Сакариас Топелиус

Березка и звезда

Я знаю сказку из стародавних времен о мальчике и девочке, что шли в своей жизни навстречу одной-единственной цели.

Многие ли среди нас могут сказать то же самое о себе?!

Двести лет тому назад Финляндию постигла великая беда.

Кругом, куда ни кинь взгляд, бушевала война, города и селения были охвачены огнем, посевы вытаптывались, а более сотни тысяч жителей были обречены на гибель от меча, от голода, изгнания из родной страны и ужасающих хворей. Тогда, бывало, не услышишь и не увидишь ничего, кроме вздохов и слез, сетований, горя, пепла да крови, а все те, в конце концов, кто дольше всех питал надежды на лучшее, не знали, на что надеяться! Ибо бич Божий с небывалой силой был занесен над всей страной, а воспоминания тех дней не забудутся никогда. В те времена случалось также, что многие семьи разлетались в разные стороны — некоторых уводили в плен во вражьи земли, а другие бежали в леса да на дикие безлюдные вересковые пустоши или еще дальше, в Швецию. Жена часто ведать не ведала, где ее муж, брат не знал, где сестра, а отец с матерью — живы или погибли их дети. Когда же наконец недруги замирились, и те, кто еще оставался в живых, снова возвращались в свои пенаты, оказалось, что тех, кто не оплакивал бы и сохранил всех своих близких, нашлось совсем немного. Все было точь-в-точь как в сказке о юной жене рыцаря Синяя борода[1], что посылала свою сестру в башню, от-куда видно было все далеко-далеко вокруг, и непрерывно спрашивала:

— Анна, сестра моя, не видать ли кого на дороге?

Так спрашивали многие в то время, когда в горнице было пусто и одиноко, а от дорогих людей никакой весточки не приходило.

— Не видать ли тебе кого на дороге? Не видать ли тебе кого на дороге?

И большей частью слышалось в ответ:

— Нет, никого, никого не видать!

Но порой, как и в сказке о Синей бороде, случалось так, что вдали на дороге появлялось небольшое облачко пыли; облако все приближалось, и в конце концов появлялась небольшая кучка беглецов, искавших своих близких… Тогда взоры отца и матери высматривали своих дражайших детей, и если находили их после стольких лет разлуки, то-то было радости, радости такой, словно и горя-то никогда в жизни не бывало! И снова быстро возводились хижины, а поля вновь приносили урожай, и после минувших горестей наставало новое время.

В пору той долгие годы бушевавшей войны двое малолеток, брат и сестра, были уведены в чужеземную страну и обрели там дружественные сердца, что заботились о них.

Шли годы, брат с сестрой подрастали, не ведая ни в чем нужды, но при всем своем благоденствии так и не смогли забыть отца, мать и страну своих предков. С ними было, как со взятыми в плен евреями в Вавилоне[2], которые повесили свои арфы на ивы и не могли петь, ни играть, ни танцевать в чужеземной стране, ибо сердца их пребывали в Иерусалиме[3].

Когда прошла молва, что в Финляндии настало замиренье и что всем, кто хотел бы и мог, дозволено вернуться на родину, чужеземье стало для детей тяжкой долей.

И они потребовали:

— Отпустите нас домой!

Чужие люди, их попечители, улыбнулись и сказали:

— Отпустить вас домой? Глупые дети, вы, верно, не знаете, как далеко туда идти. Более сотни миль!

— Нам все равно, — отвечали дети, — только бы вернуться домой!

— Разве вы не обрели у нас свой новый дом? Здесь в изобилии одежда и еда, вы можете не страшиться холода, есть чудесные фрукты, пить молоко, жить в красивых домах вместе с добрыми людьми, что любят вас от всего сердца! Чего вам еще надо?

— Да, ваша правда, — отвечали дети, — но мы хотим домой!

— В вашем доме царит страшная нужда и не хватает самого необходимого! Вы будете жить в ужасающей бедности, мох будет вам постелью, а хижина из еловых ветвей — крышей, ветер и холод — вашими постоянными спутниками, древесная кора — вашим хлебом насущным. Ваши родители, братья и сестры, да и все ваши друзья давным-давно погибли. А когда станете их искать, найдете лишь следы волков в сугробах на пустынном пепелище, где стоял ваш дом!

— Да, — ответили дети, — но мы хотим домой!

— Ведь почти десять лет минуло с тех пор, как вас увели оттуда. Тогда вы были несмышленышами, малолетками пяти и четырех лет. Теперь вам пятнадцать и четырнадцать, и вы так мало знаете об этом мире. Вы все забыли — и дорогу в родные края, и самих ваших родителей, и так же, как вы забыли их, они, если живы, забыли и вас.

— Да, — отвечали дети. — Но мы хотим домой!

— Кто тогда укажет вам дорогу?

— Бог, — ответил мальчик. — А кроме того, я помню, что на дворе у моих родителей росла высокая березка, где много-много красивых птичек пели по утрам на солнышке.

— А я помню, — сказала девочка, — что там сквозь березовую листву вечерами светит звезда.

— Глупые дети, — возразили их попечители. — То, чего вы хотите, — лишь одно дурачество да верная погибель!

И они запретили детям даже думать о своем прежнем доме. Но чем больше они запрещали, тем больше думали о нем дети. И вовсе не из непослушания, а лишь потому, что неизменно и непоколебимо думали о том, как хотят они вернуться в страну своих предков.

Однажды лунной ночью, когда мальчик не мог сомкнуть глаз из-за мучивших его мыслей, он спросил у сестры:

— Ты спишь?

Она ответила:

— Нет, спать я не могу, я думаю о нашем доме!

— Со мной точно так же, — ответил мальчик. — Давай положим нашу одежку в узелок и убежим отсюда. Мне кажется, будто Господь Бог непрерывно стучится в мое сердце и непрестанно повторяет: «Иди домой! Иди домой!» А что глаголет Бог, грешным быть не может!

— Да, — согласилась сестра.

И они тихонько ушли.

На дворе стояла прекрасная ночь, ясный месяц освещал дорожки и тропки. Шли они, шли, а сестра вдруг и говорит:

— Знаешь, братец, боязно мне, что мы дорогу домой не найдем.

Брат ответил:

— Давай все время идти на северо-восток, там по вечерам, как всегда в пору середины лета, садится солнце, а наш дом в той стороне. Приметой же пусть служит березка на дворе да ясная звезда, что светит сквозь ее листву. Как увидим мы их, так и узнаем, что нашли свой дом.

Немного погодя сестра остановилась вновь:

— Знаешь, братец, боюсь я, как бы хищные звери да разбойники не причинили нам зла!

Брат ответил:

— Бог защитит нас. Помнишь молитву, которую мы выучили в нашем доме, когда были еще малы?

Куда бы ни спешить навстречу счастью, —

Оно дается только Божьей властью!

— Да, — согласилась девочка. — А Бог пошлет своих ангелов, чтобы они следовали рядом с нами в чужой земле.

Так и шли они вперед смело и мужественно. Мальчик вырезал себе крепкую палку из молодого дубка — защищать себя и сестру. Но никакого зла с ними не приключилось.

Однажды оказались они у перепутья, где две одинаковой ширины дороги вели каждая в свою сторону, и они не знали, какой путь им выбрать. Тут возле дороги, ведущей налево, запели две маленькие птички:

— Идем, — позвал девочку брат, — это верный путь, пение птичек мне подсказывает!

— Да, — согласилась с ним сестра, — наши птички — нечто большее по сравнению с другими пташками. Божьи ангелы облеклись в птичье оперение и провожают нас домой.

Дети отправились дальше, а птицы перепрыгивали с ветки на ветку, летели впереди, но не быстрее, чем дети успевали следовать за ними. Брат и сестра питались лесными плодами и ягодами, пили прозрачную родниковую воду, а по ночам спали на мягких постелях из медвежьего мха. И в диковину было им, что какой бы ни наступал день, они всегда находили еду и, где бы ни останавливались по вечерам, обретали место, чтобы отдохнуть. Объяснить это они не могли.

Но всякий раз, видя птичек, дети восклицали:

— Смотри, Божьи ангелы сопровождают нас!

И снова шли долгими дорогами все вперед и вперед…

В конце концов девочка почувствовала усталость и сказала мальчику:

— Когда начнем искать нашу березку?

Мальчик ответил:

— Не раньше, чем вокруг нас люди будут говорить на том языке, на каком говорили наши батюшка с матушкой.

И снова шли они долгими путями к северо-западу; лето начало уже клониться к своему исходу, и стало прохладно в лесах.

Девочка спросила:

— Березки еще не видать?

Мальчик ответил:

— Еще нет!

Страны, которые они проходили, приобрели уже совсем другой облик. До сих пор брат с сестрой миновали обширные равнины, а теперь пришли в страну с холмами, горами, реками и большими озерами.

Девочка спросила:

— Как нам перебраться через крутые горы?

Мальчик ответил:

— Я перенесу тебя.

И он перенес ее через горы на руках.

Девочка снова спросила:

— Как нам перейти бурные реки и большие озера?

Мальчик ответил:

— Мы поплывем, я буду грести.

И он греб, пересекая реки и озера, ибо повсюду у берега их поджидала гребная лодка. Но некоторые реки брат с сестрой преодолевали вплавь. И они легко, словно морские птицы, струились по волнам, ибо рядом с ними в птичьем оперении летели, прокладывая им путь, ангелы.

Однажды они шли с самого утра без отдыха и очень устали.

Вечером брат и сестра приблизились к одинокой усадьбе, и была та усадьба совсем недавно сработана из грубого свежесрубленного леса и поставлена на пепелище сгоревшего дома. На дворе они увидели ребенка, чистившего репку.

— Не дашь ли ты мне одну из своих репок? — спросил мальчик.

— Ступайте в горницу, — ответил малыш. — Матушка вас накормит.

При этих словах мальчик захлопал в ладоши и, плача от радости, обнял и поцеловал ребенка.

— Почему ты плачешь и радуешься, братец? — спросила девочка.

— Как же мне не плакать от радости?! — ответил мальчик. — Этот ребенок говорит на языке наших батюшки с матушкой. Теперь мы можем начать поиски березки и звезды.

Они вошли в горницу и были ласково привечены хозяевами. Их спросили:

— Откуда вы пришли?

Мальчик ответил:

— Пришли мы из чужеземья и ищем наш дом, но у нас нет никаких других примет, кроме тех, что на дворе нашего дома растет березка, где поутру, озаренные утренним солнцем, поют птички, а вечером в березовой листве светит яркая звезда!

— Бедные дети! — жалостливо молвили люди. — Ведь на земле растет столько тысяч березок, а на небе сияет столько тысяч звезд! Возможно ли найти среди стольких других те, что нужны вам?

Мальчик и девочка сказали:

— Бог приведет нас домой. Разве не привели нас его ангелы долгими-долгими путями в нашу страну? Мы ведь уже наполовину дома.

— Финляндия велика! — ответили люди, сидевшие в горнице, и покачали головами.

— Но Бог еще более велик, — ответил мальчик.

Поблагодарив хозяев, брат с сестрой отправились дальше. Ныне им не приходилось кормиться и ночевать в лесах, что было вовсе не худо. Ныне они шли от одной усадьбы к другой, и хотя между людскими домами простирались огромные дикие безлюдные вересковые пустоши, а повсюду царила страшная нищета, они все равно находили пристанище и кусок хлеба, когда бы им это ни понадобилось; все их жалели.

Но березку и звезду они так и не находили. Переходя от усадьбы к усадьбе, они искали их и видели множество березок и множество звезд, но тех, что были им нужны, все не встречалось.

— Ах, — вздыхала девочка, — Финляндия так велика, а мы так малы! Никогда не найти нам наш дом!

Но мальчик, ругая ее, спрашивал:

— Ты веришь в Бога?

— Да, — отвечала девочка.

— Тогда ты тоже знаешь, — сказал мальчик, — что в мире свершались еще более великие чудеса, чем чудо, что мы ожидаем. Когда три мудреца[4] шли ночью в Вифлеем, их вела путеводная звезда. Она ведет и нас, только нужно верить в нее.

— Да, это так, — ответила девочка, привыкшая всегда и во всем соглашаться с братом.

И они, исполненные веры, весело шли вперед.

И вот пришли они однажды вечером к одинокому хутору. Шел второй год их странствий. Дело было вечером в праздник Троицы[5], в конце мая, когда первая летняя листва начинает распускаться на деревьях. Войдя через калитку во двор, увидели они высокую березу с пышной кроной и нежными листьями, а сквозь светло-зеленую листву светила в тот полупризрачный вечер сияющая вечерняя звезда.

Было уже по-летнему светло, так что лишь одна-единственная звезда виднелась на своде небес, звезда — самая большая и самая ясная среди всех.

— Это наша Березка! — тут же воскликнул мальчик.

— Это наша Звезда! — тотчас же подхватила девочка.

И оба бросились друг другу на шею и, проливая потоки радостных слез, возблагодарили Бога.

— Вот конюшня, куда батюшка обычно заводил наших лошадей, — вспомнил мальчик.

— А я узнаю колодец, где матушка всегда поила наших коров, — сказала девочка.

— Смотри, под березкой — два маленьких креста, что бы это значило? — в раздумье спросил мальчик.

— Мне так боязно идти в горницу, — призналась девочка. — Подумать только, что если батюшки и матушки больше нет в живых или же они нас не узнают! Ступай первым ты, братец!

— Давай сперва послушаем у дверей, — предложил мальчик.

Сердце его так сильно билось…

В горнице сидел немолодой человек с женой. Вообще-то стар ни один из них не был, но горести и нужда безвременно избороздили морщинами их лица.

Муж сказал жене:

— Да, нынче Троица! В этот день Бог посылает утешение скорбящему сердцу; но нам никакое утешение не явится. Все наши четверо детей покинули нас; двое спят вечным сном под березкой, а двое уведены в плен во вражью страну и наверняка никогда больше к нам не вернутся. Тяжко быть одинокими в старости.

Жена возразила ему:

— Разве Бог не всемогущ и не бесконечно добр? Он, что вывел детей Израиля из рабства[6], может, верно, отдать нам наших детей, коли сочтет это нужным. Сколько было бы теперь нашим младшеньким, коли б они остались в живых?

Отец ответил:

— Мальчику было бы ныне шестнадцать, а девочке — пятнадцать лет. Ах, разве мы не заслужили такое благословение Господне, чтобы снова вернуть наших дорогих деток!

Он еще продолжал говорить, как дверь вдруг отворилась, и в горницу вошли мальчик и девочка. Они сказались пришлыми из дальних стран и попросили кусочек хлеба.

— Подойдите ближе, дети, — позвал их отец, и оставайтесь у нас ночевать. Ах, такими же большими наверняка были бы и наши дети, будь нам дано их сохранить!

— Посмотри, — сказала жена, — как пригожи эти дети! Ах, такими же пригожими были бы и наши дети, останься они в живых!

И оба родителя горько заплакали. Тут дети больше не выдержали и со слезами на глазах упали в объятия своих отца и матери, воскликнув:

— Разве вы не узнаете нас?! Ведь мы — ваши дорогие дети, и Бог чудесным образом привел нас обратно из чужеземной страны!

И родители обняли их с такой невыразимой любовью и пали на колени рядом с детьми, дабы возблагодарить Господа; ведь в вечер праздника самой Троицы Он подарил им всем столь великое утешение. Затем детям пришлось рассказать о своей судьбе, а родители поведали им о своей. И хотя с обеих сторон было много горя, казалось, что все ныне забыто и сменилось радостью. Отец пытался прощупать мускулы сына, радуясь, что они так по-мужски крепки, а мать гладила каштановые волосы дочери и чуть не сотню раз целовала ее цветущие щечки.

— Да, — молвила с детской радостью матушка, — ведь когда две незнакомые птички так весело пели нынче на березке, я могла бы догадаться: что-то случится…

— Этих птичек я хорошо знаю, — сказала девочка. — Это два ангела в птичьем оперении, которые всю дорогу, пока мы шли, летели впереди, ведя нас за собой, и теперь вместе с нами радуются, что мы отыскали наш дом.

— Идем, давай еще раз поздороваемся с березкой и звездой! — позвал девочку брат. — Видишь, сестрица, там, под березкой, спят наши старшие брат с сестрой. Коли б это мы спали там под зеленой кочкой, а наши брат и сестра стояли бы здесь, на нашем месте, и смотрели бы на нашу могилу, кем были бы мы тогда?

— Тогда вы были бы ангелами Божьими в небе, — нежно молвила их матушка.

— Теперь я знаю, — ответила девочка. — Ангелы в птичьем оперении, что сопровождали нас всю дорогу и нынче, сидя на березке, возвестили о нашем возвращении, были наши брат и сестра, которые спят в этой могилке. Это они постоянно твердили нам в нашем сердце: «Идите домой! Идите домой! Утешьте батюшку с матушкой!» Это они указывали нам путь на диких безлюдных пустошах, чтобы мы не умерли с голоду, они готовили нам постели из мха, чтобы мы не замерзли, это они на бурных реках посылали нам лодки, чтобы мы не утонули… И они же нам подсказали: это — та самая березка, которую мы ищем и та же самая звезда — одна среди многих тысяч… Ибо Бог избрал их и послал нас охранять. Благодарим вас, братец и сестрица! Благодарим тебя, добрый Боже!

— Да, — согласился с ней мальчик и продолжил: — Смотрите, как ясно светит кроткая небесная звезда сквозь березовую листву! Отныне мы нашли свой дом; мы больше никуда не пойдем, сестрица!

— Дорогие дети, — сказал на это отец, — жизнь человеческая на земле — постоянное странствие к вечной цели. Идите всегда вперед, и пусть Бог живет в вашем сердце, а вечная цель да пребудет пред вашим взором. Вы шли вместе с ангелами, указующими вам путь, — и да указуют они вам путь и впредь! Вы шли в поисках березки, — она означала ваше отечество! Да пребудет отечество целью вашей любви и вашего труда, пока вы живы! Вы шли в поисках звезды — она означает вечную жизнь. Да светит она вам всю вашу жизнь!

— Аминь, да свершатся твои слова! — молвили, скрестив руки, дети в один голос с матушкой.

Примечания

1

См. сказку «Синяя борода» Шарля Перро.

2

Древний город в Месопотамии. Имеется в виду одно из преданий о завоевании Иудеи вавилонянами, когда были взяты в плен многие израильтяне.

3

Столица Израиля.

4

Мудрецы-звездочеты с Востока узнали по появлению чудесной звезды на небе, что родился Царь Иудейский, Мессия, и пришли в Иерусалим, следуя за звездой, которая остановилась в Вифлееме над тем местом, где находился младенец Христос. Они склонились пред ним до земли и принесли ему в дар золото, ладан и благовонную смолу — мирру.

5

В христианском учении — Бог-Отец, Бог-Сын, Бог-Дух Святой. Один из крупнейших религиозных праздников.

6

Имеется в виду рабство израильтян в Египте во власти фараонов и его окончание и Исход из Египта под предводительством Моисея, которому Бог повелел вывести свой народ из земли Египетской.

Content

Сакариас Топелиус
Березка и звезда

Примечания