Николай Злобин

Америка… Живут же люди!

Хочу поблагодарить моего однокашника по историческому факультету МГУ Георгия Бовта за идею этой книги;

моего помощника в Вашингтоне Геннадия Гладкова – за помощь в ее написании;

моего друга Владимира Соловьева – за поддержку в процессе работы над ней.

Введение

Америка, являясь на протяжении жизни нескольких поколений главным мировым ньюсмейкером, до сих пор остается одной из самых «непонятых» стран. Россияне ежедневно получают огромное количество информации из Америки или об Америке. В результате у них складывается впечатление, что об этой стране они знают все – но это тот случай, когда обилие текущей информации подменяет подлинное знание. Могу с уверенностью утверждать, что в России и многих других странах Америку знают плохо, хотя и полностью уверены в обратном, и разубедить людей почти невозможно. Об Америке сложилось огромное количество стереотипов, а споры о ней, как правило, сводятся к манипулированию очередной новостью, пришедшей из этой страны.

Огромное количество ежедневной информации об Америке так и не перешло в качество знаний о ней. С одной стороны, все это накладывается на результаты многолетней работы пропагандистской машины в СССР – порожденные ею мифы продолжают жить в умах людей. С другой – любая текущая ситуация немедленно приводит к политизации разговора. Америка большая, всем есть из чего выбирать, и каждый предпочитает судить о стране так, чтобы картинка укладывалась в его личные идеологические приоритеты и симпатии. В результате одни Америку беспредельно обожают и боготворят, другие считают ее главным врагом всего на Земле и причиной всех проблем. И то и другое, разумеется, совершенно неверно. В целом Америка никого не оставляет равнодушным, но вызывает гораздо больше эмоций, чем потребности в рациональном и спокойном знании.

Среди американских журналистов бытует поговорка: нет ничего хуже, чем приехать в страну на неделю. В самом деле, прожив в каком-то месте неделю-другую, начинаешь думать, что понимаешь, что здесь происходит. К сожалению, именно так работают СМИ, в том числе американские, и именно так воспринимают ту или иную страну туристы.

Если приехать в чужую страну на пару недель, можно написать о ней книгу. Если пожить там полгода, рискнешь написать статью. Но стоит задержаться подольше и погрузиться в глубины местной жизни, истории, быта и культуры, то, если ты не дурак, наверняка начнешь ощущать недостаток информации и понимать, как мало ты еще знаешь, чтобы судить о стране и ее людях, их мотивациях и логике поведения, психологии и умонастроениях. Чем дольше знакомишься со страной, тем трудней про нее написать. Я сам являюсь живым примером этой простой истины.

Для себя я открывал Америку трижды. Когда в 1980-е гг. я впервые приехал в США, не зная английского, эта страна была для меня далекой, чужой и совершенно неизвестной, каждое действие вызывало недоумение. Я понятия не имел, как работают американское метро, телефоны и стиральные машины, как читать дорожные знаки и меню в ресторанах, как платить в магазинах и что такое кредитные карточки. Но прошел месяц-другой, и я научился всем этим пользоваться. Страна стала проще и понятней. Вокруг меня были общительные американцы, я разобрался, как все устроено, – короче говоря, мне показалось, что Америку я уже понял и проблем с ней у меня больше нет. Но только года через три я оказался на подступах к постижению сложностей американской культуры, менталитета, человеческих отношений и эмоций. Оказалось, что я не только не открыл Америку, но даже пока не знаю, где ключ от нее. И сейчас, прожив там двадцать с лишним лет, я могу сказать, что каждый день открываю ее заново, потому что многие вещи, к которым мы с детства привыкли у себя на родине, совсем по-иному раскрываются, когда мы оказываемся в другой стране.

Когда приезжаешь в новую страну и тебе под тридцать, появляется ощущение, что ты родился второй раз. Ведь понимание каких-то базовых вещей идет из детства, и открытие Америки не будет полноценным, если ты не прожил полноценное американское детство – не смотрел тех же мультфильмов, не ходил в те же школы, не играл в те же игры. Ты чужой. У меня американского детства, естественно, не было, поэтому мне пришлось проживать его экстерном в зрелом возрасте.

Поскольку я не знал английского языка – я учил французский, – то поставил себе целью чуть ли не круглосуточно смотреть американское телевидение. Наверное, поэтому с того времени я телевизор вообще не смотрю, но в тот период смотрел все подряд, особенно детские и вечерние сатирические передачи, поскольку язык там простой, шоу разбито на множество коротких сегментов, много шуток, причем все, что говорится, подкреплено телодвижениями и визуальным рядом – короче говоря, эти передачи очень помогли мне в изучении языка, хотя урока английского я ни разу не посетил. Парадоксально, но я, взрослый человек, изучал Америку глазами ребенка. Это было странное ощущение, ведь я жил в Вашингтоне и был погружен в серьезную политическую жизнь. Но это было на работе – а приходя домой, я смотрел мультики и комедийные ток-шоу. Таким образом, я атаковал Америку с двух сторон.

Люди, много путешествовавшие по США, наверняка сталкивались с тем, что местные жители везде говорят: «У нас тут не настоящая Америка. У нас такое уникальное место, нетипичное. А настоящую Америку нужно искать…» – и называют какое-нибудь другое место. Я объездил всю страну из конца в конец. Всякий раз оказывалось, что Нью-Йорк – это не Америка, а Америка – это где-то на Среднем Западе. Но на Среднем Западе уверены, что Америка – это север восточного побережья США. Там тебя переправляют в Калифорнию, оттуда в Техас, далее в Чикаго, и так без конца… «Настоящую Америку» найти невозможно, ибо, с одной стороны, это очень большая, разнообразная и многоликая страна, а с другой – при всем ее единстве все отдают первенство не себе, а кому-то другому. Как ни парадоксально, это только укрепляет целостность Америки.

Когда первые колонисты и переселенцы создавали свою страну, одним из главных принципов, заложенных в обустройство местной жизни, было то, чтобы делать все с чистого листа, по-новому, «не как в Европе». Не повторять европейские ошибки, а создать свой особый американский путь, свой собственный способ организации жизни. Конечно, в истории человечества подобные задачи ставились не раз – в разных странах, в разные эпохи. Однако надо признать, что в случае с Америкой это намерение оказалось в значительной степени реализованным, и можно с уверенностью говорить о существовании здесь самостоятельного пути устройства жизни в огромной стране, пути, который сделал Америку одним из лидеров мирового развития в ХХ веке, привел к колоссальной американизации мировой культуры, политики и образа жизни и превратил Америку в то, чем она является сегодня, со всеми своими очевидными плюсами и не менее очевидными минусами.

Данная книга – об этом «американском пути» жизнеустройства, и она сильно отличается от других моих книг. Она не о политике, она – о стране. В ней я предпочитаю вообще не говорить об американской политике, особенно внешней, ибо это опять уведет разговор в сторону и сделает поверхностным. Книга о том, как именно устроена Америка для американцев, какова она изнутри. Каким образом люди, живущие здесь, решают свои ежедневные проблемы, как и почему принимают те или иные решения, поступают так, а не иначе, что они делают в свободное время, как реагируют, когда им хорошо или когда им плохо.

Я прожил в США более двадцати лет не как журналист или наблюдатель со стороны за «американским образом жизни». Я был частью Америки, не прерывая ни на минуту своей постоянной связи с Россией, которую очень люблю. В этом, если хотите, мое конкурентное преимущество – как и преимущество данной книги. Большинство подобных книг написано путешествующими по стране с разной скоростью и разными целями журналистами и писателями. Моя же книга написана человеком, живущим и работающим в Америке, но который может при необходимости посмотреть на нее глазами иностранца, – и в этом, на мой взгляд, тоже состоит ее отличие.

Америка, в частности, знаменита своим средним классом, который составляет более 60 % ее населения, и я писал именно об Америке среднего класса, Америке мейнстрима. Конечно, в США живет много сверхбогатых людей, однако я не уверен, что могу полноценно и объективно описать их образ жизни. Еще больше здесь бедных, но их жизнью я тоже не жил, а видел ее в основном со стороны, не изнутри. Не буду же я уподобляться авторам множества книг и статей о проблемах Америки, написанных на комфортном отдалении от этих самых проблем, а часто и от самой Америки, причем не редкость, когда авторы книг о США даже не говорят по-английски. Я же знаю жизнь американского среднего класса изнутри – этой жизнью живу я сам. Так что при всем моем человеческом субъективизме эта книга – про жизнь американского большинства, которое и определяет то, чем является Америка сегодня.

Кто-то, конечно, скажет, что мое видение Америки неполное, что я не упомянул в книге о каких-то важных для понимания американцев вещах, например об индейцах, профсоюзах или долгожителях. Это естественно – речь идет об огромной стране с очень разнообразным населением, а объем книги ограничен. Кто-то, без сомнения, обвинит меня в субъективности. Но я лишь надеюсь, что книга поможет разрушить чьи-то стереотипы и штампы, поможет вам понять замечательных людей, которые населяют эту большую и прекрасную страну, и посмотреть на Америку по-новому – отчасти моими глазами, через мой опыт россиянина, который неожиданно для себя оказался там, хотя никогда к этому не стремился, не готовился и не планировал себе такой жизненный путь. В любом случае мне хотелось бы ждать от читателей открытости к информации и толерантности.

Приведу личный пример. Через несколько месяцев после приезда в США я должен был выступать с лекцией в Центре Вудро Вильсона в Вашингтоне. Язык я тогда знал еще очень плохо и что именно говорил по-английски, сам не понимал. Логика речи у меня была чисто русская, в разговоре периодически проскакивали русские слова, поскольку я пытался говорить громко, уверенно и быстро. У меня был помощник, который вместе со мной готовил английский текст выступления, но все равно это было ужасно. Но когда наконец я, полный стыда, решился поднять глаза на аудиторию, то увидел, что люди за мной что-то старательно записывают. Это был настоящий шок. Что они записывали, я до сих пор не пойму – так я в тот момент волновался. Тогда-то я и открыл для себя знаменитую американскую толерантность: никто и никогда не попрекал меня моим ужасным в те годы английским. Напротив, абсолютно все старались помочь.

В Америке нет государственного языка. Знать английский не обязательно, но желательно, чтобы не попадать впросак. Вскоре меня пригласили на CNN. Вместе со мной в студии сидел еще один гость – крупный американский политолог и дипломат, чье имя хорошо известно в России. Мы рассуждали о распаде СССР – это был конец 1991 г. Тут мне нужно было сказать фразу о новых независимых государствах, которые появились в результате распада, и я решил употребить слово constellation – «созвездие», имея в виду эти государства. Действительно, почему бы не выпендриться и не произнести красивое длинное и умное слово, которое я помнил? И почему бы не блеснуть знанием английского на фоне тех примитивных слов, которыми я пользовался большую часть передачи? После лекции в Центре Вудро Вильсона мне было море по колено!

Однако в прямом эфире я произнес совсем другое слово. Не знаю, откуда оно взялось у меня в голове, потому что его значение было мне попросту неизвестно. Тут, видимо, соединилось то, что я его где-то слышал, и то, что оно было похоже на слово, которое я хотел употребить. Я сказал constipation, то есть «запор» – в медицинском смысле, – и раза три повторил это слово в программе, уверенно глядя в лицо американцу, у которого от титанических попыток сдержать смех выступили слезы на глазах. Я понял, что говорю что-то не так, когда телеоператоры стали сползать от смеха на пол у своих камер.

Сегодня можно, наверное, придать глубокий политический смысл моей ошибке, выдать ее за предвидение будущей ситуации в СНГ, но, пожалуй, в тот момент состоялось еще одно мое открытие Америки, на сей раз языковое. Жизнь может жестоко подшутить над тобой, если ты не знаешь толком предмет разговора, но хочешь произвести впечатление и говоришь бодро и уверенно. Должен признаться, что мне надоело слышать в России «бодрые и уверенные» речи об Америке, особенно от людей, которые здесь никогда не жили, а в лучшем случае бывали проездом. Поэтому я и написал эту книгу.

Глава 1

Америка – плавильный котел

Что надо знать об Америке в первую очередь

Задумывались ли вы когда-нибудь о том, что словосочетание «Соединенные Штаты Америки» – не совсем правильный перевод названия этой страны на русский язык? Тринадцать американских колоний, объявивших 4 июля 1776 г. о выходе из-под власти британской короны, не были единым государством. Более того, создавались они в разное время и разными силами – от Вирджинии, которая была основана в 1607 г. Лондонской компанией, до Джорджии, начало которой положила подписанная в 1732 г. хартия короля Георга II. Однако после провозглашения независимости тринадцать колоний решили объединиться. Их союз получил простое и незамысловатое название United States of America – то есть Соединенные Государства Америки. В действительности именно это и произошло: возникла конфедерация новых независимых государств.

Если сравнивать с современными аналогами, вновь образованный союз бывших британских колоний немного напоминал, с одной стороны, СНГ, созданный на развалинах СССР, а с другой – ЕС, ныне мучительно переживающий интеграцию. Со временем в состав США, помимо тринадцати изначально образовавших союз государств, вошли еще тридцать семь государств и территорий и один федеральный округ. По прошествии десятилетий вектор государственного образования сместился в сторону большей федеративности, и сегодня страна представляет собой скорее федерацию, нежели конфедерацию.

С лингвистической точки зрения название США на русском языке не поменялось, хотя с содержательной значительно эволюционировало. И это лишь маленький пример неточности. Однако элементарное незнание сути внутреннего устройства Америки ведет к гораздо большим ошибкам – к непониманию логики американского политического и бытового мышления, ежедневного поведения, психологии и системы ценностей, непониманию исторического, этнического, религиозного и социального самоощущения простых американцев.

Итак, нынешние США – это конституционная республика, постепенно укрепляющая свои федеративные принципы в ущерб самостоятельности изначально суверенных штатов. Но есть некоторые незыблемые принципы: каждый штат в США имеет собственную судебную, исполнительную и законодательную власть – причем они в значительной степени независимы от федеральных, – свою конституцию, свой бюджет и право собирать собственные налоги, свою полицию, уникальную внутреннюю административную и территориальную структуру и т. д. Кстати, четыре субъекта США – Кентукки, Массачусетс, Вирджиния и Пенсильвания – официально до сих пор называются Содружествами, хотя это уже никак не отличает их от других штатов.

Значительная часть истории США представляет собой постоянный поиск баланса между правами федеральной власти, которую сами штаты и создали для кординации некоторых общих сфер (например, внешней политики или обороны), с одной стороны, и правами отдельных штатов, стремящихся к разумной, но максимальной независимости от федерального центра, с другой. Штаты не забывают, что именно они создали центральную власть, а не наоборот. В отличие от традиционных государств Америка создавалась снизу вверх. Долгое время тут не было того, что называется государством, и каждый городок, каждая ферма или полустанок жили по своим правилам и законам. Некоторые американские города были, по сути, созданы криминальными группами. Винчестер был шерифом, кольт – миротворцем. Лишь потом пришло осознание, что существующие правила и законы надо согласовать и на основе консенсуса и конкуренции сделать общими. Именно здесь лежат корни страстной любви американцев к индивидуальной свободе и сильнейшего скептицизма по отношению к любой власти, особенно центральной.

До сих пор законы конкретного штата, действия его чиновников и решения властей оказывают несравнимо большее влияние на жизнь простого американца, чем любые действия и решения президента страны. Губернатор – самый высокопоставленный чиновник, который избирается жителями штата напрямую, что дает ему независимость от любого хозяина Белого дома, против которого, кстати, данный штат мог проголосовать на президентских выборах. Напомню, что в США губернатора выбирают граждане, а президента страны – штаты. Система выборщиков представляет собой дань конфедеративному началу Америки: если бы ее не было, президента, по сути, избирали бы только четыре самых густонаселенных штата, что неприемлемо для американцев и, как это ни парадоксально, ослабило бы единство страны. Основа государственного устройства США – равенство штатов во всех важнейших вопросах и их сильная, почти конфедеративная независимость от федеральной власти.

Американцы любят закон, но не любят власть. Они ее, если угодно, терпят, поскольку она является механизмом соблюдения закона – но только до тех пор, пока она выполняет эту функцию. Закон в США выше власти и выше человека, но ниже общества, равно как и правительство – ниже общества. Американцы не особенно любят правительства – ни свое, ни чужие, относясь к ним с немалым подозрением и считая неизбежным злом. Они давно уверились, что «самое лучшее правительство – это то, которое правит меньше всего». Трудно найти другую страну, жители которой так иронизировали бы над своими политическими лидерами, постоянно ставя их на место, контролируя каждый шаг и даже унижая.

Традиция Америки – сильный контроль над государственными институтами со стороны гражданского общества и СМИ. Американцы – ярые противники политической монополии, да и монополии вообще: эта страна построена на постоянной конкуренции, на балансах, противовесах и сдержках не только в политике, но и во всех сферах общественной жизни. Естественно, эти механизмы срабатывают не всегда, но постоянный поиск компромисса и согласование интересов являются важнейшими чертами американского менталитета.

Американцы – сколько их?

Америка – большая страна. По величине территории она занимает третье место после России и Канады, чуть-чуть опережая Китай. Но до сих пор уровень рождаемости в США сравнительно высок по сравнению с другими индустриально развитыми странами, хотя и здесь этот показатель падает на протяжении уже более чем полувека. Так, в конце 1950-х гг. на одну американскую женщину приходилось в среднем 3,8 ребенка – сейчас люди этого поколения, так называемые бебибумеры, начинают выходить на пенсию, значительно увеличивая нагрузку на социальную систему страны. Но в 2011 г. показатель рождаемости упал до 2,06 ребенка, и почти все демографы полагают, что тенденция к уменьшению будет нарастать.

В последнее время воспроизводство населения Америки осуществляется в основном за счет иммигрантов, приезжающих из стран, где уровень рождаемости традиционно выше, чем в США. Однако американизация их жизни приводит к тому, что уже во втором поколении эти «новые американцы» по количеству детей приближаются к коренным американским семьям. Сейчас численность населения в США растет в среднем на 0,96 % в год – по этому показателю Америка занимает скромное 119-е место в мире, – при этом смертность детей в возрасте до года равна шести на тысячу родов. Это, как известно, важный показатель уровня развития системы здравоохранения, хотя здесь, конечно, надо иметь в виду, что в разных странах понятие «новорожденный ребенок» различно. В США, к примеру, таковыми принято считать детей, имеющих любые минимальные признаки жизни, независимо от сроков появления ребенка на свет.

Приведу еще немного скучной статистики, чтобы читателю была понятна демографическая ситуация, ибо существует немало спекуляций на эту тему. Так, на середину 2011 г. численность населения США составила 313 млн 232 тыс. человек – сегодня это третья по численности населения страна мира. При этом Америка – самая большая демократическая и индустриально развитая страна на планете и, если угодно, самая большая христианская страна в мире, хотя религиозная картина Америки весьма разнообразна: 51,3 % ее населения составляют протестанты, 23,9 % – католики, около 2 % – мормоны. Еще около 2 % американцев исповедуют иудаизм, меньше одного процента – буддизм. Чуть больше половины процента населения Америки – мусульмане. Это страна высокой религиозной толерантности.

Подавляющее большинство американцев – около 67 % – находится сегодня в самом трудоспособном возрасте, от 15 до 64 лет, чуть больше 20 % – в возрасте до 14 лет, и чуть больше 13 % американцев преодолело 65-летний рубеж. Нынешняя продолжительность жизни в Америке – приблизительно 76 лет для мужчин и 81 год для женщин. По этим показателям США занимают всего лишь 50-е место в мире. Причина, как считают здесь, – иммигранты из стран, где продолжительность жизни гораздо короче, приезжающие в США со своими вредными привычками, часто с испорченным здоровьем, с больными детьми и стариками. Но далеко не каждый американец решится произнести это вслух…

Если говорить об этнических группах, то в современных США они распределяются отнюдь не так, как об этом принято говорить в России, предрекая этническую революцию в США. Белые – около 80 % населения, афроамериканцы – около 12,9 %, азиаты – 4,4 % населения. Есть еще американские индейцы, народы Аляски, островитяне Тихого океана и т. д. Примерно 15 % населения США – латиноамериканцы, но они включаются статистикой в разные этнические категории. 82 % американцев считают своим языком английский, около 11 % – испанский, около 4 % – другие европейские языки за исключением английского, в том числе русский. Уровень грамотности в стране для людей старше 15 лет недотягивает до абсолютного и равен 99 %, как говорят, опять-таки за счет новых иммигрантов. Средний американец тратит 16 лет своей жизни на получение основного – школа и колледж – образования.

Самое пестрое общество мира

Общеизвестны крылатые слова писателя и драматурга Израэла Зангвилла о том, что Америка является «плавильным котлом». Менее известно, что этот котел переплавляет далеко не все. До сих пор в США хорошо заметны глубокие следы тех или иных этнических и национальных, культурных и языковых вливаний.

Вся история Америки отражает путь ее освоения. По ней шли то французские, то испанские, то немецкие, то голландские, то английские волны первопроходцев. Это нашло отражение в топонимике. Тут есть «французские» города и улицы – от многочисленных Парижей и бесконечных Версалей почти в каждом штате до многомиллионного Сент-Луиса в Миссури и площади перед Белым домом в Вашингтоне, названной в честь маркиза де Лафайета. Есть «немецкие» города – от разного размера Берлинов и Джермантаунов до не менее многочисленных Фридрихсбургов и Карлсбадов. Конечно, сильно распространены испанские названия – они есть даже в названиях штатов: Невада и Калифорния, Флорида и Нью-Мексико, Техас и Колорадо, не говоря уже про Пуэрто-Рико или Гуам. Крайне многочисленны голландские названия – от всем известного Гарлема до бессчетных Амстердамов и Бергеров (кстати, первое название Нью-Йорка было Новый Амстердам). Английские названия представлены в большом количестве – Лондоны и Фултоны, Бирмингемы, Брайтоны, Бристоли и Кембриджи. Есть в США Варшавы, Белграды, Вены, Праги, Стокгольмы, Мадриды, Венеции, Римы, Трои и Глазго. Есть – и не по одному – города и городки с названиями Москва, Санкт-Петербург, Одесса…

Освоение Нового Света шло волнами. Закладывались новые города, которые назывались близкими для первооткрывателей именами. Таким же образом получали названия улицы и пригороды, горы и реки, долины и ущелья. Потом приходила следующая волна эмигрантов, и кое-что переименовывалось. Иногда – неоднократно. Топонимика США – это история освоения и развития страны. В больших городах возникли Чайна-тауны, где живут китайцы. Там говорят по-китайски, а все дорожные и уличные указатели дублируются на этом языке. Появились «маленькие Италии», где селились итальянцы, – там обычно расположены хорошие рестораны. Есть и французские районы, особенно в городах на юге страны, таких как Новый Орлеан и другие, где и сейчас можно попробовать блюда классической французской кухни, познакомиться со старинными традициями и услышать язык, на котором в самой Франции уже очень давно никто не говорит. Есть знаменитый Брайтон-Бич в Нью-Йорке, ставший основным местом поселения русскоязычных эмигрантов в США и окруженный районами сравнительно компактного проживания других меньшинств, в основном из стран Латинской Америки и Восточной Европы. На Брайтон-Бич не только говорят по-русски, но и названия магазинов и ресторанов, офисов докторов и адвокатов тоже пишут на русском.

Если на этническую картину Америки наложить религиозную и социально-политическую, то пестрота американского общества будет еще более поразительной. Приведу несколько заметных примеров. Первый – мормоны, которые являются последователями сугубо американской религии. В США их живет 5,5 млн, во всем мире еще примерно 3 млн. Главная книга – «Книга Мормона», опубликованная в 1830 г. как дополнение к Библии и даже как бы «исправляющая» ее. Книга продиктована Джозефом Смитом-младшим, утверждавшим, что он перевел писания на золотых пластинах, которые нашел по указаниям ангела. Более радикальная ветвь мормонов-фундаменталистов практикует полигамию, поэтому периодически входит в конфликт с законом. «Столица» мормонов – штат Юта.

Другой пример – амиши, крайне консервативное христианское направление, живущее строго по Библии. Большинство – около четверти миллиона – проживает в штатах Огайо, Пеньсильвания, Нью-Йорк и Индиана. Амиши известны простым стилем жизни и отказом от многих достижений современного технического прогресса. Они не признают автомобилей, а до сих пор ездят на лошадях. Не смотрят телевизор, игнорируют радио, Интернет. Значительная часть из них не курит и не употребляет спиртные напитки.

Амиши являются закрытым сообществом, где заключается немало близкородственных браков и высок уровень наследственных заболеваний. Однако большинство амишей видят в этом волю божию и во многих случаях отвергают генетику. С другой стороны, уровень заболевания раком среди амишей гораздо ниже, чем в среднем по стране. Часто это связывают с их здоровым образом жизни, с тем, что амиши не пользуются электричеством в доме и носят длинную темную одежду, которая защищает их от солнечных лучей во время работы на свежем воздухе, а кроме того, всюду носят головные уборы. В домашней среде амиши в основном разговаривают на пенсильванском диалекте немецкого языка, а дети учат английский в школе. Стать амишем, если ты не родился в их общине, крайне трудно: необходимо пройти длительный период испытаний и жизни среди них. Продукты питания, которые выращивают и производят амиши, высоко ценятся в магазинах и на фермерских рынках Америки.

К этому можно добавить сайентологию – религиозно-философское учение, которое создал Рон Хаббард, американский писатель-фантаст. Целью сайентологии, по его словам, является улучшение человеческих способностей и духовное совершенствование. Точное число последователей этого учения неизвестно, речь идет о десятках тысяч людей в США. Главное таинство сайентологической церкви – процедура, напоминающая традиционную исповедь, но с использованием Е-метра – приборчика, который якобы способен регистрировать изменения электрического сопротивления человеческого тела при воздействии постоянным током и помогает консультанту лучше понять «исповедующегося». Последователи движения поднимаются по уровням, и только достигнув определенного уровня, получают доступ к особо засекреченным материалам, написанным Хаббардом. Одно из условий поднятия на новые уровни – денежные взносы, из-за чего это движение не раз обвинялось в том, что является коммерческой сектой. Среди последователей сайентологии немало знаменитостей, в том числе Нэнси Картрайт – одна из главных актрис, озвучивающих сериал «Симпсоны», актеры Том Круз, Кэти Холмс и Джон Траволта.

Наконец, нельзя не упомянуть масонов. По некоторым данным, тринадцать из тридцати девяти представителей, подписавших американскую конституцию, были масонами, включая Джорджа Вашингтона и Бенджамина Франклина. Но доказать принадлежность многих отцов-основателей США к масонам никто до сих пор не смог. Считается, что пятнадцать президентов США были членами масонских организаций, среди них – Эндрю Джексон, Теодор Рузвельт и Уильям Тафт, Франклин Рузвельт и Гарри Трумэн. Последними президентами-масонами были Линдон Джонсон и Генри Форд.

Масонство стало особенно популярно в Америке в 1820-е гг., в первую очередь среди истеблишмента. Численность масонов в Америке достигла в 1822 г. 80 тыс. Естественно, тут же возникло антимасонское движение, лидер которого даже баллотировался в президенты в 1832 г. и набрал 8 % голосов. После этого популярность масонства стала ослабевать, начали создаваться женские ордена. Сегодня в Америке насчитывается 1,4 млн масонов, хотя еще полвека назад их было 4 млн. Главная проблема, по их собственному признанию, – отсутствие притока молодежи в это движение, которое все больше и больше напоминает организацию пожилых американцев, заметных на разного рода парадах и фестивалях своими специфическими головными уборами.

До сих пор в Америке, как и в других странах, масонство связывают с теориями заговора, мировым правительством, иллюминатами и т. д. Пищу для дискуссий добавляет то, что официальная печать США содержит ряд символов, которые встречаются в древних культурах и религиях, но активно используются масонами – «всевидящее око», пирамида, тринадцать стрел, тринадцать ступеней пирамиды и т. д. Нынешняя печать США стала официальной в 1782 г., а с 1930 г. ее можно видеть на купюре в один доллар.

Европейцы Америки

В США есть немецкая Америка, французская Америка, китайская Америка, русская, польская, еврейская Америка и т. п. Самая большая, безусловно, немецкая Америка. Потомки переселенцев из Германии составляют не менее 17 % населения всех США. Особенно много их в Техасе, Калифорнии и Пенсильвании, хотя есть штаты – например Огайо, Небраска, обе Дакоты, Миннесота, Висконсин, Айова, – где наследники германцев составляют более трети населения штата. Немецкая Америка породила не только президента Дуайта Эйзенхауэра, но и генералов Джона Першинга и Нормана Шварцкопфа, а также множество предпринимателей и изобретателей, включая семейство Рокфеллеров, пивных магнатов Анхойзеров и Бушей, Дональда Трампа, Уильяма Боинга, Уолтера Крайслера и Джорджа Вестингауза. Только в конце XIX в. из Российской империи в Америку переселилось более 100 тыс. поволжских немцев. Одно время немецкий язык получил здесь такое распространение, что Америка могла бы стать немецкоязычной, а не англоязычной страной – тогда мировая история, вероятнее всего, развивалась бы совсем другим путем.

Менее чем за два последних века в США переселилось около 6 млн итальянцев, причем 80 % из них были выходцами из южных регионов Италии, в первую очередь с Сицилии. Итальянцы оказали на Америку колоссальное влияние, которое не ограничилось популярностью итальянских ресторанов. Сегодня почти 18 млн американцев (6 % населения страны) имеют итальянские корни и считают себя наследниками итальянских переселенцев. Рудольф Джулиани, Винс Ломбарди и Мадонна, Леди Гага, Фрэнк Синатра и Джо Ди Маджо, Дин Мартин и Тони Беннетт, Сьюзан Сарандон, Николас Кейдж и Дэнни Де Вито, Джон Траволта, Аль Пачино и Лайза Миннелли, Фрэнсис Форд Коппола и Мариса Томей. Можно вспомнить знаменитую итальянскую мафию в США, с которой россияне знакомы по «Крестному отцу» и «Семье Сопрано». Сегодня в Верховном суде США заседают два итальянца. Выходцы из Италии укрепили большую группу приверженцев римско-католической церкви в США, что отчасти дало возможность Джону Кеннеди стать президентом, хотя сам он относился к потомкам ирландских переселенцев. Кеннеди до сих пор так и остается единственным в истории страны президентом-католиком.

Ирландскую составляющую сегодняшней американской жизни трудно не заметить любому, кто пробыл в США даже совсем недолго. Ирландские бары, названия, музыка и элементы быта глубоко вошли в американский обиход. Почти 12 % населения страны записывают себя при переписи в наследники ирландских переселенцев. Семь человек из тех, что подписали Декларацию независимости США, были ирландцами. Той же крови были и двадцать два американских президента – от Эндрю Джексона до Барака Обамы, в родословной которого с материнской стороны есть ирландские предки, а кроме них отец и сын Буши, Билл Клинтон, Рональд Рейган, Ричард Никсон, Джимми Картер, Гарри Трумэн… Кстати, американец ирландского происхождения землевладелец Чарльз Линч в конце XVIII в. вошел в историю как «крестный отец» нетрадиционной казни, которая до сих пор называется линчеванием. Из трехсот тридцати двух языков, на которых, согласно опросам, говорят жители США, ирландский занимает сегодня шестьдесят шестое место лишь потому, что многие носители языка адаптировались к американскому английскому. Ирландцы также влились в ряды католиков, хотя небольшая их часть вместе с шотландскими переселенцами из Великобритании стали протестантами.

Около 10 млн американцев, то есть более 3 % населения страны, – польского происхождения. Хотя первые поляки прибыли в США еще в начале XVII в., основное количество переселенцев бежало сюда в конце XIX – начале XX в. из Российской империи, а также от австрийской и германской оккупаций. Среди них было немало евреев и украинцев. В результате «польские американцы» стали самой большой группой эмигрантов-славян из Восточной Европы. В 2000 г. около 700 тыс. человек в США назвали именно польский, а не английский своим родным языком. Тадеуш Костюшко и Казимир Пулацкий стали героями Америки в годы борьбы за независимость, им обоим в Вашингтоне воздвигнуты статуи. Генерал Пулацкий вообще вошел в историю страны как «отец американской кавалерии». Поляки США – католики и играют большую роль в местных религиозных движениях, а в Чикаго даже есть Польский музей Америки.

Из известных представителей польского народа каждый образованный американец знает Збигнева Бжезинского, который был советником по национальной безопасности в 1977–1981 гг. у президента Джимми Картера, посла в России Александра Вершбоу, мэра Нью-Йорка Майкла Блумберге, Лайзу Кудроу из сериала «Друзья», актеров Пола Ньюмана, Натали Портман, Уильяма Шетнера, художника Макса Вебера, кинопродюсеров Самуэля Голдвина и братьев Уорнер, режиссера Стенли Кубрика, певца Эминема. Однако именно поляки почему-то стали в Америке персонажами анекдотов про глупых, недалеких и малообразованных людей. Они, по сути, являются американским аналогом чукчей из российских анекдотов. Если американцу рассказать любой анекдот про чукчу, – заменив, конечно, слово «чукча» на слово «эскимос», – он не поймет, в чем тут соль. Если слово «чукча» заменить словом «поляк», то американец будет смеяться так же, как россиянин над анекдотом про чукчу. Почему так сложилось в Америке, я не сумел узнать. Основная версия, рассказанная мне, заключается в том, что в свое время в Америку эмигрировало много малообразованных и наивных польских крестьян, которые и стали символизировать своего рода местных «чукчей». Не знаю насчет образованности, но, как мне казалось, наивными поляков никто никогда не считал, кроме разве что Ивана Сусанина.

Невзирая на внешнюю неприязнь, которую нередко демонстрируют французы по отношению к американцам, реальность Америки такова, что около 12 млн жителей страны считают себя французами, а почти 2 млн говорят у себя дома по-французски. В Луизиане около полумиллиона говорят на креольском языке, в основе которого лежит упрощенный вариант французского. Немало людей переехало в США из французской части Канады.

Французское меньшинство в США менее заметно, потому что многие из его представителей отождествляют себя с креольской и кажунской (в Луизиане) этническими группами, а не с собственно Францией. Число франко-американцев резко увеличилось после покупки Америкой у Франции Луизианы в 1803 г. (не путать с нынешним американским штатом Луизиана). Благодаря этой покупке Америка приобрела полностью или частично пятнадцать своих нынешних штатов и две канадские провинции. Сегодня Нью-Гэмпшир является единственным штатом, где люди с французскими корнями составляют более четверти населения, а наибольшее их число живет в Калифорнии, Луизиане и Массачусетсе. Большинство франко-американцев – католики.

Во время освоения американской территории французский язык был распространен не менее английского и немецкого, а во многих местах являлся главным языком первопроходцев. Всякий, кто путешествовал по США, знает, что страна покрыта французскими названиями – штаты Арканзас, Луизиана и Делавэр, Мэн и Иллинойс, Орегон и Висконсин… Французские корни есть у Уоррена Баффета, Луиса Шевроле, Кинга Жиллетта, семьи Дюпон, Джессики Альбы, братьев Болдуин, Люсиль Болл, Хамфри Богарта, Джима Керри, актерской семьи Дюваль, Мэтта Леблана из «Друзей», Патрика Суэйзи… Французская кровь текла и течет в жилах Хиллари Клинтон и Ала Гора, президентов Франклина Рузвельта и Уильяма Тафта, писателя Джека Керуака и др.

Одними из первых на территорию нынешних США стали переселяться выходцы из Испании. Их присутствие зафиксировано с 1565 г. Однако большинство испаноязычных переселенцев в США пришло из Латинской Америки, особенно Мексики и Пуэрто-Рико. Сегодня это самая большая этническая группа в США среди говорящих на романских языках. Считается, что их более 24 млн человек. Испанский язык был первым, на котором говорили переселенцы из Европы, однако потом верх стал брать английский язык. Сегодня испанский является вторым главным языком США, уступая по распространенности английскому, но опережая любые другие языки, на которых говорят жители страны.

Говорить о влиянии испанской культуры на американскую не приходится. Испанская (и латиноамериканская) кухня, традиции, праздники, обычаи и быт, без преувеличений, стали одной из основ американской жизни. То, что американцы долгое время ассоциировались с ковбоями, начало которым положила средневековая Испания, говорит само за себя. Наибольшее количество представителей латиноамериканского меньшинства живет в штатах Калифорния, Нью-Йорк, Техас и Флорида, однако испаноязычные названия плотно покрывают карту страны. Это, например, Аризона, Колорадо, Флорида, Монтана, Невада, тысячи и тысячи названий городков и населенных пунктов, рек и возвышенностей, заповедников и горных массивов. Что касается списка американцев с испанскими корнями, которые вошли в историю и культуру США, то он очень велик. Это и актеры от Сальмы Хайек и Кэмерон Диас до Мартина и Чарли Шинов, и музыканты от Хулио Иглесиаса и Курта Кобейна до Джерри Гарсии и Глории Эстефан, политики и писатели, религиозные деятели и спортсмены.

Еще одной этнической группой, появившейся на территории Америки в числе первых, были голландцы. В истории зафиксирована дата основания первого голландского поселения в Новом Свете – 1613 г. Сегодня около 6 млн американцев считают себя потомками голландских переселенцев. Большинство живет в Мичигане, Монтане, Огайо, Калифорнии и Миннесоте.

Конечно, я не ставил себе целью описывать в этой книге историю освоения Америки голландцами и отношений нового государства с Нидерландами, однако замечу, что именно голландцы впервые начали праздновать независимость США в 1776 г. и научили остальных американцев отдавать честь своему государственному флагу. История покупки в 1626 г. полуострова Манхэттен за 24 доллара описана много раз, но районы Нью-Йорка до сих пор сохраняют свои голландские названия. Из этого же языка в американский английский перешло немало слов, в том числе слово «янки». Некоторые американские филологи убедительно доказывают, что именно из старого нидерландского языка пришли в английский определенный артикль the, а также многие необходимые слова – «дом», «улица», «книга», «ручка» и т. д. Большую роль играет голландское сообщество в жизни реформаторской церкви Америки и ряда других религиозных объединений.

Голландские корни имелись у трех американских президентов, а один из них – Мартин ван Бюрен, восьмой президент США, – был настоящим голландцем. Он, кстати, оказался единственным президентом страны, для которого английский язык был вторым, то есть неродным языком. До этого ван Бюрен успел побывать еще и восьмым вице-президентом и десятым государственным секретарем США. В историю США вошли многие «голландские американцы», например, Виллем де Куунинг, Герман Мелвилл, Уолт Уитмен, семья Вандербильдов, Кристина Агилера, Марлон Брандо, Клинт Иствуд, Генри и Джейн Фонда, Джек Николсон, Брюс Спрингстин, Дик ван Дайк, директор ЦРУ генерал Дэвид Петрэус, Томас Эдисон, Уолтер Кронкайт, Андерсон Купер и многие другие. Почему-то в Америке популярна традиция делать именно голландцев героями многих фильмов – таким образом, в результате они присутствуют и в «Титанике», и в «Симпсонах».

Азиаты Америки

Безусловно, в США есть много жителей азиатского происхождения. Самую большую группу составляют китайцы, хотя их далеко не так много, как почему-то принято считать в России. Китайская диаспора США – это примерно 4 млн человек, то есть меньше полутора процентов от всего населения. Наибольшее их число живет в Нью-Йорке, Лос-Анджелесе и Сан-Франциско. В перечень самых заметных в Америке китайских феноменов можно смело включать китайскую кухню, которая стала одной из самых любимых американцами, – хотя, конечно, они ее сильно американизировали. Популярностью в США пользуются китайские татуировки, элементы китайской культуры и искусства. Американцы относятся к китайской диаспоре с большим уважением, но считают, что ее влияние в целом носит негативный характер, ибо меняет природу традиционного американского общества. При этом американцы ценят в китайцах преданность семье, стремление к получению образования и этические стандарты при ведении бизнеса.

Американцы китайского происхождения давно уже добились заметного положения в стране. Среди них есть несколько членов правительства США, министров и заместителей министров, в том числе в силовых и ключевых для экономики страны министерствах, немало губернаторов, мэров городов, сенаторов и членов Палаты представителей США и большинства штатов страны. Среди них много ученых и профессоров самых престижных в мире университетов, немало нобелевских лауреатов, включая нынешнего министра энергетики США Стивена Чу. Среди американцев китайского происхождения закономерно много бизнесменов, стоящих во главе очень крупных американских компаний, все в мире знают Брюса Ли, а вилончелист Йо-Йо Ма является национальным достоянием Соединенных Штатов. Среди китайских американцев много моделей и дизайнеров, знаменитых журналистов и спортсменов. Вместе с еврейской, корейской, филиппинской, индийской, японской и вьетнамской диаспорами китайская диаспора США является одной из самых успешных в Америке по сравнению с представителями других этнических групп.

Несмотря на то что численность корейской, вьетнамской, филиппинской и японской групп заметно уступает китайской, представители этих народов также сумели многого достичь в США, обеспечить свое влияние и закрепить за собой высокое место в американском обществе. Интересно, кстати, что половину всех эмигрантов на Аляске составляют выходцы из Филиппин.

Выходцы из Индии уже давно зарекомендовали себя как блестящие ученые, врачи и программисты. Индийская диаспора – одна из самых хорошо зарабатывающих в США. Она занимает второе место после еврейского сообщества по количеству семей со средним доходом свыше 100 тыс. долларов в год – 47 % против 20 % семей в целом по стране. Среди выходцев из Индии есть несколько нобелевских лауреатов, профессоров и президентов университетов, большое количество ведущих менеджеров крупнейших корпораций Америки, писателей. Несколько выходцев из Индии стали губернаторами штатов и сенаторами США. Астронавт Калпана Чавла погибла во время аварии космического шаттла «Колумбия» в 2003 г., а певица Нора Джонс получила девять премий «Грэмми» и стала одной из самых коммерчески успешных исполнителей Америки. Благодаря индийскому влиянию в США исключительную популярность получила йога и целый ряд других духовно-физических учений.

В свое время американское правительство было вынуждено пойти на такой интересный шаг, как разъединить во избежание путаницы две этнические группы: одна – американские индейцы, другая – выходцы из Индии. Дело в том, что в английском языке обе группы обозначались одним словом. Теперь в американском английском первая группа называется «американскими индейцами», вторая – «азиатскими индейцами». Конечно, в русском языке подобная путаница исключена, поскольку каждая из этих групп имеет собственное слово в качестве названия – «индейцы» и «индийцы», – однако в США пришлось применить такое незамысловатое языковое изобретение.

Евреи Америки

Еврейское сообщество США является, безусловно, одним из самых влиятельных во всех сферах жизни страны. На этой группе я остановлюсь подробнее, так как в России популярны разговоры о роли евреев в США. Важно заметить, что американцы под евреями понимают в первую очередь приверженцев иудаистской религии, а не людей еврейской национальности. Хотя, безусловно, понимание национальной принадлежности в Америке тоже есть, а тем более – понимание того, что этнические евреи есть во всем мире. И все же в основном американские евреи в глазах простого американца – это просто последователи иудаизма. Большинство представителей этой группы в США – ашкенази, то есть иммигранты из Центральной и Восточной Европы и их потомки. Все еврейское религиозное сообщество в Америке составляет около 2 % населения страны, то есть более 5 млн человек. Если к ним прибавить тех, кто этнически идентифицирует себя как еврей, но не обязательно является приверженцем иудаизма, получим свыше 6,5 млн человек – больше, чем население Израиля.

Не стану углубляться в историю еврейской эмиграции в США – это большая тема, на которую написано много серьезных исследований. Первые переселенцы появились в Америке в конце XVII в. из Испании и Португалии. В конце XIX в. в Америке проживало примерно четверть миллиона евреев, но с конца XIX в. по 1924 г. в США иммигрировало более 2 млн евреев, спасающихся от антисемитской политики России и стран Восточной Европы. Их могло быть и больше, но в 1920-е гг. США стали сильно ограничивать число возможных иммигрантов. В 1921 г. был принят закон, который ограничивал количество иммигрантов из определенных стран двумя процентами от числа жителей этой страны, уже проживающих в США, и полностью запрещал иммиграцию из стран Восточной Азии и Индии.

Причины, по которым конгресс поддержал такой закон, были разными. Одни его члены выступали против ввоза дешевой рабочей силы, другие полагали, что вновь прибывшие размывают основы американской культуры и быта, третьи были уверены, что в Америку едут самые необразованные и больные, старые и нетрудоспособные люди, а это ложится тяжким бременем на социальную систему страны. Закон действовал до 1965 г., когда был принят новый закон, отменяющий квоту, основанную на национальной принадлежности, но вводящий качественные критерии при решении вопросов об иммигрантах – образование, родственные связи с гражданами США, семейную ситуацию, рабочую профессию и т. д. Был поставлен ограничитель в 170 тыс. виз в год, куда не входили родственники граждан США и те иностранцы, в которых нуждалась экономика страны.

С небольшими изменениями и добавлениями этот закон действует до сих пор, хотя в стране идут очень жаркие дебаты, касающие иммиграции. Как бы там ни было, в результате закона 1956 г. национальный состав иммиграции в США резко изменился, основной поток пошел из Азии. Между 1965 и 1970 гг. число иммигрантов выросло вдвое. В период между 1970 и 1990 гг. это число опять удвоилось, стала расти иммиграция из Центральной и Южной Африки. Некоторые эксперты считают, например, что победа Барака Обамы на выборах 2008 г. является в значительной степени результатом сокращения среди избирателей США белого населения, а этнически Америка становится такой, какой она никогда не была на протяжении предыдущих 300 лет, – со всеми вытекающими последствиями для будущего страны.

В отличие от многих других групп иммигрантов еврейская диаспора всегда занимала либеральные позиции и была близка к демократической партии. На всех президентских выборах она поддерживала кандидата в президенты от демократов. Максимальной поддержкой евреев Америки пользовался Франклин Рузвельт в 1940 и 1944 гг. – 90 % евреев голосовали за него. Минимальной – Джимми Картер в 1980 г., когда он проиграл свои перевыборы на второй срок, – 45 %. К слову, в 2008 г. Барак Обама получил поддержку 78 % избирателей из еврейского сообщества. Есть даже такая шутка: евреи зарабатывают как богатые, а голосуют – как бедные. Еврейская диаспора поддерживает многие либеральные идеи – например, право представителей сексуальных меньшинств создавать семьи, – а также выступала против войны в Ираке.

Жители США – иммигранты и потомки иммигрантов, поэтому они уверены, что именно иммигранты сделали Америку тем, чем она является – самой мощной в экономическом и военном плане страной с самой передовой технологией и индустрией развлечений. Иммигранты в полной мере воспользовались той гениальной политической системой, которую заложили отцы-основатели Америки, и извлекли из нее максимальную пользу для себя. В этом, собственно, и состоит сила американской системы. Еврейская иммиграция в США только подтверждает эти выводы. Американские евреи в среднем более образованны и лучше зарабатывают, чем средний американец. Почти половина еврейских семей имеет доход свыше 100 тыс. долларов в год, в то время как среди всех американцев число таких семей составляет около 20 %. Почти 60 % американских евреев получили как минимум университетское образование, в то время как в среднем по стране этот показатель равен приблизительно 30 %. Однако евреям в Америке до сих пор приходится сталкиваться с элементами антисемитизма.

До определенного времени антисемитизм был развит в США очень сильно. Так, до 1950-х гг. здесь существовала система квот в колледжах и университетах, которая ограничивала число студентов-евреев. До 1945 г. лишь небольшому числу евреев разрешалось преподавать в известных университетах страны. Так, Милтон Фридман в 1941 г. ушел из университета штата Висконсин в Мэдисоне из-за сильнейшего антисемитизма. Только в 1943 г. в Гарварде появился первый профессор-еврей, причем школа экономики этого университета не взяла на работу Пола Самуэльсона из-за иудейского вероисповедания.

Сегодня, конечно, ситуация изменилась радикальным образом. Процент студентов-евреев в лучших университетах США значительно превышает их процент в населении страны. К примеру, в частных университетах страны, таких как университет Нью-Йорка, университет им. Джорджа Вашингтона, университет Эмори, университет Пенсильвании, Гарвард и Колумбийский университет, количество студентов-евреев приблизительно равно 30 % от общего числа студентов. В университете Брандейса евреев свыше половины. В публичных университетах Алабамы и Мэриленда их численность также составляет около 30 %.

Это все делает еврейскую диаспору весьма влиятельной в Америке. В сенате США сегодня четырнадцать сенаторов-евреев, семеро были назначены судьями Верховного суда. Про выдающуюся роль американских евреев в экономике страны говорить не приходится, упомяну лишь, что нынешний глава Федеральной резервной системы Бен Бернанке, как и его предшественник Алан Гринспен, входят в их число. Около 8 % мест членов советов директоров в американских компаниях занимают евреи. Их роль в развитии науки и технологии страны трудно переоценить: 37 % нобелевских лауреатов в США – американские евреи. Можно вспомнить Сергея Брина и Ларри Пейджа – основателей Google, Марка Цукерберга, создавшего Facebook, Майкла Делла, построившего корпорацию под своим именем, Лоренса Элисона, основателя компании Oracle, и Бенджамина Розена, отца корпорации Compaq. Американские евреи сыграли огромную роль в становлении американской литературы и превращении страны в мировой центр индустрии развлечений, телевидения и кинематографа – тут лишь короткое перечисление фамилий займет целую книгу.

Чтобы закончить тему, добавлю, что примерно 8–10 % американских евреев являются потомками межрасовых браков или усыновленными детьми либо перешли в иудаизм из других религий. Большинство из этой категории – афроамериканцы. В США есть и африканские евреи, то есть потомки еврейских переселенцев из Африки. Кроме того, как и среди белых евреев, среди афроамериканцев встречаются люди, которые являются атеистами, но считают себя евреями по этническим показателям.

Небольшие, но влиятельные диаспоры

Примерно полтора-два процента населения США, то есть 3–4 млн человек, составляют американские арабы. Эта группа крайне разнообразна по своим историческим, культурным и религиозным корням. В отличие от своих сородичей в странах Ближнего Востока, американские арабы в основом христиане (64 %), мусульман среди них лишь около четверти. Объединяют американских арабов, как правило, язык и некоторые общие политические и социокультурные традиции. Самая большая арабская диаспора США проживает в Детройте, штат Мичиган. За ним следуют Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Чикаго и Вашингтон. На выборах арабы склонны голосовать за демократов, лишь каждый четвертый в этой группе поддерживает республиканцев. Представителей арабской диаспоры много среди американских бизнесменов и политиков, некоторые из них побеждали на выборах губернаторов, становились сенаторами и членами палат конгрессов, министрами американского правительства. В 2010 г. титул «мисс Америка» получила Рима Факих, родившаяся в Ливане и в возрасте восьми лет переехавшая с родителями в США.

В США есть еще немало этнических групп, но все они по своим размерам отстают от вышеперечисленных. К примеру, одних латиноамериканцев здесь более 50 млн, однако они являются выходцами из разных стран. В США проживает около полумиллиона армян и людей, считающих себя армянами частично. Хотя первые армяне появились в Америке сравнительно рано, во второй половине XIX в. в стране проживало лишь шестьдесят девять армян. В конце XIX в. их число стало быстро расти – особенно после кровавых событий 1894–1896 гг. и массовых убийств и депортации армян турками в Османской империи в 1915–1923 гг. Сегодня те события признаны геноцидом более чем в двадцати странах, включая Россию, и в сорока трех штатах США, таким же образом их охарактеризовали Барак Обама и комитет по внешним делам палаты представителей конгресса США. Однако конгресс США отказывается поддержать соответствующую резолюцию, опасаясь, как считается, испортить союзнические отношения с Турцией. Особенно сильны стали позиции Турции в период войны в Ираке, поскольку американские вооруженные силы нуждались в турецкой территории и воздушном пространстве. Самые крупные организации американских армян активно лоббируют принятие резолюции конгрессом, но пока безуспешно.

Большая волна иммиграции армян пришлась на период Первой мировой войны. Вообще, история армянской диапоры в США – долгая, непростая и противоречивая. Иммигранты по-разному относились к тому, что происходило у них на родине, в частности к созданию СССР. Был момент, когда небольшая часть армян США поддержала нацистское движение в Германии. Но в целом армянская диаспора – тоже пример успешного развития в США. У американских армян один из самых высоких из этнических сообществ в стране уровень образования – 88 % закончили старшую школу, 70 % имеют образование на уровне колледжа. Большинство американских армян проживают в Калифорнии. В Лос-Анджелесе есть район Глендейл, где армяне составляют четверть населения. Принято считать, что армянская диаспора является одной из самых влиятельных в Америке, хотя мне, например, не совсем понятно, на чем основывается это мнение.

Отдельно стоит упомянуть полуторамиллионную кубинскую диаспору США, которая в основном группируется во Флориде, то есть в непосредственной близости от своей родины. Это приблизительно 3–4 % от латиноамериканского населения США. По численности кубинцы уступают мексиканцам, которых в США более 32 млн человек, пуэрториканцам и сальвадорцам. Во Флориде американских кубинцев около 900 тыс. человек. Второе место занимает город Нью-Йорк, где их около 150 тыс.

Иммиграция с Кубы в Америку существовала всегда. Обычно она носила экономический характер, но после 1959 г., когда на Кубе к власти пришел Фидель Кастро и начал политику сближения с Советским Союзом, экономическая иммиграция сменилась политической. В первые годы в США прибыло немало кубинских детей, чьи родители опасались, что они будут отправлены в СССР на учебу. В результате массовой иммиграции американские власти создали специальные программы помощи кубинцам в США, включая бесплатную медицинскую страховку и курсы английского языка, льготы в получении денег на образование и налоговые послабления.

Более 100 тыс. человек сбежали в США в 1980-х гг. на плотах и лодках. Кубинское правительство посадило вместе с ними на плоты более 20 тыс. уголовников и пациентов психиатрических клиник, стремясь изменить американское законодательство в отношении кубинских иммигрантов, которые имели право на немедленное получение вида на жительство в США. После долгих переговоров многие из них были возвращены на родину, а США действительно изменили законодательство в отношении кубинцев. Однако оно и по сей день остается более либеральным по сравнению с правилами иммиграции из других стран Латинской Америки. Кроме того, кубинцы имеют право на получение 20 тыс. иммиграционных виз в год, что недоступно их соседям.

Традиционно кубинцы в США голосуют за республиканцев, хотя Барак Обама стал первым президентом страны, получившим более 40 % их голосов. В основу таких политических предпочтений кубинской диаспоры легли последствия неудачного вторжения на Кубу сил кубинской иммиграции в апреле 1961 г. Многие кубинцы видят причину неудачи в том, что Джон Кеннеди не оказал им достаточной поддержки. Тем не менее кубинская диаспора является одной из самых влиятельных в США, особенно в некоторых штатах типа Нью-Джерси и Флориды. Полагают, что их влияние в США столь велико, что отстает от влияния лишь еврейского лобби. Однако если принимать в расчет соотношение численности американцев кубинского происхождения и американских евреев, то кубинская диаспора, безусловно, имеет самое мощное влияние на внешнюю политику Америки.

Кубинцы заседают в сенате и палате представителей конгресса страны, они есть в правительстве США, в том числе во главе министерств и ведомств. Американские кубинцы в массе своей образованны лучше, чем другие иммигранты из Латинской Америки, но этот их показатель ниже, чем в среднем у американцев. Эта диаспора почти полностью является католической и дала огромное количество известных спортсменов, моделей и бизнесменов самого высокого уровня – от глав корпораций Coca-Cola и McDonald’s до руководителей компаний Dow Jones и Movado. И, конечно, среди них немало знаменитостей из мира развлечений – актеры Энди Гарсия и вся семья Арназ, Кэмерон Диас и многие другие.

Русские в США

Конечно, необходимо особо сказать про «русскую Америку», особенно если учесть, что она постепенно начинает играть все большую роль в жизни страны. Никто точно не знает, сколько русских живет здесь, тем более что всех выходцев из бывшего СССР в США традиционно называют русскими, однако известно, что по большей части они склонны концентрироваться в нескольких больших городах. На первом месте с большим отрывом, конечно, находится Нью-Йорк. Говорят, что там живет почти миллион выходцев из бывшего СССР, в результате русский язык вольно или невольно стал одним из рабочих языков этого огромного города. Потом идут Лос-Анджелес, Чикаго, Бостон, Филадельфия, Майами, где проживают сотни и сотни тысяч русскоязычных американцев. Нас много в Сан-Франциско, Окленде, Сан-Хосе, Балтиморе и пригородах Вашингтона, хотя в самой столице США проживает очень небольшое количество русских. Конечно, русские есть и в других городах, но там речь идет всего лишь о тысячах, в лучшем случае десятках тысяч человек.

История русского освоения Америки и русской диаспоры в США длинная, интересная и началась еще в начале XVIII в. на Аляске, в русских поселениях в Калифорнии и на Гавайях, хотя некоторые исследователи полагают, что отсчет надо вести с экспедиций Семена Дежнева, Витуса Беринга и Алексея Чирикова. Люди Чирикова считаются первыми европейцами, ступившими на землю Северной Америки. Нельзя не вспомнить и почти столетнюю историю Российско-Американской компании, основанной в 1799 г. и ликвидированной лишь в 1867 г., после продажи Аляски Соединенным Штатам за 7,2 млн долларов. Российско-Американская компания – к слову, первая акционерная компания в России, – была создана по указанию министра коммерции Николая Румянцева, в честь которого в Калифорнии даже назвали городок.

В пик российского освоения Аляски там жило около 700 русских и более 40 тыс. алеутов. Некоторые русские после продажи Аляски вернулись в Россию, но другие, как и алеуты, предпочли американское гражданство и переселились в Калифорнию и на северо-запад США. Продажа Аляски закончила русский период освоения американского континента. Но имена Григория Шелихова, Ивана Голикова, Николая Резанова, Александра Баранова и многих других вошли в историю освоения Америки, а некоторые – и в историю США.

В конце XIX в. началась массовая эмиграция из России в Америку. Если с 1820 по 1870 г. только около 8 тыс. русских переехали в США, то в 1891–1900 гг. их было уже 600 тыс., в 1901–1910 гг. – 1,6 млн, с 1911 по 1917 г. эмигрировали еще около миллиона человек. В число иммигрантов того времени входило немало евреев, бежавших от погромов, молокан и староверов, искавших в США свободы вероисповедания. В то время в США переехали, в частности, Ирвинг (Исидор) Берлин, ставший самым великим композитором-песенником за всю историю Америки, и выдающийся винодел Андрей Челищев, который заложил основы винодельческого производства в Калифорнии.

Вторая волна эмиграции из России была вызвана революцией 1917 г. и Гражданской войной. Тогда Америка стала второй после Франции целью бегства бывших российских подданных. В числе новых иммигрантов в Америку попали люди, оказавшие огромное воздействие на ее развитие: изобретатель вертолета и аэросаней Игорь Сикорский, «отец» телевидения Владимир Зворыкин, изобретатель лампы накаливания Александр Лодыгин, создатель крупнешей технологической компании Амpex Александр Понятов. Я уж не говорю про Игоря Стравинского, Владимира Набокова, Сергея Рахманинова и многих других…

В советское время, естественно, переселенцев в США стало гораздо меньше. Многие из них, тем не менее, вошли в мировую историю – Михаил Барышников и Александр Солженицын, Максим Шостакович и Светлана Аллилуева. В периоды потепления режима в СССР число иммигрантов росло – так, в 1970-е гг. в США переехало около 250 тыс. человек Среди них была и семья основателя Google Сергея Брина. Утечка мозгов из России получила новый толчок после распада СССР. Только в 1992 г. в США переехало на постоянное место проживания более 60 тыс. россиян. Впервые появились нелегальные иммигранты из России.

Сегодня русскими эмигрантами в Америке создано несколько больших организаций, включая Ассоциацию медицинских докторов и Союз профессиональных работников. Считается, что до 30 % продукции компании Microsoft создано русскоязычными американцами. Многие американские знаменитости имеют русские корни, иногда среди них появляются неожиданные имена. Например, русская кровь течет в Памеле Андерсон и Леонардо Ди Каприо, актерских семьях Дугласов и Дауни, Харрисоне Форде и Джоне Бон Джови, Шоне Пенне и Натали Портман, Дэвиде Копперфильде и Айзеке Азимове.

В английский язык навсегда вошли некоторые русские слова, например такие, как «русская рулетка» и «бабушка», причем последнее обозначает скорее не старушку, а старушечий серый и тусклый платок на голову. Прижились слова «ГУЛаг» и «колхоз», «перестройка» и, конечно, «спутник». Часто в Америке можно услышать слово «царь», которым называют кого-либо, обладающего большой властью и влиянием.

В 2011 г. на одном из больших американских каналов появилось полукомедийное, полуреальное шоу «Матрешки», или «Русские куклы», – об иммигрантах из России, живущих сегодня на Брайтон-Бич в Нью-Йорке. С одной стороны, персонажи этого шоу, как и любого другого на ТВ, достаточно карикатурны, их образы и диалоги полны стереотипов и не очень глубоких шуток. Я, например, не смог посмотреть больше, чем пару серий – уровень ниже плинтуса. С другой стороны, до этого русские в основном фигурировали в теле– и кинопроизведениях в качестве мафиози, а также жертв всяческих техногенных катастроф – за исключением возлюбленного Кэрри в последних эпизодах сериала «Секс в большом городе», русского художника, которого сыграл Михаил Барышников.

Но есть одно поразительное явление – полное отсутствие каких-либо русских имен в других сферах американской жизни, особенно в политике и общественной деятельности. Все этнические группы в США стараются продвинуться не только в бизнесе и сфере развлечений, но и в политике, управлении, на общественном поприще. Однако в США нет и никогда не было сенаторов и конгрессменов, министров и губернаторов с русской кровью или корнями в России. Нет мэров и общественных деятелей, отождествляющих себя с историей России. Можно искать разные объяснения этому феномену, однако факт остается фактом – россияне остаются за бортом американской политики и не имеют рычагов для влияния на нее. Можно сказать, что в своих эмигрантах Россия теряет естественных лоббистов, способных воздействовать на американскую политическую машину. В этом смысле российская диаспора в Америке резко отличается от большинства других.

Конфликт поколений в семьях иммигрантов

Во многих семьях, которые переезжают сюда с маленькими детьми, рано или поздно, но неизбежно формируется проблема во взаимоотношениях детей и родителей. Конечно, ситуации в разных семьях складываются весьма индивидуально и в значительной степени зависят от степени близости и уровня взаимного уважения, которое сложилось между разными поколениями семьи еще до эмиграции. Конфликт приобретает форму определенного противостояния между быстро американизирующимися детьми и неспособными на это родителями. Родители никогда не догоняют детей. Дети в таких семьях быстро становятся американцами во всех смыслах этого слова, в то время как родители в значительной степени остаются «совками» или «тормозами».

Как правило, дети, привезенные в США в возрасте до пяти лет, сразу начинают говорить по-английски как американцы и быстро включаются через школу и друзей в социальную жизнь своих сверстников. Старшим требуется уже некоторое усилие. Многие родители до конца жизни плохо говорят по-английски, почти все – с сильным русским акцентом и зачастую до конца так и не адаптируются к Америке. Они продолжают смотреть русскоязычное телевидение и искать советские фильмы, говорить дома по-русски, тщательно следить за новостями из России, общаться с русскоязычными друзьями и родственниками, ходить в православные церкви. Многие ищут работу в русскоязычных компаниях и сервисах. Особенно много таких в Нью-Йорке и других больших городах. Их дети большую часть дня говорят со сверстниками по-английски, смотрят с ними американское телевидение и слушают не российско-советскую эстраду, а современную американскую музыку. Родители, конечно, никогда не слышали ни про этих певцов, ни про эти фильмы, ни про эти компьютерные игры и т. д.

В результате в семье начинают теряться общие темы для разговоров, пропадает общность интересов. Конечно, родители обеспечивают детей, помогают им прижиться в новой стране, но тем самым вольно или невольно разрывают собственные связи с ними. У разных поколений складываются разные системы ценностей и разное отношение к одним и тем же явлениям окружающей действительности. Начинает различаться юмор, менталитет. Многие «американские» дети начинают стесняться своих «совковых» родителей, говорящих на плохом английском и не знающих основных модных трендов американской жизни. Традиционное противостояние отцов и детей, существующее везде и всюду, в иммигрантских семьях приобретает еще и своеобразную межцивилизационную составляющую – тем более что многие семьи привозят в иммиграцию свои внутренние проблемы, которые тут начинают лишь усугубляться.

На это может накладываться и некоторое неудовольствие самих родителей тем, как они устроились в Америке, так как им бывает трудно найти работу по специальности или попасть на ту же ступеньку служебной, профессиональной или даже социальной иерархии, на которой они были на старой родине. С обеих сторон в семье накапливаются комплексы, обиды, непонимание, ощущение неблагодарности с одной стороны и чувство превосходства с другой. Старшее поколение старается сохранить в детях интерес к своей родине, ее культуре и языку. Дети, в свою очередь, говорят, что тогда не надо было уезжать из страны, а раз уж уехали, то следует активно социально и культурно адаптироваться, тем более что в США это сделать гораздо легче, чем в большинстве других стран мира, в том числе в России, где приезжих не очень-то жалуют.

Конечно, далеко не во всех иммигрантских семьях проявляется этот конфликт, тем более в его острой форме. Однако это реальная опасность, которая подстерегает многие семьи с детьми, переехавшие из стран с традиционными семейными ценностями. Причем зачастую это придуманная, чисто психологическая проблема, ибо, как я мог заметить, окружающим американцам, в том числе детям, совершенно безразличны родители их русских друзей, качество их английского или непрестижная работа. Такие суждения вообще вне мейнстрима американского отношения к окружающим. Но для многих подростков из бывшего СССР даже такая весьма виртуальная проблема кажется большой и несправедливой. Их эмоции часто оборачиваются против родителей, «недотягивающих» до родителей их американских друзей. Они еще больше начинают стыдиться своих родителей и стараются держаться от них подальше, что в принципе присуще всем подросткам.

Справедливости ради надо сказать, что, когда такие дети подрастают, многие из них начинают жалеть, что не сохранили свободный русский язык и знания российской истории и культуры, в том числе бытовой, с которыми они приехали в свое время в США. Тогда они заново учат русский язык, зачастую нанимая учителей из иммигрантов или напрямую из России через Интернет. Я знаю множество детей иммигрантов, которые в подростковом возрасте делали все, чтобы забыть руский язык и культуру, а потом с большим трудом наверстывали забытое. У меня самого в разное время работали два помощника из семей, когда-то эмигрировавших из бывшего СССР. Попали они ко мне случайно, нанимались на работу как американцы и по-русски практически не говорили. Сейчас, по прошествии десяти лет, они снова выучили язык и восстановили навыки русской бытовой культуры, причем для одного из них это неожиданно стало важным фактором в его профессиональной карьере.

Вообще, все, что отличает тебя от общей массы, на каком-то этапе жизни в США начинает рассматриваться с противоположных позиций. Если ты выделяешься в толпе – чего, будучи русским, не так уж трудно добиться в Америке, – то ты более заметен, более интересен и притягиваешь к себе больше внимания, в том числе со стороны представителей противоположного пола. Постепенно подростки начинают это понимать и ценить – отчасти отсюда начинается реабилитация забытого было языка, возникает интерес к своей бывшей родине и т. д. Да и в целом второй язык значительно усиливает конкурентоспособность – хотя, откровенно говоря, знание русского языка не является сегодня в США «золотым ключиком» к успеху, как это во многом было в годы холодной войны. Но лучше русский язык, чем совсем никакого, как у подавляющего большинства американцев.

Отчасти в таких межцивилизационных конфликтах в семьях иммигрантов оказывается виноватой изначальная установка многих родителей, которые переезжали в США с целью дать своим детям лучшие возможности для образования и жизни, чем они могли получить в современной России, – и не скрывали этого. Переезд «ради детей» – частая причина иммиграции в США, но еще чаще под этим подразумевается, что интересы, желания и возможности старшего поколения будут принесены в жертву интересам младшего. Целью семьи становится успех детей, а родители, как, впрочем, это часто происходит и в самой России, фактически ставят на себе крест. Я не уверен, что это правильная установка вообще, но, может быть, в России она достаточно традиционна, социально приемлема и эффективна. В Америке же такая установка входит в противоречие со всем укладом жизни. Люди, которые живут не для себя, поставив на себе крест, – то есть социальные «квиттеры»[1], – не пользуются тут никаким уважением и пониманием и не могут рассчитывать на снисходительное отношение. Что, в свою очередь, может еще больше углубить межпоколенческие проблемы иммигрантских семей из традиционных обществ, каким является, в частности, Россия.

Российские проблемы на американской почве

Конечно, не только в российских семьях, переехавших в США, возникают свои «американские» проблемы. Каждая попавшая сюда семья, особенно с детьми, сталкивается с проблемами адаптации. Любопытно, что из всех национальных меньшинств, сформированных иммиграцией в Америке, наиболее успешными считаются корейцы. Как часто шутят здесь, корейские родители переезжают в США и работают мойщиками посуды, зарабатывая на свой первый ресторан или прачечную, их дети уже идут учиться в престижнейшие университеты – в Гарвард, Стэнфорд, Джорджтаун и т. д., – а внуки преподают в этих университетах.

Корейцы, как и, скажем, китайцы и многие другие иностранцы, в иммиграции держатся друг за друга. Россияне – нет. До последнего времени русские в Америке старались держаться друг от друга подальше. Российская диаспора в США, как и везде, традиционно не объединена, не консолидирована. Российское сообщество в США не создало систему связей и взаимопомощи для своих бывших сограждан. Напротив, уехав из России, многие россияне стараются не иметь друг с другом дела, быть в стороне от так называемых кругов этнической эмиграции.

Причин этому немало, и коренятся они не в Америке, а в России. Все предыдущие поколения эмигрантов из России и СССР выезжали не просто жить в другую страну – они порывали со своей родиной навсегда и зачастую даже активно боролись против страны, из которой уехали. Многие не верили, что они снова когда-нибудь увидят Россию, родных и друзей. Своих детей они тоже воспитывали в понимании, что те не должны считать Россию – в то время СССР – своей родиной.

Другая причина разобщенности – в том, что разные волны эмиграции каждый раз покидали «другую» родину. Одни, скажем, бежали в начале прошлого века от царского режима, другие – от большевиков после революции, третьи – оказались в США в результате Второй мировой войны, четвертые уехали в период хрущевской оттепели, пятые покинули СССР как еврейские отказники 1970-х и 1980-х гг. Наконец, есть весьма специфическая волна эмиграции периода перестройки: многие искатели лучшей доли уезжали в Америку, но сохраняли связи с Россией. Сейчас идет новая волна эмиграции в США – это представители социального слоя россиян с высоким достатком, которые имеют бизнес в России, но жить, обучать детей, лечиться и стареть предпочитают тут.

Все иммигранты первых волн не просто не представляли в США страну, из которой они уехали или были изгнаны, но и активно лоббировали против нее. Это была антикоммунистическая иммиграция, которая делала все, чтобы заставить американское правительство вести как можно более жесткую политику в отношении СССР. Все эти волны российской иммиграции не только не имели ничего общего между собой, но даже ненавидели одна другую, презирали или старались не замечать друг друга. Все они были друг для друга врагами.

Есть, конечно, и другие причины. Я помню, как однажды в Бостоне мы ужинали в небольшой компании с выдающимся российским поэтом Наумом Коржавиным, который и по сей день живет в этом городе. К нашему столу подошел какой-то человек явно русского происхождения и стал подчеркнуто демонстрировать свою близость к Коржавину, который вовсе не хотел общаться с этим типом. Возникла напряженная ситуация, которая продолжалась до тех пор, пока один из нас не отогнал назойливого пришельца. Это типичный пример еще одной проблемы иммиграции – создается чувство искусственной близости с людьми, рядом с которыми на родине оказаться невозможно. А тут можно подойти к выдающемуся поэту, похлопать его по плечу, назвать на «ты» и потом рассказывать, что ты с ним, мол, на дружеской ноге. В иммиграции дистанция между разными социальными группами гораздо короче, потому что сами группы гораздо меньше. Здесь практически невозможно разделить, скажем, Наума Коржавина, Иосифа Бродского и тех, кто вообще ничего не читал после окончания советской школы десятилетия назад. Узок этот круг. Поэтому считалось, что лучше вообще держаться от этого круга, от своих соотечественников, подальше.

В последнее время эта ситуация медленно, но меняется. С одной стороны, это связано с некоторой активностью, которую стала проявлять Москва в работе со своими бывшими гражданами. С другой стороны, стали исчезать многие различия в отношении разных волн иммиграции к России. Они, конечно, еще сохраняются, однако споры по поводу Путина или Горбачева не так категорически разделяют нынешних иммигрантов, как то, на какой стороне в Гражданской войне сражались их родители и деды. В Америку приезжает все больше и больше людей среднего класса – от бизнесменов и менеджеров до ученых и спортсменов.

Наконец, важно то, что теряется само понятие эмиграции. В глобальном мире переезд в другую, пусть даже столь далекую, как США, страну отнюдь не означает обрывание связей с Россией. Никто не уезжает навсегда. Люди сегодня переезжают жить в другую страну, как раньше переезжали жить в другой город. Эмиграция остается в прошлом. Теперь это просто выбор места жительства, благодаря чему в данном процессе стало гораздо меньше человеческой драмы, обреченности или безысходности. Дети в семьях новых русских американцев не считают себя отрезанными от России и знают, что могут туда вернуться в любой момент. По крайней мере они знают, что для этого нет никаких политических, бюрократических или бытовых препятствий, кроме, замечу в скобках, обязательного призыва в Российскую армию, который до определенного возраста заставляет многих подростков в эмиграции воздерживаться от посещения страны, откуда их недавно увезли родители. С другой стороны, они уже отлично понимают, что американское гражданство дает им определенные преимущества в России, и пользуются этим, особенно в сфере бизнеса.

В последние два десятилетия многие русские американцы заняли иную позицию, нежели их предшественники, и теперь часто критикуют американское правительство за несправедливое, по их мнению, отношение к России, напоминающее им политику США периода холодной войны. Вместо разделителя диаспоры Россия постепенно становится объединителем русского сообщества в США. Безусловно, многие вещи в современной России вызывают сильное отторжение у местных россиян, особенно когда наблюдаешь за страной со стороны. Но факт остается фактом – сегодняшние российские дети в Америке совсем не считают себя иммигрантами из России, как это было еще недавно у их родителей. Старые традиции российской иммиграции сегодня стали уделом других этнических групп в Америке – от иранцев и сирийцев до кубинцев и венесуэльцев, – которые часто уезжают навсегда и давят на Вашингтон, пытаясь заставить его пойти на смену режимов на их родине.

Приемные русские дети Америки

Никто не знает, сколько тут детей из России, хотя официальные российские лица называют цифру от 100 до 130 тыс. человек. На протяжении длительного времени Россия была одной из самых популярных в США стран для вывоза приемных детей. С одной стороны, после распада СССР границы для такого вывоза были практически открыты, отсутствовала реальная законодательная база. С другой – до сих пор число детей-сирот в России превышает их количество после Великой Отечественной войны, а государство не в состоянии справиться с этой проблемой. Детских домов не хватает, а те, что есть, – переполнены. Колоссальной проблемой является социальная адаптация выпускников детских домов, испытывающих огромные трудности при вступлении во взрослую жизнь.

Еще одна причина популярности российских приемных детей среди американских родителей – и об этом не скажет публично ни один политически корректный американец – заключается в том, что российские дети – это типичные белые дети, внешне напоминающие самых обычных американских детей. Поэтому те родители, которые не хотят, чтобы их приемные дети радикально отличались от них внешностью, цветом кожи, структурой волос и т. д., предпочитают усыновлять детей из России. Справедливости ради надо сказать, что для многих американских семей этот фактор не является решающим. Большое количество семей в США находят приемных детей в странах, чьи жители сильно отличаются внешне от типичных американцев. Тем не менее факт остается фактом: российские дети крайне популярны в США среди приемных родителей.

В России большой и законный резонанс вызывают преступления, которые совершают американские приемные родители против усыновленных российских детей. Каждый такой случай вызывает бурную реакцию и в США. Традиционно дети являются самой защищенной социальной группой в стране, и любые преступления против них преследуются очень жестко. Да и в общественном мнении люди, совершившие преступления против детей, практически полностью, нередко навсегда, выпадают из нормальной жизни, подвергаются остракизму. На них, как я заметил, не распространяются многие постулаты знаменитой американской политкорректности, им невозможно найти сочувствие ни у судьи, ни у присяжных, ни у коллег по работе, ни в общественном мнении.

Особенно преследуются люди, совершившие сексуальные преступления против детей, то есть педофилы. Они не только навечно попадают во всякие публичные базы данных и полицейские списки в Интернете, которые доступны всем и существуют в каждом штате, городе, графстве и т. д. Во многих штатах такие преступники просто обязаны ставить у себя перед домом табличку с надписью, что здесь живет педофил. Им непросто купить дом или квартиру в доме, ибо соседи будут или голосовать против жизни рядом с педофилом, или протестовать другими возможными способами. Им запрещено менять имя и внешность, нередко ограничиваются даже перемещения по стране и т. д. Я уж не говорю о том, что в тюрьмы их заключают на очень долгие сроки. В США, как известно, большие наказания не поглощают меньшие, как, например, в России. Сроки наказаний в США за каждое преступление суммируются. Отсюда тут сплошь и рядом присуждаются тюремные сроки, значительно превышающие любые сроки жизни человека, иногда по несколько сотен лет.

Иначе говоря, преступление против детей – это чрезвычайное происшествие национального масштаба. Оно моментально становится объектом пристального внимания средств массовой информации Америки. Поэтому преступления против привезенных из России в Америку детей стали большим социальным феноменом, получившим серьезную информационную огласку в США. Наказания, которые присуждаются за преступления против русских детей, тут не меньше, чем за такие же преступления против американских.

Проблема по большому счету в другом. Во-первых, многие дети были вывезены в США вопреки всяким правилам, в нарушение действующих, а вернее, недействующих законов России о вывозе детей за границу. Во-вторых, американцам, как и другим иностранцам, разрешено вывозить детей только из провинциальных детских домов, но не из Москвы, Санкт-Петербурга и других больших городов. В-третьих, им разрешено вывозить только таких детей, от которых окончательно отказались российские приемные родители. В-четвертых, сами американцы часто становились объектом обмана со стороны российских компаний, занимающихся приемными детьми. Особенно это касалось справок и документов о состоянии здоровья детей, их прошлой жизни, биологических родителей.

Американцам разрешено вывозить из России только детей с серьезными медицинскими и психологическими проблемами. Однако часто глубина этих проблем в документах российских служб сильно преуменьшается, а то и просто фальсифицируется. Мои знакомые американцы из разных штатов, ставшие приемными родителями российских детей, не раз рассказывали мне, что документы о состоянии здоровья детей необъективны и не дают полного представления о медицинских проблемах, которые начинают постепенно проявляться все сильнее и сильнее. Часть родителей к этому оказывается не готова, не знает, как справиться с ситуацией, чувствуют себя обманутыми и даже занимает агрессивную позицию по отношению к своим приемным детям, которые, естественно, ни в чем не виноваты.

Например, одни мои знакомые, ставшие новой семьей для троих российских детей, получили в свое время твердые уверения российских официальных органов, что дети не наблюдали сцену кровавого убийства их отца их матерью, которая сейчас отбывает срок в тюрьме. Как выснилось позже, когда дети уже смогли говорить по-английски с новыми родителями, они не только присутствовали в этот момент в комнате, но и хорошо запомнили весь процесс убийства, который оказал сильнейшее воздействие на их психику. В результате родители в США были вынуждены тратить немалые средства и время на оказание долговременной психологической помощи своим приемным детям. Таких примеров очень много.

Конечно, подавляющее большинство российских сирот, оказавшихся в США, вытянули, что называется, счастливый лотерейный билет. Я наблюдал, как менялась жизнь многих из них, менялись агрессивные характеры и лица, с которых уходила всем знакомая в России печать пьяного зачатия. Я видел, как они начинали ходить, хотя российские диагнозы не давали им никаких шансов на это, как американские родители делали все возможное, чтобы сдвинуть их мозг с мертвой точки. Я видел множество российских детей-отказников, которые в США стали нормальными членами общества, поступили в колледжи. Родители их любят и ими гордятся. Может быть, в России у этих детей такой возможности не было. Конечно, все это никоим образом не оправдывает отморозков, совершивших преступления против приемных детей из России, и обе страны должны делать все, чтобы такие ситуации больше не повторялись.

Есть и другие трудности. Одна из них заключается в том, что усыновление или удочерение ребенка – вещь весьма деликатная, и многие семьи совсем не хотят, чтобы их приемные дети знали, что они приемные. Как свидетельствуют семейные психологи, понимание родства – важная составляющая здоровых и счастливых семейных отношений. Иными словами, приемные родители имеют право на подобную «семейную тайну». Я даже знаю многих американок, специально ложившихся в больницу, чтобы имитировать перед окружающими роды, и возвращавшихся оттуда с ребенком, про которого никто не знал, что он приемный.

Следующая проблема приемных детей в США заключается в том, что семейное законодательство в этой стране носит не федеральный, а штатский характер, то есть является прерогативой каждого конкретного штата, который не только устанавливает правила на своей территории, но и сам решает, о чем информировать центральные органы страны, а о чем – нет. Иными словами, Вашингтон не контролирует и не может контролировать ситуацию с приемными детьми и их американскими родителями, более того, он часто оказывается не в состоянии даже получить от них соответствующую информацию. Надеюсь, что российские официальные лица, заключившие в 2011 г. российско-американский договор, регулирующий правила вывоза российских детей в США и контроль над их приемными родителями, знают о такой ситуации и нашли способы ее решения. Но я также знаю, что Вашингтон на соответствующие запросы Москвы может отвечать, что тот или иной вопрос находится в ведении конкретного штата и не будет передан в юрисдикцию федеральной власти, с которой Москва заключила договор.

Мог ли Терминатор стать президентом США?

Как известно, ребенок, рожденный на территории США, автоматически с рождения получает американское гражданство, причем независимо от гражданства его родителей или их легального статуса в Америке. Этим, надо признаться, активно пользуются нелегальные иммигранты, гарантируя таким образом американское гражданство своим детям. Особенно много беременных матерей приезжает в штат Аризона, где сегодня набирает силу местное движение за отказ от автоматического предоставления гражданства и оплаты медицинских расходов детям, матери которых нелегально приехали в США только для того, чтобы тут состоялись роды.

Говоря про детей нелегальных иммигрантов, хочу упомянуть один момент. Он особенно интересен в условиях США – страны, где царствует, даже, можно сказать, вовсю тиранствует закон. Казалось бы, в Америке есть законы на все случаи жизни, более того, многие старые законы так и не были отменены, что дает возможность историкам и юмористам периодически выискивать их в старых бумагах и веселить читающую публику. Но недавно сверхразвитая в правовом отношении американская машина столкнулась с реальной проблемой. Она не смогла дать однозначный ответ на простой, в общем-то, вопрос о том, что делать с несовершеннолетними детьми нелегальных иммигрантов в случае, если сами эти родители-иммигранты подлежат принудительной высылке из страны.

В США периодически проводятся массовые рейды по отлову и высылке нелегальных иммигрантов, не имеющих легитимных документов. Но что делать с их детьми, которые родились в США и стали по факту места рождения американскими гражданами? Если оставить их в стране, они будут разлучены со своими высланными родителями и могут их не увидеть много лет, при этом в Америке есть немало законов, защищающих семьи от искусственного разделения, – к ним, кстати, в свое время активно апеллировали советские диссиденты и отказники, не имеющие возможности воссоединиться со своими семьями в США. В то же время выслать этих детей нельзя, так как они являются полноправными гражданами США. В результате в политической и правовой элите разгорелась большая дискуссия, которая быстро перешла к вопросу об амнистии нелегальным эмигрантам – то есть к тому, чем периодически спасает себя американская иммиграционная служба. Не имея реальной возможности полностью остановить огромный поток нелегальной иммиграции в страну, она регулярно объявляет массовую амнистию тем нелегалам, которые уже давно живут и работают в США и не совершали при этом никаких противоправных действий.

Нынешняя дискуссия закончилась предсказуемо – то есть решением амнистировать нелегальных эмигрантов, однако она запомнилась экстравагантным предложением одного члена палаты представителей конгресса США пересмотреть положение конституции, согласно которому гражданство США дается автоматически каждому, кто здесь родился, так как, по его словам, Америка является единственной страной в мире, где действует такое правило. Конгрессмен, естественно, быстро был поднят на смех, однако пример этого народного избранника вполне красноречиво говорит о том, что провинциальность американцев и их неграмотность в международных делах отнюдь не является прерогативой малообразованных работников фабрик или сельскохозяйственных ферм.

Тем не менее дебаты в политических и судебных кругах Америки по поводу автоматического получения любым ребенком гражданства США на основе его рождения на территории страны продолжаются. После 11 сентября 2001 г. они стали еще острее и актуальнее, особенно, как я писал выше, в штате Аризона. Но пока ни один законопроект, направленный на изменение ситуации, не нашел поддержки в конгрессе (замечу, что в отличие от подавляющего большинства американских законов, которые полностью находятся в юрисдикции штатов, иммиграционные законы носят общефедеральный характер).

Ребенок, хотя бы один родитель которого является гражданином США, также имеет право на американское гражданство независимо от того, где он родился – в Нью-Йорке, Москве, Пекине или Багдаде. Впрочем, здесь закон предусматривает, чтобы американский родитель хотя бы один год прожил в Америке. Существуют также правовые нюансы, касающиеся детей, рожденных от одного американского родителя за рубежом, но вне брака и т. д. Однако согласно конституции США, президентом может стать не просто любой гражданин страны, но только лишь человек, родившийся на территории США. Это нечасто встречающееся в мире ограничение, истоки которого надо искать в первых годах американской истории и массовой иммиграции в страну. Впрочем, до недавних пор этот вопрос никогда особенно не волновал американцев, но в последние годы он приобрел неожиданную остроту в связи с двумя обстоятельствами.

Первое касалось Арнольда Шварценеггера, звезды Голливуда и бывшего губернатора Калифорнии. Многие полагают, что он был хорошим губернатором этого большого и важного штата, имеющего, кстати, шестую по размеру экономику мира. Шварценеггер популярен в Америке и, по мнению своих почитателей, вполне мог бы претендовать на президентское кресло, если бы не конституция, запрещающая ему, как человеку, рожденному в 1947 г. в Австрии, баллотироваться в президенты. Было даже создано движение за внесение новой поправки в конституцию, но оно так и не набрало достаточной поддержки в стране. А после того как в 2011 г. неожиданно раскрылась супружеская неверность Шварценеггера, стало ясно, что его политическая карьера бесславно и окончательно закатилась. Многие даже утверждают, что эта оскорбительная по форме измена жене поставила также крест и на кинематографической карьере Терминатора. В последнем, конечно, трудно быть уверенным, но пока Арнольд Шварценеггер отказывается от всех кинопроектов и залег на дно, зализывая раны и надеясь на забывчивость американского общественного мнения.

Шварценеггер был четверть века женат на популярной телевизионной ведущей Марии Шрайвер. Они разошлись после того, как выяснилось, что губернатор Калифорнии не только был ей неверен, но и имел 14-летнего сына от одной из своих домработниц – мальчик родился всего через несколько дней после рождения законного сына Терминатора. Надо отдать Шварценеггеру должное: он тайно взял на себя всю финансовую ответственность за своего внебрачного ребенка, купил его матери большой дом с бассейном в престижном районе, занимался его воспитанием и учебой, даже подружил со своими детьми. Однако тот понятия не имел, кто его настоящий отец, пока история не стала известной благодаря расследованию журналистов газеты Los Angeles Times. Именно так о неверности мужа узнала и Мария Шрайвер.

История эта произвела большое впечатление на американскую публику. В ее глазах Терминатор всегда выглядел примерным отцом и мужем, теперь же его многолетний циничный обман вызывает у простых американцев глубоко негативное отношение к нему. Масла в огонь подливает то обстоятельство, что супруга экс-губернатора является племянницей президента Джона Кеннеди – мать Шрайвер была сестрой президента, – то есть она часть большой и любимой американцами династии Кеннеди. Ее брак со Шварценеггером был особенным еще и потому, что Шрайвер представляет семью, являющуюся символом демократической партии США, в то время как Арнольд – горячий сторонник республиканцев, а его политическим идолом был и остается Рональд Рейган. К слову, Шварценеггер дважды выигрывал губернаторские выборы именно в качестве кандидата от республиканцев, но многие эксперты полагают, что этого бы не произошло, если бы его жена-демократ не побудила часть демократов и нейтральных избирателей проголосовать за своего мужа. Немало американцев обижено на Шварценеггера за всю семью Кеннеди, которую он, по их мнению, публично унизил. Как бы там ни было, супружеская неверность опять стала концом политической карьеры очень популярного в США политика. Америка снова продемонстрировала свое традиционное пуританство и внутренние моральные границы. Вопрос о новой поправке в конституцию был снят.

Вторая история до недавнего времени выглядела еще серьезней. Значительное число людей в Америке, в первую очередь сторонники республиканской партии, развернуло большую кампанию, целью которой было доказать американским избирателям, что Барак Обама – обманщик, что он не имеет конституционного права баллотироваться на пост президента, ибо родился не на территории США. Тем более что отцом Обамы был иностранец, а сам он провел половину своего детства в Индонезии. Все это действительно выглядело подозрительно. После выборов 2008 г., которые, как известно, Обама выиграл, эта история отнюдь не умерла. От Барака Обамы постоянно требовали продемонстрировать подлинник свидетельства о рождении, он отказывался это сделать, мотивируя свой отказ глупостью самого требования, чем вызывал еще большие подозрения у своих противников.

Сначала Белый дом продемонстрировал в СМИ часть президентского свидетельства о рождении, однако общественное давление привело к тому, что весной 2011 г. в преддверии новой избирательной кампании Барак Обама все-таки принял решение полностью обнародовать этот документ. К этому моменту 38 % американцев верили, что он родился на территории США, в то время как 18 % были убеждены в обратном. Остальным это было безразлично. Как известно, публикация свидетельства о рождении не только окончательно подтвердила факт рождения Барака Хусейна Обамы 4 августа 1961 г. на Гавайях, но и дала возможность узнать и другие данные, включая конкретную клинику, в которой он появился на свет, и т. д.

К слову, потерпев поражение на этом фронте, республиканцы сегодня поговаривают о новой атаке на президента накануне выборов, требуя от него обнародовать свои университетские оценки. Многие из них не верят, что Обама смог сам перейти из весьма среднего калифорнийского колледжа в Стэнфорд, один из самых престижных университетов мира. Эти выпады противников Обамы уже можно расценивать как мелкие политические укусы, как и периодические попытки заверить американскую публику в том, что президент Обама является «тайным мусульманином». В последнее, впрочем, никогда не верило и не верит сейчас подавляющее большинство избирателей США.

Глава 2

Американское детство

Американец родился

Все начинается, естественно, с рождения. Многие американцы, как ни странно, начинают праздновать рождение своего отпрыска еще до его появления на свет. В США есть устоявшаяся традиция обязательных для молодых родителей особых вечеринок, которые называются baby shower. Пожалуй, можно перевести это название на русский как «обмывание новорожденного», однако подобные вечеринки устраиваются еще до рождения обмываемого, и на них обычно обходятся без алкоголя. На праздник собираются, как правило, только женщины, мужчин же на это время из дома выгоняют совсем. Будущей маме дарят подарки для ее еще не родившегося малыша – от пеленок до игрушек. На самом деле слово shower, видимо, символизирует то, что на маму в этот день настоящим душем «проливаются» подарки. Дарить деньги, как говорят в России, «на зубок» ребенку, – не принято.

Обычно такая вечеринка устраивается в честь первого ребенка в семье, однако никто не запрещает делать это каждый раз на исходе беременности, особенно среди коллег по работе или учебе. Изначальная идея этой американской традиции была в том, чтобы максимально подготовить молодую маму к рождению первенца – чтобы у нее было все необходимое для него, – а также в демонстрации поддержки со стороны подруг, коллег и членов семьи. Считается, что именно на таких вечеринках более опытные женщины делятся «детскими» секретами с будущими мамами и успокаивают их. Конечно, сегодня вечеринка как инструмент передачи секретов ухода за младенцами является, как правило, не более чем символической традицией, тем не менее подавляющее большинство американских мам обязательно устраивают такой праздник. Иногда вечеринки устраивается и после рождения малыша, но все же гораздо чаще – незадолго до появления его на свет.

По моим наблюдениям, «новым американкам» эта традиция кажется странной, как и постоянно демонстрируемый в американском обществе интерес к беременным женщинам. Куда бы они ни пошли, они, как правило, сталкиваются с постоянными, пусть и доброжелательными, но надоедливыми расспросами случайных людей – от прохожих до кассиров в магазинах – о сроках, поле будущего ребенка, его возможном имени и т. д., а также выслушивают огромное количество мнений, советов или просто восторгов. Американцы любят беременных. Американок это не раздражает, но для иммигранток такое отношение окружающих становится в тягость, особенно если они не очень хорошо говорят по-английски. Конечно, есть в США и другая традиция, гораздо более интернациональная, – демонстрация ребенка друзьям и родственникам. Проходит это мероприятие обычно через пару месяцев после рождения малыша, и в нем наконец принимают участие и папы – в этом плане американцы мало чем отличаются от любых других гордых собой родителей.

Интернет, естественно, внес собственные изменения в традиции молодых мам. В США они активно обсуждают свои проблемы на всякого рода форумах, вовсю размещают в разных социальных сетях изображения своих еще не родившихся детей, полученные во время УЗИ или томографического обследования, наблюдают чуть ли не в реальном времени за развитием плода в утробе матери и т. д.

Как известно, рождение ребенка – это в том числе и вопрос финансов. Все, что связано с рождением, как правило, полностью оплачивается медицинскими страховками. Конечно, в США есть немало людей, у которых по тем или иным причинам таких страховок нет, и эти люди тоже заводят детей. Как правило, это малоимущие американцы или нелегальные иммигранты, у которых даже нет нормальных американских документов, то есть водительского удостоверения и номера пенсионного страхования. Однако в их случаях всегда подключается бюджет. Американское государство, как я расскажу чуть позднее, отказывается оплачивать аборты, но оно пока готово полностью оплачивать рождение любого ребенка на своей территории. Малоимущая мать или нелегальная иммигрантка вправе обратиться в любую клинику. Не принять ее клиника просто не может. Ей будут предоставлены точно такие же услуги, как и всем. Просто в этот момент автоматом включается государственная система медицинского страхования, которая оплачивает все расходы клиники на проведение родов, и так же автоматически запускается механизм государственного медицинского страхования новорожденного.

Таким образом, сразу же после рождения малыш оказывается защищен страховкой, и расходы на его медицинское обслуживание не упадут неподъемным грузом на плечи матери, а будут разложены на всех налогоплательщиков США. В любом случае популярный в России миф о том, что надо рожать обязательно на улице, чтобы приехали полицейские и отвезли в больницу – якобы только таким образом можно добиться оплаты государством медицинских расходов, – не соответствует действительности. Рожать можно где угодно, в клинику доехать на своей машине, а государство покроет медицинские расходы, если у родителей нет страховки.

Сегодня в США ежегодно рождается свыше 4 млн человек. Если у семьи новорожденного есть деньги, то вместо обычной двухместной палаты для роженицы, которая оплачивается страховкой, всегда можно занять в клинике отдельную палату, где будет место и для ночевки мужа. В большинстве случаев в США мужья присутствуют при родах: с одной стороны, они таким образом помогают, поддерживают жену, а с другой – контролируют медицинский персонал. Это немаловажно, ибо на все медицинские манипуляции с роженицей, включая процедуры и лекарства, нужно ее осознанное, иногда письменное согласие. Пациентка имеет право отказаться от каких-то предлагаемых доктором лекарств или процедур, попросить что-то другое и т. д. Врач не может ничего навязать ей, только предлагать и объяснять свои предложения, поэтому находящийся рядом муж часто оказывается полезным советчиком и многие американки настаивают на партнерских родах. Есть даже американская шутка: некоторым папам разрешают присутствовать при рождении ребенка в качестве компенсации за то, что они отсутствовали при его зачатии.

В палату роженицы обычно приносится какой-нибудь гаджет, и все, что предлагают врачи, частенько тут же «прогоняется» будущими родителями через справочники и форумы опытных мам в Интернете. Часто счастливые американские мужья запечатлевают на фото или видео процесс рождения ребенка, а в некоторых не столь уж редких случаях гордые собой родители организуют прямую интернет-трансляцию родов для родственников и друзей, а то и просто для всех желающих. В любом случае счастливый отец не стоит под окнами клиники и не ждет, когда высунувшаяся из окна мама сообщит ему, кто у них родился. Хотя некоторые отцы здесь предпочитают не знать о поле ребенка до момента рождения, но таких не слишком много.

Немаловажно и то, что документальные свидетельства из родильной палаты могут помочь в случае последующих разборок с клиникой в суде. Но до этого, как правило, дело никогда не доходит. Гинекологи в США – одна из самых престижных медицинских специальностей, и их профессионализм соответствует высоким личным доходам. Они все время находятся в контакте с пациенткой или ее мужем. На мобильных телефонах будущих родителей устанавливается специальная программа, измеряющая продолжительность и частоту схваток и тут же передающая эту информацию врачу, который и принимает решение о том, что мужу пора садиться в автомобиль и везти свою жену в больницу. Как правило, это происходит за несколько часов до самих родов. Ответственность за то, чтобы все необходимое для такой поездки заранее лежало в машине, лежит на муже.

Стандартное время пребывания американки в больнице для родов – два дня, после чего молодую маму с малышом отправляют домой. Конечно, перед выпиской их осматривают врачи, в том числе уже новый врач – семейный педиатр, который будет теперь «вести» новорожденного. Если все в порядке, то только через неделю после родов мама с ребенком поедут в офис к педиатру на первый серьезный осмотр. Сами американские врачи, как известно, на дому пациентов не навещают и работают только в своих офисах.

Называть ребенка в США можно как угодно. Единственный раз, когда власти воспротивились выбору родителей, – инцидент с семьей Кэмпбелл из Нью-Джерси, у которых были дети Адольф Гитлер, Джойс Линн Арийская Нация и Хонцлинн Гиммлер Дженни. Имена привлекли внимание, когда родители в магазине попросили написать имя Адольфа на праздничном торте, а продавцы отказались. В результате ребят забрали в приют, а суд признал родителей психически ненормальными и недостаточно компетентными, чтобы растить детей. Новые имена этих детей неизвестны. Но фантазия американских родителей безгранична, хотя цель одна – придумать уникальное имя, чтобы ребенок не чувствовал себя типичным, чего так боятся все американцы. Так, актер Джейсон Ли из сериала «Меня зовут Эрл» дал своему сыну имя Пилот-Инспектор. Актер Робин Уильямс назвал дочь Зельдой в честь героини видеоигры «Легенда о Зельде». Сын Николаса Кейджа получил имя Кал-Эл, ибо именно так звучало настоящее имя Супермена. Дочь актрисы Гвинет Пэлтроу зовут Яблоко, а дочь певицы Алиши Кис – Египет. Сына Сильвестра Сталлоне зовут Мудрец Лунной Крови. Еще большую изобретательность проявляют обычные родители – мои знакомые, например, назвали свою дочь Семеркой.

Аборты – большой вопрос американской политики и менталитета

Даже вопросы беременности и рождения ребенка не обходятся без большой политики и больших денег. Политика связана в первую очередь с отношением к абортам. Для США это большая, острая, противоречивая тема, разграничивающая сторонников республиканской партии и партии демократов. Большинство республиканцев выступает против абортов. Демократы, как правило, за аборты, или, как они это политически корректно называют, за право женщин на выбор. Практически во всех штатах аборты сегодня разрешены, и законодательство в отношении них отличается только деталями, что не останавливает противников искусственного прерывания беременности, которые в США активно и открыто выражают свои взгляды.

Приведу немного статистики, чтобы был понятен масштаб проблемы, всерьез раскалывающей американское общество. Ежегодное количество абортов в США постепенно росло до 1990 г., теперь их число сокращается, однако до сих пор каждый год проводится приблизительно 1,2 млн операций по прерыванию беременности. Рекордсменами по их числу являются штаты Флорида и Техас, а также город Нью-Йорк. 84 % абортов приходится на незамужних женщин, и в целом с подобными операциями сталкивается каждая третья американка. Небольшое сокращение числа абортов можно связать с ростом сексуальной образованности американцев, увеличением эффективности всякого рода противозачаточных средств, движением среди американской молодежи старшего школьного возраста за отказ от секса до создания семьи. Кроме того, безусловно, налицо влияние идей противников искусственного прерывания беременности, среди которых есть и настоящие экстремисты: в новейшей истории США были случаи, когда противники абортов взрывали соответствующие клиники и убивали врачей-гинекологов, проводящих такие операции, в результате число подобных клиник в стране также медленно, но неуклонно сокращается.

В целом по числу абортов США продолжают опережать Канаду и практически все страны Западной Европы, однако существенно отстают от Китая, Восточной Европы и уж тем более стран бывшего СССР. Когда смотришь на американскую медицинскую статистику, видишь, что некоторые распространенные стереотипы имеют под собой определенную базу. Так, например, афроамериканки сталкиваются с абортами в среднем в 4,8 раза чаще, чем белые женщины (без учета латиноамериканок). Последние же проходят процедуру абортов в 2,7 раза чаще, чем белые. 37 % процентов американок, сделавших аборты, определяют себя как протестантки, еще 28 % – как католички. Таким образом, религиозные взгляды, по всей видимости, играют не столь важную роль в решении женщины в США сделать аборт, как обычно принято считать. Любопытно также, что один из самых консервативных штатов Америки – Техас – находится в лидерах по числу абортов.

Я специально даю возможность читателю ознакомиться с этой статистикой, так как вопрос абортов при всех своих внешних медицинских характеристиках (только 12 % абортов в США сделаны по медицинским показаниям) имеет принципиальное значение для понимания сути американской демократии, прав человека и личной свободы. Сторонники абортов считают, что естественное право каждой свободной женщины – распоряжаться своим телом и его функциями. Она сама решает, рожать ребенка или нет, и никто не может этого права у нее отнять, в первую очередь это не может сделать государство. «Я единственный и полномочный хозяин своего тела» – принципиальная позиция многих американцев. В свою очередь противники абортов убеждены, что в данном случае разговор о личном праве женщины некорректен, ибо она своим решением убивает ребенка, который также имеет естественное право на жизнь, отобрать которое у него никто не может – ни мать, ни государство. Со своим телом мать может делать что хочет, но за ребенка в ее утробе она решать не имеет права. Запрет абортов, по их мнению, всего лишь уравнивает права женщины и ребенка.

И у сторонников, и у противников абортов есть, разумеется, немало религиозных и финансовых аргументов. Противники говорят, что при современном развитии противозачаточных средств и их минимальной стоимости каждая женщина в США имеет возможность предохраниться от нежелательной беременности. Сторонники абортов с ними не соглашаются, утверждая, что контрацептивы – вещь крайне ненадежная, ибо по статистике 54 % американских женщин забеременели именно в период использования ими противозачаточных средств.

Многие консерваторы в США полагают, что ребенок становится одушевленным существом в момент зачатия или в очень короткий промежуток времени после него. В таком случае аборт является убийством этого ребенка и должен караться уголовным преследованием, не говоря уже про социальный остракизм, которому должны подвергаться убийцы детей – врачи и матери. Сторонники абортов, напротив, считают, что до определенного момента говорить о том, что мы имеем дело с ребенком, нельзя, и оправдывают ограниченные по срокам аборты правом женщины на любой выбор в данной ситуации.

Вопрос об абортах задается в числе первых любому политику. Поэтому все они, как правило, готовят хорошо продуманные заявления по данной теме. Для некоторой – и немалой – части американских избирателей ответ именно на этот вопрос будет решающим для выбора и президента страны, и местного конгрессмена. Президента Обаму освистали студенты одного из крупнейших университетов США именно за его позицию по абортам. Верховный суд США периодически рассматривает вопрос об абортах, и часть американцев надеется, что на заседании однажды соберется достаточное количество консервативных судей, которые примут решение о том, что аборт противоречит конституции страны.

Среди сторонников и противников абортов есть категория людей, для которых публичное выражение своих взглядов является главным содержанием демократии, как они ее понимают. Выражение взглядов по большей части осуществляется в форме призывов, упрощающих до предела этот неоднозначный вопрос. Как правило, это «Я – за выбор» или «Я – за жизнь». Люди проводят демонстрации, манифестации и флешмобы под соответствующими лозунгами, покупают футболки и наклейки на машины с надписями, отражающими их позицию, и т. д.

Другой очень американский вопрос – кто должен оплачивать аборты. Стоимость их не так уж и велика – для средней операции по прерыванию беременности она составляет около 450 долларов. Конгресс США в свое время принял решение запретить использовать государственные бюджетные средства для оплаты чьих-либо абортов за исключением тех ситуаций, когда жизнь женщины находится в результате беременности в опасности, а также в случаях инцеста и изнасилования. Кстати, многие американские консерваторы с этим также не согласны и требуют от государства перестать оплачивать аборты даже в указанных случаях, ибо, по их мнению, это снова ставит право женщины на выбор выше права нерожденного еще ребенка на жизнь. В свою очередь, американские либералы настаивают, чтобы правительство оплачивало из бюджета аборты как минимум малоимущим и несовершеннолетним американкам, которые в противном случае будут рожать нежеланных для них детей со всеми вытекающими из этого последствиями для общества.

Дискуссия об абортах напоминает еще одну здешнюю дискуссию – об исследованиях стволовых клеток. До 40 % жителей США выступали за серьезные ограничения или полный запрет государственной финансовой поддержки этих исследований, а в 2008 г. каждый третий американец считал их аморальными. Во многих случаях это связано с религиозными взглядами людей. Конечно, речь идет только о бюджетном – из налогов – финансировании, частное финансирование запретить таким образом нельзя. При всем развитии науки и технологии в США немалая часть населения остается консервативной, демонстрирующей пуританское отношение ко многим явлениям прогресса, который, как это ни парадоксально, их же страна и двигает вперед.

Иммигранты обычно смотрят на все это с двойственным чувством. Для одних такие дискуссии являются свидетельством того, что многие важные вопросы социального устройства на их новой родине решены и теперь можно спорить по деталям, например об абортах, стволовых клетках или правах геев, размерах налогов или критериях экологичности. Они полагают, что американцы, если можно так выразиться, «с жиру бесятся», обсуждая все эти «второстепенные» вопросы. Вот, мол, переселить бы их куда-нибудь на постсоветское пространство или в Африку, где людям не до абортов или прав представителей сексуальных меньшинств, там они быстро перешли бы к реальным проблемам… По мнению других, такие обсуждения, напротив, показывают, что Америка до сих пор так и не определилась с самыми фундаментальными вещами: от морали и понимания добра и зла до ценности человека и независимости его частной жизни от общественных и тем более государственных стандартов.

Иными словами, одни считают подобные дебаты проявлением высокой политической и индивидуальной культуры американцев, уважения к этике и морали, высокого уровня демократии и свободы, а другие полагают, что все это идет от американской провинциальности, необразованности, косности или гипертрофированного мессианского чувства. Но как бы то ни было, это важная для Америки тема, без понимания которой нельзя понять менталитет этой страны.

Бебиситтер – первый воспитатель и первая работа

Главная проблема новоиспеченных американских родителей в том, что в стране практически полностью отсутствует такой социальный институт, как бабушки и дедушки – в российском понимании их роли. Конечно, здесь есть бабушки и дедушки, но они в подавляющем большинстве случаев живут отдельно, зачастую в других городах и штатах. Они крайне редко живут с молодыми родителями, которые в свое время сами с радостью уехали из родительских домов, и уж тем более они не живут с внуками и внучками.

В подавляющем большинстве случаев на каком-то этапе поколения одной семьи начинают быстро отдаляться друг от друга, терять связи и видеться только по большим праздникам несколько раз в году. К слову, одним из самых популярных объектов шуток в Америке являются матери, что частенько режет ухо человеку другой культуры. Шутки эти гораздо более грубые, чем, скажем, российские анекдоты о тещах. Есть традиционное начало: «Твоя мама такая толстая (худая, глупая, волосатая, уродливая, грязная и т. д.), что…» Вот самые безобидные примеры: «Твоя мама такая толстая, что ее видно на GPS», «Твоя мама такая уродливая, что даже слепые дети при виде ее начинают плакать», «У твоей мамы такой огромный рот, что она говорит со стереоэффектом», «Твоя мама как публичная библиотека – каждый может в нее войти» или «Твоя мама такая грязная, что террористы используют воду, в которой она моется, как химическое оружие».

Такие шутки есть и про других членов семьи, но мать – главный объект. Отражают они не столько неуважение к матери (мать здесь уважают не меньше, чем в России, есть даже национальный праздник – День матери), сколько определенную историческую провинциальность бытовой культуры США.

Как бы то ни было, американские бабушки и дедушки заняты своей собственной жизнью, часто путешествуют, еще чаще работают или просто отдыхают. Но им и в голову не придет брать на себя воспитание внуков, как, собственно, и родителям никогда не придет в голову просить их об этом. Это совсем не в традициях Америки, хотя новые иммигранты, возможно, начнут эти традиции постепенно менять. Так, многие семьи, переселившиеся из бывшего СССР или стран Азии, продолжают жить в США так же, как привыкли жить у себя на старой родине – большими семьями в одном доме, где несколько поколений проживает под одной крышей. Отчасти это вызвано многовековыми традициями, отчасти финансовыми соображениями и проблемами языковой и психологической адаптации к американской жизни, с которыми они сталкиваются.

Но пока, по крайней мере у большинства американцев, бабушки не играют роли воспитателей внуков и внучек. Поэтому, как только американский ребенок немного подрастает, его родители, как правило, начинают искать так называемых бебиситтеров, то есть подростков, которые за минимальную плату соглашаются сидеть с чужими малышами. Поиски бебиситтеров – важная часть жизни молодой американской семьи с детьми. В США законы запрещают оставлять ребенка дома без присмотра до определенного возраста – в некоторых штатах этот возраст может составлять двенадцать или тринадцать лет. Поэтому, если родители захотят сходить в ресторан, кино или в гости на пару часов, им все равно нужен бебиситтер. Если же родители оставят ребенка дома одного и с ним что-то случится, им может грозить серьезное уголовное преследование.

Бебиситтеры могут быть постоянными – они приходят в заранее оговоренные дни несколько раз в неделю и сидят с ребенком, кормят его, укладывают спать и т. д. Есть и временные бебиситтеры, подрабатывающие няньками время от времени, когда им нужно получить немного денег на карманные расходы. Как правило, бебиситтеры – это старшеклассники и студенты, редко – более взрослые люди, хотя бывает и такое, особенно среди недавних иммигрантов, которые соглашаются на любую работу и любой заработок, тем более наличными. Бебиситтерством также занимаются старшие двоюродные и троюродные братья и сестры, если они живут недалеко. Отвественность родителей малыша в том, чтобы привезти бебиситтера к себе домой, а потом отвезти обратно, ибо многие из них даже не имеют пока водительских удостоверений.

Примерно 14 % от 18,5 млн американских детей до пяти лет в каждый момент находятся под присмотром бебиситтеров. Учитывая, сколько времени разные бебиситтеры проводят с ребенком на протяжении первых, скажем, десяти-двенадцати лет его жизни, можно представить, насколько серьезно американские родители обычно относятся к их подбору. Дело это нелегкое, ибо бебиситтеры работают только когда хотят. Многие родители просят потенциальных бебиситтеров принести рекомендации, проводят настоящие интервью, напоминающие прием на работу, а в конце первого рабочего дня вместе подводят итоги. Особенно актуальным поиск бебиситтеров становится в праздники, когда все ходят друг к другу в гости и устраивают вечеринки, – например, на День благодарения или в Рождество. Подростки тоже традиционно проводят эти праздники в своих семьях или на вечеринках со сверстниками. В такие дни действительно трудно найти кого-то, кто будет сидеть с детьми, а если кто и согласится, стоимость услуги вырастет в несколько раз.

Многие бебиситтеры вольно или невольно оказывают огромное влияние на формирование ребенка. Поэтому родители и стараются взять кого-то из хорошо знакомой по работе, школе, церкви и т. д. семьи, а не просто случайных соседских подростков. Вызвавшись быть бебиситтером подросток начинает нести определенную отвественность за оставленного на его попечение ребенка и дом. При этом бебиситтер не просто занимается малышом – его действия должны соответствовать правилам, принятым в этой семье, в том числе религиозным, бытовым или медицинским. Родители, в свою очередь, снабжают его номерами своих телефонов, телефонов ближайших друзей и домашнего доктора, дают указания, кому можно открывать двери дома и что именно отвечать по телефону. Именно на бебиситтерах лежит ответственность за своевременное принятие ребенком лекарств. Но главное – безопасность.

Для американского подростка бебиситтерство считается вполне уважаемым и вполне признаваемым сверстниками способом заработать на карманные расходы. Тем более что за свою работу подростки, как правило, получают наличные на почасовой основе и, разумеется, не платят с них налогов. Многие американские родители поощряют бебиситтерство своих детей-подростков – это удачный способ занять свободное время, которое в противном случае могло быть потрачено на что-то нехорошее. Стоимость часа услуг подростков-бебиситтеров зависит от родственной или дружеской близости родителей из обеих семей, а также от объема обязанностей, возраста и здоровья ребенка.

Бебиситтеры, как и все американцы, привычно чувствуют себя в чужом доме, то есть могут поесть то, что найдут в холодильнике, посмотреть телевизор или послушать музыку, порыться в библиотеке, поплавать в бассейне или позаниматься на тренажерах и т. д. Особенно если ребенок уже поел и спит. Все это заранее оговаривается с родителями. Иногда подросткам даже разрешается приводить в дом друзей – например, если им надо вместе делать домашнее задание на завтра, – но при обязательном условии, что родители ребенка этих друзей знают лично.

Естественно, ни курить, ни употреблять спиртные напитки подростки не могут – не только потому, что на них лежит ответственность за ребенка, но и потому, что это под страхом уголовного преследования запрещено до совершеннолетия, которое в США наступает только в двадцать первый день рождения. Кстати, хозяева дома, в котором американские подростки получили – пусть и самостоятельно, без ведома этих самых хозяев – доступ, например, к алкогольным напиткам и воспользовались им, тоже подпадают под ответственность. В частности – за создание недопустимых по американским законам условий хранения алкоголя, при которых спиртное становится доступно несовершеннолетним. Еще строже закон карает за небрежное хранение оружия, даже если от него никто не пострадал.

Поэтому некоторые наиболее осторожные или попросту неуверенные в своих очередных бебиситтерах родители устанавливают в доме специальные скрытые камеры, которые фиксируют, что и как делают бебиситтеры с детьми, как они себя ведут в доме. В любом магазине для детей можно недорого купить такие камеры, вмонтированные в детские игрушки и кровати, книги и другие совершенно безобидные на первый взгляд предметы. Выяснилось, что американские подростки, оставленные с маленькими детьми, ведут себя в целом лучше, чем некоторые профессиональные няни. С помощью видеокамер в ряде случаев удалось обнаружить, что няни били или толкали малыша, ругали его с использованием весьма ненормативной лексики, вместо занятий с ним часами сидели в Интернете, на телефоне, перед телевизором или просто занимались неподобающими делами в присутствии маленьких детей, например, курили или обсуждали свою личную жизнь. Такие неприятные родительские открытия обычно заканчивались в американском суде и почти всегда вызывали широкий общественный резонанс.

Однако справедливости ради надо сказать, что бебиситтеры и няни по статистике виноваты в очень небольшой – около 4 % – доле всех преступлений против детей, которые совершаются в США. Наибольшее количество подобных преступлений в Америке – как, похоже, и везде – совершают знакомые взрослые (до 67 %) и родственники (свыше 21 %). Таким образом, бебиситтеры представляют собой минимальный риск, тем более что большинство преступлений, которые они совершают в отношении детей в Америке, – это психологическое давление на ребенка или оставление его без присмотра. Конечно, дотошная американская система фиксирует и все сексуальные преступления против детей, совершенные бебиситтерами. Интересно, что пик такого рода преступлений приходится на бебиситтеров в возрасте четырнадцати-семнадцати лет, в то время как психологическое давление на детей, как правило, осуществляют старшие, в возрасте от двадцати пяти до тридцати пяти лет. Если с первым фактом все более или менее понятно, то второй дает волю для разных интерпретаций.

Как я уже говорил, для многих американских детей бебиситтеры становятся настоящими примерами на разных этапах жизни, поэтому некоторые американцы предпочитают брать на эту работу, например, лишь студентов хороших университетов, часто – иностранных. С одной стороны, для таких студентов это хорошая возможность не только заработать денег, но и войти в американский дом, в американскую семью, а с другой – позволяет родителям с раннего возраста приучать своего ребенка к другому языку, к пониманию другой культуры.

Знание иностранных языков – слабая сторона и американцев в целом, и американской системы образования, что тем более странно, если учесть огромное количество естественных носителей разных языков, проживающих в Америке. То, что английский язык стал, по сути, единственным международным языком, помогло, конечно, американскому бизнесу превратиться в глобальный, но именно этот факт подставил подножку системе изучения иностранных языков в стране. Это отчасти и хотят компенсировать родители, нанимая своему ребенку иностранного бебиситтера. Большой полулярностью пользуются, в частности, испаноязычные бебиситтеры, а также представители стран Западной Европы. Я знаю немало русскоязычных иммигрантов, которые подрабатывали бебиситтерством, хотя в отношении наших бывших соотечественников в Америке, безусловно, есть некоторая предвзятость. Но найти русскую бабушку в качестве бебиситтера для маленького ребенка традиционно воспринимается в американской семье как удача. Такая бабушка, как правило, считается не только ответственной, заботливой и внимательной, но и готовит зачастую гораздо лучше хозяйки дома. Правда, большинство из них не говорит по-английски и не водит машину, что создает немало чисто практических проблем. В любом случае бебиситтеры в Америке заменяют в социальном, воспитательном и образовательном планах бабушек и дедушек, и может быть, уже отсюда начинаются различия в менталитете американцев и представителей стран с более традиционными семейными устоями.

Чтобы полнее описать ситуацию, могу также добавить, что в США есть еще «ситтеры», которые сидят с домашними животными, кроме того, немало людей подрабатывают хаусситтерами, то есть следят за домами, пока хозяева находятся в длительных поездках. Дело в том, что здесь есть категория людей, которые не желают сдавать свое жилье в аренду, даже когда уезжают из него далеко и надолго, хотя большинство американцев легко сдают на время отъезда свои дома, причем со всеми вещами. Разумеется, сначала они хорошенько выясняют, что за люди собираются снять у них дом, а потом заключают длинный и подробный контракт, написанный для них юристом. В США вполне принято сдавать в аренду часть дома или квартиры, с тем чтобы арендная плата жильца помогала хозяевам выплачивать банковский кредит. Даже в домах, где все квартиры маленькие – студии или однокомнатные – и сдаются в аренду, часто можно увидеть объявления о поиске соседа, который согласился бы жить с вами в одной комнате и делить расходы пополам. Это типичный студенческий вариант, хотя я знаю и разнополые пары, которые так начали вместе жить ради экономии средств на квартиру.

Детство без бебиситтера: детские сады и летние лагеря

Конечно, в США есть и альтернативные формы устройства детей. Есть нечто, напоминающее российские ясли, как и многочисленные подобия детских садов. Но, во-первых, они являются частными и поэтому достаточно дорогими, а во-вторых, как правило, существуют лишь в городах, где семьи с детьми живут сравнительно близко друг от друга. В пригородах и провинции такого рода детских заведений заметно меньше. Однако тут существует другое: какая-нибудь семья или одинокая пара организуют своеобразные домашние детские сады или ясли. В обычном доме собираются дети из близлежащих районов, где ими в течение дня занимаются, кормят, заботятся и т. д., – все это на коммерческой основе. Данное занятие является стандартным американским бизнесом, поэтому требует соответствующих сертификатов, лицензий и разрешений. Кроме того, местные попечительские органы следят за тем, как работает этот домашний детский сад, да и сами родители имеют на его функционирование большое влияние. Иначе, как говорят в Америке, они «голосуют ногами или бумажником», то есть в дальнейшем с тем или иным детским садом дела не имеют. Впрочем, такое «голосование ногами» применяется к любому бизнесу в Америке, и, надо признаться, этот способ борьбы за качество услуг и товаров оказывается весьма эффективным.

Есть, безусловно, и другие формы занятия детей – от игровых комнат, куда можно «сдать» ребенка на час или на день и которые уже в большом количестве появились в России, до всевозможных городских и загородных лагерей. Последние, как правило, работают во время школьных каникул. Игровые комнаты имеются в магазинах и моллах, кинотеатрах и даже церквях, то есть в местах, куда взрослые приходят по своим делам и где возможность бесплатно освободиться на время от своих детей оказывается очень удобной. Расчет простой – магазины, торговые моллы и плазы, кинотеатры и тому подобные заведения таким образом борются за клиентов, ведь в противном случае некоторые из них не пришли бы туда и не истратили бы деньги, которые в конечном итоге более чем окупают расходы по присмотру за детьми.

Многие американцы предпочитают специализированные детские летние лагеря – от спортивных до художественных, от научно-технических до религиозных. Я знаю немало американских семей, в которых дети неоднократно ездили в летние лагеря разного рода, сам посылал туда своих детей – и могу сказать, что это хорошо налаженная и эффективная система детского воспитания. Качество лагеря, конечно, напрямую зависит от его стоимости, однако все они находятся под пристальным наблюдением и местных властей, и всякого рода родительских организаций. Родители, как правило, не очень волнуются за ребенка, которого они туда отправили.

Зачастую детские лагеря при церквях отнюдь не являются сугубо религиозными, хотя дети там имеют возможность посвятить больше времени изучению, скажем, истории религии или культуры. Так же как и программа «литературных» лагерей вовсе не сводится к чтению детьми с утра до вечера книг или сочинению стихов. В большинстве случаев это лагеря общего развития, а их аффилиация с той или иной организацией означает лишь то, что именно она несет отвественность за детей в лагере, набирает персонал, управляет лагерем и, кстати, получает определенную прибыль. Есть здесь в том числе и «православные лагеря», где дети общаются на русском языке. Некоторые посольства просто покупают или арендуют кусок земли или дома в сельской местности и организуют там летний лагерь для детей сотрудников. Справедливости ради надо сказать, что все же дети большинства работающих в США иностранцев ездят летом отдыхать в обычные американские лагеря.

Некоторые россияне тоже посылают детей в летние лагеря в Америку. Конечно, в первую очередь вопрос тут касается финансов и степени решительности самих родителей. Например, один из моих московских друзей много лет подряд посылал своего сына в летний лагерь в Калифорнии, который специализировался на том, что детей там учили создавать компьютерные игры разного уровня. Подобных лагерей в других странах просто нет. Еще один приятель ежегодно отправлял ребенка в американский летний лагерь, специализирующийся на автоспорте, а другой до сих пор отправляет своего сына в «лагерь для будущих мировых лидеров», где дети изучают мировую политику и участвуют в соответствующих ролевых играх, – такой своеобразный детский «Селигер», если угодно.

Надо сказать, что и американцы, при всей своей провинциальности, частенько отправляют детей в зарубежные лагеря. Иногда складывается впечатление, что американские дети путешествуют по миру больше своих родителей и вполне могут в этом вопросе конкурировать с американскими пенсионерами, которые уже стали стереотипом типичного туриста.

Что касается лагерей в самой Америке, то – к моему большому удивлению – выяснилось, что популярностью среди американских детей часто пользуются лагеря с довольно примитивным устройством. Конечно, вода, еда, санитарное и медицинское обслуживание должны соответствовать установленным стандартам, однако, помнится, в памятке для родителей, посылающих своего ребенка в лагерь, я прочитал, что их обязанностью, например, является снабдить своего ребенка спальным мешком и подушкой, а также жидкостью от комаров и средством от вшей. Хотя лично я ни разу не сталкивался с лагерем, где на детей возлагалась бы обязанности по уборке территории, помощи в столовой и другие «лагерные прелести», через которые мне самому приходилось проходить в советских пионерских лагерях в Подмосковье.

Лагеря и школы для непослушных детей

Немалой популярностью в США – однако, скорее уже среди родителей, нежели среди детей – пользуются так называемые военизированные лагеря для трудных или недисциплинированных детей и подростков. По-английски они называются boot camps и даже своим названием напоминают тренировочные лагеря американских солдат. Естественно, в Америке, как и в любой развитой стране, есть немало трудных детей и подростков. Но есть и отличия. В России, например, одним из методов родительского воспитательного воздействия является внушение пугающей мысли о том, что если подросток не будет хорошо учиться и не поступит, скажем, в приличный университет, то ему придется идти в армию. Американские родители лишены возможности использовать подобную угрозу, так как американская армия является добровольной и строится на контрактной основе. Призыва в нее нет, а записаться в солдаты можно на специальном рекрутерском пункте, которые разбросаны по всей стране.

Однако у американских родителей тоже есть своя фирменная и весьма пугающая трудных подростков фраза. «Будешь плохо себя вести и плохо учиться, мы тебя пошлем в военную школу!» – говорят они. Конечно, военная школа – не американская армия и тем более не российская, однако и она подразумевает долгую жизнь в казарме, тяжелую муштру и жесткую военную дисциплину. У кадета любой военной школы практически не будет свободного времени, он постоянно находится под наблюдением старшего по званию. Есть, кстати, такие же военные школы и для девушек-подростков. Они рассчитаны на детей любого возраста – от первоклассников до студентов университетов. Многие из этих школ готовят к поступлению в военные академии, но большинство американцев уверены в том, что самой своей атмосферой и ежедневными занятиями они решают главную проблему: воспитывают у детей и подростков уважение к старшим и умение слушать их и подчиняться их приказам – то есть именно то, в чем провалились родители.

Есть мнение, что военные школы – хорошее начало карьеры для детей недавних иммигрантов, которые не смогут иначе получить образование. Не зря в армии США много иммигрантов, в том числе в первом поколении. Армейская служба дает немало льгот, есть среди них и образовательные, и связанные с получением американского гражданства. С другой стороны, часть американцев уверена, что такие детские и подростковые военные школы, навязывающие своим ученикам жесткую дисциплину, наносят еще больший вред проблемным детям, а выпускники этих школ возвращаются к обычной жизни еще более обозленными, закомплексованными и подавленными. В любом случае отправка в военную школу – реальная угроза, которую используют американские родители, старающиеся вразумить своих несовершеннолетних детей. И, как я мог заметить, частенько эта угроза срабатывает.

Впрочем, военизированный летний или круглогодичный лагерь – это еще не военная школа, хотя условия пребывания там могут быть даже жестче. Существуют лагеря практически любого дисциплинарного уровня, который родители выберут для своего трудного подростка. Считается, что они могут исправить ребенка, а если нет, то там недалеко и до тюрьмы. Эти лагеря также различаются по содержанию своей деятельности – от более военизированных до похожих скорее на лагеря экстремального туризма и спорта. Они не бесплатны и стоят сравнительно дорого, иногда до 6 тыс. долларов в месяц. Однако многие американские родители считают, что игра стоит свеч. Более того, в стране есть немало специальных программ, помогающих родителям оплачивать пребывание ребенка в таком лагере, в том числе предусмотрены налоговые льготы.

Расходы на перевоспитание трудного ребенка все же несравнимы с пользой в случае успеха. Бывает, однако, что отправка ребенка в такой лагерь становится просто обязательной для родителей, да и для самого подростка. Это может быть, например, частью сделки с правосудием или условием, которое выставляет специальный судья по делам несовершеннолетних в обмен на снижение или отсрочку наказания подростку в связи с тем или иным правонарушением.

Бойскауты и герлскауты США

Нельзя, разумеется, не вспомнить про легендарную организацию бойскаутов. С одной стороны, это самая большая детская американская организация. В ней сегодня состоит около 3 млн детей и приблизительно миллион взрослых, в основом добровольцев – бывших скаутов. Организация была создана в США еще в 1910 г. как часть мирового движения скаутов, которое за три года до этого впервые появилось в Англии. Всего за это время через нее прошло более 110 млн американцев. Считается, что сегодня в скаутском движении во всем мире принимают участие до 40 млн человек. В СССР, как известно, скаутское движение после революции было уничтожено, а на его основе была создана сперва пионерская организация, позаимствовавшая у скаутов много внешних форм и ритуалов, включая галстук, значки и призыв «Будь готов!», а затем и комсомол.

Традиционно в бойскауты могут вступать американские дети в возрасте от шести лет и находиться там до восемнадцати или двадцати одного года. Это движение всегда находилось под огнем критики со стороны либеральных организаций США за свои внутренние принципы, и в определенный момент потребовалось даже вмешательство Верховного суда США, чтобы защитить право скаутской организации на самостоятельное определение своих внутренних правил и принципов. Этот факт, кстати, стал правовым прецедентом.

Цель бойскаутского движения была и остается в воспитании характера, гражданственности. Ребенок должен привыкнуть рассчитывать на собственные силы, научиться выживать в трудных условиях, стать лидером, вожаком. Обычно бойскаутские лагеря дают детям практические знания – от умения разжечь костер до навыков ориентации в лесу, от плавания до лазания по скалам. Организация существует на членские взносы и денежные подарки со стороны других организаций – религиозных, профсоюзных, предпринимательских и т. п., а также на плату за участие в ее мероприятиях, в том числе лагерях.

Бойскаутом может стать практически каждый ребенок, независимо от цвета кожи, возраста, уровня доходов родителей, успехов в школе или здоровья. Сегодня в США более 100 тыс. детей-инвалидов и детей, имеющих проблемы развития, являются членами бойскаутских организаций. Бойскауты имеют жесткую внутреннюю иерархию, награды и отличия. Члены организации могут расти по своим внутренним рангам, но могут при желании остановиться в карьерном и профессиональном росте на наиболее интересном для них этапе и области. Взрослые, которые работают в бойскаутском движении, делают это, как правило, в качестве бесплатных добровольцев, и многие считают делом чести стать таковыми. Далеко не все взрослые могут быть приняты на работу в бойскаутскую организацию, критерии здесь достаточно жестки.

Хотя движение бойскаутов начиналось как движение для мальчиков, в 1950 г. в США появилась массовая организация герлскаутов, то есть девочек-скаутов. Сегодня в нее входят около 2,3 млн американских девочек и около 800 тыс. добровольцев, которые работают с ними. Цели организации для девочек приблизительно такие же, как и для мальчиков, хотя одной из задач герлскаутского движения является работа по повышению социальной роли девушек и женщин в обществе.

Простые американцы, относящиеся к скаутскому движению равнодушно, как правило, сталкиваются с ним во время больших кампаний. Наиболее известной кампанией является ежегодная общенациональная продажа особого печенья, которое распространяют организации герлскаутов. Выпускается огромное количество разнообразного печенья со скаутской символикой, и, по-моему, каждая американская семья в результате покупает его. В среднем продается более 200 млн пачек в год, а девочки – члены скаутских организаций вовсю соревнуются в том, кто больше продаст. Мне это напоминает старый добрый сбор макулатуры пионерами в СССР. Однако в США бойскаутское печенье стало такой глубокой традицией, что дети обмениваются разными его сортами, а коллекционеры сохраняют коробки за разные годы, составляя весьма причудливые коллекции. Даже я знаю, что сегодня есть 28 сортов скаутского печенья. Скауты в США также занимаются сбором продуктов для бедных и другими сугубо гуманитарными программами, переписываются со скаутами из других стран.

Это движение представляет собой еще одну возможность организовывать свободное время детей и подростков в Америке, пользующуюся популярностью среди тех, кто приехал в страну сравнительно недавно. Бойскауты практикуют внутри себя высокую степень толерантности, в число их принципов входит умение дружить и помогать, поэтому среди них есть немало детей недавних иммигрантов, детей из семей с невысоким достатком и семей, которые не могут позволить себе слишком дорогой детский досуг. Однако, как я заметил, немалая часть американцев относится к бойскаутским организациям с известной долей иронии, особенно ко взрослым, участвующим в этом движении и одетым в бойскаутсую форму с галстуком на шее и множеством значков и наклеек.

Бойскауты имеют тесные связи с разными церквями, христианскими объединениями, гражданскими и профессиональными группами и организациями, которые помогают спонсировать их деятельность. Однако большого содержательного влияния на деятельность спонсируемых эти организации в Америке не оказывают. Например, рядом со мной в Вашингтоне расположен большой многоэтажный спортивный центр, принадлежащий всемирно известной религиозной организации, которая называется YMCA, то есть «Организация молодых христиан». Я иногда посещаю этот спортцентр в многолетней и бесславной борьбе с собственным излишним весом. Но если не знать его принадлежности, то никогда в жизни о ней не догадаешься. В здании не только нельзя увидеть ничего сугубо религиозного, но и в свои члены этот спортивный клуб принимает всех желающих, не задавась вопросом о вере или религиозной принадлежности, а интересуясь лишь состоянием кредитной истории новичка. Более того, здесь же занимается спортом большое количество представителей сексуальных меньшинств, проживающих в этом районе Вашингтона, – и они не сталкиваются с какими-то ограничениями, несмотря на «христианскую» принадлежность клуба.

Свободное время юного американца

Одной из главных проблем американских родителей является организация свободного времени ребенка. Жилищная структура Америки, планировка ее пригородов и провинциальных городков подразумевает полное отсутствие дворов в российском понимании этого слова. Когда американская мама говорит ребенку «пойди поиграй на улице», она имеет в виду собственный дворик позади дома. И не больше. Выходить за его пределы нельзя – во-первых, там начинается чужая частная собственность или расположена дорога, во-вторых, американская мама никогда не разрешит своему ребенку просто гулять на улице без присмотра взрослых, а в-третьих, все равно ребенку будет невозможно найти себе компанию свертстников для игр. В нашем детстве, особенно в больших городах, мы все гуляли во дворах под окнами наших квартир, откуда на нас изредка поглядывали родители. В Америке дворов нет, нет и дворовых компаний. Это полностью меняет саму концепцию гуляния для американского ребенка.

Его свободное время, как правило, жестко спланировано и организовано родителями. Он знает, что, скажем, в следующие выходные пойдет в гости к однокласснику, через выходные у других школьных друзей организуется детская вечеринка с ночевкой, а в третьи выходные к нему домой привезут двух его приятелей и они будут играть до позднего вечера, купаться в бассейне и вместе смотреть телевизор. Все организовано, согласовано и оговорено родителями – ведь это и их расписание на выходные тоже. Школьный округ, где живут одноклассники, зачастую достаточно велик, внутри него могут быть проложены скоростные дороги и шоссе, которые нельзя переходить пешеходам (в Америке закон запрещает пешеходам пересекать скоростные дороги под страхом уголовной отвественности). Как бы то ни было, самостоятельно ребенок передвигаться не может, его нужно возить к друзьям, что требует согласованных действий от родителей обоих детей. Очень редко – если повезет – друзья живут на одной и той же улице, тогда подростку разрешается сходить в гости самому, но и в этом случае сначала все обсуждается по телефону родителями.

Есть неколько популярных форм времяпрепровождения американских детей и подростков. Во-первых, это общие игры с друзьями в чьем-то доме или на чьем-то дворе, особенно если там есть бассейн. Обычно такой досуг занимает дневные часы в один из выходных. Всех привозят и увозят собственные родители в условленные часы. Во-вторых, так называемые вечеринки с ночевкой. В этом случае в чей-то дом приглашаются друзья с условием, что они там останутся на всю ночь. Это очень популярная и самая желанная форма развлечения детей в Америке. Дети берут с собой спальные мешки и подушки, свои гаджеты и т. д. Как правило, размещаются все в подвале («бэйсменте») дома или спальне ребенка. Условием такой вечеринки является то, что детям можно бодрствовать очень долго и спать они идут, только когда сами решат. Утром их кормят завтраком хозяева дома, а потом забирают приехавшие родители. Такие вечеринки становятся особенно популярны у детей после 10–12 лет: они дают возможность пообщаться без чрезмерного контроля со стороны родителей, долго смотреть телевизор, вместе играть в компьютерные игры и т. д.

В торговые центры!

В последние десятилетия весьма популярным развлечением подростков в США, особенно тех, кому уже исполнилось 14–15 лет, стало коллективное посещение торговых центров. Ребята собираются в одном из кафе в торговом центре, гуляют из магазина в магазин, сидят в кино, опять заваливаются в какое-нибудь кафе-мороженое, встречаются со сверстниками, играют в зале игровых автоматов и т. д. Так проходит целый день. На определенном этапе своей жизни практически каждый американский подросток проходит через этап гуляния по торговому центру. Там же устраиваются первые свидания, часто в сопровождении друзей и подруг. Там же тратятся первые карманные деньги – на билет в кино, перекус в кафе или на мороженое. В магазинах что-либо покупают крайне редко, да и не посещение магазинов является целью такого времяпрепровождения, а социальная жизнь вне дома, вне школы, то есть вне контроля родителей или учителей. Обычно выбирается самый хороший, большой и благоустроенный городской торговый центр.

Многие родители благосклонно относятся к подобным развлечениям. Современный торговый центр способен предоставить практически тот же набор развлечений, какой можно получить в городе – от ресторанов до спортивных залов, от бассейнов до кинотеатров. В то же время в торговом центре ребята находятся под крышей, при ярком освещении и наличии людей повсюду, в окружении камер и сотрудников охраны центра и магазинов. Здесь им никто не будет предлагать наркотики или алкоголь, минимальна и вероятность совершения иных правонарушений в отношении подростков. Преступники стараются держаться подальше от мест, где они могут оставить слишком много следов, причем не только внутри самого центра, но и на парковках, которые тоже оснащены видеокамерами. Во многих торговых центрах на входах стоят системы определения подозрительных лиц по внешности, передающие информацию на телемониторы в комнатах сотрудников безопасности. Так что там подростки находятся в гораздо большей безопасности, чем где-либо на городских улицах, что еще больше успокаивает американских родителей.

Кроме того, время, проведенное в торговом центре в компании сверстников, но без взрослых, дает американским подросткам возможность самим решать, как потратить деньги, с кем общаться и что делать, то есть приучает их принимать самостоятельные решения и нести за них ответственность. Некоторые как бы примеряют на себя атмосферу торгового центра, ибо очень возможно, что во время летних каникул или в старших классах они пойдут подрабатывать в качестве помощников продавца. Многие подростки выбирают магазин в соответствии со своим вкусом, чтобы через несколько лет подать туда заявление о приеме на временную работу. Некоторых прельщает модная одежда, других – комиксы, третьих – электроника и т. д. В эти магазины они чаще всего заходят во время своего шатания по торговому центру, общаются там с младшими продавцами и чувствуют себя по возвращении домой заметно повзрослевшими.

Кстати, в больших торговых центрах часто тусуются не только подростки, но и американские пенсионеры, особенно те, кто ведет активный образ жизни: бегают трусцой, ходят гулять с гантелями в руках и т. д. Они тоже приезжают в подобный центр и начинают нарезать по нему круги быстрой ходьбы или бега, иногда с ритмичным размахиванием руками, подпрыгиванием, наклонами и другими физическими упражнениями. Со стороны это выглядит довольно забавно, но все уже привыкли. Особенно начинаешь ценить атмосферу торгового центра во время дождя, снега или большой жары снаружи – тогда понимаешь пенсионеров, которые весь год бесплатно занимаются спортом в условиях искусственного климата. Любят встречаться в торговых центрах и молодые мамы, часто с колясками: их тоже устраивает система климат-контроля, установленная в любом центре, а также возможность совместить приятное с полезным и обойти заодно множество магазинов. Все америкнские торговые центры оборудованы специальными приспособлениями для инвалидов, поэтому они тоже часто проводят там время. Так что американские подростки – далеко не единственная социальная группа, выбравшая торговые центры в качестве площадки для своей социальной активности.

Детский спорт

Еще одна форма проведения времени для детей и подростков США – это кружки и спортивные секции, которые в большом разнообразии имеются не только в каждой школе, но и в других местах – при церквях, городских и муниципальных правительствах, предприятиях и компаниях, спортивных клубах для взрослых, торговых центрах и т. д. В принципе, любой тренер или активист может снять помещение и при наличии соответствующей лицензии вести кружок или, скажем, спортивную секцию.

Спорт – огромная часть повседневной культуры американцев. С одной стороны, это действительно нация, страдающая ожирением и гиподинамией, привыкшая к закусочным быстрого питания. Но с другой стороны, это, пожалуй, сама спортивная нация в мире. Для многих здесь спорт является мощным трамплином во взрослую жизнь, а подростки, показавшие некоторые спортивные задатки и достигшие определенных успехов, имеют хорошие шансы на получение многочисленных спортивных грантов для учебы в самых престижных и дорогих университетах и колледжах страны.

Разумеется, дети в США занимаются и музыкой, и рисованием, и лепкой, и танцами, в том числе балетными, и техническим творчеством. В этом отношении рынок предложений для детских пристрастий и внешкольных занятий очень велик. Но спорт занимает в нем первое место. На втором, пожалуй, находится церковь или синагога, куда дети с семьей отправляются почти каждые выходные. На третьем – всякое художественное творчество, музыка и интеллектуальные занятия.

Замечу, что американские подростки не изучают дополнительно иностранные языки, как это делают их сверстники в других странах мира. Незнание хотя бы одного иностранного языка не воспринимается в обществе как недостаток образования. В отличие от других стран, где дети неохотно учат иностранный, американцы с самого детства живут в мультикультурном окружении, практически ежедневно сталкиваясь с привычками и бытом других народов (конечно, в их американизированном варианте), и, казалось бы, должны с легкостью овладевать другими языками – но этого не происходит. Тем не менее американские дети растут в обществе, где представлены практически все мировые культуры, этнические группы и образы жизни, особенно в больших городах, и многие из них двуязычны, что называется, по определению – к примеру, знают испанский, ибо на нем говорят дома их родители. Испанский – по сути, второй язык США (как я уже сказал, официального государственного языка в этой стране нет и никогда не было).

Но вернемся к спорту. Школьный и студенческий спорт США – самый сильный в мире и является не только основой американского профессионального спорта, но и значительной частью здешней молодежной культуры. Спортом занимаются везде – в школе и на улице, на спортплощадках и в летних лагерях, дома и в гостях. Для малообеспеченных американских семей спортивная карьера ребенка – самый счастливый лотерейный билет, который они могут вытащить в этой жизни. Небогатые родители делают все, чтобы отправить детей заниматься спортом, – в первую очередь популярным в США и, соответственно, перспективным с точки зрения будущих финансов: американским футболом, хоккеем, баскетболом, бейсболом, женским футболом, фигурным катанием, теннисом. А родители, которые мечтают о поступлении ребенка в университет, но не уверены, что у них хватит денег на оплату образования, стимулируют в детях любовь к менее популярным и зрелищным, но очень «студенческим» в США видам спорта – от плавания до легкой атлетики, от волейбола до стрельбы из лука, от коньков до шахмат.

Таким образом, большинство детей и подростков США всерьез занимаются спортом, думая при этом, как правило, не о своем здоровье и роли физкультуры в его укреплении, а о своем будущем. О будущем думают и их родители, которые терпеливо возят своего ребенка на тренировки, часами ждут его под окнами спортзала, ездят в выходные на соревнования и, сидя на трибуне, всячески поддерживают свое чадо, ревниво посматривая вокруг на других родителей; платят немалые деньги, поскольку подавляющее большинство спортивных занятий для детей и подростков носит коммерческий характер, покупают форму и необходимый инвентарь, который тоже стоит недешево, оплачивают поездки на соревнования и сборы. Все это – в надежде на то, что спорт поможет поступить в университет, оплатить учебу, создаст ребенку репутацию среди сверстников и укрепит его чувство собственного достоинства. Как правило, спортсмены не бывают «ботаниками» в классе и не позволяют брать над собой верх школьным хулиганам, которые, конечно, есть в Америке, как и в любой стране мира.

За молодыми людьми, демонстрирующими успехи в некоторых сравнительно редких видах спорта, буквально гоняются университетские тренеры и работники приемных комиссий. Впрочем, университетский спорт – особая тема, здесь я просто хочу подчеркнуть, что занятия спортом для школьников США – вопрос важный. При этом учитель физкультуры и спорта в школе, как правило, типичный пузатый толстяк с красным от высокого давления лицом, выглядящий смешно и весьма неатлетично в своих крутых спортивных одеждах и с мячом в руках. Однако получают эти учителя гораздо больше преподавателей, скажем, математики или физики.

Американцы гордятся спортивными достижениями своих детей на школьных соревнованиях не меньше, чем, например, победой на Олимпийских играх. Победа на школьном или районном соревновании становится семейной легендой, которая передается через поколения, а дальние родственники гордятся этим не меньше родителей. Впрочем, обычно это касается не только спорта, но и других соревнований, включая совершенно неизвестные россиянам чемпионаты по орфографии или дебатам.

Чемпионаты по орфографии и умению убеждать

В США действительно есть соревнования по орфографии. Написание слов в английском языке, как известно, разительно отличается от того, как они произносятся. Есть старая шутка: пишется Манчестер, произносится – Ливерпуль. Грамотный американец должен писать без ошибок. Но в английском языке это практически невозможно. Даже самые образованные люди изредка лезут в словарь, чтобы проверить себя. Чемпионаты по спеллингу – правильному написанию слов – проводятся среди детей и подростков США в присутствии зрителей на разных уровнях, от школьного до национального, и выиграть их очень непросто. Чемпионы Америки пользуются уважением и почетом, а их родители испытывают немалую гордость за детей. Это действительно серьезное достижение, особенно учитывая огромную конкуренцию: через такие испытания проходил каждый школьник-американец.

Еще интересней американские чемпионаты по дебатам. Умение дебатировать, вести аргументированные споры и обсуждать какую-либо проблему является частью учебной программы во многих школах и университетах. Тут тоже проводятся соревнования, которые собирают большое количество зрителей, болеющих за ту или иную команду. Мне не раз доводилось бывать в жюри соревнований, и я могу сказать, что они представляют собой яркое и непростое явление. Команды долго готовятся, тренируются с учителями и профессорами, специалистами по ораторскому искусству и логике, тем или иным предметам, по которым, может быть, им предстоит вести дискуссию. Как правило, команды до последнего момента не знают, какова будет их роль – поддерживать ту или иную точку зрения или опровергать. Они должны быть готовы и к тому, и к другому варианту.

Умение аргументированно спорить часто дает возможность получить дополнительный грант или поступить в престижный колледж. В старших классах многие ученики стараются попасть в школьные команды, чтобы улучшить таким образом свои приемные характеристики для университета. Соревнования по дебатам, в отличие от чемпионатов по правописанию, проводятся и на международном уровне, в первую очередь среди команд из англоязычных стран, а также команд из школ или университетов, где есть специализация в английском языке. Чемпионаты по спеллингу, по дебатам, «мировые первенства» по американскому футболу и бейсболу дают американцам от мала до велика еще больше поводов ощущать себя на особом положении, гордиться за свою страну и быть патриотами.

Глава 3

Американец учится

Американец идет в школу

Школьное образование в США в основном государственное, контролируемое и финансируемое на трех уровнях – федеральными властями, властями штата и муниципальными органами. Доля федеральных властей самая незначительная – менее 10 %. Гораздо больше возможностей контроля над образованием у властей штатов и местных органов власти – в городах и графствах. Интересно, что по историческим причинам образование совершенно не упоминается в конституции страны, вследствие чего подразумевается, что им должны заведовать штаты. Строго говоря, государство в США не гарантирует право граждан на образование.

В результате в Америке не существует и никогда не существовало строгих федеральных стандартов для учебных заведений, учебников, квалификации учителей и т. д. Нет строгих требований к обязательности образования, отдельной ответственности за его неполучение и т. д. Все это, как и многое другое, отдано на откуп местным властям – на уровне штата и ниже. Отсутствие государственных гарантий не помешало США создать в стране лучшую на сегодняшний день – при всех ее проблемах – систему образования, особенно высшего. Школьное, безусловно, отстает.

В школе американцы учатся довольно долго. Четырех-пятилетние идут в ясельные группы и классы, предваряющие детский сад. После этого наступает черед структуры, называемой в США элементарной, или начальной, школой. Сначала – детский сад, потом, с шести-семи лет – первый класс школы. Как правило, обучение в начальной школе продолжается до пятого класса включительно, то есть до того, как ребенку исполняется десять-одиннадцать лет. После этого он продолжает свое образование в так называемой средней школе, включающей в себя классы с шестого по восьмой, то есть туда ходят дети с одиннадцати до четырнадцати лет. После этого американский подросток идет в старшую, или, как ее называют в США, высшую школу. Она начинается с девятого класса, ученики которого носят общее прозвище freshmen, то есть «новички». Школьники в десятом классе называются sophomores – «второкурсники». Прозвище одиннадцатиклассников – «юниоры», juniors, что означает школьников предпоследнего года обучения. Наконец, последний, двенадцатый класс – seniors, то есть «старшеклассники», «выпускники». Учатся в старшей школе в США с пятнадцати до восемнадцати лет.

Интересно, что американец никогда не скажет: «Я учусь в десятом (или одиннадцатом) классе». Он всегда будет использовать словесные определения этих классов: «Я – юниор» (новичок, второкурсник и т. д.). И все окружающие поймут, о чем речь. Если же прозвучит: «Я учусь в десятом классе» – есть большой шанс того, что никто толком не разберется, на каком этапе обучения на самом деле находится говорящий. Многие решат, что этот тинейджер учится в зарубежной школе.

Кстати, два слова про тинейджеров, или тинов, – поскольку я очень часто сталкиваюсь с тем, что люди в России не знают, о каком именно возрасте идет речь. Американское слово teenager означает «подросток» и образовано от суффикса teen и слова age («возраст»). Таким образом, teenagers, или, проще, teens, – это все те, чей возраст обозначается числительным, содержащим суффикс teen, то есть от thirteen («тринадцать») до nineteen («девятнадцать»). Именно в этих границах принято отмерять возраст подростков в США. Двенадцатилетний – еще ребенок, двадцатилетний – уже взрослый человек, хотя ему еще год нельзя будет принимать алкоголь. Курить в большинстве штатов можно с восемнадцати лет. Практически все тинейджеры – учащиеся или выпускники школ.

В зависимости от конкретного школьного округа (США разделены на школьные округа) могут быть небольшие варианты в градации школ на ступени – средняя школа, скажем, начинается в пятом или седьмом классе. Однако обязательно другое: все три школы – начальная, средняя и старшая – это разные школы. Разные здания, зачастую находящиеся довольно далеко друг от друга, разные составы учителей, разная администрация. В одной школе не перемешиваются дети слишком разных возрастов, что позволяет решить часть важных проблем – от снижения насилия и доминирования старших над младшими до более направленного на тот или иной возраст учеников оснащения школы, ее спортивных и других сооружений. Да и учителя специализируются преподавать для того или иного возраста. Эти три школьных ступени не входят в одну цепочку и не обязательно соответствуют друг другу качеством образования или репутацией. В одной и том же школьном округе, например, начальная школа может быть плохой, а старшая – очень хорошей. Родители часто комбинируют школы и округа, чтобы все три школы, в которые ходят их дети, были качественными. Иногда одна из школ в результате таких исканий становится частной.

Несмотря на постоянные разговоры о частных школах, приблизительно 85 % детей обучаются в государственных учреждениях. Для сравнения: количество государственных школ в США около 100 тыс., частных – приблизительно 34 тыс. Многие частные школы – религиозные, существующие при тех или иных религиозных объединениях. В основном это католические школы. Начало им положили ирландские эмигранты в середине XIX в. Другие, нерелигиозные частные школы, нередко очень дорогие и иногда с большим конкурсом на поступление, существуют, чтобы подготовить учеников к поступлению в престижные вузы. Существуют также военные школы, школы-интернаты, школы для детей с особыми нуждами и школы, применяющие нестандартные или экспериментальные системы обучения – например, вальдорфскую систему или систему Монтессори. Как и в России, в США среди государственных школ существуют специализированные школы. В Америке они называются magnet schools и концентрируются на обучении определенным предметам – математике, физике и т. д. «Магнитными» такие школы называются потому, что они как бы притягивают способных в этой сфере учеников из разных школьных округов.

Кроме того, существуют еще и школы-пансионы, так называемые boarding schools – достаточно дорогие школы-интернаты. В отличие от аналогов во многих европейских странах, американские интернаты обучают детей старшего возраста, то есть с десятого по двенадцатый классы. Основными плюсами таких школ в Америке считается то, что они помогают студентам привыкнуть к самостоятельной жизни – например, к проживанию в университетском кампусе. Студенты школы-интерната постоянно под присмотром, а каждый их день строго расписан, что не дает им возможности разлениться, держит в форме, не оставляет времени на хулиганство и т. д. Кстати, всем известный пример такой boarding school – это английская школа Хогвартс, в которой происходят события книг о Гарри Поттере.

Учителя в США – сравнительно неплохо оплачиваемая категория работников. Конечно, их зарплата прямо зависит от того, в каком школьном округе они работают, то есть какое количество налогов выплачивают жители округа и какой процент этих налогов идет на содержание школ. Как правило, хорошо оплачивается работа «физруков», особенно если они являются тренерами команд старших школ по популярным видам спорта – от американского футбола до баскетбола или бейсбола. Ирония, как я уже писал, в том, что именно учителя физкультуры в старших школах являются наглядным примером нездорового образа жизни. Однако им платят не за внешний вид, а за успехи школьных команд на разного рода соревнованиях, поэтому их зарплата может вызывать чувство острой зависти у коллег, преподающих обычные предметы.

Надо отметить, что, в противовес распространенному стереотипу, учителям частных школ, как правило, платят меньше, чем их коллегам в государственных школах, зато предлагают проживание на территории кампуса и другие льготы – от налоговых до траспортных. Из-за этого работа в частной школе выглядит привлекательно. Родители обычно видят в этом большой плюс частных заведений, так как подразумевается, что там учителя работают по призванию, а не из-за денег, а кроме того, они все время находятся неподалеку от детей и могут лишний раз проследить за ними.

Школа: здание, учебники, форма

Типичная американская школа выглядит сегодня как прилично защищенное учреждение. В последние годы все они значительно усилили охрану. При входах в здание установлены металлодетекторы, как в аэропортах, а в залах школы несут службу профессиональные охранники. С 2000 г. в школах города Нью-Йорка, где зафиксирован самый высокий уровнень насилия, регулярно дежурят полицейские – они даже стали специально тренироваться в школьных зданиях. Полицейские проводят обход помещений и сидят в патрульных машинах у входов и выходов, а свободолюбивые подростки жалуются на схожесть школ с тюрьмами. В свою очередь учащиеся обязаны носить при себе специальные магнитные карты, удостоверяющие их школьный статус. Впрочем, эта карта является и ключом, и кредитной карточкой, и многим другим, что необходимо для учебы в конкретной школе.

Подавляющее большинство школ – одноэтажные или двухэтажные здания, привольно раскинувшиеся на больших участках земли. Как правило, землю под школы в Америке не жалеют. Частные школы покупают участки земли у местной власти, а публичные школы получают ее в пользование. Это большие сооружения, которые сразу угадываются на дороге не только по соответствующим знакам, но и по внешнему виду. Несколько корпусов, часто соединенных вместе, парковки, спортивные стадионы и площадки – футбольные, баскетбольные, бейсбольные и т. д. – входят в каждый школьный комплекс. Замечу, что в США не только университеты и колледжи образуют кампусы, но и большинство школ тоже являются своеобразными замкнутыми кампусами, даже если студенты там не живут.

Внутри – индивидуальные парты, автоматы с едой и питьем (с недавних времен молоком, а не кока-колой) в коридорах, библиотека, лаборатории, охрана, видеокамеры и т. д. Заметное отличие американских школ от российских – индивидуальные шкафчики для каждого школьника, напоминающие шкафчики для раздевания в спортивных залах и клубах. Они запираются на замок, там дети имеют право хранить свои личные вещи – от учебников до одежды, обуви, игр, библиотечных книг и всего, что им может понадобиться в школе. Это личное место школьника. Обычно изнутри шкафчики обклеивают портретами любимых певцов или спортсменов, фотографиями, рисунками. Девушки вешают небольшое зеркало и хранят скромный набор косметики, разрешенный уставом той или иной школы.

Учебников по всем предметам в США немало, их выбор – это дело учителя, школы и местного школьного округа. На выбор учебников влияние могут оказывать родители, объединенные, как правило, в родительские комитеты при школах и имеющие немалую власть над учебным процессом, особенно в частных школах. Вообще, вовлеченность родителей в школьный учебный процесс в США гораздо выше, чем в России. Родительских собраний больше, индивидуальные встречи учителей с родителями проходят весьма регулярно, родительские комитеты инициируют, а то и финансируют многие школьные мероприятия, особенно в сфере спорта и внеклассных занятий.

Немало школ, особенно в хороших районах или частных, откровенно «заточены» на подготовку в университеты. Одним из главных показателей успешности школы является количество учеников, поступивших в престижные колледжи и университеты после окончания, а то еще и в последнем классе. От этого зависит и уровень финансирования школы, и количество желающих туда попасть. Каждый год составляются списки учеников, ранжированные в соответствии с их школьными успехами, и многие американцы до конца жизни гордятся тем, что закончили школу, скажем, первыми или вторыми в списке своего класса. Такая же система распространяется на университеты. Первым в списках легче поступить в хороший колледж или найти после него высокооплачиваемую работу.

В США нет школьной формы. Однако в частных, религиозных школах, интернатах и т. д. она есть. Форма везде разная, но желающие могут купить ее в обычных магазинах. Также в школах существуют разнообразные правила внешнего вида. В основном они касаются вещей, способных подчеркнуть социальное неравенство или финансовое превосходство. Например, во многих школах девушкам запрещается носить бриллиантовые серьги или дорогие кольца. В некоторых школах запрещено находиться в головных уборах или солнечных очках. В частных и религиозных школах правила могут быть более серьезными. Студенты с татуировками, пирсингом или одетые в стиле панков, эмо и т. д. могут быть не допущены к занятиям. В публичных школах таких жестких запретов, как правило, нет.

У каждой школы имеется свой талисман, обычно какое-то реально существующее или придуманное животное или птица. Это существо рисуется на спортивной форме школьных команд и форме девушек из группы поддержки, на флаге и гербе школы, а также почти наверняка упоминается в ее гимне. Во время разного рода мероприятий талисман служит для «разогревания» болельщиков: человек, одетый в костюм этого существа, всячески воодушевляет свою команду и сочувствующих ей зрителей. Подобная работа считается очень тяжелой и иногда даже опасной из-за того, что человеку долгое время приходится передвигаться и действовать, находясь внутри тяжеленного и неудобного костюма.

Территория школы по закону является зоной, свободной от наркотиков и алкоголя. Нарушение этого правила учениками может повлечь очень серьезное наказание, вплоть до уголовного. Если на школьной территории преступление совершено посторонним человеком, то это значительно усиливает его уголовную отвественность. Во всех штатах есть законы, запрещающие открывать винные магазины, сигарные или стриптиз-клубы ближе определенного расстояния от школы, а скорость на прилегающих дорогах снижается до минимума, особенно в часы школьных занятий. В отличие от российских школьников, американским детям полагаются только одни полноценные каникулы – летние. Зимой они отдыхают на Рождество и Новый год, однако ни весенних, ни осенних каникул в США нет. Впрочем, школы время от времени используют право самостоятельно объявлять небольшие каникулы для своих учеников. Как правило, это делается, когда учителя отправляются на повышение квалификации или корпоративный пикник.

Желтые автобусы – символ Америки

Весь мир знает о знаменитых желтых школьных автобусах, которые в голливудских фильмах то развозят детей, то становятся местом, где разворачиваются криминальные драмы. Школьные автобусы действительно важный атрибут американского пейзажа. Их в Америке около полумиллиона, все они покрашены в одинаковый желтый цвет и развозят немалую часть американских учеников к месту занятий и обратно по домам. Статистика говорит, что ими пользуются как минимум 26 млн детей.

Своим рождением школьные автобусы обязаны развитию провинции, когда возникла необходимость доставлять детей, живущих в больших и широко разбросанных пригородах, в районные школы. Пригороды мегаполисов разрастались намного быстрее, чем создавались новые школы, вследствие чего спрос на школьные автобусы увеличился и остается высоким до сих пор. Однако желтыми автобусы стали задолго до этого – национальный стандарт их цвета был установлен в 1939 г. Желтый цвет был выбран по очевидной причине: он не только привлекает внимание и заметен издалека, но и на фоне желтого лучше всего видна сделанная черными буквами надпись School Bus на рассвете и закате солнца, то есть когда видимость на дорогах понижена.

Более того, с 1950-х гг. в США были введены новые правила остановки дорожного движения при посадке и высадке детей. Помимо сигнальных огней под крышей автобуса, сбоку выдвигается знак STOP, что означает, что водители, следующие за автобусом или движущиеся навстречу, обязаны остановиться и подождать, пока школьники усядутся в автобус или отойдут от него, – примерно как при остановке трамвая в России. В случае нарушения водитель автобуса сообщает номер машины нарушителя в соответствующие инстанции, и через пару дней тот получит по адресу регистрации автомобиля извещение о штрафе, размер которого может неприятно удивить.

Если еще добавить, что около школы все водители обязаны резко снижать скорость движения, а также посмотреть, как функционируют школьные парковки, где практически всегда по утрам и в конце учебного дня стоят добровольцы из родителей и дежурных учителей, с энтузиазмом регулирующие поток подъезжающих родителей и старшеклассников, становится понятно, что этому вопросу в США уделяется особое внимание. Самые большие, жесткие и необсуждаемые штрафы накладываются на водителей, которые нарушают правила езды около школ и школьных автобусов, а также паркуются на местах для инвалидов. Они могут быть сравнимы лишь с наказанием за езду под серьезным воздействием алкоголя или наркотиков, а также за очень значительное превышение скорости.

Конечно, нет добра без худа. У системы желтых школьных автобусов тоже есть минусы. Главных два: во-первых, собирая детей в школу или развозя их по домам, автобусы зачастую объезжают довольно большой район. То есть у некоторых школьников дорога отнимает немало времени, иногда по часу в один конец, что постепенно превращает их в автобусных завсегдатаев. Во-вторых, в автобусе могут оказаться дети разных возрастов из одной и той же школы. В результате там не так уж редки проявления школьной дедовщины и издевательств старших над младшими, сильных над слабыми и т. д. Шофер школьного автобуса, который должен следить за дисциплиной внутри, не всегда может, а иногда и не хочет разбираться в таких ситуациях, а видеокамеры, установленные во всех школьных автобусах, могут зафиксировать далеко не все, к тому же они способны помочь только при «разборе полетов», а не в момент конфликта. Поэтому даже в публичные школы некоторые родители предпочитают возить своих детей сами. Часто группа родителей из одного района создает своего рода водительскую команду: каждый по очереди собирает детей членов команды и везет в школу. А подрастающие старшеклассники спят и видят, как они будут ездить на занятия сами: для этого им нужны только права и машина. Школа, как правило, предоставляет для учеников специальную парковку.

Стрельба в школе

В последние десятилетия американские школы стали знамениты инцидентами со стрельбой, в которых погибало немало детей и учителей. С 1966 г. в школах и колледжах произошло больше ста таких случаев. Наибольшую известность в мире получили, конечно, самые трагические из них, такие как в школе «Колумбайн» или в Техасском университете, в основном из-за большого количества жертв. Подобные инциденты всегда производят шокирующее впечатление на мировую общественность, но, к сожалению, становятся все более привычными в США. В основном нападения в школах планируются убийцами заранее. Нападавшие – «белые вороны», жертвы насмешек, школьники, которых не принимают в компании их сверстники и которые не имеют успеха у противоположного пола.

Некоторые эксперты связывают школьную стрельбу с популярностью антидепрессантов. Эти лекарства, в частности, применяют в борьбе с синдромом дефицита внимания у детей – считается, что дети не могут сосредоточиться по медицинским причинам, и им выписывают препараты, которые обостряют внимание и успокаивают. Вообще американец с детства привыкает к мысли, что на все случаи жизни есть та или иная таблетка. Лекарства, в том числе связанные с влиянием на психику человека, весьма популярны в этой стране, и врачи выписывают их с большей легкостью, чем следовало бы. Надо сказать, что «крыша» у американских школьников едет куда чаще, чем у их ровесников из других стран.

Другие эксперты объясняют распространенность стрельбы в школах наличием у американцев огромного количества оружия. Дети часто не только имеют доступ к родительскому оружию, но и сами могут обучаться обращению с боевым оружием на стрельбищах, участвовать в соревнованиях. Владение оружием является неоспоримым правом, записанным в конституции страны. В последние десятилетия практически во всех штатах вводятся новые, более серьезные правила контроля продажи оружия и владения им, однако его количество на руках остается просто огромным. Я знаю людей, у которых дома собран целый арсенал – от винтовок до карабинов, от пистолетов разных размеров и характеристик до приборов ночного видения и разного рода чисто военных приспособлений и гаджетов.

Большинство американцев убеждены в том, что владение оружием не только их природное право, но и основа независимости, безопасности и уверенности в себе. Американцы в массе своей считают, что оружие является важным фактором, снижающим преступность, ибо любой преступник опасается нарваться на адекватный ответ. Кроме того, это дает возможность гражданам США чувствовать себя защищенными не хуже, а то и лучше государства и его полиции, что меняет баланс власти в стране. Часть американцев, в свою очередь, полагает, что надо запретить оружие или по крайней мере еще сильнее ограничить его распространение. Я знаю немало семей, где главенствует принцип «ни одного ствола». Однако на все разговоры о запрете оружия его сторонники выдвигают железобетонный аргумент: людей убивает не оружие, а другие люди, и винить в этом оружие глупо. Тем не менее стрельба в школах только подкрепляет тезис сторонников ограничения оружия в том, что Америка становится все более военизированной и вооруженной страной со сдвинутой «крышей».

Конечно, социальный климат в школах тоже является фактором риска. Учащиеся разделены на группы и компании, которые могут сделать отдельных учеников мишенью для насмешек, избиений, вымогательства. Это, впрочем, всем знакомо и по российским школам. Однако когда количество обид и невозможность их прекратить или хотя бы ограничить становится невозможным, американский школьник может взяться за оружие гораздо быстрей и охотней, чем российский.

Хулиганы

Школьное хулиганство – повсеместная проблема американских школ. Оно, скорее, напоминает мягкую дедовщину, знакомую в России, и носит не менее распространенный характер. Старшие или более сильные и популярные школьники третируют более слабых и молодых. Иногда хулиганство носит расистский или этнический характер, распространяется на иммигрантов или детей из нетрадиционных семей, отличников, которые производят впечатление «ботаников», и т. д. Молодые спортсмены, напротив, являются самыми популярными учениками, пользующимися поддержкой учителей и расположением противоположного пола. Популярны также девочки из группы поддержки (все хотят в нее попасть), а также ученики, известные чем-то особенным, например входящие в школьную рок-группу или команду по дебатам.

О хулиганстве в школах Америки снято немало фильмов, которые шли и в России, поэтому не стоит на этом подробно останавливаться. Здесь учителя не записывают хулиганам замечания в дневник. За плохое поведение и опоздания в большинстве случаев наказывают оставлением в школе после уроков или предписывают прийти в субботу (уроки в США идут пять дней в неделю), чтобы отсиживать в классе назначенные часы. Это считается довольно серьезным наказанием. Обычно его назначают на несколько дней – например, оставаться после уроков на час или два часа каждый день в течение двух недель. За оставленными в школе учениками следит специальный учитель. В некоторых школах во время таких часов нельзя делать ничего, в том числе читать учебники, а в некоторых, наоборот, – можно делать что хочешь, только не выходить за пределы класса. Такое наказание считается еще и довольно позорным, что также имеет некоторый воспитательный эффект.

Во всех школах США практикуется политика недопущения школьного хулиганства и отказ от насилия, хотя, как это часто бывает, теория отличается от реальности. Если у учителя есть подозрения, что один из его учеников избит, он просто по закону обязан сообщить о своих подозрениях охране школы или в полицию. Лучше перестараться, чем пропустить ученический конфликт, который может окончиться плохо.

В последние годы практически все американские школы перешли на электронные формы общения учителей с родителями учеников. В Интернете вывешивается расписание, домашние задания, оценки и комментарии учителей. Все сообщения носят конфиденциальный характер, а учитель и родители активно переписываются по электронной почте. Часто именно таким образом и ученики дают знать учителю о своих вопросах, проблемах или трудностях, информируют о болезнях, пропусках, выполнении домашних заданий и других вещах, которые должен знать учитель или администрация школы. «Звонок из школы» или электронное письмо все чаще приходят не от завуча или учителя, а от автоматизированной системы, которая сообщит родителям о неуспеваемости, частых опозданиях или плохом поведении их ребенка.

Подобная практика все быстрее уничтожает персональные связи учителя и родителей, которые пока еще живы в традиционной российской школе. Иногда бывают и сбои. В 2008 г. во Флориде в результате ошибочного нажатия кнопки родители всех 2250 учеников получили автоматическое уведомление о том, что их вместе с детьми вызывают в школу для дисциплинарного разбирательства. Дети, особенно отличники, были, конечно, удивлены. Но интересен даже не этот факт, а то, как много родителей доверились своим детям, объяснившим им, что это ошибка: в школу явились только сорок человек.

Где школа лучше?

В Америке говорят: «Тот, кто не знает, как делать сам, идет учить других. Тот, кто не может учить других, идет ими руководить. Кто не умеет даже руководить – пишет учебники». Мне неоднократно приходилось участвовать в дискуссиях о качестве американского образования, особенно в сравнении с европейским и российским. Они происходили как перед телевизионными камерами, так и в московских квартирах, за столами, заставленными селедкой под шубой и салатом оливье. Избежать этого никак нельзя. О чем бы ни шла речь, разговор неизбежно сводился к теме, чье образование лучше.

Россияне, в отличие от американцев, любят говорить об образовании. Американцы обсуждают скорее финансовую сторону образования: его стоимость или его выгоду. Здесь очень популярны подсчеты, насколько больше зарабатывает за свою жизнь средний человек с образованием, чем человек без такового или с невысоким образованием. Получаются сотни тысяч долларов разницы, а если речь идет о доходах (заработках и пенсиях) человека с образованием на уровне колледжа по сравнению со школьным уровнем, разница переваливает за миллион. Для среднего американца это существенный положительный аргумент, и работает он гораздо более эффективно, чем конституционные гарантии получения образования.

Лично я тоже не могу уйти от невольного сравнения двух систем образования. После многих лет работы в МГУ я затем еще дольше преподавал в лучших университетах Европы и США. Простого ответа на вопрос, где образование лучше, у меня нет. Не уверен, что такой ответ вообще возможен. В любом случае он будет субъективен, поскольку необходимо определить, чего вы ожидаете и требуете от образования, как измеряется его эффективность, насколько оно соответствует нуждам общества и желаниям людей.

Конечно, в образовании, как и в спорте, существуют объективные показатели – например, число научных открытий, сделанных выпускниками какой-то школьной системы, количество международных премий, ими полученных, количество и значимость новых идей, принесенных ими в мир. Еще один аспект – сколько денег идет на образование, сколько школ, университетов, учителей, профессоров, учебных заведений для взрослых есть в той или иной стране. Есть и «общекультурные» показатели – посещаемость музеев, театров и библиотек, количество изданных книг и действующих симфонических оркестров и т. д. По каждому из этих критериев Россия сегодня проигрывает США. Дает ли это ответ на вопрос о том, где образование лучше? Нет, потому что Россия, как правило, выигрывает в другом – в количестве, объеме знаний, которые получают учащиеся ее средней школы. На это традиционно и направлена российская система образования.

Американская система образования – особенно в школе – не требует усвоения большего объема знаний. Конечно, и здесь есть немало вещей, которые надо просто выучить и запомнить, – от правописания и географии до арифметики и законов физики. Однако основные усилия все эти годы тратятся не на количество знаний, а на развитие умения мыслить, самостоятельности и творческого подхода.

Меня постоянно удивляло, как мои американские дети (кстати сказать, они были отличниками, то есть A-students) готовили домашнее задание. Полчаса с учебниками, а все остальное время идет работа над творческими проектами. Темы в большинстве обычных школ – самые невероятные: от доклада о быте узников Бухенвальда до написания юмористического рассказа из жизни овощей в холодильнике, от строительства миниатюрных садов Семирамиды до модели вулкана. Это мог быть доклад-представление об истории итальянской мафии или серия черно-белых фотографий, где была бы видна «игра теней»; расчеты оптимальных траекторий прыжка с трамплина для прыгунов разного веса и роста или история мировой цензуры и судьба запрещенных в разных странах книг; доклад о различных способах измерения времени, что требует от школьника конструирования то водяных, то солнечных, то песочных часов, или выпуск телевизионных новостей, где ученики исполняют все роли – диктора, продюсера, журналиста, художника, оператора, автора текстов. Проекты задаются по разным предметам, на подготовку отводится от нескольких дней до двух-трех месяцев. Поэтому, как правило, американский школьник работает над несколькими проектами сразу и учится, таким образом, определять приоритеты и распределять свое время.

Более того, поскольку все в классе получают (обычно придумывают сами, но в области, предложенной учителем) разные темы для проектов, то уроки проходят не скучно. Как правило, школьник должен самостоятельно определить источники информации, найти и взять, если надо, интервью у «экспертов», собрать базу данных, решить «материально-технические проблемы», например обеспечить фотоаппарат, видеокамеру, костюмы, необходимые детали. Конечно, это оборачивается головной болью для родителей – постоянно надо что-то покупать, возить детей в библиотеку, в музеи, театры или в парк для фотосъемок и т. д. Нам пришлось купить компьютеры, и дети часами сидели в своих комнатах и искали информацию в Интернете. В результате в доме скапливается целая коллекция всякой всячины, требовавшейся для прошлых проектов. Одних аквариумов у нас в подвале стояло четыре штуки плюс еще несколько разного размера клеток для мелких животных и птиц, какие-то театральные костюмы, химикаты, набор самодельной глиняной посуды, непонятные сооружения из дерева и пластмассы и даже большой картонный «стадион» для морских свинок.

Польза от такого рода проектов очевидна. Вырабатывается самостоятельность мышления и его комплексность, индивидуальная ответственность, умение отделять главное от второстепенного, находить и осмысливать информацию и т. д. Во главе всего – свобода творчества. Никакого заучивания «от сих до сих» нет и в помине. К тому же в большинстве случаев все это делается с увлечением и похоже на игру. Часто задание дается на целую группу школьников, которые сами должны разобраться между собой, кто какую часть выполняет, распределить ответственность и работу. Таким образом вырабатывается навык командной работы, кроме того, у кого-то проявляются качества лидера, у кого-то менеджера и т. д., что тоже является частью процесса обучения.

Минусы такой системы тоже очевидны. Гораздо меньше, чем в России, внимания и сил уделяется так называемым базовым предметам. Не остается времени на зубрежку, без которой в учебе не обойтись, например, при изучении иностранного языка или истории. «Зачем мне это знать на память, если за несколько секунд я могу легко найти эту информацию», – скажет типичный школьник США. Некоторые дети вообще теряют интерес к учебе, на их лице навсегда застывает глуповатая улыбка, и оживляются они, только когда им в руки попадает очередной гаджет с играми. Поэтому объем знаний, с которыми американец выходит после одиннадцатого класса своей школы, заметно меньше, чем у его российского одногодка. Тот запросто назовет вам кучу исторических дат, рек в Африке, элементов таблицы Менделеева и спутников Марса.

Я давно обратил внимание, что, если в одну группу на первых курсах университетов попадают вместе американские и российские студенты, то выпускники школ США выглядят крайне бледно на российском фоне. При условии, конечно, что студенты из России способны выразить свои мысли на понимаемом английском. Притихшие американцы с завистью наблюдают за русскими студентами, которые легко цитируют Достоевского и Сартра, сразу показывают на карте Новую Каледонию, без запинки называют столицы Ботсваны или Габона и легко делят в уме. Так обычно продолжается примерно до третьего курса, потом ситуация начинает меняться. По мере того как от студента все больше требуется не запомнить и повторить, а дать критический анализ, сделать вывод, найти выход, предложить альтернативу и т. д., американцы, как правило, начинают обгонять россиян. Это особенно заметно на старших курсах или в аспирантуре.

Конечно, существует множество исключений из этого правила, да и проявляется оно неравномерно в разных областях знаний. Но в целом я убедился, что 25–30-летний американец в среднем – при гораздо меньшем объеме знаний – превосходит своего российского сверстника по умению нестандартно мыслить, думать не только творчески и критически, но и самостоятельно и практически. Нехватка знаний у него компенсируется умением их находить, недостаточность зубрежки – раскрепощенностью мысли.

Редкий американец скажет то, что можно услышать от почти любого из нас: «И зачем я только убил столько времени и нервов на заучивание физики (химии, истории, ботаники и т. д.), ведь ни разу в жизни мне не пришлось применить эти знания!» По его мнению, это просто непрактично. Он образован, если хотите, «вглубь», а не «вширь» и не тратит время на то, что ему никогда толком не понадобится. Другими словами, неумение взглянуть широко является ахиллесовой пятой американского образования – и не только образования, но зачастую, например, и американской политики. Образованный россиянин способен поддержать разговор почти на любую тему, он знает понемногу, но «из всего». Типичный американец на это не способен – он знает очень много, но в ограниченных сферах. Российская система направлена на воспитание интеллигентного человека, американская – на подготовку высококлассного специалиста. Российская школа упирает на важность знаний, американская – на важность их поиска и критического анализа. Российское образование, как правило, кончается выдачей диплома, американское с этого только начинается.

Американцы считают русских очень умной нацией, но не могут понять, почему россияне не применят свой ум для обустройства собственной жизни и страны. Как это может быть – «Горе от ума»? Почему в России инженеры получают меньше официантов, а люди с нестандартным мышлением вызывают отторжение? Со своей стороны, россияне считают американцев, мягко говоря, не самыми умными, но не могут объяснить, почему именно они изобретают телефоны и компьютеры, получают самое большое количество Нобелевских премий, совершают революции то в одной, то в другой области знаний. Почему именно в США ежегодно приезжают сотни тысяч студентов со всего мира, чтобы за большие деньги получить здесь образование, почему именно американские дипломы предоставляют самые надежные шансы на высокооплачиваемую работу. А этому есть весьма конкретные причины.

Впрочем, дискуссии о том, где образование лучше, по моему мнению, нельзя считать совсем уж непродуктивными. Обеим странам надо взять самое ценное из американского и российского опыта, сохранив при этом главное из своего. В общем-то именно в этом и есть смысл образования. Этот вывод сделал и я после многих лет работы в МГУ и ведущих американских университетах.

Из школы – в университет

Университеты в Америке бывают частные и государственные. В отличие от начальной и старшей школ частные университеты намного более распространены. В Америке насчитывается приблизительно 1700 государственных колледжей и университетов и около 2,5 тыс. частных. Частные во многих случаях предлагают лучшее качество образования и проживания, но могут стоить в разы дороже государственных. Университет в Америке принято называть колледжем или школой. В отличие от России названия «университет» и «колледж» одинаковы по смыслу, в обиходе же чаще всего фигурирует слово «школа». Америка занимает десятое место в мире по процентному соотношению совершеннолетних граждан с высшим образованием и без него.

Поиски колледжа начинаются за несколько лет до окончания школы. Это серьезная проблема, связанная и с финансовым положением семьи, и с желанием самого школьника, и с его успехами в школе и оценками, с которыми он оттуда выйдет, и с планами самих университетов на новый учебный год. Сеть обычно забрасывается широко, семья связывается с десятком-другим колледжей – сначала через Интернет или почту, потом заполняются многочисленные приемные документы, которые входят в пакет того или иного университета. У каждого из них свои правила и свои требования. Вступительных экзаменов как таковых в США нет. Отбор идет по документам, написанным абитуриентами эссе, личным встречам и собеседованиям – хотя, повторю, в каждом университете свои правила.

Решение университета о приеме того или иного студента часто зависит также от финансовых условий – в частности, готов ли студент оплачивать свое образование, либо это должен сделать университет, либо студент возьмет у него кредит на оплату учебы и т. д. Способен ли будущий студент получить какой-то грант от университета – буть то спортивный или академический, художественный или предназначенный для меньшинств? Например, если доход родителей не превышает 60 тыс. долларов в год, то поступающий, как правило, может рассчитывать на получение полной финансовой поддержки от частного университета на все время обучения в нем. Если доход семьи меньше 100 тыс., во многих хороших университетах можно рассчитывать на получение половинной поддержки, если же годовой доход превышает эту сумму, возможная компенсация составит 15 % расходов на обучение. Семьи с доходом выше 250 тыс. долларов не могут рассчитывать на получение финансовой поддержки совсем.

Кроме того, в зависимости от школьных оценок поступающие в университеты имеют право на разного рода гранты, которыми они могут частично оплатить учебу. Например, «президентский» грант, который получают очень многие выпускники, окончившие школы с высокими оценками, составляет 20 тыс. долларов. Есть и другие методы финансового стимулирования образования, хотя, конечно, все зависит от конкретной ситуации. Студенты из очень богатых семей будут получать финансовую поддержку от университета, если, например, являются отличниками или хорошими спортсменами, а семьи с низким доходом могут доплачивать за обучение ребенка в университете, который распоряжается своими деньгами гораздо более скупо. Университеты с помощью своих средств формируют собственные спортивные команды и театры, команды для академических соревнований и олимпиад и т. д. В любом случае все зависит от школьных оценок, возможностей университета, финансового положения семьи и личности студента.

Надо иметь в виду, что стоимость обучения в хороших частных университетах крайне высока. Для получения степени бакалавра приходится выкладывать от 30 до 80 тыс. долларов в год. Государственные университеты на порядок дешевле, однако там отдается предпочтение жителям данного штата, то есть налогоплательщикам, а на студентов из других штатов есть квоты, и они платят такому университету намного больше.

Другим важным фактором становятся характеристики самого университета. Одним из критериев качества университета является уровень зарплаты, которую получают его выпускники сразу после окончания, а также их количество, нашедшее работу по специальности в первый же год. Разница существенная. После одних университетов молодым людям сразу предлагают шестизначные суммы, а выпускники других до таких зарплат вообще никогда не дослужатся. Многие университеты США входят в разного рода «образовательные сети», то есть, поступив в один университет или колледж, студент может потом выбирать из десятка других, где именно он будет учиться, и при желании менять университеты и колледжи в рамках этой сети хоть каждый семестр. Многие так и поступают, исходя из своего личного учебного плана, специализации, желания пожить в том или ином кампусе, количества и качества студентов, обучающихся там, и т. д.

Кто-то выбирает сильный и консервативный университет, кто-то сильный, но либеральный, кто-то – сравнительно легкий для учебы, но после которого труднее найти хорошую работу. Кто-то ищет место, где ценится вид спорта, в котором он силен, или где дают финансовую помощь представителям этнических или религиозных меньшинств. Кто-то хочет поехать на учебу в большой город, кто-то – на берег океана, где есть пляжи и нет зимы. Чьи-то родители активно агитируют за университеты в маленьких городах, так как там гораздо меньше соблазнов для подростков, вырвавшихся из дома. В любом случае идет длительная и упорная работа по выстраиванию отношений с потенциальным местом получения образования. Все университеты постоянно проводят дни открытых дверей, куда съезжаются родители с детьми со всей страны, чтобы посмотреть на кампус, пообщаться с преподавателями и студентами, осмотреть город, где расположен университет. Большинство семей в поисках университета для своих детей посещают не один и не два, а упорно ездят по стране, отыскивая приемлемый для них вариант.

Среди абитуриентов есть более удачливые. Это, как я уже не раз говорил, спортсмены, достигшие больших успехов и поэтому являющиеся лакомым кусочком для интересующихся этим видом спорта университетов. Их готовы брать независимо от академических успехов, более того, помогать им, пока студенты способны приносить университету спортивную славу и популярность. Есть счастливчики, которые получают от университетов приглашения, содержащие полные финансовые пакеты поддержки, так как они либо победили на разного рода престижных олимпиадах знаний или орфографии, либо могут обогатить своим талантом университетский оркестр или театр. Ветераны, прошедшие через военные кампании в Ираке и Афганистане, пользуются преимуществом, так как часто имеют поддержку со стороны министерства обороны или министерства по делам ветеранов США.

Но, конечно, легче всего тем, кому повезло с достатком родителей, – они могут выбрать любой университет. Однако, во-первых, наличие денег отнюдь не гарантирует поступление, надо обладать и другими талантами, знаниями и сертификатами. Во-вторых, обещание заплатить можно услышать не только от очень обеспеченных родителей, но и от просто благоразумных – тех, кто много лет назад открыл в банке на имя своего ребенка так называемый образовательный счет на льготных налоговых условиях с единственным ограничением – истратить деньги на образование. А там может скопиться сотня-другая тысяч долларов. Надо сказать, что таких семей в США немало, образовательные счета крайне популярны. Не все из них дотягивают до полной стоимости образования, но, как правило, обеспечивают по крайней мере получение первой его стадии – бакалавриата.

Если выпускник школы не хочет или не может идти в университет, у него есть другие варианты получения образования. Существуют многочисленные профессиональные школы, которые готовят специалистов по разным специальностям – от криминалистов до водопроводчиков, от секретарей до программистов. Есть также community, то есть местные колледжи, рассчитанные на получение образования ниже университетского, но выше школьного или профессионального. Они предлагают двухлетнюю программу обучения, после которой можно пойти на работу или поступить в полноценный университет и доучиться оставшиеся два года до бакалавриата. В таких колледжах часто учатся, например, бухгалтеры и работники социального обеспечения, воспитатели детских садов и операторы телевидения. Все это также функционирует на коммерческой основе.

Образование – огромный бизнес, который очень выгоден и стране, и университетам, и людям. Образование детей относится к одной из двух вещей, на которых американцы привыкли не экономить. Вторая вещь – хорошее здоровье и долголетие, от зубов до здорового образа жизни. Эти две статьи расходов в семейном бюджете обычно бывают самыми большими. Но ведь мы с вами помним, что говорит статистика: в США человек с законченным высшим образованием зарабатывает за свою жизнь в среднем на миллион с лишним долларов больше, чем его коллега без такого образования, – и американцы об этом тоже не забывают.

Чему и как учат в унверситетах США

В США высшее образование делится на два этапа. Первый – получение степени бакалавра. Для этого, как правило, надо учиться три или четыре года, то есть набрать определенное количество академических часов и успешно сдать экзамены. Студенту нужно выбрать свою специализацию – от нее зависит набор предметов, который он должен взять. Выбор можно сделать сразу после поступления или до третьего курса. Поскольку над студентами не висит опасность призыва в армию, многие из них учатся не спеша, часто беря академические отпуска или набирая лишь часть академической нагрузки в каждый семестр.

Я встречал студентов, которые составляли расписание так, чтобы все занятия приходились на два дня в неделю. Конечно, учиться им приходилось с девяти утра до половины одиннадцатого вечера с коротким перерывом на обед, и последнюю двойную пару они проводили в неадекватном состоянии, лежа на парте в луже пролитого кофе. Но с другой стороны, за пять «выходных» дней они могли вдоволь отоспаться, повеселиться и благополучно забыть всю информацию, полученную за два дня неимоверных стараний. Часто подобное расписание устраивают себе не только сачки, но и работающие студенты и студенты-родители. В итоге 40 % студентов обычно получают диплом за четыре года, 60 % на это нужно не менее шести лет.

Помимо предметов по специальности необходимо прослушать обязательные для всех студентов курсы (например, историю и простейшую алгебру). Если студент еще не выбрал специальность или не уверен, чем он хочет заниматься, первые пару лет он может концентрироваться только на «общеобразовательных» предметах, чтобы избавиться от них на будущее. В подобных классах можно встретить студентов с разных факультетов – от биологии и фотографии до финансов и истории музыки. Многие предметы преподают разные профессора в разные дни недели, благодаря чему студент также может выбрать, какой класс лучше подходит к расписанию. Студенты не делятся на классы или группы, а учатся в общем потоке. На одной лекции (особенно если это обязательный для всех учащихся предмет) могут сидеть как «свежие» первокурсники, так и матерые четверокурсники, которые специально или по глупости оставили этот предмет на самый конец.

Второй этап образования – получение степени магистра, что требует поступления в магистерскую школу университета. Многие в США ограничиваются лишь получением степени бакалавра. Для получения магистерской степени, как правило, выбирается другой университет. Иногда между первой и второй фазой образования проходят годы. Обучение на магистра идет еще по крайней мере два года, после этого желающие могут пойти в аспирантуру и защитить диссертацию. В отличие от России тут требуется защита только одной диссертации, после чего человеку присваивается звание доктора философии. Защита, кстати, проходит в университете и представляет собой гораздо менее забюрократизированный процесс, чем в России. В целом можно сказать, что защитить диссертацию в США легче, но поступить в аспирантуру и написать диссертацию, готовую к защите, – гораздо трудней.

В большинстве университетов есть вечерние отделения, а с развитием Интернета появляется все больше и больше заочных форм обучения. Среди студентов всегда много людей среднего и старшего возраста, которые меняют свою карьеру и получают второе образование. Такие добровольные жизненные повороты популярны в Америке. Многие полагают, что это увеличивает продолжительность жизни, по крайней мере – интерес к ней. Обязательно попадаются студенты, которые пошли в университет только для того, чтобы убить время. Обычно это жены бизнесменов и врачей, которые вырастили детей и не хотят просто сидеть дома. Но они, как правило, выбирают университеты, где преподавание ведется не на самом высоком академическом уровне.

Немалую долю студентов (до 40 %) составляют иностранцы, в том числе живущие не в США. Иностранные студенты очных отделений привозят с собой частные или государственные деньги, которыми и оплачивают свое обучение. Кроме того, они дают работу большому количеству американских преподавателей и сотрудников университетов, колледжей и других служб – от языковых до визовых. Через обучение иностранцев США создают огромную сеть влияния на другие страны – политическую, экономическую, военную, идеологическую и культурную. Это помогает им оставаться единственной сверхдержавой мира. После окончания университета выпускники – как правило, с его организационной помощью – поддерживают связь друг с другом, создают организации выпускников при университетах, что только усиливает долгосрочное влияние американской культуры и менталитета.

В Америку приезжает для обучения огромное количество молодых и талантливых ученых, технологов, изобретателей, спортсменов, артистов, художников и т. д., и США стараются сохранить у себя лучших из лучших. Сразу после окончания университета каждый выпускник-иностранец автоматически получает эквивалент рабочей визы на год и начинает искать работу в США. После года вступают в силу разные правила – большинство должно уехать из страны хотя бы на время, для лучших американские фирмы и организации добиваются разного рода продлений или новых рабочих виз, а то и видов на жительство.

Студенческие общежития в Америке – распространенное явление. Их качество и стоимость тоже входят в оценку колледжа. Многие студенческие городки, или кампусы, представляют собой практически независимые города – со своей инфраструктурой, больницами, полицией, пожарной командой, спортзалами, торговыми центрами, ресторанами и барами. В России наиболее близкий аналог – комплекс МГУ на Ленинских горах. Многие большие университеты, особенно находящиеся в глуши, являются центрами цивилизации для всего округа. Но даже университеты больших городов создают свои кампусы, встроенные в городскую инфраструктуру.

Многие лучшие универсистеты США, такие как Принстон, Корнелл или Оберн, находятся именно в глуши. Но у них есть свои, как правило, весьма профессиональные театры, отличные выставочные залы, эстрадные площадки, концертные залы для приема музыкантов любого уровня, стадионы и т. д. Обустроены они по последнему слову техники и соответствуют самым высоким стандартам, являясь лучшими сооружениями такого рода иногда на сотню миль вокруг. Регулярно по вечерам, особенно по выходным, на концерты и спектакли в университет съезжается местная элита, культурные интересы которой ничуть не смущают студентов и не нарушают ритма жизни кампуса.

Студенческую жизнь в кампусе университета описывать не стоит – тут Голливуд и писатели поработали на славу. Студенты – наиболее либеральная часть американского общества, и образ их жизни соответствует этому имиджу даже в самых консервативных университетах. Особое место занимает спорт. Каждый университет имеет свои команды во многих дисциплинах. По популярности студенческие лиги часто побивают профессиональные. Финалы кубков среди студентов собирают сотни тысяч зрителей на стадионах и миллионы у телевизоров. Уровень университета иногда напрямую зависит от успеха его команд. Главное событие в любом университете – день выпуска и первая домашняя игра сезона университетского чемпионата по американскому футболу. На игру собираются студенты и съезжаются родители, устраиваются ярмарки, пикники, часто к этому добавляется салют. Таким образом матч (как бы незначительны ни были участвующие команды) превращается в большой праздник. Кроме того, это возможность для родителей навестить детей в колледже, которая в следующий раз может представиться не скоро.

Безусловно, американское университетское образование на протяжении последних десятилетий является лучшим в мире. В СССР были институты и университеты, которые по ряду специальностей реально могли конкурировать с Америкой. В Европе сегодня есть несколько учебных заведений, способных сравниться с американскими. Однако в целом система высшего образования США пока является самой совершенной, особенно на уровне магистерской и докторской степеней, – им нет равных в мире.

Это не значит, что здесь нет проблем. Они есть, и немалые, начиная от стоимости и заканчивая коммерциализацией отношений внутри колледжей, когда студенты все больше выступают в роли покупателей, а профессора – в роли продавцов. Все чаще преподаватели в США сталкиваются с ситуацией, описываемой старой формулой «покупатель всегда прав», а администрация колледжа все больше превращается в бизнес-менеджмент.

Глава 4

Американский патриотизм

Патриотизм плавильного котла

Чисто по-человечески печально видеть российских детей, которые, приехав в США, через несколько лет напрочь забывают родной язык, ибо здесь он им становится не нужен, утрачивают родную культуру и смотрят на все русское как на иностранное. Находясь в гостях у приемных родителей российских детей, я не раз наблюдал почти сюрреалистическую картинку, глядя со всей семьей видео о том, как малышей вывозили из России еще несколько лет назад. Обычно там зафиксирован прощальный полдник в детском доме, пожелания друзей, первые попытки родителей поговорить со своими новыми детьми и т. д. Эти приемные дети смотрят на себя на видео, где они говорят по-русски, и просят перевести слова, сказанные ими на этих исторических дня них кадрах. Сами они языка не знают. Какая-то болезнь Альцгеймера наоборот…

Интересно, что приемные дети из России и других стран мира, попадающие в США, не стараются быть большими американцами, чем сами американцы. Это, как правило, относится к тем, кто приехал сюда во взрослом возрасте. Иммигранты в массе своей – самые большие патриоты Америки, хотя и сами американцы тоже весьма большие и искренние патриоты своей страны. Об американском патриотизме речь пойдет впереди, но феномен патриотизма иммигрантов, на мой взгляд, отражает их принципиальный выбор. Для многих из них решение переехать в Америку является важнейшим решением на жизненном пути, тем более что некоторые – как еще недавно граждане СССР – полностью разрывают отношения со своими странами и оставшимися там родственниками. Америка принимает их и делает своими гражданами. Американцы легко приветствуют приезжих и за редким исключением сразу формируют у них чувство дома в Америке. Далеко не все страны поступают так с иммигрантами.

Америка остается плавильным котлом, где все национальности и этнические группы перемешиваются и сплавляются в то, что называется «американец». Это не национальность, это не гражданство. Это нечто новое, созданное американской культурой и политикой за последние два века. Немалая часть страны говорит по-английски с акцентом, поэтому, когда американец встречает человека, плохо говорящего на английском языке, ему в первую очередь приходит в голову не то, что это иностранец, а то, что это человек, родившийся в другой стране. Этническая и национальная толерантность – величайшее завоевание американцев. Она была несколько поколеблена после 11 сентября 2001 г., однако не просто устояла, но и в какой-то степени укрепилась. В США все – американцы, но нет «простых американцев», они все, как говорил в свое время Гарри Трумэн, «американцы через черточку», то есть американцы-итальянцы, американцы-поляки, американцы-русские и т. д. То, что в США можно – и даже полезно, – превращаясь в американца, сохранить все свои национальные отличия (от кухни до одежды, от быта до культуры), позволяет эмигрантам не предавать самих себя и чувствовать себя более чем комфортно, что является одной из причин их повышенного чувства патриотизма.

Конечно, многим из них хочется доказать себе и другим, что они приняли правильное решение, когда переселились в Америку, что их зачастую многолетние усилия по получению гражданства, вида на жительство или воссоединению с семьей стоили того. Отчасти их патриотизм базируется на этом, а также на понимании невозможности возвращения к прежней жизни. Интересно, что большинство эмигрантов в США занимают традиционалистские позиции и, как правило, голосуют за республиканскую партию. Многие из них, как ни странно, выступают против дальнейшей либерализации иммиграционного законодательства, против расширения квот в США на прием иммигрантов, розыгрыша «грин-карт», то есть разрешений на жительство в Америке, и т. д.

Эти же настроения присутствуют и в русскоязычном сообществе Америки. Россияне, как правило, голосуют за республиканцев, оправдывая свой выбор тем, что, мол, демократы США находятся слишком близко к социализму и социалистическим взглядам, которые не вызывают уважения у тех, кто прошел этап жизни в СССР. Многие «русские американцы», в частности, считают, что Барак Обама – настоящий социалист, а хорошим президентом был, скажем, Джордж Буш. Приехав в США и став частью американского общества, иммигранты в массе своей выступают против изменений этого общества. Они продолжают любить и поддерживать ту Америку, которую знали издалека, ту, в которую приехали два или три десятилетия назад, и они опасаются ее исчезновения.

Этот консерватизм – еще один аспект американского иммигрантского патриотизма. Однако приемные дети воспринимают страну по-другому и вырастают, как правило, обычными американцами, для которых Америка является настоящей родиной со всеми ее плюсами и минусами. Как я замечал, попытки некоторых из них вернуться в более взрослом возрасте, что называется, к корням и попытаться понять и полюбить Россию, как правило, оканчиваются ничем. Да и далеко не все знают, что их настоящая родина – Россия, а из тех, кто знает, лишь небольшая часть выражает желание узнать ее поближе. Они никогда не были и не будут тем, что в СССР называлось словом «совок».

Исторические корни американского патриотизма

Американский патриотизм представляет собой удивительное явление, особенно учитывая пеструю этническую, религиозную и социальную структуру Америки. Некоторые российские критики в последние годы активно заговорили про возможный распад США, экстраполируя на эту страну недавний опыт распада СССР и совершенно не представляя, что объединяет американцев и делает их патриотами своей страны и «американского пути» жизнеустройства. Конечно, играет роль мощная общая экономика, взаимные интересы, военно-политическое единство США. Но главное, что объединяет страну, лежит в другой сфере.

Каждый год 4 июля отмечается День независимости США. Это главный гражданский праздник Америки. В этот день в 1776 г. была принята Декларация независимости, составленная комиссией под руководством Томаса Джефферсона и подписанная пятьюдесятью шестью представителями бывших британских колоний, которые формально провозгласили свою независимость и разорвали отношения с Великобританией. Этот день стал днем рождения США, а все пятьдесят шесть подписей сегодня весьма масштабно воспроизведены в граните в центре столицы. Каждый штат США потом принял самостоятельное решение о праздновании Дня независимости, и таким образом этот день стал главным государственным праздником всей страны.

Декларация независимости США, без преувеличения, стала замечательным историческим документом, который вдохновляет каждое новое поколение американцев и вызывает у них гордость за свою страну. Она легла в основу «американского пути». В ней были провозглашены естественные права человека, то есть права, данные человеку богом, независимо от политического устройства страны или ее юридической системы, включая, в частности, право на революцию. В Декларации говорится о том, что все люди созданы равными и все в равной степени владеют правами на жизнь, свободу и на стремление к счастью. Заметим в скобках, что эти принципы отнюдь не мешали некоторым отцам-основателям США оставаться рабовладельцами. Так, Джорджу Вашингтону в разные годы принадлежало свыше трехсот человек, включая рабов, которыми владела его жена. Сегодня трудно понять подобную двойственность сознания, обычную для тех лет. Впрочем, в своем завещании Вашингтон распорядился отпустить своих рабов на свободу, но лишь после смерти его жены Марты. Однако она освободила всех уже через год.

Как бы то ни было, Декларация стала, по сути, идеологической основой конституции США, особенно первых десяти поправок к ней, называемых Биллем о правах. В результате конституция США является сегодня самой старой в мире действующей написанной конституцией. Это дает возможность не только говорить о политическом гении отцов-основателей и высоте заданной ими планки политической мудрости, особенно по сравнению с некоторыми их преемниками, но и быть уверенными в стабильности государства, предсказуемости его развития, свободе основных законов от политической конъюнктуры и чьих-то личных желаний или амбиций. Каждый раз, когда в США назревает очередная серьезная политическая, экономическая или социальная проблема, звучит призыв вернуться к духу и букве Декларации независимости. Пример первого президента страны Джорджа Вашингтона, ушедшего в полную отставку в марте 1797 г. после окончания своего второго срока, невзирая на массовые просьбы остаться и даже стать «императором США», стал моделью политического поведения для всех последующих американских лидеров.

Этот урок американской истории крайне поучителен. США – страна с огромным, даже избыточным количеством законов, регулирующих практически все мыслимые и немыслимые сферы жизни, в которых непрофессионалу разобраться просто невозможно, – без преувеличения, страна хорошо зарабатывающих юристов. С другой стороны, основные правовые документы здесь не только просты и доступны для понимания, главное – они незыблемы. Американский избиратель верит, что независимо от того, кто будет в Белом доме, конституция, избирательные законы или его основные гражданские права и свободы не будут изменены. Это – основа веры в главенство закона, основа патриотизма и веры в преимущества американской системы власти. Изменения в конституции страны или ее избирательных законах крайне нежелательны, ибо подрывают эту уверенность людей в правильности очередного политического устройства своего государства.

В Вашингтоне в Национальном архиве выстраивается очередь из американцев, желающих посмотреть на подлинник Декларации независимости, который каждый день извлекается из подземного хранилища и выставляется под пуленепробиваемым стеклом на обозрение. Сувенирные киоски по всей стране с успехом продают копии всех основополагающих документов США. Они печатаются на бумаге, имитирующей оригинальную и даже специально состаренной, как бы пожелтевшей от времени. Американцы с удовольствием покупают такие сувениры и вешают их у себя в офисах или домах.

Другая особенность американской версии патриотизма состоит в том, что здесь удалось превратить День независимости не в формальный, скучный и политизированный, а в веселый, дружеско-семейный праздник – выходной для всей страны. Парадоксально, но в этот день вообще нет места для политики. Американцы, как правило, проводят его на открытом воздухе, устраивают барбекю, отправляются в парки и на стадионы. Многие принципиальные спортивные матчи играются именно в День независимости. Именно таков патриотизм американцев – веселый, если хотите, оптимистичный. Он направлен в будущее и далеко не так сильно, как, скажем, в России, опирается на прошлое. Американец верит, что будущее его и его страны – прекрасно, хотя на этом пути могут быть и обязательно будут препятствия, проблемы и даже временные отступления. Это основа его патриотизма. Он верит в новый успех, а не просто в преодоление отката назад, что характерно для нынешней российской политической культуры. Лозунг «дети должны жить лучше родителей, а внуки – лучше детей» является квинтэссенцией американского патриотизма. Тем более что каждое поколение американцев живет в целом лучше своих родителей.

Россияне основывают свой патриотизм не столько на вере в будущее, сколько на вере в великое прошлое своей страны, которое дает им возможность думать, что и нынешние проблемы рано или поздно будут преодолены. Патриотизм американцев питается верой в их собственные силы. Нельзя сказать, что американцы хорошо знают историю своей страны, а уж тем более остального мира. Но в любом случае это, по-моему, два совершенно различных вида патриотизма – коллективный и личный. Американец особенно не рассуждает – мол, у нас была «великая эпоха», мы в прошлом создали выдающуюся культуру, мы выиграли холодную войну и т. д. Он ориентирован на будущее. Вся его жизнь и работа устроены так, что прошлое полностью остается позади, а все устремления – только в будущее. Безусловно, у такой модели политического менталитета немало минусов, но зато она обеспечивает главное – исторический оптимизм, который так усердно пыталась в свое время создать советская пропаганда, но не достигла цели. Американская модель патриотизма обеспечивает оптимистический настрой даже когда трудно, помогает сравнительно легко переносить удары судьбы, поражения и отступления.

Это относится и к экономике. Американский ребенок с раннего детства знает, что живет в рыночном обществе, где бывают кризисы и где надо самому зарабатывать деньги. Конечно, экономические спады и кризисы переносятся всеми не очень хорошо, однако американцы с рождения психологически готовы к финансовым потерям, жизни в кредит, опоре на свои силы и т. д. Практически все подростки идут подрабатывать, хотя родители зачастую могут обеспечить их более чем хорошо. Собственные деньги, заработанные своим трудом, – основа уважения со стороны сверстников. Возможность тратить их, не выпрашивая у родителей, – основа уважения к себе. Умение сохранять, расходовать и даже приумножать средства, но быть готовым потерять их в случае неудачного вложения или колебания рынка – важный жизненный опыт, который потом работает на американца всю жизнь. Это тоже часть американской политической культуры, основа американского индивидуального патриотизма.

Как и в любой культуре, у американцев имеется немало примет и суеверий, почти все они привезены иммигрантами. Пятница, тринадцатое – опасный день. Черный кот, разбитое зеркало, проход под лестницей или по трещине на земле, раскрытый в помещении зонтик – к неудаче, надо перекинуть соль через плечо, чтобы отвадить неприятности. А вот свистеть в доме в США считается нормальным. Чтобы не сглазить, американцы стучат по дереву и скрещивают за спиной пальцы. Но главное «суеверие» американца – вера в лучшее будущее. Без него он чувствует себя растерянным.

Сокровища американской глубинки

Уважение к собственной истории в США огромно, хотя отношение ко многим ее страницам – критическое или, по крайней мере, неоднозначное. Исторические музеи в США не страдают от отсутствия посетителей. К слову, экспозиция Главного исторического музея в Вашингтоне выстроена не по принципу хронологии, столь привычному в России, а по тематическому принципу.

Американцы умеют увидеть историю там, где россиянам это и в голову бы не пришло, и поставить ее на службу бизнесу и патриотизму. В США есть огромное количество маленьких старинных городов периода освоения Америки и ее индустриального развития. Им, как правило, от ста до двухсот пятидесяти лет, что по российским или европейским меркам, мягко говоря, не поражает древностью. Но учитывая короткую историю США, особенно центральной части страны, удаленной от побережий двух океанов, это глубокая национальная история. Сегодня делается все, чтобы сохранить колорит того времени, максимально законсервировать внешний вид этих городков и сделать их привлекательными для туристов. Каждый штат борется за туристов, в первую очередь соотечественников. Американцы мало ездят за границу, но очень много путешествуют по своей стране. Это часть их понимания национального патриотизма, которым они гордятся. Как сказал один мой знакомый: «Я горжусь тем, что я из Америки. Если я не буду этим гордиться, я все равно буду из Америки. Так уж лучше я буду этим гордиться».

Ездить по этим маленьким бутиковым американским городкам интересно и даже трогательно. Конечно, это не древняя Европа. Однако все, что сохранилось в США до наших дней, безусловно, будет и дальше сохранено для потомков. Я помню, с каким ужасом американцы читали про сносы старинных домов в Москве. Если бы было можно, они были бы готовы их выкупить, перевезти в США и восстановить тут в первозданном виде.

Один из типичных примеров – разрушенная немецкой бомбардировкой во время Второй мировой войны лондонская церковь XII в. Она известна тем, что ее перестраивал Кристофер Рен, в ней венчался Уильям Шекспир и был отпет поэт Джон Мильтон. Лондонские власти решили ее не восстанавливать. Американцы купили развалины церкви, пронумеровали все ее куски, каждый камень, перевезли в США и восстановили в городе Фултон, штат Миссури. Этот маленький городок знаменит на весь мир тем, что именно здесь 5 марта 1946 г. в местном Вестминстерском колледже бывший премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль произнес свою знаменитую речь о «железном занавесе», которую в СССР сочли началом холодной войны.

Сегодня лондонская церковь XII в. не только восстановлена, но и функционирует. Там можно обвенчаться, стоя на тех же камнях, на которых стоял Шекспир, а потом спуститься в, пожалуй, единственный в мире музей холодной войны, расположенный в ее подвале. Там полно интереснейших экспонатов, включая оригиналы живописи Черчилля и Гитлера, часть библиотеки Черчилля, перевезенной сюда из Лондона, документы и артефакты, связанные со знаменитой речью британского политика, большой архив, в котором мне посчастливилось поработать. Тогда я не только впервые полностью перевел речь Уинстона Черчилля на русский язык и опубликовал ее в России, но и разыскал все варианты ее черновиков, документы, связанные с ее подготовкой и обсуждением текста Черчиллем и тогдашним президентом США Гарри Трумэном. В результате мне удалось написать подробную историю создания и произнесения этой речи – одной из самых знаменитых и переломных речей в новейшей истории.

Если бы не это – церковь, музей, архив, – маленький городок Фултон, затерянный среди кукурузных полей Миссури, никогда бы не видел ни одного туриста. Но все было сохранено, причем только руками добровольцев и за счет местного бюджета. В результате город стал не только всемирно известен – его казна активно пополняется за счет туристов. В нем уже побывали и Михаил Горбачев, и Лех Валенса, и Маргарет Тэтчер, и множество других политиков из разных стран мира, а на бракосочетание в знаменитой церкви надо записываться в очередь за много месяцев вперед. И это только один, далеко не самый яркий пример того, как провинциальная Америка превращает себя в туристскую Мекку, машину по пополнению городского бюджета и укреплению американского патриотизма. А городок Фултон, может быть, обреченный на медленное умирание, не просто выжил, но и стал расти.

Не могу не затронуть еще одну особенность, очень меня заинтересовавшую с самого начала моей жизни в Америке. США всю свою историю собирали произведения искусства, скупали их по всему миру, иногда пользуясь слабостью или бедственным положением других стран. Наверное, этот факт можно расценивать с разных позиций, но в итоге именно благодаря США многие уникальные произведения искусства из разных стран, старинные манускрипты и архивные ценности сохранились до наших дней. Иммигранты, переселяющиеся в Америку, тоже часто везли с собой предметы искусства, антиквариат или свою утварь, которая со временем превратилась в антиквариат.

В США сейчас находятся одни из самых мощных архивных, исторических и антикварных коллекций, собраний произведений искусства и литературы, кроме того, здесь живет множество богатых меценатов. Однако интересно другое – искусство в США не централизованно, как во многих других странах, в том числе в России. Американские провинциальные музеи, которые я видел великое множество, не только отлично оборудованы и прекрасно финансируются, но и обладают коллекциями, которые не стыдно выставлять в самых больших столицах мира.

Впервые я с этим столкнулся в музее города Сент-Луиса, штат Миссури, знаменитого своим пивом. Музей меня потряс своей богатейшей коллекцией. От Микеланджело до Тициана и Манфреди, от Тулуз-Лотрека, Эдуарда Мане и Сезанна до Дега, Ван Гога, Кандинского, Шагала, Матисса и Модильяни, наверное, самое большое в мире собрание работ Макса Бекмана, я уж не говорю про коллекции американского или африканского искусства. И это не единственный музей в городе, тем более в штате. Вход бесплатный, поскольку музей содержится на деньги налогоплательщиков и является их собственностью. В здании музея проводятся специальные выставки, концерты, а по залам постоянно гуляют очередные школьные экскурсии.

Впоследствии я многократно сталкивался с этим феноменом – богатые местные музеи Америки. Чтобы пообщаться с великим искусством, провинциальным американцам не надо ездить в столицы и толпиться в музеях Вашингтона или Нью-Йорка. Это здорово, но иногда приводит даже к обратному результату. Не раз я слышал от своих американских знакомых, что им нет необходимости ездить за границу, ибо все достойное внимания есть в США, а если нет, то это рано или поздно сюда привезут и покажут им с соответствующими разъяснениями. Зачем ехать куда-то самому? И не забудем еще фантастически интересные телевизионные каналы, специализирующиеся на истории, искусстве, театре, военном деле, природе, путешествиях и т. д., – на мой взгляд, действительно лучшее, что есть на телевидении мира.

В результате паспорта, необходимые американцам для поездок за границу, имеют примерно 10–15 % населения страны. «Антипоездочные» настроения особенно сильны в средней части Америки. Кроме того, поездки в другие страны для американца – это всегда далеко, о чем тоже нельзя забывать. Поездки в «ближнее зарубежье» – Мексику и Канаду – даже не считаются поездками за границу, все остальное называется overseas trip. Это словосочетание, которое дословно можно перевести как «путешествие за моря», означает зарубежную поездку вообще, а слово overseas – просто где угодно, но «за рубежом».

Антикварный рынок США: памятка туристам и коллекционерам

К сожалению, иностранные туристы в США в основном кучкуются на восточном и западном побережьях, не замечая огромного богатства, которое находится в серединных штатах. Я всегда призывал своих друзей ездить по Америке как можно больше, поскольку, побывав только на ее побережьях, пусть и неоднократно, страну эту нельзя ни понять правильно, ни оценить адекватно.

Вообще все вещи, связанные с историей, вызывают у американцев огромный интерес. Собирание антиквариата стало почти что национальной игрой или традицией. Страна сплошь покрыта антикварными магазинами и блошиными рынками, где можно купить практически все. Огромной популярностью пользуются магазины старья, где можно неожиданно нарыть кучу интересных и сравнительно недорогих вещей.

Массовой популярностью пользуются многочисленные телевизионные программы, посвященные поиску, оценке, реставрации, восстановлению антикварных вещей – от уличных телефонных кабин, которые когда-то стояли на каждом углу, а теперь почти на вес золота, до машин, детских игрушек или старинных игровых автоматов. Есть шоу, в которых любители антиквариата рыщут по стране в поисках редких вещей и торгуются с их владельцами. Есть прямые репортажи с аукционов антиквариата.

Антикварные аукционы и ярмарки устраиваются во всех регионах на регулярной основе. Особенно популярны в США блошиные рынки и гаражные распродажи, куда выносится на продажу все, что не нужно владельцу. Часто его мотивацией являются не деньги, а желание освободиться от ненужного барахла, которое жалко просто выбросить. Американцы легко выкидывают старые телевизоры, компьютеры, музыкальные центры и т. д., но, например, старую одежду можно попробовать продать – в стране немало людей, которые любят одеваться в стиле ретро, а кто-то просто ищет одежду времен своей молодости. Старые книги стоят дешево, поскольку здесь никогда не изымали книг из библиотек и не уничтожали их. Хотя, замечу, и в Америке запрещают определенную литературу, и список запрещенных в разное время книг может удивить и озадачить.

Особым вниманием в США, естественно, пользуется оружие. Другие популярные артефакты – автомобили и мотоциклы. Америка – страна автомобилистов. Старые автомобили крайне популярны, недешевы, рынок их огромен, более того, существует сеть ремонтных мастерских именно для таких автомобилей. Наконец, еще одна американская страсть – спорт – также является объектом антикварного интереса. Старые спортивные принадлежности и форма, особенно известных спортсменов, пользуются невероятной популярностью и стоят больших денег.

Я много лет интересуюсь старинными вещами и могу обрисовать здесь несколько общих особенностей американского антикварного рынка. Во-первых, он сравнительно дешевый. Страна полна антиквариата, особенно XVIII–XIX вв. Как я уже говорил, поколения иммигрантов везли сюда самое ценное, что было у них в семье, и продавали в трудную минуту или хранили много десятилетий, пока правнуки не решали избавиться от бабушкиных сокровищ, чтобы приобрести новый автомобиль или дом. Цены тут ниже европейских и уж тем более российских. Во-вторых, здесь есть вещи практически из всех стран мира. В-третьих, собиратели из других стран или дилеры, работающие на других национальных рынках, могут приобрести то, что не привлекает американцев, практически за бесценок. Предметы быта из России и СССР, например, имеют в США микроскопическую стоимость, в то время как точно такие же предметы времен нацистской Германии стоят намного дороже. В-четвертых, 75 % американского рынка антиквариата – это обычные предметы прошлого, которые стали уникальными не в силу своих характеристик как произведения искусства, а как уникальные для нашего времени вещи.

Нельзя не заметить, что антикварный рынок США весьма патриотичен. Наибольшей популярностью пользуются вещи, имеющие прямое отношение к американской истории, особенно к ее ярким страницам, победам и поражениям, а также культуре, быту и традициям. Такие предметы носят общее прозвище «американа» и являются особо ценной и дорогой находкой для антикваров. От старых банок Coca-Cola и жестяных коробок до ржавых инструментов периода Великой депрессии, особенно если на них написано «Нью-Йорк», «Детройт» или «Чикаго», от бумаг с подписью того или иного президента до одежды актера, использованной в популярном фильме, – все это тщательно сохраняется, продается, обменивается и коллекционируется миллионами американцев.

Кроме того, этот рынок очень «персонифицирован»: стоимость вещи повышается, иногда многократно, если к ней имела хоть какое-то отношение конкретная историческая личность, пусть и не очень значительная. Это касается не только положительных персонажей, но и сугубо негативных – от провалившихся политиков до преступников, особенно ставших знаменитыми. Я убежден, что высокая популярность антикварного бизнеса в США, особенно того, что связан с «американой», является естественным сегментом культуры патриотизма в его американском виде.

Не стоит думать, что местный рынок страдает от отсутствия предметов самого высокого искусства – даже беглое знакомство с коллекциями американских музеев убедительно показывает, что это не так. На провинциальных аукционах можно легко встретить картины и рисунки великих художников, работы выдающихся скульпторов прошлого, рукописи легендарных писателей и поэтов и знаменитые ювелирные изделия, а торги идут на сотни тысяч и миллионы долларов.

Собранные в США культурные богатства не могут не поражать, особенно если учесть, что на выезде пассажирская таможня практически отсутствует, никто не проверяет чемоданы, не заполняет бумаги и не выбирает зеленый или красный коридор. Более того, конституция США запрещает федеральному правительству облагать пошлиной экспорт, а штаты, в свою очередь, не имеют права облагать пошлиной экспорт и импорт без разрешения конгресса. Таким образом, никто, кроме закона, не может «монополизировать» таможню.

Ввоз в страну собственных вещей тоже не сопряжен с какими-либо особыми трудностями, если вы не привозите, конечно, оружие, наркотики и т. д. Возможность ввезти продукты для собственного употребления зависит от того, откуда они. На еду из ряда регионов наложены запреты или ограничения, которые регулярно меняются и пересматриваются, но в большинстве своем не очень строги. Однако при заполнении таможенной декларации на въезд в США требуется обязательно указать, какие продукты у вас с собой. Если в багаже въезжающего таможенники обнаружат незаявленные продукты, особенно запрещенные, официальный штраф может достигать 10 тыс. долларов, однако, как правило, никого не штрафуют – продукты только изымаются и уничтожаются. Ввоз лекарств для собственного использования тоже не очень затруднен: лекарства советуют ввозить в оригинальной упаковке, а серьезные препараты по рецепту – вместе с рецептом. Лично я не знаю людей, у кого возникли бы проблемы с провозом лекарств через таможню. Ввоз личного антиквариата тоже в большинстве случаев не ограничен и не обкладывается пошлинами, тем более что американцы везут из своих заграничных поездок много интересного и исторического.

Местный патриотизм – основа патриотизма всей страны

Американец игнорирует мнения других относительно его патриотических чувств столь же автоматически, как и мнения по поводу его мессианской доктрины, распространяемой им на весь мир. Он не стесняется быть патриотом. Южане США повсюду – на домах, улицах и автомобилях – вывешивают флаги проигравшей в Гражданской войне стороны. Это их проявление патриотизма. Выпускники школ, колледжей и университетов США гордо ходят в футболках и свитерах с названиями своих учебных заведений. Это их личный патриотизм. Жители больших и малых городов с удовольствием носят одежду с их названиями и гербами. Это их географический патриотизм. И они абсолютно не парятся насчет того, что окружающие могут невысоко оценивать тот или иной университет или город. В основе их патриотизма лежит ощущение: «Это – мой город, мой университет и т. д.». Американцы вообще очень любят рассказывать про места, где они живут и работают. Для них важно не столько рассказать, чем они занимаются, сколько поведать историю создания – когда основано, кто построил, кто основал, сколько лет действовало и т. д. Связано это, я думаю, с тем, что американцы стараются гордиться своей историей, и даже полвека для них – уже глубокая старина.

Но трудно представить себе американца, который купит футболку, скажем, Гарвардского университета и будет пафосно в ней ходить, если он закончил другое учебное заведение. Хотя Гарвард – это, конечно, круто. Так обычно делают иностранные туристы. Именно они закупают футболки с символами и гербами престижных американских университетов и городов, названиями фирм и гордо щеголяют в них, тем самым, кстати, принося им дополнительное паблисити. Фактически они платят собственные деньги за право рекламировать тот же Гарвард или Стэнфорд, Нью-Йорк или Сан-Франциско. Университеты, города и графства неплохо зарабатывают на продаже символики. Однако для большинства американцев это не просто бизнес, а проявление лояльности, патриотизма, а также самая простая система определения «своих» по альма-матер или месту жительства.

Колоссальной популярностью в Америке пользуется музыка в стиле кантри, родившаяся из фольклорной музыки около века назад. Основными инструментами тогдашнего кантри были гитара, скрипка и банджо – в зависимости от того, откуда переехали переселенцы. Кантри – один из самых популярных жанров в Америке и самый, если угодно, патриотичный. В середине XX в. с ним больше ассоциировались южные штаты. Как и в любой народной музыке, в текстах песен делался упор на любовь к родине, к своему штату, а также звучали темы, близкие южанам, – свобода, оружие, виски, жизнь на ферме и зачастую романтизация преступной жизни.

В последние пару десятилетий музыка кантри смешивалась с другими жанрами, от хип-хопа до рока, благодаря чему многие современные популярные хиты могут в той или иной степени обозначаться как кантри. Конечно, кантри-хиты про любовь, исполняемые победительницей шоу American Idol на MTV, далеко ушли по содержанию от песен звезд кантри типа Дэвида Аллана Коу – он обычно выступает, обмотанный американским флагом, и еще недавно сочинял тексты, которые вполне можно расценить как расистские. Сегодня кантри занимает 12 % музыкального рынка Америки, находясь в списке самых продаваемых жанров на втором месте после рок-музыки, на долю которой приходится около 40 % продаж. Это отражает отношение к жанру кантри в стране.

День независимости давно уже стал не просто символом американского патриотизма, но и днем объединения страны, ибо его празднуют все жители США, независимо от возраста, политических взглядов и уровня доходов. Это еще одна часть американского патриотизма – он объединяет, а не разъединяет страну. Наследники южан и северян вместе отмечают главный государственный праздник, а их прадеды лежат на общих кладбищах, где им отдают одни и те же воинские почести как патриотам, отдавшим жизнь за свою страну, независимо от того, что были они по разные стороны фронтов Гражданской войны, Министерство по делам ветеранов в равной степени заботится об их могилах, а в Голливуде никому по большому счету не приходило в голову сделать фильм, в котором представители проигравшей стороны изображались бы в неприглядном виде. Мораль проста – ни у какого политического направления, тем более у власти, нет монополии на «правильный патриотизм». Американец считает, что знает, как быть патриотом, и его нельзя учить, «как родину любить». Он сам кого хочешь научит.

Как известно, в США другое даже напряжение электросети (110 вольт), другая система видеозаписи, не говоря уже об упорном нежелании переходить на метрическую систему мер. В определенной степени эти особенности служат защите потребительского рынка от внешней продукции, а заодно и подкрепляют в американцах чувство их нетипичности в мире. Они даже готовы терпеть неудобства, связанные с этим.

Когда что-то в США происходит не так, американцы склонны винить в этом не Америку, не ее систему и принципы, а отклонения от этих принципов, извращение системы, потерю лидерами «настоящей Америки». Таким образом, вера американцев в Америку и ее превосходство не только не бывает подорвана, но и власти США вынуждены все время чувствовать себя не вполне соответствующими высоким принципам, на которых основывалась Америка. Все это является основой в целом здорового политического климата в стране, стимулом для продуктивного персонального патриотизма простых американцев.

Как я уже говорил, иммигранты в массе своей быстро становятся не меньшими, если не большими патриотами Америки, чем люди, родившиеся в ней. С одной стороны, к этому их толкает вся система внутренних установок, которая привела их в США, необходимость постоянного подтверждения того, что их решение было правильным и рациональным. С другой стороны, американский патриотизм действительно имеет обыкновение засасывать, а отсутствие среди первой пары сотен популярных телеканалов информационной альтернативы делает этот процесс еще более эффективным. Информационное поле Америки – при всем обилии свободы для СМИ, доступности любой информации и богатстве технических возможностей для ее получения – остается в значительной степени монополизированным огромными корпорациями, которые, оговорюсь сразу, принадлежат компаниям и индивидуальным бенефициарам из разных стран мира. На Америку вещают настоящие информационные и развлекательные гиганты, через головы которых добиться внимания со стороны американской публики очень сложно, если вообще возможно кому-то новому со стороны.

Американцы в мире

Американцы не очень любят смотреть иностранное вещание, будучи убежденными, что на местном рынке СМИ плюрализма и объективности больше, чем в любой другой национальной системе средств массовой информации. Можно, конечно, оспаривать этот тезис, но по сути своей он недалек от истины. Более того, в США законом запрещена любая пропаганда, а само слово имеет крайне отрицательное значение и совершенно не может употребляться даже в своем нейтральном смысле. Это надо иметь в виду, употребляя его. Радиостанциям «Голос Америки», «Свобода», кубинским станциям в Майами и т. д. законом запрещено вещать на территории США, ибо они по определению являются пропагандистскими, так как создавались для воздействия на иностранную аудиторию. Впрочем, сегодня они смещаются в Интернет и становятся доступными американской аудитории, хотя ни на какую популярность здесь, естественно, рассчитывать не могут.

Замечу также, что американцы, как ни парадоксально, весьма консервативны в своих информационных пристрастиях, поэтому любым иностранным каналам пробиться на ТВ и радио практически невозможно. Наиболее успешными здесь, по понятным причинам, являются британская BBC и, пожалуй, «Аль-Джазира». Все остальные, независимо от огромных бюджетов, занимают микроскопическую долю рынка США и никак не могут влиять на информационное пространство этой страны, что тоже сказывается на умонастроениях иммигрантов. Их патриотизм стимулируется, в частности, рекрутерской политикой – новые иммигранты могут пойти служить в армию США, что не только значительно упрощает порядок получения ими гражданства, но и дает немалые финансовые льготы, в том числе для получения образования. Не говоря уже о том, что профессиональный военный – это очень неплохая специальность в сегодняшней американской экономике.

Несмотря на то что американцы живут в весьма пестром обществе, они не всегда легко приспосабливаются к другим культурам. Возможно, это следствие того, что простые граждане, в принципе, не интересуются остальным миром, общеобразовательные учреждения не делают акцента на изучении мировой истории или политической географии, а многие с детства вырастают с неагрессивным, но естественным для них чувством превосходства их страны и культуры над другими. В бизнесе американцы традиционно ценят агрессивность и нахальство, поэтому многие, выходя на международный уровень, испытывают определенные трудности, несмотря на прошлый успех у себя на родине.

Многие бизнесмены не понимают, как вести себя с партнерами из других стран, где важно личное общение во время совершения сделки, – таких как Россия, Япония, Китай и большинство стран Азии. Сегодня в бизнес-школах США уделяется много внимания умению работать с другими культурами – например, не класть ноги на стол в присутствии иностранцев. Как говорят сами американцы, они ведут себя в мире так, как нью-йоркцы ведут себя в провинциальной Америке. Американцы обычно предпочитают перейти сразу к делу, и их удивляет привычка русских идти в баню и обмывать сделку горячительным или традиция японцев в подробностях и подолгу обсуждать личные дела. Главная разница, мне кажется, в том, что американцам не нужно создавать видимость того, что они и их партнеры – друзья. Для них улыбаться и спрашивать «как дела» – декоративная часть рабочей рутины, а не культурная традиция.

Американский подросток, растущий в условиях «плавильного котла», с детства сталкивается с людьми с другим цветом кожи, другой религией, говорящими на английском языке с разными акцентами и представляющими совсем другую культуру. В определенном смысле он растет в условиях сильного культурного и этнического разнообразия, которое воспринимает как нормальное явление. Это с детства определяет его рамки толерантности к другим. Однако при этом любой американский ребенок понимает, что все эти люди приехали из своих стран именно в его страну. Потому что его страна – лучше. Лучше всех. Он знает, что все стремятся сюда, так как здесь жизнь лучше, зарплаты выше, можно достичь многого, что и не снилось людям там, за океаном. Другими словами, у него начинает формироваться ощущение, что мир за пределами его страны хуже, беднее, опаснее и т. д. Одновременно американский подросток много лет является объектом системы образования в стране, основанной на принципах политической корректности, гуманизма, благотворительности, желании делать добро и помогать людям – в сугубо американской трактовке всех этих понятий.

В результате подобной комбинации в его душе появляются и крепнут ростки знаменитого американского мессианства, то есть желания улучшить мир. Часто при этом он не задается вопросом о том, желает ли мир быть улучшенным по американскому образцу, чего хотят люди в других странах и как им нравится жить. Логика простая: раз они в массовом порядке стремятся в Америку и идут на тяжелые испытания, чтобы попасть сюда, значит, они хотят жить как в Америке.

Американцы – не самая умная и образованная нация, думает он, но нам повезло: отцы-основатели США создали самую лучшую в мире систему управления, которая позволила Америке стать тем, чем она стала. Почему люди в других странах не могут сделать то же самое – создать систему, которая повторит американскую и будет обеспечивать эффективное управление и развитие их стран? Основа американской системы – демократия, система сдержек и противовесов, свобода прессы, сильное гражданское общество, главенство закона и хорошо работающие общественные институты.

Разговоры о том, что нужно учитывать национальные особенности, в подобной логике легко разбиваются аргументом насчет того, что американская система подходит всем, кто приезжает в США. Она работает и для американских арабов, и для американских китайцев, и для американских русских. Глядя на национальный состав Америки, ребенок видит, что эта система работает для всех. Почему же она не может работать в других странах? Потому что там есть люди, которые не хотят, чтобы эта система была там установлена. Как правило, они у власти. Другая система дает им возможность обогащаться, подавлять желания людей, монополизировать власть в стране. Поэтому помочь народам этих стран убрать таких людей от власти, помочь им установить у них в стране эффективную систему управления, напоминающую американскую, – благородное дело, задача тех, кому повезло больше, то есть американцев.

Эта нехитрая, но по-своему логичная аргументация оборачивается известным всему миру противоречием: американцы готовы освобождать чужие страны, даже если люди, живущие в этих странах, не хотят освобождаться и уж тем более не просят об этом американцев. При этом сами американцы чувствуют себя благородными рыцарями, помогающими другим людям получить то, что им самим досталось лишь благодаря политической мудрости отцов-основателей. Все американцы в глубине души растут миссионерами и, если хотите, политическими первопроходцами. Они хотят изменить мир именно потому, что сочувствуют ему. Никаких других целей у них, как правило, нет. И они возмущаются, оскорбляются и чувствуют себя обманутыми больше других, когда выясняют, что под видом улучшения мира та или иная американская корпорация протаскивает свои денежные интересы. Тогда они забывают про свою «миссию» и начинают жестоко трепать эту корпорацию внутри страны, тем более что внутреннее устройство США действительно весьма демократично.

В результате мир наблюдает удивительный парадокс. Повторюсь: внутренняя политика США традиционно является глубоко демократической, причем американская демократия в целом развивается по возрастающей, хотя и испытывает периодически откаты назад, что в принципе нормально. Человек в этой стране неплохо защищен и устроен, демократические интитуты работают, а независимая пресса не дает чиновникам и политикам скрыть от людей что-либо значимое. Система сдержек и противовесов работает эффективно, выборы – непредсказуемые и т. д. Но во внешней политике демократическая Америка ведет себя часто крайне недемократично, а простые американцы, тем более подростки, это внешнее поведение своей страны, как правило, или игнорируют, или прямо поддерживают. Люди не интересуются внешней политикой, отдав ее на откуп профессиональным дипломатам и экспертам, поэтому она практически не попадает под контроль гражданского общества, которое внутри страны является главным противовесом государства. В связи с этим, когда речь идет о внешней политике, американский демократизм становится очень ограниченным, смешиваясь с американским патриотизмом и мессианством.

Многие россияне удивляются, когда я говорю им, что, хотя в США считается хорошим тоном публично критиковать страну, правительство, власти и т. д., ни один американец не будет этого делать, находясь за границей. Нельзя публично критиковать или ругать свою страну, если ты за ее пределами. Это неприлично, непатриотично, некорректно и только подрывает силу твоей страны – такова логика большинства американцев. Поэтому они с некоторой опаской наблюдают за представителями других народов, которые приезжают в США и с публичных трибун поносят свои страны. Отчасти это прощается, если в тех или иных странах оппозиция находится под запретом или жестким давлением. Однако если тебе есть что сказать критического о своей стране и ее правительстве и у тебя есть такая возможность, то ты должен это делать внутри страны, а не подрывать ее репутацию в глазах граждан других стран – такова массовая логика американцев. Они без особого уважения относятся к людям, не демонстрирующим патриотических чувств к своей родине. Хотя, конечно, в политическом истеблишменте США отношение к таким людям совсем другое.

В России любят цитировать слова Пушкина о том, что можно многое ненавидеть у себя в отечестве, но еще большую ненависть вызывает, когда это чувство разделяют иностранцы. Но именно американцы, по-моему, реализуют этот принцип в своей политической культуре. Даже ярые политические противники, скажем, Барака Обамы очень осторожно выбирают выражения, когда выступают за рубежом. Для американского политика прослыть плохим патриотом – значит загубить свою карьеру. А многие простые американцы, как я уже говорил, вообще уверены, что их страна – лучшая в мире, поэтому критиковать ее в странах, которые по всем показателям хуже США, бессмысленно, глупо и не по-американски. Критику надо высказывать внутри страны, это внутреннее дело, тогда она идет на пользу. Конечно, надо принимать в расчет, что политическая система США крайне восприимчива к внутренней критике. При этом можно критиковать другие страны и, естественно, подвергаться критике с их стороны. Ведь вся американская история началась с Декларации независимости, которая является документом, содержащим яростную критику Великобритании и ее короля.

Американский спорт – игры патриотов

Конечно, не остается в стороне от патриотизма и национальный спорт, который является одной из главных составляющих американской бытовой, информационной и развлекательной культуры. Спорт в США – многомиллиардный бизнес и неотъемлемая часть образа жизни. Делится он на профессиональный и студенческий, и американцы всерьез воспринимают и тот и другой – для них спорт давно стал еще одной причиной национальной гордости и патриотизма (в этом они, конечно, не сильно отличаются от жителей других стран).

Подавляющее большинство американцев или сами участвуют в тех или иных спортивных мероприятиях – в соответствии с возрастом, увлечениями или финансовыми возможностями, – или следят на ними с большим интересом. Все газеты страны имеют огромные спортивные разделы, которые, как правило, намного превышают объемы новостных, а уж тем более международных полос. Особенно много пишут про любимые американцами виды спорта – американский футбол, баскетбол, бейсбол и отчасти хоккей и гольф. Европейский футбол обозначается словом «соккер».

Странно, но футбольная традиция не перешла в США из Англии – родоначальницы этого спорта. Сам европейский футбол не является очень популярным видом спорта. Он постепенно стал в США спортивной игрой для женщин. Сборная Америки по футболу – одна из лучших в мире, в футбол активно и с увлечением играют девочки-школьницы. Небольшая популярность соккера парадоксальна, если учесть огромную латиноамериканскую диаспору в США, которая должна по определению любить футбол и играть в него при каждом удобном случае. Однако почему-то этого не происходит, хотя на американском телевидении есть несколько каналов, посвященных мировому футболу, которые двадцать четыре часа в сутки показывают только футбольные матчи, перебивая их футбольными комментариями.

Мои попытки понять, почему традиционный футбол не стал популярным мужским видом спорта, встречали объяснения, что игра слишком медленная – надо, мол, смотреть полтора часа и, может быть, увидишь гол или два. Этого, видимо, мало для энергичных американцев. Болельщики футбольных команд встречаются сравнительно редко, а матчи посещает в разы меньше зрителей, чем, скажем, соревнования по американскому футболу. Тем не менее в соккер играть умеют почти все и часто этим занимаются на любительском уровне. Футбольные фанаты в Америке практически отсутствуют, разве только как дань европейской агрессивной субкультуре фанатов. Однако многим американцам это не мешает, лежа на диване с пивом, смотреть чемпионаты Латинской Америки, не говоря уже про международные кубки и чемпионаты мира.

Бейсбол, на мой взгляд, игра не более динамичная, чем футбол, однако почти все американцы сходят от бейсбола с ума. Как и игроки в американский футбол, бейсболисты являются национальными героями. О наиболее выдающихся пишут книги и снимают фильмы, их имена становятся известны всем в стране, президент принимает их в Белом доме, а их фотографии и игровые коллекционные карточки стоят немалых денег на антикварном рынке США. При этом за пределами Америки они не известны почти никому, ибо и бейсбол, и американский футбол не особо популярны в мире. Это совершенно не смущает американцев, которые без зазрения совести называют свои чемпионаты по обоим видам спорта мировыми. Формально у них есть на это основания – обычно в соревнованиях участвует пара-тройка команд из других стран, в частности Японии и Канады.

Главное спортивное событие в Америке – финал чемпионата Национальной футбольной лиги, который проводится в январе-феврале и бьет рекорды по телевизионным рейтингам. Так, в 2011 г. его посмотрели примерно 163 млн телезрителей, одна секунда рекламы стоила в среднем 100 тыс. долларов. Многие рекламные ролики снимаются специально для показа во время этих матчей, после чего их можно просмотреть только в Интернете.

С флагом и значком

Я уже говорил, что американская модель патриотизма в немалой степени носит не государственный, а личный, сугубо частный характер. Никто не заставляет американцев вывешивать национальные флаги на своих домах или репетировать в самодеятельных оркестрах патриотические песни – они это делают исходя из собственной потребности. Проходящие в День независимости, да и в другие праздники по всей стране многочисленные и по-американски яркие парады и зрелищные шествия добровольно финансируются местными бизнесменами и обслуживаются волонтерами. На главный фейерверк страны, который устраивается в Вашингтоне, люди съезжаются изо всех уголков и занимают место на Национальном Молле в центре столицы чуть ли не с утра. Я уж не говорю про президентские инаугурации!

Патриотизм США максимально деполитизирован и деформализован – поэтому в него столь легко включаются новые иммигранты, которые действительно стараются быть больше американцами, чем сами американцы. Любой желающий может в этом убедиться, побывав на парадах по случаю Дня святого Патрика, шествиях иммигрантов-индусов и африканцев или карнавалах латиноамериканцев. В русскоязычных регионах празднуют День Победы 9 мая или старый Новый год, хотя эти даты никакого отношения к США не имеют. В Америке есть закон, по которому иммигранты могут взять выходной по случаю национального или религиозного праздника у себя на родине. Личный патриотизм американца, пусть и «нового», выше коллективных обязанностей.

Иными словами, личный патриотизм давно стал частью обыденной культуры США, а не государственной программой. Отцы-основатели американского государства, возведенные не без причины в ранг политических гениев, сделали в этой области главное: дали людям идеологию личной свободы, главенство закона и независимость судебной системы, стабильную конституцию и веру в эффективность и превосходство американской системы власти. Все это работает уже не одно поколение. Именно это является основой патриотизма американцев, а не какие-то придуманные чиновниками воспитательные и патриотические проекты. Американские дети растут в этой атмосфере и при всем естественном скептицизме, который отличает юный возраст, быстро становятся патриотами страны, системы, которая в ней существует, ее принципов и основополагающих идей. В результате американские подростки в массе своей растут большими патриотами, нежели подростки многих других стран.

Наличие флагов, значков и других патриотических символов отнюдь не всегда отражает истинный патриотизм. Часто это имитация, как это бывало в Советском Союзе, где на демонстрации выносили тысячи знамен, а все дома украшали лозунгами и транспарантами, или крайность, как в фашистской Германии, которая культивировала чувство превосходства немцев над другими, а флагов и транспарантов было не меньше, чем в СССР. Может ли Америка пойти в том или ином направлении?

Важно, что в отличие от подавляющего большинства стран, которые строились по традиционной схеме «сверху вниз», Америка исторически создавалась по-другому. Сюда приезжали первопроходцы, беглецы, ссылались преступники. Территория США в течение долгого времени осваивалась в условиях отсутствия какого-либо правительства, власти, закона и порядка. Опираться надо было на собственные силы, на отряды самообороны, соседей и друзей. Первопроходцы шли по Америке с востока на запад, защищая сами себя и сами себе создавая правила, законы и порядки. Отсюда в крови каждого американца осталось определенное пренебрежение к формальной власти, чиновникам и политикам в сочетании с уважением к закону, ибо американец привык, что законы создает он сам. Чем выше власть, тем меньше она значит для рядового гражданина страны, тем меньше ее влияние на него. А чем власть ближе, чем более «местной» она является, тем большими полномочиями обладает и тем больше от нее зависит. Америка для американца – это страна, которую «он построил», а не «ему построили».

Таким образом, в США государство движется за обществом, а не наоборот. Если этот тренд начинает пробуксовывать, как это случилось после 11 сентября 2001 г., многие американцы с возмущением начинают говорить о том, что США превращается в коммунистическую или фашистскую страну. Им не нравится, когда государство увеличивает свою роль и влияние, их политический менталитет сформирован иначе. Именно поэтому объектами выборов продолжают оставаться не только местные политические власти, но и, скажем, полиция и администрация учебного округа. То, что вся полиция в США является муниципальной и ее руководство выбирается на местных выборах, армия по конституции не может быть использована внутри страны, а на руках у граждан находится много единиц оружия, делает Америку страной, в которой государство не может откровенно доминировать над своими гражданами, и в этом основа не только американской модели патриотизма, но и единства страны.

При всей любви к своей стране и уважении к отцам-основателям и принципам, на которых базируется Америка, абсолютное большинство американцев никоим образом не распространяют эти чувства на правительство страны, власть и ее действия. Эти два фактора не дают – и я надеюсь, что не дадут – американскому патриотизму выродиться в нечто неестественное для этой страны, в нечто, более присущее тоталитарным, фашистским или коммунистическим режимам, где патриотизм в первую очередь проявляется в подчеркнутой лояльности к власти. Патриотизм американцев по отношению к стране сохраняется, даже когда авторитет власти и уважение к ней падают – президентства Билла Клинтона, Джорджа Буша-младшего и Барака Обамы подтверждают это.

Конечно, у России своя великая история и своя политическая культура. Ее путь был другим. Да и Америка далека от идеала, которым ей хотелось бы быть. Всего два-три поколения назад американцы давали взятки полицейским, судьи попадались на коррупции, а на местных выборах побеждали представители мафии. Страна была расколота целым рядом, казалось бы, непреодолимых противоречий – от войны во Вьетнаме до расовых конфликтов, от отношения к иммигрантам до преследования сексуальных меньшинств. Часть этих противоречий до сих пор время от времени себя проявляет. Однако США сумели собраться и преодолеть большинство внутренних конфликтов в сравнительно короткий срок. Патриотизм многонациональной, многорелигиозной, политически плюралистической Америки оказался в том, чтобы искать общее для всех, а не различное, и делать на это общее ставку. Отсутствие монополии на власть наверху, общие ценности внизу и главенство закона сравнительно быстро изменили страну.

Глава 5

Американский дом

Сабурбия – мечта бебибумеров

В последние десятилетия во многие языки мира вошло слово suburbia – сабурбия, производное от английского слова suburb, то есть пригород. Было даже снято несколько фильмов, где в названии фигурирует это слово. Кроме того, оно обозначает группу людей, живущих в пригороде, их образ жизни. Послевоенная Америка стала, по сути, большой сабурбией, в которой считалось хорошим тоном, правильным выбором и признаком жизненного успеха жить именно в пригородах больших городов, а не в центре, то есть соединить плюсы мегаполисов с их инфраструктурой, рабочими местами, социально-культурными возможностями, с одной стороны, с плюсами провициальной жизни, ее тишиной и спокойствием, возможностью иметь большой дом и собственный участок земли (что в городе осуществить гораздо сложнее) – с другой. Большие города повсеместно обрастали разнообразными пригородами, которые становились независимыми муниципалитетами. Постепенно туда перемещались финансы, инфраструктура, рабочая сила и интеллект американского общества. Центры городов стали приходить в упадок, а пригороды – развиваться с неимоверной быстротой, привлекая все больше людей, покидающих городские кварталы. Примерно с 1950-х гг. жители пригородов начали приобретать выраженные черты отдельной социальной страты, своеобразного класса.

Первоначальной причиной процесса было то, что в послевоенный период стали общедоступными автомобили и больше не надо было надеяться на общественный транспорт. Из армии в массовом порядке возвращались демобилизованные солдаты, которым государство давало большие денежные пособия и налоговые льготы для покупки домов в пригородах. Телефонная связь стала надежным, дешевым и распространенным способом общения. Америка после войны быстро покрылась сетью уже легендарных теперь скоростных автомобильных дорог, которые и до сих пор продолжают ее великолепно обслуживать. Бензин был недорогим, а каждой семье хотелось наконец осуществить свое желание иметь собственный дом и кусок американской земли. Мечта послевоенной Америки была проста, но амбициозна – каждому человеку, включая детей, в доме должна отводиться своя комната. Плюс какое-то количество общих комнат – гостиная, кухня, столовая, гараж, чулан и т. д.

Но главное – каждому свою спальню! Наконец это стало возможным. В этих условиях американские семьи быстро обзаводились детьми, причем мало кто одним – обычно речь шла о двух-трех. Банки с удовольствием давали ссуды на покупку домов молодым и не очень молодым семьям. И сегодня в 98 % жилья в США приходится по одному человеку или меньше на каждую имеющуюся в доме комнату.

Америка быстро осваивала сельскую местность, строя там большое количество новых домов. Помните замечательную книгу Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Одноэтажная Америка»? Послевоенная Америка становилась двухэтажной, покрывшись миллионами двухэтажных домов, таковой она в значительной степени остается до сих пор. Американцы пришли к выводу, что двухэтажный дом в среднем вполне удовлетворяет их требованиям к комфорту, имеет наилучшее соотношение цены и качества, достаточно просторен, но при этом не становится слишком большой проблемой для семейного бюджета с точки зрения содержания и эксплуатации. К тому же в большинстве домов есть подвал или цокольный этаж – так называемый basement («бэйсмент»), который при некоторых финансовых вложениях легко превращался в жилое помещение в несколько комнат. При этом последствия переустройства совершенно незаметны снаружи дома, что позволяло миллионам американцев избегать увеличения налогов на недвижимость. Пригороды стали приобретать собственную, отличную от города инфраструктуру, а также свое характерное архитектурное обличье. В этих огромных по масштабам жилых районах не было небоскребов, железных дорог, метро или индустриальных объектов. Это и стало той самой сабурбией, в которой до сих пор живет подавляющее большинство американцев.

В городах все эти десятилетия люди, конечно, тоже селились, но в довольно малых количествах. Это были либо те, кто не мог себе позволить жить в пригороде по финансовым соображениям; либо люди, принципиально не желающие там жить, эдакие «настоящие горожане», которым нужен вокруг бетон и кирпич, тротуары, музеи и театры; либо люди, не имеющие детей и не планирующие их заводить. В последнюю категорию, в частности, попадали представители сексуальных меньшинств, которым не нужны были средние школы, а разобщенная жизнь в сабурбии не давала возможности создавать свои социальные группировки для общения и защиты от тогда еще довольно агрессивной внешней среды.

Другими словами, городскую жизнь, да и сами города США во второй половине ХХ в. поддерживали, не давая им умереть окончательно, малообеспеченные семьи, студенты, бездетные городские пары, представители сексуальных меньшинств, рабочие и безработные – так как именно в городах, а не в сабурбии, существовали приюты и ночлежки. Во времена президента Рональда Рейгана по всей Америке в рамках государственного жилищного проекта были построены многоэтажные многоквартирные дома для бездомных, где им предоставлялась бесплатная квартира. Закончилась инициатива сравнительно неудачно, ибо бездомные не стали жить в этих квартирах, и они быстро превратились в рассадники наркомании, проституции и преступности. Сейчас в большинстве случаев эти дома стоят заброшенными и пустыми, хотя там есть сотни тысяч квартир, имеющих основные удобства.

Справедливости ради надо сказать, что в последние десятилетия в ряде городов, в том числе в Вашингтоне, многие из этих домов были приведены в приличный вид и переданы в собственность малообеспеченным семьям, которые там и проживают. Более того, в последние годы стоимость подобного жилья так быстро пошла вверх, что в некоторых случаях начала превышать стоимость среднего дома в сабурбии. Многие представители этнических меньшинств, владевшие – во многом от бедности – небольшими городскими квартирами в Нью-Йорке, Вашингтоне или Сан-Франциско, стали весьма обеспеченными людьми, продав свое жилье в последние годы, предшествующие глобальному экономическому кризису.

В качестве примера можно привести Вашингтон, в котором, как известно, самую значительную часть населения в последние полвека составляли афроамериканцы. Сорок лет назад их число достигало 70 % жителей города против 12,6 % всего населения США. Федеральные чиновники, работающие в правительстве страны, как правило, жили за городом и каждый день ездили в центр на работу. По результатам переписи 2010 г. число афроамериканцев в столице США впервые снизилось до 50 %, а остальную половину жителей города сейчас составляют белые, азиаты и латиноамериканцы, из которых лишь 38 % – белые. В результате облик столицы США меняется очень быстро, еще быстрее растут цены на недвижимость в ней – хотя для этого есть еще одна специфическая причина, о которой чуть позже.

Что такое «хороший район»?

Америка – глубоко децентрализованная, если угодно, провинциальная страна. Когда я только начинал жить в Вашингтоне, то столкнулся с тем, что огромное множество американцев никогда не были в своей столице. Доходило до того, что ко мне, совсем недавно обосновавшемуся здесь человеку, да еще из-за «железного занавеса», приезжали мои новые друзья-американцы из провинции и я вел их знакомить с их же столицей. Если посмотреть на списки лучших мест для жизни в США, о которых речь пойдет позже, то там больших городов не найти. Маленькие города, как правило, предоставляют гораздо лучшие условия для жизни людей, чем мегаполисы. Зачастую дома там дороже, а школы, дороги и больницы – лучше. Подавляющее большинство американцев живет в маленьких городах и пригородах крупных городов, и ничто на свете не заставит их переехать в Нью-Йорк или Чикаго, Лос-Анджелес или Вашингтон. В больших городах живут те, кто победней, или настоящие городские жители, чья система жизненных ценностей отличается от ценностей провинциалов. И те и другие с нескрываемой иронией смотрят друг на друга.

В Америке существует старая шутка, которую знают все. Она уже не смешная, но все еще способна удивлять людей, приезжающих в эту страну и стремящихся купить здесь дом или квартиру. Итак, у агента по недвижимости спрашивают: «Что влияет на стоимость дома в США?» Он отвечает: «На стоимость дома здесь влияют три важных фактора. Первый, самый важный фактор – это location. Второй по значимости фактор – location. И наконец, третий по важности фактор – это location». То есть все три фактора – местонахождение дома. Ничто иное – ни возраст дома, ни его размер, ни материалы, из которых он сделан, ни архитектурная красота – не влияет на стоимость американского дома больше, чем место, где он расположен. Сегодня в России собственность также все чаще оценивается по тому, где она находится, но в США это правило существует уже для многих поколений домовладельцев.

Конечно, есть районы, дорогие, что называется, по определению. Однако стоимость многих американских жилых районов меняется в зависимости от того, как они устроены, как развиваются и кто там живет. Поэтому жильцы того или иного района очень трепетно относятся к решениям, принимаемым местной властью, скажем, в отношении строительства новых дорог или торговых центров, парковок или спортивных площадок. Тем более что возможности влиять на местную власть у них есть, и немалые – не только через регулярные выборы, но и через всевозможные общественные комиссии и комитеты соседей, которые очень любят создавать в такого рода районах.

Что же означает хорошее местонахождение в американском смысле слова? Ни за что не догадаетесь! В первую очередь – что там расположены хорошие публичные школы. Они по большей части финансируются местным бюджетом, который, в свою очередь, формируется из местных налогов. Поэтому хорошие публичные школы, в частности, означают, что в данном районе живут сравнительно высокооплачиваемые семьи, платящие немалые налоги. В каждом городке и районе США должны быть публичные школы, и от их качества, репутации, уровня получаемого детьми образования, квалификации учителей и предлагаемого набора предметов в немалой степени зависит стоимость местного жилья, – другими словами, качество школьного округа прямо влияет на стоимость недвижимости.

Частные школы стоят очень дорого, к тому же многие родители из принципа не хотят отдавать в них своих детей, считая, что на те налоги, которые они платят, государство обязано создавать хорошие публичные школы. Государство создает – правда, получается далеко не всегда. Кроме того, некоторые вполне обеспеченные люди отдают своих детей в публичные школы исходя из своих политических и нравственных соображений, считая, что это хорошо для детей, хорошо для школьной системы и хорошо для страны. Конечно, не во всех богатых районах есть хорошие школы, поскольку не для всех американских семей на разных их жизненных этапах актуален вопрос школьного образования детей, однако их наличие сразу делает район гораздо более привлекательным и заметно повышает там цены на дома.

Объем налогов, которые платят жители маленького городка, пригорода крупного города или, скажем, графства, связан и с другими характеристиками хорошего района, например, хорошей и качественно работающей полицией. Хороший район – значит, хорошая полиция. В США полиция – структура муниципальная, то есть зависимая от местных выборов, а не от расположенных где-то далеко начальников; министерства внутренних дел здесь нет. Полиция подчиняется местным властям, поэтому ее качество является одной из важных характеристик на любых местных выборах и значимым фактором, делающим тот или иной район или городок привлекательным местом для жилья, то есть более дорогостоящей location.

Естественно, полицейские, получающие жалованье из налогов именно тех, кому они служат и кого защищают на ежедневной основе, относятся к своим участкам почти по-домашнему. Многие из них и сами живут поблизости. От бюджета полиции, ее оснащенности людьми и техникой зависят самые элементарные вещи – как часто полицейская машина проезжает по вашей улице, сколько таких машин циркулирует по участку одновременно, как много полицейских могут выделить местные власти на то или иное мероприятие, сколько в районе полицейских на мотоциклах и велосипедах и т. д. Естественно, все это прямо влияет на уровень преступности в той или иной местности и возможности полиции бороться с наркотиками, контролировать места тусовок подростков и т. д.

Еще одним важным фактором выбора места является обычно весьма расплывчатая, но многозначительная фраза о том, что данный район – хорошее (или плохое) место для воспитания ребенка. С легкой руки Хиллари Клинтон в мире стала широко известна американская поговорка: «Чтобы вырастить ребенка, нужны усилия всей деревни», отчасти, кстати, повторяющая классический марксистский тезис о том, что бытие определяет сознание и что нельзя жить в обществе и быть свободным от него. Америка никогда не была коммунистической, но там в значительной степени все так и есть – бытие в немалой степени определяет сознание. С одной стороны, хорошее место для воспитания детей, конечно, включает и хорошие публичные школы, и эффективно работающую полицию. Однако в это понятие входят и другие показатели – например, средний уровень образования проживающих в том или ином месте людей, их профессиональные занятия и образ жизни.

Логика здесь проста: если родители имеют высшее образование, велика вероятность того, что они являются для детей неплохим примером. Они, скажем, вряд ли дерутся дома или напиваются до потери пульса на глазах у детей. Скорее всего, в доме есть книги, а то и целая библиотека. Значит, люди читают. Соседи с образованием, как правило, выписывают газеты и журналы, ходят в кино, театры и музеи, уделяют своим детям личное внимание и т. д. Здесь срабатывает своеобразный обратный эффект: чем больше родители занимаются своими детьми – помогают им с домашним заданием, ужинают всей семьей (а это важный показатель качества американской семейной жизни), берут их с собой, когда едут отдыхать, и т. п., – тем лучше эти дети учатся в школе, следовательно, тем выше средний уровень школы, так что ее учителя могут концентрироваться на содержании своих предметов, а не на дисциплине и наказании учеников.

Ученики в таких районах приходят в школы подготовленными, сделавшими уроки, прочитавшими книги. Более того, у них есть домашняя мотивация к учебе. И, что еще более важно, такие вещи в подобных школах носят массовый характер, то есть хорошо учащийся мальчик или девочка не чувствуют себя изгоями, лузерами, «ботаниками». Напротив, они – как все остальные, что крайне важно в подростковой среде. Все думают про университет или колледж в будущем. Все это в сумме помогает школам становиться хорошими, сильными, много дающими ученикам. А хорошие школы, в свою очередь, существенно облегчают выполнение родительских обязанностей, о чем может, наверное, рассказать любой родитель в любой стране мира. В результате – значительно поднимается цена на недвижимость, а район начинает считаться районом, «где хорошо растить детей».

Конечно, кроме школ и семьи есть еще множество факторов, которые надо принимать в расчет, говоря о воспитании детей. Это и качество инфраструктуры – наличие спортплощадок и торговых центров, ресторанов и кинотеатров, наличие больниц и количество врачей. Последний фактор имеет немаловажное значение. От наличия в районе большого количества врачей разных специальностей, имеющих профессиональные связи с хорошими больницами, в немалой степени зависит возможность быстро получить высококвалифицированную медицинскую помощь.

В целом в США нет проблемы нехватки врачей – в отличие от проблемы нехватки младшего медицинского персонала. Но есть разница – везти ребенка до офиса семейного врача или педиатра пять-семь минут или полчаса и больше. А поскольку в США нет поликлиник в российском понимании, то наличие офисов разных врачей, от стоматологов до диетологов, в самом ближайшем доступе, согласитесь, вещь удобная. Кроме того, неплохо, если неподалеку есть больницы с хорошей репутацией, хотя последняя характеристика скорее важна для пенсионеров, а не родителей с детьми школьного возраста. Надо заметить, что по статистике наибольшую долю среди домовладельцев составляют люди старше тридцати пяти лет. После семидесяти – семидесяти пяти лет многие американцы расстаются с домом и переезжают в квартиры.

Есть еще один нюанс. В США врачи – высокооплачиваемая категория населения. Их зарплаты значительно превышают средние по стране, а дома, как правило, относятся к категории дорогих. Кроме того, сами врачи обычно придерживаются здорового образа жизни, что передается и детям. Поэтому наличие большого количества врачей в округе не только делает более удобной вашу жизнь, но и повышает среднюю стоимость окружающих домов, не говоря уже о престиже района. Слова «у нас тут живет много врачей» в США звучат однозначно как фраза «я живу в очень хорошем районе». В этом смысле врачи вплотную приближаются к социальному положению и репутационному имиджу адвокатов. Поэтому фраза «у нас тут живет много адвокатов и врачей» является, по сути, гарантией качества жизни в этом месте и, соответственно, гораздо более высокой средней стоимости жилья.

На третьем месте, пожалуй, стоят университетские профессора. Их зарплаты отстают от адвокатских и медицинских, но профессорский статус, особенно если университет хороший, это компенсирует. Жить рядом с хорошим университетом считается удачей. Во-первых, вокруг много высокооплачиваемых и ведущих привлекательный образ жизни профессоров, а во-вторых, в университетских кампусах, как я уже отмечал, обычно происходит гораздо больше всяческих концертов, выставок и прочих мероприятий, чем в округе в целом. Жить около университета, особенно большого, намного интересней.

Конечно, есть еще такая категория населения, как бизнесмены. Однако она слишком разнообразна, чтобы быть характеристикой того или иного района. Президенты и высшие менеджеры больших компаний живут, как правило, далеко от соседей или в так называемых закрытых микрорайонах – gated communities. Среди остальных предпринимателей слишком много мелких, которые сами еле сводят концы с концами и часто живут далеко не в лучших в районе домах. Хотя иметь соседями успешных бизнесменов – вещь безусловно хорошая с точки зрения стоимости твоего дома, но все же это не столь престижно, как соседи-врачи, профессора, адвокаты или, скажем, писатели.

Климат и погода, естественно, имеют значение, но не влияют на стоимость жилья напрямую. Американские сайты и журналы, посвященные недвижимости, регулярно публикуют сравнительные таблицы погоды и климата в разных городах и штатах страны – по средней температуре, давлению, количеству осадков и т. д. Я знаю американцев, для которых это имеет значение, хотя они далеко не фермеры. В этом смысле они напоминают москвичей, которые почему-то так живо интересуются погодой, как будто не живут в обустроенном городе, а собираются ночевать в лесу. Однако знать климатическую историю своего района необходимо, хотя бы для того, чтобы правильно застраховать дом от реальных, а не придуманных опасностей. Так, например, есть районы – при этом вполне благоустроенные и дорогостоящие, – где часто бывают наводнения или торнадо. Некоторые обширные местности подвержены регулярным, иногда ежегодным масштабным лесным пожарам, частенько добирающимся до жилья, так что дополнительная пожарная страховка там совсем не помешает. В других районах люди страхуют свои дома от сильных порывов ветра или землетрясений. Иными словами, надо знать, куда переезжаешь, и правильно защитить свой дом.

В США регулярно публикуют списки «лучших мест для проживания». Их надо просматривать, если вы ищете, куда переехать. Я дважды за свою жизнь в Америке жил в местах, упомянутых в этих списках на довольно высоких позициях, и должен сказать, что жить там действительно чрезвычайно удобно. И там действительно очень хорошо растить детей.

Тупик – мечта американца

Есть еще одна особенность устройства американских пригородов, с которой я столкнулся сам. Называется эта особенность французским словом cul-de-sac, что дословно означает «дно сумки». Так в США уже много десятилетий именуют улицы, не имеющие сквозного проезда, иначе говоря, тупики. В США их огромное множество, и по мере роста автомобильного движения количество тупиков тоже росло. Многие районы страны в результате такой застройки напоминают крону дерева: есть ствол, то есть скоростное шоссе, от него отходят большие ветки, то есть главные улицы, от которых отходит множество небольших веток-улиц самой замысловатой конфигурации, и все они тупиковые.

Причин для такой планировки участков было несколько. Во-первых, это заметно помогает снизить объем автомобильного трафика на тупиковых улицах – мимо твоего дома проезжает минимальное количество машин, собственно, едут только твои соседи. Во-вторых, планировщики и архитекторы могут более эффективно использовать пространство, поставить там больше домов, нарезать больше участков, что выгодно не только им, но и потребителям, ибо растет предложение. В-третьих, на таких улицах, как правило, нет четырехсторонних перекрестков и количество аварий там минимально. Но главное – в какой-то момент американцы поняли преимущества жизни в тупиках, в результате стоимость недвижимости на таких улицах пошла вверх. По разным опросам, до 85 % американцев, имеющих собственные дома, хотят жить в cul-de-sac’ах. Поэтому в среднем цена дома там на 25–30 % выше, чем цена подобного дома на главной или сквозной улице.

Есть ряд особенностей жизни в тупиках. Выяснилось, что там гораздо выше социальная активность соседей, которые чувствуют себя полными хозяевами улицы и не только занимаются ее благоустройством и уборкой, но и общаются между собой больше, чем где-либо еще в пригородах. Очевидно, что эти улицы гораздо более безопасны с точки зрения уличной преступности, там заметно ниже число регистрируемых полицией взломов домов и краж с частных участков. Соответственно, дешевле стоит установка системы безопасности, да и сама система может быть попроще. Зачастую дома на таких улицах можно застраховать за меньшую сумму при том же наборе страховых бенефитов, как и у дома где-нибудь на большой улице. Логику страховщиков объяснил мне сотрудник крупной охранной компании, устанавливавший систему безопасности на мой дом, расположенный в тупике. Суть в том, что наибольшее количество взломов происходит в домах у проезжих дорог, где преступники могут легко скрыться в любом направлении и никто не обратит особого внимания на незнакомую машину. В тупике преступникам намного трудней. Тут не только их машина заметнее, но и уезжать им придется по той же улице, по которой они подъехали к дому, то есть шансы, что их увидит кто-то из соседей, вырастают вдвое.

Однако жизнь в cul-de-sac’е имеет свои минусы. Их тоже немало – от более долгого пути, который приходится проделывать желтому школьному автобусу, который утром собирает детей в школу, а вечером развозит по домам, до очевидных трудностей, с которыми сталкиваются машины «Скорой помощи» или пожарных. Их путь в среднем увеличивается на 10 %. Некоторые американцы опасаются тупиковых улиц, объясняя это тем, что, если с тобой случится что-то неприятное, например ты станешь жертвой уличного преступления, шансы на то, что кто-то это заметит, у тебя невелики. Никто не увидит лежащее в кустах тело или еще какие-то свидетельства преступления, поскольку народу на улице немного, а после наступления темноты вообще никого нет. Существуют даже удивительные исследования, показывающие, что жители домов, расположенных на таких улицах, весят в среднем на 3 кг больше, чем жители сквозных улиц или горожане. Можно только гадать, почему. Кроме того, в отличие от закрытых микрорайонов здесь любой желающий может попробовать купить дом и жители улицы не имеют особых возможностей повлиять на этот процесс. Поэтому рядом могут оказаться люди, которых вы не хотели бы видеть в соседях, но на небольшой улице у вас нет выбора. Как бы то ни было, социологи, архитекторы и дизайнеры спорят, но пока американцы уверенно предпочитают жить на улицах, ведущих в никуда.

Хорошие районы – не для чужаков и тусовщиков

Огромный минус этих мест – они невероятно скучны. Это большая проблема, особенно для тех, кто приезжает в сабурбию из мегаполисов типа Нью-Йорка или Москвы и ожидает примерно такого же ритма жизни. Ничего подобного. Вы окунаетесь в очень тихое, провинциальное существование, где ничего не происходит, а самым большим событием становится кража велосипеда из чьего-то дома, расположенного за десяток улиц от вас. Адаптироваться к этому очень трудно, если вообще возможно. Я, например, так и не смог. Однако, повторю, эти фантастически скучные места проживания невероятно удобны, рационально устроены и жить там можно очень неплохо. Именно поэтому я выше упомянул университеты. Вам повезет, если недалеко окажется университет или колледж, где кипит жизнь и куда вы всегда можете поехать вечером.

В хороших районах люди рано ложатся спать и рано встают. В десять вечера рестораны, в том числе самые лучшие, уже закрыты. Закрыты также всякие боулинги и бары (если они есть в округе). Не факт, что работают рестораны быстрого обслуживания, типа McDonald’s или пиццерии. Открыты, как обычно, только заправочные станции, но и они не должны быть слишком близко к жилым районам.

Отличительным признаком этих мест является не только отсутствие активной социальной жизни, но и бросающееся в глаза отсутствие людей на улицах, вернее, отсутствие пешеходов. Более того, во многих хороших и дорогих районах в принципе нет такой вещи, как тротуар. Нечего, мол, ходить мимо наших домов кому попало. Иногда пробегут бегуны трусцой, пройдут собачники с целлофановыми пакетиками в руках для собирания какашек – и улицы опять пустынны на долгие часы. Особенно пусто на них вечером, после темноты. Эту черту хороших районов США надо знать, если вы решаетесь покупать там недвижимость. Однако отчасти именно из-за этого то или иное место отлично подходит для жизни с детьми – у них практически нет соблазнов.

В хороших жилых районах, как правило, висят знаки, сообщающие, что за безопасностью на улицах взаимно наблюдают соседи и созданные ими специальные группы в помощь полиции. Выглядит их деятельность не везде одинаково, но в одном можно быть уверенным – при малейшем подозрении кто-нибудь обязательно позвонит в полицию и она примчится довольно быстро (все-таки уважаемые налогоплательщики могут быть в опасности) в количестве не менее двух машин. Сигналы, как правило, будут отключены, чтобы, не дай бог, не побеспокоить жителей благоустроенного района. Не Нью-Йорк все-таки… Чистенькие и тихие полицейские проутюжат улицы, поговорят с позвонившими, осмотрят соседние участки, проявляя при этом максимальную деликатность и уважение. А что делать? Они ведь муниципалы…

Любого чужака на таких улицах видно сразу. Если он идет пешком и при этом у него нет собаки и он не в спортивном костюме, или просто выглядит подозрительно, а то и вообще проходит мимо дома уже в третий раз – владельцы недвижимости сразу вызовут полицию, и прохожего проверят. Если чужак будет на машине нарезать круги по улицам микрорайона, реакция будет такая же. Если же он выйдет из машины, то выяснится, что припарковать ее практически негде. Хозяева любого дома в хорошем районе очень не любят, когда перед их домом стоит чужой автомобиль. Это просто неприемлемо. Они или начинают сами выяснять, что это за машина, или просто звонят в полицию – и дальше все идет по уже известному сценарию. То же происходит и в случае, если кто-то замечает незнакомую машину перед домом соседа, а самого соседа не видно. Конечно, сначала можно позвонить ему и узнать – вдруг к нему приехал гость. Но потом следует неизбежный звонок в полицию. Логика простая: у тех, кто живет на этой улице, есть гаражи и места для парковки машин под открытом небом где-то около дома, но уже на частной земле, то есть на участке. Если машина стоит на улице – это чужой. Значит – потенциальная опасность, на всякий случай надо позвонить в полицию.

Конечно, и здесь люди принимают гостей и устраивают вечеринки. Однако вечеринки всегда проходят так, что все понимают: в этом доме сегодня гости. Как правило, они бывают вечером, машин больше чем одна, хозяева ходят по участку, а из дома раздаются, например, музыка или детские голоса и звуки прыжков в бассейн, который всегда расположен позади дома. Часто перед проведением такой вечеринки ее хозяева информируют соседей о том, что она состоится в определенный день, например, рассылают листовки с информацией и заранее вешают небольшое объявление на углу улицы, перед поворотом в микрорайон. Вернее, не вешают, а втыкают в землю на металлическом или пластиковом штыре.

Иногда – особенно, если это день рождения ребенка или свадьба, – почтовый ящик соответствующего дома украшают гирляндами, надувными шариками и фигурками разных веселых цветов. На нейтральной, то есть городской территории также ставится на штыре яркое объявление о событии, а деревья и кусты опять-таки украшаются разноцветными шариками и гирляндами. Этим решаются сразу две задачи. С одной стороны, соседи и полиция видят, где проходит вечеринка, с другой – гостям даются четкие указания, где сворачивать и к какому дому подъезжать. По собственному опыту скажу, что вторая функция крайне важна, так как районы сабурбии похожи один на другой и запомнить, где точно живут твои друзья, очень трудно.

Часто на собственной земле не хватает места для парковки гостевых машин, поэтому лучше заранее договориться с соседями, попросив разрешения использовать для этого место перед их домом или участком. Как правило, земля там принадлежит муниципалитету, однако код вежливости требует, чтобы вы предупредили своих соседей о возможности парковки гостевых машин возле их собственности, не блокируя, естественно, въезд и выезд с участка, – хотя и здесь не обходится без накладок, особенно если на вечеринку собирается молодежь. В одном из очень хороших районов, где я жил, мои соседи судились с другими соседями из-за того, что гости последних, паркуя машины, заехали на их участок и испортили колесами хорошо ухоженный газон. Впрочем, как это часто бывает в Америке, конфликт был улажен до суда. Организаторы вечеринки просто оплатили счет садовников, которые привели участок в порядок и восстановили его первоначальный вид. Тем не менее в хороших районах США такого рода вещи воспринимаются очень остро и лучше не нарушать права собственности своих соседей, не говоря уже о том, что в некоторых штатах, поступая по-хамски, ты рискуешь нарваться на настоящий вооруженный отпор.

Квартира или дом. Покупка или аренда

Американцы покупают не только дома. Часть из них живет в квартирах – как своих, так и съемных. Люди, проходящие «квартирный этап» своей жизни, делятся на несколько основных категорий. Во-первых, это студенты, которые часто снимают «на паях» дома и квартиры, потому что университетские общежития обойдутся дороже. Во-вторых, это свежие специалисты, начинающие свою карьеру с маленькой однокомнатной квартиры в Вашингтоне или Нью-Йорке, Лос-Анджелесе или Сиэтле. В-третьих, это пары, которые пока не планируют обзаводиться детьми, их вполне устраивают две-три комнаты с кухней и ванной. В-четвертых, это пожилые люди, вышедшие на пенсию, – им уже трудно содержать большой дом, ухаживать за участком, газонами и т. п., и они переезжают в квартиру. Кроме того, продажа дома позволяет получить существенную добавку к пенсионным накоплениям и сохранить качество жизни, к которому люди привыкли в период работы. В-пятых, в квартирах живут люди, находящиеся в процессе смены работы или получившие работу в другом городе, но еще не успевшие купить там дом. Я сам так жил целый месяц в ожидании, пока выедут хозяева купленного мною дома. В любом случае квартира в США – это выбор жизненной позиции, стиля и образа жизни либо необходимость, которую надо пережить, пока жизнь не наладится. Тогда, как правило, покупается дом.

Собственным жильем владеют свыше 66 % американцев, около 34 % его арендуют. Аренда – популярная вещь. Многие американцы живут в съемном жилье десятилетиями. Наибольшей популярностью пользуются квартиры с одной или двумя спальнями. В аренде немало плюсов – рост ее стоимости регулируется местными законодательными актами и не может расти резко. Если ты живешь в арендованном доме или квартире долго, то аренда растет медленней, чем для новых жильцов. Кроме того, при аренде все расходы по обслуживанию и ремонту жилья, как правило, ложатся на хозяина.

Я знаю американцев, которые снимают шикарные большие дома в очень хороших районах. Знаю тех, кто снимает так называемые студии, то есть квартиры из одной комнаты, где вдоль одной стенки сооружено нечто, напоминающее кухню. Часто арендованное жилье сдается с мебелью и практически всегда – с холодильником. Почему-то именно холодильники американцы не любят возить с собой и всегда оставляют на прежнем месте. Отчасти это понятно – перевозка такой громоздкой вещи может обойтись недешево. Выкинуть холодильник тоже непросто, надо заказывать специальный вывоз, что тоже стоит денег. Легче «подарить» его новому владельцу или следующему арендатору жилья.

Одной из особенностей американского рынка недвижимости – и американского рынка вообще – является то, что практически за любые разумные деньги, которые у вас есть, вы найдете товар или жилье. В США главный вопрос, который задают себе и нищие, и миллионеры: «Сколько я готов истратить?» – после этого начинаются поиски необходимого. Сперва финансовые рамки, потом решение. Сегментация американского потребительского рынка такова, что есть товары для практически любых покупательских групп. В начале своей жизни в США я часто видел такие ужасные и дешевые вещи, квартиры или машины, что недоумевал, почему они вообще есть в богатейшей стране мира? Только потом я понял, что это работает рынок, к которому я, естественно, не мог привыкнуть в СССР: раз есть предложение, значит, есть спрос, есть покупатель. У американцев есть поговорка на этот счет: «То, что для одного человека мусор, для другого – ценность». Это важная часть американского менталитета: не бывает ничего, вообще никому не нужного. На все есть покупатель.

Повторю еще раз: аренда для большинства американцев – явление скорее временное, нежели закономерное. Тем более что стоимость аренды часто равна сумме, которую надо было бы выплачивать банку за кредит при покупке жилья. Тут действует правило, которое вам легко объяснит любой агент по продаже недвижимости. Если человек планирует прожить в каком-то месте, городе или районе более семи лет, то лучше все-таки сразу купить недвижимость, даже с большим банковским кредитом, ибо в конечном счете это обойдется дешевле. Если же вы не уверены, что пробудете здесь больше семи лет, то рациональней всего жилье снять. Так выгоднее.

Американский дом: место для жилья

Пора немного рассказать про сам американский дом. За более чем два десятка лет в США я жил в четырех собственных домах в разных штатах, не считая квартир. Сейчас я пишу эту книгу, находясь в своей вашингтонской квартире.

Начнем с домов. Я уже говорил, что большинство домов для одной семьи в США двухэтажные, хотя периодически попадаются одно-, трех-, четырехэтажные дома и даже выше. Это не считая подвала, о котором говорилось чуть раньше и который вполне можно считать за еще один этаж. Дома в три, четыре и более этажей обычно находятся в городах. Тут земля дороже, места меньше и дома обычно строятся в ряд, то есть имеют справа и слева общие стены с соседями. Часто каждый дом строился по-своему, поэтому жилые улицы многих американских городов выглядят весьма живописно и отчасти напоминают города старой Европы, хотя и здесь попадается однообразная застройка. Такие дома называются «городскими» – townhouse. Как правило, они стоят на небольшом участке земли, где есть место только для маленького газончика перед домом и для столика с парой стульев на площадке позади дома, огражденной от улицы и от соседей забором. В больших городах – в отличие от всей остальной Америки – заборчики уважают и пытаются хотя бы обозначить.

В большинстве таунхаусов есть нижний этаж – то, что в России называлось бы полуподвалом. Как правило, там делается квартира с отдельным входом с улицы, которая сдается в аренду. Внизу – жильцы, наверху – хозяева. Это типичная городская картина. Нижние квартиры в таунхаусах стоят немало: они интересней, чем жилье в многоквартирных домах, повторяют конфигурацию всего дома, а не просто являются набором квадратов, а главное – расположены в старых центральных районах городов в красивых домах, нередко уникальных по архитектуре. Их снимают вполне обеспеченные люди и молодые семьи, которые пока в силу разных причин решили не покупать свой дом. По статистике в Америке около 14 % частных домов построено до 1939 г., их можно считать антикварными. Среди домов для аренды эта цифра чуть больше – 16 %. Она отражает бум строительства многоквартирных домов в городах США в начале XX в.

Таунхаусы обычно дороги для покупки и недешевы в обслуживании. Многим из них больше ста лет – огромный срок для Америки. Зачастую они уникальны с точки зрения внутренней конструкции или конфигурации крыши, каминов и каминных труб. Понятно, что эти дома не приспособлены для современных удобств, – необходимо встраивать в них кондиционеры и системы искусственного климата, заново протягивать электропроводку, менять трубы и т. д. В последние несколько десятилетий в стране развился многомиллиардный бизнес по перестройке старых городских домов и превращению их в современные жилища при сохранении максимального количества оригинальных деталей – частей старого паркета или кирпичной кладки, внутренних орнаментов или оформления каминов. Чем больше в доме удалось сохранить старый стиль, тем дороже он стоит.

Америка, не имеющая долгой истории, активно тянется к старому. Американец среднего класса готов вложить большие деньги и свое собственное время в реставрацию какого-нибудь сарая, который достался ему от бабушек и дедушек и расположен в другой части страны, с тем чтобы периодически приезжать туда со всей семьей и «дышать воздухом истории». Должен признаться, что зачастую это в результате не только выглядит очень красиво, но и придает провинциальным уголкам дополнительную ухоженность. Это то, что американцы, за неимением собственного слова, называют французским словом chic, то есть шик.

Качество жизни в американской провинции в целом выше, чем в мегаполисах. Однако в провинции не встретишь особого архитектурного разнообразия – дома в сабурбии похожи один на другой. Если незаметно переместиться из пригорода одного большого города в пригород другого, никогда не догадаешься, что между ними сотни миль. Фильм «Ирония судьбы» легко мог быть снят про Америку. Мне кажется, есть два-три десятка архитектурных моделей индивидуальных домов, которыми застроена вся страна. Единственные заметные различия касаются только архитектурной моды, существовавшей в то или иное десятилетие, прогресса в технологиях индивидуального строительства и используемых материалах и того, про какой – южный или северный – штат мы говорим, то есть необходимости учитывать среднегодовые температуры. Во всем остальном наблюдается довольно утомительное однообразие.

И тут в дело вступает location. У американца всегда есть трудный выбор – большой и дорогой дом в дешевом месте или небольшой и скромный дом в дорогом районе. Я заметил, что подавляющее большинство иммигрантов из бывшего СССР, видимо, испорченные жилищным вопросом, сначала выбирают первый вариант, предпочитая количество качеству. Потом многие из них, особенно приехавшие из больших городов бывшего Союза, передумывают и сбегают в хорошие районы, меняя количество комнат на качество социальной атмосферы.

Многие приезжающие из России в Америку иммигранты, да и те, кто впервые оказывается здесь в командировке, всегда поначалу путаются в том, как американцы характеризуют свое жилье. Например, то, что здесь называется студией, в России считалось бы однокомнатной квартирой. А однокомнатной квартирой в США называется квартира с одной спальней – хотя в ней обязательно есть еще и гостиная, которая в характеристику квартиры не входит. Никто никогда не говорит здесь о стоимости квадратного метра жилья – или квадратного фута, если на то пошло, – как это делают все в России. Если спросить у американца о размере его дома, он назовет его главную характеристику: сколько в этом доме спален. Большинство американских семей живут в трех– и четырехспальневых домах. Есть, конечно, дома с одной-двумя спальнями, но они малы для средней семьи. Есть дома с большим количеством спален. По статистике в 80 % отдельных домов живет больше одного человека, а около 85 % собственных жилищ имеют свыше пяти комнат.

Но пусть названные цифры вас не обманывают. Кроме спален в этих домах есть как минимум столовая, гостиная и кухня, а могут быть еще и разные другие помещения. Что такое спальня в американском доме – вопрос тоже не совсем ясный. Обычно это комната с собственным санузлом и встроенным или отдельным гардеробом – и, конечно, окнами. Я обращаю особое внимание на окна, потому что очень многие американцы перестраивают подвал своего дома так, что там появляется еще несколько комнат, обычно без окон – или по крайней мере без полноценных окон. В некоторых домах в подвалах есть маленькие окна, которые в случае перестройки оказываются почти под потолком нижних комнат. Там же легко можно устроить еще один-два санузла. Ни один американец не включит эти дополнительные комнаты в число спален, а на вопрос о доме ответит, что в нем, например, четыре спальни и finished basement, то есть перестроенный подвал. Таких домов очень много, перестроенный подвал повышает стоимость дома и его продаваемость.

Я видел в подвалах не только гостевые комнаты. Часто там располагаются библиотека или кабинет, комната для игры в настольный теннис, бильярдная или спортзал. Иногда там сооружают большой домашний кинотеатр или игровую комнату. Некоторые американцы ставят в подвале барную стойку, машинку для попкорна, еще один холодильник и музыкальную систему, таким образом превращая его в место для тусовок взрослых хозяев дома и их гостей, в то время как маленькие дети спят наверху. Там же, как правило, живут всяческие няни, хотя американцы в основном обходятся приходящими бебиситтерами.

Именно в перестроенном подвале зачастую устраивают свои спальни подростки, переезжая со второго этажа дома, где они, по их мнению, находятся слишком близко к родителям, в подвал, где от родителей их отделяет не только первый этаж, но и пол дома с дополнительной изоляцией. В этом случае родители не особо часто спускаются в подвал, что дает американским подросткам долгожданное чувство независимости и автономии. Часто весь подвал занят комнатами подрастающих детей, которые, возможно, ради этого долго давили на родителей, призывая их превратить подвал в жилое помещение. Разумеется, в перестроенном подвале условия жизни не хуже, чем наверху, – это можно даже не обсуждать. Здесь работает такая же система искусственного климата, тот же очищающий воздух кондиционер и т. п. Я даже видел подвалы с каминами, которые так любят американцы.

Так что вопрос о том, сколько в доме комнат вообще или каков его размер в футах, простому американцу часто непонятен. Лишь после разъяснения вопроса он начнет вспоминать свой дом, подсчитывать комнаты или искать налоговые бумаги, в которых указана площадь дома. Отчасти то же самое было и со мной, когда при разводе судья попросил указать размер дома, а ни я, ни моя бывшая жена не смогли точно вспомнить. Но все это, как правило, относится к домам в американской провинции. Хозяева городских домов и тем более квартир знают их размеры, поскольку там цена жилья высчитывается в долларах за квадратный фут, который составляет чуть меньше одной десятой квадратного метра. Цены на недвижимость в городах могут существенно различаться в зависимости не только от места, но и от качества дома, этажа и других вполне привычных гражданам России факторов.

Сделано не на века

В среднем американском доме новичков поражает незатейливость, скромность, даже простота при сравнительно большой площади. Я не раз слышал от приезжающих в США россиян критику американских домов, особенно в отношении их основательности. Даже внешние стены дома в большинстве случаев довольно тонкие, а уж внутренние стены и перегородки обычно сделаны из простого гипсокартона, который при желании можно пробить сильным ударом кулака. Если же случайно уронить на стену какой-нибудь шкаф, он наверняка снесет значительную ее часть. 99 % индивидуальных домов в США строятся, мягко говоря, не на века.

Американцы любят ставить сравнительно тонкие двери из прессованной древесины и однослойные окна. Более дешевые дома вообще строятся из щитовых панелей и часто обшиваются сайдингом. В результате создается впечатление, что дом построен не очень надежно и при каких-либо природных катаклизмах не будет хорошим укрытием для своих хозяев. Это так и не так одновременно. С одной стороны, ураганы, лесные пожары и наводнения не обходят США стороной – напротив, регулярно сносят дома и целые поселки, опустошают улицы и разрушают фермы. Но с другой стороны, после очередной природной катастрофы на том же месте люди возводят такие же дома, как те, что были разрушены. Меня это всегда поражало в период моей жизни в штате Миссури, часть которого регулярно затапливается водой во время весенних разливов Миссисипи. Через несколько недель после того, как вода спадала, жилые районы постепенно принимали почти прежний вид. Посмотрите на Новый Орлеан – по нему сразу и не скажешь, что несколько лет назад он был капитально разрушен ураганом «Катрина».

Постепенно я начал понимать логику американских строителей и домовладельцев, хотя до сих пор не уверен, что согласен с ней. Действительно, зачем строить дома на века? Архитектурная мода меняется, старые дома быстро дешевеют, поэтому рациональней построить дом, который рассчитан на одно поколение американцев. Другое поколение наверняка захочет жить в домах, построенных по-другому. Сказать по поводу какого-либо дома: «Это такие восьмидесятые!» или «Такие шестидесятые!» – означает сразу отбросить его цену далеко назад. Большое количество домов США построено в 1970–1980-е гг., а около 20 % еще позднее. Кроме того, переделывать слишком старые дома дорого и зачастую бессмысленно – приходится, по сути, строить совсем новый дом. Страховка за старый дом выше, а поддержание его в «рабочем» состоянии стоит намного дороже. Той же логикой руководствуются, по-моему, и американские автомобилестроители. Конечно, есть любители старых домов, как есть любители антикварных машин, но в массе людям нужно от домов и машин совсем другое.

Технология и бытовые потребности меняются в США очень быстро. Сегодня дома должны быть приспособлены к нуждам электронного века – в среднем доме находится четыре гаджета, имеющих независимый выход в Интернет, а вот нужда в традиционном телефонном кабеле исчезает очень быстро. Совершенствуется система очистки воды, водоснабжения и канализации. Люди хотят, чтобы дом был максимально экономичным и не расходовал слишком много электричества и газа, а значит, нужны новые материалы для теплоизоляции. Около 57 % домов в США используют газ, свыше 30 % – только электричество. Растет число американцев, желающих иметь «экологичные» дома с элементами солнечных батарей или окнами на крыше, что позволяет экономить энергию. Кроме того, конфигурация провинциальных райнов и пригородов мегаполисов быстро меняется, и никто не хочет вложить большие деньги в строительство фундаментального дома, который через несколько лет окажется на перекрестке скоростных трасс или, наоборот, в районе, откуда уйдет инфраструктура. Таким образом, строить из простых материалов дешевле, быстрее и выгоднее и строителям, и покупателям. Такой дом легко перепланировать внутри или пристроить дополнительные комнаты и террасы.

Центром каждого американского дома – как, впрочем, и российского – являются кухня и столовая. В большинстве случаев они не разделены дверями, а составляют единое целое. Качество кухни и кухонных приборов, ее размер и отделка могут много рассказать о стоимости дома. То же самое можно сказать о туалетах и ванных комнатах. Интересно, что увеличивает стоимость дома лишь ремонт санузлов. Отремонтировав кухню, как правило, можно при продаже лишь вернуть вложенные деньги, а ремонт остальных помещений приносит лишь убытки – цена дома увеличивается на 60–70 % от стоимости ремонта. Поэтому американцы перед продажей дома ремонтируют в первую очередь туалеты и ванные комнаты, иногда кухни, но никогда – спальни, кабинеты и гостиные.

Американские дети, окончив школу, съезжают из дома родителей и начинают жить самостоятельной жизнью, ищут работу и снимают свое жилье. Это правило распространяется на все социальные слои общества. Дети не просто выезжают из дома родителей, а стараются оказаться на достаточно большом расстоянии от него. На этом, в частности, построен сюжет популярного в свое время в США комедийного сериала «Все любят Реймонда», который русифицирован под названием «Воронины». В русском варианте значительная часть юмора, к сожалению, теряется, так как сама концепция сериала далека от российских реалий.

Интересно другое: большинство американских родителей не используют спальни детей для других нужд. Одна-две комнаты в доме сохраняются в неприкосновенности, хотя их обитатели давно уже учатся в далеком колледже, воюют в Ираке или Афганистане, работают в другом городе или давно обзавелись собственными детьми. Смысл традиции прост и по-человечески понятен: родителям хочется, чтобы их выросшие дети всегда чувствовали себя в отчем доме как в своем. Парадоксально, но именно в США реализована главная мысль популярной песни Юрия Антонова про родительский дом. Приезжая к родителям на каникулы или праздники, взрослые дети вселяются в свои комнаты и не чувствуют себя чужими в доме, где они выросли. В крайне динамичном американском обществе эта традиция является одним из звеньев, связывающих разные поколения семьи, наряду с большим количеством общесемейных праздников. Конечно, нет правил без исключений. Некоторые родители сразу после отъезда детей устраивают в их бывших спальнях бильярдную или устанавливают тренажеры, превращая комнату в домашний спортзал. Но большинство так не поступает.

Главное – американцы не относятся к своему дому по-английски: «Мой дом – моя крепость». Да, все хотят иметь свой дом, но отнюдь не как крепость. Американский дом всегда открыт для гостей и знакомых, друзей и родственников. Когда в дом даже ненадолго приходит новый гость, первое, что делают все американцы, – устраивают ему довольно подробную экскурсию. Если у хозяев есть дети, их друзья постоянно тусуются в доме или около, что более чем устраивает родителей. Здесь не привыкли ожидать нападения на дом врагов, да и толщина стен от них не спасет. Дом не окружают забором, потому что от злоумышленников он не защитит, а вид испортит и самим хозяевам, и всем соседям. Дом в США – место для проживания, а не место, где держат оборону. Хотя, как мы увидим чуть позже, на системы охраны американцы тратят немало денег. Но их главная задача – защитить людей, в частности детей в доме, а не сам дом.

После 11 сентября 2001 г. мне казалось, что отношение к дому здесь начнет меняться. Американцы были напуганы возможностью террористических атак, рассказами про «грязные бомбы с ядерной начинкой», химическое или биологическое оружие. В тот день американцы поняли, что террористы нападают не на границы страны, не на военные структуры, а на города и офисные центры, жилые районы и вокзалы. Значит, надо защищаться именно там, у себя дома. Многие американцы не только запаслись продуктами и водой на месяцы вперед, но и начали еще активнее перестраивать свои подвалы, чтобы в случае чего иметь возможность отсидеться ниже уровня земли. Я знаю людей, которые последовали советам некоторых специалистов по личной безопасности, часто выступавших тогда по телевизору, и закупили огромное количество пластиковой пленки, для того чтобы в случае объявления опасности завернуть в нее весь дом (я не шучу!). Стал расти спрос на бункеры, как новые, которые сооружаются возле дома или под ним, так и на старые, периода холодной войны. Их стали выкупать у правительства и переоборудовать под семейные нужды. Справедливости ради надо сказать, что до идеи бункеров додумалось ничтожное количество американцев.

Домашняя безопасность

Как я уже говорил, уровень преступности в том или ином месте является одной из характеристик, влияющей на стоимость жилья. США, как известно, являются чемпионом мира по числу людей, находящихся в заключении. В стране, согласно второй поправке к конституции, принятой еще в 1791 г., разрешено иметь оружие, хотя в разных штатах и городах эта сфера регулируется местными законами по-разному. У очень многих американцев есть оружие дома. У некоторых хранится целый арсенал. Мы знаем, что источником такого отношения к оружию является сама американская история, история освоения Нового Света европейцами в условиях практически полного отсутствия того, что в Европе называлось государством. В США каждый был сам за себя, а рассчитывать на помощь полиции на ранних этапах американской истории было невозможно – в первую очередь из-за отсутствия таковой. Но невзирая на впечатляющие арсеналы, которые немалая часть американцев хранит дома, многие из них идут на дополнительные усилия, чтобы обезопасить свое жилище.

Упор делается на всевозможные электронные формы контроля, которые сегодня становятся популярными и в России. Обычно устанавливаются всевозможные датчики на двери и окна, а также специальные датчики в комнатах, улавливающие любое движение в них. Есть также приборы, реагирующие на тепло человеческого тела. Я видел дверные звонки, узнающие всех приходящих – от хозяина до почтальона – по отпечатку указательного пальца. Однако принцип работы систем безопасности, по-моему, не меняется – как правило, они работают через телефонный кабель. Я узнал об этом, когда строители показывали мне фальшивый телефонный ящик, который находился на наружной стене дома и должен был по идее дезинформировать потенциальных преступников. Настоящий ящик при этом тоже расположен снаружи, ибо это требуется для его обслуживания телефонной компанией, однако он слегка закамуфлирован подо что-то другое.

Все это в комбинации с оружием в доме, машине, а то и в кармане (если это разрешено законами штата), собакой, наблюдательными соседями и т. п. дает немалый эффект, а стоит подобная система сущие копейки. Но мне кажется, что еще лучше действует расстановка на собственной земле небольших плакатиков, где написано, что дом находится под охраной такой-то компании. Психологический эффект таких предупреждений велик, несмотря на то что некоторые американцы – особенно в период кризиса – на самом деле свою недвижимость на охрану не ставят, а просто расставляют вокруг дома эти плакатики. Мало кто захочет проверить на практике, охраняется ли дом на самом деле или это все сплошная бутафория.

Помимо систем для «внутреннего использования» снаружи также ставят разного рода приборы: фонари, которые зажигаются при движении, сирены, включающиеся, если кто-то незваный зайдет на ступеньки крыльца. Есть даже электронные заборы, но они в основном используются для охраны собственных домашних животных. Замечу в скобках, что довольно многочисленные «закрытые микрорайоны» для богатых окружены заборами и въезд в них закрывают ворота, иногда с охраной. Впрочем, именно такие поселки сегодня в России не редкость.

Интересно, что в районах богатых частных домов не работает мобильная связь. Она специально глушится, для того чтобы помешать преступникам общаться между собой, организуя, скажем, взлом какого-нибудь особняка. Так что налетчикам не удастся скоординировать свои действия, в отличие от фильмов о друзьях Оушена, постоянно переговаривающихся по телефону во время налета на казино «Белладжио» в Лас-Вегасе. Кроме того, в подобном доме могут быть расположены специальные кнопки вызова полиции, какие обычно устанавливаются в банках. В некоторых домах ставят системы, запирающие взломщика внутри, и извлечь его оттуда может только полиция, разблокировав электронный замок. Однако это совсем другой уровень расходов на охрану дома. Тут уж проще и дешевле бывает нанять охранника, что и делают некоторые американцы. Но это относится к совсем небольшой части населения страны.

Завершая эту тему, должен сказать, что при всех затратах финансов, времени и энергии, уходящих на обеспечение безопасности дома, для меня, выросшего в Москве, результат зачастую выглядит довольно забавно. Например, в первом моем доме в США было шесть внешних дверей, причем пять из них были полностью стеклянными, а одна – главная входная – стеклянной наполовину. Плюс огромные окна, в некоторых комнатах начинавшиеся от пола. В этих условиях количество замков уже не имеет значения. Обычно владельцы ставят по одному замку на каждую дверь, а на входную еще зачем-то вешается цепочка.

Конечно, надо принимать в расчет, что само проникновение на частную территорию, например на газон или участок, является серьезным преступлением практически во всех штатах страны. Я знаю места в США, где люди, выходя из дома на пробежку или в ближайший магазин, а то и уезжая на работу, почти никогда не запирают дверей. Однако число таких американцев резко сокращается год от года. Причиной этого, как мне объясняли, стало появление в округе большого количества иммигрантов, которые приезжают из более криминальных стран и привозят свои «правила» в Америку.

Трудно сказать, наколько это справедливо, учитывая статистику преступности в США. Ну а окна в домах и офисах американцы вообще никогда не открывают, полагаясь на внутреннюю систему искусственного климата. Видимо, это противоречие между личной свободой и безопасностью уже стало частью их менталитета. Американцы в целом, на мой взгляд, весьма легкомысленные в этих вопросах люди, но при этом мало в чем полагаются на знаменитое русское «авось». Такого слова и понятия в их языке и менталитете нет.

Погода внутри и снаружи американского дома

Как правило, американский дом имеет внутри систему регулирования климата. Она может работать на газе, электричестве или на комбинации этих двух источников энергии.

Мало кто в России задумывается о том, что США – южная страна. Так, Вашингтон находится приблизительно на широте Ашхабада, то есть южней пустыни Каракум, а Нью-Йорк – почти на широте Самарканда. Более того, северная граница США, то есть граница с Канадой, проходит по той же широте, на которой расположены курорты Черного моря, например Сочи, весь Крым и т. д. Южные границы США соответствуют в Африке широтам, расположенным глубоко в Сахаре. Это, конечно, еще раз подчеркивает, как далеко на севере живут россияне, особенно в местах, куда не доходит тепло Гольфстрима, обогревающего северную Европу.

С другой стороны, этот факт может многое поведать о климате в США и подсказать, что на большей части территории страны охлаждение воздуха имеет более важное значение, чем его обогрев. Кондиционеры в США есть абсолютно везде – в любом доме и любом помещении. Они работают в лифтах и автомобилях, в метро и общественных туалетах, магазинах и офисах. Лето – пора массовых бронхитов и простуд, вызванных резкими перепадами температур на улице и, скажем, в автомобиле. В отличие от России, где линия тепло – холод проходит с запада на восток, то есть по мере удаления от Гольфстрима, США более «традиционная» страна: тут чем южней, тем жарче. Однако основные трудности адаптации к климату связаны не столько с температурами, сколько с уровнем влажности, при котором такие температуры переносятся гораздо хуже. Расположенная между двумя океанами страна является хорошим плацдармом для торнадо и ураганов, сильнейших гроз и ливневых дождей.

Российские историки всегда спорили о том, как холод повлиял на формирование национального характера, образ жизни и менталитет россиян. Жаркий климат определенно повлиял на американцев. Так, например, первые примитивые кондиционеры для охлаждения воздуха были в свое время установлены в кинотеатрах южных штатов. Они представляли собой огромные вентиляторы, направленные в зрительный зал, в которых на струю воздуха распылялась холодная вода. Источником энергии для них служило электричество, которое в кинотеатрах, естественно, было, ибо именно от него работали кинопроекторы. Такие водно-воздушные вентиляторы до сих пор можно увидеть в парках, на детских площадках и улицах больших городов, где они все еще доставляют немало радости людям в жаркий день. Знаю сам. Однако их наличие именно в кинотеатрах в свое время выработало у американцев привычку ходить охлаждаться в кино, что стало серьезным стимулом для развития киноиндустрии в первой четверти прошлого века. Не случайно Голливуд появился на юге страны, а не, скажем, в Нью-Йорке. Да и первый кинотеатр также был построен в 1902 г. именно в жарком Лос-Анджелесе.

Люди приходили в кино остыть, причем иногда всей семьей и на несколько сеансов подряд. Кинотеатры быстро поняли, куда движется рынок, и стали строить многозальные здания, где можно было посмотреть несколько разных фильмов, не выходя на улицу, или где одновременно шли фильмы, рассчитанные на разные возрастные категории. И немудрено – ведь первые кинофильмы были гораздо короче сегодняших, и люди просто не успевали отдохнуть от жары за один сеанс. Так же быстро появилась специальная «киношная» еда. Мороженое, впервые привезенное в США еще квакерами, стало популярным именно в кино. В 1904 г. на Всемирной выставке достижений, которая проходила в городе Сент-Луис, штат Миссури, был впервые продемонстрирован вафельный стаканчик для мороженого, позволявший держать его в руках в темноте. В конце позапрошлого века в США впервые стали смешивать мороженое с ягодами, соками, сиропом, орехами, шоколадом и т. д. В 1912 г. в кинотеатрах начали продавать попкорн, то есть воздушную кукурузу. Машины для его производства были изобретены в США в конце XIX в. и быстро нашли свое место в кинотеатрах и на стадионах. В силу своей дешевизны попкорн стал крайне популярным в годы Великой депрессии конца 1920-х гг., а его поедание в момент просмотра кинофильмов и спортивных матчей стало настоящей мировой традицией.

Но вернемся к жилью. То, что США расположены на юге, не отменяет того факта, что во многих местах страны зимой бывает очень холодно и снежно. В большинстве регионов нет четко разделяемых четырех сезонов, как это бывает, скажем, в Москве. Америка – страна очень переменчивой погоды. Холод здесь очень быстро может смениться жарой, а долгое и знойное лето за несколько дней трансформироваться в снежную зиму. Есть даже популярная поговорка, которую не без успеха пытаются присвоить себе жители разных частей США: «Тебе не нравится погода? Тогда подожди минут десять». И действительно, есть все шансы, что погода поменяется. Охлаждение и обогрев воздуха в доме на значительной части США имеет большое значение для качества вашей жизни и для стоимости жилья. Некоторые американцы в пик жары или холода даже отключают неиспользующиеся комнаты от системы регулирования климата, чтобы сберечь деньги. Я тоже это делал.

Вода – важный показатель качества жизни

Один из моих коллег в Вашингтоне, иммигрант из бывшего СССР, переехал в США с маленьким сыном, который сильно страдал от аллергии. Вообще аллергия является, насколько я могу заметить, большой проблемой в Америке, в том числе среди детей. Судя по количеству лекарств, продающихся в аптеках, и их рекламе по телевизору, антиаллергический рынок здесь огромен. Я, кстати, один из его клиентов. А у сына моего сотрудника хроническая российская аллергия могла наложиться на новые американские – тогда состояние здоровья мальчика оказалось бы под большей угрозой, а родителям пришлось бы тратить немалые деньги на лечение и профилактику. И немудрено: в США 8 % детей страдают аллергиями на продукты питания. Хотя, как шутят сами американцы, эту цифру нужно снизить вдвое, ибо половину того, что едят дети, особенно подростки, продуктами питания назвать нельзя.

Как бы там ни было, мой коллега пошел к врачу, и тот дал ему два совета. Первый был вполне объяснимый – покупать еду для ребенка в магазинах экологически чистых продуктов. Их много по всей стране. Второй совет меня удивил – врач порекомендовал давать ребенку воду из-под крана, а не покупать ее в бутылках. Не знаю, правда, последовал ли мой коллега этому медицинскому совету, но, по словам врача, в Вашингтоне вода из-под крана чище, чем в среднем та вода, которая продается в бутылках. Впоследствии я убедился, что так оно и есть.

В Вашингтоне я каждые три месяца получаю официальный государственный отчет о состоянии водопроводной воды в городе. Отчет весьма подробный и детальный, с перечнем всех элементов, содержащихся в воде. Качество воды – вещь, на которую американцы обращают особое внимание, особенно если учесть, что американская медицина настойчиво рекомендует гражданам страны пить как можно больше жидкости. Уже трудно представить себе жителя США, идущего по улице без бутылочки воды в сумке или не имеющего ее запаса в машине и дома.

Кстати, после 11 сентября 2001 г. многие американцы по совету правительства запаслись дома питьевой водой на месяцы вперед. Конечно, не только водой, но ею – в первую очередь. При этом минеральная вода продается в США только в аптеках по рецепту врачей в качестве лекарственного средства. Американцев всегда поражало, как люди в России покупают минеральную воду в обычных магазинах и пьют ее просто для утоления жажды. Впрочем, их удивляет и старая европейская традиция ездить на курорты и там «лечиться водами». По мнению среднего американца, проще выпить таблетку – они у него есть почти на все случаи жизни.

Если ваше жилье находится в городе или поселке, за качество воды отвечают местные власти. Но если вы купили дом в лесу или в сельской местности, где нет центрального водопровода, то приходится копать колодец и качать воду оттуда. В США есть масса лабораторий, которые быстро проведут все необходимые анализы. То же самое можно сделать и в отношении воздуха, состава почвы, на которой стоит дом, и многого другого, но этим уже обычно занимаются люди, близкие к паранойе.

Как меняли трубу в моем доме

Естественно, в хороших районах есть многочисленные коммунальные службы. Практически все они частные. В мегаполисах и их пригородах ответственность за некоторые коммунальные услуги берет на себя город, но работы все равно осуществляются через поднаем частной компании. Машины, на которых представители коммунальной службы приезжают к вам домой, имеют на бортах заметные надписи, номера телефонов – словом, однозначно выглядят как рабочие машины. Это важно, иначе сотрудники не смогут нормально работать – их постоянно будет проверять полиция, вызванная соседями.

Коммунальные службы – отдельная тема разговора об Америке. Я сам как-то раз столкнулся с неприятной ситуацией: растущее недалеко от моего дома дерево где-то глубоко в земле сместило корнями сточную трубу, которая выводит из дома использованную воду и направляет ее в большую общую трубу, проложенную под землей уже на муниципальной территории. Как знает любой домовладелец, это большая проблема. Во-первых, трудно поставить «диагноз» – может быть, дерево тут ни при чем, а труба сместилась под воздействием микроскопического землетрясения. Во-вторых, встает вопрос – где именно произошла авария. Не перекапывать же всю землю перед домом! В-третьих, неизвестно, сколько времени это займет и в какую сумму обойдется мне как владельцу дома. Но делать нечего – надо вызывать мастеров, поскольку грязная вода с мылом уже начала течь обратно из стиральной и посудомоечной машин, что становилось попросту опасным для всего дома. Я их вызвал.

На следующий день утром я проснулся от странного шума под окном – человеческой речи. Обычно ее не слыхать. Доносится только редкое шуршание шин проезжающей мимо машины и пение птиц. Я выглянул в окно и в рассветном тумане увидел сцену, напоминающую какой-то фантастический фильм. По моему участку перед домом ходили несколько человек в свитерах с накинутыми капюшонами, переговариваясь друг с другом через уоки-токи. На ногах у них было что-то вроде военных ботинок. По моей земле полз какой-то луноход, описывая круги вокруг злополучного дерева. Напротив дома стоял мини-вэн, и в открытую его дверь я видел монитор, перед которым на стульчике сидел еще один в капюшоне. Монитор показывал картинку, которую обычно можно увидеть в фильме ужасов или фантастическом триллере: какие-то слабо освещенные подземные переходы, повороты, странные расплывчатые изгибающиеся формы и т. д. Спросонья зрелище действительно производит впечатление – особенно если вокруг больше ни души, а небо пасмурное.

Я спусился вниз, вышел на участок и только тогда понял, что это приехали мастера, которые должны были решить, что делать с моей трубой. Луноход оказался совсем не луноходом, а каким-то прибором, с помощью которого можно попытаться найти место разрыва под землей, своеобразным рентгеном. Именно это изображение я увидел на мониторе. Как выяснилось, найти разрыв таким образом не удалось – старое дерево пустило так много корней, что трудно было понять, какой именно повредил трубу. Тогда, посовещавшись, мои «трубочисты» приняли решение изменить тактику. Они спустились в подвал, отключили стиральную машину от канализации, запустили в сливную трубу микроскопическую телевизионную камеру на длинном проводе и снова сгрудились вокруг монитора.

Все это напоминало проктологическое исследование, как его показывают в специальных медицинских телепрограммах, только вместо чьих-то кишок камера на конце гибкого провода путешествует по трубе, а специалисты, наблюдая за изображением на мониторе, пытаются диагностировать и локализовать проблему. Я до сих пор помню это странное ощущение от созерцания трубы изнутри в синем свете маленькой лампочки, прикрепленной наверху камеры. Наконец смещение было найдено. Путем несложных вычислений мастера быстро установили, где именно надо копать, аккуратно сняли верхний слой земли вместе с травой и положили на асфальт. Потом маленький экскаватор быстро выкопал яму, обнажил трубы и вытащил разбитую часть. К моему большому удивлению, труба оказалась керамической. Оказывается, несколько десятилетий назад (а тому дому было двадцать лет) широко использовались трубы, сделанные из обожженной глины. Главным их преимуществом была экологическая безопасность.

Итак, корни злосчастного дерева были быстро обрезаны, труба заменена на новую, на этот раз сделанную из легкой пластмассы, и тот же экскаватор засыпал яму. Сверху рабочие положили снятый лоскут дерна и хорошенько полили его водой с какими-то удобрениями, чтобы трава не завяла и не изменила цвет из-за того, что на несколько часов была разлучена со своим местом на участке. Забегая вперед, скажу, что все-таки цвет она немного поменяла и еще пару недель на газоне был заметен прямоугольник не столь ярко-зеленой травы, как вокруг. Потом рабочие все помыли из шлангов, включая проезжую часть, и, попрощавшись, уехали восвояси. Через несколько дней в моей почте оказался счет почти на полторы тысячи долларов.

К счастью, выяснилось, что сломанная часть трубы относилась уже к муниципальной сети, и после пары звонков в местную мэрию мой ремонт был оплачен из городского бюджета. С тех пор я взял за правило всегда интересоваться, не является ли та или иная авария ответственностью города, графства или штата, прежде чем доставать чековую книжку. И всем советую на всякий случай делать то же самое. Но когда я рассказал эту историю своему знакомому из Нью-Йорка, он скептически хмыкнул и сказал: у нас в городе они не только не починили бы твою трубу, но и сломали бы соседскую, вызвав локальный потоп, ликвидация которого потребовала бы больших усилий и нескольких дней работы. Нью-Йорк, как легко можно догадаться, никогда не входил в число лучших мест для проживания в США, хотя сам я за годы жизни в нем ни разу, к счастью, не сталкивался с подобной ситуацией.

Свой бассейн – удовольствие с головной болью

Еще один частый атрибут хорошего американского дома – бассейн на заднем дворе под открытым небом. Это крайне популярная вещь, хотя по причине, которую я так и не смог понять, популярность бассейнов очень разная в разных штатах. Собственных бассейнов много, например, в Миссури и Нью-Джерси, в Вирджинии и Мэриленде, а в таком, казалось бы, жарком штате, как Северная Каролина, бассейны – вещь достаточно редкая.

Конечно, это в основном атрибут дома среднего класса. Интересно, что наличие или отсутствие бассейна практически никак не влияет на стоимость недвижимости. Более того, для многих покупателей бассейн на собственном участке нежелателен, ибо увеличивает не только расходы на содержание дома, но и требует времени и некоторых усилий по уходу за собой. Лично для меня большой проблемой стал вопрос о том, куда девать летом огромное и тяжелое прорезиненное покрывало, которым закрывается бассейн на зиму. В конце концов компания, обслуживающая мой бассейн, стала за дополнительные деньги забирать его на летнее хранение. Они также обязались мыть это покрывало, что мне было неудобно делать, так как трудно было найти на участке свободное место, где бы оно уместилось в разложенном виде.

Конечно, проще всего заключить контракт на обслуживание бассейна, но, во-первых, это обойдется дороже, а во-вторых, многие важные вещи, включая открытие бассейна весной и закрытие его осенью, будут зависеть от расписания обслуживающей компании. Однако альтернатива еще хуже: придется самостоятельно не только следить за чистотой воды, ее правильным химическим составом, работой насосов и фильтров, но и чистить эти фильтры – крайне малоприятное занятие. Как правило, при каждой чистке в них находишь утонувших кроликов и бурундуков, иногда белок, а то и кошек, которых надо не только извлечь оттуда, но и где-то похоронить. На детей данная процедура производит удручающее впечатление. А ведь именно для них в основном частные бассейны и существуют в США.

При всех больших минусах и небольших плюсах, которые дает владение бассейном, главный плюс заключается в том, что таким образом увеличивается время пребывания детей дома. Более того, достигается мечта подавляющего большинства мам: все детские вечеринки, выходные, каникулы и т. п. ребята проводят у себя на участке, возле бассейна, а не уходят куда-то в чужой дом, где остается только надеяться, что хозяева проконтролируют детей должным образом. Возможность развлекать своих детей и их друзей на собственном заднем дворе – пожалуй, самый важный аргумент в пользу покупки дома с бассейном для американцев, всегда сконцентрированных за защите своих детей от любых неприятностей.

Американцы в принципе не любят заборы и обычно не отделяют свои дома заборами ни от улицы, ни от соседей. Однако во всех штатах существуют строгие законы, касающиеся ограждения вокруг бассейна. В бассейн могут попасть только те люди и домашние животные, которых пустят хозяева. Таким образом можно избежать случайных утоплений, например маленьких детей. В Америке, как я уже говорил, есть закон, согласно которому нельзя оставлять детей одних до определенного возраста. Мало ли что может случиться с ребенком, когда он один дома? Вспомните соответствующий популярный фильм! В разных штатах возраст, до достижения которого ребенка нельзя оставлять в одиночестве, варьирует, но в среднем это одиннадцать-двенадцать лет. Еще более жестко это правило действует в отношении бассейна.

Некоторые бездетные американцы, купив дом, сразу засыпают бассейн от греха подальше. В больших городах, например в Вашингтоне или Нью-Йорке, личных бассейнов очень мало. Во-первых, это дорого, а во-вторых, вокруг полно доступных общественных бассейнов. В частности, бассейны нередко устраиваются на крышах многоквартирных жилых домов, так что жильцы и их гости могут посещать их бесплатно. Кроме того, спортивными бассейнами оборудовано немало городских фитнес-клубов и гостиниц.

Выбор и инспекция дома

Если какой-то дом привлек ваше внимание в качестве потенциальной покупки, то вы, естественно, имеете право его осмотреть. Для этого агенты по недвижимости устраивают так называемые «открытые дома». Это означает, что в определенный день в определенные часы хозяева дома всей семьей, с собаками и кошками, из него уйдут, оставив его в руках агента. Все желающие могут приехать и внимательно осмотреть дом изнутри, задать агенту любые вопросы, касающиеся, например, возраста дома и состояния его отдельных частей. Часто на «открытые дома» приходят посмотреть люди, которые не планируют покупать недвижимость, однако находят интересным прицениваться к чужим домам, рассматривать их устройство и дизайн, мебель и кухонные приспособления, особенно если дом принадлежит кому-то известному. Иногда приходят от скуки – просто проезжали мимо. Еще чаще на такие мероприятия приходят соседи, чтобы понять, сколько может стоить их собственный дом, хотя они и не собираются его продавать.

Для самых любопытных американцев принято около дома устанавливать небольшой пластмассовый ящик, куда кладутся листовки с информацией о доме – его возраст, цена и т. д. Часто у входа в дом оставляется небольшая коробочка на цифровом замке, внутри которой лежит ключ. Код замка знает агент. Он может приехать в дом с клиентом или – гораздо реже – доверить клиенту код замка и разрешить самому осмотреть пустое жилье. Таких домов было особенно много во время и сразу по окончании последнего финансового кризиса – тогда множество домов в США оказались в руках банков, которые хотели поскорее избавиться от них и получить наличные.

Можно просто договориться с владельцами дома об осмотре – я, например, поступал так дважды. Как-то раз я сфотографировал столовую в доме, выставленном на продажу, и случайно в кадр попал маленький ребенок хозяев. Они мягко, но настойчиво попросили удалить этот снимок из моей камеры, что я и сделал под их внимательным наблюдением. Дети в Америке защищаются больше всего – я в очередной раз таким странным образом в этом убедился. Фотографировать чужих детей без разрешения родителей нельзя ни в коем случае, могут обвинить в нехороших намерениях.

Возможностей осмотреть приглянувшуюся собственность будет более чем достаточно, но разобраться в ее характеристиках и заметить строительные дефекты неспециалист все равно не сможет. Поэтому после заключения предварительного договора о купле-продаже и внесения задатка многие американцы нанимают специального строительного инспектора, который приходит в дом и, облазив его от подвала до крыши, дает подробный письменный отчет о его состоянии. Его задача – найти как можно больше дефектов. За это он несет определенную ответственность – если он ничего не обнаружит, а, скажем, через день потечет крыша, ему можно предъявить претензии и создать кучу проблем. Мой личный опыт говорит о том, что строительные инспекторы работают достаточно профессионально. Однако час их работы стоит немало, а осмотр большого дома, особенно если он не очень новый, занимает целый рабочий день.

После получения заключения инспектора, которое отсылается обеим сторонам, хотя платит за него всегда покупатель, начинается второй этап переговоров. С одной стороны, покупатель указывает на поломки в доме и предлагает продавцам их устранить или снизить цену дома на сумму стоимости ремонта, а с другой – хозяин говорит, что дом продается аs is, то есть в том виде, в каком он есть. Даже если покупается новый дом, все равно американцы предпочитают нанимать инспектора, ибо он найдет к чему придраться.

Я это знаю по собственному опыту. В моем новом доме оказался дефект крыши, который в результате пришлось устранять строителям, которые продавали дом. Более того, это дало мне возможность заставить их перестроить за свой счет целую комнату, сделать книжные полки в гостиной и установить дополнительный ликвидатор влажности под домом. Правда, потом, во время окончательного оформления документов, мне стало их немного жалко – я увидел, какую огромную сумму им пришлось заплатить своему агентству за продажу мне дома. Доступ к этой информации я получил только потому, что агент, занимавшийся покупкой моего дома, работал в том же агентстве. Оказывается, такое тоже возможно.

Самые организованные и дисциплинированные американцы делают еще одну вещь – перед подписанием документов они приглашают в дом экстерминатора. Не терминатора Арнольда Шварценеггера, конечно, а специалиста по уничтожению всяческих насекомых. Во-первых, он должен убедиться, что дом не заселяют муравьи, клопы, тараканы и прочая живность, а главное – в нем нет древесных жучков, которые способны за несколько лет привести дом в полную негодность. Если они есть – задача терминатора их уничтожить и обработать дом, особенно все его деревянные части, специальным раствором.

Многие американцы – и я в том числе – сразу заключают договор с экстерминатором, который берет дом на обслуживание, посещает его каждые полгода и проводит обработку. Это имеет смысл: так, однажды наш «Шварценеггер» обнаружил в антикварном диване, который мы только что купили, клопов. В результате по его команде мы все выехали из дома на три дня, а он, надев противогаз, два дня обрабатывал комнату за комнатой. Клопов он, конечно, победил, но в доме еще некоторое время держался тонкий запах какой-то химии. Экстерминатор нужен также для борьбы с домашними мышами, змеями, среди которых попадаются ядовитые, и пауками. Один раз наш экстерминатор обнаружил у нас во дворе настоящую «черную вдову», сидящую на крышке водяного насоса, и заставил нас долго любоваться этой картиной, прежде чем уничтожить опасное членистоногое. Правда, это был единственный раз, хотя змеи, особенно если дом, как наш, расположен в лесу, – не редкость.

Главное – поторговаться

Покупка дома сама по себе не сопряжена с большими трудностями, если вы уже приблизительно представляете себе, что вам нужно, сколько вы готовы истратить и в каком именно районе вы хотите приобрести недвижимость. В США по статистике приблизительно 188 млн единиц жилья, и немалая его часть – около 10,5 млн – постоянно выставлена на продажу или сдается в аренду. На продажу в среднем выставлено свыше 1,2 млн домов, причем по большей части это дома с двумя и более спальнями. Выбор, безусловно, есть. Продажи недвижимости в США осуществляются через агентов по недвижимости или через агентства, где риелторы работают одной командой. У продавца и покупателя, как правило, есть свои агенты, которые и ведут все переговоры между собой по указаниям клиентов. Обходятся их услуги обычно в 5–6 % от стоимости недвижимости.

При покупке дома, как и при покупке машины, американцы всегда торгуются, предлагая хозяевам понравившегося дома свою цену, хотя переговоры не всегда завершаются удачно. В любом случае это пусть и небольшой, но адреналин. Часто продавец и покупатель настолько расходятся в цене, что, несмотря на все усилия агентов, которым не терпится заработать, прийти к компромиссу им не удается. Или складывается другая ситуация: пока вы пытаетесь сбить предложенную продавцом цену, появляется другой покупатель и предлагает больше вас. И дом, который вы уже считали почти своим, мысленно расставляли там мебель, а дети делили комнаты, уходит из ваших рук навсегда. Обидно, если вы опоздали со своим денежным предложением на час-два. С другой стороны, продавец испытывает такое же давление. Иначе говоря, спешить – нельзя, тормозить – нельзя, идет тонкая борьба нервов. Обычно дольше двух-трех раундов взаимных предложений торги не продолжаются, так как стороны начинают считать, что договориться уже невозможно. Что ж, это не восточный базар… Нетерпеливая натура американцев сказывается и тут.

Важно знать еще три обстоятельства: сколько времени та или иная собственность находится на рынке (чем дольше, тем более сговорчивым будет продавец); снижал ли он уже свою свою цену; насколько срочно ему надо избавиться от недвижимости. Часто бывает так, что люди вынуждены продавать дом или квартиру «в пожарном порядке», поскольку им надо переезжать в другой город на работу или они уже договорились о покупке другого дома и за него надо вносить деньги, которые пока «заперты» в продаваемой недвижимости, и т. д. Узнать все это – работа агента, который должен провести разведку. Иногда выстраиваются целые цепочки, когда несколько семей, связанных сроками получения денег, последовательно покупают и продают дома, чтобы тут же заплатить за новое жилье.

Не буду здесь описывать саму процедуру оформления покупки недвижимости, иначе придется подражать многочисленным справочникам и пособиям для риелторов. Кстати, их в США немало выпущено и на русском языке – изрядная часть наших бывших соотечественников здесь решает стать агентами. Для этого не требуется специального образования, достаточно пройти небольшие курсы, сдать экзамен и получить лицензию, а главное – быть очень коммуникабельным, информированным и упорным. Даже язык не обязательно знать, если ограничить свой круг клиентов только русскоязычными товарищами.

Понятно, что большинство россиян предпочитает покупать жилье за наличные, но имейте в виду, что подавляющее большинство американцев покупают дом или квартиру – да почти всё – в кредит и с помощью кредита. Я понимаю россиян в их желании раз и навсегда расплатиться и не иметь дела с банками. Но я понимаю и американцев. Во-первых, они считают, что кредит выгоден по деньгам (это, по-моему, не совсем так и является настоящим американским мифом. Тем не менее многие полагают, что за три десятилетия инфляция сильно удешевит полученный кредит). Во-вторых, кредит дает возможность многим американским семьям не напрягаться в денежном отношении, а растянуть выплату долга банку на период до тридцати лет. При этом вы можете переоформить свой кредит на новый срок или изменить его сумму – и все начать заново.

Знаменитая американская жизнь в кредит распространяется на дом в полной мере. Но после глобального экономического кризиса банки США стали менее охотно раздавать кредиты направо и налево, хотя их ставки практически не поднялись. С другой стороны, расплачиваясь за что-то дорогое полностью, а тем более наличными, вы с большой вероятностью заинтересуете американскую налоговую службу, а возможно и некоторые другие агентства этой страны. Неожиданное появление у кого-то на руках или на счету большой суммы, происхождение которой толком не объяснишь, станет настоящей тряпкой для американских агентов, отслеживающих уход от налогов, отмывание денег, финансовые каналы террористов, наркодилеров и т. д. Особенно если предыдущие доходы, с которых платились налоги, не позволяют предположить, что такая сумма может быть скоплена, – тогда ее владелец наверняка заинтересует въедливых сотрудников госструктур.

Кому не дадут купить жилье

Купить или снять квартиру в хорошем доме и в приличном районе не так просто. Это не только вопрос денег – в конце концов, банк даст вам кредит на покупку недвижимости. Но во многих случаях придется пройти определеные этапы, гарантирующие соседям, что вы не станете их головной болью. Это тот редкий случай, когда американцы собирают характеристики и рекомендации. Надо заполнить довольно подробную анкету, включающую ответы по поводу возможного криминального прошлого или наркотиков. Однако во многих местах и этого мало. Приходится проходить собеседование, напоминающее прием на работу, у комиссии жильцов, которую они избирают для защиты своих прав, – эдакий маленький соседский профсоюз. И если они проголосуют против того, чтобы разрешить вам купить или снять квартиру в их доме, – пиши пропало. Никакой управы на них нет, это самый низкий, если угодно, ниже плинтуса, уровень американской демократии – зато весьма эффективный, дающий возможность создать вокруг себя вполне комфортабельную, безопасную и приятную обстановку. Сами знаете, как это важно.

Отказать могут по любой причине. Есть очевидные – например, наличие домашних животных недопустимо во многих домах, исключение составляют маленькие собачки или рыбки. Проблемой также могут стать маленькие дети. Жильцы некоторых домов больше всего берегут тишину, и им не хочется, чтобы кто-то бегал во дворе или плакал по ночам. Трудно будет получить такое разрешение и человеку, который по каким-то параметрам не вписывается в ту социальную среду, которую хочет создать у себя тот или иной коллектив соседей. Я встречал дома, где не любили иностранцев, и дома, где иностранцам, напротив, отдавали приоритет, ибо жильцы дома хотели создать у себя максимально мультикультурное и мультиэтническое сообщество соседей. Это важно, учитывая, что в США свыше 36 % арендаторов жилья живут одни и еще 27 % вдвоем, то есть без больших семей. Есть дома, где предпочитают молодых, а есть – где не очень молодых. Есть дома с собственными спортзалами и бассейнами, а есть – со своими медицинскими кабинетами.

Вообще в США популярны многоквартирные дома и даже поселки, где специально осуществляется постоянный медицинский контроль над жильцами. Там, как правило, живут пожилые люди. Дома или квартиры у них свои – это отнюдь не дома престарелых, – но в пакете услуг, которые они получают, есть, например, ежедневный обход медицинских сестер или даже врача, проведение специальных процедур, физиотерапия. Стоит такой дом или квартира дороже, однако многие услуги подобного рода покрываются страховками или чьей-то благотворительностью, а также значительная их часть списывается с налогов. Как правило, там живут люди с доходом выше среднего по стране.

Кстати, есть такой признак богатого дома: с собаками его жильцов гуляют специально нанятые люди, а не сами жильцы. Более того, некоторые пожилые люди нанимают себе компаньонов для прогулок, которые им прописал врач. Больше никто с ними гулять не может или не хочет, вот и приходится раскошеливаться. Насколько я понимаю, гулять с собаками стоит дороже, чем с людьми. За последними, по крайней мере, не надо собирать экскременты в целлофановый мешочек.

Жить в городе – жить по-европейски

В начале XXI в. в США неожиданно начался новый жилищный тренд – люди стали возвращаться жить в большие города. С одной стороны, освоив сабурбию и пожив там в течение полувека, американцы начали гораздо более спокойно относиться к идее больших собственных домов с бассейнами и больших машин, требующих емких гаражей. С другой стороны, правительство стало всячески стимулировать развитие городских центральных кварталов, которые к концу прошлого века почти превратились в настоящие пустующие руины и годились только для съемок боевиков на фоне старых индустриальных пейзажей.

Города стали меняться буквально на глазах. Еще недавно не очень благоустроенные квартиры стали стремительно догонять по стоимости большие дома в пригороде. В город потянулись сначала бездетные пары, потом так называемые американские интеллектуалы, затем – журналисты, писатели и артисты… Этот тренд идет сравнительно недавно, и никто сегодня не может толком предсказать, как и с какой скоростью он будет прогрессировать, однако Америка снова меняется и обновляется. Все большее количество американцев, особенно среди молодежи, не хотят жить в больших пригородных домах, а стремятся в города – туда, где другой ритм жизни, другой социальный контекст, иные привычки, чем есть и были у их родителей и дедушек с бабушками, другой образ жизни.

Такое впечатление, что американцы начинают вспоминать свои европейские корни. Если два-три предыдущих поколения затоваривались продуктами раз в неделю, то сегодняшняя молодая Америка делает это ежедневно. Папы и мамы этих людей раз в неделю садились (да и сейчас садятся) в мини-вэн или большой джип и ехали в ближайший продуктовый магазин, площадь которого, как правило, превышает размеры самого большого футбольного поля, чтобы закупить там тонны продуктов, в основном замороженных или запечатанных в вакуумные пластиковые пакеты. В кухне на холодильнике висел – а в миллионах домов висит и сейчас – листок бумаги, на котором хозяева дома и дети в течение недели составляли список продуктов, которые нужно купить в следующий раз. В определенный день все повторялось: кто-то из взрослых брал этот список, написанный разными почерками, шел в гараж и садился в машину. Через десять, максимум пятнадцать минут он выходил из машины уже в гараже магазина. Не надо было даже переодеваться из домашней одежды во что-то более уличное и уж тем более менять шлепанцы на ботинки.

Сейчас по крайней мере часть американского общества пытается жить по-другому. Этим американцам хочется не покупать замороженные продукты в больших супермаркетах, а отовариваться в маленьких специализированных магазинчиках, где они могут купить самые свежие продукты, съесть их сегодня же и завтра зайти за новыми. Где продавцы знают своих покупателей, помнят, как их зовут и что они любят. Где можно приобретать продукты, которые не появляются в массовой продаже, а зачастую, как, например, свежий хлеб, выпускаются тут же на глазах покупателей. Они хотят ходить в кафе, где каждый день можно видеть одних и тех же посетителей, сидя за столиком, за которым ты сидишь всегда. Там можно посмотреть новости, почитать газеты и поглазеть на прохожих. Они посещают небольшие пивоварни, очень популярные во многих штатах США, где можно не только попить местного пива, но и понаблюдать за процессом его производства через стеклянную стену.

Эти американцы хотят ходить в небольшие, почти что бутиковые спортзалы, а не огромные, как в сабурбии, где они больше напоминают промышленные предприятия. Они хотят покупать вещи, в том числе одежду, не в огромных торговых центрах, а в маленьких магазинчиках, которые напоминают, например, Милан. Они даже, в отличие от своих пригородных собратьев, не задумываясь переходят улицы на красный свет светофора и смело пробегают перед машинами. Дома у них даже есть зонтики, ибо им приходится много ходить по городу. Они пользуются общественным транспортом – вещью, которая сегодня неизвестна на практике большей части американцев и о которой они знают только по поездкам в Европу или фильмам. Они ходят в музеи и на выставки, лежат на траве в городских парках и купаются в фонтанах. Они живут там, куда остальные американцы приезжают на экскурсии.

В общем, все то, что согласно стереотипу делают европейцы, постепенно становится модным в Америке. Заметно усилилось влияние одиноких горожан, которые так жили всегда. Сегодня они чувствуют, что их привычки становятся привычками молодого поколения американцев. Отсюда появился феномен метросексуалов – сравнительно молодых мужчин, которые заботятся о своем внешнем виде и тратят на это много денег, времени и энергии. Метросексуал живет в городе и является лицом многих сегодняшних американских мегаполисов.

Иными словами, после десятилетий тяги к жизни в пригородах с их большими машинами и огромными домами, бассейнами и всеми мыслимыми удобствами на фоне полного отсутствия черт городской жизни американцы начали возвращаться в города. Процесс идет, и он все заметнее делит страну на две, пусть пока неравные части. У каждого есть выбор, где покупать жилье и какого образа жизни придерживаться, в зависимости от того, что для человека важнее. А выбор – это всегда хорошо. Именно наличием выбора всегда и была сильна Америка.

Жилищная проблема решена. Бездомные остались

Глобальный кризис больно ударил именно по жилищной сфере Америки. Средние цены на дома стали быстро падать – с 313,6 тыс. долларов в 2008 г. до 272,9 тыс. долларов в 2011 г. При этом сильно снизилось число купленных домов – с 554 тыс. в марте 2006 г. до 482 тыс. уже на следующий год. Самый сильный удар по ценам испытали наиболее дорогие штаты – Калифорния, Мэриленд, Вирджиния, Массачусетс, Флорида и др. Во всех мегаполисах страны цены на недвижимость также упали, количество домов и квартир, выставленных на рынок, остается очень высоким. Многие дома формально, а то и реально перешли в распоряжение банков, так как их владельцы оказались не в состоянии выплачивать взятый на покупку дома кредит.

Экономический кризис обострил и другую проблему – выросло количество бедных и бездомных. В Америке всегда существовал массовый слой бедняков: в 2010 г. около 15 % населения (46 млн человек) находились за чертой бедности. Американская семья попадает в категорию бедных, если ее годовой доход составляет меньше определенной на тот год государством суммы. Сегодня эта сумма составляет чуть больше 22 тыс. долларов. Если семья зарабатывает хотя бы на доллар больше, официально она уже не является бедной и ей труднее получить социальную помощь. Она начинает относиться к группе «на грани бедности». Другими словами, нуждающихся в США больше, чем показывает официальная статистика. С другой стороны, люди, находящиеся за чертой бедности, живут по-разному. Часть из них – бездомные, а среди остальных у 30 % дома проведен Интернет, 54 % имеют сотовый, а 65 % смотрят фильмы на своем DVD-плеере.

В 2009 г. бездомных в США стало более 650 тыс. человек, 40 % из которых не имеют никакого места постоянного проживания и ночуют на улицах, в машинах и т. п. Более 5 млн американцев живут в мобильных домах, а более 85 тыс. – на своих яхтах и в домах-автомобилях. При этом в стране постоянно доступны около 86 млн единиц жилья для аренды.

Бездомные – трагедия и позор Америки, самой богатой страны мира. С одной стороны, жилищая проблема в стране решена с избытком еще несколько поколений назад, с другой – сотни тысяч людей здесь лишены своего жилья. Хотя конгресс выделяет приблизительно по 2 млрд долларов ежегодно на помощь бездомным и бедным, проблема не уменьшается.

Причин этому немало. Значительная часть бомжей – это люди, по разным причинам потерявшие связь с собственной семьей и домом, те, от кого эти семьи окончательно отвернулись. Каждый третий бомж попал в трудную ситуацию в результате злоупотребления наркотиками или алкоголем. Эти люди изгнаны из своих семей, они опустились на социальное дно. Так, старший брат Мадонны, от которого отвернулась вся семья, второй год живет под мостом в штате Мичиган и ночует в спальном мешке. Однако еще около трети бомжей – это целые семьи, испытывающие реальные трудности в оплате жилья. Некоторые из них обанкротились из-за невозможности оплатить медицинские расходы одного из своих членов, тем более что высокая безработица (свыше 9 %) держится необычайно долго. Среди бомжей есть немало бывших преступников, не сумевших вернуться к нормальной жизни из-за того, что работодатели не хотят брать на работу рецидивистов или наркоманов.

Есть и «профессиональные» бомжи, которых часто можно увидеть на улицах больших городов стоящими с магазинными тележками в очереди за бесплатной едой или одеждой. Их устраивает такой образ жизни, и они быстро покидают предоставляемые им места проживания. Особенно много жилья для них строится церквями, на ступенях которых они частенько ночуют.

В США есть около 3,5 тыс. официальных приютов и организаций по помощи бездомным и более 15 тыс. реабилитационных центров для алкоголиков и наркоманов, но попасть в них бывает нелегко. Не хватает мест, большинство приютов не берут бомжей с детьми, в некоторые нельзя прийти с улицы – нужно, чтобы нового жильца кто-то привел, – и т. д. Я уже писал про нередкую криминальную ситуацию в домах, построенных для бедных по программе государственного жилья. Некоторые нищие в Вашингтоне или Нью-Йорке щеголяют в дорогих кроссовках и фирменных футболках, с мобильниками, а то и айпадами в руках. Деньги они просят ленивым голосом и кроме денег ничего не берут: ни еды, ни одежды. Они организованы в свои сетевые структуры, и многие из них охотно идут на контакты с полицией.

Есть бомжи-путешественники, которые переезжают со своими тележками и чемоданами из города в город и принципиально не хотят оседать на одном месте. Есть люди, которые не хотят работать, другие – очень хотят работать, но в нынешней экономической ситуации не могут найти себе постоянный заработок и в результате оказываются на улице. Есть бомжи, которые честно пытаются подработать музыкой или танцами в местах скопления туристов. Я знаю одного известного в прошлом джазового музыканта, который потерял жену, увлекся наркотиками и уже много лет живет в своей старой машине. Никакой другой жизни он себе уже не представляет, считая, что судьба поступила с ним несправедливо.

Я встречал сильно обедневших или даже бездомных американцев, которые оказались в бедственном положении по собственной глупости. Например, однажды я разговорился с водителем грузовика, который остался не только без жилья, но и с большим долгом. Он жаловался мне, что еще год назад у него было три дома. В одном он жил сам, два других сдавал в аренду. На покупку каждого из этих домов он брал очередную ссуду. Когда я спросил его о доходах, он признался, что зарабатывал чуть больше 50 тыс. долларов в год, но ему и в голову не пришло, что человеку с таким доходом не стоит покупать три дома. Моего собеседника разорила собственная глупость и необразованность, подкрепленная стремлением банков выдать побольше ссуд. Учитывая количество таких, мягко говоря, «экономически легкомысленных», а на самом деле просто недалеких домовладельцев в США, можно понять, почему финансовая система страны оказалась в глубоком кризисе.

Среди бомжей немало людей с расстроенной психикой (небольшие психические расстройства есть у 45 %, серьезные – у 25 %), которые при этом не представляют угрозы для окружающих и не могут быть насильно госпитализированы. Есть нелегальные иммигранты, которые лишились работы, приведшей их в Америку, а найти новую не могут в силу отсутствия документов. Особенно трудно женщинам, которых среди бомжей более четверти, и ветеранам войн – их в этой группе больше 10 %.

Многие бомжи ведут замкнутый образ жизни и проявляют себя в окружающем мире только просьбами дать денег, обращенными к прохожим. Интересно, что прикоснуться к прохожему или взять его за рукав, похлопать по плечу и т. п. бомж не решится. Это воспринимается в Америке как насилие над личностью и влечет за собой уголовную ответственность. Всем говорится «спасибо» – только в адрес тех, кто молча прошел мимо бомжа, «спасибо» звучит саркастически. Некоторые особо обаятельные бездомные имеют привычку протягивать руку в расчете на то, что прохожий сам автоматически ее пожмет. Тогда можно его руку задержать и попросить денег более настойчиво. Но подавляющее большинство бомжей не трогает прохожих, тем более не толкает.

В США есть много организаций, куда можно отдать все, что вам больше не нужно, – старую одежду и мебель, электронику и книги, обувь и игрушки. Все будет роздано нуждающимся или продано в их пользу. Это хороший способ помочь людям и одновременно заработать, поскольку такие организации дают вам документ, позволяющий списать с налогов стоимость пожертвованного. Детей с детства приучают отдавать что-то более нуждающимся, чем они. Однажды я сам избавился таким образом от старой машины, которую легче и быстрей было отдать, чем продать, – тем более что мне достаточно было только назвать адрес, по которому она стояла, и оставить под дворниками документы на машину. После развода в США почти все мои вещи были отданы в одну из таких организаций, так как вести это барахло на новое место жительства мне не хотелось.

Многие известные и вполне обеспеченные американцы проходили в своей жизни через этап бомжевания – их длинный список может поразить. Вот несколько примеров: Халли Берри жила в приюте в Нью-Йорке, а Курт Кобейн спал в картонных ящиках и приемных больниц; Дэниел Крейг ночевал на скамейках в парке, как и основатель ресторанов KFC Харланд Сандерс; Уильям Шетнер после развода и закрытия сериала, в котором он снимался, вынужден был долгое время спать в своей машине; Мартин Шин жил в нью-йоркской подземке. Сильвестр Сталлоне спал на автовокзале Нью-Йорка, а Жан-Клод Ван Дамм – на улицах Лос-Анджелеса. Кармен Электра, которую обокрал бойфренд, два года была бездомной в Голливуде, а певица Джуэл с матерью жила в автобусе. Дэвид Леттерман, как и Джек Керуак, жил в автомобиле, а Джим Моррисон – на крышах домов.

Никто, конечно, не знает, как долго продержатся негативные тенденции в глобальной экономике. Количество бездомных может вырасти. Но можно быть уверенным в одном – подавляющее большинство американцев и впредь будет стремиться обзавестись собственным домом, рядом с которым будет стоять автомобиль.

Глава 6

Нация, легкая на подъем

Американец и его автомобиль

Если американца поставить перед выбором: дом или автомобиль, то подавляющее большинство укажет на автомобиль. Без дома прожить в Америке можно, крыша всегда найдется, но американец без автомобиля – нонсенс. Машина – символ личной свободы и независимости в стране, где нет и никогда не было паспортов, прописок и регистраций по месту жительства, в которой каждый живет где хочет, а главным документом является водительское удостоверение. Автомобиль здесь – предмет первой необходимости, часть образа жизни, естественный социальный атрибут. Я бы сравнил символическую важность автомобиля для американца с его правом на личное оружие.

Американские автомобили не требуют описания, они ездят по дорогам почти всех стран мира. Америка сама – страна дорог и автомобилей. Железные дороги, воспетые в свое время в вестернах про освоение американского Дикого Запада, занимают нынче лишь небольшой процент пассажирских перевозок. Железнодорожных путей в США не так уж и мало – 226 тыс. миль, но они проходят по стране неравномерно, к тому же большая часть из них занята грузовыми перевозками. Зато сколько в США автомашин, точно не знает никто. В стране даже нет единой системы учета. По данным бюро транспортной статистики, в Америке сегодня насчитывается приблизительно 265 млн пассажирских автомобилей и около 8 млн мотоциклов.

Многие американские семьи имеют по три машины. Каждый год в стране продается еще около 6 млн автомобилей и несколько миллионов идет на свалку, то есть общее количество растет в среднем на 3,5–4 млн в год. По мере роста надежности среднего автомобиля удлиняется и срок его эксплуатации. Сегодня он составляет в США приблизительно девять лет, что намного больше, чем тридцать лет назад, когда средний возраст американской машины был около пяти лет. Еще трудней судить о ценах на автомобили в Америке, ибо при покупке можно (и нужно!) активно торговаться. Никто в США не покупает машины по цене на ценнике. Средняя цена обычных автомобилей – приблизительно 24,7 тыс. долларов, автомобилей класса люкс – 43,7 тыс. долларов. Подержанные автомобили вообще не имеют нижнего предела цены, их купить можно очень дешево. Старую машину еще «на ходу» вполне можно приобрести за сотню-другую долларов.

Дороги и дорожная полиция

Однако автомобиль не особенно поможет, если в стране нет дорог. А они в Америке есть в избытке, в том числе знаменитые хайвеи, то есть скоростные дороги без перекрестков, светофоров и пешеходов – пешеход на скоростной дороге совершает уголовное преступление самим фактом своего там появления. Общая длина скоростных дорог составляет 48 тыс. миль. Их появлению прямо способствовал СССР, из ядерного противостояния с которым Америка ухитрилась извлечь неоспоримую пользу. Когда американцы поняли, что советские спутники могут отслеживать места расположения американского ядерного оружия, было принято решение создавать мобильные ядерные силы. Для этого и потребовались высококачественные скоростные дороги, которые вскоре – при финансировании со стороны государства – покрыли всю страну, да и рабочих мест их строительство создало немало. Всего же в США приблизительно 3,7 млн миль асфальтированных дорог, не считая городских улиц, построенных в соответствии со стандартами качества и безопасности. Есть еще фермерские дороги, где тоже уложен асфальт, заасфальтированные проезды между кукурузными полями или зданиями в кампусах школ и университетов и т. д.

Автомобильная инфрастуктура в США развита неплохо, хотя и она уже нуждается в модернизации. Дороги, как правило, очень хорошо оснащены с точки зрения информации и систем безопасности, а вокруг них создана целая индустрия отелей, ресторанов, закусочных, магазинов, заправочных и ремонтных станций, площадок для отдыха или обозрения красивых природных ландшафтов. Ездить по Америке – большое удовольствие, особенно на длинные дистанции. Начинаешь понимать американцев, которые в основном путешествуют по своей стране на машине. Интересно, что каждый пятый прием пищи в США происходит в автомобиле.

Конечно, не у всех американцев есть время преодолевать расстояния со скоростью 100–120 км в час. В стране хорошо развита индустрия пассажирских авиаперевозок. Существует масса крупных и мелких, в том числе местных авиакомпаний, которые ведут ожесточенную борьбу за клиентов. В результате билет на рейс, направляющийся в другую часть страны, иногда можно купить за мизерную сумму в 30–50 долларов, хотя за багаж и обед в самолете зачастую приходится платить отдельно.

Но вернемся к дорогам. В США нет федеральных дорожных правил, все регулируется штатами. На их границе меняется скоростной режим, форма дорожных полицейских, раскраска их машин и система дорожной информации. В одних штатах вдоль дорог один за другим стоят огромные билборды с информацией и рекламой самого разного типа, в других разрешен только необходимый минимум. Одно из немногих общих правил на дорогах Америки – знаки и надписи повторяются обычно трижды. В таких условиях отговорка, что, мол, не заметил поворот, не проходит. Особенно аккуратно рекомендуется ездить в маленьких городках, так как штрафы проезжающих через них иногородних водителей составляют заметный вклад в местный бюджет. Расчет верный: вряд ли человек из другого города поедет через месяц в местный суд спорить по поводу штрафа.

Подавляющее большинство водителей соблюдает рядность, никому и в голову не придет вырваться вперед по обочине или встречке. Многие, но далеко не все соблюдают скоростной режим. Существует поверье, что дорожные полицейские закрывают глаза на превышение скорости до десяти миль в час. Это так и не так: меня самого останавливали за превышение скорости за милю-другую в черте города и игнорировали превышение миль на двадцать на шоссе. Но в целом это негласное правило, похоже, действует.

Как я уже говорил, полиция в Америке – местная, здесь нет МВД в российском варианте. Роль дорожных полицейских сильно отличается от того, с чем автомобилист сталкивается в России. Главная задача дорожной полиции – регулирование движения, недопущение опасных ситуаций и «растаскивание» пробок, а не назначение штрафов. Часто нарушителя отпускают без выписывания штрафной квитанции, если его действия не создали опасной ситуации на дороге. Скажем, значительное превышение скорости – это опасно, а вот разворот через две сплошные на пустой дороге опасности не представляет, поэтому вряд ли вызовет реакцию полицейского.

Дорожные полицейские очень редко стоят на обочине и останавливают машины рукой (жезлов у них нет). Чтобы остановить машину нарушителя, они пристраиваются ей в хвост и включают мигалки – это, конечно, достаточно волнующее зрелище. Сам полицейский в это время «пробивает» номера по базе данных. В некоторых штатах полицейские могут «караулить» на обочине только с включенными фарами и мигалками. Если у машины стража порядка фары были выключены, а он вас остановил – его штраф или повестку в суд можно оспорить в суде и выиграть его. Все действия полицейского автоматически записываются на камеры внутри и снаружи машины, включая аудиозапись всех разговоров.

Как правило, на любое происшествие сразу приезжают две полицейские машины – для подстраховки. Кое-где на дорогах установлены автоматические радары и камеры, которые фотографируют автомобили, проезжающие на красный свет или превысившие скорость, – потом по почте придет документ со штрафом. Без разрешения полицейского нельзя выходить из остановленной им машины – могут сразу застрелить, особенно в южных штатах, где многие граждане имеют при себе огнестрельное оружие и риск для полицейского слишком высок. Дать взятку американскому полицейскому практически невозможно, да и вообще неслыханно.

Со штрафом за вождение в Америке можно идти в суд, выиграть который вполне реально. В отличие от большинства здешних судебных разбирательств оспорить дорожный штраф вполне можно без помощи своего адвоката, получив оплачиваемую штатом защиту. Кроме штрафа нарушитель рискует получить штрафные баллы, зачисляемые в его «водительскую историю», которые обычно при примерном вождении списываются через два года. Однако, если водитель накопил много еще не списанных баллов (в разных штатах свои критерии), его наказание за очередное нарушение может быть увеличено.

Кстати, российские права, как и другие иностранные, в Америке действуют. В каждом штате, конечно, существуют свои правила по этому поводу, но обычно иностранцы могут ездить со своими правами в течение шестидесяти или девяноста дней после въезда в страну. Для аренды машины иностранцу ничего не надо, кроме водительского удостоверения любой страны, паспорта и кредитной карточки. Сегодня, когда созданы различные электронные базы данных, проверить, когда человек въехал в страну, несложно. Но до 11 сентября 2001 г. многие иностранцы годами ездили со своими национальными правами, а в случае остановки объясняли полицейскому, что приехали в США в прошлом месяце.

Никаких доверенностей при вождении чужого автомобиля не требуется. Талон техосмотра приклеивается на номер или лобовое стекло. Техосмотр проводится в автомастерских и имеет установленную цену – от пятнадцати до пятидесяти долларов в разных штатах и занимает пятнадцать-двадцать минут, если на него записаться заранее. Особое внимание уделяется безопасности и экологичности автомобиля. Кстати, все иностранные автомобили делаются под американские стандарты экологии, которые выше, чем в других странах мира. На внешние повреждения машины никто внимания не обращает и не требует исправить их.

То, что в США нет государственного языка, подразумевает, что экзамен на права можно сдавать на своем родном языке, например на русском. Тем более что здесь не требуется проходить автошколу и демонстрировать свои знания автомобильной механики. Сдаете в порядке живой очереди правила и вождение – и тут же получаете удостоверение. Ну, еще зрение у вас проверят. Единственное осложнение заключается в том, что в каждом штате свои правила вождения, а общеамериканских правил нет. Поэтому перед тем, как идти сдавать экзамен, надо посмотреть местные правила. А то, что вы житель именно этого штата, необходимо доказать, принеся на экзамен, например, банковский отчет, полученный на местный адрес, счет за какие-нибудь коммунальные услуги или договор об аренде квартиры. Каких-либо прописок, регистраций, паспортов или справок с места жительства в США нет. Получив водительское удостоверение того или иного штата, можно ездить с ним по всей стране, да и по значительному числу стран мира. При переезде на жительство в другой штат водительское удостоверение надо менять. Обычно на это дается тридцать дней, и сделать это можно уже без экзамена, также в порядке живой очереди, заплатив небольшую пошлину.

Можно самому придумать регистрационные номера своему автомобилю. Еще в 1937 г. Коннектикут стал первым штатом, позволившим водителям придумывать номерные знаки. В 1950-е гг. это вошло в моду. Сегодня все штаты разрешают регистрировать такие номера. Надпись на номерах проверяется несколькими экспертами. Оскорбительные или дискриминирующие надписи, выражающие принадлежность к расе, цвету кожи, религии, в некоторых штатах запрещены, хотя водители часто идут в суд, чтобы защитить выбранную ими надпись. Очень часто суд меняет решение властей и позволяет написать на регистрационных номерах Jesus, Allah и т. п., но даже суд не поможет добиться разрешения использовать надпись, содержащую отсылку к алкоголю, табаку или наркотикам. А в штате Флорида запрещено наносить на номер своей машины слово «атеист». Использовать буквы не латинского алфавита, естественно, нельзя. Но, например, хитрые русские в Америке пишут русские слова с помощью латинских букв и цифр. В результате по Америке ездят машины с номерами «карета», «москвич», «захар», «хрен», «сука», «казак», «света» и т. д. Американцы, как правило, пишут на номерах свои дни рождения, имена любимых людей, свои хобби, профессию и др. Часто надписи бывают весьма забавными или содержат шараду, которую едущие следом водители пытаются разгадать. Регистрация собственного знака стоит от пятидесяти до нескольких сотен долларов, в зависимости от штата.

Автомобильные тонкости

Очень полезная, на мой взгляд, особенность дорожных правил Америки – поворот направо на красный свет, разрешенный в большинстве штатов страны. Закон об этом был введен в 1970-е гг. чтобы экономить бензин и время водителей. Нельзя поворачивать направо на красный только при наличии знака, запрещающего подобный маневр на данном перекрестке, а также в нескольких районах Америки, например в городе Нью-Йорке. В те же годы на шоссе стали появляться полосы скоростного движения для машин как минимум с одним пассажиром помимо водителя. Это резко увеличивает пропускную способность шоссе и стимулирует американцев ездить вместе. Бывают и забавные истории. В 2010 г. в Нью-Йорке полицейский остановил 61-летнюю американку, которая ехала по полосе для автомобилей с пассажиром, а в качестве пассажира использовала наряженный манекен. Полицейский заподозрил неладное, когда заметил, что «пассажир» в темных очках, хотя на улице облачно. Штраф составил 135 долларов, что для Нью-Йорка совсем немного, но история получила продолжение – в других городах некоторые водители попытались использовать этот опыт.

Американские власти вообще активно стимулируют использование одной машины несколькими людьми. В результате появилась система совместных поездок соседей и коллег по работе. Например, несколько соседей договариваются между собой, и каждый по очереди на своей машине возит всех на работу в город, например к станции метро, а вечером – обратно в пригород. Это популярная в США практика. Более того, машины участников такой группы получают от местной власти право на льготную парковку. Выгода очевидна – разгружаются дороги и стоянки, экономятся деньги, автомобили используются более эффективно, что немаловажно для города в рабочие дни. Около конечных станций метро в больших городах постоены огромные парковки, где можно оставить машину и поехать в центр на метро. Так делают ежедневно сотни тысяч американцев, живущих в пригородах.

Парковка автомобилей регулируется не меньше, чем вождение. В большинстве мест на улице она не только платная, но и ограничена временем, как правило двумя часами, после чего надо переставить машину на другое место. Крытые парковки дороже, зато там нет временных ограничений. В жилых районах выдаются специальные наклейки на лобовое стекло с правом бесплатной парковки в своем районе. Чужим там парковаться нельзя, надо искать платную стоянку.

В больших городах раз в неделю запрещено парковаться на одной из сторон улицы, с тем чтобы ее могли почистить, поэтому тут в принципе нет запаркованных надолго машин. Машины штрафников обычно не эвакуируются, но им на переднее колесо ставится блок. Конечно, если автомобиль стоит долго и начинает мешать движению или уборке улицы, то его могут эвакуировать, а то и вызвать специалистов по бомбам. В типичный пейзаж американской улицы давно вписались люди в специальной униформе и с маленькими гаджетами в руках. Они проверяют припаркованные автомобили, смотрят, правильно ли оплачена стоянка и т. д. Если нет – то за «дворник» засовывается штрафная квитанция. По опросам, «парковочная полиция» являются одной из самых нелюбимых в США специальностей.

Общественный транспорт

Наличие общественного транспорта и близость к станции метро является плюсом жилого района в России, но многие американцы думают иначе. В США общественный транспорт в российском понимании слова есть только в больших городах, да и то далеко не в столь развитом виде. Конечно, нью-йоркская круглосуточная подземка производит впечатление, а желтые такси известны всему миру. Но большинство американцев не пользуются общественным транспортом, да и не умеют этого. Более того, жители благоустроенных и богатых районов делают все, чтобы не допустить у себя излишнего развития автобусных маршрутов, особенно если те могут привезти пассажиров из далеко не столь благополучных частей города. Так, например, жители престижнейшего района Вашингтона – Джорджтауна – раз за разом голосуют против того, чтобы в их район протянулась ветка метро. В результате в этот любимый туристами и вашингтонцами район можно либо прийти пешком, благо он находится недалеко от центра города, либо приехать на машине, но тогда надо долго искать парковку и обойдется она недешево.

Бывают и противоположные ситуации. Я жил одно время в Сент-Луисе. Это старинный по местным понятиям город в штате Миссури, известный тем, что в нем соединяются две великие американские реки – Миссисипи и Миссури. Именно отсюда началось знаменитое освоение американского Запада. Символом этого сегодня служит огромная арка, построенная на берегу реки и являющаяся главной туристической достопримечательностью города. Там же расположена пивная империя Anheuser-Busch InBev, производящая немалую часть американского пива. Одной из самых красивых, дорогих и стильных улиц города является улица под названием Петля – по-английски The Loop. Свое название она получила благодаря тому, что по ней проходила одна из главных трамвайных линий города и именно здесь трамваи делали разворот, то есть описывали своеобразную петлю.

В то время это был далеко не самый приятный район города – наркотики, уличная преступность, проституция и другие сомнительные удовольствия были представлены на Петле в полной мере. Но потом в город всерьез пришла компания Ford, купила трамвайную корпорацию, сразу закрыла ее и даже заасфальтировала трамвайные пути. Жители были вынуждены или пересаживаться на автомобили, или искать для проживания более дешевый район и переезжать туда. Так вскоре и произошло. Сегодня эта улица стала маленьким сент-луисским вариантом Бродвея, и дома здесь теперь стоят намного больше. Метро на этой улице не было, нет и вряд ли будет. Иначе говоря, общественный транспорт является разносчиком уличной и малоуловимой преступности. По крайней мере, многие американцы в провинции так считают и всячески сдерживают его развитие.

Назад в родной город

В последние годы в США началась еще одна новая волна миграции – успешных людей в свои родные города. В результате в крупных провинциальных городах сформировались большие группы людей, вернувшихся на «малую родину» в середине своей жизни или карьеры. Типичным примером такого городского устройства является, например, огромный и достаточно современный Сент-Луис. Он относится к городам, где «хорошо растить детей». Там я впервые столкнулся с феноменом такого массового возвращения. Было забавно слышать главный вопрос, который все задавали друг другу при знакомстве, – не о том, кто какой университет закончил или чем зарабатывает на жизнь, а кто в какой школе учился и кто был в одноклассниках. Конечно, москвичи тоже задают друг другу этот вопрос, но большинство из них и высшее образование получили в Москве, и там же как минимум начали свою карьеру, более того, подавляющее большинство прожило в столице России всю жизнь, поэтому вопрос о том, в какой школе учился собеседник, не является определяющим. Но для жителей городов типа Сент-Луиса он фундаментально важен.

Ответ на него сообщает о собеседнике очень многое: социальный статус его семьи и финансовые возможности, круг возможных знакомых его и его родителей, качество школьного образования, возможности и ограничения карьерного роста, часто – национальность и религиозную принадлежность и т. д. После школы люди могли учиться в лучших университетах мира и сделать головокружительные профессиональные и финансовые карьеры, но по возвращении в родной город их все равно будет ждать вопрос о том, в какой школе они учились. И именно по ответу на него здесь будут судить о человеке. Это своеобразная социальная кастовость Америки, которая заменяет родовую или сословную структуру старой Европы, сохраняя некую систему распознавания «своих» и «чужих», и эту особенность здешнего менталитета надо хорошо себе представлять, когда имеешь дело с провинциальной Америкой.

Конечно, США – большая страна. При всей мобильности населения многие традиции и обычаи носят региональный характер, а менталитет людей в разных частях страны различается. Например, чем южнее – тем Америка более консервативна: север страны, особенно северо-восточное побережье, демонстрирует разгул либерализма, а общество юга и Среднего Запада напоминает традиционное. Похожая закономерность наблюдается и при движении с запада на восток и обратно: центральные части страны заметно более консервативны, а оба побережья, особенно северное, – гораздо либеральнее. В некоторых штатах сильно латиноамериканское влияние, в других – европейское и т. д.

Мне много раз доводилось в Америке переезжать с места на место, в том числе в провинции. Переезд в провинции всегда сопровождался быстрым появлением у моих дверей новых соседей – не успевала пройти и пара дней после въезда в дом, как раздавался стук в дверь и на пороге оказывались люди с бутылкой вина или небольшой корзиной с фруктами, куда, впрочем, тоже обычно была вложена бутылка вина и открытка с надписью наподобие «Добро пожаловать в наш район». Пару раз соседи устраивали небольшие импровизированные вечеринки, главная цель которых – посмотреть на новых людей, понять, чего от них ожидать и как они впишутся в существующую на улице атмосферу. С одной стороны, это проявление соседского гостеприимства, с другой – знакомство с новичками, с которыми теперь придется жить рядом и вольно или невольно пересекаться в разных житейских ситуациях, своего рода соседский скрининг.

Глава 7

Нестоличная столица

Вашингтон – политическая столица мира

Все знают про Нью-Йорк, гораздо меньше известно про столицу США. У Вашингтона есть особенности, отличающие его не только от других американских городов, но и других столиц мира. Это единственный город Америки, у которого нет пригородов, но есть другое название – официально он называется округом Колумбия. Юридически города Вашингтона не существует, вернее, он прекратил свое существование в 1871 г., хотя, конечно, в обиходе американская столица называется именно так. В 1871 г. конгресс США объединил город Вашингтон, город Джорджтаун и существовавший тогда округ Вашингтон. Новое образование было названо округом Колумбия. Вопреки расхожему мнению, он так называется не совсем в честь Христофора Колумба, хотя на площади перед железнодорожным вокзалом Вашингтона путешественнику установлен памятник, который, впрочем, упорно игнорируется миллионами туристов, приезжающих посмотреть достопримечательности Вашингтона. Колумбия – поэтическое самоназвание Америки, хотя оно и берет свое начало в имени испанского мореплавателя с добавлением к нему женского окончания.

Вашингтон – не первая столица Америки. В начале существования США их столица постоянно перемещалась из города в город, чаще всего оказываясь в городе Филадельфия, штат Пенсильвания. После этого наиболее разумные американцы, многие из которых к тому времени удивительным образом сосредоточились в конгрессе, решили, что такая юркая столица не соответствут серьезности нового государства, и создали новую, постоянную. Тем более что губернатор Пенсильвании в очередной раз отказался оплачивать работу гвардейцев, обеспечивающих безопасность работы парламентариев, и, по сути, вынудил конгресс покинуть город.

Создавая постоянную столицу, американцы вновь решили отказаться от европейских традиций. Большие северные штаты требовали, чтобы столица была расположена на их территории. Того же требовали южные штаты, опасаясь, что столица, расположенная на севере, будет симпатизировать настроениям северян и не сможет репрезентативно представлять свою страну. Конституция США давала право федеральному правительству создать специальный округ как место для работы собственных органов власти, но не превышающий по размеру квадрат со стороной в десять миль. В результате был найден компромисс – в 1790 г. столица была создана на земле, которую под нее выделили штаты Вирджиния и Мэриленд. Город был назван именем первого президента, а округ, в котором располагались федеральные учреждения, получил название Колумбия.

1812 г. был важным не только в истории России и континентальной Европы. Это был переломный год в истории США и Великобритании. В тот год началась ожесточенная война между ними, продолжавшаяся до 1815 г. Англичане захватили столицу США и сожгли ее. Президент Джеймс Мэдисон был вынужден бежать в Вирджинию. Для среднего американца 1812 г. ассоциируется не с Наполеоном, а с войной с Англией. Поэтому, когда они слышат симфонию Петра Чайковского «1812 год», которая очень популярна в США и даже исполняется в официальные праздники, многие думают, что она посвящена событиям их войны с Англией, а не какой-то там европейской войне. Хотя, конечно, про Наполеона здесь известно очень многое – он является одной из тех исторических фигур, которые традиционно всегда интересовали американцев, тем более что и он боролся с их главным врагом – Великобританией. Кстати, есть некая историческая схожесть двух войн: в обеих столицы одной из сторон были захвачены и сожжены, но в конечном счете именно эти страны одержали победу.

Таким образом, история Вашингтона была далеко не прямолинейной. Более того, несколько позже один из штатов, выделивших землю под создание столицы – Вирджиния, – проголосовал за то, чтобы вернуть себе часть выделенного участка. Это произошло в 1846 г. Земля к югу от реки Потомак, на которой расположен сегодня один из самых красивых, старых и дорогих с точки зрения цены на недвижимость городков США – Александрия, вернулась в Вирджинию. А округ Колумбия потерял форму правильного ромба и приобрел нынешние ломаные очертания. В городе неоднократно менялась структура власти, пока в 1973 г. там впервые не был избран мэр и городской совет. Кстати, первого мэра города Вашингтона звали Вашингтон, но не Джордж, а Уолтер.

После убийства Мартина Лютера Кинга в 1968 г. в столице США произошло настоящее восстание. Было много разрушений, белое население массово покинуло город. Как ни странно, до 1990-х гг. Вашингтон так и не был толком восстановлен. Когда я приехал сюда в конце 1980-х в первый раз, то поразился запущенности города и его архитектурному убожеству. Сейчас ситуация поменялась радикальным образом. Кстати, еще в 1990-е столица также носила позорный титул столицы убийств в США, ибо по числу этих преступлений Вашингтон занимал первое место, ненамного опережая Новый Орлеан. Здесь тоже все изменилось: число насильственных преступлений в Вашингтоне сократилось за эти годы в два раза.

Как ни странно, столица самой мощной страны мира – небольшой по численности населения город. Пик ее пришелся на 1950 г., когда в городе жило свыше 800 тыс. человек, сегодня – чуть больше 600 тыс. Вашингтон является всего лишь двадцать четвертым по размеру городом в США. Это американская традиция – практически в каждом штате столица располагается не в главном его городе, а иногда даже в совсем небольшом и малоизвестном за пределами штата городке. То есть хочешь работать в правительстве – переезжай в провинцию. К слову, Вашингтон намного меньше Москвы не только по численности населения, но и по размеру. Он занимает 159 кв. км суши, в то время как российская столица сегодня располагается на тысяче квадратных километров. У них разная плотность населения на квадратный километр: около 4 тыс. в Вашингтоне и 10,6 тыс. в Москве (плотность населения в Москве чуть меньше, чем в Нью-Йорке, и чуть больше, чем в Чикаго). Вашингтонским властям и в голову не придет добиваться увеличения территории столицы, тем более что никакой штат ни куска своей земли под федеральный округ никогда больше не отдаст.

Бесправные американцы

Жители американской столицы лишены представительства в конгрессе США, и только 23-я поправка к конституции в 1961 г. дала Вашингтону три голоса в коллегии выборщиков при избрании президента страны. Логика простая: люди, работающие в правительстве, конгрессе и других центральных органах страны, не могут путем голосования влиять на их работу, ибо это создает определенную почву для коррупции. Вашингтонцы, естественно, этим очень недовольны, тем более что федеральные налоги они платят в полной мере. В 2000 г. городской совет американской столицы даже принял решение снабдить все номерные знаки городских автомобилей откровенно протестной надписью Taxation without representation (то есть «Мы платим налоги, но лишены представительства»). Сегодня все машины в городе имеют на своих номерах эту надпись, ставшую лозунгом города. Это действительно протест, типа российских синих ведерок на крышах. Такая же надпись есть и на президентских автомобилях.

Еще одна особенность Вашингона заключается в том, что в нем живет крайне мобильное население. В городе расположены учреждения, многие из которых меняют свой кадровый состав на каждых выборах. Люди приезжают в Вашингтон отрабатывать свои избирательные сроки, после чего возвращаются в города и штаты, от которых они были избраны. В столице расположено несколько больших и очень престижных университетов, студенты которых также увеличивают миграцию жителей. Огромное количество молодых людей не только из США, но и практически из всех стран мира стремятся хотя бы на время попасть в Вашингтон, для того чтобы – пусть за небольшие деньги, а то и бесплатно – поработать волонтером в конгрессе США, Белом доме и Верховном суде страны, в разнообразных политических и общественных организациях, расположенных в американский столице, в исследовательских и политических центрах, лоббистских компаниях, юридических и дипломатических конторах. Одним из таких волонтеров была Моника Левински.

Город полон симпатичных девушек с разным цветом кожи и разрезом глаз и амбициозных молодых людей, говорящих на английском с любыми акцентами, какие только можно представить. Их цель – пожить в Вашингтоне, набраться опыта, изучить, как работает американское правительство, конгресс и весь механизм принятия решений в целом, но главное – обрасти знакомствами и связями, максимально подружиться со всеми, набрать тонны визитных карточек и адресов, с тем чтобы потом использовать все это в своей карьере. Молодые люди, поработавшие в Вашингтоне и обладающие связями в этом городе, имеют гораздо большие шансы устроиться на лучшую работу с более высокой зарплатой и перспективами. Даже если в Вашингтоне они всего лишь делали кофе своим начальникам, забирали их рубашки из химчистки и копировали документы.

В столице практически ежедневно проходят десятки мероприятий – от круглых столов и конференций до открытых лекций и приемов, куда приходят ключевые фигуры американской политики, бизнеса и СМИ. Там в весьма демократической обстановке с ними можно не только переброситься словом, но и поговорить более обстоятельно, представиться, познакомиться с их помощниками и ассистентами, тем более что получить доступ на такие мероприятия обычно весьма просто. А можно и попроситься на работу или, на худой конец, взять рекомендацию для учебы и т. д. Вот и ходят молодые люди в американской столице с мероприятия на мероприятие, обрастают связями и знакомствами (есть даже такое специальное слово в современном английском языке – networking) и потом бодро продвигаются по служебной лестнице. Строчка в личной характеристике, где говорится о том, что человек работал в Вашингтоне, дорогого стоит для карьеры или поступления в престижный университет. Друзья в Вашингтоне – хорошая основа для роста и часто его обязательное условие. Это не блат в российском смысле слова, но это важная часть американской деловой жизни.

Все это делает Вашингтон городом с быстро меняющимся населением, где каждые выборы – это волна, уносящая одних и приносящая совсем других людей. Поэтому в столице два самых успешных бизнеса – сдача жилья в аренду и организация переезда, то есть упаковка и перевозка вещей. Столица США – один из немногих городов страны, где арендаторы жилья имеют гораздо больше прав, чем его хозяева, а строительство или переустройство многоквартирных домов идет бешеными темпами. Аренда в хорошем районе Вашингтона стоит недешево и может конкурировать со стоимостью кредита, выплачиваемого за дом где-нибудь за городом. Однако покупка дома подразумевает долгосрочные планы на жизнь в Вашингтоне, которых у подавляющего большинства приезжающих сюда нет. Сенаторы и конгрессмены, судьи и чиновники, студенты и волонтеры возвращаются в свои округа и города, ведь в столицу они приехали только потому, что их сюда привела работа, карьера или учеба. Тем более что никаких государственных квартир, которые даже временно могут выделяться народным избранникам, в США нет по определению. Все эти люди тоже ищут и снимают себе временное жилье. Поэтому вашингтонцы совсем не понимают московских жалоб на то, что, мол, «понаехали тут» или «понаоставались».

Почему Вашингтон не может расти

Американская столица четко делится на четыре части. Одна из них, Северо-Запад, – это место традиционного проживания наиболее благополучного и богатого белого населения города, другие части имеют не самую лучшую репутацию, и стоимость жилья там гораздо ниже. В северо-западной части города находятся практически все посольства, большинство федеральных зданий и учреждений, университеты, включая престижные Джорджтаунский, Американский и имени Джорджа Вашингтона. Здание конгресса США расположено в юго-восточной части города, и еще десятилетие назад гулять ночью вокруг Капитолия было небезопасно. Хотя ситуация в городе быстро меняется, откровенно плохие районы Вашингтона продолжают существовать, и посторонним лучше не появляться там без дела.

В северо-западном районе расположено большинство музеев, включая музеи Смитсоновского института, в том числе замечательные музеи космонавтики и современного искусства. Там же находится Национальная галерея искусств. Музеи Вашингтона бесплатны, билетов туда нет. Ведь американцы и так платят за содержание этих музеев из своих налогов, поэтому нельзя их заставлять второй раз платить за то, чтобы посмотреть на богатства, собранные их же государством. К слову, в Вашингтоне есть и частные музеи, и туда уже нужен билет.

Проектировали американскую столицу французы, в ней много перекрестков в виде кругов, от которых отходят многочисленные улицы. Кто был в старинных городах Европы, знает, о чем речь. Эти круги были сделаны в расчете на проезд карет и других экипажей, запряженных лошадьми. Сегодня вашингтонские круги выглядят диковато, и большинство американцев так и не научилось толком ездить по ним, не сбиваясь. В целом Вашингтон спланирован так же, как Нью-Йорк, то есть с юга на север идут улицы, названные в алфавитном порядке, а с востока на запад – по номерам. При этом в каждой из четырех частей Вашингтона нумерация улиц начинается заново, что частенько путает приезжих туристов.

При обилии государственных учреждений в самом городе почти не бывает пробок в московском понимании. Для президента США улицы перекрываются на минуту-другую, а иногда просто освобождается одна правая полоса дороги. Нейтральной полосы, которая в Москве предназначена для проезда спецтранспорта, нет. Я такой полосы не видел нигде в США. Да и перемещается президент Америки, как правило, на вертолете. Могу засвидетельствовать это, поскольку моя вашингтонская квартира находится в нескольких сотнях метров от Белого дома и за многие годы я видел проезжающий президентский кортеж, должно быть, не более пяти раз. И уж тем более никогда не стоял в пробках, ожидая проезда какого-нибудь чиновника. Впрочем, я никогда не видел в США машин с мигалками, за исключением полицейских, «Скорой помощи», пожарных и спецавтомобилей. Других мигалок тут просто нет.

Город зажат между двумя штатами – Вирджинией и Мэрилендом, расширяться он не может. При этом в Вашингтоне запрещено строить здания выше задния конгресса США, которое стоит на Капитолийском холме. Конгресс олицетворяет власть народа, выше которой не может быть ничего. Поэтому большинство зданий в американской столице не выше девяти этажей, а многие – гораздо ниже. Белый дом поражает своей миниатюрностью и напоминает купеческий особнячок где-нибудь в старых московских переулках. Так что расти вверх Вашингтону тоже не удастся. Его территория ограничена по всем параметрам раз и навсегда. За пределами же города сразу начинаются небоскребы, но они уже расположены в другом штате, там другие власти, другие законы, другие школьные и полицейские округа, другие налоги и т. д. Именно там живет подавляющее большинство сотрудников правительства США и международных организаций, расположенных в Вашингтоне. Каждый день они ездят оттуда на работу. Поэтому не так уж удивительно встретить в метро высокопоставленного чиновника или конгрессмена, которого вчера можно было видеть по телевизору беседующим с Бараком Обамой. Я помню, какое впечатление произвел на гостей из России вид директора Национальной разведки США Джона Негропонте, который стоял в очереди в обычной аптеке на 19-й улице. Рядом с ним в очереди стоял охранник, а на улице ждал автомобиль. Никакого интереса у других посетителей аптеки Негропонте не вызывал.

Площадь Сахарова

В Вашингтоне расположены посольства разных стран, в том числе, конечно, и многочисленные здания посольства России в США. Рядом с Белым домом стоит очень красивый особняк, который принадлежал еще царской России, а потом в течение десятилетий это здание было посольством СССР, пока в 1990-е гг. не было открыто огромное и очень советское по внешнему виду здание из стекла и бетона в другой части города. Одновременно в Москве было открыто замороженное надолго американское посольство, тоже из бетона. В то время в обеих странах ходил один и тот же анекдот: «Что такое микробетон? – Это состав, в который входит 30 % бетона и 70 % микрофонов».

Со старым зданием российского посольства на 16-й улице, где сейчас находится резиденция посла России, связана история, которая довольно ясно характеризует и американцев, и обстановку периода холодной войны.

Когда в 1980 г. советское правительство выслало в наказание за диссидентскую деятельность из Москвы в город Горький академика Андрея Сахарова и его жену, власти Вашингтона приняли решение переименовать один квартал 16-й улицы в площадь Андрея Сахарова. Причем именно тот квартал, где располагалось посольство СССР. Иначе говоря, имя опального в Советском Союзе академика-физика стало официальным почтовым адресом посольства СССР в США. Можно себе представить раздражение Москвы! Кстати, этот отрезок 16-й улицы называется так до сих пор. Желающие могут съездить и проверить сами – это в пяти минутах ходьбы от Белого дома, совсем рядом с моей квартирой.

О «любви» американцев к СССР говорит и другая вашингтонская история. Как известно, всем дипломатическим машинам даются специальные номера, отличающие их от обычных автомобилей. Так же делают и в Вашингтоне, где большое количество машин из разнообразных посольств сразу бросается в глаза. Выдает эти номера Государственный департамент США, который, как известно, является американским эквивалентом российского МИДа. Так вот, советским дипломатам была выделена серия номеров с буквами FC, которые, как знал каждый подросток в Вашингтоне, означали не что иное, как fucking communists. Такая мелкая идеологическая подначка. Не знаю, правда, какими номерами снабжали дипломатов из США в Москве.

Столичные геи

На протяжении последних десятилетий во многих городах постепенно складывались своеобразные районы с повышенным количеством представителей сексуальных меньшинств. Трудно понять Америку без учета этого явления. Места сравнительно компактного проживания геев и лесбиянок формировались отчасти благодаря враждебности к ним со стороны консервативной Америки, поэтому такие районы образовывались в штатах и муниципалитетах, где общественные нравы, законы и обычаи были более либеральными. Сегодня враждебность к геям редка, но пару десятилетий назад она была обычным явлением. Большие районы геев образовались в Калифорнии, Нью-Йорке, Вашингтоне и ряде других мест. После того как часть американцев двинулась из пригородов обратно в города, именно эти районы стали одними из самых желанных мест для покупки недвижимости. Как выяснилось, для многих американцев геи – хорошие соседи.

Наверное, такое признание выглядит странно для российского читателя, однако это правда. В большинстве своем геи в США следят за собой, практически не курят и мало пьют, что уже, согласитесь, немаловажно для соседства (тут, скорее, есть некоторые проблемы с легкими наркотиками). Геи активно посещают спортивные залы, поэтому в заселенных ими районах, как правило, более чем достаточно хороших спортивных клубов и очень мало пузатых дяденек и толстых, заплывших жиром тетенек, которых в избытке можно встретить в пригородах Вашингтона. В «гейских» районах всегда много хороших ресторанов – как правило, французских, японских и итальянских, – а также маленьких кафе и закусочных, которые предлагают клиентам десятки видов салатов и соков, но совсем не держат в меню алкоголя, даже пива. С другой стороны, там заметно меньше точек быстрого питания, так как последние не пользуются популярностью среди данной категории покупателей, а те, что есть, работают в основном в период ланча. Много хороших магазинов одежды и бутиков, что объяснимо и естественно, поскольку обычно представители секс-меньшинств одеваются гораздо более изысканно и интересно, чем традиционное большинство американцев. В результате толпа на улице или посетители ресторана выглядят чище, стильней, если угодно, красивее и приятней. В подобных районах также в изобилии представлены хорошие антикварные магазины и книжные лавки, не входящие в большие книготорговые сети.

Разумеется, у геев тоже бывают домашние конфликты и насилие, но от них как-то не ожидаешь ни драк, ни плевков на улице мимо урн, ни бросания бычков на клумбы и т. д. Многие не хотят солидаризироваться с их образом жизни, но как соседи геи в США дают немало очков вперед некоторым другим социальным группам. Кроме того, американские геи ведут себя неагрессивно, менее демонстративно, чем их собратья в странах «новой демократии». Они не нарушают законов, а их парады проходят по утвержденному маршруту и в указанное время. Существуют отдельные полицейские участки, сотрудники которых прошли специальную подготовку для работы с геями.

Думается, что такое относительное спокойствие и отсутствие драмы в их поведении связано с тем, что многие свои права американские геи и лесбиянки уже получили и чувствуют себя уверенно, как естественная часть широкого и разнообразного гражданского общества США. Может быть, внутри их сообщества страсти накалены, но снаружи этого не видно. В конце концов, борьба за права сексуальных меньшинств всегда была в США частью более широкого и массового движения, что позволило им занять свое место в мейнстриме гражданских движений и организаций. В 2011 г. Калифорния стала первым штатом, где в школах на уроках истории стали включать в программу рассказы о борьбе геев и лесбиянок за свои гражданские права.

Главное, чего геи США стараются добиться сегодня, – это признание штатами их права на заключение полноценного брака. В то же время в Америке существует движение, призывающее к принятию поправки в конституцию, в соответствии с которой слова о браке «между двумя людьми» должны быть заменены словами о браке «между одним мужчиной и одной женщиной», но я не уверен, что оно пользуется достаточной поддержкой. Кроме того, семейное законодательство США носит не федеральный характер, а является прерогативой штатов, у каждого из которых есть своя конституция.

Глава 8

Американцы на работе и дома

Сколько американцы работают?

Американцы работают много. В среднем они работают на 137 часов в год больше, чем японцы, на 260 часов в год больше, чем британцы, и на 499 часов больше, чем французы. Число работающих американцев составляет приблизительно 155 млн человек, и эта цифра, как полагают, вырастет до 192 млн к 2050 г. За последние полвека производительность труда в США выросла на 400 %. Это один из важнейших факторов того, что экономика США до сих пор остается самой мощной в мире, а уровень жизни и доходы американцев вызывают зависть у значительной части населения Земли. Но американцам это все дается нелегко – 86 % мужчин и 67 % женщин в США работают больше сорока часов в неделю. Средняя продолжительность рабочей недели в США – сорок шесть часов, а 38 % американцев работают свыше пятидесяти часов в неделю. Сегодня многие работают до семидесяти часов в неделю, иначе трудно сохранять свою конкурентоспособность. Если в 1960-х гг. только 20 % матерей в стране работали, то сегодня свыше 70 % детей растут в семьях, где работают оба родителя, при том что отпуск по беременности равен всего двенадцати неделям. Сегодня в США работает рекордное число женщин трудоспособного возраста – 62 %.

США – одна из немногих стран мира, в которой нет правового ограничения продолжительности рабочей недели. Напомню, что продолжительность рабочей недели в России законодательно ограничена сорока часами. Если к этому добавить отсутствие в США федерального закона об оплате больничных дней – это регулируется по-разному в разных штатах местным законодательством, – а также то, что средний отпуск в стране составляет всего тринадцать дней, можно представить себе рабочую нагрузку среднего американца. В определенном смысле можно назвать это эксплуатацией.

В каждом штате местными властями установлен минимум заработной платы, а также правила оплаты за дополнительное, внеурочное, ночное и т. п. рабочее время. Огромную роль в вопросах продолжительности рабочей недели и установлении компенсаций за нее играют многочисленные и мощнейшие профсоюзы. В любом случае американцы – много работающая нация. Не стоит верить стереотипам, согласно которым американцы жируют, просто грабя другие народы и экономики. Другой вопрос, что потребление в США также значительно превышает среднемировое. Но, как считают многие экономисты мира, американское потребление как раз и является сегодня самым мощным стимулом развития глобальной экономики. Как только американцы начинают потреблять меньше товаров и услуг, мировая экономика начинает снижать темпы.

Воскресенье – день для бога, семьи и друзей

Как и во всех христианских странах, неделя начинается с воскресенья. Этот день уже не совсем часть уик-энда. Он предназначен не для развлечений, вечеринок, барбекю или пикников, хотя, конечно, запретить их проведение в воскресенье никто не может. Воскресенье – день для бога, семьи и друзей. И для домашних дел. Именно в воскресенье американцы занимаются закупками продуктов, мелким домашним ремонтом, садом, участком, чисткой бассейна и т. д.

Немногие в России знают, что Америка весьма религиозна. Трудно найти страну, где на каждой улице было бы больше соборов, церквей, храмов, мечетей и других мест религиозного назначения. Религия играет большую, хотя и постепенно уменьшающуюся роль в американской культуре и образе жизни. Со стороны это не очень заметно, так как Голливуд не особенно показывает эту часть американской жизни, однако достаточно увидеть в воскресенье утром заполненные народом церкви и католические храмы. В них идут целыми семьями, особенно в провинции. Это одна из самых стабильных американских традиций. Церковные парковки забиты до упора, города пустеют, многие магазины не открываются в воскресенье – особенно в небольших населенных пунктах – до того момента, когда кончаются церковные службы. В больших городах часто можно столкнуться с тем, что до окончания этих служб, то есть примерно до часу дня, в продовольственных магазинах нельзя купить алкоголь. А винные магазины по воскресеньям вообще закрыты.

Церковь для американца – это место общения не только с богом, но и с людьми. Священники и пасторы играют немалую роль в местной жизни, в формировании общественного мнения и т. д. При церквях есть разного рода объединяющие прихожан активные организации и структуры – от спортивных до интеллектуальных и образовательных. Есть воскресные и вечерние школы, кружки для детей и т. д. Часто в нерабочие часы те или иные церкви и храмы сдаются в аренду под другие цели. Например, один из самых популярных в Вашингтоне джазовых клубов функционирует дважды в неделю в помещении церкви – там собираются по вечерам любители джаза. Однажды в помещении церкви мне довелось участвовать в собрании жильцов дома. Обсуждался вопрос о создании профсоюза жильцов этого дома, и церковь легко сдала свое помещение под это собрание.

Конечно, в воскресенье основным мероприятием является сама служба. Она по-разному проходит в различных христианских церквях – от сравнительно скромной и строгой церемонии до яркой, музыкальной, с пением и танцами прихожан под духовную музыку, которая, кстати, весьма популярна в США, особенно в церквях для афроамериканцев. В ней есть свои большие звезды, а продажи такой музыки могут сравниться с тиражами дисков рок– и поп-исполнителей. Самая строгая служба проходит в церквях восточного направления христианства, в том числе Русской православной церкви, которая находится под началом Московской патриархии. Там есть русские и американские священники, иногда попадаются сербские, а богослужение часто идет на нескольких языках, например на английском и старорусском, с вкраплениями сербского.

Типичная американская служба, в том числе в русских церквях, кончается общей трапезой прихожан в церкви. Как правило, для такого рода мероприятий есть специальные помещения, обширные подвалы или пристройки. Одновременно идут занятия в воскресных школах, группах для малышей. Во многих церквях в воскресенье работают школы английского языка для вновь приехавших иммигрантов. Они бесплатные, и занятия там проводят добровольцы. В любом случае после службы американцы не расходятся сразу, а еще долго находятся в церкви и вокруг, общаются семьями, обмениваются новостями. То есть кроме религиозной функции церкви в США еще и играют роль своеобразных клубов.

Те, кто решает не оставаться на ланч в церкви, расходятся по ближайшим ресторанам, и еще долго в городе можно видеть группы нарядно одетых людей и семейные пары, которые еще не добрались до дома после воскресной службы. В большинстве церквей, как известно, женщинам надо надевать головной убор, который в обычной жизни американки, как правило, не носят. Но по воскресеньям можно видеть большое количество женских шляпок. Особенно экзотические экземпляры красуются на головах пожилых афроамериканок. Часам к трем все постепенно расходятся по домам, и город приобретает обычный вид.

Так, в частности, было в церквях, которые посещал я сам. Начинал я туда ходить, когда они еще были частью Русской православной церкви за рубежом, до объединения с Русской православной церковью. Интересно, что это слияние, в котором немалую личную роль сыграл Владимир Путин, подняло в то время его рейтинг и авторитет среди большинства православных в США, оценивших важность слияния двух церквей, разделенных в свое время отношением к коммунизму. Кроме Русской православной церкви в Америке есть также Православная церковь США, которая была создана американцами, исповедующими православие, а также несколько более мелких ответвлений этой церкви. Есть в США, конечно, и очень крупные греческие православные приходы.

Иудеи ходят на службы в синагоги по субботам. Поэтому в субботу утром можно увидеть активное движение вокруг них, заполненные парковки, нарядно одетых людей, которые тоже долго не расходятся по домам после богослужения, – в этот день идет активная социальная жизнь. Суббота и воскресенье – дни, которые многие американские семьи начинают с религии.

Интересно наблюдать Америку в период религиозных праздников. Главным из них, безусловно, является Рождество, которое празднуется 25 декабря. Поскольку это христианский праздник, а в стране живет немало представителей других религиозных направлений, то постепенно, в силу знаменитой американской политкорректности, Рождество, которое располагается близко по времени к другим, не христианским религиозным праздникам, все больше и больше отмечается просто как «праздник». Все чаще можно услышать в эти декабрьские дни поздравления «С праздником!» или даже «С праздниками!», произносимые вместо традиционного приветствия Merry Christmas! Такие же надписи появляются и на рождественских открытках, которые все меньше напоминают собственно рождественские. Однако само Рождество продолжает оставаться главным праздником Америки. Интересно, что в рождественское утро в христианских семьях, как и положено, открывают подарки и едят праздничный ланч. А американские евреи по старой традиции в массовом порядке идут в кинотеатры. Это настоящий еврейский день американского кино. Многие евреи на Рождество традиционно едят китайский фаст-фуд – это единственные заведения, обычно открытые в Сочельник.

Кроме Рождества американцы празднуют День благодарения, День независимости, День Колумба, День труда в первый понедельник сентября. Новый год, как правило, не празднуют, хотя 1 января многие американцы не работают. В разных штатах могут быть свои официальные праздники. Например, в Нью-Йорке многие еврейские праздники – выходные. В Новом Орлеане ярко и шумно каждый год празднуется Марди Гра, являющийся аналогом славянской Масленицы. Замечу, что в Америке нет традиции переноса выходных дней, если они попадают на праздники.

Основной американский семейный праздник, на который члены семьи съезжаются со всей страны, чтобы собраться за одним столом, – День благодарения. Вопреки стереотипному мнению, что американцы едят одни гамбургеры и стейки, на праздники, когда собирается вся семья, сервируется стол, не сильно отличающийся по обилию и разнообразию яств от новогоднего стола в России. На День благодарения основным блюдом является фаршированная индейка. У каждой уважающей себя американской хозяйки есть собственный рецепт ее приготовления. В обязательном порядке к индейке подается клюквенное желе, жирная мясная подливка и сладкий картофель. На десерт по традиции предлагаются домашние пироги с тыквой, яблоками, вишней и грецкими орехами.

Гости часто приносят на праздник приготовленные ими самими блюда. Обычно гости и хозяева распределяют, кто что приготовит и принесет. Эта традиция пошла со времен, когда первопроходцы собирались вокруг котла и каждый должен был принести с собой какой-то ингредиент. Таким образом, все присутствующие вносили свой вклад в приготовление еды. Сегодня это не только семейная традиция – часто так делают сотрудники на работе, устраивая ланчи или празднуя что-либо.

Второй по популярности праздник США – Хэллоуин, День всех святых, истоки которого, как считается, лежат в древних кельтских традициях. Благодаря американизации глобальной культуры этот праздник сегодня широко известен во всем мире. В этот день большинство детей наряжаются в костюмы представителей нечистой силы, а в последнее время в костюмы любых известных кино– и телеперсонажей, исторических личностей и т. п. и обходят район, стучась в двери и требуя конфет со словами Trick or treat («Угощение или розыгрыш»). Если хозяин дома или квартиры не снабдит просящих угощением, то они обязаны подшутить над обидчиком, допустим, обмотав все деревья перед домом или машину туалетной бумагой, хотя в последнее время эта традиция несколько выходит из моды. Многие взрослые, особенно молодые, наряжаются в костюмы и устраивают парады в больших городах, вечеринки дома или набиваются в клубы и бары. Всюду проходят конкурсы костюмов. Наряд можно сделать самому, а можно приобрести в одном из множества магазинов, которые работают всего несколько недель в году в преддверии Хэллоуина и тем не менее умудряются извлекать прибыль. В 1960-е гг. часть американцев впала в массовую панику из-за историй про людей, которые якобы прятали иголки в конфеты и яблоки для детей. В основном эти истории были раздуты СМИ, так как они пользовались популярностью и привлекали аудиторию, хотя на самом деле ни одной серьезной травмы в результате подобных шуток так и не было зафиксировано.

Но вернемся к воскресенью в США. Кроме церкви этот день обычно посвящают семье, друзьям, дому и спорту. Это время семейных трапез и визитов друзей, которые по определению не могут заканчиваться поздно, ибо завтра – рабочий день. Это также время всякого рода семейных мероприятий, например совместных прогулок или посещений музеев и парков, выездов на природу или на побережье, а также время шопинга – от покупки продуктов до машин и техники. В воскресенье устраиваются детские дневные пикники у кого-то дома, американцы ездят навещать своих пап и мам или устраивают с ними долгие телефонные разговоры, которые, впрочем, в последнее время все чаще перемещаются в скайп и другие виртуальные каналы связи. Воскресенье – еще и день работы по дому: ремонт, стирка, глажка, уборка и т. п. в большинстве домов, где нет приходящей прислуги, а владельцы все делают сами.

Американский вечер, как правило, заканчивается семейным ужином. Это еще одна старая американская традиция, привезенная, видимо, из Европы: ужинать надо всей семьей – дети и родители. Во многих домах дети накрывают на стол, родители готовят ужин, потом дети собирают грязную посуду и складывают ее в мойку или посудомоечную машину. Такое вечернее разделение труда существует в очень многих американских семьях.

Американцы едят быстро, много и не смолкают во время еды. Хорошим тоном за столом считается техника «зиг-заг»: чтобы порезать еду в тарелке, нож держат в правой руке, вилку в левой, а чтобы поднести еду ко рту, вилку перекладывают в правую руку и держат зубьями кверху. Совместный ужин, как считается тут, укрепляет семью и благотворно влияет на отношения родителей и детей. Во многих домах ужин сопровождается вином или пивом, по выходным – совместным просмотром фильмов, тем более что в некоторых семьях есть или домашний кинотеатр, позволяющий смотреть фильмы на большом экране, или компьютерный сервис, предоставляющий фильмы через Интернет на домашний телевизор. Я знаю немало людей в США, у которых есть любимые сериалы, смотреть которые собирается вся семья.

В воскресенье значительная часть мужского населения страны смотрит игры чемпионата по американскому футболу и бейсболу. Короче говоря, воскресенье после церкви – день расслабления, мелких дел, подготовки к рабочей неделе, семейных разговоров. В этот вечер американцы ложатся спать пораньше, гостиницы пустуют и сбрасывают цены на свои номера, рестораны и магазины закрываются рано, многие рестораны даже не работают во время ужина. Телеканалы показывают не очень рейтинговые программы и фильмы, никакие премьеры на американском телевидении вечером воскресенья просто невозможны. На улицах не встретишь гуляющие толпы, они быстро пустеют. Вашингтон в воскресенье вечером полностью вымирает, и даже нью-йоркский центр становится малолюден. Нигде нет автомобильных пробок. Страна готовится к новой рабочей неделе.

Рабочая неделя американца

В понедельник утром Америка отправляется на работу и учебу. В связи с тем, что даже хваленые американские дороги уже не выдерживают такого огромного наплыва машин в утренние и вечерние часы пик, местные власти активно применяют разные способы, чтобы снизить нагрузку: от гибкого расписания начала работы в разных учреждених до разного по времени начала занятий в школах. В США обычно начальная школа начинает учиться в половине десятого или девять утра, средняя – в восемь или восемь тридцать, а старшая в семь или полвосьмого, но бывает и наоборот. То же самое делается в отношении университетов и колледжей. Некоторые фирмы, особенно в сфере коммуникации, информации, дизайна и т. д., вообще практикуют надомный труд.

В налоговой декларации в США есть разделы, связанные с тратами на содержание «домашнего офиса», которые в соответствии с законодательством списываются с налогов. Такие «офисы» есть у многих американцев, и их компаниям это обходится гораздо дешевле, чем аренда или приобретение обычных офисов. С налогов списываются расходы на телефон, Интернет, компьютеры для домашнего офиса и т. п. Так же дело обстоит и в отношении машин – многие американцы, особенно адвокаты, врачи или агенты по продажам, предпочитают брать машины в долгосрочную аренду на свою фирму вместо того чтобы пользоваться собственной машиной в рабочих целях. Это еще один способ уменьшить число автомобилей на дорогах в час пик. Все большее распространение получают велосипеды, и появилось немало мест, где их можно взять в прокат. Здесь часто можно увидеть человека в костюме и галстуке, который, подвернув брюки, едет на работу на велосипеде. Или женщину в деловом костюме, но в кроссовках и белых носках, которая едет в офис. Там она, конечно, переобуется, но передвигаться по городу на высоких каблуках она не будет.

Тем не менее утренний и вечерний часы пик в США существуют практически во всех мегаполисах. Например, в Вашингтоне, Нью-Йорке и многих других больших городах узкими местами в такой ситуации становятся мосты и тоннели. В США, однако, существует еще один час пик – «священный час ланча», приблизительно между двенадцатью и двумя часами дня, когда все работники, как по команде, выходят из офисов и направляются в ближайшие рестораны – кто пешком, кто на машине. Улицы города заполняются мужчинами в костюмах и галстуках, девушками-секретаршами на высоких каблуках, которые не увидишь в другое время дня, деловыми женщинами.

Через час-полтора видишь толпу людей с пакетиками и свертками, которые несут свой ланч в офисы, чтобы съесть или доесть его там, положить остатки в холодильники, а вечером забрать домой. Забирать недоеденное в ресторанах и кафе – старая американская традиция, которой придерживаются даже самые высокооплачиваемые категории граждан. Эти пакеты называются «собачьими» – когда-то традиция начиналась с того, что из ресторана брали домой остатки мяса и кости, чтобы побаловать собаку. Редко кто позволяет себе алкоголь во время ланча, максимум – бокал сухого вина. Кстати, многие американские рестораны после ланча закрываются на перерыв приблизительно до пяти часов вечера, когда они уже начинают обслуживать ужин. С двух до пяти часов поесть, как правило, можно только в ресторанах быстрого питания, закусочных и кафе. Конечно, в больших городах есть исключения, но связаны они не с ритмом жизни жителей города, а с наличием туристов.

Вечерний час пик бывает также несколько размыт, поскольку многие работники заканчивают рабочий день в разное время, немало людей остается в деловой части города для встреч, еще часть американцев отправляется после работы в спортклубы, которых несметное множество в каждом городе. Как правило, в офисном здании есть свой спортзал с небольшим количеством тренажеров. Такие же залы есть во многих многоквартирных домах. Пластиковая карточка, открывающая дверь в здание, является также ключом для спортивного зала, расположенного в нем, и подземной парковки.

Америка сравнительно рано ложится спать. В большинстве населенных пунктов, за исключением самых больших городов наподобие Нью-Йорка, Чикаго или Сан-Франциско, большинство ресторанов закрывается в будни в десять часов, а их кухни еще раньше. Конечно, есть исключения, однако после десяти вечера во многих городах нельзя поесть в более или менее фешенебельном ресторане, придется искать кафе, закусочную или пиццерию или заказывать еду в барах. Для непривычных к такому распорядку европейцев и россиян это создает определенные неудобства. В этом случае можно посоветовать воспользоваться службами доставки на дом ужинов из ресторанов, хотя многие из них тоже прекращают свою работу до того, как россияне – по крайней мере, по московской привычке – отправляются спать. Ранний отход ко сну является подтверждением того, что в массе своей американцы продолжают вести сравнительно пуританский, трудовой и здоровый образ жизни. При всем изобилии возможностей, которые вроде бы предоставляет Америка, в том числе ночью, она остается страной пуритан и глубоко верующих людей, особенно на ее юге и западе.

Четверг и пятница – уже уик-энд

Рабочая неделя у большинства американцев состоит из пяти дней, четыре из которых мало чем отличаются друг от друга. Однако в четверг ситуация слегка меняется. В четверг вечером уже начинается уик-энд, который продолжается до середины дня воскресенья с перерывом на рабочие часы в пятницу. В этот вечер рестораны полны, многие американцы, особенно молодые, устраивают вечеринки, а в городах по полной программе работают ночные клубы. Театры и концертные залы собирают полные сборы, цена на билеты туда больше, чем в предыдущие дни. Не отстает и телевидение. Четверг – главный телевизионный вечер в США. Именно в этот вечер идут самые рейтинговые программы, премьеры новых фильмов и сериалов. В ночных шоу в этот день самые крутые гости. Наибольшее количество американцев смотрит телевизор именно в четверг. Потом следует полностью провальный телевизионный вечер пятницы: телевизор не смотрит почти никто, американцы находятся где-то вне дома – в гостях, ресторанах, в театрах и на концертах. Пятница и воскресенье – два самых скучных дня на американском телевидении, четверг – самый крутой.

Как я уже говорил, американская рабочая неделя обычно продолжается пять дней. Но в пятницу деловая часть любого американского города отличается от предыдущих четырех дней. Куда-то исчезают костюмы и галстуки, пиджаки и белые рубашки у мужчин, высокие каблуки и стильные платья у женщин. Им на смену приходят джинсы, свободные рубашки и спортивные пиджаки. У многих на ногах в пятницу появляются кроссовки вместо формальных ботинок или туфель. Все это называется «свободная пятница». Это старая американская традиция, суть которой заключается в том, что в пятницу отменяется формальная офисная одежда и все одеваются на работу, как на пикник. Собственно, с этого все и начиналось. В прежние времена бизнесмены и банкиры, профессора и врачи, в общем, все, кто работает в офисах, в пятницу после работы отправлялись в свои загородные дома, на пикники, вечеринки и т. п., причем не заезжая домой. Отсюда родилась необходимость в пятницу отказаться от строгих требований офисного этикета и начать одеваться по-загородному.

Конечно, давно уже почти никто за город в пятницу после работы не выезжает, однако традиция сохранилась и выдерживается достаточно строго. Если прийти в пятницу на работу формально одетым, то можно только вызвать подозрения, что вы идете, например, на какое-то интервью, то есть ищете себе новое место. Однако замечу, что молодые, недавно принятые на работу сотрудники, как правило, и в пятницу одеваются формально, а в остальные дни зачастую более чем формально, просто с иголочки, сверх всякого предела. И это тоже правильно. В США есть популярная поговорка: одеваться надо не так, как требует твоя работа, а так, как требует работа, которую ты хочешь получить. Как ни странно, она в общем-то соответствует действительности и помогает в карьерном росте, причем не только в США.

Четверг, пятница и суббота – время ужинов в ресторанах. Конечно, огромное число американцев ест в ресторанах и в другие дни недели, но эти три дня – самое занятое время, зачастую столики приходится заказывать заранее. Ресторанов в США огромное количество, на любой вкус и кошелек. Это очень популярный, но тяжелый бизнес. Многие рестораны не живут дольше двух-трех лет, и на их месте открываются новые. В США огромное количество ресторанов этнической кухни – от китайской, эфиопской и тайской до французской (которая считается самой изысканной), иранской и немецкой. Естественное первенство держат мексиканские и вообще латиноамериканские рестораны. Их особенностью в США является сильная американизация, и это естественно, ибо основными клиентами являются все-таки американцы. В некоторых экзотических ресторанах содержат два меню – для своих и для американцев. Многие рестораны предлагают кошерную кухню наряду с обычной, а также готовят блюда «под праздники».

Почему американцы такие шумные

Американцы – крайне шумная нация. Говорят они очень громко и как бы подразумевают, что их никто не слушает из тех, кого это не касается. Например, в музеях не принято говорить вполголоса – сами экскурсоводы часто практически орут, в восторге рассказывая туристам об экспонатах, а также об истории музея и о том, как эти экспонаты в нем оказались, что бывает для многих американцев еще важнее. Удивительно, но типичный американец почти везде чувствует себя как дома. В его понимании окружающие не вслушиваются в чужие разговоры, поскольку они их не касаются.

Как объяснял мне один профессор истории, «шумная» традиция родилась по двум причинам. Одна из них – американский дом со множеством комнат, а также большие пространства между домами, но главное – американцам никогда особенно не приходилось скрывать своих разговоров от посторонних или опасаться, что соседи донесут властям. Американцы, говорил он мне, поколениями живут в своей стране свободно и спокойно, они никогда не опасались власти, ибо в США нет и никогда не было политической полиции, политической цензуры и т. п. Короткий период маккартизма затронул крайне ограниченное число людей, всего несколько тысяч, и никак не повлиял на менталитет нации. Иными словами, в своей стране американцы никого и ничего не боятся – или по крайней мере не боялись до 11 сентября 2001 г. К этому можно добавить, что и манеры публичного поведения многих американцев, особенно из провинции, тоже оставляют желать много лучшего. Европейских традиций этикета иммигранты привезли сюда явно недостаточно.

То, что американцам никогда не приходилось скрываться от государства и соседей, выразилось и в другом феномене. Придя домой после работы, американцы, как правило, не задергивают занавески и шторы на своих окнах, как это делают россияне. Любой случайный прохожий в США может легко разглядеть внутренности дома, увидеть, чем занимаются в данный момент его хозяева, как украшен дом изнутри и т. д. Справедливости ради надо сказать, что в большинстве американских домов спальни расположены на втором этаже, поэтому заглянуть в них с улицы не так-то легко. Но гостиная, кухня, столовая по вечерам легко просматриваются со стороны. Легкомысленные американцы предполагают, что никто к ним в окна заглядывать не будет, поэтому их незачем закрывать. Только в последние годы они стали задумываться над тем, как это влияет на их безопасность, однако до сих пор в большинстве районов страны по вечерам ярко сияют незашторенные окна. Если учесть, что в немалой части американского жилья, особенно в городских квартирах, нет верхнего света, который обычен для России, а освещаются они разного рода лампами и торшерами, можно представить себе разнообразие световой гаммы, которую видишь, проезжая по какой-нибудь улице.

На уроках по бизнесу в США учат: «Если русские не улыбаются, это не значит, что они чем-то недовольны, не пугайтесь и не обижайтесь». В Америке очень важно улыбаться, задавать личные вопросы и делиться информацией о семье, даже если вы видите собеседника в первый раз. Вопросами «Чем вы занимаетесь?», «Где вы родились?», «Есть ли у вас дети и сколько?» незнакомые американцы могут начать обмениваться через пару минут после того, как оказались рядом, например, в самолете. Во время приветствия американцы часто говорят не просто «Hello» и «Hi», а интересуются, как у вас дела: «How are you?», «How is it going?», «What’s up?» Причем это не значит, что им безумно интересно. Обычно они ожидают либо ответа «Fine», либо такого же вопроса. Единственный неприемлемый ответ: «Я ничего не делаю. Я богатый». Он вызывает моментальное отторжение с нескрываемой примесью презрения, так как даже богатый должен выполнять хоть какую-то работу.

Своими руками

Все, что делается руками, в США стоит дорого и ценится высоко. Водопроводчики и электрики, механики и слесари оценивают свой труд по весьма высоким стандартам. Как правило, они входят в профсоюзы, которые, с одной стороны, защищают их интересы и покупают для них лицензии у местных органов власти, а с другой, вынуждают держать цены высокими. А обратиться за помощью к нелицензированному мастеру в США означает риск, что все будет сделано не в соответствии с местными строительными правилами и дом, например, будет труднее продать. Мастера без лицензии не дают гарантий своей работы. Поэтому многие американцы мелкий ремонт пытаются делать сами. Часто они хотят доказать представительницам прекрасного пола, что они тоже мужчины и руки у них растут из правильного места.

Есть немало американцев, которые способны своими руками сделать все. Есть фермеры и жители маленьких городков, которые никогда не обращаются к мастерам. Есть немало умельцев и любителей мелких домашних ремонтов и усовершенствований. Однако если говорить об основной массе современных американских мужчин, которые считают себя средним классом, то многие из них имеют смутное представление о том, как что-то сделать по дому, хотя это не удерживает их от постоянных попыток. По телевидению в неимоверных количествах идут бесконечные передачи, которые должны научить зрителя делать ремонты, менять крыши, устанавливать новые стены или, на худой конец, поменять розетку в комнате. Слов нет, эти программы сделаны умело и смотреть их совсем не скучно даже тем, кто никогда не брал в руки молоток или отвертку. По сути, это маленькие драматические спектакли, где по ходу дела что-то ремонтируется или строится. Но они создают у зрителя впечатление его готовности к работе руками по дому.

Когда американец чувствует себя достаточно созревшим для какого-либо вида хозяйственных работ, первое, что, по моим наблюдениям, он делает – едет в книжный магазин и покупает соответствующую книгу-пособие. Таких книг в США выпускается великое множество. Многие из них по оформлению не уступают альбомам Лувра и Национальной картинной галереи. Они просты, ярки, иллюстративны. Напоминают книги для кофейного столика. В последнее время все это постепенно сдвигается в Интернет, однако яркие, большие и красочные книги-руководства по домашним ремонтам продолжают оставаться популярными. Если после ознакомления с несколькими печатными пособиями и сайтами у американца не пропало еще желание самому что-то поделать дома, наступает период покупки видео. Они закупаются или загружаются из Интернета. В результате в доме скапливается огромное количество книг и видео, а в компьютере – множество закладок на ремонтные темы. Их количество соответствует числу раз, когда у хозяина дома возникало желание что-то сделать самостоятельно.

Каждый американец, особенно далекий от слесарно-столярных работ, считает своим долгом иметь в доме полный набор высококачественных инструментов на все случаи жизни. Гараж как минимум наполовину используется под мастерскую, которая, если честно, скорее играет роль склада невероятного количества действительно хорошего профессионального инструмента. Он развешан по стенам, сложен на верстаках, которые зачем-то стоят в гаражах у многих американцев, в ящиках для инструментов и т. п. В результате огромное количество домохозяев паркуют свои машины перед гаражом, так как сам гараж занят инструментами, верстаками и велосипедами. В гараже на две машины всегда помещается только одна, в гараже на три машины – две. Одна машина всегда сиротливо стоит на подъезде.

Как только американец решает, что ему пора начать новый строительный эксперимент, он в обязательном порядке едет в магазин стройматериалов и покупает еще один набор инструментов, который вскоре окажется в гараже, как и все его многочисленные предшественники. Стоит ли говорить, что индустрия производства инструментов в США процветает? Они рекламируются на ТВ в самое рейтинговое время, а американцы любят глубокомысленно рассуждать о преимуществах тех или иных производителей отверток или дрелей. Идет огромное количество шоу – как профессиональных, так и драматических, которые посвящены обсуждению инструментов и тому, как их правильно использовать, хранить или обслуживать. На руках у американцев находится немало серьезных тяжелых инструментов и механизмов – от мини-тракторов и травокосилок размером с «Жигули» до огромных циркулярных пил и мини-бульдозеров. Они действительно любят все большое и мощное – не только автомобили и дома. Инструменты они покупают с запасом мощности раз в десять больше, чем требует их проект и чем вообще есть смысл иметь в домашнем арсенале.

В большинстве случаев все эти усилия кончаются звонком в ту или иную фирму с просьбой прислать профессионала, который и отремонтирует то, к чему так долго готовился американец. Но похоже, американские мужчины верят, что в вопросах мелкого домашнего ремонта усилия и намерения засчитываются не меньше, чем сам результат. И тратят на эти усилия немало времени, денег и энергии, поддерживая, впрочем, американскую промышленность – от печатной до инструментальной. При каждой новой попытке сделать что-то своими руками цикл обычно начинается сначала, то есть с поездки в книжный магазин, и предсказуемо кончается звонком в ремонтную компанию.

Американец в ресторане

Америке удалось решить три проблемы: еда, жилье и одежда стоят дешево. Американские рестораны, даже самые дорогие, не идут ни в какое сравнение с московскими заведениями, где цены на некоторые блюда начинаются с сотни долларов. Представить себе такое в Америке невозможно. Рестораны в США дешевы, и ходить в них – не есть проявление особого достатка или гламурного образа жизни. Еще одна их отличительная особенность – огромные порции. Вряд ли где-нибудь еще в мире можно встретить столько еды на одной тарелке. Немудрено, что американцы – одна из самых толстых наций на планете, а диеты, таблетки для сбрасывания веса и разные режимы похудения являются тут огромным и, видимо, вечным бизнесом. Едят в Америке много, а то, что не съедают в ресторане, забирают домой. При этом США – чемпион мира по выбрасыванию продуктов питания. Ежедневно здесь выбрасывается 40 % приготовленных продуктов, стоимость которых в год достигает 100 млрд долларов. Главная причина – строгие правила хранения и небольшие сроки годности продуктов.

В американских ресторанах трудно увидеть сервис, к которому привыкли посетители хороших ресторанов в Москве или Париже. Тут все проще. Официантами, как правило, не работают, а подрабатывают. В США это не профессия, а временное занятие. Ничуть не смущаясь, официантами и их помощниками работают дети из очень богатых семей, отпрыски президентов и сенаторов, артистов и успешных бизнесменов. Самый странный «ресторанный» случай произошел со мной, когда мы однажды остановились где-то на Среднем Западе поужинать в одном из заведений известной американской ресторанной сети «сельской кухни». После ужина мы стали ждать нашу официантку, чтобы получить счет. Прошло пять минут, десять – ее не было. Наконец у нас кончилось терпение, и мы обратились к другой официантке с просьбой позвать нашу. Она ответила: «Ваша официантка неожиданно поругалась с менеджером, бросила фартук и минут двадцать назад уволилась с работы». То есть наш столик оказался бесхозным! За ужин мы, конечно, заплатили, но я еще никогда не слышал, чтобы официанты увольнялись во время рабочего дня. Видать, они действительно поругались всерьез.

В Америке в ресторане не принято садиться самому. Практически в любом заведении (кроме фаст-фудов) надо дождаться официанта или администратора, чтобы он провел посетителей к столику. Иностранец, усевшийся за столик сам, приводит официантов в смятение. Как известно, американцы намного меньше, чем жители других стран, обращают внимание на свой внешний вид. При посещении ресторана или клуба правила намного мягче европейских. В хороший ресторан можно без проблем прийти в джинсах и балахоне, в музеях и даже в театре люди одеты просто, не редкость и посетители в шортах и сандалиях. У американцев нет долгой истории этикета и хороших манер, как, например, в Европе. Однако совершенно неприемлемо прийти на работу в чем-то несвежем или ходить второй день подряд в той же одежде – это вызовет подозрения, что вы ночевали не дома. Одежда и белье носятся максимум один день, после чего все идет в стирку.

В отличие от европейской традиции в США едят быстро. Блюда приносят и уносят тоже быстро, к этому надо привыкнуть. Деловая встреча в ресторане – традиция Америки, поэтому часто сюда приходят не за едой, а поговорить о делах. Очень популярна в США такая ненавидимая мною вещь, как деловой завтрак, когда часов в семь утра идешь в ресторан или кафе говорить о делах. Деловой ланч – другое дело, их в США каждый день проходят миллионы. В ресторанах отсутствует музыка, а расстояние между столиками по сравнению с Европой довольно большое.

Вечная проблема – как в ресторане давать на чай. Традиционно считается, что надо давать 15 % от стоимости обеда или ужина. Однако те времена давно прошли. Сегодня на чай оставляют от 20 до 35 % от счета – это не так страшно, если вспомнить, что цены отличаются от московских. Оставлять меньше 15 % – оскорбление. Некоторые наиболее дотошные американцы из стоимости счета вычитают налоги (естественно, ибо они идут государству и не стоит оставлять ему на чай) и дают на чай, исходя из оставшейся суммы. Другие дают поменьше, если значительную часть счета составляют напитки: они обычно дороже еды, но требуют гораздо меньше хлопот от официантов. Одна из старых традиций США – за ужин платят все и передают официанту свои кредитные карточки с просьбой разделить сумму поровну. Часто, если мужчина и женщина ужинают вместе, счет они оплачивают также поровну. Почему-то это называется «расплатиться по-голландски». Женщины не должны автоматически ожидать, что за них заплатят кавалеры.

Железный закон Америки – ко всему подается стакан холодной воды. В дополнение вы получаете хлеб и всякие коржики, разные виды масла – от сливочного до оливкового или чесночного, любые подливы к салатам, мясу или рыбе, лимон, разные виды перца и т. д. И бесконечную холодную воду со льдом. Впрочем, можно заказать и бутылку минеральной воды. Под «минеральной водой» в Америке понимается вода с газом, а не разные «Ессентуки», «Боржоми» или «Нарзаны». Как я уже говорил, настоящие минеральные воды здесь продаются исключительно в аптеках, причем многие из них только по рецепту врача, а сама идея «лечения водами» настолько дика для простого американца, что лучше даже и не пытаться ему это объяснить.

Еще одна традиция местных ресторанов – это наличие перед входом людей, которые запаркуют вашу машину. Оставив им ключи и машину, вы идете в зал, а после ужина ваш автомобиль пригонят к выходу. Для россиянина главный недостаток ресторанов в США, что они, как правило, закрываются не позже одиннадцати вечера. Те, кому утром надо на работу, отправляются спать, остальные перемещаются в ночные клубы и бары, которые открыты гораздо дольше, правда, поесть толком там уже нельзя. Еще есть немало закусочных, открытых двадцать четыре часа, и, конечно, рестораны в гостиницах.

При всем обилии заведений этнической кухни в США бросается в глаза почти полное отсутствие русских ресторанов. Они есть только в местах плотного расселения иммигрантов из бывшего СССР, например, на Брайтон-Бич в Нью-Йорке. В самом Нью-Йорке работает несколько русских ресторанов, включая «Русский самовар», где есть пельмени и борщ, блины и котлета по-киевски. Но знаменитая русская «Чайная комната» приказала долго жить. Вообще наличие всего нескольких русских ресторанов в огромном Нью-Йорке, при том, что общее количество ресторанов в городе составляет почти 30 тыс., из которых около тысячи – китайские, не может не удивлять. Ситуация отчасти напоминает американскую кухню, которая тоже в основном является комбинацией блюд, заимствованных у других народов. Конечно, есть и чисто американские блюда, такие как куриные крылышки «Буффало», соус барбекю, арахисовое масло, кукуруза, всяческие яблочные и ягодные пироги, а также бургеры во всевозможных вариантах. Но на целую кухню, похоже, тоже не хватает.

Есть разница и в конкретных блюдах. Так, американцы, например, совершенно не едят языки, считая, что это отвратительно. Аргумент, что они любят стейки из задницы того же животного, не производит впечатления. Многие не едят икру, называя ее «рыбьими яйцами». Мало кто решится попробовать воблу, конину или непастеризованные молочные продукты. Зато здесь популярны блюда из картофельных очистков, залитых расплавленным сыром, или сэндвич с вареньем и пастой из арахиса, которая намазывается на хлеб. Американцы изобрели свои варианты пиццы, которые стали более популярными в мире, чем классические итальянские. Роллы «Калифорния» и «Филадельфия», придуманные несколько десятилетий назад в США, тоже ест весь мир. В продуктовых магазинах Америки гарантированно можно купить любой продукт, который употребляется в той или иной этнической кухне. Про сами продуктовые магазины я писать не буду – о них достаточно написано еще в перестроечные годы, когда все приезжающие из СССР ходили в них на экскурсии.

Что выпить за ужином?

Российский напиток – водка, американский – виски, хотя в последнее десятилетие США продвинулись в производстве вина. Винодельни разбросаны по всей Америке, и немало американцев проводят свои выходные или отпуска, путешествуя от одной к другой и дегустируя вина. Вино и пиво – два самых популярных здесь напитка, поэтому будьте осторожны, предлагая своим друзьям водку. Во-первых, не факт, что вам ее подадут холодной, так как в барах США водку не держат в холодильнике, а пьют со льдом, а во-вторых, у большинства американцев нет опыта употребления крепких спиртных напитков. Когда они говорят: «Я могу выпить много», будьте уверены, что почти всегда речь идет о нескольких банках пива или бутылке сухого вина.

Я однажды уговорил своего приятеля выпить бутылку водки на двоих. У нас были идеальные условия: летним вечером мы сидели в беседке возле его дома, с обильной закуской… Бутылку мы выпили, но трезвым своего сорокалетнего друга я увидел только дня через четыре. До этого любой стакан воды, выпитой по причине неизбежного сушняка во рту, в течение минуты превращал его снова в пьяного. А ведь до этого он мне тоже говорил, что может выпить много… Так что не удивляйтесь, если увидите в магазине водку «Столичная», или, как ее здесь называют, «Столи», крепостью, скажем, двадцать пять или тридцать градусов. Она не разбавлена – ее сразу делают такой для «хорошо пьющих» американцев. У меня сложилось впечатление, что с нами могут сравниться только американцы с шотландскими или ирландскими корнями, а также некоторые молодые женщины – результат эмансипации.

По статистике, американцы пьют в среднем по 169 литров освежающих напитков, 79 литров пива, 77 литров молока, 8,7 литра вина и 5,6 литра крепких напитков в год. Меньше всех повезло штату Алабама: в двух третях графств этого штата запрещены производство, продажа и распространение алкогольных напитков. США находятся на двадцать втором месте в мире по употреблению алкоголя на душу населения. Очень популярны смешанные напитки – от коктейлей типа «Маргарита» и «Мимоза» до виски с колой или более сложных коктейлей типа Irish Car Bomb (пиво Guinness, сливочный ликер и ирландский виски), который из политкорректности не подают во многих барах. В Ирландии, кстати, этого напитка вообще не знают. Довольно популярен Black Russian – водка и кофейный ликер Kahlua. Иногда при добавлении кока-колы коктейль получает название Dirty Black Russian. Есть и White Russian – водка, кофейный ликер, сливки. Название Russian в этих коктейлях возникло из-за водки, которую в них добавляют.

Мне кажется, что разница в выборе алкогольных напитков напрямую пересекается с разницей в национальных характерах и уровне эмоциональности. Американцы часто говорят, что русские проявляют слишком много эмоций. Если они что-то празднуют, то делают это так, что никому из соседей мало не покажется, праздник всегда большой, шумный и крайне неформализованный. Если русские грустят – то и горе у них беспросветное, и печаль выглядит всемирной. Русские, по мнению американцев, нация крайностей.

Американцы гораздо сдержаннее в проявлении эмоций. Тут нельзя неожиданно приехать к другу в середине ночи с бутылкой водки, чтобы обсудить свои проблемы и найти поддержку. Русские решают проблемы, когда те достигают критической точки, – это национальный стиль. Американцы стараются до критической точки ничего не доводить. Они очень много помогают друг другу и незнакомым людям, но далеко не так эмоционально и колоритно, как это делают в России. Кстати, если к этому добавить совсем иное понимание американками своей роли и значения в семье и обществе, становятся понятны немалые психологические проблемы, которые присутствуют в большинстве российско-американских семей, особенно когда муж из России, а жена из Америки. Чем более американизирована жена, тем труднее традиционному российскому мужу наладить с ней взаимопонимание. Очень большое количество таких семей обречено на развод.

«Королем» Америки, безусловно, является пиво. Его пьют все, и пьют много, хотя вы с трудом заставите американца выпить пива с воблой или сушеной рыбой – он решит, что вы хотите его отравить. Пиво здесь всегда сильно охлажденное. Вообще почти все напитки в США должны быть обязательно ледяной температуры. Например, за вопросом, можно ли заказать чай, как правило, последует уточнение – холодный чай или горячий? Пиво пьют с чипсами, острыми куриными крылышками или солеными орешками, но чаще всего без закуски. Живописные рассказы про «ерша», то есть пиво с водкой, воспринимаются как русские легенды наподобие гуляющих по улицам медведей и большого доверия не вызывают. Я не раз убеждался, что даже демонстрация на себе не убеждает скептически настроенных янки.

Пьяных в российском понимании этого слова на улицах американских городов встретить очень трудно. Чаще всего это студенты, возвращающиеся с вечеринки или потерявшие свое общежитие в кампусе университета. Их даже полиция старается не трогать, исходя из того, что главное наказание для них наступит, как в песне Высоцкого, утром, когда «жизнь сама осудит». Единственное, что тщательно и моментально пресекается, – это вождение автомобиля в нетрезвом виде. Конечно, некоторым отсутствие алкоголя вполне компенсируют наркотики, употребление которых зачастую нелегко определить по внешнему виду или поведению.

Американец смотрит телевизор

Телевизор – самая замечательная и самая ужасная вещь в американском доме, тем более что во многих домах он включается рано утром и выключается поздно вечером, особенно когда стоит на кухне. Вся жизнь проходит под его звуки. В США все каналы сугубо частные, за исключением одного, так называемого общественного телевидения, которое существует на добровольные взносы зрителей и гранты от различных культурных фондов. Сколько всего каналов – вопрос бессмысленный. Их столько, сколько вы готовы оплатить. Счет идет на тысячи, а при наличии спутниковых тарелок и при покупке дополнительных наборов их число может стать просто невообразимым. Но дело не в количестве каналов – это вчерашний день американского телевидения.

Телевидение – это бизнес, а не пропаганда или воспитание, не укрепление патриотизма и не взращивание толерантности. Главное – прибыль, которая идет от рекламы. Стоимость рекламы напрямую зависит от числа зрителей, от рейтингов программ. Это главная забота местных телевизионных менеджеров, тем более что американский рынок находится в привилегированном положении. Он достаточно замкнут, а два океана вокруг Америки представляют собой естественный барьер для свободного проникновения телевидения других стран на ее территорию. Это отчасти облегчает работу телегигантов США, снижая конкуренцию, но в то же время и осложняет – ведь им надо создавать контент для тысяч разнообразных каналов, которые, как правило, функционируют круглосуточно семь дней в неделю. Телевизионный рынок в Америке очень конкурентный, поэтому каналам приходится постоянно идти на всяческие ухищрения, придумывать что-то новое, чтобы удержать своего зрителя. Единого зрительского рынка в США не существует уже много десятилетий. Он сегментирован до предела, что нашло свое выражение в специализации подавляющего большинства каналов.

Придумайте канал – и увидите, что он уже есть на американском ТВ. На американском телевидении много настоящих, глубоких передач и дискуссий – от политики до смысла жизни, от истории до природы и далеких звезд, – но наибольшее число зрителей собирают разного рода реалити-шоу, которые якобы изображают жизнь как она есть. Американцы, которые в глубине души до сих пор, как и более века назад, чувствуют себя бунтарями, революционерами, несогласными, имеющими власть над своим государством, условностями и правилами, хозяевами закона и порядка, именно через такие передачи сегодня переживают – пусть и в карикатурном виде – те же эмоции, как и их не столь далекие предки, рассчитывающие не на звонок по телефону 911, а лишь на свой винчестер. В условиях, когда реальная жизнь на протяжении многих десятилетий не давала американцам поводов для серьезных стрессов, борьбы за выживание и даже регулярных выбросов адреналина в кровь, телевидение стало играть роль адреналинового стимулятора. Глядя в экран, американцы сопереживают героям «реальных» событий и ощущают чужие страсти. Реалити-шоу о знаменитых преступниках позволяет какому-нибудь скромному клерку, сидящему вечером на диване в своем двухэтажном доме с банкой пива в руках, как бы приобщиться к духу и истории своей страны, созданной свободными людьми, которые сами себе писали законы и правила. Это тоже часть американского патриотизма, хотя вряд ли создатели таких шоу именно это имели в виду.

На телевидении США существует целый набор каналов, показывающих только комедийные шоу и сериалы. Немало среди них политических, наподобие либеральных шоу Colbert Report и Daily Show with John Stewart, жестко и едко высмеивающих политические события и новости. Другая популярная форма комедий – скетч-шоу, череда комических зарисовок, в каждой из которых группа актеров изображает разных персонажей. Самое популярное из всех – Saturday Night Live, существующее с 1975 г. и идущее в прямом эфире каждую субботу. Каждая программа начинается с монолога ведущего, на роль которого приглашаются разные знаменитости. Это старая традиция Америки, берущая свое начало в барах и университетах, – традиция выступлений сатириков, или, как их тут называют, stand-up comedians. Чаще всего выступление состоит из монолога комика, который непосредственно общается с залом, может вступать с ним в разговор и должен уметь остроумно «срезать» зрителя, если тот пытается его освистать. Почти во всех случаях комики сами пишут свои шутки и тексты, выступают в роли своих же продюсеров и пиарщиков, и вообще действуют в одиночку. Единицы из сильно раскрутившихся комиков делают собственные юмористические шоу на телевидении, с целой командой других актеров и сценаристов. Наконец, есть просто комедийные сериалы, которые российские телеканалы потом показывают в оригинальном виде, как «Друзья», или в русифицированном, как «Счастливы вместе» или «Воронины».

Важнейшая задача телевизионных продюсеров – удержать свою аудиторию. Как в свое время основатели сети магазинов Wal-Mart добились, чтобы покупатель в любом их магазине знал, на какой полке и в каком ряду лежит нужный ему товар, так и телевизионные каналы в США пришли к выводу, что их зритель всегда должен знать, что, когда и где он найдет в своем телевизоре. Практически все телевизионные программы – фильмы и спортивные репортажи, новости и ток-шоу, мультфильмы и церемония вручения «Оскара» – делятся на сегменты, равные тридцати минутам. Редко какая программа не начинается и не заканчивается в определенный час или половину часа. Это удобно для пользователей и легко запоминается. Многие старые телепередачи и фильмы американцам пришлось в 1970-е гг. искусственно подрезать или, наоборот, растягивать, чтобы они укладывались в один или несколько тридцатиминутных сегментов. Почти все программы идут в одно и то же время в определенные дни в течение всего телевизионного сезона, который начинается ранней осенью и заканчивается поздней весной. Это тоже немаловажное удобство. Популярные программы, особенно вечерние ток-шоу, спортивные репортажи и комедии положений (situation comedy, или ситкомы) идут годами в одно и то же время, вырабатывая у зрителей условный рефлекс, почти как у павловских собак.

В США нет общенационального телевидения, за исключением нескольких спортивных и новостных каналов, которые передают мировые и национальные новости двадцать четыре часа в сутки, изредка прерывая их местными новостями в каждом штате. Подавляющее большинство телевизионных каналов – местные, хотя делаются они общенациональными медийными компаниями. Местные менеджеры составляют сетку передач из всего того, что предлагают им их корпорации, исходя из интересов аудитории, ее демографических и социальных характеристик и часовых поясов, в которых расположены их станции. Поэтому канал, скажем, ABC, MSNBC или CBS в разных штатах будет иметь различную сетку программ, построенную под интересы конкретной категории зрителей. Но самое удобное даже не это, а то, что телевидение все больше напоминает компьютер с большим видеоархивом, которым пользователь может управлять сам. Всевозможные функции «по требованию потребителя» дают возможность в любой удобный момент вытащить из кабельной памяти тысячи и тысячи фильмов и программ, концертов и спортивных репортажей, тонны музыки и детских передач. Американский телевизор давно уже оброс всякого рода приспособлениями. Одно время я был просто в восторге от того, как телевизор изучал вкусы и пристрастия зрителя и создавал индивидуальные программы. Это удобно, пока не начинаешь понимать, что ты становишься объектом манипуляции со стороны очередного гаджета.

Нет недостатка и в русскоязычных программах, поэтому русские иммигранты без помех погружаются в русскоязычное телевидение, радио и Интернет. Если к тому же в семье все говорят по-русски, а местом проживания избран русскоязычный район со школой, где преподают на русском, то процесс языковой ассимиляции новых иммигрантов замедляется, а то и полностью останавливается. Можно жить в Америке лишь географически, игнорируя социальную, культурную и политическую среду этой страны. Для того чтобы быстро начать говорить по-английски, есть один радикальный способ: найти себе девушку или парня, которые по-русски не говорят совсем.

Американец платит налоги

Каждый год 15 апреля почтовые отделения США работают до полуночи. Это единственный день, когда там можно увидеть длинные очереди, а почтовые работники просто выставляют перед своими зданиями контейнеры, куда бросают конверты водители автомобилей, проезжающих мимо один за другим. Это день, когда американцы подают налоговые декларации. По закону надо, чтобы на конверте стояла дата отправления не позднее 15 апреля. Конечно, никто не заставляет людей ждать до последнего, налоги можно платить сразу после получения соответствующей информации из своих банков и инвестиционных компаний, что происходит в начале января. Однако такова, видимо, природа человека – затянуть до предела.

Почта США считается надежным и быстрым средством доставки корреспонденции. Вид почтальона, катящего от своей машины к подъезду дома тележку с почтой, может вызвать зависть у многих: почтальон, как и любая государственная служба в США, – хорошая работа с завидным социальным пакетом, поэтому недостатка в желающих развозить почту нет. Из почтальонов уволить нельзя. Трижды или четырежды в день по городам проезжают почтовые фургончики с правосторонним рулем – чтобы водителю было удобно разносить или класть в ящики почту, не выходя из машины. Для отправляемой корреспонденции в городах есть уличные почтовые ящики. Домовладельцы оставляют письма для отправки в ящике на своем участке, откуда их извлекает почтальон. Огромное количество американцев до сих пор получают все счета по почте и расплачиваются за них, отправляя в конверте свой персональный чек с написанной там необходимой суммой. Надо сказать, что американская почта всегда перегружена корреспонденцией, но середина апреля бьет все рекорды. Впрочем, сейчас все больше людей отправляют налоговые декларации через Интернет.

Как везде, в Америке наибольшие трудности случаются, когда хорошо налаженная система дает сбой. Один «почтовый» сбой был и у меня. Здесь можно попросить почтальонов не доставлять тебе корреспонденцию, пока ты в отъезде, а собирать ее, хранить до твоего возвращения и потом привезти сразу всю. Это удобнее, к тому же забитый почтовый ящик означает, что хозяева в отъезде и дом пустой, что не очень хорошо с точки зрения безопасности дома. Обычно система срабатывает отлично. Но как-то раз почта не привезла корреспонденцию, которую она по моей просьбе хранила у себя в течение месяца моего отсутствия. За месяц должно было скопиться немало писем и газет, но все оказались потерянными, найти их так и не удалось. Более того, не удалось выяснить, что случилось с моей корреспонденцией и кто несет за это ответственность, – оказалось, что система не рассчитана на такой сбой и не в состоянии его исправить. Однако я готов простить единственный сбой за два десятилетия, что я имею дело с почтой США.

Но вернемся к налогам. Налоговая система в США сложная и постоянно меняющаяся. У большинства работающих налоги вычитаются из зарплаты, причем в том объеме, в каком захочет сам работник. Поэтому 15 апреля и происходит, с одной стороны, досылка денег теми, кто не хотел с ними расставаться раньше, а с другой – государство возвращает деньги тем, кто переплатил. Заполнение налоговой декларации – головная боль, особенно если ваши доходы диверсифицированы. Но все еще сложнее, если вам необходимо снизить налоговую нагрузку за счет списания части расходов. Для этого многие американцы собирают магазинные чеки, счета, квитанции, банковские отчеты и хранят корешки чековых книжек, а потом погружаются в перебирание этих бумаг и часами просиживают перед компьютером, пытаясь понять, кто кому должен: они государству или государство им.

С налогов в США полностью или частично списываются, например, проценты, которые вы платите на свои банковские займы, затраты на образование, медицину и т. п. Бизнесмены списывают с налогов расходы на развитие бизнеса, а американцы, работающие дома, – часть расходов на домашний офис. Также с налогов списываются все деньги, потраченные на добрые дела: на благотворительность, на подарки разным фондам и организациям. Знаменитая американская благотворительность имеет в своей основе свободу от налогов, и законодательство США всячески ее поддерживает. В благотворительность вовлечены практически все американцы, в том числе малообеспеченные. У всех есть что отдать даром, поэтому право списать с налогов свои благотворительные взносы имеют очень многие. Часто можно слышать о крупных финансовых подарках, внесении денег на счета благотворительных организаций, госпиталей и клиник, учебных и исследовательских институтов и т. д.

В отличие от России налоговая шкала в США не плоская, а гибкая. Размер налогов зависит от индивидуального дохода, семейного положения, наличия и возраста детей, размера инвестиций и отложенных в прошедшем году денег на пенсионный счет и т. д. Индивидуальные налоги платятся в три места: федеральные налоги, налоги штата и местные налоги. В Вашингтоне, который не входит ни в какой штат, налоги идут городу и стране. Поэтому мне, например, приходится заполнять на одну декларацию меньше, чем большинству американцев. Компании и корпорации тоже платят налоги, однако они это делают по другому расписанию, нежели простые граждане. В любом случае 15 апреля для многих американцев – водораздел года, после которого можно вздохнуть посвободней. Однако при всей строгости этой даты всегда находятся люди, по разным причинам не успевающие вовремя отправить свои декларации налоговым органам. Задержать выплату налогов можно, но необходимо послать соответствующую форму. С этого дня на сумму начинают начисляться пени, так что сроки уплаты лучше все-таки соблюдать.

Многие американцы не в силах постоянно следить за изменением налогового законодательства, да и не хотят заморачиваться с финансовыми подсчетами и заполнением многочисленных бумаг. Они нанимают индивидуальных бухгалтеров. Это популярная специальность, которой не так трудно обучиться, что и делают некоторые новые иммигранты из России. Даже не зная английского, они, по крайней мере, могут заработать себе на кусок хлеба, заполняя налоговые декларации других русских иммигрантов. Индивидуальный бухгалтер, как правило, берет почасовую оплату, а количество часов, которые он тратит, зависит от сложности заполнения деклараций. Обычно за его услуги приходится отдавать от нескольких сотен долларов до многих тысяч, однако благодаря умелому использованию бухгалтером налогового законодательства частенько можно не только компенсировать эти деньги, но и получить их возврат от государства.

Два главных закона финансовой жизни в США – платить налоги и не пытаться скрыть свои доходы. Каждый год часть американцев, выбранная случайно, подвергается тщательному, долгому и нудному аудиту. Если выяснится, что кто-то недоплатил налоги, они с него будут собраны вместе с пенями за просрочку и штрафом. Если же выяснится, что государство было намеренно введено в заблуждение, то последствия будут самые неблагоприятные. Выполнение налоговых обязанностей – ответственность граждан, которая не прибавляет в их глазах симпатий государству. А дискуссии о том, кто и сколько должен платить, всегда являются одной из самых горячих дискуссий в любой избирательной кампании. Это один из тех вопросов, ответ на который может стоить любому кандидату в президенты его политических надежд. Кстати, как известно, знаменитого чикагского гангстера 1920–1930-х гг. Аль Капоне, которого долгое время не могли уличить ни в одном из его очевидных преступлений (убийства и бутлегерство, сутенерство, подпольный игровой бизнес и т. д.), удалось поймать на неуплате налогов. В результате он был приговорен к одиннадцати годам заключения, откуда вышел уже смертельно больным человеком, потерявшим все свое криминальное влияние. Фильм «Неприкасаемые» с Шоном Коннери и Робертом Де Ниро приукрашенно рассказывает именно эту историю.

Правила шопинга

У меня такое впечатление, что все знают, что, как, когда и почем надо покупать в США. В этой стране все сравнительно дешево. Моя жена до сих пор вспоминает картинку, которую мы наблюдали в нью-йоркском элитарном районе Сохо несколько лет назад. Мы шли по маленькой улочке, набитой эксклюзивными магазинами. Из бутика Dolce & Gabbana вышла пара. Поравнявшись с ними, мы услышали, как женщина громко и возмущенно говорила по-русски своему спутнику: «Какие тут цены! Копейки! Копейки! Сущие копейки!!»

Да, по сравнению с российскими, особенно московскими, да и с европейскими ценами американские кажутся сущими копейками. Особенно если еще сравнить с американскими зарплатами. За несколько недель до Рождества Нью-Йорк и другие крупные города США переполняют туристы из Европы, которые, однако, не спешат в музеи и на концерты, а оккупируют магазины. Дешевле заплатить за перелет в Америку и несколько дней проживания в местной гостинице, чтобы закупить тут рождественские подарки, нежели делать это у себя дома в Старом Свете. Среди туристов все чаще попадаются россияне, которые тоже стали прилетать в США, чтобы купить новогодние подарки, а если повезет, то и постоять в ночь на 1 января на Таймс-сквер, наблюдая, как огромный яркий электрический шар опускается вниз. Сами нью-йоркцы на такие мероприятия, естественно, не ходят.

В этой книге я не буду подробно писать про американские магазины. Во-первых, о них очень много написано людьми, которые провели там гораздо больше времени, чем я. Во-вторых, они увековечены в бесчисленных голливудских фильмах и сериалах, которые шли, идут и еще будут идти в России. Тем более что я пишу книгу про типичную американскую жизнь, а не инструкцию по шопингу. Ограничусь лишь некоторыми замечаниями, раскрывающими отношение американцев к этому процессу.

Для начала немного уточню терминологию. В Америке торговым моллом называется отдельный торговый центр, который объединяет под одной крышей много разных магазинов. Торговая плаза – это комплекс, где разные магазины построены рядом и каждый имеет свой выход на улицу. Безусловно, шопинг представляет собой изрядную часть американского образа жизни. Граждане США, как я писал, потребляют очень много всего, на этом, собственно, и держится экономика страны, да и значительная часть мировой экономики. С одной стороны, это несправедливо, с другой – как только покупательная способность простых американцев начинает давать сбой, начинаются проблемы в глобальной экономике.

Американцы постоянно покупают все – от одежды до домашних приборов, быстро выбрасывают и покупают что-то новое. Мои знакомые студенты, подрабатывавшие вывозом мусора, за пару недель обставили свой арендованный дом сравнительно современной техникой, отличной мебелью и утварью, которую извлекали из того, что американцы выкидывали. Часто можно увидеть стоящие на улице диваны, шкафы, кресла, телевизоры, велосипеды или коробки с книгами, посудой, одеждой и т. п. Они выставлены лишь для того, чтобы их кто-то забрал себе. Я уже упоминал о гаражных распродажах, когда хозяева дома вытаскивают наружу все, что им не нужно, и предлагают купить всем желающим. Такие мероприятия очень популярны среди небогатых покупателей – редко что стоит там больше пяти долларов. Это еще и большая забава для детей: они рисуют ценники, общаются со взрослыми покупателями, следят за порядком. Как правило, все или почти все деньги попадают в их руки. Такие распродажи часто проходят на всей улице одновременно и превращаются в своеобразный пикник. Польза от них немалая – иначе американцы потонули бы в количестве вещей, которые быстро заполоняют самый большой дом, – знаю это по собственному опыту. Многие снимают городские склады, чтобы хранить то, что не вмещается в дом. Это я тоже знаю по собственному опыту.

Америка – страна победившего консьюмеризма, поэтому торговая стуктура страны устроена так, чтобы всячески стимулировать покупки. Однако есть несколько стереотипов, которые, как мне кажется, необходимо преодолеть. Меня всегда спрашивают, когда лучше приезжать в США, чтобы застать там наибольшие распродажи. Кто-то считает, что это накануне Рождества, кто-то – сразу после Нового года, кто-то – после Дня благодарения и т. д. Реальность состоит в том, что сезоны распродаж – это прошлое США. Сегодня их просто нет, ибо рынок настолько переполнен товарами и услугами, что распродажи есть всегда и везде. Они проходят практически беспрерывно, меняется только номенклатура того, что на них выносится. Конечно, есть сезонные распродажи, когда, например, в середине зимы начинают резко падать цены на теплую одежду, а в середине лета – на купальники. В августе начинают резко падать цены на автомобили текущего года выпуска, ибо дилеры начинают получать машины следующего года. Во всем остальном распродажи стали естественной частью американского ритейла, и определить их пик не представляется возможным – за одним исключением, о котором чуть позже.

Наибольшие скидки можно найти, если нацеливаться на магазины, которые должны быстро освободить торговые площади под новый вид товаров. Это происходит довольно часто. Например, фирма Apple вообще отказалась от идеи складов и все, по сути, продает «с колес». Но самые гигантские скидки – у магазинов, которые выходят из бизнеса. Там все продется по совершенно бросовым ценам, включая магазинное оборудование, офисную мебель, даже стеллажи и кассовые аппараты. Наконец, существуют огромные сети, осуществляющие торговлю по каталогам, и есть интернет-шопинг. Полки и вешалки с вещами, выставленными на распродажу, никогда не выносятся вперед магазина, а, наоборот, задвигаются назад. Это вынуждает покупателя пройти через весь магазин, прежде чем он доберется до товара со скидками. Почему в России делают наоборот – я не понимаю.

Два главных правила шопинга в США диалектически противоречат друг другу. Первое: всегда можно найти такую же вещь по меньшей цене; второе: хорошая и качественная вещь не может стоить дешево. Как ни странно, оба они верны. Есть магазины, рассчитанные на любой семейный бюджет, – разница в основном в качестве товаров и уровне сервиса. Когда я только начинал ездить в США, мои знакомые американцы очень удивлялись тому, что при покупке, например, джинсов или куртки я по привычке смотрел надпись «Made in…», подразумевая, что качество напрямую зависит от того, где именно сделана вещь. Американцу и в голову не придет такая проверка. Он знает, что если товар продается в хорошем магазине, то гарантией качества является сам факт его продажи там. Китайская, белорусская или гондурасская вещь будет сделана полностью по американским стандартам и для американского рынка. Американка купит ее и будет носить, ни разу в жизни не поинтересовавшись страной-изготовителем.

Покупать более дешевую вещь – значит соглашаться на то, что она будет качеством похуже, то есть потеряет форму или вытрется быстрее, независимо от того, где она была сделана. Но ни один продавец или менеджер магазина в США не ответит с ходу на вопрос о месте производства той или иной вещи, более того, будет смотреть на вас с любопытством, пытаясь понять тайный смысл вашего интереса. Я до сих пор помню эту реакцию. При покупке самого первого своего автомобиля в США я по наивности задал вопрос о том, где он сделан. Мне распечатали длиннющий список деталей, которые оказались произведены в разных странах. Сама машина была собрана в Германии. Больше я таких вопросов не задавал, но постоянно вижу, как туристы из бывшего СССР ищут лейблы на вещах в магазинах. Еще раз повторю: в США этого делать нет смысла.

Критерием успешности американской торговли традиционно считается «черная пятница» – следующий день после Дня благодарения, который всегда празднуется в последний четверг ноября. Название это идет с тех времен, когда бухгалтерские книги велись от руки. Убытки записывались красными чернилами, а прибыль – черными. В этот день американские магазины розничной торговли начинали приносить прибыль. «Черная пятница» традиционно знаменует собой начало праздничного сезона – поры больших предрождественских скидок и распродаж. В этот день магазины собирают наибольшее количество покупателей в году. Большинство крупных магазинов открываются уже в четыре или шесть часов утра, а некоторые просто остаются открытыми с четверга и «включают» скидки с полуночи или с десяти вечера. В этот день скидки иногда достигают 90 %. Многие компании делают «черную пятницу» выходным днем, чтобы дать возможность своим сотрудникам поучаствовать в этом традиционном для Америки мероприятии.

Альтернатива для покупателей, предпочитающих заказывать вещи через Интернет, – «виртуальный понедельник», то есть понедельник, следующий за «черной пятницей». Подразумевается, что покупатели, не успевшие или не захотевшие поучаствовать в «черной пятнице», в понедельник возвращаются в офис и делают покупки онлайн. Невзирая на экономический кризис, количество покупателей, сделавших покупки в период с пятницы до понедельника после Дня благодарения, устанавливало рекорд за рекордом, подбираясь, согласно существующей статистике, к огромной цифре в 200 млн человек – это численность всего взрослого населения США.

Немалая часть американцев магазины по разным причинам не любит и старается ходить туда как можно реже. У самых богатых есть персональные закупщики, которые ходят по магазинам и бутикам и покупают своим клиентам все – от нижнего белья до автомобиля. Гораздо большее число американцев пользуется каталогами, Интернетом и почтовыми рассылками. Я знаю немало обеспеченных женщин среднего класса, которые проводят час-другой за рассматриванием пришедших по почте каталогов, а затем заказывают доставку выбранной одежды на дом. Доставка быстрая и бесплатная. Утром они находят присланные коробки на крыльце дома, меряют одежду, а то, что не подошло, снова складывают в коробки и выносят на крыльцо. Следующим утром их заберет почтальон. Оплата покупки – чеком, кредитной карточкой или карточкой фирмы, откуда была прислана одежда. С развитием Интернета возможности таких покупок только растут, тем более что в большинстве случаев покупки в интернет-магазинах не облагаются налогом с продаж. Американские законодатели так и не договорились, какому именно штату должны идти налоги, если фирма расположена в одном, склад – в другом, а покупатель – в третьем.

Налог с продаж существует на всей территории США и распространяется на все товары и услуги. Исключением являются, например, лекарства, купленные по рецептам, или оплата арендованного жилья. В разных городах, графствах и штатах налог с продаж разный. Он может достигать 10 %, как, например, в Чикаго, а в сочетании с местным налогом становится еще выше. В некоторых штатах, таких как Аляска, Делавэр, Монтана или Орегон, от налогов освобождены продукты питания, блюда в ресторанах и даже одежда. В штате Иллинойс на продукты питания установлен налог в 1 %, а в Теннесси – 5,5 %. Налог никогда не входит в цену, указанную на ценнике, поэтому будьте готовы, что с вас потребуют немного больше денег. Система налогов в США весьма разветвленная и разнообразная, но большинство людей сталкивается именно с налогом с продаж при приобретении вещей или услуг. Есть исключения для иногородних и иностранных покупателей, однако в каждом штате могут быть свои правила на этот счет.

Конечно, магазины делают все, чтобы привлечь покупателей: от рассылки купонов на скидки и распродажи до выпуска карточек, позволяющих пользоваться кредитом данного магазина. Часто используется система скидок для постоянных покупателей. Американцы без стеснения пользуются скидками, а многие приходят за покупками с пачкой купонов, распечанных на принтере или вырезанных из газеты, причем каждый из них может «стоить» всего двадцать или пятьдесят центов. По моим наблюдениям, делают это все, независимо от индивидуального дохода. Американцы ценят свои деньги и не разбрасываются ими. Купить дешевле – здешняя национальная игра. Поэтому знаменитый анекдот 1990-х про нового русского, который хвалился тем, что купил точно такой же галстук, как у его коллеги, но заплатил намного дороже, тут не вызывает смеха.

Частью американской игры в шопинг является возврат вещей. Правила возврата везде разные, но в целом весьма и весьма либеральные. Это одна из причин того, что американцы обычно легко решают совершить покупку и покупают много всего за один раз, – всегда можно сдать что-нибудь обратно. Тем более что вещь, купленная в одном магазине, может быть возвращена в любой магазин этой же сети.

Не хочу укреплять стереотип, но, естественно, большинство покупателей в США, как и в других странах, – женщины. Почему-то вещи для них стоят в Америке дороже. Одна и та же вещь – скажем, полотенце или зубная щетка, – купленная в «женском» магазине или отделе, обойдется в чуть большую сумму, чем купленная в «мужском». Вообще американские женщины – это вопрос отдельный. Я был женат на одной из них и не оставляю мысли когда-нибудь написать книгу об американских женах и американских разводах. Развод в США, особенно такой, через который прошел я, – стоящая тема в прямом и переносном смыслах. Причем голливудские фильмы тут не могут быть показательными, так как все-таки снимаются американцами для американцев. Я же до сих пор помню свое удивление: начав обзванивать из Вашингтона адвокатские конторы в штате Северная Каролина в поисках юриста, который будет меня представлять при разводе, я сделал полдюжины звонков, и первое, о чем меня спрашивали на другом конце провода, был мой ежегодный доход. Смысл вопроса таков: «А может ли потенциальный клиент заплатить нам столько, сколько мы берем?» Хороший адвокат в США – очень дорогое удовольствие, хотя, как и в любом сегменте местного рынка, адвоката можно найти на любую сумму, которую клиент готов истратить.

Кредитные карточки и банковские счета

В США есть около 8 тыс. банков, но приблизительно у 17 % американцев нет в них счетов. Треть из тех, кто не обладает счетами в банках, говорит, что у них недостаточно денег для этого. Зато у многих есть личные и семейные инвестиции. Чековые книжки постепенно выходят из моды. Наверное, следующее поколение американцев уже не будет ими пользоваться. Все больше людей переходят на электронные платежи, экономя, таким образом, как минимум на конвертах и марках. Если вовремя расплачиваться с кредитными компаниями, то это не только немного дешевле, но и значительно упрощает контроль над собственными банковскими счетами. Сегодня американца без кредитных карточек и чековых книжек практически не найти, а попытка заплатить наличными за дорогую покупку вызовет лишь подозрительность у продавца.

Жизнь в кредит крайне выгодна и экономике страны, и кредитным компаниям, но способна разорить человека, сильно ударить по качеству его жизни. Кредитные карточки – очень удобный способ платежа. Дети впервые получают их приблизительно в четырнадцать лет, хотя многие родители ставят ограничения на размер кредита, скажем, в сто или триста долларов в месяц. Карточки, помимо индивидуальных, могут быть еще семейными или корпоративными. До глобального экономического кризиса у среднего американца было от четырех до девяти кредиток, и он активно их использовал. Главное – не допустить долга, который неизбежно приведет к большим штрафам со стороны кредитных компаний. Штрафы могут достигать 30 % от суммы долга и нарастают в геометрической прогрессии.

Кредитные долги – это массовая американская болезнь. Многие занимались тем, что просто перебрасывали долг с одной карточки на другую, когда подходил срок месячной выплаты. Сегодня «карточная» эйфория несколько улеглась, однако подавляющее большинство покупок в Америке совершается именно с их помощью. Это не только удобно, но и безопасно, поскольку не требуется носить с собой наличные деньги, хотя у каждого есть «дежурная» двадцатка в бумажнике.

Кредитные компании идут на многочисленные трюки, чтобы привлечь новых клиентов и стимулировать американцев пользоваться карточками как можно чаще. Многие торговые фирмы заключили с этими компаниями договоры и выпустили карточки с большими скидками или льготами для покупки собственных товаров. Пользуешься карточкой – получаешь или бесплатные мили от авиакомпании, или право на бесплатную ночь в отеле, или скидку на товары. Многие карточки «возвращают» деньги – на каждую истраченную тысячу можно получить назад от тридцати до семидесяти долларов бесплатного кредита.

Как бы то ни было, старый советский стереотип про «толстый бумажник капиталиста» на деле оказался полной ерундой. Бумажники у них как раз тощие – там лежат только кредитные карточки и фотографии семьи. Более того, чем толще чековая книжка, тем меньше чеков выписывет ее хозяин, поэтому у тех, у кого действительно есть деньги, чековые книжки потрепанные, тонкие и вечно на грани окончания.

Глава 9

Работа в Америке: памятка для иностранцев

Сложнее и проще

На эту тему существует большое количество справочников и советов в Интернете. Однако я остановлюсь на некоторых вещах, с которыми сталкиваются все, и в первую очередь люди, незнакомые с американской системой. Так, прием на работу в США, как правило, является гораздо более публичным, чем в России. Часто решение о приеме принимает не начальник того или иного отдела или подразделения фирмы, а специальные комиссии, созданные из рядовых сотрудников, и только потом начальник утверждает их выбор.

Особенно популярна такая форма приема новых работников в университетах. Сначала идет отбор документов – отсеиваются те, кто по очевидным причинам не может быть нанят на работу в данный университет или колледж. Второй этап – телефонное интервью, которое с оставшимися кандидатами проводят члены комиссии. Третий этап – приглашение на пару дней каждого кандидата в университет, где есть возможность познакомиться с ними лично. После этого комиссия голосует за того или иного кандидата. Победитель выносится на голосование всех преподавателей факультета. Все голосования – тайные. Тот, за кого подали наибольшее число голосов, получает приглашение на работу.

Только после этого идут переговоры с начальством о деталях контракта – зарплата, социальный пакет, условия переезда, устройство семьи и т. д. Нередки случаи, когда главный отобранный кандидат не принимает предложение университета. Тогда на переговоры с начальством приглашается кандидат, набравший второе место на голосовании. Если же комиссия решает, что достойных кандидатов не нашлось, конкурс или отменяется, или его сроки продлеваются, пока не появятся сильные претенденты. Процесс может продолжаться несколько лет. Но главное – университетское начальство в этих решениях не участвует, все в руках преподавательской комиссии и тайного голосования. С одной стороны, такой подход решает проблему коррупции и блата при приеме на работу в американские университеты, а с другой – дает возможность преподавателям самим выбрать себе коллегу.

На работу новичок всегда принимается на временных условиях. Как правило, через пять-шесть лет ему предстоит новое испытание. Коллеги и начальство проведут его полную аттестацию, оценят результаты работы за эти годы и только после этого предложат постоянный контракт. Таким образом, если новичок не пришелся ко двору, коллеги могут от него избавиться, используя все ту же систему тайных опросов и голосований.

Вечный контракт и академическая свобода

Если преподаватель прошел аттестацию и получил «вечный контракт» с университетом, ему гарантируется полная академическая свобода. Он может преподавать так, как считает нужным, исповедовать любые взгляды – в рамках закона, естественно, – отрицать авторитеты науки или выдвигать любые теории и высказывать личные точки зрения. Университет его уволить не сможет уже никогда, пока тот сам не уйдет на пенсию или не захочет поменять работу, – исключением может стать разве что уголовное преступление. Я в свое время через все это проходил и могу сказать, что постоянный, вечный контракт с университетом – отличное дело. Ты обеспечен работой до конца жизни, причем независимо от того, хорошо ты выполняешь свои обязанности или нет. У университета было несколько лет, чтобы проверить твои профессиональные качества, и теперь, если что не так, он может пенять на себя. Конечно, нужно, чтобы студенты записывались в твои классы, выбирали твои специальные курсы и т. д. Но, повторюсь, даже если этого не происходит, уволить «вечного контрактника» очень трудно, а суд легко восстановит его на работе.

Из-за принципа академической свободы университеты в Америке рискуют получить преподавателей, которые через несколько лет активной работы начинают становиться все хуже и ленивее. Впрочем, надо отдать должное университетской среде в США – таких мало. Надо добавить, что в последние годы университеты часто предлагают новым преподавателям вместо вечных контрактов годичные отпуска каждые пять лет, и все больше людей предпочитают именно эти условия. Для укрепления академической свободы в университетах запрещены любые виды профсоюзов. Более того, в лучших университетах США, которые занимают две-три сотни первых мест в стране, есть еще одна твердо соблюдаемая традиция: они никогда не берут к себе на работу своих же выпускников. Это приводит к постоянному притоку свежей крови, не дает загнуться от застоя, вызванного засильем дружеских и родственных связей.

Поэтому американские университеты так легко приглашают иностранцев, хоть это и связано с необходимостью получения виз. Система виз в США в реальности направлена не только на выявление лучших или перспективных специалистов во всем мире, но и на предоставление им возможности приехать и поработать в Америке. Есть даже специальные визы для выдающихся личностей. Одно время именно таким образом сюда попало большое количество российских спортсменов, артистов балета, музыкантов и топ-моделей. Но даже если выпускнику американского колледжа после года работы в США надо уехать домой – как минимум на два года, – то за год работы он успевает обрасти связями, знакомствами, а главное – пониманием того, как и где искать работу в Америке. В результате многие из них вскоре возвращаются и начинают работать на благо своей новой родины.

Получение виз в Америке – отдельная проблема и тема для разговора. Их много, и все они различны по статусу, значению, возможностям и трудности получения. Тут, как правило, не обойтись без иммиграционного адвоката, которых в США больше, чем «Макдоналдсов». Вопреки распространенным стереотипам, в 2010 г. доля отказов в выдаче американских въездных виз для россиян составила чуть больше 10 %, при том что по всему всему миру эта цифра более чем в два раза выше. Но надо учитывать, что граждане многих стран могут въезжать в США вообще без виз, хотя для того чтобы работать тут, им нужно получить специальное разрешение. Замечу, что, поскольку американским гражданам не нужны визы для поездок в подавляющее большинство стран, многие из них наивно ассоциируют слово «виза» лишь с кредитной компанией, так что трудности иностранцев при получении разрешения на въезд им непонятны. В результате визовая политика США не попадает толком в сферу общественного интереса и гражданского контроля.

Что надо иметь в виду?

Есть вещи, которые важно знать иностранцу, ищущему работу в США. Открытость этого процесса, в частности, требует публикации всех более или менее значащих вакансий в газетах, хотя в последнее время для этого все чаще используется Интернет. Иными словами, потихоньку нанять кого-то своего очень трудно. Критерии отбора и требования к нанимаемому работнику должны быть четко перечислены в объявлении. Конечно, иногда фирма уже знает, кто именно ей нужен, и объявление специально редактируется в соответствии с характеристиками, которыми обладает именно этот индивидуум, но особенно на это уповать не следует. Трудно, если вообще возможно, нанять иностранца на меньшую зарплату, чем положено. В США создана система минимальных зарплат, которые фирмы обязаны платить иностранцам – специалистам той или иной квалификации, и если предлагаемая зарплата ниже, то иностранец не получит рабочую визу. За этим строго следит федеральное министерство труда.

Интересно, что американские компании не обязаны следовать этим рекомендациям министерства труда, когда нанимают гражданина США. Правила созданы для того, чтобы фирмы в первую очередь нанимали американцев (так как им можно, в принципе, предлагать любую зарплату), а также чтобы предотвращать попытки найма иностранцев, согласных работать за меньшие деньги ради рабочей визы и права на жизнь в Америке. Следует еще учитывать, что оформление документов на иностранного работника обойдется компании как минимум в 5 тыс. долларов, не говоря уже про лишнюю головную боль для нанимателей. Однако, невзирая на все эти трудности, миллионы иностранцев работают в США, а еще больше – стремятся попасть сюда на работу, привлеченные большей, чем в других развитых странах, зарплатой, высоким качеством жизни в целом и карьерными возможностями.

Конечно, речь не идет о малоквалифицированных работах типа официантов или мойщиков посуды в ресторанах, уборщиков или сотрудников мелких и мельчайших бизнесов. Они, как правило, не попадают на радар министерства труда. Однако тут может поджидать другая опасность: многие из этих специальностей имеют свои мощные и разветвленные профсоюзные организации, которые стараются не допускать того, чтобы в их профессиональной сфере появлялись люди, желающие работать за меньшие деньги и сбивать, таким образом, уровень доходов в данной области. Особенно это касается всякого рода механиков, строителей, столяров и плотников, рабочих массовых специальностей. Поэтому частый аргумент, которым пытаются оперировать иностранцы в США, что, мол, они готовы работать за меньшие деньги, – далеко не всегда приносит успех.

Основная разница между гражданином США и иностранцем при поиске работы – необходимость включать в процесс найма третью сторону. Треугольник выглядит так: кандидат на работу, организация, предлагающая работу, и иммиграционная служба. В процессе найма любого нового работника организация в США пробивает его по базам данных, в случае с иностранцем наниматель также должен постоянно вести диалог с иммиграционной службой и заполнять толстые пачки документов. Условия приема и сама работа должны строго соответствовать правилам иммиграционных служб, а иметь дело с бюрократией, которой немало в Америке, готовы далеко не все. Еще одна разница заключается в том, что неграждане (включая, кстати, держателей грин-карт) не могут устроиться на государственную службу.

Еще одной ловушкой является условие предоставления работы иностранцу, только если это рабочее место не может быть занято гражданином США, – за этим тоже следит министерство труда. Доказать, что на это место не может претендовать типичный американец, – задача работодателя. Он должен подготовить такое описание будущей работы, что чиновнику министерства не останется ничего другого, как выдать разрешение иностранцу. У меня самого была такая ситуация: один американский университет очень хотел взять меня на работу. Это был бюрократический шедевр: они так сформулировали требования к кандидату, что во всей огромной Америке я оказался единственным человеком, подходящим на это место. Ирония, впрочем, в том, что после всех усилий я так и не принял их предложение, соблазнившись большей зарплатой в другом университете.

Конкуренция и вне конкуренции

Америка – страна политической корректности и огромного количества условностей, формальных и неформальных. Например, мне в свое время прямо дали понять, что профессору либерального колледжа не стоит приезжать на работу на машине BMW и тем более парковать ее на преподавательской парковке. Это нескромно и вызывающе. Американскому профессору идет ездить на «Тойотах» или «Хондах», «Мицубиси» или «Фордах» – иными словами, на машинах менее дорогих и более соответствующих статусу. Почему – так и осталось загадкой американского менталитета. Для меня тогда это был небольшой культурный шок.

Правда, с тех пор прошло немало лет, и ситуация стала постепенно меняться. Однако систему приоритетов при приеме на работу никто не отменял. В США считается хорошим тоном, если у вас работает определенное число афроамериканцев, азиатов, латиноамериканцев, женщин, представителей сексуальных меньшинств и т. д. При прочих равных условиях вопрос о том, кого именно принять на работу, может быть решен путем применения критериев, далеких от чисто профессиональных. С одной стороны, все понимают некоторую несправедливость такой ситуации, но с другой – считают, что она полезна для страны и решает многие социальные проблемы, которые в противном случае могли бы обостриться.

Америка – страна огромной социальной мобильности, и вертикальные лифты работают здесь на полную мощность. У слесаря-водопроводчика или маляра вполне может быть сын – профессор престижного университета или высокооплачиваемый адвокат. В свою очередь, у профессора университета вполне может быть сын слесарь или маляр. Однако до сих пор женщины в Америке получают за ту же самую работу меньшую зарплату, чем мужчины. Сегодня разница составляет 20 %. Наверное, это прозвучит неожиданно для больших поклонников этой страны. Можно долго обсуждать несправедливость этого факта, однако подавляющее большинство американок, насколько я мог понять, воспринимают эту ситуацию как естественную, хоть и нечестную, и не думают из-за этого хуже об американской демократии или свободном рынке. Мужчина традиционно был добытчиком в семье, основой ее финансового благополучия, хотя очевидно, что сегодня в США это не так.

При всех успехах феминизма и политкорректности в США иногда проскальзывают элементы неравенства, несправедливости, неадекватного отношения к разным людям. Так, полицейские в Америке, как известно, склонны чаще останавливать машины с афроамериканцами за рулем. Всего один президент – Джон Кеннеди – был католиком, хотя число католиков в стране велико. Атеисты стараются скрывать от широкой публики свои взгляды, иначе рискуют прослыть аморальными типами без царя в голове. А в некоторых штатах представители сексуальных меньшинств не очень афишируют свои пристрастия.

Поиск работы в Америке весьма формализован, и любой шаг, который предпримет ваш потенциальный работодатель, может привести его в суд. Например, нельзя не только отказать в приеме на работу по возрасту, но даже впрямую поинтересоваться возрастом кандидата. Нельзя также отказать по религиозным, гендерным, этническим и т. п. принципам – все это будет нарушением законодательства. Нельзя уволить человека по этим же причинам, особенно если он член профсоюза, который будет готов за него вступиться. США – страна, где в каждый момент идут тысячи судебных процессов по поводу увольнений или отказов в приеме на работу. Иначе говоря, можно воспользоваться силой закона. Но его надо знать, иметь хорошего адвоката, который стоит недешево, а главное – чувствовать, что правда на вашей стороне.

К слову, в Америке никто не будет выбирать адвоката – как и врача – по знакомству, как это часто бывает в России. Напротив, считается, что личные отношения могут стать серьезным препятствием для объективной и беспристрастной работы с клиентом. Американец понимает, что знакомый адвокат или врач не будет защищать его интересы или лечить лучше, чем любой другой. Главное – профессионализм. Более того, врачи и юристы не идут на дружеские отношения с клиентами, стараясь сохранить максимальную дистанцию. В США говорят, что в адвокаты надо брать человека, с которым ты ни при каких обстоятельствах не стал бы дружить, поскольку помимо высокого профессионализма он еще должен быть злым, наглым, противным, грубым и напористым – проще говоря, акулой или волком по стилю ведения дел. Только такой сумеет защитить интересы клиента лучше всех.

Понятно, что, ища работу в США, вы конкурируете не только с американцами, но и с иностранцами, тоже стремящимися сюда попасть. Причем это далеко не только люди из бедных – как говорили раньше, развивающихся – стран, но и из стран вполне благоустроенных и сравнительно обеспеченных. К примеру, здесь работает очень много европейцев, в том числе из стран Западной Европы, или канадцев. Сегодня в США самыми перспективными специальностями считаются, в частности, врач-психолог, IT-специалист, гражданский инженер, финансовый консультант и специалист по экологии, и далеко не во всех из них Россия известна своим уровнем образования.

Когда вы ищете работу в Москве, то думаете о тех, кто там живет, имеет регистрацию и т. п., как о потенциальных конкурентах. Здесь ситуация несколько иная. Ваши конкуренты могут быть откуда угодно, и у них могут оказаться конкурентные преимущества, о которых вы и не думали. Например, представителям некоторых стран легче получить рабочую визу, а многие европейцы свободно говорят на нескольких языках, не говоря уже о том, что у некоторых из них английский язык – родной. Формально вам не могут отказать в приеме на работу только по причине незнания вами английского языка, но очевидно, что вы не сможете, например, пройти собеседование, написать эссе или автобиографию. Еще раз повторю – речь идет о серьезных рабочих местах. Для того чтобы устроиться на лесоповал или в прачечную, не нужно знать несколько языков, иногда там и легальной визы могут с вас не спросить. Но закон все же лучше не нарушать. Тем более что без визы вы не сможете получить главные документы, которые легализуют вас в США: водительское удостоверение и карточку социального страхования, дающую возможность не только платить налоги, но и рассчитывать на пенсию или медицинскую страховку.

По гамбургскому счету

Предположим, виза, карточка социального страхования и водительское удостоверение у вас есть. Вам предоставлена полная свобода перемещений и выбора места для жизни и работы. Не надо спрашивать разрешений на проживание или переезд, не надо ставить в известность какие-либо органы власти, за исключением случаев, когда это нужно самому гражданину, например для получения водительского удостоверения или пенсии по новому адресу. В США нет прописок и регистраций по месту проживания, а паспорт американцы получают только для поездки за границу, и выдается он на десять лет. И это еще одна причина уже упомянутой мной высокой социальной мобильности.

Считается, что средний американец в течение своей жизни переезжает 11,5 раза – для получения образования, в поисках работы или более удобного места проживания и т. п. Конкуренция высока, и американцы ее всячески поощряют и поддерживают. С приемом на работу она не заканчивается, а, по сути, только начинается. Жизнь в США идет по гамбургскому счету – надо постоянно доказывать, что вы лучше. «Понедельник начинается в субботу» – это про реальную здешнюю трудовую обстановку. Как только вы решили, что жизнь удалась, можно расслабиться и сбавить темп, как тотчас будете сметены с дороги тем, кто все это время дышал вам в затылок.

Глобальный экономический кризис принес в Америку высокую безработицу. С одной стороны, безработица – нормальное явление для свободного рынка, но с другой, ее уровень оборачивается некоторыми социальными проблемами. В США есть система по поддержке временно безработных, особенно тех, кто до увольнения работал хотя бы несколько лет и платил все социальные налоги и страховки. Единых правил нет – каждый год конгрес страны принимает решение о сокращении или увеличении выплат по безработице, вдобавок к этому подключаются местные власти. Размер пособия зависит от стажа и недавнего среднего заработка, места жительства и состава семьи.

Приведу пример своей хорошей знакомой. Она работала в пригороде Вашингтона около десяти лет и перед потерей места зарабатывала приблизительно 80 тыс. долларов в год. Это очень неплохая зарплата для США, означающая принадлежность к среднему классу. После потери работы она четырнадцать месяцев получала 375 долларов в неделю, из которых вычитались налоги. После этого на двенадцать недель включилась другая программа, которая стала выплачивать ей 356 долларов в неделю минус налоги. Конгресс продлил эту программу, и она получала эти деньги еще три месяца, после чего, к ее большой радости, нашла новую работу. Конечно, прожить на пособие трудно, особенно если нет других доходов, и ее уровень жизни быстро упал. Пока она была безработной, ей пришлось переехать в меньшую квартиру, чтобы снизить арендную плату, и потратиться на частичную оплату страховки, которую она потеряла вместе с работой.

Каждый год американец получает письмо от службы соцстрахования, в котором довольно детально перечислены все неприятные варианты будущего: сколько будет получать семья в случае его смерти, сколько он сам будет получать, если прекратит работать и станет ждать пенсии, сколько он будет получать в случае инвалидности и т. д. Из этого письма можно легко видеть прямую зависимость между прошлогодним доходом и будущей пенсией и другими выплатами. В США говорят, что к середине XXI в. система соцстрахования окажется в состоянии банкротства, но пока все суммы выплачиваются ею вовремя.

Единственные средства уберечь себя – это, во-первых, работать лучше, а во-вторых, создать собственное рабочее место. Мечта любого американца – когда-нибудь работать на самого себя. Это может быть свой бизнес, что очень приветствуется в США и всячески поддерживается государством – от налоговых льгот до специальных грантов, хотя в период экономического кризиса такие возможности резко уменьшились. Это может быть даже «самофинансирование» своего рабочего места за счет гранта со стороны. Например, семья богатого человека вносит в университет крупную сумму денег с условием создания там новой профессорской или исследовательской должности имени этого человека или семьи. Иногда у них даже есть кандидат на эту должность, которого они и рекомендуют университету или институту. В случае отказа семья или меценат обращаются в другое учреждение с этим же предложением. Но отказов мало – все гоняются за такими меценатами и всегда готовы открыть свои двери новому человеку, особенно если его рабочее место оплачено на годы вперед.

В США существует также система финансовых частных грантов для организаций и учреждений, которые раздают многочисленные фонды. В России система грантов часто становится объектом критики – бытует представление, что американские фонды существуют, чтобы распространять влияние США на весь мир и устраивать в разных странах цветные революции. На самом деле 90 % американских фондовых денег работают внутри страны. В США тоже есть немало работы для правозащитников и активистов свободной прессы, прав человека и гражданского контроля над властью. За рубеж идет микроскопическая доля огромного грантового пирога, который каждый год делится между тысячами и тысячами организаций.

Как менялось отношение к россиянам

В США – стране иммигрантов – можно встретиться с подозрительностью по отношению к иностранцам, особенно у провинциального населения. Конечно, время меняет все. Но еще лет двадцать пять назад я, приезжая в американскую провинцию, вызывал интерес к себе не только содержанием своей лекции или выступления, но и самим фактом того, что я из СССР, что я – настоящий русский. Некоторые пытались потрогать меня за рукав, что вообще-то не свойственно американцам, задавали наивные вопросы и т. д. Интерес к русским тогда был огромный и очень доброжелательный. Американцы уважали русских как равных партнеров – противников по холодной войне, как представителей равноценной державы, как свой баланс. Потом уважение стало исчезать. Сначала оно сменилось разочарованием, потом – по мере того как Россия все больше и больше погружалась в кризис, антиамериканизм и тотальную коррупцию, – смесью легкой иронии, сочувствия и ощущения собственного превосходства. Чем больше США осознавали, что боролись со страной, которая так легко опустилась в мировой табели о рангах, тем быстрее менялось их отношение и к холодной войне. Она выглядела уже не героическим, а скорее параноидальным периодом непонимания, глупости и огромных никчемных расходов на оборону. Чем слабее становилась Россия, тем меньше США гордились победой над ней в холодной войне.

Но в 1990-х интерес и симпатии к россиянам были просто огромными. Русских здесь было не так много, особенно в провинции. До тех пор американцы или совсем не сталкивались с ними в реальной жизни, или сталкивались только с иммигрантами из СССР. Попавшие в то время в Америку советские граждане чувствовали себя неплохо, их приглашали на работу, организовывали специальные лекции и туры, платили неплохие деньги и даже приглашали на вечеринки в качестве своеобразных «свадебных генералов». Американские девушки гонялись за русскими бойфрендами, а парни прочесывали местные бары в поисках «русских красавиц». Невнятные рассказы про Горбачева и Ельцина, политику КПСС и распад СССР могли обеспечить безбедное существование независимо от вашей специальности, квалификации и реальных знаний.

Однако мода на русских быстро прошла, обернувшись не неприязнью, но потерей интереса и уважения. Сам я столкнулся с негативным отношением к себе как к иностранцу лишь однажды. В 1996 г. мне пришлось разорвать контракт по найму этажа в доме, поскольку хозяйке дома очень не нравилось, что ко мне приходили гости и мы «говорили на непонятном ей языке». Я не знаю, что было ее мотивацией – желание слушать наши разговоры или паранойя. В моем личном опыте это был единственный случай, хотя мои знакомые из разных стран мира периодически делились со мной неприятными историями, неоднократно происходившими с ними в разных частях страны. Впрочем, это никогда не было нечто совсем уж ужасное или преступное. Политическая корректность в Америке постепенно брала свое, тем более что за открытую неприязнь, а тем более агрессию на национальной почве здесь легко загреметь в тюрьму.

Американцы – народ в целом весьма наивный, не испорченный двойной моралью и необходимостью скрывать свои мысли и слова. Они обманывают друг друга на порядок меньше, чем люди, с которыми я сталкивался в некоторых других странах. Более того, они верят тому, что им говорят. Россияне, по-моему, это быстро поняли. И как в том анекдоте, «вот тут-то мне и пошла отличная карта». Некоторые россияне, приезжавшие в то время в США, видимо, в надежде повысить свои шансы на работу и гонорары, значительно и весьма цинично преувеличивали свою роль в распаде СССР и в диссидентском движении, свои контакты среди власть имущих в России, свою популярность и возможности в бывшем СССР. Некоторые придумывали себе новые биографии. Сегодня, например, трудно поверить, сколько людей из бывшего СССР получили вид на жительство в США в момент августовского путча 1991 г., рассказав наивным американцам, что им грозит в случае возвращения домой. Как бы там ни было, 1990-е были расцветом огромной развесистой российской клюквы в США. Затем эйфория по поводу бывшего врага по холодной войне стала быстро испаряться, и с тех пор найти работу в Америке россиянину стало не легче, чем представителю любой другой страны. Тем более что мы не попадали ни под какие особые категории типа американских индейцев, женщин, латино– или афроамерикацев, инвалидов и т. п.

Обратная сторона американской наивности проявляется в том, что пойманному на обмане они больше не верили никогда и ни в чем. А число пойманных на мелких обманах приезжих из бывшего СССР стало расти. Я отнюдь не хочу сказать, что таких было большинство, – нет, как раз большинство было честными и профессиональными людьми, которые по разным причинам попали в те годы в Америку. Огромное количество иммигрантов из России сделали тогда очень хорошие карьеры, стали серьезными бизнесменами и учеными, профессорами лучших университетов и менеджерами крупных фирм. Вообще, «советская школа жизни», как видно по ее ученикам, живущим в США, очень неплохо научила многих из них выживаемости, цепкости, хитрости, умению извлекать максимум пользы из любой ситуации и довольствоваться малым. Российская диаспора в США в массе своей одна из самых успешных в бизнесе, науке и образовании. Принимая в расчет ее разобщенность и неорганизованность, нельзя не удивляться количеству ее представителей, победивших в конкурентной борьбе на рынке США не только американцев, но и выходцев из многих других стран. Тысячи и тысячи бывших граждан СССР сегодня входят в средний класс Америки.

Есть еще одна психологическая проблема, которая разделяет американцев и россиян. Эту разницу преодолеть крайне трудно, если вообще возможно. Я ее наблюдал на самых различных уровнях – от интервью при приеме на работу и бытовых конфликтов до высоких политических дискуссий. Она определяется разной историей, менталитетом, несхожей системой ценностей. Скажем, идут переговоры о возможном сотрудничестве. Две делегации сидят друг напротив друга. Все полны решимости договориться о совместной работе, она выгодна обеим сторонам… Но рано или поздно наступает неизбежный кризис обсуждения. Американцы говорят: «Давайте начнем потихоньку работать, посмотрим, как у нас будет получаться, наберем некоторый практический опыт, затем формализуем наше сотрудничество в виде договора, протокола и т. д.». Россияне в ответ говорят: «Нет, давайте сначала подпишем бумаги, гарантии и обязательства, заручимся поддержкой наверху и тогда начнем работу». Американцы: «Как мы можем подписать условия, если не знаем, что и насколько нам удастся на практике? Давайте начнем, по ходу дела скорректируем наши возможности, желания и критерии – и потом подпишем все бумаги. Зачем подписывать документы, если непонятно, как все будет выглядеть в жизни?» Россияне: «Как можно начинать работать, когда нет подписанных документов, нет одобрения начальства, нет гарантий?» Нарастает конфликт непонимания. Аргументы с обеих сторон убедительные, но договориться при этом очень трудно.

Этот же барьер иногда возникает при приеме россиянина на работу в США. Работодатель готов заключить временный контракт или предлагает начать работать, чтобы посмотреть, как новый человек впишется в коллектив и будет справляться со своими обязанностями. Соискатель не хочет ничего временного и просит сразу сообщить условия работы и дать гарантии ее сохранения. И тот и другой действуют в рамках своих привычек, менталитета, традиций и культуры. Я неоднократно замечал, что военные или ученые из России и США быстро понимают друг друга во время всякого рода переговоров, «круглых столов» и правительственных семинаров. Но и те и другие по окончании профессионального разговора с сожалением отмечают, что все их договоренности будут немедленно усложнены и поставлены под сомнение, а то и вообще разрушены, как только попадут на стол к политикам. Профессионалы двух стран знают друг друга очень хорошо – традиции школы холодной войны еще не исчезли окончательно – но уровень недоверия в политическом руководстве, да и в обеих политических и околополитических тусовках, очень высок. Политикам невозможно сделать карьеру на дружбе между Россией и США. Барак Обама тоже стал жертвой этой закономерности. Зато на вражде и подозрительности сделать политическую карьеру или набрать медийную популярность очень легко. Страны плохо воспринимают друг друга. Поэтому и возникают разного рода проблемы у простых людей, а русские в Америке не понимают, зачем Москва столь настойчиво зовет их вернуться, почему нельзя делать общее дело из США?

Глава 10

Американские СМИ: всегда в фокусе

Есть ли свобода СМИ в Америке?

Америка – страна сравнительно свободных средств массовой информации. Свободных в первую очередь от государственной цензуры и власти чиновников, которые даже нос свой боятся сунуть в дела журналистов или редакторов. Но полной свободы нет, конечно, и в США. Замечу, что такой свободы нет вообще, это иллюзия, политический лозунг. Американские журналисты и редакторы свободны настолько, насколько это вообще возможно, но и у них есть немало объективных и субъективных ограничений, и будет неправильным здесь об этом не упомянуть. Американские СМИ не свободны от выполнения законов, хотя надо признать, что законы как раз защищают их свободу и самостоятельность. СМИ не свободны от рекламодателей. Здесь есть основа для потенциальных конфликтов, ибо никто не хочет терять крупных рекламных партнеров. Когда я жил в Сент-Луисе, то обратил внимание, что местное ТВ и главная газета города практически не критиковали основного городского работодателя – пивную фирму Anheuser-Busch InBev, которая не только создала множество рабочих мест в городе, но и давала самую большую и дорогую рекламу в местных СМИ. Поэтому критики пивного гиганта должны были публиковать или показывать свои истории в основом в Чикаго, откуда они, правда, легко достигали Сент-Луиса.

Американские пресса и ТВ не свободны от главной зависимости – от своего читателя и зрителя. Любое СМИ в США должно приносить прибыль, а значит – продавать свою продукцию. И это главное ограничение свободы рук у журналистов и издателей – необходимость постоянно создавать спрос на себя, нравиться читателям и зрителям, готовым платить деньги за твой продукт. Подбор историй и новостей в значительной степени зависит от интереса потребителей. Сегодня социальная журналистика постепенно заменяется потребительской, сохраняя свое место в основном в Интернете. Конечно, в СМИ нет и не может быть свободы от моральных и этических норм, религиозных и культурных стереотипов, национальной истории и моды. Во всем остальном журналисты в США чувствуют себя полностью свободными и являются, без преувеличения, мощной силой американского общественного мнения.

Самое основное в вопросе свободы информации в США – это беспрепятственная возможность ее получить, свободный доступ к чиновнику или документу. Это право защищено законом и судом. Здесь заложен главный, если хотите, секрет эффективности американской журналистики. Но, конечно, интерпретация той или иной информации – дело скорее корпоративное, и тут возможны разные варианты. Что-то CNN покажет по-своему, а, скажем, Foxnews – по-своему. Пристрастности в американских газетах и на телевидении немало. У многих средств массовой информации даже есть своя политическая линия, которую они не скрывают. В средствах массовой информации США не исключена необъективность, как это было, например, на ряде каналов, освещавших в августе 2008 г. конфликт на Кавказе. Встречается односторонний взгляд на те или иные события, вкусовщина, внутренняя цензура самих журналистов и т. д. Однако разнообразие источников информации и многообразие их позиций значительно снижает в обществе негативный эффект столь корпоративного подхода. Главное наказание – потеря зрителей и читателей, что для бизнеса средств массовой информации будет самоубийством.

Разумеется, в США есть военная цензура, которая не дает просочиться в СМИ информации, способной выдать позиции войск, планы вооруженных сил, личные данные военнослужащих и т. д. Суд может наложить запрет на распространение документов и другой информации, задействованной в том или ином текущем деле. Также в Америке существует мощная корпоративная цензура, в рамках которой специальные отделы частных компаний занимаются тем, что стараются ограничить поступление в массы негативной информации о своей фирме через прессу, Интернет и т. п., в том числе и путем судебных запретов.

Конечно, это срабатывает далеко не всегда. Например, в 2006 г. суд наложил запрет на публикацию документов, уличавших гигантскую фармацевтическую компанию Eli Lilly в сокрытии потенциально смертельного побочного эффекта одного из популярных антипсихотических препаратов. Эта информация к делу отношения не имела, но, к счастью, ее успели выложить в Интернет, несмотря на запрет. Публикация положила начало новым разбирательствам против компании. Eli Lilly пришлось выплатить штраф и компенсации в размере более миллиарда долларов. Тем не менее юристы компании до сих пор продолжают дело против адвоката, который «слил» компрометирующие документы. Сделал он это, скорее всего, из лучших побуждений, но закон, похоже, все-таки нарушил.

Как я уже говорил, какую-либо предвыборную или сугубо политическую цензуру со стороны правительства страны или местной власти в США представить крайне трудно, более того, она запрещена законом и ее отсутствие гарантируется конституцией. Для любого журналиста, газеты или телеканала это был бы огромный подарок, дающий отличную возможность не только распиариться, но и выиграть в суде немалую компенсацию. Любые попытки со стороны правительства что-то скрыть (а оно, конечно, иногда пытается что-то скрыть, от истории с Моникой Левински до пыток в Гуантанамо) вызывают такой взрыв журналистского и общественного интереса, что власти США стараются действовать на опережение в информировании общественности о своих новых «проколах». Иначе получается себе дороже.

При всем том в США есть многочисленные местные списки «запрещенных» книг. Чаще всего запрет книг рапространяется на местные школы и библиотеки и во многих случаях исходит из требований родителей-налогоплательщиков. Основные причины для запрета книг – обвинения в дискриминацаии, сцены насилия или секса и другие темы, которые могут показаться неуместными в школьной программе. Например, «Приключения Гекльберри Финна» Марка Твена, «Над пропастью во ржи» Джерома Сэлинджера и «Повелитель мух» Уильяма Голдинга частенько запрещают в американских школьных библиотеках. В некоторых школах запрещают книги про Гарри Поттера из-за «антихристианских» мотивов, а сказку про Красную Шапочку – за то, что в англоязычной версии она несет бабушке бутылку вина. В некоторых консервативных штатах запрещено распространение через школы книг по сексуальному образованию, так как это считается аморальным и расходится с религиозными взглядами многих налогоплательщиков и политиков. Хотя, как я писал выше, эти же взгляды не мешают одному из самых консервативных штатов – Техасу – бить рекорды по количеству абортов. Так или иначе, эти запреты можно считать проявлением моральной или религиозной цензуры.

Американцы до сих пор продолжают активно читать ежедневные газеты, хотя их бумажные тиражи упали, а количество и разнообразие журналов, выходящих в Америке, до сих пор поражает даже специалистов. Распространением газет и многих журналов занимается не государственная почта, а сами издания. Государство не определяет, что и кому доставлять, кто что читает и смотрит. Это сугубо частное дело, если, конечно, речь не идет о чем-то незаконном, например, детской порнографии.

Слово, которого нет в русском языке

В русском языке нет слова privacy. Оно означает, что все, что касается частной жизни, любая информация, носящая персональный характер, любой факт, изображение или видео, предназначенные для сугубо частного использования, не попадут в публичную сферу. Privacy означает неприкосновенность жилья и почты, компьютера и личных вещей, защиту всего, где человек проявляет себя как частное лицо. Американцы ревностно защищают свою частную жизнь, хотя, конечно, после 11 сентября 2001 г. ситуация стала несколько меняться. Многие были согласны обменять некоторые свои частные права на повышение личной безопасности. Это и стало основой популярности Джорджа Буша, в 2004 г. второй раз победившего на президентских выборах. Однако даже сентябрьская трагедия 2001 г. не изменила фундаментальных основ американского отношения к privacy – понятию, которое трудно объяснить россиянам и которое даже не имеет соответствующего слова в русском языке.

Речь идет не просто об очевидном – скажем, номерах счетов или паролях банкоматов. Приведу несколько экзотических примеров, чтобы было наглядней. Так, горячая дискуссия вспыхнула здесь несколько лет назад по вопросу о личном мусоре. Один упорный журналист залез в мусор Мадонны, который ее прислуга вынесла к дороге, как это делают все американцы, чтобы наутро его подобрала мусороуборочная машина. И написал статью о реальных вкусах и пристрастиях знаменитой певицы. Мадонна была в шоке и ярости, ибо в ее понимании мусор был ее собственностью, а нарушение права на собственность в США карается очень жестоко.

По пути первопроходца пошли другие журналисты, которые стали залезать в мусор знаменитостей. Возник вопрос: можно ли защитить свою частную собственность, даже если она представлена в виде мусора, предназначенного на вывоз, и как это сделать. В конце концов после долгих судебных разбирательств, дискуссий юристов, сотен статей и десятков университетских дебатов было решено, что мусор, вынесенный к обочине дороги, больше не является частной собственностью и доступ к нему открыт всем. Надо или оставлять контейнеры с мусором на границе своей территории – но с риском, что мусорщики его оттуда могут не забрать (это уже частная собственность и территория), или подгадывать его вынос к моменту появления мусороуборочной машины на вашей улице, что сложно, ибо разный мусор у разных соседей вывозят разные компании.

Сделаю небольшое отступление и поясню, что мусорная конкуренция в Америке весьма велика. Каждую категорию мусора вывозит своя компания, машины которой в разные дни объезжают участок. Стеклянный мусор надо выносить, например, в понедельник, банки и пластмассовые бутылки – в среду, остальной мусор – в четверг и т. д. Это надо помнить, иначе можно остаться с горой мусора в гараже до следующей недели. Иначе говоря, выбросить мусор в Америке – серьезное дело, занимающее определенное время и требующее некоторых усилий. Одно время я жил в доме, который стоял в лесу, а улица начиналась через полкилометра от него, и надо было регулярно оттаскивать мусорные баки на это расстояние. Летом еще ничего, а зимой по снегу и льду – удовольствие сомнительное. Но я договорился с мусорщиками, и они за небольшую сумму наличными стали подъезжать прямо к дому. Это был мой скромный вклад в американскую коррупцию.

Другой пример: в конце прошлого века развернулась мощная дискуссия о праве полиции использовать приборы ночного видения и тепловизоры, позволяющие им «видеть» сквозь стены домов. Еще большие по остроте дебаты прошли по теме мощных прожекторов, расположенных на днищах полицейских вертолетов. Все видели в фильмах, как яркий ослепительный луч полицейского прожектора рыщет по городу в поисках преступника или позволяет следить за бегущим внизу подозреваемым. Однако в реальной жизни не все так просто, поскольку этот луч невольно способен осветить то, что честные американцы не хотят выставлять на его яркий свет, – например, свою спальню, романтические посиделки на заднем дворе или купание голышом в собственном бассейне. Люди, не совершившие никаких преступлений, но попавшие под этот луч, стали обижаться. Возник юридический прецедент. Отчасти он напоминал другой казус, уже разбиравшийся в США, когда на магистралях страны стали устанавливать фотокамеры, регистрирующие нарушителей. Все бы ничего, но камера фотографирует не только проштрафившегося водителя, но и того, кто сидит с ним рядом. И если штраф ни у кого не вызывал протестов, то фотографирование пассажира, который имеет все права на частную жизнь, вызвало шквал возмущения. Еще пример: должна ли полиция стучать в дверь и ждать, пока ей откроют, если у нее есть полная уверенность, что в данном доме, например, производят или хранят наркотики? Было немало случаев, когда полиция ждала у дверей, а наркодилеры успешно спускали все свои запасы в туалет.

Американская очередь

Американское понимание privacy наглядно демонстрируется, например, в очередях. Американские очереди, пожалуй, одни из самых длинных, но не потому, что в них стоит много людей, а потому, что они стараются соблюдать разумную дистанцию между собой, то есть персональное пространство. Антрополог Эдвард Холл в свое время рассчитал, что для американца комфортное расстояние между ним и его собеседником (если это не член семьи или очень близкий друг) должно быть в районе 1,2 метра. Для сравнения: в Западной Европе это расстояние составляет от 0,6 до 0,9 метра. Если кто-то оказался слишком близко, американец начинает испытывать дискомфорт и будет всячески стараться дать понять нарушителю, что он является источником этого дискомфорта. Полагаю, в типичной российской очереди средний американец рискует потерять сознание. Во многих местах, в том числе в кулинарных отделах продовольственных магазинов, давно используется система номерков, которая позволяет стоять в очереди, не находясь в ней физически, а лишь следя за тем, когда твой номер появится на электронном табло.

Любое прикосновение американец воспринимает как нарушение его личного пространства, поэтому в США, как правило, люди не берут друг друга за локоть и не стучат по плечу, если хотят привлечь внимание, не обнимают «по-братски» за плечи, не хлопают по спине и другим местам – конечно, если это не романтические пары. Не принято среди мужчин США демонстративно целоваться при встрече, да и рукопожатия распространены гораздо меньше, чем в России и других странах Старого Света. Это все следует иметь в виду, иначе вы рискуете прослыть невоспитанным и вульгарным человеком. Конечно, есть немало исключений, например, те же ночные клубы, где все танцуют очень близко друг к другу, а также общественный транспорт – особенно в час пик, особенно метро, или, как его называют в Нью-Йорке, сабвей, подземка.

Частное пространство на работе имеет свои особенности. Американский стиль работы в офисах – двери должны быть открыты. Это не только создает атмосферу общности и единого коллектива, но и позволяет начальству видеть, кто и чем занимается в каждый конкретный момент. Другой вариант – разделение всех офисов на одном этаже стеклянными стенами. В результате все как на ладони, включая начальство, все друг друга видят, никто не может сачковать или, скажем, уйти с работы раньше. Если кому-то все же надо уйти, то американцы, как правило, рассылают по внутренней сети электронное письмо или sms с соответствующим извещением.

Главная проблема, связанная с privacy сегодня, – Интернет. Многие опасаются, что личная информация, которую они предоставляют разным организациям, может оказаться доступной всем. Опасения вполне оправданны, подобные случаи имели место. Американцы в целом крайне беспечны, и власти страны активно пытаются просветить своих граждан в этом вопросе, отучить их от того, чтобы давать кому попало свои коды и пароли, кредитные карточки и ключи от машины, тем более что на вождение чужого автомобиля в США не нужна доверенность. Бери и езжай, если есть водительские права. Некоторый прогресс, безусловно, есть, хотя до сих пор почти перед каждым домом в США можно отыскать на газончике ключ от входной двери, а в съемную квартиру могут легко заходить ремонтники и обслуживающий персонал многоквартирного дома. Но это не власть – представителей власти американец может и не пустить к себе без ордера, получить который можно только у судьи, и сделать это очень непросто. В этом вопросе голливудские фильмы правдивы.

Право знать и право не знать

Понимание разницы между частной жизнью и общественной необходимостью обладать информацией – тонкая грань. В США есть четкая разница между публичной фигурой и частным гражданином, а также между публичными действиями и действиями, которые совершают публичные фигуры, когда они выступают в качестве частного лица. Но с другой стороны, у политика в США практически отсутствует право на защиту частной жизни и информации. Логика простая: человек, который решает стать политиком, во-первых, принимает это решение добровольно, его никто туда не тянет, а во-вторых, он хочет получать зарплату из кармана налогоплательщиков. Избиратели выступают в роли работодателя и имеют право на максимум знаний о человеке, которого нанимают.

Человек, ищущий поддержки от общества, не может скрывать от этого общества то, что оно хочет знать. Ни один серьезный политик в Америке не вздумает судиться с журналистом или СМИ. Это не только выглядит как лицемерие с его стороны, но и может привести к концу политической карьеры. Политики – от президента до последнего публичного клерка в муниципальном офисе провинциального американского графства – журналистов побаиваются и стараются заигрывать с ними. Публичность политики в США и относительная, как я писал выше, свобода прессы стали в свое время сильнейшим фактором, обеспечившим сранительную свободу местной политики от внутренних манипуляций, привходящих и групповых интересов, коррупции, нелегального финансирования политических кампаний и т. п. Конечно, многое здесь не идеально, но все же американская политика в значительной степени свободна от этих недостатков.

Есть еще категория людей, от которых сильно зависит жизнь других, и по их privacy в США до сих пор нет определенности. Например, врач имеет право на защиту своей личной жизни, в том числе личной медицинской информации – она вообще по законам США охраняется особо. Однако возникает конфликт между правами врача на privacy и правами пациентов знать, если, скажем, врач-стоматолог или хирург сам болен СПИДом. Имеют ли родители школьников право знать, что учитель их детей был четыре раза разведен, что для некоторых родителей является просто аморальным? Они не решатся доверить такому человеку своего ребенка. А как быть с религиозными предпочтениями учителя? Конечно, и то и другое является сугубо частной информацией, защищенной соответствующими законами, однако при желании можно увидеть логику и в праве общества на подобные знания о людях, от которых ежедневно зависит их жизнь.

Здесь открывается поле деятельности для журналистов. Еще в начале своей жизни в США я попал в офис профессора-юриста в Гарвардском университете. За его спиной стоял огромный книжный шкаф, заполненный томами законов. «Это, – сказал он, указывая на тома, – введение в законодательство о средствах массовой информации. Само законодательство в этот шкаф и не влезет». Я знал, что Америка – страна законов, юристов и журналистов, но не подозревал, что закон и журналистика в этой стране связаны столь тесно. Расписано буквально почти все – от права журналиста на сокрытие своего источника информации до его ответственности за невольное искажение фактов, от права использовать свой стиль письма до отношений с редакторами и владельцами издания. Есть еще профессиональный кодекс журналиста, где содержится требование, ставшее почти законом: информация должна быть проверена из трех независимых источников. Там же говорится о том, что при описании конкретного человека или его действий журналист должен указывать максимальное число его личностных характеристик, чтобы люди с такими же именами и фамилиями не были приняты за героя статьи. Там же содержится запрет на указание национальности или религиозной принадлежности преступника и т. п. Конечно, реализация на практике многих положений этого огромного законодательства зачастую отличается от того, что написано в книгах. Однако наличие этой правовой базы дает журналистам США немалый профессиональный инструментарий.

У подавляющего числа журналистов в США нет специальных пресс-удостоверений – они не нужны, поскольку у них есть такие же права на получение информации, как и у всех граждан страны, что обеспечивается законом о свободе информации. Специальные аккредитации нужны для попадания на режимные объекты – например в Белый дом. В другие государственные здания, как правило, граждане США проходят легко. Для этого не нужно выписывать пропуск – достаточно просто пройти через рамку металлоискателя и показать свое водительское удостоверение.

Запретить гражданам страны входить в здания, которые содержатся за счет их налогов, невозможно, это будет нарушением закона. Даже в здание конгресса США можно войти свободно, там нет никакого столь знакомого россиянам «бюро пропусков» или чего-либо в этом роде. Замечу в скобках, что члены конгресса, конечно, получают большое число просьб и жалоб, однако их количество не идет ни в какое сравнение с некоторыми другими странами, так как здесь принято сначала «идти по цепочке», а не жаловаться сразу наверх. Очень часто то или иное звено этой административной цепочки решает проблему жалобщика. Конечно, после событий 11 сентября 2001 г. контроль усилился, однако он не повлиял на право американских граждан иметь постоянный доступ к членам конгресса и сенаторам страны и своих штатов, не говоря уже о представителях других ветвей власти. Поэтому и жизнь у американских журналистов, с одной стороны, проще – им не надо заморачиваться с получением доступов и уговорами какого-либо чиновника поделиться информацией, – но с другой стороны, сложней, так как доступ к этой информации может получить любой гражданин страны и «отобрать хлеб» у профессионального журналиста. По мере развития Интернета и социальных сетей вероятность таких ситуаций растет очень быстро.

Все это касается госорганизаций, политиков, чиновников и той категории людей, которые в России называются бюджетниками. С частным бизнесом ситуация сложней. У тех, кто работает не за общественные деньги, прав больше. Это естественно, ибо они не залезают в карман налогоплательщику. Частная корпорация имеет право на гораздо большую закрытость от публичного интереса. Ее права и возможности журналистов тщательно регулируются законодательством, хотя и тут нередки случаи, когда газета или телевизионный канал прорывают систему корпоративной защиты и публикуют или транслируют материал, полученный в результате журналистского расследования. Как правило, корпорации при этом не бегут в суд для защиты, однако включают систему контроля нанесенного ущерба, показывая, что уж они-то всегда выступали за открытость и как можно большее информирование своих клиентов о том, что происходит внутри. Потеря публичной репутации – самое страшное, что может с ними случиться, поэтому они стараются никогда не «наезжать» на журналистов или издания, представляющие интересы клиентов и покупателей.

Звезды

Знаменитости балансируют на грани публичности и необходимости защиты частной жизни. Они делятся на две части: мировые знаменитости, чьи имена известны множеству людей в разных странах, и знаменитости чисто американские, чья популярность в силу тех или иных причин не вышла за пределы Америки или англоязычного мира. К последней категории можно отнести суперзвезд американского футбола и бейсбола или, скажем, популярнейших юмористов, которые в США собирают миллионные аудитории, но чьи произведения с трудом переводятся на другие языки. Американцам глубоко наплевать на известность своих знаменитостей за рубежом, они убеждены – и не без оснований, – что статус звезды можно получить только в США. И это, похоже, действительно так, ибо выход на американский рынок является сегодня вершиной мира развлечений, кинематографа, эстрады, театра, литературы и т. д. Не хочу сказать, что это замечательно, но это факт современной жизни. Американцам неизвестны знаменитости из других стран, пока те не придут на рынок США и не завоюют здесь свое место. Легче это сделать англоязычным – в Америке немало звезд из Канады, Австралии, Англии и т. д. Гораздо труднее этого добиться представителям других национальностей и языков, если они, конечно, родились не в США или их фамилия не Шварценеггер, Гарбо, Габор и т. п. Есть также немало знаменитостей, которые хотя и родились в США, однако в основу звездной карьеры положили свои этнические корни, как Сильвестр Сталлоне или сестры Кардашян.

Американцы, конечно, знают имена Достоевского, Распутина и Сталина. Немного более образованные – имена Ленина, Троцкого и Путина, некоторые помнят Хрущева и Брежнева. Могут назвать Чехова. Интеллигентные американцы назовут еще Набокова и Солженицына, Бродского и Барышникова, Гагарина и физиолога Ивана Павлова. Интересующиеся кинематографом сумеют вспомнить Сергея Эйзенштейна, Никиту Михалкова и Олега Меньшикова. В музеях узнают Кандинского и Шагала. Из певцов, театральных и эстрадных актеров, пожалуй, никто из России недотянул здесь до статуса знаменитости. И это не повод для обид, так уж несправедливо устроен сегодняшний мир. США – фабрика знаменитостей. Это одна из самых развитых американских отраслей. Гораздо больших успехов в США добились спортсмены – хоккеисты, баскетболисты, фигуристы и т. д., но в целом знания американцев о том, что происходит в мире знаменитостей, сфокусированы на своей стране.

Интерес к частной жизни этих людей весьма высок. По телевизору можно ежедневно наблюдать многочисленные шоу, где перемываются косточки знаменитым артистам и певцам, писателям и спортсменам; на страницах газет обязательно присутствуют специальные разделы, посвященные их жизни. У знаменитостей есть возможность защититься от журналистов и назойливых любителей «клубнички» с помощью закона о неприкосновенности частной жизни. Однако делают они это далеко не всегда, а если и делают, то часто отнюдь не с целью закрыть себя от поклонников. Действительно, зачем десятилетиями добиваться того, чтобы тебя узнавали на улицах, просили автограф, караулили с камерами, а потом запрещать людям это делать? Как только снижается интерес к знаменитому еще недавно персонажу, как тут же «неожиданно» сливается информация о его или ее частной жизни, какой-то скандал, жареные истории и т. п. В ответ начинается судебное разбирательство, которое еще сильнее увеличивает частоту появления имени в новостном потоке – и опасность оказаться забытым временно уходит в прошлое.

Из этого же ряда многочисленные передачи типа «Танцев со звездами», всякого рода «игры знаменитостей» и конкурсы с их участием, где потухающие звезды всячески пытаются вдохнуть новую жизнь в свой статус. Как правило, это им не удается. Американский рынок – очень тяжелый и требовательный, избалованный и сверхконкурентный. Там надо по гамбургскому счету доказывать свою крутизну. Я помню разговор с молодыми певцами из России, которые проехали с ознакомительным туром по США – от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса. Они были в восторге и даже шоке от того, что увидели. Класс представлений превзошел их самые смелые ожидания. Я спросил их: когда в России, по их мнению, будут так петь и так представлять в театрах? Их ответ меня расстроил, ибо они ответили: никогда…

Никогда российская богема не будет так работать, как работает богема США, – по десять часов каждый день без выходных, и так всю жизнь. Российские актеры и певцы, объяснили мне эти молодые ребята, воспитанные на «чёсе» по провинции, никогда не согласятся на такую жизнь, где каждый день расписан вперед лет на пять-семь, где нельзя позволить себе расслабиться, гульнуть. Основа успеха в США – не талант, а самодисциплина. С талантами в России нет проблем, а вот с дисциплиной проблема большая. Конечно, многие американские знаменитости расплачиваются за свой стиль жизни здоровьем, семейными неурядицами, потерей друзей и практически полным отсутствием жизни вне сцены или камеры. В России такое трудно себе представить. Исключение составляют разве что музыканты типа Хворостовского или Киссина, но и то лишь после того, как примут американский стиль работы, отказавшись от «прелестей гламура», в котором живут российские знаменитости. Если где-то и применимо старое выражение насчет «потогонной системы капитализма», то оно полностью относится к индустрии развлечений.

Первые леди, первые семьи

О них в Америке известно все. Они тоже большие звезды. В отличие от России они играют большую роль и в избирательной кампании мужа, и в его политике, и в установлении новых правил, традиций и нравов в женской части общества. Главное – они придают президенту человечность, которой так не хватает в Овальном кабинете. Жена президента Джоджа Буша Лора Буш, выступая однажды перед журналистами, воскликнула: «Я работала библиотекарем и проводила там по двенадцать часов в день. Не понимаю, как я умудрилась встретить Джорджа?!» Рассказывая о ферме в Техасе, она пошутила, что ее муж «начал разбираться в фермерстве с тех пор, как долго пытался подоить лошадь, пока ему не объяснили, что это конь». Громче всех смеялся сидящий рядом президент Буш. Когда же Лора поехала на конференцию, организованную Биллом Клинтоном, на американском телевидении было полно шуток о том, как Джордж отреагирует на жену, «вернувшуюся домой в юбке, надетой задом наперед, и с удовлетворенной улыбкой на обычно холодном лице». А Барак Обама, подводя итоги ста дней своего президенства, самокритично заявил, что его Мишель объединила Америку, ибо независимо от политических взглядов все в стране согласны, что она должна иметь право на ношение дома огнестрельного оружия.

Большинство американцев убеждены, что никогда не проголосуют на выборах за атеиста, неженатого или разведенного кандидата. Первые в массовом сознании ассоциируются с преступниками и нелегальными иммигрантами. Холостяки в большой политике видятся Америке, превыше всего ставящей традиционные семейные ценности, неспособными понять фундаментальные основы ежедневного бытия, не говоря уже о подозрениях другого рода, которые политкорректные американцы обычно не высказывают вслух. И атеисты, и холостяки выглядят в США людьми, не разделяющими общие идеалы и, что немаловажно, не желающими платить за них ограничением своей личной свободы. Холостяк президент – это слишком даже для цитадели мирового либерализма. Было всего два исключения. Первый – Джеймс Бьюкенен, невеста которого после ссоры с ним покончила жизнь самоубийством. Именно его сменил Линкольн, чья жена Мэри, став первой леди, вскоре сильно повредилась в уме. Вторым был Гровер Кливленд, который, однако, поспешил жениться в первый же год своего президентства и переизбрался уже с супругой.

С тех пор жена и семья являются обязательным и демонстративным атрибутом успешного политика США на любом уровне. Когда я жил на Среднем Западе, то на праздники, как и все, получал по почте фотооткрытку от первой семьи штата – запечатленные на ней губернатор с женой, а иногда еще с детьми и внуками, всем своим видом демонстрировали крепость семейных уз. Чем ближе было к выборам, тем душевнее выглядела на фото губернаторская семья. Вернувшись в Вашингтон, я снова стал получать традиционные рождественские открытки с видом Белого дома и двумя обязательными подписями – президента и первой леди Америки. Кстати, впервые титул первой леди ровно сто шестьдесят лет назад прозвучал из уст президента Тейлора в адрес вдовы президента Джеймса Мэдисона Долли на ее похоронах. В России к таким словам еще не привыкли. А зря! Как любой дом, Кремль, Белый дом, Ново-Огарево или Горки-9 не могут существовать без хозяйки. Иначе это почти бордель в глазах пуритански настроенных американцев, хотя Клинтон и постарался максимально разрушить этот стереотип. Холостяк Джеймс Бьюкенен был даже вынужден в свое время пригласить разделить с ним президентскую резиденцию двадцатисемилетнюю незамужнюю племянницу, которая и исполняла роль первой леди страны четыре года.

Первая леди – всегда второй по популярности человек в Америке, ее влияние не ограничено ничем, кроме закона, условностей, традиций и собственного ума. Ее популярность выше популярности вице-президента или любой голливудской звезды. Как правило, жена самого влиятельного человека мира – это публичный пример самодисциплины. Как я уже говорил, именно она делает Белый дом домашним очагом, а не офисом, в этом ее задача. Каждая первая леди полностью переделывает внутренний дизайн президентской резиденции, что обычно вызывает большой интерес и становится предметом обсуждения в популярных журналах: какую мебель она купила, какой ковер положила в Овальном кабинете, в какой цвет перекрасила спальни и т. д. По ней судят о вкусе первой семьи – а это немаловажно для американского избирателя.

Кроме того, первая леди помогает своему мужу в тех вопросах, где имиджмейкеры и советники помочь не могут или не осмеливаются. Ведь жена – самое главное в жизни решение, которое принял когда-то президент. По результатам судят о том, можно ли доверить этому человеку что-то еще, например ядерную сверхдержаву. Так, в истории с Моникой Левински вся Америка следила именно за реакцией Хиллари, которая, безусловно, сыграла огромную роль в том, что Билл сохранил должность. По Вашингтону тогда ходил анекдот, как утверждали, с подачи самой госпожи Клинтон: «Почему Хиллари требует от Билла секса каждый день в пять утра? Чтобы подтвердить свое право называться первой леди». Хорошо продуманные шутки жен выбивали серьезные аргументы у политических противников мужей. Взаимная добродушная ирония – черта нормальной любящей семьи. Отсутствие такой атмосферы превращает главу государства в типичного закомплексованного мужчину средних лет, который, видимо, оттягивается где-то на стороне или, как шутят в Америке, вместо жены «делает это» со страной.

Первая леди – это определенная модель для американских детей, которые, глядя на первую пару страны, должны осознать ценности семейной жизни. Мишель Обама, к примеру, рассказывала на ТВ, как она помогает дочерям каждый день делать домашние задания или ведет семейный бюджет, так как работа президента в США – далеко не самая высокооплачиваемая и нужно правильно распределять деньги. Президенты здесь – небогатые люди, их зарплата сопоставима с доходами менеджера среднего банка. Первые леди занимаются благотворительностью, борются с неграмотностью, нездоровым образом жизни и т. д. В модных журналах американки обсуждают их шляпки, платья и аксессуары. Например, главной историей года в модном мире, по версии журнала Time, стало инаугурационное платье Мишель Обама.

Первая леди – это официальный объект человеческих желаний президента, позволяющий простому работяге увидеть в нем не полубога, а обычного мужчину и провести параллели с собой. Президент Уильям Маккинли, к примеру, вопреки протоколу всегда садился на официальных обедах не на другом конце стола, а рядом со своей женой, больной эпилепсией, и во время приступов болезни закрывал платком ее лицо от гостей. О первых леди США написано столько книг, статей и диссертаций, снято фильмов и поставлено пьес, что их количество сопоставимо с объемом написанного и снятого про их мужей. Они – обязательная часть американской истории, о которой в России, к сожалению, знают мало.

С женой или со страной?

Как и многие их предшественники, только попав в Белый дом, Мишель и Барак Обама наконец-то – первый раз за долгое время – стали не формально, а реально жить под одной крышей, ужинать в одной столовой и спать в одной спальне. Жизнь большинства президентских пар до Белого дома не дает им такой возможности, ибо многолетняя борьба за попадание в президентское кресло, как правило, отрывает мужа от семьи далеко и надолго. Кандидат в президенты живет, скорее, с советниками и менеджерами в самолетах и автобусах. После победы, которая, как ни странно, всегда укрепляет, а то и откровенно спасает семью от распада, первая леди превращается в человека, с которым президент проводит больше времени, чем с кем-либо еще. Семья крепнет после победы – слишком уж велика нагрузка на обоих. Впрочем, президенты США не раз были застуканы на адюльтере. Информации же о походах налево первых леди практически нет.

Для четы Обама совместные ужины, занятия в спортзале или небольшие вылазки на выходные за город – время, когда наконец один может сказать все, что думает, а другой – выслушать человека, которому можно полностью доверять. Барак, к примеру, не стесняется называть Мишель «целевым социологическим опросом» и ссылаться на ее мнение на официальных совещаниях. В принципе, так всегда было в истории США. Некоторые первые леди даже успешно заменяли своих мужей во время их отсутствия, болезни или сильной занятости. Первая леди для многих американок является демонстрацией их собственной эмансипации. Они были готовы проголосовать на президентских выборах за Хиллари Клинтон только потому, что она женщина. Журнал Elle назвал Мишель Обама самой элегантной женщиной именно в категории политиков, где она опередила Карлу Бруни-Саркози. Настоящая женщина-политик – министр спорта Франции Рама Яде – оказалась лишь на третьем месте. Российские женщины пока мирятся с тем, что реальная политика – мужское дело.

Конечно, Россия – страна другой политической культуры и нравов. Одна из первых леди США вспоминала, как Алексей Косыгин в свое время уверял ее, что женщины в СССР имеют огромное влияние на политику, ибо они составляют почти половину Верховного Совета, а в сенате США всего несколько женщин. Так что американки – заключил советский премьер – это «каменные мешки».

Первые леди двух стран долго не находили общего языка. Когда в 1959 г. Хрущев впервые взял свою жену в США, супруга президента Эйзенхауэра подарила ей шляпку своего любимого дизайнера Салли Виктор, ибо вопреки моде и протоколу жена советского лидера ничем не покрывала свои седые волосы. Нина Хрущева скептически посмотрела на шляпку и вежливо заметила: «Она мне не подойдет – у меня большая голова». Услышав, что шляпка специально сделана под ее размер, первая леди СССР все равно отказалась от «американской капиталистической шляпки», но сказала: «Я все-таки возьму ее с собой, чтобы миллионы женщин у меня дома могли это скопировать».

Первой, на кого жены западных лидеров стали смотреть без откровенного остолбенения, была Раиса Горбачева. С четы Горбачевых, приоткрывших завесу над личной жизнью лидеров, началось формирование феномена первой леди России. До Горбачева, который не скрывал своих чувств к Раисе и откровенно прислушивался к ее советам, вожди выглядели как политические зомби без эмоций и чувств. Их жены позиционировались как соратники по борьбе, как Надежда Крупская, или как засохшие атрибуты их прежней, еще человеческой жизни, как Анна Черненко или Татьяна Андропова, которые, кстати, были вторыми женами у своих идеологически выдержанных и высокоморальных мужей.

Частная жизнь росийских лидеров и сегодня – тайна за семью печатями. С одной стороны, они явно боятся выглядеть обычными людьми со своими слабостями и проблемами. За любой попыткой извне увидеть их человеческие проявления следует жесткая реакция. С другой стороны, в политической культуре России народные вожди по определению не могут страдать, скажем, расстройством желудка, переживать из-за школьных оценок детей или испытывать какое-либо вожделение, кроме политического. Закрытость личной жизни – важный элемент элитарной пафосности, прикрывающий неполноценную легитимность и страх того, что, обнажив свои личные слабости и комплексы, можно разрушить свою власть, а миф о тебе непременно развеется, столкнувшись с реальностью. Российские политики параноидально боятся и не совпасть с образом, и ненароком из образа выскочить. Конечно – в стране, где, как считается, чиновники не имеют ничего, кроме наручных часов за сотни тысяч долларов и самых богатых в мире жен, им есть что скрывать.

В США открытость первой семьи диктуется не только традицией, но и принципами демократии и выборности, равно как и свободной прессой. Логика простая: идешь в политику – забудь о тайне частной жизни. Сведения о том, с кем ты спишь и каково твое здоровье, – отныне публичное достояние, но это твой добровольный выбор. Было немало случаев, когда политик не стремился покорить Белый дом, ибо его жена не хотела или опасалась стать публичной фигурой.

В России, как известно, в вожди попадают по-другому. Дмитрий Медведев в 2008 г. стал президентом, если угодно, по знакомству, по блату. Его избирательная кампания заняла всего несколько часов. Его жена стала первой леди России тоже по знакомству. В результате всему миру известны имена детей Обамы, а кто даже в России знает, как зовут детей российских лидеров? Российская первая леди, к сожалению, до сих пор является неким экспортным дополнением к мужу, а его собственные мужские качества не входят в критерии отбора при принятии решения, отдавать ли ему в руки судьбы державы. Любая хозяйка в России гораздо дольше выбирает в магазине коврик для вытирания ног, чем президента страны, – так с чего бы ее могла интересовать первая леди? Думаю, что глобализация массовой культуры и информации, интерес, который проявляют в России к женам лидеров других стран, рано или поздно воплотятся в интерес к собственной первой леди. Я убежден, что для тех, кто впервые пойдет голосовать в году, эдак, 2036-м, жены кандидатов – а может быть, мужья кандидатов – будут еще одним, пусть сперва небольшим, но уже фактором выбора.

Короли и преступники

Есть и другие знаменитости, жизнь которых привлекает американцев. Это представители касты «голубых кровей» – короли и принцессы из разных стран, а также знаменитые преступники. В основе этого интереса лежит американский менталитет. И короли, и преступники выбиваются из числа ординарных явлений жизни, и именно этим они интересны гражданам США, которые, с одной стороны, живут все более стандартизованной жизнью, а с другой – самой своей историей, культурой и психологией не приемлют типичное. Американский путь – это не так, как делают все, а по-своему, как хотят и как считают нужным сами люди. Короли и преступники тоже поступают как хотят и как считают нужным. Отсюда такой интерес к ним.

В США есть немало музеев знаменитых преступлений, собиратели раритетов гоняются за любыми атрибутами, связанными с известными преступниками, особенно с теми, кто ассоциируется в истории страны с Диким Западом. О преступниках пишут много и с удовольствием, самые известные из них могут сравняться по славе с большими звездами Голливуда. Американцы таким образом скорее отдают должное чьему-то умению противопоставить себя государству, но это отнюдь не означает, что они одобряют преступления и не сочувствуют их жертвам.

Приблизительно 7 млн граждан Америки находятся в тюрьме или являются условно освобожденными. Другими словами, каждый сотый американец хоть раз в жизни побывал в заключении. В тюрьмах США мужчин раз в пятнадцать больше, чем женщин. Интересно, что больше половины заключенных не осуждены, а их дела стараниями адвокатов годами находятся в стадии предварительного слушания. Считается, что чем дольше тянется процесс, тем больше шансов у заключенного быть помилованным или получить небольшое наказание, хотя особой статистики на этот счет нет. Больше половины приговоренных к заключению находятся в тюрьме за преступления, связанные с насилием.

США – страна смертной казни, ее практикуют тридцать четыре штата. Так, в 2010 г. было проведено сорок шесть казней, а сегодня высшей меры наказания ожидают более 3 тыс. человек. Помимо этого, США – чемпион мира по числу заключенных и находятся в середине второй десятки стран мира по числу смерных казней на душу населения. Небольшие протесты сторонников отмены смертной казни никак не превращаются в массовое движение. Американцы убеждены в необходимости этой меры, а крайне длительное многолетнее ее ожидание, сопровождаемое бесконечными юридическими разборками, и внимание СМИ являются, по их мнению, лучшей гарантией от судебных ошибок. В любом случае тюремные сюжеты и традиции, легенды и образы являются органической частью американской массовой культуры.

Тем более что тут сильна память о мафии, а организованная преступность остается сегодняшней реальностью страны. Здесь существует более 30 тыс. уличных банд, в которые входят почти полтора миллиона человек. Мелкие банды, как правило, являются частью одной крупной. Все они занимаются организованным грабежом, разбоем, продажей наркотиков и нелегального оружия, проституцией, вымогательством и мошенничеством. Часто эти организации имеют свои внутренние «законы», иерархию, используют особую символику, слоганы и могут выбрать себе определенные цвета. Например, одна из крупнейших банд в США – Bloods – обозначает себя красным цветом, а один из их основных врагов – Crips – синим. Среди уличных гангстеров исторически было распространено использование граффити для обозначения своей территории, в отличие от европейской традиции, где граффити не были так тесно связаны с деятельностью банд. Есть банды, которые смешивают преступную деятельность с байкерством, они обычно объединяются вокруг своего байкерского клуба. Неонацистская банда «Арийское братство» – одна из самых крупных тюремных банд Америки. В тюрьмах вступление в банду зачастую необходимо, чтобы защитить себя от угроз и насилия.

На местном телевидении есть немало передач, посвященных знаменитым преступникам, их жертвам, историям жизни. Очень популярны документальные фильмы про уличные банды и банды байкеров. По разным каналам могут одновременно показывать полдюжины реалити-шоу про тюрьмы, рассказывающих про будни охраны и «клиентов» и освещающих разборки между отдельными заключенными и целыми бандами. При этом в США есть закон, по которому преступники не имеют права получать никакие доходы от своих преступлений. Иначе говоря, они не могут получать гонорары ни за свои автобиографии, если таковые выходят, ни за продажу прав на свои истории Голливуду, ни за интервью и т. п. Все эти средства поступают в федеральные и местные фонды или направляются жертвам преступника. «Звездный статус» не дает преступникам возможности заработать, в отличие от знаменитостей некриминального мира.

На каком-то этапе начинается своеобразное отчуждение реального человека – преступника, который сидит в тюрьме, – от образа, который формируется в публичной сфере. Публика оказывается в шоке, когда вместо романтизированного, порой даже симпатичного преступника, которого она знает по фильмам и книгам, в новостях появляется какой-то довольно облезлый престарелый субъект, который и является прообразом экранного героя. Но как бы там ни было, при всем главенстве закона в США преступники, преступающие его красиво, мощно и элегантно, вызывают интерес в обществе. Отсюда такое количество криминальных голливудских фильмов, которые становятся национальными блокбастерами.

Отмечу, что речь, конечно, идет о криминальных преступниках. Террористы, педофилы, военные преступники, предатели страны не вызывают у американцев интереса и не становятся знаменитостями. Не становятся таковыми и неудачливые преступники, глупые нерасчетливые люди, которые решаются преступить закон, но даже это делают неуклюже. Все они – настоящие антигерои Америки. Лузеры и здесь не пользуются симпатией, а лишь являются объектами шуток и издевательств.

Королевские семьи – еще одна привязанность американцев, отказавшихся от всяких титулов и наследственных званий, от европейской иерархии и разделения общества на знать и чернь. Однако интерес к жизни старой знати в Америке сохранился. Европа многими простыми американцами рассматривается, если угодно, как огромный исторический, этнографический или антропологический музей. Там неудобно жить, но туда можно ездить знакомиться с искусством и с тем, как жили предшественники американцев несколько поколений назад. Американцы очень любят отслеживать свои корни. Многие из них всерьез увлекаются созданием своих родословных деревьев, сидят в архивах, списываются со специалистами, ищут документы. Это огромный бизнес, как, впрочем и все, чего касается рука американца. В стране есть немало частных исторических детективов, которые зарабатывают тем, что разыскивают предков, устанавливают родственные связи и т. п.

Частью европейской исторической экспозиции являются, естественно, и королевские семьи. Многие американцы с удовольствием разглядывают буколические европейские монархии, следят за перипетиями жизни их членов, обсуждают браки и разводы, моду и приемы. Если вспомить содержание Декларации независимости, где отцы-основатели современных США давали характеристику британской монархии, видно, какой огромный путь прошли американцы в своем отношении к ней. А ностальгия осталась, и выражается она в откровенной симпатии к тем, от кого американцы бежали, создавая свое собственное государство, тем более что с тех пор британская корона не раз демонстрировала свою солидарность с США. Именно американо-британские отношения стали основой англоязычного союза наций, который контролировал значительную часть мира весь XX в. и продолжает делать это и сегодня.

Глава 11

Взлеты и провалы американского здравоохранения

Медицинская страховка

Медицинская страховка – больная тема в Америке. Как правило, ее предоставляет работодатель, часто есть возможность включить в эту страховку ближайших членов семьи. Во многих организациях действует коллективная страховка – она, безусловно, дешевле, чем средняя индивидуальная, однако ее стоимость сильно зависит от количества и среднего возраста работников, их пола и медицинской истории. Случается, что в сравнительно небольшом коллективе кто-то серьезно заболевает, – и на следующий год общая цена страховки растет. Иногда такая страховка является основой глубоко скрытой неприязни к людям предпенсионного возраста или инвалидам. Индивидуальные медицинские страховки, как правило, чуть дороже либо покрывают меньше услуг и процедур, однако какой-то прямой зависимости здесь нет. По сей день страховой бизнес в США – это бизнес в условиях рыночной конкуренции, так что у человека есть возможность поиграть на этом факторе и приобрести страховку дешевле первоначального предложения. Страховые агенты, которые занимаются поиском клиентов, в большей степени заинтересованы в собственно продаже страховки, а не в ее стоимости.

Приведу несколько примеров. Так, цена коллективной страховки, которую оплачивает работодатель, год от года меняется, но в целом составляет приблизительно шестьсот долларов в месяц на одного человека. Сотню-другую долларов можно доплачивать за то, чтобы включить в эту страховку членов своей семьи, у которых, кстати, тоже может быть своя страховка на работе, в которую им никто не мешает включить и вас. Самая дешевая страховка на одного человека стоит не менее трехсот долларов. Для части американских семей это очень большие деньги.

Разные страховки покрывают разные услуги. Визит к доктору стоит десять или двадцать долларов независимо от того, что он делал, сколько времени провел с пациентом, сколько сделал тестов, анализов, рентгеновских снимков и т. п. Неотложная помощь обычно стоит пятьдесят долларов. Если вам нужна консультация специалиста, вы не сможете этого сделать, пока личный доктор не направит вас к нему, иначе страховая компания просто откажется оплачивать лечение. Все результаты осмотров у специалистов, анализы, снимки и исследования, которые делались на стороне, пересылаются личному доктору, и от него, как правило, американец узнает о состоянии своего здоровья. Тот же личный доктор обычно выписывает пациенту лекарства.

Однако немалая часть американцев просто при всем желании не может себе позволить купить страховку, если их работодатель им таковую не предоставит. Это настоящий кошмар для многих людей, постоянно отравляющий им жизнь, а также одна из основных проблем современной Америки, демонстрирующий, насколько она еще далека от своих собственных идеалов. И то, что богатая Америка до сих пор ее не ликвидировала, является огромным минусом социальной системы этой страны. Так, в стране, где около 40 млн человек не имеет медицинских страховок вообще, обеспеченные американцы тратят в год более 50 млрд долларов на лечение и уход за своими домашними животными, около миллиона которых имеют свои собственные страховки.

Некоторые молодые американцы предпочитают не тратить деньги на страховку, полагая, что здоровья у них пока хватит и они могут обойтись без врачей. Часть граждан не имеет страховки по принципиальным соображениям. Они предпочитают обращаться к докторам напрямую и оплачивать свои счета самостоятельно, а не обогащать огромные страховые компании. Такой подход также в основном характерен для людей, которые обращаются к докторам только в неотложных ситуациях. В случае серьезных медицинских проблем они рассчитывают на медицинские и благотворительные фонды, оплачивающие операции, трасплантации и экстренные случаи медицинской помощи.

Есть и другие исключения. Так, в США проживает большая часть из 400 тыс. сторонников Церкви христианской науки (Christian Science). В мире это направление широко известно своими проектами в области средств массовой информации. Религия не запрещает его последователям пользоваться медицинскими услугами, но очень многие отвергают их сами. Из-за этого – большое количество смертей среди детей, родители которых пытаются лечить любые болезни молитвой у своих «врачей».

В США нет закона, обязывающего каждого гражданина приобретать медицинскую страховку. Тем не менее людям, не имеющим страховки по финансовым причинам, медицинскую помощь так или иначе оказывают и кто-то в конечном счете хотя бы частично ее оплачивает, хотя вызов без страховки «Скорой помощи» или посещение травмпункта способны надолго подорвать любой семейный бюджет. Реформа медицинского страхования, которую два года пробивал президент Барак Обама, была, в частности, направлена на решение этой проблемы. Однако многие американцы яростно протестовали против того, чтобы государство в принудительном порядке обязывало граждан покупать медицинские страховки. Граждане США опять проявили себя как большие противники государственной повинности. Большинство штатов оспорило реформу президента и обратилось в Верховный суд страны с просьбой отменить ее. Иными словами, несмотря на то что немалая часть американцев живет без медицинских страховок, большинство не хочет делать их обязательными, опасаясь, что это будет означать усиление контроля чиновников за жизнью простых американцев. Если не понимать менталитет реальной Америки, это покажется парадоксом.

Что стоит знать о страховке

Медицинская страховка не покрывает собой все медицинские услуги. Она – не стандартный товар, а скорее своеобразный сборник услуг, которые могут понадобиться человеку в той или иной ситуации. Как правило, в обычную медицинскую страховку не входят, скажем, услуги офтальмолога и любые другие медицинские услуги, связанные со зрением, поэтому их лучше сразу добавить, хотя это и повлияет на стоимость. Также в обычную страховку не входят услуги врачей-психиатров. Отдельной темой могут стать педиатрия или уход за престарелыми. Иначе говоря, надо продумывать, что скорее всего может понадобиться, и именно эти области обеспечить страхованием. Конечно, в США есть страховки по принципу «все включено». Но они стоят очень дорого, я знаю не так уж много людей, которые могут себе их позволить. Как правило, это главы больших корпораций, наследники так называемых «старых денег» или голливудские звезды.

В медицинскую страховку никогда не входят услуги дантиста. Для этого необходимо покупать специальную стоматологическую страховку. Она стоит гораздо дешевле, чем медицинская, однако в большинстве случаев не будет компенсировать все расходы на стоматологические услуги, например, на установку имплантатов или косметические коронки. Кстати, просто врач и врач-стоматолог – это две далеко отстоящие друг от друга специальности в Америке. Иностранцы могут покупать медицинскую страховку перед въездом США у специализированных страховых компаний, но можно получить ее уже по приезде в страну, например как сотрудник в компании, предлагающей страховку, или купить индивидуальную страховку. Гражданство или виза никакого врача интересовать не будут, а наличием страховки он, безусловно, поинтересуется.

Потеря работы не означает немедленную потерю медицинской страховки. Американец имеет право ее продлить, но частично за собственные деньги. 40 % выплачивает он сам, 60 % в течение полутора лет выплачивает бывший работодатель. Почему-то считается, что за это время можно снова встать на ноги и обеспечить себе и своей семье новую страховку. Жизнь в Америке готовит человека к своим превратностям. Один из основных постулатов – должны быть всегда отложены деньги на черный день в достаточном количестве, чтобы сохранить привычный уровень жизни и потребления на протяжении полугода. Однако далеко не все в США строят свою жизнь в соответствии с этими правилами.

Внутри страны все отношения между владельцем страховки, врачами и больницами формализованы до предела, компьютеризированы и работают практически автоматически. Владельца страховки забрасывают бесконечными финансовыми отчетами, по объему информации превышающими отчеты, которые он получает от докторов о собственном здоровье, но когда дело касается получения медицинской помощи за рубежом, этот автоматизм кончается. Все медицинские страховки, безусловно, охраняют здоровье их владельца в любой точке земного шара, но только при одном условии: он привезет обратно в США все необходимые бумаги для получения страховых компенсаций за ту медицинскую помощь, которая была получена за границей. Как и все страховые компании в мире, американские тоже стараются максимально увеличить прибыль и сократить компенсации, делают все, чтобы поставить под сомнение любые бумаги – счета, диагнозы, рецепты и т. д., которые привозятся из-за рубежа. Скажу честно – лично мне ни разу не удалось добиться от своей страховой компании компенсации моих расходов на лечение за рубежом, хотя я знаю и более удачливых клиентов.

Со страховыми компаниями можно торговаться. Помню, много лет назад мне прислали счет за небольшую медицинскую процедуру, в которой принимал участие врач со стороны, не сотрудничающий с моей компанией. Счет был серьезным, но прежде чем отослать чек, я решил предварительно позвонить и выразить свое неудовольствие размером счета. В результате пятнадцатиминутного разговора мне скостили более 70 % суммы при условии, что оставшиеся средства я перешлю немедленно, – что я и сделал. Я потом еще несколько раз пользовался этим методом. Страховщики не очень заинтересованы в том, чтобы долго и нудно выбивать из клиентов деньги, они чаще склоняются к получению пусть и меньшей суммы, но сразу. Более того, они не могут прервать вашу страховку до тех пор, пока вы или ваш работодатель оплачиваете ежемесячные взносы, независимо от того, выплатили ли вы свою часть расходов на собственные медицинские процедуры. Как я потом выяснил, сам факт звонка в адрес страховой компании может привести к автоматическому уменьшению счета сразу на 20–30 %. Отсюда мораль – не надо лениться.

Вылечат всех. Но потребуют денег

В США вылечат и помогут любому вне зависимости от того, есть у вас страховка или нет. Никого без медицинской помощи не оставят. Вот достаточно типичная история из личного опыта моего русского помощника в Вашингтоне. Несколько лет назад его друзья попали в Нью-Йорке в серьезную автомобильную аварию. Одна из девушек, россиянка, приехавшая в США по студенческой визе, получила очень серьезную травму головы, повлекшую за собой гематому мозга и кому. Ее доставили в ближайшую больницу. Несмотря на отсутствие у нее каких-либо документов или страховой карточки, вопреки нелепым мифам, что без документов в Америке не лечат, ее моментально приняли и в прямом смысле слова спасли жизнь, вовремя проведя необходимые длительные операции. Потом ее перевели в лучшую больницу в более дорогом районе города. После лечения и реабилитации, которая длилась два с половиной месяца, помимо бесконечных врачей и медицинского персонала ее палату начали посещать административные работники больницы. Оказалось, что в какой-то момент, когда стоимость ее операций, сестринского ухода и проведения процедур перевалила за полмиллиона долларов, администрация больницы стала беспокоиться, что никакая страховка не покроет эти расходы полностью.

Образовалось два лагеря. С одной стороны – администрация, которая предлагала девушке выписаться. С другой – доктора, без согласия которых выписать ее не могли. В Америке вообще противозаконно выписывать пациента из больницы без его (или его близких) согласия. Поэтому администрация и надеялась уговорить девушку выписаться самой. В результате та пригрозила, что подаст на больницу в суд, – и все проблемы вдруг исчезли, как в кино. Счета внезапно уменьшились и оказались оплаченными частично страховой компанией, с которой больница быстро договорилась, частично друзьями, частично медицинской программой для бедных, а девушку, невзирая на крайнюю серьезность травм и недавние мрачные прогнозы, вылечили и полностью восстановили ее здоровье. Как говорили потом многие российские врачи, которые осматривали ее уже дома, ей очень повезло, что она оказалась в больнице Нью-Йорка, а не своего родного Иркутска.

К слову, здесь очень распространено такое мнение: если у вас небольшое заболевание, типа простуды, то американский врач даже не посмотрит в вашу сторону, но если вы смертельно больны, он вытащит вас с того света. Американская медицина гораздо лучше справляется с тяжелыми болезнями, попросту игнорируя многие из тех, с которыми идут к врачам в России. В Америке не принято заниматься самолечением и не очень популярны домашние средства, за исключением куриного бульона или чая. Когда я рассказывал своей бывшей жене концепцию горчичников и банок, она смотрела на меня широко раскрытыми глазами и так до конца и не поверила в то, что человек добровольно может подвергуть себя таким пыткам. Для нее это было откровенным мазохизмом, как и рассказы о русской бане с прыжками в снег. Дышание паром над свежесваренной картошкой, водка с солью или растирание салом или медом вызвали меньшую реакцию, однако полное непонимание. А традиционный ртутный градусник стал открытием для детей, привыкших к электронному измерению температуры, которую, кстати, тут меряют редко и не начинают «домашнюю диагностику» с этой процедуры, да и врачи этим не особенно увлекаются.

Частью реформы страхования, предлагаемой Бараком Обамой, является отмена так называемых предварительных кондиций. Речь идет о проблемах, которые накапливаются у человека до того, как он покупает медицинскую страховку, старых хронических заболеваний. Большинство медицинских страховых компаний либо не принимает людей со слишком серьезными проблемами со здоровьем, либо не оплачивает лечение тех болезней, которые возникли до оформления страховки. Некоторые компании требуют в качестве предварительного условия провести медицинский осмотр и исключают из своего страхового списка болезни, которые обнаруживаются во время этого осмотра, чтобы снизить таким образом потенциальные расходы.

Логика страховщиков проста: многие люди вспоминают о них только после того, как обнаружат у себя проблемы со здоровьем, и приходят лишь за тем, чтобы кто-то оплатил их лечение. По мысли страховщиков, это все равно что купить страховку от пожара во время пожара. В результате немало американцев оказываются в тяжелой ситуации, поскольку, как я уже сказал, расходы на лечение без страховки оказываются для них неподъемными. Конечно, рано или поздно они получат медицинскую помощь и возможность ее оплатить, но начальная стадия заболевания зачастую может быть упущена. Реформа Обамы подразумевает, что страховые компании лишаются права отказывать людям с болезнями, полученными до покупки медицинского полиса.

Несовершеннолетние дети, как правило, имеют государственную медицинскую страховку. Она – не лучшее, что есть на страховом рынке США, однако обеспечивает получение всех основных медицинских услуг, в которых нуждается подрастающий американец. Но, к сожалению, главную проблему здоровья американских детей – излишний вес – вся эта система не решает. В США отсутствуют традиции профилактики, бытовавшие в СССР, хотя в последние десятилетия в США идет массированная пропаганда здорового образа жизни. Впрочем, ей не удается одержать победу над низкой физической активностью большого числа американских подростков и их любовью к «быстрому питанию». Самые большие победы, которые были одержаны в этой области, – это сохранение обязательности занятий физкультурой в школе, контроль диетического состава школьных ланчей и обедов, а также замена автоматов по продаже кока-колы в школах страны на автоматы по продаже соков и молока. Последняя победа была особенно трудной и значимой, ибо американский рынок кока-колы, как и других такого рода напитков, всегда формировался на основе детской привычки к ним («Кока-кола – это американское молоко», – шутят в США).

Курить или не курить?

Курящие люди, как считает американская медицина, находятся в группе риска. Поэтому стоимость их страховки в большинстве случаев выше, чем у некурящих. Наличие курящих коллег повышает стоимость коллективных страховок, что отнюдь не увеличивает симпатии к курильщикам в коллективах. Однако еще хуже представить себя как некурящего, если вы таковым не являетесь. Как правило, курящие американцы пишут правду, а некоторые курящие иммигранты пытаются схитрить. Эта хитрость может дорого им обойтись – бывало, что страховая компания обвиняла своего клиента в обмане и отказывалась выплачивать компенсацию.

Вообще Америка – страна для некурящих, причем давление на курящих растет из года в год. Нельзя курить нигде в офисах и внутри рабочих помещений – надо выходить на улицу, а там, как правило, висят объявления о том, что курить можно только на расстоянии десяти метров от входа в здание, чтобы не обкуривать входящих. В ресторанах, кафе и барах, за редким исключением, курить нельзя, в том числе в больших городах типа Нью-Йорка или Вашингтона. Нельзя курить в общественных парках, на детских площадках, около школ и мемориальных мест, рядом с музеями или больницами. Есть города, которые запретили у себя курение на остановках общественного транспорта. В других нельзя стоять и курить в одном месте – надо уносить свой дым дальше.

Девушки и молодые женщины в США курят заметно больше, чем мужчины. В целом сегодня в Америке курить – неприкольно. Немодно. Однако подростки этот этап все равно проходят, а для девушек, по всей видимости, курение является еще и символом равенства полов. Сигареты в США стоят дорого, на них установлены дополнительные налоги. При этом и сигареты, и сигары, которые, кстати, весьма популярны в США, свободно продаются в аптеках, если, конечно, покупателю исполнилось восемнадцать лет. Лицам, не достигшим этого возраста, продажа табака строжайше запрещена, и продавцы могут серьезно поплатиться за нарушение этого правила, поэтому приходится показывать свое удостоверение независимо от того, на сколько лет вы выглядите, – продавцы, как правило, не занимаются оценкой возраста покупателей по внешнему виду.

За всем – в аптеку

Американские аптеки – это еще одно чудо, которое до сих пор поражает приезжих. В них можно купить почти все – от лекарств, еды и лампочек до одежды, парфюмерии и косметики, от ремонтных материалов и детских игрушек до канцелярских товаров и батареек. Там можно сделать фотографии на паспорт или визу, снять копии документов, купить сувениры. Это главный магазин в Америке. В отличие от России в США фармацевты – очень уважаемая и высокооплачиваемая профессия. Она требует университетского образования и считается престижной. В США очень много фармацевтов – недавних иммигрантов: найти работу в аптеках и фармацевтических фирмах несколько проще, так как этих специалистов в стране не хватает, как, впрочем, и медицинских сестер, помощников врачей и другого среднего и младшего медицинского персонала. Да и среди врачей все больше и больше попадается людей с неамериканскими фамилиями.

Врач – очень хорошая карьера для иммигранта, если он способен выдержать все экзамены, прежде чем получит лицензию на медицинскую практику. Если открыть справочник врачей того или иного города, среди них окажется множество людей, говорящих на двух или трех языках. Интересно, что и ветеринаров (тоже нужная и хорошо оплачиваемая специальность в Америке), которые говорят на нескольких языках, появляется все больше. Врачи в США не совершают домашних визитов, как я писал выше, а принимают больных, в том числе детей, только у себя в офисах. Здесь нет поликлиник в российском понимании этого слова, тем более детских поликлиник, аналогичных нашим, – врачи снимают себе офисы в самых разных местах. Также в отличие от России мне ни разу не попадались круглосуточные стоматологические кабинеты. Считается, что они не нужны при наличии стоматологической медицины, которая не допускает чрезвычайных ситуаций, – но, как известно, в жизни бывает всякое.

Медицинская страховка обычно оплачивает лекарства, которые выписывает доктор. Если средство стоит меньше двадцати долларов, то я плачу полную стоимость, если больше, я плачу двадцать долларов, а остальное – страховая компания. Если нужно дорогое лекарство, обойтись без страховки будет трудно. Подавляющее большинство лекарств в США можно купить только по рецепту врача. Без него, конечно, тоже продается немало средств, однако все они будут самого общего действия и характера. Распространенный стереотип, что из Америки можно кому-то в России привезти дешевые и хорошие лекарства, к сожалению, не работает. Такие лекарства есть, но их не получить без рецепта, а я еще ни разу не встречал в США врача, который согласился бы выписать рецепт на лекарство неизвестному ему больному, – впрочем, не могу утверждать, что таких здесь нет совсем. Вот что можно и нужно везти в подарок – это американские витамины. Их тут много, самых разнообразных, в различных комбинациях и по вполне приемлемым ценам.

Американская система выписки лекарств очень удобна. Рецепты действуют год, обновляет их сама аптека, связавшись с вашим доктором. Можно сразу купить трехмесячную норму необходимого лекарства, которое при желании бесплатно доставят вам домой или в офис. Можно заказывать лекарство в аптеке по телефону. Страховые компании, тратящие огромные деньги на компенсацию стоимости лекарств, внимательно отслеживают, что и как выписывают доктора, и забрасывают врачей и пациентов информацией о других, более дешевых аналогах того же препарата. Сами лекарства в США проходят долгий путь проверок и тестов, прежде чем попадают в торговые сети. Эти многолетние проверки значительно увеличивают их себестоимость.

Следует иметь в виду, что аптеки в США не только не торгуют лекарствами, которые произведены не американскими компаниями, – местным врачам вообще запрещено выписывать иностранные лекарства. Сторонники таких запретов говорят, что таким образом достигается гарантия, что все лекарства прошли многочисленные проверки на соответствие стандартам США, противники – что американские фармацевтические компании сохраняют таким образом свою монополию на самом большом национальном рынке лекарств в мире. Этот вопрос вызывает обширные дискуссии. Реформа медицинского страхования, предлагаемая Бараком Обамой, предполагала несколько либерализовать эту практику. Но пока в США функционирует даже некий полулегальный бизнес – так называемый медицинский туризм, когда люди, не имеющие страховки или возможности купить необходимое лекарство, едут под видом туристов в другую страну и лечатся там. Как правило, они едут в Канаду, Англию, Италию, на Карибы, а некоторые умудряются попасть даже на Кубу. С другой стороны, многие американцы считают, что врачи часто вступают в сговор с фармакологическими компаниями и выписывают своим пациентам лекарства почаще и подороже, получая с этого некую финансовую прибыль. Не могу с уверенностью это отрицать.

В медицине, как и в жизни американца вообще, велика роль юристов. Больные или их родственники часто обращаются за помощью к адвокату, а врачи даже покупают специальные страховки от возможных судебных разбирательств против них. Высокая стоимость американской медицины, в частности, связана с огромными компенсациями, которые вынуждены выплачивать врачи и больницы, если проигрывают дела в суде. Замечу, что, чтобы практиковать в качестве адвоката, мало закончить юридический факультет пусть даже самого престижного университета – надо сдать очень трудный экзамен по специальности, который принимается местными профессионалами. Он занимает несколько полных дней, а подготовка к нему – долгие месяцы. Но хитрость в том, что в каждом штате этот экзамен для юристов свой, и вы не можете практиковать в этом штате, если экзамен не сдан. То, что он сдан в соседнем штате, ничего не значит. Многие важнейшие для человека области – от семейного права до наследственного, от правил дорожного движения до налогового законодательства, от уголовного до трудового кодекса – регулируются штатами. Иммиграционное право – одно из немногих исключений, оно носит федеральный характер.

Инвалиды и пенсионеры

Если отсутствие страховки у немалой части американцев является большим укором социальной системе, то большим ее достижением являются условия, созданные для инвалидов и пенсионеров. Никто не знает точно, сколько инвалидов в США, по разным подсчетам их от 7 до 13 % жителей страны, хотя некоторые данные показывают, что до четверти американцев имеют те или иные отклонения здоровья, выражающиеся в серьезных проблемах со слухом или зрением, трудностях с передвижением или использованием лестниц, недостатке умственных способностей, а также в неспособности делать необходимые вещи без чьей-либо помощи (принять душ, раздеться, вести машину, сходить к доктору). Все это проблемы, которые нельзя вылечить за год.

Работодатели по закону не имеют права дискриминировать инвалидов при приеме на работу и исполнении ими служебных обязанностей. Все частные и государственные компании обязаны под угрозой наказания предоставлять для инвалидов необходимые условия внутри рабочего помещения. Например, во всех общественных туалетах Америки есть кабинка для инвалидов-колясочников, на лестницах есть пандусы, в каждом офисе – лифт, который писком отмечает каждый этаж, а пассажирский транспорт снабжен специальным подъемником и местами для колясок. Большинство вспомогательных надписей, например на кнопках в лифтах или дверях офисов, сопровождается их дублированием на языке Брайля. Есть специальные лифты для инвалидов на каждой станции метро. Автобусы обязательно сделаны так, что во время остановки они могут опускаться на одно колесо или опускать ступеньку к самому бордюру. На парковках самые удобные места обычно зарезервированы для инвалидов, и если запарковаться там, не имея соответствующего разрешения, то размер штрафа будет приближаться к штрафу за вождение машины в нетрезвом виде. В Америке действует огромное количество организаций, оказывающих помощь инвалидам – от финансовой и медицинской, включая протезирование, до бытовой. Как результат, подавляющее большинство инвалидов США не чувствуют себя изгоями общества. Напротив, они вполне равноправные и активные его члены.

Система социального страхования США – самая крупная государственная программа в мире. Все работающие американцы – это около 160 млн человек – платят в нее взносы, размер которых зависит от зарплаты. Еще столько же доплачивает работодатель. Сегодня в США более 50 млн человек получают ежемесячные чеки социального страхования. Размер среднего чека – около тысячи двухсот долларов, что составляет примерно 40 % от среднего дохода американского пенсионера. Это самая большая расходная часть бюджета США – 20,8 %. К этому можно добавить, что еще 20,1 % идет на программу медицинской помощи пенсионерам.

Пенсионный возраст в США – шестьдесят пять лет. Для тех, кто родился после 1960 г., он будет составлять шестьдесят семь лет, однако уже с шестидесяти двух можно получать пенсию частично. Номер социального страхования американца является, по сути, его идентификационным номером и играет бо́льшую роль, чем любой другой документ, даже водительское удостоверение. Интересно, что дети и вдовы умерших автоматически начинают получать их социальные выплаты. Ребенок имеет право получать выплаты за отца, который умер до его рождения. Более того, суд США принял прецедентное решение о том, что ребенок, зачатый искусственно от умершего за два года до этого отца, имеет право на получение его социальных выплат.

Страхование жизни – еще один популярный в США способ улучшить свою финансовую ситуацию в старости. Многие американцы ежемесячно вносят небольшой страховой вклад. Это не только неплохой способ скопить деньги (страховку в любой момент можно выкупить обратно и превратить в наличные, что нередко и делается), но и обеспечить финансовую поддержку родным и близким после собственной смерти, помочь им избежать финансового удара, связанного с похоронами. Средняя цена похорон в Америке составляет чуть больше шести тысяч долларов, места на частных кладбищах могут стоить от нескольких сотен до нескольких тысяч долларов. Но и здесь кипит жизнь: в последнее время на кладбищах появились надгробные камни со встроенной вместо традиционной в России фотографии видеосистемой, которая проигрывает записанное обращение покойника, а также фильм о его жизни. Фраза с рекламного буклета одного из похоронных домов может стать лозунгом, выражающим отношение американцев к этому вопросу. Она звучит просто и по-деловому: «Планируйте свои похороны заранее, чтобы сэкономить».

Послесловие

Почти десять лет назад из американского Белого дома ко мне обратились с просьбой назвать одну книгу о России (не учебник), которая дала бы представление о стране. Я рассказывал уже про эту историю в книге «Противостояние: Россия – США»[2]. Естественно, это была непростая, если вообще выполнимая задача. Не менее сложно по одной книге получить представление о США. С одной стороны, Америка похожа на Россию – огромная территория, разнообразное население, множество языков, религий и культур в обеих странах часто рождают аналогичные проблемы и ошибки, удачи и просчеты. Полувековое ядерное противостояние даже привело к некоторой схожести массового политического менталитета, одинаковости осознания своей роли в мире. С другой стороны, развитие Америки шло путем, сильно отличающимся от российского, что обернулось большими различиями в культуре, традициях, манере поведения, логике принятия решений – от политических до сугубо бытовых. В результате людям из бывшего СССР жить в Америке легче, чем представителям многих других стран, однако адаптироваться здесь им труднее, чем, скажем, европейцам.

Америка – гостеприимная страна, где немалая часть собственных граждан говорит с акцентом. Языкового комплекса, который заметен во многих странах, в США нет, и тут не услышать реплик наподобие «научись сперва правильно говорить, а потом задавай свои вопросы». В Америке в определенном смысле отсутствует понятие иностранного языка – любой существующий в мире язык кто-то из ее граждан считает родным.

Америка, бесспорно, самая удобная для обычной жизни страна. Как шутят сами американцы, в США пицца прибудет в ваш дом быстрее, чем «Скорая помощь». В течение десятилетий здесь создавалась инфраструктура, приспособленная в первую очередь к бытовым нуждам людей, их запросам и требованиям. В конце концов в США была создана разветвленная инфраструктура культуры потребления, которая только в последние годы начала давать сбои, вызванные глобальным экономическим кризисом. Правда и то, что в американскую систему жизнеустройства трудно включиться. Это требует немало терпения, усилий, а то и денег на оплату, скажем, юридических услуг. Но потом система начинает работать автоматически и в большинстве случаев стабильно, и многие привычные для россиян проблемы она решает без участия людей.

Как и в любой большой и неравномерно населенной стране, в Америке полно проблем, трудностей, а также глупостей и несуразностей. Здесь много бюрократии, можно встретить далеко не самые разумные решения (не только во внешней политике), которые иногда принимаются не самыми образованными или знающими свое дело людьми. Широта и объективность взглядов некоторых американцев оставляют желать лучшего. Здесь иронизируют, что только в Америке, наверно, можно увидеть на банкоматах, установленных для водителей на дорогах, надписи на языке Брайля для слепых. Однако в целом здесь живет замечательный, умный, гостеприимный, честный, религиозный и миролюбивый народ, зачастую даже не осознающий собственной роли и мощи в современном мире. Со средним американцем нетрудно договориться, компромисс является частью его образа мысли. Вести с ним бизнес сложней. Желание заработать у него будет ограничено уважением к закону, а уважение к закону – правовой креативностью. Америка – страна, живущая по принципу «дружба дружбой, а табачок врозь», и, как ни парадоксально, такая идеология приносит больше друзей и дивидендов. Иначе говоря, к американскому другу немыслимо приехать среди ночи с бутылкой, чтобы поговорить «за жизнь», но вполне можно ни с того ни с сего приехать и остаться у него пожить. Россия в глазах американцев – страна бытового и политического экстрима, США в глазах россиян – страна серого мейнстрима. И то и другое, конечно, неверно.

Американцы воспринимают себя весьма иронично. Если в российских анекдотах русские, как правило, оказываются самыми крутыми, умными, сильными или хитрыми, то в американских все наоборот. Я помню, как на одном из популярных сайтов был устроен конкурс на лучшую американскую шутку про американцев. Второе место заняла фраза: «Твоя мама такая толстая, что она, наверное, американка». А победителем стал следующий анекдот: «Представители разных национальностей выходили на волшебный ковер, где они могли хвалить себя, но как только они говорили неправду, то немедленно растворялись в воздухе. Вышел француз, сказал: «Я думаю, что я самый симпатичный мужчина в мире», – и растворился в воздухе. Вышел англичанин и сказал: «Я думаю, что я самый сильный мужчина в мире», – он тоже исчез. Вышел американец, сказал: «Я думаю…» – и немедленно растворился в воздухе». Надо быть весьма самодостаточной нацией, чтобы так шутить над собой.

Ко мне часто обращаются с просьбой помочь добиться чего-то в Вашингтоне. «Познакомь с таким-то и таким-то, – говорят мне, называя высокую публичную фигуру, – нам надо решить вопрос». Трудно объяснить, что в США в большинстве случаев так вопросы не решаются. В стране вообще нет ни одного монопольного центра принятия решений в какой-либо области. Я не устаю повторять, что США – это другая страна, а не просто «более богатая Россия», Вашингтон – совсем не Москва, а Белый дом – отнюдь не американский вариант Кремля. Как гражданин России живет в паутине связей и знакомств, так американец живет в границах весьма жесткого системного устройства американской жизни. Поэтому в каком-то смысле в США меньше индивидуальной свободы, но гораздо больше личных возможностей, а в России при внешнем наличии почти неограниченной свободы реальные возможности есть лишь у небольшого числа людей, да и то они в любой момент могут быть утрачены.

Еще одна особенность заключается в частом выхватывании Россией какого-то отдельного элемента американского опыта, будь то выборы губернаторов или отказ от государственных средств массовой информации, и неудачное применение его в своей практике без понимания того, что этот элемент является частью целостной системы жизнеустройства. Любая система эффективна, если применяется полностью и без исключений. Россия – страна, где систему заменили принципы ручного управления и избирательность применения законов. США – страна, где система не дает возможности применить ручное управление и избирательность закона, даже когда это, казалось бы, может быть полезно и рационально. Отдельные части американского образа жизни как цельной системы просто невозможно успешно перенести на другую национальную почву.

В США есть такая шутка. У великого философа спрашивают: «Что вы думаете об американской цивилизации?» Он отвечает: «Это была бы замечательная идея». В каждой шутке, как известно, есть доля шутки. Американская цивилизация, конечно, существует. Есть уникальный американский способ устройства ежедневной жизни обычного человека, уже сыгравший огромную роль в мировой истории последних двух веков. Именно этот опыт американского жизнеустройства со всеми его плюсами и минусами, а не научно-технические достижения, гигантская индустрия развлечений или военно-политические шаги США, является главным вкладом Америки в современную мировую цивилизацию. Об этом я и пытался рассказать в своей книге. Надеюсь, что – хотя бы частично – мне это удалось.

Примечания

1

Квиттер (от амер. разг. quitter) – прогульщик; тот, кто легко бросает начатое дело.

2

Злобин Н., Соловьев В. Противостояние: Россия – США. – М.: «Эксмо», 2009.

Content

Николай Злобин
Америка… Живут же люди!

Введение

Глава 1 Америка – плавильный котел

Что надо знать об Америке в первую очередь

Американцы – сколько их?

Самое пестрое общество мира

Европейцы Америки

Азиаты Америки

Евреи Америки

Небольшие, но влиятельные диаспоры

Русские в США

Конфликт поколений в семьях иммигрантов

Российские проблемы на американской почве

Приемные русские дети Америки

Мог ли Терминатор стать президентом США?

Глава 2 Американское детство

Американец родился

Аборты – большой вопрос американской политики и менталитета

Бебиситтер – первый воспитатель и первая работа

Детство без бебиситтера: детские сады и летние лагеря

Лагеря и школы для непослушных детей

Бойскауты и герлскауты США

Свободное время юного американца

В торговые центры!

Детский спорт

Чемпионаты по орфографии и умению убеждать

Глава 3 Американец учится

Американец идет в школу

Школа: здание, учебники, форма

Желтые автобусы – символ Америки

Стрельба в школе

Хулиганы

Где школа лучше?

Из школы – в университет

Чему и как учат в унверситетах США

Глава 4 Американский патриотизм

Патриотизм плавильного котла

Исторические корни американского патриотизма

Сокровища американской глубинки

Антикварный рынок США: памятка туристам и коллекционерам

Местный патриотизм – основа патриотизма всей страны

Американцы в мире

Американский спорт – игры патриотов

С флагом и значком

Глава 5 Американский дом

Сабурбия – мечта бебибумеров

Что такое «хороший район»?

Тупик – мечта американца

Хорошие районы – не для чужаков и тусовщиков

Квартира или дом. Покупка или аренда

Американский дом: место для жилья

Сделано не на века

Домашняя безопасность

Погода внутри и снаружи американского дома

Вода – важный показатель качества жизни

Как меняли трубу в моем доме

Свой бассейн – удовольствие с головной болью

Выбор и инспекция дома

Главное – поторговаться

Кому не дадут купить жилье

Жить в городе – жить по-европейски

Жилищная проблема решена. Бездомные остались

Глава 6 Нация, легкая на подъем

Американец и его автомобиль

Дороги и дорожная полиция

Автомобильные тонкости

Общественный транспорт

Назад в родной город

Глава 7 Нестоличная столица

Вашингтон – политическая столица мира

Бесправные американцы

Почему Вашингтон не может расти

Площадь Сахарова

Столичные геи

Глава 8 Американцы на работе и дома

Сколько американцы работают?

Воскресенье – день для бога, семьи и друзей

Рабочая неделя американца

Четверг и пятница – уже уик-энд

Почему американцы такие шумные

Своими руками

Американец в ресторане

Что выпить за ужином?

Американец смотрит телевизор

Американец платит налоги

Правила шопинга

Кредитные карточки и банковские счета

Глава 9 Работа в Америке: памятка для иностранцев

Сложнее и проще

Вечный контракт и академическая свобода

Что надо иметь в виду?

Конкуренция и вне конкуренции

По гамбургскому счету

Как менялось отношение к россиянам

Глава 10 Американские СМИ: всегда в фокусе

Есть ли свобода СМИ в Америке?

Слово, которого нет в русском языке

Американская очередь

Право знать и право не знать

Звезды

Первые леди, первые семьи

С женой или со страной?

Короли и преступники

Глава 11 Взлеты и провалы американского здравоохранения

Медицинская страховка

Что стоит знать о страховке

Вылечат всех. Но потребуют денег

Курить или не курить?

За всем – в аптеку

Инвалиды и пенсионеры

Послесловие

Примечания