Волков Николай

Триумвират

Краткая предыстория

Материк, населяемый людьми, сотрясали войны. За последнюю пару веков борьба за территорию, власть или просто материальные блага перешли всяческие границы, не смотря на то, что именно эти войны и смогли, наконец, установить четкие границы между четырьмя королевствами.

Королевства воевали между собой, но в большей степени угроза была не внешней, а внутренней, поскольку дворянство раздирало их на части своими извечными склоками.

Поскольку дворянином мог стать любой, для этого требовалось лишь немного удачи и много времени проведенного в армии, а любому новоиспеченному дворянину королем выдавался земельный надел и, хотя бы, одно поселение, подгоняемые своими командирами люди шли на убой.

Сказывалось на ситуации и то, что в достаточно суровом климате, царящем на материке, было мало плодородных земель, да и прочие ресурсы, такие как металлы или каменный уголь, доставались лишь одной ценой. Ценой крови.

Как водится, при затяжных войнах, а не прекращающиеся военные действия в течение нескольких веков вполне можно было считать такими, ученые, как, впрочем, и люди искусства, стали ненужными профессиями. В остальных областях развития тоже царил упадок.

Постепенно люди забывали о том, что такое красота, вера, чувства и разум. Женщины могли считаться красивыми, если у них были целы хотя бы все зубы, а эталоном мужской красоты считалось наличие на своих местах всех конечностей. Священники и сами позабыли о том, к чему призывала их вера, и по большей части занимались лечением ран и погребением покойных. На чувства и их проявление не хватало времени, а науки и развитие общества не волновало никого, включая самих королей.

В сложившейся ситуации лишь колоссальная внешняя опасность, такая как война с приплывающими из-за океана нортернами или торрнами, могла объединить королей и заставить их действовать сообща, но подобные вещи были редки, и последнее нашествие произошло лет тридцать назад.

Материк, который населяли нортерны, тоже не был образцом спокойствия. Если на территории людей царила война явная, то здесь она велась скрытно. Интриги и убийства царили меж многими кланами, расселившимися по всей территории материка. Конечно, все было возведено в ранг высокого искусства, и осуждению подлежали лишь те представители расы которые не смогли достаточно хорошо спрятать концы в воду.

Одержимые искусством, они не знали предела в совершенствовании и оттачивании своих навыков, будь то музыка, поэзия, или искусство боя и интриги. Их развитие шло только в одном направлении, и они начинали забывать о том, что изящная рапира легко может сломаться под ударом топора.

Можно было надеяться, что такая одаренная раса, которой являлись краснокожие нортерны, займется развитием и науки, возведя в ранг искусства и ее, но нет, это не интересовало их так же, как и людей.

Наконец, третий материк, доставшийся торрнам, являлся самой большой загадкой для всех обитателей двух других материков.

Атаки торрнов, которые приплывали на своих живых кораблях, всегда ставили в глубочайшее недоумение всех тактиков и стратегов двух других рас, поскольку они были лишены даже тени смысла. Торрны сметали на своем пути любые преграды, всегда забирали всех своих павших товарищей, и могли в момент свернуть все боевые действия, если добивались одним им ведомых целей. Даже если вмешивался слепой случай, и что-то из их необычайного снаряжения попадало  в руки людей или нортернов, во-первых, никто из них не мог им воспользоваться, а во-вторых, это значило только одно – следующий рейд не заставит себя долго ждать, и торрны вернут себе свое имущество любой ценой, которую за это придется заплатить.

Не было на двух материках никого, кто мог бы с уверенностью заявить, что он понимает логику поступков этой странной расы, с кожей оливкового цвета, чьи женщины были фигуристы и изящны, а мужчины казались слегка обтесанными скалами непривычной расцветки.

Когда несколько лет назад, группа аристократов из числа людей предприняла самоубийственную попытку добраться до материка нортернов, и предложить им создание буферной зоны, где расы могли бы спокойно сосуществовать и решать разногласия мирным путем, никто из них даже не надеялся на успех. Однако нортерны согласились на предложение, попросив лишь о том, чтобы их известили при обнаружении подходящей территории. Ни те, ни другие, не ожидали того, что в тот же самый день, когда предложение прозвучало и было принято, к берегам нортернов приблизится корабль торрнов, и представительница их расы заявит о том, что торрны также заинтересованы в подобном варианте развития событий.

Та группа аристократов благополучно вернулась к родным берегам, в сопровождении кораблей обеих рас, и начали предпринимать все, что только было возможно, для того, чтобы Город Веры стал реальностью.

Стоит заметить лишь то, что упомянутые аристократы не просто не имели за собой поддержки королей, они не имели практически ничего, кроме собственного ума и возможностей осмысливать происходящее, пытаясь найти пути, которые вывели человеческую расу из тупика.

Все они были выходцами из дворянства разных стран, которых объединяло только то, что по всевозможнейшим стечениям обстоятельств каждый из них начинал видеть безнадежность подобной жизни для своего народа.

Именно в таких условиях и начинается наше повествование.

Книги

Материк: Артолан

Раса: Люди

Королевство: Энерин

Барон Джоель ас Селерн был недоволен.

Откровенно говоря, это недовольство длилось уже давно, и не было чем-то новым, но с последнего дня рождения его дочери оно стремительно увеличивалось.

- Угораздило же меня, - ворчал он – в свое время ввязаться в эту историю. Теперь вот сиди и решай как же быть.

Думать барон особо не любил, но сейчас делать это ему, поневоле, приходилось. Упомянутая история была ничем иным, как брак с первой красавицей округи, Лилианой, которая впоследствии родила ему двух детей.

Мальчик был копией отца и внешне и по своим повадкам, и уже не раз помогал отцу вести людей на войну с треклятыми соседями, которые не желали уступать проход к речной гавани.

Дочь же, в отличие от сына, была красавицей, как и ее мать, но при всем этом, глядя на нее, барон не замечал в ней ровным счетом ничего от себя.

Еще четыре года назад, когда ей исполнилось двенадцать лет, всем уже было очевидно, что она вырастет по-настоящему красивой девушкой, и с того возраста отец приставил к ней двух телохранителей, которые давно служили ему, и, ввиду несчастных случаев на войне с соседями, были кастратами. Верные своему хозяину Боз и Джорин, когда дубинками, а когда и клинками отгоняли всех, кто пытался подобраться поближе к его юной дочери.

Сейчас же, дочь выросла, и уже была готова к тому, чтобы выйти замуж, и именно это составляло причину недовольства барона. Вот уже несколько месяцев, прошедших с ее дня рождения он не мог решить, кто же может стать достойным мужем для нее, и принести их владениям максимальную прибыль.

Лилиана же самоустранилась от помощи в этом решении, философски пожав плечами и заявив, что либо все будет так, как решит он, либо судьба сама распорядится так, как сочтет нужным.

- Господин барон, господин барон!!! – раздался голос одного из слуг.

- Что там еще?

- Вам послание от барона Освица.

- Давай сюда.

Взяв бумагу, барон долго и вдумчиво разбирал каракули старого друга, после чего слегка просветлел.

- Лилиана!

Его супруга, знающая, в каком настроении пребывает ее муж, решила не тянуть с появлением, и вошла в комнату.

- В чем дело, муж мой.

- Освиц прислал приглашение. Он устраивает прием в честь…

Барон попытался было снова разобраться в каракулях старого друга, но задача была явно не по силам.

- В общем, какой-то прием. Съедется много дворян. Глядишь, там я и смогу найти кого-нибудь, чтобы выдать дочь замуж. Завтра выезжаем, так что иди и скажи, чтобы все собирались.

Избавившись таким образом на время от мучающего его вопроса, барон вздохнул посвободней, и приложился к кружке с пивом.

В родовом гнезде ас Селернов воцарилась непривычная суета, предшествующая путешествию.

Для Эллиры ас Селерн, дочери барона, подобная суета была подобна бальзаму, пролившемуся на ее душу. Откровенно говоря, вот уже год, как она не покидала пределов поместья, после того, как была поймана при попытке выйти за ворота без вечных телохранителей за спиной, и предстоящая поездка, была для нее долгожданной сменой обстановки.

В свои шестнадцать лет, девушка уже умела читать, и зачитала до дыр все четыре книги, которые смогла обнаружить в поместье. То, что одна из книг была букварем, ее нисколько не смущало, а то, что остальные из них были любовными романами, написанными бог знает когда, распаляло ее пылкое воображение.

Помимо этих книг, в поместье и заняться то было особо нечем. Нельзя же сидеть весь день как ее мать, занимаясь шитьем и вязанием, поэтому она не меньше своего отца ждала этой поездки, хотя по опыту прошлых лет прекрасно знала, что подобные приемы заканчиваются обычно упившимися баронами, которые орут всевозможнейшие непристойные песни, периодически выворачивая содержимое своих желудков.

У нее была надежда лишь на то, что когда все гости достаточно выпьют, ей можно будет, пусть и в сопровождении телохранителей, прогуляться по округе, и увидеть хоть что-то, кроме опостылевшего поместья.

К вечеру, со сборами было покончено, и с утра, процессия возглавляемая бароном и его сыном, отправилась в путь.

Владения барона простирались на день пути в обе стороны от поместья, и были не так велики, как у его соседей, но у них был один несомненный плюс, которому завидовали все, и ради чего одни из его соседей вели постоянную войну. Этим плюсом был небольшой городишко, который приносил барону достаточно средств, чтобы не только отстаивать свои владения, но и пытаться прорваться к речной гавани, которая могла бы обеспечить ему сплав древесины, до одного из его старых друзей. Соседи, владевшие этой гаванью, прекрасно понимали, что если он сумеет ее захватить и укрепиться там, то пройдет совсем короткий срок и у них не останется иного выбора, кроме как признать его победу и кануть в безвестность, как многие дворяне, бывшие до них.

После трехдневного перехода, процессия, наконец, достигла поместья барона Освица,

- Освиц, старый хрыч – расчувствовавшись, сказал Джоель – сколько ж лет прошло с тех пор, как ты от меня ушел?

- У тебя в тот год девчушка родилась, – ответил Освиц – а я тогда взял свою десятку, да и надавал по шее этому щенку баронету. Мы тогда знатно повеселились, когда вырезали всю его семью. Ты же помнишь, что он моего брата тогда убил?

И два старых сослуживца отправились пропустить по кружке пива.

Эллира с интересом рассматривала непривычную ей суету. Большое количество народу сновало по двору. Кто-то тащил бочонки с пивом, кто-то занимался провизией, а кто-то распрягал лошадей приехавших гостей. С одной стороны подобные хлопоты были рядовыми и обыденными, но с другой, такое количество народу было непривычно ей.

Как она смогла выяснить, они приехали почти к самому началу приема, и поэтому, практически не отдыхая после дороги, были препровождены в залу.

В зале было шумно. Большая часть собравшихся здесь гостей когда-то вместе служили, и некоторым в достаточной мере повезло -  они смогли получить вожделенное ими дворянство. Слуги едва успевали подтаскивать новые бочки с пивом, жены приехавших гостей собрались отдельной стаей и принялись обсуждать общие темы, молодые отпрыски сновали по зале пытаясь найти для себя местечко.

Прием проходил в своей обычной манере – гости много пили, пели грубые солдатские песни, и потихоньку готовились перейти к очередному этапу, который, как знала Эллира, заключался в том, чтобы показать свою воинскую удаль.

На общем фоне сильно выделялись лишь четверо гостей, стоявшие особняком от остальных, и, что самое удивительное, среди них была красиво одетая женщина, к которой трое мужчин попеременно обращались, стремясь узнать ее мнение.

Один из мужчин, заметив заинтересованный взгляд Эллиры, направился было к ней, но был остановлен Бозом и Джорином, появившимися из-за ее спины.

- Спокойнее, я просто хочу поговорить – сказал он им, и посмотрел на Эллиру.

- Виконт Джейр Тассен, к вашим услугам, сударыня. Вижу, что вас заинтересовал я и мои  друзья. Не желаете ли присоединиться к нашей беседе?

- Любопытное предложение. А о чем вы беседуете?

- О науке и ее плачевном состоянии в наше время.

- О науке?

Эллира была искренне изумлена этим фактом. На ее памяти еще никто из дворян не беседовал о науке, и уж тем более не предлагал ей поучаствовать в подобной беседе.

- Даже не знаю, - сказала она – я никогда раньше не интересовалась наукой. Будет ли это уместно?

- Вполне. Это все же лучше, чем скучать в одиночестве. Кроме того, может быть вам станет интересно?

Эллира колебалась недолго.

- Что же, спасибо, не откажусь.

Они направились к остальным членам группы, и следом за ними подтянулась и пара крайне недовольных телохранителей.

- Ну, Джейр, и кого же ты к нам привел? – приветливо поинтересовалась женщина.

- Прошу прощения, я сам еще не успел познакомиться с нашей очаровательной особой. Как вас зовут, сударыня?

- Эллира ас Селерн.

- А это графиня Арианна астор Лавелл, баронет Гайл ас Россет и граф Клайс астор Меннис. Но я не могу не обратить внимания, что, не смотря на приставку перед фамилией, вы не назвали вашего титула.

- Джейр, прекрати смущать девушку. Она не наследует титул. У нее видимо есть брат.

- Совершенно верно, графиня…

- Никакого официоза. Мы привыкли называть друг друга по именам, поэтому и вы обращайтесь к нам также.

- Хорошо. Мой отец – барон.

- Из тех, которые сейчас закончат пить в том углу и устроят свалку?

Эллира кивнула, и впервые в жизни ей стало стыдно за своего отца.

- Не смущайтесь. Мы привыкли к подобному, и просто не обращаем на это внимание. Скажите, вы образованны?

- Смотря, что считать образованием.

- Ясно, – сказал Гайл – шитье и так далее?

- Я умею читать.

- И много книг вы прочли?

- Четыре. Это все, что нашлось в поместье.

- И какие же? – подбадривающее спросила Арианна.

- Одна из них была букварем, а три остальные – романами.

Гайл весело улыбнулся.

- И могу спорить, что вы теперь мечтаете о рыцаре в сияющих доспехах на белом коне.

- Ничуть. Я слишком насмотрелась на военных.

Джейр удивленно поднял бровь.

- Довольно практичный подход, вы не находите, Арианна?

- Пожалуй. В том не ваша вина, что у вас не оказалось книг, но ваша беда. Мы здесь обсуждали совсем другие книги. Те, что несут знания из глубины веков. Те знания, которые сейчас по большей части забыты. Мне повезло намного больше.

- О нет, - простонал Гайл – сейчас начнется. Арианна, вы хоть иногда можете не хвастаться? Все и так знают, что у вас отменная библиотека.

- Предположим, - ответила она – что не все. Эллира, к примеру, об этом знать не может. Но я хотела вовсе не похвастаться, а пригласить вас к себе, если вам это будет угодно, так как библиотека у меня и впрямь отменная.

- Я бы очень хотела, - с чувством сказала Эллира – но мой отец никогда меня не отпустит.

Джейр ехидно прищурился, а доселе молчавший Клайс, неожиданно произнес:

- Мне кажется, что эту проблему можно решить. Арианна?

- Покажите мне вашего отца – попросила она.

- Зачем? Он все равно никогда не согласится.

- Увидите сами.

Эллира указала на ее отца, и Арианна неспешно поплыла в указанном направлении.

- Что она собирается делать? – поинтересовалась Эллира.

- Не волнуйтесь, - ответил Гайл – она не первый раз проворачивает подобное.

В этот момент до слуха Эллиры донесся вопрос Джейра, адресованный Клайсу.

- Так насчет буферной зоны для всех рас…

- Тише. Нас сейчас могут услышать.

Эллира развернулась к ним.

- Буферная зона? Для чего?

Клайс нехорошо посмотрел на Джейра, и произнес:

- Скажите, что вы знаете о других расах?

- Только то, что рассказывал отец. Что одни из них красные, а другие…

- Обычно их называют зелеными, хотя это и неправильно. Их кожа имеет оливковый цвет. Это все?

- Да. Ну, еще то, что они иногда нападают на нас.

- А что бы вы сказали, если бы возникла некая территория, где все можно было бы решить миром?

- Это было бы чудесно, но вряд ли такое возможно.

- А что если я скажу вам, что это очень скоро может воплотиться в реальность?

- Как?

- Нам осталось только получить один остров, на котором мы сможем устроить такое место.

- Но это же будет бесполезно, пока у вас нет единомышленников среди других рас!

Гайл улыбнулся.

- Она мне нравится, господа. Очень нравится. Зрит сразу в корень.

Клайс поднял руку.

- Единомышленники есть. И все соглашения уже достигнуты. Осталось дело только за местом. Мы даже подобрали его, но пока никак не можем получить на него права.

Вернувшаяся Арианна предупредила:

- Вы поосторожней, господа, а то мало ли кто тут может услышать.

И повернувшись к Эллире, добавила:

- Вопрос улажен. Он сам пошлет вас ко мне.

- Как?

- Я умею общаться с мужчинами подобного сорта. Кроме того, если он не отпустит вас, то я сама приеду к вам. Если вы меня конечно пригласите.

- Разумеется, я вас приглашаю.

Арианна посмотрела на телохранителей, безмолвной тенью стоящих неподалеку.

- Вы свидетели того, что я официально приглашена.

Дождавшись ответных кивков, она вновь повернулась к остальным.

- Господа, вы стали расспрашивать девушку, но рассказали ли вы ей о тех, кто будет заинтересован в этом острове? Нет? Я не удивлена. Эта девушка не знает даже о том, что творится на нашем материке, а вы сразу заводите с ней разговор о других расах. Стыдитесь.

- А что происходит на нашем материке?

- Знаешь, чтобы понять полностью то, что будет этот шаг значить для нашей расы, тебе для начала надо знать, что мы не развиваемся, и притом уже давно. Люди разучились думать. Разучились мечтать. Мы можем теперь только желать.

- Не все же…

- Не все. Иногда, встречаются такие исключения как мы. И именно поэтому, мы ездим по этим дурацким приемам, чтобы найти таких же, как мы и вытащить их из этого болота, которым стала наша жизнь.

Арианна огляделась, и продолжила.

- Посмотри на обычных пейзан. Они едва сводят концы с концами, потому, что у них отбирают все, что может потребоваться армии или дворянам. Они работают почти круглые сутки и не могут прокормить свои семьи. Они отвыкли думать, и не могут даже сообразить, как облегчить свой труд. Война душит все, что только можно задушить,  и никого это не волнует. Если страна не воюет с соседями, то ее раздирают внутренние склоки из-за пустяков.

- И что же, совсем никто не думает ни о чем?

- Помимо нас – есть очень немногие, у кого достаточно времени, чтобы развивать свой ум. Обычно, они инвалиды, которые уже не могут воевать, и поэтому им нечем больше заняться. Мы долго обсуждали, что же можно сделать в такой ситуации, и пришли к выводу, что нам надо обезопасить материк от внешних угроз, и, воспользовавшись этой безопасностью, устранить внутренние раздоры.

- Раздоры внутри стран?

- Для начала – внутри материка. Сделать это можно только одним способом – превратив кого-нибудь из королей в императора, под властью которого объединятся все страны. И поверь, это не так просто. После этого, мы займемся и внутренними конфликтами, но до этого пока далеко. Нашей расе нужна передышка, и если мы сможем выторговать хотя бы несколько лет, то, по идее, нам этого должно хватить, чтобы развернуть свои планы вовсю.

Эллира смотрела на Арианну широко раскрытыми глазами. Эта женщина не шутила, говоря о таких вещах, и можно было с уверенностью утверждать, что она пойдет на все, лишь бы выполнить задуманное.

- Но кто вас поддерживает? Короли? Они понимают всю необходимость этого?

Арианна хмыкнула.

- Короли? Единственное о чем они думают, это их прихоти и война. Им нет дела до жителей их стран.

- Но кто же, тогда?

- Никто кроме нас самих. Мы ведь тоже дворяне, помнишь? Мы вправе менять жизнь тех, кто живет на наших землях. Вправе не забирать у них последний кусок. Мы не ссоримся с нашими соседями, и не отвлекаемся на то, чтобы повоевать.

- Арианна, ты перебарщиваешь, - вмешался Гайл – твой муж ведь воюет. Да и во многих владениях все равно идет война, несмотря на то, что жители все-таки живут там лучше, чем в других местах. А если ты про Балларда, то это скорее исключение, чем правило.

- Пусть так. Но наши пейзане лучше накормлены, и у них есть время, которое они могут потратить на себя и семью. Мы не обираем их до последней нитки.

Беседа плавно текла своим чередом, а юная Эллира начинала понимать, что она не знает о мире, в котором живет, ровным счетом ничего.

Эти красиво одетые господа, совершенно не похожие на всех дворян видимых ею ранее, говорившие о таких странных вещах, о которых больше не говорил вообще никто, несли то, к чему начинало стремиться ее просыпающееся любопытство, и жажда узнать и понять все становилась сильнее с каждой минутой.

Спустя пару часов, проведенных вместе с ними, Эллиру отвлек Боз, который подошел к ней и сказал:

- Извините, но ваши родители желают, чтобы вы покинули залу. Завтра нам предстоит отправиться в обратную дорогу, и вы должны отдохнуть.

С сожалением Эллира была вынуждена покинуть своих новых знакомых, которые были самыми интересными людьми из тех, что ей встречались до сих пор. Однако, то, что она услышала и узнала от них, будоражило ее разум, и она обдумывала все услышанное до самого возвращения домой.

В первый же день, по возвращению, она решила убедиться сама в том, о чем ей говорила Арианна. Прихватив с собой телохранителей, она отправилась в город, и была шокирована увиденной там нищетой.

Пройдясь по улицам, и обнаружив храм, она зашла в него и, выловив клирика, попросила его:

- Извините, а вы не могли бы мне рассказать о том, в кого мы все тут должны верить?

Не ожидавший такой просьбы клирик смутился, но ответил:

- Вы, видимо дочка нашего барона?

- Да.

- Прошу извинить меня, но  у меня сейчас нет времени на то, чтобы побеседовать с вами. Я должен заняться раненными.

- Я понимаю. Извините.

- Но это вовсе не значит, что я не удовлетворю ваше любопытство. Подождите здесь.

Он оставил ее на несколько минут, после чего вернулся, неся в руках книгу.

- Вот. Это наше Священное Писание. Берите.

- Я не могу! Эта книга нужна вам!

- Можете. Мы помним ее наизусть, а вы, как прочтете, вернете ее. Вы же умеете читать?

- Конечно!

- Значит, так мы с вами и решим. Надеюсь, что в следующий раз я найду время хоть немного поговорить с вами.

- Я была бы вам весьма признательна.

Торопясь домой, Эллира прижимала к груди Священное Писание, которое было ценно для нее уже тем, что было пятой книгой в ее жизни, но еще большую ценность она представляла своим содержанием, которое, по ее мнению, могло ответить на многие ее вопросы.

Потратив несколько дней на то, чтобы прочитать Священное Писание от корки до корки, и еще пару дней на то, чтобы обдумать прочитанное, Эллира пришла к серии странных выводов.

Книга была действительно ценна, поскольку она помогала расставлять приоритеты в жизни, и показывала, какой, согласно основным постулатам, эта жизнь должна быть, но по размышлению, люди нарушали все заповеди и постулаты, описанные в ней. Она вещала о чудесах, которые являл бог, но эти чудеса происходили настолько давно, что возникало впечатление того, что люди отвернулись от бога, а бог отвернулся от них.

Придя к таким выводам, она направилась вновь в храм, и выловила того же клирика, который дал ей книгу.

- Прощу прощения, я пришла вернуть вам Священное Писание.

- Да, дитя, хорошо. Вы прочитали?

- Да, и у меня возникли вопросы.

Клирик улыбнулся.

- Не сомневаюсь. Вам повезло, у меня есть сейчас немного времени, чтобы ответить на них.

Эллира слегка помялась, не зная как начать, но под ободряющим взглядом клирика все-таки решилась.

- Скажите, вы верите в Бога? По-настоящему верите?

Клирик горько усмехнулся.

- Самый тяжелый вопрос, который можно было задать. Нет, дитя мое, я уже давно в него не верю.

- Но как же так? Вы же клирик! Вы же должны в него верить!

Он вздохнул.

- Так же как и все, дитя мое. У меня просто не хватает времени, заняться своей верой и своей настоящей работой. Клирики уже давно не врачуют души и не приносят свет веры. У нас хватает времени только на то, чтобы готовить лекарства и лечить раненых.

- Все из-за войны – глубокомысленно произнесла Эллира.

- Да. Все из-за войны.

- Именно поэтому бог больше не являет своих чудес? Потому, что все отвернулись от него?

Клирик огляделся, и тихонько произнес:

- Хорошо, что мы сейчас одни здесь, иначе вы бы могли дорого поплатиться за ваши слова. Пожалуйста, никогда и никому не говорите о том, что он отвернулся от бога и не верит в него.

- Почему?

- Наивное дитя… Потому, что вас убьют за такие слова. Поймите правильно, люди никогда не признают того, что они не верят. Вера завещана нам властью, как Бога, так и мирской, и ставить под сомнение этот вопрос будет выглядеть кощунством, которое они не потерпят.

- Так что же, вообще никто не задумывается о Боге? Ни у кого не хватает времени на то, чтобы думать о чем-то кроме работы и пропитании?

Клирик с грустной улыбкой посмотрел на нее.

- Подумайте, дитя. Пейзане не могут прокормить себя, и все их время у них занимают именно такие проблемы. Они даже не приходят в храм. С мастеровыми та же история. Дворяне заняты войной, и им некогда отвлекаться на подобные вещи. Лишь военные периодически попадают в храм, в основном для лечения. Хотя у нас живет здесь пара человек, которые много думают о подобных вещах.

- Кто они?

- Бывшие военные. Им отрубили и руки и ноги, но они выжили. Так как им больше ничего не остается, они могут тратить свое время на раздумья. Если хотите, я могу вас познакомить с ними.

- Я… Я подумаю.

- Хорошо. А сейчас я попрошу меня извинить, мне снова пора к раненным.

Клирик ушел, а погруженная в раздумья Эллира направилась назад в поместье.

В ее голове не укладывалось то, как же можно говорить о вере в Бога, и не верить в него. Она не понимала, как у людей не может найтись ни минуты, чтобы задуматься о том, как они живут.

На следующий день, она пробралась в кладовую, и нагрузив своих телохранителей хлебом вновь отправилась в город.

Этот поход еще долго вспоминали все, кто стал невольным участником событий, или их свидетелем.

Когда юная девушка выложила буханку хлеба перед кузнецом, тот потерял дар речи. Найдя, наконец, слова, он выдавил:

- Чего хочет юная госпожа?

- Я хочу, чтобы вы со мной поговорили. Я знаю, что вы работаете не покладая рук, чтобы обеспечить свою семью едой, и даю вам ее, но хочу, чтобы вы со мной поговорили.

- Как будет угодно госпоже.

- Расскажите мне о своей работе. Зачем вы ее делаете?

- Чтобы обеспечить солдат вашего отца, госпожа. Зачем же еще?

- Да, но зачем?

- Мне надо кормить семью, госпожа. У меня пятеро детей, двое уже скоро пойдут служить, а остальные помогают мне. Кто за углем бегает, кто в подмастерьях ходит.

- Вы когда-нибудь бывали в храме?

Такой вопрос поставил кузнеца в тупик, но спустя некоторое время он ответил:

- В детстве, помнится, туда забегал как-то раз.

- А о Боге вы думаете?

- Извините, госпожа, мне некогда об этом думать. У меня всегда много работы.

Стоит ли говорить, что и весь остальной люд, опрошенный в тот день Эллирой давал схожие ответы на те же самые вопросы. Разочарованная, но получившая подтверждение тому, что виной такой ситуации является война, она отправилась домой.

Однако, стоило ей добраться до своей комнаты, как она была немедленно вызвана к отцу.

Барон был в ярости.

- Как ты посмела – прошипел он при виде ее.

- Папа, вы со мной разговариваете?

- Не смей мне тут задавать вопросы, после того, что ты натворила. Ладно, твои самовольные отлучки в город…

- Я брала с собой телохранителей.

- Так еще и это!!! Ты стащила из кладовой хлеб, который предназначался нашей семье!!!

- Папа, ну зачем нам столько хлеба? Я его ем мало, мама тоже, а вам с братом такое количество вдвоем долго есть придется. Он же испортится. Я и отдала его тем, кто в нем больше нуждался.

Барон побагровел.

- Права была графиня насчет тебя!!! Собирай вещи!!! Завтра же ты отправляешься к ней на воспитание!!!

У Эллиры хватило ума не броситься ему на шею с благодарностью.

- Да, отец.

- Вон отсюда!!!

Эллира направилась было к двери, но потом остановилась и спросила:

- Отец, а можно задать вопрос?

- Какой еще вопрос?

- Ты веришь в Бога?

- Да.

- Давай поговорим с тобой об этом.  Я тут прочла Священное Писание, и…

Барон сделал жест телохранителям дочери, и те вывели ее из комнаты.

Сборы прошли быстро, и на следующее утро Эллира отправилась в дорогу, в сопровождении двух своих неизменных телохранителей, которые, откровенно говоря, были совсем не рады этому. Надо сказать, что причина у них для этого была – Эллира решила провести время в дороге с пользой и стала вслух рассуждать, а чуть позже и цитировать Священное Писание, которое не давало ей покоя в эти дни.

Несчастные телохранители, вынужденные слушать рассуждения своей госпожи пускались на всевозможнейшие ухищрения, лишь бы только избавиться от такой напасти. Они поочередно ложились спать, они затыкали себе уши, и уже всерьез стали подумывать о том, а не стоит ли им «случайно не уберечь» свою хозяйку, но по обоюдному согласию решили все-таки не прибегать к таким мерам, дабы не столкнуться с гневом барона.

Когда дорога подошла к концу, они чуть ли не с радостью сдали девушку графине, понимая, что теперь они могут, по крайней мере, стоять в стороне и не слышать назойливых умствований.

- Здравствуй, Эллира.

- Арианна! Вы не представляете, как же я рада вас видеть!

- Ну, почему же… Вполне представляю. Достала отца настолько, что он послал тебя ко мне на воспитание?

- Да.

- И чем же? Развила бурную деятельность и стала задавать слишком много вопросов?

- Откуда…

- Это же очевидно, моя дорогая. Ты не могла не задавать вопросы после того, как у тебя пробудили к этому интерес.

Эллира решила похвастаться.

- Я прочла за это время Священное Писание.

- Хорошая книга, - кивнула Арианна – и у тебя, разумеется, вопросов только прибавилось.

- Да.

- Хорошо. Мы еще о многом с тобой поговорим, время для этого найдется, тем более, что других гостей у меня сейчас нет, а муж как обычно воюет.

Эллира кивнула, и поинтересовалась:

- А ваш муж не против вашего…

- Увлечения книгами? Нет. Видишь ли, книги редки и очень дороги, а потому он смотрит на них как на составляющую нашего богатства. Мне это даже на руку – он оберегает их даже тогда, когда меня нет на месте. Ну что, хочешь отдохнуть с дороги, или сразу пойдем к самому интересному?

Эллира задумалась.

- Я хотела бы отдохнуть, но я же не усижу, и сорвусь, чтобы хотя бы посмотреть. Покажите мне, а потом я отдохну.

Графиня рассмеялась и повела ее вглубь дома. Отперев одну из дверей, она пропустила девушку вперед.

- Вот она. Моя библиотека.

Эллира осмотрелась, и вскоре поняла, что перестала дышать.

- Столько книг… Я и не думала, что их столько бывает…

Вдоль стен стояли аккуратные стеллажи с книгами, а около окна приютился стол и кресло.

- Здесь восемьсот семьдесят четыре книги.

- И вы их все читали?

Арианна рассмеялась.

- Что ты… Моей жизни на это не хватит. Я, конечно, стараюсь прочесть как можно больше, но с учетом разъездов и дел, все-таки я провожу за ними мало времени. По крайней мере, намного меньше, чем хотелось бы.

Она лукаво посмотрела на Эллиру.

- А еще тут есть целых два варианта Священного Писания. Старый и новый.

- А между ними есть разница?

- Да, и весьма существенная. Скорее всего, тот, который попал к тебе в руки – это новый вариант. Церковь уничтожила практически все старые, оставив всего лишь десять экземпляров. В наши дни их сохранилось еще меньше, и скорее всего, тот который попал в мои руки вообще единственный уцелевший.

- А мне можно…

- Можно. Возьмешь оба варианта и будешь сравнивать.

- Спасибо.

- Не благодари меня, моя дорогая. Пойдем, ты приведешь себя в порядок и отдохнешь, а после этого надо будет что-то сделать с твоей одеждой.

- А что с ней не так?

- Все нормально, но… Я просто предпочитаю, чтобы меня окружали достойно одетые люди. А при твоей красоте, это просто необходимо. Великолепному алмазу, как говорит мой ювелир, нужна не только хорошая огранка, но и достойная оправа. И поскольку огранку ты будешь проходить в этой библиотеке, об оправе придется позаботиться отдельно.

Хотя Арианна и старалась все преподнести в мягкой форме, но девушка почувствовала укол обиды от того, что ее одежда не признается здесь.

- Это вовсе не обязательно – попробовала защититься она.

- Дорогая моя, мне это не сложно, а ты в свою очередь сможешь лучше понять себя, когда все будет готово.

- Ну если так…

Эллира бросила еще один взгляд на библиотеку и пошла за хозяйкой. После приема ванной, переодевания и небольшого отдыха, во время которого Арианна успела позвать своих портных, с нее сняли мерки, и пообещали в кратчайшие же сроки сшить ей несколько платьев.

Ужин с графиней стал еще одним потрясением для юной девушки, которая впервые в жизни осознала, что едой можно не только насыщаться, но и наслаждаться.

- А сейчас, моя дорогая, позволь мне предложить тебе кое-что, чего ты точно никогда в жизни не пробовала – сказала ей Арианна, когда с ужином было покончено.

Она извлекла пару изумительных, тонких, стеклянных бокалов, и какую-то бутылку.

- Бокалы я привезла с материка «красных», как, впрочем, и это – указала она на бутылку.

- С их материка?! – воскликнула девушка.

- Да. Я жила у них пару месяцев, и завела там одну привычку. Там принято вести беседу с бокалом вина в руке.

- Вина? А что это такое?

- У них делают напиток из сока ягод, который слегка пьянит. Но у нас его нет, так как эти ягоды не вызревают в нашем климате. Попробуй.

Она разлила вино по бокалам, и протянула один из них Эллире.

- У них довольно много сортов вин, и каждый отличается цветом, запахом и вкусом. Откровенно говоря, за прошедшие годы мой запас уже начал иссякать, но поскольку ты никогда этого не пробовала, я решила сделать для тебя исключение.

Девушка вдохнула необыкновенный аромат, исходящий от ее бокала, и осторожно пригубила.

Доселе неведомый напиток был насыщенного красного цвета, и оставлял приятное послевкусие.

- Совсем не похоже на пиво – с удивлением отметила она.

- После вина, я на эту гадость и смотреть-то не могу, – согласно кивнула графиня – этот напиток - благороден.

Какое-то время они, молча, наслаждались вином, пока, наконец, Эллира, не выдержав,  не спросила:

- А вы мне не расскажете о них? Какие они?

Графиня села поудобнее.

- Они во многом похожи на нас. Разумеется, если говорить об их внешности. Основное отличие – это красная кожа, но она не алая, как кровь, а более приглушенная. Прекрасные собеседники, но их мировосприятие настолько чуждо нам, что с ним приходится разбираться отдельно. Если ты когда-нибудь встретишься с ними, то веди себя предельно осторожно. В их обществе очень жесткая система классов, и существует масса тонкостей при обращении представителя одного класса к другому. Если не соблюдать их, то можно и погибнуть. Кроме того, они все поголовно стремятся к совершенству. Любую мелочь они готовы возвести в ранг искусства, но не думай, пожалуйста, что они придают изящество абсолютно всему, с чем сталкиваются. Это не так. Они способны увидеть совершенство и в очень грубой форме, и никогда не начнут ее дорабатывать, дабы не нарушить его.

- А как они живут?

Арианна покачала головой.

- Это тот вопрос, на который я не смогу дать ответа. Я общалась только с рядом их представителей, и ничего не знаю о том, что же их интересует в обычной жизни, и как они решают эти вопросы. Но могу сказать, что они очень хитры. Не обязательно умны или мудры, но хитры все без исключения.

- А разве можно быть хитрым, но не умным или мудрым?

- Еще как можно. Мудрость накапливается только с опытом, ум – развивается, а вот хитрость… Она либо есть, либо ее нет.

Девушка смутилась.

- Я никогда не задумывалась над этим.

- Тебе, пока что, не было необходимости думать о подобных вещах. Ну что, ты еще не насытилась новыми впечатлениями?

Когда графиня поинтересовалась этим, девушка внезапно ощутила усталость, которая, казалось, неожиданно накинулась на нее.

- Вы правы. Столько впечатлений, столько нового, да еще и дорога… Я, пожалуй, отправлюсь поспать, если вы не против.

- Что ты… Конечно же не против. В конце концов, у нас еще будет масса времени, чтобы поговорить.

На следующее утро, сразу после завтрака, девушка прошла в библиотеку, где с помощью графини разыскала два экземпляра Священного Писания, и приступила к чтению.

Она была шокирована тем, что ей довелось узнать.

Как оказалось, изначальный вариант книги разнился с нынешним настолько, что их можно было принять за две абсолютно разные книги. Более полный и более глубокий первоначальный вариант, отвечал на многие вопросы, которые оставались после прочтения более современного, и даже те вопросы, которые оставались без ответа, при желании можно было решить, лишь немного обдумав написанное. Книга не просто была заповедями о том, как необходимо жить людям, но и давала понимание того, что боги других рас являлись противником того бога, в которого верили люди, и его помощником. Там упоминались и другие, странные сущности, упоминаний о которых в более современном варианте Писания не находилось.

- Зачем эту книгу так исковеркали? – поинтересовалась Эллира за ужином у Арианны.

- Так было необходимо в ту пору. Церковь была до того вне политики, и никогда не пыталась перехватить у кого бы то ни было власть, но, по-моему, что-то пошло не так, и правители вынудили Церковь переписать Писание так, как оно их больше устраивало. Где то в библиотеке есть книга по истории Церкви, если хочешь.

Графиня научила девушку, как проще искать информацию по другим книгам, и это дало свой результат. Неделю девушка практически не вылезала из библиотеки, читая то одно, то другое, и в конце концов обнаружила, что чаще чем к остальным книгам она обращается к словарю, содержавшему такое количество слов и их значений, о которых доселе она и не представляла.

- Многие из этих слов, - говорила Арианна – не используются, и потому были забыты людьми. А жаль, ведь богатство языка это один из признаков хорошо развитой культуры.

И Эллира продолжала читать, пытаясь создать из всего прочитанного общую картину того, что же происходило с миром, в котором она жила.

Ищущий Путь

Материк: Сейлан

Раса: Нортерны

Область: Аэгис

Керентен десс Вэйрон да Клосто ди Рамун, опуская пару дюжин имен его славных предков, и Мастеров своего дела, был, по сути своей, еще ищущим Путь. Впрочем, требовать от чистокровного нортерна, чтобы к своей восемнадцатой весне он занимал хотя бы статус Ученика, было глупо, но его родители, уважаемые Вэйрон и Лиэсса, никогда не могли основываться только на общественном мнении, и желали, чтобы их отпрыск стал Мастером, к двадцатой весне, и это настолько удручало его,  что в текущий момент он предавался обильным возлияниям, в обществе совершенно неподобающем потомку такого славного рода.

Общество это состояло из Учеников и Учениц совершенно разных социальных классов, и если бы родители присутствующих здесь нортернов видели бы их, то пришли бы в ужас от одного этого факта, а после лицезрения того, в каком состоянии пребывают их дети, дело закончилось бы визитом последних к Мастеру Экзекуций.

Но, как и многое другое, подобные вещи не становились достоянием общественности, и родители собравшихся здесь чад пребывали в святой уверенности, что их отпрыски находятся в глубокой медитации на краю Озера Покоя.

- В чем дело, Керен? – поинтересовалась у него Варро, юная девушка, которая весьма благоволила к нему в последнее время.

- В родителях – угрюмо ответил он.

- И что на этот раз?

- То же самое. Они хотят, чтобы я стал Мастером хоть в чем то, а я даже понятия не имею, чем мог бы заняться. Ну не чувствую я в себе ничего, чем стоило бы заняться.

Он стукнул со злости по лежавшему под рукой камню.

Варро пожала плечиками.

- Может просто время не пришло?

- В моем роду все поголовно становились Мастерами к своей двадцатой весне. Исключением были лишь Мастера Клинка и Стрелки, но у них обучение намного дольше. А я - какой-то неправильный нортерн. К восемнадцатой весне не могу разобраться, чем буду заниматься дальше.

- А к Мастеру Аналитику ходил?

- И к Мастеру Медитаций тоже. Они сами уже головы ломают, пытаясь понять, что со мной не так.

- Ну… По крайней мере в нашей компании тебе всегда рады.

Это было правдой. Едва появившись, Керентен снискал уважение среди местного общества тем, что давал умные советы, за которыми чувствовался опыт его семьи, и своей совершенно невероятной устойчивостью к вину. Он мог последовательно перепить трех самых стойких Учеников, а после этого спокойно дойти до родного дома, и предстать перед родителями с таким видом, будто кроме воды у него ничего во рту с утра не было. Запах, конечно, приходилось перебивать, но это были такие незначительные мелочи, о которых даже не стоило задумываться. Кроме того, либо в силу своего возраста, либо из-за каких-то иных причин, Керентен игнорировал все классовые различия, принятые на материке, и, как результат, на равных общался и с Учениками, и с Мастерами.

- Мне везде рады, – буркнул он – только толку от этого никакого. Все равно не чувствую ничего.

Все нортерны, без исключения, ощущали в себе Зов Сейласа, который подсказывал им, что же именно уготовила судьба для того или иного представителя их расы. Именно в том, к чему подталкивал Зов, нортерн всегда и обретал свое Мастерство, хотя, зачастую, этот путь был настолько трудным, что многие так и не достигали Совершенства, останавливаясь где-то на уровне Искусников.

Искусники на Сейлане тоже были нужны. Они хорошо знали свое дело и делали его с душой, но если сравнивать их работу с истинным Мастерством, то они делали все исключительно для бытовых нужд – надежно, добротно, хорошо, но эта работа не трогала тонкие струны души, и не манила к себе, как произведения Мастера.

- А меня скоро в Гильдию берут – подала голос Варро.

- Тебе же еще и двадцатой весны нет.

- Да. Но родители озаботились тем, чтобы до вступления в Гильдию со мной поработал Мастер. Поэтому, я перескочу через класс.

Керентен кивнул. Впору было порадоваться за подругу, но ее вступление в Гильдию означало только одно – до того, как она достигнет хотя бы класса Хиом, он ее не увидит. Впрочем, Варро шла по своему Пути, следуя Зову, и уже одно это было достаточным для того, чтобы не радоваться за нее, а завидовать.

- Оставь меня, Варро. Уйди.

Варро обиженно заалела, но он улыбнулся ей, показывая, что дело в нем самом, и она, как впрочем, и всегда, мигом смягчилась.

- Позови, если передумаешь.

Отойдя в сторонку, она опустилась на камень и принялась разглядывать его.

Мускулистый, стройный с редким оттенком кожи, он был феерически красив на фоне темной зелени, когда отблески луны играли на его лице и темных волосах. Ей всегда нравилось смотреть на него, поскольку весь его вид рождал в ней восхищение, сродни тому, какое испытывают остальные, глядя на очередной шедевр Мастера.

Темная фигура скользнула вдоль растений и опустилась рядом с ней.

- Опять хандрит?

- Да.

- Ему не надоело? Подумаешь, Зова не слышит. Вон, люди его вообще не слышат, но живут же как-то…

- Вот именно, что как-то. Как они живут? Что ты об этом знаешь? Может и у них есть зов, просто они об этом не говорят?

- Да уж знаю. Причем побольше, чем ты.

- Откуда тебе знать! От твоего Искусника? Он что, тебе вот так взял и рассказал, что люди слышат, а чего не слышат?

Неожиданно рядом с ними появился Керентен, который услышав разговор с поднятием тона незаметно подошел к спорщикам.

- Спокойно. Расскажи то, о чем знаешь.

- Да пожалуйста. Несколько кругов назад на Сейлан одновременно приплыли и люди и торрны.

- Придумывай больше. Они могли одновременно появиться, только если торрны их в наши воды загнали.

Керентен поднял руку.

- Варро, не мешай ему рассказывать, а то всю ночь проспорите, а мы ничего толком и не услышим. Продолжай.

Реос, удивленный неожиданной поддержкой, приободрился.

- В том то и дело что нет. Люди приплыли раньше, и некоторое время провели на наших берегах.

- Такое уже бывало. Их правители иногда присылают корабли, чтобы закупить наше вино. Мастера Виноделы с них берут втрое больше чем оно того стоит.

- Варро, уймись, наконец.

- Ладно, молчу.

Реос хитро прищурился.

- Эти приплыли не за вином. То есть вино они тоже закупили, но во-первых не столько, сколько обычно берут их правители, а во-вторых, они жили несколько лун, и пытались добиться того, чтобы их выслушали.

Керентен покачал головой.

- Реос, ты конечно Ученик в Гильдии Невидимок, но ты-то, откуда можешь такое знать?

- Родичи поведали. К нам приехали несколько родственников из Отделившихся, и Чессет рассказал об этом. Их все время водили за нос, пытались уговорить заключить мир, и под конец предложили заманить их на какой-то остров, где якобы все расы смогут решать все мирным путем. Представляете, мирным!!! С этими дикарями!

- А торрны здесь причем – не дал ему отвлечься Керентен.

- Они под самый конец их пребывания приплыли. Сказали, что тоже на это готовы. В общем, полная чушь.

Наши все так смеялись, что и не пересказать.

Керентен отошел на прежнее место, сел и задумался.

- Мирным путем? – пробормотал он себе под нос. – А что, это мысль.

- Ты шутишь? – поинтересовалась Варро.

- Нет. Вспомни, что было, когда взбесившиеся, после очередной вылазки наших Хиомов Клинка на их материк, люди приплыли сюда. Мы тогда и выстоять смогли только когда весь материк поднялся, чтобы их вытурить. А скольких они унесли на тот свет? Скольких Мастеров и их Шедевров мы потеряли из-за них? А сколько они с собой всего увезли? До сих пор Мастера Невидимки пытаются некоторые вещи разыскать. Мирным путем все можно было бы решить. Вернуть наше достояние, да и может чего еще достигли бы…

Реос, прислушивающийся к их разговору, подал голос.

- Ты что, всерьез считаешь, что с этими дикарями можно о чем-то мирно договориться? И с торрнами?

- А почему нет? Может и торрны бы перестали у нас народ увозить.

- Это несерьезно. С ними невозможно разговаривать. Люди дикари, а торрны… Их вообще никто не понимает. Даже люди. Пойдем, Варро.

Реос взял Варро за руку и повел к остальным, веселящимся Ученикам.

- А ведь никто даже и не пробовал – тихо сказал Керентен, глядя им вслед.

Вернувшись на следующий день домой, Керентен поприветствовал родителей, и испросил их разрешения пообщаться с Искусником Архивистом.

Надеясь на то, что их сын наконец-то почувствовал свой Зов, родители согласились, и уже к концу дня Керентен был в местном Архиве, сидя напротив Ноэлла десс Ортаро да Сонто.

- Почувствовал Зов и пришел учиться?

- Нет. Мне нужна ваша помощь, как Архивиста.

- Ты знаешь, что Архивисты могут давать информацию, только по запросу Гильдии?

- Мои родители одобрили мое появление здесь. Может быть, вы сможете оформить запрос от них?

Архивист задумался.

- Что тебе нужно?

- Вся информация, которая есть у Архивистов по людям и торрнам.

- Я не могу такое предоставить. Во-первых, это та еще гора книг, а во-вторых, на предоставление всей информации требуется одобрение совета глав Гильдий. Да и зачем тебе это? Может ты конкретизируешь? Тогда, возможно, я смог бы помочь.

Пришел черед задуматься и для Керентена.

- Мне нужна информация по политической и социальной моделям, и, вдобавок, информация по психологическим аспектам обеих рас.  Если последнего не найти, то нужно их творчество. Литература, живопись, музыка, песни. И чем они будут ближе к нашему времени, тем лучше.

Архивист улыбнулся.

- По первому запросу все уложится на нескольких листах, а по второму… По второму и того меньше. Точнее вообще ничего.

- Как ничего?

- Они не занимаются творчеством. За несколько столетий у них не появилось ни одной книги, которая бы заслуживала внимание. То же самое с живописью, песнями, музыкой.

- Но что-то же должно быть?

- В  их политической модели присутствует прослойка аристократии, которая могла бы этим заниматься…

- Мне нужна информация о них.

- Но у нас нет такой информации. Они слишком незначительны на общем фоне, и, обычно, умирают раньше, чем успеют что-то сделать. Может у Мастеров и есть что-то, но я этими знаниями не обладаю.

- Ясно. А торрны?

- По ним у нас вообще пусто. Нет социальных моделей, нет политических. Нет ничего связанного с их психологией. Нет их творчества. Вообще ничего нет, кроме обрывочных знаний.

Керентен был поражен.

- То есть мы считаем одних дикарями, а других загадкой, а в сущности ничего не знаем ни о тех, ни о других?

- У нас нет в этом необходимости. Они приплывают редко, у людей динамики развития нет никакой, а торрны… Торрны – это торрны. А теперь, ответь мне на вопрос. Зачем ты ищешь эту информацию?

Керентен посмотрел на Ноэлла.

- Просто… Просто у меня не проявляется Зов, а заняться чем-то надо. А тема показалась намного более интересной, чем мое обычное времяпрепровождение. Только оказалось, что мы вообще ничего не знаем о тех, кого наша раса должна была бы опасаться и контролировать. Извините.

Он поднялся и вышел из комнаты.

Ноэлл десс Ортаро да Сонто долго сидел и обдумывал услышанное. В какой-то момент, он кивнул своим мыслям, и отправился писать послание в главный Архив.

Спустя пару декад, Керентен сидел рядом со своей матерью, которая готовилась к тому, чтобы в очередной раз попытаться создать Шедевр. Процесс подготовки включал в себя глубокую медитацию, сроком в несколько дней, и все это время о ее теле кто-то должен был заботиться.

- Прошу прощения, но приехал Мастер Архивист, глава Гильдии.

- Для чего? – непонимающе посмотрела на своего юного Ученика Лиэсса.

- Он хочет побеседовать с Керентеном. Я предупредил его, что вы готовитесь к созданию Шедевра, и он извиняется за то, что мешает Мастеру в такой момент, но настаивает на встрече и беседе.

- Все в порядке, - сказал Керентен – я поговорю с ним. Мама, на этом этапе подготовки я вам не нужен, а на следующем вам может помочь и ваш Ученик. К тому же ему будет полезно увидеть все своими глазами.

- Хорошо, сын мой, ступай.

Однако, в сознании Лиэссы поселилась мысль, что может быть Искусник Архивист что-то углядел в ее сыне, и не решившись заняться его обучением сам написал в Архив, чтобы прислали более опытного специалиста. То, что приехал сам глава Гильдии, тешило ее самолюбие и давало повод для затаенной радости, но при создании Шедевра ей требовалась абсолютная гармония, и она ушла в медитацию, чтобы достичь ее заново.

Керентен встретился с Мастером Архивистом в ротонде созданной его отцом. Так как ротонда была Шедевром, никто не мог удержаться от того, чтобы провести в ней время, и Архивист не был исключением.

- Приветствую вас, Мастер Архивист, глава Гильдии, Арнон десс Солан да Глион ди Артэм.

- Приветствую и тебя, Керентен десс Вэйрон да Клосто ди Рамун.

Керентен, вновь, остро ощутил укол.

- Пусть память ваших предков и их талант будут благосклонны к вам, и ваши весны никогда не останутся без цветов.

Откровенно говоря, Керентен терпеть не мог этикета, но так как гость прибыл именно к нему, и был несоизмеримо выше его по своему статусу, он обязан был приветствовать первым, согласно всем канонам, как должен приветствовать Ищущий Путь любого Мастера. Единственное, что Керентен мог сделать, так это устроить так, чтобы приветствие звучало как можно более заунывно, и гость поскорее отказался от официальности визита.

Мастер Арнон, как раз, был настроен прямо обратным образом, и стремился достичь в общении полной официальности.

- Пусть Зов Сейласа поведет тебя, Ищущий Путь, и направит тебя к величию нашей расы. Пусть твои предки даруют тебе свою память, и искры их таланта зажгут огонь в твоей душе, вознося жаром его твой Путь к вершинам Мастерства.

Поскольку с официальным приветствием было на этом закончено, они присели к столику, на который расторопные Полдары отца Керентена успели поставить одно из лучших вин, имевшихся в их доме.

Разлив вино по бокалам, Керентен, действуя согласно принятому этикету, предложил его Мастеру.

- Уместно ли будет поинтересоваться мне у вас, Мастер, как пролегал ваш путь?

- Благодарю вас, за столь искреннюю заботу о моем благополучии. В пути я много думал о том, какой прием окажут мне по прибытии, и я рад был увидеть, что ваш клан так свято чтит традиции нашего народа.

Мастер пригубил вино.

Керентен ждал, когда же Мастер соизволит перейти от традиционных расшаркиваний к сути своего приезда.

- Традиции, - сказал, наконец, Арнон – нет ничего важнее традиций. Они придают любой беседе вид Шедевра, созданного искусной рукой Мастера. Их создавали многие Мастера Речи нашего народа, оттачивая и форму и содержание, и именно на традициях зиждется наше общество. На традициях, и Совершенстве. У вас великолепное вино, которое заслуживает высшей похвалы вашему Мастеру Виноделу.

- Прошу простить мою дерзость, но в нашем Клане нет Мастера Винодела, лишь Искусник.

- Я прощаю вашу дерзость, Ищущий Путь, но не мое незнание, а ваше стало сейчас ошибкой. Вашему Искуснику уже пора готовиться к переходу в Мастера.

Керентен уже начинал изнывать в ожидании.

- Но традиции, - продолжил Арнон – ничто без терпения, которое даровано нам Сейласом, чтобы мы могли воистину постичь всю суть Совершенства. И я вдвойне рад вашей выдержке, Ищущий, поскольку она показывает мне, как далеко вы сможете зайти на своем Пути.

Вежливо склонив голову в благодарности, Керентен думал только о том, сколько же еще пройдет времени, пока он не заговорит о деле.

- И сейчас мне вдвойне жаль, что вы, Ищущий, решили нарушить традиции. Единственное, что могло бы оправдать вас в этом нарушении, это поиск вашего Пути.

Керентен помолчал, обдумывая услышанное. Единственное, что могло бы повлечь за собой такое, это визит к Местному Архивисту, да и то, только если он сообщил о его визите в главный Архив. Если Мастер обвинит его в нарушении традиций, то это ляжет пятном позора на весь Клан.

- У меня нет оправданий, Мастер Архивист, как у вас нет обвинений.

Арнон поставил бокал с вином на столик, и повернулся к нему, с интересом разглядывая сидящего рядом юношу.

- Ты считаешь, что я не могу обвинить тебя, что ты в обход всех традиций решил получить информацию, которая позволена к хранению лишь Мастерам?

- Я уверен, что вы не станете делать подобного, ибо тогда пятно позора ляжет не только на ваш Клан, но и на всю вашу Гильдию, Мастер.

- Вот как? Не слишком ли ты увлекся, Ищущий?

- Я не нарушил традиций, хотя и хотел сделать это. Я не получил информации, которая была мне нужна. Поэтому, подобное обвинение легло бы пятном позора на ваш Клан, а отсутствие этой информации у Архивистов легло бы таким же пятном на вашу Гильдию.

Мастер Арнон внимательно разглядывал Керентена, который под этим взглядом начинал нервничать.

Наконец, мастер неторопливо поднял руки и негромко зааплодировал.

- Я приветствую вас, Идущего по Пути, и прошу простить меня за незнание вашего Класса. Не соблаговолите ли вы поведать мне об этом?

Лишь выучка, приобретенная в общении с родителями, позволила Керентену не дать отразиться его ошарашенному состоянию на его лице. Мысли метались. С чего вдруг, уважаемый Мастер изменил свое обращение к нему, и при этом использовал форму обращения как к равному? Почему он назвал Идущим по Пути, а не Ищущим Путь? Зов Сейласа не появлялся, и Керентен был уверен в том, что он не мог появиться и бесследно исчезнуть в тот же момент. В конце концов, все нортерны чувствовали путь все время, пока шли по нему, и вдвойне ощущали, пытаясь сойти с него.

Решив, что раз уж Мастер использовал обращение равного, то он может позволить себе сделать тоже самое, Керентен спросил:

- Я прощаю вас и ваше незнание, и приветствую вас, Мастер, но я не могу ответить на ваш вопрос, так как сам не знаю ответа. Я не слышу Зов Сейласа в своей душе, и не могу даже помыслить о том, что я вступил на Путь.

Арнон рассмеялся.

- Вступил на Путь? Вы уже идете по нему. И ваша кожа лишнее тому подтверждение.

Керентен в смятении принялся оглядывать себя, но сияния кожи сопутствующего любым сильным проявлениям эмоций не было, не смотря на огромное волнение царящее в его душе.

- Какое подтверждение?

Мастер расхохотался во все горло, и его эмоции мигом заставили кожу засиять невероятно сильно.

- Вы не следуете по Пути. Вы его прокладываете!!! Именно поэтому нет Зова, ибо прокладывается новый Путь, и лишь вам будет дано решать, каким он будет.

- Я… Я не понимаю…

- Вы уже Мастер своего Пути, поскольку вы единственный, кто стоит на нем.

- Объясните.

Арнон перестал смеяться, но от него исходили такие эманации удовольствия, что Керентену стало не по себе.

- Такое бывало лишь в те времена, о которых помним только мы, Архивисты. Первые, Прокладывающие Путь, не ощущали Зова, поскольку Зов способен привести только на существующую стезю, а не на ту, которую никто еще не прокладывал. Они были первыми Мастерами, и их величию не было равных. Они творили свои Пути ежедневно, и то, как они делали это, привлекло вслед за ними остальных. Никто из остальных не мог понять, что же им выбрать, ибо Первых было много, и именно тогда Сейлас и послал свой первый Зов, который был услышан всеми, и каждый устремился по тому Пути, который счел своим. Так началось величие нашей расы.

Керентен изумленно смотрел на Мастера.

- А я? Какой путь уготован мне? Что я сделал такого, чтобы начать прокладывать его?

- Давайте выясним. Скажите, почему вы пришли к Архивисту?

- Делать было нечего, а я захотел…

- Извините, но лгать вам еще предстоит научиться, несмотря на то, что ваша кожа не выдает вас.

Керентен смутился.

- Я услышал о том, что корабль людей высадился на наших берегах, и они довольно долго пробыли здесь. Мне сказали, что они вели речь о том, чтобы создать место, где все три расы могли бы мирно решать конфликты, и меня захватила эта мысль. К Архивисту я пошел, чтобы узнать побольше, о людях и торрнах.

- И этим вы стали прокладывать свой Путь. Архивист написал мне, что вы солгали ему в лицо, и на вашей коже это не отразилось совершенно, и именно поэтому я приехал, чтобы лично убедиться в этом. Я сам не хотел верить в это до тех пор, пока вы не вывернули ситуацию с обвинениями так, что не только не понесли бы наказания, но и ухитрились заставить понервничать даже меня, а поверьте, это не так-то и просто. После этого я не мог устоять перед искушением и заставил вас заволноваться, чтобы проявилось сияние кожи, но когда оно не появилось – это было последним подтверждением. Вы – Прокладывающий Путь. Путь, в котором у нашей расы доселе не было необходимости.

- Какой?

- Путь Переговоров, или как его называли когда-то люди, Дипломатии. Ты молод, и это хорошо. Тебе предстоит многое узнать, осмыслить, и принять на вооружение, и даю тебе слово главы Гильдии, что моя Гильдия поддержит тебя любой информацией имеющейся в нашем распоряжении, для того, чтобы проложенный Путь действительно стал великим.

- Без ограничений?

- Да. Гильдия уже собирает по всему нашему материку те сведения, которые вы попросили тогда. Все, что мы знаем о людях и торрнах, будет ждать вас по приезду в главный Архив.

- Но… Как же мне сказать своим родителям?

- Сейчас им не стоит говорить об этом. Позже они узнают сами. Пока что, я сам скажу вашему отцу о том, что забираю вас с собой. Завтра мы отправляемся в главный Архив.

Керентен зажмурился, пытаясь осознать все то, что он только что услышал. Это было слишком невероятно, но, похоже, что глава Гильдии абсолютно уверен в своих словах.

- Что-нибудь еще, Мастер?

- Мне многое потребуется узнать, и многому научиться.

- Да, - подтвердил Арнон – а мы будем внимательно наблюдать за вами, и записывать все, что вы будете изучать, чтобы позже, вступившие на ваш Путь, смогли найти достаточно для того, чтобы не заплутать на нем.

Они поднялись из-за столика, и Керентен проводил Мастера к своему отцу, после чего направился в свои комнаты.

Придя к себе, он опустился на медитационный диск, и принялся думать.

С учетом того, что оспорить слова Архивиста он не мог, и приходилось все принимать на веру, он начинал понимать, насколько простым был его запрос, и насколько много ему предстоит еще узнать о том, о чем он не имел ни малейшего понятия.

К примеру, он не понимал, почему в их обществе, полном интриг и закулисных войн, в которых сталкивались интересы Кланов и Гильдий, до сих пор не возникал этот Путь. По идее, Путь должен был возникнуть при первом же конфликте интересов, и было странно слышать, что этого не произошло.

Его внимание перескочило на то, что, как и у нортернов, у людей была своя религия, и свои верования, которые могли отличаться от религии принятой на Сейлане.

- Чтобы разобраться во всем, мне надо будет стать чистым листом, – сказал он вслух – а это значит, что мне потребуются медитации и аналитика.

Он поднялся на ноги, и заходил по комнате, постепенно увеличивая темп.

Керентен мало знал о том, что именно не устраивало его народ в людях, но только когда он задумался об этом, то ему стало ясно, что он совсем не знает и своей собственной расы.

Расы, в интересах которой ему предстоит выступать перед чужаками.

- Предстоит грандиозная работа. Мне нужно узнать целый мир.

Первое слияние

Материк: Даррус

Раса: Торрны

Местность: Владения рода На`хар

- И зачем тебе только позволили вырасти, неуклюжий чинтэм – прошипел Вез`ал`хар.

Он посмотрел по округе, и увидел лишь поврежденные кислотой растения.

- Из него никогда не выйдет хорошего изир`рас`торрна, как впрочем и из его никчемной сестры. Впрочем, если уж на то пошло, то ни из одной женщины не получится изир`рас`торрна. Интересно, что творится в их головах?

Невольные образы хлынули в его сознание, и он попытался сосредоточиться, чтобы изгнать их.

- Не хочу знать. С меня хватило и прошлого раза.

Он стимулировал свой ко`хар, и растения стали восстанавливаться под его рукой. Силы расходовались слишком быстро, а это значило, что растения были повреждены серьезно.

- Чтоб тебе…

Однако начинающийся поток брани был прерван возникающим ощущением эм`хара.

Обмен произошел быстро, и Вез`ал`хар смиренно опустив голову продолжил восстанавливать растения.

- Вот уж не знаю, зачем они потребовались альфе, но надеюсь, что для чего-то серьезного, иначе, в следующий раз, когда он разнесет мою лабру на  части я разберу его на материал, и посмотрю, что же в нем такого намешали.

«Неуклюжий чинтэм», он же Шер`ал`хар, в этот момент двигался на встречу своей сестре, Эрми`ал`хар, которая около часа назад высадилась на побережье, и как раз успела разгрузить эт`уна, отпустив его поплавать и поесть. Он, конечно, чувствовал себя виноватым, но успешно боролся с этим чувством, так как его вина была лишь частична. Просто эм`хар с сестрой застал его в тот момент, когда он нес кислоту, а сестра всегда начинала связь так, чтобы сразу расставить все по местам и показать кто здесь главный. Как результат, кислота полетела вверх, и разлетелась по всей округе, и теперь даже самому Шеру приходилось регенерировать обожженные ей ткани. После такого, единственное, что ему оставалось, это сбежать к сестре, и надеяться, что альфа, которая как-то странно благоволила к ним двоим, вновь не допустит того, чтобы он понес заслуженное наказание.

По правде говоря, он многого не понимал, и непонимание заставляло его искать ответы.

Не понимал он, к примеру, зачем необходимо растить клинки, когда у привозимых людей были ничуть не хуже по крепости и остроте, но в отличие от торрновских их не надо было ежедневно кормить. Конечно, их клинки не вырабатывали токсин, но те же люди вполне успешно пользовались наносимыми на металл ядами.

Не понимал он и то, почему его сестра оставляет себе из каждой партии привезенных пленников по одному человеку или нортерну, и что она потом с ними делает.

Но больше всего он не понимал, почему он и его сестра были рождены самой альфой, а не кем-то из рода.

- Кеа-сан, Шер.

- Кеа-сан Эрми. Вот скажи, к чему тебе потребовалась такая срочность, что ты выдернула меня посреди эксперимента? Вез и так не слишком был мной доволен, а теперь еще долго будет злиться.

- Скажи еще, что он на материал тебя разберет.

- Он может. Он не всегда признает даже решение альфы. Так зачем я тебе потребовался?

- Есть дело.

- Какое? Ты опять хочешь впутать нас обоих во что-то опасное?

- Перестань. Все же обошлось в прошлый раз.

- А в позапрошлый, пришлось звать суттахов, чтобы они нас из под завала вытащили. А до того, ты сама ухитрилась продырявить данного тебе эт`уна. А до…

- Хватит, Шер. Ну, подумаешь, поразвлеклась немножко девушка.

- Я уж молчу про то, что ты тогда привезла этого пленника, который притащил с собой болезнь, заразившую всех женщин в Роду. Кстати, интересно, почему только женщин? Она должна была быть заразна и для мужчин…

- Шер!!! Прекрати! В этот раз ничего такого, обещаю.

- Хорошо бы, а то лекарство от той болезни пришлось искать именно мне. У людей то ее вообще не помнят, можно ли лечить, и если бы не я…

Хрупкая и изящная красавица откинула свою густую иссиня-черную гриву волос, и сказала:

- Шер, я все поняла, ты самый лучший брат о котором может мечтать любая женщина, и мне тоже очень жаль, что они все тебя избегают, потому что ты такой рассудительный, что мог бы позаботиться о любой из них. А теперь, наконец, послушай меня.

Шер уселся на ближайший камень, и с видом мученика приготовился слушать. Эрми улыбнулась, глядя на естественное соединение, которое ее брат образовал с камнем. Казалось, что он стал его продолжением.

- Ну?

- Я добыла кое-что.

- О нет…

- О да. Это материал из самого сердца Дарруса. Из владений Ле`армов.

Шер вздохнул.

- Сестра, какой ураган выдул остатки того, что мы именуем разумом из твоей прелестной, но непутевой головы? За то время пока ты его сюда везла, он уже давно пришел в негодность, но дело даже не в этом. Если род Ле`армов докажет твое участие в этом мероприятии, то они же не остановятся и придут к нам. А у нас только одна ты такая боевая, остальные не любят браться за оружие.

- А вот ничего он и не испортился!!! – выпалила Эрми – Я его всю дорогу сама кормила!!!

Шер начал подниматься, и его оливковая кожа стала быстро темнеть.

- Этот материал – живой? – угрожающе спросил он.

- Да, а… Ну… Да.

- Тогда, сестра, ты можешь не волноваться по поводу Ле`армов. Они до тебя не доберутся. Я сам тебя пришибу, и разберу на материал, чтобы понять, где же альфа допустила ошибку при твоем смешивании.

Шер стал почти черным, и когда он навис над сестрой, та разом позабыла о том, что ее брат никогда доселе не поднимал ни на кого руки. Откровенно говоря, ничего особо удивительного в этом не было, учитывая почти трехкратную разницу в весе и габаритах.

- Скутта безмозглая, ты хоть понимаешь, что у этого рода лучшие уловители из всех, которые успели вывести? Ты понимаешь, что они способны уловить их живой материал на другом конце материка? Ты от людей этого набралась?

- Чего? – пискнула Эрми.

- Дурацкого геройства!!! Зная о них, я просто уверен, что мы от берега уйти, не успеем, когда они высаживаться начнут!!! А ты еще и эт`уна отпустила покормиться!!!

- Но мы же в дороге не останавливались, бедняжке некогда было поесть…

- Собой надо было накормить, как, впрочем, и всей командой, и этим материалом тоже!!!

- А если я верну? – жалобно произнесла она.

- То тогда роду может быть и повезет, и прикончат только тебя. Но в качестве компенсации заберут тебя на материал, так что можешь не рассчитывать на альфу.

Эрми с испугом смотрела на брата, который выдохшись после своей вспышки, стал оседать на камень.

- Братик, ну сделай что-нибудь. Я не хочу на материал, да и умирать не хочу. Я еще ни разу не умирала, но мне говорили, что это больно.

Шер устало посмотрел на сестру.

- Рассказывай, как ты все это провернула.

- Мы подошли на эт`уне с северной стороны их владений. Я вспомнила, что ты мне когда-то что-то говорил именно про северную сторону.

Шер устало поднял на нее глаза.

- Я говорил, что с северной стороны к ним ни за что не подобраться. Что именно там и растут их уловители, которые распознают любого, кто к ним приблизится.

- Ой… Так эти странные цветки и были уловителями? Они там так густо росли, что я не рискнула к ним приближаться… Вдруг еще какой токсин выкинут в воздух…

- Хоть на это ума хватило… - буркнул Шер.

- Да. Я их сожгла, на всякий случай.

Ее брат неподвижно застыл.

- Ты… что… сделала?

- Сожгла. А что, не надо было?

- Ты. Сожгла. Уловители. Которые. Чуют. Любого. Чужака. За. Двести. Шагов.

- Ну да. Мы дали залп один раз, и оказалось, что они очень хорошо загораются.

- Из чего вы стреляли? Если…

- Из арбалета. Ты же знаешь, что я всегда таскаю с собой человека или нортерна, так в этот раз был человек. Сильный такой… Выносливый… Умелый…

Ее глаза начали мечтательно закатываться…

- Что?

Эрми опомнилась.

- Умелый, говорю, арбалетчик. Разорвал рубашку, привязал кусок к болту, а мы его пропитали горючей смесью. Ну, той самой, которая на воздухе через некоторое время загорается. Он прицелился и выстрелил. Там все и загорелось. Знаешь, так красиво горело, что…

- К делу.

- Ладно. Мы спустились и пошли. Там конечно народ повыбегал, но на нас никто внимания не обратил, и тут я смотрю – он идет… Особо рисковать не стала, сказала человеку, чтобы он его схватил, и назад на эт`уна. Так что теперь делать-то?

Шер вздохнул.

- Тебе люди об их Боге упоминали?

- Да, кажется.

- Попроси их научить ему молиться. Если хоть один уловитель вас запомнил, то они будут здесь в любую секунду.

- Да нет, они все сгорели.

- Надеюсь что так. Тогда у нас еще есть шанс. Ладно, раз уж все равно здесь торчим, так хоть покажи, что за материал ты притащила.

Эрми согласно кивнула и побежала к стоящей неподалеку команде, постоянно опасливо оглядываясь на брата. Спустя минуту она подвела к нему совсем маленького торрна, с ярко выраженным светлым пятном на лбу.

Шер внимательно посмотрел на малыша.

- Срочно. Немедленно. К. Альфе. И. Плевать. На. Последствия.

- Не на разделку?

- Разделывать придется тебя и всю команду, если вы обо всем этом когда-нибудь проболтаетесь. Я сейчас эм`хар с альфой устрою и предупрежу, чтобы на всякий случай хоть кого-нибудь с оружием сюда прислали.

- Зачем?

- Затем, что это не ребенок Ле`армов. Это их альфа.

После эм`хара не прошло и десяти минут, как берег был полон представителей рода, и еще через два часа альфа Ле`армов была препровождена к альфе На`хар. Им предстояло длительное слияние.

По окончанию слияния, брат и сестра сидели в своем ад`инн`хар.

- Большего сумасбродства ты придумать не могла. Нам крайне повезло, что все так обернулось. Второй раз может так и не повезти.

- А зачем нашей альфе слияние?

- У тебя действительно проснулся интерес, или ты просто на шипе сидишь, и признаться боишься?

Эрми надула губки.

- Ладно уж… Альфы играют самую большую роль в каждом роду.

- Это я знаю. Они смешивают для рождения, восстанавливают после смерти, подпитывают ко`хар…

- Главное вовсе не в этом, хотя все тобой названное тоже важно. Главное в том, что альфа связывает все внутри рода. Каждое выращенное растение, каждую особь, каждый результат селекции. Наша альфа давала нам уникальную способность - эм`хар. Возможность общаться внутри рода.

- Но это же не разговор!

- Это больше чем разговор. Это передача всего, что мы знаем альфе, а она по мере необходимости дает нам частицы этого знания, но есть и еще кое-что. Наш эм`хар – работает как обмен, и это исключительная особенность нашего рода, которая идет от альфы. А эм`хар Ле`армов – совершенно другой. Альфа объединяет их всех, заставляя действовать как единое целое. Именно поэтому они всегда оказываются там, где они больше всего нужны своему роду. И при всем этом – они хорошие воины.

- Не поняла.

Шер вздохнул, и попытался объяснить своей сестре еще раз.

- Они хорошие воины, и всегда там, где они нужны, и это идет от их альфы. Вам повезло, вы уничтожили уловители, и это не дало им понять, где именно вы находитесь. Когда вы схватили альфу, она растерялась, так как не знала что делать. Если бы она приказала напасть на вас, вы могли бы успеть ее уничтожить, или еще что-нибудь. Кроме того, она не ожидала, что ее схватит человек. Такого ведь раньше никогда не было. Но вы притащили ее сюда, на совершенно чуждую ей территорию, где все подчиняется нашей альфе, и поскольку возвращать ее мы не хотели – ей пришлось, чтобы выжить, слиться с нашей, объединив способности и особенности. Впрочем, теперь наш род примет в себя еще и Ле`армов. Это даже хорошо. Нам нужны серьезные воины.

- А я?

- Ты считаешь себя серьезной?

- Я про другое. Что теперь будет со мной?

Шер шумно вобрал в себя воздух.

- Не знаю. Посмотрим. Пока что будешь жить, а о большем – не думай.

Столица

Материк: Артолан

Раса: Люди

Королевство: Энерин

Минула пара недель, а Эллира продолжала безвылазно сидеть в библиотеке. Каждая книга давала ответы на ее вопросы, и, одновременно с этим задавала новые. Девушка поражалась тем взаимосвязям, которые царили во всем, что ее интересовало, но еще больше она поражалась тому, сколько же было забыто и выкинуто «за ненадобностью».

В одно утро, когда она спустилась к завтраку, Арианна предупредила:

- Сегодня приедет Баллард.

- А кто он?

Графиня улыбнулась.

- Он уникум среди нас всех. Ему достался настолько неинтересный кусок земли, что это стабильно бережет его от посягательств соседей. Он не ссорился ни с кем из них, и ведет себя достаточно тихо, чтобы не привлекать к себе внимания, и, как результат, его положение уникально – он может воплощать в своих владениях все, что сочтет нужным. Очень интересный человек, и очень сильно нам помогает. Сейчас его владения уже совершенно не такие как раньше, там довольно плодородные, хотя и не слишком обширные земли, его пейзане не пашут с утра до ночи пытаясь прокормиться, и в последний раз как он здесь был, он поговаривал о том, чтобы начать учить детей живущих у него во владениях читать и писать.

- С удовольствием познакомлюсь.

- Думаю, что он тоже. В конце концов, новости в наших кругах разносятся достаточно быстро, так что ты можешь удивиться тому, насколько много народа наслышано уже о том, что ты стала моей протеже.

- Арианна, я, пожалуй, пойду пока посижу в библиотеке…

- Я позову тебя, когда он приедет.

Спустя несколько часов, графиня лично пришла за девушкой.

- Он приехал.

- Так скоро? Я только начала читать…

- Ты сидишь уже несколько часов.

- Часов?

- Да. И вот что, дорогая моя, я не против, чтобы ты проводила время за книгами, но иногда от них все-таки стоит отрываться и выходить на прогулку. Идем.

Они спустились вниз, чтобы поприветствовать Балларда.

Барон Баллард астор Гаэтен был человеком слегка за тридцать. Чисто выбритый, темно-русый и сероглазый, они привлекал к себе внимание уже тем, что на его лице постоянно гуляла легкая полуулыбка, которая, казалось, просто забыла сойти с лица. Одетым в темно-синий камзол, он выглядел благородно, а легкая хитринка в глазах действовала не хуже магнита, притягивая всех к этой явно неординарной личности.

- Так-так-так… Дайте же я посмотрю на ту о ком столько наслышан. Добрый день, Арианна, это и есть ваша протеже? Сударыня, вы очаровательны, и если хоть на малую долю вашего очарования умны, то я могу сказать, что этот мир существовал доселе только для того, чтобы создать вас.

- Баллард, не отвлекайте мою протеже, ей еще многое предстоит прочесть и узнать. У нее нет сейчас времени на ваши игры. Дорогая моя, не особо обращай внимания на эти заигрывания, он такой со всеми.

- Графиня, вы не справедливы. Я такой далеко не со всеми, а только с дамами, которыми я восхищаюсь из-за их ума, образованности и красоты. Но, откровенно говоря, я к вам приехал вовсе не для того, чтобы порыться в вашей библиотеке, хотя, конечно, не премину это сделать при случае. Я приехал с новостями, и боюсь, что не с лучшими.

- В чем дело?

- Давайте пройдем в вашу гостиную, и я вам все расскажу.

Они прошли в гостиную, где, расположившись за травяным чаем, Баллард поведал следующее.

- Боюсь, графиня, что все наши планы насчет острова разваливаются у нас на глазах, и мы ничего не сможем поделать. Герцог Ларон, который сейчас владеет им, уже сполна получил нашу поддержку, но эта хитрая тварь хочет большего, и, как я полагаю, продолжает нас водить за нос. Я не думаю, что, даже согласившись на его нынешние условия, мы получим остров.

- Что за условия?

- Как вы помните, графиня, мы уже заключили для него два пакта о ненападении с его соседями, но он воюет сейчас еще с одними, и опасается угрозы со стороны последних оставшихся.

- Он хочет полностью обезопасить себя со всех сторон, чтобы не распылять силы на несколько фронтов. Это логичное и понятное желание. Мы не сможем заключить еще один пакт?

Баллард поморщился.

- Не в этот раз. Ларон превзошел сам себя в отношениях с ними. Помимо классического набора оскорблений, он развязал там еще и кровную месть, а это гарантирует отсутствие спокойствия.

Арианна задумалась.

- Вы можете показать мне ситуацию на карте?

- Конечно.

Когда принесли карту, Баллард продемонстрировал всю ситуацию.

- А если мы посеем смуту вот здесь и вот здесь, – показала графиня – не отвлечет ли это его соседей от него?

- Вероятнее всего да. Учитесь Эллира, ваша покровительница профессиональная провокаторша.

- Извините, - подала голос Эллира – но к чему это все?

Арианна посмотрела на нее и принялась разъяснять.

- Герцог владеет островом, на котором мы хотели бы устроить ту буферную зону, о которой ты знаешь. Он готов передать его нам, но при условии, что мы поможем ему в текущей войне.

- Но он же не отдаст нам его. Это же очевидно. Он наверняка уже понял, что если мы хотим его получить, то, значит, этот остров представляет для нас ценность, а раз так, нас можно будет манить обещаниями сколько угодно, но не отдавать то, что нам нужно.

- Вот и я о том же – сказал Баллард.

- Кроме того, посеять смуту и развязать очередную войну у его соседей – ничего не даст, кроме уничтожения ни в чем неповинных людей. Это не принесет ничего хорошего, и мы не должны развязывать войны, если хотим покончить с ними.

- Дорогая моя, нельзя приготовить хлеб, не отправляя его в печь. Кровь прольется в любом случае.

- Я понимаю, что это один из инструментов, но в данном случае его применение бессмысленно!

- У тебя есть другие предложения?

Эллира задумалась.

- Я вообще ничего не знаю об этом герцоге.

Баллард вздохнул.

- Там и рассказывать то особо нечего… Амбициозен, горделив, достаточно умен, но при всем этом – то еще животное. Постоянно конфликтует со всеми, даже с королем, и…

- Вот оно!!!

Баллард с Арианной уставились на девушку.

- Что?

- Он конфликтует с королем? И амбициозен? А он женат?

- Нет.

- Тогда надо посулить ему за этот остров женщину, на которую обратит внимание сам король!

Барон и графиня переглянулись, и, слегка помявшись, сказали:

- Эллира, все дело в том, что у нас нет такой женщины, не говоря уж о том, что устроить подобное…

- У вас есть я.

- Неприемлемо – мигом отреагировала Арианна.

- Ну почему же, - сказал обдумав Баллард – если она сама предлагает себя…

- Нет. Не к этому животному.

Эллира вздохнула.

- Послушайте, мне вовсе не обязательно выходить за него замуж. А уж одну ночь я как-нибудь перетерплю. Не убьет же он меня за это время, в конце концов…

Арианна тяжело посмотрела на нее.

- А у тебя есть опыт в подобном?

- Никакого, – честно призналась девушка – но ведь это, насколько я понимаю, поднимает мою ценность?

Повисло тяжелое молчание, после которого, Баллард, наконец, сказал:

- Она вправе решать сама.

- Вправе – мрачно согласилась Арианна – только она не знает, на что идет.

- Да ладно вам… В конце концов не обязательно же доводить все до крайности. Может мне удастся получить права на остров раньше. Что-нибудь в духе – «пока не получу то, что хочу, ни на что не надейтесь», а дальше кто-нибудь сможет вмешаться.

Арианна долго обдумывала услышанное, после чего сказала:

- Чахлик.

- Хороший выбор, – одобрительно кивнул Баллард – серьезного вреда не причинит, но помешать может кому угодно.

- Извините? – недоуменно произнесла Эллира.

- Чахлик. А, ну да, ты же его не знаешь. Граф Габриэль астор Манеус, он же Чахлик. Мы его так зовем из-за его здоровья, оно у него никуда не годится. Зато, он самый известный красавчик в королевстве, и, что для нас куда более важно, умеет этим пользоваться. Благодаря ему, далеко не один совет, который был нам выгоден, достиг ушей всевозможнейших дворян… через их жен.

- Кстати говоря, герцог может решить отбить ее и у Чахлика, – сказал Баллард – и нам не обязательно будет идти по более сложному пути.

- Скорее уж, надо будет сделать так, чтобы и король и герцог стали отбивать ее.

Арианна обратилась к прислуге.

- Будьте добры, принесите календарь торжеств.

Когда распоряжение было выполнено, графиня полистала страницы и произнесла:

- Есть очень удачный повод. День рождения короля, почти через месяц. Туда пускают только высшую знать, то есть, чтобы попасть на празднество надо быть не меньше чем графом.

- Но это исключает и меня и Балларда – сказала Эллира.

- Нет, если вы поедете со мной. Баллард будет моим спутником, а ты – моя протеже, которую я не могу оставить без присмотра. Но если мы хотим туда попасть, то нам надо хорошенько подготовиться и вскоре выезжать. Ехать туда не меньше двух недель, так что времени у нас, дорогая, в обрез.

- Подготовиться?

- Да. Платье, причем такое, чтобы сразить всех, подбор украшений, прическа, макияж… Кроме того, надо же и тебя научить пользоваться косметикой. Так что о библиотеке можешь смело забыть на какое-то время…

- А я, с вашего позволения, - сказал Баллард – не премину ей пока попользоваться.

Эллира с легкой завистью посмотрела на барона, и направилась за Арианной.

Следующие две недели Эллира вспоминала как страшный сон.

Постоянные примерки, подбор макияжа, прически, украшений и сверх того науки преподаваемой графиней о том, как надо подавать себя, чтобы все считали тебя если уж не богиней сошедшей с небес, то уж как минимум самой красивой женщиной в мире, давались ей с трудом. Когда, наконец, в идеально подготовленном состоянии она предстала перед зеркалом, то с трудом смогла узнать себя, за этим воплощением чистоты и невинности.

- Ну? Что скажешь? – поинтересовалась ее наставница.

- Что я боюсь. А вдруг не получится?

- Тогда мы увезем тебя оттуда до того, как тебя кто-то похитит, и придется действовать по моему плану. Но я не верю, что если ты будешь выглядеть так, то у тебя что-то не получится. Главное – постоянно помни, зачем мы там, и делай то, что потребуется.

Путь до столицы был неблизким, и в дороге все трое успели наговориться на самые разные темы, но отдельно, пожалуй, стоит упомянуть то, что один из телохранителей Эллиры, как-то вечером подошел к ней и попросил пояснить некоторые моменты из Священного Писания.

Он начинал думать самостоятельно.

Столица произвела на Эллиру гнетущее впечатление.

Захламленные улицы, такие же нищие, как и по всей стране, люди, пытающиеся заработать на кусок хлеба. Дома, которые не ремонтировались Бог знает сколько лет… Нет, не такой она представляла ее себе.

На краю города, мрачной громадой, возвышался королевский замок.

Когда наши путники прибыли в него, в первые моменты Эллира была поражена царящей здесь роскошью, но, при ближайшем рассмотрении, оказалось, что гобелены потерты, краски поблекли, и единственное, что по-настоящему поддерживалось в хорошем состоянии, были двери, окна и доспехи, стоящие по коридорам замка.

Стоило им немного передохнуть с дороги, как прозвучал сигнал к ужину, и Арианна сказала своей протеже:

- На этот ужин можно пойти. Герцога еще нет, а Чахлик уже должен был появиться.

- А король?

- Ну, он-то точно в замке, но присоединится он к остальным или нет – это тот еще вопрос.

Прошествовав в залу, они расположились за обеденным столом, привлекая к себе внимание всех присутствующих.

Посреди ужина, дверь распахнулась, и вошел самый хрупкий, изящный и болезненно красивый молодой человек, видимый когда-либо Эллирой.

- Чахлик – прошептала Арианна.

Габриэль, войдя в залу, отвесил шутовской поклон всем присутствующим, после чего мигом обнаружил нашу троицу, и, уже предельно серьезно и учтиво приблизился к ним.

- Прошу прощения, графиня, за то, что не смог поприветствовать вас ранее, как и вас, уважаемый барон. А это, насколько я понимаю несравненная Эллира, ваша протеже… Молва крайне преуменьшала ее красоту. Счастлив познакомиться с вами, сударыня.

И он, склонившись в почтительном поклоне, поцеловал ей руку.

Эллире почудился звон разбившихся сердец со стороны всех присутствующих здесь дам, и она мигом ощутила, насколько недобрые взгляды мигом направились в ее сторону.

- Рада познакомиться с вами. Присоединитесь к нам?

- С удовольствием.

Откровенно говоря, Габриэль оказался настоящим украшением вечера. Его вкусная, светская болтовня ни о чем, заполняла собой все время, которое они провели за столом, а подобных манер Эллира не видела еще ни у кого.

Под конец вечера он поинтересовался:

- Извините, сударыня, но могу ли я предложить вам провести завтра время со мной? Я бы хотел вам показать замок.

Эллира посмотрела на графиню, и та ответила ей едва заметным кивком.

- С удовольствием. Хотя, на мой взгляд, здесь не на что особо смотреть. Все конечно красивое, но старое и ветхое…

Габриэль загадочно улыбнулся.

- Это место не открывает своих секретов тем, кто попал сюда впервые. Я то - здесь частый гость.

Неожиданно Габриэль зашелся в жутком приступе кашля, после которого, он отнял поднесенный к губам платок с небольшим сгустком крови на нем.

- Но сейчас прошу меня простить, - с трудом сказал он – мне надо передохнуть. Дорога всегда дается мне нелегко. Я не создан для нее.

Он поднялся, сохраняя достоинство, и неспешно удалился.

- Что с ним?

Арианна пожала плечами.

- Чахлик. Плохое здоровье. Когда он родился, все сомневались, что он доживет до пяти лет, но сейчас он даже старше вас, моя дорогая, и никто не может сказать, сколько он еще протянет. Ему бы переехать в климат потеплее, да где такой найдешь, на нашем то материке…

- Ну не скажите, графиня , - подал голос Баллард – такое местечко все-таки есть.

- Вы про Долину Гейзеров? Он пробовал поселиться там, но видимо из-за близости вулканов, а может и из-за самих гейзеров, там что-то присутствует в воздухе, и он не выдержал и трех дней. Кстати говоря, Эллира, это место на нашем материке единственное, которое может подойти нортернам для жизни. В других местах для них слишком холодно.

- Мне жаль его.

- Как и нам всем, дорогая. Но мы ничем не можем ему помочь.

Они разошлись по комнатам, чтобы, наконец, отдохнуть, но дважды за ночь Эллира просыпалась от того, что ее телохранители отгоняли от двери каких-то назойливых дворян, которые считали себя чересчур неотразимыми. В первый раз все закончилось просто шумом за дверью, во второй же – раздался звук удара и крик боли.

На следующее утро, едва Эллира успела привести себя в порядок, в дверь постучали.

- Кто там?

- Прошу прощения, госпожа ас Селерн, но вас желает видеть его величество.

- Я выйду через несколько минут.

- Хорошо, я подожду и провожу вас.

Изрядно перепуганная тем, что ее вызывают к королю, Эллира быстро закончила сборы и вышла за дверь. Ожидающий ее слуга вежливо поклонился и повел ее по коридорам замка.

Войдя к королю, Эллира была поражена тем, сколько всевозможнейших вещей валялось прямо на полу, но рассмотреть все получше, ей не дали.

- Прошу вас, сударыня, присаживайтесь.

Если бы она не знала, что перед ней король, то вполне могла бы счесть его простолюдином в богатых одеждах. Грубое, простое лицо, не обезображенное шрамами, мозолистые руки, привыкшие сжимать оружие, короткие волосы, чтобы уберечься от паразитов. В общем, в короле не было ничего чересчур примечательного, и выглядел он обычным человеком, которому, по недоразумению, пришлось родиться в короне.

- Благодарю вас, ваше величество.

Он рассматривал ее с не меньшим интересом.

- Вы очень красивы. И вы протеже графини астор Лавелл, а это значит, что вы еще и умны.

- Надеюсь, что так, ваше величество.

- Зачем вы приехали сюда? Вы, графиня, барон. Мне сказали, что вы приехали все вместе.

- На праздник…

Король отмахнулся.

- Не надо этой чуши. Я не тупица, чтобы поверить в нее. Может быть, если бы приехали только вы, я бы еще в это и поверил, но все трое, да еще и в общем экипаже… У вас явно какое-то дело. И я хочу знать, в чем оно заключается.

Эллира быстро пересмотрела свое мнение о сидящем перед ней человеке. Он был далеко не так прост, а простые манеры и речь были следствием того, что он просто не считал нужным демонстрировать что-то получше.

- Боюсь, что наше дело касается лишь герцога Ларона, и никого более.

- А теперь, подумайте получше. Я король этой страны, и все, что происходит на ее территории, является моим делом. Но если вы так хотите, давайте заключим сделку. Вы станете моей официальной спутницей на празднике, а я помогу вам в вашем деле. Тем более мне кажется, что наши с вами интересы совпадают. И учтите, я очень не люблю отказов.

Последовало долгое обдумывание. Предложение короля стать их союзником значило очень много, в конце концов, его власть была все-таки довольно весомой. Вдобавок, статус спутницы короля мог защитить ее от лишних и ненужных посягательств знати.

- Хорошо. Дело в острове, которым владеет герцог. Мы хотели бы получить его.

- А, тот покрытый растительностью кусок камня посреди моря, который вы хотите сделать буферной зоной? Неужели у вас, наконец, все готово? Не смотрите на меня так потрясенно, сударыня. Я знал об этой затее очень давно.

- И вы ничего не говорили?!?

- А зачем? Тогда мне это было не только, неинтересно, но и полезно – отвлекало, способную думать знать, от  широкомасштабного восстания. Сейчас же, ваша деятельность мне становится и интересной и полезной. Но об этом позже. Значит, вы согласны?

- Да.

- Занимайтесь тем, чем планировали, а если не справитесь сами, то я помогу. Если моя помощь не потребуется – значит, буду должен услугу. А теперь ступайте, а то если пройдет еще немного времени и они решат, что я решил сделать вас своей фавориткой.

- Они?

- Те, кто ждут вас за дверью. Идите.

Эллира поднялась и направилась к двери.

Выйдя за дверь, она увидела Арианну и Балларда.

- Что случилось?

- Наши планы придется пересмотреть. Король решил сделать меня своей спутницей на предстоящем празднике. Что мне нужно будет делать?

- Просто присутствовать рядом с ним. От спутницы не ждут каких-то самостоятельных действий.

- Хорошо, но Габриэль не сможет теперь находиться рядом со мной, если я буду спутницей его величества. Надо его предупредить…

- Вот и предупредите, - сказал Баллард, указывая на лестницу.

По лестнице не торопясь поднимался Габриэль.

- Я слышал, что кто-то упомянул мое имя? Сударыня, вы готовы к экскурсии по замку?

- Да и нет. Да, я упомянула вас, и нет, мы не сможем устроить экскурсию.

- Почему же?

- Король выбрал ее в спутницы на праздник.

Габриэль улыбнулся.

- Так праздник только завтра. А за сегодня я успею вам кое-что показать. Не волнуйтесь, я прекрасно понимаю то, что мне лучше не мешать вам, когда вы будете рядом с королем.

Эллира нерешительно посмотрела на Арианну.

- Скорее всего, то, что он собирается вам показать стоит того, чтобы это увидеть. Он знает этот замок лучше, чем те, кто его строили.

- А это не будет выглядеть…

- Обещаю вести себя пристойно, и ни за чем этаким нас точно не смогут поймать – рассмеялся Габриэль.

Баллард кивнул.

- Он ни одну женщину не принуждал. Все сами падали к нему в руки. Так что, если вы удержитесь, Эллира, то насчет него можете не опасаться.

Она решилась.

- И куда же мы пойдем?

- Для начала, - ответил Габриэль, предлагая ей руку, чтобы она смогла опереться – в башню.

После довольно долгого перехода  по коридорам и карабканья по ступеням, они оказались в главной башне замка, на вершине которой, у высоких стрельчатых окон, Габриэль сказал:

- Полюбуйтесь.

Эллира подошла к окну и оценила вид.

Как на ладони была видна вся столица, и часть прилегающих к ней земель. Вдалеке блестела река, за которой, практически у самого горизонта виднелись горы.

- Хороший вид.

- Да, - согласился Габриэль – а теперь будьте добры, на два шага влево, и смотрите в часть стекла перед вами. Видите, там идет по улице человек?

Эллира послушно выполнила то, что ей сказали и обомлела. Через это стекло она могла в деталях разглядеть даже одежду на человеке, на которого указал ей Габриэль.

- Но как! – воскликнула она.

- Это еще не все. Постарайтесь разглядеть горы. Но сначала прикоснитесь к стеклу и не отрывайте руки.

Прикоснувшись, Эллира ощутила неожиданное тепло.

- Оно теплое – удивленно сказала она.

- Верно. Постарайтесь разглядеть горы.

Стоило ей напрячь зрение, как перспектива за окном стала резко меняться, и она смогла разглядеть не только горы, но и горного козла, поднимающегося по одной из тропинок.

- Что это!?!

- Понятия не имею. Но знаю следующее – король зачастил сюда после того, как год назад здесь, наконец-то, поменяли стекла. Он наведывается сюда раз в месяц точно, а раньше за ним не наблюдалось такой любви к этой башне. Однако, давайте спускаться. Есть еще как минимум одна вещь, которую я хотел бы вам показать.

Они спустились и прошли в небольшую гостиную.

- Оглядитесь, и скажите мне, чего здесь не должно быть.

Эллира внимательно оглядела комнату, но по ее мнению все было на своих местах. Хотя…

- Этот портрет. Он новый!!!

- Да. Это брат нашего короля. И вы правы, портрет новый. Он был написан прежде, чем брат короля таинственным образом исчез, примерно год назад. При дворе никто не говорит об этом исчезновении, по приказу его величества.

Эллира принялась внимательно рассматривать портрет, детали которого были выполнены настолько искусно, что это не поддавалось описанию.

- Но это же…

- Вы правы. Работа «красных». В этом замке есть многое, что не должно здесь быть. Есть стена, кусок которой, как и то стекло, теплее на ощупь. Я предполагаю, что за ней комната или проход, но открыть ее не могу. Видимо, здесь потрудились «зеленые», говорят, что у них двери сами узнают тех, кого можно пропустить, а кого нельзя. Есть изумительная ваза, тоже работы «красных». Другие мелочи. А теперь я спрошу вас – откуда. Все эти вещи здесь появились меньше двух лет назад, притом, что мы не воевали ни с «красными» ни с «зелеными» уже лет десять, так что трофеями они быть не могут. Кроме того, когда я обнаружил этот портрет, который гарантированно доказывает, что это не трофеи, то обомлел. За некоторое время до своего исчезновения, брат короля довольно долго отсутствовал при дворе.

- Вы считаете…

- Я не решаю загадки. Я их просто нахожу. Решать – это уже не моя сфера, в этом я никогда не был силен.

Эллира задумалась. Самым логичным выводом было то, что король за спиной у всех давным-давно ведет торговлю с двумя другими расами, но с учетом их любви к роду людскому это было слишком невероятно.

- Спасибо вам, Габриэль, что показали мне все это. Я обдумаю увиденное на досуге.

- Не за что. И хотите один совет?

- Да.

- Не попадайтесь до завтра на глаза герцогу. Пусть ему про вас все уши прожужжат, а я еще масла в огонь подолью тем, что король выбрал вас своей спутницей. Пусть потомится в неведении, так он лучше на вас клюнет.

Эллира улыбнулась.

- Спасибо за совет, Габриэль. Я последую ему.

- Мы делаем одно дело, а ваш план не лишен элегантности.

- Кстати, откуда вы о нем знаете?

- Арианна написала мне все еще до того, как вы отправились в дорогу. Как только я получил письмо, я отправился в путь, иначе мне было не успеть. А теперь, давайте я провожу вас к вашей комнате, а то боюсь, что без меня вы заплутаете.

Спустя пару часов после обеда, во двор королевского замка въехал экипаж, из которого, как признала Арианна, вышел герцог.

Эллира наблюдала это из окна замка, и поэтому ей представился хороший шанс заранее разглядеть его.

Герцог Ларон, был довольно высоким, лет за тридцать, с острыми и хищными чертами лица. Его лицо было бы даже приятным, но чрезмерная резкость черт портила все впечатление.

Стараясь не попадаться ему на глаза, Эллира весь остаток дня провела в комнате, и даже попросила принести туда ее ужин, внутренне готовясь к завтрашнему дню. Дню, когда неопытной в подобных вопросах девушке, предстояло обольстить одного из самых владетельных, сильных и жестоких людей страны. На следующий день, чувствуя себя совершенно не готовой и ужасно нервничающей, она приняла успокоительное, заботливо преподнесенное ей Баллардом, и решилась выйти из комнаты, для того, чтобы вместе с его величеством появиться на балконе перед жителями столицы.

В честь праздника, король повелел выкатить на улицы города бочки с пивом, и выставить котлы с едой, доступ к которым был разрешен только после того, как король и все его спутники уйдут с балкона, поэтому Эллира так и не узнала, что пытаясь заполучить бесплатную еду и пиво, толпа давила так, что в толчее погибло несколько десятков людей.

В замке начался прием в честь праздника, и Эллира неотступно следовала за его величеством, пока он приветствовал своих гостей, а чуть позже, когда все уселись за пиршественные столы, она к своему ужасу обнаружила, что сидит неподалеку от герцога. Один его вид начисто лишил ее аппетита, и не смотря на то, что она пыталась что-то сделать с этим, в ее желудок попало еды не больше, чем мог бы склевать голубь.

- Что же вы не едите? – в какой-то момент поинтересовался у нее герцог Ларон, внимательно разглядывающий ее все это время.

- Я всегда мало ем – робко ответила девушка.

Услышав это, король рассмеялся.

- Да вы просто идеальная жена. Красивая, молчаливая, да еще и кормить мало надо.

Герцог посмотрел на его величество.

- Вряд ли. Жена должна еще быть и полна сил, чтобы рожать здоровых детей, в конце концов, их именно для этого и откармливают.

- Может, вы и присматриваете себе кого-нибудь потолще, - ответил король – а мне весьма нравится именно эта особа.

Когда с пиром было покончено, и зазвучала музыка, герцог Ларон сам подошел к девушке и сказал:

- Потанцуем?

- Я… Я не… - растерялась Эллира.

- Вы забываетесь, герцог, – раздался голос короля – эта дама моя спутница. И она будет танцевать только со мной, или с моего позволения.

Во взгляде герцога сквозило явное пренебрежение.

- С вами? С учетом того, что всем известно как вы танцуете, я решил предложить ей в партнеры хотя бы того, кто…

- Достаточно!!! Остановитесь, пока не сказали того, о чем пожалеете.

Король повернулся к Эллире.

- Позвольте пригласить вас на танец.

- Конечно, ваше величество.

Они вышли к танцующим, и Эллира, слегка краснея, призналась:

- Ваше величество, я не умею танцевать.

- Я знаю, как это делается, но тоже не умею. Но в этом прелесть того, чтобы быть королем. Если уж ты чего-то не умеешь, то никто в глаза тебе этого не скажет.

Он бросил взгляд на герцога.

- А этого наглеца надо проучить.

Несмотря на слова короля, с танцем они справились вполне прилично. По крайней мере, никто из них не наступал на ноги партнеру, и оба остались довольны друг другом.

По окончании танца, король отошел от танцующих, вместе со своей спутницей, и сказал:

- Благодарю вас. И, пожалуй, вас надо бы вознаградить, за все то, что вы делаете. Ларон,

помнится, у тебя во владениях имеется один кусок камня посреди моря? Я пользуюсь своим правом, и передаю его госпоже ас Селерн. С учетом того, что он как раз размером с небольшое баронство, я также дарую вам и титул баронессы.

- Это моя земля!!!

- Вы хотите отказать своему королю? Впрочем, вы правы, это несколько неправильно. Пожалуй, взамен его я дарую вам прилегающий к вашей территории кусок гор. Один кусок камня на другой – обмен равноценный. Тем более, что на этом острове вы даже ни разу не были. Баронесса, я надеюсь, вы более умело будете распоряжаться своими владениями. Канцлер, отметьте мое решение, и я хочу, чтобы все необходимые бумаги были подписаны еще до конца праздника.

Арианна заспешила к своей подопечной, которая была, как казалось, на грани обморока.

- Благодарю вас, ваше величество – прошептала девушка.

- Не стоит. Мне и самому было приятно это сделать.

На герцога Ларона было страшно смотреть. Разъяренный, он стоял посреди зала, и смотрел на короля.

- Графиня астор Лавелл, я хотел бы поговорить с вами и вашей протеже, баронессой ас Селерн, по окончанию праздника – сообщил король и удалился из залы.

- Как вы смогли его убедить сделать это, дорогая моя? – спросила Арианна.

- Я его не убеждала. Он сам помог.

Где то в углу залы,  Баллард и Габриэль с улыбкой подняли кружки и отсалютовали ими новоиспеченной баронессе.

- Хватит с меня танцев. Мне надо выпить – пробормотала Эллира.

- Посмотрите на это с другой стороны, моя дорогая. Вашего отца, несомненно, удар хватит, когда он узнает, что вы получили титул и владения из рук короля. А, кроме того, у нас, наконец-то, есть остров. И без каких-либо обязательств перед герцогом. Но мне интересно, о чем же с нами хочет побеседовать король.

Празднование продолжалось еще несколько часов, пока большая часть присутствующих, не упилась до громкого похрапывания в углу, а остальные не решили показать свою боевую удаль на площадке перед замком.

К Арианне и Эллире подошел слуга, который тихо произнес:

- Его величество ждет вас.

- Идем.

Обе дамы заторопились по коридорам.

Когда они вошли в кабинет короля, тот махнул рукой в сторону кресел.

- Садитесь. Ну что, вы довольны, баронесса?

- Да, ваше величество. Только если вы не против, объясните, зачем вы сделали меня баронессой?

- По двум причинам. Во-первых, чтобы позлить Ларона, а во-вторых, потому, что если вы носите титул, то я, как ваш король, имею право вмешиваться во все происходящее между вами и не дам ему вернуть себе этот треклятый остров. Но я хотел поговорить с вами сейчас о другом…

В этот момент двери кабинета с грохотом распахнулись и в них ворвались вооруженные люди.

Телохранители Эллиры, которые оставались за дверью, были связаны боем. Выругавшись, король схватил прислоненный к столу топор и первым же ударом перерубил шею одного из нападающих.

Арианна попыталась укрыть собой Эллиру, и потихоньку провести ее к выходу, когда они обе заметили герцога Ларона старающегося обойти короля со спины.

Бухали сапоги приближающихся охранников, но часть атакующих перегруппировалась и встретила их клинками.

- Ваше Величество, сзади!!! – успела крикнуть Эллира за секунду до того, как кинжал герцога вонзился в бок дернувшегося в сторону короля.

- Тварь – прошипел герцог и ринулся к Эллире.

Отшвырнув Арианну так, что та ударилась головой о стену, Ларон схватил девушку, и потащил ее из кабинета.

Прибыло подкрепление, которое полностью связало боем всех людей герцога, но сам Ларон беспрепятственно скользнул вместе с Эллирой в один из потайных ходов, которыми изобиловал замок, и, уже через несколько минут, оказался на улице, после чего он взвалил свою добычу на ожидавшую лошадь, забрался в седло и воспользовался шпорами.

Они мчались сквозь ночь, и натерпевшаяся за этот день девушка не могла даже и представить, куда же именно ее везут.

Они мчались до тех пор, пока герцог не свернул с наезженного тракта на лестную тропинку, чтобы спустя пару часов остановиться около лесного домика.

Спустив свою добычу на землю, он сказал:

- В дом. И не дури. Все равно ты этих мест не знаешь, да и одета ты вовсе не для леса.

Здравый смысл победил, и Эллира покорно вошла в дом. Пытаясь чем-то успокоить себя, пока Ларон расседлывал и выхаживал лошадь, девушка осмотрелась, развела огонь и даже вскипятила воду для травяного чая, поскольку именно он составлял единственные припасы обнаруженные ей в этом домике.

На дворе стояла ночь, такая непроглядная, какой она бывает только в лесу, где ветви нависающих деревьев заслоняют небо.

- Ложись там, – сказал ей вошедший Ларон – с утра поговорим.

Понимая, что сбежать он ей не даст, а с профессиональным военным ей не справиться, девушка подчинилась.

По пробуждению Эллира долго не могла понять, где же именно она находится, но стоило ей пошевелиться, как герцог открыл глаза и прокомментировал:

- Проснулась, наконец.

Он сел, взял седельную сумку, которую до того использовал как подушку, и принялся выкладывать на стол припасы.

- Вот, что я тебе скажу, красавица, - сказал он, отламывая себе куски хлеба и колбасы – ты соизволила ввязаться в очень дрянной переплет. Я понимаю, вам нужен был этот проклятый остров, притом нужен настолько, что вы готовы были пойти на все ради него. А я не дурак, и прекрасно понимаю, что если никчемный кусок скалы посреди моря приобретает небывалую ценность для кого-то, значит тут дело не просто так.

- Не понимаю, о чем вы говорите – сказала Эллира.

- Брось. Рядом с тобой постоянно была эта гадина Лавелл, да и парочку других из ее круга я тоже приметить успел. Ты не можешь быть не в курсе ее дел.

- Ну предположим. И чего же вы хотите?

- Может вы и считаете меня полным идиотом, но это вовсе не так. Мне нужен мой остров назад. Здесь есть перо, бумага и чернила, напишешь отказ в мою пользу от всех прав на остров, и я тебя даже к твоему папочке доставлю.

- Этому не бывать.

- Знаешь, лапочка, мы можем долго играть в эти игры. Никто не знает где ты, что с тобой. Тебя, конечно, будут искать, но только в том случае если король выживет, а поверь, я постарался сделать все, чтобы этого не произошло. Так что пиши отказ, и я тебя отпущу. Кстати, какой был изначальный план? Пробраться в мою постель и выманить у меня остров?

- Нет.

- Ну, это уже не важно. А может действительно жениться на тебе? Все имущество жены переходит после ее смерти мужу.

- Если вы это сделаете, я напишу передачу прав на остров графине Лавелл.

- Да ты и сделать то этого не успеешь. До того, тебе будет нечем, а через минуту после того как поженимся – ты будешь уже мертва.

Эллира поерзала.

- Есть, конечно, и еще один вариант… Я хочу долю.

- Что?

- Половину всего, что принесет этот остров.

Девушка поразилась наглости этого самоуверенного типа. Даже не зная, для чего будет использоваться остров, он долю, на которую в принципе уже не имел никаких прав.

- Посиди, пока, подумай. Позавтракай. Я пока прогуляюсь.

И он оставил девушку в одиночестве.

Откровенно говоря, Эллира совершенно не боялась. Единственное, что могло ее испугать, так это если бы герцог решил ее изнасиловать, но поскольку она теперь была баронессой, его бы не просто осудили за такое, а, скорее всего, приговорили бы к петле, так что этот вариант отпадал. Он мог ее избить, но это тоже не особо страшило, потому, что случайно он мог убить ее, и тогда остров отошел бы ее ближайшим родственникам, а Арианна наверняка смогла бы вытянуть его, у ее отца. Пытки тоже были не вариантом, потому, что, во-первых, герцог явно не был профессиональным палачом, который мог бы пытать ее так, чтобы потом она была в состоянии подписать бумаги, а во-вторых, она сомневалась в том, что даже такое животное, каким ей расписали герцога, было способно отдать приказ пытать девушку. Опять же, если кто-то сможет узнать о том, что баронессу пытали по его приказу, это могло привести к петле.

В общем, единственными вариантами были заточение, что Эллиру не пугало, поскольку в родном доме она уже прошла через подобное, и замужество, но это был крайне долгий вариант, так как ни одного клирика по округе явно не было.

Не зная чем заняться, девушка развела огонь, и вскипятила воду для чая, после чего спокойно позавтракала, и принялась обдумывать все то, что она успела почерпнуть из книг.

Откровенно говоря, когда герцог вернулся, она была даже благодарна ему за эту предоставленную тишину и покой, поскольку за это время она ухитрилась составить план для ее дальнейших изысканий.

- Ну что? – поинтересовался герцог – Что-то надумала?

- Надумала. Ваше предложение о доле от острова – безосновательное, и вы ничего не получите. Если даже я и готова была предоставить вам ее, то я не могу решить этого в одиночку. Пытать вы меня не станете, как и избивать, для того, чтобы жениться на мне у вас нет под рукой клирика, а к одиночеству я привыкла. Еще какие-нибудь варианты собираетесь предлагать?

- Ах ты…

В этот момент послышался звук копыт.

Герцог обнажил меч и подошел к окну.

- Один человек… Мой герб.

Он шагнул к двери, открывая ее.

- Я не брал тебя с собой в столицу. Кто ты?

- Хансель, милорд. Рядовой Хансель. Меня послал ваш управляющий. Сказал на всякий случай проверить этот дом по дороге.

- В чем дело?

- Бунт, милорд. Ваши шахтеры взбунтовались, а гарнизон не может покинуть замок, чтобы разобраться с ними. А армия воюет. Людей нет, чтобы их усмирить.

- Проклятье… Как все это не вовремя. Иди сюда, Хансель.

Тот вошел в дом.

- Видишь ее? Не спускай с нее глаз. Она должна быть жива и здорова, и не дай Бог тебе притронуться к ней. А ты, красавица, знай, я вернусь, как только разберусь с этим бунтом.

С этими словами герцог вышел за дверь и принялся седлать  лошадь.

Когда он уехал, Эллира посмотрела на Ханселя.

Типичный рядовой, прослуживший уже несколько лет, и успевший получить несколько шрамов, он являл собой олицетворение большей части жителей страны. Небрит несколько дней, голос осипший, нос был неоднократно сломан.  Волосы черные и очень  жирные. Бесхитростное, простое лицо, которое хорошо показывало, что его обладатель может лишь выполнять то, что ему говорят, но на самостоятельные раздумья не способен.

Внезапно, в голове у Эллиры родилась одна идея.

- Вас же зовут Хансель, так ведь?

- Да, миледи.

- Наверное, вы долго были в дороге. Вода еще теплая, так что если хотите, то можно довольно быстро ее вскипятить, чтобы вы хотя бы чаю смогли попить.

- Благодарствую, миледи.

- Чай там.

- Нет, миледи, спасибо… У меня свой сбор.

- Свой сбор?

- Да. Наш брат на войне всегда сам травы старается собирать. Кому что нравится, тот то и берет. В моем полку мой сбор лучшим считается – похвастался он.

- Как интересно.

Эллира села за стол, наблюдая как Хансель, споро и уверенно, управляется и с огнем и с водой.

- А вы не скажете, когда вернется герцог? – поинтересовалась она.

- Думаю, что где-то месяца через полтора. Ему две недели пути только в одну сторону. Да еще и бунт усмирить.

- Как же это не вовремя… Мы и так опоздали с ним на праздник. А мне, теперь, когда до столицы меньше дня пути придется целых полтора месяца торчать здесь. Как, по-вашему, такая девушка как я может жить в таких условиях?

Хансель посмотрел на нее, и в его глазах появилось понимание того, что место для девушки с такой внешностью действительно неподходящее.

- Может я мог бы отвести вас в столицу? – неуверенно предложил он.

- Это было бы очень любезно, с вашей стороны… Герцог защищал меня в дороге, сами знаете, какие сейчас времена.  Но если такой воин как вы будет со мной, то мне точно нечего будет страшиться.

Хансель подскочил на месте от такой похвалы, и, судя по всему, готов был прямо сейчас донести ее на руках до самой столицы.

- Да вы передохните. Попейте своего сбора, да и мне тоже дайте попробовать. Тут вроде еще осталась какая-то еда…

Спустя час, когда Хансель уверил ее, что достаточно отдохнул и подкрепился, они вышли из домика, и девушке срочно пришлось придумывать какую-то правдоподобную легенду о том, почему она без экипажа и даже без лошади. Убедив простодушного вояку в том, что все так, как она ему рассказывает, она села в его седло вместе с ним, и они отправились в путь.

У ворот столицы, городская стража немедленно послала гонца в замок, как только увидела их, и беспрепятственно пропустила в город. Как следствие, при въезде в замок, их встречала Арианна с забинтованной головой, и Баллард с Габриэлем.

- Дорогая моя, с вами все в порядке? – встревожено поинтересовалась Арианна.

- Да. Герцог немного не довез меня до столицы, но мне согласился помочь этот храбрый воин, которому он поручил заботу обо мне.

Графиня мигом поняла суть игры.

- Хорошо, но вы опоздали на праздник. Я, кажется, смогу устроить вам встречу с его величеством.

У Эллиры отлегло от сердца. Король был жив.

- Это было бы очень любезно с вашей стороны, но мне надо привести себя в порядок перед встречей. Кстати, а что с моими телохранителями? Они прибыли сюда?

- Только один. Джорин погиб.

Эллира ощутила резкий укол.

- А Боз?

- Жив и даже не ранен.

В этот момент, упомянутый Боз, выбежал из дверей замка.

- Госпожа баронесса!!!

- Мне уже сказали, Боз. Мне тоже очень жаль Джорина. Теперь мне нужен еще один телохранитель. Как ты думаешь, этот человек, его зовут Хансель, подошел бы? Он защищал меня в пути.

Боз замер, понимая, что происходит что-то, о чем он не имеет ни малейшего понятия.

- Я могу натаскать его, госпожа.

- А вы, Хансель, что скажете? Хотели бы вы быть моим телохранителем?

Хансель замялся.

- Я… Я не знаю, госпожа баронесса. Я служу герцогу.

- Он же дал вам приказ не спускать с меня глаз, и чтобы я была жива и здорова? А я вам предлагаю, еще и платить, за четкое выполнение приказа вашего герцога.

До Боза дошла суть ситуации.

- Соглашайся, паря. Баронесса не обижает и платит хорошо. Уж голодать-то, точно не будешь.

На челе Ханселя отразился весь непривычный ему процесс размышлений.

- Хорошо, госпожа баронесса. Я согласен.

Эллира повернулась к Бозу.

- Позаботься о том, чтобы его накормили, отмыли и нормально одели. Я не хочу, чтобы мои телохранители выглядели как пугало.

- Слушаюсь.

- И пока можешь быть свободен, все равно меня охраняет сейчас весь гарнизон замка. И кстати, твоей вины в случившемся нет. Ясно?

- Да, госпожа баронесса.

Эллира вошла в замок вместе с остальными, и когда телохранители ушли, она поинтересовалась:

- Как король?

- Ранен, но жить будет. Клирик говорит, что на пару пальцев в сторону, и его было бы уже не спасти, а так он уже даже вставать порывается. Разослал во все стороны поисковые отряды, чтобы вас найти, и вся городская стража тоже была поднята. Что с островом?

- Не волнуйтесь, я ничего не подписывала. Но нам надо срочно что-то сделать. Если он, не дай Бог, женится на мне, я хочу чтобы остров остался у кого-нибудь из вас.  И в случае моей смерти тоже.

- Я поговорю с канцлером – сказал Баллард.

- Пусть напишет какую-нибудь бумагу, которая сохранит за мной баронство, но передаст права на пользование островом.

- Сделаем.

- Тебе стоит отдохнуть – вмешался Габриэль.

- Да. Боже, каким же тяжелым был этот день…

Эллира направилась в отведенную ей комнату, где, после того как она приняла ванну, на нее нахлынуло все произошедшее с ней.

Кое-как справившись с этим, она уснула, и утром следующего дня была разбужена стуком в дверь.

- Кто там?

- Прошу прощения, госпожа баронесса. Это Боз. Вам просили передать, что вас желает видеть его величество.

- Благодарю. Я сейчас приведу себя в порядок и приду.

Приведение себя в порядок и быстрое поглощение принесенного в комнату завтрака заняло около часа, после чего баронесса ас Селерн вошла в королевский кабинет.

Его величество дождался, пока она закроет дверь и попытался встать с кресла, но с гримасой боли схватился за бок, и сел обратно.

- Рад видеть, что с вами все в порядке, баронесса.

- Я тоже рада видеть, что вы живы, ваше величество.

- Присаживайтесь. У меня есть к вам разговор.

Эллира села в кресло и приготовилась слушать.

- Выпьете? – поинтересовался король, доставая из стола керамическую бутыль – Не волнуйтесь, это вино.

Эллира благодарно приняла кубок.

- А вы даже не удивились – прокомментировал король.

- После портрета вашего брата написанного «красными» и стекла в башне, произведенного…

- Выращенного.

- Выращенного «зелеными», я не удивлена, что у вас есть вино.

- Граф Манеус, рассказал, конечно же… зря я позволял ему так безнаказанно шастать по замку, но теперь уже, конечно, поздно запрещать. Да, я периодически торгую и с теми и с другими. Разумеется тайком, и разумеется дерут они втридорога, но… Кстати, запомните, это мой любимый сорт. Подозреваю, что у них есть вина и получше, но их они не продают.

- Хорошо, ваше величество.

- Однако я с вами не вино обсуждать собирался.

- А что же?

- Погоду.

Это было настолько неожиданно, что Эллира даже открыла от удивления рот.

- Погоду?

- Да. Вы знаете, в каком состоянии сейчас находится наша страна. Все, что мы можем вырастить – идет на прокорм армий. У нас нет никаких запасов. Вообще никаких. А я узнал, а потом проверил и перепроверил, что через год нас ждет очень тяжелая зима, да и перед этим вряд ли нам удастся получить хороший урожай. Людям нечего будет есть, и они будут замерзать.

- Прошу прощения, ваше величество, но я пока не понимаю, как я могу вам в этом помочь.

- Разумеется, они будут поднимать голодные бунты. Вот тут у меня и есть интерес и в лично вас, и во всей вашей группе.

Он глотнул вина и продолжил.

- Моя заинтересованность лично в вас, состоит в том, что я хочу сделать вас своим представителем на этом вашем островке. Чтобы вы представляли в первую очередь интересы нашей страны.

- И каковы же они?

- Насколько я знаю, у «красных» есть какие-то штуки которые позволяют очень долго хранить тепло, а у «зеленых»… Еще со времен прошлой войны нам известно, что они вывели каких-то коров, от которых может целая семья регулярно срезать достаточно мяса для пропитания, а за день их коровы полностью восстанавливаются. Наверняка у них найдутся и способы сделать нашу землю плодородной, да и семена которые вырастают намного быстрее, чем наши культуры, тоже должны быть. Нам надо заполучить все это любой ценой. Слышите, любой.

Он снова глотнул вина.

- А интерес в вашей группе связан как раз с бунтами и восстаниями. У вас должны найтись умные люди, которые готовы будут повести народ в нужном направлении. Я хочу, чтобы восстания были не спонтанными, а контролируемыми.

Мозг Эллиры вцепился в два кусочка информации, пытаясь совместить их, чтобы понять замысел. При возникающем на материке голоде и холоде, люди, разумеется, будут стремиться туда, где будет тепло и еда, и если они будут лишь у них, то большая часть обычных жителей постарается перебраться в их страну. Дворянству других стран придется вовсе не по душе, что их люди бегут, и они попытаются остановить их войсками.  Вскипит весь материк, за исключением их страны. Если же данными бунтами будут управлять их люди, то у пейзан возникнет весьма неплохой шанс на то, чтобы разобраться со своим дворянством и уйти к ним. Но…

- Ваше величество, а вы планируете бунты только на территории других стран?

- Вы и впрямь умница. У меня ушло два года на то, чтобы все придумать, а вы разобрались во всем за несколько минут. Нет, в нашей стране они тоже должны возникнуть, и быть объединены одним лидером. Я хочу избавиться от большей части этих хватающихся за оружие дармоедов, которые именуют себя дворянами. Чистка рядов нужна уже давно.

- Но мы тоже дворяне.

- Именно поэтому я и говорил о контролируемых бунтах. Ваша группа останется на своих местах, и, наконец, страна получит ту передышку, которая ей нужна уже лет сто.

- А развалив изнутри остальные страны, вы сможете провозгласить себя императором, и контролировать весь материк. Великолепный ход, ваше величество.

- До него мне помог додуматься мой брат. Нет, он не был в вашей группе, но был крайне умен, и был моим советчиком.

- А что с ним стало?

- Его забрали «зеленые. Мы тогда никого не оповещали о том, что был их очередной прорыв. Они уложили кучу народа, окружили нас, и поставили меня перед выбором – отдать им брата или потерять всю страну. Мне пришлось отдать его им.

- Возможно, он еще жив.

- Если это так, то мне бы хотелось чтобы вы вернули его. Но приоритет остается неизменным. Наша страна остается важнее, чем мой брат.

- Я понимаю.

Эллира поколебалась, но все-таки сказала:

- Ваше Величество, позвольте спросить?

- Со мной вы можете быть честны, и задавать мне любые вопросы.

-  Откуда вы все знаете о нашей группе?

Король усмехнулся.

- Вы считаете, что у меня под носом может зреть несколько лет заговор, а я и слыхом, об этом, не слыхивал? Меня интересует все, что происходит в моей стране. В конце концов, кроме вас, о ней пытаюсь позаботиться только я, и мне жаль только одного – что вы не обращались ко мне за помощью раньше. Может я и не такой гений, как те, что есть у вас в группе, но думаю, что вы уже убедились в том, что у нас общие интересы. Я бы мог вам все здорово упростить.

Эллира посмотрела на сидящего перед ней монарха с крайним уважением.

- Простите, что мы не думали о вас как о возможном союзнике, ваше величество.  Я постараюсь привести все ваши планы в действие.

- Хорошо. Ваш экипаж уже готовят, а у меня осталось к вам еще одно маленькое дело.

Он достал из стола два маленьких свертка. Один был завернут в красную ткань, а другой в зеленую.

- Что это?

- Это – последнее средство, которое вы можете использовать в переговорах. Это обязательства их рас перед людьми. Это то, после чего они не смогут оспаривать наших просьб, и обязаны будут их выполнить. Пользуйтесь с умом, поскольку этим можно будет воспользоваться только один раз.

- Сколько этому лет? – поинтересовалась Эллира.

- Около шести веков. И именно ради этих вещиц я и вел войны с соседями последние пять лет. Они сполна оплачены кровью нашего народа. А теперь берите их и ступайте. Чем быстрее вы устроите все на острове, тем больше времени у нас будет на подготовку. И, кстати, не думайте, что я посылаю вас туда работать. Я посылаю вас на остров учиться, чтобы позже вы заняли свое место рядом со мной. Как советник.

- Остался один вопрос, ваше величество… Герцог.

- Вы можете засвидетельствовать то, что именно он ударил меня кинжалом?

- Да.

- Хорошо. Поскольку это свидетельство дворянина, которое можно подкрепить еще и свидетельством графини Лавелл, я официально обвиню герцога в измене и покушении на особу королевского рода. Его земли будут подлежать конфискации, войска должны быть распущены, а он сам будет лишен титула и казнен. Надеюсь, что вы больше никогда его не увидите, баронесса

Content

Волков Николай Триумвират

Краткая предыстория

Книги

Ищущий Путь

Первое слияние

Столица