Надежда Никольская

История одной болезни

Любой доктор хорошо знает, что история жизни очень часто превращается в историю болезни. Опытные врачи не сомневаются, что их роль в лечении, так же как и в жизни, часто оказывается очень скромной. Несмотря на внешние эффекты.

Есть болезни, которые, незаметно подступая, без всякого труда ломают жизнь целой семьи навсегда. Отнимают у людей не только близких, но и хорошие, теплые воспоминания о них, оставляя только горе. Можно надеяться, что некоторые вещи никогда не коснутся именно твоей семьи, но, к сожалению, это часто лишь иллюзия.

Все персонажи этой книги вымышлены, любые совпадения – случайность, но рассказанная история вполне может показаться кому-то знакомой.

Глава 1

Райке ее имя никогда не нравилось. Даже собственная жизнь казалась ей обыкновенной и скучной из-за неудачного выбора родителей. Она знала, что назвали ее в честь бабушки, которая тогда была еще жива. Но понимала и то, что не унаследовала от нее ни железного характера, ни житейского склада ума, которым можно было бы пользоваться в сложные моменты. Став старше, Раиса вычитала, что ее имя означает «легкая, покорная, уступчивая», после чего решила, что бабушка была исключением из Раис. С другой стороны, может быть, в качестве компенсации, до определенного момента сложные ситуации, требующие самостоятельных решений, обходили саму Райку стороной. Но все равно ей нравилось думать, что, будь она, например Марианной или Вероникой, на худой конец Изольдой, ее жизнь складывалась бы гораздо интереснее.

И не просто интереснее. Например, Райка завела бы больше друзей. Ну не друзей, друзья у нее имелись, только не в школе. Она бы встречалась в седьмом классе с Петром Великим. А так… Петр на нее даже ни разу не посмотрел. Правда, на других девчонок в школе он тоже не так уж и заглядывался.

Райка считала, что одноклассники ее недолюбливают, потому что Раисой Калистратовной звали ненавидимую всеми учительницу химии, и часть ненависти автоматом досталась просто Райке, – но, надо сказать, она ошибалась. Ненавидели ее не за имя, скорее за неприятную привычку не давать списывать на контрольных. Впрочем, списать при всем желании она могла дать только на русском или на английском, в крайнем случае на литературе. Списывать у нее алгебру или геометрию решился бы только полный идиот.

Но школа – что школа? Школа, в конце концов, закончилась. Во взрослой жизни, будь Райка какой-нибудь Изольдой, она бы стала, например, актрисой и не сидела бы сейчас перед компьютером, а раздавала бы автографы на премьерах. Или нет, она бы поехала на курорт, на остров Баунти, сидела бы там под пальмой и пила коктейль.

Райка тяжело вздохнула, отхлебнула горький, давно остывший чай и безуспешно попыталась сосредоточиться на работе.

Сегодня ей никак не удавалось отделаться от задумчивости. Виной тяжелого состояния был сон. Сны Райке снились очень редко, и обычно она даже не пыталась их запомнить. Ей вполне хватало реальности. В реальности были муж, к которому она привыкла, сын, которого она обожала, и мама, которую она любила и по детской привычке слегка побаивалась. Но сегодня ночью приснился…

А кто, собственно, ей приснился? Райка отвернулась от компьютера и уставилась в окно, пытаясь вспомнить героя своего сновидения. Нет, лица она, кажется, даже не видела. И голоса не слышала. Видела только фигуру, жест. Да, ей приснилась драка. Как будто она защищает какую-то крепость. Вместе с ним. Но только он-то защищает не крепость, он защищает ее, Райку. Пожалуй, именно это ощущение, оставшееся от сна как послевкусие, и не давало бедной женщине покоя. Ее никогда никто не защищал. Правда, она как-то и драться никогда не пробовала. И все же, вот интересно, муж стал бы защищать ее в драке? Заслонил бы собой? Райка пожала плечами и подумала, что, наверное, у нее непорядок с головой. От кого ее защищать и зачем? Да и милицию вызвать как-то проще. Только ведь вызвать милицию могут и соседи, необязательно было и замуж выходить.

Полученный вывод Райка оценила по достоинству. Получилось, она в принципе вышла замуж, чтобы было кому вызвать милицию, если на нее, на Райку, а не на милицию, конечно, нападут неизвестные хулиганы. Только вот никакие хулиганы на Райку не нападали даже в юности, и никто из-за нее никогда не дрался. Точно, в ее жизни не было никакой романтики. Никогда.

Райка стала вспоминать свою личную жизнь. С самого начала, с восьмого класса. Не считать же с четвертого, когда она была целый год безответно влюблена в старшего пионервожатого? Итак, в восьмом классе она встречалась с десятиклассником, влюбленным в литературу. И даже в восьмом классе Райку не покидало ощущение, что парень просто боится более старших и более красивых и ярких девочек. Потом, в институте, за ней ухаживал аспирант, но он Райке вообще не нравился, а уже представить его дерущимся… Что было потом? Ну уж нет. Про это «потом» она сейчас даже вспоминать не будет.

А уж потом она познакомилась с мужем. Тот дарил цветы, водил в кино и в театр – вот и вся романтика. Райка печально вздохнула и попыталась вернуться к работе. Однако мысли скакали в разные стороны, текст не подчинялся, перед глазами проплывали прекрасные принцы и спасенные ими принцессы. Райка вспомнила, что в раннем детстве мечтала стать Золушкой, и представила себя на балу, плавно превратившемся в школьную дискотеку. Рабочий день безнадежно пропадал.

Сторонний наблюдатель увидел бы не очень опрятную, довольно округлую даму лет тридцати, сидящую возле захламленного бумагами стола в не менее захламленной непонятно чем комнате.

Звонок в дверь заставил ее отвлечься от лирики. Она встряхнулась, отвлеклась от монитора, в который бездумно смотрела уже довольно давно. Возвращаться в реальный мир получалось с трудом – например, понадобилось время, чтобы сообразить, что отвлек ее именно звонок в дверь, а не телефон.

Сообразив наконец, что звонили именно в дверь, она была удивлена, поскольку не ожидала никого, включая почтальона. Дверь, однако, открыла безбоязненно. За дверью стояла взъерошенная, похожая на воробья и абсолютно незнакомая девушка.

– Вы ко мне? – вяло поинтересовалась Раиса. Она вообще была вялой, даже несколько апатичной, к тому же надеялась, что незнакомка ошиблась дверью.

Девица решительно тряхнула головой:

– Я хочу поговорить с вами об Алексее Сергеевиче.

Райка никак не могла вернуться из своей несчастной юности, поэтому так же вяло спросила:

– О ком, простите?

– О вашем муже. – Незнакомка, похоже, была раздражена ее несообразительностью.

– Вы уверены? – Райка задала вопрос и расстроилась, что он прозвучал как-то невпопад.

Зато и непонятная девица несколько оторопела, но потом, собравшись, потеряла сходство с воробьем и отчеканила:

– Вы Раиса Геннадьевна Глухова? Я хочу поговорить с вами о вашем муже, Глухове Алексее Сергеевиче.

– Ну тогда заходите. А может, вы из школы? – Раиса не теряла надежды быстро понять, что происходит, и отправить незваную гостью восвояси.

– Откуда? – Девица окончательно разнервничалась.

– Ну, из школы. Классный руководитель Колин. Новый.

– Чей?

– Ну, ребенка. – Перестать нукать у Раисы почему-то никак не получалось.

– И зачем тогда я к вам пришла? – Девушка уже была в предобморочном состоянии.

– Ну, поговорить о том, что мой муж, Глухов Алексей Сергеевич, не повесил полку в классе.

– Кошмар какой-то. – Гостья швырнула сумочку на калошницу. – Я пришла поговорить с вами о том, что ваш муж любит меня, а я люблю его.

Девушка уже чуть не плакала. Рае даже стало ее жалко.

– Тогда, может, чаю? Раздевайтесь.

В коридоре гостья обозревала Райкину квартиру так, как будто собиралась ее покупать. Квартиру, конечно, а не Райку.

Раиса тоже молчала, до нее потихоньку доходил смысл сказанного. Она заварила чай из пакетиков, поставила чашку перед гостьей, взяла себе другую, села напротив:

– Так, слушаю вас.

Девица поразилась произошедшей перемене. В дверях ее встретила тупая курица, не способная говорить и соображать. Сейчас напротив сидела сосредоточенная строгая дама, которая и в халате напомнила вредную начальницу.

– Ну (это «ну», похоже, было заразным)… Мы с вашим мужем собираемся жить вместе.

– Во-первых, как вас зовут?

– Марианна.

Раисины глаза снова заволокло задумчивой поволокой. Вот, пожалуйста, Марианна. И все у нее ужасно романтично. Она любовница, любимая, а не разлюбленная жена. Конечно, настоящая магия имени. Может, ей, Раисе, после развода не только фамилию, но и имя поменять? Нужно выбрать на какое.

Романтичная ухоженная Марианна между тем смотрела на Райку во все глаза. Она уже жалела, что последовала совету модного психологического журнала: пятнадцать способов быстро выйти замуж за женатого любовника. Там рекомендовали встретиться с женой и рассказать ей правду. В журнале обещали, что гордая женщина немедленно соберет свои вещи и ребенка, уйдет в никуда, но, может, согласится иногда приходить готовить обед и убирать квартиру. Хотя, судя по этой, квартиру ей лучше и не начинать убирать – ничего, Марианна уже завтра начнет делать тут ремонт. Только вот тетка ведет себя не так, как обещали. И не рыдает, и вещи не собирает. И что дальше?

А Раиса, привычно поскорбев о своем несчастливом имени, заметила, что невеста супруга от нее чего-то ждет, вероятно, какой-то реакции. Интересно, как нужно вести себя в таком странном положении? В сходной ситуации законная жена в любимом фильме про любовь и голубей обзывалась «сучкой крашеной» и вцеплялась в волосы, но там жена была сильно влюблена в своего мужа, да и неприлично это как-то – волосы драть. В недавно прочитанном детективе оскорбленная супруга кидалась в соперницу принесенным ею же тортом. Конечно, этот способ поприличнее. Только у Раисы и торта нет, и эта красавица принести не догадалась. Правда, на столе печенье и конфеты, но не кидать же по одной, несолидно как-то. Да и тортом попадешь точно, а конфетами нужно целиться. Нет, ну уж торт-то могла бы принести! Последнюю фразу она неожиданно для себя, зато очень возмущенно, произнесла вслух.

Марианна удивилась. Этой корове на диете сидеть и сидеть, а она еще и торт хочет. Но спросила вежливо:

– А торт-то зачем? От стресса лучше вино, чем сладкое.

Раиса задумчиво осмотрела соперницу:

– Нет, бутылкой – это мне, наверное, сидеть. А тортом я могла бы в вас кинуть без тяжелых последствий или как там это называется.

– Вы что, издеваетесь?

– Почему? Должна же я как-то реагировать? Вы же от меня чего-то ждете. Пришли же зачем-то… Кстати, а предмет беседы, он где?

– На работе, наверное. Он не знает, что я здесь. Он вас жалеет. Да вы не беспокойтесь, мы вам квартиру купим, в другом районе, конечно. В Бутово.

Марианна решила четко следовать журнальной инструкции. Баба должна знать: на улицу ее не выгоняют, о ней всегда будет кому позаботиться.

Но Раиса уже сосредоточилась на другом.

– Квартира – это хорошо, конечно. Но давайте-ка все-таки позвоним Алексею Сергеевичу Глухову и попросим его принять участие в нашей беседе.

Марианна промолчала. Конечно, это соответствовало ее интересам, но журнал рекомендовал избегать присутствия предмета страсти при подобных разговорах. С другой стороны, вон хозяйка уже и номер набрала. Надо прислушаться.

Раиса действительно набрала номер. Придумать, что сказать, удалось не слишком, услышав голос в трубке, она быстро выпалила:

– Брось все и немедленно приезжай домой! – После чего отключила мобильный телефон. Немного подумала и сняла трубку со стационарного аппарата.

Марианна наблюдала за действиями бывшей, как она считала, жены своего будущего мужа с некоторым удивлением: тетка не истерила, не плакала… Но, может, до нее действительно все так плохо доходит?

Раиса выкинула из чашки пакетик, налила себе из чайника крепкого, хотя и остывшего чая и, больше не обращая внимания на гостью, вернулась к компьютеру. Работать, правда, не смогла и снова бездумно уставилась в монитор.

Райка попыталась понять, что чувствует (боль, страх, обиду?), но как-то не складывалось. Недоумение – вот что она ощущала. Еще вчера дома было все в порядке. В относительном порядке, поправила себя она, наткнувшись взглядом на пыльную книжную полку. Но все равно – семья, муж, ребенок, работа… Все как у всех. Скучно! – пришла она к выводу, несколько неожиданному для женщины, которую собирается бросить муж. Но ведь и правда скучно! Хотя все происходит совершенно правильно. Может, дело в том, что она просто не любит Алексея?

Раиса вздохнула. Конечно, она не любит Алексея. Любящая жена на ее месте сейчас рвала бы на себе волосы. Райка встала и подошла к окну. В принципе, она догадывалась, что у ее мужа периодически появляются некие «развлечения на стороне», но относилась к этому спокойно. Безумной любви к мужу она не чувствовала даже в самые первые годы, оттого и иллюзий было немного. Раиса открыла ящик стола, из-под стопки бумаг достала маленький фотоальбом и посмотрела на себя, десятилетней давности, рядом с человеком, который, как это ни банально, перевернул всю ее жизнь. Та самая романтика, про которую Райка с утра как-то не захотела вспоминать. Зато сейчас ей захотелось вернуться к этой истории.

Глава 2

Они встретились совершенно случайно. Она опаздывала на семинар, хотя ни о каких пробках в Москве в начале девяностых никто даже и не думал.

Впрочем, Райка вообще никогда не приходила на занятия вовремя. В прошлый раз преподаватель, совершенно выведенный из терпения ее опозданиями, пообещал, что если Раиса Перевозкина еще раз придет после начала занятия, на зачет может не рассчитывать. И на сданную в срок сессию тоже. Раиса клятвенно пообещала больше никогда не опаздывать, но все равно вышла из дома минут на пятнадцать позже, чем нужно было. Шансы успеть у нее оставались, если бы быстро подошел автобус. Но автобус не появлялся. Раиса запаниковала: у препода хватало вредности выполнять свои обещания, данные в педагогических целях. Посмотрев на часы, девушка решительно подняла руку, надеясь, что проезжающая машина довезет ее до метро, а там уж она как-нибудь успеет.

– Тебе куда? – фамильярно поинтересовался водитель остановившихся «Жигулей».

Раиса на мгновение задумалась. Если доехать до метро и потом бежать до самой аудитории… Так, может, за два рубля парень довезет ее до института?

– До Пироговки.

– Сколько? – спросил и посмотрел так оценивающе.

– Два рубля.

Водитель посмотрел на часы, потом на Райку.

– Договорились. Два рубля и один поцелуй.

После «договорились» Райка слушать не стала, плюхнулась на переднее сиденье. Вскоре они были у входа в институт. До начала занятия оставалось еще целых десять минут. Райка достала два рубля и собралась выходить.

– Погоди! А как же поцелуй?

Райка с недоумением посмотрела на парня.

– Какой еще поцелуй?

– Понятно, – усмехнулся тот. – А заканчиваешь ты во сколько?

– Часа через три, – ответила удивленная девушка.

– Хорошо, тогда я в два буду ждать тебя здесь.

Райка, озабоченная исключительно возможным опозданием на семинар, согласно кивнула и выскочила из машины.

Она ухитрилась еще замешкаться в раздевалке, но в коридоре бегом обогнала преподавателя и с торжествующим видом уселась на свое место, буквально когда он уже входил в двери.

– Ну, Перевозкина, ведь можешь, когда захочешь!

Раиса с деланым равнодушием пожала плечами.

– Рай, – толкнула ее в бок институтская подружка, – а кто это тебя подвозил?

– Так, один знакомый, – загадочно прошептала в ответ Райка.

– Надо же! Молодой, симпатичный, с машиной! А как его зовут?

Действительно, а как его зовут, задумалась Райка. И, чтобы не терять лицо, прошипела:

– Препод смотрит, в перерыве поговорим!

Препода боялись все, поэтому подружка немедленно прекратила диалог.

По своей безалаберности Райка, естественно, забыла, что молодой человек будет ее ждать в два. Впрочем, не только поэтому. Не верилось Райке в такую возможность, и в любовь с первого взгляда она с первого класса не верила.

Но когда Перевозкина спускалась вниз по старинной широкой институтской лестнице, увидела внизу у колонны подвезшего ее парня.

– Ничего себе! – вырвалось у нее от неожиданности.

– Давай скорее! – скомандовал парень, заметив, что девушка нерешительно остановилась на ступеньке. – Мы опаздываем.

– Куда? – не поняла Райка.

– Сейчас узнаешь. – Парень поднялся к ней и потянул ее за руку.

– Подожди. Мы же незнакомы. Мало ли?

– Меня зовут Родион. Я не маньяк. Давай быстрее.

– Скажи сначала, куда мы торопимся! – подчиняясь его настрою, Райка путалась в куртке.

– Бежим. Не беспокойся, если что, меня все твои подружки разглядели! – успокаивающе приговаривал он, усаживая Райку на переднее сиденье.

– Если что?

– Ну да. Если вдруг ты пропадешь или там исчезнешь.

– Великолепно! Давай я лучше просто никуда с тобой не поеду! – возмутилась совершенно ошарашенная его активностью девушка.

– Ты что! Как это не поедешь! – Родион завел мотор.

– Да ты хоть объясни, куда мы едем!

– Сейчас вот приедем, и сама все увидишь.

Машина понеслась по улице. Через несколько минут Родион затормозил возле ресторана.

– Ну что, пойдем?

– Пойдем. – Райка совсем потеряла надежду разобраться в происходящем, поэтому не стала спорить.

– У тебя какая-то дата важная? Гости? – все-таки поинтересовалась она, пока гардеробщик, презрительно морщась, вешал ее куртку на роскошную деревянную вешалку.

– Нет. – Родион подождал, когда номерок окажется у него в кармане. – Просто у меня сейчас есть деньги, ты мне понравилась, я решил пригласить тебя в ресторан. Вдруг бы ты отказалась?

– Ну знаешь! – возмущенно посмотрела на него Раиса. – Бред какой-то.

Ресторан, построенный в сталинские годы, отличался роскошными интерьерами. Увидев себя в огромном зеркале, Райка показалась себе испуганной школьницей. Родион, напротив, чувствовал себя совершенно уверенно. Пропустил Райку вперед, кивнул официанту.

Вертлявый мужчина провел их к столику, положил меню в тяжелом кожаном переплете.

Райка еще не отошла от возмущения.

– И что теперь делать? – сердито посмотрела она на Родиона.

– Заказывай. Что ты любишь? – улыбнулся он в ответ.

– Мало ли что я люблю!

В ресторан Райка раньше ходила только с мамой. И мама сама выбирала еду, сообразуясь с состоянием их финансов. Этот Родион, конечно, сильно выпендривался, но не может же она делать заказ, не зная, сколько он рассчитывает потратить?

– Ты вино пьешь? – Парень чувствовал себя совершенно уверенно.

– Нет, – сурово сказала Райка. – И вообще.

– Что вообще? Тебе здесь не нравится?

– Не знаю, – девушка пожала плечами.

– Хочешь, я закажу тебе обед? Если угадаю, что ты любишь, то ты меня все-таки поцелуешь!

«Вот зациклился на этих поцелуях!» – подумала Райка. А вслух сказала:

– Ну хорошо, заказывай.

Родион махнул официанту.

– Две котлеты по-киевски, салат столичный, мороженое… – на минуту замешкался, посмотрел на Райку, – мороженое шоколадное.

Райка улыбнулась. Шоколадное мороженое она действительно очень любила.

После обеда Родион предложил:

– Поедем теперь просто покатаемся?

Райка посмотрела на часы.

– Нет, мне пора. У меня сегодня еще английский дополнительный.

– Может, прогуляешь? – растерялся Родион.

– Нет. Не могу.

– Тогда давай я тебя отвезу.

Райка засмеялась. Преподавательница жила точно напротив ресторана, из которого они только что вышли.

– Ну вот. – Родион, кажется, расстроился по-настоящему. – А подождать я не смогу.

– И не надо, – торопливо отказалась Райка.

– А телефон-то хоть дашь?

– Да, конечно, записывай.

– Я тебе вечером позвоню, часов в десять. Не поздно?

– Нет. Звони, конечно. Мне можно до двенадцати звонить.

Ни до каких двенадцати Райке звонить было нельзя. Но Родион и не позвонил, хотя она и проторчала у телефона весь вечер. К счастью, мама была в театре, поэтому обратить внимание на Райкины страдания возле телефонного аппарата было некому.

Райка подождала еще день, два, потом стала забывать про неожиданное приключение. На вопрос институтской подружки, куда подевался привлекательный кавалер, ответила:

– Разонравился.

Подружка разочарованно пожала плечами.

В общем, примерно через неделю уже казалось, что все это Райка видела в кино или во сне.

Но еще через пару дней, когда она уже и не вспоминала почти про романтическое происшествие, подружка на выходе из института толкнула ее в бок:

– Смотри, кто тебя ждет!

Райка увидела знакомую машину. Рядом с букетом из пяти кремовых роз стоял Родион.

– Рая! А я жду… уже боялся, что пропустил тебя.

– Вот как, – неопределенно произнесла Раиса с интонацией из какого-то французского фильма.

Подружка с интересом наблюдала за ними.

– Да. Извини, я твой телефон потерял, а пришлось в командировку уехать. А я же ничего не знаю, ни фамилии, ни адреса. Институт вот только. Давай я тебя домой отвезу. И телефон наизусть выучу.

– Может, и меня подвезете? – спросила Райкина подружка и похлопала длинными ресницами.

– Обязательно, – согласился Родион, и Райка на мгновение разочаровалась. Но он продолжил: – Только не сегодня, а то нам поговорить нужно.

– Тогда я пойду. – Подружка удивилась: она привыкла чувствовать себя красивее Райки.

– Да, – кивнул Родион. – Еще увидимся.

А Райка почему-то вообще промолчала.

Когда подружка ушла, Родион протянул Райке букет:

– Ты на меня сердишься?

– С какой стати? Ты вовсе не обязан мне звонить.

– Сердишься! – обрадовался Родион. – Я про тебя все эти дни думал. Знаешь, как я узнал, что ты тут?

– Нет.

– Спросил у гардеробщицы.

– О чем? – не поняла Райка.

– У тебя пуговица одна зеленой ниткой пришита. А пальто – красное.

Райка покраснела под цвет пальто.

– Я ждал тебя. Поедем?

Райка села в машину.

– Куда?

– Не знаю. Хочешь, поедем за город? Здесь недалеко. Но лес настоящий.

Райка терпеть не могла загород и лес, но почему-то согласилась. Всю дорогу они молчали.

Улицы подмосковного дачного поселка выглядели заброшенными, ни людей, ни машин – никого и ничего не было.

– Здесь озеро красивое. Хочешь посмотреть?

Райка пожала плечами. Она уже жалела, что вообще согласилась поехать.

Родион закрыл машину. Озеро тоже выглядело заброшенным и печальным. Даже не верилось, что через несколько месяцев все вокруг заполонят дачники и вырвавшиеся на природу горожане.

– Расскажи о себе! – попросил Родион.

– Что рассказывать? Учусь. Буду переводчиком с английского и французского. Еще два года осталось. А ты?

– Я не учусь.

– А сколько тебе лет?

– Двадцать пять. А тебе?

– Мне двадцать.

– Понятно.

– И все-таки ты работаешь, учишься?

– Работаю. Мы с друзьями небольшим бизнесом занимаемся. Машины из-за границы под заказ пригоняем. И всякое такое.

– А что ты окончил? – по тогдашним представлениям Райки человек обязательно должен был окончить какой-нибудь институт.

– Сложный вопрос. Я немного в одном техническом вузе недоучился.

– Понятно, – в свою очередь кивнула Райка. И представила, что скажет мама, когда узнает, что ее любимая дочка встречается с каким-то непонятным бизнесменом, который даже института не окончил.

Впрочем, об этом было лучше даже не думать. Да Родион особо и не дал задуматься. Он резко взял Райку за плечи, притянул к себе и поцеловал. Райка и не сопротивлялась.

– Поедем ко мне, – то ли попросил, то ли сообщил он.

– Нет. Не сегодня. – У Райки все-таки хватило ума отказаться. – Мне домой нужно. Мама будет ругаться.

– Хорошо. А что ты в выходные делаешь?

– Когда мама ругается – это плохо. А почему ты спрашиваешь? Вообще-то ничего.

– Тогда поехали в пятницу в Питер! Отпустит тебя мама?

– Нет. Не отпустит, конечно. Но все равно поедем! – Райка благоразумно решила не представлять, что скажет мама.

Родион подвез Райку до самого дома. Только что до квартиры не проводил. Впрочем, дворовым старушкам-сплетницам было достаточно и того, что Райку довезли до подъезда на машине.

– Сегодня среда. В пятницу я буду ждать тебя на Ленинградском вокзале возле памятника Ленину в девять вечера.

– Может, мы все-таки созвонимся до этого? – Раиса очень старалась быть благоразумной.

– Созвонимся. Или не созвонимся. Жду тебя в девять. Придешь?

– Приду. А ты? – не удержалась Райка.

– Я буду тебя ждать.

В четверг Родион не позвонил. И все-таки в пятницу вечером Райка собиралась в дорогу под аккомпанемент маминых причитаний.

– И все-таки я не понимаю, что за странная идея, куда ты едешь? – в сотый раз повторяла в пятницу шокированная Райкина мама.

– В Питер, – в сотый же раз лаконично отвечала Райка. Она изо всех сил старалась не вступать в лишние дискуссии.

– Ты только представь, что скажет бабушка! – не успокаивалась мама. – Что скажет тетя Маша! Мне даже подумать об этом страшно.

– Во-первых, если ты им немедленно это по телефону не расскажешь, они и не узнают. Во-вторых, какая разница, что они скажут?

– Как это какая разница! Это же твоя семья! – Мама остановилась, глядя, как Райка запихивает в небольшую сумку зубную щетку.

– Ой, подумаешь! – легкомысленно отозвалась дочь.

– Но ты едешь с незнакомым человеком неизвестно куда! Это же неприлично!

– Подумаешь! Незнакомый – познакомишься! – пообещала Райка.

И, воспользовавшись некоторым замешательством матери, выскочила за порог.

Ровно в девять она приехала на Ленинградский вокзал. Родиона не было. В полдесятого Райка продолжала одиноко стоять возле памятника Ленину. Без пятнадцати десять она собралась уходить. Райка уже почти подошла ко входу в метро, глотая слезы и думая, как вернется домой, как вдруг ее окликнул знакомый голос:

– Ты куда это? – Родион развернул ее к себе.

– Домой, конечно. Я тебя час ждала. – Райка всхлипнула.

– Ну, извини. Я опоздал. Пойдем, а то теперь вместе на поезд опоздаем.

Райка ждала более развернутых извинений и объяснений. Но Родион просто потянул ее за руку.

– Зато я вчера билеты купил. И поезд, кстати, через полчаса.

– То есть ты вчера знал, что…

– Все, перестань! Давай не начинать нашу поездку со ссоры.

Райка подумала, что разумнее всего сейчас повернуться и пойти в метро. Мама обрадуется, что она никуда не поехала. Но вместо этого она пошла с Родионом.

Билеты у него действительно были. Они вошли в вагон, нашли свое купе.

– Шампанское будешь? – спросил Родион, как только забросил Райкину сумку на верхнюю полку.

– Буду, конечно, – храбро ответила Райка.

Появились шампанское и два одноразовых стаканчика.

– Пять минут до отправления. Может, к нам никого не подселят.

Естественно, сразу же после этих слов в купе вошла мама с маленькой дочкой, недовольно посмотрела на бутылку:

– Молодые люди, идите-ка вы в коридор. Мне ребенка укладывать нужно.

Поезд тронулся. Они вышли в коридор. С шампанским в руках наткнулись на проводницу.

– Ребята, ну что же вы тут распиваете! – пожилая тетка в форме почему-то укоризненно посмотрела на Райку. – Идите-ка лучше в тамбур.

– Там холодно, – пожаловалась Райка.

Проводница только вздохнула.

– Извините, а можно мы бутылку спрячем, а тут будем просто со стаканчиками. Мало ли, что мы из них пьем! – предложил Родион.

– Если бутылки не видно, меня ваши стаканчики не касаются, – сообщила проводница.

Родион открыл бутылку, заглянул в купе, поставил ее под стол (девочка с любопытством наблюдала), вернулся в коридор и протянул Райке налитый стаканчик.

– Ну что, за нас?

Райка пожала плечами.

Они долго простояли в коридоре. Весь вагон уже спал. Разговаривать не получалось – трудно было перекрикивать стук колес. Наконец Райка сообщила, что хочет спать.

Утром Райка чувствовала себя ужасно неуютно. Затеянная поездка казалась ей полной глупостью, она не выспалась, Питер встретил мелким противным дождем и пронизывающим ветром.

– И куда мы теперь? – тоскливо спросила она на перроне.

– К моим друзьям.

Родион почувствовал ее настроение.

– Хочешь, возьмем билеты и дневным поездом поедем обратно? Прямо сейчас.

– Нет. – Райка улыбнулась.

– Тогда пошли. Здесь недалеко.

Друзья, молодые муж и жена, жили в двух комнатах в коммуналке на пятом, самом верхнем этаже в доме без лифта. Дом, кажется, не ремонтировали с момента постройки. Романтичная Райка почувствовала себя в девятнадцатом веке.

Впрочем, долго они в квартире не пробыли. Только оставили вещи и пошли гулять.

Вернулись вечером. Кстати, Райка нашла момент и позвонила маме по межгороду. Мама ничего хорошего дочери не сказала.

В общем, когда вернулись, было уже довольно поздно. Катя, хозяйка дома, предложила поужинать, отказу не расстроилась, показала постеленную кровать, одну на двоих, и немедленно ушла спать, рассказав, что ее муж, Костя, где-то подрабатывает и вернется только под утро.

Родион и Райка остались наедине. Продолжение легко себе представить, и оно совершенно соответствовало представлению.

Рано утром в воскресенье Катя постучала к ним, предупредила, что уезжает к родителям, попросила оставить ключ соседям, когда будут уходить.

Естественно, гулять они не пошли. Родион сварил Райке обязательный, судя по фильмам и книжкам, кофе. Райка кофе не любила, но выпить его пришлось. Она чувствовала себя почти счастливой. Ощутить полное счастье мешала одна мелочь.

– Родион, я ведь про тебя ничего не знаю.

– Как это не знаешь? Знаешь. Про институт я тебе говорил, про машины – тоже.

– Но ты же живешь где-то? У тебя и родители наверняка есть.

– Есть. Хочешь, могу познакомить.

– Не надо! – Райка испугалась, но продолжила: – А живешь ты где?

– На Белорусской. Я один живу, родители отдельно. Хочешь, приедем, зайдем.

– Хочу, – не отказалась Райка.

– Ну, значит, приедем и зайдем.

В шесть часов Родион предложил:

– Давай пойдем уже, поедим где-нибудь и на поезд.

Конечно же, Райка не стала спорить.

Обратная дорога прошла без приключений. Шампанского больше не пили. Поезд пришел в Москву в шесть утра. Райка надеялась, что Родион повторит свое приглашение зайти к нему домой, но он промолчал, проводил до метро, быстро поцеловал в щеку и исчез со словами:

– Позвоню. Пока!

Райка поехала в полупустом вагоне домой, представляя, что скажет мама. Уже входя в подъезд, она вспомнила, что у нее так и нет телефона Родиона.

Мамина речь оказалась ожидаемой. Про беспутную юность, детей в подоле и девичью честь. Райка завтракала, хлюпала носом и понимала, что мама очень беспокоилась за нее. Отругавшись, мама спросила:

– Когда ты его приведешь? Я хочу с ним познакомиться, раз уж у вас все так.

– На этой неделе, – неопределенно пообещала Райка. А что она могла сказать? В этот раз Родион и вовсе не сообщил, когда появится.

Мама села перед ней и спросила:

– Ты уверена, что это именно то, чего ты хотела?

Райка не была готова к такому разговору. Когда мама ругалась, все было понятно. А отвечать на серьезные вопросы ей совершенно не хотелось.

– Мама, а ты на работу не опоздаешь? – схитрила она.

Мама укоризненно покачала головой, но взглянула на часы и заторопилась.

Райка осталась одна. В институт можно было еще не торопиться. Но она, вопреки привычкам, быстро собралась и вышла из дома. Почему-то ей казалось, что Родион будет ждать около института.

Но его не было. Раиса отсидела одну пару, другую, третью. Особо не вникая в разговор, отвечала на расспросы подружки. И ждала. Ну не может же он не приехать сегодня! Но и после занятий Родион ее не ждал. Девчонки собрались в кино всей группой, звали и Райку, но она отказалась – Родион мог позвонить.

К одиннадцати вечера Райка возненавидела телефон и свою жизнь в целом. Родион не позвонил. Заняться Райка ничем не могла. Мама пристально на нее смотрела, но, к счастью, молчала.

Так прошло три дня. Райка бежала в институт, потом сразу домой и все время ждала встречи или звонка.

Родион появился в четверг. Стоял и курил у входа в институт.

– Привет! – поздоровался как ни в чем не бывало, поцеловал в щеку. – Пойдем куда-нибудь? Только я без машины и с деньгами не очень. В кино.

– Привет! – Райка просто не знала, что ответить. Она чуть не сошла с ума, пока ждала его звонка. – Никуда я не пойду.

– Почему? – искренне удивился Родион.

– Потому что. Ты пропадаешь и появляешься. Я не знаю, где ты живешь, не знаю твоего номера телефона, ничего про тебя не знаю.

– В любом случае, давай отойдем отсюда куда-нибудь, – улыбнулся он. – На нас собрался посмотреть весь ваш институт, по-моему.

Райка вообще-то не хотела, чтобы за ее личной жизнью наблюдал весь курс, но ей было уже почти все равно.

– Пойдем, не пойдем… – пробормотала она.

– Слушай, не обижайся! Я сегодня с трудом вырвался. Ну хочешь, пойдем ко мне? Узнаешь, где я живу.

– Хорошо, – согласилась Райка.

Родион забрал у нее сумку. Квартира, в которой он жил, оказалась на Новослободской.

– Входи, – радушно пригласил Родион. – Чай будешь?

– Буду. – Райка с удивлением оглядывалась по сторонам. В комнате не оказалось никакой мебели, кроме кровати. В кухне стоял только небольшой стол, на маленькой полочке над раковиной теснились несколько тарелок и чашек.

– Ты что, совсем один живешь?

– Получается, так. Мне родители несколько лет назад купили эту квартиру.

– Понятно. – Райке было ничего не понятно. – А мебель там всякая?

– А зачем мне мебель? Спать есть где.

– Но у тебя даже холодильника нет!

– Подумаешь! Зато у меня есть чай и сахар.

Впрочем, до чая дело дошло не скоро. За окном уже почти стемнело. Райка предложила:

– Поедем теперь ко мне.

– Зачем? – не понял Родион.

– Ну, с мамой познакомишься…

– Нет.

– Почему? – обиделась Райка.

– Малыш, я сейчас не в форме. У меня… В общем, я не хочу первый раз приходить к твоей маме без конфет, цветов всяких. Она решит, что я плохо воспитан. Давай я провожу тебя до дома, а зайду в другой раз.

– Другой? Ты опять исчезнешь. – Раиса собралась плакать.

– Нет. Я съезжу в командировку на недельку, а в конце следующей недели позвоню тебе.

У Райки покатились слезы.

– Перестань! Я же на машине еду, сама знаешь, как с межгородом. Не могу звонить по пути.

– Понятно, – всхлипнула Райка. – Ты что, прямо завтра уезжаешь?

– Нет. Сегодня. У меня поезд в ночь.

– Ты же на машине!

– Но до машины я должен еще доехать. Ну не плачь ты! – сказал он уже с досадой.

– Я не плачу.

– Плачешь.

Райка не стала спорить.

– Я пойду.

– Я провожу.

– Не надо.

Они еще долго бы препирались в прихожей, но в дверь позвонили. Родион открыл. На пороге стоял хмурый парень в кожаной куртке:

– Привет! Ты готов? А это еще кто?

– Привет! – Родион поздоровался, а Райка только кивнула. – Ты же раньше пришел на час!

– Раньше – не позже, – отмахнулся незваный гость, пристально разглядывая Райку.

Ей не понравилось такое внимание.

– Я пойду, – повторила она.

– Я провожу, – настойчиво напомнил Родион.

Райка не хотела ссориться при неприятном постороннем человеке и только молча пожала плечами.

На улице Родион обнял ее за плечи:

– Ну вот такой я. Не обижайся.

– Я не обижаюсь.

– И не надо. Ты мне очень нравишься.

Конечно, это приятно было слышать, но Райка ждала совсем других слов, потому что испытывала гораздо более глубокое чувство. Впрочем, снова плакать не стала.

Родион проводил ее только до метро, поцеловал.

– Я позвоню, когда приеду. Правда.

– Хорошо, – согласилась Райка с деланым равнодушием и, не оглядываясь, пошла в подземку.

Как ни странно, Родион появился гораздо раньше, и без всякого звонка. Через несколько дней, в понедельник, он ждал ее возле института.

Райка не заметила его сразу, пробежала мимо. Он поймал ее за рукав:

– Привет!

– Ой! А что ты здесь делаешь?

– Действительно, что же я здесь делаю? Тебя жду!

Они, не сговариваясь и не обращая внимания на Райкиных подружек, пошли к метро.

– А куда мы едем? – спросила Райка уже на эскалаторе.

– Сначала ко мне, потом к тебе.

Райка занервничала. Все-таки маму нужно было подготовить к этой встрече, но не говорить же Родиону, что он вполне может маме и не понравиться!

Райка с Родионом и Райкина мама пришли домой почти одновременно. Мама казалась не в духе.

– Анна Петровна, – сухо представилась она Родиону, равнодушно приняла цветы, предложила чаю.

За чаем, естественно, выяснила, где учился, кто родители. Наконец задала главный вопрос:

– И как вы представляете себе ваши отношения дальше?

– Мы об этом пока не думали, – спокойно ответил Родион.

– Очень жаль. В вашем возрасте думать уже пора. Или не ездить вдвоем во всякие поездки.

– Мама! – пришла в ужас Райка.

– Рай, погоди, – остановил ее Родион. – Анна Петровна, у нас есть планы на будущее, совместные. Вероятно, через какое-то время мы поженимся, но сейчас я не могу точно вам сказать, когда именно.

Райка обомлела. Родион не мог сказать маме, когда именно они поженятся, но ей, Райке, он вообще ни разу не говорил о такой возможности.

– Что ж, – Анна Петровна посмотрела на Райку. – Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор. В конце концов, это твоя жизнь.

И ушла в свою комнату.

– Послушай! Ты бы хоть меня предупредил!

– О чем? – безмятежно удивился Родион.

– О том, что мы пожениться собираемся.

– Ну… Считай, что предупредил.

– Ты что, это всерьез?

– Да. Сейчас у нас октябрь, в ноябре подадим заявление, в декабре поженимся.

Райка не знала, что и сказать.

– А зачем? – невпопад спросила она.

– А почему нет? – ответил вопросом на вопрос Родион. – Ты разве этого не хочешь?

– Хочу, наверное.

– Вот и прекрасно. И мама твоя будет меньше беспокоиться.

Родион посидел еще немножко и ушел. Мама провожать его не вышла.

Райка помыла чашки и, предпочитая не затягивать с неприятным разговором, сама отправилась к матери в комнату.

– Рая, лучше всего будет, если ты не станешь больше с ним встречаться, – сообщила Анна Петровна. – Это ничем хорошим не закончится.

– Но мама! Он же самый…

– Все, я не буду продолжать этот разговор. У тебя есть выбор. Но имей в виду: кроме проблем, из этих отношений ничего не получится.

Анна Петровна вернулась к своей книжке, однозначно давая понять дочери, что разговор окончен.

Райка понимала безуспешность немедленной попытки изменить мамино мнение о Родионе, поэтому не стала настаивать. Она пошла к себе, думая о том, что сегодня Родион к ним пришел, а завтра опять пропадет. И как она, Райка, тогда будет.

Но неожиданно через полчаса Родион позвонил ей.

– Привет! Знаешь, я тут подумал… У меня командировка через неделю, на целый месяц. Может, нам с тобой завтра это заявление подать?

– А что моя мама скажет? А твои родители?

– Ну, моих мы прямо завтра и спросим. Я тебя заберу после института. А вообще, можно про свадьбу ничего не говорить. Мы же не хотим никаких безумств свадебных?

– Нет.

– Вот и прекрасно. Значит, так и решили.

– Ты уверен? Как-то это все…

– А почему нет? В общем, договорились. Едем к моим родителям, потом в загс.

– Но…

– И никаких «но», – бодро прервал ее Родион. – Мы же уже все решили!

– Мы?

– Конечно, мы. Ты же не против.

– Я не знаю. А что моя мама скажет?

– А ты ей не говори пока.

– А как же…

– Мы же решили: никаких больших праздников, – напомнил Родион. – Так что завтра пойдем к моим.

Райка не спала ночь. Ее мучили страхи, среди которых преобладали боязнь, что Родион снова исчезнет, и ужас от предстоящего знакомства с родителями.

Но ничего ужасного не произошло.

Родион не пропал. А знакомство с родителями предложил отложить до свадьбы. Всю неделю перед командировкой он встречался с Райкой каждый день. Последние два дня она вообще прогуливала учебу, чуть ли не первый раз за всю свою сознательную жизнь. И подали заявление в загс. Сразу после этого Родион уехал.

Целый месяц Райка жила как во сне. Анна Петровна сначала встревожилась странным состоянием дочери, но потом, занятая собственными делами, пришла к выводу, что Райка рассталась с молодым человеком и просто переживает неудачу в личной жизни. Анна Петровна совершенно здраво, как ей казалось, рассудила, что в таком возрасте любовные неудачи скорее полезны, чем вредны, и решила к дочери не приставать, а внимания на ее настроение не обращать.

Райка примерно понимала ход мамочкиных мыслей, но предусмотрительно ее не разубеждала – так, на всякий случай.

Родион даже позвонил пару раз откуда-то с дороги. Райка уже ничего не боялась, просто мечтала. Они с Родионом договорились о свадьбе без гостей и помпезности, поэтому представляла она не роскошный праздник, а свадебное путешествие, как Родион увезет ее куда-нибудь далеко. Еще Райка мечтала о том, как устроит их квартиру, как им будет хорошо вдвоем. А свадьба… Ну что тут сделаешь? Конечно, ей было немного жаль, что не придется надеть белое платье, представить себя принцессой. Но через некоторое время Райка пришла к выводу, что она вполне может считать себя принцессой, которую принц просто увез, без всякой свадьбы.

Месяц, казавшийся поначалу бесконечным, прошел за мечтами почти незаметно. Раиса не знала точной даты приезда Родиона, но ждала его каждый день. Конечно, прибавились и тревожные мысли – как сообщить маме. Немного подумав, Райка пришла к замечательной идее: сказать маме правду, когда они уже поженятся. Перед самым отъездом.

Но ровно через месяц Родион не появился. До назначенного дня свадьбы оставалось всего несколько дней. Райка потихоньку приходила в панику.

Утром, за два дня до свадьбы она решила остаться дома. У нее просто не было сил ни с кем общаться.

Маме Райка сказала, что простудилась. Анна Петровна с сомнением посмотрела на дочь, но снова ничего не сказала. Ушла на работу.

Райка послонялась по пустой квартире. Занять себя ничем не получалось. Очень кстати зазвонил телефон:

– Рай, привет! Это я.

– Родион! Ты приехал!

– Да. Я зашел к тебе в институт. Только тебя нет.

– Я простудилась немного, – почему-то Райка соврала ему, как маме.

– Тогда что ж…

– Не беспокойся, за два дня я поправлюсь.

– За два дня?

– Ну да, у нас же свадьба.

– Вообще-то я хотел тебе сказать при встрече, но, может, так и лучше. По телефону.

– Так по телефону необязательно, ты же зайти можешь. – Райка почувствовала что-то неладное.

– Нет, лучше я не буду заходить. Рай, мы, наверное, поторопились с этой свадьбой.

– Ты встретил другую девушку?

– Нет, просто я не готов. И ты, наверное, не готова. В общем, не надо нам пока жениться.

– Ну не надо, так не надо, – покладисто согласилась Райка. Возможно, ей со временем удастся уговорить его справить свадьбу по-настоящему. А сейчас она никуда не торопится. – Ты заходи, я тебя чаем напою.

– Рай, знаешь, я думаю, нам и видеться больше не надо.

– Почему? – с ужасом спросила Райка.

– Просто… Короче, не надо, и все. Прости, если что не так. Пока.

И Родион положил трубку, не дождавшись ответа.

Райка разрыдалась. Сказка кончилась. Но, главное, она так сильно любила! Ей было плохо и больно, а по молодости лет она не умела справляться с такими эмоциями. Обсуждать что-либо с мамой в этой ситуации было бесполезно, с подругами она последние месяцы особенно не общалась – так что Райка осталась наедине со своим горем. Пришедшая домой мама обнаружила ее в постели с распухшим носом и красными глазами и немедленно начала лечить от гриппа. К вечеру у Райки поднялась температура. Утром вызвали врача. Девушка чуть старше Райки сразу согласилась с диагнозом строгой Анны Петровны. К счастью, лекарств юная докторша много не выписала, а Анна Петровна и вовсе предпочитала народные средства.

Еще через неделю похудевшая от переживаний несчастная Райка появилась в институте. Вид у нее был такой, что даже вредный по молодости преподаватель Алексей Сергеевич Глухов ей посочувствовал, оценил интересную бледность девушки, перестал ругаться на Райкины вечные опоздания, даже как-то подвез ее в метель до дома.

По совпадению именно в тот момент, когда они подъехали, возвращалась домой Анна Петровна. Увидев провожающего дочь серьезного человека, предложила подняться домой, выпить чаю. Алексей Сергеевич был старше Райки всего-то на шесть лет. Он подавал большие надежды и жил в общежитии. Райка продолжала существовать во сне. За чаем Анна Петровна и Алексей Сергеевич познакомились и поняли друг друга. Анна Петровна оценила потенциал молодого человека, который не скрыл, что из-за маленькой зарплаты собирается покинуть институт и отправиться в свободное плавание. Мешает ему в этом только отсутствие жилья.

Алексей Сергеевич, в свою очередь, впечатлился потенциальной тещей и возможностью несколько лет не думать о жилищных проблемах. Райка ему, кстати, тоже нравилась. Ничего безумного по отношению к ней он не испытывал, но собирался быть хорошим мужем, в обмен на некоторые блага, конечно. В общем, Анна Петровна и Алексей Сергеевич договорились.

От Райки уже ничего не зависело. Да, если честно, ей было вообще все равно. После предательства Родиона никакая романтика ей не требовалась. Поэтому, одобряемая активной мамой, она покорно ходила в театр с Алексеем Сергеевичем. Причем он как-то ловко все устроил так, чтобы больше не преподавать в Райкиной группе.

К 8 Марта Алексей Сергеевич решился. Райка ему нравилась, а главное, погруженная в свои переживания, казалась совершенно послушной. Естественно, Алексей Сергеевич Глухов заранее обсудил все с Анной Петровной. Свадьбу решили играть скромную, но достойную.

Райка выбирала свадебное платье с мамой в магазине, смотрела на себя в зеркало и вяло думала, что ей все равно. Мама, напротив, была совершенно довольна. Она не считала дочь слишком умной. По ее родительскому разумению, главное для девушки было хорошо выйти замуж.

Дочь же как будто заледенела. Она общалась с окружающими, выслушивала завидующих подружек, кивала, когда Алексей строил планы на будущую жизнь, но ничего не чувствовала. Как в старом фильме-сказке: «Что воля, что неволя – все равно».

В день свадьбы вроде бы немного очнулась. Наступила весна, цветы, птички. Райке показалось, что сегодня Родион найдет ее и увезет.

Но вместо этого она оказалась в загсе с Алексеем, вовремя сказала «да», поучаствовала в дежурном поцелуе новобрачных. Алексея ее спокойствие устраивало. Он не очень любил сильные проявления чувств.

Через некоторое время после свадьбы Раиса поняла, что ждет ребенка. В этот момент она наконец очнулась от своей депрессии, обнаружила себя замужем, осознала, что через несколько месяцев станет матерью. И именно это ее примирило с жизнью. Ребенок, которого она будет любить больше всех на свете, который будет любить ее и никогда не оставит!

В общем, Райка стала очень сознательной, сначала будущей, а потом и просто мамой. Но мужа она так и не полюбила. Относилась к нему хорошо, не устраивала скандалов по пустякам, но любви и близко не было.

Она как-то забыла о себе. Не старалась особенно хорошо выглядеть, занималась в основном ребенком и работой. Влюбляться ей больше совсем не хотелось. Началась обычная жизнь с кредитами и отпусками.

Райка вздохнула. Посмотрела еще раз на единственную фотографию – они с Родионом возле Эрмитажа – снова вздохнула и убрала альбом подальше. Немного подумала, взяла свою чашку с чаем и вернулась на кухню.

Глава 3

В ожидании продолжения беседы Марианна нашла какой-то журнал на подоконнике и с увлечением его читала. Она вообще считала журналы бесценным источником самообразования. Особенно ее привлекали статьи, в которых рассказывалось, как что-нибудь сделать быстро, правильно и без лишних усилий.

– Давно вы с ним познакомились? – внезапно отвлекла ее Райка.

– Нет, не очень, – с достоинством призналась Марианна. – Но у нас было достаточно времени, чтобы понять, что мы идеально подходим друг другу.

Раисе стало интересно:

– И как же вы в этом убедились?

– Нам нравятся одни и те же рестораны, духи. И вообще.

– Если вообще, тогда конечно, – покладисто согласилась Раиса.

– Это вы издеваетесь? – подозрительно спросила Марианна.

– Конечно, нет. А как вы познакомились?

– О, это было очень романтично! Я зашла в магазин, а Леша помог мне там выбрать кое-что.

– Действительно, очень романтично, – снова согласилась Раиса.

– Да, – Марианна решила не замечать странных интонаций в голосе собеседницы. – Алексей, он такой щедрый. Представляете, он тогда даже заплатил за мою покупку. За помаду от «Живанши». И цвет помог выбрать.

– Вам повезло. – Раиса снова поставила чайник.

– Да. Но вы не беспокойтесь. С вами тоже все будет в порядке. Жильем мы вас обеспечим. И вообще.

– Если вообще, тогда конечно, – повторилась Раиса.

Марианна на всякий случай решила с ней согласиться.

– Вот именно.

Закипел чайник. Райка приветливо предложила:

– Еще чаю?

– А у вас есть зеленый? – набралась храбрости Марианна.

– Да, конечно. Сейчас заварю. – Чая Райке было не жалко.

Так они сидели и пили чай на кухне, болтая о всяких пустяках. Марианна, правда, ощущала некоторую неловкость, но утешалась мыслью, что она все сделала правильно. Точно как написано в журнале.

А Алексей Сергеевич Глухов недоумевал. Он давно создал себе в семье репутацию человека, которого в принципе нельзя отвлекать вообще ни от чего, уж от работы-то особенно, поэтому звонок жены абсолютно выбил его из колеи. Перезвонить не удалось (как мы знаем, мобильный телефон был выключен, городской занят навсегда), надо действительно все бросать и ехать домой.

Обидно: буквально за минуту до того, как его планы грубо изменили, Алексей Сергеевич был погружен в приятные размышления, посвященные его правильному устройству собственной жизни. Судите сами: жена, которая сидит дома, но тем не менее очень неплохо зарабатывает, ребенок, который к восьми годам научился вовсе не отвлекать отца (это главное в детях – не мешать!), а теперь еще и молодая и красивая любовница, которую можно вывести куда-нибудь. Потом когда-нибудь. И еще, прибавьте, работа не бей лежачего.

И все почему – умный потому что. Женился правильно, нашел правильного начальника, подобрал правильного заместителя – вот вам и полный шоколад. Ну, дома на Рублевке, конечно, нет, зато и забот никаких и напрягов никаких. И вот вам, пожалуйста. Вместо приятного обеда в хорошей компании в маленьком, уютном, привычном, наконец, кафе езжай тут, разруливай проблемы этой курицы!

Жену Алексей Сергеевич не полюбил и с самой свадьбы про себя ее по-другому не называл. Не было в ней изюминки, темперамента, романтики никакой не было. То есть, конечно, человек-то она хороший, но пресная, до чего же пресная! С годами подурнела, хотя и в молодости особой красавицей не была. Да и характер… Размазня, одно слово!

До дома Глухов доехал довольно быстро, но не потому, что торопился помочь супруге, а исключительно из желания побыстрее вернуться к безжалостно прерванному приятному рабочему дню. Поднимаясь в лифте, он с мрачным удовольствием предвкушал, как сейчас войдет в квартиру, как мгновенно решит пустяковый бред и объяснит этой пустоголовой идиотке, чтобы она ему больше никогда не звонила. Правда, можно завести еще второй телефон, но это уж непозволительная роскошь. Не по деньгам, конечно, по отношениям. Кудахтанья не оберешься.

С этими мыслями он открыл дверь и обнаружил на зеркале в прихожей подозрительно знакомую сумочку. И не просто знакомую, а именно ту, которую он ровно неделю назад за безумные, по его представлениям, деньги покупал в бутике Марианне. Собственно, эта сумка и углубила их отношения до настоящего уровня. Вторым неприятным обстоятельством был запах духов. Этот аромат до покупки сумки был символом чего-то недостижимого, сводил с ума своей недоступностью. Теперь же он отчетливо ощутил в доме запах перемен. На кухню Алексей Сергеевич вошел с нехорошим предчувствием. Почему-то появилась уверенность, что эти перемены лично ему ничего хорошего не принесут.

За столом сидела Марианна (как всегда, она прекрасно выглядела), а напротив стоя отпивала чай его законная половина. И на голове копна, и сама копна, а в качестве одежды вообще непонятно что. Никакого тебе маникюра и вообще. Да-а…

Не то чтобы Алексей Сергеевич совсем плохо соображал, просто, увлекшись сравнениями, он как-то совершенно упустил, мягко говоря, неестественность ситуации.

Марианна же тем временем решила снова взять дело в свои руки.

– Лешенька, – пропела она самым нежным своим голоском, – я решила, что твоей жене пора знать правду о нас. О том, что мы хотим всегда быть вместе.

Алексей Сергеевич был к этому не готов.

– Ты не волнуйся, – продолжала соло Марианна, – я уже рассказала Раечке, что мы готовы купить ей квартиру. Мы с ней почти подружились!

– Еще одну? – невинно поинтересовалась Раечка, а Лешенька пошел красными пятнами.

Раиса, если честно, никак не могла понять, что она чувствует. Разговор этой дуры про квартиру начал ее откровенно забавлять. Потому что квартира была не просто ее. Десять лет назад, когда они с Алексеем только собирались пожениться, бабушка отказалась прописывать его наотрез. На нее не действовали аргументы Анны Петровны про сложности трудоустройства (пусть прописывается в общежитие), про доверие и любовь (а тогда живите вообще в шалаше). При этом она сразу же позволила им жить вместе, сама переехала к Анне Петровне, уже больше никогда не возвращалась, а вот прописывать отказалась. Больше того: ровно за сутки до свадьбы бабушка позвала их обоих к себе и каждому выдала по свидетельству о собственности. Раисе – на эту квартиру, а Алексею – на скромную однушку на окраине Москвы, доставшуюся бабушке от умершей несколько лет назад сестры. Молодоженам было заявлено, что в большой квартире они могут жить, а маленькую сдавать, а потом уже бабушка отдельно объяснила удивленной Раисе, что если что, то им с мужем не надо будет ничего делить, квартиры – уж точно, потому что они не будут являться совместно нажитым имуществом. И всем будет хорошо.

Райка тогда даже не стала внимательно слушать. Ей, как мы помним, было совершенно все равно. Бабушка покачала головой на внучкину замороженность, но ничего не добавила. Алексей, в свою очередь, разозлился, но показать этого не смог: выразил всю положенную благодарность. С другой стороны, непосредственно в день свадьбы он разводиться и делить квартиру и не собирался, поэтому страшного для него тоже ничего не было. Подарок, небольшую квартиру в крохотном микрорайончике, состоявшем из двух улиц и непонятно почему приписанном к Москве, удалось сдать довольно легко и так же дешево. Построен райончик был на полях аэрации, но постоянные жители любили его нежно и преданно. Поэтому постоянно предлагали квартиру продать, но к счастью, руки до этого никак не доходили.

Легко догадаться, почему Раиса не менее нежным голоском, даже улыбаясь, произнесла:

– Что ж, большие чувства надо уважать. Ты, конечно, сам соберешь свои вещи?

– Нет, постойте! – возмутилась Марианна. – Я же вам уже все объяснила, квартиру мы вам купим, пока можете пожить здесь.

Больше всего Алексей хотел сбежать. Но обе дамы смотрели на него выжидательно.

– Марианна, это ее квартира, – просипел он.

– Но ты же говорил, что москвич!

Алексею было бы намного легче, если бы Раиса, не отличавшаяся, по его мнению, особенным умом, злорадно объяснила суть ситуации. Но она молчала, даже не смотрела в его сторону.

– Я и есть москвич, но моя квартира не здесь, а совсем в другом месте.

– А, ну тогда это не страшно. Ты ведь мне ее покажешь, милый?

– Боюсь, тебе там не понравится.

– Не хочу вам мешать, – проговорила Раиса с незнакомой ему ранее твердостью, – но, думаю, вам лучше продолжить беседу где-нибудь еще. Вы, Марианна, наверное, можете подождать в машине, пока Алексей соберет вещи. Уверяю вас, что это не займет у него много времени. Дай ей ключи.

Алексей, неожиданно для самого себя, подчинился. Марианна, так же неожиданно для себя, молча вышла.

– Наверное, нам надо поговорить, – он произнес это с трудом и вопросительно.

– Нет, да и о чем, – ответила Райка уверенно и твердо. – На развод подашь сам, на алименты я подавать не буду. О ребенке, думаю, тоже говорить смысла нет. У тебя другие интересы.

– Зачем тебе развод? – закричал Алексей. Он ожидал от жены чего угодно, но только не этой спокойной твердости; было в этом что-то унизительное, а еще возникало ощущение, что этой женщины он не знает. – Ты же ничего не понимаешь, ты просто дура!

– Ты же любишь ее.

– Да кого я люблю?! Так живут все нормальные люди, идиотка, ты посмотри на себя, ты думаешь, на кого ты похожа?

– Вот я и смотрю, – Раисе удавалось не повышать голос. – Ты, безусловно, достоин лучшего. Поэтому собирайся и уходи.

– Да я-то уйду, только ты-то кому будешь нужна?

Глухов несколько успокоился. Неожиданно он решил, что сейчас, как и во всех их прежних ссорах, она заплачет, признает его правоту, ну, в этой ситуации не вслух, конечно, но признает. Марианну придется на время оставить, да, может, и не на время. Много их таких, на его век хватит. Главное, налаженный быт удастся не разрушать.

– Уходи, Алексей. Так будет лучше для всех, да и давно это было нужно сделать. – Раиса ощущала боль и освобождение.

– Ну хорошо, и куда я теперь должен идти? – Алексей задал вопрос машинально. Ответ он знал. Вредная бабка в свое время все предусмотрела – у него нет никаких шансов остаться. Вот, довыпендривался.

– Не думаю, что теперь это моя забота. – Райке удалось это сказать с холодностью, достойной настоящей герцогини из романа.

Алексей плюнул про себя и пошел собирать вещи. При этом он совершенно не знал, что собирать. Ну, носки-трусы-рубашки – понятно. А еще что? Книги – все не его. Компьютер – а куда он его потащит? Получалось обидно. Получалось, что у него вообще ничего нет. Так, что ли?

Пошел спросить у Раисы.

Она стояла на кухне с той же чашкой.

– А что собирать-то? Я работаю, работаю, а у меня ничего нет! – произнес он с какой-то детской обидой.

– Ну, не знаю. – Раиса устала. – Ну хочешь, возьми микроволновку или телевизор, хочешь, машину стиральную. Машина! У тебя же есть машина! – Она искренне обрадовалась: сейчас он наконец уйдет, эта глупая история закончится; и действительно, не может же человек уходить совсем без ничего.

– Да, машина и вправду у меня есть. – Алексей говорил мирно. Он тоже понял, что жизнь придется устраивать по-новому. – Слушай, если я что забуду, могу прийти забрать?

– Да, конечно, только ключи оставь.

– Сейчас оставить?

– Сейчас. Алеш, ты же сам понимаешь, больше у нас ничего не будет. Ну хочешь, не оставляй, только я тогда замки поменяю.

– Да нет, почему, оставлю.

Обоих удивляло собственное спокойствие. А чего, собственно, было нервничать? Чувства – да поди пойми, какие еще остались и были ли…Имущество тоже делить не надо. А ребенок… Ну что ребенок. Вырастет. Не один такой.

– Я пойду? – Честно говоря, он надеялся, что она его все-таки остановит.

– Иди.

Она банально надеялась, что сейчас проснется и окажется, что ничего не было. Даже свадьбы. Хотя нет. Как же тогда сын? Райка запуталась в собственных сложных мыслях и ощущениях.

Тем временем неверный супруг убедился, что его никто не останавливает, и ушел. Спускаясь по лестнице пешком, Алексей Сергеевич Глухов думал о необходимости переорганизации жизни с учетом смены места жительства. Ко второму этажу он решил, что можно рассказать на работе потрясающую романтическую историю о том, как ушел из дома и все оставил жене. С одним чемоданчиком ушел. На новой машине можно акцент не делать. Впрочем… Лучше просто рассказать, что ушел. Без романтической истории. Не жениться же ему на Марианне? Лучше пусть он теперь будет одинокий и несчастный. Так вот, неужели же ему не положено повышение зарплаты? Положено.

Алексей Сергеевич повеселел. Немного, правда, беспокоила Марианна, сидевшая в машине. Но с ней он сейчас разберется.

А Марианна тем временем обдумывала фасон свадебного платья. Конечно, обидно, что в этой квартире пожить не удастся, зато у Алексея есть другая, пустая. Правда, странно, что он ни разу не позвал ее туда, но, может, там ремонт просто… Она посмотрела на часы. Алексея не было уже очень долго, но уж ладно. Сегодня она его еще подождет. Все-таки дело серьезное, не каждый день люди разводятся. Может, эта его странная жена разрыдалась, пришлось ей валерьянку наливать, сцену там какую-нибудь устроила, типа «не уходи, я все прощу». Марианна встревожилась. Все-таки они с Алексеем не очень давно знакомы. Вдруг жена уговорит его остаться? Но вспомнила, как выглядит Раиса, и поморщилась. Нет, такая вряд ли уговорит. Она, Марианна, – молодая, красивая, ухоженная, а главное – умная. Да, умная, очень. А разве глупая смогла бы за два года, приехав в эту Москву несчастную, такого добиться? Она вспомнила родной город и тяжело вздохнула. Ну ничего, теперь она выйдет замуж, у нее будет своя квартира. Кажется, не такая большая, как та, из которой она только что вышла, но ничего, лиха беда начало. Конечно, Алексей не предел ее мечтаний, но…

На этой радостной мысли подошел Алексей. Настроение его трудно было назвать радужным.

– Скажи, а что тебя сюда принесло? – начал он без предисловий.

– Как это? – не поняла Марианна. Слишком резким для нее оказался переход от мечты к реальности.

– Так это! – передразнил Алексей.

Он критически оглядел Марианну. Ну вот чего ему, дураку, не хватало? Нет, девица ничего, стройная, но этот яркий маникюр, помада, платиновые волосы… И дура, еще глупее его супруги. Хотя ему всегда казалось, что глупее уже некуда. Ошибся. Есть.

– Зачем ты ко мне домой приехала?

– Как зачем? Нехорошо ведь твою жену обманывать. И тебе зачем мучиться?

– Мне мучиться? – Алексей думал, что ослышался.

– Ну да. Ты ведь ее совсем не любишь, ты меня любишь. Ты же мне сам сказал, – похлопала ресницами Марианна.

Алексей онемел.

– А когда люди любят друг друга, они живут вместе.

– Марианна, – Алексей нервно достал сигарету. – Конечно, ты мне очень нравишься. Но у меня семья. Ребенок! – Алексей вспомнил нужный аргумент.

– А ребенка мы будем забирать на выходные и в отпуск. – Марианна сразу почувствовала себя уверенно. Во всех женских журналах подробно рассказывали о важности отношений с детьми мужа. – Мы с ним обязательно подружимся. Кстати, – она решила рискнуть. – Если ты хочешь, твой сын может даже жить с нами.

– Ты совсем ненормальная? – Алексей представил себе, что скажет на это Раиса.

– Почему? Я просто хочу, чтобы всем было хорошо.

– Так, – Алексей принял решение. – Давай я тебя домой отвезу. А лучше до метро.

– А мы разве не поедем смотреть нашу квартиру?

– Какую нашу?!

– Но ведь ты уже ушел от жены? Она же тебя отпустила? Не удерживала?

– Нет.

«А кстати, почему это она меня не удерживала?» – неожиданно подумал Алексей.

– Ну вот. Значит, всем хорошо. Может, и у нее наладится жизнь, – оптимистично предположила Марианна.

– У Раисы? – Алексей чувствовал, что еще немного – и он просто сойдет с ума от количества впечатлений.

– А почему нет? Конечно, она… не очень, – Марианна старалась быть деликатной, – но если ее одеть, причесать…

– Да замолчи ты! Идиотка! – У Алексея сдали нервы.

Марианна немедленно зарыдала.

– Ты меня совсем не любишь!

Алексею очень хотелось честно сказать «нет». Но он понимал, что за этим последует. Истерика, разговоры об обманутой и брошенной девушке… Нет. Ему это сейчас совсем не нужно! Сейчас он лучше вернется на работу, потом вечером пойдет в бар. В спортбар, напьется там с ребятами, заночует у кого-нибудь. А завтра, может, Раиса одумается, и тогда все наладится. Кстати, Анна Петровна! Он с ней еще не разговаривал. Неужели же любимая теща его не поддержит?

Поэтому Алексей неопределенно помычал.

– Давай я довезу тебя до метро, – еще раз предложил он.

– Ну нет! – сглатывая слезы, отказалась Марианна. – Я хочу квартиру увидеть. Нам в ней жить.

Алексей даже застонал от досады.

Марианна на этот раз верно оценила его молчание и снова заплакала.

– Ты мной воспользовался, – сообщила она сквозь слезы. – Моей неопытностью и беспомощностью.

– Зайка… – Алексей надеялся все-таки избежать выяснения отношений. – Я тобой не воспользовался. Я просто немного спешу на работу. Мне же там зарплату платят, – нашелся он. – А деньги – это все-таки очень важно.

– Любовь важнее, – горько констатировала Марианна.

– Да какая любовь! – сорвался Алексей (и кто бы на его месте не сорвался?).

И понеслось.

– Ты воспользовался моей неопытностью! – повторялась Марианна. – Ты погубил мою жизнь!

– Мы знакомы всего две недели!

Вот это он напомнил напрасно. То есть напрасно он вообще заговорил.

Тирады Марианны перемежалась рыданиями. Обвинения были самыми разнообразными. Алексей старался пропускать все мимо ушей и тоскливо размышлял, как бы выставить занудную плаксу из машины. Марианна не останавливалась. Алексей украдкой посмотрел на часы. Сцена длилась уже пятнадцать минут.

Алексей все-таки получил свою истерику, правда, не от Раисы, что было хотя бы оправданно, а от назойливой девицы, которая всю эту кашу заварила.

Ворча про себя, Алексей даже не вспомнил, как еще несколько дней назад ухаживал за Марианной.

Он познакомился с ней на работе. В их офисном центре имелось общее кафе, где обедали сотрудники нескольких фирм. Не заметить яркую блондинку у Алексея не получилось. Вообще-то, это был совсем не первый его роман после свадьбы. Но обычно Глухов успешно соблюдал простое правило: встречаться только с замужними женщинами, ценящими свои семейные отношения. Вот зачем он сделал исключение? Где была его голова? Ведь в Марианне не было ничего особенного. Ругая себя, Алексей не заметил, что Марианна уже какое-то время молчит.

– Повтори, что я сказала! – потребовала она.

– Я идиот, – без колебаний произнес Алексей.

– Я этого не говорила. Я сказала, что ты черствый урод.

– Какая разница… – тоскливо вздохнул он, предчувствуя, что объяснение сейчас продолжится.

– Какая разница?! – не обманула Марианна его ожиданий, выходя на новый виток истерики.

– Слушай, а тебе-то на работу случайно не надо? – прервал ее через несколько минут Алексей.

– Мне – нет. Я отпуск взяла. На неделю.

– А это еще зачем?

– Чтобы все устроить.

– Устроить что? – Алексей окончательно вышел из терпения.

– Нашу жизнь. Ну и к свадьбе начать готовиться.

– К свадьбе. Отлично. Замечательно просто.

Марианна на этот раз верно оценила ситуацию и снова зарыдала, уже тихо.

– Так, ну все, успокойся! Мне действительно надо на работу, и теперь я уже не успею отвезти тебя домой. Ни к себе, ни к тебе. Так что ты сейчас будешь умницей, мы с тобой доедем до метро, а вечером я тебе позвоню. Мы все обсудим. Спокойно обсудим. Договорились?

– Да, – прерывисто вздохнула Марианна.

Алексей тоже вздохнул, но облегченно. Неделю она в отпуске, за это время он успеет сменить симку в мобильнике и попросится в другой офис. Даже лучше: ему недавно предлагали командировку на месяц в какую-то глушь. Тогда он с негодованием отказался, теперь согласится.

– Поехали!

Глухов завел мотор и буквально через три минуты высадил Марианну у метро. Боясь нового объяснения, он предусмотрительно остановился в запрещенном месте, и пока Марианна выходила из машины, с деланым испугом озирался в поисках несуществующего гаишника. Или гибэдэдэшника. Это уж как угодно.

Марианна вышла из метро, немного подумала, подошла к ларьку с дисками и купила компьютерную базу адресов Москвы.

Алексей немного проехал вперед, надежно припарковался и достал мобильник. Судя по времени, теща должна быть свободна.

– Анна Петровна, здравствуйте! Как самочувствие? – начал он вежливым и очень печальным голосом.

– Здравствуй, Лешенька! Как у тебя дела? Я в порядке. Ну так, давление иногда. А ты мне что-то давно не звонил.

– Ну вы же знаете, я очень много работаю. – Алексей добавил в голос еще печали.

– Знаю. Ты молодец. А почему ты такой грустный? – заглотила теща наживку.

– Анна Петровна, если честно, я звоню с вами посоветоваться. Только не знаю, как и начать. Это длинный разговор. У вас есть время?

– Конечно. Рассказывай. – Анна Петровна была само участие.

– Понимаете, мы тут с Раей поссорились. Так, что она попросила, чтобы я ушел.

– Даже так? – теща заговорила суше. – И что же произошло?

– Ой, дело в том, что… Не знаю, как объяснить. В общем, дурацкая ситуация. Мною увлеклась одна девушка. Красивая. Вы знаете, как я отношусь к вашей дочери, – на Алексея нашло вдохновение, – но тут… Я подвез девушку пару раз, она невесть что себе придумала, пришла к Раисе, наговорила всяких глупостей. Мне так обидно, что Рая ей поверила. Но она настояла, чтобы я ушел. Я и ушел. Ничего не взял, кстати сказать.

– Да-а-а, – протянула Анна Петровна и замолчала. Она молчала так долго, что Алексей уже решил, что теща приняла сторону дочери и сейчас положит трубку.

Но Анна Петровна, помолчав немного, заговорила:

– Леша, я какое-то время наблюдаю, что у вас происходит в семье. С тебя вину снять невозможно, но и Раиса тоже хороша. Я поговорю с ней. Думаю, у меня получится вас помирить. Это первое. Второе заключается в том, что тебе сегодня действительно лучше домой не возвращаться. Хочешь – переночуй у меня, хочешь – у друзей. Хотя, в принципе, у тебя есть своя площадь. Лучше тебе, наверное, воспользоваться собственной квартирой. Раисе нужно почувствовать, что бывает, когда женщина остается одна. Ей это пойдет только на пользу.

– Вы думаете? – Алексею стало немного стыдно.

– Я уверена.

– Спасибо, Анна Петровна. Я очень рассчитываю на вашу помощь.

– Но мы же семья.

Услышав это, Алексей поморщился. Очень уж сериальная была фраза. Но что поделаешь, приходилось терпеть.

– Анна Петровна, я тоже виноват. Мне не нужно было девушек подвозить, – закрепил он успех.

– Что ж поделаешь? В семейной жизни всякое случается. Женщина должна быть терпеливой, – утешала его теща. – Постарайся успокоиться и отдохнуть.

– Спасибо, Анна Петровна. Вы просто моя вторая мама, – в очередной раз обратился Алексей к своему небогатому опыту просмотра сериалов.

– Ну о чем ты! – Похоже, теща совсем растаяла. – Я поговорю с ней сегодня же.

– Спасибо, – поблагодарил он еще раз и отсоединился, уверенный, что большая часть его проблем решена.

Марианна убедилась, что машина потенциального мужа отъехала, и набрала его домашний номер.

– Раечка! – прощебетала она ласково. – Мне Леша записал адрес и телефон своей квартиры, а я бумажку потеряла, а он уже недоступен. Вы мне не продиктуете?

Раиса, не вступая ни в какие разговоры, просто продиктовала адрес и телефон и положила трубку. Марианна, довольная, убрала бумажку в сумку и поехала по магазинам, развеяться.

Глава 4

Муж ушел, Раиса посмотрела на часы. Вся ее прошлая жизнь, оказывается, закончилась в сорок пять минут.

Потом подошла к зеркалу. Да уж, сегодня ее никто не хотел жалеть, и зеркало не стало исключением. Все морщины, каждый лишний килограмм, абсолютно все зеркало беспристрастно ей показало. Особенно завораживала прическа. Некрашеные волосы просто стояли дыбом, в разные стороны. Райка представила, как выглядела рядом с ухоженной, практически гламурной Марианной, и наконец заплакала.

Плакала она долго и горько, зато, прорыдавшись, ощутила немедленную потребность действовать. Первым делом позвонила жившей неподалеку маме и попросила забрать сына Кольку на несколько дней. К счастью, она случайно опередила звонок Алексея, буквально на пару минут. Мама Кольку обожала страшной любовью, поэтому, не спросив, что случилось, засуетилась на предмет недостаточного количества продуктов для кормления ненаглядного внука, пообещала позвонить вечером. Райка обрадовалась, что мама не стала задавать вопросов, а то бы еще прибежала… С другой стороны, это означало, что и мама считает Райкину жизнь безопасной и устоявшейся.

Райка встряхнула головой. В конце концов, надо было с кем-нибудь поделиться своими переживаниями, но все подружки все равно еще были на работе. Потом посмотрела на квартиру, оценила размер беспорядка и махнула на него рукой. Начинать новую жизнь с уборки не имело никакого смысла, был риск остаться в этом состоянии навсегда. Закончить работу, оставшуюся на столе, немедленно желания тоже не возникало, да и сделать это можно было в любое время. Работала Раиса техническим писателем-переводчиком на дому для разных фирм и довольно прилично зарабатывала. Даже удивительно, что, жуткая неорганизованная неряха по жизни, она ни разу не подвела ни одного заказчика. И сейчас у нее был довольно приличный задел, который позволял примерно два дня (не больше!) не садиться за компьютер.

Потом посчитала деньги. Дополнительная прелесть ситуации заключалась в неожиданно оказавшихся у нее сбережениях. Райка копила любимому мужу на подарок ко дню рождения. Сами деньги были ни при чем и вообще честно заработанные ею самой, но почему-то они вызвали у нее приступ раздражения и желание их немедленно потратить.

С чего начать?

Похудеть немедленно даже за деньги вряд ли представлялось возможным, поэтому Райка позвонила в парикмахерскую. Строго говоря, это давно была не парикмахерская, а салон красоты, безумно и, вероятно, неадекватно дорогой, но сегодня она решила не экономить на маленьких женских радостях, как она их понимала. Оказалось, что прийти можно немедленно, поэтому, с трудом натянув джинсы, наша красавица просто вылетела из дома.

В салоне Раиса провела почти два часа. Вышла оттуда совершенно не похожая на себя вчерашнюю: голове было холодно, зато выглядела она (голова) исключительно прилично. К тому же они с парикмахершей с избытком обменялись информацией на тему «Все мужики козлы и/или сволочи». У парикмахерши, естественно, имелся не только собственный опыт, но и рассказы клиенток, поэтому общение с ней оказало психотерапевтическое успокаивающее действие: теперь Райка была уверена, во-первых, в том, что она не одна такая, а во-вторых, что к внешности ее несчастье не имеет отношения.

Тем не менее начало новой жизни ей понравилось, а домой идти совсем не хотелось. Поэтому Райка отправилась в косметический магазин и купила новую помаду, тушь и еще кучу мало известных ей ранее баночек. Дополнительное везение состояло в том, что магазинный визажист в рамках рекламной акции наложил ей какой-то правильный и модный макияж, после которого она ощутила себя просто уж принцессой.

Вернувшись домой, Рая вновь подошла к зеркалу. На этот раз увиденное ее устроило гораздо больше. Ей, вопреки логике, даже показалось, что за прошедшие несколько часов она еще и похудела. Однако предаваться приятным размышлением у зеркала помешал телефон.

Звонила подруга, Ангелина, мечтавшая рассказать про своего очередного поклонника, точнее, про сцену ревности, которую тот ей устроил. Если бы Райка была менее простодушной или немножко более умной, она бы давно заметила, что, несмотря на прекрасное имя, Ангелина не замужем, все праздники встречает с подружками, а романтические вечера и встречи проводит приблизительно раз в полгода. То есть раньше Райка вполне могла позволить себе такую же роскошь с собственным мужем (про свои романтические приключения в юности Райка никому не рассказывала), но при этом почему-то всерьез считала, что подруга живет невероятно интересной бурной жизнью, с которой она сама так и не познакомилась. А чего вы хотите: то учеба, то маленький ребенок и муж… Какие уж тут интересы!

Главное, что устраивало вышеупомянутую Ангелину, – это то, что, поговорив с Райкой, она ощущала себя не одинокой и несчастной пастушкой, а гордой и независимой охотницей за мужчинами.

Сегодня она собиралась рассказать очередную историю, наполовину правду, наполовину мечту, о неземной любви и ревности своего женатого поклонника. Сказочно красивого и богатого менеджера средней руки одного из сетевых магазинов бытовой техники. Однако ее ждал неприятный сюрприз. Дело в том, что Райке, как правило, почти не удавалось слова вставить в этих разговорах. Ну сами сравните: рассказывать про убежавший суп и трудный перевод, про грязные колготки или про ужин в кафе… В лучшем случае кое-кто, завистливо вздыхая, отвечал:

– Да у меня все как обычно.

Но сегодня…

Не успела Геля дежурно спросить:

– Как дела? – не ожидая ничего интересного, зато привычно приготовившись поведать свои необычайные приключения, как в ответ услышала:

– Да ничего… Только вот я мужа выгнала.

– Ты мужа – что?..

– Выгнала. Ко мне его любовница зашла чаю попить…

Последовал рассказ об уже известных нам событиях. Кстати, Райка их почти не приукрашивала, поскольку и так считала достаточно необычными, но по мере рассказа становилось все очевиднее, что участливый интерес подруги ей как-то не нужен. Много лет Раиса, не признаваясь самой себе, жила как во сне, ждала возможности привлечь внимание к своей жизни – и вот, пожалуйста, оказалось, что она ни с кем не хочет ничего обсуждать. Поэтому, сославшись на усталость, наша героиня быстренько свернула разговор, решительно отказавшись от предложения Ангелины приехать и поддержать ее морально.

Положив трубку, Рая уселась на диван и попыталась придумать, чем заняться. Вероятно, стандартным выходом было бы напиться, но особого желания не было. Беспокоил молчавший телефон. Беспокоил потому, что мучило ощущение, что вот он сейчас зазвонит и такое неприятное что-то скажет… В общем, выражение кнопок у телефона было такое, как будто он сейчас укусит. Поэтому Райка злилась на ни в чем не повинную трубку. В конце концов взяла ее брезгливо, двумя пальцами, и понесла подальше, в прихожую.

Естественно, в отместку трубка немедленно затрезвонила. Звонила мама, Анна Петровна. Она была раздражена еще и потому, что дозвониться дочери на городской телефон ей удалось далеко не сразу. Сначала Райка гуляла, потом трепалась с Ангелиной – было занято. Звонить на мобильный Анна Петровна не стала. Ей хотелось кардинально вправить дочери мозги, для этого требовался стационарный городской аппарат.

– Рая, – начала мать со строгой холодностью в голосе, той самой, с которой когда-то ругала недотепу-дочь за несоответствие образу идеального ребенка: тройки или неубранную комнату. – Рая, я должна с тобой серьезно поговорить.

К сожалению, Райка прекрасно понимала, что избежать серьезного разговора ей не удастся. Оставалось только покориться. Поэтому она со вздохом вернулась на диван, тихо включила телевизор и приготовилась слушать про то, как неправильно она занимается сыном, готовит суп, далее по списку.

Однако мама с ходу огорошила ее:

– Раиса, мне позвонил Алеша. Он мне все рассказал. И я его поддерживаю.

– В чем ты его поддерживаешь? В желании иметь при живой жене любовницу? – Райке снова показалось, что она сходит с ума.

– Рая, – мама попробовала смягчить тон. – Я не раз говорила тебе, что женщина должна следить за собой, что твой внешний вид способен оттолкнуть от тебя любого человека, а не только мужчину.

Анна Петровна сделала паузу. Райка продолжала молчать.

– Ты сама виновата во всем происходящем. И если ты хочешь знать мое мнение…

– Не хочу. – Райка снова произнесла нечто неожиданное для себя, с неожиданной же резкостью, и пошла дальше: – Я совершенно не хочу знать твое мнение. В принципе не хочу.

Анна Петровна явно удивилась. За свои тридцать с лишним лет дочь почти никогда не спорила с ней открыто. Райкин юношеский загул прошел быстро и без последствий. Последний настоящий спор состоялся лет двадцать пять назад и касался исключительно неположенной прогулки во дворе. Позднее обычно хватало лишь намека на недовольство, и все проблемы решались в пользу возраста и жизненного опыта. С Анной Петровной вообще избегали спорить, и на работе и дома.

Мать втайне была согласна с зятем в его нелюбви к дочери. На ее взгляд, та не отличалась ни особенной яркостью или способностями, ни особым умом. Даже в детстве ребенок ничем не выделялся. Правда, проблем с ней тоже особенных не было, до сегодняшнего дня по меньшей мере. Небольшой загул в юности не в счет: стоило пару раз поругать девочку – и все само наладилось.

– Раиса, тебе нужно начать следить за собой, и тогда твой муж, я уверена, согласится к тебе вернуться, – строго произнесла мама.

Они с Алексеем уже все обсудили. Конечно, Райку не изменишь, но он готов и дальше ее терпеть и, возможно, впредь будет выбирать любовниц поумнее. Анну Петровну не обманула история про безответно влюбленную неразумную девушку, но она оценила желание зятя сохранить семью и тактичность, с которой он обратился за помощью и советом.

– Мам, ты можешь сказать мне честно, ты на чьей стороне?

– Я на стороне твоего ребенка и действую для твоего же блага. – Прозвучало это крайне неестественно и даже как-то напыщенно.

Раиса в первый раз внимательно вслушалась в слова и интонации матери и неожиданно поняла, что все это – из мексиканских сериалов, тех, которые показывают днем для домохозяек. Мама играла роль.

– Почему ты молчишь, Рая? – Мать тем временем несколько смягчилась. В конце концов, у дочери стресс, можно и потерпеть некоторую непочтительность.

– А ты действительно думаешь, что я вот так просто все забуду, схожу в парикмахерскую и прощу мужа? Мам, давай так: ты просто больше ни во что не вмешивайся, ладно? С Алексеем хочешь общаться – общайся. А меня не трогай.

– Рая, ты это серьезно? – В голосе у Анны Петровны появились тревожные нотки. Сериальный налет слетел.

– Абсолютно серьезно. Ты даже можешь его усыновить. Уверена, он тебе больше подходит, чем я. – Райка произнесла это и почувствовала себя удивительно легко и свободно. Просто, что называется, вдохнула полной грудью.

– Раиса, не паясничай! Если ты не хочешь меня слушать, я не буду сидеть с Николаем.

– Хорошо. Так я забираю его с продленки?

– Забирай.

Анна Петровна повесила трубку. Она знала, что Райке надо сдавать очередной текст через два дня, поэтому не сомневалась, что через пару часов непокорная дочь перезвонит и попросит о помощи. Вот тогда-то…

А сама Райка несказанно обрадовалась. Прикинула время, поняла, что спокойно успевает в школу, и стала собираться не спеша. Нашла парадный костюм, в котором обычно ходила на переговоры с заказчиком, достала сапоги на каблуках… Короче, через пятнадцать минут она забирала сына при полном параде. Колька ее сразу даже не узнал, сам не подошел, но оглянулся, когда она его окликнула, и замер:

– Мама, а ты почему такая красивая?

– Не знаю. – Не отвечать же было ребенку, что не хочет быть жалкой в трудной ситуации?

Но вдруг Раиса поняла, что совсем не чувствует ситуацию трудной. Она свободна. Как в стихах: «На свете счастья нет, но есть покой и воля». Насчет счастья она не знает, зато свобода ее просто опьянила. Колька с восхищением смотрел на маму. Он не смог бы это описать словами, но мама явно изменилась в лучшую сторону. И, главное, она совсем по-другому смотрит.

Колька, кстати, несмотря на неуважительное отношение к Райке бабушки и отца, мать очень любил. Правда, любовь его иногда носила покровительственный оттенок, и иногда еще ему в глубине души хотелось, чтобы мама выглядела как-нибудь по-другому. Он даже раз из-за мамы подрался. Давно, еще в первом классе.

Райка тогда привела его в школу, решив, что раз школа совсем рядом, то и одеваться особо она не будет, и причесаться забыла. Она заканчивала срочный проект, почти не спала ночь, собиралась быстренько отвести ребенка на уроки и лечь поспать пару часов, а потом закончить оставшийся текст. А Колька еще тянул, одевался медленно.

Они влетели в школьный вестибюль за две минуты до звонка. Райка быстро стаскивала с сына уличные ботинки, помогала нацепить сменку, вешала пальто и шапку. Ее куртка расстегнулась, показав домашнюю футболку и норовившие сползти спортивные брюки.

Рядом стоял уже переодетый Колькин одноклассник Денис и внимательно наблюдал за происходившим. Вспотевшая, запыхавшаяся Раиса произвела на него должное впечатление. Наконец Колька был готов. Рая заметила его одноклассника, подтолкнула к нему сына:

– Возьмитесь за руки и бегите в класс.

Колька послушно схватил Дениса и потащил по лестнице. До класса они добрались точно к звонку.

После первого урока Денис спросил Колю:

– А твоя мама всегда такая?

– Какая? – не понял Колька. С самого рождения он жил в убеждении, что его мама самая лучшая и красивая.

– Ну такая… – Денис на минутку задумался. – Странная. В футболке и штанах с пятном.

– Ну и что, что в футболке? – снова не понял Коля.

– Вообще-то ничего. Просто футболка дурацкая.

– Ты сам дурак! – сообщил Колька приятелю. Других аргументов у него все равно не нашлось (футболка и вправду была так себе).

– И ничего я не дурак, – не согласился с ним Денис. – А вот мама у тебя… Скорее всего, ты, Коль, дурак.

Колька больше не стал тратить слова на друга и молча засветил тому кулаком в глаз. Денис ответил. Без сомнения, в конце концов ребята разобрались бы сами, но, на беду, мимо проходила завуч младших классов.

Опытный педагог оценила ситуацию и быстро растащила первоклассников в разные стороны.

– Так. И что у вас случилось?

– Ничего, – ответил ей хмуро хор из двух мрачных голосов.

– Как так? У тебя синяк будет, у тебя пуговица на рубашке оторвана. Что не поделили, молодые люди?

Молодые люди молчали как партизаны. Колька – потому что ударил первым, Денис – потому что знал: дразниться, особенно родителями, нехорошо.

– Кто начал-то? – Завуч хотела разобраться в ситуации.

Ребята еще больше насупились.

– Ладно, идите в класс.

Завуч зашла за ними.

– Елена Александровна, – обратилась она к учительнице, – ваши дети подрались и молчат как партизаны.

Учительница была очень молодая и совсем неопытная. Слова завуча она расценила как руководство к действию.

– Почему вы подрались? – полюбопытствовала она в свою очередь. И тоже не получила никакого ответа. – Кто зачинщик? – вспомнила учительница нужное слово.

– Не знаю, – пожали ребята плечами, опять-таки вместе. – А кто это?

– Тот, кто первый начал, – пояснила Елена Александровна.

– А почему? – заинтересовался Денис.

Елена Александровна хотела было объяснить происхождение непонятного слова, но вспомнила, что собиралась поругать хулиганов:

– Так, вы объясните, что произошло?

Ребята отрицательно покачали головами.

– Тогда, – возмутилась учительница, – придете завтра вместе с родителями. А сейчас быстро садитесь на свои места.

На следующей перемене мальчики снова оказались рядом.

– Все из-за тебя! – сообщил Денис Кольке. – Ты первый начал. Я тебя бил?

– А ты чего сказал? – не согласился Колька.

– Теперь родителей уже вызвали, – решил Денис не ссориться дальше.

– И чего мы им скажем? – вздохнул Колька.

– Не знаю. Что не поделили что-нибудь! – предложил Денис выход. – Скажем, шоколадку не поделили.

– Так у нас ее нет! – напомнил Колька.

– Ну да! Мы ее не поделили, а пока делили, уронили. Она куда-то потерялась. – Фантазия у Дениса работала.

– А тогда же бумажка от нее должна остаться! – Колька забеспокоился. – А бумажки-то у нас нет.

– У тебя деньги есть? – спросил Денис после минутного замешательства.

– Есть. Пятнадцать рублей.

– Вот и у меня пятнадцать. Пойдем в буфет, купим шоколадку, поделим пополам и съедим. А обертку оставим!

Ребята так и сделали.

Когда на другой день к учительнице послушно поднялись их расстроенные мамы, Колька и Денис уже стали лучшими друзьями.

– Из-за чего вы подрались? – снова строго спросила учительница, ожидая, что при родителях дети будут себя вести так же, как вчера.

– Мы шоколадку не поделили, – сообщил Денис скороговоркой.

– Да, – поддержал его Колька. – Вот фантик. Мы пока дрались, шоколадка упала. Наверное, ее кто-то забрал.

– Ужас! – возмутилась мама Дениса. – Подобрать грязную шоколадку с пола.

– И не говорите, – поддержала ее Раиса, – это очень негигиенично.

После этого согласного выступления обе мамы вопросительно уставились на учительницу.

Та пожала плечами. Она тоже считала, что поднимать с пола грязные шоколадки негигиенично.

– Они больше не будут, – пообещала Раиса за двоих.

– Не будете? – присоединилась мама Дениса.

– Не будем, – ответили мальчики хором.

– Хорошо, – нерешительно сказала учительница. – Тогда идите.

Поскольку она не сказала, кому именно идти, по своим делам отправились и мамы, и дети.

Мальчики решили до начала урока немного побегать по коридору. Мамы просто отправились по своим делам.

– Извините, – задумчиво спросила мама Дениса, – а вы не поняли, зачем нас вызывали?

– Кажется, наши сыновья подрались из-за грязной шоколадки, – предположила Раиса. – Но, думаю, они уже помирились.

– Да, похоже на то.

Сыновья как раз пробежали мимо них с громкими криками. А еще до этого Денис сказал Кольке:

– Ты это, не обижайся. У тебя хорошая мама. Не странная, самая обычная.

– Ладно. Я тоже тебя… и ты не обижайся.

Колька эту историю Раисе не рассказывал, но с того дня бдительно следил, чтобы мама не ходила в школу в дурацких футболках. Пару раз Раиса спорила с ним, но сын категорически отказывался выходить из дома, пока мама не надевала что-нибудь приличное. В конце концов Раиса стала утром собираться довольно тщательно, чтобы не расстраивать ребенка.

Но сегодня… сегодня мама превзошла все его самые смелые мечты. Пришла за ним сама, почти вовремя и такая красивая! Вообще-то вовремя забрать с продленки можно было до шести, но сегодня Кольке было очень важно, чтобы мама забрала его пораньше. Он только пытался выбрать момент получше, чтобы рассказать маме про одно очень важное дело.

Но, к сожалению, до того Кольке предстояло признаться в том, что на пении он получил большое замечание. Такое большое, что учительница не поленилась дойти до класса и записать его в дневник. Вообще-то ничего плохого Колька не делал. Не то чтобы учительница первая начала, конечно. Просто у нее требования иногда странные – чтобы на уроках не шумели и не разговаривали. А как, скажите, не разговаривать, если она включает музыку и выходит? Хотя они с Денисом, наверное, все-таки немного переборщили. Но и учительница хороша: поставила им сегодня видеозапись балета «Лебединое озеро». Колька с Денисом только хотели изобразить лебедей. Может, не надо было лебедям скакать по парте, кто бы спорил, только остановиться вовремя у них не получилось. Учительница вернулась как раз в тот момент, когда Денису надоело быть лебедем и он сообщил, что они страшные совы и сейчас съедят девочек-мышей с первой парты. Мыши с первой парты себя таковыми не признали, но завизжали. Так, для веселья, на всякий случай. Учительница сначала услышала совсем немузыкальные звуки из класса, а потом увидела Кольку с Денисом, которые махали руками-крыльями и ухали. Девочки-мыши визжали обыкновенным визгом. Учительница обозвала Кольку и Дениса варварами, выключила музыку и сказала, что за такое поведение слушать с ними больше ничего не будет. Расстроенный класс побежал из кабинета музыки прямо в коридор, не дожидаясь звонка – и в этом тоже оказались виноваты наши друзья. Учительница довольно подробно изложила события в дневнике, так и написала: «Сорвал урок музыки. Изображал птицу». Колька пытался придумать, как бы это половчее изложить маме, чтобы поменьше попало, чтобы она разрешила ему… Но ничего в голову не пришло. Денис бы обязательно что-нибудь придумал. Жаль, его забрали сразу после уроков.

А мама уже тормошила Кольку и спрашивала, какие отметки, много ли уроков, а он даже не отвечал. Какая-то мама странная была сегодня.

Но потом вспомнил, что он уже человек солидный, второклассник, от мамы чуть-чуть отцепился, сообщил про пятерку по математике и, после некоторого колебания (просто он боялся испортить маме какой-то праздник) признался про замечание по пению. Но мама только беззаботно засмеялась, сказала, что это все бред, и предложила пойти в «Макдоналдс». Кто бы отказался?

В «Макдоналдсе», как всегда, было шумно и почему-то весело. Райка отвлеклась на собственные мысли, хотя, если бы кто-нибудь поинтересовался у нее в этот момент, о чем она так напряженно думает, ответить вряд ли бы смогла.

– Мам, так можно? – вывел ее из раздумья голос сына.

– Можно что? – с опаской спросила она: еды на столике перед ребенком хватило бы еще и одному маленькому крокодиленку. Не было только мороженого, поэтому Раиса очень боялась неизвестной просьбы.

– Ну мама, ну я же тебе полчаса рассказываю! К нам тренер приходил. Он группу набирает, – казалось, Колька сейчас заплачет, – ну он меня выбрал! Из всего класса почти! А меня никто никогда не выбирал! Ты разрешишь?!

– Солнышко, ты только мне скажи, куда именно он тебя выбрал. И вместе подумаем. – Райке с трудом удалось сосредоточиться.

– Мам, так некогда уже думать! Там через сорок минут надо быть, если ты разрешишь.

– Где надо быть?

– Вот адрес.

Ребенок протянул настолько аккуратно сложенную бумажку, что отказать ему у рассеянной матери возможности не оставалось. Райка поспешно прочитала отпечатанный текст. Собственно, после этого выяснился адрес. Зачем было попадать в указанное место, куда отобрали любимого сына, понять не удалось. Ехать было недалеко, на стадион «Динамо», а домой в любом случае не хотелось. Кроме того, столь важное событие позволяло отложить необходимый, но тягостный разговор с ребенком. Поэтому она с неожиданной важностью произнесла:

– Знаешь, давай съездим, посмотрим, что там. Тогда и решим.

В конце концов, сможет же она на месте отличить, чем позвали заниматься ребенка – бегом, стрельбой какой-нибудь или вообще пением.

После этого они с Колькой бодро понеслись к метро, время поджимало. Райка только спросила:

– А форма-то нужна? Ты ее взял?

В ответ предусмотрительный ребенок гордо показал пакет с физкультурной формой.

На стадионе бегали наперегонки человек пятнадцать детей. Тренер признал робко жавшегося к матери Николая, отправил переодеваться, после чего приступил к Раисе с длинным и не очень понятным разговором о пользе спорта, о том, что у ее ребенка хорошие данные и вообще.

«Вообще» Раису заинтересовало особенно. В этом «вообще» заключалось отсутствие безнадзорности, постоянное занятие делом вместо сидения у компьютера и следующее «вообще».

Тут она наконец решила поинтересоваться, каким же видом спорта предлагают заняться любимому чаду. Оказалось, ничего страшного. Легкая атлетика, прыжки в высоту. Тренер Райке уже успел понравиться: он так увлеченно говорил о преодолении этой самой высоты, что она бы даже и сама попробовала. Но тут прибежал переодетый в форму и вспотевший Колька. Оказалось, что он и тут успел всех обогнать. К нему уже направлялся еще один тренер, но он еще шел, а тот, который приходил в школу, приобнял ребенка за плечи и закричал:

– Это мой, это мой! – и с надеждой посмотрел на Райку.

С такой же безумной надеждой на нее смотрел сын. Он боялся, что мама сейчас скажет «нет» и они уйдут, и тогда он никогда не станет чемпионом, а Валерий Александрович точно обещал, если тренироваться, то все получится. Колька давно знал, что бегает быстрее всех и во дворе и в классе и легко перепрыгивает через все заборы. Чаще всего его за это ругали. Но вот сегодня первый раз оказалось, что это не менее хорошо и важно, чем, например, «пять» по русскому. Их классный отличник и вреднющий задавала отстал на первых метрах. Жалко, что Дениса не позвали, но Денис ходил в какую-то художественную школу и терпеть не мог бегать.

Райка сказала «да». А что ей оставалось? Тренер, судя по тому, каким он тут же сделался важным, набирал свою первую группу.

Он рассказал, что тренировки будут четыре раза в неделю и их нельзя пропускать. Потом скомандовал Кольке и еще нескольким ребятам идти за ним и строго велел Райке вернуться через полтора часа, во всяком случае не раньше.

Несколько обалдевшая от количества событий, свалившихся на нее за последние часы, Райка решила пройтись по стадиону и увидела вывеску фитнес-клуба. Подумав, что делать ей все равно нечего, она зашла внутрь.

За стойкой сидела на вид вполне обычная девушка, это Раису успокоило. К несчастью, девушка на ее робкий вопрос о цене абонемента позвала менеджера по продажам. При виде менеджера Райка сразу захотела убежать. Однако в клубе, похоже, уже привыкли к подобной реакции потенциальных клиентов, поэтому менеджер преградила выход, закрыв пути к отступлению.

– Итак, вас интересует наш клуб, – утвердительно произнесла голубоглазая, высокая, загорелая блондинка с рекламно прекрасной фигурой.

– Меня интересует возможность похудеть, – сурово ответила Райка, сердясь на себя за испуг перед красавицей.

Девицу ее тон нисколько не обескуражил. Улыбнувшись еще приветливее, она предложила провести экскурсию по клубу. Райка согласилась. Терять ей было нечего. Времени было полно, а без экскурсии цену за занятия здесь упорно не называли.

Тренажерный зал был полон мужчин (вот, спрашивается, что они тут делают в рабочее время?), которые немедленно уставились на Райкину спутницу, а сама бедная Раиса вновь ощутила собственную никчемность. Вероятно, менеджер знала о подобном эффекте, поэтому подчеркнуто отвернулась от мужиков, вредным голосом сделала замечание отвлекшемуся на нее же тренеру, после чего потащила клиентку в зал для аэробики.

Ни в какой клуб ходить Райка, конечно, не собиралась, просто после пережитого стресса ей были приятны внимание и доброжелательность.

Но девушка-менеджер так красноречиво расписала такие увлекательные перспективы, а сумма за месячный абонемент вполне укладывалась в Райкины возможности… Кроме того, четыре раза в неделю ей предстояло гулять по полтора часа, а то и больше.

В результате взаимовыгодного общения Раиса стала обладательницей трехмесячного абонемента и твердой уверенности в необходимости ежедневных посещений занятий, которые, в конце концов, окажутся дорогой, ведущей к абсолютному счастью. Или уж как минимум к физическому совершенству.

Зачем ей это самое совершенство, Райка вряд ли могла бы ответить. Но собеседница была очень убедительна.

Через несколько лет, в разные по количеству неприятностей дни Райка то ругала себя за купленный абонемент, то считала, что без него никогда не стала бы счастливой. В любом случае неожиданные спортивные занятия ребенка и абонемент в спортивный же клуб оказались для нее билетом в новую, совершенно безумную и непредсказуемую жизнь.

Райка вернулась к Колькиной секции. Оказалось, занятия еще не закончились. Она смотрела на взмокшего ребенка и видела, как он счастлив. А сын заметил ее и гордился, что у него все получается, что его не ругают, как прошлогодняя учительница, а, наоборот, хвалят и подбадривают.

Перед уходом Райка догадалась спросить у тренера, по каким дням тренировки. Хотя, по большому счету, ей было неважно – работала-то она все равно дома.

Они с Колькой шли в метро, оба уставшие. Колька – от непривычного количества физической нагрузки, а Райка – от эмоций.

– Мам, а я так боялся, что ты за мной сегодня не придешь!

– Почему? – удивилась Рая.

– Но ведь бабушка бы ни за что не разрешила. Сказала бы, что я и так учусь не очень…

– Коль, тебе понравилось тренироваться?

– Спрашиваешь!

– Ну тогда тебе придется все успевать. Только и всего.

– Мам, а Валерий Александрович сказал, что с двойками на тренировку не пускает. А у меня же нет двоек. То есть не было.

– Как это не было? А что, уже появились?

– Я ж тебе рассказал про пение сегодня, – печально напомнил Колька.

– Рассказал. Ты там ворону изображал. То есть ворона.

– Нет. Ты что?! – Колька обиделся. – Мы сначала лебедя изображали, а потом сову.

– Так за это же тебе замечание написали?

– Двойку тоже, – понурился Колька.

– Но это же за поведение, – утешила его Раиса, стараясь не рассмеяться.

– Все равно ведь двойка.

– Ты же ее исправишь? И больше не будешь. – Раиса очень старалась быть педагогичной.

– Конечно, исправлю! И не буду больше. Я стараться буду. Денису-то хорошо. Его в его школу пускают, сколько ни хулигань, – позавидовал Колька. – А я, правда, больше не буду!

– Ну, значит, и не беспокойся. Тренер тебя пустит.

За разговорами незаметно подошли к дому.

– Мам, а папа дома?

– Нет.

– Он поздно с работы придет? – Не то чтобы Колька уж так без папы скучал, но ему просто хотелось и папе, и вообще всем поведать о своей победе.

– Коля, он сегодня не придет, но ты можешь ему позвонить.

Мама произнесла это таким странным голосом… Если бы Колька был старше, он сказал бы «ровным, эмоционально не окрашенным». Но Колька был просто учеником второго класса, потому и не удивился и не стал больше ни о чем спрашивать.

В их втором классе почти все ребята делились впечатлениями о разводах своих родителей. И хотя мальчик понял, что что-то случилось, ему совершенно не хотелось знать, как именно и из-за чего поссорились мама с папой. Он немножко расстроился, но очень быстро вспомнил, что завтра снова пойдет на тренировку, а в конце месяца будут его первые настоящие соревнования. Думать об этом было очень приятно. И еще приятнее стало, когда он вспомнил, что новая учительница, ужасно добрая, почти ничего не задала по русскому, а еще не обзывала тупицами, наоборот, все время говорила, что они молодцы. Поэтому вечер его прошел быстро и хорошо. После тренировки хотелось есть, Колька ни разу, ни капельки не поссорился с мамой из-за ужина. Так же спокойно, почти без капризов он, первый раз по-настоящему усталый, лег спать. И спал крепко, и, конечно, ему приснилось, как он выиграл олимпиаду или чемпионат вселенной. В общем, Колька был счастлив.

Не успела Раиса уложить сына, раздался телефонный звонок.

– Привет! – Рая узнала голос мужа.

– Привет! – вздохнула она.

– Я работу закончил, – сообщил Алексей. – А как у Кольки дела?

– Закончил, и хорошо. У Кольки нормально. Получил пятерку по математике, двойку по пению, записался в какую-то секцию прыжков.

– Надо же! – восхитился Алексей немного преувеличенно. – Пятерку по математике, двойку по пению! У меня в его возрасте было наоборот.

– Врешь, – спокойно заметила Раиса. Она знала, что муж был круглым отличником. – У тебя и по пению, и по математике были пятерки.

– Ну… Не вру, преувеличиваю немного. А что за секция?

– Пока не поняла. Тренер приходил, позвал легкой атлетикой заниматься.

– Не рано?

– Да нет вроде.

– Понятно. – Алексей помолчал. – Рай, может, я приеду?

– Зачем?

– Ну… Начнем сначала, – предложил Алексей.

– Ты же меня не любишь! – напомнила Раиса.

– Я не это имел в виду.

– А как же Марианна?

– Рая, ты умная женщина. – Алексей чуть не сообщил пока еще законной жене, что таких Марианн у него может быть миллион, но сдержался. Момент для заявления явно не подходил. Но Раиса услышала недосказанное.

– Леш, у тебя ведь любовницы, личная жизнь напряженная. Зачем? У тебя есть квартира, подальше от работы, конечно. Но, думаю, одиноким холостяком, когда ты обустроишься, тебе будет ничуть ни хуже. – Раиса говорила как-то очень легко.

– А что скажет твоя мама? – Алексей решил прибегнуть к последнему оружию.

– Мама уже сказала, что, по ее мнению, нам неправильно разводиться.

– Вот видишь! – обрадовался Алексей.

– Ну да. Только я ей сказала, что ее мнение в этой ситуации меня не интересует!

– Так и сказала? – искренне удивился Алексей. На его памяти жена со своей мамой ни разу серьезно не спорила.

– Так и сказала.

– А Колька?

– А Колька ничего не сказал. Я объяснила ему, что ты теперь будешь жить отдельно.

– Ну ты даешь! – вырвалось у Алексея.

Не ожидал он от жены такой уверенности и быстроты. То есть, честно говоря, он думал, что Раиса целый день проплакала, потом позвонила маме, а уж Анна Петровна вправила ей мозги. Да и сейчас он набрал номер Раисы только потому, что был уверен: жена не звонит ему с предложением помириться, чувствуя себя виноватой за его уход. Про Марианну, с которой все началось, Алексей вообще не вспомнил.

– Ничего я не даю, – возразила Раиса. – Мне вообще кажется, что для нас обоих это лучший выход.

– Почему? – не понял Алексей.

– Потому что мы оба будем жить, как захотим, – объяснила она.

– То есть ты во всем уверена и твое решение окончательное? – уточнил Алексей.

– Да, – твердо ответила Рая.

Алексей просто не узнавал жену.

– Тогда ладно, – растерянно пробормотал он. – До свидания.

– До свидания. Ты не расстраивайся, – почему-то Раиса решила его утешить. – Со временем все наладится.

Алексей, не дослушав, раздраженно нажал на кнопку телефона.

Глава 5

Закончив разговор и убедившись, что непривычно покладистый и послушный сын заснул, Раиса вернулась к прерванному занятию: села на диван и стала размышлять о жизни. Как ни странно, без грусти.

Зато совсем невесело было Алексею. Он не мог поверить своим ушам. Его жена, тупая курица, чучело, редкостная идиотка, – не обрадовалась его попытке помириться, не позвала обратно! Нет, вы такое видели? Ведь вот нормальная женщина бы уже сбегала в парикмахерскую, села бы на диету, вернулась бы домой и ждала, что муж соблаговолит прийти.

Алексей с отвращением посмотрел на цветы, небрежно брошенные на заднее сиденье. Он особо букет не выбирал, рассчитывал, что на подъезде к дому закупится еще каким-нибудь шампанским, подешевле. Несколько трогательных слов, поцелуй, супружеский долг – и вот, семейная жизнь восстановлена. Вернулся привычный порядок вещей.

Целый день Алексей думал, почему с ним произошла эта небольшая неприятность, как он сразу обозначил для себя случившееся. И если с утра у него еще оставалось какое-то чувство вины или ответственности за измену, то к вечеру он легко убедил себя, что причиной всему одна Раиса. Действительно, это ведь она ничем не интересуется, кроме сына и работы. Хотя какая у нее там работа? И похожа… Впрочем, на кого она похожа, лишний раз вспоминать не стоит. Алексей был уверен, что к вечеру жена придет в себя, поймет, что никогда никому больше не понадобится. Анна Петровна внесет свою лепту. И вот пожалуйста. Раиса его не ждет. Раиса, судя по голосу, не пролила даже слезинки. А ведь они почти десять лет провели вместе. Неужели она его не любит? А может, у нее кто-нибудь есть? Нет. Нет. В это Алексей поверить отказывался. Но все-таки не выдержал и снова набрал домашний номер.

– Слушаю. – Голос у Раисы был такой спокойный, что муж окончательно понял: не переживает она их развод, не переживает.

– Раиса, – сурово заговорил Алексей, – как мне это понимать? У тебя что, есть кто-нибудь?

– В каком смысле? – удивилась Раиса.

– В смысле – другой мужчина.

– Мужчина? – все еще не понимала Раиса.

– Ты так легко расстаешься со мной. Ты же это не просто так.

– Ой, перестань, пожалуйста! – Раиса заметила по телевизору старый и нежно любимый фильм. – Нет у меня никого. А если бы и был? Какая теперь разница?

Алексей услышал ровно то, что хотел.

– Я скажу твоей маме.

– Да, – Раиса отреагировала непривычно. – И она мне больше не разрешит играть в песочнице.

– Что?! В какой еще песочнице? Почему?! – Алексей даже задохнулся от негодования.

– Не знаю. А почему маме? – рассеянно отреагировала Раиса.

Алексей не нашел, что ответить, и положил трубку. Тяжело вздохнув, он завел машину и поехал в свою квартиру. К счастью, жильцов в ней не было. Прорываясь по московским пробкам в нужном направлении, он чувствовал себя совершенно несчастным и несправедливо обиженным. Вскоре Глухов пришел к выводу, что у его жены все это время имелась тайная жизнь. Открытие Алексея не обрадовало, он окончательно ощутил себя обманутым и выгнанным мужем. Однако буквально через полчаса ему пришлось вернуться в реальность.

По пути на свое новое место жительство Алексей, естественно, заехал в магазин. С работы он отпросился на завтра заранее – стресс требовалось снять. Купил бутылку виски, газировку, пару салатов, что-то разогреть. Он знал, что квартира после жильцов вымыта, посуда и микроволновка имеются. Телевизор, всякий прочий интернет тоже к его услугам. «В конце концов, не так уж все и плохо», – утешил он себя.

Алексей втащил в квартиру тяжеленный чемодан, бросил его посередине комнаты, достал халат и сразу пошел в душ. Не успел он отогреться под горячей водой, как в дверь позвонили. Глухов скривил зеркалу рожу. Он не сомневался, что звонит нижняя соседка, вреднющая старуха, которая охотилась на жильцов и каждый раз обещала нажаловаться в налоговую. Алексей решил, что на ней, на старухе, а не на налоговой, конечно, он и сорвет сейчас свое плохое настроение.

Но когда он открыл дверь, настроение его немедленно ухудшилось. На пороге стояла Марианна с розовым чемоданчиком в руках.

Первый раз Алексей понял смысл выражения «потерять дар речи».

– Что ты здесь делаешь? – с отчаянием спросил он.

– Я же не могу тебя бросить в одиночестве, – сообщила благородная Марианна.

– А адрес? Откуда ты узнала адрес? – завопил обалдевший не от счастья мужик.

– Это мой маленький женский секретик, – защебетала Марианна, оттесняя его в глубь квартиры, – но, если тебе очень интересно, я просто позвонила Раечке, и она мне сказала.

– А! – простонал Алексей. Он же включил Марианну в «черный» список абонентов, лишив ее шансов ему дозвониться!

– Да, она, конечно, очень милая женщина, – поняла по-своему Марианна. – Ты, наверное, на нервной почве какую-нибудь не ту кнопочку нажал. У меня целый день тебе дозвониться не получается.

Под это щебетание Марианна успела обойти квартиру по периметру, кое-где одобрительно кивала, где-то морщила носик.

– А что, тут не так уж плохо. Во всяком случае, снимать не нужно. А зарплаты здесь наверняка московские.

– А ты что, здесь жить собираешься?

– Конечно, мы же не будем тратить деньги просто так. Лучше накопим и купим квартиру побольше, в другом районе. Хотя можно и в этом остаться. Он довольно миленький.

– Кто миленький? – безнадежно спросил Алексей.

– Район.

Алексей мечтательно посмотрел на Марианну, потом на дверь. Выставить бы ее за порог и забыть, как страшный сон… Но ведь она работает практически за стенкой! Если Алексей от нее сейчас избавится, лишит ее надежды на совместное житье, она расскажет на работе что-нибудь такое… Придется еще и работу менять. Ну Райка, ну сделала гадость! Если бы хоть у Марианны не было его адреса. Исчез и исчез. Не сложилось. А выгнать прямо – это уже совсем другое. Алексей снова застонал.

– У тебя зубы болят? – участливо поинтересовалась Марианна.

– Нет. Просто устал, – сквозь зубы прошипел Алексей.

– Конечно, зайчик, у тебя сегодня был тяжелый день. Я сейчас что-нибудь вкусненькое приготовлю. Я даже продуктов с собой взяла.

– Хорошо, дорогая. – Алексей сдержался из последних сил и пошел обратно в ванную, взяв с собой телефон. Пустил воду и снова позвонил Раисе.

– А это ты зачем сделала? – заорал он, едва Райка подошла.

– Что это? – искренне не поняла брошенная жена.

– То! Это ты мне так отомстить решила?

– Да что случилось-то? – Райка испугалась. – В квартире что-нибудь не так?

– В квартире все в порядке, – злобствовал Алексей. – Зачем ты ей мой адрес дала? Она сюда теперь приперлась!

– Как зачем? Она сказала, что у тебя телефон не работает, – удивилась Раиса.

– Дура!

– Почему это? – обиделась Райка. – У тебя любовь, а я еще и дура.

И положила трубку. Алексей немного успокоился и понял, что сотворил несусветную глупость: сам признал, что будет ночевать в компании коварной соблазнительницы, да еще заодно и с Райкой поругался. Ситуация запуталась еще сильнее.

В это время в дверь настойчиво постучала Марианна:

– Дорогой, выходи, я уже все накрыла.

Она и вправду накрыла, все красиво расставила, стол выглядел очень привлекательно, но Алексея это как-то совсем не порадовало.

– Слушай, – решился спросить он, утолив первый голод и выпив первую рюмку, – а тебя искать никто не будет?

– А кому меня искать? – пожала плечами Марианна. – Маме я позвонила, она, кстати, ждет нас в выходные в гости. Это недалеко, пять часов на поезде всего. Подружку, мы с ней комнату вместе снимаем, предупредила, что меня не будет. До конца месяца заплачу свою долю, а там она еще кого-нибудь найдет.

– А где же ты жить собираешься? – Ответ Алексей знал, но надеялся на чудо.

– Здесь. С тобой. Не брошу же я тебя только из-за того, что у тебя квартира за Кольцевой? Я же тебя люблю.

Алексей почувствовал себя мышью в мышеловке.

– Марианна, но ведь я не самый богатый, у меня алименты теперь будут. А ты молодая, красивая.

– Я думаю, Раечка ни на что претендовать не будет, – парировала Марианна. – Да и зачем нам сегодня это обсуждать. Лучше будем праздновать!

– Что праздновать-то? – У Алексея праздничного настроения не было.

– Как что? Мы же теперь вместе. Навсегда. Скоро поженимся. Хочешь, я покажу тебе платье?

Алексей налил себе чистого виски, выпил, закусывать не стал. Посмотрел на Марианну, налил еще, снова не закусил и выдохнул:

– Показывай!

Дома Раиса немного подумала, не обидеться ли ей на неверного мужа. Она о нем, можно сказать, позаботилась, рассказала его любовнице, где он теперь живет. Собственными руками построила чужое счастье.

Не сказать, что Раиса была такой уж идиоткой, и мужа своего знала довольно давно и хорошо. Она сразу заметила, что приход Марианны вряд ли стал для него приятным сюрпризом. Но когда любовница позвонила Раисе узнать адрес Алексея, Раиса решила, что имеет право на маленькую женскую месть. Даже не месть, а так. Но, не успев продиктовать адрес, она тут же забыла об этом, слишком много событий происходило в ее собственной жизни.

Она тряхнула головой и подумала, что ей больше неважно, обижается Алексей на нее или нет. И вообще, ей о нем даже думать не хотелось.

Зато хотелось почему-то сделать ремонт. Еще минут через пять, когда жажда деятельности стала нестерпимой, Райка вернулась к компьютеру. Она немножко полазила в Интернете, потом на глаза попался незаконченный перевод, и она решила немедленно им заняться.

Вообще-то у нее был принцип: никогда не работать по вечерам или ночью. Но сегодня все было так необычно, что изменение собственных принципов ее уже не пугало. В результате Райка сварила крепкий кофе, мстительно подумав, насколько вредным это сочла бы ее мать, и обнаружила, что ночью работается значительно легче. Правда, если бы она посмотрела на часы, то выяснила бы, что нет и десяти вечера. Однако когда Раиса встала из-за стола, было три часа ночи, работу, на которую она отвела себе еще четыре дня, строго по два часа в день, она успешно закончила, а главное, не хотелось думать о чем бы то ни было. Как о плохом, так и о хорошем. Сил хватило только завести будильник и лечь спать. Тот интересный факт, что первый раз лет за десять она заснула сразу, Райка заметила только утром.

А утром ее ждал еще один сюрприз: Колька явно решил начать новую жизнь. Его не пришлось долго будить и уговаривать одеться. Даже портфель у не самого прилежного второклассника в школе вдруг оказался собран. Более того, Колька попросил завтрак. Сам попросил!

Райка бросилась варить овсяную кашу, а ребенок ее прилежно съел. И, несмотря на эту неожиданную, хотя и совершенно необходимую задержку, в школу они успели выйти вовремя.

Отведя Кольку на уроки, Раиса поняла, что делать ей по-настоящему нечего. Даже в спортклуб имело смысл ехать не раньше четырех, потому что иначе встанет вопрос, что делать во время Колькиной тренировки. Даже обед у нее есть. Она его приготовила накануне, а вчера они с Колькой после школы посетили «Макдоналдс». Немного подумав, Райка поняла, что обычно усаживалась за стол часа три: телефон, раскачаться, разложить пасьянс – все это отнимало время от собственно работы, вот и получалось, что она никогда ничего не успевает. То есть успевает, но тратит гораздо больше времени, чем нужно.

Чтобы хоть как-то убить время, Райка занялась разборкой древних бумажно-шмоточных завалов. Причем дело шло очень успешно, и буквально через какой-то час в ее квартире наступил относительный порядок. Тут и раздался очередной телефонный звонок. Звонила мама.

Анна Петровна была несколько обескуражена. Райка не звонила с извинениями, не спешила с просьбами о помощи. А ведь накануне Анна Петровна с Алексеем так хорошо все обсудили! Анна Петровна колебалась, но потом нашла приемлемое для себя объяснение: дочери так стыдно после вчерашнего непослушания, что она не может себя заставить позвонить. Ну что ж, материнская любовь позволяет пойти на любые жертвы. Она сама позвонит и даст ей возможность извиниться.

С такими мыслями и интонацией инквизитора, ожидающего раскаяния от еретика (интонация получалась не специально, скорее соответствовала сути), она осведомилась:

– Доброе утро, Рая. Как спалось?

Анна Петровна, очевидно, ждала жалобного рассказа о бессоннице, вызванной муками совести.

– Прекрасно! – Райка, в состоянии эмоционального подъема (куча барахла уменьшалась как по волшебству), ответила искренне.

– А я вот спала плохо. – В голосе Анны Петровны прозвучал торжественный траур. – Я думала о загубленной жизни моей дочери и о том, как она губит моего внука.

– А-а, – неопределенно рассеянно ответила Райка.

Наивной Анне Петровне показалось, что дочь проняло. На самом деле Райка ненадолго прервала уборку, а теперь пыталась аккуратно налить себе кофе, естественно, пролила и отвлеклась на размышления о собственной неловкости. Причем неловкость волновала ее исключительно в связи с предстоящим посещением спортклуба. Маме и ее нотациям в реальности сегодня места не было.

– Так что ты мне скажешь, Раиса? – еще торжественнее произнесла обнадеженная мать. Она же не видела, что дочь увлеченно варит кофе, поэтому приписала паузу в разговоре тому, что несчастную мучает совесть.

– Да ничего, – с оттенком удивления ответила Райка. – А ты, вообще-то, о чем?

– Я вижу, тебе трудно обсуждать это по телефону. Я приду после Колиной продленки, и мы поговорим.

Анна Петровна решила сменить гнев на милость. Все-таки она нужна своей слабохарактерной дочери, пока та не натворила еще какую-нибудь глупость.

Это Райка услышала.

– Ой, нет-нет-нет! Мы не успеем, мам. И Коля сегодня на продленку не пойдет. У него тренировка. Он в секцию записался. Я его поведу.

– Он что? Как ты могла! Ты не посоветовалась со мной! А если я против?

– Мам, ну, конечно, ты против. Когда-нибудь ты разве была «за», если человеку хорошо и интересно?

Райка опять говорила искренне. Она вовсе не собиралась ни грубить матери, ни выяснять с ней отношения. Просто по ее, Райкиному, ощущению все детство она постоянно делала только то, что правильно и надо, а это так же постоянно не совпадало с ее желаниями, а часто и со способностями. Например, в художественной школе она рисовала хуже всех, и рисовать никогда не любила. А мать, хотя и не считала ее талантливой, не могла, вероятно, признать поражение и считала, что Райка должна там учиться.

– То есть ты хочешь сказать, что я вам мешаю? – От неожиданности Анна Петровна забыла весь отрепетированный текст вместе с выверенными интонациями.

– Да нет, не то чтобы мешаешь. Тебе же неважно, чего мы хотим. Ты считаешь, что, как правильно, знаешь только ты. А хорошо нам от этого или плохо, тебе все равно.

Райке опять, как и вчера, становилось легче с каждым словом. Если она и чувствовала себя виноватой, то лишь потому, что давно следовало объяснить это матери.

– Ну, тогда живите сами, как хотите.

Анна Петровна еще надеялась, что Райка начнет ее успокаивать, но дочь прокричала что-то про убегающий кофе и, пообещав перезвонить через час или к вечеру, положила трубку.

Понятно, что расстались они с разными ощущениями.

Первый раз в жизни Райка совершенно не переживала из-за ссоры с матерью.

А Анна Петровна, тоже в первый раз в жизни, сначала расстроилась, но потом ощутила что-то похожее на уважение к дочери. Ей даже почему-то стало весело. Дочкин бунт ее искренне радовал.

Анна Петровна была чуть-чуть тираном. Поэтому с уважением относилась только к людям, имеющим смелость ей возразить. Сегодня, после общения с дочерью, она чувствовала себя биологом, который мирно рассматривал в микроскоп амебу или инфузорию, а та вдруг помахала щупальцем или всем телом и сказала: «Привет! Как дела?» Почему у Анны Петровны появились такие ассоциации, она объяснить не смогла бы, однако идея ей понравилась. А главное, ей нравилось, что дочь все-таки не амеба, – потому что в глубине души Анне Петровне очень давно хотелось получить какой-нибудь повод, чтобы гордиться дочерью.

На радостях осчастливленная дама решила купить торт и навестить родных.

Глава 6

Раиса ничего о переживаниях матери не знала. Впрочем, в последние полчаса она вообще ни о ком не вспоминала. Она злобно потела на тренажере. Злилась опять-таки исключительно на себя. Это надо было быть такой дурой, чтобы явиться в спортивный клуб при полном параде! С другой стороны, кроссовки она все-таки захватила, а ведь могла бы и шпильки надеть…

На этой замечательной мысли Райка вдруг поняла, что шевельнуться больше не сможет никогда – даже если объявят воздушную или другую тревогу. Проанализировав происходящее, она догадалась, что сделала именно то, чего проводивший инструктаж тренер велел ни в коем случае не делать, а именно повернула хитрый тренажер не в ту сторону, и теперь его (тренажер) заклинило намертво. Вместе с ним заклинило и несчастную Райку.

Она немедленно пришла в ужас. В зеркале ей было хорошо видно себя, взмыленную, перепачканную потекшей косметикой. Консультировавший ее тренер, как назло, куда-то отошел. Спастись она могла, только громко позвав кого-нибудь на помощь, но к этому Райка была не готова. Ей вообще не хотелось привлекать к себе внимание. Она уже вообразила, как у бедного Кольки закончилась тренировка, он подождал ее и пошел искать, а из клуба все ушли, закрыли дверь, погасили свет – и вот она одна, несчастная, плачет внутри, а сын ее снаружи. Райка прекрасно знала, что клуб круглосуточный, но представленная картина оказалась такой яркой, что она уже чувствовала себя полярником на льдине, а вокруг ледяной океан и никого…

Именно в этот момент кто-то резко повернул Райку вместе с тренажером, после чего она вновь обрела способность двигаться. Естественно, спасенная оглянулась, чтобы поблагодарить, как она думала, тренера, но столкнулась взглядом с незнакомым среднего возраста мужиком в спортивном кимоно, смотревшим на нее с нескрываемой насмешкой.

– Что же вы, девушка, так неловко?

Бедная Раиса готова была провалиться сквозь землю. Впрочем, в этом случае она бы обрушилась на головы переодевавшимся в подвале любителям спорта.

– Ну, я тут первый раз… – промямлила она. И с растущим ужасом поняла, что заклинило ее не только на тренажере: у нее нет шансов развлечь незнакомца интересной беседой, заклинило ее на этом несчастном «ну».

– Да вы не расстраивайтесь уж так-то, – сжалился мужик, хотя улыбаться не перестал. – Вы за сегодня пятая, кто застрял. Давно пора выбросить эту… – он замялся, – …штуку эту, да все руки не доходят.

Почему-то Райке стало неприятно от мысли, что предыдущих четырех любительниц спорта тоже спасал он, поэтому она довольно сердито спросила:

– А вы, что ли, смотрите и считаете? Как любитель?

– Считаю, но как профессионал. Кстати, меня зовут Анатолий. Я тут почти самый главный. Покажите-ка мне, что у вас дальше по плану.

Анатолий взял в руки листочек, который Райке выдали как начинающей.

– Пойдемте, я вас провожу к следующему тренажеру.

Райка сначала пошла за ним, но посмотрела на часы и остановилась.

– Ой, я уже не успею! У сына тренировка через пятнадцать минут заканчивается.

– Так позвоните мужу, пусть встретит.

Неискушенная Райка не заметила скрытого вопроса и честно сообщила, что муж ушел. Анатолий неопределенно пожал плечами, на чем они и расстались.

Однако, когда, быстро приняв душ и наспех одевшись, она подошла к выходу, Анатолий уже стоял около двери и выглядел так, как будто у него на сборы было минимум часа два. Райка на ходу кивнула ему и неожиданно услышала:

– Вы будете не против, если я вас провожу?

– Нет. А зачем?

Вопрос вырвался неожиданно. Просто Раиса всерьез считала, что ухаживать за ней никому не интересно. Внезапно Райка испугалась, не маньяк ли он, но потом решила, что маньяку она тоже не сильно понадобится.

– Не бойтесь, я не маньяк-убийца. Да и на улице еще светло.

– А я и не боюсь. – «Да и кому я нужна?» (Последнюю фразу Райка, к счастью, произнесла про себя.)

– Вот и отлично.

До секции, где тренировался Колька, идти было минуты три.

– Как вас зовут?

– Раиса.

– Так звали мою бабушку.

– И мою тоже.

– Когда у вас следующее посещение по плану?

– Послезавтра. Завтра у сына нет тренировки.

– Может, тогда сходим куда-нибудь?

– Давайте сходим.

– Тогда вы дайте мне свой телефон, а я вам позвоню завтра днем.

Райка согласилась, но не сильно поверила в возможность звонка. Воспитанная в традиционном стиле, сама она телефон не попросила. На новую встречу даже не надеялась, но все равно было очень приятно. Как-то отвыкла Раиса от того, чтобы за ней ухаживали.

Дома Райку и еще более довольного своими спортивными успехами Николая ждал сюрприз. В виде матери и бабушки, притащившей огромный торт и бутылку вина. Стол был уже накрыт к ужину, стояли праздничные бокалы. Не дожидаясь вопросов, мать затребовала штопор, налила себе и Райке вина, а Колька получил газировки.

– Рая! – торжественно начала мать, и Райка снова пришла в ужас, потому что ей не хотелось ни нотаций, ни конфликтов. – Рая! Я предлагаю нам выпить за то, что ты наконец стала взрослой и научилась не только принимать решения, но и отстаивать их! Коля! Я очень рада, что ты нашел себе занятие по душе!

Коля смотрел на бабушку с удивлением. Он два дня опасался, что та будет ругаться, настаивать, чтобы он не ходил на тренировки, а мама, как обычно, не станет спорить. Скажет, что водить ей Кольку некогда, – и кончится счастье. Колька даже стал все-все домашние задания записывать по-честному, даже уроки вчера сделал вовремя. Он старался изо всех сил, чтобы никто не мог его отругать и запретить тренироваться. И вот оказалось, что все вовсе не так страшно. Мама с бабушкой не ссорятся, а сидят себе вместе и о чем-то мирно разговаривают. И бабушка ни на что не ругается.

А мама с бабушкой обсуждали последние семейные происшествия. Им обеим казалось, что не встречались они последние лет сто. Обе находили разговор настолько увлекательным, что даже не отвлеклись на то, чтобы прогнать ребенка спать. Потрясенный таким неожиданным невниманием, Коля, изрядно при этом набегавшийся, отправился в кровать без напоминаний.

Утро у Райки выдалось сложное. Болела голова, да и легла она довольно поздно. Следствием этого стал первый самостоятельный поход Кольки в школу. Кроме того, завтракать его никто не заставлял, а просто дали с собой деньги.

Колька попробовал по дороге поразмышлять о странностях своего нового бытия, но его немедленно отвлекла встретившаяся одноклассница. Одноклассница была именно та, которую он все время толкал на перемене и дергал за хвостики с разноцветными резинками. Более того, одну такую разноцветную резинку он пару дней назад стащил и спрятал в самом секретном, не известном даже маме месте. Да что там маме, даже кот не знал про его тайник! Поэтому с размышлениями о вечном было немедленно покончено. Наоборот, пришло время принятия сугубо практических решений: дергать ли за хвостик на улице или предложить понести портфель (второй вариант Колька почерпнул из древнего детского фильма, который заставила смотреть мама). Портфель Кольке доверили, и в школу он пришел совершенно счастливым.

Райка тем временем собралась поехать сдавать перевод. Наспех привела себя в порядок. Зеркало придирчиво осмотрело результаты ее трудов, немного поморщилось, но признало внешний вид удовлетворительным. В конторе, однако, Райку еле узнали. Деньги, впрочем, заплатили и дали новое задание.

Заняло все это около двух часов. Около полудня Райка окончательно освободилась. Она задумалась, чем бы себя занять, решила зайти в книжный. Но только успела зарыться в книжные полки, затрещал мобильник.

– Рая? Это Анатолий. Мы с вами договорились сегодня встретиться. Если вы не заняты, давайте через полчаса у кофейни…

Вчерашний знакомец говорил быстро, без пауз, место встречи назвал в двух шагах от книжного магазина.

– Давайте, – только и успела ответить Райка, потому что он немедленно положил трубку.

За полчаса Райка успела бы дойти до кофейни, выпить кофе и вернуться в книжный. Она пожала плечами, выбрала книжку поинтереснее, устроилась между полок и стала читать, периодически посматривая на часы.

Через полчаса, когда она подошла к кофейне, Анатолий уже ждал ее с букетом цветов. Это было странно и очень по-киношному, так же, как открытая им дверь, придвинутый стул – в общем, полный набор ухаживаний из любовного романа.

Что можно рассказать о первом свидании? Что можно из него запомнить? Ощущение приятной взаимной неловкости, поиск точек соприкосновения и чушь, которую несут оба. Причем чем больше глупостей сказано, тем больше вероятность, что встречи продолжатся. Райкино свидание не стало исключением.

– Давай на «ты»? – после взаимных приветствий предложил Анатолий.

– Давай, – улыбнулась Райка.

– Ты первый раз пришла в спортклуб?

– Да. Ты же, наверное, заметил, – смутилась Райка. И спросила в свою очередь: – А ты опытный спортсмен?

Анатолий засмеялся.

– Я? Пожалуй, да. Только тренажеры – это так, побочный эффект. Я в основном карате занимаюсь. У меня «черный пояс».

Райка ничего в карате не понимала, но знала, что «черный пояс» – это очень круто, поэтому уважительно покивала головой.

– А ты чем занимаешься, когда не ходишь в спортзал?

Вопрос поставил Райку в тупик. А действительно, чем она занимается?

– Так, ничего особенного. Переводы делаю, сайты иногда наполняю… Сына воспитываю! – нашлась она.

– А переводы какие? – Кажется, Анатолию было действительно интересно.

– С английского, иногда с французского.

– Ничего себе! – Похоже, Анатолий восхитился искренне. – Слушай, а с сайтами ты любыми разбираешься?

– Да. Чего только иногда не заказывают, – улыбнулась Райка.

– Вот совсем хорошо! Мы как раз собрались наш сайт усовершенствовать. Сайт клуба, в смысле. Теперь есть кому это поручить.

Райка загрустила. Она думала, что понравилась Анатолию, а оказывается, он просто ищет работника. Впрочем, он ведь не знал, чем она занимается, когда звал выпить кофе…

– Ты что? – уловил ее состояние собеседник.

– Просто так, задумалась.

– Ясно.

Анатолий судорожно искал тему для разговора. Он боялся показаться этой женщине скучным. Вообще, он давно уже не искал никаких отношений, просто забыл, как ухаживают за дамами. Раису он в клубе сначала пожалел – очень уж несчастной она выглядела. И ему, действительно опытному спортсмену, сразу было заметно: никакие тренажеры ей не нравятся, ни малейшего удовольствия не доставляют. Но о чем с ней сейчас говорить? Ведь встанет и уйдет. Возникла неловкая пауза.

К счастью, у Райки зазвонил телефон.

– Мама! – зазвенел Колькин голос. – У меня уроки кончились. Мне на продленку оставаться или ты меня заберешь?

– А ты как хочешь? – вздохнула Райка. Ей хотелось забрать сына, но пить кофе с Анатолием тоже было приятно. И конечно же, немедленно возникло чувство вины.

– Вообще-то, Дениса уже забрали, – дипломатично сообщил Колька. – А в столовой на обед сегодня молочный суп.

– Понятно, – Раиса против воли улыбнулась. – Скоро приду.

– Вот хорошо! Я тогда обедать не пойду. Скажу, тебя жду.

– Анатолий, – Раиса положила телефон в карман, отставила кофейную чашку. – Мне нужно сына из школы забрать. Он не любит молочный суп.

Анатолий вряд ли уловил связь между молочным супом и школой, поэтому Раиса пояснила:

– Сын позвонил. У них на продленке на обед молочный суп. А он молоко терпеть не может ни в каком виде.

Анатолий расстроился.

– Жаль. А в каком классе парень?

– Да во втором.

– Раиса, извините. Я понимаю, вам может показаться странным мое предложение, но можно я пойду с вами?

От неловкости Анатолий снова перешел на «вы».

– Я не знаю… – нерешительно протянула Раиса.

– Ой, извините. – Анатолий сморщился, как от зубной боли.

– А знаешь, пойдем! Кольке я скажу, что ты мой знакомый по спортивному клубу.

– Что чистая правда! – порадовался Анатолий.

Колька ждал возле раздевалки. С портфелем, маленький, взъерошенный.

– Мама! Ну что же ты так долго! Меня же чуть обедать не отвели.

– Ладно, не ворчи. Одевайся лучше быстрее. Нас там ждут.

– А кто? – Колька от любопытства перестал обижаться. – Бабушка?

– Нет. Говорю же, увидишь!

– Папа?

Раиса покраснела.

– Нет, Коля, не папа. У него сейчас много дел.

– Да. У него всегда много дел, – сварливо согласился ребенок, завязывая непокорный шнурок на кроссовке.

Минуту погрустил, но потом все же спросил с прежним интересом:

– А кто же тогда ждет?

– Один мой знакомый. – Райка уже была красная, как помидор, иначе покраснела бы еще раз. – Мы с ним в клубе познакомились.

– А… – Интерес у Кольки погас.

– И ничего не «а». Он спортсмен-каратист.

– И что, он меня может драться научить? – снова оживился Колька.

– Может, наверное, – неуверенно ответила она.

Колька скептически посмотрел на мать:

– Ладно уж, пошли, посмотрим.

И первый пошел к выходу из школы. Растерянная Райка поспешила за ним.

Анатолий ждал их в школьном дворе, с некоторой тоской разглядывая толпу курящих десятиклассников. Заметив их, поспешил навстречу.

Коля внимательно на него смотрел. Раиса решила взять инициативу в свои руки:

– Коля, знакомься, это дядя Толя.

Анатолий протянул мальчику руку, как взрослому.

Коля жест оценил, солидно протянул свою ручонку:

– Коля. Очень приятно.

– Мне тоже, – неловко пробормотал Анатолий.

– А вы действительно каратист? Можете научить меня драться?

Раиса посмотрела на Анатолия извиняющимся взглядом. Но он неожиданно обрадовался:

– Могу, если хочешь, конечно.

– Здорово. А вы умеете деревяшки и кирпичи там всякие руками ломать?

– Умею немного.

– Покажете?

Райка поняла, что Анатолия пора выручать. Пока Колька не собрал друзей и не попросил нового знакомого разбить школьную скамейку.

– Может, пойдем обедать? – предложила она.

– В «Макдоналдс»? – обрадовался ребенок.

– Нет. Сегодня – домой.

– Ну-у-уу… – протянул сын.

– Зато я не приготовила молочный суп! – порадовала его Раиса. И, предваряя вопрос, спросила у Анатолия: – Ты же ничего не имеешь против куриной лапши?

– Нет. Я ее с детства люблю.

После этого заявления Колька уставился на него во все глаза.

– Ты что? – удивился Анатолий.

– Мне кажется, суп – это кошмар.

– Ты не прав, старик! Суп – это очень полезно! Особенно для спортсменов.

– А откуда вы знаете, что я спортсмен?

– Так мама твоя вчера сказала, что торопится забрать сына с тренировки. Ты, кстати, каким видом спорта занимаешься?

– Я только начал, – признался Колька. – Кажется, прыжками в высоту.

– Почему «кажется»? – удивился Анатолий.

– Потому что мы больше бегаем, чем прыгаем.

– Тогда все в порядке.

– Как это?

– Просто все настоящие спортсмены обязательно много бегают!

– Зачем? – Вопросов у Кольки прибавлялось с каждым шагом.

– Чтобы быть сильными.

Колька спросил еще о чем-то, и Раиса забеспокоилась. Алексей, родной Колькин отец, не выносил этих «вечеров вопросов и ответов». Райке не хотелось, чтобы новый знакомый чем-нибудь обидел ее сына.

Но Анатолий терпеливо отвечал на все вопросы мальчика, не выказывая никаких признаков раздражения. Более того, Райке даже показалось, что ему интересно говорить с ребенком. За такой занимательной беседой они даже не заметили, как дошли до дома.

Улучив момент, когда Колька перед обедом ушел мыть руки, Анатолий с некоторой робостью спросил у Раисы:

– Как ты думаешь, ему со мной не скучно?

– Ты что, конечно, нет!

Но тут вернулся Колька из ванной. Сели обедать. Колька засыпал Анатолия новой порцией вопросов. Райка поняла, что нового знакомого пора спасать.

– Коля, – отвлекла она сына, – а ты не хочешь уроки сделать?

– Мама! – с упреком отозвался ребенок. – У нас же мужской разговор!

– Действительно, – неожиданно поддержал его Анатолий. – У нас мужской разговор.

– Вот! – Колька торжествующе посмотрел на мать.

Но Анатолий продолжил:

– Только знаешь, уроки все же нужно делать. Когда я в школе учился, с плохими отметками не пускали на тренировки.

– У нас тоже, – помрачнел Колька. И, тяжело вздохнув, покорно направился в свою комнату.

Как только он ушел, воцарилось неловкое молчание.

– Может, кофе или чаю? – вспомнила наконец Раиса об обязанностях хозяйки.

– Лучше кофе. Растворимый подходит.

– Да у меня даже и нет растворимого! – Райка начала варить кофе.

Анатолий подошел к ней.

– У тебя классный ребенок! Он мне очень понравился! Как ты думаешь, а я – ему?

– Думаю, ты ему – тоже, – обрадовалась Райка. – А у тебя есть дети? – спросила она несколько небрежно. Ей очень хотелось, чтобы Анатолий хоть немного рассказал о себе.

– Есть сын. Ему уже больше восемнадцати. Он со своей мамой живет в Канаде. Больше того, ее муж его усыновил.

– Извини. – Райке стало неудобно, что она со своим дурацким любопытством расстроила человека.

– Ничего. Это было давно. Да и я вел себя не лучшим образом.

– Не лучшим? Это как?

– Знаешь, давай не будем об этом! Ладно?

– Да, конечно. Извини, – снова извинилась Райка.

Кофе тем временем сварился. Однако после последнего Райкиного вопроса в воздухе снова повисла неловкая пауза.

– Рай, ничего тайного, не подумай. Просто это неприятные воспоминания. Не обижайся.

Райка улыбнулась.

– Я не обижаюсь. Просто мне про тебя интересно.

– Да что тут интересного? Родился, учился, боевыми искусствами занимался. Женился, немного влез в криминал. Ну, в общем, жене не понравилось.

У Райки захватило дух. Вот она, настоящая романтика! Анатолий неверно оценил ее молчание.

– Да не думай, я же не то чтобы… – начал он.

– Что ты! Я совсем наоборот. – Райка испугалась, что Анатолий посчитает ее полной дурой. – Просто это так все сложно…

Анатолий пожал плечами:

– А ты?

– Что я?

– Ты расскажи о себе.

– Я тоже. Училась, замуж вышла. Сына вот родила. В общем, и все, – смутилась Райка.

– А муж где? – прямолинейно спросил Анатолий.

– Ушел к другой.

Райка смутилась еще больше. Ей стало стыдно быть брошенной и ненужной.

– Вот дурак!

– Почему?

– Я бы никогда от тебя не ушел! – произнес Анатолий совсем по-киношному.

– Ты меня совсем не знаешь, – напомнила честная Райка.

– Знаю. И давно ты живешь одна?

Она постеснялась рассказывать, что муж ушел всего несколько дней назад, – не хотелось выглядеть легкомысленной.

Тут с громким топотом в кухню вбежал Колька.

– А я все сделал! Ура! – сообщил он.

– Неужели все? – строго спросила Раиса.

– Совсем все! – похвастался ребенок.

– Давай-ка я проверю.

– Ма-а-ам! – протянул Колька. Он не сомневался, что наделал ошибок.

– А можно я проверю? – неожиданно предложил Анатолий. – Я просто никогда не видел, как делают уроки во втором классе.

– Можно. – Колька исподлобья посмотрел на Анатолия.

– Тогда тащи тетрадки.

Колька тяжело вздохнул, но послушно принес тетрадки по математике и русскому. Анатолий взял их, открыл. Раиса посматривала через его плечо. Кажется, в этот раз Коля ошибок не наделал, но написал все не очень аккуратно, явно второпях.

– Да, братец ты мой! Трудно тебе будет научиться драться.

– Почему? – насупился Колька.

– Так когда дерешься, нужно делать все аккуратно, внимательно и не спеша.

– Понятно, – проворчал мальчик. – И что теперь делать?

– А вот это правильный вопрос, – одобрил Анатолий. – Переделать все, конечно.

Колька недовольно глянул на гостя, но пошел переделывать. Райке даже не пришлось вмешиваться.

– Здорово ты с детьми обращаешься!

– Я когда-то давно детские группы вел, – похвастался Анатолий.

– А сейчас?

– Что сейчас?

– Чем ты сейчас занимаешься?

– Как чем? Спасаю девушек из лап тренажеров, – улыбнулся Анатолий.

Раиса подумала, не обидеться ли ей, но все-таки тоже улыбнулась.

– Интересная работа. А кроме этого?

– Кроме этого, преподаю в этом клубе взрослым любителям основы самозащиты. Клуб частично мой. Мы когда-то с приятелем на пару его открыли.

– Надо же! – удивилась Раиса.

– Так что мое предложение заняться нашим сайтом вполне официальное, – напомнил он.

– Хорошо, – не возражала она. Не последнюю роль в согласии сыграло то, что, согласившись на эту работу, она будет постоянно встречаться с Анатолием.

– Почему про деньги не спрашиваешь? – вдруг нахмурился он.

– Как почему? Ты же меня не обманешь? – удивилась Раиса.

– Нет.

– Так зачем же я спрашивать буду? Да и посмотреть нужно, может, там у вас и работы особо никакой не понадобится.

Анатолий снова заулыбался, правда, на этот раз несколько смущенно.

– Извини. У меня просто опыт такой, своеобразный. Иногда про деньги сразу не спрашивают, а потом как цифру назовут…

– Знаешь, я так никогда не делаю. Особенно, – Райка замялась, подбирая слово, – особенно с друзьями.

Такое определение роли Анатолия в ее жизни показалось ей наиболее подходящим, хотя несколько поспешным.

– Вообще-то я бы совсем не хотел быть твоим другом.

– Почему? – Раиса немного расстроилась. Работодателей у нее было больше, чем друзей.

– Потому что ты мне нравишься.

Райка растерялась и покраснела. Тут вернулся Колька:

– Мама, а чего ты такая красная? Дядя Толя, я переделал.

Тетрадку он сразу протянул Анатолию.

– Вот молодец! Теперь видно, что спортсмен, – похвалил его Анатолий. – Только давай без всяких «дядей».

– А как же мне вас называть? – удивился ребенок.

– Да просто Толей.

– Ладно. Я попробую. Толя, а хотите, я вам свою коллекцию машинок покажу? И компьютер?

– Хочу, конечно.

– Тогда пойдемте в мою комнату.

Колька протянул руку, но Анатолий как-то очень ловко избежал его прикосновения, встал и пошел следом. Райку немного озадачил этот жест, но тут же она вспомнила, что необходимо позаботиться об ужине, и полезла в холодильник.

Вернулись Коля и Анатолий не скоро. Она как раз успела найти в морозилке курицу, разморозить ее, засунуть в духовку и даже поставить вариться картошку. Беспокоил вопрос, что подать к чаю, но Райка удачно вспомнила про замечательное вишневое варенье, которое этим летом она сварила первый раз в жизни. Вот и подходящий случай открыть банку, так сказать, похвастаться хенд-мейдом.

Райка достала парадную хрустальную вазочку и розетки, в вазочку выложила варенье, на всякий случай предварительно попробовав его ложкой. Розетки поставила на подоконник, чтобы не искать.

Колька с Анатолием подтянулись на запах курицы. Райка до того несколько раз заглядывала в комнату сына, но собеседники настолько увлеченно сначала катали по полу машинки, потом разбирали какую-то компьютерную игру, потом Анатолий показывал Кольке, как правильно сжимать кулак… Раиса даже остановилась послушать: она никогда не подозревала, что сжимать кулак можно правильно и неправильно.

Наконец курица запеклась, картошка сварилась. Вся троица села ужинать. Райку немного беспокоило, что будет, если неожиданно решит зайти мама: будет очень непросто объяснить, кто этот незнакомый мужчина. Но мама, к счастью, не появилась.

Поданное к чаю Райкино варенье заслужило всяческие похвалы. Сначала Анатолий, как вежливый гость, похвалил умелую хозяйку. Потом к нему присоединился Колька. Дитя двадцать первого века, он очень редко ел обычное домашнее варенье, поэтому оно показалось ему изысканным лакомством.

После чая Анатолий засобирался:

– Я пойду, пожалуй. Надо же, мы вместе целый день провели!

– Да, и вправду, – смутилась Райка.

– А завтра у Коли есть тренировка?

– Да.

– А ты в спортклуб пойдешь?

– Собираюсь.

– Вот и отлично. Да, Рая, а как твоя фамилия?

– Глухова. А что?

– Так просто, чтобы знать. Ты займешься сайтом?

– Да я же сказала, – пожала Райка плечами. – А твоя?

– Что моя?

– Фамилия твоя как? Мне же тоже интересно!

– Салтанов. Ну вот наконец мы по-настоящему познакомились. Тогда я тебя и Кольку завтра после тренировки на машине заберу и до дома довезу. Или, пятница же, может, еще куда заедем.

Про «еще» Райка предусмотрительно пропустила мимо ушей.

Глава 7

Вечером, уложив сына, она попыталась понять, что же с ней происходит. С момента ухода мужа прошло всего ничего, а так много у нее изменилось – от прически до отношений с матерью. К чести Райки, стоит заметить, что ей не пришло в голову ни в чем обвинять ушедшего супруга. Думала о нем она скорее с благодарностью. Ведь если бы он не ушел, так ничего не изменилось бы и было бы все по-прежнему. Тускло.

Муж не заставил себя ждать. Позвонил.

– Здравствуй, Рая! – говорил как-то излишне вежливо, как продавец в магазине, где всегда прав покупатель. – Как у тебя дела? Как Коля?

– Все нормально, – ответила она небрежно, совсем не в тон. Просто она уже успела включить компьютер и смотрела новости в Интернете.

– Ты не думаешь, что мы поспешили? – Алексей спросил вкрадчиво, но рассчитывал на немедленный положительный ответ.

– Нет. – Райке попалась безумно интересная статья про похудение с леденцами.

– То есть ты не хочешь, чтобы я вернулся? – уточнил Алексей уже несколько растерянно.

– Да нет. Зачем? – Райке не хотелось отвлекаться. – Мы же с тобой вчера десять раз все обсудили.

– То есть я могу подавать на развод и жениться на Марианне?

Алексей еле расстался с Марианной утром, еле выставил ее из квартиры под предлогом похода по магазинам. Сейчас он отчаянно надеялся, что случится чудо, Райка наотрез откажется от развода, велит ему возвращаться домой, он вернется – и все наладится. Но чуда не произошло.

– Да женись, конечно, только документы на развод сам оформи, ладно?

Райка говорила непритворно легко: она уже пережила расставание, для нее отношения действительно закончились. На мужа она совсем не злилась, ей было не жалко: пусть женится, если хочет. Кроме того, после статьи про похудение с леденцами шла шоколадная диета. Отвлекаться от такой интересной темы Райке не хотелось.

Алексей бросил трубку. Через полчаса перезвонил, но наткнулся на занятый номер. Дозванивался долго, но короткие гудки не прекращались. Со злости Алексей выпил оставшиеся полбутылки виски, позвонил Марианне, которая бродила по магазинам и прикидывала, как бы ей половчее закрепиться в Лешиной жизни (однокомнатный шалаш в любом случае лучше, чем отсутствие постоянной московской прописки).

С кем разговаривала Райка, догадаться несложно. Анатолий рассказывал ей про свою жизнь, наполненную сложностями и борьбой за выживание. Короче, именно то, что все мужчины рассказывают всем женщинам, надеясь заинтересовать их собой.

На следующий день Райка, как обычно, отвела Кольку в школу, потом – на тренировку.

Дождавшись, когда сын переоденется, Райка отправилась в спортклуб. Подошла на ресепшен, администратор посмотрела на ее карточку, ойкнула и сразу разулыбалась, как будто только Раису Глухову и ждала целый рабочий день.

– Да. Это я, – удивленно согласилась Райка.

– Вам в вип-раздевалку, на второй этаж. Давайте я покажу.

– Вообще-то у меня простая карточка, – напомнила Райка.

– Что вы, я ее немедленно заменю! И еще, если вам не трудно, возможно, после тренировки вы согласитесь встретиться с нашим старшим менеджером? Он подготовил для вас материалы, – девица читала по бумажке, – и договор.

Заинтригованная Райка предложила:

– А можно я встречусь с ним до тренировки?

– Конечно, как вам удобнее. Я вас провожу.

Девица немедленно вышла из-за стойки и, предупредительно пропуская гостью везде, где можно, довела до кабинета. В глубине души Райка надеялась, что старшим менеджером окажется Анатолий. Но в кабинете ее встретил совсем другой мужчина.

– Андрей, – крепко пожал он Райке руку. – Рад, что нашелся человек, который согласился решить наши проблемы. Мы заинтересованы в постоянном сотрудничестве. Вот флешка с материалами, которые мы хотели бы видеть, там же отдельный файл с паролем, ну и все прочее. Если понадобится что-то дополнительное, обращайтесь. Мои контакты там же, но вы всегда можете зайти, либо спросить на ресепшен, либо просто позвонить по телефону клуба.

– Хорошо, – кивнула Райка.

– Договор посмотрите дома, отдадите в понедельник подписанным, если вас все устраивает.

– Спасибо, – кивнула Райка еще раз.

– Вот и прекрасно. Тогда я не буду вас задерживать. Хотя погодите.

В кабинет зашла симпатичная, спортивного вида девушка.

– Познакомьтесь, – представил ее Андрей. – Это Лена, ваш персональный тренер.

– Но… – попробовала возразить Райка.

– Все-все, у вас и так немного времени на сегодня осталось, – напомнил менеджер.

Райка вслед за Леной вышли из кабинета.

– Пойдемте в раздевалку? – предложила тренер. – Пока вы будете одеваться, поговорим.

Райка не стала спорить, хотя она ужасно стеснялась любых тренеров в принципе.

В раздевалке Лена спросила:

– С какой целью вы пришли в спортклуб?

– Похудеть! – отчаянно выпалила Раиса.

– Здорово, – Лена глянула на нее с одобрением, как учитель на ученика, давшего на уроке правильный ответ на сложный вопрос. – Сколько у вас времени на тренировки? В смысле, сколько раз в неделю вы будете приходить в клуб?

– Раза четыре в неделю, наверное.

– Это совсем хорошо. К следующему разу разработаем для вас программу, а сегодня посмотрим, на что вы способны.

– Ладно. Только, может, на «ты»? – предложила отчаянно стесняющаяся Райка.

– Давай! – легко согласилась Лена. – Да не бойся ты! – Тренер перешла с официального тона на дружеский. – Все получится. Я здесь вообще лучший тренер. Ну и диета, конечно. Ты к Новому году себя не узнаешь! Обещаю!

– Правда? – с надеждой спросила Райка.

– Ты думаешь, за что меня здесь держат? – ответила Лена вопросом на вопрос.

Они вышли в зал. Райка нерешительно шла за своим тренером и дрожала от мысли, что сейчас она опять будет выглядеть полной идиоткой.

– Да, кстати, имей в виду: тут никто ни на кого не смотрит, – между прочим сообщила ей Лена. – Все заняты своими делами. Точнее сказать, телами. Кто худеет, кто мышцы качает, кто вообще к соревнованиям готовится. Поэтому смело действуй и ни на кого не обращай внимания.

Райка послушалась. К тому же Лена действительно решила выяснить, на что способна ее новая подопечная, надавала ей кучу заданий. Так что уже через пять минут измученная старательная Райка даже думать забыла, что на нее кто-то смотрит.

Наконец тренировка закончилась. Райка поспешила в душ. Хотя поспешила – громко сказано. У нее болели все мышцы – и известные ей, и какие-то совершенно для нее новые.

– Завтра обязательно сделай растяжку, – напомнила Лена.

Райка только криво улыбнулась.

Кое-как она доползла до Кольки. Тот тоже изрядно устал. Анатолия нигде не было, но у Райки даже не нашлось сил расстроиться.

Когда они с Колькой почти подошли к входу в метро, перед ними остановилась машина.

– Эй, куда это вы? – Анатолий выскочил, открыл двери. – Позанималась? – с первого взгляда оценил он Райкино состояние. – Лена тебе понравилась?

– Да. Только ведь это…

– Ты теперь наш сотрудник, – напомнил Анатолий. – А вообще… Ну, я немного повысил твою карточку. Это как цветы. Просто знак внимания.

– Только цветы все-таки не такие дорогие. – У уставшей Райки не было сил спорить.

Кольке стало скучно слушать непонятный разговор.

– Я тоже занимался! Я сегодня два круга быстрее всех пробежал.

– Здорово! – несколько вяло прореагировала Раиса.

Но Колька уже отвлекся:

– А куда мы едем?

– Вчера вы меня пригласили пообедать и поужинать. Сегодня – я вас.

– В «Макдоналдс»? – обрадовался Колька.

– Нет, но тебе тоже понравится, – утешил его Анатолий. – Тоже очень хорошее, милое место.

Кольке действительно понравилось. Анатолий очень предусмотрительно выбрал ресторан с детской анимацией.

Вволю назанимавшаяся спортом Райка даже не смотрела на часы.

– Послушай, а мне не вредно есть после спорта? – с сомнением поинтересовалась она у спутника.

– Вредно. Но я закажу тебе что-нибудь очень полезное, – порадовал он. – И, кроме того, пока мы стояли в пробке, прошло почти два часа.

Колька исчез возле ресторанного подобия детской площадки. Райка только иногда видела издалека его голову или мелькающую красную рубашку.

– Вот откуда в нем столько энергии? – жалобно спросила она у Анатолия.

– Это возраст такой.

– Ох, – тяжело вздохнула мать.

Тут принесли заказанную еду. На вид она была не только полезной, но и съедобной.

– Рай, ты будешь что-нибудь пить? – как-то нерешительно спросил Анатолий.

– Буду. Колу-лайт без льда. И кофе. Много кофе. Без молока и сахара.

– А вино? Коньяк?

– Шутишь? Я еще тот алкоголик. Усну прямо здесь. И вообще, мы тут с мамой пару дней назад выпили вина – я потом все на свете проспала. Нет уж, кофе.

Анатолий почему-то обрадовался:

– Кофе – это же отлично!

– Наверно, – Раиса еле сдержала зевоту.

К счастью, кофе принесли довольно быстро.

После ужина Анатолий довез их домой. Всю дорогу Раиса колебалась, пригласить его зайти или нет, но так ни на что и не решилась.

Почти у дома Анатолий предложил:

– А почему бы нам в зоопарк завтра не сходить?

– В зоопарк? – не поняла Райка.

– Да. А что такого?

– Зоопарк! Супер! – закричал Колька.

– Ну, значит, я за вами заезжаю. Часов в одиннадцать. Выспаться успеете?

– Ура! Успеем! – Колька даже не сомневался.

– Успеем, – подтвердила Раиса, но не так уверенно.

Анатолий посмотрел на нее, усмехнулся:

– Договорились. Заеду в половине двенадцатого.

Ровно в половине двенадцатого он позвонил с мобильного:

– Карета у подъезда. Жду вас.

Райка позвала изнывавшего от ожидания Кольку.

Зоопарк разочаровал. Народу было как в автобусе в час пик. Вместо бобров по вольеру бегала небольшая стайка крыс, хорошо откормленных, но не ставших от этого симпатичнее. Колька сначала не понял:

– Мам, а кто это? Тут написано, что бобры, но что-то они на крыс с нашей помойки очень похожи.

– Это и есть крысы, – не скрыла Райка от ребенка печальную правду.

– А где же бобры? – У Кольки расширились глаза. – Они их что, съели?

– Кто? – не поняла недогадливая мать.

– Крысы – бобров, – уточнил ребенок.

Анатолий слушал их диалог с нескрываемым удовольствием. К сожалению, Колькины идеи привлекли не только его внимание.

– Да что же это такое! – раздался громкий женский голос. – Дожили! В зоопарке крысы бобров едят!

– Вот видишь! – обрадовался Колька неожиданной поддержке.

Райка понимала, что тетка просто услышала их разговор.

– Коля, Толя, – она первый раз услышала созвучие их имен, но сосредоточиваться на этом было некогда. – Пойдемте-ка отсюда скорее!

– Почему? Я хочу посмотреть, как крыс прогонят! – заявил неугомонный сын.

Анатолий, с большим трудом сохраняя серьезный вид, предложил:

– Коль, пойдем лучше дальше. Проверим, на месте ли волки, жираф.

– А что, крысы могут и жирафа съесть?!

– Ребята, пошли быстрее! – Райка схватила их обоих за руки и потащила прочь.

Но у вольера, где в своих хатках мирно спали бобры (просто не хотелось общаться с шумными посетителями), уже собралась толпа. Вслед доносились выкрики:

– Крысы тут скоро всех съедят! И на людей перекинутся.

– Так они уже и жирафа съели.

– Что вы говорите, я только что видел жирафа!

– Так это уже нового привезли! Газеты нужно читать.

Райка не выдержала и засмеялась. Отхохотавшись, упрекнула Анатолия:

– Вот что ты натворил, а?

Колька внимательно посмотрел на мать:

– Получается, крысы никого не ели?

Анатолий и Райка снова развеселились. Но Райка не хотела, чтобы Коля думал, будто смеются над ним:

– Крысы не ели, хотя вообще в них нет ничего хорошего. Смеемся мы потому, что некоторые люди… как бы это сказать помягче…

Анатолий пришел ей на помощь:

– Любят разводить сплетни и панику!

– Понятно. – Колька на минутку погрустнел. – А с бобрами точно все в порядке?

– Точно!

– Тогда ладно, – улыбнулся ребенок.

– Все-таки, может, пойдем отсюда? – жалобно предложила Раиса. – Я крыс как-то не очень.

Анатолий с Колей переглянулись.

– Уступим слабой женщине? – спросил Толя.

– Уступим, – кивнул Коля. – Что ж с ней делать! – вздохнул он совсем по-взрослому.

– Это что такое? – возмутилась Райка.

– Главное, что мы тебе уступаем! – порадовал ее Анатолий.

– Спасибо.

Пока они шли к выходу из зоопарка, мимо пробежал молодой человек, громко крича в трубку мобильного телефона:

– Сенсация, срочно в номер! Крысы в зоопарке съели половину животных! На глазах у посетителей! Люди в панике!

За ним спешила симпатичная девушка с коляской и безнадежно взывала:

– Саша, ты куда?

Парень на секунду отвлекся от телефона:

– Как куда? К компу! Это же сенсация.

– А как же?..

– Ну погуляйте пока вдвоем! Все, все, бегу!

Девушка шмыгнула носом и потащила коляску в противоположную сторону.

– Вот видите, что вы наделали! – принялась Райка ругать своих спутников. – Люди отдохнуть в выходной хотели! А вы!

– Мы больше не будем! – хором сообщили Коля с Толей.

– Будете, – не поверила им Райка.

Уже на улице Колька снова погрустнел.

– Ты что? – встревожился Анатолий.

– Все, выходной кончился?

– Почему? Сходим сейчас в кино. Потом еще что-нибудь придумаем.

– Точно? – Колька спрашивал Анатолия, но смотрел на Райку.

– Да, – Анатолий уверенно кивнул. – И завтра, и послезавтра.

Они действительно провели вместе весь день. Встретились завтра, послезавтра и еще через два дня. Они встречались по утрам, когда Колька был в школе, и пили кофе в кофейне. Они проводили втроем выходные в кино, цирке, даже еще раз сходили в зоопарк.

Пока у Кольки были тренировки, Райка усердно тренировалась с Леной. Работа над сайтом помогла разобраться с диетой. Первые результаты не заставили себя ждать: через две недели, отведя Кольку в школу, она встала на весы и не досчиталась семи килограммов. Райке все нравилось, ей было легко и радостно жить.

День, когда она взвесилась, ознаменовался еще двумя событиями.

Счастливая Райка достала из шкафа старые джинсы, хранившиеся на самом дне ящика, потому что потеряла всякую надежду в них влезть. С трепетом попыталась их натянуть и обнаружила, что теперь они ей как раз. Не подвела и любимая рубашка, по понятным причинам забытая после рождения Кольки.

Раиса с удовольствием смотрела на себя в зеркало. Короткие волосы растрепались, джинсы сидели замечательно. Зеркало явно говорило комплименты.

Тут раздался звонок в дверь. Это пришла Анна Петровна.

– Здравствуй, Рая! Прекрасно выглядишь! – Мать внимательно оглядела дочь.

– Да, ничего, – не стала спорить Райка. – Кофе будешь?

– Лучше чаю.

Райка принесла чайник, чашки, они с мамой уселись на диване.

– Ну, рассказывай! – то ли попросила, то ли приказала Анна Петровна.

– Что тебе рассказывать?

– Кто он?

– Что ты имеешь в виду? – Райка плохо себе представляла, как объяснить маме про Анатолия.

– Ты похудела, прекрасно выглядишь, целыми днями где-то бродишь, работаешь по ночам…

– И что плохого в том, что я хорошо выгляжу? – попробовала перевести разговор Райка.

Но Анну Петровну было не сбить.

– То, что ты хорошо выглядишь, – это просто прекрасно, – сообщила она с иронией. – Но твой сын целыми днями рассказывает про какого-то Толю. Ты очень сильно изменилась, кстати, я не хочу сказать, что в дурную сторону. Мне бы просто хотелось понять, что происходит в твоей жизни. Тем более что эта жизнь не только твоя, но и твоего сына.

– О! – простонала Райка. – Мама, я знаю. Чего ты хочешь? Да, я встречаюсь с одним человеком. Он нравится и Коле тоже, мы вместе проводим время. Он один из хозяев спортклуба, в котором я занимаюсь.

– Он что, спортсмен?

В устах Анны Петровны слово «спортсмен» прозвучало как… как бомж, бездельник, бандит. Но Райка тоже знала, как повлиять на мать.

– Мам, он бывший спортсмен. Теперь он бизнесмен.

Анна Петровна пожала плечами.

– Ты не боишься, что он отрицательно повлияет на Колю?

– Нет, мам, не боюсь.

В это время в дверь снова позвонили. Пришел Анатолий с пакетиком свежих круассанов:

– Доброе утро! Я тут принес к кофе. Если мне, конечно, дадут кофе.

– Тебе, конечно, дадут кофе.

Райка хотела предупредить Анатолия о визите мамы, но Анна Петровна уже сама вышла из комнаты.

– Добрый день! – преувеличенно вежливо поздоровалась она. – Как я понимаю, вы тот самый Толя, про которого мне мой внук прожужжал все уши.

– Здравствуйте! Да, это я, – не стал отпираться Анатолий. – А вы, стало быть, Раина мама и Колина бабушка. У вас замечательные дочь и внук. Они мне тоже про вас рассказывали. Очень рад, что мы наконец познакомились.

– Может, мы чаю попьем? – опомнилась Райка.

– Ты же кофе обещала, – напомнил Анатолий.

– Что ж, я, пожалуй, пойду. Чай мы уже попили, кофе как-то не хочется.

– Это очень вкусные круассаны, из пекарни, их даже не замораживают.

– Благодарю вас, мне пора! – церемонно отказалась Анна Петровна.

Райка видела, что ее мама недовольна, Анатолий ей не понравился. Наверняка ее, Райку, теперь ждет рассказ матери о достоинствах Алексея.

Райку спас звонок. Телефонный.

Телефон зазвонил, когда ближе всех к нему стояла Анна Петровна. Райка так и не поняла, что хотела продемонстрировать мать, но на трубку она просто кинулась как коршун.

– Слушаю вас!

– Ой, Петровна! – громко обрадовался голос на другом конце провода.

– Да, это я. – Анна Петровна сделала недоуменное лицо, показывая, что не понимает, кто может ей звонить по Райкиному номеру, да еще общаться так фамильярно. – Простите, с кем я разговариваю?

– Да это ж я, Марья Алексевна, с пятиэтажки, соседка ваша. Петровна, едь сюда!

– Что случилось? Залив? – встревожилась Анна Петровна, впрочем, не слишком сильно (квартира была головной болью Алексея).

– Да какой залив. Бордель!

– Что? – Анна Петровна решила, что ослышалась.

– Вот тебе и то. Самый настоящий разврат.

– Толя, – Райка, понимая, в чем дело, мучительно покраснела. – Может, ты пока в комнате телевизор посмотришь? А я сейчас кофе сварю.

Анатолий тоже понимал всю неловкость ситуации.

– Да, я как раз…

Что «как раз» он не договорил, просто ушел.

А телефонный разговор продолжался.

– Какой разврат? – Анна Петровна совсем растерялась.

– А такой. Ваш зять с девкой.

Не понижая голоса, Марья Алексеевна поведала следующую историю:

– Я тут слышу, у вас в квартире шум. Ну, думаю, может, воры забрались.

Анна Петровна завела глаза. Она прекрасно понимала, что Марью Алексеевну беспокоят не воры, а то, что соседи могут сдавать квартиру и не платить налоги. И вообще, вдруг у соседей лишние деньги появятся?

– Спасибо за заботу, – сдержанно поблагодарила Анна Петровна.

– Да не за что. Но ты не отвлекайся. Короче, там у вас шум, гам, крики всякие неприличные. Я решила пойти, тишину навести. Открывает мне дверь девка. Нет, конечно, покрасивее твоей Райки будет.

Анна Петровна промолчала исключительно потому, что задохнулась от негодования. Ободренная вниманием соседка продолжала:

– Халатик на ней короткий, прозрачный. Я ей говорю: «Что тут у вас за шум? Чем вы тут вообще занимаетесь?» Она мне: «А вы вообще кто? Какое ваше дело?» Я, конечно, рассердилась. «Сейчас хозяевам позвоню». А она мне говорит: «Это я здесь хозяйка! И нечего тут кричать! Идите к себе!» Тут и зятек твой подтянулся: «Что это вы, Марья Алексевна, с утра орете на лестнице?» Ну, тут уж я, конечно, не смолчала: «Ах ты паразит! При живой жене!» Он дверь захлопнул, а я сразу тебе звонить побежала.

– Зачем? – спросила красная как рак Анна Петровна.

– Приезжай, это, как его, пресеки нарушение порядка. При живой жене!

– Мария Алексеевна! – Анна Петровна четко выговорила каждую букву имени соседки. – Я никуда не поеду. Это его квартира и его личное дело. До свидания.

И, не дождавшись ответа, положила трубку.

– Мама, – осторожно позвала Райка. – Может, все-таки чаю с круассанами?

– Я ему так верила! А он!

– Мама, пойдем чаю выпьем. У нас гость.

Анна Петровна неожиданно обиделась:

– Значит, гостю кофе, а мне чай?

– Мамочка, кофе есть на всех, – урезонила ее Райка.

– Ладно уж, – Анна Петровна сменила гнев на милость.

Анатолию из комнаты был слышен почти весь разговор. Райка посмотрела на него умоляюще.

– Анна Петровна, – светски спросил Анатолий, – как вы относитесь к последнему спектаклю МХАТ?

– Ох, молодой человек, вижу, моя дочь успела вам проболтаться про мои слабости.

– Мне кажется, это прекрасное увлечение, а совсем не слабость, – продолжал Анатолий свою линию.

Райка старалась не рассмеяться. Наконец светская часть беседы была завершена, кофе допили. И вообще, пора было вести Кольку на тренировку.

Анна Петровна подозрительно притихла. Райка догадывалась, что за этим последует.

– Анатолий, у вас с моей дочерью все серьезно? – пристально глядя в глаза мужчине, задала она свой коронный вопрос.

Райка съежилась. Но Анатолий достойно вышел из положения:

– Анна Петровна, я не хочу показаться вам легкомысленным. Мы с Раей знакомы всего несколько недель. Но мне очень хочется верить, что у нас с ней все очень серьезно.

Анна Петровна осталась довольна ответом.

– Что ж, все же я пойду. Проводи меня, – попросила она Райку.

В прихожей мать сказала:

– Кажется, ты наконец нашла нормального мужика. Да, и позвони своему бывшему супругу. Пусть он все-таки ведет себя потише.

– Мама, но я-то тут при чем?

– Верно. – Анна Петровна на мгновение задумалась. – Тогда имеет смысл заняться разводом. Ты так не думаешь? Позвони ему, обсуди все. Впрочем, такие вещи трудно обсуждать по телефону. Тебе придется с ним встретиться.

– Мама, я подумаю.

Райка не стала ничего обещать матери.

Анатолий ждал в комнате.

– Ну как, я выдержал экзамен? – спросил он, как только Райка, проводив Анну Петровну, вернулась.

– Выдержал. – Райка улыбнулась и тут же забеспокоилась. – Извини, я не знала, что мама сегодня придет. Я бы тебя предупредила.

– Да ладно, – успокоил ее Анатолий, – все мамы примерно одинаковы.

– Ты ей понравился, – порадовала его Райка.

– Тогда почему ты такая грустная?

– Она хочет, чтобы я поговорила про развод с Колькиным папой.

– А ты не хочешь разводиться?

– Я не хочу с ним разговаривать. Это будет очень нудный и неприятный разговор, – вздохнула она.

– Если ты собралась разводиться, вам все равно придется и разговаривать и встречаться.

– А если не собралась, можно обойтись без общения? – проворчала Райка.

– Тоже не получится! – оптимистично сообщил Анатолий.

Райка вздохнула.

– Вам вообще лучше миром договориться. Вас же только через суд разведут.

– Почему это? – испугалась юридически неграмотная Райка. – Мне же от него ничего не нужно!

– Потому что у тебя с ним общий несовершеннолетний ребенок.

– Все равно я не хочу с ним разговаривать!

Анатолий пожал плечами:

– Так ведь придется в любом случае.

– И ты туда же! – обиделась Райка.

– Не туда же! Просто, по-моему, лучше сразу покончить с неприятным делом, чем мучиться ожиданием.

Мысль не показалась Райке новой, но она понимала, что Анатолий прав.

– Ладно, – скривившись, махнула она рукой. – Пошла звонить. Вот так тебе и надо, смотри теперь опять телевизор! – мстительно предложила она заботливому советчику.

Глава 8

Марианна бездумно смотрела в кастрюлю с «царской» ухой. Она специально купила осетрины, вычитала в старой кулинарной книге рецепт, чтобы удивить любимого, чтобы он понял, какая Марианна замечательная кулинарка и хозяйка. К слову сказать, готовила Марианна три раза в жизни. Конечно, она умела пожарить яичницу или мясо, сварить картошку, но более сложные блюда были ей неизвестны.

Она сверилась с очередным женским журналом и вспомнила поговорку: «Путь к сердцу мужчины лежит через желудок».

Марианне очень хотелось замуж. Ей надоело снимать квартиры, носить высокие каблуки, тратить все деньги на дорогую косметику. Алексей Сергеевич Глухов, конечно, не был ее идеалом. Немолодой, несколько обрюзгший, с ребенком (а значит, с алиментами), и квартира совсем не в центре. Но других вариантов у Марианны сейчас не имелось. Кстати, главное в разведенных мужчинах – характер бывшей жены. Жена Алексея показалась Марианне вполне подходящей. Главное – совсем бесхарактерной. Вряд ли она сможет сильно помешать планам Марианны. Только вот Алексей как-то не торопится.

Собственно, «царскую» уху Марианна затеяла, чтобы устроить торжественный обед. Леша сейчас редко ходит на работу, больше в компьютере сидит, то есть дома работает, а она, Марианна, – и вовсе в отпуске. Причем отпуск этот в связи с сокращением их фирмы бессрочный. Дома она не может блистать красотой так же, как в офисе. Леша даже сказал ей недавно:

– Да что ты мажешься дома все время!

Марианна услышала и краситься перестала. А как ей теперь себя показывать, если основной ресурс, красоту, не используешь? Понятно же, что дома волей-неволей то растрепанной окажешься, то еще что-нибудь. Вот она и решила воспользоваться бабушкиными премудростями, то есть кухней. Нет, расслабляться нельзя. Вдруг бывшая жена все-таки хочет, чтобы муж к ней вернулся? Если уж у Марианны нет других вариантов, что говорить об этой старой, некрасивой тетке? В глубине души красавица даже посочувствовала Райке. С другой стороны, что ж тут поделаешь? Мужа у нее все равно кто-нибудь бы рано или поздно увел, а Марианна не такая уж стерва.

Убедив себя, что Райке повезло, разлучница кинулась к поваренной книге на окне, чтобы уточнить, как долго еще ей торчать на кухне.

Как раз в это время у Алексея зазвонил телефон. Марианна на секунду задумалась, потом пошла в комнату, послушать, с кем будет разговаривать ее возлюбленный.

– Да, Рая, привет!

Показалось, или в его голосе действительно прозвучала радость?

– Привет, Леша!

– Рад тебя слышать, как у вас дела?

– Нормально. Леша, только вот сегодня Марья Алексеевна снизу звонила. Вроде вы ее обидели, а твоя девушка перед ней голой ходит. Я толком не поняла.

«Вот оно! – мысленно обрадовался Алексей. – Все-таки проснулась ревность. Сейчас я еще немного ее подразню, а потом вернусь домой, мы помиримся, и Марианна отвяжется».

Алексей с нежностью посмотрел на Марианну, вдохновленный открывшимися перспективами. Девица ласково ему улыбнулась.

– А какое тебе дело, – начал Алексей сдержанно, потихоньку прибавляя в голос обиды, – что именно я тут делаю! Это же моя квартира!

– Нет-нет, что ты! Конечно, меня это не касается! – поспешно проговорила Райка (конфликт не входил в ее планы).

Алексей окончательно убедился, что строптивая жена звонит мириться.

– Ты же сама сказала, чтобы я проваливал и жил отдельно, что ты не хочешь больше жить со мной…

– Да. Я как раз об этом, – нерешительно пробормотала собеседница.

Алексей замахал на Марианну, чтобы она вышла, но девушка сделала вид, что не понимает.

– Так что ты хотела сказать? – строго, по-учительски, спросил муж, преисполняясь сознанием собственной правоты.

– Леш, понимаешь, мама ругается… – Раиса никак не могла подобрать слова.

– Я-то понимаю! Я тебя предупреждал! – изобразил Леша Зевса-громовержца. – Но так и быть, я помогу тебе.

– Ой, как хорошо! – с облегчением воскликнула Райка. – Значит, ты согласен?

– Я должен подумать, мы должны обсудить условия!

– Какие условия? – Райка испугалась. – У нас же ничего такого…

Алексей не дал ей закончить.

– Как ничего такого! Ты меня фактически выгнала! Голого и босого.

– Мне кажется, ты был в ботинках, как минимум в носках, – слова мужа Райку несколько озадачили.

– Это фигурально! – продолжал он гневаться. – И вот теперь, после всего этого, ты звонишь мне и просишь вернуться! И прячешься за маму!

– Я не прячусь за маму! С чего ты взял! – Райка не успела сказать, что вернуться она тоже не просит.

– Прячешься! И я ради нашего сына должен все это терпеть! – Алексей ударился в высокую патетику.

Марианна тихо зарыдала, подумав, что бывшая жена, несмотря на мирный вид, оказалась настоящей змеей подколодной.

– Да что с тобой? – окончательно запуталась Райка. – Что ты должен терпеть?

– Твое отношение ко мне! То, как ты меня унизила!

– О! – Райка застонала. – Леша, а может, мы просто сходим туда и подадим заявление?

Алексей как-то сразу успокоился.

– Куда туда?

– Я думала, в загс, но оказалось, в суд. Хотя это тоже за один день, если мы имущество не делим. Я юриста спросила, – на всякий случай соврала Райка.

– Ты спросила юриста?! – Леша просто не поверил своим ушам. – Так ты что, говоришь о разводе?

– Да, – призналась Райка.

– Твоя мама недовольна тем, что мы долго не разводимся?! – Глухов всегда считал, что теща его просто обожает.

– Ну да. Я же тебе говорю: ей Марья Алексеевна позвонила и наговорила чего-то. Мама и сказала, что лучше будет, если мы с тобой официально все оформим.

Марианна перешла от слез к тихой радости. Все же она не ошиблась, эта Раиса – удивительно приличная женщина: решила развестись с мужем – и, пожалуйста, разводится.

Алексей тем временем снова разбушевался:

– Да что же это такое! Мама-мама! У тебя своя голова есть на плечах?

– Есть, – немного подумав, ответила Райка. – Так ты в суд сходишь?

– А почему я? – обиженно спросил Алексей.

– Потому что ты первый начал, – совершенно по-детски объяснила Райка.

– Ну, знаешь ли! Должен я это понимать так, что у тебя кто-то есть?

– Понимай. – Райка заметила у себя на лбу маленькое пятнышко. Или прыщик? Это открытие отвлекло ее от надоевшего разговора.

– Хорошо, Рая. Я пойду в суд и расскажу там чистую правду! – торжественно произнес Леша, не понимая, что заигрался.

– Скажи, конечно, – Райка потихоньку начала злиться. – Скажи, что тебе надоело жить в общежитии, что у тебя постоянно кто-то был на стороне. Еще правду? Что ты совершенно не занимался ребенком.

Она вспомнила про Анатолия в соседней комнате и остановилась, не желая при нем скандалить. Но Алексею и так хватило. Тихая Райка никогда с ним так не разговаривала.

– Вот как ты! – только и произнес он. Но быстро опомнился. – Да ты на себя в зеркало когда последний раз смотрела?

– Леш, хватит, а? Я же тебя не держу. Давай я останусь такой, какая я есть, а ты будешь строить новую счастливую жизнь с красивой женщиной. И подай, пожалуйста, на развод!

– Да завтра же! – проорал задетый донельзя Леша и бросил трубку.

Неизвестно, как бы он повел себя дальше, но Марианна была начеку.

– Что случилось, Лешенька? – спросила она самым нежным своим голоском.

– Она развод требует! – злобно ответил Лешенька.

– Но это же прекрасно! Мы же так хотели пожениться, чтобы всегда быть вместе.

– Чего мы хотели? – Алексей не верил своим ушам. Кажется, сегодня над ним все издеваются. Одна разводится, другая сразу под венец тянет. Совсем бабы ополоумели!

– Быть вместе! – торжественно, как регистратор в загсе, заявила Марианна.

Алексей скривился так, как будто у него заболели все зубы сразу.

– Разве я когда-нибудь говорил, что хочу, чтобы мы поженились?

Марианна вспомнила, как на днях Алексей снова выпил целую бутылку виски.

– Говорил! Позавчера! – уверенно заявила она.

Леша попал в очень трудное положение. Ему нужно было либо признать, что он напился настолько, что не осознавал и не помнит, что говорил, либо сдаться на милость победителя. Главное, он действительно совершенно не помнил, что говорил и кому.

– А что это у нас так странно пахнет? Горелым, кажется, – принюхавшись, спросил он, радуясь возможности перевести разговор.

– Ой, мамочки! – вскрикнула Марианна и убежала на кухню.

На кухне случился полный кошмар. Вся вода из ухи выкипела, залила плиту и изрядно пришкварилась к ней. Осетрина прилипла к дну кастрюли и уже пригорела.

Неопытная Марианна одновременно выключала конфорку, открывала окно, вытирала плиту. Алексей неспешно зашел в кухню.

– Так мы сегодня будем обедать? – догадываясь о происшествии, сварливо поинтересовался он.

– Конечно, дорогой! Еще пять минут! – Марианна закрыла крышкой кастрюлю. – Только вот осетринка дотушится.

– Ты же хотела уху сварить! – ехидно напомнил Алексей, оглядывая беспорядок на кухне.

– Видишь ли, в эту уху нужно обязательно вино наливать, сухое. А у нас только полусладкое. – На любовницу Глухова нашло вдохновение. – Вот я и изменила рецептик.

– Ладно, пять минут подожду, – Алексей с непередаваемым достоинством пожал плечами. – Но не больше.

Быстро убрав наиболее заметные следы разрушения, девушка отважилась заглянуть в кастрюлю. Отлепила осетрину от дна, отщипнула кусочек. Рыба казалась вполне готовой, разве что с небольшим привкусом горелого, но если воспользоваться соусом… В общем, с честью вышла из положения, ровно через пять минут подав Лешеньке блюдо с аккуратно выложенной на него осетриной, обильно политой соевым соусом.

Когда он доел, Марианна, не подозревая, что сильно помогает Райке, спросила:

– Так когда ты подашь заявление на развод?

Алексей взвыл и открыл бутылку коньяка.

Взъерошенная Райка после разговора с Алексеем вернулась в комнату. Анатолий изо всех сил делал вид, что смотрит телевизор.

– Поговорила, – недовольно пробурчала Райка. – Жаль, у меня кота нет.

– Зачем? – улыбнувшись, удивился Анатолий.

– Я бы его сейчас пнула, – мечтательно поделилась Раиса.

– Не пнула бы, – не поверил Анатолий. – Ты милая и добрая.

– Я отвратительная и злобная.

– Развод-то обсудили?

– Я не поняла толком. Он, по-моему, думал, что я его обратно позову.

– А давно вы разошлись? – как бы между прочим спросил Анатолий.

– Ох! – Райка покраснела. – Две недели назад. За несколько дней до того, как я на тренажере застряла.

– Надо же! Как мне повезло! – Анатолий подошел к ней близко-близко.

Райка была уверена, что сейчас он ее поцелует, но мужчина неожиданно резко отклонился назад, будто уходил от удара. Райка не поняла его движения, но не успела она понять, что происходит, как снова позвонили в дверь.

– А это еще кто? – Райка не оправилась от удивления и смущения.

В дверь уже нетерпеливо барабанили, причем, судя по звукам, не только руками, но и ногами. Райка поспешила открыть.

– Мама! – обрушился на нее любимый сын. – Я тебя ждал-ждал, но ты не шла и не шла! Вот же ты знаешь, у меня же тренировка!

Райка посмотрела на часы, обнаружила, что опоздала за сыном на добрых полчаса, но не подала виду.

– Коля! – сердито сказала она. – А кто тебе вообще разрешил одному из школы выходить?

– А что мне было делать? – не остался в долгу ребенок. – У меня тренировка, тебя нет, а мобильного-то у меня тоже нет.

Из комнаты вышел привлеченный шумом Анатолий.

– Привет! Что тут у вас за крик?

– Ой, Толя! – Колька обрадовался. – Вот скажи маме, что на тренировки опаздывать нельзя!

– Скажу. Нельзя.

– Так! – мгновенно рассердилась Райка. – А одному ходить из школы без разрешения можно?

Колька надулся.

– Я же дошел. Я аккуратно шел. Я вообще уже большой!

– Действительно, – тут же поддержал его Анатолий. – Мамы иногда преувеличивают. Взрослый человек, пришел из школы самостоятельно. Что тут такого?

– О! – Райка почти застонала. – Как это «что такого»? А машины? А хулиганы?

– Мама! Все, весь класс, ходят одни! Один я только с тобой всегда!

Это было явным преувеличением. Колька посмотрел на рассерженную маму и понял, что несколько зарвался. Анатолий снова кинулся на спасение бедного ребенка:

– Рая, ну что ты в самом деле! Взрослый парень. Один дошел из школы. Больше не будет.

Прозвучало это несколько нелогично. Райка не выдержала:

– Вы оба как сговорились! Безобразие! Один чушь несет всякую, другой вообще что хочет делает!

– А кто что? – заинтересовался Колька.

Раиса не поняла.

– В каком смысле?

– Кто из нас порет чушь, а кто делает что хочет?

Анатолий, изо всех сил скрывая смех, посмотрел на Райку, ожидая продолжения увлекательного диалога.

– Оба! – Но сердиться у нее уже не получалось, и Колька это сразу почувствовал.

– Мама, а обед у нас есть? – подлизался он.

– Есть. – Райке все же хотелось отомстить. – На первое – молочная лапша, на второе – творожная запеканка с медом.

Оба блюда Колька ненавидел.

– Не бойся! – успокоил его Анатолий. – Ничего такого она не готовила. И вообще, я не уверен, что твоя мама умеет готовить молочную лапшу. Для этого нужно быть очень вредной, – добавил он поспешно, глянув на Райку, – а твоя мама, она очень добрая и заботливая. И у нее обязательно убежало бы молоко.

Райка приготовилась по-настоящему с ними поссориться, но тут Колька посмотрел на часы:

– Мама! У меня же тренировка через сорок минут!

– Иди тогда скорее обедать!

Колька с некоторой опаской посмотрел в сторону кухни. Конечно, мама никогда бы не приготовила молочную лапшу и творожную запеканку, но в последнее время она стала какая-то другая, кто ее теперь знает? И мальчик решительно заявил:

– Мама, ну что ты говоришь! Я вот сейчас поем, и скажи, как я бегать буду? Вот скажи!

– Быстро, наверное, – предположила Раиса.

– А вот и нет! И еще меня стошнит. Вот увидишь, меня обязательно стошнит. И тебе будет за меня стыдно.

Райка немного поспорила для порядка, но посмотрела на часы и заторопилась.

– Толя, – Колька, без всякого сомнения, был очень находчивым ребенком. – Ты ведь нас отвезешь?

Анатолий тоже посмотрел на часы.

– А что же мне с вами делать? Придется. Только нужно идти быстрее, пробки.

Коля на минутку забежал к себе в комнату, вернулся с форменной сумкой.

И снова Райка заметила небольшую странность, Анатолий хотел погладить Кольку по голове, но почему-то в последний момент отдернул руку.

К началу тренировки успели каким-то чудом. Колька сразу убежал переодеваться.

– Рая, я тебя в клубе подожду.

– Ладно, – Райка пожала плечами. Обычно она оставалась посмотреть, как Коля начинает тренировку. Но сегодня все шло не по плану.

Коли не было гораздо дольше, чем обычно. Райка уже начала беспокоиться и собралась в раздевалку, проверить, что происходит. Но тут Колька выбежал в слезах и с громким криком:

– Мама!

Райка перепугалась. Коля последний раз плакал при посторонних в детском саду, когда потерял любимую машинку. Она схватила его, наскоро ощупала руками, убедилась, что цел:

– Успокойся, объясни, в чем дело?

– Нашу секцию закрыли, тренер больше не придет, – выдавил Колька сквозь слезы.

– Погоди, может, он просто будет тренировать в другом месте? – краем глаза Райка видела, что другие родители тоже в растерянности утешают своих детей.

– Не будет, – всхлипнул Колька.

Вышел какой-то мужчина в спортивном костюме:

– Уважаемые! Здесь будет реконструкция. Секции закрываются.

– Но как же так? – У мам вопросов не возникло, возмутилась только чья-то бабушка.

– А вот так. Так что расходитесь, расходитесь.

– Безобразие!

Но мужик даже слушать не стал, развернулся и ушел.

– Коля, – Райка вытерла слезы ребенку, – пойдем со мной в тренажерный зал! Там тоже интересно.

– Я же хотел чемпионом быть, – снова всхлипнул Колька.

Райка не стала больше его утешать, просто потащила за собой.

– Мама, а почему он даже сам не пришел с нами попрощаться? – спросил через минуту Колька.

– Наверное, уехал куда-нибудь, – рассеянно пробормотала Райка. Ей эгоистично было жалко тренировку.

Они дошли до фитнес-центра.

– Привет, Марина! – поздоровалась Райка с девушкой на ресепшен.

– А что это ребенок такой грустный? – удивилась Марина.

– Да у нас секцию закрыли. Так что я сейчас только Лене скажу, что сегодня не смогу остаться.

– Почему не сможешь? Очень даже сможешь!

– Но…

Марина, не слушая Райкиных возражений, обратилась к Кольке:

– У нас тут отличная секция айкидо открылась. Пойдешь?

Колька немного подумал. Потом решительно кивнул:

– Пойду. А что это такое?

Марина немного задумалась:

– Вот начнешь заниматься, заодно и узнаешь. Иди переодеваться, а то у Лены же график, – махнула она Райке. – А я твоего бойца отведу в зал. Пойдешь со мной?

– Да, – согласился Колька.

Обрадованная Рая побежала переодеваться.

Занятие прошло очень быстро. Освободившись, она заглянула в зал. Коля делал какие-то непонятные движения, а проводил тренировку Анатолий.

Райка сходила в душ, привела себя в порядок, но пришлось еще полчаса ждать, пока не появился довольный Колька.

– Тебе понравилось? – спросила мать, хотя по виду вспотевшего и счастливого ребенка и так было все ясно.

– Очень! И Толя, он такой классный! Он сказал, что я и тут смогу быть первым! – похвастался ребенок.

Анатолий вышел чуть позже.

– Классный он у тебя, – сказал почему-то тоскливо. – Рая, я сегодня в одно место должен сходить. Ничего, если я вас не подвезу?

– Ничего, конечно.

Райке было ужасно интересно, но она ничего не стала спрашивать.

Не успели Райка с сыном выйти из клуба, как позвонила Ангелина.

– Привет, Рая! Ничего, если я к тебе сегодня зайду? Мы с тобой уже сто лет не виделись!

– Конечно, приходи. – Райка обрадовалась.

– Тогда я часикам к шести заеду.

Ангелина появилась ровно без четверти шесть.

– Рассказывай, как дела? – потребовала с порога.

– Ты раздевайся сначала, – спокойно предложила Райка. – Проходи. Коля, поздоровайся.

Коля мамину подругу терпеть не мог, поэтому изобразил какое-то очень формальное приветствие и скрылся в своей комнате.

Ангелина достала из сумки бутылку красного вина, пирожные. Райка сварила кофе. Не успели они сесть за стол, как Ангелина снова жадно потребовала:

– Давай рассказывай, как у вас все!

Райке совершенно не хотелось рассказывать про Анатолия, поэтому она прикинулась, будто не понимает, что интересует подругу.

– Вроде все нормально. Сегодня, правда, Колькину секцию закрыли. Но мы быстро на борьбу перешли. – Райка еще хотела добавить, что борьбу ведет Анатолий, но не стала.

– Рая, секция – это, конечно, очень интересно, Колька – тоже, – произнесла Ангелина так, что не осталось никаких сомнений: последнее, что интересует сегодня дорогую подругу, – секция и Колька.

– Тогда даже не знаю, – упорствовала Райка.

– Все ты знаешь! Рассказывай про свой роман.

– Да нечего рассказывать! Встречаемся иногда, кофе пьем, я у них в спортклубе работаю, сайтом занимаюсь. Сейчас еще иногда статьи всякие перевожу. Колька вот у него тренируется.

– Опять ты про Кольку! – Геля отпила вино. – Ты про себя рассказывай. Точнее, про свои отношения.

– Ну как ты не понимаешь! Нет у нас каких-то особенных отношений. Мы просто дружим.

– Отлично! То есть как тебе не позвонишь в выходной, вы все время где-то вместе, и по вечерам тоже. И ты говоришь, что это просто дружба. Ты меня за кого держишь?

– Я тебе чистую правду говорю! Может, он, конечно, за мной ухаживает, но, мне кажется, мы больше все-таки друзья.

– А сколько времени вы так уже дружите?

– Несколько недель, – обтекаемо ответила Райка.

– И что, хочешь сказать, вы за это время ни разу?

– Ангелина! Прекрати! – Раиса рассердилась по-настоящему.

– Нет, ты, конечно, круто стала выглядеть и все такое, но странно все это. – Ангелина явно чувствовала себя экспертом. – Может, ты ему просто не нравишься?

Последнюю фразу услышал Коля:

– Ничего вы не понимаете, тетя Геля. Очень даже мама ему нравится! – громко и возмущенно объявил он.

– Коля! Иди к себе! – Теперь Райка расстроилась. Совершенно ни к чему было Коле слышать их разговор.

– Геля, давай поговорим о чем-нибудь другом! – твердо предложила она.

Но Геля выпила еще немного вина, ее несло.

– А как ты с Алексеем? Будешь разводиться?

Райка видела, что у Коли приоткрыта дверь, но остановить подругу у нее не получалось.

– Погоди, а как у тебя самой-то дела? – догадалась она наконец, надеясь, что Ангелина отвлечется.

– У меня? Да так, ничего особенного. С прежним рассталась, новый еще не появился. – К сожалению, Ангелина была сдержанна и немногословна как никогда.

– Ты мне что-то недоговариваешь. – Райка повнимательнее пригляделась к подруге.

– Да нет, почему? Просто ничего интересного в последнее время не происходит. Наверное, старею, – криво улыбнулась подруга.

– Глупости какие! – возмутилась Райка. – Ты умница, красавица!

– Да уж, – вздохнула Ангелина. – И все-таки, неужели у тебя с ним еще ничего не было? Может, у него проблемы какие?

– Нет у него никаких проблем. Он спортсмен.

– Вот спортсмены-то и колют себе препараты всякие, а потом у них дружба.

– Геля, не говори глупости! – Райка уже немного разбиралась в околоспортивных темах. – Ничего такого он себе не колет.

– Ты уверена?

– Совершенно!

– Значит, он голубой! – торжественно объявила Ангелина.

– Ты снова говоришь глупости! – устало констатировала Райка.

– Есть еще третий вариант. Ты его просто не интересуешь как женщина, – продолжала угадывать подруга.

– Послушай, какая тебе разница? – Райка почувствовала себя задетой.

Они просидели не больше часа, но казалось, время течет бесконечно, подруга никогда не уйдет и так и будет терзать несчастную Райку.

К счастью, позвонила Анна Петровна.

– Рая, зайди ко мне, пожалуйста, прямо сейчас! – попросила она. – У меня лампочка перегорела, я боюсь с лестницы упасть.

Рая с облегчением вздохнула.

– Сейчас иду, мамочка! – И обратилась к Геле: – Извини, нам придется пойти к маме. У нее там что-то с электричеством. – «А что такого, лампочка-то электрическая», – оправдалась она мысленно. – Коля, одевайся скорее, к бабушке нужно зайти.

Коля оделся со сказочной быстротой. Геля недовольно собралась домой, но перед уходом все-таки успела добавить:

– Неужели тебя могут устраивать такие странные отношения?

Райка только вздохнула. Ее устраивали любые отношения, хотя, конечно, некоторые вещи в поведении Анатолия казались немного странными. В последнее время он погрустнел. Несколько раз, Райка чувствовала, он хотел ее поцеловать, но каждый раз отшатывался.

– Как вы быстро! – обрадовалась Анна Петровна дочери с внуком. – А тут, видишь, свет в кухне перегорел. Неудобно ужасно.

– Бабушка, я сам лампочку поменяю! Это мужское дело! – гордо заявил Колька и, пыхтя, приволок стремянку.

Райка с Анной Петровной переглянулись.

– Только не суй пальцы в патрон, – напомнила Анна Петровна.

– Бабушка! – обиделся мальчик.

Ребенок вскарабкался на лестницу, мама с бабушкой держали ее с двух сторон. Лампочку успешно заменили.

– Кстати, ты почему так быстро пришла? – подозрительно спросила Анна Петровна.

– Да Геля зашла и стала всякие вопросы задавать. А у кое-кого уши!

Колька снова обиделся:

– Как будто ты когда-нибудь видела детей без ушей, – пробурчал он.

Райка завела глаза.

– Ты со мной сегодня целый день споришь!

– Вот, – включилась бабушка. – Это у него подростковый возраст начинается. Переходный.

– А куда я перейду? – заинтересовался Колька.

– Во взрослые.

Такой ответ заставил Кольку глубоко задуматься. Он притих и до самого вечера не теребил Раису вопросами и обидами. Даже спать лег вовремя и сам.

Через несколько дней Райке позвонила Геля:

– Привет! У вас все на той же точке?

– Геля, прекрати, какое твое дело?

– А хочешь, я приду и с ним познакомлюсь?

– Зачем? – Райку стало раздражать бесцеремонное вмешательство подруги.

– Ну как зачем? Я все же человек более опытный в таких делах, чем ты.

– И что?

– Ты же небось ничего не замечаешь, если с ним что не так.

– Геля, с ним все абсолютно, совершенно нормально.

– Как знаешь! – ответила Геля и быстро попрощалась.

Однако позвонила на следующий день:

– Я не верю, что тебя устраивают такие отношения. Ты просто мне ничего не говоришь.

Но Райку все устраивало. Единственное, что всерьез начинало мешать ее полному счастью, – ставшие ежедневными звонки и вопросы Ангелины, о том, когда же отношения Райки и Анатолия перейдут из платонических в более глубокие. Без Ангелины Райка бы об этом особенно задумываться не стала. Но подруга почти каждый день настойчиво рассказывала Райке истории о женщинах, которые встречались с мужчинами нетрадиционной ориентации или, страшно сказать, с импотентами, апеллировала к Интернету… Рассказы эти больше всего напоминали какие-нибудь истории про «красную руку», которыми дети пугают друг друга по ночам в лагерях. В конце концов Райке надоело, и она просто перестала подходить к телефону, возложила эту почетную обязанность на Кольку, а тот заученно отвечал возбужденной Геле, что мама в душе-туалете-магазине.

Тем не менее вопросы Райке в голову запали. Нельзя сказать, что они постоянно ее беспокоили, а просто периодически понижали с таким трудом повышенную самооценку.

Кстати, Райка изменилась и внешне. Короткая стрижка ее молодила, непривычный к физическим нагрузкам организм благодарно откликнулся на неожиданную заботу. В результате из неуверенной в себе кулемы она потихоньку превращалась в привлекательную во всех отношениях даму. Зеркало теперь по утрам либо молчало, либо беззастенчиво говорило комплименты.

Как-то утром Райка проснулась, сварила кофе и стала обдумывать предстоящий день. Тут раздался традиционный уже телефонный звонок от Анатолия. Необычным было лишь то, что он попросил разрешения зайти.

Колька давно убежал в школу, работа могла подождать, поэтому Райка обрадовалась и приступила к приготовлению дополнительной порции кофе.

Тут же раздался звонок в дверь. Райка обрадовалась, но это оказалась Геля.

– Тебе просто не дозвонишься! А я тут была рядом по работе, решила зайти.

– Заходи, – вздохнула Райка, даже не став изображать приветливость.

– Ой, у тебя и кофе есть? Нальешь?

Райка налила кофе, принесла сыр и бутерброды.

Анатолий не вошел, влетел в квартиру и остановился как вкопанный, увидев Гелю.

– Здравствуйте! – Видно было, что он разочарован.

– Добрый день! – с ходу закокетничала Геля. – Значит, вы и есть тот самый таинственный незнакомец, которого Рая ото всех прячет, никому не показывает и ничего не рассказывает.

– Вероятно, – пожал плечами Толя, со скукой на лице.

– Вы очень хорошо влияете на Раю. Она с вами так изменилась, похудела килограммов на десять. Конечно, она не особо хозяйственная, но кофе варит отлично. Если бы я заранее знала, купила бы что-нибудь, пирог бы испекла…

Райка смотрела на подругу с изумлением. Когда Марианна увела у нее мужа – это было нормально. Ну то есть не то чтобы нормально, но Марианна Райке никто. Но Геля! Геля, с которой они дружат не первый год. Геля, которая точно знает, что Райка влюблена в Анатолия… Неужели она так может?

Геля не ответила на взгляд подруги. Райка отправилась на кухню за чашкой для Анатолия, решив: пусть будет, что будет. Ангелина обрадовалась. Две минуты наедине! Сейчас она… Преданная подруга положила ногу на ногу. Офисная юбка до колена поползла вверх. Анатолий оглядел Гелю с ног до головы и как-то нехорошо улыбнулся.

– А вы, простите, кто?

– Я Геля, Раечкина лучшая подруга. Мы дружим сто лет. Правда, у меня нет детей, зато…

– Я понял-понял, – перебил ее Анатолий. – Вы худая от природы, несомненно, более интересная, бездетная, свободная и стервозная.

– Что? – Геля широко раскрыла глаза, выйдя из образа.

– Проблемы со слухом? – предположил Толя, становясь удивительно похожим на Кольку, когда тот хулиганил.

– Да вы… Да что вы себе позволяете! – возмутилась Ангелина. Она сразу решила, что такой привлекательный и явно состоятельный мужик, только увидев ее, сразу оценит, кто лучше. Впрочем, разве Райка может быть соперницей ей, Ангелине? Бред! И вот этот привлекательный…

– Рая! Меня здесь оскорбляют, – не придумала Геля ничего лучшего, когда в комнату вернулась Райка с кофе.

– Кажется, да, – ответила подруга непривычно спокойно.

– Мы с тобой дружим миллион лет. А этот, он ко мне сейчас приставал.

Райка, все слышавшая из кухни, улыбнулась:

– Он – к тебе? Ты ничего не перепутала?

Они с Анатолием переглянулись и захохотали. Ангелина покраснела:

– Я пойду.

Она думала, что сказала это гордо, но прозвучало неуверенно.

– Иди, конечно. Тебе же на работу надо!

– Да. Я тороплюсь.

Геля действительно очень быстро собралась и ушла.

– Неудобно как получилось! – Райка чувствовала себя глупо.

– Подружка у тебя своеобразная.

– Знаешь, мы с ней больше десяти лет дружим, никогда с ней такого не было!

– Было, наверное, но не о ней речь. Рая! Мне надо с тобой серьезно поговорить. У нас еще есть время?

У Райки упало сердце.

– Говори. – Она сказала это очень тихо и спокойно. Только ей ужасно было трудно сдержаться и не закричать. – Говори, времени полно, за Колькой только через два часа идти.

– Колька… – Анатолий поморщился, как от боли. – Рая! Я не могу тебя больше обманывать. Я очень хочу, чтобы мы с тобой были вместе, но, наверное, нам лучше расстаться. Я постараюсь не бывать в клубе, детские тренировки поставлю вести другого тренера.

Он сделал паузу. А Райке стало почему-то холодно, она сразу заметила серую осень за окном.

– Ну почему ты молчишь? – Анатолий почти кричал.

– А что говорить? Я все понимаю, у тебя жена, наверное, или еще что-нибудь. А про меня тебе Геля все сказала.

– Да ничего ты не понимаешь! ВИЧ у меня!

– Что у тебя? – Райка действительно не понимала.

– Ну, СПИД.

Анатолий с усилием произнес это и сел на стул. Ему было страшно. Он понимал, что через минуту до нее дойдет суть проблемы, и она его выгонит. Выгонит и больше никогда не подпустит ни к себе, ни к Кольке. Протрет всю квартиру хлоркой, выбросит посуду…

– СПИД, который болезнь? – До Райки никак не доходило.

– Да. – Анатолий встал. – Я пойду.

– И всего-то? – Райка спросила беззаботно, с улыбкой и облегчением.

– Что «всего-то»?

Анатолий даже обиделся. Он не спал уже несколько дней. Он готовился к этому, последнему, как он считал, разговору целую неделю. Потому что решил на Райке жениться. Потому что он очень хотел быть с ней. А она – «всего-то»!

– Мне уходить?

– Почему? – Райку пугало только возможное наличие жены. – Ты разве не хочешь кофе? Не останешься? Колька же скоро придет.

– Рая, у меня ВИЧ. Ты не захочешь со мной остаться, а чем дальше, тем мне труднее без тебя.

– Послушай, ну ВИЧ и ВИЧ, это же не птичий грипп, не свиной! Пошли лучше завтракать.

Райка не могла поверить своему счастью. Для нее главным было только, что он ее, кажется, не хочет потерять. Слово «любовь» она боялась произносить даже про себя.

– Птичий грипп – это у кур, свиной – у свиней. – Анатолий обиделся окончательно: все оказалось не таким сложным и страшным. – Подожди с кофе.

Он взял ее за руку, притянул к себе, поцеловал, после чего их отношения плавно перетекли из платонических в совсем другие.

Через какое-то время, уже за кофе, Райка поняла, какая она эгоистка (ведь от СПИДа даже умирают), и осторожно поинтересовалась:

– Толь, а тебе это чем-то угрожает?

– Да врачи говорят, пока нет. Ты не думай, если мы будем осторожны, для тебя это неопасно.

– Я не думаю. – Райка действительно недавно видела какую-то передачу по телевизору, в которой подробно рассказали, что СПИД – это совсем не страшно. Но самое главное, она была влюблена, и ее сейчас не напугала бы даже бубонная чума. – Но… Откуда он у тебя?

Анатолий помрачнел:

– Наркотики.

Райка совсем перестала что-либо понимать. По тому же телевизору недавно показывали наркоманов. Молодые люди со странным выражением лица, какими-то ранами на руках и ногах. Райка только что имела возможность заметить – никаких ран на теле у Анатолия нет. Так, пара татуировок.

– О чем ты думаешь? – Анатолия испугало длинное Райкино молчание.

– А ты меня не обманываешь? – недоверчиво выпалила Райка.

– В каком смысле? – Анатолий ожидал чего угодно: что она испугается, выгонит его, велит никогда больше не приходить…

– Просто я тут видела наркоманов. Ты на них совсем не похож.

– Ты же меня не видела раньше, сейчас-то я уже давно… А тогда…

– Подумаешь, видела, не видела. Не похож.

Анатолий вздохнул и пожал плечами. Не убеждать же ему Райку, что он самый настоящий наркоман и не колется какой-то год? Просто он всегда делал все аккуратно, по-умному.

– Рая, все-таки я хочу, чтобы ты обо мне все знала.

– Здорово. Тогда расскажи сначала, кто ты и откуда. То есть москвич, не москвич. Про родителей расскажи. Они здесь у тебя?

– Только мама. Еще брат есть старший.

– Ясно.

– И я москвич, но квартиру сейчас снимаю. Моя семья… – замялся Анатолий. – Не хотят они, чтобы я с ними жил.

– Ничего себе! Вы в ссоре?

– Не то чтобы. Просто от меня все устали.

– От тебя?

Райка спросила это с такой интонацией, что Анатолий ее немедленно поцеловал.

И вспомнил лицо матери после похорон отца. И ее слова:

– Не приходи больше. Лучше бы ты умер.

Анатолий тогда, еле дождавшись конца церемонии, подошел к ней.

– Мама, дай денег.

Она его, кажется, не услышала. Но Анатолию уже очень нужно было уколоться.

– Мама! – повторил он настойчивее.

Она посмотрела, как будто видела в первый раз, полезла в сумочку, достала несколько бумажек.

– Этого тебе хватит?

– Да, мамочка, спасибо. Я пойду. Я тороплюсь.

Мать посмотрела на него еще раз.

– Да. Иди. И не приходи больше, пожалуйста. Я попрошу твоего брата. Если будут проблемы – он поможет тебе.

– Хорошо, как скажешь.

Деньги уже были у него в руках, ему нужно было торопиться. Про «не приходи» мать говорила уже миллион раз. И каждый раз пускала его обратно, отмывала, отвозила в дорогую частную клинику за город.

– Не приходи больше. Лучше бы ты умер.

– Не приду. Видишь, уже ухожу.

К матери подошел брат.

– Толя, иди. – Видно было, что он с трудом сдерживается.

– Да иду-иду уже.

Он ушел, надеясь, что через несколько дней все забудется.

Но через несколько дней, когда он снова решил попросить у матери денег, его не пустила консьержка. Ладно бы консьержка, но у них в подъезде теперь работало какое-то охранное предприятие. Здоровый мужик в форме сказал:

– Не велено вас пускать. Да и некуда. Ваши замки в двери поменяли, сами съехали куда-то. Вот конверт просили оставить.

Анатолий открыл конверт – там было двадцать тысяч.

Собственно, ему и нужны были деньги. Раз их передали, что ж, он уйдет. Он же не идиот какой-нибудь. Пусть пока все остынут.

Естественно, денег хватило всего на несколько дней. На четыре дня. Потом он снова пришел.

Тот же охранник, уже с некоторым раздражением повторил:

– Парень, иди отсюда. Нет тут никого. И ключи твои не подойдут.

– Да и фиг с ними. Денег-то не оставили больше? Или ты себе взял?

– Слушай, иди по-хорошему, – поднялся из-за стола охранник.

Толя прикинул. Раньше он его бы легко сделал. А сейчас… И чувствует он себя плохо, и сил нет, и весовые категории. Этот-то здоровый, как бык, небось все время тренируется.

Анатолий сменил интонацию:

– Парень, ну дай хоть рублей пятьсот, а? Будь человеком?

– Иди, иди! – Охранник поморщился.

Анатолий еще раз подумал, не треснуть ли его чем, но трезво оценил свои шансы и решил не рисковать.

Он вышел из подъезда и мстительно бросил в дверь кусок асфальта – перед домом что-то перекопали.

Несколько дней он болтался по притонам, пробовал найти мать, чтобы попросить денег, дозвонился брату. Но тот очень сухо назвал адрес городской наркологической больницы и добавил:

– Если тебе плохо, езжай туда. Выпишешься – поговорим.

– Матери телефон дай! – попытался настоять Анатолий, но брат просто повесил трубку и больше не подходил.

Анатолий продержался еще месяц. Несколько раз звонил брату, но тот был непреклонен. Телефон матери не дал.

Через месяц Анатолий отправился в бесплатную наркологию.

Еще через два месяца позвонил брату.

– Я выписался.

Брат встретился с ним в кофейне в центре города.

– У тебя еще осталась доля в спортклубе, – напомнил он. – Хочешь – иди туда работать. Может, дури в голове меньше станет.

– А мама?

– Она не в Москве. Даже не в России. Вот ключи. Я тебе квартиру снял. Имей в виду, я твои фокусы знаю. Буду проверять.

Анатолий пожал плечами. Ладно, раз так, он сам разберется. Не первый раз. Брат как будто бы услышал его мысли.

– Имей в виду, в другой раз я и этого не сделаю. Хватит.

– Хорошо.

Анатолий не знал точно, чего он хочет, но заехал в клуб. Ребята его узнали. В больнице он немного поправился, поэтому брезгливой жалости сразу не вызвал. Позвали на тренировку. Сколько-то он продержался, потом задохнулся, разозлился. Пришел в зал на следующий день. Его никто не гнал.

Он сам не заметил, как втянулся. Даже несколько раз сходил на занятия с психологом, но быстро бросил – про жизнь он и сам все знает. Ребята, с которыми он тренировался, знали про наркотики. Десять лет так просто не скроешь. Вот про что он никому не говорил, – это про ВИЧ. В больнице сделали анализ крови, сообщили, перевели в другое отделение, посоветовали встать на учет. Но Анатолий немного подумал, попробовал понять, как себя чувствует. Силы прибавлялись. Решил, что болеть не хочет, в еще одну больницу не поедет. А уж когда начал тренироваться, объяснил сам себе, что никакие болячки ему не грозят. Есть и есть.

Был, конечно, соблазн рассказать про диагноз брату, потребовать жалости и заботы. Но в последний момент пришла мысль: вдруг брат вместо жалости и заботы просто начнет им брезговать? Как тогда быть? И Анатолий решил никому ничего не говорить. Но от Райки скрыть не мог. Она должна сама выбирать.

Правда, он прекрасно видел, что Райка в него влюблена, и надеялся, что она сделает правильный выбор. Анатолий видел, что со дня их первого знакомства Райка сказочно похорошела. И взгляд стал совсем другой – взгляд уверенной в себе женщины. Он очень боялся, что Райка бросит его сразу, как узнает, – и все-таки не промолчал.

Райкина реакция его поразила. Ей оказалось, по сути, все равно, – главное, что он рядом.

Глава 9

Оба они молчали. Райка догадывалась, что наркотики и ВИЧ – это не очень хорошо. И все-таки главное, что он не уходит. Главное, что он с ней. Главное, не другая женщина.

После длительного молчания Анатолий все-таки спросил:

– И как теперь?

Райка ненадолго задумалась.

– Думаю, если хочешь, мы могли бы… – и осеклась. Он еще подумает, что Райка навязывается.

Анатолий ждал продолжения.

– То есть если ты не против…

Ну вот, она немного подумала и решила, что лучше расстаться.

– Договаривай, – почти грубо потребовал он.

– Я просто думаю: зачем тебе снимать квартиру? То есть, конечно, мы мало знаем друг друга и все такое…

– Ты предлагаешь, чтобы я к тебе переехал? – спросил Анатолий, не веря своим ушам.

– Да.

– А как же Колька?

– Ты ему нравишься.

– И ты не боишься, что я его плохому научу. И болезнь эта…

– Но ты же не будешь его специально учить плохому? А болезнь только ведь через наркотики… – волнуясь, продолжала Райка.

– Не только, – напомнил Анатолий. – И кстати, ты тоже рискуешь.

– Мы же… – Райка хотела сказать про безопасный секс, но это у нее не выговорилось.

– Да. Но мало ли…

– Знаешь, давай об этом просто не думать, – предложила Райка.

– Рая! Ты уверена?

Райка только улыбнулась. Но улыбка немедленно сменилась ужасом:

– Толя! Через пятнадцать минут у Кольки уроки закончатся!

– И отлично! Сходим пообедать вместе.

– Вообще-то, у вас сегодня тренировка, – не без ехидства напомнила Райка.

– Забыл, – признался Анатолий. – Ну тем более: поедем на тренировку.

– Послушай, ты лучше подожди нас тут, а я за Колькой схожу. А то мне совсем не нравится, что он один ходить начал.

– Давай лучше я схожу? – Анатолию вдруг очень захотелось самому забрать Кольку из школы.

– Сходишь, но только не сегодня! Тебя наша учительница еще не знает. Не говоря о родителях всяких, – объясняла Райка уже из прихожей.

– Рая, а ты когда с мужем разведешься? – неожиданно спросил Анатолий.

– Не знаю, – отмахнулась Райка. – А что?

– Давай ты тогда за меня замуж выйдешь?

Райка посмотрела на него с удивлением:

– Ты это серьезно?

– Да. Вполне.

– Ладно, – Райка очень растерялась, но постаралась это скрыть. – Я пока все же за Колькой сбегаю.

– Хорошо, – Анатолий тоже ощутил неловкость.

Когда Райка ушла, ему захотелось сделать для нее что-нибудь хорошее – например, сходить за цветами. Анатолий уже начал одеваться, но притормозил. Где ближайший цветочный ларек, он не знает, Райка придет из школы, никого дома не будет – ей придет в голову какая-нибудь глупость… Нет, он лучше поищет, что приятного может сделать тут. Анатолий пошел на кухню. Заглянул в холодильник. Он ведь тоже может разогреть обед! Не понял, что нужно разогревать. Подошел к раковине – немытой посуды там лежало довольно много. Анатолий подумал о посудомоечной машине, но тем не менее героически приступил к мытью посуды.

Мама пришла за Колькой в последний момент. Он уже собирался уходить сам, как вчера, и его друг завистливо на него посматривал (на друга как раз повязывала шарф бабушка). Колька приятелю посочувствовал и гордой походкой самостоятельного человека направился к двери, где и столкнулся с мамой.

Сказать, что Колька расстроился, – не сказать ничего.

– Мама, ну зачем ты пришла! – не стал он скрывать своего разочарования.

– Соскучилась! – нашлась Райка.

– Вот и подождала бы дома, я бы скоро совсем сам…

– А зато так я быстрее до тебя добралась. И в магазин нужно зайти.

– Ты могла утром дать мне денег и сказать, что купить! – пробурчал Колька. Вообще-то он ни разу не ходил в магазин без мамы, но сейчас эта идея показалась ему привлекательной.

Они почти подошли к магазину, но вдруг мама вспомнила:

– Коля, а нас же дома дядя Толя ждет!

– Не дядя Толя, а просто Толя. Он так просил его называть, – напомнил Колька.

– Да, – согласилась Райка. – Но домой все равно нужно поторопиться.

Райка с Колей пришли домой и остановились на пороге.

Анатолий мыл посуду!

– Что ты делаешь? – удивилась Райка.

В кухне шумно текла вода. Анатолий не услышал, как они вошли, от неожиданности вздрогнул, уронил чашку и, вынимая осколок, порезался. Потекла кровь.

Райка, уже успевшая раздеться, подошла, выключила горячую воду, включила холодную, взяла зеленку.

– Не трогай! – Анатолий сказал это резче, чем хотел.

– Еще чего! – в тон ответила Райка.

– Толя, так больно? – вмешался Колька. – Давай мама помажет, а я подую. Я недавно коленку разбил. Тоже неприятно было, я сразу маме не дал намазать, оно потом больше болело.

Анатолий почувствовал себя совершенно беспомощным от такой заботы.

– Там же кровь! – напомнил он Райке.

– Прекрати, не мешай! – она решительно взяла его за руку, намазала порез зеленкой, немного подумала, заклеила пластырем. – Разговору больше.

– Толя! Ты что, крови боишься? – Колькины глаза от удивления стали совсем круглыми.

Анатолий уже чуть не плакал.

– Так, Николай! – Рая пришла ему на помощь. – Иди в комнату, собирайся, а то опоздаем.

Но Коля не ушел.

– Куда опоздаем?

– Как это куда? На тренировку! – напомнила Раиса.

– Вообще-то она завтра.

– Вот, я же говорил, поехали обедать! Только ты все равно переоденься! – попросил Анатолий Кольку.

– Ладно.

Когда Колька вышел, Анатолий спросил у Райки:

– А хлорка у тебя есть?

– Зачем? – не поняла она.

– Тут же, видишь, крови моей накапало. Надо вымыть, наверное.

– Чистой хлорки, конечно, нет. Но вот это, – Райка показала бутылку с моющим средством, – наверняка с ней. Судя по запаху.

– Давай.

– Ой, перестань! Ты же уже мыл посуду. Лучше я сама, – Райка улыбнулась.

– Тогда перчатки хоть надень.

– Нет у меня никаких перчаток.

Но Анатолий углядел на полке упаковку с хозяйственными перчатками и заставил Райку их надеть.

Она смыла следы крови с раковины, по его настоянию как следует протерла все моющим средством.

Вернулся переодетый Колька. Все вместе наконец отправились обедать.

Вечером Анатолий позвонил брату.

– Привет! Как дела? – начал он с обязательных вежливостей разговор.

Брат ответил, как обычно, сухо.

– Привет! Нормально. А у тебя? – По тону его было понятно, что, во-первых, от Анатолия он ничего хорошего не ждет, во-вторых, никакие чужие дела его не интересуют.

– Да тоже ничего. А как мама? Она не приехала?

– Тебе зачем? Опять денег не хватает? – начал злиться брат.

– Миша, зачем ты так? С деньгами у меня все нормально. Я просто жениться собираюсь. Хотел рассказать.

Брат воспринял это известие без восторга:

– Только этого не хватало! Она что, такая же, как ты, наркоманка?

– Она совершенно нормальная! – повысил голос Анатолий.

– Значит, идиотка, – резюмировал брат.

– Да иди ты! – не выдержал Анатолий. – Матери передашь?

– Передам. Все у тебя?

– Да.

Михаил, не прощаясь, отключился.

Анатолий ждал, что брат его хоть о чем-нибудь спросит, может быть, порадуется за него. Но, с другой стороны, и мать и Михаил считают, что отец умер из-за него. Его захлестнула жалость к себе. Ведь вот же, никто его не понимает и не понимал в семье, только Райка. И сын у нее замечательный. Что же, он, Анатолий, просто начнет все сначала. Раз они с ним так, раз он им не нужен.

На следующий день Анатолий отправился в большой торговый центр. Он решил подарить Райке какой-нибудь хороший, дорогой, настоящий подарок. Кольцо. У Анатолия были сбережения, он старался как можно реже забирать зарплату. Зашел в ювелирный магазин и столкнулся лицом к лицу с матерью.

– Мама!

Мать выглядела, как всегда, подтянутой и элегантной. За те полтора года, что он ее не видел, она успела оправиться от потерь. Взять себя в руки.

– Толя! – голос светский, как будто встретила старого знакомого. – Не ожидала тебя здесь увидеть.

– Наверное. – Анатолий подумал, что матери в ее шестьдесят никак не дашь больше пятидесяти. – Я рад тебя видеть.

Он знал, что мать никогда не была сторонницей сильных эмоций. Все детство он сомневался, любит ли его мама. Вот смотришь на Райку с Колькой, и видно – они друг без друга и дня не проживут. Мать легко с ним расставалась. Правда, справедливости ради нужно сказать, что няни у него всегда были самые лучшие.

– Ты торопишься? – спросил он, зная заранее ответ.

– Не очень. Мы можем выпить кофе. У меня есть полчаса.

– А что у тебя через полчаса?

– Косметолог.

– Понятно. Тогда пойдем пить кофе.

– Но ты ведь сюда не просто так пришел?

– Да, я хочу купить подарок. Кольцо.

– Это не самый дешевый магазин, – напомнила мать.

– Я знаю.

– Может быть, помочь тебе выбрать?

– Нет. Давай выпьем кофе, а я потом вернусь.

– Хорошо, – не стала спорить мать.

Кофейня нашлась в двух шагах. Пока ждали заказ, мать довольно равнодушно произнесла:

– Михаил мне вчера сказал, ты жениться собираешься?

– Да. То есть я собираюсь сделать предложение.

– Кто она, кто ее родители?

– Обычный человек. Обычные люди.

– Я догадываюсь. – Мать тонко улыбнулась, давая понять, что не сомневается: на хорошую партию ее сын давно не может рассчитывать. – Но, может, какие-то подробности?

– У нее гуманитарное образование, сыну восемь лет. Отличный парнишка.

– Кстати, мне звонила Олечка. Они переезжают в Штаты.

Его бывшая жена. Дочь отцовского сослуживца, та самая «хорошая партия». Ушла (и, кстати, правильно сделала), когда он первый раз лег лечиться. Он вернулся из больницы и узнал, что жена каким-то чудом успела уйти, развестись, лишить его родительских прав и уехать за границу – и все это за полтора месяца. Впрочем, сильно Анатолий не переживал, потому что укололся еще по дороге домой.

– Здорово! – Как будто ему не все равно.

– Твой сын хочет получать там медицинский диплом.

– Тем более хорошо.

Своего сына Анатолий почти не помнил и предпочитал не вспоминать.

– Ты работаешь в клубе? – сменила мать тему.

– Да. Мне все нравится.

Им обоим трудно было разговаривать. С одной стороны, очень многое хотелось сказать друг другу, с другой – каждый опасался сказать что-нибудь лишнее.

– Может, дашь телефон? – вдруг спросил Анатолий. – Деньги мне не нужны.

Мать на секунду задумалась. Старший, со всех сторон положительный, правильный Михаил взял с нее слово не поддерживать никаких самостоятельных контактов с Анатолием.

– У меня нет запасной матери, – так и сказал. – А он довел отца и тебя доведет.

– Но… – мать все-таки попробовала что-то возразить.

– Никаких «но».

– Да, записывай. – Она небрежно продиктовала новый номер. В конце концов, если Толик опять примется за свое, она просто сменит симку.

– Хочешь познакомиться с моей девушкой?

– Возможно, но не сейчас. Ты должен убедиться в серьезности своих намерений. Кстати, ты сказал ей, кто твои родители?

– Нет, – усмехнулся Анатолий.

Всю жизнь одно и то же: не приводи в дом кого попало. Мать и сейчас отличается редкостным снобизмом. Неожиданно она ответила на его ухмылку улыбкой.

– Тебе же хочется построить отношения самому, а не за счет твоей семьи.

– Сам я их уже построил.

– Что ж, очень хорошо. – Она посмотрела на часы. – Если хочешь, я могу как-нибудь зайти к вам.

– Хорошо. Будет здорово.

Но для себя он решил, что это лишнее. Ни к чему матери знакомиться с Райкой. Да и общих тем у них не возникнет.

– Я позвоню тебе, – пообещал Анатолий.

– Хорошо. Я, правда, скоро уеду в Европу на пару месяцев.

– Здорово.

– Толя, может быть, тебе переехать? – С матери вдруг спал весь светский лоск.

– Куда? – не понял он.

– Не знаю, в Штаты, в Европу… Просто подальше отсюда.

– Зачем?

Мать не стала отвечать. Снова посмотрела на часы.

– Мне действительно пора, – решительно заявила она, встала, обняла сына – и ушла.

Анатолий остался сидеть за столиком. Наверное, он все-таки это заслужил. Или нет? Почему-то представилась Райка, сходящая с ума, когда Коля пять минут идет один от школы. Анатолий вдруг почувствовал, что больше всего хочет сейчас уколоться или хотя бы выпить, что не справляется с собой. Встреча с матерью совершенно выбила его из колеи.

Он пошел к выходу из магазина, прикидывая, к кому поехать за дозой. Но тут вдруг зазвонил мобильник. Райка!

– Толя, извини, пожалуйста, ты сейчас очень занят?

– Нет, а что?

– Понимаешь, у нас такая история глупая. Колька ушел в школу и утащил мои ключи. Он же теперь просто одержим идеей самостоятельного возвращения. А я маме не могу дозвониться и из дома выйти тоже не могу. Через полчаса мне очень нужно поехать на работу. Ты не можешь сейчас к нам зайти, посидеть? Я дойду до школы, оторву Кольке голову, заберу ключи, съезжу на работу и вернусь.

В другое время, Анатолий бы и не подумал менять свои планы. Поехал бы, куда собирался. Но сегодня твердо ответил:

– Через пятнадцать минут буду. Только обещай Коле голову не отрывать.

– Это как получится! – Райка воздержалась от лишних обещаний.

Анатолий приехал и застал ее совершенно готовой к выходу. Она поцеловала его на бегу и унеслась.

Анатолий посмотрел на часы (еще и двенадцати не было) и приготовился к долгому одиночеству. Но через полчаса в замке зашуршал ключ. Вошел Колька.

– Привет! – Анатолий удивился. – А что ты тут делаешь?

– Я ключи унес случайно, – признался Колька. – Я думал, мама меня не заберет, а с последнего урока нас отпустили.

– А позвонить маме ты не мог?

– Я ключи случайно взял, а телефон случайно не взял, – опустил Колька голову.

– Тогда давай я быстрее позвоню маме, что ты уже дома, а то она с ума сойдет. Она и так обещала кому-то голову оторвать.

– Давайте, – печально вздохнул Колька. Голову мама, конечно, вряд ли оторвет, но ругаться будет.

– Рая! Коля уже пришел. – Анатолий набрал номер мамы, Коля услышал ее возмущенный голос и ретировался в свою комнату.

– Голову она тебе все-таки оторвет, – констатировал Анатолий. – Ты что, решил ее так воспитывать? Чтобы тебе одному ходить разрешали?

– Нет. То есть… Просто Макс сказал, что мне все равно одному ходить мама не разрешит.

– А ему-то мама разрешает?

– Ему тоже нет.

– Вот и смотри, что получается. – Анатолий почувствовал в себе некоторые педагогические способности. – Ему мама не разрешает – он ее слушается, а тебе не разрешает – а он подбивает не слушаться. Еще, наверное, говорит, что ты слабак.

– Говорит, – нахмурился мальчик.

– Это называется «брать на слабо», – объяснил Анатолий. – Смотри: в результате тебе ото всех попадет, но, главное, мама очень волнуется и ругается. А бабушка еще скажет, что я на тебя плохо влияю.

Бабушка как будто услышала, что про нее вспомнили, и почти немедленно позвонила в дверь.

– Добрый день, Анатолий! – она постаралась не выдать своего удивления, когда он открыл дверь. – А где Рая?

– Она на работу ушла. Сейчас уже вернется.

– А у вас, вероятно, свободный график? – спросила бабушка не без ехидства.

«Вот везет же мне сегодня на родителей!» – с досадой подумал Анатолий.

– Нет, просто у меня другие часы работы.

– Да, я все никак не привыкну. В наше время часы работы у всех были одинаковые.

Анатолий с тоской смотрел на вещавшую Анну Петровну, явно радовавшуюся возможности изложить свой взгляд на жизнь свежему человеку.

Анатолий подумал, что, раз бабушка пришла, он может со спокойной душой оставить ей Кольку и уходить. Он пойдет и уколется. Только один раз. С одного же раза ничего не будет? Точно, совершенно точно. Зато его долго не тронут никакие встречи и никакие бабушки. Он только решил дождаться хоть небольшой паузы в речи Райкиной мамы, потихоньку продвигаясь к двери. Даже хорошо, что остались деньги на карточке, что кольцо не успел купить.

Но тут нараспашку открылась дверь. В квартиру влетела Райка. Волосы растрепались, куртка расстегнулась, не хватало только помела.

– Мама, ты немножко на бабку-ёжку похожа, – испуганно выразил общее мнение Колька, выглянув на шум из своей комнаты.

Анна Петровна остановилась на полуслове. Анатолий тоже прекратил свои маневры.

– Что случилось? – обрела дар речи Анна Петровна.

Толя внимательно смотрел на любимую.

– Во-первых, я не немного похожа на бабку-ёжку. Но с тобой я потом поговорю! – грозно пообещала Райка любимому сыну. – И вообще, быстро иди в свою комнату.

Потом огляделась по сторонам.

– Мне паспорт нужен. Мы же не проверяли почтовый ящик. А там повестка.

– Какая еще повестка? – Анатолий ничего хорошего от повесток никогда не ожидал.

– Да в суд. Разводиться! И быть там нужно через час. Ты поедешь со мной? – прямо спросила она Анатолия.

– Раечка, давай лучше я! – засуетилась Анна Петровна.

– Нет, мама, – видя, что Анатолий молчит, Райка немного сникла, – я тогда лучше одна.

Ладно, в конце концов, туда он всегда успеет, не бросать же Райку!

– Рая, а почему так быстро? – взяла себя в руки поначалу ошеломленная Анна Петровна.

– Сама не понимаю. Там, кажется, Марианна как-то подсуетилась. Я позвонила Алексею, но он мне толком ничего не объяснил.

После памятного телефонного разговора Алексей и не собирался ничего объяснять.

Сначала он три дня пил коньяк. На третий день Марианна всерьез задумалась, стоит ли ей связывать жизнь с запойным алкоголиком. Когда утомленный спиртным Алексей уснул, она обошла всю квартиру, выгребла все запасы спиртного (бутылок пять получилось), немного подумала и спрятала их на балкон.

Утром Алексей проснулся с головной болью. Марианна еще спала. Он пошел на кухню, поискал в шкафчике, чем полечиться, но ничего, естественно, не нашел.

Алексей тяжело вздохнул и начал бороться с похмельем другими способами. Для начала принял контрастный душ. Когда он вышел из ванной, заботливая Марианна уже приготовила ему завтрак. К горячей свинине предусмотрительно прилагались соленые огурцы. Крепкий ароматный чай остывал в кружке. Алексей поел, попил и почувствовал себя довольно сносно. Даже голова заработала.

– Так, и что же мне теперь делать? – произнес он вслух, хотя совершенно не собирался советоваться с Марианной.

– Я думаю, заявление на развод подавать. В суд.

– Может быть, – задумчиво протянул Алексей.

А действительно, почему не подать заявление в суд? Глядишь, эта курица убедится в своей глупости, когда окончательно поймет, что потеряла. И суд опять же…

– А как это делается? – спросил он у Марианны уже заинтересованно.

– Да просто. Поедем и подадим, – успокоила любящая подруга.

– Поехали тогда, – предложил Алексей.

– Что, прямо сейчас? – удивилась Марианна.

– А чего тянуть-то?

– Просто мне кажется, тебе лучше за руль не садиться. Вдруг остановят – проблем не оберешься.

– Это точно, – не стал спорить Алексей. – Значит, поеду общественным транспортом.

Марианна поняла, что он всерьез собирается подать заявление:

– Что ты, дорогой, разве я отпущу тебя одного! Я с тобой поеду!

– Поехали. Только собирайся быстрее.

Марианна собралась в рекордно короткие сроки! Действительно, лучше не накрасить глаза, чем пропустить такое событие.

А дальше началось чистое везение. Не успели они войти в суд, как ее окликнула какая-то девушка:

– Марьянка? Ты! А что ты здесь делаешь?

Марианна обрадовалась:

– Светка! Вот радость-то! Да так, ничего особенного, – ответила она, всем видом показывая, что при кавалере отвечать не может. – А ты здесь какими судьбами?

– Понятно, – Света улыбнулась. – Я здесь работаю. Секретарем.

– Да что ты! – Вот она, настоящая удача.

– А это Алексей, мой друг. Ему развестись нужно. Поможешь?

– С тобой развестись? – хитро глянула Светка.

– На мне нужно будет жениться, – оглянувшись на Алексея, разглядывавшего стенд с образцами документов, тихонько сообщила Марианна.

– Ясненько. Зови своего Ромео, пошли, помогу документы заполнить. Но уж на свадьбу позвать не забудь.

– Не забуду, – пообещала Марианна.

Света действительно мгновенно помогла им все заполнить. И, подмигнув Марианне, поставила число разбирательства поближе.

Алексей из чистой вредности Райке звонить не стал, а повестку бросил в почтовый ящик. Почта не подвела, бумажку доставила в самый неподходящий момент.

Анатолий еще раз внимательно посмотрел на Райку.

– Так, говоришь, через сколько там быть?

Райка изучила бумажку еще раз.

– Через полтора часа.

– Это где, вроде не очень далеко?

– Да, за полчаса доберемся.

– Тогда успокойся и иди скорее приведи себя в порядок. Как на праздник, – строго приказал Анатолий. Ему понравилась Райкина беспомощность. Он ощущал себя нужным.

Райка бестолково посмотрела на него и неожиданно послушалась, побежала наводить красоту. Анатолий подошел к зеркалу, придирчиво посмотрел на себя, поправил волосы, расстегнул пуговицу на рубашке.

– Анна Петровна, – обратился он к Райкиной маме, – мне бы щеточку для ботинок.

– Надо же! Какой вы, оказывается! – промолвила потенциальная теща, разыскивая щетку.

– Какой? – Анатолия охватило вдохновение.

Но Анна Петровна отвечать не стала, только посмотрела на него очень одобрительно.

Через пятнадцать минут показалась преобразившаяся Райка. Она надела свои самые старые джинсы, прекрасно подчеркивавшие фигуру, и купленную накануне рубашку. Образ дополнял легкий макияж.

– Вот дался нам этот суд! – проворчал Анатолий. – Говорил, поехали обедать.

– Ничего, – неожиданно утешила Анна Петровна. – Сходите в суд, потом пообедаете. С Колей я сегодня посижу.

– Мама, я его еще поругать собиралась, – напомнила Райка матери.

– А с этим можно вообще до вечера подождать, – резонно заметила Анна Петровна. – Идите уже.

Райка с Анатолием переглянулись и вышли. Тем более что им действительно уже было пора идти.

– Чего это она? – недоумевал Анатолий, спускаясь по лестнице.

– Просто ты показал себя настоящим мужчиной, – развеселилась Райка.

– Почему это показал? Я и есть настоящий!

Они вышли на улицу, Анатолий подхватил Райку на руки и донес до машины. Открыл перед ней дверь:

– Прошу!

Анна Петровна с Колькой внимательно наблюдали эту сцену из окна.

– Вот, бабушка, я же говорил! Он хороший. – Колька торжествующе посмотрел на задумчивую бабушку.

– Жизнь покажет, – почему-то вздохнула Анна Петровна.

За неделю до похода в суд Марианна проснулась утром и почувствовала, что ее подташнивает. Сначала она не насторожилась – при современной жизни каждый может съесть какую-нибудь гадость вроде суши и утром чувствовать себя не лучшим образом. Но на следующий день стало еще хуже. Марианна дошла до аптеки и купила соответствующий тест. От результатов она пришла в настоящий ужас. Ребенок совсем не входил в ее планы. Озабоченная происходящим, она выпала из образа заботливой и всепонимающей девушки, идеальной подруги. Алексей, в свою очередь, быстро почувствовал разницу.

– Что это с тобой? – досадливо поинтересовался он, когда Марианна забыла налить ему чаю. После третьего напоминания забыла.

– Ничего, – резко ответила возлюбленная.

От Марианны он к такому не привык, впрочем, и от Райки тоже.

– Интересные дела. Если что случилось – рассказывай.

Алексей Сергеевич Глухов был эгоистом, а не дураком. Поэтому внимательно посмотрел на Марианну, прищурился и догадался:

– Ты беременна.

Это прозвучало не вопросом, а утверждением. Марианне ничего не оставалось, как ответить.

– Да.

Она еще даже для себя не решила, оставляет ребенка или нет, и вот, у нее нет времени даже подумать, какую тактику выбрать. Все эти сомнения внимательный Алексей Сергеевич прочел у нее на лице.

– И что ты думаешь делать? – спросил с искренним любопытством.

Марианну его любопытство оскорбило. Она старомодно считала, что возникшая проблема как минимум общая.

– Как что делать? Рожать, конечно, – с удовольствием посмотрела она на вытянувшееся лицо любовника.

Алексей Сергеевич Глухов достойного ответа не нашел.

А Марианна на нервной почве начала есть. Хорошая фигура была результатом постоянных ограничений. В связи со сложившимися обстоятельствами о спорте ей пришлось забыть – не было ни времени, ни сил. Думать о диете тоже не получалось. Марианна точно не знала, сколько килограммов она наела за последнюю неделю, а сколько – с момента, когда они с ненаглядным Лешенькой поселились вместе.

Но утром, собираясь с ним в суд (не отпускать же его одного, война-то еще не кончена?), Марианна обнаружила, что не может надеть любимые черные брючки, они просто не застегивались. Та же неприятность случилась с короткой джинсовой юбочкой.

С трудом Марианна отыскала какие-то старые трикотажные штаны, сверху приспособила просторную тунику. Ее красивенькая курточка сидела на ней отвратительно. Но, главное, женщина чувствовала себя совершенно несчастной, неуверенной в завтрашнем дне. И нелюбимой. Она понимала, что Глухов остается с ней, только не желая лишних разговоров и проблем на работе. И если раньше, до беременности, ее это даже устраивало, то сейчас несказанно задевало. Марианна потихоньку начала понимать, что чувствуют разлюбленные жены, и, надо сказать, это ей совсем не понравилось.

Около кабинета судьи Марианна и Алексей остановились. Райки не было. Только в конце коридора стояла какая-то девушка с модной короткой стрижкой. Сопровождал ее спортивный мужик, увидев которого Марианна вдвойне ощутила себя некрасивой и никому не нужной.

– Опять она опаздывает, – проворчал Алексей. Он все больше понимал, что Райка, кажется, разводится с ним всерьез.

Но тут незнакомая девушка подошла к нему:

– Привет! Нам уже сейчас идти?

Марианна про себя ахнула. Алексей ойкнул вслух.

– Я тебя не узнал. Ты так выглядишь…

А Райка просто была совершенно счастлива и уверена в себе. Изменившаяся фигура и прическа просто прилагались к этому состоянию как приятные бонусы.

– Пойдем, – Райка улыбнулась.

– Кто это с тобой? – спросил Алексей ревниво, когда они зашли в кабинет, оказавшийся небольшим залом, заполненным стульями.

– Знакомый.

– Просто знакомый? – не поверил Алексей.

– Нет. Не просто, – улыбнулась почти бывшая жена. – Леша, я же не спрашиваю тебя, кто такая Марианна. Кстати, почему она такая бледная?

Алексей нерасчетливо решил сделать Райке больно:

– Это пока секрет. Но вообще-то у нас будет ребенок.

Но счастливая Райка хотела, чтобы всем было хорошо.

– Вот здорово! – искренне сказала она.

Алексей хорошо ее знал: он даже и сомневаться не мог, что жена и вправду радуется. Может, она ненормальная?

– А кто он все-таки?

– Тебя действительно это интересует?

– Он же теперь с моим сыном общается! – пафосно произнес Алексей.

Райке совсем не хотелось затевать ссору, поэтому она мирно ответила:

– Он занимается бизнесом.

– Понятно. – Алексею было ничего не понятно, но тут вошла судья.

Бумаги благодаря подруге Марианны были заполнены правильно. Процесс занял всего несколько минут.

– Вы почему на алименты не подаете? – сурово спросила судья у Райки.

– А зачем? – искренне удивилась та.

– Как это «зачем»? Потом будете к нам ходить, требовать.

– Да что вы, зачем! Алексей нам будет помогать, если сможет. И вообще, у него в другой семье скоро ребенок будет.

Судья тоже посмотрела на Райку как на ненормальную.

– То есть у вас нет никаких имущественных и других претензий друг к другу?

– Конечно, нет! – отвечала Райка.

У Алексея как раз была куча претензий. Например, почему с ним она не выглядела такой же… светящейся.

Об этом же думала в коридоре Марианна. Сравнила себя с Райкой и пришла к выводу, что соперница (а как еще прикажете называть бывшую жену будущего мужа?) за последнее время сказочно похорошела. При этом сама Марианна несомненно подурнела. Марианна еще немного подумала и пришла к выводу, что все дело, конечно же, в Алексее. Это из-за него женщины становятся такими – несчастными на вид. Вон и этот мужик на нее даже не смотрит. А еще месяц назад разве бы он смог пройти мимо такой женщины, как она? Да ни в жизни!

Марианна чуть не заплакала. Еще какой-то месяц назад она считала себя умной, успешной. Теперь что ж? Теперь она через год станет такой же, как Раиса. И какая-нибудь молодая и красивая… Ой! Марианне стало так страшно, что она даже думать об этом дальше не стала.

Тут, к счастью, вышли Райка с Алексеем. Райка, приветливо кивнув Марианне, тут же убежала со своим красавцем.

«Конечно, – подумала Марианна. – Она теперь всю жизнь должна быть мне благодарна! Если бы не я, так бы и осталась такой… чучелом таким».

Алексей со злым лицом напряженно что-то обдумывал. Когда они вышли на улицу, его ждал очередной удар. Машина у мужика была дороже. Классом выше. Алексей, как и некоторые другие менеджеры, прекрасно разбирался в этих признаках успеха. У нового Райкиного мужика, помимо уверенности, еще и с бизнесом все хорошо. Да, она точно не вернется. То есть ей возвращаться и не надо: Алексея обратно она точно не пустит.

Глухов направился к своей машине. Краем глаза увидел, как мужик заботливо усадил Райку на переднее сиденье.

Скрипнув зубами, открыл дверцу Марианне:

– Садись, поехали.

– Домой? – с тоской спросила Марианна.

– Нет. В магазин.

– В какой? – В другой момент Марианна бы оживилась. Но сейчас она не сомневалась, что Алексей захочет ехать в винный.

– В ювелирный. Кольцо тебе покупать.

Марианна подумала, что ослышалась.

– Кольцо? Мне? Какое?

– Обручальное, какое же еще. – Алексей недавно смотрел кино и точно знал: теперь кольца дарят задолго до свадьбы, еще когда делают предложение. Вот он женится на Марианне, и Райка еще узнает. Что именно Райка узнает, он не додумал.

Марианна оживилась, достала пудреницу и решила, что теперь будет покупать женские журналы для семейных дам. Возможно, там найдутся полезные советы и для ее непростой нынешней ситуации.

Глава 10

Анатолий спросил Райку:

– Как прошло?

– Нормально, – пожала она плечами.

– Ты очень расстроена?

– Нет. Скорее всего, нет. – Райка задумалась. – Понимаешь, у нас довольно давно все было так… Формально.

– Я не эксперт в семейной жизни, – признался Анатолий.

– Я, наверное, тоже.

Анатолий резко затормозил у небольшого магазинчика.

– Пойдем. Я уже несколько дней хочу что-нибудь тебе подарить.

– Ой, давай лучше сначала пообедаем? А то я даже не завтракала.

– Рая, я хотел с тобой серьезно поговорить.

– Опять? – ужаснулась Райка.

– Я просто хотел тебе предложить… Выходи за меня замуж!

– Ты это серьезно? – Райка не ожидала такого развития событий.

– Совершенно. Я хочу, чтобы ты была моей женой. Согласна?

Райка согласилась. А много женщин на ее месте отказались бы?

Они вернулись домой поздно вечером, когда Колька уже спал. Анна Петровна убедительно делала вид, что все время смотрела телевизор.

Анатолий очень хотел остаться. В частности, потому что понимал: если сейчас уйдет, ничем хорошим это не кончится.

Райка показала маме кольцо:

– Мама, Анатолий сделал мне предложение.

– Вот как? – Анна Петровна тоже не ожидала такой стремительности. – И ты?

– И я согласилась.

– Что ж, поздравляю вас. – Анна Петровна не знала, как на все это реагировать. Слишком уж быстро все получилось. – Анатолий, вы меня не проводите? А то уже темно, поздно, – попросила она.

– Ты вернешься? – спросила Райка, пока мать надевала ботинки.

– Вернусь. Мы же должны это отметить.

На улице Анна Петровна не сразу придумала, как начать разговор:

– Анатолий, а вам не кажется, что все как-то очень быстро? Вы уверены в своем решении?

– Быстро. Но я уверен. Я люблю Раю. – И он абсолютно верил в собственные слова.

Анна Петровна услышала его уверенность.

– Тогда я очень рада, – ответила она (сама она очень во многом сомневалась, но понимала, что дочь ее сейчас не услышит).

Развод состоялся быстро и благополучно. Уже через месяц Райка стала свободной женщиной.

Анатолий, с полного одобрения мамы, переехал к Райке еще раньше, Колька тоже был доволен. Потому что, во-первых, мама все время добрая и красивая, а во-вторых, ему ужасно нравилось обсуждать с маминым другом свои спортивные планы и особенно будущие победы. А еще Анатолий, которого тайком от мамы он давно называл Толяном, показывал после тренировок всякие хитрые приемы, помогавшие побеждать даже страшных шестиклассников. В общем, жизнь казалась Коле приятной и безоблачной.

Как только Райка поставила в паспорт печать о разводе, Анатолий поволок ее подавать заявление в загс. Райка не считала это обязательным. Они жили вместе, вместе ходили на работу, ей было вполне достаточно (после развода ко всяческим штампам она относилась равнодушно). Но будущий муж настаивал, а спорить Райка смысла не видела.

Незадолго до свадьбы Анатолий решил позвонить матери:

– Мама, здравствуй! Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. Здравствуй! – голос звучал суховато: мать, вероятно, не верила, что сын может звонить просто так.

– Мама, я тут жениться решил. Ты придешь на свадьбу? Это через неделю. Но мы планируем все очень скромно, – последнюю фразу Анатолий добавил специально, чтобы мать снова не подумала про деньги.

– Не уверена. Я еще не в России, – как всегда, она не сказала точно, где находится.

Анатолий это услышал.

– Я понял, мама. Что же, очень жаль.

Но звонок его все же имел некоторые последствия, о которых сам Анатолий, впрочем, никогда не узнал.

Райка выходила из клуба. Она заехала утром потренироваться – свои тренировки она давно с Колькиными не связывала, сына она спокойно отпускала с Анатолием. Райка доверяла будущему мужу, а мальчик, кажется, был в него просто влюблен. Сегодня Райка была в прекрасном настроении: и зеркало, и весы с утра старались сделать ей приятное, Лена похвалила, очередную работу она доделала… И до свадьбы осталось всего несколько дней. Неожиданно к ней подошел незнакомый мужчина:

– Раиса!

– Да. – Райка теперь ждала от жизни только хорошего, поэтому совсем не испугалась.

– Меня зовут Михаил.

– Очень приятно.

– Надо же, я представлял вас немного другой.

На это заявление Райка даже отвечать не стала. Ей было непонятно, с какой стати посторонний человек ее вообще представлял.

– Вы на днях выходите замуж.

Райка кивнула:

– Простите, но я тороплюсь. – Никуда она особенно не торопилась, но этот мужчина начал чем-то ее раздражать.

– Вы выходите замуж за моего брата. – Он явно хотел насладиться произведенным эффектом. Но если бы Михаил знал Райку лучше, то понял бы, что это пустое желание.

– Отлично, – только и сказала она.

– А вы все про него знаете?

– Думаю, что все никто ни про кого не знает.

– Но про наркотики он вам рассказал?

– Да. А почему вас это беспокоит?

– И про то, что у него уже была жена, которая от него ушла?

– И про это.

– А про меня он вам ничего не рассказывал?

– Почему? Рассказывал. – Райка оставалась совершенно спокойной, нервничать начинал Михаил. – Рассказывал, что у него мама и брат, с которыми у него не очень получаются отношения.

– А почему? – повторил Михаил.

– Послушайте! – Райке надоел этот разговор. – Чего вы от меня хотите? – Ей удалось задать вопрос с вежливой интонацией.

– Я хотел убедиться, что вы хорошо понимаете, что делаете.

– Понимаю. До свидания. Надеюсь, вы придете на нашу свадьбу? – Райка не хотела портить отношения с новым родственником.

– Вряд ли. Но если вы все понимаете, то, наверное, понимаете, что вам ничего не достанется.

Райка остановилась.

– Чего мне не достанется? – не поняла она.

– Квартиры, дачи, денег.

– С вами точно все в порядке? – мягко спросила Райка Михаила.

– Со мной? – Как и некоторые другие малознакомые люди, он встал в тупик от ее логики.

– С вами. Квартира у меня есть. Дача тоже. Да и денег хватает. У вас остались еще вопросы?

– Да. – Михаил совершенно растерялся. – Вы сумасшедшая?

– Почему? – не очень удивилась Райка: спасибо Марианне, удивить ее теперь вообще было трудно.

– Вы хотите сказать, что выходите замуж за моего брата-наркомана просто так? И не знаете, что у него есть?

– Я знаю, что, кажется, вы его не знаете, – уверенно сообщила Райка.

– А кем был наш отец, Анатолий вам рассказывал? – не успокаивался Михаил.

– Рассказывал, что хорошим человеком.

– Он был преуспевающим адвокатом. – Михаил вдруг поверил, что Райка не хочет никаких денег, но остановиться уже не мог. – Я тоже адвокат. И поверьте, если вы вздумаете со мной судиться…

– Кошмар!

Райка, как обычно, представила: вот она вышла из спортивного клуба, дома ее ждет интересный перевод, с сайтом тоже работать очень нравится, Толик получает явное удовольствие от тренировок и занятий с детьми. А этот его брат… Похоже, он сам в своих судах немножко помешался. С сумасшедшими нужно общаться спокойно.

– Вот именно. Если попробуете судиться…

– Да я не об этом! – вздохнула Райка. – Такой день хороший. Птички, правда, не поют, зима все-таки. Хотя, вы не знаете, снегири поют?

– Не знаю. – Михаил был опытным адвокатом, но от общения с Райкой действительно начинал сходить с ума. Вот при чем тут снегири?

– Видите! – Райка обрадовалась. – День такой хороший, а вы все про суды какие-то. Может, вам работу поменять на что-нибудь более приятное?

– Мне – что?!

Михаил не верил своим ушам. Он собирался твердо поговорить с этой бабой, разобраться в происходящем. Если она не знает, что собралась замуж за наркомана, – отговорить ее. Если знает, но рассчитывает на долю в наследстве, семейном бизнесе, просто на что-нибудь, – объяснить, что ловить нечего. Оказалось, она все знает и ни на что не рассчитывает. Михаил много общался с людьми и видел, что Райка не врет. А уж это предложение сменить профессию – вообще за гранью.

Воспользовавшись его замешательством, Райка продолжила:

– Вы все-таки приходите на свадьбу, если сможете. А Анатолию я не скажу, что мы разговаривали. Не беспокойтесь.

Пока Михаил искал достойный ответ, Райка улыбнулась ему и просто ушла.

Михаил сел в свою машину и за неимением лучшего собеседника сообщил водителю:

– Этого просто не может быть.

Водитель на всякий случай пожал плечами:

– Все бывает.

А Райка, расставшись с Михаилом, быстро выбросила из головы неожиданную и не самую приятную встречу. Главный вывод, который она сделала, – семья у Толи не лучшая, странная семья. Ну и ладно. Сами как-нибудь проживут.

Свадьба прошла чудесно. Родственники Анатолия не приехали, но прислали корзину цветов и сертификат на романтическое трехдневное путешествие в Париж.

Со стороны Райки присутствовали Анна Петровна и Колька. Райка позвонила Геле, но та отказалась прийти. Даже не стала придумывать никакого предлога. Просто ответила:

– Мне не нравится твой жених, я не приду.

– Ладно, – легко согласилась Райка.

Зато пришли ребята из клуба. Тренер Лена, главный менеджер – но это были уже их общие гости. Собственно, им и приходить-то никуда не пришлось. Просто клуб закрыли на день, все и собрались прямо там.

Анну Петровну немного удивило и насторожило отсутствие спиртного, но она быстро успокоила себя тем, что спортсменам алкоголь нельзя.

Райку такие мелочи вообще не волновали. Детское шампанское по цвету и пузырькам от взрослого мало чем отличается, зато от него утром голова не болит.

А Кольке вообще все понравилось. Он в первый раз в жизни был на свадьбе и пришел к выводу, что это очень веселый праздник – в отсутствие посетителей в клубе можно было делать все что душе угодно. Чем он немедленно воспользовался и чуть не сделал маме особенный подарок, попытавшись свалиться со специальной стенки, на которой тренируются скалолазы. К счастью, Лена увидела его раньше, чем он успел залезть слишком высоко. Омрачило Колькино торжество лишь то, что на следующий день в школе ему никто не поверил, сказали, что таких свадеб не бывает.

Но долго он не расстраивался: приближались зимние каникулы, а с ними – его первые в жизни соревнования. Колька был поглощен подготовкой к ним. Он даже уговорил Анатолия заниматься с ним дома каждый вечер.

Чуждая спортивному азарту Райка, поглядев на их занятия, как-то спросила:

– Ребята, а вы уверены, что это честно?

– Почему нет? – Анатолий удивленно посмотрел на нее.

– Но ведь все остальные не могут тренироваться так, то есть с тренером.

– Рая, я хочу, чтобы он выиграл. Тренироваться каждый день при желании может каждый.

– Но…

– Давай просто не спорить.

– Толя, но… – Райка не хотела с ним спорить, но дело касалось ее сына.

– Коля, пойди в свою комнату. – Анатолия Колька слушался беспрекословно. – Рая – это спорт. Я не подсуживаю ему, а обучаю. И он работает. И получит совершенно честный результат. Потому что больше работает.

– Но ведь другие дети…

– Другие дети могут тренироваться с компьютером, с родителями. Я не хочу с тобой ссориться.

Райка согласилась с ним, но что-то в его рассуждениях все равно казалось ей неправильным.

Она попыталась поговорить с Колькой:

– Коля, это здорово, что ты много тренируешься, но ведь соревнования должны быть честными.

– А что нечестного в том, чтобы тренироваться больше других? – удивленно спросил Колька.

– Но ведь ты с тренером тренируешься, а у других ребят нет такой возможности.

– Мама, но вот, например, Сашу из нашей школы тетя математике учит, у него одни пятерки. Ты со мной английским занимаешься. Это все тоже нечестно?

– Нет, но это немного другое.

– Не понимаю почему. Мама, я очень хочу выиграть.

– Да, – вздохнула Райка. Ей не удавалось объяснить сыну, что не так. Возможно, потому, что до конца она и сама этого не понимала, просто чувствовала какую-то неправильность в происходящем.

Сомнения разрешила Анна Петровна.

– Рая, ребенок работает, старается. Не сидит у компьютера или телевизора, по улицам не шляется. Вроде бы и сил у него пока хватает. Вот чем ты недовольна? Он же не просто так результат хочет получить.

Анна Петровна относилась к Анатолию сдержанно, но его желание заниматься с внуком не могло ей не нравиться.

– Вот если кто не знает, чего хочет, то это ты, Рая!

Рая не стала спорить с матерью.

Соревнования Колька выиграл. Счастливый, он показывал маме и бабушке медаль и кубок, теребил Анатолия:

– Смотри, я выиграл! Мама, я теперь еще больше буду тренироваться. Я все выиграю. Вот увидишь!

Райка радовалась за ребенка, но заметила, что Анатолий нахмурился, вышел из зала. Передав Кольку гордой бабушке, Райка вышла за мужем.

– Чем ты расстроен? – спросила она. – Ты ведь тоже хотел, чтобы он выиграл.

– Да нет. Просто я тоже когда-то… А теперь вот пацанов тренирую.

– И, кстати, прекрасно это делаешь. – Райка поцеловала его.

– Да, наверное.

– Толя, я совсем не разбираюсь в спорте, но, по-моему, в нашем возрасте в соревнованиях уже не участвуют.

– Ты, как всегда, права, – согласился Анатолий, но как-то грустно.

На душе стало неспокойно, но она постаралась отогнать тревогу.

Райка привыкала быть счастливой, и все-таки временами ей становилось страшно. Уж слишком все было хорошо. Они не ссорились, ничего не выясняли, занимались любимым делом. В глубине души женщина не сомневалась, что за таким затишьем должна последовать сильная буря. Боясь ее приближения, она еще раз прочитала про ВИЧ-инфекцию все, что удалось найти. Узнала о необходимости регулярных обследований. Попробовала поговорить с мужем:

– Толя, я тут прочитала про ВИЧ. Оказывается, тебе регулярно нужно сдавать анализы, лекарства какие-то пить.

Анатолий промолчал.

– Толя, ты меня слышишь? – попробовала Райка быть настойчивой.

– Рая, послушай: я не хочу болеть, не хочу лежать.

– Вот и я про то же. Смотри, я целый сайт нашла. Тут написано, что и как нужно делать.

– Мало ли что и где написано! – повысил голос он. – Это мое здоровье. Я сам решаю, что мне с ним делать!

– Нет.

– Да! – Анатолий уже кричал. – Ты не можешь мне диктовать, что мне делать. Боишься жить со мной, так и скажи!

– Вы чего? – Испуганный и удивленный Колька незаметно вошел в комнату и смотрел на них во все глаза.

– Коля, иди к себе, пожалуйста, все в порядке. Мы немного поспорили, и только.

– Но ты плачешь! А Толя кричит! – Колька испугался не на шутку.

Анатолий молча смотрел в окно. Райка подошла к сыну, обняла его.

– Все действительно в порядке. Просто мы по-разному смотрим на некоторые вещи. Ты ведь тоже иногда ссоришься с друзьями! – мягко объяснила она сыну. – Мы сейчас договорим, и я к тебе приду, – пообещала она.

– Мы его напугали, – заметила она с упреком.

– Это ты начала! – Муж не собирался уступать.

– Но ведь обследоваться действительно нужно. Вот, почитай сам! – Раиса не теряла надежды добиться хоть какого-то понимания.

– Я не хочу жить инвалидом. – Толя больше не кричал, говорил тихо. – И ты в любой момент можешь от меня уйти.

– Послушай, я же совершенно не об этом! – теперь голос повысила Райка. – Я хочу, чтобы с тобой все было в порядке.

Анатолий неожиданно подхватил ее на руки.

– Со мной все в порядке, – пропел он.

Колька снова появился на пороге, привлеченный новым необычным шумом.

Анатолий поставил Райку на пол, схватил Кольку, посадил к себе на плечи.

– Со мной было, есть и будет все в порядке, – продолжал он петь.

Но его взгляд оставался серьезным. И тревога наступала все сильнее. Райка почти перестала спать по ночам. Тайком даже проконсультировалась с врачом, но тот не был специалистом по ВИЧ, ничего сказать не смог, повторил только то, что Райка и так читала:

– Нужно обследоваться.

Райка только криво улыбнулась. Она видела, что с Анатолием что-то происходит, замечала, что он очень напряжен, все время пытается не сорваться.

Она попробовала еще раз поговорить с ним:

– Толя, мне кажется, ты очень устал. Может, тебе взять отпуск? Отдохнуть.

– Я тебе надоел?

– Нет, конечно! Не говори глупости! – Райка рассердилась. – Просто я вижу, что ты очень беспокоишься из-за чего-то.

– Да что ты видишь! – Анатолий произнес это так грубо и пренебрежительно, что у Райки брызнули слезы из глаз.

– Извини. Я не хотел, – опомнился Анатолий. – Мне очень тяжело сейчас.

Если бы Анатолий мог объяснить, что ему с каждым днем все больше хочется уколоться? Но он не представлял, как сказать Райке об этом. И злился на нее, потому что она не понимает всех его проблем. А жена видела его раздражение и напряжение, но списывала все на рабочие проблемы. Она знала, что после Нового года в клубе стало меньше посетителей, и считала именно это причиной всех неурядиц. Райка искала слова, надеялась его успокоить, заразить своим терпением. Но Анатолий все чаще стал покрикивать и дома.

Как-то она заглянула на тренировку и обомлела. Раньше мягкий, терпеливый Анатолий теперь исключительно орал на детей. В какой-то момент Райка просто испугалась, что он ударит воспитанника. Она посмотрела на Колю и увидела, насколько он расстроен непонятным поведением своего любимого старшего друга.

После тренировки они вместе пошли домой. Анатолий объяснил, что у него какие-то дела, и остался в клубе.

– Мама, почему люди меняются? – Колька сам начал разговор, на который Райка не решалась.

– По разным причинам. Например, у взрослых людей бывают какие-то неприятности. Тогда они часто становятся сердитыми и раздражительными. Не потому, что злые, просто так получается.

– У Толи неприятности? – грустно спросил Колька. – Он в последнее время такой злой.

– Он же взрослый человек. У него много проблем.

– А когда они кончатся?

– Я не знаю, – честно призналась Райка. – Но, думаю, это пройдет. Мы же с тобой точно знаем, что он на самом деле хороший.

– Да. – Колька вдруг резко сменил тему: – Мама, а ведь совсем скоро уже и весна! Восьмое марта!

– Скоро! – Райка обрадовалась, что Колька немного повеселел.

– Мама, а как ты думаешь, цветы – хороший подарок для девочки?

– Думаю, отличный! Открытка тоже подойдет. Или небольшая мягкая игрушка. Мы вместе с тобой выберем, если захочешь.

Райка говорила с Колей, а сама думала: может, Восьмое марта что-нибудь изменит? Анатолий будет ее поздравлять, немного расслабится, расскажет, что с ним происходит.

Глава 11

Но Восьмого марта начались те самые настоящие проблемы, приближения которых Райка ждала и боялась.

Начиналось все на удивление хорошо. Анатолий и Колька с утра сбегали за цветами, подарили ей красивые сережки. Райка видела, что напряжение спало, Анатолий стал спокойнее. Правда, показалось, будто от него немного пахнет спиртным, но Райка решила, что ей почудилось. Втроем сходили поздравить с праздником Анну Петровну. Колька остался у бабушки, чтобы ей было не скучно в праздник, а супруги решили устроить себе романтический день.

К обеду Анатолий неожиданно поставил на стол бутылку шампанского. Райка удивилась:

– Ты же говорил, что тебе совсем нельзя спиртное.

– Рая, мало ли что я говорил! Праздник же праздновать нужно. Какая же романтика без шампанского!

И налил себе полный фужер.

– Может, не надо? – попыталась его остановить она.

Но Анатолий только сверкнул на нее глазами и выпил шампанское залпом, как водку.

Потом налил Райке.

– Попробуй.

Сам вышел в коридор, вернулся с бутылкой водки. И налил ее себе в тот же бокал, из которого только что выпил вино.

– Что ж, за любовь! – он чокнулся с Райкиным фужером, стоявшим на столе. – Улыбнись! Первый весенний праздник.

После этих слов Анатолий так же залпом выпил полный бокал водки.

Райка окаменела. У нее не было никакого опыта общения с алкоголиками. Бедная женщина даже представить себе не могла, что будет дальше.

Но ничего плохого не произошло. Анатолий улыбнулся:

– Да расслабься ты! Все в порядке! Я не буйный. Просто посидим, поболтаем, потанцуем. Попробуй шампанское. Тебе понравится.

Райка, не желая его раздражать, попробовала, но вкуса почти не ощутила.

– Ну как? Тебе нравится?

Анатолий выпил еще водки и сделался очень веселым, оживленным.

– Смотри, какая ты у меня красавица, умница. Какие мы с тобой счастливые!

Райка заметила, что водки осталось меньше, чем полбутылки.

– Толя! Тебе действительно уже хватит!

– Райка, перестань! Не порти праздник. Хочешь, пойдем, погуляем. Или на машине покатаемся.

Райка представила Анатолия пьяным за рулем и пришла в ужас.

– Давай лучше дома останемся! – предложила она.

Анатолий налил себе еще водки.

– Давай. Отличная идея.

Он не остановился, пока не выпил всю бутылку. После водки потянулся за остатками шампанского.

– Тебе же плохо будет! – пыталась его урезонить жена.

– Мне уже хорошо, а будет еще лучше, – еле выговорил Анатолий, допивая последний бокал. Неожиданно глаза его закрылись, голова упала на грудь.

Райка посмотрела на часы. И восьми вечера нет. Отлично, очень романтично! Она немного подумала, приподняла Анатолия, что-то бормотавшего во сне, перетащила его на диван. Потом позвонила матери:

– Мамочка, как у вас дела?

– У нас – прекрасно. Зашла Наталья Ивановна с внучкой. Колька играет с ней. Мы празднуем. А вы как?

– У нас тут небольшая проблема. У Толи неожиданно температура поднялась. Тридцать восемь, грипп, мне кажется. И голос как-то сразу пропал. Оставишь у себя Кольку, пока он не выздоровеет?

– Конечно! – встревожилась бабушка. – Главное, чтобы ребенок не успел заразиться! Я ему сейчас витаминов дам.

– Мама, ты не беспокойся! Они в последнее время не так уж много вместе были, у Толи работа накопилась. Я думаю, Коля не успел ничего подцепить.

– Хорошо. Витамины я ему все равно дам!

– Ладно, от витаминов хуже не будет.

Анатолий проспал до шести утра. Проснувшись, сразу разбудил Райку.

– Рая, у нас со вчера ничего не осталось?

– Ты о чем? – Райка искренне не поняла вопроса.

– Водки там или хоть шампанского! – разозлился он на ее непонятливость.

– Нет, конечно, ты же все выпил! – напомнила Райка.

– Рая, мне плохо!

Анатолия действительно трясло.

– Давай я тебе чаю заварю, с медом.

– Да засунь ты себе этот мед! – взорвался Анатолий. – Иди, в магазин сходи!

– В какой еще магазин? Шесть утра.

– У тебя круглосуточный супермаркет под окнами! – орал он. – Сходи и принеси водки, две бутылки.

– Ты с ума сошел! – перепуганная Райка смотрела на него с ужасом.

– Да прекрати ты пялиться на меня! Пойдешь в магазин?

– Нет, – решительно отказалась Райка.

– Ну и ладно. Сам схожу.

Анатолий неожиданно успокоился, быстро оделся и ушел. Вернулся через полчаса. В пакете звенели три бутылки водки, одну, открытую, он держал в руках и по дороге уже отпил из нее около трети.

– Рая, ты извини. Я тут тебе нагрубил, я не хотел. Просто плохо же.

– Ты сошел с ума. – Райке казалось, что попала в кошмарный сон.

Анатолий снова отпил из горлышка:

– Да брось! Что ж, мужику уже и расслабиться нельзя?

Он выпил еще немного, потом заснул. Проснувшись, снова сразу выпил. Так продолжалось целую неделю. Райка не представляла, что делать. Ей было не с кем даже посоветоваться.

В клубе она подошла к Андрею:

– Андрей, знаешь, Анатолий гриппом заболел.

С Андреем они подружились, он ценил ее работу с сайтом, несколько раз предлагал получить сертификат инструктора.

Андрей посмотрел странно:

– Гриппом? Ты уверена?

Райке ужасно захотелось поделиться с ним, пожаловаться, попросить совета, но ей показалось, что этим она предаст мужа.

– Уверена, – твердо ответила Раиса.

Андрей вздохнул.

– Как знаешь. Если что понадобится – скажи. Тренировки я пока за него сам проводить буду. Кстати, у сына твоего первенство скоро. Ты приводи его каждый день.

– Спасибо, – поблагодарила Райка.

Андрей еще раз тяжело вздохнул:

– Не за что!

Сама она старалась поменьше появляться дома. Несколько раз пыталась отнять у Анатолия бутылку, но это приводило к скандалам, угрозам. Кольку она оставила у бабушки, объяснив, что грипп у мужа продолжается.

На седьмой день Райка почувствовала, что скоро сойдет с ума. Возвращаясь домой вечером, она готовилась к решительному разговору. Но Анатолия дома не оказалось.

В конце этой, удивительной по количеству выпитых бутылок недели Анатолий загадочно исчез, оставив записку:

«Рая, я уехал в командировку. Буду через несколько дней».

Райка точно знала, что никакой командировки нет и быть не может – работают-то они практически вместе. Она как будто заледенела. Сходила домой, забрала у мамы Кольку, объяснила так:

– Представляешь, человек болен, едва поправился, а ему пришлось на какие-то соревнования ехать, проверять что-то, как подготовились.

Анна Петровна отметила про себя нерадостное состояние дочери, но лишние вопросы задавать предусмотрительно не стала.

Колька, пока собирались, молчал, но спросил, не успели они выйти из подъезда:

– Мама, а что, Толи правда дома нет?

– Правда. А почему ты спрашиваешь?

Коля пожал плечами, совсем как Анатолий:

– Я подумал, может, он просто болеет, соскучился, вот вы и решили меня забрать. А бабушке сказали про командировку какую-то, просто чтобы она не беспокоилась.

– Нет, солнышко, – Райке не хотелось его разочаровывать. – Толя, конечно, без тебя очень соскучился. Но он ни за что не хотел заражать тебя гриппом.

– Мама, а на какие соревнования он уехал?

– Я не поняла, какие-то взрослые. Куда-то в Саратов, кажется.

Почему ей пришел в голову Саратов?

Колька немного помолчал и уже у самого их дома вдруг задал неожиданный вопрос:

– Мама, он от нас ушел, да?

– Почему? – Райка испугалась. Такого даже она не придумала. – Никуда он не ушел, просто по делам надо съездить человеку. Придем домой – увидишь, его зимняя куртка висит. Все в порядке.

Не успели они войти в квартиру, Колька кинулся бегать по всему дому и проверять, какие вещи оставил Анатолий. Оказалось, довольно много. Не только зимняя куртка, но и ботинки, несколько рубашек, даже ноутбук ждали хозяина на своих местах.

– Вот видишь! – сказала Раиса сыну с уверенностью, которой совсем не ощущала. – Он действительно уехал по делам. И скоро вернется.

– А когда? – с надеждой и желанием верить маме спросил мальчик.

– Через несколько дней, – обтекаемо ответила Раиса.

Анатолий ей ни разу не позвонил. Но вернулся еще через неделю немного хмурый, зато трезвый и очень деловитый.

– Где ты был? – не успев открыть дверь, накинулась на него Райка. Ей изменило обычное спокойствие.

Колька выскочила из своей комнаты и исполнил какой-то дикарский танец:

– Ты приехал! Приехал! Приехал! А я первенство выиграл!

– У меня были дела! – сообщил Анатолий Райке. – Поздравляю, – мимоходом сказал Кольке, потрепал мальчика по голове, даже подбросил его вверх.

Колька был доволен, но Райка заметила, что Анатолий делает все как-то не по-настоящему. Равнодушно.

– Иди, боец, телевизор посмотри! – отправил он Кольку в свою комнату. Правда, Колька и не возражал. По телевизору показывали очередную серию «Гарри Поттера».

– Толя, объясни мне, что происходит! – При сыне Райка сдерживалась, но как только он ушел, дала себе волю.

– Ничего, – скупо ответил Анатолий.

– Но ты же уехал! Ничего не сказал. Даже не позвонил. И мобильный твой был выключен.

– Я записку оставил. А мобильный потерял.

– Толя, ты меня обманываешь! Если потерял, мог купить новый, дешевый совсем какой-нибудь.

– Рая! Я вернулся! – с раздражением пробурчал Анатолий.

– Ты что, не понимал, как я беспокоюсь?

Анатолий хотел ответить, что он об этом даже не думал.

– Послушай: я ведь тебе перед самым началом наших отношений все рассказал. Рассказал?

– Да, – подтвердила Райка.

– Я сказал тебе, что я наркоман, что у меня ВИЧ, что я очень проблемный, что жена одна от меня уже ушла.

– Да. – Райка не понимала, к чему он клонит.

– Видишь, ты все знала заранее. Сама выбрала. Я тебя предупреждал.

Райка не нашла ответа и заплакала. Он недовольно посмотрел на нее и ушел в ванную.

Райка вытерла слезы и приготовилась сказать Анатолию, что о чем бы он ее ни предупреждал, такие отношения, с исчезновениями на неделю, ее совсем не устраивают.

Но из ванной муж вернулся совсем другим человеком. Глаза как-то странно блестели, Райка принюхалась, но запаха алкоголя не почувствовала.

– Не плачь, – Анатолий неожиданно заговорил почти ласково. – Не расстраивайся. Ты же сама понимаешь, мы с тобой любим друг друга. Вот увидишь, все наладится, все будет хорошо.

– И все-таки, – Райка снова всхлипнула, – где ты был? Куда ты уезжал?

Анатолий немного порозовел.

– Я не уезжал, собственно. Просто провел несколько дней с другом. Кстати, насчет мобильника ты права. Нужно купить новый. Сходим вместе?

Райка видела, что настроение у него улучшилось. Они сходили за телефоном. Причем Анатолий настоял, чтобы Колька пошел с ними, а не ждал их у бабушки.

– Толя, а где машина? – спросила Райка во дворе. Автомобиля на привычном месте не оказалось.

– Я ее в ремонт сдал, – ответил Анатолий как-то уж чересчур небрежно. У Райки екнуло сердце.

– Ты случайно не попал в аварию? – тихо, чтобы не услышал Колька, спросила она.

– Нет. Просто с коробкой что-то. Не бери в голову.

Во время прогулки настроение у Анатолия стало неожиданно портиться, без всякой причины. Сначала выбранный телефон показался ему неудобным, потом рассердил светофор, который долго не переключался.

– Толя, давай зайдем, поедим, – Райка увидела симпатичное кафе.

– Давай. Только у меня денег нет.

– Я взяла с собой.

Обрадованный Колька первый вошел, выбрал столик. Анатолий почему-то сразу отправился в туалет, оттуда снова вернулся в хорошем настроении.

– Ты не отравился там ничем, у друга?

– Почему ты спрашиваешь? – удивился Анатолий.

– Так просто. Давай заказывать, – предложила Райка.

Но Анатолий из всего меню заказал только десерт, на Райкин вкус отвратительно сладкий и потому вредный. Зато оживленно шутил, строил планы на летнюю поездку к морю.

Колька слушал его как зачарованный, а Раиса чувствовала какой-то подвох.

– Ты что такая серьезная? – посреди разговора вдруг спросил ее Анатолий.

– Не знаю. Но мне как-то тревожно, – призналась Райка.

Анатолий на минуту сделался очень серьезным. Посмотрел на нее.

– Рая, это просто период такой, все будет хорошо, вот увидишь, я тебе обещаю. Ты просто плохо себе представляешь, как я ценю наши отношения. Несколько дней – и все опять наладится, поверь мне!

Райке очень хотелось верить, но она не могла справиться с ощущением приближающейся страшной беды.

– Поверь! – настойчиво повторил Анатолий.

Райка сделала над собой усилие.

– Хорошо.

Остаток дня они провели прекрасно. Правда, Анатолий еще раз отлучился, но настроение у него все время было хорошее. Перед сном Райка спросила:

– Мы с тобой в клуб завтра вместе пойдем?

– Рая, я в клуб пока больше не пойду. Лучше давай с тобой завтра к нотариусу сходим. Я тебе свою долю в нем передам. Мало ли что.

– Да что с тобой?! – Райка снова чуть не заплакала.

– Ничего. Стараюсь быть ответственным.

Он действительно пошел с ней к нотариусу. В кабинете неожиданно оказался Андрей. Пристально вгляделся в Анатолия, досадливо покачал головой.

– Что ж, так лучше.

Райка перестала что-либо понимать. Анатолий увидел ее встревоженное лицо.

– Рая, я тебе еще раз говорю: через несколько дней все наладится.

Но Райка перехватила взгляд Андрея. Друг смотрел на Анатолия с какой-то странной брезгливой жалостью и отрицательно покачивал головой.

Райке стало страшно.

Анатолий пожал Андрею руку.

– Я через пару дней заеду. Ты пока вводи Райку в курс дела. Смотри, не обижай ее.

– Я-то ее не обижу. В курсе дела она давно чуть не больше тебя. Толя, может…

– Андрей!

Рая снова не поняла их разговора. Анатолий повторил, как заклинание:

– Через пару дней все наладится.

Но через два дня случилось совсем непонятное и жуткое. Анатолий пошел вечером в ванную. К таким походам Райка уже привыкла, но он не выходил больше получаса, на стук не отозвался. Райка испугалась, ножом открыла дверь и увидела, что Анатолий лежит на полу. Рядом почему-то валялась чайная ложка.

Райка нагнулась, потрясла его. Анатолий не реагировал. Райка била его по щекам, стараясь не закричать, чтобы не испугать спящего Кольку.

Райка пришла в ужас, позвонила в «Скорую», ничего не понимая, прокричала про инфаркт. Пробок уже не было, врачи добрались через десять минут.

Перетаскивать из ванной в комнату Анатолия Рая побоялась. Врач зашел туда, нагнулся, выпрямился, дал какие-то распоряжения фельдшеру, после чего сурово спросил Райку:

– Совесть у вас есть, девушка? Кардиобригаду дергать?

– Извините, у меня не было сил поднять его, я боялась сделать хуже. Вы его спасете?

Доктор посмотрел на нее, как на ненормальную:

– Вы что, действительно не знаете, что с ним?

– Я думала, у него инфаркт. Еще он говорил про ВИЧ. Он умирает, да, ему плохо? Из-за этого?

– Ему хорошо. Он просто укололся и немного не рассчитал дозу.

– Какую дозу? Чем укололся? – Райка не понимала и не хотела понимать.

Врач посмотрел на нее пристально.

– Ваш приятель…

– Это мой муж! – отчаянно перебила Райка.

– Сочувствую. Он наркоман.

– Он действительно когда-то… – беззащитно бормотала Райка, – но это было очень давно.

– Девушка, – наставительно сообщил врач, – бывших наркоманов не бывает.

– Да что вы понимаете! – Райка чуть не плакала. – Этого просто не может быть!

Доктору очень хотелось выругаться понецензурнее, но стоявшая перед ним женщина действительно казалась не в теме.

– Вы давно знакомы? – спросил он для порядка.

– Год почти.

– Понятно. Гена, бери наряд на госпитализацию в инфекцию.

Гена отвлекся от своей возни с Анатолием, зашевелившимся после укола, невнятно произнес:

– Вы это всерьез?

– Всерьез. Ну, скажем, «пневмония».

– Да оставим его дома, – предложил фельдшер, – и все тут. Вози тут еще всяких. Нас вон настоящие больные дожидаются.

В это время появился сонный Колька.

– Мамочка, что случилось? – спросил он испуганно.

– Ничего, сыночек, у Толи голова закружилась, – трясясь нервной дрожью, попыталась успокоить сына Райка.

– Ему очень плохо? – Колька оглядел маму, сердитого врача. Хотел заглянуть в ванную, но передумал, испугался.

– Нет. Ты же видишь, доктора ему помогают. Ты иди, ложись. Я скоро приду. Хорошо?

– Ладно, – голос у Кольки дрожал.

– Это его отец? – сурово спросил доктор, когда Колька ушел к себе.

– Нет. Мой муж, я же говорила, – напомнила Райка.

– У тебя же ребенок, а ты всяких… – Гена отвлекся от Анатолия.

– Я тебе что сказал: наряд брать. А ты чем занимаешься?

– Передозом, – дерзко ответил фельдшер, но начал с кем-то связываться.

– Вот и молодец.

Доктор присел перед Анатолием на корточки.

– Кайф обломали, – невнятно пробурчал тот.

Райка обхватила себя за плечи.

Доктор даже отвечать ничего не стал.

– Минут через десять еще уколем, – напомнил врач фельдшеру. – Пока сходи за шофером и носилками.

– Да что ж за ночь сегодня такая! – в сердцах плюнул Гена. – Спасибо, хоть лифт работает.

– А с пневмонией – это разве в инфекцию? – робко спросила Райка. – Мне с ним ехать?

– А ребенка куда? – На лице доктора отразилось, что он думает о нерадивой мамаше.

– У меня мама недалеко живет. Я ей могу позвонить.

– Это лишнее. Вас все равно не пустят даже в приемное. И скажите спасибо. Утром приедете по этому адресу – вам все объяснят.

Вопрос об инфекции врач обошел.

Тут в квартиру пришли фельдшер и шофер с носилками, положили на них Анатолия, который никакой благодарности не выражал, напротив, сказал несколько очень неприличных слов, и увезли его.

На прощание доктор только кивнул Райке.

– Раньше девяти никуда не езди.

Райка закрыла дверь. Немного постояла, заглянула к Кольке, надеясь, что тот спит. Но сын сидел на кровати под зажженным ночником.

– Мама, что случилось?

– Толя заболел. Это осложнение после гриппа, – нашла она наконец подходящее и понятное объяснение.

– А это очень опасно? – Колька всхлипнул.

– Не знаю, – Райка хотела его успокоить, но неожиданно сказала правду. – Завтра я поеду в больницу и сама все выясню.

– А мне расскажешь? – Колька крепко прижался к ней.

– Расскажу, конечно! А сейчас спи. Тебе все-таки нужно выспаться.

– Посиди со мной. И свет до конца не гаси!

– Хорошо, только книжку возьму.

Райка вернулась с книжкой. Коля послушно лег и закрыл глаза. Читать она так и не смогла. Убедившись, что сын спит, вернулась к себе в комнату, попыталась заснуть. Ничего не получилось. Мешал страх.

Когда-то, очень давно, совсем ребенком, Райка сидела в машине, которую плохо поставили на тормоз на самой высокой точке небольшой горки. Неожиданно автомобиль покатился вниз, Райка даже подумать ни о чем не успела. В окнах с увеличивавшейся скоростью мелькали деревья, кажется, что-то кричали прохожие, а Райка замерла, вжалась в сиденье – и пришла в себя, только когда автомобиль, потеряв инерцию, остановился на ровной, совершенно пустой дороге.

И сейчас Райке казалось, что она снова в той машине и ее несет неизвестно куда.

Она приехала в больницу ровно в девять. Приехала бы и раньше, но надо было отвести в школу Кольку. Сын цеплялся за нее сегодня, не стесняясь одноклассников.

Райка позвонила Анне Петровне:

– Мама, Толю в больницу забрали. У него осложнение после гриппа. Пневмония (не говорить же матери про непонятный передоз?). Ты заберешь Колю пораньше? А то у нас «Скорая» ночью была, он не выспался, разнервничался.

– Рая, не волнуйся, все будет в порядке.

Мама отреагировала гораздо лучше, чем ожидалось. Но от этого Райка чуть снова не расплакалась.

Попасть в больницу оказалось непросто. Везде охрана. Райка по двадцатому разу объясняла, что у нее ночью положили сюда мужа.

Наконец ее отправили в окошко справочной.

Пожилая женщина спросила фамилию:

– Вон туда иди, в тот корпус, – высунулась из окошка и показала Райке направление.

Райка поднялась на нужный этаж.

– Вы к кому?

Райка снова назвала фамилию.

Вышла женщина в белом халате.

– Меня зовут Карина Валентиновна. Вы по поводу больного?

– Да.

И эта врач посмотрела на Райку как на ненормальную и совсем ее появлению не обрадовалась.

– Вы сами не состоите у нас на учете?

– Нет.

– Вы давно вместе?

– Около года.

– Тогда вам тоже лучше сдать анализы.

– Хорошо, – Райка не спорила. – А что с Анатолием?

– Состояние довольно тяжелое. Как я понимаю, в последнее время он не обследовался.

– Последний год – точно нет, – опустила голову Райка. – Я пыталась его уговорить, но он наотрез отказывался. Сказал, не хочет чувствовать себя больным.

Врач поморщилась:

– Состояние тяжелое, пока я вам ничего обещать не могу.

– То есть вы не скоро его выпишете? – уточнила Раиса.

– Состояние тяжелое. Ничего обещать пока не могу. Вы должны быть готовы ко всему. Алкоголь, наркотики, как вы понимаете, здоровья не добавляют. Кстати, что вы ему принесли?

– Ничего, – честно призналась Раиса. – Я хотела сначала узнать, что можно.

Доктор еще раз глянула на нее каким-то странным взглядом:

– Вы таблетки или лекарства ему никакие не приносили?

– Нет, что вы, конечно, нет. Я же не знаю, что ему можно, – повторила Райка.

– Точно? – Доктор ей почему-то не поверила.

– Да, конечно.

Райка разозлилась. Что же это такое? Она никому ничего плохого не сделала. И все с ней общаются, мягко говоря, странно.

– Вы сами будете к нему приходить?

– Конечно, я его жена.

– Там, в коридоре, – его мать. Сейчас его привезут с рентгена. Но в другие дни лучше приходить по очереди и в приемные часы.

– Хорошо, – согласилась Райка.

– Да, и ничего ему не приносите из того, что он попросит. Кроме еды, естественно.

– Доктор, – Райка продолжала не понимать. – Все-таки когда вы его выпишете?

– Ничего не могу вам сказать. Состояние тяжелое. Наберитесь терпения.

Врач скрылась за дверью с надписью «Ординаторская». Райка безвольно прислонилась к стене. Что-то она услышала такое важное… Что-то ей нужно доделать. Да, врач сказала, здесь мать Анатолия. Но как Райке ее узнать? Ведь они ни разу не виделись.

Тут Райка заметила очень хорошо одетую женщину, даму неопределенного возраста, которая пристально на нее смотрела. Райка нерешительно, даже робко, подошла к ней:

– Здравствуйте. Простите, вы мама Анатолия? Меня зовут Рая. Извините. – Она говорила извиняющимся голосом, но сама толком не знала, за что извиняется.

– Здравствуйте! – очень сухо ответила женщина. – Меня зовут Елена Сергеевна. Вы тоже?

– Что «тоже»?

– Наркоманка? – Дама задала вопрос вежливо, так что Райка сразу не поняла.

– Кто «я тоже»? – переспросила она недоуменно.

– Вы тоже колетесь?

Райка больше не могла чувствовать себя перед всеми виноватой, подозреваемой во всех смертных грехах. И события происходили с такой скоростью, что она не успевала даже осознавать их. Поэтому раздраженно буркнула:

– Не колюсь и даже не пью.

Женщине, кажется, стало неудобно:

– Извините меня. Понимаете, это все тянется не первый день. И ведь год почти не общались, а как в больницу попал, позвонили.

– Подождите, – Райка попыталась взять себя в руки. – Во-первых, как вас зовут?

– Елена Сергеевна.

– Елена Сергеевна, здесь какая-то ошибка. Анатолий раньше употреблял наркотики, но сейчас уже нет. Может быть, один или два раза. Мы уже с осени почти все время вместе.

Райка говорила горячо, пытаясь в чем-то убедить мать Анатолия, но в результате под ее пристальным взглядом сама потеряла всякую уверенность в своей правоте. И в Толе.

К счастью, в этот момент вернулась врач:

– У вас еще вопросы? Его привезли с рентгена. Снимок не очень хороший. Вы можете к нему пройти.

– Да нет, какие уж тут вопросы, – безнадежно проронила Елена Сергеевна и добавила, обращаясь к Райке: – Ну, пойдем к нему.

В палате на Райку сначала напал ступор. Человек на кровати совсем не походил на ее Толю. Райка потеряла почву под ногами. На минуту закрыла глаза и решила: она его любит таким, какой он есть. Это ее выбор. Ни о чем лишнем вообще не будет думать. Просто станет делать, что нужно, что потребует жизнь. Делать и не задумываться. И тогда все будет хорошо. Точно!

Анатолий даже не поздоровался.

– Райка, слышь, сходи в аптеку, – еле ворочая языком, почти приказал он. – Мне нужны таблетки от кашля. Здесь их нет. Больница-то государственная.

– Нельзя тебе, доктор запретил, – тихо сказала Райка, изо всех сил отгоняя от себя мысли о том, зачем ему эти таблетки.

Елена Сергеевна молча наблюдала за ними.

– Ты что, не слышишь меня? Сходи в аптеку. Хотя нет, – Анатолий тяжело повернулся, достал откуда-то клочок бумаги. – Позвони по этому телефону, скажи, от меня. Тебе объяснят, куда подойти. Отдашь им тысячу, они тебе, а ты мне принесешь.

Он замолчал и устало откинулся на подушку.

– Толя, но здесь сказали…

– Главное, что я сказал, – Анатолий посмотрел на нее почти с ненавистью.

– Толя! – На минуту забыв о твердом решении ни о чем не думать, Райка все же позвала его, надеясь, что наваждение сейчас пройдет.

Но он закашлялся и злобно повторил:

– Иди, куда я сказал.

Вмешалась Елена Сергеевна:

– Она никуда не пойдет.

– А, и ты здесь! – Анатолий матери не обрадовался. – Хоть сходи к врачу, пусть укол сделают.

– Какой? – спросила Райка. Она просто не верила своим глазам, своим ушам – это был совсем не тот человек, за которого она выходила замуж.

– Он сам знает. И уходи. Нечего тебе тут. И ты уходи.

Елена Сергеевна, кажется, совсем не удивилась. Взяла Райку за руку и утащила ее из палаты.

– Успокойся, – властно приказала она в коридоре.

А Райка была спокойна. Она снова ни о чем не думала.

– Я пойду к врачу. Попрошу, чтобы ему сделали укол.

– Рая, это бесполезно, – мягко предупредила Елена Сергеевна.

Но упрямая, глупая, любящая Райка все равно пошла к врачу.

– Карина Валентиновна! – Райка без стука зашла в ординаторскую. – Он просит укол сделать. Сказал, вы знаете какой. Ему плохо.

– Укол сделаем, но попозже.

Карина Валентиновна хотела сказать Райке, что в ординаторскую нельзя так вламываться, но поняла, что этой женщине по-настоящему плохо.

– Присядьте, давайте поговорим, – предложила доктор, отвлекаясь от бесконечных бумаг. – У вашего супруга самая настоящая ломка.

– Что? – не поняла Райка.

– Это состояние бывает у наркоманов, когда их лишают наркотиков.

– Но он же всего один раз укололся.

Карина Валентиновна посмотрела на Райку с откровенной жалостью.

– Видите ли, – немного подумав, произнесла она осторожно, – Анатолий – наркоман с очень большим стажем. Безусловно, мы сделаем все возможное, но только ничего не обещаю.

Тут Райка поняла, что ничего не обещает – это про всю их будущую жизнь. Которой, кажется, больше не будет.

Елена Сергеевна ждала ее в коридоре.

– Поговорила? – спросила жестко.

– Да. – У Райки кончились силы.

– Поехали к тебе! – тоном, исключающим дискуссию, предложила мать Анатолия.

– Зачем? – слабо спросила Раиса.

– Хочу посмотреть, как вы живете. Ты на машине?

– На метро, – сухо ответила Райка.

– Тем более, я тебя отвезу.

– Что ж, поехали. – Райке было все равно.

Елена Сергеевна по-хозяйски обошла дом, задержалась в Колькиной комнате:

– У тебя есть ребенок?

– Да, сын. Ему восемь лет, скоро девять будет.

– Ты разрешала ему общаться с Анатолием? Знала, что у него ВИЧ, и разрешала? – Елена Сергеевна не скрыла удивления.

– Анатолий его тренировал до последнего времени, они очень подружились.

Неожиданно дверь открылась, пришли Колька с Анной Петровной.

– Мама! – не обращая никакого внимания на незнакомую женщину, закричал Колька с порога. – Где Толя? Что врач сказал? Он поправится?

Анна Петровна тихо объяснила Райке:

– Не смогли тебе дозвониться. А он не пошел никуда. Сказал, будет тебя дома ждать.

Елена Сергеевна тем временем завела с Колей разговор:

– Как тебя зовут?

– Николай. – Коле было не до нее. Мама не ответила ему ни на один вопрос.

– Меня зовут Елена Сергеевна. Я мама… – Почему-то ее голос прервался.

– Чья мама? – машинально переспросил Колька.

– Анатолия.

– Ух ты! – Колька неожиданно для всех обрадовался, оживился. – Он мне говорил, что вы очень хорошая.

– Вот как? – Елена Сергеевна начала нервно рыться в сумочке. – А что еще он тебе говорил?

– Говорил, что вас подвел, поэтому вы больше не хотите его видеть, – выпалил Колька.

– Коля! – хором вскрикнули Райка и Анна Петровна.

Но ребенок продолжил:

– И еще сказал, что очень вас любит.

– Коля, – почти простонала Раиса, – вот когда вы успели все это обсудить?

– Пока на тренировки ездили. А перед отъездом… – Коля вдруг замолчал.

– Что перед отъездом? – теперь хором спросили все три женщины.

– Я обещал хорошо себя вести. И сказать тебе, что тебя он тоже очень любит. Если он не вернется. Он ко мне в школу заходил, – путано объяснил Колька.

Неожиданно Елена Сергеевна опустилась на табуретку и зарыдала.

Анна Петровна побежала за водой. Она, конечно, догадалась, что происходит что-то неладное, но не представляла себе истинных размеров бедствия.

– Вы не плачьте! – Колька храбро подошел к Елене Сергеевне. – Все будет хорошо, вот увидите.

Елена Сергеевна только погладила его по голове.

– Это я во всем виновата, – сказала она одной Райке. – Вы его любите, а у меня не хватило сил.

Анна Петровна верно оценила ситуацию и увела Кольку на кухню.

– Нет, – Райка понимала, о чем она. – Вы очень долго боролись.

– Брось его, пока не поздно, – прошептала Елена Сергеевна. – Ты ничего не понимаешь, лучше не будет. Станет только хуже.

– Это вы ничего не понимаете. Мы вместе уже почти год, – Райка немного преувеличила, – а плохо стало только последний месяц. Я его не брошу.

– Хорошо. Мне пора к косметологу. – Елена Сергеевна встала.

– К косметологу? – не поняла Райка.

– Да. В жизни все должно идти по плану! – И Елена Сергеевна удалилась.

К Райке подошла Анна Петровна.

– Отведи Кольку на тренировку и сама позанимайся, – спокойно сказала она.

– Мама, у меня нет настроения. – Райке хотелось лечь, лежать, чтобы никто ее не трогал.

– У тебя нет настроения, а у Кольки – соревнования. И опускаться нельзя. Выйдет Анатолий из больницы, а ты чучело чучелом. Вставай и иди!

– Мамочка, пойдем! – подошел к ней Колька.

Райка провела ладонью по глазам.

– Пойдем.

В клубе, похоже, все уже всё знали.

– Коля, я провожу тебя на тренировку, – предложила Галя, одна из администраторов. – У вас отличный новый тренер. Андрей же вас только временно тренировал.

– А как же Толя? – Колька почти кричал.

У Райки не было сил его урезонить. Но Галя оказалась настоящим молодцом.

– Толя ведь болеет, – спокойно объяснила она. – Ему тяжело сейчас вас тренировать. А ты должен побеждать. Помнишь, как он радовался, когда ты занял первое место?

– Да, – кивнул Колька. Глаза у него были мокрыми.

– Вот и хорошо. Иди, занимайся. А Анатолию покажешь медаль. Выздоровеет и будет только сам тебя тренировать.

Колька шмыгнул носом и пошел переодеваться.

Райка решила, что посидит на улице, пока он занимается.

– А что ты-то не переодеваешься? – налетела на нее неизвестно откуда взявшаяся Лена.

– Я не хочу, у меня нет сил.

– Это глупости. От занятий станет легче.

– Лена, я правда не могу!

– Можешь! – жестко отрезала Лена. – Иди в раздевалку. Даю тебе пять минут.

– Меня же сегодня нет в твоем расписании! – улыбнулась Райка сквозь застилавшие слезы.

– У тебя пять минут! – грозно повторила Лена.

После занятий Райке действительно стало легче. Колька тоже повеселел после тренировки.

– Мама, ведь все наладится? – спросил он с надеждой.

– Наладится, – пообещала Раиса.

Что можно рассказать про больницу? Про длинные коридоры с непонятным запахом болезни и страха, про странных, на Райкин непросвещенный взгляд, людей со стеклянными глазами, идущих в каком-то непонятном направлении.

Утром, когда Райка пришла к Анатолию, Елена Сергеевна уже сидела у него в палате.

– Доброе утро, Рая! – сдержанно, но приветливо поздоровалась она.

– Познакомились, спелись уже, – проскрипел Анатолий. – Да сходите же вы кто-нибудь в аптеку.

Райка поправила ему подушку.

– Нет, Толя.

– Ты просто змея. Как я раньше не разглядел?

– Я хорошо притворялась. Но в аптеку не пойду.

Райка поймала одобрительный взгляд Елены Сергеевны.

Когда Анатолия увезли на какое-то очередное обследование, его мать спросила у Райки:

– Может быть, нам имеет смысл нанять сиделку?

– Не нужно! – испугалась Раиса. – У меня ведь свободный график, я лучше сама.

Елена Сергеевна только вздохнула, но спорить не стала.

Райка ходила в больницу, как на работу. И старалась не смотреть по сторонам, ничего не замечать, ни о чем не думать, не чувствовать ни времени, ни боли, ни усталости. Она помогала соседям по палате, чтобы те не раздражались от ее присутствия, помогала санитаркам, чтобы те лучше заботились об Анатолии, когда ее нет. Но, главное, она могла находиться с ним почти постоянно.

Колька с пониманием относился к отсутствию матери. Он тоже ждал, когда Анатолий вернется.

Несколько раз он просил:

– Мама, возьми меня с собой!

– Нельзя, – объясняла Райка терпеливо. – Во взрослые больницы детей не пускают.

– Но я буду хорошо себя вести! – продолжал настаивать Колька.

– Нет, солнышко, это невозможно.

Колька расстраивался и обижался. Рисовал для Анатолия рисунки, писал ему письма. Райка знала, что Анатолию это совсем не нужно, но говорила сыну, как важно Толяну знать про Колькину заботу.

Колькины подарки забирала себе Елена Сергеевна. За несколько дней она перестала подозревать Райку во всех смертных грехах.

Как-то в больницу заехал даже Михаил.

Он не провел с Анатолием много времени, но подошел к Райке:

– Кажется, я вас обидел тогда. Извините.

– Это теперь совершенно неважно, – искренне ответила она.

Для глупой Райки теперь было важно только оставаться рядом с Анатолием. Она не слышала его грубости и крика, не видела серого равнодушного лица. Она продолжала ценить каждую минуту, проведенную вместе. И еще надеялась, что однажды муж станет прежним. Она ведь ждет, значит, он вернется. И не знала, сколько Анатолий здесь лежит, неделю, месяц, год. Дни мелькали, как тогда, в детстве, деревья в окнах несущегося автомобиля.

Райку немного поддерживало только то, что Лена, ставшая за короткое время настоящей подругой, каждый вечер любыми способами затягивала ее на тренировки. Раиса занималась, пока не уставала так, что в голове не оставалось ни одной мысли.

Это смешно, но она его любила. Любым. И ждала. Каждую минуту, моя пол, вынося судно, помогая справиться с невкусной больничной едой. Главное – не смотреть по сторонам. Любить, не думать, ждать – три нехитрых придуманных правила, которые она старалась постоянно соблюдать.

Через две недели, к вечеру, когда Райка собралась уходить, Анатолий вдруг сказал с прежде привычными, а теперь забытыми интонациями:

– Спасибо тебе. И прости меня. Вот увидишь, я встану, и все будет как раньше. Даже лучше. Ты только не уходи, потерпи меня немного.

Райке удалось не заплакать. «Дождалась!» – обрадовалась она про себя. В палате было много народу, но все равно она крепко, по-настоящему поцеловала его под осуждающим взглядом медсестры. И ушла.

На улице Райка, будто проснувшись, вдруг заметила, что наступила настоящая весна. Снег совсем растаял. Она даже засмеялась, удивившись, как это все пропустила. Мир вокруг снова обрел краски. Бешено несущаяся машина снова остановилась на ровной дороге. Анатолий вернулся.

Райка хотела было поделиться своей радостью с Колькой, позвонить Елене Сергеевне, чтобы та знала, что с сыном все в порядке, но вдруг ощутила безумную усталость. Она сходила в ванную, заново, как будто сама после тяжелой болезни, ощущая, как это приятно – просто принимать душ, удивилась, что гель для душа у нее, оказывается, шоколадный. На минутку прилегла и заснула как убитая.

Первую ночь за все последние недели Райке не снились кошмары. А под утро пришел и вовсе хороший сон: они с Анатолием на море, плавают, купаются, загорают. Анатолий совершенно здоровый, крепкий, на специальном парашюте летит за катером и машет ей рукой. Райка даже заплакала во сне от радости.

Она немного проспала, но проснулась в прекрасном настроении. В больницу почти бежала, переполненная надеждами, возбужденно представляя, как расскажет Анатолию про свой сон, как они вместе помечтают о летней поездке. Ведь вчера он был прежним!

Вошла в палату – и наткнулась взглядом на пустую кровать. Мать соседа по палате отвернулась от нее и быстро вышла. Надежды на то, что Анатолия увезли на какие-нибудь исследования, не осталось.

Райка вышла в коридор и прислонилась к стене. Увидела бледную Елену Сергеевну. Что-то говорил врач. Все это было теперь не только не важно, но и не нужно. Можно было плакать, но и в слезах смысла не было. Просто всё кончилось.

Content

Надежда Никольская
История одной болезни

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11