на AMX-13) и два мотопехотных батальона. Теперь Армии обороны было чем встретить врага. Впрочем, к тому времени ситуация в регионе изменилась кардинально.

Танк АМХ-13 на параде в Тель-Авиве в апреле 1957 года. На запасном опорном катке натянута ткань с косым голубым крестом – во время боев на Синае в октябре 1956 года такие кресты облегчали опознавание израильских танков с воздуха. На «шерманах» кресты наносились краской на крыше моторного отделения

В своей речи по случаю 4-й годовщины египетской революции 26 июля 1956 года Насер сообщил своему народу, что он решил национализировать Суэцкий канал. В Англии это сообщение произвело эффект разорвавшейся бомбы. Поэтому решение о военной операции против Египта было принято практически сразу. Французы выразили полную готовность помочь – их интересы не страдали так сильно, как английские, но они были совладельцами канала, а возможность ослабить или вовсе устранить режим Насера представлялась им желательной. Однако начать войну было не так просто. Сам по себе факт национализации Суэцкого канала никакого формального повода для вторжения не давал. Юридически право было на стороне Египта. Французы, тем не менее, возможно, и плюнули бы на это обстоятельство, но вот чистюли-англичане непременно желали остаться с незапятнанной репутацией. Более того, премьер-министр Великобритании Энтони Иден в арабо-израильском споре не хотел открыто вставать на сторону Израиля. Британия должна была остаться другом арабов, конфликт был только с Насером. Вот в таких условиях французы предложили Израилю союз для совместного нападения на Египет.

Танковая часть, вооруженная «шерманами» М50 и легкими танками АМХ-13. 1958 год

Согласно французским планам, Израиль должен был начать войну атакой на Синайском полуострове и «создать опасность» для Суэцкого канала, что должно было дать предлог для Англии и Франции к вмешательству. Однако израильтяне задавались вопросом: где гарантия того, что Англия не станет утверждать, что угроза каналу в самом деле существует, и не бросит Израиль без помощи в войне, или даже сама не нанесет удар по израильским аэродромам? Короче говоря, Бен-Гурион требовал формального союза с Великобританией, пусть секретного, но изложенного в письменной форме и подписанного премьер-министром Иденом. Англичане и слышать не хотели о такого рода документе, израильтяне же отказывались таскать для англичан каштаны из огня, открыто выражая сомнения в добросовестности своих потенциальных союзников. Французы оказались в положении, при котором два их союзника отказывались не то что доверять друг другу, но даже и разговаривать напрямую – все переговоры велись только через посредничество Франции.

В Израиль между тем шел поток военных материалов из Франции – танки, полугусеничные бронетранспортеры, грузовики, безоткатные орудия. Бен-Гурион выговорил условие, что французские истребители будут размещены на израильских аэродромах – как предосторожность против возможных бомбежек израильских городов. Формальной причиной выдвигалось то обстоятельство, что израильские пилоты не успели еще освоить новые самолеты. Впрочем, вполне возможно, что Бен-Гурион опасался англичан, во всяком случае, их он опасался явно больше, чем арабов. Французы спокойно принимали все условия – у Египта на Синае имелось немало самолетов и четыре дивизии, и было очень важно отвлечь их от района высадки. План выглядел так: Израиль начинает наступление на Синае, а Англия и Франция немедленно предъявляют обеим сторонам – Израилю и Египту – ультиматум с требованием отступить от канала на 10 миль, который Израиль немедленно принимает. Если Египет откажется сделать то же самое, то в течение 72 часов англичане и французы начнут против него военные действия.

Францию интересовал канал. Израиль имел свои интересы: прекращение рейдов «федаинов» из Газы и снятие блокады Эйлата. Важным мотивом был и сам факт выступления заодно с одной, а может быть, и с двумя крупными европейскими державами.

К 9 октября 1956 года было решено и согласовано решительно все, кроме одного – будут англичане участвовать в атаке или нет? Вопрос был чрезвычайно важным, потому что без этого условия Израиль отказывался от участия в войне – это было бы слишком рискованно политически. В результате трудных трехсторонних секретных переговоров соглашение было все-таки подписано. Но евреи не были бы евреями, если бы и тут не перехитрили англичан!

25 октября 1956 года Израиль начал мобилизацию. Французские истребители-перехватчики начали прибывать в Израиль 28 октября – для них выделили специальный аэродром. Два французских эсминца и крейсер бросили якоря на рейде Хайфы. Три тысячи французских солдат, летчиков и моряков за один-два дня разместились на импровизированных базах, созданных для них в Израиле. Теперь слово было за Израилем.

Танки «Шерман» 1.150 7-й танковой бригады на границе с Сирией. 1958 год

29 октября началась операция «Кадеш», причем началась самым парадоксальным образом, на первый взгляд вопреки здравому смыслу. Достаточно сказать, что о начале операции было объявлено по радио – в 19:00 прозвучало сообщение, что «в ответ на бесконечные провокации египетской стороны Армия обороны Израиля нанесла удары по египетским позициям недалеко от Суэцкого канала». Дальше – больше. Вместо широкомасштабного вторжения на Синайский полуостров командование АОИ задействовало лишь одну бригаду – 202-ю парашютно-десантную Ариэля Шарона. Усиленная 13 танками АМХ-13 и артиллерией бригада была направлена в глубь Синая к стратегически важному (служит главным связующим звеном между собственно Египтом и центральной и восточной частью Синая) перевалу Митла, находящемуся в 40 км от Суэцкого канала. Одновременно с воздуха в район перевала был выброшен 890-й парашютный батальон 202-й бригады – 395 солдат с легким вооружением. В их задачу входил захват перевала и удержание его до подхода основных сил Шарона. Вот, пожалуй, и все. Ни танки, ни авиация не должны были быть задействованы в течение последующих 36 часов.

На вопросы Моше Даян нe отвечал, а просто приказывал выполнять, что велено, ссылаясь на то, что все это – по важным политическим причинам. Этот абсурдный на первый взгляд план действий родился в хитроумном мозгу Даяна, желавшего сохранить возможность повернуть обратно в том случае, если англичане передумают. Иден получил необходимый предлог – военные действия в непосредственной близости к каналу. Теперь у англичан есть 36 часов на выполнение их части сценария. Если они поступят согласно договору, то все в порядке, можно будет продолжать. Если они в последнюю минуту откажутся действовать, или даже выступят против «неспровоцированной израильской агрессии», то тогда никакой войны не было и в помине, а был необычно глубокий рейд, вполне оправданный обстановкой, в частности нескончаемыми атаками «федаинов» из египетской Газы.

Тем временем бригада Шарона двигалась в глубь Синая на соединение с передовым батальоном по малопригодной к движению тропе, обходя или уничтожая мелкие египетские заслоны. Шарон потерял в пути из-за поломок 10 танков из тех 13, что у него были, но добрался до перевала Митла поздно вечером 30 октября. После тяжелого боя, продолжавшегося весь день 31 октября, перевал Митла был взят. Пока все шло по плану. Англичане и французы предъявили свой ультиматум, как и было запланировано. Но, как известно, план – это то, что часто не выдерживает столкновения с действительностью. Так произошло и в ходе описываемых событий.

Танк «Шерман» М1 во время маневров в пустыне Негев. 1961 год

Командующий израильским Южным фронтом, генерал Симхони, обнаружил неохраняемый проход в вади (русло давно высохшей реки), который вел в глубь Синая, в обход египетских укреплений. Дорога эта была непроходима для колесного транспорта, но в распоряжении командующего была кадровая 7-я танковая бригада, лучшая из тех трех, что были в армии. Командовал ею полковник Бен-Ари, лучший танкист Армии обороны Израиля. Искушение было слишком велико, и Симхони не удержался.

7-я танковая бригада за считаные часы прошла через засыпанный песком и камнями перевал и развернулась веером в тылу египетской дивизионной базы Абу-Агейла. Когда спохватившийся Даян собрался вернуть бригаду, было уже поздно – вместо того чтобы находиться в 40 км в глубине Негева, она была в 40 км в глубине Синая. Впрочем, Даян отнесся к срыву своего плана философски – оставалось просто извлечь максимум пользы из того, что изменить было все равно нельзя. Полковнику Бен-Ари было приказано продолжать в том же духе – что он и сделал. Египетская оборона разваливалась на глазах. Действовавшие в стиле классической танковой атаки «шерманы» и АМХ-13 атаковали с запада Абу-Агейлу, где засели 4 батальона пехоты, бригада Национальной гвардии при 24 орудиях и 23 самоходках «Арчер». В ходе ожесточенного боя, отразив танковые атаки египтян с севера, израильские танкисты взяли Абу-Агейлу. Другой отряд 7-й танковой бригады был послан против 1-й бронетанковой бригады Египта, которая шла по центральному шоссе от канала на помощь Абу-Агейле, имея два батальона Т-34-85, роту СУ-100 и батальон мотопехоты. Но встречного танкового боя не получилось – колонну египтян просто разбомбили с воздуха. После этого 7-я бригада устремилась в западном направлении и остановилась в 15 км от Суэцкого ка– нала.

Однако израильское командование беспокоил тот факт, что англичане свои операции отложили. Они ссылались на большую концентрацию египетских зениток в районе канала и собирались атаковать не утром, а в сумерках. В Париж была передана чрезвычайно сердитая телеграмма с требованием немедленных действий: «Мы оставлены в одиночестве в тот момент, когда наши войска сражаются против египетской армии, наши союзники не делают ничего, ссылаясь на оперативные соображения, несмотря на ясно согласованные и подписанные соглашения. Мы рассматриваем поведение англичан как саботаж». Впрочем, вскоре все тревоги улеглись – утром 31 октября англичане и французы открыли огонь – операция «Мушкетер» началась.

Средний танк «Шерман» 1.11

В ночь с 31 октября на 1 ноября Северная группа АОИ, в состав которой входили 27-я танковая бригада и 1-я пехотная бригада «Голани», начали наступление с целью занять северный Синай и отрезать сектор Газа и 1 ноября успешно прорвали оборону египтян. Часть египетских войск получила приказ отступать, остальные попали в плен. Последние очаги сопротивления 8-й палестинской дивизии в секторе Газа были подавлены к 3 ноября. После ожесточенного штурма 5 ноября был взят Шарм-Аль-Шейх, в тот же день израильские десанты заняли острова в Тиранском проливе – война для Израиля закончилась.

Тем временем Великобритания и Франция только втупали в дело – 5 ноября они высадили воздушные, а 6 ноября – морские десанты на территорию Египта. Союзники быстро сломили сопротивление нескольких египетских батальонов и батареи самоходных орудий СУ-100. Далее по плану союзники должны были занять центральную часть канала к 8 ноября и южную к 12 ноября. Но этим планам не суждено было сбыться.

Эффектная военная кампания была остановлена совместными усилиями США и СССР. Редкий в те годы пример единодушия был порожден разными причинами. СССР не собирался смотреть, как его союзник уничтожается «потенциальным противником», а США намеревались раз и навсегда «отучить» союзников по НАТО действовать вопреки воле Вашингтона. Попытки поднять вопрос на Совете Безопасности ООН были заблокированы правом вето Великобритании и Франции. Тогда была созвана чрезвычайная сессия Генеральной Ассамблеи, на которой было постановлено вывести все иностранные войска из Египта и ввести миротворческий контингент в зону канала. После того как это решение было подкреплено недвусмысленными заявлениями СССР о «решительных мерах в отношении агрессоров», начался вывод войск. Англия и Франция вывели свои войска к 22 декабря 1956 года. Израиль, который сопротивлялся решению ООН об отводе войск до марта 1957 года, все же отвел свои силы на предвоенную границу, выговорив единственное условие, что на границе будут стоять войска ООН.

Если для Англии и Франции это было полное поражение, то Израиль все же получил кое-какую пользу от войны: была снята блокада и запрет на проход израильских судов по Суэцкому каналу и Тиранскому проливу. Началось строительство нефтепровода из Эйлата в Ашкелон – запасной путь для нефти в Европу, в обход Суэцкого канала. Новый Национальный водовод – из озера Кинерет на юг – позволил резко увеличить площади обрабатываемой земли. Кроме того, за время своего пребывания на Синайском полуострове Израиль вывез оттуда все, что представляло собой хоть какую-то ценность, в том числе и огромное количество оружия. Моше Даян признал правоту танковых командиров, которые в ходе планирования операции «Кадеш» выражали неудовольствие по поводу того, что им связывают руки. Теперь на первое место в Армии обороны Израиля однозначно выходили танковые войска. Так что Синайская кампания 1956 года стала пробой сил перед Шестидневной войной.

Война за воду

Война за воду – на первый взгляд незначительный эпизод в военной истории Израиля. Действительно, задействованные в ней силы и средства были столь незначительны, что ее и войной-то можно назвать с большой степенью условности. Небольшая тактическая операция, позволившая достичь стратегических целей. Ну а поскольку танкам в ней была отведена особая, можно даже сказать нетрадиционная, роль, то оставить эти события без внимания нельзя.

В июне 1964 года были завершены работы на линии Всеизраильского водовода, и началась перекачка воды из озера Кинерет в пустыню Негев. В ответ на это арабская конференция в верхах решила отвести воду из Иордана через 70-км канал, прокопанный от склонов Хермона до Ярмукской долины, и таким образом прекратить поступление воды в озеро Кинерет. В начале ноября 1964 года начались строительные работы на склонах Хермона к северу от Тель-Дана.

Танк «Шерман» М1 во время маневров в пустыне Негев. 1961 год

Значительная часть линии канала была открыта для наблюдения и обстрела с территории Израиля, поэтому сирийцы подготовили систему защиты земляных работ с помощью танков, штурмовых, безоткатных и полевых орудий, рассредоточенных на укрепленных позициях. В большинстве мест рельеф позволял сирийцам обеспечить наблюдение и обстрел территории Израиля. Реализация сирийской программы отвода угрожала самому существованию Израиля, поскольку отвод 60 % вод Иордана и, как следствие, иссушение Кинерета привели бы к существенному сокращению снабжения питьевой водой. Поэтому в министерстве обороны было решено немедленно и любой ценой предотвратить эти планы.

1 ноября 1964 года полковник Исраэль Таль принял командование бронетанковыми войсками. Его предшественник, генерал Давид Элазар, был назначен на должность командующего Северным военным округом. Вдвоем они наметили план действий, по которому сирийское землеройное оборудование должно было быть уничтожено огнем танковых орудий. Они считали, что это позволит остановить работы минимальными средствами и с минимальными потерями. Разработанный план был утвержден начальником генерального штаба Ицхаком Рабином, который добился его одобрения и главой правительства Леви Эшколем.

Чтобы АОИ не была обвинена в агрессии против Сирии и нарушении соглашений о прекращении огня, активные действия были предварены вылазками патрулей и распашкой земель, которые сирийцы считали запрещенными для посещения израильтянами. Ожидалось, что сирийцы проглотят наживку и откроют огонь. Это давало армии право на ответные действия.

Танки «Шерман» М51 во время парада. 1965 год

Первое серьезное столкновение имело место в секторе Тель-Дан – Нухейла 3 ноября 1964 года. Рота танков «Центурион» из 7-й танковой бригады расположилась в районе Тель-Дана. Механизированный патруль, двигавшийся по рассчитанному маршруту, послужил приманкой для сирийских войск, расквартированных в Нухейле. Они немедленно открыли пулеметный огонь. Тогда взвод «центурионов» выдвинулся на огневые позиции и с расстояния примерно 800 м обстрелял огневые точки сирийцев, включавшие два вкопанных танка Panzer IV, безоткатные орудия и тяжелые пулеметы. Сирийцы расширили сектор обстрела, в результате чего евреи потеряли 8 солдат и 2 трактора. Перестрелка продолжалась примерно час и была прекращена лишь после вмешательства наблюдателей ООН. Это был полный провал – несмотря на относительно небольшую дистанцию и израсходование около 90 снарядов, основные цели (танки и противотанковые средства) не были поражены.

Накануне Шестидневной войны Армия обороны Израиля имела 184 легких танка AUX-13

Генерал Таль провел на месте обстоятельное расследование причин неудачи. Среди прочего он выяснил, что танки стояли близко друг к другу, вспышки выстрелов и пыль затрудняли наблюдение. Сразу после этого боя начались усиленные тренировки с целью повышения подготовки экипажей. Основной причиной неудачи было слабое знакомство танкистов со 105-мм британскими пушками, которые только-только поступили на вооружение, были срочно установлены на танки и впервые пущены в дело.

Тренировки оправдали себя спустя десять дней, во время второго происшествия в Нухейле, 13 ноября 1964 года. С учетом выводов из предыдущего инцидента в район Тель-Дана были выдвинуты еще два танковых взвода: «шерманов» и «центурионов». Танки были расставлены со значительными промежутками, были подготовлены таблицы дистанций, назначен порядок уничтожения целей и методы ведения огня. Чтобы приобрести преимущество, инцидент был запланирован на полдень, когда солнце било сирийцам в глаза. Очередной проход патруля (пеший и автомобильный) по маршруту вызывал немедленную сирийскую реакцию в виде пулеметного и минометного огня.

Танки «Шерман» М50 открыли огонь первыми, позже к ним присоединились «центурионы» с новыми 105-мм пушками. Теперь результативность стрельбы улучшилась, и сирийцы потеряли 2 танка, 2 безоткатных орудия и ряд других целей. Сирийцы решили расширить конфликт и открыли артиллерийский огонь по северным поселениям, в основном по кибуцу Дан, в результате чего ему был причинен серьезный ущерб. Сирийский огонь прекратился только после вмешательства высших органов власти с обеих сторон; впервые против сирийской артиллерии была задействована израильская авиация.

Генерал Таль не удовлетворился успехами, которые были достигнуты в идеальных условиях: короткие дистанции в 800–1000 м и господство израильских танковых позиций над районом расположения целей. Чтобы подготовиться к последующим столкновениям, штаб бронетанковых войск развернул в Негеве базу для обучения наводчиков. Параллельно была проведена тщательная теоретическая и техническая подготовка: была изучена соответствующая техническая литература, инженеры проверили и уточнили данные в таблицах стрельб на большие дистанции и технику огня с закрытых позиций в условиях большой разницы высот между стреляющим танком и целью и т. д. Были изучены особенности каждого вида пушек, прицелов и боеприпасов. Генерал Таль сделал акцент на повышении точности и улучшении техники стрельбы. Уже во время тренировок был проведен тщательный отбор командиров танков и наводчиков, которые должны были впоследствии применить свои знания на практике. Среди наводчиков особенно выделялись Шалом Коэн и сам генерал Таль. Тем временем сирийцы с помощью югославской компании-подрядчика продолжили прокладывать отводной канал. Работа сконцентрировалась в основном в трех зонах: на севере – на склонах Хермона рядом с истоками Баниаса, в центре, у моста Бнот-Яаков, и на юге, к востоку от места впадения Иордана в Кинерет.

Возможность применить полученные навыки на деле появилась довольно быстро. 17 марта 1965 года от сирийского огня погиб израильский тракторист. Было решено использовать этот инцидент для того, чтобы начать действия против попыток отвода воды. Целью был выбран пункт отвода к северу от Тель-Дана. После того как сирийцы открыли огонь по израильскому патрулю, огневые позиции заняли взвод «шерманов» (в одном из танков наводчиком был сам генерал Таль) и взвод «центурионов».

В течение считаных минут было уничтожено 2 бульдозера, 4 компрессора и другие цели, в том числе инженерные. Дистанция была от 2000 до 2400 м. Имелись значительные перепады высот между позициями танков и целями. Сирийцы были весьма удивлены и не открыли ответный огонь. В результате инцидента на склонах Хермона сирийцы решили продолжить земляные работы у моста Бнот-Яаков, где отводной канал был удален от израильских позиций на 5 км и более. Вдобавок к большому расстоянию сирийцы защитили с запада место проведения работ с помощью земляных валов. Но генерал Таль предусмотрел и такую ситуацию. На этот раз он решил задействовать танки «Шерман» М51, вооруженные 105-мм французской пушкой, стрелявшей в том числе и бетонобойными снарядами с взрывателями замедленного действия. 13 мая 1965 года было инициировано новое столкновение. Из-за большого расстояния танкистам пришлось воспользоваться услугами корректировщиков.

Танки «Центурион» Mk 5 получили в Израиле название «Шот». На фото машина, вооруженная 105-мм пушкой L7

После полудня в зону действий вышел патруль, и когда сирийцы открыли огонь, танки ответили с дистанции 5800–6000 м и уничтожили два бульдозера из трех. Авиация была поднята в воздух, но ей не пришлось вступить в бой. На этот раз сирийцы не стали открывать ответный огонь. После этого случая все работы были перенесены в район к востоку от Альмагора, на расстояние около 10 км от израильских позиций. Здесь в августе 1965 года и произошел последний, решающий бой этой войны.

Теперь дистанции были просто фантастическими для танковых пушек – от 10 до 11 км. Ближе подойти было нельзя: сирийцы создали усиленную систему противотанковой обороны, которая должна была пресечь израильские попытки помешать проведению работ по отводу воды. Поэтому задачи были заранее разделены. Танковое подразделение насчитывало взвод танков «Шерман» М51 и взвод «центурионов» со 105-мм пушками. Танки были сгруппированы следующим образом: два «шермана» и один «центурион» (наводчик – Шалом Коэн) должны были уничтожить строительные машины на дистанции 10,5 км. Два других «центуриона» и один «шерман» должны были контролировать близлежащий район и прикрывать своих товарищей от огня сирийцев. В одном из этих «центурионов» наводчиком был генерал Таль, командиром танка – командир 82-го танкового батальона. Ну а заряжающим в этом танке был командир 7-й танковой бригады. Танки заняли позиции вдоль трассы израильского отводного канала, северо-восточнее Альмагора. Вновь были задействованы корректировщики. Стоит отметить, что танки были размещены в единственном на всю сирийскую зону месте, где с израильской стороны имелись господствующие высоты. Участие в этом бою нескольких высокопоставленных офицеров-танкистов подчеркивает всю неординарность стоявшей перед ними задачи.

Еще до полудня израильский трактор вошел в демилитаризованную зону. Генерал Таль заметил сирийское безоткатное орудие, уже приготовившееся стрелять по нему, и поразил цель. Далее обнаружился сирийский танк, с которого снимали маскировочную сеть. Таль двумя выстрелами подбил и его. Затем командир танка обнаружил Т-34-85, спускавшийся по склону, и обратил на него внимание Таля. Выстрел, и охваченный пламенем Т-34-85 покатился вниз. В этот момент «Центурион» был подбит снарядом, по всей вероятности выпущенным из самоходной пушки СУ-100. Командир танка был тяжело ранен в голову. Тем временем первой группой танков огнем с дистанции 11 км было повреждено сирийское строительное оборудование. Как сообщил один из корректировщиков, одна из машин была поражена первым же снарядом. Далее инцидент перерос в артиллерийскую дуэль, закончившуюся через два часа после вмешательства наблюдателей ООН. После этого боя сирийцы некоторое время еще продолжали работы в этом районе, но затем перенесли их далеко к востоку от Кинерета, туда, где их не могли бы достать израильские танки.

В июле 1966 года израильская авиация атаковала землеройное оборудование, находившееся в 22 км от границы, в результате чего сирийский (точнее, общеарабский) план отвода воды был окончательно похоронен.

Шестидневная война

В задачу этой книги не входит подробный рассказ о ходе этой войны и о событиях, ей предшествовавших. Нашей целью являются действия танковых войск Армии обороны Израиля, но все-таки, хотя бы в конспективной форме оба вышеупомянутых вопроса осветить все же придется. Тем более что факты свидетельствуют о неприглядной роли, которую сыграл Советский Союз в развязывании этой войны.

13 мая 1967 года правительство Египта получило официальное уведомление правительства СССР о том, что израильские войска готовят нападение на Сирию и что на северной границе Израиля с этой целью сконцентрировано от 11 до 13 израильских бригад. Сообщение это было сделано в Москве, в личной беседе Председателя Президиума Верховного Совета СССР Н.В. Подгорного с главой египетской парламентской делегации в СССР Анваром Садатом. В настоящее время в распоряжении историков есть достаточно фактического материала, чтобы утверждать, что информация эта была ложной и провокационной. С ее помощью Советский Союз подталкивал арабские страны к вторжению в Израиль.

Подогреваемый своим генералитетом и полученной от Советского Союза информацией, Насер 18 мая 1967 года потребовал вывести войска ООН с линии перемирия с Израилем и берега Тиранского пролива, ввел на эти позиции египетские войска и закрыл выход для израильских судов из Акабского залива в Красном море. 30 мая король Иордании Хусейн присоединился к египетско-сирийскому «антиизраильскому фронту». Была объявлена блокада израильского побережья. Ситуация в регионе резко обострилась. Все попытки Израиля в течение мая заручиться дипломатической поддержкой великих держав – США, Великобритании и Франции – закончились ничем. Никто не хотел вставать на сторону Израиля ни материально, ни даже морально.

Израильские «центурионы» на маневрах незадолго до войны 1967 года

Тем временем по Каиру и Дамаску шли ликующие демонстрации – огромные толпы народа несли плакаты, выражающие восторженную поддержку своих правительств. Газеты выходили с огромными заголовками «Конец Израилю!» и с рисунками, на которых изображался горящий Тель-Авив с залитыми кровью улицами и с грудами черепов на переднем плане.

Легко догадаться, что в Израиле настроение было обратным. Израиль был создан людьми, уцелевшими после Холокоста, в крематориях которого исчезло шестимиллионное еврейское население Европы. Так что равнодушное невмешательство наблюдающего за развитием конфликта мира задевало самые больные воспоминания – рассчитывать на «справедливых мира сего» было нечего. Перефразируя знаменитое изречение русского императора Александра III, можно сказать, что весной 1967 года у Израиля остались только два союзника – армия и флот. Учитывая, что ВМС в Израиле являются таким же родом войск, как ВВС и сухопутные войска, получается, что по большому счету союзник был только один – ЦАХАЛ – Армия обороны Израиля.

Вечером 1 июня на пост министра обороны Израиля был назначен Моше Даян. Советскому обывателю этот человек был известен в основном по строчкам В. Высоцкого:

Я сперва-то был не пьян,

Возразил два раза я —

Говорю: «Моше Даян —

Сука одноглазая, —

Агрессивный, бестия,

Чистый фараон, —

Ну, а где агрессия —

Там мне не резон».

Ну а кроме того, ходили разного рода байки, что он был полковником Красной Армии, Героем Советского Союза и был направлен в Израиль по указанию КГБ. Все это, конечно, чушь. Моше Даян родился в 1915 году в Палестине в семье выходцев из Российской империи. Во время Второй мировой войны принимал участие в боевых действиях в Сирии и Ливане против французских вишистов (режим Виши во Франции сотрудничал с Гитлером). Во время одной из операций был ранен (бинокль, в который смотрел Даян, был разбит французской пулей) и потерял глаз. Был действительно награжден, но англичанами, орденом «За выдающиеся заслуги». Агрессивности в нем было не больше, чем в Израиле в целом. Она в основном является плодом советской пропаганды. Израильскому же обществу он больше был известен как хвастун и бабник. Но наряду с этим и как талантливый военачальник, способный в критический момент принимать быстрые и правильные решения, как человек, не боявшийся брать ответственность на себя. В тот момент это было то, что надо!

Хитрый Моше для начала запустил арабам дезу. В субботу 3 июня 1967 года в газетах появились фотографии находящихся в отпусках израильских солдат, проводивших время в кругу своих семей или загоравших на морских пляжах. Моше Даян произнес блистательную речь, в которой выразил уверенность в том, что войны, без сомнения, удастся избежать. Начальник штаба ЦАХАЛа генерал Ицхак Рабин казался занятым не более чем обычно. И арабы им поверили, что, впрочем, неудивительно – их превосходство в силах над Израилем было подавляющим, и сама мысль о каких-либо активных действиях, его стороны представлялась им просто невозможной.

105-мм самоходная гаубица М7 «Прист». К началу Шестидневной войны АОИ имела три дивизиона таких САУ (36 единиц). В Израиле САУ М7 называлась «ТОМАТ Прист» (ТОМАТ – Тотах Митнайеа – самоходное орудие)

Благодаря предпринятым шагам по дезинформации противника и мировой общественности израильтяне получили важный козырь – момент внезапности.

План боевых действий, разработанный в штабе АОИ, предусматривал после внезапного удара авиации по египетским аэродромам ввод в сражение четырех танковых бригад и приданных им соединений мотопехоты и самоходной артиллерии. Целью маневренных групп был разгром синайской группировки противника и выход на восточный берег Суэцкого канала. После этого планировалось перенести усилия на Сирийский фронт.

Танки АМХ-13 и их экипажи. Израиль, 1960-е годы

К началу боевых действий на Синае и в зоне Суэцкого канала была развернута наиболее сильная группировка египетских войск. В восточной и центральной части Синая были развернуты семь дивизий. Эти дивизии формировались по советскому образцу и имели в общей сложности примерно 100 тысяч человек, 800 орудий и реактивных систем залпового огня и около 900 танков (если считать тыловые и аэродромные части, то цифра будет выше, возможно, до 170 тысяч человек – точные данные никогда не публиковались). Три египетские дивизии образовывали первый эшелон. 20-я «палестинская» дивизия находилась в секторе Газа, 7-я пехотная – в укрепленном районе Рафах, на стыке Газы и Синайского полуострова, и 2-я пехотная, занимавшая укрепленный район вокруг Абу-Агейлы, на «входе» в центральный Синай. Второй эшелон состоял из 3-й пехотной и 6-й механизированной дивизий. Две бронетанковые группы – 4-я танковая дивизия и так называемая «оперативная группа генерала Шазли» – представляли собой подвижный резерв, готовый, в зависимости от ситуации, или помочь оборонявшим укрепленные районы дивизиям, или перейти в наступление и перенести войну на израильскую территорию. Из-за подозрительного движения израильских танков в Негеве эти силы сместили к югу, в ожидании атаки в центр Синая, по схеме 1956 года. И Рафах, и район Ум-Катиф – Абу-Агейла были укреплены по советской фортификационной системе – сплошными полосами, прикрытыми минными полями, с заранее подготовленными артиллерийскими и танковыми позициями.

Подразделение танков «Шерман» 1.151 выдвигается к линии фронта на Синайском полуострове, 1967 год. К началу Шестидневной войны в АОИ имелось 177 «шерманов» со 105-мм пушкой

Насер не соглашался уступать территорию ни на дюйм даже в том случае, если это было выгодным с военной точки зрения. Политические соображения перевешивали военную выгоду – отпор ожидаемому израильскому наступлению следовало дать прямо на границе. Поэтому все доступные к продвижению в глубь Синая направления были надежно перекрыты укреплениями, минами и позициями артиллерийских и ракетных батарей. Правда, готовность войск была не на должной высоте. Ситуация развивалась спонтанно – собственно, сам египетский штаб узнал, что речь идет о войне, а не о демонстративных маневрах, только в 20-х числах мая. План же войны на Синае был разработан довольно давно и с тех пор не обновлялся. Предварительные учения по нему не проводились. Поэтому размещение частей по позициям шло не гладко – их приходилось дергать с места на место, непрерывно перемещать, освобождая место для все новых и новых подкреплений, подходивших на Синай из внутренних районов – Каира и дельты Нила. Впрочем, мораль была на высоте – офицеры были уверены, что «вскоре начнется победоносное наступление на Тель-Авив». Реальные же планы египетского командования были скромнее: удар на юге с целью отрезать Эйлат и соединиться с иорданскими войсками, а дальше – по обстоятельствам.

Средний танк «Шерман» М51. 14-я механизированная бригада. Синайский фронт, 1967 год

Из трех округов, образующих систему обороны Израиля – Север, Юг и Центр, – были образованы фронты, как и полагалось по мобилизационному плану. Наибольшие ресурсы получило южное командование. В его составе имелось три танковые дивизии и ряд отдельных бригад (всего – 10 бригад и несколько отдельных батальонов), в общей сложности около 70 тысяч человек, 700 танков и 326 артиллерийских орудий, включая тяжелые минометы.

Южным фронтом, противостоящим египетской армии, командовал генерал-майор Гавиш. Действовать предполагалось вдоль прибрежной дороги, атакуя укрепленный район Рафах, и в центре, атакуя укрепленный район Абу-Агейла. Для этого были развернуты три дивизии – 84-я, 31-я и 38-я. В тот период постоянных дивизий в АОИ не существовало, по сути это были штабы, координировавшие действия входящих в состав дивизий бригад и батальонов.

84-я дивизия включала в себя две лучшие бригады армии – 7-ю танковую и 35-ю парашютно-десантную (обе были кадровыми), а также 60-ю резервную танковую бригаду. Кроме того, имелся артиллерийский полк (в том числе два дивизиона САУ) и группа танков, укомплектованная курсантами и инструкторами танковой школы. Командовал дивизией генерал-майор Исраэль Таль.

38-я дивизия состояла из трех бригад – 14-й механизированной, 99-й пехотной, 80-й парашютно-десантной, а также имела в своем составе артиллерийский полк (96 орудий и тяжелых минометов). Командовал дивизией тоже человек с устоявшейся репутацией – генерал-майор Ариель Шарон. Его дивизия должна была брать укрепрайон Абу-Агейла. В штабе полагали, что если это вообще возможно сделать, то Шарон сделает.

31-я дивизия была подчинена генералу Аврааму Иоффе. В нее входили две танковые бригады – 200-я и 520-я, и она вся – от рядовых до командира дивизии включительно – состояла из резервистов. Генерал Иоффе уже три года был в резерве и заведовал государственным управлением по охране окружающей среды. Перед Иоффе была поставлена задача провести свои две бригады, почти 200 танков, между Рафахом и Абу-Агейлой, по местности, которая считалась непроходимой. Однажды он уже проделал нечто подобное – в 1956-м, когда его бригада дошла до Шарм-эль-Шейха, так что соответствующий опыт у него был.

В подчинении командования Южного фронта имелись и другие соединения. Одним из них была так называемая 49-я имитационная дивизия, которая в наступлении не участвовала, но внесла большой вклад в предстоящую операцию. Она так удачно сымитировала движение войск и так неудачно пряталась от египетских самолетов-разведчиков, что внушила египетскому командованию мысль о том, что наступление пройдет так же, как и в 1956 году. В итоге танковые резервы египтян были срочно смещены к югу. Эта попытка парировать ложную атаку существенно помешала им встретить настоящую.

Танки I.148A2C из 79-го танкового батальона 7-й танковой бригады ведут бой в окрестностях Рафаха. 1967 год

Настоящая атака началась 5 июня 1967 года. Ровно в 7:00 по израильскому времени (8:00 по каирскому) 40 самолетов поднялись в воздух с израильских аэродромов и пошли на запад, в сторону моря. Никакого беспокойства на египетской РЛС это не вызвало – обычное дело, по времени этого утреннего вылета можно было проверять часы. Начиная с 1965 года полеты проходили по одной и той же схеме – 40 самолетов уходили в сторону моря, резко снижались и возвращались обратно на свои аэродромы в Негеве. Ни на одном из египетских аэродромов не возникло никакой тревоги. Египетские ВВС были готовы к войне – дежурные истребители стояли на дорожках в состоянии 5-минутной готовности к взлету. Ночные патрули последней смены уже сели. День начинался как обычно – завтраком.

Министр обороны Израиля генерал МошеДаян

Израильские самолеты спикировали вниз и пропали с экранов радаров. Ровно в 7:45 египетские аэродромы подверглись первому авиаудару. Взлетные полосы разрушались бетонобойными бомбами, а стоявшие в ряд на рулежках серебристые (как в СССР) самолеты уничтожались пушечным огнем. Всего против 19 египетских аэродромов было сделано 332 боевых вылета (183 в первой волне, 164 – во второй и 85 – в третьей, кроме того, в рамках третьей волны были атакованы аэродромы Иордании, Сирии и Ирака – еще 119 боевых вылетов), что было просто невероятно много, если принять во внимание, что вся израильская боевая авиация на тот момент составляла 202 самолета (из них 197 было исправно на утро 5 июня), плюс 44 учебно-боевых самолета «Фуга Мажистер».

Из примерно 420 военных самолетов египетских ВВС (из них около 300 боевых) было уничтожено 309, в том числе полностью четыре эскадрильи бомбардировщиков Ту-16 и Ил-28. Налеты второй волны окончились около 10:35 – за 170 минут египетские ВВС перестали существовать!

Наземные операции израильтян начались в 8:30, практически в то же время, что и воздушные, – фактор времени играл такую большую роль, что ждать, пока авиация отбомбится, было некогда.

Танки АМХ-13 и мотопехота на полугусеничных бронетранспортерах в арабском городке сектора Газа. 1967 год

Передовые части 7-й танковой бригады с ходу проскочили Рафах и двинулись по шоссе дальше, в направлении на Эль-Ариш. Но последовавшие было за ними танки попали под жестокий обстрел в узком проходе между дюнами. Преодолевая сильное сопротивление в южной части Газы и в Рафахе, отчаянно дрались парашютисты 35-й бригады. На помощь пришли учебно-боевые самолеты «Фуга Мажистер» – их в срочном порядке приспособили к роли легких штурмовиков. Эти самолеты несли только два 7,62-мм пулемета и две 50-кг бомбы, но они очень пригодились для подавления египетских батарей. Сопротивление египтян в Рафахе вскоре было сломлено, и танкисты 7-й бригады устремились к Эль-Аришу. Путь сюда закрывали укрепленные противотанковые позиции. Первая попытка прорвать оборону египтян окончилась неудачей. Причем эта атака оказалась для египтян полной неожиданностью – они никак не ожидали таких «ударных» темпов продвижения от танкистов генерала Таля. Сбить с позиций подразделения ПТО частям 7-й бригады удалось только после третьей атаки, ценой потери 17 «центурионов». Однако египтяне сразу же контратаковали и восстановили положение, отбросив израильтян на исходные позиции. В ход сражения вмешался лично генерал Таль, он не стал дожидаться резервов, а принял рискованное решение: оставшиеся «центурионы» вновь пытаются атаковать арабские позиции, расположенные вдоль шоссе, а батальон М48 обходит укрепления противника с юга по труднопроходимым дюнам. Поставленную задачу танкисты выполнили. Но какой ценой! Все без исключения танки М48, участвовавшие в атаке, получили попадания снарядов или минометных мин, командир батальона погиб, начальник штаба и командиры всех трех рот были ранены. Утром 6 июня Эль-Ариш был в руках израильтян.

31-я дивизия также продвигалась согласно плану. Пески оказались не такими уж непроходимыми. «Центурионы», правда, шли на первой передаче, но все же добрались до перекрестка дорог, на который их нацелили. Одна бригада тут же двинулась на юг, на помощь дивизии Шарона, а другая перехватила египетские танки (это была 4-я танковая дивизия), идущие во фланг дивизии Таля – их срочно направили на выручку Эль-Аришу. Однако, налетев уже ближе к сумеркам на неизвестно откуда взявшиеся израильские танки, египетские Т-55 понесли потери, и командир дивизии счел за благо остановиться, чтобы дождаться утра. За ночь в тылу египетской дивизии появились беглецы – дивизия Шарона за день нейтрализовала Ум-Катиф, а вслед за этим ночной атакой взяла Абу-Агейлу.

Танк «Центурион-Шот» идет в атаку на Синае. 1967 год

Успеху наступления способствовало тесное взаимодействие всех родов войск. Как только египетская артиллерия и танки открывали огонь, демаскируя свои позиции, на них обрушивалась израильская авиация, поскольку самолетов неприятеля в небе практически не было. Затем в дело вступали шедшие в боевых порядках танки и САУ. Задача артиллеристов сводилась не столько к уничтожению конкретных целей, сколько к деморализации обороняющихся. Батареи самоходок концентрировали огонь на одной цели, через некоторое время переносили огонь на другую, потом на третью. Под прикрытием ураганного огня спешившаяся с бронетранспортеров М3 пехота врывалась в траншеи и укрепленные пункты египтян.

Батарея 105-мм самоходных гаубиц «ТОМАТ АМХ» (французские Mk 61) поддерживает огнем наступающие танки. Синайский фронт, 1967 год

Первый эшелон египетской обороны Синая к середине второго дня войны, 6 июня, перестал существовать, все укрепления были потеряны, две дивизии (20-я и 7-я) полностью разгромлены, а третья (2-я пехотная) жестоко потрепана. И все это менее чем за 40 часов израильского наступления. Возможности обороны для египетской армии еще имелись – могли быть задействованы две нетронутые дивизии второго эшелона (6-я механизированная и 3-я пехотная), имелись мощные танковые части – группа Шазли и 4-я танковая дивизия. Египетский генеральный штаб собирался продолжать сопротивление, используя разработанный до войны план «Кахир». В соответствии с ним следовало контратаковать противника как раз силами второго эшелона и навязать ему встречное танковое сражение. Но в отличие от израильтян, египетские войска так воевать не умели, а кроме того, с утра 6 июня они находились под беспрерывным воздействием израильской авиации.

Легкий танк АМХ-13 на Иорданском фронте. Боевые действия здесь начались позже, чем на Синае

Надо сказать, что египтяне не сразу осознали масштабы катастрофы, постигшей их армию, – весь день 5 июня по каирскому радио передавались бравурные сообщения о якобы рвущихся к Тель-Авиву арабских танковых дивизиях и о бегущих в панике израильских солдатах; на улицах стихийно собирались толпы людей, празднующих победу. Высшее же военное руководство, осведомленное о действительном положении дел на фронте, повело себя не совсем адекватно обстановке. Так, например, в то время, когда израильская авиация утюжила египетские аэродромы, министр обороны Бадран отправился спать и приказал его не беспокоить; начальник штаба Фаузи приказывал уже уничтоженным израильской авиацией эскадрильям наносить ответные удары по израильтянам; командующий авиацией Цадки Мухаммед периодически пытался застрелиться и т. д. Разгром египетской армии, лишенной руководства, был, таким образом, предопределен, и даже мужество рядовых солдат на передовой уже никак не могло изменить обстановку. Как выразился в те дни Ариель Шарон, «египтяне – замечательные солдаты: дисциплинированные, выносливые, однако их офицеры ни на что не годны». Последние действительно отличались пассивностью, безынициативностью, высокомерным отношением к подчиненным и подобострастным к начальству. В трудной ситуации, лишенные дальнейших инструкций и указаний сверху, они предпочитали бежать, бросая своих солдат на произвол судьбы. В израильской армии, напротив, культивировалась самостоятельность в принятии решений, находчивость и уважительные отношения между рядовыми, офицерами и генералами. Израильские офицеры действительно увлекали своих солдат в атаку своим собственным примером, поэтому в ЦАХАЛе процент офицеров среди убитых и раненых был существенно больше, чем у арабов.

Так что неудивительно, что никакого встречного сражения не произошло – 6 июня египетское верховное командование через голову собственного генерального штаба отдало приказ об общем отходе с Синая.

К началу Шестидневной войны в АОИ оставалось только 10 танков «Шот», вооруженных 20-фунтовыми пушками. Они были сведены в роту Мецгера и действовали на Иорданском фронте

Однако отступать египетским войскам нужно было через стратегические перевалы Митла и Джиди. Предвидя это, генерал Гавиш приказал генералу Иоффе отправить танки в рискованный прорыв с целью отрезать египтян от перевалов. Бригада «центурионов» двинулась форсированным маршем к перевалу Митла, оставляя по пути танки, у которых кончалось горючее. Всего девять «центурионов» достигли перевала Митла в 18:00 6 июня, при этом у четырех машин закончилось топливо, и их тащили на буксире! Горстка танков и немного мотопехоты на полугусеничных бронетранспортерах зарылись в землю на перевале, ожидая подхода вражеских колонн. Всю ночь продолжался бой, а утром к перевалу начали подходить «центурионы» другой бригады 38-й дивизии. Одновременно израильская авиация принялась штурмовать транспортные колонны египтян. Тысячи пылающих и просто брошенных машин запрудили дороги в пустыне. Египетские солдаты решили, что пешком сматываться сподручнее. Те из них, кому посчастливилось пешком добраться до канала, без памяти от страха переправлялись вплавь на другой его берег.

К середине дня 8 июня все три израильские дивизии достигли Суэцкого канала в районах Порт-Фуад, Эль-Кантара, Исмаилья и Суэц. С армией Египта на Синае было покончено. Синайский «блицкриг» обошелся израильской армии в 132 танка (63 из них потеряны безвозвратно). Учитывая численность бронетанковых войск Армии обороны, ущерб весьма значительный. Кроме того, погибло много хорошо подготовленных танкистов, в том числе офицеров. Но если израильские потери были серьезными, то египетские – катастрофическими. Из 935 танков и САУ было уничтожено и захвачено в качестве трофеев более 820: 291 Т-54А, 82 Т-55, 251 Т-34-85, 72 ИС-3М, примерно 50 «шерманов», 29 ПТ-76 и 51 СУ-100 и, кроме того, несколько сотен бронетранспортеров.

Полученные для испытаний 14 бронеавтомобилей «Панар» AML-90 состояли на вооружении роты «Духифат». Иорданский фронт, 1967 год

Следует отметить, что израильским планом активные действия предусматривались лишь на Синае, на Северном и Центральном фронтах войскам предписывалось не предпринимать никаких действий, кроме оборонительных. Однако иорданцы напросились сами. Утром 5 июня король Хусейн отдал приказ о начале военных действий против Израиля.

Танк АМХ-13 во время боевых действий на Иорданском фронте, 1967 год

Командующий Центральным фронтом генерал Узи Наркис оказался в очень затруднительном положении. Он располагал четырьмя резервными бригадами (4-й, 5-й и 16-й пехотными и 10-й механизированной), отдельным танковым батальоном, ротой танков «Центурион» и ротой бронеавтомобилей AML90. Всего более 100 танков (в основном «Шерман») и 270 артиллерийских орудий и тяжелых минометов. Танки можно было трогать только в самом крайнем случае, поскольку они могли быть затребованы на Синай, в распоряжение Южного фронта.

Тем временем в дело вступила иорданская тяжелая артиллерия – две батареи дальнобойных 155-мм американских пушек. Одна открыла огонь по пригородам Тель-Авива, вторая – по самой большой авиабазе севера Израиля, аэродрому Рамат-Давид. Иорданские истребители «Хантер» атаковали израильские аэродромы. Пулеметная перестрелка в Иерусалиме постепенно перешла в артиллерийскую дуэль. Арабский Легион – так по старой памяти называлась иорданская армия – атаковал линию разграничения в Иерусалиме с целью занять анклавы в демилитаризованных зонах. К уговорам израильского правительства, переданным ему через посредство ООН, – не начинать войну – король Хусейн не прислушался. Он полагал, что ограниченное наступление не вызовет слишком сильной реакции. Однако 6 тысяч тяжелых снарядов, выпущенных по Иерусалиму, показались израильтянам чрезмерными. В городе было повреждено 900 домов, больше тысячи человек было ранено, а 20 – убито.

В 12:30 израильские самолеты нанесли удар по обоим иорданским военным аэродромам – в Аммане и в Мафраке. В два приема они уничтожили взлетные полосы и все самолеты. Иордания осталась без ВВС.

К середине дня настроение у короля Хусейна окончательно испортилось. Активные действия его армии в Иерусалиме вызвали ответную реакцию намного сильнее той, на которую он рассчитывал. Израильское командование решило, что движение иорданцев – это прелюдия к генеральному наступлению их армии, а у них в Иудее и Самарии («Западный берег реки Иордан») находилось 7 пехотных и 2 танковые (40-я и 60-я) бригады, плюс иракская бригада (8-я механизированная). Кроме того, имелись 2 отдельных танковых батальона, 2 батальона египетских коммандос, «палестинский батальон», а всего – до 300 танков и 190 артиллерийских орудий. Сосредоточенный удар этих сил мог разрезать Израиль надвое. И это была вполне серьезная угроза. Достаточно взглянуть на карту Израиля (желательно с нанесенной демаркационной линией перемирия, установленной соглашениями 1949 и 1950 годов), чтобы увидеть, что в самом узком месте Иорданию отделяло от Средиземного моря всего 14 км территории Израиля. Да что там, от самой дальней точки – Иерусалима – было всего 50 км. Для улучшения восприятия – от Домодедова до Химок, если по прямой через Москву, 60 км! Москва с севера на юг в пределах МКАД – 39,5 км! Вместе с Бутово и Химками аккурат поместилась бы между Иерусалимом и морем! Но не будем пугать евреев, никто Москву в Израиль переносить не собирается, тем более с Бутово и Химками. Все это сказано только для того, чтобы читателю было понятно, на какой ничтожно маленькой территории происходили описываемые события. Вернемся в Шестидневную войну.

Парашютисты 55-й бригады у еврейской святыни: Западной стены Второго храма – Стены Плана. Эмоциональное состояние солдат не нуждается в комментариях (в 1947–1967 годах доступ евреев к Стене Плача был запрещен иорданскими властями)

Поскольку сражение на Синае протекало в целом успешно, а сирийцы никаких признаков жизни, кроме обстрела израильских поселков, не подавали, то было решено действовать. Северный фронт выделил две бригады (37-ю танковую и 45-ю механизированную) и передал их взаймы Центральному фронту, и они немедленно начали наступление на Дженин, в Самарию. К ним добавили 9-ю пехотную бригаду, и таким образом образовалсь 36-я дивизия под командованием генерала Эльада Пеледа.

10-я механизированная бригада (смешанный батальон «шерманов» и «центурионов» и батальон AMX-13) полковника Ури Бен-Ари – героя войны 1956 года – двинулась на Иерусалим и обошла город с севера. Чтобы остановить наступление израильских частей, иорданцы попытались организовать контрудар вдоль шоссе Рамаллах – Иерусалим силами 60-й танковой бригады, вооруженной танками М48, при поддержке пехоты на БТР М113. На марше бригаду бомбила израильская авиация, а затем ее встретили танки 10-й израильской бригады. Разыгрался жестокий бой с участием более 100 «шерманов», «центурионов» и «паттонов». При этом, например, «шерманы» по отношению к М48 были, без сомнения, устаревшими танками. Но вооружены они были сильнее, так как в бригаде Бен-Ари все «шерманы» были модификации М51. Так что огневое превосходство было за танками Армии обороны. Тем не менее, сражение было ожесточенным. В течение нескольких часов обе стороны не могли ни вывести уцелевшие танки из боя, ни ввести в действие подкрепления, поскольку дорога оказалась запружена разбитой техникой, которую невозможно было оттащить из-за непрекращающегося обстрела. Спасением для израильтян стал батальон 120-мм минометов, установленных на полугусеничных БТР. Минометчики сумели организовать сплошную завесу огня и подбить 22 иорданских М48, пытавшихся пробиться к полю боя. Потеря еще не побывавших в бою машин подорвала боевой дух арабов. К утру 6 июня в 60-й бригаде осталось только 6 танков.

«Шерманы» 1.150 ведут бой на Голанских высотах. На заднем плане виден подбитый АМХ-13

Неудачей закончилась и скрытая атака египетских коммандос против израильской авиабазы Лод, проведенная с иорданской территории. Египтян засекли на поле пшеницы. Командир местной обороны не имел артиллерии, но спички у него были. Поле подожгли. Из 600 коммандос уцелело не больше 150.

В 1967 году на Голанских высотах встретились старые противники – «шерманы» и Panzer IV. Последние использовались сирийцами в основном в качестве неподвижных огневых точек

В ночь на 6 июня 55-я парашютная бригада полковника Мордехая Гура атаковала позиции иорданцев в северной части Иерусалима. Яростная рукопашная схватка разыгралась на Арсенальной горе. Здесь иорданцы сражались с особым упорством, пока не полегли все до последнего. Десантники тоже понесли тяжелые потери. Утром 7 июня парашютисты атаковали Старый город, находившийся в руках иорданцев с 1948 года. К 10:00 израильтяне вышли к еврейской святыне – Стене Плача.

В тот же день Армия обороны заняла Наблус, Хеврон и Вифлеем. К исходу 8 июня израильтяне вышли к реке Иордан. Соотношение потерь в танках на Иорданском фронте составило 112 машин у израильтян против 179 у иорданцев.

К 9 июня, на пятый день, война казалась оконченной. Египет, Израиль и Иордания согласились на прекращение огня. Перемирие было принято и Сирией, но с оговоркой, что «оно вступит в силу только тогда, когда Израиль сделает то же самое». Ну а пока сирийские пушки продолжали стрелять с Голанских высот. Это вполне могло бы сойти сирийцам с рук, если бы представитель СССР в ООН Федоренко неожиданно не уперся и не начал настаивать на включении дополнительных статей в резолюцию о перемирии, требующих «осуждения Израиля за агрессию и отхода его войск на начальные позиции». Резолюция в результате не прошла, заседание оказалось отложено, и это обстоятельство обошлось Сирии очень дорого. Даян решил воспользоваться случаем – и отменил свой собственный «строгий приказ о ненаступлении на Голанах».

Танки АМХ-13 на израильском блокпосту на Синайском полуострове вскоре после завершения Шестидневной войны

Наступление разворачивалось в гористой местности, и перед «центурионами» и «шерманами» пришлось пускать бульдозеры для устройства проходов. Потери и танков, и тракторов от огня сирийцев, а также от мин поначалу были очень высокими. Так, например, в одном из батальонов 8-й танковой бригады на ходу осталось только три «шермана». Досталось и более мощным «центурионам». Тем не менее, к исходу первого дня оборону сирийцев на Голанских высотах удалось прорвать. В этот же день Совет Безопасности ООН принял решение о прекращении огня, которое вступило в силу 10 июня в 19:30. Сирийский фронт был единственным, где соотношение потерь по танкам оказалось не в пользу Израиля – более 80 танков и САУ уничтожили израильтяне (73 Т-34-85, Pz.IV и Т-54; семь СУ-100 и несколько StuG III) и 160 – сирийцы. С учетом того, что израильским войскам пришлось штурмовать хорошо оборудованную линию обороны, опиравшуюся на господствующие над местностью высоты, такой итог неудивителен.

Война Судного дня

Война Судного дня ознаменовала собой конец трехлетнего периода военного затишья на границах Израиля, наступившего вслед за принятием Израилем и Египтом в августе 1970 года предложения США о тщательном соблюдении прекращения огня после так называемой Войны на истощение, объявленной египетским президентом Насером. Цели Войны на истощение состояли в том, чтобы путем частых обстрелов, местных атак и вылазок привести к постоянной напряженности по всей линии противостояния египетских и израильских войск и тем подорвать дух израильской армии. Ответные действия Израиля включали воздушные налеты в глубь территории Египта, в результате которых Насер был вынужден просить СССР о немедленной военной помощи. Таким образом, усилилась зависимость Египта от СССР, эскадрильи советских военных самолетов были размещены на территории Египта, тысячи советских военных инструкторов были прикреплены к разным подразделениям египетской армии. Однако потери Египта в первой половине 1970 года были так велики, что Насер должен был согласиться на соблюдение прекращения огня. В первые же часы после того, как соглашение вступило в силу, египтяне продвинули свои ракетные установки на передовую линию, значительно укрепив таким образом свою противовоздушную оборону.

Египетский танк Т-55, оборудованный катковым минным тралом. На такие машины возлагалась особая роль по преодолению израильских минных полей после переправы через канал

Преемник Насера Анвар Садат подвергся сильному внутри– и внешнеполитическому давлению. Он оказался не в состоянии достичь провозглашенного им скорого «освобождения» занятых Израилем египетских территорий. СССР отказался принять на себя обязательство прямого военного вмешательства, что повлекло за собой демонстративное удаление советских военных специалистов из Египта в 1972 году. Этот шаг был расценен в Израиле как наносящий непоправимый урон египетской военной мощи, лишающий Египет способности сражаться, не говоря уже о способности начать войну в обозримом будущем. Однако в тот период разрыв Садата с Советским Союзом был скорее театральным жестом, нежели серьезным поворотом в политике, так как приток советского оружия и военного снаряжения в Египет не прекращался.

К октябрю 1973 года после мобилизации вооруженные силы Египта насчитывали 833 тысячи человек, 2200 танков (850 Т-54/55, 750 Т-62, Т-34-85 и ПТ-76), 2400 бронетранспортеров (БТР-152, БРДМ, БТР-60, TOPAS и другие), 1120 орудий калибром свыше 100 мм. В ВВС имелось 690 самолетов (160 МиГ-21, 60 МиГ-19, 200 МиГ-17, 13 °Cу-7Б, 18 Ту-16, 30 Ил-28, 30 Ан-12, 40 Ил-14 и другие), 161 вертолет (Ми-6, Ми-8 и другие). ВМС страны имели 104 корабля (в том числе 5 эсминцев, 6 фрегатов и корветов, 12 подводных лодок, 8 тральщиков, 20 ракетных и 43 торпедных катера, 8 сторожевых и 2 десантных корабля).

Сирийская армия насчитывала 332 тысячи человек, 1350 танков (Т-54/55, Т-62, ПТ-76), 1300 бронетранспортеров (БТР-152, БРДМ, БТР-60 и другие), 655 орудий калибром свыше 100 мм. В ВВС имелся 321 самолет (110 МиГ-21, 120 МиГ-17, 45 Су-7Б, 12 Ил-14, 4 Ил-18 и другие) и 36 вертолетов. ВМС страны имели 21 боевой корабль (2 тральщика, 6 ракетных и 10 торпедных катеров, 3 сторожевых корабля).

Важная роль при форсировании канала отводилась амфибийным машинам, таким как этот чехословацкий ОТ-62, вооруженный безоткатным орудием

В свою очередь, численность АОИ при полной мобилизации достигала 350 тысяч человек (включая ВВС и ВМС). В составе сухопутных войск АОИ имелось 6 бронетанковых дивизий, объединявших 12 танковых и 6 механизированных бригад, а также целый ряд других частей и подразделений. Еще две танковые бригады (274-я и 500-я) были отдельными. Кроме того, имелись 4 парашютно-десантные (35-я, 63-я, 247-я и 317-я) и 2 пехотные (1-я и 5-я) бригады, 8 территориальных пехотных бригад и большое количество других частей и подразделений. Следует, однако, помнить, что сухопутные войска АОИ примерно на 3/4 состояли из резервистов.

Противотанковый комплекс 9М14М «Малютка». По некоторым данным, огнем этих комплексов было выведено из строя до 800 израильских танков

По официальным данным, на 1 апреля 1973 года в АОИ имелось 2009 танков (в том числе 975 «центурионов» и 544 «паттона»). Что касается дня начала войны, то на 6 октября 1973 года, по разным данным, АОИ насчитывала от 2029 до 2047 танков, не считая ПТ-76, которых имелось не более 10 единиц.

Состав танкового парка Израиля на 6 октября 1973 года был следующим:

1009 «Шот» («Центурион», все со 105-мм орудиями), в том числе 787 «Шот Каль» и 222 «Шот Метеор»;

537 «Магах» (М48/60), в том числе не менее 345 «Магах-3» (М48А1 и М48А2С, модернизированные до уровня М48А3, включая 105-мм орудие), 50 «Магах-6» (М60) и 100 «Магах-6 Алеф» (М60А1);

146 «Тиран-4/5» (Т-54/55, большинство или все со 105-мм орудиями);

341 «Шерман» М50 и М51 (75-мм и 105-мм орудия соответственно).

Что касается других видов вооружения, то АОИ имела 4676 бронетранспортеров (из них около 4000 – полугусеничные), около 900 орудий полевой артиллерии калибром свыше 100 мм и тяжелых минометов (включая 321 САУ). ВВС Израиля насчитывали 351 боевой самолет (по другим данным – 380–385) и около 100 вертолетов. В боевом составе ВМС числились 13 ракетных и 31 сторожевой катер, а также 9 десантных кораблей.

«Шерман» М50 на Голанских высотах, 1970 год. После Шестидневной войны израильтяне установили на танках М50 дизельные двигатели Cummins и горизонтальную подвеску

Оборона израильских войск на восточном берегу Суэцкого канала начала готовиться сразу же после окончания войны 1967 года и продолжала совершенствоваться вплоть до начала войны 1973 года. Система опорных пунктов, созданная Израилем вдоль канала (длина – 157,5 км, ширина – 180 м), получила название Линии Бар-Лева, по имени Хаима Бар-Левы, начальника генерального штаба АОИ в 1968–1971 годах. Главной инженерной преградой этой линии являлся сам Суэцкий канал, а также песчаный вал высотой 17 м и минные поля на его восточном берегу. Вдоль вала находились прикрытые минными полями и заграждениями из колючей проволоки 28 взводных опорных пунктов, еще один такой опорный пункт («Эгрофит») находился на берегу Суэцкого залива, и два – на берегу Средиземного моря («Будапешт» в 12 км к востоку от Порт-Саида и «Траклин» в 10 км к востоку от «Будапешта»). Некоторые опорные пункты были одиночными, другие сгруппированы в блоки по 2–4 штуки. К началу боев только 16 опорных пунктов были действующими (15 вдоль канала и «Будапешт»), еще в 4 (включая «Эгрофит» и «Траклин») находились дневные наблюдательные посты, еще 7 наблюдательных постов находилось между опорными пунктами. В тех местах, где имелись блоки опорных пунктов, действующим был только один опорный пункт из блока. Исключение составлял самый северный на линии канала блок «Оркаль» – там действовали все 3 опорных пункта блока. Связано это было с тем, что после войны 1967 года в руках египтян остался плацдарм на восточном берегу канала, в районе Порт-Фуада. Передовые египетские позиции были в 900 м от «Оркаля» и в 1000 м от «Будапешта».

«Шот Каль» из 188-й танковой бригады во время тактических занятий на Голанских высотах, 1971 год

Внутри опорных пунктов, а также между ними у песчаного вала и за некоторыми из опорных пунктов на специальных треугольных песчаных валах, обращенных острым углом в сторону канала и на расстоянии примерно 1000 м от него, находились рампы для танков (наклонные насыпи, позволявшие танку въехать на вал и, прикрываясь его гребнем, вести огонь по противнику). Планировалось построить систему сброса нефти в канал и ее воспламенения, но выяснилось, что сильное течение в канале быстро сносит нефть и для создания надежного огневого заслона в течение хотя бы одного часа требуется иметь нефтяные цистерны огромных объемов. Для испытаний в феврале 1971 года были построены две системы. К началу войны они не действовали – трубы частично проржавели, частично прогнулись под весом песка или забились песком. Было создано также 20 ложных систем, имевших только внешние трубы. После войны Египет заявил, что система была нейтрализована египетскими морскими коммандос, замуровавшими трубы специальным цементом.

«Шерман» М51. Накануне войны 1973 года «шерманы» в своем абсолютном большинстве находились в резерве

Гарнизон каждого опорного пункта по штату должен был состоять из 25–30 бойцов, а их вооружение – 5 пулеметов, три 52-мм и один 81-мм миномет, одна 20-мм пушка, два винтовочных гранатомета, один– два 82-мм гранатомета «Супер Базука» и личное оружие. В случае начала войны каждый опорный пункт полагалось усилить тремя танками. Только в самом северном опорном пункте на линии канала 3 танка имелось к началу боев. Реально же гарнизоны состояли из 16–25 человек, включая вспомогательный персонал (повара, водители и т. п.). Вооружение в опорных пунктах также не соответствовало штатам. Например, в большинстве опорных пунктов на северном участке канала 82-мм гранатометы были собраны на техосмотр без предоставления замены.

В конце 1960-х годов часть «шерманов» была переделана израильской фирмой Soltam в 155-мм самоходные гаубицы

Вторая линия обороны состояла из 11 ротных опорных пунктов, находившихся на расстоянии 8–12 км от канала. Гарнизон каждого такого пункта, кроме роты пехоты, должен был включать 1–2 взвода танков. Реально же в начале войны ни один из них не имел постоянного гарнизона – опорные пункты служили лишь местами дислокации мобильных частей (роты танков и мотопехоты, батареи САУ) прикрытия ка– нала.

Далее на восток никаких оборонительных линий не было, только отдельные опорные пункты, например на подступах к перевалам Гиди и Митла.

Полевая артиллерия вблизи канала насчитывала 12 батарей – 48 орудий и 4 миномета. Кроме того, в опорных пунктах близ Порт-Саида и Суэца были размещены две артиллерийские четырехорудийные батареи 155-мм САУ М50.

Таким образом, можно утверждать, что в описанном виде Линия Бар-Лева серьезным препятствием для египетских войск не являлась и уж никак не тянула на «глубоко эшелонированную оборону, оборудованную по последнему слову военно-инженерной техники», как писали о ней советские источники.

На территории Синайского полуострова дислоцировалась 252-я танковая дивизия (14-я и 401-я танковые бригады), усиленная перед войной 460-й танковой бригадой (без 71-го танкового батальона, направленного на Голаны). Всего в дивизии было 9 танковых батальонов.

Здесь необходимо сделать небольшое отступление. Дело в том, что во многих отечественных изданиях дивизии именуются на иврите – угда (иногда ошибочно – угдат). Печально, но российские авторы копируют в данном случае своих западных коллег, заимствуя это слово из англоязычных изданий. При этом остальные соединения, части и подразделения АОИ именуются бригадами, батальонами, ротами и т. д. Логики нет никакой, дивизию почему-то пишут на иврите, а все остальное нет. Если же быть последовательными, то предыдущий абзац должен выглядеть так:

«На территории Синайского полуострова дислоцировалась 252-я танковая угда (14-я и 401-я танковые хативы), усиленная перед войной 460-й танковой хативой (без 71-го танкового гдуда, направленного на Голаны). Всего в дивизии было 9 танковых гдудов».

Смешно. Смешнее все это, наверное, выглядит, если использовать арабские названия соединений или, например, китайские. Но до этого почему-то ни у кого фантазия не доходит. Исключение сделано только для угды. Но мы его делать не будем, а будем использовать привычные нам названия воинских частей и соединений. Вернемся на Синай.

Египетский понтонный мост через Суэцкий канал. Снимок сделан с восточного берега из прохода в оборонительном валу. Октябрь 1973 года

За территориальную оборону северной зоны канала отвечала 275-я территориальная бригада. За центр и юг на момент начала войны – 14-я танковая бригада. Ее 9-й танковый батальон бат (33 танка «Магах-3») находился на севере канала, в зоне 275-й бригады, 185-й танковый батальон (25 танков, по другим данным – 21) – в центре, и 52-й танковый батальон (32 танка) – на юге. Кроме трех танков 9-го батальона в опорном пункте «Оркаль», все танки бригады находились на момент начала войны на удалении 8—12 км от канала. Всего же в 252-й дивизии имелось 289 танков: 90 в 14-й (87 на линии ротных опорных пунктов и 3 в опорном пункте «Оркаль»), 130 в 401-й (в районе перевала Гиди) и 69 в 460-й (восточнее Румани, север Синая) бригадах. Кроме танковых подразделений на Синае в зоне канала находилось 10 пехотных, мотопехотных и разведывательных рот, четыре из которых составляли гарнизоны опорных пунктов.

Тяжелый танк ИС-3 на одном из разрушенных опорных пунктов Линии Бар-Лева

За оборону Голанских высот в мирное время отвечала 820-я территориальная бригада. К началу войны в ее составе было два кадровых пехотных батальона – 13-й батальон 1-й пехотной бригады «Голани» и 50-й батальон 35-й парашютно-десантной бригады. Эти батальоны занимали взводные опорные пункты вдоль линии фронта длиной около 80 км. Опорные пункты располагались позади противотанкового рва и были прикрыты минными полями и заборами из колючей проволоки. Всего имелось 18 опорных пунктов, первый из которых № 101 располагался на горе Дов, был обращен в сторону Ливана и в войне практически не участвовал. Последний опорный пункт № 118 находился на южном фланге Голанских высот, вблизи границы с Иорданией. Все опорные пункты на севере занимал 13-й батальон, на юге – 50-й. Опорные пункты №№ 106, 108, 112, 113 и, возможно, № 118 к началу войны пустовали. В большинстве опорных пунктов было по 16–20 бойцов (кроме того, в них находились врачи, офицеры-корректировщики и вспомогательный персонал).

Об опорном пункте № 102 «Хермон» следует сказать особо. Этот опорный пункт находился на высоте 2100 м над уровнем моря, и в нем располагался центр электронной разведки, пост управления ВВС, центр связи, наблюдательный пункт артиллерии и разведки. «Хермон» представлял собой мощное трехэтажное сооружение (включая подземные этажи), хорошо защищенное от бомбардировок и артобстрела. А вот система его наземной обороны была не достроена. Всего в опорном пункте находилось 60 солдат и офицеров, но из них только 14 – бойцы (командир опорного пункта и 13 солдат 13-го батальона), остальные – солдаты подразделений ВВС, связи и т. д.

На Голанах находились 188-я и 7-я танковые бригады. В 188-й бригаде имелось только два кадровых танковых батальона – 74-й и 53-й – всего 77 танков. В мирное время один из батальонов был рассредоточен вдоль линии опорных пунктов, другой, наоборот, сосредоточен в тылу. В связи с напряженностью вперед были выдвинуты оба батальона – 74-й на севере и 53-й на юге Голан. Из каждого батальона по две роты были раздроблены на взводы и должны были занять позиции на рампах возле опорных пунктов. В 7-й танковой бригаде и 71-м танковом батальоне было 105 танков, итого к началу боев на Голанах имелось 182 танка, из них 177 исправных. Все танки типа «Шот Каль». Большая часть танков была сосредоточена на севере – все 105 танков 7-й бригады (включая 71-й батальон) и 32 танка 188-й бригады. На юге было всего 40 танков 188-й бригады.

Кроме того, на высотах находились 10 рот пехоты и мотопехоты, 2 инженерные роты, 2 батареи зенитной артиллерии, 11 артиллерийских батарей (44 орудия и миномета – по 4 в батарее), включая две батареи 175-мм САУ М107.

Египетский солдат осматривает сгоревший израильский бронетранспортер М113

Анализируя состав и укомплектованность сил прикрытия Суэцкого канала и Голанских высот, можно утверждать, что израильское командование недооценивало степень угрозы, не верило в способность арабских армий нанести сколько-нибудь серьезный удар. Между тем война приближалась.

Непосредственная подготовка египетско-сирийских войск к войне началась летом 1973 года. План сирийского командования заключался в том, чтобы внезапным ударом овладеть Голанскими высотами и к исходу второго дня операции выйти на реку Иордан, где и перейти к прочной обороне. Для решения этой задачи планировалось привлечь почти все сирийские вооруженные силы.

Танк «Магах-З» из состава 14-й танковой бригады спешит к линии фронта. 7 октября 1973 года

Главный удар должен был наноситься в направлении Джасим – Эль-Хушния – Дабура силами 5-й и 9-й пехотных дивизий, другой удар в направлении южнее Кунейтры – силами 7-й пехотной дивизии, 85-й и 121-й отдельных пехотных бригад. Общая глубина зоны боевых действий предусматривалась в 25–30 км. Оперативное построение – одноэшелонное, с выделением в резерв 1-й и 3-й бронетанковых дивизий и 47-й бронетанковой бригады. Общая ширина полосы наступления – 50 км, ширина полос наступления дивизий – 15–18 км.

Египетское командование намечало при поддержке артиллерии и авиации и под прикрытием огня зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) и зенитной артиллерии форсировать Суэцкий канал южнее и севернее Большого Горького озера, прорвать оборону противника и на седьмой-восьмой день наступления овладеть рубежом Гебель-Алак, Гебель-Умм-Хишейба, Гебель-Умм-Махаса, Гебель-Умм-Магарим и горными перевалами Митла и Гиди. Египет надеялся, овладев этим рубежом, заставить Израиль пойти на переговоры и очистить земли, захваченные в ходе войны 1967 года.

Главная задача возлагалась на 3-ю армию (2 пехотные, 1 механизированная и 1 танковая дивизии, несколько отдельных бригад) и 2-ю армию (3 пехотные, 1 механизированная и 1 танковая дивизии и 2 отдельные бригады). Замыслом предусматривалось вначале форсировать канал пехотными дивизиями, прорвать первую полосу обороны противника и захватить дивизионные плацдармы глубиной до 12–15 км, затем объединить их в армейские, перебросить на них ЗРК и дивизии вторых эшелонов, после чего развить наступление и выйти на заранее намеченный рубеж.

Планируя наступательные действия против Израиля и понимая, что попытка полного его уничтожения невозможна из-за вероятного вмешательства США, руководство Египта и Сирии ставило перед собой лишь ограниченные цели. Наряду с этим, готовя наступление, сирийское и египетское командование рассчитывало на внезапность первого удара. Для этого были задействованы все средства, начиная с оперативной маскировки и заканчивая дезинформацией.

Танки «Магах-6А», вероятно, из состава 196-го батальона 460-й танковой бригады (бригада танковой школы)

Наступление было назначено на 6 октября, когда Израиль праздновал Йом-Кипур (Судный день – отсюда и название войны). Видимо, командование арабских стран считало, что это обстоятельство затруднит в Израиле мобилизацию. Действительно, согласно религиозным предписаниям, в этот день запрещены не только работа (как в субботу и в другие праздники), но и прием пищи, питье, умывание, наложение косметики, ношение кожаной обуви и половые сношения. В Израиле публичное нарушение Йом-Кипура (например, прием пищи, вождение автомобиля или разговор по мобильному телефону) даже среди светских евреев не принято. В этот день дороги пустуют (за редкими исключениями – например, машин «Скорой помощи», полиции и пожарной охраны). Также в Израиле в этот день не работают теле– и радиостанции, общественный транспорт. Вместе с тем, в этот день евреи не ходят друг к другу в гости, а молятся в синагогах, где их легко найти. По мнению израильских экспертов, последнее обстоятельство, а также отсутствие на дорогах автотранспорта не затруднило, а, наоборот, облегчило мобилизацию. Надежность же функционирования системы мобилизации Армии обороны Израиля арабы явно недооценили.

Все подготовительные мероприятия проводились египетскими и сирийскими войсками скрытно, под предлогом отражения возможного удара израильских войск и проведения учений. Почти до 1 октября группировка войск была оборонительной. Вывод войск в исходные районы для наступления начался только 1 октября и проводился только ночью и последовательно. Выезд командиров на местность для организации боевых действий был запрещен.

Самоходная артиллерийская установка М107 выдвигается на огневую позицию

Несмотря на эти предосторожности, израильской разведке удалось вскрыть подход к линии фронта некоторых частей Египта и Сирии. Однако командование Израиля не придало этому значения, так как было уверено, что арабские страны не рискнут начать решительные военные действия. Все же Израиль предпринял ряд мер: войска, находившиеся в районе Голанских высот и в зоне Суэцкого канала, с 1 октября были приведены в повышенную боеготовность. С 4 октября в стране стала проводиться частичная мобилизация резервистов. 6 октября ЦРУ США передало израильской разведке сообщение о том, что арабское наступление начнется в этот день в 18:00. Это сообщение было доведено до руководства государства и командования вооруженных сил. В 10:00 в Израиле была объявлена всеобщая мобилизация, узнав о чем египтяне и сирийцы перенесли начало своего наступления на 15:00.

В 14:05 египетская артиллерия начала интенсивный обстрел израильских позиций. 194 батареи за 53 минуты выпустили 100500 снарядов и мин. Интенсивность огня доходила до 175 выстрелов в минуту. Одновременно авиация нанесла удары по Линии Бар-Лева и целям в глубине Синайского полуострова.

В 15:00 египетские войска начали форсировать Суэцкий канал и закрепляться на его восточном берегу. Подвергшись внезапному удару, израильские войска, оборонявшиеся на восточном берегу канала, существенного сопротивления не оказали. К исходу 6 октября египетские пехотные дивизии форсировали канал и овладели опорными пунктами первой позиции на Линии Бар-Лева, а к исходу 8 октября захватили два армейских плацдарма глубиной до 10–12 км каждый. Справедливости ради следует отметить, что некоторые опорные пункты сопротивлялись вплоть до 7 и даже до 13 октября, а опорный пункт «Будапешт» египтянам так и не удалось взять. Впрочем, на общий ход боевых действий это не оказало никакого влияния.

В успешном форсировании канала решающую роль сыграла длительная всесторонняя тренировка, проведенная на реке Нил. Пехота с минометами переправлялась на резиновых или деревянных лодках, а противотанковая и зенитная артиллерия – на паромах. Проходы в насыпном валу на восточном берегу канала проделывались саперами взрывным способом, бульдозерами и гидромониторами. Для каждой дивизии были проделаны 10–12 проходов. Примерно через 6 часов в полосе наступления 2-й египетской армии было наведено четыре моста, а через 12 часов в полосе 3-й армии – три моста, по которым в первую очередь переправлялись танки.

В атаке «Магах-3» из 421-й танковой бригады. 8 октября 1973 года

С целью воспрепятствования подходу израильских резервов в ночь на 7 октября у перевалов Гиди и Митла были высажены три вертолетных десанта египетских коммандос силой до батальона каждый. Часть вертолетов была сбита в воздухе израильской авиацией, а высадившиеся были быстро блокированы и уничтожены. Египтяне потеряли более 360 коммандос убитыми или пленными. Одновременно 130-я египетская бригада морской пехоты, используя плавающие танки ПТ-76 и бронетранспортеры, должна была пересечь Большое Горькое озеро и соединиться с коммандос. Часть техники была расстреляна еще в воде внезапно подошедшими израильскими танками (по-видимому, из 14-й танковой бригады), высадка захлебнулась и была прекращена египетским командованием. Израильской авиацией была сорвана и попытка высадить морской десант на косе в 15 км юго-восточнее Порт-Фуада.

«Тиран» из 274-й танковой бригады. Синайский полуостров, 10 октября 1973 года

Египетские войска были атакованы израильскими танками уже вскоре после переправы через канал. Однако танковых боев поначалу не было, так как египетские танковые части в большинстве своем еще не переправились. Удар израильских танковых бригад приняла на себя египетская пехота, боевые порядки которой были насыщены противотанковыми гранатометами РПГ-7 и ПТУР «Малютка» советского производства. Результат боя с пехотой оказался для 252-й дивизии печальным – на утро 7 октября в ней осталось 103 исправных танка. К этому времени египтяне переправили на восточный берег канала 90 тысяч человек и 850 танков.

7 октября израильтяне ввели в бой еще две дивизии: 143-ю резервную танковую генерала Ариеля Шарона и 162-ю резервную танковую генерала Авраама Адана. Разбитая 252-я дивизия была переброшена на юг, на участок наступления 3-й египетской армии.

Весь день 8 октября продолжалось ожесточенное танковое сражение на северном фланге фронта, в районе Эль-Кантары, где 162-я танковая дивизия безуспешно пыталась опрокинуть 2-ю египетскую пехотную дивизию. При этом 500-я танковая бригада потеряла около 30 танков «Шот Каль». Другая бригада этой дивизии – 217-я – атаковала позиции египтян у так называемой «Китайской фермы». Так назывался район к северо-востоку от Большого Горького озера, где находилась японская сельскохозяйственная станция. Израильские солдаты, попавшие туда в 1967 году, увидев иероглифы, прозвали это место «Китайской фермой». В бою за эту ферму «центурионы» 217-й бригады попали под сосредоточенный огонь танков Т-54 и понесла тяжелые потери. На следующий день «Китайскую ферму» атаковала 421-я танковая бригада из дивизии Шарона и тоже не добилась успеха, потеряв 36 танков «Магах-3». К исходу дня египетским войскам удалось объединить дивизионные плацдармы в два армейских, глубиной до 15 км.

«Шот Каль» из 217-й танковой бригады ведет огонь по атакующим египетским танкам

10 октября на фронт прибыла 274-я израильская танковая бригада, вооруженная танками «Тиран». Эта бригада действовала на участке между Исмаильей и Эль-Фирданом. Здесь «тираны» участвовали в обороне опорного пункта, получившего название «Дом англичанина» (из-за расположенного здесь еще со времен Первой мировой войны старого английского барака). С этого места прекрасно просматривалась вся местность вплоть до Суэцкого канала. Вместе с «центурионами» и М48 «тираны» вели бой с египетскими Т-55 и СУ-100, наступавшими со стороны канала. Безвозвратные потери «тиранов» составили 7 машин.

Для последующих нескольких дней было характерно относительное затишье – обе стороны наращивали силы. Израильтяне ожидали, что противник в конечном счете предпримет попытку главного прорыва в центральном Синае, и, вместо того чтобы терять танки от противотанковых ракет, они решили готовиться к этому наступлению. Израильское командование справедливо предположило, что, атакуя, египтяне выйдут из-под зонтика ПВО, и их танковые клинья станут уязвимы для атак израильских ВВС. Для прорыва израильской линии обороны, необходимого, чтобы помочь сирийским войскам, попавшим в тяжелое положение на Голанских высотах, египетское командование передислоцировало на восточный берег 4-ю и 21-ю бронетанковые дивизии, оставив на западном берегу, в качестве стратегического резерва, одну бронетанковую бригаду. Этот шаг стал ошибкой, приведшей к тяжелым последствиям.

«Магах-6» командира 143-й резервной танковой дивизии генерал-майора Ариеля Шарона на берегу Суэцкого канала, 15 октября 1973 года

14 октября в 6:00 утра египтяне начали мощное наступление сразу на шести участках фронта, в котором участвовало около 1200 танков. К этому времени израильтяне смогли сосредоточить на Синае около 750 танков. Началось крупнейшее со времен Второй мировой войны танковое сражение, в котором с обеих сторон участвовало около 2 тысяч танков. Яростные танковые дуэли продолжались в течение всего дня. Так, например, на центральном участке фронта танки «Магах-3» из 143-й танковой дивизии открыли по наступающим египтянам огонь с дальней дистанции. В ходе боя, продолжавшегося 50 минут, египтяне потеряли более 50 танков Т-55. К вечеру египетская армия потеряла 264 танка (210 из них – безвозвратно). Потери израильтян составили только 25 боевых машин (из них 6 – безвозвратно). Помимо танков весьма эффективно действовала и израильская авиация, особенно штурмовики «Скайхок», вооруженные 30-мм пушками «Эйден», и вертолеты, вооруженные ПТУР. Например, 18 таких вертолетов уничтожили около половины танков египетской бронетанковой бригады, наступавшей к перевалу Митла. В тот день начальник генерального штаба АОИ генерал-полковник Давид Элазар, обращаясь к премьер-министру Израиля Голде Меир, произнес свою знаменитую фразу: «Голда, все будет в порядке. Мы – опять мы, а они – опять они!»

Плавающий танк ПТ-76 из состава 88-го амфибийного разведывательного танкового батальона на западном берегу Суэцкого канала

На девятый день войны, утром 15 октября, израильские войска силами 18 бригад (из них 9 бронетанковых) при массированной поддержке авиации перешли в контрнаступление на Синайском фронте, нанося главный удар по 2-й египетской армии на исмаильском направлении. Завязались ожесточенные бои на земле и в воздухе. Когда стало ясно, что фронтальные удары не приносят успеха, израильское командование перенацелило основные силы на разгром правофланговых соединений 2-й египетской армии и на выход к Суэцкому каналу севернее Большого Горького озера. Сражение длилось весь день, но решающего успеха не достигла ни одна из сторон. Израильтянам удалось лишь потеснить правофланговую пехотную бригаду 2-й армии и выйти к озеру.

«Магах-6А» из 460-й танковой бригады буксирует секцию понтонного моста к месту переправы через Суэцкий канал

Перелом в ход боевых действий внес Ариель Шарон – командир 143-й резервной танковой дивизии. По его предложению в ночь на 16 октября израильский отряд из семи плавающих танков ПТ-76 и восьми бронетранспортеров БТР-50П из состава 88-го амфибийного разведывательного танкового батальона с парашютистами (вероятно, из 247-й парашютно-десантной бригады Дани Мата) переправился в северной части Большого Горького озера на его западный берег и захватил плацдарм в районе станции Абу-Султан. Успешные действия этого отряда объясняются тем, что египетское командование не допускало возможности форсирования озера израильскими войсками и не выделило сил и средств для обороны западного берега. Даже получив данные о высадке израильского отряда, египетское командование не придало этому значения и не приняло энергичных мер для его уничтожения.

Исключение составляет только контрудар (если его вообще можно так назвать) 25-й египетской бронетанковой бригады с целью оттеснить израильские войска от канала и восстановить контакт между 2-й и 3-й египетскими армиями. В отечественных изданиях об этом бое содержатся крайне скудные, противоречивые и по большей части недостоверные сведения. Справедливости ради, правда, следует отметить, что и по израильским источникам (русскоязычным, разумеется) тоже довольно трудно разобраться. Дело в том, что дивизии в АОИ были величиной непостоянной. Состав дивизии в течение даже относительно непродолжительной войны мог меняться весьма существенно. Однако попробуем.

Итак, в середине дня 17 октября 25-я бронетанковая бригада, входившая в состав 3-й египетской армии, двигалась по восточному берегу Большого Горького озера с юга на север. В этот момент она была обнаружена танкистами 14-й танковой бригады Амнона Решефа, входившей в состав 143-й дивизии Шарона, о чем и было доложено командованию. Однако руководство боем взял на себя командир 162-й танковой дивизии Авраам Адан, и в дальнейших события ведущую роль сыграли бригады его дивизии. 14-я бригада блокировала дорогу в северном направлении, к западу от дороги находилось озеро, между озером и дорогой – израильское минное поле. К востоку заняли позиции «центурионы» 217-й танковой бригады, а с юго-востока, в тылу египтян, веером разворачивалась 500-я танковая бригада. Таким образом, двигавшаяся по дороге колонна 25-й египетской бригады, состоявшая из 96 танков Т-62 и большого количества бронетранспортеров, артиллерии, грузовиков с боеприпасами и топливом, медленно вползала в подготовленную ей ловушку. Судя по всему, присутствие на направлении главного удара 25-й бригады нескольких израильских танковых бригад было неизвестно египтянам, что довольно трудно объяснить с точки зрения здравого смысла.

Сгоревший танк Т-62 из состава 25-й египетской бронетанковой бригады

Первыми с большой дистанции открыли огонь танки «Магах-3» 14-й бригады и сразу подбили два египетских танка. Затем в дело вступили танки «Шот Каль» 217-й бригады. Часть египетских танков свернула с дороги и попыталась повернуть обратно, попав при этом на минное поле. Другие египетские танки, наоборот, двинулись вперед, навстречу израильским танкам. В условиях полного незнания обстановки командованием египетской бригады это было довольно глупое решение. Через полчаса после начала боя с тыла египтян атаковали «центурионы» 500-й танковой бригады, поддержанные артиллерией 252-й дивизии, находившейся южнее. Египетская бригада оказалась в огневом мешке, берег озера превратился в кромешный ад. Повсюду пылали танки, бронетранспортеры и автомобили. К 17:30 все было кончено – 86 танков Т-62 и практически все бронетранспортеры и автотранспорт остались на поле боя. Вырваться из кольца удалось нескольким танкам, включая танк командира 25-й бригады. Израильтяне потеряли 4 танка, которые подорвались на собственных минах во время преследования египтян.

«Магах-3» из 162-й танковой дивизии Авраама Адана на окраине Суэца. 24 октября 1973 года

Пока шел этот бой, саперы навели понтонный мост, и в ночь на 18 октября дивизия Адана пересекла канал. Вслед за ней последовала и дивизия Шарона. К исходу 18 октября израильские войска расширили плацдарм до 6 км по фронту и до 5 км в глубину. Запоздалые попытки египтян разгромить противника успеха не имели. Утром 19 октября войска, находившиеся на плацдарме, перешли в решительное наступление. Его особенностью стало широкое применение танков мелкими группами (до роты с мотопехотой и ПТУР на БТР). Действуя на широком фронте, они находили слабые места в обороне египетских войск и прорывались в тыл. Легкие танки ПТ-76 на большой скорости выходили к позициям ЗРК и РЛС и, уничтожая их, способствовали успешным действиям авиации. К исходу 20 октября на плацдарме находились три танковые дивизии Армии обороны Израиля (к 162-й и 143-й присоединилась 252-я танковая дивизия Кальмана Магена), которые к концу дня 21 октября расширили плацдарм по фронту до 30 км и 20 км в глубину и продолжали наступление. Адан и Маген двинулись на юг к Суэцу, а Шарон – на север, к Исмаилье. Все попытки египтян остановить наступление этих дивизий оказались безуспешными – израильские танки вырвались на оперативный простор, а сил и средств у Египта на западном берегу канала было недостаточно. Началась паника. Победа израильской армии была обеспечена, когда был захвачен стратегически важный аэродром Фаид, позволивший наладить воздушную поддержку наступавших частей. Практически перестала существовать и система ПВО на западном берегу канала.

«Магах-6А». 143-я танковая дивизия, западный берег Суэцкого канала, октябрь 1973 года

К 24 октября был блокирован, а затем и занят город Суэц. А 25 октября, когда до Каира оставалось около 100 км, наступление было остановлено в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН.

Несмотря на размах и динамизм боевых действий на Синайском полуострове, можно утверждать, что наиболее драматические события происходили в это же время на Сирийском фронте. В конечном счете, судьба Израиля в первые дни войны решалась именно на Голанских высотах. Чтобы понять справедливость этого утверждения, достаточно взглянуть на карту Израиля. Между его территорией и египетскими войсками в 1973 году лежал Синай – 200 км пустыни. Непосредственно к Синаю примыкает пустыня Негев – почти ненаселенная территория Израиля. Сирийцы же, прорвав оборону АОИ на Голанских высотах и форсировав реку Иордан, попадали сразу в Галилею – густо населенные районы на севере Израиля. От Голанских высот до моря – всего 50 км!

6 октября в 15:00 позиции израильских войск вдоль линии перемирия на Голанских высотах, установленной ООН после войны 1967 года – так называемой Пурпурной линии, – были атакованы тремя сирийскими пехотными дивизиями – 5-й, 7-й и 9-й, каждой из которых была придана бронетанковая бригада. Кроме того, немало танков имелось и в штате самих пехотных дивизий. Сирийская пехотная дивизия состояла из двух пехотных и одной механизированной бригады, в каждой из которых имелся танковый батальон (30 танков). В 9-ю пехотную дивизию вместо механизированной была включена бронетанковая бригада. Таким образом, ударная сирийская группировка включала в себя четыре бронетанковые бригады и восемь танковых батальонов – примерно 950 танков в первой линии. Во втором эшелоне были развернуты 1-я и 3-я (без одной бригады) бронетанковые дивизии. Им противостояли весьма скромные израильские силы: две кадровые танковые бригады – 7-я и 188-я – и одна территориальная бригада – 820-я. В составе последней имелись только два батальона. В обеих танковых бригадах в общей сложности насчитывалось 182 танка «Шот Каль», из которых 177 были исправны.

Еще один отмобилизованный «Шот Каль» спешит на помощь израильским частям, обороняющим Голанские высоты. 7 октября 1973 года

Сражение закипело по всему фронту. По свидетельству очевидцев, сирийцы наступали в лучших советских традициях, почти в «парадном» строю – впереди танки, за ними – бронетранспортеры. «Центурионы» 7-й бригады встретили их огнем с дальней дистанции, благо израильтяне-танкисты хорошо владели этим видом боя еще со времен Войны за воду. Однако их точный огонь не смог остановить лавину сирийских танков, шедших напролом, невзирая на потери. Им удалось прорвать первую линию обороны, но дальнейшему продвижению помешал противотанковый ров. В боевых порядках сирийских танковых частей двигались мостоукладчики МТУ-55 и танки-бульдозеры. Именно на них и сосредоточили огонь израильтяне. Тем не менее, сирийским саперам удалось навести два моста через ров, и танки вновь двинулись вперед. В 7-й танковой бригаде к вечеру осталось всего 35 танков. Бой продолжился и с наступлением темноты, при этом некоторое преимущество было на стороне сирийцев – их Т-55 и Т-62 были оснащены ночными прицелами, а израильские «центурионы» таких прицелов не имели. Обороняющимся приходилось полагаться только на осветительные снаряды и ракеты, фары и прожектора. Однако первые горели недостаточно долго, а вторые больше демаскировали танки, чем облегчали наведение. В этих условиях командир 7-й бригады генерал Бен-Галь отдал приказ выключить фары и просто вести огонь по любым движущимся целям. Но это удавалось делать буквально с дистанции пистолетного выстрела. Несмотря на тяжелейшие условия и превосходство противника в силах, танкистам 7-й бригады удалось удержать свой участок обороны севернее Эль-Кунейтры. Однако позиции 188-й танковой бригады «Барак» Ицхака Бен-Шохама, оборонявшейся южнее, были прорваны сирийцами.

После прорыва обороны сирийские бронетанковые бригады без боя устремились по направлению Кодна и ночью продвинулись в глубь плато на центральном и южном направлениях. Сирийская 43-я бронетанковая бригада поднялась вдоль дороги западнее позиций 82-го танкового батальона АОИ и выдвинулась на север в направлении Нафаха. 51-я сирийская бронетанковая бригада также следовала в направлении Нафаха, а 46-я сирийская бронетанковая бригада продвигалась в направлении Кацбии. На южном участке, в направлении Магшимим, выдвинулась сирийская 132-я механизированная бригада.

В штабе Северного военного округа выявили две уязвимые точки в районе Нафаха и выдвинули туда все прибывшие к тому моменту резервы. В течение всей ночи в направлении этого участка выдвинулись следующие силы: «Коах Цвика» (всего лишь один танк) – примерно в 21:00, 7 танков 179-й танковой бригады – в 23:00, 14 танков 179-й танковой бригадой – в 2:00. Всю ночь эти 22 танка «Шот Каль» из 266-го батальона вели бой с 51 танком сирийской бригады. К утру следующего дня почти все машины батальона были повреждены или уничтожены. К 1:00 в Кацбию прибыли первые 4 танка «Шот Метеор» 679-й танковой бригады. Они с ходу вступили в бой с танками 46-й сирийской бронетанковой бригады и вели его на протяжении всей ночи.

Советский плакат периода арабо-израильской войны 1973 года. Он интересен тем, что в нем использована реальная фотография танка «Шот Каль» (см. фото на стр. 182–183)

К утру 7 октября сирийская 46-я бронетанковая бригада вклинилась в израильскую оборону на глубину 4–8 км. Чтобы нарастить силу удара, сирийское командование решило ввести в сражение в районе Кафр-Нафах 1-ю бронетанковую дивизию. Примерно 600 сирийским танкам противостояли 20 машин разбитой 188-й бригады и переброшенные в этот район передовые подразделения еще не полностью укомплектованной 679-й резервной танковой бригады. Обе эти бригады входили в состав 210-й резервной танковой дивизии генерала Дэна Ланера. В 14:00 к ним присоединились 47 танков «Шерман», из них 3 роты – «Шерман» М51, вооруженные 105-мм пушками. Израильтянам нужно было продержаться до подхода еще одной бригады этой дивизии – 179-й. И они смогли продержаться до вечера. В ночь с 7 на 8 октября подошедшим резервам удалось остановить продвижение сирийских войск. За 7 октября арабы южнее Эль-Кунейтры продвинулись еще на 5–6 км. Это был наибольший успех сирийских войск.

«Шот Каль» во время атаки. Относительно малоподвижные «центурионы» использовались в основном на Сирийском фронте, а более быстроходные «магахи» – на Синайском полуострове

Здесь необходимо дать пояснение. Когда речь идет о резервных (кадрированных) частях Армии обороны Израиля, развертываемых только после мобилизации, то фразы типа «продержаться до подхода бригады» нельзя понимать буквально. Так, например, и 679-я, и 179-я танковые бригады не прибывали к полю боя в полном составе. Они вступали в бой по частям, отдельными подразделениями, по мере завершения их отмобилизации.

Следует подчеркнуть, что в сирийском генеральном штабе были ошеломлены информацией с фронта о боестолкновениях с резервными частями АОИ уже в первую ночь войны. По расчетам сирийских генералов, появление израильских резервов ожидалось не ранее чем через сутки с начала боевых действий. Более того, 46-я и 51-я бригады докладывали о тяжелой боевой обстановке, в которой они оказались. Продолжая придерживаться выбранной стратегии, сирийское командование в 10:30 перебросило в район боев 1-ю бронетанковую дивизию. В задачу дивизии входила стабилизация рубежа обороны и упреждение израильского контрнаступления. В свете неожиданного развития ситуации сирийцами было принято решение об изменении боевой задачи: дивизия выдвинулась в направлении Эль-Хушнии, а оттуда к перекрестку Нафах, дабы оказать поддержку 46-й и 51-й бригадам.

«Шот Каль» на Голанах. На переднем плане – подбитый сирийский БРДМ-2

В действительности же оказалось, что 76-я бронетанковая бригада 1-й дивизии так и оставалась в стороне от активных действий вплоть до следующего дня. 58-я механизированная бригада 1-й дивизии организовала противотанковый оборонительный рубеж в Эль-Хушнии, и только 91-я бригада (танки Т-62), выполняя вновь поставленную боевую задачу, выдвинулась из Эль-Хушнии в направлении перекрестка Нафах. Продвижение бригады было остановлено около 15:00. 15 танков под командованием комбрига 679-й бригады Ори Ора, покинув район Кунейтры, атаковали 91-ю бригаду с фланга. В бою, длившемся вплоть до наступления темноты, были уничтожены 40 сирийских танков.

Тем временем 7-я танковая бригада продолжала удерживать позиции над «Долиной плача», где уже горели 130 сирийских танков. В российских публикациях, являющихся, как правило, обработанным переводом с английского, это место обычно именуется «Долиной слез», но более точный перевод с иврита – «Долина плача», ну а смысловой, конечно, «Долина скорби». Такое прозвище этому кладбищу сирийской бронетехники дали израильтяне.

«Шот Каль» подполковника Авигдора Кахалани – командира 77-го танкового батальона 7-й танковой бригады – после боя 7 октября 1973 года

Успех 7-й танковой бригады в боях 6 и 7 октября (да и в последующие дни) объясняется главным образом более высоким уровнем подготовки личного состава, а также хорошим инженерным оборудованием позиций – большинство «центурионов» вело огонь из капониров и полукапониров. Нельзя сбрасывать со счетов и грамотное и эффективное командование. В условиях постоянно менявшейся обстановки, порой при отсутствии связи, инициатива младших командиров выходила на передний план. В сирийских же частях преобладало слепое выполнение полученного час, два, а то и несколько часов назад приказа.

Ничем иным, кроме умелых и инициативных действий командира и его подчиненных, нельзя объяснить успех роты «Тайгер» (командир – Меир Замир) из 7-й танковой бригады. На южном фланге обороны своего соединения утром 7 октября они организовали засаду на пути 43-й сирийской бронетанковой бригады. После боя с семью (!) «центурионами» сирийская бригада практически перестала существовать как единое соединение.

«Шот Каль». 7-я танковая бригада, Голанские высоты, октябрь 1973 года

В ночь на 9 октября сирийцы бросили все свои силы против остатков 7-й бригады. В решающей атаке приняли участие подразделения 3-й бронетанковой и 7-й пехотной дивизий, а также подразделения Республиканской гвардии – элиты сирийской армии. Основной удар танков Т-55 и Т-62 Республиканской гвардии пришелся на 77-й танковый батальон, в котором оставалось всего 6 танков. К полудню 9 октября сирийцам наконец-то удалось захватить несколько господствующих высот, оттеснив с них горстку израильских танков, оставшихся почти без боеприпасов. Бой фактически распался на массу неуправляемых и неконтролируемых командованием поединков «один на один», в которых решающую роль играли выучка экипажей и крепость их нервов. И того, и другого сирийцам явно не хватало. Свидетельством тому стала внезапная атака 13 танков 188-й танковой бригады во фланг сирийцам. В считаные минуты они подбили 30 сирийских танков и этим психологически переломили ход боя в свою пользу. Через час после вступления в огневую дуэль танков 188-й бригады арабы начали отходить. Сирийское командование отдало приказ о переходе к обороне.

В боях в «Долине плача» 7-я танковая бригада потеряла 98 танков, но смогла подбить 230 танков и до 200 БМП и БТР противника.

Уничтоженный взрывом боекомплекта «Шот Метеор» из состава 679-й танковой бригады. Голанские высоты, октябрь 1973 года

Утром 10 октября началось израильское контрнаступление. В этот критический момент Ирак, Иордания и Саудовская Аравия решили направить в Сирию части своих войск для оказания ей помощи. Части 3-й иракской танковой дивизии (в основном танки Т-55) прибыли в Сирию 10–11 октября и вступили в бой уже 12 октября около полудня. С марша неопытные иракские танкисты атаковали 9-ю и 679-ю танковые бригады Армии обороны Израиля. Почти сразу иракские Т-55 попали под прицельный огонь «центурионов» и «шерманов» со 105-мм пушками. Иракская дивизия была фактически уничтожена: потери составили 80 (по другим данным – даже 120) боевых машин, однако она сумела задержать наступление и сбить атакующий порыв израильтян. Дамаск был спасен. Наступающие войска устали, горючее и боеприпасы были на исходе. На фронте установилось затишье до 16 октября.

Экипаж танка «Шот Каль Гимель» за ремонтом ходовой части. На фото хорошо видны элементы динамической защиты Blazer и блок дымовых гранатометов на башне. Ливан, 1982 год

Командование Армии обороны Израиля от штурма Дамаска отказалось. Израильские войска перешли к обороне. Между 17 и 22 октября остатки 1-й сирийской и 3-й иракской танковых дивизий и 40-й иорданской танковой бригады несколько раз предпринимали вялые попытки атаковать израильские позиции. Исключением стал семичасовой бой 20 октября, когда в атаке участвовало 120 танков. В тот же день под давлением ООН Израиль и Сирия согласились на перемирие, однако артиллерийские и танковые дуэли продолжались еще долго. Участвовали в них и кубинские танкисты.

Еще в самый разгар боев войны Судного дня Сирия обратилась к Кубе с просьбой о помощи. Кубинское руководство отправило в Сирию 800 танкистов. Они добирались до Дамаска инкогнито, через третьи страны Европы и Ближнего Востока. В активной фазе войны принять участие они не успели. Из кубинских танкистов сформировали отдельную 47-ю бронетанковую бригаду трехбатальонного состава. Кубинцы получили танки Т-54 и Т-55, уже участвовавшие в боях. Несколько месяцев они занимались ремонтом техники, изучали театр и отрабатывали взаимодействие с сирийскими частями. Свой участок линии фронта на Голанских высотах кубинцы заняли в апреле 1974 года и вплоть до июня, когда было подписано соглашение о прекращении огня, участвовали в перестрелках с израильскими войсками. В феврале 1975 года кубинская бригада вернулась на родину.

Все участники войны понесли ощутимые потери: арабские государства за 19 дней боевых действий потеряли 368 самолетов и вертолетов, 1775 танков и бронемашин, было убито 18 500 человек, ранено – 51 000, попало в плен – 9370. Израиль потерял 114 самолетов и вертолетов, 810 танков и бронемашин (однако в основном подбитая боевая техника оказалась на его территории, что позволило большую ее часть отремонтировать и ввести в строй), было убито – 2569 человек, ранено – 7500 и 530 попало в плен.

Ливанская война

Для лучшего понимания описываемых событий имеет смысл кратко остановиться на их предыстории. Итак, 13 апреля 1975 года в Ливане вспыхнула гражданская война, продолжавшаяся 15 лет. К лету правительство Ливана полностью утрачивает контроль над происходящим, армия разваливается, а юг страны захватывается палестинскими террористами – после изгнания из Иордании основные силы Организации освобождения Палестины базировались в Ливане. В апреле 1976 года Сирия вводит в Ливан 5 тысяч солдат, а спустя полгода – еще 30 тысяч в рамках так называемых «Межарабских сил по поддержанию мира», призванных остановить гражданскую войну. По сути же, эти «силы» стали прикрытием сирийской оккупации 2/3 территории Ливана, продолжавшейся до 2005 года. С самого начала своего существования «Межарабские силы» на 85 % состояли из сирийцев, а вскоре, кроме сирийцев, в них вообще никого не осталось. В марте 1978 года в ответ на действия террористов Армия обороны Израиля проводит операцию «Литани» и оккупирует юг Ливана до реки Литани (кроме города Тир). В июне израильские войска покинули Ливан, передав контроль над приграничной полосой христианской милиции во главе с майором С. Хаддадом. В Южный Ливан были введены войска ООН.

«Магах-6 Бет» на боевой позиции. Ливан, 1982 год

В июле 1981 года обстановка вновь резко обострилась – 10 дней продолжались широкомасштабные палестинские артобстрелы Израиля с территории Ливана. В ответ Армия обороны вела ответный огонь и наносила авиаудары по позициям палестинцев. При американском посредничестве было заключено перемирие, соблюдавшееся в Ливане почти без нарушений до июня 1982 года. Однако террористы активизировали свои операции как в самом Израиле, так и в Европе.

«Меркава» Mk 1. 77-й танковый батальон 7-й танковой бригады, Иерусалим, 1979 год

4 июня 1982 года ВВС Израиля нанесли удары по 9 целям палестинских террористов в Ливане. Палестинцы открыли огонь по северу Израиля (Галилея), ВВС Израиля ответили новыми налетами. Вечером 5 июня правительство Израиля приняло решение начать на следующий день операцию «Мир Галилее». 6 июня 1982 года в 11:00 сухопутные войска Армии обороны Израиля вошли в Ливан.

Для осуществления операции «Мир Галилее» Северный военный округ (командующий – генерал-лейтенант Амир Дрори) получил 9 дивизий. Из этих дивизий две были сводные, созданные за счет частей других дивизий. Одна дивизия (96-я) была сформирована на базе штаба Главного офицера пехоты и воздушно-десантных войск, имела в своем составе кадровую парашютно-десантную бригаду (35-ю) и может рассматриваться как воздушно-десантная дивизия.

Сухопутные войска АОИ действовали в Ливане по трем направлениям: западному – вдоль побережья, центральному – западнее горного хребта Ливан и восточному – между горными хребтами Ливан и Антиливан, то есть в долине Бекаа. Действия сил на западном направлении координировал генерал-лейтенант Иеку– тиель Адам (незадолго до начала войны демобилизовался из кадрового состава АОИ и готовился вступить в должность начальника «Моссад»; ранее был заместителем начальника генштаба), на центральном направлении – генерал-лейтенант Ури Симхони (заместитель командующего Северным военным округом), а войска на восточном направлении были сведены в корпус под командованием генерал-лейтенанта Авигдора Бен-Галя. Впрочем, Бен-Галь командовал именно направлением, что несколько больше, чем просто корпус.

Стандартная израильская танковая дивизия в 1982 году состояла из двух-трех танковых бригад, одной пехотной или парашютно-десантной бригады на БТР, артиллерийского полка, инженерного батальона и полка тылового обеспечения. Кроме того, в состав дивизии входил батальон связи, а также зенитные дивизионы из состава войск ПВО ВВС. Однако в реальной действительности состав дивизий мог сильно отличаться от стандартного как по количеству, так и по типу бригад.

«Меркава» Mk 1 ведет огонь по позициям палестинцев на окраине Бейрута. Ливан, 1982 год

Танковая бригада («Хатива Мешуръенет») по штату состояла из трех танковых батальонов, разведывательной роты на джипах, инженерной роты и роты связи. В состав пехотной бригады входили три пехотных батальона на БТР и ряд отдельных рот (разведывательная, инженерная, противотанковая, связи). Организация парашютно-десантных бригад была аналогична организации пехотных бригад – три парашютно-десантных батальона и такие же отдельные роты. Кроме того, имелся дивизион 120-мм минометов (по крайней мере, в 35-й бригаде он был). В тот период в АОИ еще имелись механизированные бригады («Хатива Мемукенет») в составе одного танкового батальона и двух батальонов мотопехоты на БТР, плюс отдельные роты, как в танковой бригаде. На первом этапе Ливанской войны механизированные бригады не принимали участия в боевых действиях.

Колонна танков «Г.1агах-6 Бет» на улице Бейрута. 1982 год

Итак, в операции «Мир Галилее» принимали участие следующие дивизии Армии обороны Израиля:

36-я дивизия «Уцбат Гааш» – 188-я танковая бригада «Барак» (три батальона танков «Шот»), 1-я пехотная бригада «Голани», 77-й танковый батальон «Оз» («Меркава» Mk 1) из состава 7-й танковой бригады, 769-я территориальная бригада;

90-я резервная дивизия – 734-я танковая бригада (три батальона М48), 943-я танковая бригада (три батальона М48), 14-я танковая бригада (два батальона М60), 473-я и 525-я пехотные бригады;

91-я дивизия «Уцбат ха-Галиль» – 211-я танковая бригада «Ишаль» (два батальона танков «Меркава», один батальон М60А1), 300-я, 317-я, 375-я и 769-я пехотные бригады;

96-я дивизия – 35-я парашютно-десантная бригада, батальон танков М60 из 844-й танковой бригады, 969-й десантный артполк (дивизион 120-мм минометов и дивизион 122-мм гаубиц Д-30);

162-я дивизия «Уцбат ха-Плада» – 500-я танковая бригада «Кфир» (три батальона М60А1), 514-я танковая бригада «Эгроф ха-Барзель» или «Эгроф ха-Плада» (три батальона «Шот», в операции участвовали только два), два пехотных батальона бригады «Нахаль»;

252-я дивизия «Уцбат Синай» – 401-я танковая бригада «Иквот ха-Барзель» (два батальона М60, включая 6 танков М60А3), 7-я танковая бригада (два батальона танков «Меркава» Mk 1 и батальон мотопехоты), 473-я пехотная бригада;

880-я резервная дивизия – 645-я танковая бригада (три батальона М60), 767-я танковая бригада «Эшет» (три батальона М60), 656-я танковая бригада (три батальона М60);

сводная резервная дивизия «Коах Варди» – 460-я танковая бригада «Уцбат Бней Ор» (один батальон танков «Меркава» Mk 1, один батальон «Шот» и М60А1, один батальон М60А1);

сводная резервная дивизия «Коах Йоси» – 409-я противотанковая парашютно-десантная бригада, 551-я противотанковая парашютно-десантная бригада.

После Ливанской войны все оставшиеся в строю «центурионы» были модернизированы до уровня «Шот Каль Далет»

Следует отметить, что в составе дивизий указаны только бригады, данные по артиллерийским, инженерным и другим частям сознательно опущены. По большому счету нас в первую очередь интересуют танковые соединения. Все данные приведены на начало операции, впоследствии состав дивизий перетасовывался неоднократно. Сводным дивизиям названия были даны по именам их командиров генералов Йоси Пеледа (дивизия «Коах Йоси» часто именуется еще и «Коах Пелед») и Дани Варди.

Как видим, шесть из девяти дивизий были танковыми. В них по штату должно было насчитываться около 1800 танков, однако на деле танков было значительно меньше – не больше 1200 единиц.

У противника танков было значительно меньше. Так, сирийские войска имели в долине Бекаа 1-ю бронетанковую дивизию (76-я и 91-я бронетанковые бригады – обе на Т-62 – и батальон Т-55 в составе 58-й мотопехотной бригады). К началу боевых действий дивизия находилась на территории Сирии и была введена в Ливан 8 июня. Кроме того, к западу от Бекаа дислоцировалась 51-я отдельная бронетанковая бригада (Т-62), а в районе Бейрута – 85-я отдельная мотопехотная бригада (батальон Т-55).

Помимо этих сил в районе Бейрута находился танковый полк Армии освобождения Палестины (фактически сирийские части, укомплектованные палестинцами), в котором имелось около 50 танков Т-54.

Израильские саперы ведут разминирование в зоне безопасности на юге Ливана. На заднем плане тяжелый бронетранспортер «Нагмашот» с катковым минным тралом

Наконец, примерно 100 танков имелось в составе танковых подразделений палестинской организации ФАТХ: 60 Т-34-85, 40–50 Т-54 и Т-55, 8 «Чарриотер». Эти танки организационно были сведены в танковый полк, находившийся в районе города Сайда, и несколько танковых рот в составе пехотных бригад. Скорее всего, танковый полк был укомплектован более современными Т-54 и Т-55, а на вооружении танковых рот в пехотных бригадах состояли устаревшие Т-34-85 и «чарриотеры». Бригады ФАТХ были развернуты для поддержки сирийских войск и представляли собой защитный заслон, прикрывавший 1-ю бронетанковую дивизию с юга, а Дамаск от обходного маневра АОИ через Ливан. Фактически сирийцы использовали ФАТХ в качестве пушечного мяса.

«Меркава» Mk 1 во время боевых стрельб на полигоне в пустыне Негев. 1980-е годы

В общей сложности сирийцы и палестинцы располагали в Ливане примерно 450–500 танками. Таким образом, Ливанская война была первой арабо-израильской войной, в которой превосходство в танках было на стороне израильтян.

«Магах-6 Бет Галь». На фото хорошо видны гусеницы, заимствованные у «Меркавы»

Сирийское командование, сознавая слабость своих сил, отказалось от обороны на заранее подготовленных позициях, где сирийские части могли быть уничтожены израильской авиацией, а остатки их сметены танками. Вместо этого они предпочли максимально замедлить продвижение израильтян, чтобы на момент, когда американцы навяжут Израилю прекращение огня, сохранить за собой как можно больше территории и нанести АОИ максимальные потери. Основами сирийской тактики было массированное минирование, засады на горных дорогах, частые, но малоэффективные артиллерийские и авиационные удары и навязывание боя практически за каждую деревню. С этой целью в деревнях размещались небольшие группы сирийских танков. Хотя нередко после боя сирийцам удавалось организованно отступить в следующую деревню, продолжение израильского наступления привело к тому, что к вечеру 10 июня почти все танки 1-й бронетанковой дивизии были потеряны для сирийцев и находились на территории, контролируемой АОИ, многие из этих танков были брошены в полностью исправном состоянии.

Сирийским войскам, участвовавшим в боевых действиях с 8 июня, удалось только замедлить израильское наступление, но ни в коем случае не остановить его. Исключение составляет центральное направление, где силы сирийцев (51-я отдельная бронетанковая бригада и усиленный полк коммандос) задержали 162-ю танковую дивизию АОИ более чем на сутки, блокировав единственную горную дорогу в районе Эйн-Зхальта в считаных километрах от шоссе Бейрут – Дамаск. Продвижение 162-й дивизии возобновилось только 11 июня, и выйти к шоссе до момента прекращения огня она не успела.

На западном направлении от ливано-израильской границы до Сайды наступала 91-я дивизия. Основной ее работой была зачистка городских кварталов пригородов в Тире и Сайде (в первую очередь – так называемых «лагерей палестинских беженцев», служивших базами террористов). Вечером 6 июня с моря к северу от Сайды высадилась 96-я дивизия и начала наступление на север, к Дамуру, а оттуда – к Бейруту, по двум направлениям – вдоль приморского шоссе и по параллельным горным дорогам. Сирийских частей на западном направлении до самого Бейрута не было.

На восточном направлении части АОИ 9 и 10 июня продвинулись на 35 км от Джезины (юго-западнее озера Карун), заняв всю южную часть долины Бекаа до деревень Амик, Янта и Султан-Яакуб и выйдя на расстояние считаных километров от шоссе Бейрут – Дамаск и сирийско-ливанской границы, и продолжали продвижение 11 июня. На 11 июня сирийцы имели в долине Бекаа две бронетанковые дивизии, из них одна (1-я), как уже было сказано, лишилась почти всей техники, понесла значительные потери в личном составе и была фактически небоеспособна. Кроме того, в районе находились несколько батальонов сирийских коммандос. 9 июня израильские ВВС уничтожили систему сирийской ПВО в долине Бекаа, а в воздушных боях 9 и 10 июня сирийцы потеряли 63 самолета – таким образом, израильские ВВС обеспечили себе господство в воздухе. Наступать из долины на господствующие высоты, двумя дивизиями против четырех израильских (90-я, 880-я, 252-я и сводная дивизия «Коах Йоси»), в тылу которых находилась еще и пятая (сводная дивизия «Коах Варди»), без воздушной поддержки и с ограниченным зенитным прикрытием, было бы для сирийцев гарантированным самоубийством. Учитывая, что на оперативном и стратегическом уровне сирийцы доказали свою способность принимать правильные решения, не приходится сомневаться, что цель их была куда более реальной: не дать АОИ выйти на шоссе Бейрут – Дамаск к моменту прекращения огня в 12:00 11 июня.

«Меркава» Mk 2. 1992 год

В ночь с 10 на 11 июня израильская военная разведка прозевала замену остатков 1-й бронетанковой дивизии силами свежей 3-й бронетанковой дивизии. В состав последней входили 47-я бронетанковая бригада (Т-62), 81-я бронетанковая бригада (Т-72) и 21-я мотопехотная бригада (батальон Т-55). Движение сирийских войск было принято за отступление остатков 1-й бронетанковой дивизии, открывавшее путь на шоссе. Один из батальонов 90-й дивизии АОИ, посланный выставить заслоны вдоль дороги, ведущей к шоссе Бейрут – Дамаск, из-за ошибки командира проскочил нужную точку и попал в самый центр расположения сирийских частей в районе деревни Султан-Яакуб, где и был блокирован. Попытки подразделений 90-й и 880-й дивизий деблокировать батальон продолжались до 11:00 11 июня, когда батальон и участвовавшие в его деблокировании части отступили за радиус действия противотанковых средств сирийцев, потеряв 8 танков «Магах-3» и 23 человека убитыми. Остановка 162-й дивизии к юго-западу от Джабель-Барук и 90-й и 880-й дивизий в долине Бекаа сорвала продвижение вперед по Джабель-Барук дивизии «Коах Йоси», находившейся на тот момент к югу от городка Дейр-эль-Байдар, всего в 2 км от шоссе Бейрут – Дамаск. Опасаясь, что сирийцы в последние часы нанесут фланговый удар и окружат дивизию (дивизия в окружении на момент прекращения огня поставила бы Израиль в очень неприятное положение), командовавший восточным направлением генерал Бен-Галь отдал приказ дивизии «Коах Йоси» отойти от Дейр-эль-Байдара на 8 км. На этом, собственно, события активной фазы Ливанской войны завершились.

В последующем каких-либо серьезных боестолкновений с участием танков уже не было. На восточном направлении, на линии прекращения огня с сирийцами, активность проявляли лишь террористы (хотя и при активной поддержке сирийцев, предоставлявших им убежище, снабжение и развединформацию). Особенно активно террористы (гордо именовавшиеся в советской печати тех лет «палестинскими партизанами») действовали в июле – за период 18–22 июля было предпринято 17 нападений, включавших обстрел израильских позиций из стрелкового оружия, минометов и гранатометов. Всего же с начала июля террористы провели около 65 атак на части АОИ. Пик этих нападений пришелся на случай, когда в засаде в районе Манцура погибли 5 израильских офицеров. В ответ АОИ решила провести 22 июля огневой налет по сирийским позициям. В тот период сирийцы держали фронт в долине Бекаа двумя бронетанковыми дивизиями и бригадой коммандос – всего около 400 танков Т-55 и Т-62, 360–400 орудий и 200 ПТРК (5–6 противотанковых батальонов с ПТУР «Малютка»). Уже упоминавшаяся 81-я бригада Т-72 находилась в резерве в нескольких километрах от линии фронта, однако по сирийскую сторону границы, и, по всей видимости, не принимала участия в боевых действиях. В этом же районе находилось также около 3,5 тысячи террористов, в том числе иранские добровольцы. Им противостояли части АОИ, включавшие 401-ю (танки «Магах»), 188-ю (танки «Шот Каль Гимель»), 767-ю (танки «Магах-6») и 7-ю (танки «Меркава») танковые бригады, а также несколько дивизионов артиллерии, подразделения ПТУР ТОW, и подразделения ПВО (ЗСУ «Вулкан»), в операции приняли участие также ударные самолеты и вертолеты ВВС.

Колонна танков «Магах-7А» на учениях Армии обороны Израиля. 1990-е годы

Огневой налет начался в 16:00 и закончился примерно через 2 часа. Огонь вели танки (с дистанций 1000–3500 м), артиллерия, 81-мм минометы, ПТРК и ЗСУ «Вулкан» (прямой наводкой). Работали также и ВВС. Сирийцы открыли ответный огонь через 10 минут (танки, артиллерия, минометы, ПТРК, РСЗО). В результате этой операции сирийцы понесли значительные потери в живой силе и технике: было поражено около 70 танков и 23 БТР. Из этого количества 6–8 танков и несколько бронетранспортеров были уничтожены огнем противотанковых вертолетов «Кобра» и «Дефендер». Судя по всему, значительную часть пораженной техники сирийцам удалось вернуть в строй. Было подбито и уничтожено большое количество полевых и зенитных орудий, грузовиков и тракторов. Израильские потери составили 2 убитых и 3 раненых, 3 танка были повреждены огнем сирийских танков и ПТУР «Малютка».

После этого артналета активность «палестинских партизан» в этом районе заметно снизилась.

Танки «Меркава» Mk 112 (вверху) и «Магах-7С» (внизу) несут патрульную службу в ходе очередной палестинской интифады

Боевые действия с участием танков после прекращения огня велись на западном направлении, между пригородом Бейрута Баабда и городом Алей. Там во время «ползучих боев» 22–25 июня 1982 года, в результате которых АОИ перерезала шоссе Бейрут – Дамаск и полностью окружила контролируемый палестинцами Западный Бейрут, имели место эпизодические столкновения между сирийскими Т-55 (по всей видимости, из 85-й мотопехотной бригады) и «Магах-6», принадлежавшими 500-й танковой бригаде Армии обороны Израиля.

«Магах-7С». 1994 год

Что касается Ливанской войны, то наиболее интересен факт использования в ходе ее новейших израильских танков «Меркава» Mk 1. Эту тему хотелось бы осветить поподробнее.

В операции «Мир Галилее» было задействовано около 200 танков «Меркава». Они состояли на вооружении 7-й (75-й, 77-й и 82-й танковые батальоны), 211-й (126-й и 429-й танковые батальоны) и 460-й (198-й танковый батальон) танковых бригад. Небольшое количество «меркав» (по-видимому, около двух рот) имелось также в 844-й танковой бригаде.

Все шесть батальонов вели активные боевые действия в течение всего первого этапа войны, с 6 по 11 июня 1982 года. Так, 75-й и 82-й танковые батальоны 7-й танковой бригады вели бои с сирийцами, продвигаясь вдоль хребта Антиливан, и встретили прекращение огня в районе Янты. 77-й танковый батальон в ходе войны менял подчинение не менее четырех раз. Вначале он был придан пехотной бригаде «Голани» (то есть находился в 36-й дивизии Авигдора Кахалани, своего бывшего комбата) и участвовал в захвате района Бофор, а позже – восточной части высот Набатия. Потом 77-й батальон был передан другой пехотной бригаде, а позже – бригаде «Коах Варди», а закончил войну в «Коах Йоси», в районе озера Карун. Из-за постоянных передислокаций этот один из лучших батальонов танковых войск АОИ в этой войне толком не успел повоевать.

Танки «Магах-6 Бет Галь Баташ» возвращаются после несения патрульной службы в зоне безопасности на юге Ливана. 1999 год

211-я танковая бригада действовала в составе 91-й дивизии на побережье, поддерживая своими танками пехоту, зачищавшую Тир, Сидон и их пригороды. Бригада встретила прекращение огня в районе Бейрута. 198-й танковый батальон 460-й бригады участвовал во взятии Джезины, а потом двигался в направлении Машгары (к западу от озера Карун). Там, по всей видимости, его и застало прекращение огня. Что касается «меркав» 844-й бригады, то они воевали в составе сводной дивизии «Коах Варди».

В связи с боевым дебютом «Меркавы» наиболее обсуждаемым долгое время являлся вопрос о потерях, ну и, конечно, о том, как проявили себя новые израильские танки при встрече с Т-72. Небылиц и спекуляций на эту тему было множество. Однако на основе последних исследований можно утверждать, что при встречах с Т-72 «меркавы» себя никак не проявили. По той простой причине, что этих встреч не было, они просто не встречались в бою. Тщательное изучение различных источников, ссылок и воспоминаний позволяет утверждать, что в Ливане были потеряны 11–12 танков Т-72. Большая часть попала в засаду 409-й противотанковой парашютно-десантной бригады и была сожжена ПТУР TOW, еще несколько, возможно, стали жертвами вертолетов. По-видимому, только одна машина была подбита из 105-мм пушки подкалиберным снарядом в борт, и стрелял, скорее всего, «Шот Каль Гимель», то есть «Центурион».

Общие же потери танков «Меркава» оцениваются в 13–15 подбитых машин, из которых 6–7 были потеряны безвозвратно. В основном новейшие израильские танки были поражены противотанковыми ракетами, и это несмотря на разнесенное бронирование. Как минимум один танк был уничтожен 115-мм подкалиберным снарядом пушки танка Т-62.

Колонна танков «Меркава» Mk 3 «Бет Баз Дор Далет» неподалеку от ливанской границы

Вот несколько описанных достоверных случаев подбития танков «Меркава» и причин их поражения:

8 июня 1982 года две «меркавы» были потеряны по техническим причинам (по-видимому, сорвались с обрыва) во время ночного обхода пробки на дороге у Эйн-эль-Хильве.

9 июня танк «Меркава» из 198-го танкового батальона был подбит огнем сирийцев в районе деревни Аин-а-Тине, оставлен экипажем и повторно поражен огнем «магахов» 196-го танкового батальона в так называемом «инциденте у Аин-а-Тина» – перестрелке танков 196-го и 198-го батальонов 460-й танковой бригады. По некоторым свидетельствам, в том районе на другой день наблюдалось сразу две сгоревшие «меркавы» – одна из них, по всей видимости, уже упомянутая «дважды подбитая».

10 июня танк «Меркава» из роты «Ламед» 75-го танкового батальона был поврежден выстрелом из безоткатной пушки в районе Бейт-Лахия, к югу от городка Рашайя, и подожжен повторным попаданием (по-видимому, из танка Т-62). Погибших не было, но танк был уничтожен безвозвратно (сдетонировала боеукладка). Чуть раньше в том же районе еще два танка «Меркава» получили легкие повреждения в результате попадания ПТУР «Хот» с вертолетов «Газель».

В этот же день в районе перекрестка Хальде, к югу от Бейрутского аэропорта, была подбита «Меркава» 211-й бригады. Танк сгорел и был эвакуирован ночью. Этот случай часто путают со случаем, произошедшим чуть севернее месяц спустя.

11 июня три танка «Меркава» из состава подразделения «Коах Нумерат» (сводный батальон 7-й бригады) были поражены ПТУР с «газелей» в районе Сахель-Эль-Каниса, на подступах к Янте. Два танка получили легкие повреждения, но танк ротного был пробит двумя ракетами: одна попала в мотор, другая вошла в правый борт в районе насоса. Наводчик и заряжающий получили смертельные ранения, танк надолго выбыл из строя.

11 июля в ходе разведки боем нa ВПП Бейрутского аэропорта боевиками просирийской милиции Валида Джумблата огнем из РПГ-7 и, возможно, ПТУР «Малютка» были подбиты два танка – «Магах» и «Меркава». Израильтяне отступили, а подбитая «Меркава» несколько часов находилась в руках боевиков. Фотографии боевиков на фоне горящей «Меркавы» были опубликованы многими газетами и получили широкую известность. Несколько часов спустя эта «Меркава» была эвакуирована на территорию, находящуюся под контролем АОИ, но танк был потерян безвозвратно.

Другие «меркавы» также в основном были подбиты огнем РПГ-7 и ПТУР, что неудивительно. В гористой местности, которой является большая часть территории Ливана, или в населенных пунктах, где находились основные базы террористов, танки могли передвигаться только по дорогам или улицам и были весьма уязвимы для огня РПГ и ПТУР.

Практически все танки сирийской 1-й бронетанковой дивизии, как подбитые, так и брошенные исправными, стали трофеями израильтян. В свою очередь сирийцы смогли захватить только четыре израильских танка. Это были «Магах-3», эвакуированные сирийцами с поля боя у Султан-Яакуб. Судя по всему, одна из этих машин в настоящее время является экспонатом Военно-исторического музея бронетанкового вооружения и техники в подмосковной Кубинке.

Вторая Ливанская война

Боевые действия в Ливане в 1982 году стали последней большой войной на Ближнем Востоке. Однако на протяжении всех последующих лет АОИ периодически привлекается к ведению боевых действий против различных арабских вооруженных формирований. Так, в частности, осенью 1997 года израильские войска вели бои в Южном Ливане с боевиками организации «Хезболла». В сентябре – октябре им удалось уничтожить три танка «Меркава» Mk 3 с помощью ПТУР 9К111 «Фагот» советского производства. Потеря этих машин тяжело отразилась на моральном духе израильских танкистов, а командование рассматривало вопрос о выводе тяжелой техники из зоны безопасности. Этот факт послужил причиной появления еще более защищенной модификации Merkava Mk 3B Baz Dor Dalet. В то же время единичный факт удачного обстрела израильских танков ПТУР еще не говорит о слабости их защиты. В Южном Ливане «меркавы» выполняли не свойственные танкам задачи и использовались в основном в качестве неподвижных огневых точек на перекрестках дорог. Боевики «Хезболлы» легко могли выбрать удобный момент нападения и сектор обстрела.

Танк «Меркава» Mk 4 во время боевых действий в Ливане. 2006 год

В этом отношении показателен и пример с танком Merkava Mk 3B Baz Dor Dalet. Четыре таких танка были потеряны в секторе Газа. Они были уничтожены взрывными устройствами, начиненными от 50 до 100 кг взрывчатки. Первый подорвался 14 февраля 2002 года, второй – 14 марта, два последних – в феврале 2003 года. Броня 4-го поколения мало чего стоит в партизанской войне.

Первая учебная рота танков Merkava Mk 4 была сформирована в 46-м батальоне «Шеллах» 401-й бригады «Иквот ха-Барзель» 27 июля 2003 года. Полное перевооружение первого батальона завершилось летом 2004 года, а в начале 2005 года вся 401-я бригада была вооружена танками этого типа.

Вторая Ливанская война началась 12 июля 2006 года в 9:01 и закончилась 14 августа 2006 года в 8:00. Таким образом, формально война продолжалась 34 дня, фактически – чуть менее 33 суток. Однако более или менее масштабные сухопутные операции, в том числе и с применением бронетанковой техники, начались только 24 июля.

В боевых действиях Второй Ливанской войны принимали участие пять танковых бригад (некоторые – не в полном составе) – в общей сложности около 400 танков. 7-я кадровая и 847-я резервная бригады были вооружены танками «Меркава» Мk 2, 188-я кадровая и 434-я резервная бригады – «Меркава» Мk 3, а уже упоминавшаяся 401-я бригада – «Меркава» Мk 4.

Само собой разумеется, что танковых боев во время Второй Ливанской войны не было. Танки использовались для поддержки пехоты при штурме опорных пунктов боевиков «Хезболлы». По наиболее поздним, уточненным данным, боевые повреждения получили 48–52 танка, 45 из них были поражены ПТУР и гранатами РПГ. Всего в танки попала 51 противотанковая ракета. В 24 случаях кумулятивная струя пробила танковую броню, как минимум в 3 случаях из этих 24 в танках сдетонировал боекомплект. Безвозвратные потери составили 5 танков – 3 были уничтожены попаданиями ПТУР (по одному «Меркава» Mk 2, Mk 3 и Mk 4) и 2 подорвались на фугасах (по одному «Меркава» Mk 2 и Mk 4).

Следует подчеркнуть, что танки «Меркава», особенно новейшие Мk 4, показали отличную устойчивость к боевым поражениям. Всего было подбито 6 танков Merkava Mk 4. Что касается безвозвратно потерянных танков, то один был уничтожен огнем ПТУР (предположительно – «Корнет-Э»), другой – подрывом фугаса примерной мощностью 300–350 кг тротила. Тут, как говорится, комментарии излишни.

«Меркава» против «Абрамса»

Несмотря на то что эта книга посвящена всем израильским танкам, наибольший интерес у нас вызывает, несомненно, «Меркава». Во-первых, потому, что это танк собственной израильской разработки и израильского же производства, а во-вторых, потому, что «Меркава» – наиболее обсуждаемый танк в мире. Причем споры вокруг него не стихают с момента его создания и по сегодняшний день. Так что и наш интерес к этой машине закономерен.

Впрочем, закономерен и вопрос: а почему против «Абрамса»? Ведь в отечественной военной литературе иностранная техника обычно сравнивается с российской (советской). Да, это верно. Но так же верно и то, что боевую технику, в данном случае танк, наиболее интересно и логично сравнивать с техникой вероятного противника. Причем не с какой-нибудь, а по возможности с аналогичной по классу и по времени создания. Вероятные противники Израиля – соседние арабские страны. То, что в настоящее время с частью из них заключены мирные договоры, а другие просто не отважатся напасть или не имеют такой возможности, ровным счетом ничего не значит. Вероятный противник, он потому и вероятный, что может и не стать настоящим. Но может и стать.

«Меркава» Mk 4 в Ливане. 2006 год. Этот танк принадлежит к составу 401 – й танковой бригады

Итак, вероятные противники Израиля – это в первую очередь Сирия, Иордания и Египет. Сирийский танковый парк состоит из машин советского производства – Т-55, Т-62 и Т-72. Последние 250 танков Т-72 были получены из Словении в начале 1990-х годов. Несмотря на работы по модернизации, все три типа боевых машин на сегодняшний день являются безнадежно устаревшими. Проводить какое-либо сравнение их с «Меркавой» даже варианта Mk 3 бессмысленно, не говоря уже об Mk 4.

Наиболее современной боевой машиной иорданской армии является британский танк «Челленджер-1». Этот танк был разработан в конце 1970-х годов для Ирана, но в связи со свержением шахского режима контракт был расторгнут и примерно 300 танков поступили на вооружение английской армии. «Челленджеры» неплохо показали себя в ходе операции «Буря в пустыне». В 2000 году они были сняты с вооружения и проданы Иордании. В принципе, «Челленджер-1» можно было бы сравнить с «Меркавой» Mk 3, но наличие «Меркавы» Mk 4 делает это занятие бесперспективным. Увы, но «Челленджер-1» – это вчерашний день, недаром англичане сплавили эти танки Иордании, оставив себе «Челленджер-2».

Иное дело «Абрамс». В отличие от английского танка американская машина имеет огромный «запас прочности» для модернизации, что мы и наблюдаем уже без малого 30 лет. Но при чем тут «Абрамс»? – спросит читатель. Все очень просто: у Египта около 1000 «абрамсов», у Саудовской Аравии, кстати, около 300. Ирак уже получил 140 таких машин, ожидается поставка еще 140. Вот и получается, что наиболее вероятный противник «Меркавы» – «Абрамс». Вот эти две машины и попробуем сравнить по основным оценочным параметрам, не углубляясь сильно в детали и не загружая читателя обилием цифр.

Сравнивать «Меркаву» и «Абрамс» довольно просто – оба танка имеют примерно одинаковые массо-габаритные характеристики. Кроме того, «Меркава» Mk 4 и «Абрамс» имеют силовые установки одинаковой мощности – 1500 л.с., что при близкой массе обеспечивает им практически идентичные характеристики подвижности.

Можно считать одинаковым и вооружение обеих машин, так как в его основу положено одно и то же орудие – 120-мм гладкоствольная пушка «Рейнметалл». На «Меркаве» Mk 4 оно, правда, сильно модернизировано по сравнению с исходным образцом. Впрочем, этот процесс идет и применительно к «Абрамсу». В целом же обе пушки – и израильская, и американская – имеют одинаковые баллистические характеристики и могут стрелять всеми боеприпасами НАТО. «Меркава» Mk 4 может оснащаться комплексом управляемого вооружения LAHAT с управлением по лучу лазера. Но на серийных танках он не устанавливается, так что принимать во внимание его не стоит.

«Меркава» Mk 4 выдвигается на боевую позицию. Ливан, 2006 год

Система управления огнем «Меркавы» Mk 4 имеет такие же характеристики, что и СУО танка «Абрамс» М1А2 SEP. Обе машины оснащены цифровыми танковыми информационно-управляющими системами последнего поколения, и в этом отношении им нет равных в мире. Но на вооружении армии Египта состоят танки «Абрамс» М1А1, которые не имеют такой системы. Более того, их СУО уступает такой даже на танке «Меркава» Mk 3. Так что тут у израильского танка есть явное преимущество.

Формально близкими можно считать и уровень защищенности обоих танков. Обе машины (имеются в виду М1А2 SEP и «Меркава» Mk 4) оснащены комбинированной броней последнего поколения, при этом, правда, «Меркава» имеет еще и так называемое модульное бронирование, состоящее из активных и пассивных быстросъемных элементов. Именно благодаря им ее башня имеет характерную эллипсовидную форму. Но, опять-таки, египетские «абрамсы» оснащены броней предыдущего поколения, и в этом отношении они сопоставимы разве что с танками «Меркава» Mk 3 ранних выпусков. В отличие от «Абрамса» «Меркава» Mk 4 лучше защищена от атак ПТУР сверху, а также имеет комплекс активной защиты. В обеих машинах предприняты шаги по снижению вероятности взрыва боекомплекта, точнее, негативного влияния этого взрыва на экипаж. Кому эффективнее удалось решить эту проблему, сказать трудно. Как известно, на «Абрамсе» большая часть боекомплекта размещена в специальном отсеке в кормовой части башни, оснащенном вышибными панелями. У «Меркавы» выстрелы упакованы в специальные огнестойкие контейнеры, способные в течение 45 минут выдерживать температуру 1000 °C. На «Меркаве» Mk 4 к этому добавился специальный бронированный отсек. Понятно, впрочем, что ни то, ни другое не панацея. Тем не менее во время Второй Ливанской войны боекомплект сдетонировал только в 3 танках из примерно 45, пораженных кумулятивными боеприпасами разного типа. Что касается «Абрамса», то автору этой книги не довелось видеть ни одной фотографии этого танка с развороченной взрывом боекомплекта башней. Есть, правда, пара фотографий «абрамсов» с валяющейся рядом башней. Некоторыми российскими «специалистами» они приводятся в качестве примера взрыва боекомплекта. Но на этих фото башня целая! Шести же артвыстрелов, размещенных в корпусе, явно недостаточно, чтобы сорвать башню с «Абрамса». Хотелось бы посоветовать «исследователям» поменьше «искать» недостатки у иностранных танков, а побольше заниматься своими. Ведь у отечественных машин тоже есть вышибная панель. Весит она, правда, тонн двадцать, но при попадании в боеукладку (а расположена она так, что не попасть в нее довольно трудно) панель эту вышибает гарантированно, причем вместе с пушкой и экипажем!

Можно привести еще немало примеров, иллюстрирующих высокую степень защищенности как «Меркавы», так и «Абрамса». Но стоит ли? Ведь в конечном итоге «Абрамс» все равно проиграет, так как преимущество «Меркавы» заложено в ее компоновке. Расположенные в носовой части корпуса двигатель и трансмиссия делают лобовую проекцию «Меркавы» абсолютно непробиваемой.

Так в чем же дело? Почему такая компоновка не используется танкостроителями других стран? Ведь не в Израиле же ее придумали. Действительно, такая схема компоновки впервые появилась еще на заре танкостроения, в 1920-е годы. А не использовалась она по разным причинам, в том числе и техническим – классическая компоновка конструктивно была проще. То, что серийный основной боевой танк с передним расположением МТО появился именно в Израиле, не случайно. Однако точка зрения, что «Меркава» создавалась для того, чтобы гонять террористов по сектору Газа и Южному Ливану, мягко говоря, ошибочна. Да, действительно, уровень защищенности «Меркавы» таков, что танк может с успехом привлекаться для решения противопартизанских и контртеррористических задач. В этом плане ей опять-таки помогает компоновка. Так, например, отсутствие большого вылета ствола пушки облегчает танку маневрирование на городских улицах. Вспомним, «Абрамс» на узких улицах арабских городов выглядит как слон в посудной лавке. А для решения контртеррористических задач американцам пришлось срочно создавать специальный комплект TUSK и оборудовать им танки. Вместе с тем, нет никаких оснований считать, что «Меркава» Mk 4, например, будет плохо выглядеть в классической танковой атаке. Для этого у бронированной «Колесницы» есть все необходимое.

И все-таки, почему такой танк появился именно в Израиле? Ответ на этот вопрос кроется в разном отношении в общественном сознании к ценности человеческой жизни. Общеизвестно, что в разных странах по-разному относятся к людским потерям, даже в ходе боевых действий. Россия, увы, тут не лидер. В годы Великой Отечественной войны наших танкистов порой отдавали под суд, когда они покидали поврежденный (но не загоревшийся) танк. Американских танкистов в то же время отдавали под суд за обратное – если они не покидали обездвиженный на поле боя танк. Причем вне зависимости от характера повреждения. Вот два подхода. Совершенно очевидно, что в общественном сознании в стране с населением 4 миллиона человек ценность человеческой жизни иная, чем в стране с населением 1 миллиард человек. Так что немудрено, что танк, обеспечивающий экипажу наибольший шанс выжить на поле боя, появился в стране, народ которой пытаются уничтожить вот уже 2 тысячи лет.

Кроме того, нельзя не учитывать и тот факт, что «Меркава» – единственный в мире танк, разработанный танкистами. Конечно, это утверждение нельзя понимать буквально, без инженеров дело тоже не обошлось. Но изначальная концепция танка была заложена группой офицеров-танкистов под руководством генерала Таля. А танкисты тоже люди, им тоже хочется жить, а значит, и танк они делали под себя, такой, как им удобно, а не заводу-изготовителю. Вот и получилось то, что получилось.

Можно, конечно, спорить и дискутировать по этому поводу бесконечно, но какое-то шестое чувство подсказывает, что если бы возможность разработать танк для себя получили советские (или российские), американские или какие-нибудь другие танкисты, то у всех получилось бы одно и то же – «Меркава»!

Литература и источники

Барятинский М. Средний танк Т-62 («Бронеколлекция», 2004, № 2). – М.: ЗАО «Редакция журнала «Моделист-конструктор», 2004.

Барятинский М., Мальгинов В. Танки XXI века. – М.: Коллекция: Яуза: ЭКСМО, 2010.

Лаффин Д., Чаппел М. Израильская армия в конфликтах на Ближнем Востоке 1948–1973. – М.: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Издательство Астрель», 2002.

Локальные войны: История и современность/ Под ред. И.Е. Шаврова. – М.: Воениздат, 1981.

Мураховский В.И., Павлов М.В., Сафонов Б.С., Солянкин А.Г. Современные танки. – М.: «Арсенал-Пресс», 1995.

Никольский М. Средний танк «Центурион» («Бронеколлекция», 2003, № 2). – М.: ЗАО «Редакция журнала «Моделист-конструктор», 2003.

Никольский М. Средний танк М48 («Бронеколлекция», 2004, № 1). – М.: ЗАО «Редакция журнала «Моделист-конструктор», 2004.

Никольский М. Основной боевой танк М60 («Бронеколлекция», 2005, № 4). – М.: ЗАО «Редакция журнала «Моделист-конструктор», 2005.

Суворов С. «Меркава» («Фронтовая иллюстрация», 2007, № 5). – М.: ООО «Стратегия КМ», 2007.

M. Maas. Merkava Siman 3 (MK 3) Baz in Israel Defense Forces Service. Part 1. – Seul, Desert Eagle Publishing, 2007.

M. Maas. Magach 6B Gal and Gal Batash. M60A1 in IDF Service. Part 2. – Seul, Desert Eagle Publishing, 2010.

S.M. Katz. Merkava I, II, III. Israel’s Chariot of Fire. – Hong Kong, Concrd Publications Co., 1992.

S.M. Katz, P. Sarson. Merkava MBT MKs I, II & III. Chariot of Steel. – London, Osprey Publishing, 1997.

S.J. Zaloga. Tank Battles of the Mid-East Wars. The Wars of 1948–1973. – Hong Kong, Concrd Publications Co., 1996.

S.J. Zaloga. Tank Battles of the Mid-East Wars. The Wars of 1973 to the Present. – Hong Kong, Concrd Publications Co., 1996.

Dr. R. Manasherob. Lioness & Lion of the Line. Vol. 1. The Complete Guide To Sherman Tanks in Israeli Service. – SabIngaMartin Publications, 2007.

S. Suenkler, M. Gelbart. IDF Armoured Vehicles. Tracked Armour of the Modern Israeli Defense Forces. – Verlag Jochen Vollert – Tankograd Publishing, 2006.

Jane’s Armour and Artillery 2007 – 08. – London: Jane’s Publishing Company Ltd., 2007.

Журналы: Зарубежное военное обозрение, Мир оружия, Моделист-конструктор, Танкомастер, Техника и вооружение вчера, сегодня, завтра, Soldat und Technik, ATM, International Defense Review, Military Technology, Militarfahrzeug.

Материалы общедоступной сети Internet.

Фотоиллюстрации

Архив автора, С. Залоги, Р. Казачкова, М. Мааса, Р. Манашероба, пресс-служба Армии обороны Израиля, общедоступная сеть Internet.

Content

Михаил Барятинский
Израильские танки в бою

Танки армии обороны Израиля

Первые танки ЦАХАЛа

«Шерман» и АМХ-13

«Шот»

«Тиран» и другие советские трофейные танки

«Магах»

«Меркава»

«Меркава» Mk 1

«Меркава» Mk 2

«Меркава» Mk 3

«Меркава» Mk 4

Танки армии обороны Израиля в бою

Война за независимость

Суэцкий кризис

Война за воду

Шестидневная война

Война Судного дня

Ливанская война

Вторая Ливанская война

«Меркава» против «Абрамса»

Литература и источники

Фотоиллюстрации