Вячеслав Аничкин

Черный Оракул

Часть 1

Стена

Глава 1

С самого утра шел дождь. Был конец ноября и вот-вот должна была начаться зима. Я не люблю холодное время года. В нашем магазинчике всегда довольно прохладно и мне приходится переминаться с ноги на ногу с 10 утра до 5 вечера, хотя я уже неоднократно просил Барни поставить электрический обогреватель. Но Барни говорит, что если мы забудем его выключить на ночь, то все сгорит «к чертовой матери», поэтому лучше потерпеть.

Так было и сегодня. Я пришел на работу в начале одиннадцатого. Барни уже был на месте. Я поставил зонт возле двери и стал снимать калоши. Все было как всегда, но что-то все-таки было не так. Я удивился, что Барни сегодня не сделал мне замечания по поводу моего опоздания. Он это делал всегда, а сегодня он вообще не поднял глаз при моем появлении, а продолжал возиться с какой-то коробкой на прилавке, что было само по себе удивительным, так как Барни всю работу по упаковке-распаковке посылок доверял мне, а сам любил при этом записывать в книжечку то, что я извлекал из коробок, чемоданов, сундуков и тому подобного. Сегодня он сам принялся за это и, видимо, был очень взволнован чем-то. Коробка была самой обыкновенной, картонной, высотой три фута и длиной фута четыре – четыре с половиной. В таких посылках нам обычно привозят разный хлам вроде старой посуды, горшков или ваз столетней давности.

Я подошел поближе, но Барни по-прежнему не обращал на меня никакого внимания и продолжал доставать из коробки какие-то предметы, завернутые в черную ткань. Эти вещи были разного размера и, похоже, это были пожитки какого-нибудь старика, который благополучно помер и все это досталось его соседям, которые захотели от всего этого избавиться.

Один предмет, похоже, был книгой или шкатулкой, другой – продолговатый, возможно, подзорная труба, третий – какая-то коряга или подсвечник. И таких вещей было довольно много. Короче говоря, ничего интересного там быть не могло, но взволнованный вид Барни меня заинтриговал и я решил также поучаствовать в извлечении этих предметов из коробки. Но самое удивительное произошло секундой позже. Как только я запустил руку в коробку, чтобы достать оттуда какой-то круглый предмет, возможно, старый чайник, Барни резко дернулся, как от испуга и дико взвизгнув, посмотрел на меня.

– Нет, Майки, не надо. Я… я сам. Ты это, иди, если хочешь домой. Можешь взять выходной. Я решил сегодня не открывать магазин. Иди, сынок, я сам, сам.

После этого Барни задумался на секунду и вновь принялся дрожащими руками доставать из коробки оставшиеся предметы. Меня это удивило. Зная Барни, я подумал, что же такое должно было произойти, чтобы старик, ни с того, ни с сего, дал мне выходной посредине недели. Я немного постоял в стороне и вновь подошел к Барни.

– Слушай, Барни. На улице дождь. Я уже все равно пришел, давай помогу.

Но Барни, похоже, меня совсем не слушал. Он с головой залез в коробку и что-то там начал разворачивать.

– Барни, эй Барни! – повторил я. – Давай помогу.

Но он, не обращая на меня внимания, продолжал возиться с коробкой.

Прошло минуты три и Барни наконец-то перестал рыться в коробке и растерянно на меня посмотрел.

– Ничего не понимаю. Может это все неправда. Да нет же, она должна быть здесь, это же все вещи, которые должны быть. Черт!

После этих слов Барни традиционно сплюнул в подножие пальмы и, опершись локтями о прилавок, обхватил свою голову руками.

– Да, Майки. Хоть ты и не мой сын, но для меня ты как родной. Поэтому я прошу тебя, никому не рассказывать о том, что ты сейчас видел.

– Да что я видел, Барни?! Коробку со всякой ерундой? Мы такие коробки получаем по нескольку штук в месяц. Могу поспорить, что там барахла на три-четыре сотни не больше. А то и меньше.

– Что?! Ты говоришь на три-четыре сотни?! Да, ты даже не представляешь себе, что это такое. Это, это…

Видимо, Барни не нашел подходящих слов и ничего не придумал лучшего как в очередной раз плюнуть в бочку с пальмой.

– Значит так, Майки. Я сейчас уйду на пару часов, а ты сам перепиши все, что здесь есть, только обязательно закрой дверь на ключ, а я скоро вернусь.

Я пожал плечами и побрел в подсобку, где у нас находился своего рода небольшой архив всех вещей, которые в то или иное время проходили через наш магазин. В письменном столе я взял авторучку и вернулся в торговый зал, чтобы заняться своей обычной работой.

Вот, что было в коробке. Самым большим предметом была картина, изображающая какие-то скалы на берегу моря и деревья на этих скалах. Такая картина может стоить долларов сорок – сорок пять. Ничего особенного. Если бы это был натюрморт, его можно было бы продать немного дороже, а такая картина будет висеть месяц-два и, в конце концов, ее купит какая-нибудь престарелая дама для своей подруги, а та благополучно спрячет эту картину в кладовку, так как таких картин у нее уже с десяток и на этом все закончится. Продолговатым предметом и на самом деле оказалась подзорная труба, довольно красивая, с позолотой, но явно очень старая, увеличительное стекло с большей стороны было треснувшим. Десять долларов не больше. Затем последовала партия из небольших чашек синего цвета, причем довольно грязных. Их было семь штук, что я и записал, сахарница совершенно другого цвета, несколько алюминиевых ложек и пара блюдец. Все вместе – долларов пятнадцать, но вряд ли их кто-нибудь купит. Следующим предметом оказался старый блокнот, причем в нем не было абсолютно ничего записано, зато первая страница была вырвана. Я даже не стал вносить это в список и швырнул его в мусорный ящик. Затем мне попалась медная пуговица с изображенным на ней какого-то животного. Какого, трудно было разобрать, так как изображение было очень потертым. Следующим экземпляром была замусоленная книга на неизвестном мне языке с рисунками кораблей, лодок, различных карт, лошадиных повозок, чертежей каких-то воздушных шаров, короче говоря, всяких механизмов. На обложке книги красовалась огромная чернильная клякса, закрывающая собой название книги. Видимо, кто-то что-то выписывал из книги и пролил на нее чернила. «Два доллара», – подумал я и вытащил из коробки какой-то округлый предмет. Развернув ткань, я увидел почерневший от сажи котелок для приготовления пищи на костре и лежащий в нем начатый коробок спичек. Котелок совсем не интересовал меня в качестве товара и я, вздохнув, швырнул его под прилавок. Пусть Барни делает с ним, что хочет.

Перечень остальных предметов также не вызывает никакого интереса для нашей истории и я не стану его приводить. Если их перечислять, то можно уснуть от скуки. Одним словом, в коробке содержался скарб какого-нибудь старого вояки или путешественника, или просто разный хлам, который собирают бродяги на помойке. Я честно переписал все, что там было и уселся на диване, дожидаясь Барни. «Зачем Барни вообще это все взял?», – спросил я сам у себя и откинулся на спинку дивана, уставившись в потолок.

Глава 2

Я, наверное, задремал и не услышал как вернулся Барни. После звука от его фирменного плевка в пальму я проснулся и увидел, что Барни крутит в руках какую-то вещицу, которую я раньше не видел. Похоже, это была какая-то монета. По выражению лица Барни я понял, что теперь он очень доволен.

– Смотри, Майки, смотри. Вот она! А я уже и не надеялся. Представляешь, эти олухи на почте упустили коробку и все рассыпалось. Она упала на землю. Мне пришлось на коленях ползать в том месте, чтобы ее найти. И я ее нашел! Учись, Майки. Никогда нельзя сдаваться.

Похоже, Барни говорил скорее с самим собой, чем со мной и я не стал ничего ему отвечать. Подумаешь, монета. Столько шума из-за какой-то монеты. Разве, что она золотая или хотя бы серебренная.

Тем временем Барни, вдоволь налюбовавшись своей монетой, открыл шкафчик, находящийся возле окна и достал оттуда бутылку виски.

– Ты будешь, Майки?

Я отрицательно покачал головой.

– Ну как хочешь. А мне сейчас необходим стаканчик-другой пропустить. Ну надо же! Я ведь до конца не верил.

Я по-прежнему сохранял молчание. Ничего нового для себя я не увидел. День как день. Лучше пойти домой, как предлагал Барни. Тем более дождь уже закончился.

Я уже было стал натягивать калоши, как вдруг ко мне подошел Барни и уже не совсем твердым языком сказал:

– Слушай, сынок. Ты знаешь какие мы были с твоим отцом друзьями. Мы с ним дружили всю жизнь и я никогда не брошу тебя. А скоро я вообще подарю тебе этот магазинчик. Пропади он пропадом. Хоть на старости лет судьба улыбнулась старине Барни.

Барни плюнул себе под ноги, сделал еще один глоток виски и уже совсем нетрезвым голосом продолжил:

– Ты знаешь, Майки?! Знаешь что это такое? – Он достал из кармана монету и торжественно протянул ее мне.

– Это, брат, монета! Монета! А ты знаешь что это за монета? Э, брат, пока я этого тебе не скажу. Потому, что я сам, сам ее нашел. И у меня будет еще много таких монет, и не только монет. Я смогу купить весь этот город. Я куплю все, что захочу. И уеду отсюда, уеду. А ты будешь тут хозяином. Это все будет твоим.

После этих слов Барни хлебнул виски прямо из бутылки, встал и ушел в подсобное помещение, а я поднялся и вышел на улицу. Было холодно и я быстрым шагом направился к себе домой. До моей квартиры было минут пятнадцать пути и я шел, раздумывая над словами Барни. Он или изрядно напился и несет какую-то чепуху, или я чего-то не понял. Ну подумаешь, монета. Нам довольно часто приносят разные монеты. Эту монету я особо не рассматривал, но, по-моему, на ней был изображен какой-то диковинный зверь, толи олень, толи лось. Монета, вроде как, не золотая и даже не серебренная, а из какого-то другого металла. Во всяком случае, продать ее дорого вряд ли удастся. Возможно, она представляет собой интерес для коллекционеров, но и в этом случае продать ее за большие деньги не удастся. А Барни собрался покупать весь город. Вот чудак. Но, впрочем, это его дело.

Я благополучно добрался до своей квартиры, выпил стакан молока, съел бутерброд с беконом и лег спать. Хотя время было еще не позднее, но я как-то неважно себя чувствовал. Поведение Барни совершенно сбило меня с толку и я ощущал усталость.

Прошло, наверное часа два, может три. Я проснулся от того, что зазвонил телефон. Нехотя повернувшись в сторону телефонного столика, я взял трубку и сказал: «Алло».

На том конце провода я услышал голос Стена Райса. Он был очень взволнован и не говорил, а скорее кричал в трубку:

– Майки, Майки! Ты меня слышишь? Алло, алло!

– Да Стен, я тебя прекрасно слышу. Чего ты так кричишь?

– Ну Слава Богу! – Стен кажется немного успокоился. – А ты чего дома? Сейчас еще нет пяти часов.

– Я сегодня ушел пораньше, а в чем дело?

– Майки, твой магазин горит! Пожар такой, что никто не может туда войти! Я подумал, что ты там сейчас внутри. Я пришел к тебе по делу, а тут такое!

Теперь до меня стал доходить смысл его слов. Я мгновенно соскочил с кровати, натянул на себя брюки и плащ и с сумасшедшей скоростью выскочил из квартиры, даже забыв положить телефонную трубку на место.

Боже мой, если там все сгорит, то я пропал. Что я буду потом делать?! Стоп. Барни!

Я бежал так, что мне казалось обгонял проезжающие мимо машины. Расстояние до магазинчика я преодолел минут за пять, не больше. Еще добегая до места пожара, я услышал сирены пожарных машин. Если Барни, как обычно, лег отдохнуть в подсобке, то ему конец. Тем более, он скорее всего, был пьян. Откуда пожар? Может Барни забыл потушить сигарету и уснул с ней в руках? Или была неисправна электропроводка? Может быть Барни тоже ушел домой, как и я? Хоть бы это было так.

Повернув за угол, я увидел ужасное зрелище. Из всех окон магазинчика вырывалось пламя. Стоял сумасшедший шум и треск. Двери полностью выгорели. Жар был такой, что пожарные расчеты не могли подойти ближе, чем на пятьдесят футов. Они безрезультатно поливали пламя водой, но казалось, что огонь становится все больше и больше. Я стоял как ошарашенный. Я совершенно ничего не мог сделать. Огонь уже начал перебираться на верхние этажи и остановить его могло только чудо. Я повернул голову влево и увидел Стена, который сидит на тротуаре и так же как и я завороженно смотрит на пожар.

– Стен! – крикнул я ему и он заметив меня поднялся на ноги. – Стен, ты видел Барни?

Стен подбежал ко мне и, размазав по лицу грязь, ответил:

– Нет, Майки! Его никто не видел. Я уже у всех спросил. Я сказал пожарникам, что там может быть человек, но они говорят, что если сейчас не пойдет сильный дождь, то они не смогут туда войти в ближайшее время. В здании деревянные перегородки и оно горит, как бумага.

Я в бессилии присел на корточки и начал думать, что же делать. Но ничего мне в голову так и не пришло. Оставалось только ждать пока магазинчик полностью выгорит. Я смотрел на огонь и время, казалось, остановилось для меня. Языки пламени прыгали у меня перед глазами, а я думал. Думал, что Барни, скорее всего уже нет в живых. Старик был так весел перед смертью. Он даже представить себе такого не мог. А я. Что я? Я остался совсем один. Совсем. Погиб Барни, а вместе с ним погибло все, что у меня было.

Меня вернул к действительности внезапно начавшийся дождь. У меня не было зонта и я через минуту совершенно промок. Но это сейчас занимало меня меньше всего. Я ждал мгновения, когда пожарные смогут сбить огонь и я смогу попасть в магазин и, может быть, спасти там то, что могло уцелеть. Я знал, что Барни держал в сейфе некоторые деньги. А они мне сейчас очень – бы пригодились. Да. Если бы Барни был жив, то он был бы уже здесь.

Глава 3

Зрелище было удручающим. От того магазинчика, который я так любил не осталось ничего. Голые почерневшие стены, пепел от выгоревшей мебели, ужасный удушающий запах, трескающиеся под ногами остатки пола, искореженные от температуры металлические вазы, подсвечники, бронзовые фигурки людей, выгоревшие дотла картины, провалившийся прилавок…

Мне тошно было на все это смотреть, но я должен был найти Барни и я медленно продвигался дальше в направлении подсобки, где любил отдыхать Барни. Впереди идущий пожарный, металлическим багром расчищал мне проход и, наконец, переступая через груды еще тлеющего хлама, я вошел в ту комнату, которая еще недавно была и рабочим кабинетом, и архивом, и комнатой отдыха. Сейчас все здесь было похоже на картинку из сцен ада.

Сплошная чернота и темнота. Лишь кое-где еще что-то тлело и от этого на стенах появлялись зловещие блики диковинных фигур, которые то подергивались, то замирали, как бы прячась от меня и собираясь напасть.

Я зажал ладонью рот и шагнул внутрь комнаты. Пожарный посветил фонариком по углам помещения, затем осветил пол и я сразу увидел Барни. Но теперь это уже был не тот Барни, а черный обуглившийся силуэт, застывший в неестественной позе на полу. Ощущался запах горелого мяса и мне стало не по себе. Я вообще-то, не боюсь мертвецов, но вид сгоревшего человеческого тела, лежащего лицом вниз, заставил меня отвернуться в сторону. Узнать Барни в том, что лежало под моими ногами, было невозможно, но кто же это мог быть еще? Это то, что осталось от доброго, безобидного старика, который, по большому счету, был мне за отца, хотя иногда он был груб со мной и даже один раз выгнал меня на улицу из-за того, что я разбил какой-то старый кувшин, который ничего особенного из себя не представлял. Позже Барни сам пришел ко мне домой и извинился и с тех пор особых конфликтов у нас с ним не было. Бедный Барни. Мне стало жаль этого старика, который еще за несколько часов до своей смерти собирался подарить мне свой магазин. Хотя мне в это не верилось. Ну куда Барни мог деться от своих статуэток, тарелок, радиоприемников и тому подобного.

Я присел возле трупа и попросил пожарного перевернуть тело. От лица не осталось ничего. Рот был широко открыт. Видимо Барни умер не от огня, а от удушья. Он, наверное, пытался встать с дивана, но не смог и упал на пол. Его кулаки были судорожно сжаты. Боже, какая ужасная смерть!

Вдруг в правой руке Барни я увидел блестящий предмет. Это была та самая монета. Бедняга даже во время смерти не захотел расстаться со своей находкой. Монета совершенно не обгорела, ее лишь немного присыпал пепел. Я попросил пожарного передать мне монету, посмотрел на нее немного и опустил в карман брюк. Затем я подошел к несгораемому шкафу, повернув ручку и открыл его. Барни редко его запирал на ключ, так как ничего ценного там никогда не было. На верхней полке я нашел сто долларов с мелочью, не так много как я ожидал. Но самое главное, я обнаружил внизу шкафа все те предметы, которые видел утром. Они были свалены в кучу, но в ней находился даже тот блокнот, который я выбросил в мусор.

По иронии судьбы, уцелели только те вещи, которые сегодня к нам попали.

С помощью Стена я вынес все на улицу, хотя сам еще не знал, зачем они мне нужны. Сейчас я плохо соображал и наверное правильно сделал, что забрал все, что уцелело.

Поймав такси, мы со Стеном поехали ко мне домой. На душе была пустота и мы молчали всю дорогу.

Стен, как предприимчивый человек, за те неполные десять минут что мы ехали, успел ознакомиться со всем, что мы везли и, как мне показалось успел опустить в карман своего пиджака старый портсигар, который там был. Но мне было все равно. Пусть хоть все забирает, если ему нужно.

Но, видимо, тот набор предметов, который у нас был, не соблазнил даже Стена. И в самом деле, это был настоящий мусор. Хотя, Стену, как заядлому картежнику, приходилось играть и проигрывать и не безделицы, как эти. Стен играл не только в карты. Он играл во все азартные игры, которые только знал. Иногда ему удавалось выигрывать неплохие суммы, но чаще всего он проигрывал все до гроша и тогда шел ко мне, чтобы взять в долг пять-десять долларов. Хотя, он был должен половине города. Работать он не хотел и перебивался случайными играми во всяких подозрительных компаниях, из которых нередко выходил с помятыми боками.

Ему даже однажды пришлось на месяц уехать из города, спасаясь от выплаты долга какому-то катале. Родители Стена жили где-то на Западном побережье и, насколько мне известно, не особо интересовались его судьбой. Несмотря на то, что у Стена в карманах никогда не бывало больше пятидесяти долларов, одеваться он любил во все яркое и заметное, хотя под пижонским пиджаком и пижонскими туфлями скрывалась рубашка, которой было уже лет семь, и носки, в которых он ходил еще в колледже. Когда Стен снимал обувь, на его носках можно было увидеть заплатки разных эпох его жизни. Несмотря на все это, Стен считал меня своим другом и думал, что может приходить ко мне когда захочет. Я же обходился довольно хорошо и без его общества. Впрочем, иногда Стен мог рассказать мне какую-нибудь забавную историю и это веселило меня, но чаще всего он приходил ко мне за деньгами.

– Стен, – обратился я к нему, когда мы приехали ко мне домой. – А почему ты сегодня хотел меня увидеть?

Стен, бесцеремонно открыв дверцу моего холодильника и достав оттуда пакет с соком, ответил:

– Сейчас это уже не важно. Мне нужна была одна вещица из твоего магазинчика, ну конечно в долг, денег-то у меня сейчас совсем мало.

– Да? И что же это такое? – спросил я, усевшись в кресло.

– А, пустяки. Один тип играет на всякие безделушки. Ну старые бусы, брошки всякие, пуговицы военные, значки. В общем, собирает всю эту дрянь и затем кому-то продает. Он мне сказал, что в одном из комиссионных магазинчиков появилась какая-то старая пуговица и, что если я ее принесу, он мне простит сразу две сотни. Оказалось, что это магазин, где ты работаешь, вот я и пришел, а тут такое.

Я на мгновение задумался.

– Слушай, а почему этот тип сам не пришел?

– А я – то откуда знаю. Я у него не спрашивал. Тем более такая удача – две сотни за какую-то пуговицу.

– Какая пуговица ему нужна? Как она выглядит?

– Он мне сказал, что она металлическая и на ней какое-то животное. А что, такая пуговица у тебя и на самом деле есть?

– Мне сегодня попалась такая пуговица, но она наверное сгорела в огне.

Она была вместе со всеми этими вещами, но я ее почему-то не вижу.

– А давай еще раз все проверим, может она где-то здесь.

Мы со Стеном еще раз все просмотрели, но пуговицы не было. Зато вместо пуговицы я обнаружил одну странную вещь. В блокноте, который я хотел выбросить не хватало уже двух страниц. Это отчетливо было видно, так как вторая страница была оторвана неровно. Может быть, Барни, перед смертью что-то писал, а потом эта страница сгорела. Теперь этого уже никто никогда не узнает. Но зачем Барни нужно было лезть в мусорный ящик и доставать оттуда какой-то блокнот, если у него в столе полным полно чистой бумаги. Зачем он вообще сложил все вещи в несгораемый шкаф? В магазине было много более ценных вещей, чем эти. И тут меня посетила мысль. А что если эти вещи ему дороги как память о ком-то или о чем-то, а может эти вещи принадлежат самому Барни и он их, наконец – то, нашел? Но почти сразу я отбросил эту мысль. Если Барни дорожит этими вещами, то зачем он велел мне переписать все это в его книжечку? Значит, он собирался их продать. Выходит только одно. Барни положил все это в сейф, чтобы потом внимательней все рассмотреть, чтобы эти вещи не спутались с уже находившимися в магазине. Меня вполне устроило такое объяснение, но все равно, какое-то чувство не давало мне покоя. Оно мне говорило, что не все так просто.

Пока я был погружен в свои размышления, Стен увалившись на мой диван, благополучно уснул. Мне спать не хотелось и я еще раз решил внимательно все осмотреть.

Глава 4

Первым делом я взял в руки книгу с чернильным пятном на обложке. На каком языке была написана книга, я так и не понял. Буквы были похожи толи на китайские иероглифы, толи были написаны по-арабски. Я совершенно в этом ничего не понимал. Единственное, что мне стало понятно, этой книгой очень часто пользовались. Страницы во многих местах были загнуты, кое-где на полях были сделаны пометки, кое-где строки были подчеркнуты. Возраст этой книги также был неясен. По иллюстрациям было видно, что очень старой книга быть не может. Рисунки изображали технику, которой пользовались максимум лет сто назад, хотя рисунки немного отличались от общепринятых. Например, военный корабль был изображен, почему-то, не в воде, а над водой. Казалось, что этот корабль какая-то сила держит над поверхностью моря и не дает ему опуститься. Старый немецкий танк был изображен с двумя башнями, которые находились одна над другой, а винтовка Первой Мировой войны почему-то стреляла водой, а не пулями. В конце книги находились карты неизвестной местности. Ни одна из них не была мне знакома. Возможно это были карты других стран, о которых я мало знал. На последней странице книги была еще одна карта, нарисованная вручную чернилами. На ней вообще ничего не было понятно. Линии пересекались друг с другом, было много зачеркнутых слов, некоторые участки карты были обведены кругом. Сначала я подумал, что это книга для детей. Слишком уж много там диковинных рисунков. Но затем я отогнал эту мысль, потому, что эта книга была довольно толстой и некоторые вещи в ней были совершенно непонятными не то, что для детского ума, но и для взрослых. Я закрыл книгу и взял следующую вещь.

Это была одна из синих чашек. Сначала она показалась мне обычной, но затем я заметил, что ручка у этой чашки уж очень мала. Создавалось такое впечатление, что эта чашка ненастоящая. Зачем было вообще к ней приделывать ручку, если за нее невозможно держаться. На дне я увидел неизвестные мне буквы. Остальные шесть чашек были такими же.

Затем мне попалась пустая глиняная бутылка. Я даже понюхал ее, но ничего знакомого не почувствовал. По своей форме она была похоже на бутылку из-под «Кока-Колы», но была абсолютно непрозрачной. Единственной особенностью этой бутылки было кольцо, вделанное в горлышко и предназначалось, видимо для подвешивания или к поясу, или к руке. Я заглянул в бутылку и на самом дне заметил что-то наподобие земли или песка. Значит в этой бутылке держали какое-то сыпучее вещество.

Коробок спичек, выпавший из котелка, был обыкновенным, только выпускали такие спички лет пятьдесят назад.

Сам котелок был ничем не примечательным. Единственное, что о нем можно было сказать это то, что его вероятно никогда не мыли.

Картина, которую я взял в руки, сначала не показалась мне необычной. На ней было изображено спокойное море. Над морем изображен закат. Солнце медленно садится за горизонт. В правой стороне картины находится скалистый берег, на котором растут какие-то хвойные деревья. На одном из деревьев сидит птица, похожая на орла и смотрит в сторону моря. Обычный пейзаж. Я уже хотел было отложить картину в сторону, как вдруг в отдаленном углу картины заметил изображение странного существа. Его изображение было очень маленьким, но мысленно увеличив его в размерах, я понял, что это существо размером футов десять в высоту и футов пятнадцать в длину. Оно было похоже на благородного оленя или на лося, но несомненно должно было быть больше их как минимум вдвое. Морда этого животного, вообще, была непонятно от какого животного. Несмотря на наличие огромных ветвистых рогов у этого животного было… лицо! Нет не человеческое лицо, а лицо в том понимании, что это животное было разумным! Как я это понял, я не знаю, но я не ошибался. Это животное лежало, подобрав под себя копыта, и смотрело в ту же сторону, что и орел. Куда же они смотрят?

И когда я приблизил картину к своим глазам, то увидел, куда обращены взоры этих существ. Они смотрели не на море, а за море. Еле заметной точкой на картине оказалась верхушка какой-то горы или башни. Уж очень трудно было понять, что это такое. Скорее эти животные чего-то ждали оттуда. Кто же нарисовал эту картину?

Может показать ее специалистам. Что-то мне подсказывало, что этого делать не стоит. Я развернул картину тыльной стороной и увидел, что она написана не на холсте, а на чем-то твердом и гладком. Возможно на древесине. Несмотря на это, она была поразительно легкой, хотя имела размер около трех футов в длину. Никак не вязалась эта картина с остальными предметами. Все вещи указывали на то, что они принадлежали какому-нибудь путешественнику или охотнику. Но кто будет носить с собой картину? Ее не спрячешь за пазуху как фотографию, да и что в ней такого особенного, кроме странного оленя в углу? Пожалуй ее можно повесить прямо здесь на стене. Будет хоть какая-нибудь память о Барни.

Затем я взял в руки что-то на подобие одеяла. Оно было вышито красивыми узорами и, наверное, было очень теплым и служило для обогрева своего хозяина в холодные ночи. Плотная ткань, наверняка, позволяла переносить довольно сильный холод или служить как удобная подстилка.

Перебрав разные безделушки, вроде каких-то дешевых бус или совершенно бесполезного булыжника, я достал из своего кармана монету и стал ее рассматривать. Я сразу обратил внимание на то, что она не была похожа ни на какую из прежде мною виденных. Она была не совсем круглой, а скорее, овальной и имела тускло-серебристый цвет. В профиль на ней был изображен олень, похожий на того, что был на картине. Только на монете этот олень трубил и звал кого-то. На обратной стороне монеты были такие же непонятные слова и буквы, как и в книге. И тут мне пришло в голову, что это может быть не монета, а какой-нибудь медальон или еще что-нибудь, ведь я не увидел никаких цифр на этой монете. Но ведь Барни говорил, что это именно монета. Но теперь какая уже разница? Мне эта штуковина совершенно не нужна. Очевидно, никто за нее много не даст.

Оставалась утерянная пуговица. И тут я вспомнил, что и на пуговице было изображение какого-то животного. Что-то подсказывало мне, что это был тот же самый олень. Но тут возникал вопрос. Кто может носить одежду с такими пуговицами? Ведь таких оленей быть не может. Он явно размером с индийского слона. А его лицо? А эта картина? А монета? Нет не все так просто. Все это что-то означает.

Я посмотрел на Стена. Он спокойно спал на моем диване и его ничего не волновало. Сейчас было около часа ночи, но я решил еще раз побывать в своем магазинчике. Что-то тянуло меня туда и я, одевшись, вышел на улицу.

Глава 5

Место пожара было огорожено небольшим ограждением, но я перепрыгнул через него и вошел в магазин.

Что я хотел там найти? И можно ли что-нибудь здесь вообще найти? Было абсолютно темно, но мои глаза постепенно привыкли к мраку и я, двигаясь на ощупь, стал шаг за шагом продвигаться вперед. Я слышал свое дыхание. Тишина была абсолютной, как – будто весь мир замер для того, чтобы я мог найти то, что искал. Но если бы я знал, что мне нужно.

Так я бродил минут десять, совершенно ничего не обнаружив. Я уже хотел было возвращаться, как вдруг неизвестная сила потянула меня в подсобку. Тело Барни уже убрали. В комнате оставался один лишь несгораемый шкаф. Я открыл его и пошарил внутри рукой. Ничего. Шкаф был пуст. Тогда я передвинул шкаф в сторону и провел рукой по тому месту, где он только что стоял. Кроме горстки пепла мне ничего обнаружить не удалось, но я почувствовал нечто другое. Из-под обуглившихся досок на меня повеяло еле ощутимым потоком воздуха. Это означало одно – под полом была пустота. Если это был обыкновенный погреб, я бы об этом знал. Я думал, что знаю каждый уголок в магазинчике. Оказалось, это не так.

Я нагнулся, чтобы попробовать оторвать одну из досок, но внезапно почувствовал дикую боль в затылке и через мгновение отключился. Единственное, что я почувствовал перед этим – ужасное зловоние, наполнившее комнату, а может быть это все мне показалось.

Когда я открыл глаза, то увидел белый потолок и голые стены. Мне сразу стало понятно, что это больница. Ужасно болела голова, я никак не мог собраться с мыслями и вспомнить, что было до этого. Через несколько минут пришла медсестра и что-то вколола мне в руку. Мне совершенно не хотелось говорить. Я оглянулся по сторонам и увидел, что в палате лежало еще два человека. Один спал, другой читал книгу. Сейчас мне было не до них. Так я пролежал полчаса до того, пока не пришел доктор.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он у меня, осматривая повязку на моей голове.

– Ничего, нормально, – ответил я и попытался немного приподняться. Доктор остановил меня рукой, встал и перешел к другому пациенту.

– Доктор, скажите, когда я могу уйти? – спросил я, но мой вопрос остался без ответа. Я понял, что здесь меня не держат.

Прошел еще час и тут появился тот, кого я не ожидал увидеть. Это был Стен.

– Привет, Майк! Ну как твоя голова?

– Моя голова как лопнувший арбуз. Ничего не соображаю. Что со мной случилось?

Стен присел рядом со мной и ответил:

– Не знаю, что с тобой случилось. Я проснулся, тебя нигде нет. Тогда я догадался, что ты пошел в магазин. Я пошел следом и нашел тебя без сознания. Вытащил тебя на улицу и вызвал карету скорой помощи. Вот и все.

Доктор сказал, что у тебя небольшое сотрясение, хотя могло быть хуже. Что ты там делал?

– Я сам не знаю, Стен. Мне еще раз захотелось там побывать. И знаешь, я там кое-что обнаружил. Там под подсобкой есть еще одна комната, но я не успел туда попасть. Меня ударили по голове.

Стен ошарашенно на меня посмотрел и сказал:

– Ты уверен, что тебя кто-то ударил? Кто там может быть? Это же сгоревшее помещение. Кто там мог быть? Я думал, что ты споткнулся обо что-то и упал, ударившись о стену. Я и сам чуть там не упал. Такая темнота.

– Нет Стен. Я четко помню, кто-то ударил меня сзади. Но удивительно, что я ничего не услышал. Была такая тишина, что я обязательно услышал бы, что кто-то ко мне подбирается сзади. Но я не слышал.

Стен задумался на какое-то время и сказал:

– А что если этот кто-то, уже был в магазине до тебя и просто стоял в темноте?!

– Да, Стен! Ты прав. Но кто же это мог быть? Скорее всего это был какой-нибудь бродяга, решивший переночевать в магазине. Слушай, а что ты еще видел?

– Больше ничего. Я там пробыл минуты три. Нашел тебя и сразу вынес на улицу.

– Значит этот бродяга убежал. Стен, посмотри, нет ли в моих вещах большой серебристой монеты?

Стен дотянулся до моих брюк, висящих на стуле и оттуда выпала та самая монета. В плаще я нашел деньги, которые взял в сейфе Барни. Странно, бродяга меня не ограбил. Тогда зачем ему нужно было бить меня по голове?

– Слушай Стен, мы должны еще раз побывать в магазинчике. Я должен узнать, что за помещение находится под подсобкой.

– Хорошо, давай сходим, но тебе сегодня лучше остаться в больнице.

После ухода Стена, я уснул и проспал до следующего утра.

Но утром Стен не пришел и я сам, одевшись, вышел из больницы. Никто меня останавливать не стал. Счет за лечение уже, вероятно, был направлен мне по месту жительства. Сначала я решил зайти домой переодеться и чего-нибудь перекусить. Но то, что я увидел у себя в квартире, поразило меня до глубины души.

Все вещи в доме были перевернуты вверх дном, книги валялись на полу, мебель была передвинута, некоторые стулья лежали на боку. Было видно, что здесь что-то искали. Но что? Я жил скромно и никаких сбережений у меня не было. Что-то мне подсказывало, что все это связано с позавчерашними событиями. Уж слишком много произошло за эти дни. Я решил идти в полицию.

Инспектор полиции Брукс принял меня в своем кабинете и заставил меня в письменном виде описать все происшедшее в моей квартире. Никаких версий у меня не было, никого я не подозревал и инспектор честно мне сказал, что шансов на поимку преступников очень мало.

Мне оставалось только вернуться домой и навести там порядок. Когда я заканчивал уборку, появился Стен и сказал мне, что того типа, который заказал ему пуговицу нигде нет и что это очень хорошо, так как теперь ему некому отдавать свой долг. Меня эта информация никак не обрадовала, а еще больше прибавила неясности. Но сейчас погружаться в размышления мне не хотелось.

После того, как мы немного перекусили, мы отправились в магазин. На улице было ясно и мы надеялись, что нам удастся все там хорошо рассмотреть. Тем более, что я взял с собой старый отцовский армейский фонарь, который нам очень мог пригодиться.

Когда мы дошли до места, то увидели, что там никого нет.

Войдя внутрь, мы сразу направились в подсобку. Как ни странно, сейф стоял на своем обычном месте и его никто не украл. Во-первых он был довольно увесистым, во-вторых – был обгоревшим снаружи. Вдвоем мы легко сдвинули его с места. Я нашел на полу какой-то металлический прут и поддел одну из досок. Она легко отскочила и под ней оказалась темнота. Таким же образом я отломал еще несколько досок и увидел внизу деревянную лестницу. Фонарь светил достаточно ярко и мы со Стеном начали спускаться вниз. Подвал оказался глубоким – метров пять от пола. Спустившись вниз, мы осмотрелись. Эта комната была по размеру не меньше той, которая была наверху. Она была похожа на какой-то склад. От пола до потолка высилась куча какой-то одежды, похоже военной. В связках на полу стояло много книг, припавших пылью. На стенах было несколько военных карт с пометками. На деревянном столу стояла фотография в рамке, на которой было трое молодых мужчин. Двоих из них я узнал сразу. Это были мой отец и Барни, а третьего мужчину я не знал. Они стояли на фоне военной палатки и это, несомненно, было во время их совместной службы на войне. Странно, что этой фотографии я не видел раньше. Вообще-то, о своей службе ни отец, ни Барни рассказывать не любили.

В углу комнаты я нашел армейский ранец. Интересно, кому он принадлежал? То что я обнаружил внутри, совершенно сбило меня с толку. Там не было ничего, кроме небольшого листка бумаги, на котором простым карандашом была нарисована та самая пуговица, которую я раньше видел. Кому понадобилось рисовать эту пуговицу? И чей это ранец?

Мои размышления прервал Стен.

– Майки, смотри, что я нашел.

Я повернулся к нему и оторопел. На стене очень талантливо и красиво был изображен тот самый олень. Он стоял и гордо смотрел куда-то мимо нас, как бы осматривая огромную территорию. Изображение было таким впечатляющим, что мы стояли и смотрели молча на него, не в силах ничего сказать. Насколько я знал, ни отец, ни Барни не отличались художественными способностями и не могли такого нарисовать. Олень был как живой. Я никогда ничего подобного в жизни не видел. Почему мне раньше не показывали эту комнату? Что здесь находится такого секретного? И как найти всему этому объяснение?

Еще немного полюбовавшись изображением оленя, мы поднялись наверх и покинули магазинчик.

Глава 6

Чем больше событий сваливалось на меня, тем больше мне хотелось в них разобраться.

Сначала сгорел магазин, погиб Барни, затем меня ударили по голове и ничего не взяли, потом устроили погром в моей квартире и опять ничего не пропало. Позже я обнаружил эту комнату в магазинчике. Увидел рисунок оленя на стене, нашел рисунок пуговицы в армейском ранце. Что же это все означает? Но ясно одно – все эти события взаимосвязаны. Ошибки быть не может.

Я сидел у себя дома и пил чай. Был полдень. Работы у меня не было и я не знал чем мне заняться. Примерно в половине первого в дверь постучали. На пороге стоял мальчик лет двенадцати. В руках у него был небольшой чемодан.

– Добрый день, мистер Робески. Вам нужно спешить. У нас не более пяти минут. Быстрее, пожалуйста.

Я удивленно посмотрел на него и спросил:

– Ты кто такой, парень? Что тебе нужно?

Тот нетерпеливо потоптался на месте и ответил:

– У меня сейчас ненастоящее имя. Свое истинное я скажу вам позже. Пожалуйста, быстрее, мистер Робески, возьмите с собой рисунок и пуговицу. Остальное можете не брать. Скорее, прошу вас.

Я на самом деле был сильно удивлен, но спросил:

– Откуда ты меня знаешь? И откуда ты знаешь про картину и пуговицу?

– Поверьте мне, пожалуйста. Быстрее…

– Ну хорошо, я пойду с тобой, но никакой пуговицы у меня нет.

Парень широко открыл глаза и спросил:

– Как нет? У вас есть все остальное! Мы все вам передали!

– Что значит для меня?! Все, что у меня есть – это принадлежит моему другу Барни, но он умер.

– Нет, нет! Это ваше. Это все для вас. Ваш отец передал это вам!

Я был еще более удивлен.

– Мой отец? Мой отец умер два года назад. Ты что-то путаешь, парень.

Мальчик с ужасом посмотрел на меня:

– Умер? Как умер?! Я видел его две недели назад и с ним было все в порядке! Он не может умереть!

После этих слов мне захотелось дать ему пинка. Я мог стерпеть что угодно, но не такие слова.

Я уже собрался это сделать, но тут на ступеньках послышался дикий топот бегущих ног и парень, схватив меня за руку, как пушинку потащил на верхние этажи. Я даже не успел ничего сказать, как очутился на чердаке. Откуда такая сила у такого худенького паренька? Тем временем шум приближался и я понял, что мы в западне. Парень посмотрел мне в глаза и серьезно спросил:

– У вас правда нет пуговицы?

Я отрицательно покачал головой.

– Если нас ищут, значит и у них нет!

Мне оставалось только догадываться, о чем идет речь. Далее произошло невероятное. Мальчик немного подпрыгнул вверх и уцепившись за деревянную балку, которая поддерживала крышу, оторвал ее и приподняв над собой начавшее рушиться перекрытие, бросил его куда-то в сторону. У меня пропал дар речи. На такое человек не может быть способен!

Затем парень взял меня за руку и мы понеслись по крышам домов, совершая огромные прыжки длиной в сто футов. Мне на секунду удалось оглянуться назад и я увидел какие-то ужасные рожи, глядящие на нас через дыру в крыше. Через пять минут такой гонки, мальчик, наконец остановился и отпустил мою руку.

– Пока они нас не могут догнать. Вы оставайтесь здесь, а я должен найти рисунок.

После этого он исчез в одном из окон, а я обессиленный улегся на крыше.

Сначала мне показалось, что я сошел с ума. Но уж слишком реальным все было. Что это были за физиономии на крыше, что значат слова мальчика о моем отце, что это за история с пуговицей и почему она так всем нужна?

Стало ясно, я попал в какую-то переделку. И разве может мальчик ломать крыши и перепрыгивать через дома?

Мне срочно захотелось с кем-нибудь поговорить. Чтобы кто-нибудь объяснил мне, что происходит.

Становилось холодно и я начал замерзать. С неба срывался первый снег, а на мне не было ничего теплого.

Примерно через двадцать минут я услышал, что кто-то пытается взобраться на крышу. Я посмотрел вниз и увидел, что это был вернувшийся мальчик. Вот только с ним было не все в порядке. Он с трудом вскарабкался на крышу. Его лицо было в крови, а левая рука безжизненно свисала вдоль тела. Я поспешил ему навстречу, но он жестом показал мне, что не нуждается в помощи.

– Слушайте меня внимательно, мистер Робески. Я должен остаться здесь. Найдите своего друга. Я ему отдал рисунок. Он ждет вас в месте, которое вы вчера видели. Покажите рисунок оленю и сделайте так, как он Вам скажет. Будьте готовы к долгой борьбе. Вас найдут ваши друзья. Доверьтесь им и пусть Дирланд будет свободным.

После этих слов, мальчик открыл дверь, ведущую на чердак, а сам остался стоять на крыше. Что-то мне подсказывало, что я его больше не увижу. Я спустился вниз и направился в сторону магазинчика.

Стен, на самом деле был уже там. Он преспокойно стоял на улице и курил. Когда я подошел, он вытащил из-за угла завернутую в бумагу картину и протянул ее мне.

– Какого черта, Майки? Что это за пацан ко мне приходил? Откуда у него твоя картина и что это за спектакль?

Но мне было не до шуток. Я твердым шагом направился внутрь магазина и Стен пошел за мной. Когда мы спустились вниз, я решил немного подготовить Стена к тому, что он может увидеть.

– Послушай, Стен. Я сегодня видел такое, чему ты не поверишь, пока сам не увидишь. Ты веришь, что можно перепрыгивать с дома на дом, делая шаги длиной с футбольное поле?

Стен посмотрел на меня как на идиота.

– Послушай, Майки. Я понимаю, что тебя здорово стукнули по голове, но я думал, что тебя не так сильно зацепило. И чего мы сюда пришли?

Мне стало понятно, что сейчас Стену бесполезно что-либо объяснять и принялся разворачивать картину.

– Хорошо, если не веришь, можешь идти.

Стен подумал немного и полез наверх, но не прошло и минуты как он буквально свалился вниз по лестнице и прошептал:

– Там, там… Там перед входом здоровенный орел дерется с какими-то огромными крысами. Слушай, Майк, я что, тоже сошел с ума?! Майки, давай делать что-нибудь!

Я понял, настало время действовать. Я подошел к изображению оленя на стене и мне показалось, что он смотрит прямо на меня. Наверху послышался какой-то дикий визг. Сомнений не оставалось – обратно дороги нет!

Глава 7

У нас оставалось не более минуты. Я и сам до конца не осознавал, что делаю. Как может помочь нам нарисованный олень? Но борьба наверху происходила на самом деле и значит нужно использовать любую возможность для спасения.

Я повернул картину к оленю на стене и тут начали происходить невероятные вещи. Олень на стене ожил и начал перебирать ногами. Мимо него пронеслась стая орлов и какие-то звери, похожие на лисиц. Вся эта картина напоминала какую-то мультипликацию. Из-за спины оленя выглянул черный медведь и начал рычать на нас. Правда все это было без звука, но постепенно мне начало казаться, что я начинаю что-то слышать. До меня начали доноситься разные звуки, похожие на топот множества копыт, шум крыльев и рык диких животных. И тут стены начали двигаться. Мы со Стеном оказались внутри огромного стада животных. Мы оставались стоять посреди комнаты, но это была уже не та комната, что раньше. Было ясно, что животные не могут до нас достать, но они зовут нас к себе. Олень нетерпеливо бегал вокруг нас и он действительно был огромным. Все животные были больше, чем обычно. Я решил дотронуться до стены, но мне было страшно. Тут я услышал, что какая-то тварь уже ползет по ступенькам и у меня не оставалось другого выхода как подойти к стене и дотронуться до нее. И тут свершилось невероятное. Как только я кончиком среднего пальца коснулся стены, меня буквально всосало в нее и я уже стремглав несся верхом на олене с бешеной скоростью по бескрайней равнине в направлении далекого леса. Сзади меня с широко выпученными глазами на огромном волке летел Стен, а еще дальше, позади него, громадная крыса схватилась с черным медведем в смертельной битве. Над нами летели разные птицы, а два орла кружили над тем местом, где начинался этот мир и заканчивался наш.

Сколько прошло времени, я не знал. Равнина закончилась и начался густой лес. Мне показалось, что наступает вечер. Деревья в лесу были совсем не такими как у нас. Во первых – они были разноцветными. Были деревья, похожие на сосны, но почему-то фиолетового цвета, были лиственные деревья, причем внизу они были красными, а ближе к верху переходили в нормальный зеленый цвет. Я решил, что здесь сейчас или весна, или лето. Трава также меняла свою окраску в зависимости от местности. Но самыми странными жителями этого мира были все же животные. Причем хищные животные находились рядом с травоядными и это, по моему, никому не мешало. Куда меня везли я понятия не имел, но в своем нынешнем положении я ничего не мог сделать.

Лес был бесконечным. Мне казалось, что те, кто меня везет, очень спешат куда-то. Дороги не было, но мой олень так ловко огибал кусты и деревья, что скорость была огромной. Мне было понятно, что обычные животные не могут так быстро бегать. Стен на волке не отставал, но количество зверей, нас сопровождавших, постепенно уменьшалось. Сейчас рядом со мной бежал большой тигр, сзади мчался на волке Стен, а за ними несся еще один волк. Сверху над нами летели несколько орлов. Остальных животных не было видно.

Внезапно лес закончился и мы вылетели на берег какой-то реки. Мы неслись вверх по течению и впереди увидели водопад, который красивым потоком падал в реку. Немного снизив скорость мы пролетели прямо сквозь воду и оказались в огромной пещере. Мне сразу стало понятно, что эта пещера искусственная. На всех изображениях были только животные, причем некоторые из них мне были незнакомы. Внутри пещеры царил полумрак, но не было ни факелов, ни свечей, ни какого-нибудь другого освещения. Свет падал откуда-то сверху, возможно где-то были отверстия в потолке и это был свет снаружи. Сама пещера представляла собой большой зал в центре и ответвления во все стороны от этого зала. Что было за этими коридорами, можно было только догадываться. Стены помещения были исписаны теми же непонятными символами, что и в книге, которую я раньше видел. По периметру зала стояли статуи оленей, причем они внешне отличались друг от друга. Можно было подумать, что эти статуи создавались разными авторами в разное время. Одни были очень старые, другие, выполненные позже. И позы этих оленей также были разные. Один олень стоял на задних ногах и как бы пытался ударить кого-то своими копытами, другой – куда-то бежал, третий – замер, глядя в сторону, четвертый – низко наклонил голову вперед и направил на кого-то свои рога. Статуй было не меньше пятидесяти и они создавали удивительное впечатление на того, кто смотрел на них в первый раз. Кто же мог их создать? И сколько им лет?

Наконец мой олень остановился и опустился на передние ноги, чтобы я мог слезть с него. Но его рост был настолько большим, как для оленя, что мне пришлось спрыгнуть вниз и я, перекувырнувшись, упал прямо на пол. Стену повезло больше. Его волк был размером с большую корову, но стен лихо соскочил с него и, озираясь по сторонам, подбежал ко мне.

– Майки, скажи мне, что я сплю.

Я поднялся, отряхнул пыль с колен и оглянувшись по сторонам, ответил:

– Если ты спишь, то я вижу твой сон. Понятия не имею где мы, но все это происходит с нами наяву. Я думаю, что нам нужно подумать о том, как отсюда выбраться.

– Чтобы отсюда сбежать, нужно знать дорогу, а как же узнать дорогу, если мы не знаем, где мы. К тому же очень хочется есть и пить. Как думаешь, нас покормят?

– Я думаю, как бы нас самих не съели. Хотя, мне кажется, что эти звери не похожи на обычных зверей. Какие-то они странные. Действуют, как одно целое. Кто же их хозяин?

– Хозяина у них нет и никогда не было. Они свободны.

Мы со Стеном повернулись назад и увидели мужчину лет пятидесяти, который вошел в зал из одного коридора.

Я сразу его узнал. Это был мужчина с фотографии.

– Дирланд – свободная страна, которую нашли олени сотни лет назад. Здесь живут разные животные, но все они живут по одному закону. Но животными их назвать нельзя. Они умнее большинства людей и не убивают ради наживы или власти. В этом мире все сбалансировано. Сколько я здесь живу, я не видел от них не ненависти, ни страха, ни злобы. В нашем мире это назвали бы раем. Здесь все время тепло, еды достаточно, нет болезней, нет войн. Вернее не было до последнего времени. Пока люди не нашли этот мир.

Мужчина подошел к нам вплотную и Стен, с удивлением, посмотрел на меня, а потом на него.

– Я понимаю ваши чувства. Вы никогда здесь не были и даже не знали о существовании другого мира. Но разве можно все объяснить с точки зрения науки? Посмотрите вокруг и вы увидите настоящие произведения искусства. В вашем мире они стоили бы огромных денег. Здесь – это дань истории. Вы сможете увидеть и не такое. Люди слишком самолюбивы, чтобы допустить, что кто-то еще способен на прекрасное.

После этих слов мужчина посмотрел в мои глаза и сказал:

– Я думаю, ты сможешь меня когда-нибудь понять и простить. Иначе я не мог. Я знал о тебе, ты обо мне – нет. Я твой настоящий отец.

Я не верил своим ушам. Отец? А кем же был тогда тот? Но наше внешнее сходство было поразительным. У меня закружилась голова и стоял молча, как ошарашенный. Нет никаких родственных чувств к этому человеку я не испытывал, да и наверное и не мог испытывать, но что-то мне подсказывало, что жизнь моя изменилась, что с этим человеком нас ждет что-то серьезное и важное. Наконец, ко мне вернулся дар речи и я тихо спросил:

– Но почему? Как? Как такое могло произойти? Почему мы здесь?

Отец взял меня за плечи и серьезно сказал:

– Здесь, на этой земле, ты поймешь, что такое смысл жизни и сам узнаешь ответы на все вопросы. Лучше, если ты сам все увидишь.

С этими словами отец пошел вперед и знаком показал следовать за ним. Мы шли по широкому тоннелю, который также был тускло освещен. От этого тоннеля шло много ответвлений вверх и вниз. Иногда нам приходилось поворачивать то влево, то вправо. Это напоминало какой-то лабиринт. Но чувства страха не было. Отец шел уверенно, не оглядываясь назад. В тоннеле повеяло свежим воздухом и вскоре мы вышли на поверхность. У нас со Стеном захватило дух. Мы стояли на вершине высокой скалы и внизу плескалось бескрайнее море. Птицы кружили в небе, вдалеке, ниже нас, паслись огромные стада оленей, а еще дальше простирался хвойный лес. Дул теплый ветерок. Я ощутил до сих пор незнакомое мне умиротворение и покой. Посмотрев на Стена, я увидел, что и его охватили те же самые чувства.

Справа от входа в пещеру находился большой камень с ровной верхушкой. Я сразу догадался, что он служит столом. Старое широкое бревно, лежащее возле стола было скамейкой. Отец присел на край бревна и мы сели рядом с ним.

– Сейчас вам необходимо поесть. Не удивляйтесь местным кулинарным особенностям. Скоро вы ко всему привыкнете. У нас есть немного времени и я должен кое-что вам рассказать.

Глава 8

– Я сам не очень много знаю о Дирланде. Знаю только, что этой стране больше тысячи лет и что первыми сюда пришли олени. С тех пор все здесь почитают род оленей. Олени – самые многочисленные жители этой страны, хотя есть много медведей, волков, лосей, лисиц, тигров, кабанов, разных птиц. Есть и другие, но я не всех видел. Не знаю как так получилось, что эти животные живут в согласии, но так повелось издавна и никто не нарушает этого правила. Но за этим морем есть другой мир, еще более старый, чем этот. Что это за мир, никто не знает, но в последнее время оттуда к нам стала приходить беда. Населяют те земли ужасные твари, не похожие на всех известных. Они стали приходить сюда и убивать жителей этого мира. Убивать не столько из-за голода, а из-за какой-то необъяснимой ненависти. Они похожи на огромных крыс. Другие – зловонные жабы с клыками, третьи похожи на больших червей, высасывающих все из тела жертв. И море им не преграда. Они переплывают его и по ночам нападают на прибрежные земли. Сейчас у нас еще есть силы для сопротивления, но этих чудовищ больше, чем нас и они это осознают.

– Но почему раньше они не нападали на Дирланд?

– А вот в этом уже заслуга людей.

Я удивленно поднял брови, а отец продолжал:

– Почти тридцать лет назад, я воевал во Франции вместе с Барни и Джеком, которого ты считал своим отцом. Мы были разведчиками и однажды наша группа попала в засаду. Отступая, мы попали в какую-то пещеру и, кажется, нам удалось оторваться от погони. Мы были сильно измучены, но нам пришлось искать другой выход из пещеры, так как обратно идти было опасно. Таких длинных пещер я никогда не видел. Мы шли в полной темноте и совсем заблудились. Двоих людей мы вообще потеряли. Нас оставалось четверо. Я, Барни, Джек и Алекс Рэтлинг, наш командир. Мы умирали от голода и жажды, но продолжали идти вперед. Когда мы уже не могли подвигаться от усталости, мы решили от дохнуть. И тут почувствовали, что из одного отверстия в стене дует свежий ветерок. Кое-как мы пролезли в этот отверстие и не поверили своим глазам. На стене пещеры был нарисован огромный олень, но самое главное – изображение двигалось. Сначала мы подумали, что у нас начались галлюцинации от долгого хождения по темноте, но потом поняли, что это и вправду происходит. Олень звал нас к себе, как бы желая помочь. Мы сильно испугались и начали стрелять в него, но вместо пуль из дул автоматов вылетала только вода. Я тогда еще не знал, что таких мест в Дирланде несколько. Жители этой прекрасной страны знали о существовании нашего мира. Мы о них – ничего. Уже позже я понял, какой их ошибкой было помочь нам в нашей беде. Люди оказались неблагодарны. Они принесли несчастья в этот мир. Вот почему я до сих пор здесь.

Мне слова отца казались какой-то сказкой. Но если бы я сам не находился здесь, я никогда не поверил бы во все услышанное.

Пока мы беседовали, из пещеры на задних лапах вышел медвежонок и принес нам корзину с едой. То, что было в корзине, не являлось моим постоянным рационом. В основном там были орехи, какие-то сладкие корешки, мед, плоды, похожие на наши яблоки и обыкновенная вода. Мы со Стеном переглянулись, но есть хотелось очень сильно и мы принялись за еду.

Отец тем временем продолжал:

– Когда мы попали таким образом в эту страну, нас окружили разные животные и стали предлагать нам такую же еду как и эта. Мы поняли – нам ничего плохого здесь не сделают. Нас привели в одну из пещер, мы отдохнули и на другой день к нам пришел огромный старый олень. Он молчал, но мы его понимали. Он мог говорить с нами без слов, а наши слова он понимал. В этой стране есть своя письменность, но владеют ею только олени Высшего Рода. Они носители истории этой страны и они отвечают за порядок в ней. Так вот, когда пришел олень, он рассказал нам, что мы находимся в Дирланде и что здесь нам ничего не угрожает и мы сможем вернуться в свой мир, когда захотим. Нам было по двадцать с лишним лет, шла война и никто поначалу не хотел возвращаться домой. Хотя у меня была жена, твоя мать, и я знал, что скоро должен был родиться ты, я понятия не имел, как мне удастся попасть домой из Франции, тем более, что мы попали в засаду на оккупированной территории. Все решили остаться на некоторое время.

Целыми днями мы бродили по стране, изучая ее жителей и быт. О врагах Дирланда, живущих за морем мы слышали, но никогда раньше не видели их. И вот однажды, когда мы шли по берегу моря, мы увидели как три уродливых создания напали на одного оленя и пытаются его затащить в воду. Мы схватили палки и с криками бросились оленю на помощь. Когда эти чудовища нас увидели они, видимо, растерялись. Они никогда не видели людей и не знали кто мы такие. Двоим жабам, а они были как большие жабы, удалось убежать, а одну мы все вместе забили палками до смерти. После этого, к нам стали относится еще с большим уважением, а мы предложили свои услуги по патрулированию берега в качестве охраны. Нам пошили красивые мундиры с символикой Дирланда, изготовили для нас удобные сапоги и мы стали выполнять свою привычную солдатскую работу. Не скажу, что ее было много. Видимо, эти гады не решались теперь нападать на Дирланд, не зная наших возможностей.

Так прошло два месяца и вот, одним утром, Алекс Рэтлинг предложил нам изготовить лодку и попробовать переплыть залив, за которым находилась неизвестная земля. Сначала мы были против, но потом подумали и решили, что нам ничто не угрожает и что стоит рискнуть. Через неделю лодка была готова и мы переплыли этот залив. Мы думали, что он окажется шире, но на самом деле мы его переплыли за один час. Постоянный небольшой туман над заливом закрывал горизонт и мы думали, что море намного больше. Выйдя на берег, мы осмотрелись и увидели, что эта земля вся изрыта норами, подземными ходами и выглядит опустошенной. Деревья были повалены и изгрызены, травы почти не было. Вокруг, в основном, были голые скалы. Даже солнце здесь казалось каким-то холодным и неярким. Так может выглядеть земля после наводнения или ядерного взрыва. Кое-где валялись обглоданные скелеты разных животных, а в небе кружили огромные летучие мыши. Мы уже хотели возвращаться назад, как вдруг из одной норы послышался какой-то звук, а затем вылетела горсть земли. Кто-то копал себе жилище в земле. Через несколько секунд из норы полетели небольшие блестящие камешки и мы поняли, что это не простые камни. Я нагнулся и поднял один из камешков. Это оказался небольшой алмаз. Все мы присвистнули от удивления. В этой земле почти на поверхности находились драгоценные камни. Пока мы рассматривали свою находку, из норы показалась морда большой крысы. Мы отошли в сторону, а крыса, дико запищав, убежала куда-то вдаль. Мы не стали долго здесь задерживаться и вернулись назад.

После этого случая прошло несколько дней, но Алекс, Джек и Барни как-то странно начали себя вести. Я никогда особо не принадлежал к их компании, а теперь они вообще стали со мной крайне редко разговаривать.

Однажды мы решили пойти к тому месту, откуда можно попасть в наш мир. С этой стороны пещеры на стене также был нарисован олень. Как только мы подошли ближе, картинка ожила и мы до нее дотронулись. Через мгновение мы оказались в своем старом мире, но что-то пошло не так. Мы не могли идти дальше. Какая-то сила нас не отпускала от Дирланда. Тогда мы решили повернуть назад, но вся одежда на нас начала исчезать, наши боевые дубины стали таять на глазах. Алекс первым подошел к стене и его закрутило так, что он упал. Все же кое-как нам удалось вернуться в Дирланд, но мы были абсолютно голые. Единственной вещью, которая осталась, была медная пуговица с мундира Алекса. Она сразу отскочила на землю и поэтому осталась целой. Мы не поняли в чем дело, и лишь после возвращения в пещеру, олень сказал нам, что это произошло из-за того, что у кого-то из нас была вещь из враждебной земли. Мы поняли, что это был алмаз в кармане Алекса. Пуговицу я оставил у себя, сам не зная зачем.

Прошло еще какое-то время и однажды, проснувшись ночью я увидел, что остался один. Я вышел из пещеры и увидел оленя, который стоял и смотрел в сторону моря. От оленя я узнал, что мои друзья взяли лодку и уплыли на тот берег. Сначала я не сильно волновался, но когда прошло три дня, а их все не было, я понял, что они уже не вернутся.

Но через месяц появились Барни и Джек. Они сказали, что возвращаются домой. Я пытался объяснить им, что это сумасшествие. Но я не знал, что война уже закончилась. Они не послушались и ушли. Где они были весь этот месяц и что с ними было, они мне не сказали. Также я не узнал от них, что же произошло с Алексом.

Глава 9

– А что было дальше?

– Дальше начали происходить непонятные события. Твари с того берега активизировались. Они уже не так беспорядочно нападали на нас. Теперь, казалось, они действуют планомерно. Они стали появляться в тех местах, где мы их не ждали. Стали все дальше заходить на нашу территорию и наносить все больше вреда. Кроме того, они стали рыть на нашем берегу свои норы. Встал вопрос о создании постоянной армии Дирланда. Меня как военного человека назначили командующим. Я стал собирать жителей Дирланда вместе и через некоторое время все наши рубежи были под охраной.

– А какую роль мы играем во всем этом?

– Скоро вы все поймете. Однажды я на олене объезжал участки обороны берега, как вдруг увидел большую лодку, плывущую с того берега. Когда лодка причалила, на берег спрыгнули две большие крысы, но за ними появился и Алекс Рэтлинг. Я очень удивился этому. Алекс подошел ко мне и сказал, что рад меня видеть. Затем он запустил руку в карман брюк и достал оттуда целую пригоршню алмазов. Это было огромное состояние. Он мне сказал, что стал хозяином того берега и эти чудовища слушают его. Тогда я спросил, почему эти твари нападают на Дирланд. Он рассмеялся и ответил, что в земле Дирланда в тысячу раз больше алмазов, чем на том берегу и что крысы роют норы по его приказу. Тогда я спросил, зачем ему это все нужно. Он ответил, что алмазы – это власть в нашем мире, это огромное богатство и что главное – суметь доставить это богатство в наш мир. Я ему сказал, что мир Дирланда будет полностью уничтожен, если эти безмозглые создания будут рыть в нем норы вдоль и поперек. Будет то же самое, что и на том берегу. Все погибнут от голода. Алекс зловеще рассмеялся и сказал, что ему нет дела до Дирланда и его интересуют только алмазы. После этих слов я развернулся и хотел уйти, как вдруг Алекс схватил меня за руку и сказал, что ему нужна та самая пуговица, которая оторвалась при падении. Меня это насторожило. Зачем ему какая-то старая пуговица? Я сказал ему, что я ее потерял. Алекс страшно разозлился и закричал, что если я не отдам сейчас же ему эту пуговицу, он прикажет своим тварям перерыть весь Дирланд и уничтожить все на своем пути. И тут меня осенило! Без этой пуговицы, Алекс не может перенести алмазы в наш мир. Она – единственная вещь, которая оказалась на границе миров уцелевшей. Кусочек прошлого заключен в этой пуговице. А пока есть часть прошлого, нельзя изменить настоящее и выйти в другой мир. Такая простая вещица и так влияет на ход событий. Алексу необходимо вместе с этой пуговицей пересечь границу миров, чтобы суметь пронести алмазы. Мне все стало ясно и я сказал Алексу, что сегодня же уничтожу эту пуговицу и тогда он не сможет разорить Дирланд, перекопав его в поисках алмазов. Алекс совсем рассвирепел и сказал мне ужасную новость. Он сказал, что моя жена и твоя мать умерла, а ты, еще грудным ребенком, достался Джеку и Барни и что ты – гарантия того, что я не уничтожу пуговицу. Мне показалось, что земля ушла из-под моих ног, но я взял себя в руки и ответил ему, что если они тебе что-нибудь сделают, я точно уничтожу пуговицу раз и навсегда. На этом мы и расстались.

– И что потом?

– Затем я не видел Алекса несколько лет. Атаки его тварей продолжались, но мы легко с ними справлялись.

– Но почему ты не вернулся ко мне, если знал, что я у Джека и Барни?

Отец помолчал и ответил:

– Я не мог бросить этот мир наедине с Алексом и его чудищами. Я чувствовал, что он исчез не насовсем и что-то должно произойти. И однажды я решил узнать, что же делается на том берегу. Я сел в лодку и ночью тихонько переплыл на тот берег. То, что я там увидел, поразило меня. При свете факелов огромные крысы, жабы и какие-то слизняки таскали корзины с грунтом в сторону строящейся крепости. В стороне было что-то наподобие причала и там копошились какие-то создания, вроде наших обезьян, только с более разумными рожами. Они вполне осмысленно возились над созданием какого-то корабля. Правда он был неказистым, но очень похожим на наши корабли. Откуда у этих созданий был металл, я не знаю, но это был самый настоящий металл. Эти обезьяны перекрикивались друг с другом. У некоторых из них были металлические копья. Вся эта орава напоминала подобие отряда солдат. Мне стало понятно против кого это все создается. Алекс Рэтлинг собирается напасть на нас, чтобы добраться до меня и заставить меня отдать ему пуговицу. С помощью простых набегов на Дирланд ему этого не добиться. Я потихоньку отошел к берегу и уплыл назад.

– И что же было дальше?

– Дальше я решил сам напасть на Алекса и его армию, пока ему не удалось набраться сил для нападения на меня. Я собрал более тысячи боевых орлов и мы устроили настоящую бомбардировку из тяжелых камней на головы этих тварей. Несколько дней мы бомбили их позиции, пока не разрушили все, что можно было разрушить.

После этого я несколько лет не слышал об Алексе и его подопечных. И вот десять лет назад я узнал, что Алекс ушел вглубь своей земли и основал там целое государство из этих мерзких тварей. Он выжал из своей земли все алмазы, которые там были и скопил сумасшедшее состояние, которым никак не мог воспользоваться.

– Но почему же, когда Алекс исчез из твоей жизни, ты все-таки не вернулся в наш мир?

– Однажды я хотел это сделать и попал в родной город, но меня встретили Джек и Барни и сказали, что я тебя увижу только в обмен на пуговицу, и что они тебя убьют, если я к тебе попытаюсь приблизиться. Мне пришлось вернуться в Дирланд. Было ясно, что Барни и Джек тоже надеются на кусок наживы. Они с самого начала действовали заодно. Но эти глупцы не знали, что Алекс их водит за нос. Барни и Джек думали, что для того, чтобы пронести алмазы в наш мир, подойдет любая металлическая вещь из Дирланда с изображением оленя, но лучше будет, если она будет подороже. Они думали, что от этого зависит размер богатства, которое можно пронести в наш мир. Они не понимали ценности пуговицы и не догадывались, почему именно она нужна Алексу. И вполне понятно, что они решили завладеть медальоном в виде монеты, а пуговицу отдать Алексу. Почему они так решили, я не знаю. Видимо, Алекс их здорово обманул.

– Так вот почему Барни так обрадовался монете, а на пуговицу не обратил внимания! Он считал, что Алекс полный дурак и собрался его обмануть. Они друг друга собирались надуть. Но что же означают остальные вещи из коробки и откуда она взялась?

– В последнее время Алекс опять стал давать о себе знать. Несколько раз на меня напали ночью. Его твари искали пуговицу. Мне с трудом удалось отбиться. Вот почему я перебрался в оленью пещеру. Все труднее стало сдерживать вылазки его крыс. И я решил спрятать пуговицу в твоем мире. Другого выхода у меня не было. Никого кроме тебя у меня там не оставалось. Но была главная проблема. Ты вообще не догадывался о моем существовании. Другая проблема – как обмануть Барни. К этому времени Джек умер от рака. Я воспользовался жадностью Барни, и мы изготовили медальон с изображением оленя. Была надежда, что Барни выберет медальон, а пуговица попадет к тебе.

– Так и случилось. Но все испортил пожар. Пуговица пропала.

– Да, я уже знаю.

– А что означают остальные вещи из коробки?

– Абсолютно ничего. Это разный хлам, который нам удалось найти на берегу после бомбардировки берега. Я очень удивился, когда увидел, что Алекс печатает для своих обезьян книги с чертежами разных механизмов. Но Рэтлинг серьезно ошибся. Он не знал, что наше оружие здесь ведет себя совершенно по-другому. Эта земля сама противилась любому насилию. Например, военный корабль отказывается плыть и зависает в воздухе, ружья или вообще не стреляют, или стреляют водой. Барни и Джек передали ему разные книги по военному делу, но они ему здесь не пригодились. Чашки мы нашли там же. Алекс пытался научить обезьян пить из чашек. Мне кажется, он со своими алмазами совсем сошел с ума. Единственными ценными вещами в коробке были картина и пуговица. Хотя картина самая обыкновенная. Она была нужна для того, чтобы олень тебя узнал. Мы ведь даже не знали, как ты выглядишь.

– Но теперь, когда пуговица исчезла и я здесь, мы можем сообщить Алексу, что его попытки бесполезны, и что он уже ничего не сможет сделать.

– В том то и дело, что теперь он не поверит нам. Он никогда не смирится с мыслью, что все его богатство собрано впустую. Поиск пуговицы превратился для него в смысл всей его жизни. Что бы мы ему не сказали – он не успокоится пока не уничтожит нас. Это уже не тот Алекс, что был раньше. Теперь – это повелитель самых мерзких существ в мире. Но самая главная опасность в том, что в Дирланде есть другие места, через которые можно попасть в другой мир. И если все эти твари полезут туда, то и он будет уничтожен. Поэтому, нам нельзя говорить Алексу, что пуговица пропала. Иначе он начнет мстить. Сейчас он сосредоточен на этой пуговице и нам придется принять удар на себя. Мы спасем Дирланд или погибнем.

– Скажи, отец, а нет ли в Дирланде других людей?

– За то время, что я здесь, других людей я не видел. Но в Зале Великих Оленей есть рисунок, на котором изображены двуногие существа. Они похожи на детей, но в их руках копья, луки и стрелы. Они изображены в бою с огромными крысами, летучими мышами и другими отродьями. Я спросил у Верховного Оленя, кто эти люди. Но он ответил, что этот рисунок очень старый и ему ничего не известно. Мне кажется, что если эти карлики и существовали, то очень давно.

– Но как же Алексу удалось возглавить этих всех крыс, жаб, червей и тому подобное?

– Этого я не знаю. Но одно ясно – они ему подчиняются и он их использует. Что он для этого делает – известно только ему.

– А почему нельзя добраться до Алекса и разобраться с ним?

– Сейчас, к сожалению, это невозможно. Повелитель Крыс, как называют его олени, создал на том берегу неприступную крепость. Но чтобы до нее добраться нужно сначала пройти ужасных червей, которые ползают у берега, затем сразиться с голодными жабами, которые сидят в болотах на пути к крепости, победить огромное количество крыс и, самое главное, суметь справиться с обезьянами, которые намного умнее всех этих тварей. Кроме того, в небе все время кружат громадные летучие мыши. Наши орлы в одиночку много сделать не смогут.

– И что же мы будем делать?

– Нам нужно понять как Алекс управляет своими слугами. Без него они – просто разрозненная куча голодных мерзких существ.

– Сколько у нас осталось времени?

– Немного. Повелитель Крыс знает, что ты здесь. Его слуги не смогли тебя остановить. И теперь он начнет действовать. За последние годы он стал слишком силен. Но я должен его остановить. Ты со мной?

Я посмотрел отцу в глаза и ответил:

– Я с тобой! А ты Стен?

Стен, отошедший во время нашего разговора в сторону, но слышавший каждое слово, сказал:

– Если честно, олени мне нравятся больше, чем жабы. Я с вами.

Мы все рассмеялись и отец повел нас обратно в пещеру. На Дирланд опускалась ночь.

Часть 2

Тайна Повелителя Крыс

Глава 1

– Давно, очень давно пришло Великое Стадо на эту землю. Здесь были бескрайние луга, чистые реки и теплое солнце. Дираэль Первый не стал вести дальше своих братьев и здесь олени обрели покой и свободную жизнь. Сотни и тысячи оленей бродили по этой стране и не было у них врагов. Но узнало Черное Племя о нас и покинуло свой берег и стало убивать нас на нашей земле. И не было у них сил, чтобы победить нас, но пришел Повелитель Крыс и возглавил Черное Племя. Но есть ему с кем сразиться. Смелый Друг Оленей не пустил Повелителя Крыс на эту землю и разбил его дом.

Мы сидели на полу в Зале Великих Оленей и слушали рассказ Верховного Оленя.

– Отец, как ему удается говорить с нами? Неужели олени могут то, чего не могут люди?

– Они могут намного больше, чем мы. Они не знают ненависти и злобы, они живут в согласии и любви, они готовы пожертвовать собой ради другого. Я до сих пор не смог разобраться в этих надписях на стенах. И олени не знают, что здесь написано. Кто-то другой создал эти пещеры, но потом ушел отсюда. И эти статуи тоже создал тот, кто был здесь первым. Предания о тех временах утеряны. Но ясно одно – олени и те маленькие люди, что нарисованы на стене, жили вместе и вместе сражались с мерзкими тварями с того берега.

Я подошел поближе к стене пещеры и посмотрел на рисунок давнего сражения. На ней была изображена битва, происходившая, возможно, сотни лет назад. Маленькие фигурки, похожие на людей вступили в бой с огромными мерзкими созданиями, которые теперь жили на другом берегу. На рисунке были видны летящие стрелы и копья, горящие факелы и падающие камни. Несколько фигурок людей окружили упавшую летучую мышь и кололи ее копьями, большая крыса придавила собой одного человека и схватила его за руку, другая крыса лежала убитой и в ее спине торчали стрелы. И вдруг, я обратил внимание на одну фигуру на рисунке. Верхом на огромной жабе сидел самый настоящий человек и держал в руке длинное копье. Меня это заинтересовало. Я подозвал отца и Стена:

– Смотрите сюда. Эти человечки маленького роста, а этот, на жабе, обычного роста.

Отец присмотрелся поближе и сказал:

– Да, действительно! Я раньше не замечал этого. Все фигурки на стене мне казались одинаковыми. Что – же это может значить?

– Возможно это означает, что тот, кто сидит на жабе командует этими всеми мерзостями? – предположил Стен и посмотрел на нас.

– Вполне на это похоже., -сказал я. – Значит это сражение не вымысел, а реальное событие, происходившее очень давно. Но как нам об этом узнать?

– Боюсь, что уже не как, – с горечью сказал отец и повернулся к Верховному Оленю. – Ведь так?

Олень взмахнул широкими рогами и так же беззвучно ответил:

– Великое Стадо не знает об этом. Но есть Тот Кто Спит, он живет сотни лет. Он пишет знаки и бросает камни, что правду говорят. Он далеко, но есть дорога в горы. Из Дирланда она идет в Туманный Мир. Но мы не ходим тропами такими, там нет лугов и солнца нет. Быть может знает он ответ.

После этих слов олень исчез в одном из коридоров, и мы остались втроем.

– Мне кажется, что этот рисунок может нам о многом сказать, – сказал я, усевшись на каменную ступеньку. – Помнишь, отец, ты говорил, что крысы раньше были неорганизованны и что они нападали на вас лишь из чувства голода?

– Да, именно так и было. Но когда к ним перебрался Рэтлинг, они стали действовать как по приказу.

– И что это все значит? – глуповато спросил Стен, присев рядом со мной.

– Это значит, что Рэтлинг не первый, кто стал Повелителем Крыс. И это значит, что и раньше был кто-то, кто мог подчинить этих тварей своей воле, – предположил я и посмотрел на отца.

– Значит способ управлять крысами есть и Рэтлинг узнал этот способ! – воскликнул отец. – И наш единственный выход – разгадать эту тайну. Мы не можем напасть на Рэтлинга на его территории – мы просто не сможем переправить свои силы на тот берег. И мы не можем допустить его армию на свой берег – тогда нам конец. Необходимо действовать. Мы должны его опередить!

– Но что – же это за способ? – спросил Стен.

– Может быть Рэтлингу удалось выучить их язык? – предположил я.

– Не думаю, – сказал отец, – во-первых, у него есть кроме крыс и другие мерзости. Во-вторых, я считаю это в принципе невозможным. Рэтлинг – простой солдат, а не профессор биологии. В-третьих, даже если он и нашел способ с ними общаться, то с какой стати эти безмозглые существа будут выполнять его прихоти. Нет, здесь что-то другое. То, о чем мы и не догадываемся.

– Но как нам это узнать? – задал вопрос Стен.

– Если у нас нет никаких вариантов, то стоит прислушаться к словам Верховного Оленя, – ответил отец. – Я давно живу с этими прекрасными животными и они ни разу меня не обманули. Нужно искать этого, ну Того Кто Спит.

– А ты уверен, что он вообще существует? И кто он такой вообще? Человек? Олень? Медведь? Или, может быть, это вымысел, который олени считают правдой? – спросил я.

– Я не уверен. Но я твердо знаю, что с Рэтлингом своими силами нам не справиться. Он сделает все, чтобы пронести свои алмазы в наш мир или сделает все, чтобы нас уничтожить. Мы должны получить управление над его армией и сделать так, чтобы они больше никогда не появлялись в Дирланде.

– И какой же у нас будет план? – поинтересовался Стен.

Отец серьезно посмотрел на нас и тихо сказал:

– Кто-то из нас должен найти Того Кто Спит. Мы должны узнать эту тайну. Я чувствую, что это единственный выход. И от него зависит судьба Дирланда.

Мы стояли молча и никто долгое время не проронил ни слова. Нам было ясно, что тот, кто пойдет в Туманный Мир, может оттуда никогда не вернуться. Это была неизвестная нам страна, где нас могли ожидать еще более страшные испытания, чем здесь. Что нас там ждет? Какие еще чудовища живут в неведомом нам мире? Может быть твари Рэтлинга – жалкие букашки по сравнению с теми, кто там обитает? Неизвестность пугала еще больше. И как далеко находится эта страна? Возможно ли до нее дойти?

Такие мысли кружились в моей голове и от этого становилось жутко. Моя размеренная жизнь изменилась за несколько дней. Если бы кто-нибудь еще неделю назад сказал мне, что я буду прыгать по крышам домов, проходить сквозь стены и разговаривать с оленями, я подумал бы, что по этому человеку плачет больница. Теперь же мне было не до шуток. Я сердцем ощущал, что именно мне суждено пройти этот путь в далекий неизвестный мир и душа моя наполнилась доселе неизвестным мне чувством решимости и ответственности за судьбу чужой мне земли.

Глава 2

Начинался третий день моего пребывания в Дирланде. После всех событий, которые произошли до этого, я сам замечал, что начинаю меняться. Никогда в жизни я не совершал ничего такого, что могло что-либо серьезно изменить или повлиять на что-то. Изо дня в день я делал одно и то же. Я знал, что будет завтра и не помнил, что было вчера. Но здесь, в стране оленей, я понял, каждый может изменить многое. Что не важно кто ты – богатый или бедный, сильный или слабый, большой или маленький. Если ты существуешь, то ты обязательно что-то меняешь. Без тебя мир был бы другим, не таким. Но если ты существуешь, то можешь сделать то, что направит события в сторону, в которую они не были бы направлены без тебя. Я впервые ощутил себя нужным, способным на что-то серьезное и великое. Пусть этот мир был не мой, пусть этот мир никогда не вспомнит обо мне, но не это главное. Я изменился. И сейчас самым большим счастьем для меня стало вступить в бой против того, что я считал неправильным, жестоким и ужасным. Во мне просыпался дух воина и он вел меня навстречу походам, боям и победам.

Я проснулся и направился к отцу, чтобы сообщить ему о своем решении идти в Туманный Мир. У меня не было четкого плана, но сильное чувство решимости не давало мне шансов для сомнений.

Стена рядом не было видно и я решил, что он уже где-то бродит, изучая окрестные достопримечательности. Выйдя из пещеры, я увидел, что отец и Стен стоят на краю скалы и о чем-то беседуют.

– Доброе утро, – сказал я отцу и Стену и уселся на траву возле них. – Погода сегодня чудесная, не правда ли? – Погода здесь всегда такая, – сказал отец и уселся рядом. – Но сейчас разговор не об этом. Сегодня ночью группа тварей с того берега напала на нас и убила несколько животных. Причем это произошло не на берегу, а довольно далеко от него. Они осмелели. Это говорит о том, что они знают свою силу и перестали бояться. Времени совсем мало. Или его уже нет. Нападение Черного Племени – это вопрос времени. Я считаю, что идти в Туманный Мир нужно незамедлительно.

– Я уже все решил, отец. Ты не можешь идти, так как ты командующий армией Дирланда. Ты нужен здесь. Стен не может идти потому, что он случайно попал в эту историю. Значит должен идти я.

Отец понимающе посмотрел на меня и сказал:

– Ты прав, сын. Я не могу в такую минуту бросить Дирланд. Атака может начаться в любой момент и я должен быть готов. А вот по поводу Стена ты ошибаешься. Сейчас, возможно, безопасней быть за пределами Дирланда, чем здесь. Поэтому вы должны идти вместе. Вы – друзья, а в трудном пути нет ничего важнее друга. Я правильно считаю?

Отец посмотрел на Стена и тот утвердительно кивнул головой. Было понятно, что они так решили еще до того, как я проснулся.

– Ну что же, – сказал отец. – Если все решено, то нужно хорошо подготовиться к пути. Нам еще раз нужно поговорить с Верховным Оленем и взять все, что вам понадобится.

Мы направились в Зал Великих Оленей, по пути в последний раз осматривая красоты залива и надеясь поскорее сюда вернуться.

Верховный Олень уже ждал нас. Он как будто догадывался о нашем решении и теперь спокойно стоял посреди пещеры.

– Решение ваше – нелегкая ноша. Дорога лежит через темные земли. Там раньше лежали бескрайние степи. Теперь там бесплодные земли лежат. Вам в горы идти предстоит в одиночку. Олени не могут там жить без травы. Но вас довезти до границы оленьей мы сможем и этим вам путь сократим. Орлы полетят в вышине над горами, но дальше их крылья не смогут нести. В стране за горами вы будете сами. И Спящий вам скажет, что вы захотите, коль сможете место вы это найти.

Мы выслушали оленя в почтительном молчании, но меня беспокоил еще один вопрос.

– Скажи, олень, а как выглядит Тот Кто Молчит?

– Предания старые помнят олени, но в Дирланде правды не знает никто. Молчащий похож на пещеру большую и камни летят и рисует он знаки. О чем ты не спросишь, он может ответить, лишь солнце поможет тебе прочитать.

После такого туманного объяснения, у меня появилось еще больше вопросов, чем ответов. Не могут ли олени свою легенду принимать за действительно существующее? Тогда мы просто потеряем время и все равно не узнаем секрета управления тварями с того берега. Но другого решения у нас не было.

Мы покинули зал и пошли по длинному коридору в сторону водопада, сквозь который мы попали сюда. На большой поляне возле берега реки находилось много животных. Они обступили нас со всех сторон и с любопытством стали нас рассматривать. Мы приблизились к большому камню, на котором лежало два металлических копья, мечи, луки, колчаны со стрелами и пара заплечных мешков с провизией и другими полезными вещами. У подножия камня мы увидели свое походное обмундирование. Это были прочные кожаные брюки черного цвета, жилеты отороченные мехом с металлическими пластинами на груди, теплые накидки на плечи и большие шапки, закрывающие уши и шею. Увидев все это мы не поверили своим глазам. С одеждой все было понятно, но вот с оружием была проблема. Ни я, ни Стен никогда в жизни не держали в руках ничего опаснее вилки. И сейчас нам было неясно, как же нам со всем этим совладать? Если мечом еще можно было как-нибудь размахнуться, то удержать копье, а тем более орудовать им по назначению, не представлялось возможным. О луке со стрелами я уже и не думал. Все представления о стрельбе упирались во мне в стрельбу по банкам из рогатки, не говоря уже о применении столь серьезного оружия в бою. Оставалось только надеяться, что все это нам не пригодится и мы благополучно вернемся обратно. Видя наше со Стеном замешательство, отец подошел к нам поближе и сказал:

– Я понимаю ваши сомнения. Но времени на обучение у нас нет. Вы должны знать, что в каждом из нас может жить воин. И когда наступит время, воин заявит о себе. Берегите свое оружие. Мы не знаем, что находится за пределами оленьей страны. Мы не знаем, кто может вам повстречаться на пути и поэтому мы должны быть готовыми ко всему. Но главное – берегите друг друга. Даже в самую трудную минуту, даже в самой кромешной тьме не бросайте один одного. Помните, вместе вы уходите отсюда, вместе должны вернуться. Если на кого-то из вас в пути нападет отчаянье, если дорога покажется непреодолимой, поддержите друг друга и только так у вас будет возможность выжить. И не забывайте – времени у нас не так много. Идите насколько можно быстро, не сворачивайте с пути, но не забывайте и отдыхать. Вам обоим понадобятся силы для возвращения обратно. От вас зависит судьба Дирланда, а возможно и судьба нашего родного мира.

Глядя на отца, было видно, как нелегко даются ему эти слова. Совсем недавно, всего несколько дней назад, он обрел сына и теперь вынужден провожать его в путь, который может привести его сына к смерти. Мой отец был настоящим воином и в моих жилах текла его кровь.

Из пещеры вышел верховный олень и глядя на нас, сказал:

– Отважные Друзья Оленей, мы верим в ваши силы и твердость ваших рук. Даю вам братьев из Великого Стада. Они быстры как ветер и бесстрашны как и вы. Пока вы в Дирланде, они вас повезут, а дальше, орлы до гор вас проведут пока их крылья смогут их нести.

Из пещеры вышли два больших, красивых оленя и подошли к нам. Один был абсолютно белый, лишь между глаз у него было небольшое темное пятно. А другой был серого цвета со светлыми пятнами по бокам. Олени подошли к нам вплотную и опустились на колени, чтобы мы могли на них сесть. Не долго думая, мы со Стеном уселись в седла, заранее приготовленные для нас и, в последний раз посмотрев на отца и всех собравшихся животных, медленно поехали вдоль течения реки навстречу неизвестному миру.

Глава 3

Вначале мы ехали медленно. Олени не нуждались в управлении и мы со Стеном могли спокойно рассмотреть местность, по которой пролегал наш путь. В основном, мы двигались по хвойному лесу, иногда переходящему в смешанный, в котором попадались дубы, березы и другие неизвестные нам деревья. Но самым удивительным было то, что лес был разноцветным. Почему сосны были фиолетовыми, а дубы снизу красными, можно только было догадываться. Возможно, здесь почва была какой-то особенной или влияло то, что здесь постоянно было теплое время года, мы не знали. Но попав в такой удивительный лес, я на время забыл о нашей цели и увлеченно оглядывал все, мимо чего мы проезжали. Стен также крутил головой по сторонам и время от времени пил воду из кожаного бурдюка, который был приторочен к его седлу. Над нами парили два орла и если бы нам что-то угрожало, то они подали бы нам знак. Олени, видимо, хорошо знали территорию Дирланда и уверенно шли по известному им пути. В вышине ярко сияло солнце и нам казалось, что в этом прекрасном мире никогда ничего не может произойти. Если и весь путь будет таким, то мы со Стеном посчитаем это приятной прогулкой, а не серьезным и опасным заданием. Мне не хотелось верить, что кто-то может нарушить спокойствие в этом мире. Кому нужно грызть эти прекрасные деревья, топтать эту мягкую траву и рыть норы в этой земле. Неужели нельзя просто наслаждаться пением птиц, журчанием воды в ручье и ярким солнцем в небе. Этот мир показался мне таким родным и знакомым, что я совсем не думал о том, что я попал сюда всего несколько дней назад. В этом мире я чувствовал себя счастливым. Здесь мне дышалось свободно и легко. Каждая минута здесь приносила мне радость. Я теперь понимал решение отца спасти этот мир и его жителей. Теперь и я ни за что на свете не смог бы оставить Дирланд в беде. И я с горечью подумал о том, что этот мир стал нам ближе, чем родной.

Размышляя таким образом, я не заметил, что лес стал реже и солнце светило уже не так ярко. Деревья росли в отдалении друг от друга, а трава была больше похожа на мох, который вдавливался копытами оленей и оставлял след за нами. Наши олени заметно прибавили шаг. С чем это было связано, я не знал. Возможно, олени чувствовали себя не очень уверенно вдали от привычных мест и хотели побыстрее доставить нас к границе Дирланда. Вскоре нам пришлось обхватить оленей за шеи, иначе мы могли бы просто свалиться с них. А падать с такой высоты нам, конечно не хотелось. Через некоторое время деревья закончились и местность обрела какой-то серый оттенок. Уже не было поющих птиц, красивых цветов и теплого ветерка. Сейчас это была бескрайняя равнина, на которой виднелись невысокие холмы и редкие островки травы укрывали все это пространство. Олени уже не шли, а бежали, с тревогой глядя вперед, и нам со Стеном было ясно, что эта местность совсем им не по душе. Орлы над нами спустились ниже и расставив крылья парили в нескольких десятках метров перед нами, как бы стараясь защитить нас от всего, что могло встретить нас на пути. Ветер уже не был таким спокойным и теплым, как в лесу. Теперь он был влажным, пронизывающим и порывистым. Нам со Стеном пришлось натянуть на головы шапки и мы в душе были благодарны тем, кто подготовил нас к этому пути. Олени, тем временем, опустили головы пониже и набрали большую скорость. Мы неслись по этой равнине и я впервые после нашего отъезда стал с тревогой всматриваться в горизонт. Теперь наша дорога не казалась мне такой безопасной и приятной, как раньше. Беспокойство животных передалось нам со Стеном, и мы начали с тревогой пересматриваться друг с другом. Стен скакал немного позади меня, но я спиной чувствовал, что он уже был не в восторге от своего решения ехать со мной. Прошло, наверное часов шесть от того, как мы выехали, но это уже был не тот Дирланд, который мы знали. Теперь это была неприветливая, пустынная земля, на которой практически ничего не росло. Нам попадались какие-то мхи, лишайники и редкие колючие кустарники, которые уж точно не могли прокормить собой многотысячное стадо оленей. Солнце изредка мелькало из-за низких черных туч и нам хотелось поскорее миновать эту местность, чтобы остановиться и отдохнуть. Но наши олени летели все быстрее и быстрее. Они завороженно глядели вперед. Как будто они уже видели конец этого пути, но он никак не приближался. Наши орлы внезапно взмыли ввысь и на мгновение скрылись из виду. Мы со Стеном посмотрели вверх и заметили, что орлы замерли в одном месте и стали кружить далеко впереди. Нам, конечно, не было видно, что там происходит, но подсознательно чувствовали, что скоро нам предстоит увидеть нечто, что повлияет на ход нашего пути. И мы не ошиблись.

Олени вынесли нас на вершину холма и остановились. Впереди нас, куда не глянь, простиралось огромное бескрайнее болото. Оно уходило далеко за горизонт и над его поверхностью то тут, то там, поднимались зловонные испарения. Не было видно ни дороги, ни тропинки, по которой мы могли бы проехать. Нам стало понятно, что это и есть граница Дирланда, дальше которой олени уже не смогут идти. Это было бы опасным как для них, так и для нас.

Пока на нашем пути встречалась более-менее твердая земля, олени были незаменимы, но теперь мы будем вынуждены их оставить и дальше идти пешком. Я посмотрел на Стена и увидел, что ему тоже стало не по себе. Нам предстояло в одиночку бросить вызов этой стихии, которой, казалось, нет ни конца, ни края. Один лишь вид этого ужасного болота наводил на нас страх.

К тому же, мы не знали в какую сторону нам идти. И есть – ли конец у этого болота? И что за существа в нем живут. Мне становилось страшно. Мне начинало казаться безумным все это наше мероприятие. У нас не было ни опыта, ни сил, ни знаний, чтобы справиться со всем этим. Я подошел к Стену и спросил у него:

– Стен, дружище, уверен – ли ты, что нам стоит идти дальше?

Стен поднял на меня глаза и немного подумав ответил:

– Нет, Майк, я не уверен. Сначала это все мне казалось игрой, но теперь я вижу против кого нам придется играть. Если честно, мне страшно, Майки. Как мы сможем пройти это болото? А вдруг мы утонем? Мы погибнем. Погибнем вдали от родного дома. Нужно ли нам это?

И Стен вопросительно посмотрел на меня, но я не знал, что ему ответить. Может было нужно вернуться? Наши олени еще здесь. Всего несколько часов и мы будем в безопасной уютной пещере, где нас накормят, дадут нормально отдохнуть. Зачем нам все это?

Я стоял молча и смотрел на бескрайнее болото. Но мне чудились прекрасные леса Дирланда, его удивительные обитатели, красивый морской залив. И вдруг мне показалось, что леса эти начинают гибнуть, оленей убивают кровожадные крысы, залив переплывают тысячи разных мерзких существ и я дернулся как от удара.

– Нет, Стен. Если мы вернемся, Дирланд будет таким же как и эта земля. Он превратится в пустыню, в которой не будет ничего живого. Мы должны, Стен. Мы должны это сделать. Иначе мы себе этого никогда не простим.

Стен уныло кивнул головой и стал снимать со своего оленя оружие и еду, в которой мы сейчас очень нуждались. Я последовал его примеру. Нам жаль было расставаться с нашими оленями. Это были благородные и отважные животные, которые верно нам послужили и очень нам помогли. И теперь мы должны были их отпустить. Я подошел к своему оленю и похлопал его по шее, прощаясь. Олень посмотрел на меня своими большими и чистыми глазами, топнул передним копытом и резко, с места, понесся домой. Олень Стена не отставал от своего друга.

И вот мы остались одни. Хотя с нами еще были орлы, но они все время кружили в отдалении от нас. Их задачей было осматривать все вокруг и предупреждать нас о любой опасности. Я не забыл прыжки по крышам и бой орла против крыс в своем мире, но видимо здесь орлы не могли принимать наш облик. Единственное, в чем я не сомневался, так это в безграничной отваге этих птиц. Орлы сейчас были нашими глазами, глядящими за горизонт и видящими все даже в темноте.

На землю опускалась ночь. Становилось холодно и мы потеплее укутались в свои одежды. В наших походных мешках был хлеб, орехи, мед, фрукты и мы решили хорошенько подкрепиться. Поев, мы почувствовали огромную усталость и, укрывшись теплыми пледами, быстро уснули. Завтра нам предстоял первый, по-серьезному трудный день, который должен был ответить нам на вопрос, куда же ведет это болото и на верном ли мы пути.

Глава 4

Утро в этой унылой местности было больше похоже на вечер. Солнца практически не было видно. Оно появлялось на какое-то мгновение и сразу исчезало за тучами. Дул пронизывающий ветер. Земля была влажной от росы и холодной, как поздней осенью.

«Ну вот», подумал я. – «Теперь я, похоже, вернулся в реальность. Если за пределами Дирланда бывает осень, значит бывает и зима. Представляю себе, как здесь весело зимой.»

– Майк, я не уверен, что хочу просыпаться, – послышался голос Стена за спиной и я повернулся к нему. – Глядя на эти пейзажи, мне кажется, что мы одни с тобой во всем мире. Посмотри вокруг, одни болота.

Я окинул все быстрым взглядом и утвердительно кивнул.

– Здесь не то, что олени, здесь никто не выживет, – продолжал Стен. – Хорошо, что у нас с тобой есть теплые вещи. Вот только оружие это нам зачем? С кем тут воевать? Я как подумаю, что все это придется тащить на себе, так мне становится дурно. Это же килограмм двадцать, не меньше. С таким грузом мы быстро идти не сможем.

– А здесь и без оружия быстро не пройдешь. Тем более, если не знаешь куда идти. Доверимся орлам. Они, похоже, знают в какую сторону лежит наш путь.

– Ох, – вздохнул Стен. – Хорошо хоть кто-то что-то знает.

Мы покрутили головами и увидели, что наши орлы уже кружат в небе над тем местом, откуда нам предстояло начать путь.

– Ну что же, – сказал я Стену, – будем использовать копья как посохи. Я пойду впереди, а ты за мной. Постарайся идти точно по моим следам и не отставай. Главное, не делай резких движений, а то можешь провалиться в болото.

– Я постараюсь. Но прошу тебя, Майки, если я все таки упаду в болото, ты меня обязательно вытащи.

Я улыбнулся в ответ и сделал первый шаг по направлению к черной мутной массе, которая и представляла собой все эти бескрайние болота. Стен уныло поплелся за мной, опираясь на свое копье.

Сначала почва под ногами была более – менее твердой. Мы шли медленно, проверяя перед собой поверхность земли. Кое-где наши копья проваливались наполовину, кое-где нам не удавалось нащупать дно. Иногда нам приходилось перепрыгивать через ненадежные места и очень скоро наши сапоги были уже в грязи. Таким образом нам удалось пройти несколько километров и когда я оглянулся назад, то уже не увидел того холма, на котором мы провели ночь. Вокруг нас, куда ни глянь, простиралось сплошное болото и если бы не орлы, то мы обязательно бы заблудились. Ни одного живого существа за все время мы не заметили. Зато дорога наша становилась все более ненадежной. Уже не менее часа мы шли по щиколотку в грязи и идти было все труднее и труднее. Нам даже негде было передохнуть. Если мы останавливались хотя бы на несколько секунд, то наши ноги начинали погружаться в болото до колен. В конце концов, в наши сапоги попала вода и от этого было очень неуютно. Ноги начинали замерзать, но останавливаться было опасно. Мы двигались молча, лишь изредка обмениваясь короткими фразами. Местность становилась все более неприветливой. Солнце за серыми тучами, казалось какой-то холодной точкой и совсем не грело. Ветер усилился и в придачу к этому начал моросить противный мелкий дождь. Капли били нам прямо в лицо и мы были вынуждены опустить низко головы, чтобы вода не попала нам за шиворот. Орлы в вышине парили на ветру и не сбавляя скорости вели нас за собой. Мы боялись от них отстать и мужественно шли вперед, проваливаясь в черную, мрачную жижу под своими ногами. Внезапно позади себя я услышал короткий крик и за ним всплеск воды. Я резко обернулся и увидел, что Стен пропал из виду. Я не на шутку испугался и побежал в ту сторону, где недавно был Стен. Но я увидел только его копье и лук, которые он нес в руках. Остальные вещи он тащил на плечах. Я не придумал ничего лучшего, как закричать:

– Стен! Стен! Ты меня слышишь?

Но никакого звука я в ответ не услышал. Орлы заметили, что я остановился и быстро направились ко мне. Они приблизились близко к поверхности болота и на огромной скорости пролетели мимо меня, со всего размаху бросившись вниз. Я не понимал в чем дело, но побежал в ту сторону куда упали орлы. То что я увидел, заставило застыть кровь в моих жилах. Я увидел Стена в объятиях какого-то ужасного осьминога или спрута, который обвивал своими липкими щупальцами голову несчастного Стена и куда-то его тащило. Это даже был не спрут, а что-то среднее между спрутом и громадной змеей. От длинного туловища, длиной не менее тридцати футов, отходили зеленые щупальца, которые извивались во все стороны. Половина этого чудовища уже была под водой, а Стен находился по пояс в болоте и отчаянно хватался пальцами за редкие стебли травы, росшей вокруг. Бедняга даже не мог вскрикнуть. Его рот был закрыт ужасным щупальцем чудовища, а в глазах его отражался дикий, смертельный ужас от того, что с ним происходило. Орлы самоотверженно бросились на этого монстра и клевали его с огромной силой, отрывая от чудища куски плоти.

Если бы не орлы, Стена давно уже не было бы в живых. Им удалось задержать гадину и не дать ей скрыться в болоте вместе со Стеном. Я не знал, чем ему помочь, но моя рука с копьем инстинктивно поднялась вверх и я впервые в своей жизни совершил бросок этого оружия в своего противника. Копье пролетело не менее тридцати футов и вонзилось в бок чудовища, но видимо не принесло ему ощутимого вреда. Оно лишь отвлекло его внимание и гадина на секунду отпустила Стена и обхватила одного орла щупальцем вокруг тела. Орел издал дикий вскрик и послышался хруст его костей. Эта гадина мгновенно убила орла и его тело скрылось под водой. Но было выиграно драгоценное время. Стен, с неизвестно откуда взявшимися силами, рванул в мою сторону. Чудовище попыталось его схватить, но не достало. Я в этот момент поднял копье Стена и с диким криком понесся в атаку. Перепрыгнув через пару извивающихся щупалец, я вонзил копье прямо в голову чудовища до самой половины. Гадина сбила меня с ног, но мой удар пришелся туда, куда нужно. Я упал в грязь и краем глаза заметил, что гадина, корчась в агонии, медленно исчезает в болоте. Это была наша первая битва и первая победа. Мы лежали со Стеном в грязи, мокрые с головы до ног, под моросящим дождем, но нам не было холодно. Мы не чувствовали ничего. В голове была пустота и ужас от увиденного. В самых страшных снах мне не могло такое присниться. Это было похоже на сюжет из фильма ужасов. Я и подумать не мог, что на земле могут жить такие твари. Это был какой-то фарс. Нет это все происходит не с нами! Мы не лежим сейчас по пояс в болотной жиже. Мы не промокли до нитки и нам нечем согреться. Мы не утратили наши копья в борьбе. Мы не убили только что самое ужасное творение в мире. Нет этого не было.

Сейчас мне чудился мой магазинчик. Я стою за прилавком и мирно вытираю пыль с какой-то вазы. Барни возится в своей подсобке, а в окно заглядывает ласковое солнце. Мимо магазинчика медленно проходят люди. Вот только что проехала машина с нарисованной бутылкой молока на борту, вот какой-то мальчуган прокатил на велосипеде. Я дома и все хорошо. Я дома, а где же еще.

Но тут мои мысли прервал короткий стон.

– Майк, Майк, помоги!

Я поднялся на колени и посмотрел на Стена. Он стоял на ногах и растерянно смотрел на меня. Слава Богу, он не был ранен. Его лицо было до неузнаваемости измазано грязью и тиной. С него потоками лилась вода. Он держал свою шапку в руках, но она сейчас была похожа на слипшийся комок глины. Я думаю, что и я выглядел также. Мы были похожи на двух парней, которые только что вылезли из сливной ямы. Но нам было не до смеха.

По всей видимости, Стен искал свой мешок с продуктами, но не находил. Я подошел к нему и спросил:

– Ты как?

Стен был как заторможенный. Его состояние легко можно было понять. Он только что еле не стал едой для какого-то омерзительного существа из чужого мира.

– Я… я не знаю. Что… Что это было, Майк? Что это…

Я не знал, что ему ответить.

– Стен, самое главное, что ты жив. Это было что-то голодное и ужасное. Оно хотело утащить тебя с собой.

– Оно, оно, хотело меня съесть? – испуганно спросил Стен и колени его подогнулись.

– Успокойся, дружище, все уже позади. Я убил его.

Стен удивленно посмотрел на меня:

– Ты?..ты его убил?

– Да, Стен. Я убил его. Убил. Копьем. Прямо в голову воткнул. Со всей силы!

– То есть… то есть на самом деле убил? Ты уверен, что оно не вернется?

– Да, Стен, я уверен. Оно не вернется. Но я не уверен, что здесь не водятся другие такие твари. Нам нужно побыстрее уходить отсюда.

После моих слов Стен как ошпаренный стал собираться. Ему не очень хотелось еще раз встретиться с таким чудовищем и он с неведомой энергией стал очищать с себя грязь и выливать воду из сапог. Я тоже разделял его мнение. Надо было поскорее покинуть это место. Неизвестно, сколько еще разных гадин здесь водится и насколько они опасны.

Мы были готовы идти, но мы только что потеряли друга. Мы потеряли одного из наших верных орлов, который отдал свою жизнь для спасения наших жизней. Он не раздумывая бросился на врага и самоотверженно сражался до самой смерти. Чувство жалости и скорби наполнило наши сердца. Да это была всего лишь птица, но зато какая! Я вспомнил сражение орла с крысами в своем мире. Что движет ими? Какая неведомая сила ведет их в бой? Зачем они теряют жизни за чужих им людей? У меня не было ответа. Может в этом и есть смысл жизни, чтобы умереть в бою за то, что ты считаешь правильным, а не умереть своей смертью, не сделав ничего за всю жизнь? Может именно таким должен быть настоящий воин? Способным не раздумывая вступить в схватку за жизнь своих друзей и на благо добра? Здесь, в этом мире, я становился другим. Я чувствовал в себе какое-то предназначение, я начинал понимать свою судьбу. Моя судьба – вести бой за идеалы прекрасного и доброго. Моя судьба – судьба воина!

Второй орел сидел на твердом островке земли и смотрел в ту сторону, где только что умер его друг. Он не высказывал никаких эмоций. Он не кричал, не кружил в небе, он просто замер как каменный и просто смотрел. Какие чувства сейчас были в нем? Что он ощущал? Может быть потеря товарища в бою была для него обычным делом? Может быть орлы знают, что смерть их может настичь в любой момент? Но все равно – это была наша первая потеря. Мы только начали свой путь, а уже увидели первую смерть. Что же будет дальше? Сможем – ли мы дойти? Мы, слабые, промокшие, грязные и голодные люди. Мы, которые не знают что они ищут и не знают куда идти. Если мы потеряем второго орла, то шансов вернуться у нас, наверное, не будет. Сколько еще будет длиться это болото? Есть ли ему конец. Эх, если бы мы могли спросить у орла!

Но делать было нечего. Остаться здесь – значит умереть если не от ужасных тварей, населяющих это болото, то от холода, который начинал пронизывать нас до костей. Вперед! Только вперед, не смотря ни на что.

Мы пошли дальше. Орел привычно летел немного впереди нас и осматривал все вокруг. Холод начал серьезно нас донимать. Мы продолжали проваливаться по колено в грязь. Копья мы потеряли. Прощупывать перед собой путь было нечем. Нам оставалось всецело положиться на орла. Мы надеялись, он выведет нас из этого ужасного места. Я уже не чувствовал пальцев своих ног. Одежда на нас была абсолютно мокрой и только усугубляла положение. У меня начали трястись губы от холода, а спина была как ледяная. То же самое испытывал и Стен. Но он шел. Он не жаловался ни на что. Мы оба понимали, что идти вперед – наше единственное спасение. Идти не смотря ни на что.

Так прошло часа два. Начало темнеть и от этого становилось еще хуже. Нет, нам не пережить эту ночь. Мы пропадем в темноте. Мы собьемся с пути. Мы замерзнем и навсегда останемся здесь. В этом вонючем болоте. Отчаяние начало заползать мне в душу. И лишь непреодолимое чувство выжить влекло меня дальше. Через некоторое время я услышал какие-то дикие крики в сумерках. Я не понимал откуда они доносятся. Они были повсюду. Какие-то ночные твари знали, что мы здесь и перекрикивались между собой. Они были то близко, то далеко. Они, наверное, ждали удобного момента, чтобы на нас напасть. Боже мой, у нас ведь остались только луки и мечи. Но какой от них прок в темноте! Что же делать.

Я оглянулся назад и с трудом различал Стена, который трясся от холода и от страха. Слишком много переживаний выпадало на нас за один день. Я махнул Стену рукой и он догнал меня.

– Стен ты слышишь? Слышишь эти звуки?

– Да, Майк. Я слышу и от этого мне очень страшно. Что нам делать, Майк?

– Бежать. Бежать как можно быстрее. Если мы замешкаемся, нам придется туго. Кто знает, как эти твари выглядят и сколько их. Скоро станет совсем темно. А нам даже не из чего сделать факелы.

– А куда бежать, Майк? Куда?!

– Не знаю куда, но подальше отсюда. Смотри Стен, земля становится более твердой.

И в самом деле идти стало намного легче. Неужели! Неужели болото заканчивается?!

Мы побежали. Побежали так, как никогда не бегали в жизни. Мы даже не бежали, мы летели по воде. Откуда в нас взялись силы? Мы не могли не бежать, ведь на кону стояло самое дорогое, что у нас было – наша жизнь!

Позади мы начали слышать какие-то шлепки. Кто-то несся за нами. Эти шлепки раздавались и сзади и сбоку. Мы не знали откуда нам ждать нападения. Что за исчадия ада гнались за нами? На мгновение мне показалось, что из темноты на меня глянула какая-то рожа. Но мне некогда было рассматривать ее. Я еще больше прибавил шаг. Мне не хотелось стать ужином для этих уродин. Не знаю почему, но эти чудовища не нападали на нас. Возможно, они были довольно медлительны для того, чтобы поймать нас. Мы бежали уже не менее получаса. Наши сердца вырывались из груди, но мы продолжали бежать. Стало совсем темно. Чтобы не потеряться, мы взялись со Стеном за руки и от этого стали спотыкаться и падать в грязь. Но мы не бросали друг друга. Теперь мы чувствовали, мы знали, что если нам и суждено умереть в этом мире, то только вместе!

Еще через пятнадцать минут наши силы стали иссякать. Мы заметно снизили скорость и больше не могли бежать. Все. Это конец!

Какая-то тварь прыгнула мне на спину и под ее весом мне пришлось согнуться. Времени на размышления не было. В отчаянии, я выхватил меч из ножен и крутанувшись освободился от чудища. Не глядя вперед, я наотмашь рубанул мечом темноту, но не попал. Эти твари видели нас, мы их – нет. Что-то ухватило меня зубами за левую ногу и я со всех сил, которые только оставались во мне, встромил меч во что-то мягкое. Тварь отвалилась. Почти сразу же такая же гадина повисла на моей руке и больно меня грызанула. По ее очертаниям я понял, что эти твари чем-то похожи на свиней, только небольших. Вместо копыт у них были волосатые лапы с перепонками. Я рубил направо и налево. По шуму рядом, я знал, что Стен тоже вступил в бой. Если нам суждено здесь погибнуть, то эти свиньи дорого заплатят за нашу жизнь.

Наверное, целая куча этих чудищ окружала теперь меня. Я ощущал боль. Кровь текла по моему лицу. Но единственная надежда давала мне силы. Надежда, что Стен еще жив и сражается наравне со мной. В пылу боя я чувствовал неведомую доселе мне ярость. Я чувствовал пьянящий запах борьбы. Мой меч каждую секунду разил ненавистных врагов. Силы были мои на исходе. Скоро. Скоро развязка. Нет я не дам вам себя убить. Я сам убью себя, вонзив меч себе в сердце. Но не сейчас! Еще. Еще минута. Еще несколько тварей не отведают моего мяса.

Получайте, гады! Я как сумасшедший крутился, разя все вокруг. Я уже сражался не только мечом, но и голыми руками. Какую-то образину я схватил рукой и утопил в болоте, не давая ей всплыть. Другую тварь о отшвырнул куда-то в темноту, третью забил ногой. У меня закончились силы, меч выпал из моей руки и я стал проваливаться куда-то в забытье. От потери крови меня начало тошнить и потемнело в глазах. Все! Это смерть. Жрите, сволочи.

Я упал в грязь, но тут же меня подхватили под руку и потащили куда-то в сторону. Я потерял сознание.

Глава 5

Как ни странно, я ощущал себя живым. Вот мои руки, замотанные в какую-то ткань, вот ноги. Я лежал в каком-то шалаше и рядом со мной спал Стен. Он тоже выглядел довольно целым, но на его лице было множество царапин и укусов. Значит Стен тоже не дал себя в обиду. По всей видимости, мы серьезно пострадали. Я чувствовал боль во всем теле. Но больше всего ныла правая рука. Я не заметил когда я ее повредил, но рана, скорее всего, была серьезной.

Внутри шалаша, кроме нас, никого не было. Мы не знали кто нас спас и куда мы попали, но сейчас это место казалось нам лучшим местом в мире. Нас укутали в сухую одежду, нас, скорее всего, даже немного подлечили, но самое главное – мы были живы. Нет этого ужасного болота, нет этого ветра и дождя и нет этих кровожадных уродин.

Я попытался приподняться, но тут же почувствовал сильную боль во всем теле. Здорово нас покусали. Стен пошевелился и открыл глаза. Минуту он рассеянно водил глазами по нашему жилищу и лишь затем обратил на меня внимание.

– Майк, – прошептал он, – мы живы?

– Да, Стен. Мы живы. Мы ранены, но мы живы, Стен!

Стен с трудом шевеля языком, и задал следующий вопрос:

– А где мы? Где эти мерзкие свиньи, которые вчера напали на нас?

– Я не знаю, где мы. Но если мы живы до сих пор, то есть надежда, что проживем и дальше.

– Как мы здесь оказались?

– Я не помню. Мне казалось, что я умираю. Единственное, что я запомнил, что меня кто-то за руку потащил по болоту. Я подумал, что эти гадины тащат меня, чтобы сожрать.

Стен содрогнулся от моих слов. Если меня собирались сожрать вчера только один раз, то его, как минимум, дважды.

– Майк, я помню, что зарезал несколько этих свиней, помню, что побежал от них и помню, что меня подхватили сзади и куда-то быстро понесли. Все дальше полный провал. Ничего не помню.

– Да, Стен. Мы потеряли много крови и от этого потеряли сознание. Знать бы еще, где наше оружие.

– Согласен, Майк. Когда в руке есть меч, как-то увереннее себя чувствуешь.

Я с удивлением посмотрел на Стена. Слышал бы он свои слова хотя бы неделю назад. А может не неделю?

Я поймал себя на мысли, что мы, возможно, давно здесь. Быть может, мы уже опоздали и Дирланд уничтожен?! Я собрал волю в кулак и приподнялся.

– Стен, нам необходимо срочно увидеть тех, кто нас сюда принес. Помоги мне встать. Как мне казалось, Стен способен двигаться, в отличие от меня. Корчась от боли, Стен встал на ноги и шатаясь подошел ко мне.

– Майк, у меня кружится голова и я хочу есть.

– Я тоже хочу есть, но сейчас нам нужно понять, сколько прошло времени.

– А какая разница, сколько?

– Как, Стен, разве ты не понимаешь, что за то время пока мы здесь лежали, Рэтлинг мог напасть на Дирланд?

– Я понимаю, Майки. Но что мы можем сделать. Мы не можем в таком состоянии идти дальше. Видел бы ты себя в зеркало. У тебя вместо лица – красный помидор. Куда тебе идти.

– Что я и вправду плохо выгляжу?

– Не то слово. Ты похож на мумию. Минимум неделю тебе даже вставать нельзя.

– Стен, я не могу лежать. Помоги мне подняться.

Стен пожал плечами и подхватив меня за плечи, помог встать. У меня сразу же перед глазами все пошло кругами. Пол зашатался подо мной и я обессиленно упал вниз.

– Нет, не могу. Стен посмотри, пожалуйста, нет ли здесь чего-нибудь попить.

Стен походил туда-сюда и принес мне глиняный кувшин, в котором оказалась обыкновенная вода. Я так жадно никогда не пил. С первыми глотками у меня прибавилось сил и я решил немного поразмыслить:

– Если нас спасли, то вряд ли нас собираются убить. Если нас не охраняют, значит здесь нам ничего не угрожает, если к нам до сих пор никто не пришел, значит эти люди куда-то ушли. Если они ушли, значит и мы можем уйти.

– Но куда, Майки? Куда нам идти? Мы даже не знаем, где мы.

– Ну так выйди и посмотри.

Стен пожал плечами и, хромая, вышел из шалаша. Его не было, наверное, минуты три. Когда он вернулся, на его лице было разочарование.

– Ну что? Что там, Стен.

Стен присел рядом со мной и ответил:

– Ничего. Абсолютно ничего. Вокруг нас, куда ни глянь, сплошное болото. Мы находимся на каменистой возвышенности, а внизу то же самое, что и раньше.

– То есть, ты хочешь сказать, что мы до сих пор на болоте?

– Точно. Рядом с нашим шалашом, еще штук двадцать таких же, но никого из живых не видно.

– Ну а дорога, дорога какая-нибудь есть?

– Может и есть, но я ее не видел.

– А какое время суток сейчас?

– Ну, на этом болоте никогда не поймешь какое время суток, но я думаю, что день.

– Почему ты так решил?

– Ну, потому, что еще кое-что видно и потому, что никого нет. Вряд ли, кто-то по этим болотам ходит ночью.

– Да, наверное ты прав. Сейчас бы пожевать чего-нибудь.

– И я бы не отказался. Скажу тебе одно – бежать отсюда некуда. Я и за все алмазы Дирланда больше не полезу в эти болота. Вот почему нас не охраняют. Нет смысла.

– Но мы должны, Стен. Мы должны идти дальше. Ведь если мы не дойдем, Дирланд будет разрушен.

– А ты уверен, что он уже не разрушен?

Я содрогнулся от этого предположения.

– Мы должны верить, что Дирланд еще цел. Иначе мы не дойдем.

– Майк, ну неужели ты не видишь, что это нам не под силу. Где наш орел? Где наше оружие? Кто покажет нам путь?

– Стен, нам нужно дойти до гор, о которых говорил Верховный Олень. А если он об этом говорил, значит они существуют. А дальше будет видно. Ведь мы живы до сих пор.

– Да мы пока живы. Но ты посмотри на нас. Мы с тобой за день и километра не сможем пройти. А если и пройдем, то ночью нас обязательно сожрет какая-нибудь тварь. Мы же с тобой и на ногах стоять не можем, не то, чтобы с кем-то сражаться. Когда ты сможешь ходить, мы пойдем обратно. Может еще все обойдется. Может быть Дирланд выстоит.

– Нет, Стен. Ничего не обойдется. Ты думаешь мой отец отпустил бы меня и тебя со мной в такой рискованный путь, если бы был какой-нибудь другой способ?

Стен ничего мне не ответил. Ему и так все было ясно. Но уж очень не хотелось ему попасть в какую-нибудь новую историю, где нужно рисковать жизнью. Я бы не назвал Стена трусом, но не для этого он был создан, чтобы каждый день проживать как последний, не зная наступит ли новый день. Его уделом, скорее, было что-то простое, не требующее смелых поступков. А здесь он был вынужден вести непривычную для себя жизнь, пытаясь спастись. И я не был смельчаком, но так, как я жил раньше, теперь уже жить не хотел. Если мой отец выбрал такой сложный путь, то и я не останусь в стороне, пусть даже мне придется рисковать каждый день.

– Ладно, Майки, – с грустью произнес Стен, – я с тобой. По крайней мере, ты спас мне жизнь и я смогу отдать тебе долг. Стен Райс, хоть и не всегда, но отдает долги.

Я невольно улыбнулся, а Стен снова вышел наружу. Но не прошло и минуты, как он быстро вернулся.

– Слушай, Майк. Кажется они идут сюда.

– Кто они?

– Ну, эти, которые нас спасли. Но, по-моему, это дети.

– Ты в своем уме, Стен? Нас спасли дети?

– Ты скоро сам все увидишь. Они идут сюда и что-то тащат. Наверное идут с охоты.

Мне нечего было возразить и нам оставалось только ждать.

Кто бы ни были эти люди, только они смогут нам помочь в дальнейшем пути.

Глава 6

Через десять минут мы услышали голоса и они и вправду показались мне похожими на детские. Несмотря на то, что хозяева этих шалашей пришли, к нам никто не заходил. Мы отчетливо ощущали запах дыма и жареного мяса и уже это нас немного обрадовало. Если это и дикари, то не настолько дикие, чтобы есть сырое мясо. Если повезет, то и нас должны будут покормить когда-нибудь.

Так и случилось. Прошел, наверное, час и в шалаш заглянула любопытная физиономия. Это была толи девочка, толи женщина. Вернее, лицом это была женщина, но ростом с ребенка лет десяти. Я слышал про разных там карликов и пигмеев, но в жизни ни разу их не встречал. Скорее, это была женщина.

Итак, она заглянула и увидела, что мы уже не спим. Она была очень грязной. Я думаю, она вообще никогда не мылась, так как слой засохшей грязи был на ней толщиной с палец. Не удивительно, что на болоте люди не моются, но из-за грязи было непонятно, какого цвета у нее кожа. На шее у нее висело подобие ожерелья из зубов какого-то животного, одежду заменяла шкура какого-то зверя. Женщина посмотрела на нас секунду и тут же исчезла. Через минуту она принесла нам сплетенную из травы тарелку, на которой дымилось свежезажаренное мясо. Что это было за мясо, я и думать не хотел. Даже, если это был какой-нибудь болотный монстр, выбирать нам не приходилось. Мы жадно набросились на еду, а женщина так и осталась стоять на входе, с любопытством за нами наблюдая.

Поев, мы решили завести разговор с незнакомкой, но не мы ее ни она нас, так и не поняли. На наш вопрос о том, как ее зовут, она что-то сказала невразумительное и указала в сторону болота. Затем уже она что-то спросила у нас и мы ей сказали, что не понимаем. Она повторила слово «понимаем» и ушла.

Через некоторое время к нам шалаш пришло еще трое удивительных людей. Теперь это были мужчины. Если, конечно, это слово можно было к ним применить. Они были тоже похожи на детей, но в руках у них были деревянные копья с каменными наконечниками. Шалаш был довольно широким, но низким, как для нас. Им же даже наклоняться было не нужно.

Я думаю, что в этом шалаше могло бы вместиться с дюжину таких человечков и им не было бы тесно. Самый высокий из них еле доставал Стену до плеча. Но они с таким деловым видом вошли, что могло показаться, что себя они считают очень большими и важными. Не буду долго описывать их внешний вид, но скажу только, что они были еще грязнее, чем женщина и носили немного другую одежду, напоминающую длинный кожаный плащ, сшитый, конечно очень грубо и что-то наподобие коротких брюк, заканчивающихся у колен. Ноги их были обмотаны куском кожи и перетянуты веревкой. Наверное, это была самая подходящая одежда для ходьбы по болотам. На головах у них ничего не было. Наверное, слой грязи, слипшийся у них в волосах, и так прекрасно заменял собой головной убор. Про себя я их так и назвал – Болотный Народ.

Войдя, мужчины начали что-то болтать на своем языке и показывать пальцами то на меня, то на Стена. Нам ничего не оставалось, как только выступать в роли музейных экспонатов и молчать. Один из мужчин хлопал себя ладонью в грудь и размахивал своим копьем в стороны. Видимо, именно этот мужчина нашел нас и теперь рассказывал своим друзьям подробности нашей битвы. Двое других смотрели на нас и кивали головами, лишь изредка перебивая первого. Затем они уселись полукругом напротив меня и один из них, который, наверное, был старшим, сказал:

– Понимаем.

Я сразу догадался, что женщина передала ему мой ответ и они решили, что так меня зовут. Я отрицательно покачал головой и сказал:

– Майк, – затем ткнул пальцем на Стена и добавил. – Стен.

Мужчины замерли на мгновение и затем рассмеялись своим детским смехом. Старший из них показал на себя и произнес:

– Грык.

Затем указал на своих товарищей:

– Грак, Грук.

Ну конечно, какие же еще могут быть имена у дикарей, которые живут на болоте и гоняются по нему за всякими чудищами, а затем едят их. Видимо, нам предстояло выучить их имена, причем постараться не путать Грака с Груком, а Грыка с Граком. Я готов был побиться об заклад, что фамилий у этих аборигенов отродясь не было. Зачем вообще им имена? Их запросто можно различать по степени загрязнения. Тот, который грязнее всех Грык, а остальные все равно одинаковые. Главное, что они положительно были к нам настроены, а все остальное уже не так и важно.

Грык, наверное, был у них кем-то вроде вождя. Он взял маленькую палочку, валявшуюся на полу, и стал перед нами что-то рисовать на земле. Сначала он изобразил большой круг, который я принял за болото, а в середине него круг поменьше, что являлось, видимо местом, где мы сейчас находились. Затем он нацарапал две фигурки, которые изображали меня со Стеном, а вокруг нас множество точек, которые были теми свиноподобными гадинами, с которыми мы так мужественно сражались. Нигде не было видно орла. Неужели он нас потерял? Стен пытался руками изобразить крылья птицы, летящей в небе, но дикари нас не поняли и стали что-то перед собой что-то живо обсуждать. Затем они встали и покинули нас. Почти сразу же вернулась уже знакомая нам женщина, и в небольшой глиняной посудине принесла нечто омерзительное, похожее на кусок какого-то желе или половину медузы. Сначала я подумал, что это наш десерт и от этого мне стало дурно, но женщина начала мне что-то говорить и из ее слов и жестов я понял только, что я должен протянуть ей свою больную руку. Теперь мне стало ясно, что меня сейчас будут лечить. Если эту гадость мне намажут на руку, то к утру, скорее всего, рука отвалится сама собой. Я стал ей показывать, что ничего не хочу, но она насильно прижала мою правую руку к полу коленом и стала разматывать свои импровизированные бинты. На них проступила кровь, но я честно терпел. Когда она стала отдирать бинт он моей кожи, мне стало дико больно и я застонал, прикусив губу. Понятия о разных инфекциях, наверное, ей были незнакомы потому, как она это все делала своими, мягко говоря, грязными пальцами. Когда я увидел то, что произошло с моей рукой, у меня мурашки пробежали по коже. Мало того, что рука выше локтя была разрезана до кости как лезвием, в самой ране копошились какие-то черви. Рана откровенно начала гнить и вонь стояла невыносимая. В моем мире это назвали бы гангреной. Причем последней степени. Тварь, которая со мной такое сделала, явно ни разу в жизни не чистила зубов. Как эта дикарка собиралась мне помочь, я не знал. Она молча набрала полную пригоршню своей «мази» и просто затолкала мне ее в рану, не особо волнуясь о том, что мне было больно. Просто затолкала и все. Не промыла рану, не вытащила оттуда червей, а просто намазала своей дрянью и замотала мою руку в ту же самую тряпку. Честно говоря, иллюзий по поводу своего выздоровления после этого, я уже не питал. Будь что будет. По крайней мере, умру среди людей, а не буду съеденным какой-нибудь гадиной.

Остальные раны, наверное, по мнению дикарки были не опасными и она вскоре ушла, но вернулась с нашей одеждой, защитой грубыми нитками в разных местах. Как ни странно, одежда была чистой и сухой, что добавило мне пищи для размышлений. Стен сразу же облачился в свою одежду и стал похож на уличного бродягу, который ходит в одном и том же пять лет. Оружия нам пока не вернули. Да и зачем оно нам сейчас было бы нужно. Я, например, сейчас его просто не поднял бы, а Стен без меня никуда не уйдет. Сейчас меня больше волновал вопрос, что же происходит в Дирланде. Не началась ли еще война. И как долго отец сможет продержаться без нашей информации. Знает ли Болотный Народ о Том Кто Спит. Если бы могли у них об этом как-нибудь спросить. Надо было что-то придумать.

Верховный Олень говорил, что Тот Кто Спит – это что-то вроде пещеры, которая бросается камнями и каким-то образом что-то рисует. Что имел в виду олень? Как это он понимает. Меня удивлял способ повествования оленей. Иногда они очень причудливым образом объясняли простые вещи. Или наоборот. Тот Кто Спит – это живое или неживое? Если спит, то живое. Но что живое живет так долго и бросает камни? Если неживое, то как нам от него добиться ответа?

Такие мысли роились в моей голове до самого вечера и я, незаметно для себя, уснул.

Глава 7

Проснулся я от того, что Стен тряс меня за плечо.

– Майки, эй Майки, проснись!

Я сразу не сообразил, что происходит, но через пару секунд пришел в себя.

– Что такое?

– Представляешь, наш орел нашелся. Он прилетел сегодня утром и летает здесь неподалеку.

Я в первый раз за последнее время обрадовался.

– Как же он нас нашел?

– А я откуда знаю? Только сегодня утром он сел прямо на наш шалаш и не пускал никого внутрь. Когда я вышел наружу, он успокоился и летает здесь рядом.

– Теперь, когда орел прилетел, он сможет вести нас дальше.

– Да, но твоя рука.

Я пошевелил пальцами и, как ни странно, боли почти не ощутил. Я смог сесть на постели и поднять руку. Рана, конечно, давала о себе знать, но той слабости, что была вчера, я уже не чувствовал. Ко мне подошел Стен и осторожно приподнял меня за туловище. Я стоял на ногах. Пока неуверенно, но уже кое-как мог ими передвигать.

– Выведи меня на улицу, Стен. Мне уже надоело здесь лежать.

Стен с сомнением посмотрел на меня, но ничего не сказал и, взяв меня под здоровую руку, вывел наружу.

Болото, действительно, было огромным. Возвышенность, на которой мы находились, поднималась над болотом метров на тридцать. Куда ни глянь, везде был один и тот же пейзаж. Почему эти люди здесь живут? Что заставило их сюда прийти? Неужели не нашлось более гостеприимной земли? Здесь скрывалась какая-то загадка. И ее необходимо было разгадать. И тут мне в голову пришло одно предположение. Если эти дикари здесь живут, значит они хорошо знают эту местность. Они должны знать, что за болотами лежит другой мир. Но почему они не уходят отсюда? Все очень просто. Они считают себя здесь в безопасности. Но кого они боятся? Мне сразу вспомнился рисунок на стене в пещере, который мы рассматривали вместе с отцом. Маленькие люди сражаются с крысами. Не эти ли люди это были? Вернее их предки. Это мне представлялось очень похожим на правду. Необходимо каким-то способом вступить с Болотным Народом в разговор и все узнать. Я внимательно оглядел другие шалаши и увидел, что все они одинаковые. Между шалашей бегали дети, еще меньше ростом, чем их родители. Похоже, взрослые берут на охоту с собой все свое семейство, а может быть женщины и дети где-то прячутся в то время, пока мужчины охотятся. Но какой в этом смысл? Почему Стен никого не увидел, когда в первый раз выходил наружу? Еще одна загадка, которую требуется разгадать. Я вернулся в шалаш и увидел, что нам принесли каких-то ягод. Откуда эти ягоды? И можно ли их есть? Но нам пришлось довериться этим людям и попробовать их на вкус. Ничего вкуснее из ягод я никогда не ел. По вкусу они были похожи на мармелад. Они были синего цвета и размером с горох. Мы мигом все съели и решили все-таки с кем-нибудь поговорить. Когда, в очередной раз к нам пришла наша «медсестра», я обратился к ней и спросил:

– Я хочу говорить. Как тебя зовут? Я – Майк, ты..?

Женщина, видимо, нас поняла, но продолжала молчать. Я повторил свой вопрос, но результат был тот же. Или она скрывала свое имя, или его попросту не было. Может быть, женщины у них не имели имен. Собственно, понятие имени здесь не имело особого значения. Все друг друга знали в лицо и, по-моему, не очень-то друг с другом общались. Мужчинам имена еще могли пригодиться на охоте, а женщинам они были ни к чему. Наверное, так было и в нашем мире на заре цивилизации. Мужчины охотятся, женщины возятся с детьми. Мы со Стеном попали в первобытный мир, где нет ничего лишнего, только то, что нужно для выживания. А может…

Отец нам говорил, что статуи оленей в Зале Великих Оленей создали древние люди. Возможно мы сейчас находимся в гостях у потомков того великого племени, которое могло создать такую красоту? Но что же заставило так деградировать их, если они сейчас закрылись в своем маленьком мире и не хотят отсюда уходить? Тем более, нужно узнать побольше об этом народе.

Я попробовал зайти с другой стороны. Я взял палочку и нарисовал на земле оленя. Реакция женщины была незамедлительной. Она вскочила и убежала. Через минуту наш шалаш наполнился мужчинами, которые стали на нас взволнованно глядеть. Вперед вышел Грык и знаком указал всем, чтобы они сели. В шалаше воцарилась тишина. Было понятно, что я попал в точку. Изображение оленя что-то напоминало дикарям. Грык знаком показал мне, что я могу продолжать. Я нарисовал еще одного оленя, затем еще одного. Рядом с ними я нарисовал что-то, похожее на крысу. Дикари оживились и стали о чем-то перешептываться. Но Грык поднял руку и все умолкли. Я нарисовал волны между крысой и оленями. Грык понимающе кивнул головой. Затем я нарисовал орла, летящего над оленями, а внизу пририсовал две фигурки людей, изображающих нас со Стеном. Следом я нарисовал крысу, напавшую на оленя и посмотрел на вождя. Он угрюмо сидел, не шелохнувшись. Тогда сверху всех оленей я нарисовал по крысе, а от фигурок людей провел ровную полосу к Грыку. Дальше я не знал как сообщить ему о цели нашего пути. Я не знал как изобразить Того Кто Спит. Разговор зашел в тупик. Все молчали.

Но тут Грык вышел из оцепенения и нарисовал какой-то квадрат. Что он хотел этим сказать, было непонятно. Он сказал что-то на своем языке и из толпы вышел один воин. Этот воин взял из руки Грыка палочку и нарисовал перед этим квадратом треугольник, который я принял за гору. Неужели эти люди знают, куда мы идем?

Между горой и квадратом он нарисовал какой-то овал и посмотрел на меня. Я отрицательно покачал головой. Тогда он нарисовал какое-то дерево и я подумал, что это лес. Я утвердительно кивнул головой. За лесом воин поставил несколько точек и встал. Что это означало, я так и не понял. Грык поднялся на ноги и жестом указал на мою руку, а затем в сторону болота. Я понял, что он покажет мне дальнейший путь, но после того, как заживет моя рука. Я опять кивнул. После этого все вышли и мы со Стеном остались одни.

– Что бы это значило, Майк? – спросил у меня Стен.

– Это значит Стен, что мы на верном пути. Эти люди поняли, о чем мы их спросили. Они видели оленей. Но давно. Помнишь, тот рисунок в Зале? Это их предки.

– А что они здесь делают?

– Они ушли из Дирланда. Возможно, они проиграли войну с Черным Племенем, а возможно им здесь больше нравится.

– Но как здесь может нравиться? Это же худшее место на земле.

– Для них, Стен, оно лучшее. Здесь они могут спокойно охотиться и растить детей. Значит в Дирланде у них не было такой возможности. Я думаю, это как-то связано с нашей миссией. Мы обязательно узнаем ответ.

– И какие же будут наши дальнейшие действия?

– Моя рука пошла на поправку. Еще пару дней и мы сможем идти. Наш орел с нами и он отведет нас к горам.

– А дальше? Кто поведет нас дальше?

– Дальше, Стен, мы пойдем одни. Другого выхода у нас нет.

– Как ты думаешь, они нашли наше оружие?

– Не знаю. Но в любом случае, одежда наша на нас. Если повезет, нас снабдят и едой.

– Тебе понравилось есть жареного «не знаю кого»?.

– А что? Вполне съедобное мясо. А ягоды вообще хороши.

– Я уже ничему не удивляюсь. Деремся с разной гадостью, а потом ее едим. Что может быть лучше? Может сходим на охоту?

– Нет уж. Хорошо, когда ты охотишься, но когда охотятся на тебя, это уже чересчур. Будем есть то, что дают.

Глава 8

Прошло еще два дня и мы достаточно окрепли для дальнейшего пути. Моя рука меня больше не беспокоила, хотя все еще находилась в повязке. Нам не хотелось обратно лезть в эти болота, но и оставаться было бессмысленным. Путем рисования на земле нам удалось объяснить Грыку, что мы решили идти дальше и, к нашей радости, нам принесли наше оружие. Кроме того, нас снабдили изрядным количеством жареного мяса и дали вкусных ягод. И вот, однажды утром, мы двинулись в путь. Грык выделил нам проводника, который должен был провести нас через болото и мы пошли. Что-то мне подсказывало, что этот народ еще сыграет свою роль в нашем деле. Наш проводник был абсолютно безмолвным. Он уверенно шел, по только ему, известному маршруту, а мы старались не отставать от него. Над нами в небе парил орел и выполнял свою обычную работу по патрулированию территории.

Мы шли уже весь день, но ничего примечательного не увидели. Кроме нас, похоже, в болотах никого не было. Пару раз мы слышали какой-то далекий крик и, Стен при этом боязливо оглядывался по сторонам. Но наш провожатый не обращал никакого внимания на посторонние звуки и в конце дня, когда солнце уже совсем не освещало эту мрачную местность, мы ступили на твердую землю. Проводник помог нам развести огонь, собрав большую охапку сухой травы и, поклонившись, молча ушел. Как он не боялся ходить ночью по болоту, для нас было тайной. Опять мы со Стеном остались один на один со своей дорогой. Болота были пройдены, но нам было неизвестно, что нас ждало дальше. В сгустившейся темноте мы не видели ничего. Поэтому мы сели ближе к огню и, время от времени погружаясь в короткий сон, стали ждать утра. Было холодно, но дождя не было. Время от времени со стороны болота слышались душераздирающие звуки ночных тварей, но мы, почему-то, не боялись. Здесь, на твердой земле, возле огня, мы чувствовали себя в безопасности. Наше верное оружие было с нами, и мы были готовы в любое время вступить с кем угодно в бой. Но в эту ночь нас никто не потревожил.

Наступившее утро не сильно отличалось от ночи. Было довольно темно, но вдали мы увидели силуэты высоких гор, которые нам предстояло пройти. Мы подкрепились на скорую руку, и пошли вперед. Дорога к горам оказалась не такой близкой, как могло показаться. Мы шли уже несколько часов, а горы все никак не приближались. Это говорило о том, что они очень большие. Местность представляла собой ровное плато, на котором росли высокие кустарники, которые иногда густой стеной преграждали нам путь и мы были вынуждены обходить эти заросли, теряя время. Ближе к полудню стали попадаться лиственные деревья, между ветвей которых порхали какие-то маленькие птички. Несколько раз вдалеке мы видели небольших животных, похожих на антилоп, но они пугливо скрывались из виду, лишь только замечали нас. В целом, мы шли довольно быстро. Наш орел был спокоен и день должен был так и закончиться. Внезапно орел дико закричал и понесся в нашу сторону. Мы поняли, что нам может угрожать какая-то опасность, но совершенно ничего не видели из-за кустов. Мы со Стеном стали спина к спине и, обнажив мечи, приготовились отразить любую атаку. Через минуту мы услышали страшный топот и треск кустов. Что-то огромное бежало в нашем направлении, но мы его не видели. Нам стало страшно. Нам было необходимо увидеть то, что нам угрожало. Орел то появлялся перед нами, то пропадал из виду. Он бросался на что-то, и поднимался вновь вверх. Ждать дальше больше не было сил. Мы выскочили на открытое место. И то, что мы увидело, заставило зашевелиться волосы на наших головах. На нас мчалось ужасное существо. Это была какая-то смесь носорога и огромной гиены. Туловище у него было как в броне, ноги были толстыми как у слона, а морда была похожа на морду бешеной гиены. Глаза имели безумное выражение, а изо рта капала на землю слюна. Эта громадина неслась, не выбирая дороги, прямо нам в лоб. Орел безрезультатно пытался остановить эту тварь, но его толстая кожа могла, наверное, выдержать бросок копья. Удирать было некуда. До ближайшего дерева было метров пятьдесят и мы не успели бы до него добежать, хотя и дерево вряд ли устояло бы перед ударом этого монстра. Оставались только стрелы. Но как стрела может пробить такую броню? Но выхода не было. Дождавшись, пока животное до нас добежало, мы бросились в рассыпную и выпустили ему вслед по несколько стрел. Стрелки из нас были никудышные, но пару стрел все же достигли цели. Но они тут же отскочили от каменной спины чудовища и лишь разозлили его. Еще несколько секунд и мы могли бы прощаться с жизнью, но тут неведомая сила подхватила нас и подняла в воздух. Опомнившись, мы поняли, что нас несет в своих когтях наш орел. Он нашел способ как нас спасти. Злобная тварь внизу бешено бегала, пытаясь достать до нас, но мы поднялись на пятьдесят метров вверх и были для него недоступны.

Так мы летели несколько минут и скоро наш орел выбился из сил. Как он смог поднять нас обоих? Что бы мы без него делали? Орел опустил нас на землю и дальше мы пошли пешком. Горы уже были совсем рядом. Еще пару часов и мы должны быть у их подножия. Я оглянулся и увидел, что орел сидит на земле. У него больше не было сил лететь дальше. Мы со Стеном остановились и помахали ему рукой. Он сделал свое дело. Дальше мы должны идти одни. Спасибо вам, орлы. Без вас нас уже не было бы в живых.

По мере приближения к горам, деревьев становилось все больше. Трава была высокой и кое-где бежали веселые ручейки. Мы посмотрели вверх и увидели снежную шапку высоко в горах. Как же нам преодолеть этот подъем? Может быть, есть какой-нибудь проход в горах? Может быть, есть короткий путь?

У нас была теплая одежда, была еда, но не было никакой карты. Насколько большие эти горы и нет ли за ними других гор? Такие мысли не давали нам покоя.

Наконец, к вечеру мы подошли к высокой горе. Снизу мы не увидели вершины. Она скрывалась где-то за облаками. К счастью, ветра не было и мы не чувствовали холода. Здесь было теплее, чем в болотах и было много сухих дров. Выбрав более-менее подходящую ущелину, мы развели костер, пожевали мяса и легли спать. Завтра нам предстоял нелегкий подъем в горы. И кто знает, может быть там за горой, мы найдем то, что ищем. А может быть, там для нас откроется еще более долгий путь полный опасностей.

Глава 9

Следующий день начался для нас спокойно. Мы проснулись, позавтракали и решили немного пройтись, чтобы осмотреть подножие нашей горы.

Пройдя триста метров левее от места нашего ночлега, мы уткнулись в абсолютно отвесную скалу, подъем по которой для нас был невозможен Тогда мы вернулись назад и прошли еще с полкилометра вправо, надеясь найти удобное место для подъема. Здесь путь вверх был довольно пологим и именно отсюда мы и решили начинать подъем на гору. Взяв свои вещи, мы понемногу продвигались вверх, довольно часто останавливаясь и отдыхая перед очередным рывком. Сначала особых трудностей мы не испытывали. За нашей спиной нам открывался прекрасный вид на долину, которую мы прошли вчера. Солнце здесь светило очень ярко и нам пришлось снять с себя теплую одежду. Оценить высоту склона мы не могли. Когда мы смотрели вверх, то видели перед собой только скалы, а что было дальше, нам было неизвестно.

Через пару часов мы вышли на ровную площадку и решили сделать привал. Стен насобирал сухого мха и развел огонь, а я решил проверить свою больную руку и размотал бинты, чтобы осмотреть рану. К моему удивлению, рана превратилась в рубец алого цвета, следов гниения не было и я подумал о том, что недооценивал способности дикарки. Надо будет на обратном пути взять у нее этого снадобья.

– Майк, как ты думаешь, сколько мы прошли? – прервал мои мысли Стен.

– Не более трех километров, может меньше. Мне кажется, что склон очень пологий и мы двигаемся скорее в сторону, чем вверх.

– Ты считаешь, что мы отклонились от выбранного маршрута?

– А разве у нас есть какой-нибудь маршрут? Нам нужно перейти через гору, а где мы это сделаем, уже не имеет значения.

Прошло около часа и мы двинулись дальше. Солнце было в зените и его яркий свет освещал снежные вершины далеких гор. Чем выше мы поднимались, тем прохладнее нам становилось. Нам пришлось снова одеться потеплее. Подъем был уже не таким удобным как сначала. Теперь мы не могли просто идти прямо. Мы были вынуждены выбирать участки поровнее и от этого наше продвижение существенно замедлилось. Кроме того, нам пришлось помогать себе руками. Держась за острые выступы, мы осторожно выискивали место, куда можно поставить ногу, затем Стен, шедший первым, подавал мне руку и я подтягивался к нему, стараясь не оступиться. Таким образом мы смогли пройти еще метров четыреста. Равнина внизу теперь была почти не видна. Густой туман окутал нас со всех сторон и закрыл от нас солнце. Мы стали чувствовать усталость. Было очевидным, что сегодня подняться наверх нам не удастся. Оставалось только успеть побольше пройти до темноты и отыскать подходящее место для ночлега. Собрав последние силы в кулак, мы продолжили карабкаться вверх. Ближе к вечеру пошел небольшой снег, но чем выше мы продвигались, тем яростнее снегопад обрушивался на наши головы. Нам пришлось закутать рты и носы пледами, чтобы колючие снежинки не били нам в лицо. Начиналась метель. Теперь мы ничего не видели вокруг себя дальше трех метров. Ветер свистел с такой силой, что мы не слышали друг друга и нам пришлось кричать, чтобы понять что мы говорим друг другу. Становилось понятно, что дальше идти опасно. Снежная стена перед нашими глазами скрывала дальнейший путь. Было непонятно, в какую сторону идти. Ветер сбивал нас с ног и мы уже не могли нормально двигаться вперед. Положение было не из лучших. Теперь мы по колено в снегу, еле передвигали ногами. Ночь быстро надвигалась на нас, а метель занесла все, что было вокруг. Надо срочно отыскать какую-нибудь выемку в скале и переждать ненастье. Но что можно было увидеть, если в метре от себя, мы ничего не видели. Неприятное чувство тревоги заползало в наши сердца. Если через час мы не спрячемся от снегопада, то нас просто напросто занесет с головой. Мы попали в самый настоящий снежный плен. Чтобы спастись нам нужно идти наощупь и, если повезет, мы спрячемся где-нибудь в скале.

Но прошел час, затем еще немного, но мы по-прежнему находились под ударом стихии. Сейчас метель превратилась в ураган, который зловеще ревел и завывал, срывая камни и бросая их вниз с ужасным грохотом. Я и Стен были похожи на два сугроба, которые медленно ползут вверх и изредка скатываются обратно. Наше продвижение окончательно остановилось. Стало темно, но мы до сих пор не нашли укрытия. Оставалось одно – рыть в снегу нору и надеяться на то, что утром нам удастся вылезть наружу. Но была велика опасность, что нас заметет так, что эта нора станет для нас могилой. Но другого выхода не было. С трудом, перекрикивая ветер, я объяснил Стену, что надо делать и мы, упав на колени, с неистовством, руками начали копать. Если бы не теплые рукавицы, которые лежали в наших мешках, мы отморозили бы себе пальцы. Но так, через пятнадцать минут, нам удалось вырыть в снегу неглубокую нору, в которую мы залезли и теперь нам оставалось лишь молить судьбу о том, чтобы не замерзнуть. Время от времени, мы проделывали в стене нашего укрытия отверстие для воздуха. О том, чтобы уснуть, не могло быть и речи. Если мы уснем, то просто можем задохнуться или погибнуть от холода. Температура была очень низкой. Я никогда не попадал в такие ситуации и не знал, что делать в таких случаях. Инстинкт самосохранения подсказывал мне, что нужно укрепить стены нашей норы, чтобы она не обвалилась под весом снега. Этим мы со Стеном и занялись. Укрытие получилось футов восемь в длину и пять футов в ширину. Нам было очень тесно, но сейчас мы об этом меньше всего думали. Просидев около часа без движения, мы начали замерзать. Шум ветра сквозь снег почти не был слышен и мы могли обсудить наше положение. Сейчас главным для нас было согреться. Если мы сами себе не поможем, то наша участь будет незавидной. Если там, внизу, можно было спастись при помощи оружия или быстрого бега, то здесь это все было ни к чему. Мы были один на один с силой, которая была нам неподвластна. Но что мы могли сделать? Сидеть и ждать? А если буря утром не закончится? Тогда наша судьба ясна.

– Стен, ты не спишь? – спросил я и толкнул своего товарища в плечо.

– Нет, не сплю. Хотя от холода меня тянет в сон. Майк, мы что замерзаем?

– Похоже на то. Нам нужно согреться. Нужно срочно развести огонь.

– Но где мы его разведем и как?

– Я предлагаю расширить нору и найти сухой травы для огня.

– Найти траву в такой темноте?

– У нас нет другого выхода. Придется вылезть из норы и под снегом найти что-нибудь для костра.

– Но это же безумие, Майк! Там буря! Я не пойду наружу!

– Я пойду, Стен. А ты подготовь место для огня и постарайся не спать. Если мне повезет, я скоро вернусь.

Укутав лицо, я развернулся на бок и толкнув руками снег, вывалился наружу. Когда я поднял голову, увидел, что попал в кромешный ад. Не было видно ни горы, ни неба, ни земли, ничего. Я не понимал куда мне идти. Сплошная стена снега и ветер, сбивающий с ног. Мне удалось сделать несколько шагов и я упал. Поднявшись, я пошел, как мне показалось, вверх. Через несколько метров я понял, что теперь не знаю, как вернуться. Я пожалел о своем решении вылезть из укрытия. Ужас заполз в мою душу. Я начал звать Стена, но ничего, кроме завывания ветра не слышал. Я в отчаянии начал бегать в темноте и рыть руками снег, но никого не находил. Мои руки и ноги стали как деревянные. Одежда уже не спасала от холода. Время остановилось для меня. Мне не оставалось ничего, как идти. Идти пока меня держат ноги и пока я не замерзну. Скоро приятное чувство тепла начало растекаться по моим жилам. Я упал в снег и просто лежал лицом вверх. Мне уже ничего не хотелось и я без всякого страха ждал своей развязки. Как далек сейчас Дирланд! Но какая теперь разница? Спать! Очень хочется спать.

Я медленно закрывал глаза и меня окутывало умиротворяющее спокойствие. Не было слышно бури, не было сильного мороза, только тишина. Но внезапно, какая-то внутренняя сила заставила меня встать на ноги в последний раз и я, как раненый зверь, рванул вверх, не разбирая пути. С моей головы упала шапка, я потерял одну рукавицу, снег больно бил мне в лицо, ноги были онемевшие от холода, но я бежал. Бежал в пугающую темноту навстречу своему спасению или смерти. Последнее, что я запомнил, это была какая-то черная дыра в скале. Я вскочил в эту дыру и тут у меня кончились силы. Опершись спиной о стену, я сел на голый каменный пол и потерял сознание…

Глава 10

Яркое солнце заставило меня открыть глаза. Я сидел у входа в пещеру, наполовину засыпанный снегом. Почему я не умер? Мне было ужасно холодно и я не чувствовал своего тела. Я попробовал пошевелиться, но у меня ничего не вышло. Скорее всего, я отморозил себе ноги и руки. Это означало одно. Я буду обречен остаться на этом месте навсегда. В том самом положении, в котором я находился сейчас. Стен, наверное, уже умер. Что же. Мы сделали все, что могли. Но горы остановили нас. Мы бросили вызов силам, которые намного сильнее нас. И проиграли. Какой сейчас день? Какой сейчас месяц? Куда я попал? Огромное чувство жалости к себе заставило меня заплакать. Слезы лились по моим щекам сами собой. Я смотрел оцепеневшим взглядом напротив себя и ждал смерти. Сколько мне осталось? Час? Два?

В последний раз я попытался пошевелиться и мне удалось упасть на пол. Неимоверным усилием воли я сумел выдвинуть левую руку вперед и оттолкнуться от пола. Мои ноги висели сами по себе. Их как-будто не было совсем. Левая рука оставалась в рукавице и поэтому, наверное, уцелела. Я оттолкнулся еще раз и у меня получилось сдвинуться на два фута в глубину пещеры. Таким образом я прополз футов пятьдесят и оказался в темноте. Мне показалось, что пещера уходит куда-то вниз. Сколько прошло времени, я не знал. Я оказался в месте, где время не играет никакого значения. Куда я полз? Зачем? Обратно выбраться мне уже будет не под силу. Будь что будет. Если мне суждено умереть в этой пещере, то пусть это будет немного позже. Я не чувствовал страха. Чего мне было бояться?

Темноты? Холода? Голодной смерти? Нет! Шансов выбраться у меня не было. Ноги меня не слушались, а значит эта пещера – моя могила. Я просто полз вперед как червяк, не знающий что его ждет.

Вдруг, внезапно на меня повеяло горячим воздухом. Что это? Галлюцинации перед смертью? Нет, я четко ощущал тепло. Оно шло откуда-то снизу. Пещера под под резким углом ушла вниз и я на животе быстро понесся вниз, скользя как на санях. Куда я летел? Тоннель был испещрен крутыми поворотами и я на приличной скорости летел по нему, разрывая на себе одежду. Через полминуты я увидел свет, но не разобрал откуда он идет, зато с разгону влетел во что-то горячее и мгновенно ощутил приятное тепло, окутавшее мое измученное тело. Ничего лучше на свете, я никогда не ощущал. Я понял, что попал в горячую воду, но у меня не было сил плыть. Я просто окунулся лицом в воду и смотрел вниз на дно источника, мало интересуясь тем, где я очутился. С радостью я почувствовал, что могу шевелить ногами. Больная рука начала ныть, но это было добрым знаком. Мне показалось, что источник был неглубоким. В воде мне было легко двигаться и я ногами нащупал дно. Я стоял по шею в воде и сейчас это место казалось мне подарком судьбы. Пещера, где находился источник, была небольшой, но самое интересное было в том, что пол вокруг воды был ровным. Этот водоем был похож, скорее на бассейн с горячей водой, чем на озеро. Свет в пещеру проникал через широкое отверстие в стене, которое находилось выше уровня воды футов на десять. Но самое удивительное было в том, что к этому отверстию вели вырубленные в скале ступеньки. Это означало, что здесь бывают люди. С каждой секундой мои шансы на спасение увеличивались. Еще час назад я был на волосок от гибели, теперь я находился в теплом, приятном водоеме и видел выход отсюда. Надо попытаться вылезти из воды и попробовать высушить одежду. Я подошел к краю бассейна и нащупал ногами ровный выступ на который можно было встать. Теперь я оказался по грудь в воде и упершись руками в берег, подтянулся на них, и упал туловищем на пол. Мое тело снова мне подчинялось. Я свободно шевелил руками и ногами, организм мой согрелся и я вновь почувствовал в себе силы. Встав на ноги, я пошатнувшись, уперся рукой в стену и начал раздеваться. Каменный пол в пещере был очень теплым и вскоре я разложил свои поистрепавшиеся вещи прямо себе под ноги. Что это было за место? Неужели это та самая гора, на которой я еще вчера попал со Стеном в снежную бурю? Вполне возможно. Но если это та самая гора, то получается, что выход, к которому ведут ступеньки, является выходом с другой стороны этой горы. Значит мне, несмотря ни на что удалось преодолеть и это препятствие! Это удивительно. Не надеясь уже ни на что, я не только спас свою жизнь, но и волей случая сделал то, что должен был сделать. Вот только жаль, что Стен не дожил до этого. Я потерял своего друга. И где? Там, где его уже никто никогда не найдет. Сейчас я остался совсем один. Без оружия, без еды и почти без одежды. Я должен буду пройти весь путь, надеясь только на свою выносливость, свои руки и на удачу. Усевшись без одежды на голый горячий пол, я незаметно для самого себя, тихо уснул.

Наверное, я проспал немного, так как моя одежда при моем пробуждении еще не полностью высохла. Но я все равно оделся и направился к ступеням, ведущим к выходу. Поднявшись наверх, я оказался на ровной каменной площадке, от которой в направлении густого леса вела узкая тропинка. Здесь, с этой стороны горы, было очень тепло. Лес, окруживший меня, состоял из различных лиственных деревьев и выглядел довольно гостеприимным. Вдоль тропинки то тут, то там, росли разные цветы, кое-где попадались грибы, но я не рискнул бы есть их сырыми. Через какое-то время начали попадаться кустарники, с ягодами похожими на нашу малину и я, отбросив всякие сомнения накинулся на них, пригоршнями заглатывая ягоды, утоляя голод. Затем я попал на широкую поляну, которую рассекал прозрачный ручей. Когда я утолил жажду, мне пришло в голову, что не очень-то осмотрительно идти по тропинке, не зная кто по ней ездит. Я немного углубился в лес и держался на некотором расстоянии от тропинки, скрываясь за деревьями. Скоро мне стало жарко и я снял свою куртку, обвязав ее вокруг пояса. Пока никто мне не повстречался на пути и я вновь решил вернуться на дорогу для того, чтобы легче было идти.

Не успел, я ступить на тропинку, как из-за деревьев до меня донесся топот копыт. Я быстро нырнул в кусты и через несколько секунд увидел удивительных животных и не менее удивительных всадников на них. Это были белые как снег невысокие лошади, но на лошадей они были похожи не полностью. На их головах росли по два параллельных рога, украшенных разноцветными ленточками. Их хвосты были заплетены в косу, а копыта были позолоченными. Но еще более красивыми оказались их наездницы, гордо восседавшие в своих седлах и снаряженные богато украшенными луками и стрелами. Они все были женщинами, причем женщинами обыкновенного роста, с обыкновенным выражением лица, только вот глаза их выражали решимость, несвойственную женскому полу. Их процессия напоминала отряд солдат. Впереди скакала их начальница, остальные позади. Я насчитал десять всадниц, но решил не выдавать своего присутствия. Они проскакали мимо меня в направлении теплого источника и скоро исчезли из вида. Что же это за страна? Оказывается здесь живут нормальные люди? Но какой у них характер и какие обычаи? Без их помощи мне найти дорогу к Тому Кто Спит. До этого времени, у меня были проводники, здесь же их уже нет. Я прошел еще несколько километров и вышел на опушку леса.

Примерно в ста футах от опушки я увидел высокую стену из камней, за которой виднелись какие-то строения. Это было похоже на военный объект, единственный путь в который лежал через огромные металлические ворота. По периметру я увидел сторожевые башни, в которых виднелись фигуры таких же воительниц, которых я видел недавно. Что-то мне подсказывало, что не следует сходу приближаться к воротам и решил немного подождать и оценить сложившуюся ситуацию. Я выбрал наблюдательный пост на одном из деревьев и скрытый листвой, стал ждать дальнейшего развития событий.

На протяжении длительного времени ничего примечательного не происходило. Ближе к вечеру, когда солнце уже садилось за горизонт я вновь услышал топот копыт. Но теперь это был довольно большой отряд, состоящий из не менее пятидесяти всадниц, но то, что я увидел далее, меня повергло в шок. Одна из последних наездниц тащила за собой на веревке молодую девушку, которая еле перебирая ногами, бежала за лошадью и ее разбитые в кровь ступни оставляли красные пятна на земле. Вся эта процессия проскакала прямо подо мной и подъехала к воротам. Ворота медленно открылись, пропустив приехавших, и так же закрылись за ними. Теперь я не жалел, что сразу не подошел к воротам. Неизвестно, что за люди там живут. И не известно какие же там мужчины, если у них такие женщины. Что же делать? Попытаться обойти это место или рискнуть и сдаться на милость здешних хозяев. Во всяком случае, сидеть на дереве не было смысла и я тихонько спустился. Сейчас уже было почти темно и у меня был шанс остаться незамеченным. Я подобрался еще ближе к стене и присел за невысоким кустом. У меня не было никакого плана, но и оставаться одному ночью в неизвестной стране, было страшновато. Скоро на небе появились звезды, в траве пели сверчки, а я удобно улегся под кустом и наблюдал за стражницами на башне. Внезапно за своей спиной я услышал тихие шаги. Не успел я обернуться, как кто-то зажал мне рукой рот и потащил по земле в направлении леса. Я пытался сопротивляться, но меня держало несколько рук и у меня ничего не выходило. Меня протащили по лесу довольно далеко и наконец бросили под каким-то деревом, привязав к нему веревкой. Через несколько секунд появился человек с факелом и поднес его к моему лицу. На меня смотрел высокий бородатый мужчина, похожий на какого-нибудь крестьянина, но с тяжелой дубиной в руке. Суровое выражение его лица, при моем осмотре, постепенно менялось на недоуменное и он что-то сказав своим спутникам, скрылся в темноте. Меня развязали, но запястья обмотали кожаным ремнем, ограничив мою свободу. Подталкиваемый в спину, я был вынужден идти за ними. Кто эти люди? И куда меня ведут? Об этом оставалось только догадываться.

Глава 11

После долгого хождения по ночному лесу, меня наконец привели к какой-то реке, на берегу которой стояло множество домиков, между которых ходили люди и не обращали на наше появление никакого внимания. Кое-где горели костры и на вертелах жарилось мясо. Лошадей я не заметил, зато к берегу были привязаны лодки, а на длинных палках были развешаны сети для ловли рыбы. Я как-будто попал в средневековую деревню, где живут рыбаки и охотники. Меня затолкали в какой-то сарай, пропахший рыбой и в котором было абсолютно темно. Передвигаясь по сараю, я споткнулся обо что-то длинное и свалился на пол. Почему мне не развязали руки? Возможно, за мной скоро придут? В стене помещения было вырезано крохотное окошко и я, встав на носки, выглянул наружу. Обзор у меня был ограничен, но по тому, как люди двигались я понял, что они не похожи на воинственное племя. Оружием с натяжкой можно было назвать длинные деревянные рогатины, стоящие возле каждого домика и дубины, которые были у некоторых мужчин. С таким оружием воевать было проблематично. Здесь, в отличие от военной крепости, были и мужчины и женщины. Детей видно не было, наверное они сейчас спали. У меня было твердое чувство, что эти люди неопасны. Уж очень мирный образ жизни они вели. Скорее, это меня они опасаются. Ничего плохого мне пока не сделали, если не считать бесцеремонного способа, когда мне зажали рот рукой. Эти люди боялись, что я закричу. Выходит, они не хотели быть замеченными этими всадницами. И не убили меня до сих пор. Значит, насилие им не по душе. Оставалось только ждать, пока обо мне вспомнят и немного прояснят ситуацию. Сейчас лучшим решением было усесться поудобнее и поспать. Я нащупал угол сарая и, усевшись спиной к стене, закрыл глаза.

Меня разбудил крик самого настоящего петуха, возвещавшего о начале нового дня. Удивительное дело. С тех пор, когда я попал в Дирланд, прошло не более месяца, а я за это время побывал уже в дикой оленьей стране, побывал в гостях у первобытных дикарей, а теперь попал в какой-то феодальный мир, где живут воинственные всадницы и мирные селяне, которые разводят вполне обычных кур. Совершенно фантастическое сочетание. Мои умозаключения прервал скрип открывающейся двери. Я встал на ноги и прищурился от яркого света, ворвавшегося снаружи. Передо мной стояли четверо мужчин и держали на изготовке рогатины, направленные в мою сторону. Неужели они думают, что изможденное и исхудавшее существо в виде меня, может сделать им что-то плохое? Я примиряюще им улыбнулся и сделал шаг вперед. Мужчины резко отскочили назад и один из них кивком головы показал мне на выход. Я повиновался. Меня повели в направлении самого высокого дома, стоявшего в центре деревни. Вокруг меня кружила детвора, но их матери опасливо косясь на меня, прикрикивали на них, запрещая им ко мне приближаться. Меня подвели ко входу в дом и раскрыли передо мной дверь. Я вошел внутрь и увидел просторную комнату, увешанную шкурами разных животных. Не считая грубо выполненной мебели в виде нескольких стульев и длинного дубового стола, в комнате больше ничего не было. Она была похожа на помещение для совещаний или для всякого рода собраний.

Я стоял посреди комнаты один. Больше никого не было. Вдруг дверь в соседнюю комнату отворилась и оттуда вышел здоровенный мужчина ростом футов в семь. Он был больше чем на голову выше меня и ему приходилось наклоняться, чтобы не задеть своей макушкой потолок. Его кулаки были как два огромных камня, которыми он, наверное, мог сбить с ног медведя. Густая черная борода до груди дополняла и без того зловещий портрет этого великана. Мужчина прошел мимо меня и сел на один из стульев, который предательски заскрипел под его весом. Он осмотрел меня с ног до головы и что-то громко сказал.

Я не поверил своим ушам! Нет этот язык был мне незнаком, но он очень отдаленно напомнил мне французский язык, который я довольно сносно знал еще по временам колледжа. У меня давно не было практики общения на этом языке, но медленно подбирая слова, я смог бы на ломанном французском даже вступить в дискуссию с каким-нибудь парижанином. Но этот диалект все же отличался от классического языка. Некоторые слова были мне абсолютно непонятны, но смысл я очень даже мог уловить. Для удобства повествования я буду приводить фразы, более адаптированные для читателя, иначе если бы я попытался передать все на языке оригинала, то дальнейшее чтение потеряло бы всякий здравый смысл.

Вот что спросил у меня хозяин этого дома:

– Кто ты такой? И куда идешь?

Голос великана более был похож на урчание слона.

– Я Майкл. Иду из Дирланда к Тому Кто Спит.

– Из какого Дирланда и кто спит?

Было ясно, что этот человек не особо знаком с географией своего мира.

– Дирланд – страна оленей. Там живут олени и другие животные.

Над этой страной нависла угроза и я иду издалека, чтобы спасти ее.

Мужчина почесал затылок и замолчал. Я видел, что ему не очень-то верится в мои слова. Он, скорее, считал меня каким-нибудь бродягой, который скитается повсюду и рассказывает всякие невероятные истории.

– Что ты делал возле Мириаэльда?

– Я не знаю этого слова. Я перешел через гору и лес и случайно попал к стенам крепости.

После моих слов мужчина расхохотался.

– Ты… ты перешел через гору и ты… ты не знаешь что такое Мириаэльд?! Через гору невозможно перейти. Как ты такой худой и слабый перешел через гору? Никто никогда не переходил через горы. Там ничего нет. Там только снег и холод.

– Я понимаю, что это звучит невероятным, но я нашел в горе тоннель, по которому попал в горячий источник на этой стороне горы.

Мужчина рассмеялся еще сильнее.

– Никто так сильно меня еще не смешил. Ты говоришь, что был в Источнике Королевы?

– Я не знаю как он называется, но там никого не было в тот момент.

– А там никого и не может быть. Право купаться в этом озере имеет только Королева. За непослушание – ужасная смерть. Неужели ты этого не знаешь?

– Я и вправду ничего об этом не знал. Я просто свалился сверху в горячую воду и все.

– Откуда ты свалился?

– Ну я – же вам говорил, что над источником есть узкий тоннель. Вот в него я и попал вниз.

– Но ведь так получается, что ты упал сверху. А как ты там оказался?

– Я уже сказал, что я впервые в этой стране. Я пришел с той стороны гор.

– Знаешь, Майкл, что-то мне с трудом верится в твои слова, но должен признаться, ты не похож на наших людей. Почему ты не носишь бороду?

Я удивленно пожал плечами.

– Там, откуда я, это необязательно.

Мужчина с недоверием посмотрел на меня:

– А куда ты собрался идти дальше?

– Мне нужно найти Того Кто Спит, но я не знаю что это такое и как оно выглядит.

Мужчина опять расхохотался:

– Парень, ты самый веселый человек, которого я когда-либо видел. Как же ты собираешься найти то, чего никогда не видел? Как ты поймешь, что это именно то, что тебе нужно?

– У меня есть некоторые описания того, что я ищу. Хотя я не уверен, что оно существует. Может вы что-нибудь знаете?

– Ну попробуй, опиши мне этого Кто Все Время Спит.

– Это что-то, похожее на пещеру, которая разбрасывает камни и рисует какие-то знаки.

– Да, парень, с такими приметами тебе не найти и курицу во дворе. Ты уверен, что у тебя все порядке с головой.

– Последнее время уже не уверен. Но у меня нет выбора. Та страна, откуда я иду, может погибнуть, если я не найду ответ на свой вопрос. На нее нападут огромные крысы и жабы и перероют всю землю, уничтожив все живое.

Мужчине стало все понятно со мной и он с сожалением сказал:

– Тебе сейчас нужно найти хорошего колдуна, чтобы он вправил тебе мозги, а то ты окончательно свихнешься. Короче говоря, мне кажется, что ты не представляешь опасности для нас и ты не похож на шпиона. Можешь свободно ходить по нашей деревне, только не вздумай бежать, мы тебя все равно поймаем.

Мне не верили, но что я мог поделать? Хорошо, что мне оставили жизнь и дали определенную свободу передвижения. Но тысяча вопросов роилось в моей голове и я надеялся получить хотя бы некоторые ответы.

– Скажите, могу я вас о чем-то спросить?

Мужчина вопросительно взглянул на меня, но подумав, ответил:

– Ну попробуй. Хотя вряд ли ты спросишь что-то толковое.

Глава 12

– Извините, я не знаю Вашего имени.

– Зови меня Бролин – Рыбак.

– Господин, Бролин, как называется эта местность?

– Если ты не знаешь, то я тебе скажу. Здесь нет одного названия. Здесь несколько разных племен живут на одной земле. Мы – рыбаки, дальше живут охотники. Мы меняемся друг с другом добычей, когда нужно. Есть еще Травоеды, как мы их называем. Они сажают в землю растения и поливают их водой. Далеко в лесу живут Бортники. Они питаются медом и орехами, но мы их редко видим. Иногда мы берем в жены девушек из разных племен, но это бывает редко. Мы стараемся не встречаться друг с другом. Слишком большой наш лес, чтобы каждый день можно было ходить туда-сюда. Раз в год мы собираемся на Большой Поляне и устраиваем праздник в честь Леса. Там мы танцуем, поем и едим от пуза, пока не станет плохо.

– А кто эти всадницы с оружием?

– Это нехорошие люди. Уже много лет они грабят нас и забирают наших людей.

– Но почему? Почему вы не защищаетесь?

– Эти женщины – хладнокровные убийцы. Им ничего не стоит живьем содрать с человека кожу и бросить на съедение своим псам.

– Но ведь все племена могут собраться и дать им отпор. Почему же вы этого не делаете?

– Не все так просто. Большинство племен живет очень далеко и они предпочитают оставаться в стороне от наших бед, а те племена, что живут рядом с нами, такие же малочисленные как наше. К тому же, наш колдун уже очень старый, да и раньше он не сильно-то колдовал. Колдуны из соседних племен никак не могут договориться о том, чтобы колдовать вместе. Их хватает только на поддержание хорошей погоды в лесу да на врачевание мелких болезней.

– Вы говорите колдуны? Они могут колдовать?

Бролин с удивлением посмотрел на меня:

– А что, разве в твоем племени нет колдуна?

– В той земле, откуда я родом, колдунов давно уже не нет. Наверное, сотни лет.

– А как же вы живете? Племя без колдуна, что рыба без хвоста.

– Это долго объяснять, но как-то живем. Скажите, а причем здесь колдовство? Вам достаточно собрать нужное количество людей и напасть на крепость.

– Э, брат, да я вижу ты совсем того. В Мириаэльде сидит Королева, которая во сто крат сильнее колдует, чем все наши колдуны. Она может направить реку в другую сторону, и у нас не будет рыбы, она может послать сильный ветер и деревья полетят на нашу деревню, она может вызвать страшный дождь, который смоет все на своем пути. И это далеко не все, что она может. Вот поэтому, мы ничего не можем ей сделать. Мы платим ей дань рыбой, но она все равно присылает своих всадниц и берет все, что захочет. Вот и вчера…

После этих слов Бролин вздохнул и опустил голову.

– Вчера она забрала мою дочь. Если я не буду ничего предпринимать, ей возможно ничего плохого не сделают. Я не знаю, когда смогу еще ее увидеть, но лишь бы с ней все было хорошо.

– А зачем Королева забрала ее у Вас?

– Понятно, зачем. Когда девушка достигает определенного возраста, ее могут забрать, чтобы она стала всадницей. Все бы ничего, да вот после этого она уже ничего не будет помнить и станет такой же жестокой, как все всадницы. Королева колдует над ними и все девушки становятся послушными ей. Боюсь, что и моя дочь станет такой же.

– Но ведь есть какой-нибудь выход?

– Выход? Единственный выход – убить Королеву, или хотя бы лишить ее возможности колдовать. Но кто это сможет сделать? Если кто-нибудь из нашего племени решится на такой поступок, то все племя будет уничтожено.

– А почему в Мириаэльде служат только женщины?

– Так повелось издавна. Все королевы, которые правили нами, предпочитали иметь своими солдатами только женщин. Все, кто у них служил, были из разных племен. Все, кто живет в Мириаэльде женщины. Если туда и попадают мужчины, то только в качестве рабов. Их используют для ремонта стен крепости, для изготовления оружия или для другой работы. Потом их все равно убивают или они сами умирают от истощения.

– Скажите, не могут ли в Мириаэльде что-нибудь знать о Том Кто Спит?

– Парень, ты опять за свое. Королева знает все, что происходит вокруг и если то, что ты ищешь и существует, то она-то уж конечно об этом знает. Хотя, мне кажется, это пустая затея.

– Мне обязательно нужно продолжить свой путь. Это вопрос жизни и смерти. Если я не найду то, что ищу, значит все мои усилия были напрасны.

Бролин в первый раз посмотрел на меня серьезно.

– Если тебе так не терпится поскорее умереть, то ты, конечно, можешь пойти в Мириаэльд, но я готов поспорить, тебя там сразу же заставят чистить выгребные ямы или месить глину. Ты протянешь очень недолго, парень.

– У меня нет другого выхода. Я слишком много прошел, чтобы все бросить. Я попытаюсь попасть к Королеве и, быть может, она поможет мне.

Бролин опять рассмеялся:

– Ты слишком наивный, парень, если так думаешь. Скорее рыбы начнут лазить по деревьям, чем Королева кому-то поможет. Ты не понимаешь, с кем собираешься связаться.

– И все же я попробую.

– Ну делай как знаешь. Теперь я точно знаю, что ты не шпион. Такой дуралей не может быть шпионом. Единственное, в чем я могу тебе помочь – это накормить и немного подвезти до Мириаэльда.

– И на этом спасибо.

Бролин хлопнул в ладоши и от этого у меня зазвенело в ушах. На пороге появился такого же угрюмого вида мужчина и поклонился.

– Накорми его и отвези куда скажет.

Я поблагодарил Бролина и пошел за мужчиной на улицу. Здесь мне накрыли стол, на котором, в основном была жареная рыба. Но были и лепешки, немного овощей, похожих на наши огурцы, вода и какой-то напиток, возможно компот. Когда я поел, тот же самый мужчина подвел ко мне коня, похожего на тех, что я видел раньше, но более бедно выглядящего и со сломанным рогом. На нем было потертое седло, в которое мне пришлось влезть. Мужчина взял коня за узду и повел за собой. Я так и не понял чем отличалось «подвезти» от «отвести». Конь плелся как черепаха, и я несколько раз с него спрыгивал, чтобы пройтись и размять ноги. Если это был самый надежный конь в деревне рыбаков, то я понимал, почему им не стоит вступать в войну с Королевой.

Полтора часа мы двигались к Мириаэльду, а прошли, наверное, километров пять. Это было невыносимо, но я решил не спешить и шел рядом с конем, скармливая ему траву, сорванную под ногами. Не знаю как все остальное, но природа здесь была не хуже, чем в Дирланде. Наконец, сквозь деревья начала просматриваться крепость и мой проводник остановился. Он махнул мне рукой в направлении опушки и, сочувственно глянув на меня, поплелся обратно. А я, поборов нерешительность, сделал шаг вперед и вышел на дорогу, ведущую к воротам. Через несколько секунд я уже был на виду у стражниц, несущих свою службу на башнях. Выбор был сделан. Отступать было поздно.

Глава 13

Меня обнаружили мгновенно. Не успел я пройти и десяти футов, как перед моими ногами в песок вонзилась стрела, заставив меня вздрогнуть. Меня предупреждали, что дальше идти нельзя. Через считанные секунды, ворота открылись и оттуда показались несколько всадниц, несущихся в моем направлении. Признаться, я уже пожалел о своем поступке, но теперь не мог повлиять на дальнейшие события. Всадницы подскочили ко мне и следом случилось то, чего я никак не предполагал. Меня сбили лошадью с ног и, накинув на мои ноги аркан, потащили за собой прямо по земле. При падении я больно ударился головой и у меня перед глазами замелькали искры. Спиной я бился о неровности дороги, и иногда меня закручивало в стороны. Дикая боль пронзала мое тело. Одежда рвалась на мне в лохмотья, и я увидел, что мои ноги превращались в сплошную рану. Это было каким-то сумасшествием. Это происходило со мной наяву. Но я сам не верил своим глазам.

Еще немного и я разобью себе голову о ближайший камень. Но этого не произошло. Меня бросили перед воротами и я, глотая пыль, открыл глаза. Всадниц не было. Надо мной склонилось несколько изможденных существ, ранее, наверное, бывшими людьми. Это были даже не люди, а ходячие скелеты. Трое худющих мужчин пытались меня поднять, но не могли. Тогда они схватили меня за руки и потащили куда-то дальше. Краем глаза я заметил, что нахожусь уже внутри крепости. Сейчас я не мог полностью осознавать действительность и предпочел доверить свою дальнейшую судьбу этим жалким, похожим на тени людям.

Наверное, я какое-то время был в беспамятстве. Когда я пришел в себя, то увидел, что лежу в зловонной ржавой клетке, которая стояла на самом солнцепеке среди таких же клеток, в которых сидели люди. Это были одни мужчины. Все тело мое было в ушибах и ссадинах, и я с горечью подумал, что это уже становиться нехорошей традицией. Чтобы я не делал, куда бы я не шел, всегда мне приходится зализывать раны. Но так со мной еще не обходились. Просто так, мне связали ноги и протащили на спине по дороге. Я даже не успел ничего сказать. Если так и дальше пойдет, то я умру от потери крови еще до выхода отсюда. Похоже, никто не собирался меня лечить, и мне самому пришлось разорвать пополам свою рубаху и вытереть раны на теле. Теперь я остался в одних рваных штанах и дырявых сапогах. После того, как я немного себе помог, я более внимательно оглядел свою клетку и увидел, что на полу валяются старые обглоданные кости, стоит пустая миска, наверное, для воды, и больше ничего. Везде ползали мухи, и все время норовили попить моей крови. Мне пришлось взять в руку миску и отмахиваться от назойливых насекомых. Но это несильно помогало. В остальных клетках находились мужчины разного возраста. Все они были одеты в одинаковые рубища, похожие на мешки и все они отличались необыкновенной худобой. Кто-то из них лежал на полу, видимо смирившись со своей судьбой, кто-то сидел и смотрел по сторонам, а один мужчина, по-моему, уже отдал концы. Но никто на него не обращал никакого внимания. Наверное, здесь это было обычным делом. Территория двора, на котором размещались клетки, представляла собой неровную каменную площадку пятьдесят на пятьдесят футов, на которой валялось множество разного мусора, состоящего из всякого тряпья, старых веревок, кучи костей и жидкой грязи. В углу двора находилась вонючая зловонная яма, назначение которой мне было понятно. Здесь не особо беспокоились о чистоте и мне подумалось, что это место даже хуже, чем болото. Людей здесь содержали как животных. Теперь я был согласен с Бролином, что эта моя затея была безрассудной. Сейчас мне дико хотелось пить. Я окликнул мужчину из ближайшей ко мне клетки, но он даже не повернул головы в мою сторону. Здесь каждый был за себя. И это объясняло почему Королева так безраздельно правит этим миром.

Прошло несколько часов и я увидел, что в нашем направлении двигаются три женщины-воина с плетками в руках. Мужчины в клетках зашевелились. Женщины открыли одну из клеток и пинками выгнали оттуда сидевшего там мужчину. Он быстро побежал в направлении серого строения за пределами площадки и скоро принес оттуда большой кувшин. Пока женщины стояли в стороне, он оббежал все клетки и разлил по всем мискам мутную жидкость, наверное считавшуюся водой. Выбирать не приходилось. Я с жадностью выпил все до последней капли и обессиленно упал на дно клетки. Но не тут-то было. Как только все получили питье, женщины начали обходить все клетки и ударами плеток поднимать с пола всех лежащих. Клетки начали открываться и мужчины выходили из них, становясь в шеренгу друг за другом. Несмотря на боль, я выполз из своей клетки и встал в строй вместе со всеми. Нас повели вперед и я впервые увидел территорию крепости изнутри. Здесь везде царил порядок. Дворы были тщательно подметены, стены выкрашены в белый цвет, посреди центральной площади стояла статуя красивой женщины с посохом в руках, а вокруг нее журчали маленькие фонтанчики с чистой водой. Улицы крепости были аккуратно вымощены булыжником, строения, служившие скорее всего казармами находились поодаль от конюшен, где содержались лошади. По улицам ходили женщины в военной форме и я обратил внимание на то, что буквально все они были очень красивы. На нас они не обращали внимания. Мы шли по направлению к конюшням и я уже начинал догадываться, что мне предстоит делать. Если есть лошади, значит за ними кто-то должен убирать.

Когда мы пришли, то я увидел, что на земле валяется куча лопат. Я выбрал одну из них и меня повели внутрь. Здесь работы хватало. Когда я закончил убирать свой участок, меня выгнали на улицу и заставили набрать полный мешок соломы для лошадей. С нами вообще никто не разговаривал. Мы как безмолвные животные выполняли свою работу, а наши надсмотрщицы стояли в стороне и о чем-то разговаривали. Меня терзал один вопрос. Где же находится дворец Королевы? Или то место, где она обитает. Но сейчас выяснить это не представлялось возможным. Когда мы вернулись в свои клетки, уже была ночь. На своем полу я обнаружил такую же мешковатую одежду, как и на других узниках. Мне пришлось ее одеть. Ничего другого у меня не было. Кроме того я чувствовал сильный голод, но здесь, скорее всего, вообще не кормили, поэтому нужно было срочно бы искать возможность убежать. Ничего не оставалось, как лечь и спать. Неугомонные мухи постоянно докучали, но все же мне удалось уснуть. Посреди ночи я услышал, как хлопнула дверь одной из клеток. Какого-то нового беднягу привезли сюда, чтобы сделать рабом, а потом выбросить его как отработанный материал. Но сейчас меня больше интересовала моя собственная судьба.

Наутро я чувствовал себя совсем плохо. Мои губы потрескались от жажды, а в горле пересохло так, что я не мог ничего сказать. Голод заставил мой желудок судорожно сжиматься. Тело ломило от твердых досок и мне хотелось выть от безысходности. Я был здесь только второй день, а уже начинал чувствовать себя как зверь в зоопарке, который бегает туда-сюда и не может вырваться на волю. Не мудрено, что люди здесь мрут как мухи. Еще один день и я сам буду похож на тех пленников, что окружали меня. Чтобы не одичать, мне срочно нужно было с кем-нибудь поговорить. Но кто здесь сохранил хоть каплю человеческого разума? У всех были потухшие, пустые глаза. Такие глаза бывают у скота, которого ведут на бойню. Грязные, заросшие, похожие на дворовых собак люди. Возможно, тот кого привезли ночью, еще может что-то мне объяснить. Я поискал глазами новичка и увидел, что он лежит ко мне спиной, подогнув под себя ноги, и спит. Я крикнул ему, но никакой реакции не последовало. Тогда я взял большую кость, валявшуюся в углу моей клетки и бросил в него. Кость попала в цель. Лежащий повернулся на спину и я обомлел. Передо мной лежал… Стен.

– Стен!!! Стен!!! – закричал я. – Это я, Майк!

Стен удивленно раскрыл глаза и наконец увидел меня. Казалось он верит в то, что видит.

– Майк, – медленно прошептал он, – Майк. Ты жив?

– Да, Стен! Ты же видишь я жив. Это я думал, что ты погиб. Я подумал, что ты замерз там в горах.

Майк, – повторил Стен и по его лицу потекли слезы. – Майк, как же так? Я думал, что ты пропал. Думал, что ты сорвался вниз или лежишь где-нибудь в сугробе.

– Почти так и случилось, но мне удалось спастись, а как же ты сумел выжить?

– Когда ты не вернулся, я пошел тебя искать. Я взял наши вещи и вышел из норы. Я звал тебя, но ничего не было слышно. Тогда мне пришлось идти вниз. И вот я провалился в трещину в леднике. Долго я пытался выбраться оттуда, но все зря. Мне показалось, что скоро я умру от холода. Хорошо, что у меня была еда. И вдруг на дне ледника я нашел сухие ветки. Я смог развести костер и согреться. Когда настало утро, метель закончилась. Я снова попытался выбраться наверх, но высота была слишком большой. Тогда я пошел вдоль дна трещины и увидел пар. Он поднимался из горы. В том месте откуда шел пар, я увидел отверстие в горе. Оно было достаточно широким и я пополз вниз. У меня был факел, который я сделал из веток и ткани. Я долго полз и наконец вылез с другой стороны горы. Тут я увидел лес. Я пошел вглубь леса и вдруг меня окружили женщины на лошадях. Они связали меня и заставили бежать за лошадью. Я часто падал, но они не обращали на это внимания.

Вот так я и попал сюда.

– Стен, если бы ты знал, как я рад тебя видеть. Свою историю я расскажу тебе позже. Нам с тобой нужно поскорее выбираться отсюда. Я здесь второй день, но скажу тебе, что в этом городе долго не живут.

– У тебя есть идея как это сделать?

– Пока нет. Но нам необходимо попасть к Королеве.

– К кому?

– К Королеве. Здесь она всем заправляет. К тому же она еще и приколдовывает.

– Ты ее уже видел?

– Нет. Но ищу способ как это сделать.

– А может стоит просто обратиться к надсмотрщицам?

– Думаю, это бесполезно. Они считают нас животными. Единственный язык, который они признают, это язык плетки. Если мы обратим на себя внимание, нам будет еще хуже.

Внезапно наш разговор прервал шум со стороны города. Надсмотрщицы прибежали к клеткам и стали выгонять всех наружу. Когда все вышли, нас бегом погнали в центр крепости и заставили построиться в шеренгу. Вокруг было множество воительниц во всеоружии и это было странным. Не было похожим на то, что нас пригнали на работу. Так мы стояли минут десять и тут я услышал звуки медных труб и грохот приближающейся процессии. Со стороны города, сверкая в лучах солнца, спускалась роскошная колесница. Ее тащили четверо лошадей удивительной красоты. Управляла колесницей женщина в разноцветной одежде, которая была усыпана драгоценными камнями. Ее сопровождали не менее сотни всадниц на прекрасных конях. Когда процессия остановилась, нас заставили поклониться, ударив по нам плетьми. Я скривился от боли, но не произнес ни звука. Сомнений не оставалось. Перед нами во всей своей красе стояла Королева.

Глава 14

Этой женщине на вид было лет сорок. Красивые и правильные черты лица дополняла гордая осанка, говорящая о том, что она привыкла повелевать. Но более всего были примечательны ее глаза. Они были холодными и лишенными всяких чувств. На нас она смотрела как через стекло. Что ей было от нас нужно? Хотела увидеть, кто на нее работает? Если так, то мы не сильно отличались друг от друга.

Королева подошла к нашему строю и внимательно оглядела каждого из нас. Большинство даже не подняло на нее глаз. Люди стояли как перед смертью и не шевелились. Для меня же это было единственной возможностью с ней поговорить. Тем временем Королева ткнула пальцем в двух рабов и приблизилось ко мне и Стену. На мгновение мы встретились с ней взглядами. Меня как ошпарило кипятком. Мне показалось, что меня вывернули наизнанку и прочитали мои мысли. Очень неприятное чувство. Я думаю, Стен почувствовал то же самое. Секунду подумав, Королева указала на нас пальцем и направилась к колеснице. Нас отделили от остальных и погнали вверх по дороге вслед за удаляющимися всадницами. Что нас ожидало? Неужели нас хотели казнить? Но если так, то почему этого не сделали сразу? Нет, здесь что-то другое.

Через несколько минут мы подошли к высокому зданию в форме огромного шара. Других таких строений здесь я больше не видел. Это здание-шар было серебристого цвета и от этого в лучах солнца оно было просто ослепительным. Перед нами открыли дверь и мы вошли внутрь. Огромное помещение целиком было усеяно зеркалами. Когда я увидел свое отражение, я себя не узнал. На меня смотрело избитое, небритое, усохшее существо ранее называвшееся Майклом Робески. Никогда не думал, что буду так выглядеть. Наши надзирательницы ушли и в зале осталось только четверо. Я, Майк и еще двое. От нечего делать мы стали смотреть по сторонам, но кроме зеркал здесь ничего не было. Но вот откуда-то послышались шаги и в зал вошла Королева. Ее вид был абсолютно спокойным. Мы для нее были на одно лицо и она могла сделать с нами все, что захочет. Через минуту две женщины, одетые в обычную одежду, принесли большую чашу. Эта чаша была наполнена густой черной жидкостью. Королева указала пальцем на одного из мужчин и приказала подойти ему к этой чаше. Тот выполнил приказание и теперь стоял, неуверенно перебирая ногами на месте. Королева подошла к нему и схватила его за волосы, заставив смотреть в глубь чаши. Сначала ничего не происходило, но постепенно глаза мужчины начали расширяться и на его лице появилось выражение дикого ужаса. Тело его затряслось как в лихорадке и через считанные секунды он упал на пол. Мы со Стеном стояли как парализованные. Что она с ним сделала? Это что, был гипноз? Но мужчина не подавал признаков жизни. Его глаза оставались широко открытыми, а пальцы были судорожно сжаты. Он не двигался. Он как бы окаменел. Неужели, Королева испытала на нем свое колдовство? Мне никак не хотелось повторять участь этого несчастного. Тем временем, Королева схватила за волосы другого мужчину и он тоже был вынужден уставиться в чащу. Этот оказался покрепче. Он долго смотрел в черную жидкость и с ним ничего не происходило. На лице Королевы появилось злобное выражение и она окунула его лицом в чашу. Парень замахал руками и попытался освободиться, но его воля была сломлена. Минутой позже он также свалился под ноги колдунье. Я решил не давать себя в обиду и решительно произнес:

– Госпожа Королева, мы люди из другого мира. Я прошу Вас не делать с нами то же самое.

Королева на мгновение замерла. Ее взгляд впился в меня как кинжал. Я понял, что совершил большую глупость. Стен за моей спиной трясся от страха. Сейчас больше всего мне захотелось вернуться в свою клетку. Наверное, никто не мог обращаться к Королеве без разрешения. А я это сделал, не подумав о последствиях.

Колдунья подошла ко мне вплотную и я почувствовал, что меня тянет к чаще какая-то могучая сила. Я ничего не мог поделать. Против моей воли, я наклонил голову в чащу и сразу почувствовал незнакомый сильный запах. Дурманящий аромат начал туманить мою голову. Она стала легкой и мне показалось, что я не касаюсь пола. Я представил себя какой-то книгой, которая раскрывает свои страницы для чтения. Чья-то железная воля начала изучать мои мысли, воспоминания и чувства. Я не мог этому сопротивляться. Из меня высасывали все, что я знал и все, о чем думал. Хотя из меня сделали безвольное животное, я все же не до конца утратил контроль над собой. Мне удавалось кое-что скрывать от неведомой силы, забравшейся в меня. Это было неимоверно трудно. Мои руки начали трястись, а горло парализовал спазм. Чьи-то пристальные глаза шарили по уголкам моей памяти и жадно пожирали информацию. Я начал терять сознание, но не смог упасть. Мое тело опиралось в воздухе на невидимую опору. Тот, кто меня контролировал, не хотел меня отпускать. Он старался пробраться еще глубже, но у него не выходило. Наконец, я почувствовал облегчение и свалился на пол. Но сознание меня не покидало. Я встретился взглядом с Королевой и увидел ее недоумевающее лицо. Скорее всего то, что она обо мне узнала, сильно ее поразило. Сейчас она стояла в задумчивости и смотрела на меня. Что было у нее на уме? Может быть она опять хочет повторить эксперимент? Еще одного я не выдержу. Но Королева подняла руку вверх и в зал вбежало несколько стражниц. Нас повели в какое-то соседнее помещение и это сейчас было для нас лучшим. До Стена дело не дошло. Ему просто повезло. Тех двоих, которые были до нас, за ноги потащили в угол зала. Одна из стражниц повернула рычаг на стене и в полу образовалась темная дыра, и в нее тела несчастных были сброшены головой вниз. А мы оказались во вполне приличной комнате, где была дорогая мебель, окна, выходящие во двор, дорогие ковры и полки со старыми книгами. Это было похоже на рабочий кабинет. Вдоль стен были развешаны непонятные нам предметы. Для чего они служили? Возможно для колдовства. Мы со Стеном успели убедиться в колдовских способностях Королевы и нам больше не хотелось становиться свидетелями других подобных вещей. Зато на столе мы увидели фрукты и долго не думая, накинулись на еду. Сейчас нам были необходимы силы.

Прошел, наверное час, но никто не приходил. Внезапно открылась дверь и в комнату вошла красивая девушка. Я сразу ее узнал. Это была именно та девушка, которую я видел, когда ее связанную привели в Мириаэльд. Я много видел привлекательных женщин, но эта девушка была просто красавицей. Я даже забыл о том, где нахожусь. На нее можно было смотреть сколько угодно. Но сейчас мне хотелось с ней поговорить. Она принесла нам чистую одежду и собиралась уходить, но я остановил ее за руку и спросил:

– Ты ведь дочь Бролина-Рыбака?

Девушка вздрогнула и посмотрела на меня.

– Да… я Алия.

– Я Майк. Я тебя видел, когда тебя сюда привели.

– Мне нельзя говорить с рабами.

– Но я не раб. Я иду издалека со своим другом. Его зовут Стен. Мы случайно попали в руки всадниц. Я был у твоего отца, он очень скучает.

– Я тоже скучаю. Но я должна остаться здесь и стать всадницей.

– Но ведь ты на всю жизнь останешься здесь. Ты забудешь всех, кого любила.

– Так хочет Королева. Я ничего не могу сделать. Это моя судьба.

– А если мы сбежим отсюда, ты пойдешь с нами?

– Отсюда не сбежишь. Королева все видит и все знает. Нас убьют.

– Но мы попытаемся. Мы обязательно найдем способ. Ты согласна?

Девушка задумалась, но тут послышались шаги за дверью и она выскочила из комнаты. Через минуту к нам вошла Королева.

Глава 15

– Ты колдун, раб? – высокомерно обратилась ко мне Королева.

– Я не колдун и никогда им не был – ответил я.

– Если ты лжешь, тебя ждет смерть. Ты знаешь неизвестные мне заклинания. Что они означают?

Я не понимал о чем речь.

– Но, Королева, я не знаю, ни одного заклинания.

– Ты лжешь! – гневно сказала она. – В твоей голове много того, что мне не понятно. Ты знаешь о таких вещах, которые мне неизвестны. Признавайся, иначе через минуту ты умрешь!

Я начал волноваться. Что такого Королева прочитала в моей голове?

– Я пришел издалека, Королева. В моем мире много такого, чего здесь нет. Но я не колдун.

– Как называется твое племя, раб?

Этим вопросом я был серьезно озадачен. Действительно, как назвать всех людей из родного мне мира? Земляне? Но этот мир, по-моему, тоже Земля. Сказать, что я американец? Этим я точно не смогу ничего объяснить. Похоже, и на самом деле, меня и Стена может спасти неправда. Я взглянул на Стена и ответил:

– Мы с моим другом пришли из будущего времени.

Королева позеленела от злости:

– Как ты смеешь, раб, лгать мне!? Ты думаешь, что можешь обмануть меня?

– Но я сказал правду! Мы пришли из-за гор. Там есть место, откуда можно попасть в будущее и наоборот. Оно называется Дирланд.

Наверное, я говорил убедительно или Королев впервые видела, что с ней говорят без страха, но выражение ее лица смягчилось, и она начала нервно ходить по комнате.

– У вас сильные колдуны?

– У нас нет колдунов. У нас есть люди, которые изучают все вокруг и могут сделать любую машину.

– И много вас здесь?

– Нет, нас только двое.

– Зачем вы сюда пришли? Вы шпионы?

– Нет, мы не шпионы. Нам ничего не нужно в вашем королевстве. Мы идем дальше к Тому Кто Спит.

Королева пристально на меня посмотрела и тихо спросила:

– Зачем он вам, признавайся!

Мое сердце запрыгало от радости. Я не выдавал своего состояния и спокойно продолжал:

– Я уже говорил, что мы идем из Дирланда. Этой стране угрожает опасность и нам нужно разгадать одну тайну.

– Какую тайну?

– В Дирланде появился Повелитель Крыс и он…

– Ложь! – закричала королева, – ты нагло лжешь, раб! Повелитель Крыс давно умер. Очень, давно! Слышишь, раб! С тебя живьем сдерут кожу!

Я не на шутку испугался:

– Простите меня, Королева, но я не лгу. Повелитель Крыс жив.

Колдунья гневно сжала кулаки, и ее лицо почернело от гнева.

– Но этого не может быть! Мои предки убили его. Они его сожгли живьем. Это было более тысячи лет назад. Он не может быть живым!

Мне показалось, что я нащупал больное место Королевы и это могло мне помочь. Выходит, что и раньше был какой-то Повелитель Крыс и с ним у правительниц Мириаэльда были не самые лучшие отношения. На этом можно было сыграть. Не стоит ей говорить, что Повелитель – это Рэтлинг, парень, который очень любит алмазы. О Дирланде Королева, похоже, ничего не слышала, а вот о Повелителе Крыс имеет представление.

– Слушай меня внимательно, раб. Если ты сейчас мне все расскажешь, то я отпущу тебя, и твоего слугу куда захочешь. Если нет – тебя сожрут голодные псы. Итак, отвечай, что ты знаешь о Повелителе Крыс?

Я четко осознавал, что от правильности моих ответов сейчас зависела наша со Стеном судьба и я медленно начал:

– Как прикажете, Королева. Повелитель Крыс очень могущественный колдун и он собрал армию для того, чтобы разрушить Дирланд.

– Зачем ему это нужно? – вкрадчиво спросила Королева.

– Он хочет захватить все в свои руки и так делает со всеми племенами.

У Королевы от ненависти напряглись все мышцы, и она злобно процедила сквозь зубы:

– Он всегда хотел быть самым сильным колдуном! Но я сильнее! Это мы победили его давным-давно! Он пожалеет о том, что вновь появился. Я отправлю его туда, откуда он вылез!

Я мог только догадываться о причинах столь сильной ненависти. Но сейчас я мог получить полезную для себя информацию.

– Скажи, раб, а далеко – ли этот Дирланд от моего королевства?

– Мы дошли за десять дней, – соврал, и глянул на Стена, – но мы шли очень медленно.

Королева начала о чем-то сосредоточенно думать. Она взяла с полки какую-то книгу и стала нетерпеливо ее листать.

– А какие планы у Повелителя Крыс? – вдруг спросила она.

– Я не знаю его планы, но мне кажется, что он хочет завоевать все земли.

Королева посмотрела в окно и зловеще протянула:

– Но ему это не удастся! Он сам сдохнет, как крыса!

Затем она немного опомнилась и так же высокомерно продолжила:

– Слушай меня, раб. Сильнее меня колдунов нет! Я могу сделать все, что захочу. Но я дам тебе возможность сохранить свою жалкую жизнь. Если ты хочешь послужить мне, то выполнишь мой приказ. Я покажу тебе, где находится Спящий и ты узнаешь как убить Повелителя Крыс. Я не хочу, чтобы он пришел в Мириаэльд. Я уничтожу этого жалкого крысятника в его логове. Мне как королеве не пристало общаться со Спящим. Это удел черни. Тем более он находится далеко отсюда. А у меня и так много дел. Ты понял меня, раб?

Я почтительно поклонился. Королева продолжала:

– Завтра тебе укажут путь, а сегодня набирайся сил для долгой дороги.

После этих слов Королева развернулась и вышла из комнаты. Через несколько секунд вошла Алия и я забыл о всем. Рядом с ней я чувствовал себя как на небе. Во мне проснулось сильное чувство и я не скрывал этого. Алия принесла нам поесть и я попросил ее на минуту задержаться.

– Алия, завтра нас отпускают. Хочешь я попрошу, чтобы и тебя с нами отпустили?

– Я думаю, что это невозможно.

– Но почему? Ты ведь еще не всадница. Я скажу Королеве, что нам нужен кто-нибудь, кто знает эти места. Я думаю, она поверит.

– Еще никому не удавалось обмануть Королеву.

– А мы и не будем ее обманывать. Нам и вправду нужен кто-то, кто покажет нам путь. Ну как, ты согласна?

Девушка опустила глаза и тихо прошептала:

– Я согласна. Я не хочу быть всадницей. Я хочу в свою деревню, к отцу.

– Ну вот и хорошо. Мне будет очень приятно, если ты составишь нам компанию.

Девушка улыбнулась, посмотрела на меня и Стена и сказала:

– Еще никто отсюда не уходил по своей воле, но я не боюсь.

После этих слов она попрощалась с нами и вышла.

Скоро, если повезет, мы сможем увидеть Того, Кто Спит. Интересно, какая история связывает Королеву и Повелителя Крыс. Давняя конкуренция на фоне колдовства? Тогда мне это на руку.

Спящий Оракул… Странное название. Все-таки он существует. Но почему Королева решила отпустить нас к нему? Я не верил ее словам, что ей некогда самой туда отправиться. Об этом стоило подумать. Может быть она боится? Эта мысль показалась мне правдоподобной. Если Королева его боится, то значит есть за что. Мне не хотелось попадать в очередную историю, связанную с борьбой за собственную жизнь. Но в этом случае, все уже решили за меня.

Глава 16

Ночь, проведенная в доме Королевы показалась нам раем. После вонючей клетки на улице, сон на огромных мягких кроватях был для нас как подарок. Что двигало Королевой? Откуда такая щедрость? Радовало то, что наши интересы и интересы Королевы совпадали. И они находились где-то за пределами большого леса.

Утром нас вывели во внутренний двор и мы увидели, что нам приготовили лошадей и выделили небольшую охрану в виде двух всадниц во всеоружии. Кроме того, к моей радости, я обнаружил, что Алия уже сидит в седле и ждет нас. Я подошел к ней и спросил:

– Доброе утро, Алия. Как тебе удалось получить разрешение Королевы ехать с нами?

Алия улыбнулась и ответила:

– А мне и не пришлось просить Королеву о том, чтобы она отпустила меня. Еще вчера вечером мне сказали, что я должна ехать с вами. Королева сама так решила.

Я удивился этому. Значит Королева может читать мысли?! Этот ее поступок говорит о том, что она сделает все Для того, чтобы мы благополучно добрались до Спящего Оракула.

Но терять время было ни к чему и мы двинулись в путь. Впереди нас ехали всадницы и они провели нас по такой дороге, что наш отъезд остался незамеченным для жителей крепости. Лошади были прекрасно обучены и тихо ступали по мостовой. Тихо выехав за ворота, мы наконец могли пришпорить своих лошадей и оставить позади себя это ужасное место. Лес окружал нас со всех сторон, но наши провожатые хорошо знали дорогу. Мы скакали очень быстро. Почему? По всей видимости, это был приказ Королевы. Ей хотелось, чтобы мы поскорее добрались до Спящего Оракула. Мои слова о Повелителе Крыс сильно ее раздосадовали. Но в мои планы не входило возвращаться в Мириаэльд. Меньше всего мне хотелось опять оказаться в роли раба и умереть от голода. Обратный путь должен быть другим, в обход крепости. Но сейчас самым главным для нас было как можно быстрее добраться до цели нашего путешествия.

Между тем, через некоторое время мы перешли на шаг и теперь медленно ехали по дороге. Лес становился все более густым и местами было даже темно. Было видно, что эти места нечасто кто-либо посещает. Иногда всадницы останавливались и к чему-то прислушивались. Нам передалась их осторожность и я решил все разузнать у Алии:

– Что это они делают, Алия?

– Эти места очень опасные. Здесь живет племя, которое не подчиняется даже Королеве. Но она не пытается подчинить их себе. Говорят, что у ни есть очень сильный колдун, который может даже больше, чем Королева. Но я этому не верю.

– А чем эти люди могут угрожать нам?

– Они – людоеды.

Я не поверил своим ушам.

– Людоеды?!

– Да. Все всадницы, которые попадали к ним в плен, были съедены.

– Не может быть!

– Так оно и есть. Поэтому нам нужно очень тихо двигаться. Если мы попадем к ним в руки, то нас убьют.

Я решил больше не вникать в подробности, от которых мурашки бегают по спине и тихонько отъехал в сторону. Надо же, людоеды! Хотя, удивляться нечему. Нам и так, в этом мире пришлось насмотреться на такое, что теперь уже все казалось обычным. Жаль только, что нам не дали оружия. Какой-нибудь самый простой меч не помешал бы. Посмотрев назад, я увидел, что Стен выбрал для себя увесистую палку и держит ее наготове. Я даже улыбнулся. Сам того не замечая, Стен превращался из жалкого картежника в солдата, который готов постоять за себя. Уж теперь, по возвращении домой, он вряд ли опять сядет за игру в карты. Мои мысли прервал оглушительный треск. Я сначала не понял откуда этот звук, но секундой позже увидел, что нашему проезду мешает поваленное дерево. И тут же за нашей спиной послышался такой же звук. Нам отрезали путь к отступлению. Всадницы обнажили мечи и стали ждать нападения. Но мы никого не видели. Внезапно я услышал свистящий звук и мое тело было обвито петлей. Неведомая сила стащила меня с лошади и я упал на дорогу. То же самое произошло и с остальными. Через мгновение послышались шаги и на меня уставился какой-то человек с копьем в руке. Не знаю как остальным, но мне он не показался похожим на людоеда. Вполне опрятно одетый мужчина в просторных штанах и меховой куртке с интересом смотрел на меня, присев на корточки. Рядом стояло еще с десяток похожих на него людей и держало наготове оружие.

– Кто вы такие? – спросил незнакомец и кивнул в сторону Стена. – И почему едете вместе с людьми Колдуньи?

Мне было больно от удара о землю, но я предпочел ответить:

– Они показывают нам дорогу к Спящему Оракулу.

– Зачем?

– Я и мой друг идем издалека, чтобы задать один вопрос Оракулу для спасения нашего мира от Повелителя Крыс.

– А почему вам помогает Колдунья?

– Я точно не знаю, но мне кажется, что она также заинтересована в победе над Повелителем Крыс. Она считает себя лучшей колдуньей на свете, а его опасается как конкурента.

После моих слов все нападавшие рассмеялись.

– Чушь! Колдунья никогда не была самой сильной. Если бы она была таковой, то давно напала бы на нас. Ей никогда не справиться с нашим Зейлином. Он сотрет ее в порошок.

Я не стал ему противоречить. Кто его знает, что это за люди.

Тем не менее, нас до сих пор никто не съел. Меня подняли и поставили на ноги. С остальными сделали то же самое.

– Следуйте за мной и не пытайтесь бежать, – сказал тот же мужчина. Мы пошли за ним.

Нас повели в самую глухую чащобу, какую можно было себе представить. Через минуту я уже не знал где мы находимся. Алия шла рядом со мной. Вокруг нас были высокие кусты. Хотя был день, здесь царил полумрак. Солнце почти не пробивалось через эти заросли. Иногда мы спускались в овраги, где нам приходилось идти по воде, стекавшей сюда сверху. Иногда приходилось перелезать через огромные стволы упавших деревьев. Лес был очень влажный и прохладный. У нас у всех промокли ноги, но никто не давал нам передышки и мы покорно шли, не понимая куда и зачем нас ведут. Точно не знаю, но мы, наверное прошли часа три, когда лес начал расступаться и мы вышли на большую солнечную поляну.

Здесь, среди дремучего леса, мы увидели целый поселок с домами и небольшими улочками, с наблюдательной башней и флагом на одном из домов, с суетящимися возле своих сараев людьми и с шумной детворой на околице. Уж совсем эти люди не были похожи на людоедов. Наоборот, у всех у них были приветливые лица и красивая одежда. Чуть в стороне от поселка я заметил ухоженные огороды, на которых росла всякая всячина. В загонах мычали коровы, а возле домов на цепи сидели собаки.

Вполне цивилизованное общество.

Нас провели через весь поселок и подвели к большому дому, возле которого стояли вкопанные в землю деревянные скамейки, на которые нас и усадили. Отовсюду начали сходиться люди и стали с любопытством на нас глазеть. Нет. Такие не могут быть людоедами. Зачем? Ведь у них полным полно домашнего скота и овощей на огородах. Я посмотрел на Алию и Стена. Они тоже, по-моему успокоились, и сейчас рассматривали вновь подошедших. Здесь были и мужчины и женщины. Некоторые мужчины присели рядом с нами на свободные скамейки, а некоторые уселись на порог дома, к которому нас привели. Женщины держали детей за руки, а некоторые на руках. Казалось, все чего-то ждут. Собралось не меньше пятидесяти человек, хотя это были далеко не все. Пришли те, кто захотел или смог. Назревало нечто похожее на собрание.

Прошло пятнадцать минут и из дверей дома появился пожилой мужчина ростом ниже среднего, в длинном зеленом балахоне и с растрепанными на голове седыми волосами. В отличие от остальных мужчин, он был без бороды. Казалось, он только что проснулся и вышел в своем ночном одеянии. Опираясь на длинную кривую палку, он вышел на порог и поднял руку. Все присутствующие захлопали в ладоши. «Ну прямо, как в театре», – подумал я, с интересом разглядывая пришедшего.

Старику было не менее восьмидесяти лет. Он немного сутулился и был довольно худым. Но зато его лицо выражало такую умиротворенность, что у меня сразу отпала мысль о людоедстве. Он постоянно улыбался и кивал кому-то в толпе, кого узнавал. Наконец, увидев нас, он прищурился на пару секунд и старческим скрипящим голосом произнес:

– Здравствуйте, странники! Я приветствую вас в Лесном Городе, в который вам посчастливилось попасть. Вам, наверное, наговорили всякого о нас, но все это неправда. Мы не едим людей и никогда этого не делали. Ни один человек не пострадал от наших рук и вам ничего не угрожает. Могу я знать ваши имена?

Я подумал, что именно ко мне обращается этот удивительный старик и ответил:

– Меня зовут Майкл, а это мои друзья Стен и Алия. Также с нами едут две всадницы Королевы, имен которых мы не знаем.

– А вы и не узнаете их имен. Их у них просто напросто нет. Колдунья забирает у человека все. И память, и чувства и даже имя. Они ничего не знают о себе. Но с нашей помощью, я надеюсь, эти несчастные женщины обретут себя.

– Но как же слухи о вашем… о вашем людоедстве.

Старик рассмеялся тихим смехом и ответил:

– Это все Колдунья. Она распускает всякие сплетни о нас, чтобы сюда никто не ехал. Она боится, что люди придут в Лесной Город и останутся здесь жить. Тогда она не сможет контролировать свою власть над ними. Ее власть держится на страхе. И большинство племен верят ей. Наш город открыт для всех, кто хочет свободы. Все всадницы, которые попадали к нам, остались здесь. Теперь у них свои семьи. У них есть мужья и дети. Они счастливы у нас и никуда не хотят уходить. Этого и боится Колдунья.

– Но почему вы не возглавите восстание против нее?

– Мы пробовали несколько раз, но все племена напуганы так, что ничего и слушать не хотят. Они не верят, что собравшись вместе, мы можем победить Колдунью. Кстати, могу я узнать, куда вы идете?

– Мы идем к Спящему Оракулу.

При этих словах старик вздрогнул и его лицо стало серьезным.

– Не каждый осмелится на такое. Но наверное у вас есть на это веская причина?

– Да. От результата нашего путешествия зависит судьба целого мира, который нам очень дорог.

Старик понимающе посмотрел в мои глаза и сказал:

– Тогда милости просим ко мне в дом. Это не место для обсуждения такого вопроса.

Мы встали и пошли за ним внутрь. Но на пороге пропустили вперед только меня и Стена. Алия и всадницы остались на улице.

Глава 17

Мы вошли в дом и я увидел терем из сказки. Деревянные стены большой комнаты были исписаны разноцветными узорами. Массивная мебель была украшена замысловатыми изразцами. То тут, то там висели охапки засохших трав. Всякие сосуды были нагромождены на столах. Как и полагается под потолком на шесте сидела ушастая сова и крутила головой вокруг своего туловища. Возле очага, в котором трещали поленья, спал большой кот. Все помещение было пропитано множеством ароматов. На подоконнике стояла незажженная свеча. На полках стояли старые истрепавшиеся от времени книги. В некоторых из них торчали закладки из сухих листьев. Так, наверное, и должно выглядеть жилище настоящего волшебника.

Старик присел на один из стульев и предложил нам сделать то – же самое.

– Значит, вы идете издалека. А как называется ваша страна?

– Она называется Дирланд.

– Нет, – сказал старик, – никогда не слышал о такой. А кто жители этой страны?

– Жители этой страны – животные. Но они разумные как мы. Недавно в их землю пришел Повелитель Крыс и стал угрожать Дирланду разорением.

– Повелитель Крыс?! – старик удивленно поднял брови. – Насколько мне известно его давным давно нет. Мои предки знали одного Повелителя Крыс, но это было сотни лет назад. Такого быть не может.

– Так оно и есть на самом деле. Этого человека мы знали раньше. Он присвоил себе это прозвище и получил власть над всей нечистью, живущей там.

– И чего он хочет?

– Он хочет перерыть всю землю Дирланда, чтобы достать алмазы. Но это очень плохой человек. Он уничтожит все, если мы позволим ему это сделать.

Старик задумчиво прошелся по комнате и спросил:

– Как я понимаю, вы хотите спросить у Оракула, как справиться с этим самозванцем?

– Да. Мы прошли очень длинный путь в надежде на это. Если мы этого не сделаем, Дирланд обречен.

Старик опять взволнованно прошелся туда-сюда и серьезно мне сказал:

– Вы хотя бы представляете себе, что такое Спящий Оракул?

– Ну нам говорили что-то о том, что он похож на пещеру и бросает камни.

Старик расстроенно покачал головой:

– Эх! Если бы вы знали на что идете. Нельзя сказать об Оракуле в двух словах. Он – это все и ничего. Он существует сам по себе, но знает все и обо всех.

– Но откуда он появился?

– Оракул был всегда. Он был, когда здесь еще не было лесов. Он был, когда еще моих предков здесь не было. Он – истина, которая старше всего, что можно себе представить. Понятие времени к нему неприменимо. Он был уже тогда, когда и времени не было.

– Но что это, что?!

– Этого не знает никто. Каждый видит в Оракуле что-то свое. Оракул открывает ему истину, которая подходит каждому отдельно. Известно только, что на злые помыслы Оракул не даст ответа. Но еще тяжелей попасть к нему. К нему нет дороги.

Я открыл рот от неожиданности.

– То есть… то есть как нет?

– Вот так и нет. Одни могут его найти, другие нет.

– А что же нам делать?

Старик встал и подошел ко мне и Стену.

– Чтобы найти Оракула, необходимо выбрать путь самому.

– Как… найти самому? Мы ведь не знаем этих мест. Как же мы можем выбрать путь?

– Путь не зависит от дороги. Вам достаточно выйти на улицу и пойти в том направлении, куда вам подсказывает сердце. И если вам повезет, то вы доберетесь до Оракула.

Я в растерянности смотрел на колдуна и не знал, что сказать.

– Но скажите, хотя бы, это близко или далеко?

Старик улыбнулся в ответ:

– Вы меня не совсем поняли, молодой человек. Здесь нет расстояния. Это может быть на расстоянии вытянутой руки, а может быть так далеко, что и ста жизней не хватит, чтобы туда дойти. Ни одно из наших понятий к Оракулу не применимо.

– Но кто-то же… ведь кто-нибудь его видел?

– Может видел, а может и нет. Тот, кто видел, наверное уже решил свою проблему, а тот, кто не видел, тот говорит, что его не существует. Попытайте счастья, может быть, вам и повезет.

– Но скажите, хотя бы, как ему задать свой вопрос?

– Ему не нужно задавать вопрос, он его уже знает. Он знает все вопросы, какие только могут возникнуть. И он знает, что вы ищете его. Но только от вас зависит, найдете вы его или нет. Он всегда спит.

– Что значит спит?

– Это значит, что он находится и здесь, и за пределами нашего понимания. Он дает свои ответы. Вот только не каждому дано их понять. Он видит свой сон и в нем находится твой ответ. Но если ты не рассмотришь его, то уже ничего больше не увидишь. Сны все разные и другого такого же не будет.

– Скажите, пожалуйста, а вы видели Спящего Оракула?

– Я? Нет. Мне незачем его искать. Я доволен своей жизнью и не хочу ее менять.

– Но вы знаете хоть кого-нибудь, кто его видел?

– Не знаю. Но если разговоры об Оракуле ведутся, значит он есть.

Я не знал, что сказать. Может это все выдумка?

– Но почему, тогда, мы шли в вашу сторону? Нам и в Дирланде указали этот путь.

– Я догадываюсь почему. Был один человек, который именно в наших краях нашел Оракула. Вы тоже о нем слышали.

– Но кто же это?

– Это тот самый Повелитель Крыс.

– Повелитель Крыс?!

– Да. Именно он. Но это, повторяю, было очень-очень давно.

– Значит, в Дирланде нам показали эту дорогу только на основании того, что Повелитель Крыс был здесь?

– Выходит, что так.

У меня не было слов.

Глава 18

Нам выделили прекрасное место для отдыха, но мне было не до сна. Наконец, я столкнулся с действительно непреодолимым препятствием. Раньше перед нами возникали вполне видимые преграды, через которые мы могли переступить. Но теперь я оказался в тупике. Весь тот огромный путь, полный опасностей и тревог, который мы прошли часто рискуя жизнью, оказался напрасным. Никто и нигде не знает, как найти Спящего Оракула. И есть ли он теперь вообще? Все время я был в полной уверенности, что мы хоть и медленно, но приближались к своей цели. А сейчас, получается, что с таким же успехом мы могли пойти и в противоположную сторону. Какое это имеет значение? Какая разница где искать, если то, что ты ищешь находится и везде и нигде?! Я сел в постели и обхватил голову руками. Мне хотелось и смеяться, и плакать. Боже мой, какие же мы идиоты! Проделать такой путь в заведомо неизвестном направлении! Что теперь? Разворачиваться и идти обратно? Я не мог принять такого решения самостоятельно.

На соседней кровати спал Стен и я решил его разбудить, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию.

– Эй, Стен! Стен, проснись, – сказал я шепотом, спустившись с кровати.

Стен повернулся в кровати и открыл заспанные глаза.

– Что такое, Майк? Нельзя до утра подождать?

– Нет, Стен. Мы должны сейчас же решить, что делать дальше.

– Но почему сейчас? – недовольно протянул Стен, натягивая на себя одеяло.

– Потому, что каждая минута промедления может обернуться для Дирланда несчастьем. Мы можем пригодиться там больше, чем здесь.

Стен удивленно на меня посмотрел и, протерев глаза, спросил:

– Но разве мы достигли того, к чему так долго шли?

– Стен, очнись! Неужели тебе не понятно, что вся эта наша затея – полный абсурд. Нет никакого Оракула, нет никакой дороги к нему! Здесь никто ничего не знает. Одни лишь слухи ходят. Кто-то когда-то кого-то нашел или что-то в этом роде. Неужели, ты не понял, что нас отправили в такой дальний путь опираясь лишь на слухи?

Стен почесал затылок и задумчиво произнес:

– Но, Майк… А как же Повелитель Крыс?

– Это тоже слухи Стен. Все это время мы шли к несуществующему. Подумай сам, если бы Оракул был где-то рядом, то неужели бы нам не указали к нему дорогу?

– Ты, пожалуй, прав, Майк. Но… но ведь старик верит в Оракула, и Королева, и даже твой отец…

– Да, Стен, – с горечью ответил я, – и я верил. Верил до самого конца. Но сейчас…

Я глубоко вздохнул и в комнате повисла долгая тишина. Мы сидели друг напротив друга и каждый думал об одном и том же. Нам было жаль впустую потраченных сил. Нам было обидно за то, что мы ежедневно рисковали своей жизнью и все зря. Получается, мы впустую чуть не были съеденными заживо на болоте? Получается, впустую мы мерзли в горах и теряли друг друга? Выходит, зря мы стали рабами у злобной Королевы и чудесным образом ушли от нее? А потеря верного орла в схватке со спрутом? А знакомство с Болотным Народом? А сражение с огромной гиеной..? Хотя, нет. Знакомство с Алией я считал подарком судьбы и уже ради этого стоило все вытерпеть. Но все остальное… Сейчас нужно подумать о возвращении назад… Тут меня прервал Стен:

– Майк, я всегда доверял тебе. Я поверил тебе и тогда, когда мы вместе решили идти сюда. Я верил тебе, когда был на волосок от смерти. И никогда не сомневался в правильности нашего выбора. Но теперь… Теперь, когда ты говоришь, что все это было зря, я тебе не верю. Не может так быть, что проделав такой сложный путь, мы остановимся и вернемся назад. Я много чего в своей жизни делал не так. Но лишь теперь я понял, что только сейчас я начал жить полноценной жизнью. Только сейчас по утрам я с радостью просыпаюсь и жду чего-то нового. Только сейчас мне хочется идти вперед навстречу неизвестному. Я не верю в то, что я ошибаюсь. Ты слышишь меня, Майк?

– Да, Стен, я слышу тебя, – грустно ответил я. – Но ты пойми, что мы оказались в тупике. Нам некуда идти. Никто не знает дороги.

– Но как же, Майки? Ведь ты слышал, что сказал старик. Он сказал, что мы сами должны найти дорогу.

– Эх, Стен. Если бы все было так легко. Это все бред старого колдуна, который сам не верит в свои слова.

– Майк, позволю себе не согласиться с тобой. Он не похож на выжившего из ума человека. Да, он немного странный, но вполне в своем уме. Стал бы он с нами разговаривать о том, чего нет. Да, он не знает дороги, но ведь он ясно нам сказал, что мы должны ее найти.

– Допустим, Стен, что Оракул существует. Но как мы можем быть уверены, что он где-то здесь? Может быть, он за десять тысяч миль отсюда, в параллельном мире, а еще более вероятно, что его нет.

– Э… Майк. Ты, наверное, невнимательно слушал колдуна. Он дал нам понять, что неважно, где искать Оракула. Я допускаю, что мы могли с таким же успехом искать его и в Дирланде. Но… Самое главное, что весь наш путь был не напрасным!

– Но… как же? Ведь ты только что сам сказал, что искать можно в любом месте?

Стен самодовольно посмотрел на меня и важно ответил:

– Все так. Но ты забыл об одном! Ты забыл о том, что если бы мы сюда не дошли, то никогда не узнали бы о том, как его искать.

Это удивительное по своей простоте умозаключение Стена немного сбило меня с толку, а Стен продолжал:

– Мы ведь искали какую-то реально существующую пещеру, которая находится в каком-то месте, а узнали, что Оракул – это что-то за гранью нашего понимания.

– Да, Стен. Все правильно. Но от этого разве легче?

– Конечно, легче. Теперь нам не нужно заморачиваться на всяких там проводников, а самим идти дальше.

– Но, Стен… В какую сторону нам идти?

Такого вопроса от меня он, наверное, не ожидал. Но немного подумав, Стен со своей невозмутимостью, ответил:

– А давай решим утром. Тем более, что теперь направление для нас не важно. Пойдем в ту сторону, где лучше дорога.

Против таких железных аргументов трудно было поспорить. Я еще немного полежал в кровати, но скоро, несмотря на мои тяжкие думы, мне все-таки удалось уснуть.

Глава 19

Утром, когда нас хорошенько накормили, мы решили продолжить продвижение к Спящему Оракулу. Несмотря на то, что у нас не было абсолютно никакого плана, Стен и Алия весело расхаживали по поселку. Чего нельзя было сказать обо мне. Я все думал, что скоро настанет тот миг, когда нужно будет сделать первый шаг в какую-нибудь сторону.

В два направления от поселка расходилась дорога, ведущая с правой стороны в лес, а с левой стороны в сторону реки. Лес мы вчера уже успели посмотреть, а вот куда течет река мы не знали. Интуиция подсказывала мне, что в лес лучше больше не нужно соваться. А вот вдоль реки пойти стоит. По крайней мере, мы будем защищены с одной стороны и у нас будет какой-никакой обзор. Хотя, какое это имеет значение, если мы все равно ничего не должны увидеть. От этого всего у меня дико раскалывалась голова и я не мог никак сосредоточиться на чем-то одном. Тем временем, нам приготовили еду в дорогу и дали по большому посоху каждому из нас. Он мог послужить как для опоры, так и в качестве оружия. Ближе к полудню мы вышли из поселка. Река, извиваясь, текла куда-то вдаль. Под ногами у нас была мягкая трава и в небе ярко светило солнце. Алия и Стен шли впереди, о чем-то разговаривая, а я уныло плелся сзади, то и дело спотыкаясь на ровном месте. На самом деле, я уже не верил в то, что мы что-то найдем. Но я шел потому, что в меня верило два человека, которые мне стали очень дороги. Сколько у нас хватил сил, чтобы вот так идти? Зачем мы идем? Куда мы идем? В какой-то момент мне стало все равно. Я решил не ломать себе голову этими мыслями, а просто попытаться не отстать от своих спутников. Когда солнце начало припекать, мы выбрали место в тени большого дерева и сели немного отдохнуть.

Что дальше? Может попытаться отговорить Стена от этой затеи? Выбрать момент поудобней и убедить его, что с таким же наслаждением мы можем идти и в обратную сторону. Но глядя на уверенный оптимизм своего друга, я не решался приводить ему свои доводы. Несчастный Стен. Он чувствует себя в пути лучше, чем дома. А Алия? Зачем ей все это теперь? Она свободна и может незаметно вернуться к себе домой. Может быть, это только из-за меня? Она готова идти куда глаза глядят лишь потому, что я рядом? Хотелось бы в это верить.

Отдохнув, мы пошли дальше. Река становилась шире, а берег стал неудобным для хоть бы. Чтобы хоть как-то отвлечься от своих мыслей, я предложил построить небольшой плот и спускаться вниз по реке. У нас были с собой веревки, которые мы взяли в поселке, а для плота мы выломали несколько десятков толстых палок покрупнее и таким образом у нас вышел неказистый, но довольно пригодный для спуска по спокойной реке, плот.

Когда мы отчалили от берега, время уже было ближе к вечеру. Часа два мы смело могли плыть по реке, не заботясь о том, что можем устать. Места на плоту было мало, но мы умудрились более-менее комфортно разместиться и теперь плыли, время от времени разговаривая на разные темы. Как далеко теперь мы были от исходной точки? Наверное, сотни миль. А может даже тысяча. Как там сейчас дела в Дирланде? Что делает мой отец?

Начало темнеть, а мы все ползли вниз по реке. Вдруг течение заметно усилилось. Весел у нас не было. У нас были с собой только посохи, которыми мы отталкивались от дна реки, чтобы как-то управлять плотом. Теперь же, до дна мы уже не доставали. Я начал волноваться. Спокойная, казалось бы, река становилась своенравной и несла нас все быстрее вперед. Нам оставалось только надеяться на то, что нас случайно прибьет к берегу. Но этого не происходило. Напротив, нас вынесло на самую середину потока и начало кружить. Мы поняли, что полностью потеряли контроль над плотом и нас несет вперед против нашей воли. Стен и я попытались как-то исправить ситуацию, но у нас не получалось. А река становилась все свирепее. Теперь начались пороги и нас начало швырять из стороны в сторону. Мы еле держались на ногах. Но самое страшное нас ждало впереди.

Через некоторое время мы услышали отдаленный гул и этот звук ничего хорошего для нас не предвещал. Мы приближались к водопаду. Чем ближе он к нам становился, тем сильнее рокот падающей воды отдавался в наших головах. Надо срочно что-то было делать. Но что? Прыгать в воду и вплавь добираться к берегу? Я спросил у Алии, хорошо ли она плавает, она утвердительно кивнула головой. А вот со Стеном назревали проблемы. Он совершенно не держался на воде. В этих условиях и опытный пловец с трудом смог бы добраться до берега. Мы проходили зловещие пороги, где о камень запросто можно было разбить голову, а до берега было не менее ста метров. Становилось понятно, что мы в западне. Я стал проклинать себя за то, что согласился идти в этот заведомо напрасный путь. Еще несколько дней назад, я нашел бы оправдание такому риску, но сейчас все было бессмысленно. Сейчас мы рисковали зря.

Водопад мы увидели еще издалека. Оглушающий шум миллионов тонн воды, падающей с огромной высоты перекрывал собой все остальные звуки. Сейчас нужно было принимать решение. Причем делать это очень быстро. Я показал знаками Стену, что если он прыгнет в воду, то я буду тащить его за собой. Сам я слабо верил в перспективу спасти его таким образом, но другого выхода у нас не было. Но Стен, к моему разочарованию, отказался от моего предложения и стал мне что-то кричать. Я не понимал, чего он хочет. Кое-как приблизившись к Стену, я смог разобрать его слова. То, что я услышал, повергло меня в шок.

– Майк, помнишь наш разговор со стариком? Так вот. Вот, что я сейчас понял. Он говорил нам о том, что мы сами должны выбрать дорогу. Так?

– Ну да, так. И что?

– А то, что мы не поняли самого главного! Не важно в какую сторону мы идем. Важно, что мы должны идти до конца. Ты понимаешь меня, Майк? До конца. Только так мы найдем Оракула. Именно это и есть та дорога, по которой мы должны его найти. Если мы выбрали эту реку, то пусть это будет река. Но мы не должны сворачивать с пути. Ни за что!

Я посмотрел на Стена, как на сумасшедшего.

– Ты в своем уме, Стен?! Посмотри вперед. После этого водопада тебе уже не Оракул будет нужен, а хороший водолаз. Мы разобьемся. Если до сих пор нам везло, это не значит, что мы и сейчас проскочим. Чудес не бывает, Стен.

– Хорошо, Майк. Ты уверен, что мы сможем доплыть до берега?

Я скептически посмотрел на реку и покачал головой:

– Пока мы с тобой спорили, это уже не возможно.

– Ну вот видишь! Какая разница как погибать? Но так у нас будет шанс найти Оракула.

«Бедный Стен! – подумал я. – Он окончательно спятил. Ну что же. В чем-то он уже прав. Теперь до берега и мне доплыть нереально.»

Через минуту мы почувствовали резкий удар о камень и наш плот разлетелся на части. Нас выкинуло в воду и мы, отчаянно цепляясь за останки плота, стали приближаться к пропасти. Сейчас я уже не питал никаких иллюзий по поводу нашего спасения. Это было невозможным. Я посмотрел вперед и увидел, что высота водопада составляет не менее двухсот футов. После падения с такой высоты ничто живое не выживет. Все! Это конец. Я лишь краем глаза посмотрел на Алию, которую отнесло от меня на некоторое расстояние и мне стало жаль эту девушку. Она связалась с нами и погибает ни за что.

Несколько секунд и мы оказались у края бездны. Я поймал взгляд Стена. Его лицо выражало спокойствие. Ну что же, он умирает с высоко поднятой головой. Наверное, так и надо.

Я закрыл глаза. Провал и мы летим вниз…

Глава 20

Красивые картинки. А это непонятно что. Состояние невесомости начало покидать меня. Я опустился на землю мягко и плавно. Где я? Почему так тепло? Что за образы меня посещали? Было что-то из детства, а что-то вообще не со мной.

Случилось то, что не должно было случиться. Я опять не умер. Возможно…

Память медленно возвращалась ко мне. Я услышал запах дыма и открыл глаза. Невероятно, но рядом со мной сидел абсолютно живой Стен и что-то жарил на костре.

– Ну что проснулся, утопленник? – спросил у меня он, переворачивая на огне свою добычу. – Видишь все живы.

– Мы что, правда это сделали?

– А как же!

– А где Алия? – взволнованно спросил я.

– Все нормально, она сушит свою одежду за кустом. Ну как самочувствие?

– Как ни странно, неплохо. Мне как-то не верится, что мы выживем после такого падения.

– Да я и сам особо не надеялся. Зато посмотри куда мы попали.

Я оглянулся по сторонам и увидел вдали ровную площадку, на которой странным образом находилась абсолютно гладкая скала прямоугольной формы. Рядом не было никаких гор и это было странным. Скала явно была рукотворной, или мне так казалось, но в природе такого я еще никогда не видел.

– Видел, Майк! Вот он!

– Кто он?

– Как кто? Оракул.

Я опять тупо уставился на скалу и спросил:

– Подожди. Когда мы подплыли к краю водопада я ничего такого впереди не видел. Внизу было продолжение реки и все.

– Ну да, и я не видел. И Алия. Этого внизу не было.

– Но тогда, откуда же оно взялось? Я что-то пропустил?

– Понятия не имею откуда. Но когда мы выбрались из воды оно уже здесь стояло.

– Но этого не может быть! Не было и вдруг появилось.

– Значит может.

Я встал на ноги и осмотрелся. Да, водопад есть, река есть, но как могло такое случиться, что вместо того, чтобы разбиться, мы нашли то, что искали?

Из-за кустов вышла Алия и я радостно бросился к ней. Мы впервые стояли обнявшись и нам за это не было стыдно. Мы слишком много пережили вместе, чтобы искать какое-то объяснение своим чувствам. Сейчас я был счастлив как никогда. Мне не верилось, что мы находимся возле цели своего путешествия. Но не ошибаемся ли мы?

Мои мысли прервал Стен, приглашавший нас к ужину. Оказалось, что он каким-то образом раздобыл немаленькую рыбину и теперь мы с жадностью поглощали это угощение. Нам теперь точно нужны были силы для того, чтобы закончить наше путешествие.

Тем временем, окончательно стемнело и мы решили на завтра отложить исследование прямоугольной скалы. Было не холодно и мы улеглись спать прямо на землю. Стен и Алия быстро заснули, а я лежал и смотрел на звездное небо. Только сейчас я поймал себя на мысли о том, что это чужое небо. Здесь совсем другие звезды, совсем другие созвездия и совсем другая Луна. Все похоже на наш обычный мир, но все равно, это не он. Что ждет нас завтра? Я еще не до конца верил, что мы увидели Спящего Оракула. Получается, старик из Лесного Города оказался прав? Только не сворачивая с намеченного пути, мы смогли преодолеть все трудности. А ведь это все заслуга Стена! Если бы не он, то я, наверняка, еще в Лесном Городе решил бы идти обратно. Если бы не он, то я никогда в жизни не решился бы на отчаянный прыжок с огромной высоты. И это все простак Стен. Я с благодарностью посмотрел на спящего друга и понял, что моя судьба теперь тесно переплетена с его судьбой. Мы сделали почти невозможное. Мы дошли. Но это ли конец наших злоключений? И что уготовил нам этот Оракул? Сможем ли мы получить ответ на свой вопрос? Теперь мне казалось, что эта задача будет неимоверно трудной. Почему Оракул должен нам отвечать? И все таки что он из себя представляет? То что, это не простая скала, я уже догадывался. Во-первых, таких скал не бывает. Во-вторых она чудесным образом появилась недалеко от места нашего спасения. В-третьих, отсюда мне не было видно никакого входа, хотя сейчас было темно и я мог ошибаться. Я видел перед собой только темный неподвижный силуэт и все. Скала замерла и ничем не была приметной, кроме своей правильной формы. Как нам себя вести с Оракулом? Опасно ли это? Но в любом случае, мы сможем это узнать только завтра.

Глава 21

Начинался день, который должен был принести нам долгожданное окончание нашего пути к Спящему Оракулу. Как только рассвело, мы решили не мешкая приблизиться к загадочной скале. Чтобы подойти к Оракулу, нам необходимо было пройти около тысячи футов. Когда мы начали приближаться к скале, то увидели, что она довольно высокая, не менее ста футов в высоту. Входа с этой стороны, действительно, не было и мы решили обойти вокруг. Но и с других сторон ничего похожего на двери не было. Мы остановились в задумчивости. Что дальше? Никаких предложений не поступало. Скала была абсолютно гладкой. Правда, на одной из сторон на высоте примерно семидесяти футов, мы обнаружили изображение двух огромных раскосых глаз, которые были закрыты. Поскольку ничего похожего с других сторон не было, мы решили, что это и есть лицевая сторона. Странно, но мне показалось, что скала очень легкая, почти невесомая. Хотя она стояла на земле, создавалось впечатление, что под ней даже трава не примялась. Я дотронулся до поверхности скалы и почувствовал легкую, еле ощутимую вибрацию. Стен и Алия последовали моему примеру и тоже ощутили слабые колебания поверхности. Это было похоже на работу какого-то отдаленного механизма. Кроме того, несмотря на то, что солнце уже светило во всю, скала была прохладной. Это говорило о том, что внутри должна быть еще более низкая температура. Тогда я решил постучать кулаком по гладкой поверхности и услышал глухой звук, говорящий о том, что за стеной находится пустота. Значит, внешний вид скалы – это лишь оболочка. На самом деле, внутри не горная порода, а что-то другое. Кто создал такую конструкцию? Я еще раз окинул взглядом это сооружение и пришел к выводу, что определить возраст всего этого невозможно. На первый взгляд, казалось, что скала была создана совсем недавно, но при более тщательном рассмотрении было видно, что на гладкой поверхности отпечатались следы многих временных периодов. Значит, Спящий Оракул – такое древнее творение, что представить себе его возраст просто нельзя. Сколько людей в разные времена приходили к нему? Какие вопросы они ему задавали и получали ли они ответы? Сейчас, глядя на эту огромную твердыню, я и понятия не имел, как обратить на себя внимание. Может стоит ударить чем-нибудь тяжелым по скале? Нет, рисковать не нужно. Еще не известно, какая на это последует реакция. Глаза на скале изображены закрытыми. Что же, это полностью соответствует названию. Спящий Оракул. Я попытался вспомнить слова Верховного Оленя о Том Кто Спит. Олень говорил, что Спящий бросает камни и рисует знаки. Пока никаких камней я не замечал. Скала была полностью монолитной. И нигде вокруг я не замечал каких-нибудь камней. Мы находились на абсолютно ровной и чистой площадке, которая появилась из ниоткуда. Кроме нарисованных глаз, никаких знаков не было. Что в понимании Оленя бросать камни и рисовать знаки? Оставалось надеяться на то, что это все будет внутри. Но как нам попасть внутрь, если не видно ни одной щели в скале? Возможно, мы чего-то не заметили? Я предложил еще раз обойти всю конструкцию вокруг. Но теперь мы шли очень медленно и внимательно осматривали скалу. Нет. Ничего нового. Мне уже начинало все это надоедать. Нам что, просто сесть на землю перед нарисованными глазами и ждать не зная чего? Или бесконечно ходить вокруг пока не устанут ноги? Если этот Оракул и вправду знает все на свете, то о нас он, по-моему, не догадывается. Почему он стоит здесь перед нами? Ведь, от этого нет никакого толку. Или мы должны сделать что-то, чтобы он проснулся? Но что? Я подошел к Стену и спросил:

– Стен, как ты думаешь, что мы должны сделать, чтобы попасть внутрь?

Стен пожал плечами и ответил:

– Откуда мне знать? Может, нужно немного подождать, чтобы эта штуковина сама нас впустила?

– Возможно. Но так могут пройти и годы.

– Не думаю. Зачем ей тогда нужно было здесь появляться? Это неспроста.

– Да, но просто вот так здесь стоять тоже непонятно зачем.

– Мне кажется, что еще не наступило время для нас.

– И, когда же, оно наступит?

– Я думаю скоро. Нам остается только ждать.

Мне нечего было возразить Стену, и я подошел к сидящей неподалеку Алии. Она задумчиво смотрела на скалу, подперев кулаком подбородок.

– Как ты думаешь, Алия, мы нашли то, что искали?

Алия посмотрела на меня и медленно ответила:

– Я уверена, что это и есть Оракул. Но мне как-то неспокойно. Я чувствую, что что-то должно произойти. И это будет очень скоро.

– Странно, я ничего не чувствую.

– Меня не покидает ощущение, что эта скала не настолько безобидная, как кажется. Она сейчас наблюдает за нами.

Я удивленно поднял брови.

– Наблюдает? С чего ты взяла?

– Я не знаю, но у меня такое чувство, что на меня пристально смотрят. Вот и сейчас я ощущаю чей-то сильный взгляд.

– И чей же это взгляд? Человеческий или нет?

– Я не могу определить. Это что-то другое, незнакомое мне. Оно изучает нас и от этого становится страшно.

– Ты считаешь, что Оракул может навредить нам?

– Я этого не сказала, но мне кажется, что от наших дальнейших действий зависит, как с нами поступят.

– Но какие действия нам совершать? Танцевать перед нарисованными глазами?

– Пока ждать.

– Вот и Стен так говорит. Ну что же, я подчиняюсь большинству. Будем ничего не делать и ждать.

После этого, я растянулся на земле возле Алии и стал смотреть в небо. Интересная получалась картина. Посреди поля стоит прямоугольная скала, а возле нее находятся трое людей и ничего не делают.

Так прошло пару часов и мне, в конце концов, надоело терять время впустую. Я еще раз обошел скалу вокруг и, не обнаружив ничего нового, решил спуститься к реке. Там росли густые кусты и я, от нечего делать, выломал себе большую, увесистую палку. После всех событий, происшедших со мной до этого, я уже не мог оставаться без какого-либо оружия. Может быть эта дубина мне и не пригодится, но так спокойней. Когда я вернулся обратно, то возле скалы никого не было. Я удивился этому. Может быть, Алия и Стен тоже пошли прогуляться? Но почему они не предупредили меня? Я сел на землю и стал ждать. Прошел еще час, но никто не приходил. Я начал волноваться. Неужели, их похитил кто-нибудь? Но кто? Здесь никого нет. Никаких следов борьбы я не обнаружил. На месте, где сидел Стен были следы от его ног и больше ничего. Эти следы вели прямо к скале и там обрывались. Меня озадачил этот факт. Не прошел же Стен сквозь скалу? Но как тогда это объяснить? Я уперся обеими ладонями в гладкую поверхность скалы и мне показалось, что я ее немного сдвинул. Не может быть! Как можно сдвинуть скалу?! Тогда я еще раз повторил то же самое и, действительно, обнаружил, что скала переместилась не менее, чем на три фута. Вот это да! Оказывается ее можно передвигать! А что, если попробовать ее приподнять? Я подошел к углу скалы и обхватил ее с двух сторон. Затем немного присел и, оттолкнувшись от земли, резко встал. Удивительно, но скала приподнялась и сейчас находилась в моих руках! Я свободно держал в своих ладонях огромное по своим размерам сооружение и не чувствовал тяжести! Вот в чем дело! Стен и Алия тоже обнаружили эту особенность и таким образом проникли внутрь. Но почему они не позвали меня? Это было странным. Они бросили меня одного, а сами залезли под скалу. Здесь что-то не так. В любом случае, я должен их найти.

Приподняв скалу над своей головой я ничего особенного не увидел. Темнота. Такая же картина будет, если заглянуть снизу в коробку из-под радиоприемника. Только эта коробка была в тысячи раз больше. Ничего другого не придумав, я шагнул под скалу и тихонько опустил ее на себя, оказавшись внутри.

Глава 22

Когда я очутился в полной темноте, я осознал, что не чувствую под собой земли. Мои ноги свободно ступали по воздуху и мне не было понятно нахожусь я сейчас в нормальном положении или вверх ногами. Странное, доселе незнакомое мне ощущение невесомости охватило меня. Я ничего не видел, но понимал, что могу идти параллельно полу или под углом к нему. Законы физики здесь не действовали. Я готов был поспорить на что угодно, что за несколько минут я преодолел расстояние большее, чем размер скалы. Вокруг царила абсолютная тишина. Я даже чувствовал, как бьется мое сердце. Как в немом кино я продвигался вперед, не касаясь пола. Если бы мне такое рассказали, я никогда в жизни этому не поверил бы. Все, что происходило со мной раньше, было подчинено каким-то правилам и это как-то можно было бы объяснить. Но это…

Сколько я так прошел, я не знал. Мне показалось, что само время здесь остановилось. Может полчаса прошло, а может несколько дней, это определить было невозможно. Как ни странно, но тревоги я не чувствовал. Меня охватило такое спокойствие, что мне теперь было все равно, что будет со мной, что будет с моими друзьями и что будет с Дирландом. Все теперь казалось мне неважным. Важным было что-то другое, но не это. Важным был мой путь, как я его пройду и что будет в конце. Я настойчиво шел вперед к какой-то очень ценной для меня цели. Я все отбросил и только это сейчас было для меня первоочередным заданием. Кто-то начал думать за меня и я покорно повиновался его указаниям. Ноги сами поднимались и опускались без моего участия. Я показался себе марионеткой на веревочке, которой управляют умелые руки. Мне это начинало нравиться. За меня принимали решения и даже управляли моим телом. Всю свою жизнь я был вынужден предпринимать те или иные действия, чтобы руководить своей судьбой. А здесь все уже было предначертано. Зачем мне нужен мозг? За меня и так все уже решили. Меня куда-то ведут, но какая мне сейчас разница? Пусть тот, кто управляет мною и думает за меня, сам решит, что дальше будет. Я лучше посплю.

Яркий свет заставил меня открыть глаза и я увидел, что вишу в воздухе. Рядом со мной висели Стен и Алия. В их глазах была та же покорная умиротворенность, что и в моих. Мне не хотелось говорить с ними, а им не хотелось говорить со мной. Это сейчас не важно. Важны рисунки у нас под ногами. Они настолько важны, что остальное даже не имеет права прийти в наши головы. Нужно внимательно смотреть вниз и ждать момента. Какого момента?

Под ногами у нас находилась огромная мозаика из миллионов разноцветных камешков, которые бесконечно двигались по земле и складывались в тысячи всевозможных рисунков. Одни изображения напоминали мне лица людей, другие фигуры зверей и птиц, третьи – вообще мне ничего не напоминали. Это были какие-то хитроумные быстро меняющиеся узоры, геометрические фигуры или хаотично разбросанные точки. Все это было похоже на гигантский живой ковер. Сейчас он мне казался самым главным местом на земле. По велению чьего-то могучего разума, я должен был внимательно смотреть на все, что происходило внизу и запоминать все до мельчайшей подробности. Если я что-то упущу, то это будет самым ужасным, что я мог бы сделать. Я на это просто не имею права. Мои глаза бешено двигались в разные стороны и схватывали самое мельчайшее изменение в рисунках. Я боялся что-либо упустить. Мои руки и ноги дергались сами по себе в разные стороны, а голова была как деревянная. Я, наверное, уже запомнил несколько тысяч изображений, но мне этого было мало. Я не мог остановиться. Еще, еще! Сумев на мгновение отвлечься, я заметил, что нахожусь в огромной пещере, стены которой дрожат. Почему они дрожат? Они пропускают через себя огромную энергию, которая двигает камешки у меня под ногами. Я начал чувствовать чью-то боль и чью-то радость. Те рисунки, которые я уже успел запомнить, начали складываться для меня в единую картину. Я медленно закрыл глаза и увидел себя, бегущим куда-то по городу. Вокруг меня проходят тысячи людей, но они меня не видят. Я бегу прямо по проезжей части, но машины двигаются сквозь меня, не причиняя мне вреда. Я забегаю в какое-то здание и бегу вверх по ступенькам, потому что мне некогда ждать лифта. Я выбегаю на крышу здания и бегу по ней. Крыша заканчивается, но я не падаю, а продолжаю бежать по воздуху. Вдруг, я резко останавливаюсь и смотрю вниз. А внизу уже не город, а море, в котором я вижу огромного кита, отдыхающего на волнах. Вот какие-то люди на лодке незаметно приблизились к киту и бросили в него гарпун. Я сразу ощущаю боль и кричу что есть сил. Но людям внизу не до меня. Они радуются богатой добыче. Тогда я прыгаю с высоты прямо в воду, но оказываюсь в пустыне, где ярко светит солнце и всюду лишь песок. Я иду по пустыне и мне сильно хочется пить. Вдали я вижу фонтан, бьющий прямо из-под земли. Я дохожу до фонтана, но не могу дотянуться до воды. Она рядом, в шаге от меня, но я делаю шаг за шагом, а остаюсь на месте. Тогда я падаю в песок, но оказываюсь в траве. Я поднимаю голову и вижу, что нахожусь в Дирланде. Рядом пасутся олени, а в небе парят орлы. Вдруг, я замечаю вдали огромную крадущуюся крысу, которая собирается напасть на одинокого олененка, отбившегося от стада. Я подбегаю к крысе и бью ее палкой, но она даже не видит меня. Тогда я кричу оленям, чтобы они помогли своему детенышу, но они ничего не замечают. Олененок погибает и его тащит с собой крыса. Я бегу к заливу и, не погружаясь в воду, перебираюсь на тот берег. Здесь построены огромные стены. Крепость, виднеющаяся вдалеке, охраняется всевозможными гадами. На балкон выходит Повелитель Крыс и жестом приказывает им начать наступление. Меня он не замечает. Я забегаю по стене к нему и требую прекратить атаку, но он занят своим делом. Почему крысы, жабы, черви и вороны с обезьянами слушают его? Я пробираюсь внутрь логова Повелителя Крыс, хожу по всем комнатам, но не нахожу ответа. И вдруг, во дворе крепости я вижу Спящего Оракула. Но этого не может быть. Он же здесь! Нет это какой-то другой Оракул. Он не такой старый, как этот. И он черного цвета. Почему он черный? И как он оказался здесь? Я открываю глаза и вижу, что по-прежнему вишу в воздухе, но теперь я вишу уже параллельно полу лицом вниз. Оракул хочет, чтобы я еще внимательнее за всем наблюдал. Картинки меняются с сумасшедшей скоростью. Зрачки мои расширены и в голове начинает пульсировать кровь. Я начинаю понимать, что Оракул отматывает назад время и показывает нам давно прошедшие времена. Вот какой-то человек стоит возле этого самого Оракула, а вот он уже висит как я лицом вниз. Он запомнил все рисунки, но требует еще. Оракул показывает ему все. Человек кричит и требует дать ему ответ на его вопрос. Стены Оракула начинают сильно дрожать, но человек не унимается и требует ответа. Что же спрашивает он? И теперь картинки перед моими глазами замедляются. Человек потребовал от Оракула раскрыть ему свои тайны. Оракул не сделал этого. Но взамен он показывает этому человеку, что может создать свою копию, где тот захочет. Человек соглашается и на полу появляется рисунок крысы. Человек воспользовался Оракулом и вынудил его взамен на ответы на свои вопросы создать ему такого же Оракула. И тот не смог воспротивиться этому. Оракул всегда отвечает на то, что у него спрашивают, но раскрывать свои тайны он не стал. Человек перехитрил Оракула. И этот человек – Повелитель Крыс! Тот самый, о котором говорила Королева. Вот его тайна. Он завладел самым могущественным оружием, которое может быть. Но Оракул сумел ограничить возможности своей копии. Черный Оракул не может управлять людьми! И это его слабое место!

Камешки замерли на месте и стены перестали дрожать. Оракул уснул. Он дал нам полный ответ на наш вопрос. Мы узнали то, что хотели. И то, что мы узнали, оказалось для нас ошеломляющим. Нам придется уничтожить самое сильное оружие на свете. Как это сделать? Есть ли вообще способ его уничтожить? Повелитель Крыс как зеницу ока охраняет Черного Оракула. На нем держится его власть. Но теперь мы знаем, что нам делать!

Наши тела медленно приняли нормальное положение и неведомая сила, управляя нашим сознанием, понесла нас куда-то в кромешной тьме. Руки и ноги так же двигались без нашего участия и мы, постепенно приходя в себя, продвигались к выходу из Оракула. Того невероятного ответа, который мы получили, мы никак не ожидали. Проделав огромный путь к Спящему Оракулу, мы узнали, что это именно он, пусть не по своей воле, создал угрозу Дирланду. Как он это сделал? Этого, наверное, мы не узнаем никогда.

Часть 3

Битва за Черный Оракул

Глава 1

Оказавшись за пределами Спящего Оракула, мы без сил упали на землю. Увиденного нам хватит теперь на всю оставшуюся жизнь. С какой силой мы только что имели дело? Что за могучий разум создал такое невероятное по своей сути творение? Гениальность Оракула была абсолютной. Какова его природа? Ответ на это находится выше нашего понимания. Ведь если подумать, то Оракул – это самое совершенное оружие из всех, которые себе только можно представить. Владеющий таким сверхъестественным созданием может без труда подчинить себе весь мир. Оракул-это знание и память всего сущего. Это средоточие всех чувств, мыслей и желаний. Как он нам открылся? Почему? Рассматривает ли он нас как часть себя? Видит ли он в нас необходимую частичку для своей мозаики? Но факт оставался фактом. В своей безраздельной открытости, Оракул несет и угрозу. Он создал подобие себя. Неполноценную копию, но способную на ужасные вещи. Возможно, с нашей помощью, он пытается исправить свою ошибку. Он увидел в нас тот способ, который поможет ему избавиться от своего детища.

Я поймал себя на мысли, что слишком многие заинтересованы в нас. Дирланд ждет от нашего счастливого возвращения путь к своему спасению, Королева Мириаэльда с нашей помощью надеется расправиться с лже-Повелителем Крыс, даже Спящий Оракул получает выгоду от нас. Получается, что от меня и Стена сейчас зависят все события, которые будут происходить в этом мире. У меня захватило дух. Обыкновенный продавец подержанных вещей из Чикаго, который иногда даже не мог купить себе поесть, здесь стал ключевой фигурой. Это не может быть стечение обстоятельств. Все началось с обыкновенной пуговицы. Такая безделушка создала такой хаос, который не может присниться даже во сне. Кто бы мог подумать!

Сейчас, когда мне была известна тайна Повелителя Крыс, я находился в растерянности. Что мы имеем? Мы знаем, что в Дирланде находится Черный Оракул. Мы знаем, что Рэтлинг, называемый Повелителем Крыс, с помощью него контролирует своих тварей. И мы знаем, что Рэтлинг собрал армию из этих гадов для разорения Дирланда. Он по-прежнему хочет забрать с собой все алмазы, чтобы в своем мире стать самым богатым человеком. Ему нужна одна простая пуговица, которая исчезла бесследно. Он в это не верит и продолжает делать свое дело. Если он поймет, что пуговицы уже нет, то все равно уничтожит Дирланд из мести. Он, в любом случае, останется Повелителем Крыс. Но его не прельщает такая участь. Он не хочет закончить свою жизнь в обществе омерзительных созданий. Что ему остается? То же, что и раньше. Убивать. В компании с крысами, жабами и червями любой, даже самый стойкий человек, станет хуже, чем был. Если Рэтлинг дошел до того, что печатает книги для обезьян, то это о многом говорит. Он закрылся в неприступной крепости, охраняемый тысячами слуг. Он строит военные механизмы для войны с Дирландом. Он посылает своих подчиненных на разведку. Но откуда такая ненависть? Вдруг одна мысль посетила меня. А что, если Повелитель Крыс потерял рассудок из-за долгого общения с Черным Оракулом? Это вполне может быть. Я и сам, находясь в подвешенном положении, постоянно терял ощущение действительности. Мне все время казалось, что это происходит не со мной и не в этом времени. А Рэтлинг вынужден каждый день обращаться к Черному Оракулу, чтобы с его помощью контролировать своих крыс. От этого кто угодно сойдет с ума.

Я поднялся на ноги и помог встать Алии и Стену. Они, как и я, сейчас находились на грани потери рассудка. Пора было возвращаться к действительности. Оракул продолжал по-прежнему оставаться на месте, но желания приближаться к нему у меня больше не было. Еще одного такого испытания я не смогу выдержать. В данный момент все проблемы казались мне какими-то далекими. Решив один вопрос, мы получили еще несколько. Как нам отсюда выбраться? Как лишить Рэтлинга Черного Оракула? И вообще, не поздно ли уже? Возможно, Дирланд давно разрушен, мой отец погиб и вернуться в свой обычный мир уже невозможно. В это мне верить совсем не хотелось.

Стен, по видимому, начал приходить в себя. Алия еще отрешенно смотрела по сторонам, а я тупо смотрел вдаль перед собой и пытался собраться с мыслями.

– Стен, ты уже вернулся назад? – шутливо спросил я, хотя мне совсем было не до шуток.

Стен крутанул головой, как бы стряхивая с себя впечатления от увиденного, и ответил:

– Да, я уже здесь. Но не уверен, что полностью. У меня до сих пор стоят перед глазами эти картинки. Еще немного и я бы сошел с ума. Нас в Дирланде не предупреждали, что мы такое увидим.

– Мне кажется, что в Дирланде никто такого и не видел. Если бы вы не увидели того же самого, я бы подумал, что это все мне привиделось.

– Никогда в жизни я больше не соглашусь общаться со Спящим Оракулом. У меня было ощущение, что это был не я. Как будто в мое тело кто-то влез и начал двигать моими руками и ногами.

Я улыбнулся.

– Не беспокойся, Стен. То же самое чувствовал и я. Но как бы то ни было, мы узнали что хотели и теперь можем возвращаться назад.

– Мы то да, а вот как Алия?

Я вздрогнул при этих словах. Мне не хотелось терять девушку, которую я, кажется, полюбил. Но это был ее мир. У нее есть отец и он ждет ее. Что ей делать в Дирланде? Но самое главное, что ей делать в моем мире. Имею ли я право забрать ее с собой? И не будет ли смертельно опасным для нее дальнейший путь со мной? Я посмотрел на нее и не решался задать вопрос. Алия окончательно отошла от всех впечатлений и теперь задумчиво смотрела на Оракула. Я подошел к ней.

– Алия, – робко начал я. – Мы сделали то, что хотели. Нам предстоит путь назад. Он не менее опасный, чем дорога сюда. Твой дом не так далеко как наш. Если ты хочешь, мы проводим тебя к отцу и ты будешь счастлива. Но я… я бы хотел чтобы…

– Не говори ничего, – перебила меня взволнованная Алия. – Если я не помешаю вам, если вы согласитесь взять меня с собой, то я… я…

Я все понял. Больше ничего мне не нужно было знать. Я поцелуем прервал ее слова и это мгновение показалось мне самым счастливым в моей жизни. Она хочет быть со мной. Что может быть лучше?! В этом тяжелом пути я нашел свою судьбу и теперь ни за что на свете не хотел терять свою возлюбленную. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы она была счастлива.

Обратный путь будет полон опасностей и тревог, но рядом с ней я чувствовал себя сильнее. Я видел смысл в сражениях с врагами, я чувствовал ответственность за это прекрасное и хрупкое существо, рядом с которым я имел честь быть. И еще я узнал, что у меня есть настоящий друг, который жертвуя собой, шел вместе со мной и не боялся вступать в бой со всеми, кто угрожал нашей жизни. Сейчас я чувствовал себя самым счастливым на свете человеком. Со мной рядом была любящая женщина и со мной рядом был настоящий друг. Что может быть лучше?! Теперь мне не страшны любые невзгоды. Пусть мне опять придется мерзнуть в горах. Пусть мне опять придется сражаться с ужасными чудовищами и тонуть в болотах. Какое теперь это имело значение?! Я готов был днем и ночью идти вперед и преодолевать самые опасные преграды. Это и есть жизнь. Жизнь, которую дано прожить далеко не всем. Прав был колдун из Лесного Города. Нужно выбрать свой путь и идти по нему, не сворачивая. Пусть этот путь тяжелый и опасный, но это твой путь. И ты должен пройти его до конца!

Глава 2

Мы провели ночь возле Оракула. Какой сейчас был день? Какой сейчас был месяц? Когда мы проснулись, то увидели, что со Спящим Оракулом было что-то не то. Он сильно вибрировал и гудел. Такого раньше не было. Раньше было абсолютная тишина. Теперь даже по земле нам передавалась дрожь этого удивительного создания. Что это могло означать? Возможно, Оракул собирался покинуть нас? Но нет, он по-прежнему оставался на месте и никуда не девался. Тогда я приблизился к нему и попытался дотронуться до него. Как только я коснулся ладонями его гладкой поверхности, я ощутил странное чувство, что мне никуда не нужно идти. Мне показалось, что до Дирланда рукой подать и не стоит заново терпеть лишения, чтобы вернуться назад. Я позвал к себе Алию и Стена, и они также положили свои ладони на поверхность Оракула. Наши мысли мгновенно слились вместе. С огромной скоростью мы неслись над лесами, горами и реками. За считанные секунды мы преодолевали большие расстояния. Под нами промелькнул Мириаэльд, затем показались заснеженные вершины. Через мгновение мы пролетели над мрачными болотами и опять показался лес. От ветра у нас начали слезиться глаза. Закрыв глаза мы летели, не зная куда. Нас начало крутить во все стороны. Я почувствовал, что опускаюсь вниз. Внезапно все утихло и я открыл глаза. Мы находились в зале Великих Оленей. Я, Алия и Стен лежали на полу в центре зала. Никого больше не было. Я не уставал удивляться способностям Оракула. За какие-то мгновения нам удалось преодолеть расстояние, которое измерялось сотнями миль. Оракул по своей воле решил помочь нам. Мы были избавлены от необходимости преодолевать все трудности пути во второй раз.

Мы поднялись на ноги и огляделись по сторонам. Ничего не изменилось. Тот же зал, те же статуи оленей, все как было. Значит, мы не опоздали. Сейчас очень важно разыскать отца и рассказать ему о том, что нам стало известно.

В одном из коридоров раздались шаги. Я повернулся на звук и увидел спешащего к нам отца. Его лицо выражало сильную усталость, но при виде нас он расплылся в широкой улыбке.

– Майк! Стен! Вы вернулись.

Отец обнял меня и Стена, а на Алию посмотрел с любопытством.

– Я вижу, вы не только остались целы, но и обзавелись прекрасной попутчицей.

Я немного смутился и ответил:

– Отец, Алия – моя девушка. Я тебе позже расскажу, как мы с ней познакомились. А сейчас я должен очень много тебе рассказать.

Отец серьезно посмотрел на меня и сказал:

– Да, ты прав. За время вашего отсутствия, мы уже отбили несколько атак с того берега. Но это была лишь проба сил. Рэтлинг почти закончил подготовку к нападению и со дня на день пойдет в наступление. У нас нет шансов справиться с ним. Все зависит от того, что вам удалось узнать. Или вы не смогли найти Того Кто Спит?

– Отец, мы нашли его. Его называют Спящим Оракулом. Но начну с того, что я обнаружил интересную особенность. Люди, которые попадались нам на пути говорили по-французски.

Глаза отца расширились от удивления.

– Люди?! Ты говоришь, люди?!

– Именно так. Самые настоящие люди. Они, конечно, очень сильно отстают от нас в плане развития, но находятся, где-то на уровне Средневековья.

– В самом деле?

– Конечно. Помнишь, ты сам говорил нам о том, что именно во Франции ты, Барни и Рэтлинг нашли пещеру с выходом в Дирланд?

– Да, так оно и было.

– Так вот, мне кажется, что это не может быть совпадением. Я думаю, предки тех людей, которых я повстречал, давным давно также попали из нашего мира в этот. А потом расселились повсюду. Иначе, как это можно объяснить?

Отец задумчиво посмотрел на меня и ответил:

– Пожалуй, ты прав. И как же они живут?

– Ты не поверишь, но у них рабовладельческий строй. Одно сильное племя угнетает остальных. Причем, у них очень развито колдовство.

– Колдовство?

– Вот именно. Причем неплохо развито. Я бы сам в это не поверил, если бы не увидел своими глазами. В каждом племени у них есть свой колдун. Некоторые из них очень преуспели в этом деле.

– Что вы еще увидели?

– Мне удалось разгадать загадку вот этого рисунка на стене.

Я подвел отца к изображению, на котором была нарисована сцена битвы.

– Вот эти маленькие человечки-дикари, которые живут теперь на болоте. Они не знают ни одного из наших языков, но я уверен, что они просто одичали. Болотный Народ, как я их называю, вполне добрые люди. Вот этот человек на жабе – Повелитель Крыс.

Отец ошарашенно уставился на меня.

– Повелитель Крыс?!

– Абсолютно верно. Но только этот жил сотни лет назад, когда эти места населял Болотный Народ. И я думаю, тогда они жили намного лучше, чем теперь. Но Повелитель Крыс каким-то образом изгнал их отсюда и они были вынуждены уйти в болота. Сейчас они об этом ничего не помнят.

– Выходит, Рэтлинг повторил чей-то путь и встал во главе своей армии. Но… но как ему это удалось?

– А вот этого, отец, в двух словах не объяснишь. Во-первых, Спящий Оракул-это нечто такое, чего мы даже представить себе не могли. Если говорить попонятнее, то Оракул может читать мысли, знает абсолютно все и владеет сверхспособностями. Например, он перенес нас сюда за несколько секунд.

– Что?! Ты шутишь?

– Я не шучу. Путь в ту сторону занял у нас большое количество дней, а обратно – считанные мгновения.

– Но это невозможно.

– Еще вчера я бы сказал так же. Но мы здесь и ты можешь спросить Стена и Алию. Они подтвердят.

– Невероятно!

– Это еще что. Оракул может полностью руководить телом человека и его сознанием. Он выключает твою волю и начинает думать за тебя. Он показывает тебе всевозможные картинки и заставляет их запоминать. Я не хотел бы еще раз испытать такое.

– Но что такое Спящий Оракул?

– Мне трудно объяснить. Я и сам не знаю на что это похоже. Внешне – это прямоугольная скала, которая постоянно вибрирует. Внутри она пустая. Но мы там находились в невесомости.

– В невесомости?!

– Да. И перед нашими глазами миллионы разноцветных камешков складывались в разные узоры.

– И что?

– А то, что нас вынудили смотреть на все это. А потом все увиденное сложилось для меня в малообъяснимую картину.

– И что же ты увидел?

Именно тот самый Повелитель Крыс задал ему вопрос о его силе. Но Оракулу удалось уйти от ответа. Это далось ему огромной ценой.

– Какой ценой?

– Он был вынужден создать для Повелителя Крыс свое подобие. Такого же Оракула. И перенес его сюда.

– Сюда?

– Вот именно. И теперь с помощью него, Повелитель Крыс контролирует свою армию.

– Так вот оно что. Но как же нам теперь быть?

– Я пока не знаю. Сила Черного Оракула велика, но есть и один плюс для нас.

– Какой?

– Черный Оракул не действует на людей.

– От этого нам не легче.

– Как знать. Может это и есть наш единственный шанс.

– Но как нам его уничтожить?

– Этого я не знаю. Но мы должны придумать как это сделать.

– Согласен с тобой, но времени у нас почти не осталось. Необходим план действий.

– Мне кажется, что силой нам не удастся отбить Черный Оракул.

– Это точно. Туда даже соваться не стоит. Видел бы ты, какие там сооружения Рэтлинг понастроил и сколько у него слуг.

– Значит, необходима хитрость.

– У тебя есть какие-нибудь соображения?

– Пока – что, нет. Но, я надеюсь, вместе мы что-нибудь придумаем. – А вот тут начинается самое интересное. Мне стала известна тайна Рэтлинга. Я узнал, как он управляет своими тварями.

– И как он это делает?

– Чтобы ты понял, я кое-что тебе расскажу.

– Я внимательно слушаю.

– Спящий Оракул, несмотря на свою огромную силу, имеет одно слабое место.

– И какое – же?

– Он всегда должен давать ответы.

– И что из этого?

– А то, что Повелитель Крыс получил взамен своего ответа копию Спящего Оракула и стал, таким образом, обладать могучей силой.

Глава 3

Нам нужно было срочно что-нибудь предпринять. Но где тот способ, который поможет нам лишить Рэтлинга своего Оракула?

– Я думаю, что Черный Оракул может повлиять и на наших животных, – сказал отец, присаживаясь на скамью у входа в пещеру.

– Но почему тогда Повелитель Крыс не воспользовался этим раньше? – спросил Стен.

– Возможно, чтобы Оракул мог контролировать слуг Рэтлинга, они должны возвращаться поближе к нему, – предположил я.

– Значит, участие наших животных в действиях на том берегу невозможно, – сказала Алия.

– Выходит, что так. Черный Оракул получит власть над оленями и орлами и тогда нам будет еще хуже, – сделал вывод отец.

– Получается, что только мы сами можем решить исход дела, – продолжил я. – Необходимо такое решение, которое гарантирует нам успешный результат. Но, что это может быть?

– Мы можем попытаться ночью проникнуть на тот берег и уничтожить Оракул, – предложил Стен.

– Если бы все было так просто, то говорить было бы не о чем. Рэтлинг, наверняка, оберегает Черный Оракул как самого себя.

Кроме того, не так просто пройти через посты его армии незамеченными. А говоря проще, вообще невозможно. Об этом и думать не стоит, – возразил я.

– Тогда, что же нам делать, – растерянно спросил Стен.

– Вместо силы мы должны использовать хитрость, – сказал отец. – Но чтобы придумать единственно правильный ход, мы должны кое-что обсудить.

– И что же это? – спросил я.

– Есть некоторые вопросы, на которые нужно получить ответы. Во – первых, где – же все таки пуговица? – начал отец.

– Я ведь уже говорил, что не знаю, где она, – сказал я. – В руках Барни я нашел только монету.

– Но тебе не кажется странным, что после пожара все вещи из коробки были на месте, а пуговицы не было, – спросил Стен.

– Нет. Пуговица – это маленький предмет и она могла просто затеряться, – ответил я.

– Все так, сказал отец. – Но пуговица была едва – ли не единственной ценной вещью в посылке.

– Ты думаешь, что ее украли? – предположил я.

– Вполне возможно. Но кто это мог сделать? Кто еще кроме Барни и тебя видел пуговицу?

Я немного подумал и ответил:

– Стен о ней слышал.

Отец посмотрел на Стена и спросил у него:

– Откуда ты узнал о пуговице?

Стен пожал плечами и ответил:

– Мне о ней сказал один тип картежник, которому я был должен.

– А он откуда узнал?

– Этого я не знаю. Он просто попросил ее принести и обещал списать мне часть долга.

Тут отец задумался.

– Мне кажется, что все это неспроста. Посылку я отослал лично. О ней знали только я и Верховный Олень. В нем я ручаюсь. Значит, информация могла исходить только от Рэтлинга. Это был его человек. Но как он узнал о посылке?

Мы все погрузились в размышления, но ни у кого не было ответа.

– Отец, мой дом перерыли вверх дном слуги Повелителя Крыс. Они были уверены, что пуговица у меня. Не мог ли в этом быть замешан Барни?

– Барни в этом был, безусловно, замешан. Он хотел отхватить свой кусок пирога. Но ты ведь знаешь, что он больше внимания уделял монете, а на пуговицу даже внимания не обратил.

– Да, это так. Он до самой смерти держал монету в руке. Рэтлинг и Барни не доверяли друг другу, – сказал я.

Вдруг Стен оживился и внес новое предположение:

– А не может ли быть так, что Рэтлинг следил за Барни?

Мы все посмотрели на Стена. Меня давно начала удивлять простота его умозаключений. Парень, и в самом деле, обладал светлой головой.

– Действительно, – воскликнул отец. – Поскольку Рэтлинг не доверял Барни до конца, он при помощи своих шпионов, следил за каждым его шагом. И заметив изменение в поведении Барни, он решил, что пуговица у него. Тем более, что он на четвереньках ползал на почтовом отделении и что-то искал. Пусть это была и бесполезная монета, но она была с изображением оленя. Рэтлинг лишь произвел необходимые логические заключения и пришел к выводу, что пуговица уже не в Дирланде. Он разгадал мой план.

– Но почему же Рэтлинг не ввел Барни в курс дела? – спросила Алия.

– По той же причине, – ответил отец. – Рэтлинг не собирался делиться с кем бы то ни было и использовал Барни. Я думаю, он убил бы его позже.

– А может, Барни сгорел не по своей вине? – осторожно предложил Стен.

– Вполне возможно, – сказал отец. – Но тогда, кому была нужна его смерть?

– Как кому?! А Рэтлингу? – воскликнул я.

– Зачем?! – возразил отец. – В этом, возможно, был бы смысл, если бы Рэтлинг нашел пуговицу. Тогда Барни стал бы ненужным свидетелем. Но так как нам известно, и это очевидно, что пуговицы у Рэтлинга нет, то смысла убивать Барни не было. Живой, он был бы более полезным.

– А что, если Барни начал требовать от Рэтлинга слишком большую долю, они повздорили и Рэтлинг его прикончил? – не сдавался Стен.

– Такое вполне может быть, но это узнать нам вряд ли удастся, – сказал я.

– Правильно, – сказал отец. – Теперь идем дальше. О пуговице нам ничего не известно. Ничего о ней неизвестно и Рэтлингу. Значит, мы можем использовать это в своих интересах. В первую очередь, нам нужно выиграть время. Мы можем сказать Рэтлингу, что готовы торговаться за пуговицу. Это даст нам еще несколько дней для того, чтобы пробраться к Черному Оракулу. Ведь он не знает, что нам стало известно о его тайне. Пока он будет отвлечен на пуговицу, кто-то из нас должен будет найти способ как пробраться к Оракулу…

– Или сделать так, чтобы Повелитель Крыс сам нас к нему привел, – вдруг произнес Стен.

Отец и я с уважением на него посмотрели.

– Что бы мы без тебя делали? – похвалил его отец. – Ведь ты прав. У нас должен быть и запасной план. В обмен на пуговицу, мы можем попросить Рэтлинга показать нам его крепость.

– Ты думаешь, он способен на честный торг? – с сомнением спросил я.

– Конечно, нет. Но мы будем использовать любую возможность.

– И что же ты предлагаешь, отец?

– Я предлагаю действовать в двух направлениях. Первое – устроить торг с пуговицей и дать в это время кому-то из нас пробраться к Оракулу, второе – во время того же торга вынудить Рэтлинга самому отвести нас к Черному Оракулу.

– Но это нелегкая задача, – сказал я.

– Это почти невыполнимая задача. Но у нас нет выбора. Мы должны действовать первыми. Иначе это сделают за нас.

– Да, я согласен с тобой отец, но позволь задать тебе один вопрос.

– Конечно, спрашивай.

– Отец, я все время думаю о том, откуда в подвале магазинчика оказался вход в Дирланд?

– Ну это легко объяснить, – ответил отец улыбнувшись. – Ты видел прекрасные статуи в Зале Великих Оленей?

– Конечно. И они, действительно, лучше всех на свете.

– Ты сам говорил мне, что их создали предки Болотного Народа.

– Ну да, и что?

– Как ты думаешь, могут ли такое создать обычные люди без посторонней помощи, без чьей-то гениальной руки?

У меня в голове понемногу начало проясняться.

– Ты хочешь… Ты хочешь сказать, что это все Спящий Оракул?! – в волнении прошептал я.

– Видишь, ты сам дал себе ответ. Древние Олени, видимо, также имели дело с Оракулом и кое-чему научились. В ином случае, как ты объяснишь их способность говорить с нами без звука? Или, как ты объяснишь такой высокий интеллектуальный уровень всех животных?

Я хлопнул себя ладонью по лбу. Точно! Как я сам не догадался?! Все, что происходило и происходит в этом мире, зависит от высшего разума, которым и является Оракул.

– Значит, олени сделали это для вас?

– Конечно. Хотя я думаю, что они этого не могут. За них это сделал Спящий Оракул!

Глава 4

Итак, мы знали в каком направлении нам действовать. Кто-то из нас должен будет отправиться в самое логово Рэтлинга и попытается заставить его думать, что мы готовы расстаться с пуговицей в обмен на спасение Дирланда. В это время кто-то другой постарается пробраться к Черному Оракулу и выведет его из строя. А кто-то третий в это время должен будет подготовить армию Дирланда к возможному нападению в случае неудачи. Нам оставалось придумать четкий план и распределить обязанности. Каждый из нас должен будет выполнять свою задачу до конца, вне зависимости от успеха других.

Для решения этих вопросов было решено созвать небольшой военный совет в Зале Великих Оленей. Кроме меня, отца, Стена и Алии в нем принял участие Верховный Олень, двое других оленей, пара орлов, медведь, тигр и волк. Они представляли собой интересы своих стай и были полным образом заинтересованы в успехе нашей операции. После того, как все собрались, слово взял мой отец.

– Я рад приветствовать всех собравшихся здесь. В жизни Дирланда настал решающий момент. Спокойное время окончено. Враг бросает нам вызов. И у нас есть два пути. Первый – бросить Дирланд на произвол судьбы и покинуть навсегда родную землю и второй – вступить в неравный бой с врагом и остановить его. Всем нам известно, что Повелитель Крыс во много раз превосходит нас численностью своей армии. Кроме того, его слуги – это беспощадные убийцы и их свирепость не знает границ. Наша армия сильна, но в открытом бою нам не одолеть соперника. Есть несколько причин, по которым мы можем проиграть. Во-первых, мы будем вынуждены вести бой на своей территории, во-вторых-соотношение сил не в нашу пользу, в-третьих, и это самое главное, враг имеет средство, которое делает его армию бесстрашной и беспощадной. Как вы знаете, нами была разгадана тайна противника. Чтобы увеличить наши шансы на победу, мы решили использовать военную хитрость, направленную на уничтожение тайного средства противника. В случае успеха нашей операции, враг будет деморализован и перестанет быть единой силой. Крысы, жабы, черви и другая разная тварь будет разобщена и потеряет интерес к Дирланду. Хочу обратить ваше внимание на то, что все услышанное вами в этом Зале, должно быть строго секретным. Только если мы будем действовать сообща, нам удастся отвести угрозу от Дирланда. Теперь, если у кого-нибудь есть предложения, давайте их обсудим.

Я сидел на ступеньке и смотрел на всех собравшихся. Интересный получился военный совет. Люди и дикие животные. Только во сне мне могло присниться, что я буду вот так вот запросто разговаривать с медведем и выслушивать его доводы. Или внимательно слушать, что прорычит тигр. А потом вступать с ними в спор, отстаивая свою точку зрения. Это все происходило как-будто не со мной. И если бы рядом не находились другие люди, я мог бы подумать, что это и есть сон. Но, вот только что высказался отец, а теперь приподнялся Верховный Олень и в моей голове послышались слова.

– Час истины настал для всех, кто любит Дирланд. И враг не станет нас прощать. Но мы должны собрать все силы и защитить свои луга от смерти и забвенья. Здесь, в этом Зале, я обращаюсь к вам и говорю, что все олени будут биться за эту землю и здесь умрут, но не покинут Дирланд ни за что.

После того, как олень занял свое место, вперед вышел тигр и я впервые услышал удивительные обороты его языка, с которыми раньше был незнаком.

– Добыча есть. Вода есть. Дети есть. Тигры есть. Враг есть. Сила есть. Будет война.

Наверное, так и должен выглядеть диалект прирожденного хищника. Ничего лишнего, одна конкретика. Но этого было достаточно, чтобы понять, что тигры готовы идти в бой за то, что они имеют.

Орел поднял крылья и начал пританцовывать на месте. Сначала я подумал, что он вообще говорить не умеет, хотя в своем родном мире я даже разговаривал с одним из орлов, который чудесным образом превратился в мальчика. Но через минуту я стал различать отрывистые фразы, смысл которых с трудом, но можно было разобрать.

– Кли-кли, фиу… Ударил сверху… Вверх взлетел… Ударил и взлетел… Фиу-фиу. Опять все вместе вниз и… Фиу-фиу…

По всей видимости орел говорил не о том, готова ли будет его стая вступить в войну, а уже находился в бою и дрался с кем-то в небе. В любом случае, ответ был положительным. Но самый интересный ответ дал медведь. Он встал на задние лапы и стал петь. Хотя это было не пение, а скорее завывание. Подняв морду в потолок, медведь раскачивался в такт своих слов и я поймал себя на мысли, что в цирке это представление имело бы ошеломляющий успех. Вот, что я услышал из его безмолвной песни.

– Ааааа… Уууууу… Аауу… УУаа… Уфуфаауф… Война… война… ааууф… война… уфуф…

Так продолжалось несколько минут. Я поглядел на Стена и Алию и заметил, что они еле удерживаются от смеха. Я сам был на грани, чтобы не расхохотаться, но сумел взять себя в руки. На самом деле, вопрос, который мы обсуждали, был чрезвычайно серьезным. От согласия участвовать в войне всех животных, зависела судьба Дирланда. Нам был нужен каждый зуб и каждый коготь. Но, к счастью, и медведь дал нам понять, что готов к битве.

После того, как все высказались, необходимо было приступить к составлению подробного плана действий. Я поднял руку и увидев утвердительный кивок отца, вышел в центр круга.

– Я благодарю вас за то, что имею честь сражаться вместе в вами за этот прекрасный мир. Хочу обратить ваше внимание на то, что времени у нас совсем мало. Нам необходимо подготовиться к вторжению врага. Мой отец, как человек который хорошо знает военное дело, собрал большую армию, но недостаточную для серьезных сражений. Я считаю, что он должен завершить начатое дело и подготовить армию Дирланда к войне. Лучше него это не сделает никто. Стен, я тебя знаю как человека, который может договориться с кем угодно. Я думаю, будет правильным, если именно ты пойдешь на контакт с Рэтлингом и попытаешься потянуть время, необходимое для того, чтобы я смог незаметно проникнуть к Черному Оракулу и уничтожить его.

– Майк, я конечно, не против сделать эту работу, но как ты себе это представляешь? – перебил меня Стен. – Я приду к Рэтлингу и скажу ему – привет парень, у меня есть то, что ты ищешь, но взамен этого ты не должен нападать на Дирланд. Так я должен сделать?

– В целом, да. Но это должно звучать так, чтобы Рэтлинг не заподозрил, что мы играем с ним. Если он разгадает наш план, то больше шансов у нас не будет.

– Это понятно. Но все же лезть в самое логово к этим тварям мне не очень-то хочется. У меня только от одной мысли о них становится не по себе. Они ведь могут меня сразу съесть.

– А тебе и не надо встречаться с Рэтлингом в его крепости. Мы придумаем способ, как его выманить в более безопасное место.

– А не проще ли просто убрать Рэтлинга? – смело предложил Стен.

– Это было бы самым лучшим решением и самым простым, – вступил в разговор отец. – Но я уверен, что Рэтлинг не настолько глуп, чтобы дать нам себя убить. Он постарается сделать все, чтобы обезопасить себя. Если он почувствует, что ему что-то угрожает, он немедленно начнет войну. А мы еще не готовы. Так что придется хитрить.

– И каким же будет наш план, – задал резонный вопрос Стен.

– У меня есть кое-какие соображения, – ответил отец. – Я предлагаю вот что…

Глава 5

– Поскольку наша армия еще не собрана, нам нужно немедленно начать действовать. Летучие мыши Рэтлинга по ночам летают над нами и, скорее всего, имеют представление о нашей численности. На свой страх и риск ты, Стен, должен будешь взять лодку и открыто переправиться на тот берег. Чтобы на тебя сразу же не напали, ты возьмешь белый флаг и будешь ним размахивать как парламентер. Не думаю, что Рэтлингу не доложат о твоем приближении. По крайней мере, у Повелителя Крыс есть более-менее сообразительные обезьяны, которые его охраняют. После того, как ты встретишься с Рэтлингом, ты будешь действовать, исходя из складывающейся ситуации. Что ты ему будешь говорить, это твое дело. Но не очень-то преувеличивай, иначе тебя раскусят. И ни слова об Оракуле! Рэтлинг ни в коем случае не должен догадаться, что нам все известно. Твоя задача – выиграть время. Но в случае, если он тебе не поверит, у тебя должен быть запасной план. Не знаю как, но ты обязан вынудить его каким-либо способом показать тебе Черный Оракул. Он сам должен этого захотеть. Другого способа нет. Это будет очень трудно. Но ничего другого мы придумать не сможем.

– Хороша задачка, – невесело протянул Стен. – Сделай все, но сам придумай как! Я даже не знаю с чего мне начать. А вдруг он мне не поверит?

– Должен поверить, – твердо сказал отец. – От твоих решительных действий зависит почти все. Сейчас Рэтлинг сконцентрирован на увеличении своей армии, а ты должен будешь на время отвлечь его от этого. После того, как ты вступишь с ним в переговоры, Майк будет пытаться самостоятельно пробраться в крепость. Ведь там находится Черный Оракул?

– По крайней мере, у меня было такое видение. Я видел огромную неприступную крепость и внутри нее Оракул.

– Так вот, – продолжал отец. – У Майка будет задача проникнуть в самое охраняемое место. Лучше всего это будет сделать с обратной стороны.

– С обратной стороны? – удивился я. – Но ведь это огромное расстояние! Мне понадобится несколько дней, чтобы обойти Рэтлинга вокруг!

– Вот именно поэтому ты должен отправиться сегодняшней ночью.

– Прямо сегодня?

– Да. Еще до того, как в дело вступит Стен. Причем тебе, возможно, придется идти без остановок и перерывов на сон.

– Я понимаю, но такого опыта у меня нет.

– Я помогу тебе. У меня есть различные травы и зелья, которые помогут тебе сохранять бодрость.

– Наркотики? – с интересом спросил Стен.

– Скорее витамины, – улыбнувшись ответил отец. – Тебе, Майк, необходимо подальше пройти вдоль берега и тихонько переправиться на тот берег. Хотя велик риск, что сейчас у Рэтлинга везде глаза и уши. Помни, твое главное оружие – это осторожность. Ни в коем случае ты не должен вступать ни с кем в бой. Ты должен избегать всех, кого увидишь. Не забывай, что у Повелителя Крыс и в небе есть шпионы. Старайся за ночь преодолевать большие расстояния, а днем передвигайся короткими перебежками. Если тебя заметят – все усилия Стена будут ни к чему. Честно говоря, я не верю в план номер два. Маловероятно, что Рэтлинг покажет Стену Оракул. А если и покажет, то что из этого? Как Стен его уничтожит на глазах у сотен мерзких тварей? Мне даже думать не хочется о том, что они с ним сделают.

– Да уж, невеселую картину вы тут нарисовали, – сказал Стен. – Если не сработает план номер один, то запускай план номер два и умри, но разбей чертов Оракул! Звучит как приговор.

– Стен, – серьезно сказал я. – Я советую тебе думать об удачном проведении операции, а не заранее сдаваться. Если ты сам не будешь верить в то, что делаешь, то как же Рэтлинг тебе поверит?

– Я не сдаюсь, просто пытаюсь все предусмотреть. А что, если Рэтлинг возьмет меня в заложники?

– Твоя задача в том, чтобы этого не произошло, – сказал отец. – От твоих слов зависит твоя жизнь. Я уверен, что у тебя все получится.

– Может все-таки изготовим какую-нибудь поддельную пуговицу? – осторожно предложил Стен.

– Это очень рискованно, – возразил ему отец. – Мы, конечно можем изготовить такую же пуговицу и показать ему ее издалека, убедив его, что она есть, но это может и навредить делу.

– Почему, – спросил я.

– Потому, что это может послужить сигналом для его немедленного наступления. Он не должен знать, где мы прячем пуговицу, но должен быть уверен, что очень хотим ее обменять на спокойствие в Дирланде.

– А что, если пуговица ему уже не нужна? – предположил Стен.

– Не хотелось бы верить, что это так. Но нам остается надеяться на то, что жадность в Рэтлинге сильнее безрассудной ярости. Пока у него есть шанс сказочно разбогатеть за счет алмазов, он будет использовать его. Ни в коем случае он не должен знать, что пуговица пропала. Тогда нам придется совсем туго. Рэтлинг начнет крушить все на своем пути и договориться с ним уже не получится.

– Значит, отец, пора действовать. Нам дорога каждая минута.

– Правильно, Майк. Собирайся в дорогу, а мы со Стеном еще кое-что обсудим.

Я кивнул головой и подошел к Алие, молча стоявшей в стороне.

– Алия, знаешь, я не хочу расставаться с тобой, – тихо прошептал я и взял ее ладони в свои руки.

– Я тоже, – тихо ответила она и опустила глаза. – А что, если я больше не увижу тебя?

Я покачал головой.

– Я обязательно вернусь. Во что бы то ни стало. Я хочу показать тебе свой мир. Он тебе понравится.

– Я готова идти с тобой куда угодно. Лишь бы ты был рядом.

Ничего ей не ответив, я поцеловал ее ладонь и, не желая долго прощаться, ушел. Мне было очень тяжело на душе. Но теперь я уже во второй раз должен был бросить вызов судьбе и поставить на кон свою жизнь ради спасения Дирланда. И я шел на это, ни секунды не раздумывая.

Глава 6

Наступила ночь. При свете факелов я, отец и Стен стояли на берегу залива. В небе ярко сияли звезды. Для прогулки по скалистому берегу погода была самой подходящей. Но для меня было бы лучше, если бы над морем сгустились тучи и пошел дождь. Пройти незамеченным посты на том берегу при ярком лунном свете будет очень сложно. Если даже мне удастся переплыть залив относительно спокойно, то попав на территорию Рэтлинга мне придется двигаться очень осторожно. Чтобы у меня было больше шансов пробраться на ту сторону незамеченным, мы придумали одну хитрость. Вместо простого плота мы связали между собой всего три бревна, а сверху них привязали еще одно бревно побольше, но пустое внутри. Если я залезу внутрь этого бревна, то сверху будет казаться, что по воде плывет простое бревно. Если летучие мыши Рэтлинга и увидят несколько стволов деревьев, то это не должно привлечь их внимания. Чтобы я мог управлять этим сооружением, по сторонам бревна были вырезаны два отверстия для весел, которыми я мог грести. Конечно, в лежачем положении, и управляя такой конструкцией, я не мог быстро переправиться на тот берег. Но приходилось жертвовать скоростью передвижения для того, чтобы благополучно очутиться по ту сторону залива. Хорошо, что море было спокойным. В противном случае, переплыть залив на таком плоту было бы невозможно. С собой я взял флягу с водой и немного еды на первое время. Чтобы мне удобно было лежать, под спину мне подстелили сухой травы. При хорошем стечении обстоятельств, я рассчитывал покрыть все расстояние до противоположного берега за три часа. Сейчас было около полуночи. Значит до рассвета я смогу добраться до цели. Для того, чтобы я выбрался из воды подальше от скопления слуг Рэтлинга, мы отошли от пещеры не менее, чем на три километра. Сейчас мы находились возле воды, за нашими спинами высились голые скалы. Я поудобней улегся внутрь бревна и попробовал грести веслами. Было очень неудобно. В открытом море это суденышко перевернулась бы через минуту, но сейчас я надеялся, что в спокойной воде залива, мне удастся этого избежать. Стен с сомнением посмотрел на меня и скептически заметил:

– Если у тебя получится проплыть хотя бы сто футов, я обещаю, что Рэтлинг будет плясать под мою дудку.

Я улыбнулся в ответ и сказал:

– Самое трудное то, что я не буду видеть куда плыву.

– Ничего страшного, – вступил в разговор отец. – Нам поможет то, что течение направлено в сторону другого берега. Поэтому тебе, Майк, нужно только энергичнее грести веслами. Я знаю, что это будет очень трудно, но так ты будешь в большей безопасности, чем на простом плоту.

– Да отец, я все понимаю. Ну что же. Мне пора.

Я приподнял весла и Стен с отцом посильнее оттолкнули меня от берега. Первые минуты мне было очень тяжело, но по мере того, как я удалялся вперед, грести становилось легче и я ощущал, что плыву довольно быстро, хотя я мог ошибаться. Больше всего угнетала темнота, окружившая меня со всех сторон. Я не мог осознать далеко ли я отплыл или все еще барахтаюсь вдоль берега. Море было спокойным и я отчетливо слышал всплески своих весел. Время от времени я отдыхал, переводя дух. Все же грести в таком положении было не очень-то удобно. На лодке я смог бы преодолеть это расстояние за час. Но стоило соблюдать осторожность. А от этого зависело очень многое.

Внезапно я почувствовал какое-то движение под своим плотом. Сначала мне показалось, что подо мной проплыла какая-то большая рыба, но мое суденышко вдруг стало крениться на одну сторону как от действия невидимой силы, находящейся под водой. Я перестал грести и втянул весла внутрь. Что-то мне подсказывало, что сейчас нужно соблюдать полную тишину. И я оказался прав. Когда я выглянул в одно из отверстий, я увидел длинное толстое тело, обвивающее собой мой плот. Сомнений не было. Это был гигантский червь, который взгромоздился сверху бревна и сейчас рыскал своим ужасным телом по поверхности ствола. Я затаил дыхание. Если он меня найдет, то мне конец. Я не смогу даже ударить его мечом. Мне просто негде будет размахнуться. Но мои опасения, к сожалению, оправдались. В конце концов, мерзкая тварь нащупала пустоту в моем бревне и стала продвигаться в мою сторону. Я почувствовал ужасную вонь из его рта-отверстия и мне стало дико страшно. Мне никак не хотелось стать едой для этого слизняка. Отец мне говорил, что черви слепые, но они очень хорошо чувствовали запахи и это меня и выдало. Внезапно червь перестал бесцельно шарить по стволу и уверенно направился в мою сторону. Мои глаза медленно стали расширяться от ужаса. Я ничего не мог поделать. Через мгновение дикая боль заставила меня закричать. Мерзкая тварь схватила меня за ногу и стала тащить наружу. Дальше скрываться не было смысла и я изо всех сил стал извиваться и цепляться за бревно, другой ногой стараясь ударить червя по его морде. Во время нашего сражения я умудрился выхватить меч, но мне совершенно не удавалось его применить. Червь, наконец, вытащил меня наружу и теперь я висел в воздухе, обвитый скользкими кольцами по рукам и ногам, не в силах пошевелиться. Вонючая морда начала приближаться к моему лицу, стараясь меня проглотить. Собрав все силы, я неимоверным усилием освободил правую руку, в которой держал меч и воткнул его по самую рукоятку червю в пасть. Он на секунду ослабил хватку и я упал в воду. Мешкать было нельзя. Ухватившись одной рукой за бревно, я начал рубить мечом по телу червя. Разрубив его пополам я, наконец, успокоился. Мерзкое создание пошло ко дну. У меня не было сил. Бешено билось сердце и болела нога. Не в силах забраться на бревно, я повис по пояс в воде на плоту и так пытался отдохнуть. В очередной раз судьба дала мне шанс. Сколько еще таких гадов в этих водах? Может быть, они почувствуют кровь и приплывут сюда все вместе?

Эта мысль прибавила мне сил и я сумел залезть обратно внутрь бревна. Одно из весел было утеряно. Осталось только одно весло, которым мне пришлось грести. Как далеко я заплыл?

Скоро ли рассвет? Мне показалось, что над моим плотом кто-то пролетел. Летучие мыши. Я затаился и предпочел отдаться течению. Сейчас было важным не выдать себя. Если повезет, то море выбросит меня где-то на том берегу. Еще несколько раз я слышал над собой шум крыльев, но по-прежнему оставался незамеченным. На моей стороне была темнота. Я боялся, что когда рассветет, мой плот будет заметен с большого расстояния. Хотя я и укрыт внутри бревна, необычная конструкция обязательно привлечет внимание слуг Рэтлинга.

Произошло так, как я думал. Стало рассветать и у меня оставались считанные минуты для того, чтобы пристать к берегу. Оставался единственный выход… Я вылез наружу и, став в полный рост, стал что есть мочи грести единственным оставшимся веслом по воде. Где-то на краю горизонта я увидел узкую полоску берега. Пока она была еще как в тумане, но я четко осознавал, что это берег. Скрываться не было смысла. Наша хитрость сделала свое дело. Патрули Рэтлинга пролетели мимо и не заметили меня. Сейчас что внутри бревна, что снаружи, я становился виден как на ладони. Нельзя расслабляться. Я греб как мог. Силы начали покидать меня. Я не спал всю ночь, но четко осознавал, что если остановлюсь, то скоро могу быть замеченным. Краешек солнца показался над водой. Мрачный, негостеприимный берег приближался…

Глава 7

Стен, в отличие от меня, был избавлен от необходимости прятаться и ранним утром следующего дня отправился к Рэтлингу. Ему предстояло выполнить отвлекающий маневр, направленный на отвлечение внимания Повелителя Крыс от Черного Оракула. Если ему удастся выполнить задуманное, у меня будет шанс пробраться в крепость с противоположной стороны.

Итак, сев в лодку и взяв с собой импровизированный флаг парламентера, Стен отплыл. Через полчаса его уже заметили и теперь он с волнением наблюдал, как к нему приближается стая летучих мышей. Насколько они способны принимать самостоятельные решения? Не набросятся ли они как только представится возможность? Такие мысли посетили Стена за какое-то мгновение. Он яростно начал размахивать своим флагом в стороны, надеясь доказать свои мирные намерения. Мыши в нерешительности зависли над ними, шумно хлопая крыльями. Переговариваясь при помощи противного невнятного писка, они, видимо, решали что делать. Такая реакция немного вдохновила Стена и он стал грести дальше. Летучие твари внезапно сделали несколько пируэтов в воздухе и пролетев над самой головой Стена, повернули в обратную сторону. «Что же, – подумал Стен. – Пока что я еще жив». До противоположного берега оставалось еще не менее трети пути, как вдруг он увидел зрелище, от которого у него похолодела кровь. Навстречу к нему плыла какая-то зеленая масса. Издали понять что это было трудно. Стен в нерешительности остановился и на секунду ему вдруг захотелось поплыть обратно. Но родной берег уже был далеко, а мерзкие твари быстро приближались. Через некоторое время Стен понял, что это. То ныряя под воду, то высовываясь над поверхностью, к нему стремительно плыли огромные жабы. Размер их пасти был таков, что они могли, наверное, запросто проглотить небольшую свинью. Но больше всего пугали их острые клыки, торчащие из головы в нескольких местах. Это были какие-то монстры. В их пустых и холодных глазах не было и капли разума. Они напоминали собой бездушные машины убийства. Стен в ужасе отодвинулся от края лодки и стал ждать дальнейших событий. Как только жабы приблизились на расстояние ста футов, Стен услышал душераздирающее кваканье, похожее на крики сумасшедших. Шум стоял такой, что казалось, тысячи голодных псов собрались в одном месте и стараются отхватить свой кусок добычи. Стен опять начал махать своим флагом в надежде на благоразумие этих гадов. Наконец страшные рожи приблизились и окружили лодку. Их было, наверное, не менее сотни. Стен сейчас чувствовал себя беспомощным мотыльком, которого вот-вот проглотит чья-нибудь пасть. Одна жаба высунула огромную лапу с перепонками, увенчанную длинными корявыми когтями, и попыталась влезть в лодку. От ее веса лодка накренилась и Стен еле удержался на ногах, чтобы не свалиться в воду. Тогда жаба попыталась дотянуться до несчастного парламентера, но тот умудрился пригнуться и огромная лапа лишь выбила весло из его рук. Видимо, вся эта бесноватая зеленая масса не была сильно голодной, так как Стен, когда поднял голову, увидел, что его лодку усиленно толкают к берегу. Лодка даже не плыла, а скорее ее несли на себе противные рожи с большими выпученными глазами. Спустя несколько минут стал виден берег. Он был не похож на побережье Дирланда. Здесь везде, куда ни глянь, виднелись высокие стены, за которыми торчали массивные неуклюжие башни. Густой дым поднимался из-за стен и заволакивал собой видимость. Издалека Стен заметил какие-то фигурки, снующие по берегу. Чуть правее вдали была видна огромная пристань, у которой стояло не менее десятка громадных кораблей. Откуда все это?! Какое же желание нужно иметь, чтобы создать такие циклопические сооружения? Труд скольких рук был приложен ко всему этому? Как только лодка подошла к берегу, Стен смог осмотреть все внимательней.

Берег был абсолютно неприступен. Прямо от воды вверх поднималась искусственная насыпь из камней и грязи. Она тянулась во все стороны и исчезала за горизонтом. Кроме того, уже в воде на подступах к суше были созданы защитные барьеры из кусков искореженного металла, заточенных острых палок, больших валунов, разбросанных повсюду и всякого хлама, мешающего выбраться на берег. Стен подумал о том, что атаковать Рэтлинга в таких условиях – это просто абсурд. Высоко вверху над берегом нависали высокие стены, с которых удобно было обстреливать наступающих, не неся никаких потерь. Ни входа в крепость, ни какого-нибудь прохода не было видно. Когда Стен вышел на берег, он увидел, что к нему приближается странная процессия. Верхом на огромных крысах, облаченных в металлические латы, к нему ехало несколько обезьян. У них в руках были длинные металлические копья, а на головах одеты причудливые шлемы с эмблемой, изображающей алмаз. Ничего удивительнее и неправдоподобнее Стену видеть еще не приходилось. Само это зрелище внушало страх, а какими же в бою были эти твари?

Обезьяны приблизились и Стен смог их рассмотреть. Они были похожи на горилл, только больших по размеру. Их вид внушал ужас. Страшные морды скалились и были видны огромные желтые зубы. Руки обезьян были толще человеческих втрое и было понятно, что сила в них была просто огромная. Не дай Бог схватиться с ними в рукопашную! Такие зубы, когти и лапы запросто могут разорвать на части любого, кто попадет к ним в объятия. Стен вздрогнул от этой мысли. Надо было что-то делать, а то эти гады могут захотеть есть и передумают меня вести к своему хозяину. Вдруг самая большая горилла слезла с своей крысы и подошла к Стену. Ее рост был не менее восьми футов. Стен выглядел беспомощным ребенком перед такой громадиной. Обезьяна схватила его за руку и потащила за собой. Железная хватка на запястье не давала Стену шансов вырваться. Как-будто стальные клещи обхватили его руку и она начала неметь. Обезьяна ловко запрыгнула на крысу и совершенно бесцеремонно закинула себе за спину Стена. От такого рывка у него хрустнул позвоночник и сильная боль пронзила все тело. Ничего не оставалось как терпеть и надеяться на лучшую участь. По крайней мере, Стен был еще жив, а это говорило о многом. Значит эти твари находятся под надежным управлением Рэтлинга, если они проявляют такую несвойственную им обходительность. Можно было не сомневаться, что в бою эти гады не пощадят никого. Достаточно будет малейшего указания своего хозяина и вся эта свора без угрызений совести сотрет все с лица земли.

Когда Стен оказался сзади гориллы, та дернула поводья и крыса резко рванула вперед, двигаясь очень быстро и ловко петляя между острыми камнями. От такой скачки у Стена начала кружиться голова. Обезьяна уверенно сидела в седле и время от времени била крысу копьем по голове, чтобы та не так сильно дергалась. Схватившись за спину гориллы, Стен успевал смотреть по сторонам и все более убеждался в неприступности этого берега. Стена, вдоль которой они ехали, была без конца и края. Через равные промежутки стояли сторожевые башни, в которых с трудом можно было различить стражников горилл, закованных в металлические доспехи. Надо было отдать должное Рэтлингу. Ему удалось построить настоящую крепость и собрать боеспособную армию, готовую идти в бой по первому приказу. Как мог Дирланд противостоять такому, было непонятно. Отбивать редкие вылазки крыс еще можно было, но если вся эта огромная армия двинется в атаку, то результат сражения будет ясен заранее.

По мере дальнейшего продвижения, Стен заметил, что нигде нет ни одного дерева или даже куста. Вся местность была безжизненной. Везде виднелись канавы и рытвины, кое-где зияли глубокие ямы. Все было перерыто и перепахано. Местами Стен с ужасом замечал скелеты оленей, убитых кровожадными тварями. Было понятно, что эта земля абсолютно мертва. Из нее вытащили все, что возможно и теперь возродить ее уже было нельзя. Неужели, то же самое ждет и Дирланд?! Нет! Теперь Стен еще раз убедился в том, что правильно делает, идя на такой риск. Все увиденное им напоминало ужасный сон, в котором мир был черным и безрадостным, а по земле бродили лишь голодные и ужасные твари, ищущие чем бы поживиться. Такого мира хочет Повелитель Крыс? Он потерял все человеческое в себе, он сам стал как животное. Его мысли направлены только на создание армии кровожадных монстров, не способных что-либо чувствовать.

Через час такого бешеного бега крыса, наконец, остановилась у огромных железных ворот в крепость. Обезьяна слезла вниз и несколько раз ударила копьем по металлу. Ворота с ужасным скрежетом начали медленно открываться и Стену открылась страшная картина. Повсюду внутри крепости сновали туда – сюда крысы и жабы. У них на спинах были закреплены корзины с камнями, поленьями, грязью и другим грузом. По земле ползали длинные противные черви и высасывали из глубоких ям черную жижу, похожую на помои. Другие черви выплевывали все это в корзины, которые увозили крысы. На башнях головой вниз висели летучие мыши и, казалось, все они спали. Между всей этой толпой бродили гориллы и плетками подгоняли тех, кто медленно передвигался. Стен смотрел на все это и ему было ужасно противно от увиденного. Что может быть хуже копошащихся в грязи огромных червей и ползающих повсюду крыс? До чего же омерзительно! Как Рэтлинг может жит посреди всего этого?! Он ежедневно имеет дело с противнейшими созданиями на земле и создает для себя из них армию. Стен все больше убеждался в том, что нормальный человек на это не пойдет.

Глава 8

Бревно тихонько ударилось в берег. Я решил сразу не вылезать из своего укрытия, а немного осмотреться. Море выбросило меня на пустой берег. Ничего похожего на крепость я не увидел. На песчаном берегу валялись старые сгнившие деревья, тина и водоросли. Большие валуны находились чуть дальше. Мне необходимо было незаметно спрятаться за одним из таких камней. Пролежав еще несколько минут, я решил совершить небольшую пробежку до ближайшего валуна. Пытаясь вылезти, я зацепился штаниной за внутреннюю поверхность бревна и на секунду замешкался. Это меня и спасло. Послышался звук крыльев и две огромные летучие мыши пролетели надо мной. Я инстинктивно прижался к стволу и затаил дыхание. Заметят ли они столь необычное нагромождение деревьев? Но летучие твари спокойно полетели дальше. Я мысленно поблагодарил отца за такую удачную идею с плотом. Мы воспользовались слабоумием слуг Рэтлинга и это подействовало. Но Повелитель Крыс очень хорошо следил за своим берегом и это говорило о том, что дальше будет еще труднее. Передвигаться днем будет очень опасно. Земля была безжизненной. Не было ни одного дерева, за которым можно спрятаться, а надеяться на перебежки от камня к камню было бесполезно. Нужно было срочно найти какое-нибудь убежище, чтобы дождаться темноты. Я посмотрел по сторонам. Впереди меня на расстоянии трехсот футов от берега виднелось множество нор. И больше ничего. Выбора не было. Придется залезть в одну из них и переждать день. Я внимательно осмотрел небо и убедился, что мышей пока нет. Берег тоже казался пустым и я пригнувшись побежал к ближайшей норе. Добравшись без приключений до нее, я сначала не решался влезть внутрь, но риск замеченным сверху был очень велик и я, вздохнув, нырнул головой вперед. К моему удивлению, нора оказалась довольно просторной. Я без труда смог встать на ноги и лишь немного пригнул голову. У меня с собой был факел, приготовленный еще в Дирланде и спички. При свете я смог осмотреться. Нора представляя собой ровную площадку, от которой в разные стороны отходило множество ходов. Я попытался вспомнить, что я знаю из жизни крыс. Крысы строят свои ходы под землей и их протяженность может быть огромной. Меня осенило. Ведь это удачный способ для передвижения. Я смогу вылезть наружу в любой момент. Нор на поверхности тысячи. Я не рискую задохнуться. Но есть опасность встретиться с крысами. А что если здесь до сих пор живут? Этого мне хотелось меньше всего. Один, с мечом в руке, я не смогу и минуты продержаться против этих монстров. Но с другой стороны, я могу незамеченным продвигаться дальше даже днем. Не использовать такую возможность было бы глупым. Мысленно определив направление, я погрузился в темный лабиринт.

По моему мнению, крепость Рэтлинга должна находиться левее того места, где я оказался. Значит мне нужно стараться поворачивать налево. Освещая себе путь я шел по зловещему тоннелю, иногда останавливаясь и прислушиваясь. Похоже, я был совсем один в этом подземелье, но сейчас я был этому рад. Крысы полностью уничтожили эту местность и ушли отсюда. Здесь им просто нечего стало есть. Рэтлинг собрал их всех около себя и готовит к решающему броску. Но ведь не может быть, чтобы он упустил такую возможность подобраться к себе? На него это непохоже. Или это место так далеко от него, что он не боится? Я не сомневался, что скоро найду ответы на свои вопросы. Но как бы то ни было, я спокойно продвигался вперед уже не менее часа. Какого же размера эти ходы? Внезапно я оказался на огромной по своим размерам подземной площадке. Что это было за место? Я прошел немного вперед и посветил себе факелом. То, что я увидел, заставило мое сердце сжаться. Передо мной высились горы костей, собранных в одном месте. Эти твари соблюдали определенную чистоту. Везде валялись черепа с рогами и без, скелеты птиц и других животных. Это было кладбище убитых жителей Дирланда. Сколько их здесь? Наверное, многие тысячи. Веками крысы стаскивали сюда своих несчастных жертв и пожирали. Мне стало не по себе. Я находился в самом центре их логова. В самом страшном месте, в которое только можно попасть. Какую же силу нужно иметь, чтобы перетащить сюда убитого оленя? Ведь сначала нужно переплыть залив! С кем нам предстоит столкнуться?! Что за исчадия ада против нас?! Глядя на все это я начал сомневаться в том, что мы победим. Да, в Дирланде тоже много отважных животных. Но они по своей сути мирные существа. Сколько мы продержимся? День? Два? Или все же нам придется покинуть прекрасную землю? Я невесело вздохнул и поспешил покинуть это ужасное место.

Мой путь продолжался и я решил выбраться наружу и осмотреть местность. Выбрав место поудобней, я вылез из норы и высунул голову над землей. Особого изменения я не заметил. Вот только моря уже не было видно, зато вдалеке я увидел множество кружащих в небе летучих мышей. Это говорило о том, что я на верном пути. Было рискованным дальше быть на виду и я поспешил спрятаться. Тем временем, подземные тоннели становились шире и более разветвленные. Идти было совсем легко. Прошел еще час и я решил перекусить. Усевшись на земле, я начал есть. Внезапно я что-то услышал. Где-то в стороне от меня мелькнула чья-то тень. Я выхватил меч и укрылся за одним из поворотов лабиринта. Меня выдавал факел, но оставаться без света я не хотел. Пока у меня был огонь, я мог видеть, что происходит. Но ничего пока не происходило. Или меня не заметили, или за мной следили. Безызвестность была еще хуже, чем явная угроза. Понемногу я начал успокаиваться, но тут вдруг услышал глухое утробное рычание. Медленно из темноты на меня надвигалась ужасная морда крысы. Она не спеша приближалась и скалила зубы. Я заметил, что эта крыса очень старая. У нее была седой почти вся спина и были поломаны клыки. Тело ее было тощим и все в шрамах. Видимо, мы были один на один. Несмотря на свою немощь, крыса была еще сильна и готова напасть на меня. Наверное, ее здесь бросили или она не смогла уйти с другими крысами, но меня она рассматривала как свою последнюю добычу. Медленно пятясь назад, я швырнул ей остатки своего обеда, но она на него не обратила внимания. Эта тварь питалась исключительно мясом. Сможет ли она догнать меня, если я побегу?

Резко развернувшись, я побежал по тоннелю, стараясь забегать в разные повороты, чтобы запутать крысу. Так я бежал пару минут. Но меня никто не преследовал. Я решил перевести дух. Внезапно что-то прыгнуло мне на спину и больно укусило меня сзади в шею. Я закричал от боли. Мерзкая тварь перехитрила меня. Она знает этот лабиринт наизусть и обошла меня с тыла. Как я сразу не догадался! Необходимо было как-то сбросить крысу с себя. Я повалился набок и приготовился ударить нападавшую мечом, но она навалилась на меня всем телом и теперь ее зловонная морда приближалась к моему лицу, стараясь перегрызть мне горло. Липкая слюна из ее пасти капала мне на грудь и я с отвращением пытался увернуться от нее. Напрягшись всем телом, я резко выдернул руку и вонзил свой клинок прямо ей в бок. Крыса неистово завизжала и спрыгнув с меня начала беспорядочно кружить, пытаясь зубами вытащить из себя меч. А я прижался к стене и с ужасом наблюдал за происходящим, не в силах сдвинуться с места. Крыса тем временем рванула в одно из ответвлений подземелья и исчезла из виду. Я без сил упал на колени. Дико болела шея, укушенная гадиной. Нужно было срочно перевязать рану. Я дотронулся до нее и ощутил на пальцах кровь. Мой факел догорал на земле и я рисковал остаться без света. Нога, за которую меня схватил червь, была покрыта синяками, но не сильно беспокоила меня, а вот эта рана могла оказаться опасной. Что если у меня начнется заражение? Я порылся в мешочке, который дал мне отец вчера и вынул оттуда какую-то сухую траву. Перед отплытием отец рассказал мне какое зелье нужно использовать в случае ранения. Перетерев пальцами пучок снадобья, я наощупь засыпал себе его в рану и почувствовал легкое жжение. Средство начинало работать. Рана была неглубокой, но могла начать гноиться. Я достал из своего заплечного мешка тряпку и обмотал ее вокруг шеи, чтобы остановить кровотечение. Тем временем факел потух и я направился к ближайшему отверстию, чтобы выйти на поверхность.

Глава 9

Не слезая с крысы, Стен ехал по территории крепости. Множество раз он ощущал на себе голодные взгляды разных тварей, а некоторые из них даже приближались и касались его своими мордами, лапами и телами. Но горилла, не особо церемонясь лупила по ним своим копьем и вела за собой крысу за поводья. Они миновали несколько мостов, перекинутых через глубокие рвы, на дне которых копошились такие же черви. Даже внутри своей цитадели, Рэтлинг создал множество препятствий для возможного врага. Его, по всей видимости, преследовала паранойя. Как могут безобидные жители Дирланда напасть на него?! Это же абсурд! Ему ничто не угрожает. Но факт оставался фактом. Рэтлинг готовился к войне.

По мере продвижения Стену открывалась поразительная картина. Сейчас он находился на высоком пригорке и видел картину из фильма ужасов. На огромное расстояние вперед раскинулась армия Рэтлинга. Тысячи и тысячи крыс, облаченных в железные латы и продолговатые шлемы на головах, огромное множество жаб, защищенных колючими металлическими шипами со всех сторон, сотни червей, с большим количеством седел на своих спинах были готовы к бою. Эта масса занимала собой огромное пространство внутри крепости и ждала команды своего хозяина. Горе тому, кто станет на их пути! Ничто не сможет противостоять этой силе! Над всем этим безобразием парили стаи голодных летучих мышей, а чуть в стороне были размещены отряды боевых обезьян. Эти твари постоянно были в состоянии боевой готовности. Они спали, пили и ели с оружием в руках. Рэтлинг не жалел свое войско. Могучая сила Черного Оракула позволяла ему безраздельно управлять своими слугами. Вся эта фантасмагория была какой-то неестественной. Против кого такая огромная сила?! Нет никого и ничего, что может сопротивляться такому!

Тем временем горилла повела крысу в направлении огромной башни, которая высилась над всем этим кошмаром. Твердыня была сложена из большущих гранитных блоков, сложенных один на другой. Наверное, потребовалась не одна тысяча лап, чтобы суметь поднять такую тяжесть. Стен подумал о том, что даже артиллерийский залп из десяток орудий вряд ли нанес бы какой-то урон башне. У ее подножия была открытая площадка, на которой сидело несколько летучих мышей. Стен с ужасом начал догадываться об их предназначении. Рэтлинг, преследуемый манией величия, даже не сделал вход в башню, опасаясь нападения. Он полностью обезопасил себя от своих и чужих. Закрывшись в своей твердыне, Повелитель Крыс оставался неуязвимым для кого угодно и в то – же время видел все, что происходит вокруг. Стен готов был побиться об заклад, что и свои алмазы Рэтлинг хранит здесь же. А где еще? Это было неприступное место. Хотя для крыс и жаб алмазы были абсолютно бесполезны.

Крыса подошла к одной из летучих мышей и остановилась. Стен немедленно с нее спрыгнул и с отвращением отошел в сторону. Но горилла так же грубо схватила его за руку и подвела к мыши. Стену очень не хотелось садиться верхом на это мерзкое существо, но пришлось подчиниться. На спине мыши было установлено что-то наподобие седла и стремян. Была еще ручка, за которую можно было держаться. Как только он уселся, обезьяна ударила мышь копьем и та рванула вертикально вверх. У Стена ушла душа в пятки. Он подумал, что через мгновение свалится вниз и что есть сил ухватился за поручень. Мышь, тем временем набрала высоту и выровняла положение. Теперь она летела по спирали вокруг башни, постепенно приближаясь к круглой площадке наверху. Какова же была высота этой твердыни? Стен посмотрел вниз и увидел там почти незаметные фигурки обезьян, с которыми сюда прибыл. Наверное, тысяча футов точно есть. Наконец, мышь перестала кружить и резко приземлилась на площадку. От такого движения Стен вылетел из седла и больно ударился локтем о камни. Ничего не скажешь, вежливый прием! Мышь взмахнула крыльями и камнем полетела вниз. На площадке не было никого.

С такой высоты можно было осмотреть территорию на много километров вокруг. Стен посмотрел на море и увидел Дирланд. Довольно отчетливо можно было рассмотреть изгибы его гор и даже деревья, растущие в лесу. Конечно, Рэтлингу не терпится захватить этот красивый мир. По сравнению с Дирландом, этот берег был похож на склеп, в котором живут одни трупоеды. После этого Стен посмотрел назад и увидел безжизненное на много миль вперед пространство без единого деревца и травинки. Все, что здесь росло, Рэтлинг пустил на войну, а то, что осталось, доели его слуги. О том, что Стен здесь, Повелитель Крыс, конечно же знал. В противном случае, его давно бы убили и сожрали. Но почему никто не выходит?

Внезапно, один из камней башни открылся и из нее выбежало двое обезьян в нарядных костюмах, держа в руке кресло, усыпанное алмазами удивительной красоты и размера. Они установили его на возвышение в центре площадки и стали сзади Стена. И тут появился тот, ради кого и было задумано это безрассудное предприятие.

Рэтлинг, и в самом деле, напоминал собой короля. Это был мужчина лет пятидесяти, среднего роста и довольно коренастый. На его надменном лице застыла зловещая улыбка, а над верхней губой виднелись тонкие усы. С ужасом Стен обнаружил, что его плащ был изготовлен из шкуры оленя, причем, как видно, не одной. Все его одеяние было усыпано сотнями драгоценных камней и от этого он переливался всеми цветами радуги. На какую же сумму на нем алмазов? Здесь, наверняка, миллионы долларов! И это только один плащ! Сколько у него есть драгоценностей?! Глаза Рэтлинга светились холодной уверенностью и временами в них вспыхивал безумный огонек, говорящий о надвигающемся сумасшествии. И не мудрено, если ты – король самых мерзких существ на свете и вынужден с ними общаться на протяжении многих лет. В руках Повелитель Крыс держал длинный посох, заостренный на конце, также богато инкрустированный редкими камнями.

– Что тебе нужно, Стенли Райс? – зловещим голосом рявкнул Рэтлинг. – Отвечай, ты ищешь смерти?!

Стен, как и задумал раньше, упал на колени и коснулся лбом холодного пола. Рэтлинг узнал его сразу. Это все его шпионы. Что он еще знает?

– Прости меня, о Великий! – тихим голосом ответил Стен. – Я безмерно благодарен тебе за сохраненную мне жизнь. Я восхищаюсь твоим могуществом и хочу служить тебе, кем ты скажешь.

Рэтлинга, казалось, совершенно не тронули слова Стена и он тоном, близким к истерии, прокричал:

– Ты жалкая скотина, как ты смеешь думать, что ты мне нужен?! Я сейчас же брошу тебя вниз на съедение крысам. Признавайся, ты шпион?

Стен начал думать, что дело приобретает совсем не тот оборот, на который он рассчитывал. Нужно было действовать, исходя из ситуации. Смертельно опасным было спорить с Рэтлингом, поэтому Стен решил рискнуть.

– Да, Повелитель. Меня направили к тебе, чтобы я предложил тебе пуговицу в обмен на спасение Дирланда.

Рэтлинг изменился в лице и тихо прошипел:

– Пуговицу?! Ты говоришь, пуговицу? Она с тобой?

– Нет, Повелитель. Она не у меня, но я ее видел. Она у Майкла Робески и его отца.

– Ты лжешь!

– О, великий! Но я уверен, что они хотят тебя обмануть. Они лишь тянут время, чтобы собрать побольше армию. Но я видел их армию. Они ничтожны. Им и часа не выстоять против тебя.

– В таком случае, мне остается тебя убить. Ты бесполезен для меня.

– Подожди, подожди, пожалуйста, Повелитель. Я не хочу умирать. Я специально вызвался плыть к тебе сам. Я могу выкрасть для тебя пуговицу в обмен на свою жизнь и…

– Что и…?

– Я очень бедный человек. Мне много не нужно. Если ты мне дашь небольшой мешочек алмазов, я буду тебе очень благодарен.

Рэтлинг на секунду задумался, а затем дико рассмеялся.

– Ты хочешь камни? Да? Ты хочешь, чтобы я дал тебе камни?!

Стен покорно опустил голову и тихо сказал:

– Я все для тебя сделаю, Повелитель, только не убивай меня.

Рэтлинг успокоился и надменно спросил:

– А почему же ты сразу не принес мне пуговицу?

– О, великий, мне не доверяют и я не знаю, где они прячут пуговицу. Но когда я вернусь от тебя и скажу, что ты согласен, то я найду способ как получить пуговицу. Если же ты решишь, уничтожить Дирланд, то скорее всего, ее найти уже будет невозможно.

– Ты врешь, и я тебе не верю. Но в любом случае, я дам тебе два дня. Если через два дня пуговицы у меня не будет, я сотру Дирланд с лица земли.

Глава 10

Место, на котором я очутился, находилось у подножия невысокой скалы. Я мог незаметно выбраться и залезть наверх, чтобы все рассмотреть. Под прикрытием камней я взобрался на скалу и улегся в небольшом углублении, удобном для наблюдения. То, что я увидел, меня потрясло.

Огромных размеров крепость закрывала собой горизонт. Сотни мышей парили над ней, делая невозможным незаметное приближение. Высокая башня в центре крепости была, наверное, местом обитания Рэтлинга. Тяжелые ворота были закрыты и я не имел ни малейшего представления о том, как попасть внутрь. Никаких крысиных нор больше не было. Значит оставалась только надежда на темноту. Я улегся в расщелине и попытался уснуть, но у меня не получалось. Требовалось что-нибудь придумать заранее. Во-первых, даже если я подберусь к воротам, то как я попаду в крепость? Если бы у меня был орел, то возможно, у меня вышло бы ночью перелететь через стену? Но от этой мысли мне сразу же пришлось отказаться. Здесь столько ушей и глаз, что проскользнуть нереально. Во-вторых, если мне повезет и я окажусь по ту сторону стены, то какими будут мои дальнейшие действия? Как мне отыскать Черного Оракула? Но тут мне пришла в голову одна мысль. Если Черный Оракул управляет всеми тварями Рэтлинга, то это значит, что там, где больше всего этих гадов – место нахождения Оракула! Мне показалось это резонным. Как можно держать такую ораву в повиновении, если она разбредется по сторонам? Значит, нужно согнать всех их поближе к Черному Оракулу и там держать. И отпускать время от времени на охоту. Но все это означает, что мне придется влезть в самую гущу мерзких созданий! От этого у меня похолодело внутри. Мне достаточно было встречи с одним червем, и с одной крысой. А там их несметное количество! Задача кажется невыполнимой. Но думать об этом не хотелось. Сейчас нужно сконцентрироваться на воротах. Ночью я подберусь к ним и дождусь, пока они откроются для кого-нибудь. А там посмотрим.

Наконец, на небе потемнело и я стал ползком пробираться к воротам. Расстояние было приличное и мне удалось продвинуться на очень маленькое расстояние. Если не считать, что я ободрал себе все руки и порвал одежду, моя шея постоянно ныла и мне приходилось временами крутить головой, чтобы отогнать боль. Через час стало совсем темно. На небе были густые тучи и звезд совсем не было видно. Настало время для решительных действий. Я встал на ноги и побежал вперед, стараясь делать меньше шума. Два раза мне пришлось падать на землю. Надо мной пролетал очередной крылатый патруль и я даже ощущал движение воздуха от их крыльев. В случае, если меня обнаружат, мне придется бросаться камнями и землей. Другого оружия у меня не было.

Через пятнадцать минут я все же достиг укромной ямы вблизи ворот и прыгнул в нее. Мои ноги сразу же погрузились в грязь. Но делать было нечего. Это место было ближе всех ко входу в крепость. Долгое время ничего не происходило. Я уже начинал думать о том, что это глупая затея, когда ворота вдруг стали открываться. Из них верхом на крысе выскочила огромная обезьяна и понеслась куда-то, размахивая копьем. Мешкать было нельзя. Я вылез из своей ямы и побежал вперед, стараясь проскользнуть в узкую щель, которая образовалась в воротах. И мне это удалось. Но лучше бы я этого не делал. Хотя было и темно, я увидел множество противных тварей, занимающихся своими делами внутри крепости. Похоже, моя осторожность принесла свои плоды. Меня никто не заметил и я, пригнувшись, стал продвигаться вдоль стены, скрываемый темнотой. Пока ничего мне не угрожало. Но что будет, когда рассветет? Внутренний голос подсказывал мне, что нужно обмазаться грязью, чтобы отбить свой запах. Я нащупал очередную яму и тихонько погрузился в нее с головой. Ощущение было не из приятных, но так надежнее. У этих гадов, наверняка, хорошо развито обоняние. Они же хищники и питаются сырым мясом.

В темноте я увидел очертания какой-то кучи мусора и поспешил к ней, чтобы спрятаться и обдумать дальнейшие действия. Пока еще темно, можно попытаться осмотреть крепость и понять что где находится. Немного отдохнув, я пополз дальше, но уткнулся во что-то твердое. Это оказался большой камень, на котором стояла обезьяна и время от времени щелкала кнутом по кому-то с другой стороны. Я рисковал быть замеченным. Между камнем и стеной крепости с трудом, но все же можно было протиснуться и я осторожно это сделал. Горилла меня не заметила. Тогда еще осторожней я пополз дальше и свалился в какую-то яму. Куда я попал, мне стало понятно сразу. На дне канавы копошилось несколько мерзких и скользких существ. Похоже, я разбудил их. Комок подступил к моему горлу и я превозмогая дрожь, постарался не шевелиться. Сильные кольца начали обвивать меня вокруг и разворачивать в разные стороны. Я закрыл глаза. Похоже сейчас меня в качестве еды не рассматривают. Толстый слой грязи, который был на мне, спас мою жизнь. Твари не учуяли меня. Я для них был чем-то бесполезным. Через некоторое время меня отбросили в сторону. Сейчас любое движение для меня было чревато смертью. Скользкие твари успокоились, а один червь даже положил свой хвост мне на живот. Мне ничего не оставалось как лежать в одном положении и ждать дальнейших событий. Так я провел ночь. Мое тело затекло без движения, а засохшая грязь стягивала мне лицо. Наступал рассвет…

Когда стало светло, черви начали выползать из ямы наверх. Я продолжал лежать на дне и мечтал лишь об одном – расправить свои ноги и руки, которые окончательно онемели. Наконец, все гады уползли и я смог пошевелиться. Кровь быстрее потекла по моим венам и я почувствовал, что могу идти дальше. Но вылезать наверх было опасно. Я осторожно выглянул и увидел высокую башню, вокруг которой вились летучие мыши. Вдруг на одной из них я увидел человека, который спускается вниз. Разобрать его лицо я не смог. Было очень далеко, но я увидел то место, куда он приземлился. Это было примерно в двух тысячах футов от меня. В моем нынешнем положении, такое расстояние было просто огромным. Но я сердцем чувствовал, что это был Повелитель Крыс.

Глава 11

– Он не поверил мне. Наверное, я не смог его убедить, что хочу выкрасть пуговицу, – сказал Стен моему отцу, когда вернулся в Дирланд.

– Нет. Он поверил тебе, но не показал вида. Как минимум, у нас есть два дня, – возразил ему отец. – Рэтлинг ухватился за нашу идею и выдал свои планы. Наша армия уже готова и мы заканчиваем строить укрепления в лесу. На открытой местности у нас нет ни единого шанса, а в лесу мы какое-то время сможем продержаться.

– Я видел его армию и его крепость. Нам не выиграть.

– Я знаю это. Но мы решили биться за Дирланд и мы это сделаем. Сейчас надежда на Майкла. Если ему удастся уничтожить Черный Оракул, то без его действия Рэтлинг долго не сможет контролировать своих слуг. И это дает нам шанс. Мы тоже все это время готовились к войне и кое-что ему приготовили.

– Мне кажется, что без пуговицы у нас ничего не получится. А как же наш второй план? Может, попытаемся как-нибудь убедить Рэтлинга показать нам его Оракул?

– Зачем это ему нужно? Это ведь единственный источник его власти. И как ты это сделаешь?

– Ну, я не знаю… Можно ему сказать, что нам все известно и что есть другой, более сильный Оракул.

– И что из этого? От войны нас это не избавит. Он еще быстрее постарается с нами расправиться. Нет, этот вариант мы оставим напоследок. Если Майклу не удастся добраться до Черного Оракула и Рэтлинг начнет войну, тогда мы заявим Повелителю Крыс, что нам все известно и мы якобы выслали группу для уничтожения этого зла. Этим мы сможем выиграть еще несколько дней, пока Рэтлинг будет отвлечен на защиту Оракула.

– Но этот способ тоже не дает нам почти ничего.

– Да. Это так, но это все, что мы можем.

Стену нечего было возразить. Мы могли только оттянуть свой конец, но никак не избежать его. Нужна была пуговица. В нее все упиралось. Но у нас ее не было и это все меняло. Стен вернулся с того берега несколько часов назад и теперь спал, утомленный сложным заданием. Он сделал все от него зависящее. Рэтлинг проглотил наживку, но не полностью. В то, что пуговица у нас, он верил, но не верил в то, что мы с ней расстанемся. Два дня. У нас оставалось всего два дня.

Внезапно Стен почувствовал, что его кто-то сильно трясет за плечо. Он открыл глаза и увидел отца, стоящего возле кровати. Отец был чрезвычайно взволнован и побежал в другую комнату, увлекая Стена за собой. Тот поднялся и, протерев глаза, последовал за ним. Когда Стен вошел в соседнее помещение, то остолбенел. Рядом с моим отцом стоял… Барни. Живой и невредимый, хотя и немного осунувшийся. Как такое может быть? Он ведь погиб?! Но отец не дал Стену опомниться и сказал:

– Стен, я думаю вы знаете друг друга. Признаться, я и сам сильно удивлен появлением Барни и до сих пор в это не верю. Барни, расскажи что происходит.

Тот сплюнул куда-то в угол и ухмыльнувшись ответил:

– Происходит то, что происходит. Я вижу, что ваши дела совсем плохи. С минуты на минуту Рэтлинг нападет на вас и он победит. Я в этом уверен. И я могу предложить вам помощь.

– Какую, – спросил Стен.

– Я могу сделать так, что Рэтлинг не объявит вам войну.

Мы раскрыли рты от удивления.

– И как ты это сделаешь? – спросил отец.

– Очень просто. У меня есть пуговица…

Мы были окончательно обескуражены.

– Но как? Почему? Кто тогда сгорел в магазинчике?

Барни недобро улыбнулся и ответил:

– Сгорел один из шпионов Рэтлинга. Он пришел за пуговицей и тогда мне все стало ясно. Я решил не отдавать ему эту вещицу и он напал на меня. Ну я и пристукнул его бутылкой по голове. Всего делов-то. Мы ведь с тобой бывшие солдаты.

– Но зачем было устраивать пожар? – не вытерпел Стен.

– Для того, сынок, чтобы все думали, что старина Барни умер. Так лучше.

Отец серьезно посмотрел на Барни и сказал:

– Нам ведь известно, что ты заодно с Рэтлингом. Что ты на это скажешь?

Барни еще раз сплюнул и, скривив губы в противной улыбке, ответил:

– Был заодно. До поры, до времени. Но он захотел перехитрить меня. Ему все, а мне – ничего. Мы так не договаривались. Я делал за него всю черную работу, а он только алмазы собирал. Короче говоря, я предлагаю вам сделку.

Стен и отец посмотрели друг на друга. Верить Барни не очень-то хотелось.

– И что же ты предлагаешь, – спросил отец.

– Я меняю алмазы Рэтлинга на неприкосновенность Дирланда.

Отец с презрением посмотрел на него и сказал:

– Допустим, мы согласны. Но как ты собираешься это сделать?

– Очень просто. Мне не нужны алмазы, которые лежат в земле Дирланда. Мне некогда их отсюда доставать. У Рэтлинга их и так уже много. Мне на спокойную старость хватит. Я отдаю Рэтлингу пуговицу и он отменяет свое нападение на Дирланд. Отменяет, я думаю, на время. Я его хорошо знаю. Он не успокоится, пока не выжмет из этого мира все, что можно. Так вот, я отдаю ему пуговицу, вы получаете свой Дирланд.

– Стоп. А как это решает проблему? Он ведь все равно рано или поздно начнет войну? – перебил его Стен.

– Не начнет, – загадочно протянул Барни. – Не начнет… Он не сможет. Потому, что будет мертв.

– Как мертв?! Почему?!

– Ну, это дело я беру на себя. Так вот, как только Рэтлинг умрет, вы со своим зверьем поможете переправить мне все алмазы в наш обычный мир. Насколько я понимаю, груз будет немаленьким. Ведь большинство алмазов еще не ограненные. Его крысы, пожалуй, к тому времени уже никого не будут слушаться.

Отец подозрительно посмотрел на Барни.

– Тебе что-то известно?

– Ха! Старику Барни многое известно.

– Ты знаешь, почему крысы ему подчиняются? – спросил Стен.

– Конечно! – самодовольно ответил Барни и сплюнул при этом. – И всегда знал…

– Но где гарантия, что Рэтлинг все-таки не начнет войну? – спросил отец.

Барни прошелся по пещере и таинственно произнес:

– Война начнется, но она будет очень короткой. Кстати, а где Майки?

Стен хотел уже что-то сказать, но отец резко его перебил:

– Он уехал. Далеко…

Глава 12

Итак, мне предстоял самый трудный участок моего задания. Пока что все шло как надо, если не считать, что я несколько раз был на волосок от смерти. Грязный, оборванный и раненый в ногу и шею, я собирался бросить вызов всей армии Повелителя Крыс. Как я проникну в Черный Оракул? Как я пройду всех этих гадов? Совершенно ничего не приходило мне в голову. Здесь уже негде было спрятаться. Тысячи мерзких животных находились между мной и Оракулом. Но я его не видел. Где же он находится? Может я ошибаюсь и он где-то в другом месте? Но я ведь четко помню свое видение. Он здесь, в крепости. Иначе быть не может. Рэтлинг должен держать его возле себя. Это гарантия его силы и власти. Опыт, который я получил за прошедшее время, подсказывал мне, что обязательно должен представиться подходящий случай. Нужно опять ждать. Я зашел уже слишком далеко, чтобы останавливаться на полпути. Или победа, или смерть. Но смерть во имя жизни!

Я по-прежнему сидел в вонючей яме и боялся вылезать. Не может быть, что мне не улыбнется удача. Я никак не хотел считать эту яму концом своего пути. Но я не знал, что мне делать дальше. И тут мне пришла в голову самая безрассудная мысль, какая могла только прийти. Я решил попасть внутрь башни. Только там я смогу узнать все, что меня интересует. До башни было не так уж и далеко и я принял решение направиться к ней. Короткими перебежками я кое-как добрался к подножию твердыни. Но тут меня ждало главное разочарование. Здесь не было входа. Что дальше? Я был серьезно озадачен. Или вход хорошо замаскирован, или его вообще нет. У меня не было времени на поиск ответа. В любую секунду могли появиться слуги Рэтлинга. Внезапно, я услышал шорох за своей спиной. Все. Меня обнаружили. Я медленно повернулся и увидел глядящую на меня тупую рожу, не способную думать. Огромная летучая мышь молча наблюдала за мной. Я боялся сделать движение. Но мышь тоже не проявляла агрессии. Так продолжалось не менее минуты. Вдруг мышь повернулась ко мне боком и я увидел на ее спине что-то вроде седла. Я не верил своим глазам. Это был способ подняться наверх. Я не стал медлить и осторожно уселся в седло. Мышь резко рванула с места и понесла меня куда-то в небо. Это животное, по всей видимости, знало лишь один маршрут и только этому было обучено.

Через несколько минут я стоял на площадке на вершине башни. Здесь никого не было. Большой камень в стене был отодвинут в сторону и это, наверное, служило дверью. Я осторожно заглянул внутрь и никого не увидел. Похоже, помещение было пустым. Где те, кто живет здесь? То, что это убежище Рэтлинга, я не сомневался. Кроме него, такое никто не смог бы построить. Только благодаря влиянию Черного Оракула можно было выстроить такие сооружения. Я осмотрелся по сторонам и увидел огромную армию Повелителя Крыс. Мне стало не по себе. Но зато я знал, что вся эта громада держится на Оракуле. И в нем главная причина.

Вдруг, где-то в толпе крыс и жаб, я заметил невысокое помещение из камня. Снизу его заметить было просто невозможно, но сверху оно было как на ладони. Вот оно! Здесь находится моя цель! Рэтлинг поступил гениально. Он сделал так, что Оракул держал возле себя всех тварей, а они, в свою очередь, охраняли его, сами того не зная. Это была идеальная защита. Пройти сквозь гущу армии Рэтлинга было нереально. Они сожрут любого. Я решил пока об этом не думать и зашел внутрь башни.

Это было похоже на огромный ювелирный магазин. Все стены помещения были усыпаны драгоценными камнями. Их было чересчур много. Не имея возможности воспользоваться своим богатством, Рэтлинг окружил себя таким количеством алмазов, которым не обладал ни один король. Даже пол был выложен разноцветными камешками. В глубине зала стоял высокий трон, который выглядел не менее великолепно. Я был поражен. Такого богатства я не видел никогда.

Внезапно я услышал шум крыльев. Кто-то поднялся на площадку. Мне ничего не оставалось, как спрятаться за трон. Но когда я обошел его сзади, то увидел малоприметную деревянную дверь в полу. Не секунды не мешкая, я открыл дверцу и нырнул в отверстие.

Мои ноги нащупали ступеньки, идущие вниз. По мере того, как я спускался, ступени стали видны. Вдоль лестницы шли небольшие отверстия в башне, которые снаружи были незаметны. Куда вели ступеньки? Ответа у меня не было. Но я продолжал спускаться, надеясь выбраться наружу.

Через полчаса лестница закончилась и я попал в длинный полутемный тоннель, освещаемый факелами. Неужели я на верном пути? Как я сразу не догадался? Рэтлинг вырыл подземный ход к Оракулу. И вход был только из башни. Повелитель Крыс все продумал. Даже если его слуги выйдут из-под контроля, Рэтлинг все равно сможет оставаться в безопасности и иметь доступ к Оракулу. Я не верил в свою удачу. Неужели я у цели? Так просто не может быть. И я был прав. Через несколько десятков метров я уперся в массивную железную дверь, открыть которую без ключа я не мог. Сняв со стены один из факелов, я посветил в замочную скважину. Так и есть. Нужен ключ. Постепенно я осознал, что сам себя загнал в ловушку. Путь вперед был закрыт, путь назад тоже. В любой момент может появиться Рэтлинг и тогда мне конец. Я схватился за ручку двери и попытался потянуть ее на себя. У меня ничего не вышло. Оставался только один путь – назад. Удастся ли мне незамеченным выбраться отсюда? Шансов на это почти не было. Я побежал к лестнице и вскоре уже поднимался вверх. О том, как я буду покидать башню, я даже не думал. Оказавшись вблизи своей цели, я повернул назад. Сейчас я хотел лишь сохранить свою жизнь и ничего больше. Усталость давала о себе знать. Я вспомнил о том, что уже больше суток ничего не ел и не пил. В моем мешке оставалась еда, но она, скорее всего была уже непригодной. Я пролежал целую ночь в грязи и есть это мне совсем не хотелось.

Я просто бежал вверх. И вдруг, остановившись, я услышал шаги. Рэтлинг спускался к Оракулу. Через минуту меня найдут. Теперь это действительно конец! Ловушка захлопнулась.

Глава 13

Барни отправился на ту сторону залива. Видимо, он не боялся ни червей, ни крыс, никого. Стоя в полный рост, он уверенно взял весло и стал грести. Отец и Стен долго смотрели ему вслед. Какую игру затеял этот старик? Не задумал ли он еще чего-нибудь? Жажда наживы, охватившая Барни, могла толкнуть его на любые безумные поступки. Мы сильно рисковали, разрешив ему пройти через территорию Дирланда. У него была пуговица. Не ведет ли он двойную игру? Но сейчас Барни был единственным человеком, который мог повлиять на Рэтлинга. Это был еще один шанс избежать войны. По сути, мы ничего не теряли. Даже если старик врет и на самом деле несет пуговицу Рэтлингу, чтобы тот мог переправить алмазы в наш обычный мир, то это ничего не меняло. Но если в его словах есть доля правды, то мы могли надеяться на спасение. Барни сказал, что война все равно начнется, но она будет недолгой. Что это могло значить? Возможно, ему и в самом деле была известна тайна Черного Оракула? Но верить его словам до конца, все равно, не получалось. Этому человеку нужны алмазы. Где гарантия, что отпустив его к Рэтлингу, мы не ухудшили свое положение?

Тем временем, я ждал когда меня обнаружат. Шаги нескольких ног были уже совсем близко. Тихонько спустившись в начало лестницы, я обнаружил темный угол, где можно было спрятаться. Это давало мне шанс. Как только я укрылся под лестницей, мимо меня прошел мужчина в длинном плаще и две громадные гориллы с факелами в руках. Удивительно, как они меня не заметили. Я еле-еле помещался в маленьком уголке башни и если бы кто-нибудь из них повернул голову назад, то сразу же увидел бы меня. Но этого не произошло. Я с облегчением вздохнул. У меня теперь было два варианта. Первый – бежать наверх и постараться спуститься вниз и второй – идти за Рэтлингом. Я задумался. Что изменится, если я убегу? Ничего, кроме спасения своей жизни. Но ведь я уже почти у цели. От моей решительности зависит судьба Дирланда. Значит, нужно идти вслед за Повелителем Крыс.

Я осторожно стал продвигаться по тоннелю. Шаг за шагом я останавливался и прислушивался. Ничего не было слышно. Так я дошел до двери, которая была приоткрыта. Я замешкался. Еще было время передумать. За этой дверью пути назад уже не будет. Сердце мое начало отчаянно биться. Вперед! Я сделал шаг внутрь. Затем преодолел еще несколько футов. Помещение было темным и по всей видимости пустым. Я прошел еще какое-то расстояние и увидел в отдалении тусклый свет. Это был вход в следующее помещение. Добравшись до него, я осторожно заглянул в освещенное помещение. То, что я увидел, я себе представить даже не мог.

Посреди круглого зала на высоте десяти футов от пола в воздухе висел Рэтлинг. Его тело дергалось в разные стороны и он, казалось, был абсолютно нечувствителен к реальности. Но самым ужасным было следующее. Вокруг Рэтлинга в подвешенном состоянии находились самые мерзкие твари, которых я мог себе представить. Громадных размеров червь, бока которого раздулись от напряжения, дико извивался и скручивался в разные фигуры. Его тело пульсировало и, казалось вот-вот должно было разорваться. Такого здоровенного гада я еще не видел. Липкая слизь из его пасти брызгала во все стороны и ужасно воняла. Жирная крыса, с клыками, торчащими сквозь верхнюю челюсть, свернулась в клубок, как от сильнейшей боли, и пронзительно визжала. От этого звука у меня начала болеть голова. Такого пронзительного звука я еще никогда не слышал. Он проникал в самую душу и выворачивал ее наизнанку. Огромная жаба вращалась во все стороны и на ее уродливой морде постоянно менялись страшные гримасы. Ее кожа, усыпанная волдырями, постоянно лопалась, а глаза были расширенными до невозможности. Горилла невероятного размера обнажила клыки и вырывала шерсть из своего тела. Ее окровавленное тело было обезображено до неузнаваемости. Летучая мышь, с крыльями, похожими на паруса, висела вверх ногами и судорожно хватала ртом воздух, как бы стараясь кого-то укусить.

Зрелище было ужасающее. Так вот как Рэтлинг контролирует своих слуг. Он подвесил здесь вожаков стай своих гадов и через них управляет своей армией. Какие же мучения должны испытывать эти существа?! Сколько лет подряд они находятся здесь? Наверное века. Если Черный Оракул давно существует на этой земле, значит и эти твари с ним постоянно. Они всегда находятся здесь. Оракул не дает им умереть, а лишь гарантирует невыносимые муки. И лишь появление человека в этих местах послужило поводом для активизации этих тварей! Поистине страшное творение произвел на свет Спящий Оракул. Только под воздействием человека Черный Оракул начинал работать. Прошли века, прежде чем Рэтлинг попал сюда. И он воспользовался этой могучей силой.

Камешки на полу двигались с сумасшедшей скоростью. Никаких знакомых мне образов я не замечал. Это были какие-то хаотичные рисунки, ни на что не похожие. Я стал думать, как мне вывести из строя эту адскую машину. Попытаться убить этих тварей? Или убить Рэтлинга? Обе идеи показались мне наилучшими. Поскольку на меня никто не обращал внимания, я подошел к посоху, который стоял у стены и взял его. Заостренным концом посоха я мог проколоть любую плоть. Ближе всего ко мне находилась жаба. С нее я решил и начать. Посох был довольно тяжелым. Двумя руками я схватился за оружие и замахнулся. Внезапно дикая боль в голове заставила меня упасть. Кровь залила мои глаза. Теряя сознание, я краем глаза заметил здоровенную гориллу с камнем в руке, которая подкралась ко мне сзади…

Глава 14

Я медленно приходил в себя. Почему я вишу над полом? Что произошло?

Чья-то рука схватила меня за волосы и подняла мою голову. Рэтлинг!

– Майкл Робески, – прошипел он. – Кто же еще может прийти сюда без приглашения?! Что-то зачастили вы ко мне в последнее время. Вот и дружок твой был на днях. Как ты сюда попал?

Мне было очень больно, но я нашел в себе силы ответить:

– Твоя охрана никуда не годится. Я… я прошел сюда за два дня и никто мне не помешал.

Рэтлинг злобно улыбнулся:

– А мне и не нужна охрана. Пока эти твари здесь висят, меня победить невозможно. Эта машина действует безотказно. Десять минут в день и мои червячки, и мышки слушаются меня как дети. Если я им прикажу, они сделают невозможное. Неужели ты и вправду думал, что сможешь помешать мне?

Превозмогая боль, я ответил:

– Мне почти это удалось. Зачем ты хочешь разрушить Дирланд? Тебе мало богатств?

Рэтлинг расхохотался:

– Богатств?! Да у меня столько алмазов, что я могу быть хозяином мира! Да, я не против еще немного разбогатеть. Только, ты не знаешь главного. Моим зверюшкам нужно кушать. Под действием этой штуки они становятся очень прожорливыми. А когда они голодные, ими трудно управлять. Они все сожрали на этом берегу и очень скоро взбунтуются. А мне это ни к чему. Так что, вынужден тебя разочаровать. Это не мне нужен Дирланд. Это им нужен Дирланд. А я всего лишь, соберу остатки роскоши.

Я с ненавистью на него посмотрел:

– Но ты ведь можешь оставить своих слуг в покое. У тебя и так много алмазов. Зачем тебе еще?

Рэтлинг нахмурился и зловеще ответил:

– Зачем?! Ты спрашиваешь, зачем?! На самом деле, алмазов у меня и так предостаточно. Мне нужно другое. Неужели ты не понимаешь?

Я отрицательно покачал головой.

– Ты так же глуп, как и твой отец. Кто защитит мое богатство? Кто обеспечит мне спокойную жизнь? С такими деньгами мне понадобится собственная армия. Я не хочу жить здесь до самой смерти. Мне нужен наш мир. И мои послушные зверюшки станут мне верными слугами там.

Я не верил своим ушам.

– Ты… ты хочешь забрать с собой Оракул?!

– Ну вот видишь. Наконец-то, до тебя дошло. Таким деньгам нужна достойная охрана.

– Но это… Это ведь убьет наш мир. Они же сожрут все!

– Ну, ты преувеличиваешь. Я им позволю кушать только-то, что можно. Я не настолько жесток, как кажусь с первого взгляда. Я всего лишь стану хозяином мира, а потом избавлюсь и от них. Например, сгоню всех на какой-нибудь необитаемый остров и заставлю сожрать друг друга.

У меня не было слов. Этот человек потерял всякий здравый смысл. Он болен. То, что он задумал, не вписывается ни в какие рамки.

Но я не сдавался:

– Знаешь что, Рэтлинг. Вынужден тебя разочаровать. Никакой пуговицы у нас нет. Ты ее не получишь. Ты останешься здесь со своими крысами и сам станешь как крыса. Твой план не удался!

Рэтлинг изобразил на лице поддельный испуг и вдруг холодно сказал:

– Я знаю, что пуговицы у тебя нет. Но она есть у меня!

Он бредил. Откуда у него пуговица? Этого не может быть.

– Ты сошел с ума. Тебе лечиться нужно.

– Ты так считаешь? Хорошо. Я и вправду согласен немного подлечиться. Почему бы и нет? Смотри, придурок.

Рэтлинг засунул руку в карман и достал оттуда пуговицу.

Я не знал, что сказать. Это была та самая вещица, которую я видел в магазинчике. Я не мог ошибиться. Это была не подделка. Но, как?!

Все это время Повелитель Крыс смотрел на меня и, наверное, получал удовольствие от моего бессилия.

– У меня для тебя сюрприз.

Я не понимал, о чем речь. Рэтлинг щелкнул пальцами и ко мне подошел… Барни! Теперь мне все стало ясно.

– Ну что, Майки, удобно тебе? – заботливо спросил Барни у меня. – Я сам пару раз висел здесь. Ощущение не из приятных. Когда смотришь на примитивные мыслишки этих вонючек, перестаешь радоваться жизни. Но, ничего, потерпи. У нас сейчас много дел, а ты как раз удачно подвернулся. Повисишь здесь день-другой, может поумнеешь. Тебе-то и делать ничего особенного не придется. Побудешь червячком или обезьянкой. Правда, весело?

Барни расхохотался и не мог остановиться. А я до боли закусил губу и не знал что ответить.

– Неужели вы не понимаете, что несете зло? Неужели в вас не осталось ни капли разума?

Рэтлинг внимательно посмотрел мне в глаза.

– Ты говоришь о разуме? Да что ты понимаешь. Нам с Барни по пятьдесят с лишним лет. Мы – старые солдаты, которые честно служили своей стране. Но стране было наплевать на нас. Теперь пусть нам кто-нибудь послужит.

Мне стало понятно, что переубеждать их бесполезно. Эти люди сделали свой выбор. Они ни за что не отступятся от выбранного пути. Война неизбежна. И она принесет горе Дирланду. Я попался как мальчишка. Вместо того, чтобы помешать Рэтлингу исполнить свой коварный замысел, я только ускорю его. Меня используют в своих зловещих целях, а я не смогу им сопротивляться. Какой ужас! Находясь сейчас рядом с отцом, я принес бы хоть какую-то пользу Дирланду. Здесь же я только ускорял его падение. Мне не хотелось жить. Какой провал!

Между тем, Рэтлинг и Барни удалились, а я начал чувствовать легкое головокружение. Мои пальцы произвольно дернулись и я начал проваливаться в бездонную бездну…

Глава 15

В отличие от Спящего Оракула, я наполовину мог контролировать свое сознание. Я то не владел собой, то мне удавалось возвращаться к действительности. Сила действия Черного Оракула была не такой мощной, но от этого было не легче. Сначала я ничего не мог понять, но постепенно узоры на полу начали складываться в какие-то наполненные смыслом знаки. Значение рисунков все время упиралось в какие-то примитивные инстинкты, которые были направлены на продолжение рода и на поиск пищи. Все это хаотично крутилось в моей голове и я не мог на чем-нибудь сконцентрироваться. Но потом все это начало разделяться по какому-то непонятному мне принципу в стороны. Камешки соединились по цветам и разделились на пять частей. Сейчас неведомая сила заставила наблюдать меня за белой мозаикой под летучей мышью. Я начал осознавать, что теряю рассудок и становлюсь каким-то тупым существом, которое само себя не осознает. Я начал махать крыльями и кружить в небе, разыскивая что-нибудь съедобное. Но мне, как главному, нужно было держать вместе всех мышей и я дал им указание никуда не разлетаться.

Желтые камешки отвлекли мое внимание и я ощутил огромное желание залезть в грязную яму и пропустить через себя питательную жижу. Я был самым сильным и остальные уступали мне место. Я полз к воде и все меня боялись. Если кто-то ослушается, я его сожру целиком. Все должны лежать по своим ямам и ждать.

Синяя мозаика нарисовала мне башню. Тот, кто там сидит – самый главный вожак и его нужно слушаться. Только он дает еду. Только он знает, где найти мясо и растения. Он поведет нас в бой и мы отберем у врага территорию. Мы должны следить за остальными и служить хозяину.

Черные рисунки изображали болота и летающих над ними больших стрекоз. Их там много. Если мы пойдем за всеми, то еды будет достаточно. Там мы отложим икру и выведем потомство. Никого не пощадим и съедим все, что движется.

Прозрачные камешки складывались в оленей с оторванными ногами и головами. Здесь их много. Хватит голодать и грызть гнилые деревья. Все будет как раньше. Мы откопаем норы и построим ходы. Нас будет так много, что мы станем хозяевами и никто не сможет от нас убежать.

Усилием воли я отвлекся от видений. Заглянув в сознание этих тварей, я понял, что не стоит ждать от них пощады. В их головах даже нет намека на здравый рассудок. Им не знакомы мысли о сочувствии. Остановить их может только еще большая сила, чем их собственная.

Внезапно, мне захотелось двинуть всю эту армию на Дирланд. Я начал извиваться и сопротивляться изо всех сил. Но сила, превосходящая меня, управляла моей волей. Скорее, убить, разрушить, сожрать! Еда! Много еды!

Черви начали вылезать из своих канав. Тысячи крыс, облаченных в доспехи, ждали своих наездников. Корабли были готовы лететь над водой, перевозя сотни обезьян с луками и копьями. Загорались факелы и открывались ворота. Катапульты грузились на огромные плоты. Мыши собирались в единую огромную стаю, закрывающую собой небо и ждали команды лететь. Жабы, утыканные острыми шипами прыгали по берегу и выстраивались в боевой порядок. Гориллы проверили свое оружие и теперь злобно рычали, поднимая свой боевой дух. Огромная и непобедимая армия была в моих руках. Никакой пощады. Только смерть и разрушение. Рвать зубами, проглатывать целиком, хватать когтями и осыпать стрелами. В живых не должно оставаться никого. Сегодня будет богатая добыча.

Плоты вперед! Корабли вперед! Черви в воду! Жабы в воду! Мыши в небо! Убейте всех. И ешьте, сколько хотите.

Я начал войну!!!

Тело мое обессиленно упало на пол. Я трясся как в лихорадке. Дело сделано. Сегодня твари получили свое задание. Но что же делать? Менее чем через час Дирланд будет атакован. И кто это сделал! Это сделал я! Из-за меня прекрасный мир будет уничтожен. Нужно срочно что-то делать. Но как вернуть злобных существ обратно? Как заставить работать чертову машину?! Я посмотрел на висящих вокруг меня уродин. Они не шевелились. Их разум сейчас был где-то далеко. Какая от них теперь польза? Я поднялся на ноги и шатаясь подошел к крысе. Как ее прикончить? У меня нет никакого оружия. И у меня нет сил. В ярости я стал пинать ногами бесчувственного монстра, но для такой громадины мои удары были как комариный укус. Тогда я стал пригоршнями хватать камни на полу и разбрасывать их в стороны. Но они чудесным образом катились обратно. Наконец, я понял бесполезность своих усилий. Только при помощи Черного Оракула можно спасти положение. Я сел в центр круга и бессмысленно уставился в стену. Ни одной идеи! Ничего.

Какое-то движение на полу привлекло мое внимание. Разноцветные камешки смешались, а затем сложились в рисунок. Вполне отчетливо я видел водопад, Алию и Стена. Увидел прямоугольную скалу и глаз на ней. Это было изображение Спящего Оракула! Откуда это здесь? Не успел я задуматься, как мое тело вновь взмыло вверх и я начал крутиться вокруг параллельно полу. Скорость все увеличивалась. Я закрыл глаза и в моем мозгу с огромной скоростью замелькали знакомые картинки. Я снова видел Королеву, Болотный народ, Лесной Город, высокие заснеженные скалы и Дирланд. Все, что пришлось мне пережить и увидеть в последнее время, сейчас снова возникло в моей памяти. Я несся над морем, не касаясь поверхности. Подо мной проносились стаи летучих мышей. В воде я видел многие тысячи мерзких тварей, желающих убивать несчастных жителей Оленьей страны. Над волнами медленно плыли десятки кораблей, на которых нетерпеливо ждали битвы ужасные гориллы и их крысы. До берега оставалось совсем немного. Я оставил позади ненавистное мне войско, которое сам двинул в бой. Оставалось мало времени. Скоро начнется сражение. Вдали я увидел отца, стоящего в полном боевом облачении на высокой скале. Рядом с ним находился Верховный Олень в защитных доспехах, сверкающих на солнце. Это было поистине впечатляющее зрелище. Под ними, на крутых склонах, стояли олени, медведи, тигры, волки и другие животные. Все они были в полной боевой готовности. Тысячи камней были свалены в кучи для бросания вниз. Сотни бревен были приготовлены, для того, чтобы смести с пути любого, кто окажется на берегу. Острые палки торчали из земли, мешая продвижению врага. В небе парили орлы и были готовы в любое мгновение бросится вниз. От яркого сверкания тысяч доспехов меня ослепило. Отец не зря терял время. Животные Дирланда стояли плечом к плечу. Ни капли страха не было в их глазах. Только решимость существ, уверенно идущих на смерть. Все они понимали, что сегодня их мир погибнет. Но никто не бежал. Умереть на родной земле для них было почетнее, чем жалкая жизнь в изгнании.

Сердце мое наполнилось гордостью за Дирланд. Мы примем бой. И я буду первым, кто скрестит свой меч с врагом! Я начал эту войну и я первый погибну в неравной схватке. Другой смерти я не хотел.

Вперед, Воин Оленьей Страны! За Дирланд!

Глава 16

Подчинившись могучей силе Спящего Оракула я вернулся в Дирланд. Сейчас я сидел на боевом олене в латах и шлеме и с тревогой смотрел на море. Армия Рэтлинга медленно приближалась к нашему берегу. Вода пенилась от тысяч лап, гребущих в нашу сторону. Сотни плотов закрывали собой горизонт. Небо было черным от множества крыльев голодных летучих мышей, желающих нашей крови. В моей руке находилось длинное копье, ножны с мечом были пристегнуты к седлу. Мой олень был защищен легкой броней, не мешающей ему двигаться. Копыта его были покрыты металлическими пластинами, заостренными на конце. Рядом со мной на Верховном Олене восседал отец и смотрел в бинокль на приближающуюся армаду. Стен стоял сзади и испытывал на прочность тетиву лука, который он выбрал для себя в качестве оружия. Его волк злобно рычал, глядя на море и ему не терпелось вступить в бой. Атмосфера была напряженной. Но более всего меня поразила смелость Алии. Она, как жительница Мириаэльда, оказалось, тоже умеет управляться с оружием. Она стояла в кожаном костюме и с непокрытой головой. Ее красивые волосы развевались на ветру и она напоминала собой древнюю амазонку, готовую сразиться с любым соперником. По бокам ее бедер были прикреплены два кривых меча в ножнах. Весь ее вид демонстрировал решимость и отвагу. Огромный тигр сидел рядом с ней и был готов нести на себе эту прекрасную воительницу в бой. Мы были готовы.

Отец тщательно спланировал план битвы и теперь все ждали его команды. Первыми вступить в бой должны были орлы. Нам необходимо было лишить противника преимущества в воздухе. Нормальное передвижение наших войск было бы невозможным при постоянных атаках сверху. Мы не имели права допустить, чтобы воздушные полчища врага достигли наших рубежей. Орлы по своим размерам и силе превосходили летучих мышей, но их было в несколько раз меньше. На одного орла приходилось не менее десятка мышей. Много наших крылатых друзей погибнет в этом бою. И на них возлагалась огромная надежда.

Наконец, момент настал. Отец торжественно поднял руку и сотни орлов ринулись навстречу врагу. Они стремительно набирали высоту и сейчас находились высоко в небе, намного выше своих врагов. На секунду замерев в вышине, они перестроились и прижав крылья к туловищам, камнем бросились вниз. Эта атака была похожа на стремительное падение метеоритов. С неимоверной скоростью они врезались в гущу летучих мышей и сотни мертвых гадов посыпалось в воду. Мне захотелось зааплодировать такой великолепной тактике. Каждый из орлов смог поразить по несколько мышей. Первый успех был за нами. Но теперь уже мыши не давали орлам подняться вверх и облепили их со всех сторон. Началась неравная воздушная битва. Один за одним падали орлы в море. Некоторые из них продолжали держаться на воде, но мерзкие твари подлетали к ним и клевали их прямо в голову, заставляя идти на дно. Серьезный урон понес Рэтлинг в этой схватке, потеряв тысячи своих слуг. Но и мы лишились почти всей своей воздушной армии. Отбиваясь от преследователей, орлы возвращались назад. Осталось в живых, наверное, третья их часть. Сейчас им нужна была короткая передышка. Наступление летучих мышей на время было остановлено. Теперь они были заняты пожиранием орлов и себе подобных, мертвыми плавающих на поверхности залива. Тем временем, плоты и корабли вплотную подошли к берегу. Армия Рэтлинга была готова к высадке.

Первыми из воды полезли черви. Когда они своей массой заполнили берег, на них со скал полетели груды тяжелых камней. Тонны разорванной плоти полетело в разные стороны. Мы убивали их сотнями, но они все лезли и лезли. Скоро берег превратился в кровавое месиво из скользких дохлых тварей. Но это их не останавливало. Запас камней был на исходе. Нужно было остановить волну наступления противника и не дать закрепиться ему на берегу.

Я посмотрел на отца и он кивнул мне в ответ. Я знал, что делать. Вынув из сумки большой рог я протрубил воинственный призыв, разнесшийся на огромное расстояние вокруг. Горное эхо многократно усилило этот звук, дающий начало битве. Легко пришпорив оленя, я спустился ниже, где стояло в полной готовности оленье стадо. Ну что же. В бой!

Со скоростью ветра я несся вперед, выставив вперед копье. Олени за моей спиной низко опустили рога, покрытые металлом и были готовы врезаться в гущу противника. Первый мой удар пришелся в ползучего гада, который пробрался дальше всех и теперь собирался лезть на скалы. Я нанизал его на копье и поднял над собой. Гадина извивалась во все стороны и пыталась до меня дотянуться. Я сбросил ее обратно в море и, спешившись, начал мечом рубить живую скользкую массу вокруг себя. Олени яростно топтали ногами и рвали на куски червей своими рогами. Я заметил, что уже несколько оленей были убиты, а некоторых из них начинали заглатывать ползучие твари. Я запрыгнул на оленя и протрубил в рог. Это был сигнал к отступлению. Находиться дальше на берегу было опасным. Неисчислимое множество червей сейчас лежало убитыми на берегу. Но на стороне врага было количество.

В это время из моря полезли жабы. Бой с ними был затруднен тем, что они резко выпрыгивали из воды и совершали длинные и высокие прыжки. Как только несколько сотен жаб оказалось на берегу, на них полетели тяжелые стволы деревьев, убивая за раз по нескольку противных чудовищ. Сейчас все открытое пространство внизу представляло собой сплошное месиво из трупов, камней и деревьев. Нам удалось нагромоздить высокое препятствие на пути врага. Но противник уже четко закрепился внизу и теперь шел по своим мертвым подобиям. Нескончаемым потоком высаживалась армия Рэтлинга на нашем берегу. Дальше держать здесь оборону было невозможным. Мерзкие твари расползались в разные стороны и заполняли собой прибрежную полосу.

Первые плоты достигли суши и множество крыс в боевом облачении ринулось на нас. С кораблей были сброшены помосты и гориллы верхом на крысах помчались по берегу. Началось полномасштабное наступление. Часть крыс сразу же принялись за пожирание мертвечины, но обезьяны подгоняли их вперед, не давая останавливаться.

Я в последний раз взглянул на побережье. Огромный плот, богато украшенный алмазами качался на волнах у берега. На огромной жабе, утыканной шипами, восседал Повелитель Крыс. На его голове была корона, переливающаяся всеми цветами радуги. В одной руке он держал посох, символ его власти, в другой – красивый лук из которого он и не собирался, по всей видимости, стрелять. Жаба совершила огромный прыжок и они очутились далеко от воды. Рэтлинг не вступал в бой. Он лишь наблюдал за ходом битвы и довольно улыбался. Наступление проходило успешно и он готовился к скорой победе.

Глава 17

Мы отступали. Враг напирал со всех сторон. Бой уже шел на краю леса. Я и отец, верхом на оленях, мужественно бились с крысами, которые первыми показались на линии обороны. Забрызганный кровью, я сражался обеими руками. Отец колол своим мечом направо и налево. Сзади нас пошли в атаку волки и тигры. Противник не ожидал такого сопротивления. Мы боролись за каждый клочок своей территории. Рэтлинг нес громадный урон, но не переставал наступать. Наши ряды заметно поредели. Силы были очень неравными. На одного из нас приходилось более десятка, а то и больше врагов. Свежие силы Повелителя Крыс вытеснили нас вглубь леса. Здесь отец приготовил хитроумные ловушки. Мы знали где они находятся, враг – нет. Сотни ям, прикрытых ветками и утыканные острыми кольями, приняли в себя огромное количество наступающих. Они проваливались целыми группами и уже не могли выбраться наверх. Тех, кто умудрялся спастись, мы тут же добивали. Лес помог нам на время остановить натиск противника. Густой кустарник мешал армии Рэтлинга наступать плотными рядами. Мы отбили еще одну атаку.

У нас появилось немного времени на отдых. Я сел, опершись спиной о дерево, и вытер пот со своего лица. Отец присел рядом.

– Майк, мы держимся уже третий час. Почти все наши силы уже в бою. Что думаешь?

Я поправил металлическую защиту на своей груди и спокойно ответил:

– Когда пойдут обезьяны – нам конец. Рэтлинг добился от них приличной дисциплины и они сделают свое дело. Мы выпустим против них медведей, но это ненадолго.

– Да, ты прав. Я предлагаю выходить из леса и идти к реке. Если на равнине мы их не остановим, то придется переправляться на ту сторону и бежать.

Я понимающе кивнул головой.

– Согласен. На ровном месте мы сможем задействовать луки. Поднимемся на возвышенность и постараемся продержаться там до темноты. По крайней мере, сверху мы можем обстреливать врага сколько угодно.

Передышка закончилась и мы увидели вдали несущихся на нас горилл с луками. Медлить было опасно. Петляя между стволами деревьев, мы спешно выходили из леса. Я протрубил в рог и из густых кустов на обезьян поперли медведи. Сила этих животных была огромной. Их задачей было как можно дольше удерживать врага в лесу, а нам дать время для занятия позиции в поле. Завязался жестокий бой. Медведи лапами выбивали обезьян из седел и рвали их на куски. Те, в свою очередь осыпали медведей градом стрел, а крысы вгрызались им в живот. Долго этот бой продолжаться не может.

И я, и отец понимали, что основное сражение произойдет на равнине. Здесь нам уже отступать будет некуда. Широкая река не позволит нам быстро перебраться на противоположный берег. Здесь был наш последний рубеж.

Высокий холм посреди поля был идеальным местом для обороны. Утыканный острыми кольями, эта возвышенность была похожа на ощетинившегося ежа, который свернулся в клубок. Мы стали кольцом вокруг холма и стали ждать. Олени наклонили головы вниз, готовясь защищаться рогами, тигры пригнулись к земле, обнажив клыки, волки злобно рычали, готовясь вступить в последний бой, а медведи встали на задние лапы, демонстрируя свою силу. Орлы над равниной парили на ветру. Все смотрели в сторону леса. Наконец, передовой отряд горилл показался на опушке. Я, в который раз протрубил атаку, и мы понеслись навстречу смерти.

Рядом со мной на волке летел Стен, прицеливаясь из лука в ближайшую обезьяну. Чуть в стороне на тигре не отставала от нас Алия. Она обнажила оба своих меча и ждала момента, когда можно будет пустить их в дело. Дух борьбы захватил меня. Пьянящий запах восторга ощущал я в эту минуту. И думаю, то же самое чувствовали и мои друзья.

С оглушительным треском столкнулись мы с вражеской кавалерией. Сотни мечей и стрел рассекали воздух. Падали на землю отрубленные лапы и головы. Почти сразу же одна из стрел вонзилась мне в ногу выше колена. Я закричал от боли, но продолжал биться. Алия мастерски вращая своими мечами, изрубила в куски несколько обезьян. Стен молнией мелькая между дерущимися, осыпал стрелами врага. Мой отец, упав с оленя, защищался копьем и вокруг него сейчас образовалась груда из мертвых тварей. Наши животные самоотверженно рвали зубами врага. Долгое время бой был равным. Но по мере того, как враг подходил со свежими силами, мы были вынуждены подниматься к вершине холма. Наконец, нас взяли в кольцо. Я посмотрел вдаль. Первые плоты с детенышами животных отчалили от берега. Если им повезет, то они спасутся. А мы ценой своей жизни должны как можно дольше держать оборону.

В какой-то момент я увидел Рэтлинга, который появился из леса. Он гордо осматривал поле битвы и увидел наше незавидное положение. Меня он, конечно, не замечал. Ненависть вскипела во мне. Я потерял здравый смысл. Он не имеет права жить!

Я вскочил на оленя и, перепрыгнув, через несколько горилл, помчался в сторону Повелителя Крыс. У меня оставалось только копье. Весь крови, раненый во многих местах, я сейчас жаждал только одного. Мне хотелось вонзить копье Рэтлингу в сердце, чтобы он навсегда остался здесь и был съеден собственными слугами. О себе я уже не думал. Отец что-то крикнул мне в след, но я не обратил на это внимания. У меня была единственная цель – Рэтлинг.

Меня никто не мог остановить. Но олень подо мной захромал и завалился набок. Его грудь пронзило несколько вражеских стрел. Бедное животное умирало. Я поднялся и, ковыляя на раненую ногу, с копьем в руке, пошел на Рэтлинга. Он увидел меня и расхохотался. Я, наверное, представлял собой жалкое зрелище. Хромой с копьем. Что-то ударило меня сзади. Я упал на колени, даже не глянув назад. Еще удар. Во рту я ощутил землю вперемешку с собственной кровью. Кто-то пробежался по моей спине. Из последних сил я поднял голову и увидел нечто неправдоподобное.

Те твари, которые висели вместе со мной в Черном Оракуле, сейчас набросились на Рэтлинга и рвали его на куски. Фонтан крови вылетел из шеи Повелителя Крыс, когда горилла оторвала ему голову. Громадная крыса откусила кисть руки своего бывшего хозяина и теперь яростно терзала ее, а толстый червь присосался к телу.

Я не верил своим глазам. Это наверное у меня от ударов по голове. Сил смотреть на это не было и я упал без чувств.

Когда я очнулся, то увидел, что лежу на вершине холма. Моя голова покоилась на коленях Алии, и она вытирала кровь с моего лица.

– Что произошло? – спросил я немного приподнявшись.

– Мы сами ничего не понимаем, – ответила Алия. – Но бой почти окончен. Наши животные сейчас гонят к морю оставшихся в живых крыс. Когда Рэтлинг погиб, они через какое-то время перестали сражаться и как-будто забыли зачем они здесь. Стали бесцельно бегать по равнине и есть умерших.

– А где отец, где Стен?

– Не волнуйся, они живы. Они сейчас заняты выдворением врага из Дирланда. Думаю, скоро мы их увидим.

Глава 18

– Отец, расскажи, что случилось.

– По всей видимости, Барни выполнил свое обещание. Рэтлинг мертв, а Дирланд спасен.

– Но как ему это удалось?

– В отличие от тебя, я не знаю как действует Оракул, но он, наверное, каким-то образом дал команду тем, кто в нем был, уничтожить Рэтлинга.

– Но ведь теперь Барни захочет получить все алмазы. Он ничем не лучше Повелителя Крыс. Такой же жадный. Мы должны будем помочь ему перевезти это сюда. Мне не очень-то хочется ему помогать.

– А ему уже ничего не поможет.

– То есть как?

– Представь себе, что Барни сошел с ума.

– Сошел с ума?!

– Именно так. Он приплыл на лодке с того берега и теперь бегает по пляжу и роет песок, ища алмазы. Я пытался с ним заговорить, но он меня не узнает. Бормочет какую-то чушь. Помнишь, ты мне рассказывал О Спящем Оракуле?

– Да, конечно.

– Так вот, я думаю, что все так и вышло. Барни воспользовался Оракулом из алчных побуждений. Он убрал своего соперника в целях обогащения. И поплатился за это. Ему сохранили жизнь, но разве это можно назвать жизнью?

Я задумался. Похоже, что нет. Барни спятил и сам в этом виноват. Он воспользовался силой, не подвластной ему и она его наказала.

– Отец, как ты считаешь, можем ли мы взять себе немного драгоценных камешков?

Отец серьезно глянул на меня и ответил:

– Ты должен выбрать ответ сам. Загляни вглубь себя. Не приобрел ли ты нечто более ценное, чем алмаз? Будешь ли ты счастлив от того, что взял нечто, из-за чего пролилось столько крови? Стоит ли оно того?

Отец был прав. Не принесут мне удовлетворения деньги, умытые кровью. Я действительно получил намного больше. У меня теперь есть Алия. У меня есть Стен. И у меня есть целый мир, в спасении которого я принимал участие. Здесь мне всегда будут рады. А это стоит многого.

Бой был окончен. Мы залечивали раны и хоронили убитых. Более половины животных Дирланда погибло в этой войне. Лес и берег были залиты кровью. Но Дирланд обязательно восстановится. Море смоет все следы битвы, а земля впитает в себя останки погибших. В этой войне никто, кроме людей не был виноват. Но люди ее и закончили. Мы спасли не только Оленью Страну, но и свой мир от возможной угрозы. Да, благодаря алчности Барни закончилось это ужасное противостояние, но и мы сыграли в нем свою роль. Отец, благодаря своим способностям, спас многие жизни, возглавив оборону Дирланда. Стен, который смело отправился в логово к Рэтлингу и, рискуя жизнью, выиграл драгоценное время, дав нам возможность приготовиться к нападению. Алия, которая наравне с нами сражалась в бою и делала это превосходно. Ну и я. Что сделал я?..

Мне трудно было оценить свой вклад в общее дело. Наравне с пользой, я принес и немало хлопот. Но всегда со мной рядом были верные люди. Они шли вперед, не задумываясь о последствиях. Они верили в меня и это помогало им делать добрые дела. Зато с уверенностью я мог сказать о себе вот что.

Судьба определила мне особый путь. Теперь я знал свое предназначение. Я верю в то, что нужно заниматься тем, что подсказывает сердце. Это и есть настоящая свобода выбора. В этой стране я открыл в себе новые способности. Мне хочется повидать другие миры и измерения. Я уверен, что они есть. И в каждой стране есть тот, кто нуждается в защите. Я встал на путь добра и сворачивать с него не собирался. Этому меня научил Спящий Оракул. И это был ценный урок.

Оставаться в Дирланде больше было незачем. Эта страна живет своей жизнью. А мы здесь были просто гости.

Нас провожали все животные, которые могли прийти. Олени отнесли нас к месту выхода и мы оказались в своем мире. Прошло всего несколько месяцев, но теперь мы были совсем другими людьми. Мы по-иному смотрели на жизнь. И кроме того, теперь со мной была Алия…

Глава 19

Окончание моей истории будет счастливым. Начну с того, что, как оказалось магазин был застрахован и мне удалось получить компенсацию. Барни указал мое имя в страховке и это очень пригодилось. Сначала я не хотел восстанавливать помещение, но меня переубедил отец. Хоть какой-то, а заработок. Алия стала помогать мне по работе, а отец устроился охранником в какой-то офис. Однажды мы еще раз спустились в подвал и попытались проверить, можно ли по-прежнему попасть в Дирланд. Но изображение на стене никак не хотело оживать и мы отказались от этой затеи. Оракул не хотел больше рисковать прекрасной страной и пускать туда людей. Что же… Мы сами виноваты, что так произошло. Слишком много несчастий мы принесли вместе с собой. Столько боли и страданий было испытано мирными жителями этого мира. Как там дальше развиваются события? Олени, наверное, мирно пасутся на горных склонах, орлы гордо парят в небе, волки, медведи и другие животные тоже заняты своими делами. Но и в этом мире были свои люди. Болотный Народ рано или поздно, но все равно вернется в Оленью Страну. Мириаэльд расширит свои владения за горы и, наконец, доберется до Дирланда и установит там свои порядки. Цивилизация пойдет по своему естественному пути. Сильные будут властвовать над слабыми. Откроются залежи алмазов и начнется процесс уничтожения. Но мне хотелось, чтобы это произошло как можно позже. Пусть эта земля будет счастливой подольше.

Над дверью зазвенел колокольчик. Я отвлекся от размышлений. Какой-то пожилой мужчина подходил ко мне со свертком в руке.

– Добрый день, я хотел бы продать свою книгу через ваш магазин. Не спешите отказываться. Она очень старая. Еще мой дед купил ее где-то на Ближнем Востоке. А впрочем, я не знаю где. Посмотрите, пожалуйста.

Я пожал плечами и развернул сверток. Книга, действительно была любопытной. Обложка отделана черной кожей, страницы из какого-то материала, но точно не из бумаги, блестящая застежка серебристого цвета и надпись в центре обложки, по-моему, на арабском. Или что-то в этом роде. Картинок в книге не было, но она неплохо сохранилась. Такие вещи неплохо продавались и я взял ее.

– Сколько вы хотите за нее, – спросил я у мужчины.

Тот немного смутился и неуверенно ответил:

– Я, право, и не знаю. Когда продадите, тогда и дайте мне, сколько посчитаете нужным. Я вас не тороплю.

– То есть, я правильно понял, что вам все равно сколько она будет стоить?

– Молодой человек, в моем возрасте уже не время гоняться за ценой, – улыбнувшись ответил старик. – А если и не продадите, то ничего страшного. Имею честь откланяться.

Старик и правда был немного чудаковатым. Но это было его решение. Я поставил книгу на полку рядом с остальными и занялся чтением утренней газеты. По причине своего врожденного любопытства, я все же через какое-то время опять взял книгу и решил узнать, о чем она.

Через квартал от моего магазинчика жил один полиглот, мужчина лет сорока, который иногда заходил к нам раньше и выбирал для себя книги на иностранных языках. Однажды, еще при Барни, я помогал ему нести целую кипу литературы к нему домой и запомнил адрес. Посетителей у меня пока не было и я, заперев магазин, пешком пошел к нему. Алия в это время ходила по магазинам, но у нее был свой ключ.

Мистер Свенсен жил на четвертом этаже в угловом доме. Я позвонил в звонок. Наверное, я пришел не вовремя. Мистер Свенсен был похож на попавшего в стиральную машину кота. Взъерошенные волосы торчали во все стороны, лицо было опухшим, как у грузчика, одет он был в пижаму, а в руке держал почти пустую бутылку виски. Я уже хотел извиниться и уйти, как вдруг он, наверное, узнал меня и полез обниматься.

– Джонни, дружище, заходи. Ты ведь Джонни, правда? – спросил Свенсен и глупо на меня посмотрел.

– Вообще-то, я Майкл. Майкл из комиссионного магазина. Помните меня?

Мужчина почесал затылок и изобразил на лице улыбку.

– Точно! Как я тебя сразу не узнал. Но все равно заходи, садись. Короче, будь как дома.

В его квартире, наверное, уже год не было уборки. Везде валялись разные книги, тетради и просто бумага для письма. Некоторые стопки с книгами, вообще, стояли связанными. В комнате стоял устойчивый запах алкоголя и табака. Я поморщился от этого. Когда он приходил к нам, то был, по крайней мере трезвым.

– Мистер Свенсен, я к вам по делу.

– Все что угодно, Майки. Для тебя все, что угодно.

Свенсен отхлебнул из бутылки и задымил какой-то недокуренной сигаретой.

– Видите ли, сегодня мне принесли одну книгу, но я совершенно не понимаю о чем она. Сможете помочь?

– Дружище, для тебя, всегда, пожалуйста. Где твоя книжонка?

Я протянул ему книгу. Сначала он крутил ее во все стороны, но вдруг резко изменился в лице. Сигарета выпала у него изо рта, и он уставился на меня.

– Майки… Майки, откуда это у тебя?

– Мне сегодня принес ее один мужчина. Хочет продать.

Свенсен резко вскочил с места, пробежался по комнате, затем, выглянул в окно и задернул грязную штору.

– Я куплю. Сейчас!

Я немного растерялся.

– Но… но мистер Свенсен, я даже еще не сложил цену этой книге.

– Ничего. Я дам тебе двадцатку.

Мне это показалось странным. Я, по крайней мере, надеялся продать долларов за пятьдесят. Ну, может, сорок пять. Хотя, деньги мне предлагали сразу и я согласился.

Свенсен дал мне две мятые десятки, и я уже собирался уходить, как внезапно, он остановил меня за плечо и таинственно сказал:

– Никому и никогда не говорите о том, что у вас была эта книга. Хорошо?

Я утвердительно кивнул. Какое мне дело до какой-то книги? Пусть будет так!

Content

Вячеслав Аничкин
Черный Оракул

Часть 1 Стена

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Часть 2 Тайна Повелителя Крыс

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Часть 3 Битва за Черный Оракул

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19