Дарья Калинина

Поваренная книга вуду

Глава 1

У жителей большого города есть множество преимуществ перед обитателями сельской местности. Это и удобное транспортное сообщение, и великолепные магазинные витрины, ярко освещенные ночные улицы, многочисленные распродажи, частные лечебные клиники, о которых в глубинке никто и не слыхивал. Зачастую медицину там представляет вечно пьяненький фельдшер в продуваемой всеми ветрами больнице.

Да, все это так, но… Есть в сельской жизни одно неоспоримое преимущество. В деревне, в глубинке куда спокойнее живется и вольготнее дышится. Ничто не раздражает поминутно ваш слух, нет вокруг ни навязчивой рекламы, ни тяжелых угарных газов. И конечно, никто не окружает вас паутиной всевозможных кабелей, как это случается с жителями крупных мегаполисов.

Конечно, скажете вы, можно жить неподалеку от большого города, к примеру в получасе езды от центра на машине, и в то же время иметь свой собственный кусочек земли, где и расслабляться всласть. Это оптимальный вариант, однако и он кое для кого тоже был неидеален.

– Хорошо у нас в поселке, девчонки, но все-таки полного единения с природой тут не достигнешь.

Эту фразу произнесла хорошенькая, словно старинная фарфоровая куколка брюнетка Лика. Она пожаловала к Кире с Лесей в гости в этот жаркий июльский выходной день, чтобы насладиться вкусной едой и приятной беседой.

Лика произнесла эту фразу, когда все три девушки расположились под тенистой яблоней, развлекаясь каждая по-своему. Кира загорала на белом покрывале, одновременно потягивая из высокого покрытого изморосью стакана смешанный с минеральной водой апельсиновый сок. Леся в хорошенькой шляпке и легком сарафанчике дремала в гамаке. Лика на правах гостьи заняла самое удобное местечко – новые качели, которые в прошлом месяце установили на участке подруг.

Качели получились отменные. На них можно было взлетать в воздух на добрые пять метров, а потом с визгом нестись вниз, а затем снова вверх. И все выше, выше и выше!

Но Лика покачивалась тихонько, похихикивая и о чем-то размышляя.

– Нет, нехорошо, – повторила она, – совсем неидеально.

– В смысле? – отозвалась Кира. – Чем тебе у нас не нравится?

Леся тоже пробудилась от дремы и даже приоткрыла один глаз, неодобрительно глянув на Лику. Нашлась выпедрежница! Не нравится ей! Скажи спасибо, что тебя вообще пригласили! Возись тут с тобой, угощай, развлекай, а ты еще и недовольна! Сидела бы у себя дома, раз у подруг на участке ей не нравится!

– А что в твоем понимании идеал? – несколько ядовито поинтересовалась она. – Замок в Швейцарии? Ну, извини, на замок мы с Кирой пока еще не заработали. Когда купим, обязательно тебе свистнем.

– Девчонки, вы не обижайтесь, ради бога! – встревожилась Лика. – Я совсем не то хотела сказать.

– А что же?

– Только то, что у нас тут и соседи имеются, и электричество, и телевизор с Интернетом проклятым!

– Ну и что плохого? – пожала плечами Кира, машинально отметив, что их-то, родимых, она как раз и не намазала лосьоном от солнца. – У всех это есть.

– Да, – поддержала подругу и Леся. – Электричество – оно теперь везде. И телевизор тоже.

– В том-то и дело, что не у всех и не везде! – с воодушевлением воскликнула Лика и даже соскочила с качелей. – Я тут на прошлых выходных отдыхала в одном месте, так там такая глушь, такая тишь, что прямо не верится! Окажешься там и уже не представляешь, что в десяти километрах есть и цивилизация, и все эти вредные штуки.

– Не поняла. Как это?

– А очень просто! Вы что-нибудь слышали про эколагеря?

Разумеется, Кира с Лесей слышали. Весьма модная фишка для утомленных шумом и суетой жителей крупных мегаполисов. Такой вид отдыха пользуется все большей известностью и популярностью среди издерганных в борьбе за наживу бизнесменов.

Но сами подруги до сих пор как-то не рассматривали этот вид отдыха в качестве альтернативы Сейшелам или Карибам. Пусть в эколагерях развлекаются те, кто побогаче. А для них вполне сгодится и океанский песочек.

– Ты как хочешь, а я в свинарнике копаться вместо того, чтобы загорать на белом песочке на берегу моря, не намерена! Это же просто дикость! Столько лет человечество уходило от такой жизни, а теперь что? Взять и снова к ней вернуться?

– Но ведь не навсегда же! В этом-то и прелесть такого вида отдыха!

Подруги переглянулись между собой. Нет, даже на время они не хотели бы оказаться в сельской местности без электричества, а следовательно, без тепла, света, телевизора и… Перечислять блага цивилизации и повсеместной электрификации можно было до бесконечности.

Недаром использовать в хозяйстве электричество начали еще при царской власти. Да и большевики во главе с дедушкой Лениным отлично понимали его преимущества. Первую лампочку любовно называли «лампочкой Ильича» – по имени Владимира Ильича Ульянова-Ленина, который внедрил электричество и связанные с ним возможности в народное хозяйстве.

– Не знаю, – нерешительно протянула Леся. – Как-то это странно.

– И небось огромных денег стоит!

– А вы что, не можете себе позволить немножко потратиться? – презрительно скривила гримаску Лика, которая не выносила разговоров про бедность и безденежье.

Именно по этой причине Лика развелась уже с двумя мужьями и теперь находилась в активном поиске следующего. Этот точно должен был в ответ на все ее просьбы неизменно расстегивать толстый кошелек и оделять Лику необходимой суммой. Это было единственное требование Лики к ее будущему мужу. И было удивительно, что при столь скромных запросах она так долго остается одна.

Лика переехала в поселок «Чудный уголок», где жили и Кира с Лесей, сравнительно недавно. С момента ее вселения в пустующий коттедж прошло не более полугода. Но за этот срок Лика умудрилась стать душой местной тусовки. Все ее знали, и она со всеми здоровалась, приветливо улыбаясь в ответ.

У Лики была небольшая фирмочка, занимающаяся делом весьма скучным, но достаточно прибыльным: шили на заказ шторы, вешали карнизы и еще что-то в том же духе. Кроме того, был магазин, в котором торговали элитными тканями, привезенными из Италии и Германии. Это было уже повеселее. В общем, Лика была вполне состоявшаяся и состоятельная молодая дама, но сама она своей жизнью оставалась недовольна.

– Все у меня есть, только мужа хорошего не хватает.

Но в начале лета Лика призналась своим соседкам, что на примете есть подходящий кавалер, который вполне может стать ее третьим официальным супругом.

– Не чета моему первому, не пьет, я узнавала. И не гулена. Был женат, но развелся.

– А почему развелся? – тут же насторожилась Леся.

– Жена от него сбежала.

– Ты там с ним смотри поосторожнее, держи ушки на макушке, от хороших мужиков бабы просто так не уходят, – заволновалась уже и Кира.

– Причины их развода я пока до конца не выяснила, но мне кажется, что виновата именно жена. Не все женщины хорошие. Боюсь, что Костику досталась именно такая.

– Значит, его зовут Костик?

– Да. И это он пригласил меня на предстоящий уик-энд на «Красное озеро».

– Куда?

– Так называется эколагерь, о котором я вам рассказывала.

– Это там, где нет электричества, горячей воды и Интернета, но при этом за проживание нужно заплатить бешеные деньги? – уточнила Кира.

– Именно. И я хочу, чтобы вы поехали со мной.

– Мы? – хором поразились подруги. – Ни за что в жизни!

– Дня не проживу без телевизора и кино. Чем я буду заниматься в этой глуши?

– И денег жалко, – добавила рассудительная Леся. – Если уж нам с Кирой приспичит, мы поедем к моей троюродной тетке в Тверь. У нее собственный домик, корова, козочки, птица всякая разная. Она нам будет страшно рада. Копейки с нас не возьмет, а наедимся там от пуза. У нас в семье все женщины отличные поварихи – это наследственное. Но тетя Надя – что-то особенное. За ее пирогами и блинами из самой Москвы ездят. Потому что вкусно очень.

– Но девочки! – взмолилась Лика. – При чем тут какие-то теткины пироги? Мучное для фигуры вообще вредно!

– Уж не вреднее, чем провести выходные без электричества где-то в чужом доме в глуши.

– Да дело в другом! Сделайте это ради меня! Мне очень нужно… очень!

– Зачем?

– Хочу, чтобы вы сами взглянули на моего Костика.

– Зачем, если ты и так уже все решила?

– Очень боюсь ошибиться и на этот раз, – сокрушенно призналась Лика. – Я уже не так молода, мне исполнилось… Ммм… Об этом как-нибудь потом. Но главное, я не могу ошибиться снова! Если с Костиком ничего не получится, мне уже не поймать жирную рыбку! Всех выловят рыбачки помоложе и с лучшей снастью.

– Ты настоящая красавица!

– Сдался тебе этот Костик!

Но Лика была безутешна. Она даже всплакнула, сетуя на черствость подруг, к которым за это время успела привязаться всем сердцем, а им, оказывается, на нее совершенно наплевать. И когда Кира с Лесей достаточно растрогались и расчувствовались, Лика привела последний довод:

– И потом, я ведь оплачиваю отдых, беру все расходы на себя! Ну что? Уговорила я вас? Поймите, для меня это очень важно!

Что было делать подругам в такой ситуации? Конечно, они пошли на поводу у Лики и дали свое согласие поехать всем вместе в эколагерь «Красное озеро», о котором им в скором времени пришлось горько пожалеть. Но об этом рассказ впереди, а пока что и Кире, и Лесе не терпелось расспросить хорошенько Лику о том, как же в эколагере все устроено.

Но Лика, заручившись их согласием, не стала вдаваться в подробности.

– Сами увидите! – только и сказала она. – Там будет чудесно. И впятером мы проведем чудесный уик-энд.

И не уточнив, кто будут те двое, кому предстоит поехать с ними, Лика легко вскочила на ноги и унеслась прочь. У нее внезапно оказалось великое множество дел, которым она должна была уделить время. Подруги же после ухода Лики недолго оставались в неведении.

Леся сходила в дом за лимонным коктейлем со льдом, а также принесла ноутбук, и из Интернета подруги узнали, что эколагерь «Красное озеро» – это не что иное, как старая, существующая еще с советских времен турбаза, которую недавно выкупил какой-то деятель и полностью переоборудовал в экологический лагерь. Располагалась она на самой границе с Карелией. И места там действительно были чудесные.

Но вот в чем именно заключалось переоборудование турбазы, подруги так хорошенько и не поняли, сколько ни разглядывали картинки в Сети. Как им казалось, на бывшей турбазе ничего не изменилось со времен Советского Союза. Все те же деревянные домики и лес вокруг них.

– Сдается мне, что этот эколагерь просто обман! Хозяин не захотел вкладываться в постройку новых домов, вот и придумал эту фишку!

Кира была возмущена. Они с Лесей работали в сфере туризма, отправляли людей к теплым морям и в дальние страны. Иногда им тоже казалось, что те туры, которые они продают, могли бы стоить малость подешевле. Но брать с клиентов деньги за то, чтобы те жили в нищете и разрухе, без электричества, горячей воды и телевизора, – до этого они не додумались.

Да и какой человек стал бы платить такие деньги? Разве что тот, кому их совсем девать некуда.

– С жиру люди бесятся.

– Ну ладно, съездим уж разочек. Все-таки слово дали.

– Тем более что это всего на пару дней! Ничего с нами за пару дней не случится!

Но как показало будущее, это оптимистичное замечание Леси совсем не соответствовало истине.

В ближайшую пятницу в три часа дня подруги встретились с Ликой и еще одной девушкой, которую та представила как свою подругу Веру.

– Мы с ней дружим еще со школьной скамьи! – прощебетала Лика. – Вера такая славная, такая добренькая, но вот в жизни ей совершенно не везет! Не умеет устраивать свои дела совершенно!

Кира с Лесей уже достаточно изучили свою приятельницу, чтобы понять, какой подтекст скрывается за этими словами. Вера была небогата. Это было видно по всему ее внешнему облику. И вряд ли ее можно было удивить и порадовать поездкой в эколагерь. Небось она в своей жизни вдоволь нахлебалась подобного туризма и сейчас для разнообразия немножечко бы погрелась в той же Турции.

Но дружба – великая вещь. Ради нее люди делают такие вещи, какие им в принципе и в голову бы не пришло делать. Вот и Вера ехала вместе с Ликой, хотя было видно: удовольствия ей это путешествие не доставляет.

– Ох, не знаю, а как там хоть кормят? – проворчала она, поудобнее устраиваясь на сиденье.

– А тебе лишь бы жрать! – немедленно окрысилась на нее Лика. – Не о том тебе надо думать, Вера! Не о том!

Подруги с удивлением взглянули на Лику, от которой прежде никогда не слышали таких резких слов в чей-либо адрес. Обычно Лика неизменно сияла улыбкой. И девушки даже привыкли считать ее какой-то уж слишком… карамельной, что ли. Оказывается, Лика умеет быть и совсем другой. И нельзя сказать, что симпатичной.

Но Лика уже и сама заметила произведенное ею впечатление. Она спохватилась и снова заулыбалась. Вера же совсем не обиделась на выходку подруги.

– Без еды тоже нельзя, – проворчала она миролюбиво. – Так-то вот.

Вера была девушкой крупной, с длинными светло-русыми волосами. Некоторая полнота нисколько ее не портила, потому что это была какая-то необычайно здоровая и полезная округлость. В нужных местах Веры было много, в других очень много, но и талия у нее тоже наблюдалась.

Лика же была реально тощей. Эти двое были странной парой. Маленькая, худая и вертлявая Лика, которая вечно что-то организовывала, устраивала и подготавливала. И большая, уютная и сразу видно добрая Вера. Вера работала в фирме своего папы, который постоянно грозился уволить свою дочь за лень и нерасторопность, но не увольнял, жалел.

Впрочем, лишних денег он ей тоже не платил, так как считал – не за что. И на подарки Вере рассчитывать было нечего. Ее папа ушел из их семьи, когда Вере исполнилось пятнадцать. За прошедшие почти два десятка лет боль несколько поутихла, Вера снова начала общаться с отцом. Но он не уставал повторять Вере, что у нее теперь есть две младшие сестренки, которые нуждаются в отце куда больше, нежели она – его старшая дочь. Ей нужно становиться наконец самостоятельной. И он – родной отец – в этом Вере охотно поможет.

Первым и основным пунктом этой подготовки Веры к будущей самостоятельной жизни было то, что отец не давал старшей дочери дополнительных денег сверх того небольшого оклада, который положил ей при приеме на работу. В ответ Вера тоже не стремилась из кожи вон лезть и становиться инициативной и энергичной. Ее вполне устраивало тихое плавание по волнам жизни: авось к какому-нибудь берегу и прибьет.

Лика же сызмальства была «заточена» под то, чтобы разбогатеть и сделать это как можно раньше и быстрее. Такие разные, две молодые женщины тем не менее были в настоящий момент в одинаковом положении – обе не замужем.

Однако в противоположность Лике, которой пришлось завоевывать дружбу девушек несколько месяцев, к Вере они обе почувствовали расположение практически мгновенно. Какая-то она была удивительно домашняя и сдобная, словно булочка с изюмом.

– Ну что, девчонки, давайте знакомиться! – произнесла Вера, разместив свои телеса на сиденье, при этом все время Лика на нее недовольно шипела, потому что колыхающаяся Вера мешала ей краситься и наводить окончательный марафет. – Нам с вами придется провести выходные бок о бок чуть ли не в палатке, так я понимаю.

– На люкс рассчитывать не приходится?

– Да ладно вам, девочки, – небрежно бросила Лика, которая закончила припудриваться и подправлять макияж на левом глазу, который чем-то осмелился вызвать ее неудовольствие. – Я и для вас кавалеров подыскала.

Эта фраза мигом подняла настроение всех остальных участниц экспедиции. Предстоящий отдых мигом перестал казаться им отвратительной обузой и чудесным образом превратился в нечто восхитительное и увлекательное.

– Да ты что?

– Ликочка, это же просто супер!

– А кто они?

Ликин ответ слегка охладил подруг. Во-первых, кавалеров было всего трое, считая вместе с Костиком. А так как Костик был уже зарезервирован Ликой, то другим девушкам оставалось лишь два кавалера.

– Надеюсь, не подеретесь? – подколола их Лика.

– Ничего, – стоически вздохнула Вера. – Не подеремся.

И повернувшись в сторону Киры с Лесей, предложила:

– Берите парней себе, девочки. А я уж подожду до следующего раза.

– Нет, что ты! Так нельзя! Будем держаться все вместе.

Лике это предложение Леси не слишком понравилось. Она явно планировала за выходные так обработать Костика, чтобы к понедельнику у него просто не осталось другого выхода, кроме как предложить Лике свою руку и сердце. Ну и банковский счет, разумеется. Тут Леся наконец не вытерпела и спросила:

– Лика, а этот твой Костик, он богат?

– Да уж небеден.

– И его друзья тоже?

– С голытьбой я бы ему общаться не позволила, – презрительно фыркнула Лика.

Лику ничуть не смущало, что у ее предполагаемого жениха могло быть иное мнение на этот счет. Она вообще редко прислушивалась к чужому мнению. Да и зачем это было ей нужно? Оно ведь, известное дело, редко бывает лестным. Чужой человек, он на то и чужой, чтобы желать зла маленькой Лике. Следовательно, и мнение у него может быть только таким… злодейским. Нечего и слушать.

Реже будешь слушать чужие советы – целее останешься. Меньше будет слушать, чего хотят другие, больше получишь сама.

В общем, Лика настроилась на решительную схватку, в итоге которой она должна была оказаться победительницей в белом подвенечном наряде.

– На «Красное озеро» голодранцы вообще не ездят. Если я вам скажу, сколько я отдала всего за этот уик-энд, у вас волосы зашевелятся, где они еще остались!

– И сколько же ты заплатила? – полюбопытствовала Кира.

Лика наклонилась к ней и прошептала сумму, от которой Киру мигом бросило в краску.

– Ты врешь!

– Клянусь тебе.

– Но это же страшно дорого!

– А я тебе о чем? Нужно тусоваться в тех местах, где плавает крупная рыба.

– Ну а от нас-то тебе что нужно? – недоумевала Кира. – Ты ведь не просто так пригласила нас поехать с тобой? У тебя есть для нас какое-то дело?

Кира достаточно разбиралась в людях, чтобы понимать: заплаченные Ликой деньги требуется отработать. Когда Лика звала их с собой, подруги предполагали, что речь идет о паре-тройке тысяч на всю их компанию. Большего домики-развалюхи, которые они видели на фотографиях сайта «Красного озера», никак не стоили.

– Конечно, я придумала для вас занятие на эти выходные. Что я, совсем ненормальная – такие подарки делать? Нет, конечно, я вас очень люблю, но всему же есть разумный предел.

Кира кивнула головой и про себя поклялась, что как только ей попадется банкомат, она снимет с карточки требуемую сумму и отдаст за них с Лесей. Они не могут принимать от кого-либо такие дорогие подарки. Любой подарок требует «отдарок». А такой дорогой – тем более.

Связываться же с Ликой, попадать к ней в долговую или иную зависимость Кире что-то совершенно расхотелось. Их милая приятельница за короткий отрезок пути, который они проделали вместе, успела показать множество сторон своей натуры, которые Кире совсем не нравились.

Но банкоматов, как назло, не попадалось. И Кире пришлось поневоле слушать, что же за задание придумала для них ловкая Лика.

– Я хочу с вашей помощью понять, как же на самом деле относится ко мне Костик. А для этого нужно, чтобы меня похитили.

Кира, которая вела машину, невольно дернула руль, из-за чего авто вильнуло в сторону, вызвав громкий возглас Веры.

– Ах, чтоб тебе!

Впрочем, оказалось, что Вера сердится совсем не на Киру. Взгляд ее был устремлен на Лику.

– Снова за старое принялась? – гневно спросила она у подруги. – Мало тебе Алика? Снова на подвиги потянуло?

– Вера, замолчи, – прошипела в ответ Лика, причем невооруженным глазом было видно, что на сей раз она здорово разозлена. – Замолчи, или я за себя не ручаюсь!

– Личка, ну не надо! – теперь уже жалобно протянула Вера. – Не делай этого! Не доведет тебя это до добра! Раньше не доводило и теперь не доведет.

– Заткнись! – взвизгнула Лика. – Заткнись или выметайся из машины! Кира, останови! Вера никуда не едет!

– А вот это фигушки! – неожиданно воспротивилась Вера. – Никуда ты меня не выкинешь! Захочу и поеду. И рот мне не заткнешь! Буду говорить, буду! И вообще, я буду действовать без твоей указки, вот так вот!

– Говори, – зло прищурила глаза Лика. – Только не очень много. И не забывай: у меня тоже имеется, что про тебя сказать.

И так как Вера замолчала, Лика решила добить ее:

– Не смей мне указывать. Твое мнение вообще в расчет брать глупо. Или ты забыла, какая ты дура? Забыла про Дмитрия Степановича? Забыла про Задулило? Вспомни, как ты рыдала из-за этого типа! До сих пор мне противно, какой тряпкой ты оказалась!

– Откуда ты?.. Зачем ты про него сейчас вспомнила?

Лика ничего не ответила. А Вера побледнела и мигом замолчала окончательно. Она буквально язык прикусила и вроде бы даже стала меньше ростом.

Весь этот разговор, абсолютно непонятный подругам, тем не менее произвел на них неприятное и даже тягостное впечатление. У двух приятельниц, с которыми они отправились на уик-энд куда-то далеко за город, было явно немало темных страниц в прошлом. И если дорога началась с громкой ссоры, то что же их ждет впереди?

Но, к счастью, Лика умела держать себя в руках. Она быстро успокоилась после разговора с Верой. Во всяком случае, точно быстрее, чем сама Вера, которая как забилась в угол машины, так там и сидела, не поднимая головы.

– Девочки, не обращайте на нас с Верой внимания, – прощебетала Лика, вновь становясь мягкой и пушистой. – Мы с ней постоянно цапаемся, но при этом мы лучшие подружки.

– Мы так поняли, что ты задумала нечто такое, в чем Вера не хочет принимать участия.

– Ах, не обращайте вы на нее внимания! Вера такая зануда! Обожает, чтобы всегда и все поступали по правилам! А я задумала невинную шутку, дружеский розыгрыш. И вы мне в нем поможете. Сами понимаете, нынче без надежных помощников никуда. А я вам за это буду так благодарна, так благодарна… что дальше просто некуда!

– И что же мы должны для тебя сделать?

– Я же говорю, вы должны будете изобразить мое похищение.

– Похищение?

– Похищение?!

Вера ничего не спросила, она лишь издала сдавленный стон, но в этом стоне слышалось все, что она думает по поводу задуманной Ликой аферы. Но если Вера знала или, во всяком случае, догадывалась, что затеяла ее подруга, то Кира с Лесей были в полнейших непонятках.

– Что за похищение? – помотала головой Кира. – Лика, объясни нормально!

Лика кивнула головой и с радостью принялась описывать подругам то, чем им предстояло заняться на выходных за городом. Похоже, это было то великое дело, ради которого она столько времени «дружилась» с Кирой и Лесей. То, ради чего она пошла на немыслимые для ее кошелька траты. То, на что она возлагала огромные надежды и к чему Вера испытывала такое же огромное опасение.

Глава 2

Рассказывать Лика умела очень хорошо. Язык у нее был подвешен как надо. Не прошло и четверти часа, а подругам ее предложение уже не казалось таким уж диким. И даже Вера зашевелилась в своем углу и выдала пару ободряющих реплик.

– Ничего, девчонки, – мирно гудела она, – это только в первый раз страшно. А потом втягиваешься и не замечаешь, что делаешь.

– Надо понимать, ты уже неоднократно помогала Лике в ее «похищениях»?

– Было дело. Правда, раньше-то мы всегда вдвоем управлялись. В толк не возьму, зачем Лике в этот раз понадобилось столько народа? А, Личка? Ты мне не скажешь?

– Ты меня больше не устраиваешь. Я знаю, что ты против. И боюсь, не станешь мне помогать как следует.

– Если не я, то кто тебя удержит? Костик – хороший парень. Не надо с ним так… как с остальными.

Но Лика ничего не ответила и вообще предпочитала не обращать на Веру внимания, словно опасаясь, что вновь сорвется на ней.

Она разговаривала только с Кирой и Лесей. И по словам Лики выходило, что подругам не надо никого похищать. Все сделает сама Лика. Сама себя украдет, сама поместит в надежное место. А подругам только и надо, что связать ей руки, а потом мчаться прямиком к Костику и изображать перед ним страх и ужас.

– Самое главное, чтобы он поверил в то, что милицию вызывать нельзя.

– У нас теперь полиция.

– Все равно! Главное, чтобы Костик обошелся без звонка в ментовку!

– Тогда уж в полицовку!

– Заткнись, Вера! – процедила сквозь зубы Лика. – Поняла ты меня? Просто заткнись! Я уже жалею, что вообще позвала тебя. Кира с Лесей куда лучше справятся с делом, чем ты, клуша!

Но Вера обиделась не на клушу, а на недоверие подруги.

– Вот ты, Личка, какая! А еще в дружбе мне клялась! Разве я виновата, что не такая быстрая и умная, как ты? Вот я тебя все равно люблю, а ты меня обижаешь!

Вера заплакала, но утешать ее кинулась одна Леся. Лика и глазом ни моргнула. Она продолжала инструктировать Киру, возбужденно повторяя одни и те же указания, словно хотела, чтобы они отпечатались в мозгу Киры намертво.

– Домик, в котором меня будет держать злодей-похититель, находится неподалеку, в бывшем пионерском лагере, которому не так повезло, как «Красному озеру». Лагерь никто до сих пор не выкупил, и он тихо ветшает. Там уже давно никто не живет. Но крыши на домах еще имеются. Дождь мне не будет страшен. Да и ночью станет лучше, если вокруг четыре стены, а не голый лес.

– Погоди, ты все это всерьез?

– Ну конечно! А ты как думала?

– Я… Я не знаю, – растерялась Кира. – Зачем тебе все это нужно?

– Я это делаю исключительно ради самого Костика, – серьезно произнесла Лика. – Он такой душка! Такой лапка! Мне кажется, он меня просто обожает! Но он такой нерешительный. Все никак не отважится сделать последний шаг. Мне только и нужно, что легонько подтолкнуть его в верном направлении.

– Но почему для этого нужно, чтобы тебя кто-то похищал?

– Как ты не понимаешь, это же проверка! Костик должен испугаться за меня! Он должен проявить свои лучшие мужские качества.

– И должен, я так понимаю, заплатить выкуп похитителям?

– Верно мыслишь! – обрадовалась Лика. – Отличная идея! Вот со своего первого я выкупа не потребовала, и такая получилась промашка! Меня-то он нашел, но на радостях напился, да и… Ах, чего там вспоминать! Сейчас мы говорим про Костика.

– Ладно, выкуп за тебя Костик соберет. Тебя найдет. А дальше что?

– Дальше мы с ним сыграем пышную свадьбу, а вы все будете подружками невесты.

– А от нас-то что требуется?

– Не допускать, чтобы Костик ввел в игру ментов. Вот с моим вторым мужем… Там в дело вмешались опера, которые очень быстро меня нашли и, что значительно хуже, догадались обо всем. Пришлось здорово потратиться, чтобы они ничего не сказали моему жениху. Да, тогда я пережила несколько неприятных моментов. Но в этот раз все должно пройти идеально!

– То есть Костик должен показать себя с самой лучшей стороны? Заплатить за тебя выкуп?

– Вот именно.

– Ну… А если этого не произойдет?

– Тогда я буду очень в нем разочарована, очень!

– Но замуж все-таки за него пойдешь? – ехидно поинтересовалась Леся.

– Пойду! – решительно ответила ей Лика. – Пойду, но без всякой радости!

Да уж, тяжело быть женщиной. Какие только идеи не приходят в хорошенькие женские головки, покрытые пышными кудрями! Куда там мужикам с их вечно скучной стрижкой или ранней плешкой!

И все же кое-чего подруги не понимали.

– Ну а мы тебе зачем? Вполне достаточно было бы и одной Веры.

– Во-первых, вы же видите, как она негативно настроена. А во-вторых… на этот раз будет много народу со стороны жениха – целых два его лучших друга. А это значит, что я тоже должна выставить достойных оппонентов. Понимаете, Вере одной не справиться с тремя мужиками, если они надумают обратиться к ментам или вовсе решат сбежать!

– А что, ты рассматриваешь и такой вариант? – поразилась Леся. – Ты полагаешь, что твой Костик может сбежать, оставив тебя в руках похитителей?

– В принципе не должен. Но в жизни нет ничего невозможного.

Надо полагать, этому научили Лику два ее предыдущих замужества. Что же, оставалось только пожалеть девушку, набравшуюся такого негативного опыта. И помочь ей в новом предприятии.

– Будем надеяться, что Костик окажется достойным твоей любви, – подвела итог Леся. – А со своей стороны мы тебе поможем чем сможем.

– Все равно ведь, я так понимаю, ты влезешь в это предприятие.

– Так лучше мы поможем тебе, раз уж отговорить тебя не получается.

Лика моментально повеселела. И дальнейший путь прошел в любви и согласии между всеми участницами предстоящей аферы. Как известно, ничто так не сближает, как совместная работа. А она подругам и Вере, судя по всему, предстояла очень большая.

По приезде на «Красное озеро» выяснилось, что Костик с друзьями где-то задерживается, и девушкам пришлось заселяться в домик самостоятельно.

– Я зарезервировала для всех нас один домик, – пояснила им Лика. – А Костик с друзьями будет жить по соседству. Вроде бы и рядом, но все-таки не вместе. Не хочу давать повода для сплетен.

– Кому?

– Ну… всем. Пожить вместе мы с Костиком успеем и после свадьбы.

Судя по тому, как говорила Лика, свадьбу с Костиком она уже считала делом решенным. И предстоящее испытание жениха ровным счетом ничего не могло изменить. Лика просто хотела еще до свадьбы изучить своего мужчину, понять до конца, что он за фрукт. Ну а потом уже действовать, используя полученную таким образом информацию.

– Лика, а ты уверена, что все хорошо продумала?

– О да! Оба моих бывших мужа признавались, что до того момента, как меня похитили, не были уверены, что хотят жениться. Но после того, как едва не потеряли меня, они словно прозрели и мигом позвали меня замуж.

– Значит, Костик еще не сделал тебе предложения?

– Нет пока, но обязательно сделает! Вот увидите, я уеду отсюда уже невестой!

Оптимизму Лики оставалось только позавидовать. Так что Кира не стала ее уговаривать или отговаривать, а просто огляделась по сторонам. Что за место такое это «Красное озеро»?

Ничего необычного Кира вокруг себя не увидела. Все то же самое, что на фотографиях в Сети: кособокие дощатые домики. Некоторые вовсе развалились, и их снесли, освободив место для новых построек, которые были точными копиями своих соседей. То есть дощатыми, хлипкими и убогими.

– Не понимаю, кому может понравиться жизнь здесь. Они бы еще палатки поставили!

– Они тут есть.

– Что?

– Да, да. У самого берега в лесу разбит палаточный городок для желающих побыть как можно ближе к природе.

Куда уж ближе? Разве что в сам мох, который рос возле крыльца, закопаться. Лес тут был всюду. Между маленькими домиками стояли вековые сосны и березы. А под ними росли грибы, были разбросаны кустики брусники с первыми ягодками и попадались черничные полянки. Самая обычная турбаза, где Лесе с Кирой довелось в юности и детстве побывать не один раз. Тогда этот отдых стоил сущие копейки, считался самым демократичным и потому недорогим. Что же изменилось сейчас?

– Зажрались люди, вот что, – проворчала Вера, которая словно прочитала мысли Киры. – На своих Куршевелях и Багамах икрой с лангустами объелись, теперь на такой вот отдых мода пошла. А по мне, так вовек бы сюда не сунулась. Комары, условий никаких. А уж кормят… Жуть! По запаху чую! И по лицам бедолаг, которые из столовки выходят!

Питаться можно было либо в общей столовой, либо готовить самому на индивидуальном костре или опять же на общей печке, которая стояла во дворе и топилась дровами.

– Приносишь вязанку сухих дров из леса – можешь приготовить себе обед. Живые деревья рубить нельзя. Зато грибы и ягоды собирай себе вволю.

Сейчас был сезон черники. Попадалась в лесу и припозднившаяся земляничка, а также начинали созревать ягодки брусники. И Вера планировала в свободное от похищения Лики время пополнить запасы ягод и грибов на зиму.

– Мама у меня большая охотница до ягодного варенья. А из черники она себе кисели варит. Очень для желудка и глаз полезная вещь.

Внутри домик оказался даже хуже, чем снаружи. На улице хотя бы светило солнышко, пели птички, и на душе было светло и радостно. А стоило войти в домик, как душу немедленно охватывала тоска. Внутри было сумрачно, холодно и пахло то ли пылью, то ли плесенью, то ли тем и другим вместе. Так как электрическим светом тут принципиально не пользовались, то освещать дом предлагалось лучиной или масляным светильником, который давал крохотный, почти ничего не освещающий огонек – тлеющую точку.

– А спать мы где будем?

Вместо ответа Лика указала на добротно, но грубо сколоченные топчаны, на которых лежало сено.

– Экологически чистая древесина. А сверху сухие полевые и лесные травы.

– А белье?

– За бельем мы сейчас сходим. Оно тут из льна или конопли. Да вы не расстраивайтесь, девчонки, скоро все закончится, и мы вернемся к благам цивилизации. Мне тут нравится не больше вашего. Но что поделать, если у Костика такой своеобразный вкус. Ему тут очень нравится.

Черт с ним, с Костиком. Он мужик, ему для счастья много не надо – бутылка водки, немудреная закуска и душевная компания. А Кира с Лесей – девушки. Им для того, чтобы чувствовать себя комфортно, нужно куда больше.

– А где мы можем помыться? – продолжали допытываться подруги.

– Во дворе есть колонка. А еще можно искупаться в озере.

– Это мы поняли. Ну а мыться-то где?

– Так в озере и помоетесь.

– В самом озере?

– А еще тут есть баня.

Услышав про баню, девушки немного оживились. В конце концов, обойдутся они без ванны, и без пены в ванне тоже обойдутся. Чай, не королевы! И на сене поспят, раз уж так получилось. Противно, жестко и колко, но что поделаешь. Если Лике нужна их поддержка, они ей помогут.

– Хотя, если честно, ее план мне кажется весьма сомнительным, – призналась подруге Леся, пока девушки шли к бане.

– И это еще мягко сказано! Если этот Костик не круглый дурак, то он обязательно почует подвох.

– Ага. И еще этот выкуп… Лучше бы Лике его не просить. Мужчины иной раз чертовски крепко держатся за свои деньги. Будь еще Лика его законной женой, а так…

– Будем надеяться, что Костик не из таких.

– Не знаю, мне кажется, что у Лики очень мало шансов!

Баня оказалась самым новым и крепким сооружением на «Красном озере». Она была общей, но мужчины с женщинами мылись по очереди. Сейчас была очередь мужчин, а на полянке перед баней расположилось несколько женщин самых разных возрастов. К удивлению подруг, все они явно принадлежали к высшему и среднему классу. Об этом говорили их одежда, обувь, ухоженные руки с маникюром и лица – безмятежные и гладкие.

Многие также не решились расстаться с дорогими украшениями, но жемчуг от Тиффани и бриллианты смотрелись в лесу как-то неуместно.

– Смотри, какие цацы! Лика нас не обманула, это местечко пользуется популярностью среди нуворишей.

К удивлению подруг, из бани вместе с мужчинами вышли и несколько девушек. Они весело смеялись и, кажется, ничуть не были смущены ситуацией. Раскованные, красивые и веселые, они нагло глядели на возмущенных женщин на поляне.

Как поняли подруги, мужчины на «Красное озеро» приезжали не только со своими законными женами, невестами или дочерьми. Тут частенько появлялись девушки из службы эскорта и случайные подружки богатых бизнесменов, которые хотели успеть отхватить от этой жизни все.

Провожаемые недовольными взглядами дам эти пташки упорхнули прочь, уводя с собой своих мужчин. А женщины одна за другой отправились в баню. У каждой из этих особ на ее участке явно была собственная каменная баня или даже несколько, считая турецкую парную и бассейн.

Но вот только они почему-то не хотели мыться в неге и роскоши, им тоже был нужен экстрим. Хотя бы такой, как совместная помывка всего бомонда в деревенской рубленой бане.

– Блин, нездоровая фигня, – ругалась Леся, наспех ополаскиваясь под струями едва теплой воды.

Душа тут тоже не было. Поливать друг друга приходилось из ковшиков. А кипяток черпать из огромного чана, под которым день и ночь горел огонь. Холодная вода была налита в соседнем баке. Как поняли девушки, она шла прямо из озера, которое находилось чуть дальше самого эколагеря.

Смыв с себя дорожную пыль и усталость, подруги почувствовали себя лучше. Но все-таки до конца не могли понять, как это их угораздило оказаться тут.

– А что, если нам уехать? Прямо сейчас, а? Мне тут не слишком нравится.

– Во-первых, перед Ликой неудобно.

– Да ну ее с ее затеей!

– И потом, мы привезли девчонок на нашей машине. Как они уедут отсюда?

– Вызовут такси!

– И еще мы не вернули Лике деньги.

Заслушавшись Ликиной историей, подруги прозевали все банкоматы, которые были у них на пути. Ну а на «Красном озере» такой услуги не было, все оплачено заранее. А товаров, для покупки которых могли понадобиться деньги, в лесу не было.

– Мы можем съездить в соседний поселок, попытаться снять деньги там.

– Погоди. Удрать мы всегда успеем. Давай поживем тут хотя бы денек, посмотрим, что да как. Интересно же все-таки посмотреть, как нынче люди отрываются!

Леся не стала спорить. Хотя она уже составила мнение об окружающих ее людях, и было оно далеко не лестным. Владельцы «Красного озера» – жулики и проходимцы. А отдыхающие – дураки. А как иначе назвать людей, которые согласны платить бешеные деньги за то, что можно получить гораздо дешевле, если вообще не даром!

– Поехали бы в деревню к какой-нибудь бабулечке да и пожили бы у нее недельку-другую. Дали бы за этот отдых старушке десятую часть того, что они заплатили здесь: и им хорошо, и ей бы на целый год безбедной жизни хватило!

– На год – это ты замахнулась. Но прибавку к пенсии старушка бы получила – это факт! Но ты не учитываешь одного момента.

– Какого же?

– Ну, отдохнут они в деревне, вернутся в город, а дальше что? Чем они похвастаются? Тем, что козу доили и с бабкой умные разговоры за жизнь вели за вечерним чаем? Оно им надо?

– А что же им надо?

– Как что? «Красное озеро» – местечко выпендрежное, даже пафосное. Ты посмотри по сторонам. Куда ни плюнуть – попадешь в крупного бизнесмена или литератора. Да тут собираются самые сливки. Скажешь, что провел выходные тут – тебе честь, слава, уважение и всеобщая зависть. Ради этого сюда большинство людей и едут, а уж точно не ради соломенных подушек и жизни в потемках!

На обратном пути из бани подруги заплутали. Все эти домишки, затерянные в лесу, казались им совершенно одинаковыми. Подойдя к одному из них, они стали свидетелями ссоры между мужчиной и женщиной. Голоса были подругам незнакомы. Ссора была далеко не любовной. Смысла ее подруги издалека уловить не сумели. Подходить ближе не собирались, очень им нужны чужие скандалы. И поэтому до их слуха совершенно случайно донеслась всего пара фраз.

– Ты меня подставил! – визжал женский голос. – Кинул меня на бабки!

– Меня самого кинули.

– Это отмазки. Верни мои деньги.

– Я все тебе верну! Даже с процентами! Только отстань от меня, прилипала!

При этих словах дверь домика распахнулась, и из него выскочил широкоплечий мужчина. За его спиной в проеме двери мелькнуло бледное женское лицо, а потом дверь захлопнулась. Мужчина скрылся в зарослях, а подруги побыстрее пошли прочь.

Разыскав свой собственный домик, они не сразу смогли туда попасть. Здесь тоже кипели страсти, хотя и несколько иного рода.

– И все равно я не понимаю, почему тебе мало меня одной! – услышали подруги обиженный голос Веры. – Зачем тебе понадобились еще и эти девчонки?

– За тем, что они быстро соображают. Знаешь, какая о них в «Чудном уголке» идет слава?

– Какая?

– Их все считают опытными сыщицами. Они вдвоем распутали уже не одно дело.

– И что?

– А то, что ситуация и в прошлый раз едва не вышла из-под нашего с тобой контроля. Нас спасло только чудо. А что будет сейчас?

– Я справилась тогда, справлюсь и на этот раз.

– Вера, я тебя очень люблю, но не переоценивай себя. Ты дура. А Кира с Лесей далеко не глупые, хотя и легко позволили задурить себе голову. Они станут мне помогать бесплатно в том, за что другие взяли бы большие деньги.

Тут Вера выглянула из окна, увидела подруг, стоящих возле домика с разинутыми ртами, ойкнула и мигом спряталась назад. Спустя секунду дверь открылась и на пороге возникла улыбающаяся Лика.

– Мои красавицы! – самым что ни на есть задушевным тоном воскликнула она. – Какие вы молодцы, что сходили и умылись. Посвежели и похорошели разом лет на десять! Мне тоже надо бы умыться, а то по сравнению с вами я просто чумичка!

Лика лучилась улыбкой и расточала комплименты подругам по делу и без. Обаяние ее было велико, и было очень трудно поверить, что еще недавно Лика отзывалась о подругах совсем иначе – холодно, расчетливо и даже с долей неприязни в голосе.

Теперь это снова была та самая Лика, которую знали подруги: улыбчивая, обаятельная, душка и лапочка. Так что подругам очень захотелось забыть о том, что они слышали, и получать наконец от жизни обещанные Ликой удовольствия.

– А что же наши кавалеры? Они уже скоро приедут? – спросила Леся, подсушивая волосы полотенцем: фена, разумеется, не было, как и электричества.

– Ой, я же вам еще не сказала! Костик уже скоро будет! Вот только…

– Что? – не удержалась от легкой подколки Кира. – Он больше не считает тебя своей невестой и привез другую?

– Нет! Типун вам на язык! Придумаете же такое! Нет, тут другое… Дело в том, что Костику удалось пригласить с собой только одного друга.

Одного друга? Это что же, один кавалер на трех свободных девушек? Подруги разочарованно переглянулись. Как они уже успели заметить, на «Красное озеро» приезжали в основном компаниями и парами. Одиноких мужчин, с которыми можно было бы познакомиться, тут практически не было.

И что будут делать две не приглянувшиеся приятелю Костика дамы? Кусать локти, завидовать и плакать в подушку?

– Приехал только один кавалер? – не скрывая своего разочарования, переспросила Кира. – Выходит, мы с Лесей можем уезжать?

– Нет! Почему? – всполошилась Лика.

– Но если приехали всего двое мужчин…

– Вы мне еще нужны, вы забыли?

– Но разве вы с Верой сами теперь не справитесь? Двое на двое, ты же говорила.

– Вы должны быть рядом, – упрямо возразила Лика. – Вы мне это обещали, поняли?

Ее маниакальная настойчивость заручиться поддержкой подруг уже не просто настораживала, она начала пугать. Видимо, Лика что-то такое прочитала по лицам собеседниц, потому что подошла к ним поближе и быстро прошептала:

– Девчонки, мне грозит опасность. Только ни слова при Вере!

Опасность! Тогда, конечно, другой разговор. Если дело не в причуде Лики, прямо скажем не очень умной, то во всем другом подруги готовы были ей охотно помочь. Но поговорить при Вере не получалось. Лика почему-то не хотела рассказывать о своих проблемах при ней. А избавиться от Веры никак не выходило. Толстушка настроилась на плотный ужин и прямо изнывала от нетерпения.

– Есть хочу, есть! Ну сколько можно возиться? – ныла она, пока Кира с Лесей расчесывали волосы и приводили себя в порядок, извиваясь перед крохотным зеркальцем в Лесиной пудренице.

Других зеркал в комнате не было. Имелся лишь овальный полированный кусок желтого металла, который, по задумке дизайнера, якобы поработавшего над интерьером домиков, выполнял эту роль. Экологично и абсолютно безопасно.

– Именно такими зеркалами и пользовались наши предки. Ни ядовитой ртути, ни свинца в этом сплаве нет.

Очень может быть, про металлические зеркала подруги и сами слышали. Правда, наши предки для этой цели использовали серебро как наименее подверженный окислению металл, и правильно делали. Потому что на воздухе желтый металл тутошнего зеркала окислился и покрылся темным налетом. Да еще в помещении было мрачновато, так что рассмотреть себя можно было очень условно. Вроде бы тут вот глаз, а тут лоб. Или это щека и прядь волос на ней?

– Нет, вы как хотите, а я нашим предкам не завидую. Жить в таких условиях – это невыносимо.

– Да идемте же уже есть! – взвыла Вера. – Жрать! Нямкать!

– Иди сама, обжора.

– Мне без вас скучно! Идемте! Там все самое вкусное съедят!

Но оказалось, что Вера переживала напрасно. Все живущие на «Красном озере» питались из одного котла. Причем как в фигуральном, так и в буквальном смысле этого слова. В огромном чане булькало нечто отдаленно напоминающее кашу, скверно пахнущее дрожжами и мутное.

– Это что такое?

– Тюря.

– Тюря?

– Ну да, блюдо из молотого зерна и воды. Его можно было есть сырым. Но тут нам повезло, вместо воды использован березовый сок, а в него покрошен ржаной хлеб.

Глядя на тюрю, Вера побледнела.

– Вы как хотите, девочки, а я к этому даже не прикоснусь! – прошептала она. – Может быть, салатиков пожуем?

Но и с салатиками тоже произошел облом. В качестве закуски тут предлагались пареная в печи репа, а также пироги с лесными ягодами и грибами. Вот на них-то Вера и налегла, тем более что испортить пироги не смог даже рецепт старинной русской кухни – вместо сахара брался мед. А муку использовали не пшеничную, а ржаную.

Во времена Древней Руси рожь, в отличие от пшеницы, росла охотно. Поэтому муку преимущественно изготавливали из нее, а в голодные годы, не стесняясь, щедро подмешивали в нее молотые коренья и травы. Кира с Лесей как-то пытались искать ржаную муку, но когда нашли, покупать передумали. Маленький полукилограммовый пакетик этой муки стоил так дорого, что лепешки из нее получались просто золотыми.

– А еще на Руси питались осетровыми. А их я тут что-то не вижу.

Впрочем, в меню ужина была еще озерная рыба, сваренная по-деревенски, то есть вместе с костями и внутренностями. И мясо, которое вообще-то трудно испортить, но тутошнему повару это удалось.

– Отвратительней стряпни мне еще пробовать не приходилось, – вздохнула Вера. – Только пироги меня и порадовали.

– Пироги пекла я. Спасибо.

Это произнесла ширококостная женщина со славным улыбчивым лицом. Она как раз в этот момент присела со своей тарелкой рядом с подругами и приветливо кивнула им головой:

– Надоело здешние кушанья трескать. Да и других людей жалко. Вот я и предложила местному повару, чтобы он на часок подпустил меня к печи. Сама-то я из деревенских. Еще девчонкой видела, как бабушка моя в печь пироги сажала. Ну и налепила. А что, неплохо получилось.

– Все пироги вы сами испекли?

– А чего их печь-то? Ягоду девчонки мои в лесу собрали. Грибы все принесли понемногу. Так с миру по нитке и набралось. А вообще, скажу я вам, деньги тут огромные дерут, а удовольствия от такой жизни никакого нет. Выпендреж один!

Именно об этом же думали и сами подруги. Приятно сознавать, что, кроме них, на «Красном озере» был, по крайней мере, еще один нормальный человек.

– А вы тут с семьей?

– Ага, – просто кивнула головой Аня, как представилась подругам эта женщина. – Муж меня сюда и заманил. Хитрец такой!

По лицу Ани скользнула теплая улыбка. Своего мужа она явно любила и ничуточки на него не сердилась, чтобы он там ни придумал.

– А почему хитрец?

– Так наплел мне с три короба про это место. Как пел, заслушаешься. Ты, говорит, Анютка, давно у меня в деревню свою просишься. А мне все некогда и некогда. А тут отлично получится: и ты на воздухе, и я при деле. У меня, говорит, контракт намечается очень выгодный. Я его там и подпишу, а ты рядом со мной будешь. И что?

– Что?

– А ничего, обманул! Сам целый день со своими деловыми знакомыми крутится, а мне что делать? Стряпню этого повара в рот не взять. Пришлось самой стариной тряхнуть.

– А вы повариха?

– Была когда-то. Вот и подумала, а не взяться ли за старое. У меня двое девчонок, они дрянь эту, которой нас тут пичкают, в рот не берут. Похудели совсем.

И Аня кинула озабоченный взгляд на двух девочек-подростков. Подругам они худышками не показались, но любящее сердце матери видело иначе. Потом к Ане подсел высокий мужчина, который оказался ее мужем, и весь остальной мир перестал существовать для женщины.

Девушки с грехом пополам заморили червячка, в основном благодаря Аниным пирогам. И остальные, как они видели, в основном налегали тоже на них. Противную тюрю с кусочками овощей, которую сварил здешний повар, если кто и брал, то исключительно из любопытства. По рецепту овощей в тюре быть не должно. Но даже с ними она все равно была редкой гадостью.

– Если тут и дальше будут так кормить, мы просто подохнем.

– Да уж.

– Слушай, Лика, надо что-то делать.

– А что я могу? Сама не ожидала такой подставы, но что делать?

– Позвони Костику и его другу. И если они еще не доехали, пусть остановятся у магазина и купят там колбасы, сыра и еще чего-нибудь.

– И коньяка!

Поданная за ужином мутноватая медовуха совершенно не вдохновила Киру. Она вообще плохо переносила мед, от него у нее потом чесалось все тело, а уж когда от меда пахнет дрожжами, это и вовсе ни в какие ворота не лезет.

Но Лика никому не успела позвонить. Внезапно она просияла и воскликнула:

– Костик!

И подругам только и оставалось, что наблюдать, как Лика бежит к невысокому мужчине, который радостно улыбается ей в ответ. И хотя нос у Костика мог быть и поменьше, а глаза, наоборот, побольше, подруги мигом простили ему все его недостатки за хорошую и широкую улыбку, которой он приветствовал Лику и их самих.

Глава 3

С собой у Костика оказалась целая сумка провизии.

– Лешка мне позвонил, предупредил, что жратва тут паршивая. Так что я запасся провиантом, поэтому и опоздал.

И тряхнув пакетом, в котором что-то приятно звякнуло, зашуршало и запахло копченым, Костик произнес:

– Вижу, вы загрустили на здешнем питании. Прав был Леха. Предлагаю пойти к нам в домик и там наконец поужинать нормально.

Оглядев девушек, он произнес:

– Ну, кто со мной? Лика, знакомь меня со своими подружками!

Лика быстро представила всех. И спросила:

– Ты один приехал? А где же твой друг?

– Лешка-то? А он где-то тут болтается. Раньше меня из города вырвался. Да вот и он!

Костик махнул рукой. И подруги, повернувшись в нужную сторону, с изумлением увидели того широкоплечего красавца, ссору с участием которого наблюдали сегодня, возвращаясь из бани. Так это и есть Леша – друг Костика? И у него в лагере есть знакомая? А может, и не одна? Такой красавчик без женского внимания точно никогда не останется. Лешка – это вам не кривоногий Костик, у которого только и есть хорошего, что его улыбка.

Вообще, выбор Лики изрядно разочаровал подруг. Конечно, это не их дело, да и мужчине совсем необязательно быть писаным красавцем, но все-таки лучше, если он хотя бы симпатичный. А Костик… нет, Костик симпатичным не был. Глаза близко посажены и маленькие. Нос большой. Волосы редкие. Рост и телосложение так себе. Да еще вся физиономия усыпана какими-то неприятными мелкими точками. Нет, не то что красавец, а прямо вовсе урод!

– Лика, а ты уверена, что хочешь за него замуж?

– Конечно! А вам мой Костик не понравился?

– Это ведь ты за него замуж собираешься, а не мы.

– Да, я хочу замуж за Костика. У него очень много денег, и он щедро делится ими со своими близкими.

Но что-что, а жадным Костик не был. И продукты он привез все высшего класса. Во всяком случае, самого высшего из того, что нашлось в магазине. Не забыл он и коньяк, в который Кира немедленно вцепилась, решив снять стресс после сегодняшнего дня с помощью спиртного. И шоколад, который выхватила Вера. И даже фрукты, на которые нацелилась Леся.

Кроме коньяка, Костик привез водку, красную икру, копченую лососину, свежий белый хлеб, шпроты, консервированные огурчики, маслины, кетчуп, майонез и многое другое, без чего трудно себе представить современный стол, но без чего, как выяснилось, обходились наши далекие предки.

– Странно, – произнес Костик, когда друзья пожаловались ему на отвратительную стряпню здешнего повара. – В прошлом году тут кормили совсем неплохо. А вы уверены, что не ошиблись?

– Ошибешься тут! Запах от этой тюри до сих пор стоит у меня в носу!

Костик посмеялся и пообещал, что разберется.

– Мы не для того платим деньги, чтобы питаться всухомятку. Я знаю, с кем нужно переговорить.

И он действительно позвонил некоему Игорю Ефимовичу, с которым беседовал всего несколько минут. О чем был у них разговор, девушки не услышали – Костик вышел на улицу. Но вернувшись, он сказал:

– Не беспокойтесь, завтра нам на завтрак подадут отличный омлет и нежнейшую ветчину. А за сегодняшний неудачный ужин владельцы «Красного озера» приносят нам всем свои извинения. У них тематические застолья. Сегодняшний ужин был стилизован в духе древних славян. А завтра мы перенесемся в жаркую Андалузию. Весь день будем пить вино и есть андалузские закуски.

– Хорошо бы, – промямлила Вера. – Если, конечно, повар и их не испортит.

Но никто не стал ее слушать. С появлением мужчин настроение у подруг существенно повысилось. И что с того, что мужчин всего двое? Для компании этого вполне достаточно. К тому же Костик оказался наделен мягким и ненавязчивым чувством юмора. А Леша знал великое множество бородатых анекдотов, среди которых иной раз встречались и те, которые подруги прежде не слышали.

Так что веселье продлилось далеко за полночь. Утром Кира с Лесей с трудом продрали глаза. Лика все еще спала, а вот Вера уже проснулась. И, как обычно, ее мысли были о еде. Она сидела на своем топчане и болтала голыми ногами. Увидев, что подруги открыли глаза, она тут же спросила:

– Как думаете, можно идти на завтрак?

– Наверное.

В столовой за грубо сколоченными столами над деревянными мисками (чем им каолин-то не угодил, ведь глина же?) сидели несколько человек. И, судя по их мрачным лицам, вчерашние обещания Костика ничего не стоили. На подносах вместо теплого, пышного и желтенького омлета лежало нечто серо-бурое, мятое и скомканное.

– Это… это что такое? – с трудом преодолевая отвращение, поинтересовалась Кира у рослого мужика с глуповатым лицом – повара.

– Омлет из белков! – отрапортовал он ей.

– А… а почему у него такой цвет?

– Так это же перепелиные яйца!

На вкус месиво было еще хуже, чем на вид. Кира, которая привыкла с почтением относиться к еде, с трудом осилила половину. А Леся, как положила в рот один кусок, так и просидела с ним. Впрочем, кофе оказался вполне сносным. Наверное, потому, что варил его автомат, а повар просто не имел возможности приложить к приготовлению напитка свою руку. Ветчина была тоже ничего, но опять же потому, что готовить ее было не нужно. Только порезать и подать на столы в холодном виде.

– Посмотрим, что будет в обед.

На обед ожидался суп-пюре из спаржи, мясо, тушенное в красном вине, а также многочисленные закуски с самыми диковинными названиями.

– Ой, что-то у меня недобрые предчувствия, – вздохнула Кира, изучив трудночитаемые названия.

Если повар даже самые простые блюда за вчерашним ужином умудрился испоганить до невозможности, то уж что он учинит с иностранной кухней, подумать даже страшно. Тут его разрушительной фантазии будет где разгуляться.

После завтрака Вера отправилась прогуляться и, как подозревали подруги, разбудить мужчин. Они же пошли к себе в домик, чтобы поговорить наконец с Ликой и решить, оставаться им на «Красном озере» и мучиться дальше или все-таки поехать домой.

– Девчонки, вы меня простите, что я с самого начала не рассказала вам всей правды, но честное слово… я так боюсь!

И Лика, молитвенно сложив руки, устремила на подруг жалобный взгляд. Как тут было устоять? Конечно, Леся первой спросила у соседки:

– Чего ты боишься?

Лика мигом оживилась и принялась говорить. Оказывается, фокус с похищением, в котором она просила подруг принять участие, ловкая девушка проделывала не впервые. Подруги так с самого начала и поняли, так что теперь Лика их не удивила. Удивило их другое. Кто-то, чьего имени Лика не знала или не хотела говорить, попытался помешать ей. И сделал это грубым и даже жестоким способом.

– Кроме двух моих мужей, я практиковалась и на других мужчинах. Правда, ни один из них проверки не выдержал.

– Не поспешил тебе на помощь?

– Все они были трусы! Удрали или обратились за помощью к ментам! Платить выкуп не пожелал ни один!

– И поэтому, когда тебя «спасли», ты замуж не пошла?

– А зачем мне нужен человек, которому все равно, что со мной будет? Нет уж! Мои мужья тоже не были сокровищами, но, по крайней мере, они не бросили меня в беде. Борюсик заплатил выкуп и даже не пикнул. А Генка… Ну, тот искал меня до последнего. Целых три дня блуждал по округе. В конце концов мне надоело сидеть в укрытии, я плюнула и дала себя «спасти». Без выкупа, просто ради теплых чувств к Генке. Молодая была, глупая.

– И как же ты это сделала? – полюбопытствовала Леся. – В смысле, как дала себя спасти?

Но Лика в такие детали углубляться не пожелала.

– Это было давно и вспоминать не хочется. К нашей истории Генка не имеет никакого отношения. Сейчас у меня на уме другое…

– И что же?

– Дело в том… – Лика ненадолго замолчала, собираясь с мыслями, но потом все же продолжила: – Дело в том, что когда мы с Верой затевали инсценировку похищения для Бориса…

– Это твой второй муж?

– Да. Так вот, когда мы затевали похищение для Бориса, то меня… не знаю, как бы это получше выразиться, меня чуть было не похитили на самом деле!

Подруги распахнули рты.

– Как это?

Лика вздохнула и принялась объяснять. Все ее «похищения» организовывались по одному и тому же незамысловатому, но удачному сценарию. Они приезжали куда-то за город, желательно втроем: она, жених и Вера. Хорошенько надирались вечером, а утром комната Лики оказывалась пустой. На подушке лежал ее локон и записка от «похитителей», в которой они требовали за Лику некоторую сумму денег, а в противном случае обещали ее убить.

– Разумеется, никаких похитителей не было. Я сама удирала из дома и пряталась где-нибудь поблизости.

– А кто знал, где ты прячешься?

– Вера.

– А кроме нее, никто?

– Ну, не жениха же мне было посвящать в это дело! Нет конечно!

– И что же с тобой случилось?

Последнее похищение Лики, которое ее так насторожило, произошло на даче у Борюсика. Сначала все шло по плану. Но затем, когда Лика уже устроилась у себя в укрытии и стала ждать либо выкупа, либо самого Борюсика, произошло нечто странное.

– Я ждала долго. Устала и заснула. А когда проснулась, то обнаружила, что не могу шевельнуть ни рукой, ни ногой.

– Как это? Тебя хватил паралич?

– В том-то и дело, что нет! Я была связана! Связана по рукам и ногам.

– И как это ты умудрилась?

– Я? Я умудрилась?! Меня связал кто-то другой!

– И кто он? Разве был кто-то еще?

– Нет! Это и было странно! В укрытии я была совершенно одна. Про меня знала лишь Вера. И вдруг я внезапно оказалась связанной и совершенно беспомощной.

– Но тебя все-таки спасли?

– Да, Борюсик заплатил выкуп.

– Кому?

– Деньги забрала Вера. Потом, разумеется, она отдала их мне. Но вы бы знали, что я пережила, пока ждала своего спасителя! Полностью обездвиженная! Одно дело, когда я сама запутывала себе узлы на руках и ногах, я вязала их так, что легко могла бы скинуть в любой момент. И совсем другое дело – лежать туго связанной и не иметь возможности даже переговорить с Верой. Попросить ее о помощи, свернуть всю операцию.

– Подозреваю, что ситуация была не из приятных. И долго ждала?

– В том-то и дело, что больше суток!

– И никто тебя не навещал? Шутник к тебе не приходил?

– Нет. Никого не было.

– Даже Вера?

– Даже она не смогла ко мне вырваться. Ее присутствие было необходимо рядом с Борисом. Разумеется, она мне звонила, но я не могла ответить на ее звонки! Потом она объяснила, что Борюсик впал в неконтролируемое состояние. Рвался пойти в милицию, звонил частным детективам. Вере стоило огромного труда убедить Борюсика, что лучше заплатить выкуп, чем рисковать моей жизнью, доверяя ее посторонним людям.

– Странно, что твой жених согласился с ней. Ведь всем известно, что никогда не надо платить похитителям!

– Ну, это в теории, конечно, верно, – криво улыбнулась Лика. – Но когда речь идет о дорогом и близком тебе человеке, то хочется заплатить и надеяться, что все будет в порядке. Во всяком случае, мой Борюсик в конечном итоге поступил именно так.

Ладно, платить или не платить похитителям – это можно будет обсудить потом. Сейчас важно было другое. Кто так зло подшутил над Ликой, оставив ее связанной больше чем на сутки?

– А кому в результате заплатили выкуп?

– Похитителям.

– Мы имеем в виду, кто его получил?

– Выкуп должна была забрать я. Но так как я была связанной, Вера не могла мне сообщить, где взять деньги. Когда прошли сутки, пошли вторые, а я все не отвечала, Вера поняла – что-то пошло не так. Она предложила Борюсику самому пойти в лес и поискать меня. Вера схитрила, взяла соседскую собаку и убедила Борюсика, что это ищейка. Дескать, она по следу найдет то место, где меня держат. А дальше она просто привела Борюсика в то место, где была я. И они меня освободили.

– А деньги?

– Деньги мы забрали с Верой на следующий день.

– И кому они достались?

– Мне, разумеется, – пожала плечами Лика. – Я же вам уже сказала.

– А Вера?

– Что Вера?

– Ты не поделилась с подругой?

– Ну, я дала ей немножко.

– Сколько именно?

– Какая разница? Пару тысяч.

– Рублей?

– Ну не долларов же! – возмутилась Лика. – Разумеется, рублей! Да ей и этого было много! За то, что она чуть не провалила все дело, я вообще ничего могла ей не платить!

Интересно рассуждает Лика. Кто-то ее связал, что-то пошло не по ее плану, а виновата во всем не она сама, а почему-то Вера.

– И Вера не знала, кто напал на тебя спящую?

– Нет. Она сама была в шоке, когда обнаружила меня умирающей от голода и жажды.

– За сутки ты бы не умерла, а вот обделаться могла запросто.

Лика жутко покраснела. И подруги поняли, что напрасно это сказали. Позор еще был свеж в памяти девушки. И Лика не собиралась прощать шутника, который связал ее и оставил в беспомощном состоянии больше чем на сутки.

– Но одно могу сказать: если бы тебе хотели причинить серьезный вред, то злодей не стал бы медлить. Он бы осуществил расправу, не дожидаясь, пока тебя найдут.

– Да. Это больше похоже на чью-то мелкую месть.

– Ничего себе мелкую! – воскликнула Лика. – Да я чуть не умерла от страха.

– Но все же ты осталась жива. Значит, шутник не собирался причинять тебе серьезного вреда.

– Я об этом очень много думала. И не хочу, чтобы повторилось подобное.

Понизив голос, Лика прошептала:

– Понимаете, после этого случая я уже не могу доверять Вере как прежде. Она стала ненадежной. Она все время ворчит, бурчит, чем-то постоянно недовольна. И к тому же…

– Договаривай.

– И к тому же мне кажется, что она мне завидует.

Завидует? Вера? Лике? Что же, очень даже возможно, что и завидует. Лика стройная, успешная и была замужем уже два раза. Пусть оба ее брака и заканчивались разводом, но все же… А вот у Веры жизнь не складывается. На работе ее не ценят, денег не платят, фигура у нее расплылась, а замуж никто даже и не думает звать. Да, она могла бы позавидовать Лике. Но… Но было одно «но», которое мешало подругам до конца поверить в виновность Веры.

– Ты уж прости, но Вера не показалась нам умной. Вряд ли ей по силам такой план.

– Вера – дура! – презрительно произнесла Лика. – Но ведь и план дурацкий! Шутник в результате ничего не получил.

– Он лишь добился, что ты перепугалась и измучилась.

– Да. Но деньги все равно достались мне!

Кажется, именно по этому критерию Лика и оценивала всех и все вокруг себя. Есть у человека деньги – он успешный и замечательный. И чем больше у него денег, тем он более замечательный. Ну, а история, которую она рассказала, замечательной была лишь для нее, ведь деньги достались самой Лике.

– Ладно, мы все поняли. От нас тебе что нужно?

– Ну, как вы не понимаете? – взвыла Лика. – Господи, да вы еще тупей Веры!

Эти слова вырвались у нее в сердцах. Лика тут же устыдилась своей несдержанности и заныла:

– Девчонки, вы должны меня подстраховать! Я больше не доверяю Вере, но доверяю вам! О вас в поселке идет слава как о великих сыщицах! Помогите мне провернуть это дельце с Костиком. И я награжу вас по-царски!

– То есть выделишь нам малую толику того выкупа, который мы уговорим заплатить за тебя Костика?

– Да. А вас что-то в этом не устраивает?

Подруги переглянулись между собой и Кира сказала:

– Да! Мы отказываемся.

– Что?

Лика оторопела от такого ответа. Она явно не ожидала отказа и теперь только беспомощно хлопала глазами. Леся решила немного смягчить отказ и сказала:

– Нам не нравится вся твоя затея. А Костик, наоборот, нравится. Мы не хотим его обманывать!

– И еще эта твоя идея с выкупом… Нет, нам она решительно не нравится!

– Но девчонки… – растерялась Лика. – А если я не стану требовать с Костика выкуп? Меня просто похитят, а он пусть ищет. Тогда как? Будете участвовать?

Лика шла на такие огромные жертвы ради того, чтобы подруги остались с ней, и они заколебались.

– Ну, не знаю, – протянула Кира. – Ты как, Леся?

– Может быть… Но если мы будем участвовать в операции, то никакого выкупа не будет.

– И ты должна посвятить нас во все детали!

– Да! Ты должна рассказать нам, где будешь прятаться. И когда планируешь свое «похищение».

Лика страшно обрадовалась и закивала головой:

– Конечно, я вам все расскажу!

– Слушаем тебя очень внимательно.

По прошествии одного академического часа, когда Лика поделилась с ними подробностями своего плана, Кира с Лесей чувствовали себя совершенно подготовленными к предстоящему делу. И хотя они по-прежнему не до конца понимали, зачем Лике все это нужно, согласились ей помочь. Если выкупа не будет, то все происходящее можно будет в конце концов свести к невинной шутке.

И все же Кира рискнула заметить:

– Костик не дурак, он не поддастся на такую дешевую уловку.

– Если он влюблен, то поддастся.

Что же, это дело Лики – рисковать хорошим отношением жениха.

В принципе подругам было даже занятно принять участие в этой забаве. Не очень красиво обманывать людей, но если этот человек – мужчина, почему бы и нет?

– Они нас обманывают, не стесняются, зачем нам корчить из себя благородных?

В общем, колеблясь и сомневаясь, подруги все же дали Лике свое согласие. Они также пообещали ей, что лично сопроводят ее к тому месту, которое она облюбовала для своего «похищения» еще в прошлый их с Костиком визит на «Красное озеро».

– Но произойти это должно ночью. А сейчас айда на берег озера! Купаться!

И Лика так радостно засмеялась, что у подруг прямо камень с души упал. Они быстро нацепили купальники и к приходу Веры и мужчин были готовы к новым радостям жизни. Костик и Леша казались сегодня с утра немного утомленными, но в столовой побывали и завтрак отведать успели.

– Гадость еще та, – признался Костик. – Похоже, на тутошнего повара никакие внушения не действуют. Кормить нас лучше он не собирается.

– Или просто не может.

– Ситуация мне кажется несколько странной, – задумчиво произнес Костик, – но поскольку я тут на отдыхе, вмешиваться в нее я не хочу.

Кира хотела спросить, чем именно занимается Костик (вроде бы Лика говорила, что ее жених – преуспевающий бизнесмен), но не успела. Вера начала бурные приготовления к пляжному отдыху и ей понадобилась помощь Киры с Лесей, чтобы втиснуть могучие телеса в особый купальник с утягивающими планками из сверхпрочного полиэстера, больше напоминающего гибкий пластик.

– Я должна выглядеть естественно, – пыхтела Вера, пока подруги в буквальном смысле слова утрамбовывали ее пышные складки в слишком тесный купальник.

– Естественно – это не значит на три размера меньше.

Получившийся результат не удовлетворил никого, кроме самой Веры.

– Леся, посмотри, какая у меня тонкая талия! – восторгалась она. – И живота совсем нет!

– Правильно, потому что он расползся по всему телу, а местами даже сполз вниз, на ноги!

И Леся указала Вере на толстые складки на ее попе и верхней части ноги, образовавшиеся там, где закончился купальник и началось открытое тело.

– Все равно, моя верхняя часть выглядит превосходно. А ноги… Их я могу замаскировать вот этой тряпочкой!

И недолго думая, Вера схватила парео, которое Кира купила в Турции и нежно любила. Но Кира даже не вякнула ни словечка протеста. Она понимала, что в данном случае парео куда больше необходимо Вере, чем ей самой. Облачившись в купальник и задрапировав свой низ в легкую шаль, Вера немедленно повеселела. Купальник был простым, черным, и будь он на пару размеров больше, то вполне мог бы придать Вериному телу пристойный вид.

Никогда не следует покупать утягивающее белье меньшего размера, чем вам советует продавец. В таком деле перебарщивать не следует. Утянешься – и станешь похожей на туго перевязанную сардельку. Да и кровообращение затрудняется, а это тоже не есть хорошо. Особенно летом в жару.

– Ты как? Дышать-то можешь? – участливо поинтересовалась Леся у Веры, чье лицо стало слишком красным.

– Могу, – с явным трудом прошептала та. – Пойдемте, а то перед остальными уже неудобно.

По дороге Вера, несмотря на одышку, старалась идти рядом с Лешей. И Кира с Лесей поняли, что Вера наметила цель и не намерена отступать. Лика семенила рядом с Костиком, вися у того на локте и что-то возбужденно чирикая ему на ухо. Костик кивал, но вид у него при этом был не счастливый, а какой-то задумчивый.

Но подругам некогда было об этом думать, потому что они поднялись наверх и внезапно перед ними открылось озеро. Что это было за озеро! Какой дивной красоты! В ту же минуту, едва увидев Красное озеро, подруги перестали жалеть, что приехали в эколагерь. Пусть кровати тут были жесткими, пусть кормили отвратительно, пусть света и горячей воды не было, но зато какая красота вокруг!

– А воздух! – в упоении воскликнул впечатлительный Лешка, глотнув из прихваченной в дорогу бутылки пива. – Закачаешься!

– Да, да, – едва слышно подтвердила стоящая рядом с ним Вера. – Закачаешься.

И в этот момент она в самом деле закачалась, а потом начала падать наземь. Да еще так неудачно, что запросто могла свалиться прямо в озеро. Подруги стояли слишком далеко, чтобы прийти ей на помощь. Леша был увлечен своим пивом, а Лика – Костиком. И единственный, кто успел прийти на помощь Вере, был Костик. Он-то и ухватил проворно Веру за руку и втянул ее на безопасный пятачок.

– О господи! Что с ней? Что случилось?

– Она в обмороке.

– А что с ней?

– По-моему, ей просто нечем дышать.

– Может, разрезать купальник?

Услышав это, Леся решительно воспротивилась.

– Ни в коем случае! Вера нам этого никогда не простит!

– А так она просто задохнется.

– Можно привести ее в чувство иначе.

– Как?

– У кого-нибудь есть с собой вода?

Оказалось, что воды нет, зато пива и сока в избытке – на безрыбье и рак рыба. И потом, если выбирать из двух зол, то лучше уж оказаться в целом, но мокром и липком купальнике, чем вовсе без него! От вылитого на голову пива Вера пришла в себя удивительно быстро. Она сидела на земле, непонимающе хлопая глазами. Подруги видели, что бледность не спешит покидать ее щеки. Вере все еще было очень плохо, ей отчаянно не хватало воздуха.

– Леша, Костя… Идите дальше сами. Нам надо помочь Вере. И ты, Лика, иди тоже.

Лика кинула на подруг странный взгляд, но не стала возражать, взяла мужчин под руки и увела вниз к озеру. Едва троица скрылась, подруги подступили к Вере.

– Надо снять купальник.

Говорить Вера не могла, но знаками дала понять, что она против.

– Хотя бы его расстегнуть!

На это Вера была согласна. И, высвободив из тисков свою верхнюю пышную половину, она радостно задышала полной грудью.

– Ох, девчонки, думала, сдохну! В глазах потемнело, в ушах шумит! Спасибо, освободили. Вы такие милые! Вот и сейчас не ушли, не бросили меня одну, не то что Лика!

– Лика ушла, потому что надо было увести мужчин. Не могли ведь мы раздевать тебя при них.

Вера ничего не ответила. Она как-то закручинилась, а потом вдруг произнесла:

– Вы обе такие хорошие! Вот я вас знаю всего ничего, а уже чувствую, что вы добрые! Я бы так хотела дружить с вами.

– Но у тебя уже есть подруга – Лика.

– Личка? Ну, не очень-то она со мной церемонится. Все время шпыняет, ругает, обзывает толстухой и обжорой. А разве я виновата, что мне все время хочется есть? Вот я и ем. А она обзывается.

Верочкин голос звучал обиженно, как у маленькой девочки. Но подруги не спешили ей сочувствовать. Не нравится, как ведет себя Лика, пусть не общается с ней. Какие проблемы?

– А еще она уводит у меня мужчин, – неожиданно призналась подругам Вера. – Да, да! А она вам не сказала, что с Костиком я первая познакомилась?

– Нет, не говорила, – покачала головой Кира. – Но какая разница, кто с ним первый познакомился? Он же сам выбрал Лику.

– Лика очень хитрая. Она знает много таких штук, на которые мужчины ведутся.

– Тебе тоже никто не мешает выучить парочку трюков.

– Я бы с радостью, но я такая тупая!

Сидеть тут под палящим солнцем и слушать жалобы Веры подругам совсем не хотелось. Всего в сотне метров блестело озеро. Им хотелось туда, на берег. Вера это поняла, тяжело вздохнула и пробормотала:

– Да, нам надо идти. Но что же мне делать дальше? В таком виде я показаться на пляже не могу.

– Можем поискать на берегу безлюдное местечко, где и искупаемся. Мы тоже пойдем с тобой.

– Ага, – поддержала подругу Леся. – Вон там в стороне есть симпатичный пляж.

Но Вере не хотелось оставлять Лешу даже на короткое время.

– Там стоят палатки. Значит, и люди там тоже есть.

Да, палатки действительно имелись. Это отдыхали те граждане, которые хотели достичь полного единения с природой. Как раз сейчас из одной палатки выбралась высокая худая женщина, которая выпрямилась на берегу во весь рост и пристально и не особо дружелюбно смотрела в сторону девушек. Поодаль на песочке копошились какие-то дети. И Вера заартачилась.

– Пойдем лучше к нашим мужчинам.

Вера явно рассчитывала с толком использовать время возле озера для охмурения Леши. И вдруг такой облом.

– Застегните меня снова, – со вздохом велела она подругам. – Надеюсь, возле воды я немного подберусь и купальник перестанет меня так душить.

Внимать протестам Вера не собиралась. Поэтому подругам пришлось повторно утрамбовать ее в купальник.

– И чем ты только думала, когда брала эту вещь? – пыхтела Кира, покрываясь от усилий потом. – Тебе же в нее самостоятельно ни в жизнь не влезть!

– В магазине я мерила купальник размером больше. А потом решила, если уж я в него влезу, то и в меньший смогу. И потом… я ведь рассчитывала, что похудею!

Да, все мы рассчитываем на то, что похудеем, но почему-то получается все с точностью до наоборот. Мы не худеем, а толстеем. Время прибавляет нам не только годы, но и килограммы. И те платья, которые еще год назад сидели идеально, становятся маловаты. А когда мы, дойдя до своего расцвета, снова начинаем худеть и подсыхать, то оказывается, что и платья давно вышли из моды, и носить легкомысленные наряды нам как-то не хочется, да и не по возрасту.

Такая вот злая ирония судьбы. Мы гонимся за недостижимым, а когда все же его настигаем, то оказывается, что оно нам совсем уже и не нужно.

Глава 4

На пляже было чудесно. Береговая линия оказалась изрезанной и каменистой, как частенько бывает в Карелии, но тем живописнее тут было. К счастью, лежать на острых камнях тут не предлагалось. Имелись дощатые лежаки, надо полагать, выструганные опять же из экологически чистой древесины.

С помощью подруг Вера добралась до воды, спустила с камня ноги в волны прибоя и радостно улыбнулась. От холодной воды ей полегчало. Она даже отважилась поплескаться у бережка, далеко не заплывая, чтобы в случае нового обморока ее успели спасти и выволочь на берег. Но ничего не произошло.

Вера приободрилась и начала заигрывать с Лешей. Подруги ей не мешали, пусть резвится. Авось что-нибудь у нее с размякшим от выпитого с утра пива Лешей и получится. Хотя сами девушки поостереглись бы связываться с таким субъектом. Леша был еще тот ходок! Взять хотя бы его ссору с обитательницей одного из удаленных, спрятанных в лесу домиков. Та кричала, что Леша ей что-то должен. А он свой долг перед ней начисто отрицал.

Как бы Вера не попала впросак с этаким кавалером. Впрочем, с самой Веры взять нечего, кроме ее лишних килограммов. В бедности, оказывается, есть и свои преимущества. Бедный человек всегда видит искреннее к себе отношение других, без обмана и прикрас.

Но в целом купание прошло очень приятно. А когда пришло время возвращаться на обед, подруг и остальных поджидал приятный сюрприз. Возле столовой стояла одна из дочерей Ани, которая шептала всем входящим:

– Гаспаччо готовила мама. Можете есть, не опасайтесь.

Томатный суп в исполнении Ани оказался превосходным. А вот остальные блюда андалузской кухни, увы, оставили в душе у подруг тяжелый след. Более отвратительной стряпни пробовать им еще не приходилось. Даже удивительно, как это фасоль с картофелем и мясом может оказаться такой гадкой.

Впрочем, жарким летним днем, кроме холодного супа, ничего больше и не хотелось. Так что Аня угадала. А если и на ужин она приготовит хотя бы одно съедобное блюдо, то жить можно.

– А ведь нам тут куковать еще сегодня и завтра.

– А послезавтра не хочешь? – буркнула Кира в ответ. – Сегодня Лика себя «похитит», завтра весь день мы будем ее искать, а найдем в понедельник, никак не раньше.

Леся слегка закручинилась, но ненадолго. Ведь после обеда надо было идти с Ликой осматривать то место, где она собиралась прятаться.

– Идти далеко, – предупредила она подруг. – Поэтому надевайте спортивную обувь и закройте руки и ноги, чтобы не поцарапаться о заросли.

До заброшенного пионерского лагеря, который облюбовала Лика в качестве временного убежища, идти было часа полтора.

– И это если наискосок через лес. А если по проселочной дороге, то километров двадцать наберется.

– Но почему ты не думаешь, что тебя там найдут?

– А для чего мне вы? Если Костик отправится на поиски в ту сторону, вы меня предупредите. А если Леша, то предупредит Вера. Недаром же она сегодня от него не отлипала, у нее было задание: приучала парня к своему присутствию.

Значит, Вера действовала по указке Лики? А как же ее реальная или вымышленная обида на подругу? Как бы там ни было, Вера выполняла команды Лики. Значит, у Лики в рукаве был припрятан какой-то козырь, наличие которого и заставляло Веру покоряться.

– Лика, а ты давно знаешь Веру?

– Мы с ней дружим с детского садика.

– И все это время она была такой?

– Какой? Толстой, несчастной и плаксой? Да. Лично я другой ее и не помню. Вечно таскалась за мной, ныла, обижалась. Но я ее не гнала, зачем? Кому, кроме меня, она нужна такая? Да Вера и сама бы не ушла. Она меня слишком любит, слишком привязана ко мне.

Лично у подруг не было ощущения, что Вера так уж любит Лику. Скорее она ее побаивается. А почему? Что произошло между этими двумя женщинами, что дало одной из них такую власть над другой? Все это было настолько сложно, что подруги не стали вмешиваться. Их дело – просто помочь Лике в осуществлении плана. Хотя, если честно, лучше бы Лике одуматься.

– Лика, еще не поздно все остановить. Нам Костик не показался таким уж дураком. Думаешь, он поверит в то, что ты затеяла?

– Разумеется, поверит! До него у меня тоже не дураки были, и все верили! Кто-то пугался, кто-то устремлялся на помощь, но равнодушным не оставался никто. И Костик поведется. Пусть он хоть трижды успешный бизнесмен, от меня ему не уйти!

– А какой бизнес у твоего Костика?

– Он является хозяином предприятия, выпускающего и продающего всякие штуки для самообороны и слежения. Шпионские ручки-фотоаппараты. Дверные глазки, из которых видны вся площадка и лестница. Вазы со встроенными в них диктофонами. Всякое такое, только навороченное и с цифровыми технологиями.

– И ты думаешь, что сумеешь обмануть такого человека?

Подруги были поражены легкомыслием Лики. Но сама она себя таковой отнюдь не считала.

– Думаете, я уже не прикидывала все варианты? Но под кожу мне передатчик никто не вживлял. А одежду и обувь я на всякий случай надену новые. По дороге, вы видели, нужно перейти два ручейка. Собаки, если вздумают их взять для моих поисков, быстро потеряют мой след. И потом, я ведь не собираюсь быть «похищенной» слишком долго. Одного дня вполне хватит.

– Значит, мы найдем тебя в понедельник?

– Да. Дольше я и сама не выдержу. Не очень-то приятно сидеть и гадать, придут тебя спасать или нет.

– А разве Вера не держит тебя в курсе дела? Я думала, что она будет регулярно звонить тебе.

– Вера, конечно, моя подруга, но она такая дура! Из ее объяснений хрен что поймешь! Пусть лучше вовсе не звонит!

– Ты слишком строга с ней.

Но Лика ничего не ответила на замечание. Вместо этого она торжественно вытянула руку и воскликнула:

– Пришли!

Подруги проследили за ее указующим перстом и вздрогнули. Заброшенный и безлюдный пионерский лагерь выглядел очень мрачно. Он находился в глубине леса. До озера было идти и идти. Да и лес тут был какой-то нерадостный, угрюмый, с преобладанием елей. Какие же родители отправляли в такое мрачное место своих детей?

Конечно, в эколагере «Красное озеро» тоже были ветхие домишки, но все же там было много народа, светло, радостно на душе. А тут… Лично подруги и одной минуты тут бы не остались.

– Бррр! – передернуло Киру. – А повеселее ты себе ничего найти не могла?

– Я сюда не веселиться приду, а мужа своего проверять будущего! Какие конкретно у вас есть возражения против этого места?

– Оно слишком мрачное.

– И это все? Больше возражений никаких?

– Нет, никаких.

– Дорогу запомнили?

– Вполне.

– Ну, так сюда вы Костика и приведете. То есть, конечно, не сразу. Сначала похитители сообщат парню, что выкуп получен и я нахожусь в бывшем пионерлагере «Костер», а потом уже вы проследите, чтобы он не заблудился и пришел именно сюда.

– Минуточку! Какой такой выкуп? Разве мы не договаривались, что никаких денег не будет?

– Девчонки, – заныла Лика. – Ну, сами посудите, как же без выкупа-то? Без него никак нельзя. Это будет выглядеть подозрительно. Что за похитители такие, которые вернут меня просто так? Но я вам клянусь, что я и копейки из этих денег не возьму.

Ну и то ладно. И на том спасибо.

– А ты где будешь?

– Вон в том домике. Он самый целый. Там и стану вас дожидаться.

– А кто тебя свяжет?

– Свяжет?

Подругам показалось, что Лика нервно вздрогнула, словно чего-то испугалась. Но она тут же взяла себя в руки и объяснила:

– Сама себя свяжу. Невелика хитрость.

– Самой тебе крепкие узлы не завязать.

– Справлюсь! – уверенно возразила ей Лика. – Да и не будет мой жених в минуту радости обращать внимание на такую ерунду.

– Слушай, Лика, а ты не хочешь все отложить? Все-таки ты сама говорила, что в прошлый раз кто-то сыграл с тобой нехорошую шутку. А что, если бы тот человек тебя не просто связал, а убил?

– Со мной ничего не случилось.

– А узлы? Ты ведь не смогла их развязать. Кто-то затянул их, пока ты спала.

– Мне это могло показаться. Или я сама во сне их затянула.

– Ох, Лика, нехорошее ты дело задумала, – вздохнула Кира, чем вызвала самую настоящую вспышку гнева.

– Ну спасибо! – воскликнула Лика. – Нашли время, когда мне об этом сказать! Думаете, мне самой нравится дурить головы мужикам? Но что же делать, если иначе их никак не проверить! А тут способ хороший, надежный.

– Да какой же он надежный, если ты много раз им пользовалась, да только два раза успешно, и то потом с обоими мужьями развелась?

– С Костиком я не разведусь! – уверенно сказала Лика. – У него денег много, не то что у моего первого. И он этих денег на меня жалеть не будет, не то что мой второй муж. Так что я с ним не разведусь, пусть даже и не мечтает!

Так вот в чем причина разводов Лики! У первого ее мужа денег было мало или не было вовсе. А второй хоть и был богат, но не спешил делиться своим богатством с Ликой.

Кира еще раз окинула взглядом сумрачную поляну и сказала:

– Пора назад. Когда мы еще доберемся.

Обратно идти было легче, дорога девушкам была уже знакома.

– Лика, скажи, а что вас связывает с Верой? Вы с ней такие разные, а между тем дружите.

– Мамы наши дружили, – неохотно откликнулась Лика. – Ну вот и мы тоже… так сказать, дружба по наследству.

Больше Лика ничего не пожелала рассказать. Она вообще была задумчива. Явно готовилась к предстоящему испытанию. Подруги ей очень сочувствовали. И Костик тоже заметил настроение своей девушки.

– Ты не заболела, дорогая?

– После такого ужина и заболеть недолго.

На ужин снова было подано нечто невообразимое, единственным приличным блюдом оказалась овощная запеканка, которую приготовила Аня. Запеканка получилась нежная, пышная. А в сочетании со свежими белыми булками, обсыпанными сверху мукой, и ароматной мясной подливой она была вообще бесподобна. Но Лика к запеканке даже не притронулась. И свое настроение объяснила плохим самочувствием.

– Хочешь, уедем в город? – еще больше встревожился Костик.

Это предложение не соответствовало планам Лики, поэтому она отрицательно покачала головой и сказала, что пойдет и ляжет спать пораньше.

Уходя, она шепнула Кире:

– Все, я ухожу. Пару часиков еще посидите с мужиками на полянке, а потом возвращайтесь в наш домик и поднимайте тревогу. Поняли?

– Да.

– Ну, я на вас надеюсь.

Обычно Кира любила сидеть возле костра, слушать рассказы других и рассказывать свои истории. Теперь она начала понимать прелесть жизни в эколагере. Привычные для современного человека занятия тут отсутствовали вовсе. И лишенные доступа в Интернет люди вынуждены были возвращаться к нормальному, естественному течению жизни. Они начинали общаться друг с другом в реальном, а не виртуальном мире. Придумывали себе какие-то занятия, игры, рукодельничали или просто валялись на траве и глазели на проплывающие по небу облака. Раскрепощались и поэтому чувствовали себя более отдохнувшими, чем когда-либо.

Но сегодня Кира не могла сосредоточиться на том, что происходило вокруг. Она не слышала рассказов других обитателей эколагеря, не смеялась над их шутками. Мысленно она была маленькой Ликой, бесстрашно пробирающейся сейчас через темный лес, чтобы оказаться в жутком, пугающем месте, где ей предстояло провести эту ночь, весь следующий день, а возможно, и следующую ночь.

Кажется, Леся думала о том же, потому что и она была невесела и задумчива.

– Что-то вы, девочки, невеселые сегодня, – заметил Костик. – На солнце перегрелись? Или что?

Никто ему не ответил. Хорошо еще, что неунывающий Леша, который, казалось, не замечал никого, кроме самого себя, вспомнил очередной анекдот, который оказался смешным. Подключились и другие отдыхающие. И веселый смех еще долго не затихал над рассыпающим в ночи искры костром.

Сидя рядом с веселящимися людьми возле жаркого пламени, Кира спиной ощущала, как к ней подступает ночная тьма. Она ежилась и думала о том, как Лика, маленькая и одинокая, пробирается через густой темный лес к своей мечте. А ее мечта сидит тут у костра и в ус не дует!

– Пойду, – поднялась внезапно на ноги Вера, – посмотрю, как там Лика.

– Я с тобой! – вскочила Леся.

– И я тоже!

Костик кинул на трех девушек удивленный взгляд и тоже начал вставать.

– Вы правы, надо навестить Лику. Возможно, она спит, но вдруг ей стало хуже. Надо проверить, как дела.

Подруги не стали возражать. В конце концов затеянный Ликой спектакль в первую очередь предназначался именно для Костика. И только для него.

– Конечно, пошли с нами.

Домик подруг был тих и безлюден. Не теплился даже огонек масляной лампы, которую девушки оставляли зажженной. Уходя, Лика погасила огонь. Костик щелкнул бензиновой зажигалкой и при ее свете осмотрел все небольшое пространство домика.

– Лики тут нет, – с недоумением констатировал он. – Где же она?

– Наверное, ей стало плохо.

– Зачем же она в таком случае встала с постели и вышла из дома?

– Костик, опомнись! В доме даже нет санузла.

– Тогда я должен посмотреть вокруг!

Костик встревожился не на шутку. Подругам даже стало его жалко. Если он сейчас так дергается, что же с ним будет, когда он узнает, что Лике не просто стало нехорошо и она пошла немного проветриться, а что ее похитили и она в опасности?

Для отвода глаз девушки тоже побродили среди домов, выкрикивая имя Лики. Они прекрасно знали, что никто им не ответит, но ведь надо же было изображать тревогу. Так было положено по сценарию, написанному Ликой. И подруги честно отрабатывали свои роли, искренне надеясь, что своей неумелой игрой ничего не напортят.

– Лика! Личка!

И в унисон откуда-то из-за деревьев доносился голос Костика:

– Лика-а-а-а!

Наконец парень понял, что блуждать впотьмах по лесу – зряшное дело, и вернулся к остальным. Девушки уже поджидали его возле своего домика. Костику предстояло самому обнаружить записку «похитителей», которая, как они убедились, лежала на подушке Лики.

– Ничего не понимаю, – растерянно произнес Костик. – Лики нигде нет. Куда она могла деться?

– Да, очень странно, – невольно отведя взгляд, произнесла Кира.

– Девочки! – еще больше встревожился Костик. – Вы что-то знаете? Вам что-то известно?

– Кто? Мы? Нет, откуда!

Подруги старались, чтобы их голоса звучали максимально убедительно. Но вряд ли у них это хорошо получилось. Костик как-то странно изменился в лице и предложил:

– Надо бы еще раз посмотреть в доме. Вдруг там остались следы, которые мы не заметили раньше.

Девушки послушно закивали головами. Пора бы уже Костику обнаружить записку Лики и понять, что все происходящее куда серьезнее, чем он предполагал.

Послание Костик нашел. Не сразу, но он увидел неровный обрывок бумаги на Ликиной подушке. Поднеся к глазам, он вчитался в неровные строчки, написанные печатными буквами, и воскликнул:

– Что за фигня? Девчонки, что происходит?

– А что?

– Тут написано, что Лику похитили!

– Похитили?! Как похитили?

Трем девушкам пришлось использовать все свои актерские способности, чтобы их возгласы прозвучали убедительно.

– Да посмотрите сами!

Девушки и так знали содержание Ликиной записки. И теперь, сгорая от стыда, они сделали вид, что читают записку. Хорошо еще, что вокруг было темно, так что Костик не видел их покрасневших от неловкости лиц!

– Кто мог похитить Лику? – недоуменно произнес Костик. – Вера, у нее были враги?

– Нет… разве что…

– Что?

– Разве что бывшие мужья.

– При чем тут Ликины бывшие мужья?

– Они не хотели, чтобы Лика обрела счастье с другим мужчиной. Возможно, это их происки.

– Да нет, чушь какая-то! Красть девушку, чтобы она не вышла замуж за другого? Мы же не в горном ауле. И бывшие мужья моей Лики, насколько я знаю, – интеллигентные и вполне разумные люди. Один – известный артист, он сейчас как раз занят в новом сериале и загружен под самую завязку. А второй – бизнесмен, он на симпозиуме в Берне.

Подруги только рты пораскрывали. Однако Костик очень хорошо осведомлен о жизни Лики! Он даже в курсе, где находятся в данный момент ее бывшие мужья и чем они занимаются.

Уже в который раз Кира подумала о том, что Лика ошиблась, считая своего Костика простофилей и дурачком. Парень таковым не был. И сейчас он без труда разгадает замысел Лики и…

– Девчонки, признавайтесь, куда делась Лика?

– Мы не знаем.

– Это ведь все шутка, не так ли?

– Нет, Лику похитили! – воскликнула Вера. – Ты же читал ее записку. Ой!

Вера захлопнула рот, но было поздно. Слово, как известно, не воробей, вылетит – не поймаешь. И Костик, конечно же, обратил внимание на злополучную оговорку Веры.

– Ее записку? – повторил он выразительно. – Что ты имеешь в виду? Эту записку написала сама Лика?

– Нет! Нет, что ты! – энергично запротестовала Вера. – Я просто оговорилась! Я имела в виду ЭТУ записку. Сама не знаю, что со мной творится. Наверное, я слишком боюсь за Лику, вот и несу всякую ерунду!

Костик промолчал, но у подруг сложилось твердое ощущение, что он им не верит.

– Ладно, это не проблема. Сейчас мы определим, где нам искать Лику!

Костик устремился на улицу, девушки последовали за ним. В доме было гораздо темнее, чем на улице. И к тому же девушкам было очень интересно, что задумал Костик. А мужчина уже бежал в сторону стоянки машин. Она находилась в отдалении от эколагеря, за деревьями, чтобы вид бензиновых железяк не отвлекал отдыхающих от общения с живой природой.

– Что он задумал? – на бегу спросила у остальных Леся.

– Не знаю. Но у него явно есть какой-то план.

– Ясное дело, ишь как несется!

План у Костика был очень простой. Недаром Кира заподозрила какой-то подвох, когда узнала, в чем заключается профессиональная деятельность Ликиного жениха. Ну не мог мужчина, который много лет подряд занимается производством, тиражированием и продажей разных шпионских штучек, не испробовать самые новые и лучшие свои разработки на близких и любимых людях. Разумеется, Лика не осталась в стороне, хотя сама и не подозревала об этом.

Подбежав к своей машине, которая оказалась сверкающей лаком и хромом «БМВ» последней модели, Костик немедленно включил зажигание и начал щелкать кнопками на встроенной компьютерной панели. Попутно он объяснял подругам смысл своих действий.

– Неделю назад я подарил Лике подвеску – украшенный драгоценными камнями кулон, в который вмонтирован передатчик. Обычно мы производим такие подвески в стандартном пластиковом корпусе, но я захотел сделать свой подарок особенным. И знакомый ювелир сделал оправу по моему заказу.

Подруги переглянулись. Красивый, усыпанный драгоценными камнями кулон Лика им, конечно же, демонстрировала. Она носила его на шее, он напоминал небольшой, но очень изящный цветок. В середине красовался бриллиант размером с ноготь мизинца. А остальные камни были рубинами, изумрудами и розовыми сапфирами.

Дорогая безделушка и цены немалой, ведь сделана она была по заказу. Неудивительно, что Лика таскала подарок своего жениха с собой и не уставала его демонстрировать всем желающим.

– И ты с помощью кулона сейчас можешь установить местонахождение Лики?

– Да! – радостно подтвердил Костик. – Как чувствовал – пригодится мой подарочек. Убедитесь сами!

И Костик указал на экран компьютера, на котором мерцала маленькая красная точка.

– Лика совсем рядом с нашим лагерем. По прямой до нее не больше пяти километров! Постойте-ка! Тут даже подпись имеется – пионерлагерь «Костер». Вон она где!

Это был провал всей Ликиной операции! А впрочем, почему провал? Это был успех! Костик оправдал все Ликины надежды. Он сумеет найти и спасти ее за рекордно быстрое время. Значит, проявит себя настоящим мужем и защитником.

Ну а то, что в этом ему помогли современные технологии, так ведь и время не стоит на месте. Лика должна была учитывать, с кем связывается. И, сменив одежду и обувь, могла бы избавиться и от украшений. Она этого не сделала, пусть пеняет теперь на себя.

– Сейчас мы с Лехой сбегаем в этот «Костер» и спасем Лику.

– Ее похитители могут быть вооружены.

– Да бросьте, девчонки! Я же все понимаю! Лике просто захотелось немного пощекотать мне нервы. Она такая, эта выходка вполне в ее духе.

Отрицать чистую правду было трудно. Но тем не менее девушки мужественно попытались это сделать. Но Костик не стал их слушать.

– Сейчас мы с Лешкой сходим и вернем Лику назад. Вы не подумайте, девочки, я на вас ни капельки не сержусь. Это ведь Лика втянула вас в эту историю. Я знаю, она может.

– Костик…

– Все! Я уже решил!

– Нет, мы не о том. Костик, можно мы пойдем с тобой и Лешей?

– Хотите сказать Лике, как вы ею недовольны? Очень хорошо, пойдемте все вместе.

Обрадованные подруги тут же выстроились в колонну, демонстрируя свою готовность к марш-броску. А довольны они были тем, как быстро Костик сумел разобраться в ситуации. Повезло Лике с будущим мужем. С таким нигде не пропадешь!

Вторая за сегодняшний день экспедиция к пионерлагерю «Костер» прошла куда легче, чем первая. Отправиться было решено по дороге на машине Костика. И уже через четверть часа вся компания высаживалась возле покосившихся и насквозь проржавевших ворот, украшенных древней вывеской. Несколько букв свалилось на землю, и теперь лагерь назывался просто «ОСТ».

– Нам туда.

Невольно все замедлили шаг. Гудящий в вершинах деревьев ветер, хлопающие двери бывших корпусов, скрипящие дощатые стены, от которых то тут, то там отваливались куски обшивки, внушали если не страх, то некоторое опасение.

Костик звать Лику не стал. Он двигался по указаниям своего прибора. Тридцать метров к северу, двадцать на восток.

– Вот мы и пришли, – кивнул он головой Леше.

На голове у Леши был специальный прибор, позволяющий видеть в темноте почти так же хорошо, как и при свете дня. Вообще-то белые ночи еще удерживали свои позиции, но с каждым днем они становились все короче. И если на открытых местах было относительно светло, то уж под пологом разросшихся деревьев без такого прибора почти ничего нельзя было рассмотреть.

Внезапно в руках у Леши появилось оружие, при виде которого девушки едва удержались от испуганных возгласов. Они никак не ожидали, что веселый и безобидный балагур Леша окажется вооружен и очень опасен. Не для них, разумеется, но для… для своих врагов.

– Тихо! – шепнул он перепуганным девушкам, хотя те и не думали поднимать шум.

Между тем Костик уже толкнул дверь домика, в котором укрылась Лика. Но первым в дверной проем бросился именно Леша.

– Всем оставаться на своих местах! – рявкнул он грозно. – Стоять… Дьявол!

Голос у Лешки изменился, став вместо грозного растерянным и каким-то плаксивым. Затем он позвал своего друга:

– Костя, иди сюда! Быстро!

Костик не задержался на улице и устремился на зов. Мгновение спустя девушки услышали уже его возглас:

– О боже! Лика!

Терпеть дольше у подруг не было мочи. Они тоже ринулись в покосившуюся дверь, оказались внутри и в первый момент ничего не увидели – глаза не могли сразу привыкнуть к темноте. Но затем что-то щелкнуло, и из прибора ночного видения на голове Леши ударил яркий свет. И в ярком свете девушки наконец разглядели привязанную к кровати Лику.

Лучше бы они ее не видели! Лицо бедной Лики было искажено от боли. Рот заткнут кляпом. А сама девушка была залита кровью, которая сочилась из многочисленных ран, покрывающих все ее тело.

Некоторое время Кира с Лесей стояли без движения, с трудом находя силы, чтобы просто дышать. А затем услышали позади себя какой-то грохот. Обернувшись, они увидели большую Веру, которая без чувств распростерлась на полу комнаты. И только тут для подруг стал совершенно очевидным тот факт, что они снова вляпались в скверную историю.

Глава 5

Проблем долго ждать не пришлось. Они последовали, как только Костик пришел в себя. С дикими глазами, зарычав, он кинулся к кровати, на которой лежала Лика, и принялся ощупывать свою любимую. Лицо его исказилось еще больше, и он закричал:

– Лешка! Иди сюда! Не стой столбом! Мне кажется, она еще теплая!

Второй мужчина подбежал ближе, дотронулся до Лики и мрачно покачал головой:

– Нет, Костя. Она уже холодеет.

– Да нет же! Она еще жива!

– Мужайся… Ей уже ничем не помочь.

– Нет! Не верю!

– Возьми себя в руки, братан. Кто-то прирезал девчонку. Посмотри сам, на ней живого места нет! Разве выживают после таких ран?

– Девочки! – повернулся к подругам Костик. – Кто-нибудь из вас может мне объяснить, что тут происходит? – Затем он растерянно спросил: – И… и что там с Верой?

– Она без сознания, разбила себе голову.

– Надо ей помочь.

Увы, все познания подруг в медицине сводились к тому, что надо принять таблетку анальгина, когда болит голова, а также к знанию средств от диареи, почерпнутому ими от медиков на средиземноморских курортах.

К тому же девушки растерялись, они не знали, к кому первому кидаться – к Вере или к Лике. Обе девушки лежали без чувств и в крови. Падая, Вера разбила голову о какую-то железяку, торчащую из стены. И теперь под ней натекла приличная лужица крови.

– Костик! – взвыла Леся. – Нам нужен врач! Нужна помощь! Вызывай кого хочешь. Пусть приедут!

Костик мрачно кивнул головой и вытащил телефон. К счастью, аппарат не успел разрядиться, так что позвонить ему удалось. Вернувшись в домик, он сказал:

– Помощь прибудет с минуты на минуту. А пока не трогайте Веру.

Подруги и не собирались этого делать. Вера пришла в себя сама. Она зашевелилась и слабым голосом застонала.

– Вера, ты очнулась! Как хорошо!

Но сама Вера не торопилась радоваться. Она сфокусировала мутный взгляд, ойкнула, увидев Лику, а потом спросила:

– Где он?

– Кто?

– Убийца. Где он? Он тут?

Первым отреагировал Костик. Обозвав себя безмозглым идиотом, он выскочил из домика. Леша ринулся за другом, но был остановлен.

– Останься с девчонками! – велел Костя.

– Куда это он? – прошептала Вера, глядя вслед исчезнувшему мужчине.

– Ловить убийцу, я так понимаю.

Костик сообразил: раз тело Лики еще теплое, убийца не мог далеко уйти. Он где-то рядом. И есть шанс схватить его прямо у места преступления. К сожалению, отличный план не сработал. Костик вернулся назад спустя полчаса, измотанный, весь грязный – явно не раз падал.

– Я никого не видел, – мрачно объяснил он в ответ на молчаливый вопрос остальных. – У гада было время, чтобы скрыться. Но ничего, я уже сообщил Михалычу. Он пообещал, что пришлет толковых ребят из местных. И сказал, что в окрестностях будет введен план «Перехват». Будут останавливать и досматривать все подозрительные машины.

– Ты думаешь, что убийца был на машине?

– Ну не мог же он прийти сюда пешком! На много километров вокруг нет никакого человеческого жилья. Именно поэтому «Красное озеро» и пользуется такой популярностью. Это совершенно безлюдный уголок природы. Никаких коттеджных поселков, садоводств или даже деревень в радиусе тридцати километров просто не существует!

Кроме самого эколагеря «Красное озеро»! Ведь никто не будет отрицать, что там имелось достаточно людей. И кто-то из этой толпы отдыхающих вполне мог последовать за Ликой, дождаться, пока она удалится от лагеря и крики уже никто не услышит, а потом напасть на девушку и убить ее.

Чтобы не сидеть возле трупа, Лешка вывел девушек на улицу. Рядом с Ликой остался один Костик, этого было более чем достаточно. Помочь своей невесте парень уже ничем не мог, оставалось лишь скорбеть.

Выйдя на улицу, Леша злобно плюнул на землю.

– Это же какой надо быть сволочью, чтобы так изрешетить девчонку! На ней живого места не осталось.

– А как… как ее убили?

– На огнестрел не похоже, ножом придурок орудовал.

– А…

Кира хотела спросить, как Леша это понял, но он сам опередил ее с ответом:

– Я ведь следователем в молодости работал, вы этого не знали? Костик вам не рассказывал? Мы вместе с ним как в органы пришли, так вместе и ушли.

– А почему ушли-то?

– Почему-почему… Денег в те годы не платили ни хрена, вот почему! А у Костика, у того вообще отдельная история. Он ведь у нас талант. У него что ни мысль, то идея гениальная. А начальство все его идеи либо гнобило, либо присваивало. Ну, сами знаете, как оно бывает. Молодой сотрудник, инициативный, талантливый, такого продвигать – он еще, пожалуй, всех за пояс заткнет, да старичье со своих мест повыпихивает. Ну и начинается форменная травля человека.

– Так уж и травля?

– Самая настоящая, – подтвердил Леша, снова сплюнув. – Костик терпел, терпел, а потом развернулся и в бизнес ушел. Там его никто не достает, он спокойно своим делом может заниматься. И денег опять же куда больше, чем прежде.

За разговором с Лешей девушки как-то забыли о том, какая трагедия случилась с их подругой. Наверное, Леша именно эту цель и преследовал, заведя разговор на отвлеченную тему. Но тут вышел Костик и все испортил:

– Как это могло произойти? – воскликнул он. – Скажите мне, как? Кто мог это сделать?

– Какой-нибудь маньяк или психопат, – предположила Кира после минутного колебания.

– Похоже на то.

– Или у Лики были враги.

– Она вам что-нибудь о них рассказывала?

– Нет, – с огорчением покачала головой Кира. – Но, возможно… Возможно, Вера знает?

– Ничего я не знаю!

Почему-то Вера очень испугалась. И свой страх не сумела скрыть.

– Вера, убита твоя лучшая подруга! Сейчас не время кого-то выгораживать.

– А я никого и не выгораживаю. Я честно не знаю, кто мог хотеть убить Лику.

– Но враги у нее были?

– Как и у всех.

Подруги переглянулись между собой. Вот у них врагов не было. Хотя… Если подумать хорошенько… Если поискать и вспомнить… Наверное, они тоже найдут пару-тройку персонажей, с которыми их сталкивала жизнь и которые были бы рады видеть их мертвыми.

– Но одно дело – желать кому-то сдохнуть, а совсем другое дело – взять и собственноручно этого человека убить. Да еще так, как убили Лику.

– Да. Чтобы так истыкать человека ножом, надо его здорово ненавидеть.

И снова все взгляды сосредоточились на Вере.

– Что вы так на меня смотрите? Не знаю я ничего!

– Совсем-совсем? А бывший муж Лики?

– Борис? Нет, Борис не стал бы убивать Лику. Он слишком труслив для этого. Да и стар… и неповоротлив, чтобы бегать по лесам.

– Ты говоришь про первого мужа Лики?

– Про второго, – педантично поправила Вера. – Первым мужем Лики был Гена.

– А он… он способен ее убить?

– Одно время грозился.

– Ой!

– Но это было очень давно. Лет семь-восемь назад. Или даже больше. Потом Лика вышла замуж за Бориса. А он бы ее убивать не стал, тем более так.

Все же кое-какая зацепка в словах Веры имелась.

– Выходит, Лика расставалась со своими мужьями не очень-то мирно?

– Лика выходила замуж ради денег. А добровольно расставаться со своими деньгами никто не любит.

После этого Вера кинула в сторону Костика затравленный взгляд и виновато произнесла:

– Прости, Костик. Уверена, что к тебе это не относится. Тебя Лика искренне любила и хотела стать твоей женой не из-за материального положения.

– И если бы я жил на зарплату бюджетника, она бы все равно полюбила меня?

Костик не скрывал своего скептицизма. Вера виновато повесила голову. И парень поспешил ее утешить:

– Вера, ты не сказала мне ничего нового. Я отлично знал, на что шел, когда начал встречаться с Ликой. Неужели ты думаешь, я не навел о ней справки? Я отдавал себе отчет, насколько Лика зациклена на деньгах.

– Она всегда говорила, что без них невозможно жить.

– И это правда. Кто и что тебе даст даром? За все надо платить. И за кусок хлеба в магазине. И за глоток воды из-под крана. А раз платить все равно придется, так не лучше ли сразу отдать побольше, чтобы кусок получить помягче, а глоток повкуснее?

В общем-то, позиция Лики была вполне понятна подругам. Ничего в ней особенного не было. В жизни мало альтруистов. В подавляющем большинстве люди стараются загрести под себя побольше, чтобы лежать было помягче.

– А что там произошло с мужьями Лики? Почему они оба ее ненавидели?

Вера помялась, но недолго. Запах Ликиной свежей крови, витающий в воздухе, располагал к откровенности. И Вера призналась.

– Лика изрядно пощипала обоих при разводе.

– Вот как…

– У Гены она отобрала квартиру. А у Борюсика его бизнес.

– Ого!

Но тут неожиданно за Лику вступился Костик.

– Боюсь, ты несколько преувеличиваешь, Вера, – мягко попенял он лучшей подруге своей девушки. – Лика отсудила у Гены лишь половину квартиры, которую они приобрели в браке в совместную собственность. А фирму Борис отдал Лике в качестве компенсации за свою измену. И это была совсем крохотная и дышащая на ладан фирмочка. Фактически вся она на тот момент состояла из трех тетенек, которые на допотопных машинках строчили дешевенькие занавесочки с оборочками. В бухгалтерии царил полный бардак. А Лика привела в порядок дела фирмы. Она купила новое оборудование, наняла хороших мастеров, с помощью которых и поставила швейный цех на ноги и добилась реального дохода.

– Новых наняла, а старых мастериц уволила?

– Снова удар мимо цели. Бабушки ушли сами. Не выдержали возросших требований и конкуренции молодых креативных сотрудников.

– Вряд ли сами старушки были этим довольны.

– Пенсионерки, может, и побурчали немножко, но им ведь не привыкать. И потом, пожилые женщины не стали бы шнырять по лесам в поисках выскочки, когда-то посмевшей их уволить с не слишком-то прибыльной работы.

Костик говорил очень уверенно. Но Вера не спешила с ним соглашаться.

– Так-то оно так, но ты не знаешь всех деталей этих разводов, – произнесла она. – Лика сражалась за то, что считала своим, как зверь. Адвокатов не нанимала, сама в суде выступала. И выигрывала процессы.

– Но ведь все решал суд.

– Суд, что дышло, как повернул, так и вышло, – отрапортовала ему Вера. – Квартиру эту они с Генкой на деньги его матери покупали. А при разводе Лика себе половину оттяпала, дескать, Генка на тот момент был безработным актером, пил, доходов не имел, следовательно, и прав на эту жилплощадь не имеет. Да еще при размене его обманула: Генка в однушку уехал, а Лика двушку сумела себе приобрести. Да возле метро. Да в новом доме. Она спустя несколько лет эту квартиру продала, деньжонок добавила, коттедж себе купила фактически в черте города. Вон они знают, могут подтвердить.

И Вера кивнула в сторону подруг. И что тем было делать? Пришлось подтвердить, что Лика приобрела коттедж у них в «Чудном уголке». А надо сказать, что за последнее время поселок приобрел определенную репутацию. И цены на дома в нем существенно выросли.

Всем хотелось жить в благоустроенном и, самое главное, безопасном месте, где все жители от мала до велика находились под неусыпным присмотром старосты поселка, прозванного за свои длинные усы и сухенькое телосложение Тараканом.

Несмотря на свое смешное прозвище, к делу Таракан относился очень серьезно. Да и сам он был человеком серьезным и влиятельным. Бывших генералов, как известно, не бывает. Вот и Таракан, выйдя в отставку, перенес все свое служебное рвение на новых подчиненных.

Охрана в поселке почти полностью состояла из проверенных лично Тараканом ребят. Чаще всего это были сыновья или даже внуки его бывших сослуживцев. Ребята, которых Таракан муштровал без всякой пощады, обучая всем премудростям, которым научился за долгую и богатую событиями жизнь.

В поселке всегда был порядок. Никто не смел выбиться из графика, иначе ему грозил серьезный выговор от Таракана, а возможно, и штрафные санкции. Но люди не роптали, все прекрасно понимали: Таракан старается не ради собственной выгоды, он ратует за общее дело, за чистоту, красоту и благополучие их дорогого поселка.

– Такого радетеля еще поискать, так, пожалуй, что и не найдешь.

По какой-то причине Таракан долго не хотел продавать Лике облюбованный ею домик. И лишь после того, как трое из возможных покупателей отказались от сделки, Таракан дал добро на Ликину кандидатуру.

Но сейчас подруги сочли неуместным об этом говорить. К чему вспоминать стариковские причуды их старосты. Да, он незаменимый сотрудник, они его очень любят, он сделал много нужного и полезного для всего поселка и лично для подруг, но Таракан был стариканом с причудами. И частенько он не принимал людей без всяких видимых на то причин.

– Вот и Лику он невзлюбил. Но потом им как-то удалось найти между собой общий язык. По крайней мере, дом был ей продан.

Переезд Лики в «Чудный уголок» был осуществлен еще до ее знакомства с Костиком. Но сейчас последнего больше интересовал не переезд Лики, а ее последний развод.

– А второй Ликин муж – Борис? Какие у него были причины, чтобы ненавидеть Лику?

Вера вздохнула, откровения об убитой подруге явно давались ей нелегко, но все же продолжила свою исповедь.

Борис был немолод, но весьма богат. Вот только на свою молодую, но небогатую супругу он тратиться упорно не желал.

– Все подарки, которые он ей делал, неизменно запирались на ключ в сейф. То есть пользоваться своими брильянтами Лика могла только с позволения мужа. И уж, конечно, он бы ничего из украшений не отдал ей в случае развода.

Но Лика не терялась. Она выходила замуж, прекрасно осознавая, что самой главной цели в своей жизни она добилась – деньги у мужа есть. А как их получить, это уж она сообразит в процессе жизни с Борисом.

– Но Борис оказался еще более скупым, чем ожидала Лика. Он буквально не давал ей продохнуть. К тому же был ревнив, хотя сам изменял Лике частенько.

В конце концов девушке надоело сидеть в золоченой клетке, иногда не имея даже двадцатки, чтобы спуститься вниз и купить себе дешевое мороженое. Все ее расходы отслеживались Борисом с маниакальной точностью. И Лика поняла, что так дольше продолжаться не может.

– Она наняла детектива, который предоставил ей полный отчет о жизни Бориса: где и с кем он встречается, как и когда изменяет.

Впрочем, последнее меньше всего волновало Лику. Она совершенно охладела к мужу и воспользовалась его изменой лишь для одной-единственной цели – растрясти скупердяя в суде по полной программе.

– Но Лика понимала, что у нас в стране супружеская измена – это, может, и повод для развода, но никак не повод для выплаты приличных отступных. Это в Америке другие законы и другая судебная практика. У нас и народ проще, и судьи не так суровы в отношении нарушителей супружеской верности.

В общем, Лике требовался куда более весомый довод, чтобы заставить Бориса раскошелиться. И такой довод нашелся.

– Среди фотографий, которые сделал для нее детектив, Лика обнаружила несколько снимков, на которых Борис был запечатлен с людьми, с которыми его никак не должны были видеть.

Этими личностями были воровские авторитеты, которых активно разыскивала полиция вот уже несколько лет. Несмотря на то что они находились под следствием, оба авторитета продолжали пользоваться своим статусом и имели вес в определенных кругах.

– Борису, как бизнесмену, приходилось иметь дело с самыми разными людьми. И с этими тоже пришлось.

Но он, конечно, не хотел светить такие знакомства. Они могли вызвать слишком много нежелательных вопросов и к тому же привлечь пристальное внимание органов к самому Борису и его деятельности.

– Видимо, Борису было что скрывать. Поэтому, когда Лика выложила перед ним свои карты, он предпочел уступить в малом, чтобы не потерять в большом.

К тому же Лика не требовала ничего невозможного. Маленькая, хилая фирмочка в обмен на молчание.

– На дела в этой фирме Борис давно махнул рукой. Он отдал ее Лике с легкой душой. Но при этом, будучи человеком злопамятным, не простил бывшей жене ее выходки, уверена, он затаил на нее зло.

– Он ей грозил расправой?

– Борис не тот человек, который много говорит. Но у него имелись знакомства в криминальных кругах. И если Лика снова перешла ему дорожку, он мог прибегнуть именно к такой кровавой расправе.

Последняя фраза чрезвычайно заинтересовала не только подруг, но и Костика.

– В каком это смысле «перешла дорожку»? – переспросил он Веру. – Разве Лика в последнее время встречалась с Борисом?

– Лика тебе не изменяла! Об этом ты даже не думай!

– Но она встречалась со своим бывшим мужем? Отвечай мне! Да или нет?

– Да, она встречалась с Борисом.

– Зачем?

– Этого я толком не знаю. Лика не оповещала меня о своих делах.

– Но что-то она тебе сказала?

– Ничего. Просто около двух недель назад я позвонила ей, предложила вечером встретиться, сходить в кино или просто посидеть в кафе. А Лика ответила, что не может, сегодня она встречается с Борисом.

– Но зачем? Зачем она с ним встречалась?

– У нее было к нему какое-то дело. Лика сказала, что недавно узнала о Борисе такое, о чем он сам предпочел бы не вспоминать. И еще она сказала странную фразу.

– Какую? Что она сказала?

– Лика обмолвилась, что, похоже, она здорово лоханулась. Слишком мало попросила с Бориса во время развода. Но сейчас, сказала она, самое время исправить эту ошибку.

– И Лика встретилась с Борисом?

– Да, они виделись. Лика озвучила ему свои требования.

– И что? Она получила то, что хотела?

– Я тоже поинтересовалась этим, и Лика мне сказала, что Борис заплатит, никуда не денется.

– Что, именно так и сказала?

– Да. Именно так. Слово в слово.

После того как Вера закончила говорить, под пологом елей еще долго было тихо. Все, включая Костика, обдумывали поведение Лики и рассказ Веры. Такова была правда о двух Ликиных разводах. И теперь подругам и Костику предстояло решить, что делать с этой информацией. А возможно, задать Вере несколько уточняющих вопросов.

Правда, подумать хорошенько, а тем более расспросить Веру они все равно не успели. Прибыла ожидаемая поддержка – два молодых плечистых человека на видавшем виды «уазике», которые явно хорошо знали, зачем они тут и по чьему вызову прибыли.

Глава 6

Один из прибывших – Валентин – оказался помощником следователя. А второй Дима – шофером, фотографом, экспертом и оперативником в одном лице. В сельской местности он мог бы выполнить также роль следователя, кадров отчаянно не хватало. Но в связи с важностью ситуации (ведь вызов сделал не кто-нибудь, а личный друг прокурора области) бригада прибыла, так сказать, в полном составе.

Ожидался также некий Михалыч, видимо, тот самый прокурор, с которым Костик совершенно панибратски общался по телефону.

Дима собирал улики и обследовал место преступления, а Валентин, который уже разрешил подругам называть себя Валиком, анализировал поступающую информацию и заполнял бумаги так, как это и положено делать.

– Молодая женщина убита посредством многочисленных колото-ножевых ранений, последовавших в области живота, груди, шеи, рук и ног. Если говорить обычным языком, то фактически на жертве нет целого места. Судя по обилию крови, убийца глумился над ней довольно долго. Свою пытку он начал с конечностей, раны на которых не могли вызвать остановку сердца, постепенно поднимался все выше. И последний смертельный удар пришелся точно в область сердца.

– Убийца – медик?

– Необязательно. То, где расположено у человека сердце, знает большинство уголовников. И куда можно нанести смертельный удар – тоже.

– Ты что-нибудь слышал о таком способе умерщвления?

– Нет. Прежде с таким не приходилось сталкиваться.

– Что по поводу следов?

– Следов тут много, – кинув укоризненный взгляд на притихшую компанию, отрапортовал Дима. – По всей видимости, тут топтались все свидетели.

– С их следами понятно, – отмахнулся Валик. – А что со следами убийцы? Ты что-нибудь нашел?

– Есть кое-что. Следы принадлежат мужчине, носящему спортивную обувь сорок четвертого – сорок пятого размера. Следовательно, его рост не меньше метра семидесяти пяти сантиметров. Хотя есть определенные странности.

– Какие?

– Судя по следам, они должны принадлежать очень высокому человеку. Высокому и длинноногому мужчине. Но при этом сами следы находятся на слишком близком расстоянии один от другого. Создается впечатление, либо верзила семенил ногами, либо это был совсем даже и не верзила, а человек среднего роста, возможно даже женщина, которая просто надела слишком большую для своих ног обувь.

– Чтобы запутать следствие?

– Допускаю и такую мысль.

Дима держался невозмутимо. И к делу парень относился серьезно. Он честно порыскал по всем кустам и зарослям, которые до него уже успел обежать Костик. Но если Костик вернулся с пустыми руками, то Диме удалось найти кое-что интересное.

– Кроме следов на дороге, которые ведут в направлении места происшествия, мне удалось найти вот этот обрывок ткани.

И он показал крохотный белый лоскуток, который трепетал в его пальцах на ветру.

– Шелк, – мигом определила Кира. – Дорогая ткань.

– Кому придет в голову таскаться по лесу в шелковом платье или плаще?

– Возможно, это обрывок рубашки.

– Рубашки убийцы?

Скорее всего, это было именно так. Лоскуток выглядел совсем свежим, а местность вокруг бывшего пионерлагеря «Костер» нельзя было назвать оживленной. Судя по всему, за последние месяцы тут побывали от силы десять человек, включая Лику, Костика с Лешей, подруг и сыщиков.

– Значит, убийца – щеголь, человек, который следит за модой и старается одеваться изящно.

– И в белом шелке он поперся в лес убивать Лику?

Речь о случайном столкновении не заходила. Все прекрасно понимали, что забрести случайно в такое место невозможно. Сюда можно было прийти только с какой-то определенной целью. Лика пришла, чтобы спрятаться. А убийца… он пришел, чтобы убить ее!

И чем дольше Кира размышляла об этом, тем гаже делалось у нее на душе. Ведь это они виноваты в случившемся. Они с девчонками могли бы отговорить Лику от ее предприятия. Они ведь хотели это сделать, затея с самого начала казалась им совершенно дурацкой. А уж когда они познакомились с Костиком лично, то и вовсе перестали понимать Лику. Зачем ей понадобилось что-то доказывать самой себе или Костику? Он выглядел вполне разумным, с ним было достаточно просто поговорить.

Но сделанного не воротишь. К чему теперь ворошить былое? Все равно Лику к жизни уже не вернешь. Единственное, что еще могли сделать для своей приятельницы Кира с Лесей, – это помочь следователю и его помощнику найти убийцу.

А для этого нужно было полностью прояснить картину с Ликой. Понять, что она представляла собой. Понять, кто постоянно крутился возле нее. Ведь получалось, что убийца был в курсе Ликиных планов. Был все время рядом с ней. Или просто следил за девушкой? Выжидал подходящего момента, когда она окажется одна и беззащитна, и тогда уже нанес свой удар?

– И все-таки мне кажется, что убийца – это кто-то из живущих в эколагере. Посудите сами, как иначе он бы сумел вычислить, где находится в той или иной момент Лика, последовать за ней через весь лес и убить?

– Просто убить он мог и в любом другом месте. Городские джунгли ничуть не менее опасны дикого леса. Ежедневно в крупном городе происходят тысячи краж, грабежей и чего похуже.

– Да, преступник мог совершить убийство где угодно, но почему-то выбрал именно заброшенный пионерский лагерь. Почему?

– А ведь Лика жаловалась нам! – воскликнула Кира, которая все еще пребывала в отчаянии. – Просила у нас защиты! А мы ее подвели!

Услышав это, Костик поднял голову и внимательно посмотрел на девушку.

– Лика вам жаловалась? Она сознавала, что ей угрожает опасность? Но от кого? Она знала?

Кира прикусила язык, но было поздно. Теперь надо было рассказать Костику о том, что затеяла глупая Лика, чтобы проверить его чувства. Впрочем, Костик и сам догадывался, что никакого похищения не было, а было… что же это было такое? Непонятно как и назвать. Но как ни назови, а закончилось все в высшей степени трагически.

Поняв, что является косвенным виновником смерти Лики, Костик окончательно упал духом.

– Бедная, наивная Лика! – воскликнул он. – Она все это затеяла совершенно напрасно. Я бы все равно на ней не женился, ведь я уже женат!

– Что?

– Ты женат?

– Как же ты тогда ухаживал за Ликой? Ты изменял жене?

– Девочки, не судите меня строго. Женат я только юридически, на бумаге. На самом деле мы с моей женой уже два года не общались. Да что там не общались, я даже не знаю, где она находится в настоящий момент!

– Но как же так?

– Она у меня ученый, – терпеливо принялся объяснять Костик. – Ученый-этнограф. Изучает жизнь диких племен.

– А такие еще остались?

– Их мало, но они есть. Живут, как правило, в самых труднодоступных местах. И моя жена, как она мне сама объясняла, торопится посетить их, пока они окончательно не исчезли с лица Земли. Изучить обычаи, узнать их тайны.

Что поделаешь, цивилизация наступает на дикие уголки природы, уничтожая леса и превращая их в плодородные пашни или застраивая освободившиеся площади городами. В таких условиях племенам, все еще ведущим первобытный или близкий к тому образ жизни, только и остается, что исчезнуть или приспособиться к пришедшим чужакам и их культуре.

Самобытный этнос исчезает, возврата быть не может. Бывает так, что, когда умрет последний носитель языка, погибнет и целая культура.

– Моя жена очень талантлива, этого у нее не отнять. Но мне бы хотелось, чтобы она больше времени проводила со мной, а не в этих своих экспедициях. Однако она меня не слушала. Все ездила и ездила, забираясь в самые далекие и глухие уголки планеты. Нередко случалось, что я даже не имел возможности связаться с ней.

– И… и почему же ты не развелся?

– Я ее любил, – просто ответил Костик. – И наверное, люблю до сих пор. Поэтому после ее исчезновения я в ЗАГС или суд за разводом не побежал. К чему? Все равно никакая другая женщина не могла занять место моей жены.

– Но так тоже как-то…

– Я уверен в том, что Лора верна мне. Да, она пропала, но не с другим мужчиной, а ради своей науки. Пусть я не имел о жене никакой информации, где она и что с ней, но я все эти годы надеялся на ее возвращение. И надеюсь до сих пор! Она единственная женщина, которую я хотел бы видеть с собой рядом!

– А она? Она тебя любила?

– Видимо, да, раз вышла за меня замуж. Но все же недостаточно, чтобы ради меня отказаться от своего дела. Ну а два года назад она пропала окончательно. Перед этим она выехала в составе исследовательской экспедиции к берегу Слоновой Кости.

– Это ведь в Африке?

– Верно. От побережья у моей жены было запланировано путешествие в самое сердце континента. Но последнюю весточку я получил от нее именно с побережья. Она была полна жизни и новых планов. А потом… потом они все пропали. Группа в полном составе исчезла из поля зрения.

– Они погибли? Вы пытались найти их тела?

– Конечно! Я оплатил поисковую операцию, лично ездил в Африку. Увы, нам ничего не удалось узнать. Моя жена и ее съемочная группа словно испарилась. Тела не были найдены, так же как и могилы. Но вполне вероятно, что их просто попрятали в свои желудки тамошние аборигены.

– Их съели? – ужаснулась Кира. – Как это ужасно!

– Как раз в то время в краях, куда направлялась моя жена, была долгая засуха. Люди там фактически умирали от голода. А тут, представьте, приезжает целая группа сытых белых людей, все такие упитанные и гладкие. Не знаю, вполне возможно, что в аборигенах проявились их каннибальские корни.

– Это звучит просто чудовищно! – содрогнулась Кира, мысленно пообещав самой себе, что в жизни не поедет в Африку.

А с другой стороны, чего она прицепилась к этой Африке? Разве произошедшее с Ликой чем-то лучше? Да, ее не сожрали, но… но как ужасно она умирала! Эта мысль снова привела Киру к тому, о чем она подспудно думала все это время. Бог с ними, с Костиком и его пропавшей женой. Им бы с Ликой разобраться. И найти ее убийцу.

– Чтобы так измываться над своей жертвой, у убийцы должен быть очень веский мотив.

– Или он просто законченный психопат.

– Да, психопат, которому все равно, кого и где убивать. Но в таком случае найти его практически дохлый номер. А вот если убийца – человек нормальный, но за что-то люто ненавидящий Лику, то тут есть шанс.

– И как же нам его использовать?

– Нам просто нужно найти того, кого сильно обидела Лика. И поговорить с ним.

Но Костик не мог сдержать своего скептицизма.

– Просто! – фыркнул он. – Девочки, вы мыслите по-дилетантски глупо! Сами не понимаете, в какую опасную историю можете угодить!

– Но мы хотим помочь.

– Сидите тихо, предоставьте работать профессионалам, и будем надеяться, что случившееся с Ликой больше ни с кем не повторится! Мало мне проблем, еще тут помощницы выискались!

Высказавшись, Костик ушел к другим мужчинам, оставив подруг кипеть от негодования. Как он с ними разговаривал! Фактически он назвал их глупыми курицами, которые ни на что не способны. Которые только путаются у других под ногами и мешают парням работать.

Конечно, девушки не побежали следом за Костиком доказывать, как глубоко он ошибается.

– Иди, Костик, иди родной, – вслед ему лишь тихо произнесла Леся. – Жизнь покажет, кто был прав, а кто заблуждался.

Но приступить к расследованию немедленно у подруг не было возможности. Сначала они должны были отдать дань официальному следствию, которое имело к ним множество вопросов. И вопросы эти, спасибо стукачу Костику, в первую очередь касались предполагаемого похищения Лики, затеянного ею самой и подругами.

– Выходит, никто, кроме вас троих, не знал, где будет прятаться Лика? – допытывался у подруг Валик. – Никто не знал, а вы трое знали?

– Нет, Вера тоже не знала. Она с нами сегодня в пионерлагерь не ходила.

– А что так?

– Занята была.

Кира с Лесей не стали уточнять, чем именно была занята Вера. Что занятие ее главным образом заключалось в том, чтобы отвлечь внимание Костика и Леши. Достаточно было уже и того, что оба сыщика – Валик и Дима, казавшиеся еще час назад такими милыми и понимающими, – вдруг кардинально изменили свое отношение к подругам.

Теперь эти двое даже не скрывали своей подозрительности. И, опять же спасибо Костику, открыто намекали на то, что это кто-то из подруг прирезал Лику. Раз они знали, что Лика будет тут, значит, последовали за ней и убили тоже они.

Вот так все просто и очевидно. Подруги прямо извелись, доказывая обратное.

– Но зачем нам это делать? Зачем нам было убивать Лику?

– С Ликой нам делить было совершенно нечего.

– У нас с ней были обычные добрососедские отношения.

– Да не сказать, чтобы мы особенно тесно дружили. Так, приятельствовали.

Но сыщики не успокаивались:

– Однако с собой на «Красное озеро» она позвала именно вас.

– Лика подозревала, что ей грозит некая опасность. Но вряд ли она осознавала, насколько скверно обстоят дела.

– Да, Лика была слегка встревожена. Насмерть перепуганной я бы ее не назвала.

– А чем она была напугана?

Пришлось рассказать про случай с самозатянувшимися веревками, который произошел с Ликой в ее прошлое «похищение».

– Тоже ваших рук дело? – подозрительно поинтересовался у подруг Дима.

– Да что ты! Мы тогда с Ликой и знакомы не были! В похищении участвовала Вера.

Тогда сыщики переключились на Веру. Что да как? А почему? А зачем вам понадобилось помогать подруге в ее сомнительных авантюрах? А чем вы при этом думали? А думали ли вы вообще?

В общем, своими вопросами сыщики довели бедную Веру до слез. Она рыдала и икала, трясясь всем своим мощным телом, а эти гады даже стакана воды ей не подумали предложить! Пришлось Кире принести воды для Веры, а потом и утешать ее. Постепенно Вера успокоилась и хотя икать не перестала, но внятно изъясняться все-таки могла.

– Я отговаривала Лику. Мне эти ее похищения никогда не нравились. Моя бабушка всегда говорила: никогда не нужно шутить здоровьем или жизнью своих близких. Нельзя говорить о живом человеке, к примеру, что он болеет или, упаси бог, умер. Так можно беду накликать. Вот Лика ее и накликала.

– Лика… Накликала… Лику вашу кто-то убил! Убивал долго и методично! А вы тут мне про бабушку вашу рассказываете!

Вера снова начала плакать. Подруги ее успокаивали. А Валик с Димой, которые теперь совсем уже не казались девушкам симпатичными, ждали, словно койоты возле издыхающей коровы. Сдохнет – будет им пожива. А нет, так ночь впереди долгая. Еще успеют поживиться над павшей тушей.

До самого рассвета девушки пробыли в отделении милиции, где с ними разговаривали и хорошо, и не очень. А под конец вовсе принялись запугивать, слава богу, что бить не стали. И когда девушки уже мысленно попрощались со свободой, уверенные, что их всех закроют в камере вплоть до особого распоряжения, их внезапно отпустили с миром.

– Идите, задерживать я вас пока не буду. Но учтите, я знаю, где вас найти, если вы мне понадобитесь.

– Пожалуйста, – с достоинством отозвалась Кира. – Мы и не собираемся от вас бегать. До понедельника мы вообще никуда не уедем.

Леся тихо ахнула, но волю своим чувствам дала, когда они уже вышли из отделения на улицу, где над деревьями занимался розовый рассвет.

– Да ты что такое говоришь? – накинулась Леся на подругу. – Как это мы никуда не уедем? Немедленно пакуем манатки и домой!

– А как же Лика?

– Ей уже не помочь!

– А ее убийца?

– А что он? Его поймают… наверное.

– Вот именно, что наверное. А мы должны поймать его совершенно точно. Это наш долг перед Ликой. Мы обещали быть ей защитой, а что получилось?

– Вместо этого мы ее подвели, – тоскливо признала правоту подруги Леся. – И что ты предлагаешь? Остаться на «Красном озере»?

– Да. Я почти уверена, что убийца все еще тут.

– Но почему ты так считаешь?

– Чтобы следить за Ликой, он должен был жить в эколагере. Просто прятаться в лесу – это глупо и опасно. Прячущийся в лесу человек выглядит подозрительно. Куда надежнее спрятаться среди обычных отдыхающих в лагере. У убийцы на лбу ведь не написано, что он убийца. Вполне мог прикидываться этаким милашкой. Мы все это время находились рядом с преступником, сами не подозревая об этом.

Кира с Лесей обсуждали сложившуюся ситуацию друг с другом. Веру они к совещанию не привлекли. Да она и сама держалась в отдалении от Киры с Лесей. Что было этому причиной? Шок от случившегося с Ликой? Или угрызения нечистой совести?

Покосившись на Веру, Леся еще больше понизила голос и прошептала на ухо Кире:

– Ты не думаешь, что нам надо бы потолковать по душам с этой… подругой.

– Да. Какой бы дурой ни была Вера, что-то про Лику и ее делишки она должна знать.

– Подойдем к ней.

– Ага.

Но все попытки девушек разговорить Веру наткнулись на ее глухое нежелание что-либо говорить. Сначала Вера просто отмалчивалась. А когда подруги насели на нее хорошенько, произнесла:

– Отстаньте от меня. Мало менты меня трепали как Тузик грелку. Теперь еще вы!

Уйти Вера не могла, девушки ждали Костика, который должен был отвезти их обратно на «Красное озеро». Теперь их домик, пусть и без электричества и с жесткими кроватями, казался девушкам местом обетованным, где можно передохнуть, да и подзаправиться.

– Просто умираю от голода, – простонала Кира.

– Да, у меня тоже в желудке урчит. Стресс сказывается. Интересно, скоро там Костик? Поторопить его, что ли?

И тут неожиданно молчаливая и добродушная Вера вышла из себя.

– Как вы можете говорить о еде, когда Лика погибла такой ужасной смертью?! – воскликнула она, шагнув к подругам. – Вы хоть понимаете, что ей пришлось пережить перед смертью? И за что? Кому она причинила зло?

– В самом деле, кому? – оживились подруги. – Ты что-то знаешь об этом?

– Лика была самая лучшая! – заплакала Вера. – Самая замечательная!

– Прежде ты была о ней другого мнения.

– Ну и что? – всхлипнула Вера. – Это я так говорила… в сердцах… А на самом деле я очень любила Лику. Кроме нее, у меня никогда и никого не было!

– А твоя мама?

– Что мама? У нее своя жизнь. Ей до меня никогда не было особого дела. Вот Ликина мама – Надежда Семеновна, та совсем другая. Та с Лики всю жизнь пылинки сдувала. На трех работах работала, чтобы у доченьки было всегда все только самое лучшее. А моей маме было на меня наплевать, наверное, поэтому я такая и выросла… никудышная!

Как многие слабохарактерные люди, Вера привыкла обвинять в своих бедах других. В том, что она выросла толстухой, не умеющей ограничивать свой аппетит, виновата мама, которая ее мало любила. В том, что с личной жизнью у Веры не складывается, виноваты мужчины – сплошные козлы.

Такая привычка оправдывать собственные недостатки могла завести Веру очень далеко. Убила Лику – та сама виновата. Много позволяла себе обижать бедную Веру, вот той и пришлось в конце концов постоять за себя!

Вера продолжала рыдать, когда из отделения вышел Костик. Кажется, он собирался что-то сказать, но при виде рыдающей Веры передумал и молча сделал знак девушкам садиться в машину.

– А где Леша?

– Он останется пока в отделении. Потом кто-нибудь из ребят подбросит его до «Красного озера». Туда же подъедет и следователь.

– Как? Еще один?

– А как вы думали? Убитая была близким мне человеком. Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы убийца был пойман!

В машине Вера немного успокоилась, и с ней стало возможно поговорить.

– Кто-то должен заняться похоронами Лики, – сказала она. – Наверное, Надежда Семеновна захочет все сделать сама. Ой! Как же мы ей об этом скажем?

– Позвонишь и скажешь.

– Я? Я не могу! Костик, позвони ты!

– Я незнаком с Ликиной мамой, – угрюмо отозвался Костик. – Лика нас не представила.

Подруги удивленно переглянулись между собой. Как же так? Лика собиралась замуж за Костика, но не познакомила его со своей мамой? Почему? Ответ на этот вопрос опять же мог быть все у той же Веры. Как бы разговорить ее?

Всерьез считать Веру убийцей подруги не могли, несмотря на всю соблазнительность этой версии. Но из своих цепких лап следователь выпустил их троих не просто так, а потому что у них нашлось алиби на время убийства Лики. Все трое сидели возле костра, равно как и Костик. Если они и уходили, то исключительно на короткое время, на несколько минут. За это время добраться пешком до пионерлагеря «Костер» и вернуться было невозможно.

– Пешком нет, а на машине запросто.

– У Веры нет машины.

– Могла взять чужую. Тут в уединенной местности многие оставляют машины без включенной сигнализации, я видела.

– И водить Вера не умеет. Она жаловалась, что трижды пыталась сдать на права. И трижды эта попытка у нее бесславно проваливалась. Вера просто не способна держать в руках руль. Она слишком труслива и медленно соображает.

Какой человек в жизни, такой он и на дороге. Сюда подруги приехали на своей машине, ни Вера, ни Лика «колес» не имели.

– Так что легче подозревать Костика, чем Веру.

– И Лешу.

– А при чем тут Леша?

– Не знаю еще. Но если всех подозревают, то чем он-то лучше? Он тоже был на «Красном озере». И машина у него есть. И водить ее он умеет.

Доставив подруг в «Красное озеро», Костик сказал, что немного переведет дух и будет ждать ребят, которые должны вскоре подъехать вместе со следователем, тем самым Михалычем, с которым он уже разговаривал по телефону. Случившееся всерьез обеспокоило власти, поскольку инцидент можно было считать работой опасного маньяка. Значит, поймать его следовало как можно быстрее, пока он не нанес удар по следующей жертве.

Таким образом, у подруг оказалось несколько свободных минут, чтобы привести в порядок себя и свои чувства. Но первым делом они отправились в столовую и подкрепились там очень вкусной сладкой овсяной кашей с кусочками свежих фруктов, которую сварила на всех та же добрая душа Аня.

– Не благодарите, не только ради вас стараюсь, мне девок своих тоже накормить надобно.

Но подруги все равно искренне благодарили повариху. Ведь своим дочкам Аня могла бы сварить маленькую кастрюлечку каши, а не огромный чан, который к моменту прихода подруг в столовую уже заметно опустел. В эколагере еще не знали о случившемся с Ликой, поэтому обстановка тут была самая обычная, немного расслабленная и благодушная. Все изменилось с приездом полицейской машины.

Первым делом Валик с Димой направились к домику, где жил дед Арсений – крепкий еще мужичок, зять хозяина эколагеря. Собственно говоря, именно на Арсении Петровиче лежали все обязанности по управлению и наблюдению за порядком в эколагере. Он тут выполнял роль завхоза, управляющего и совмещал много других обязанностей. К нему первому и направились полицейские.

Вместе с молодыми сыщиками приехал и мужчина постарше, солидный и с усами. Тот самый Михалыч, как без труда догадались подруги, которому звонил Костик и который обещал ему помощь и поддержку.

– Хорошо иметь своих людей в таких структурах. В случае чего они тебя и прикроют.

– Даже если ты и есть преступник?

– Ну… наверное.

– Не имеют права! – решительно возразила Леся. – Покрывать убийцу – это должностное преступление!

Но гримаса, которую в ответ скорчила Кира, яснее ясного показывала, какого мнения об этом ее обладательница. Кире не случалось лично сталкиваться с этой проблемой, но она видела, как нагло ведут себя на дороге машины, за рулем которых сидят ребята из ОМОНа или других подобных организаций. Спецномера дают им право безнаказанно нарушать правила движения, якобы единые для всех.

Как показывает практика, двойная сплошная для этих персонажей совсем не повод, чтобы передумать разворачиваться среди потока. Это для других такое действие подразумевает штраф или другое наказание, а для владельцев спецномеров, видимо, такое нарушение – это служебная необходимость. И поди там разбери, по делу едет данный товарищ или в гости к любовнице на чай с пирожными опаздывает.

– Неужели, будь ты следователем или генералом и близкий тебе человек что-то такое нехорошее сделает, ты его не простишь и не прикроешь?

– Я – нет! – горячо возразила Леся. – Потому что это неправильно. А другие… не знаю, может, другие и прикроют.

– То-то и оно!

Следом за Михалычем в домике деда Арсения скрылся и Костик. Подруг никто туда не приглашал, и они остались снаружи. Как ни странно, после бессонной ночи и плотного завтрака их нисколько не клонило в сон. Наоборот, они приободрились, и головы заработали четко и ясно.

– Прежде всего нам надо определиться со временем убийства, – сказала Кира. – Кто и что делал в это время. С тобой, мной и Верой все ясно. А что с Костиком и Лешей?

– Костик? Леша? Ты думаешь, что кто-то из них…

– Почему бы и нет?

Подруги знали, что злодей напал на Лику где-то в промежутке между десятью и двенадцатью часами ночи. В десять она, сказавшись нездоровой, ушла в их домик, а потом последовала через лес к пионерлагерю. А около полуночи Костик спохватился и пошел посмотреть, как там девушка. Тело Лики они нашли уже в начале второго ночи. И оно уже остывало.

– Тогда надо узнать, чьей машины не было на стоянке в этом промежутке.

– Между десятью и полуночью?

– Да.

К сожалению, установить это не представлялось возможным. Стоянка для машин отдыхающих была оборудована за пределами зоны эколагеря, чтобы автомобили не загрязняли своими ядовитыми выхлопами здешнюю экологически чистую среду. Охранник там имелся, но он честно признался, что этой ночью на посту не дежурил.

– Ко мне подружка пришла, она из отдыхающих, от матери удрала, так что по сторонам глядеть времени особенно не было. Надо было все успеть, потому что после полуночи подружка обратно к родителям должна была вернуться.

Но время после полуночи подруг не очень-то и интересовало. К этому моменту Лика, скорее всего, была уже мертва или находилась при смерти. Но как же им узнать, что делалось на стоянке до полуночи?

– Если в это время кто машину и брал, то только свою и с ключами. На всех машинах сигнализации стоят, так что, случись чего, я бы услышал. А вы, девчонки, чего встрепенулись? И еще я видел, полиция приехала. Чего там произошло-то?

Но подруги не стали отвечать, пусть с горе-охранником разбираются дед Арсений и Михалыч. А они вернутся к Вере и попытаются ее разговорить. В конце концов погибла ее лучшая подруга. Можно сказать, вообще единственная. И играть в молчанку сейчас далеко не самое подходящее время.

Глава 7

Веру подруги нашли в их домике. Вера лежала на кровати и безучастно смотрела пустым взглядом в потолок. Жалела себя, жалела Лику, жалела ее маму.

– Я все думаю, кто мог убить Личку, – тоскливо произнесла она, едва подруги вошли в домик. – А вдруг это был Леша?

Вопрос Веры сильно изумил подруг.

– Почему именно он?

– Ну, он же первым познакомился с Ликой, – как ни в чем не бывало объяснила Вера. – А потом Лика изменила свой выбор в пользу Костика. Уже с ним начала встречаться, а Леше отставка вышла.

– А почему так получилось?

– Почему… Да потому что у Леши денег не так много, как у Костика! У Костика свой бизнес, а Леша на него работает! Понимаете разницу?

Подруги понимали. Лика не захотела встречаться с подчиненным, сделала ставку на хозяина. Также им пришло в голову, что Леша мог быть сильно обижен на Лику за ее предательство, мог затаить зло на девушку. Но убить ее… В это трудно было поверить, зная весельчака и балагура Лешку.

– А еще он уходил от костра, – гнула свою линию Вера.

– Мы все уходили.

– Леша уходил надолго. Минут сорок, а то и час его не было.

Подруги были смущены. Лично они не засекали, сколько отсутствовал Леша. Но Вера… Вера – дело другое. Вера была заинтересована в молодом человеке, так что вполне возможно, что она следила за Лешкой куда более пристально, чем сами подруги.

И все же девушки сделали попытку обелить симпатичного им парня.

– Но он ездил в пионерлагерь, где нашли Лику, вместе с нами. Костя его позвал. Лешка был в это время у костра.

– Ушел, потом вернулся к костру, правильно. Но за это время, что его не было, он вполне мог смотаться на машине в «Костер», убить там Лику и вернуться назад.

– Из мести?

– Из ревности, раз Лика не досталась ему, то пусть и Костику бы она тоже не досталась.

Несмотря на явный романтизм, в словах Веры было очень много дельного. Лешка был своим, Лика не испугалась бы, увидев его возле своего укрытия. Да и вообще, что бы она могла сделать? Физически Лика была много слабей крупного и спортивного Лешки. Конечно, при желании он мог бы скрутить ее, связать и… И тыкать ножом, пока она не умерла?

Нет, такой вид убийства не подходил Леше. И все же подруги не видели другого выхода, кроме как пойти к Костику и поговорить с ним.

– Лешка? – изумился Костик, когда подруги изложили ему свою версию. – Да вы совсем спятили, девчонки! Лешка – моя правая рука! Мы с ним знакомы сто лет. И с чего бы ему убивать Лику?

– Из мести. Потому что она предпочла ему тебя!

Костик задумался. Это подруги ясно видели. И чем больше он думал, тем глубже становилась складка у него между бровей.

– Ну надо же… А ведь Лешка брал у меня ключи от машины, – пробормотал он. – Вот черт!

И Костик устремился на поиски Леши. Разумеется, девушки понеслись за ним. А как же иначе, ведь имелся такой отличный шанс – быстро и без проблем поймать злодея! Но Леша ничуть не испугался, когда Костик подошел к нему с вопросом, где он провел время в промежутке между одиннадцатью и двенадцатью часами ночи.

– Ты в чем меня подозреваешь, Костян?

– Просто ответь мне и все.

– У бабы я был, – быстро ответил Леша. – Только не могу назвать тебе ее имя.

– Почему?

– Из отдыхающих она. С мужем сюда приехала. Он тоже тут тусует. Узнает, что у нас с Сандрой… Блин!

Имя любовницы вырвалось у Леши то ли само собой, то ли еще по какой-то причине. Но он тут же картинно зажал себе рот и скривился:

– Слышь, Костян, не порти женщине жизнь. Ей и так несладко с мужем-козлом, а тут еще это.

– Не беспокойся. Мне важно лишь твое алиби.

– Ну, алиби-то она подтвердит, я думаю. Если, конечно, ты к ней одной подойдешь, а не в тот момент, когда они с мужем будут.

– Как зовут зазнобу? Сандра?

– Александра. Сокращенно получается Сандра. Вон их с мужем домик, левый из тех трех, что возле самого леса стоят.

Тот самый домик, возле которого Кира с Лесей уже видели Лешку! Мужчина выходил из домика, а вслед ему неслись ругань и проклятия. Если у Леши с Сандрой и был роман, то очень и очень странный! Но странный или нет, а алиби Леши эта женщина подтвердила весьма охотно.

– Да, мы были с Лешей этой ночью! Встретились возле леса, а потом почти час валялись на траве! Любовью занимались, ясно вам?

– А ваш муж?

– А что мне муж? – презрительно фыркнула Сандра. – Он ни о чем не подозревал! Храпел себе в нашем домике, он и не заметил, что я уходила!

Костика вполне удовлетворил рассказ Сандры. А вот Вера, едва они вышли на улицу, отвела Киру с Лесей в сторонку и прошептала:

– Девчонки, она все врет!

– Да почему?

– С чего ты взяла?

– Знаю!

– Но откуда?

– Не была эта тетка ночью с нашим Лешкой. Может, с кем она там в лесу и кувыркалась, но точно не с ним.

– С чего ты это взяла?

– С того… с того, что я сама пошла за Лешкой!

Признание далось Вере не без труда. Она вся залилась пунцовой краской, и над верхней губой у нее выступила испарина.

– Думала, что у нас с Лешей что-то получится, – призналась подругам Вера. – Ну, необязательно что-то серьезное, но мне и небольшой романчик сгодился бы. Я ведь не такая гордячка, какой была Лика. Той только замуж и обязательно за богатого. А я и на меньшее охотно бы согласилась. И к тому же мне показалось, что Леше я не противна. Ну вот, когда он в кустики отошел, я потихоньку за ним двинулась.

– И что?

– Не был он с Сандрой, – угрюмо произнесла Вера. – Он к машинам направился. Туда, на стоянку.

– И что?

– Открыл дверь в Костиной тачке и сел в нее.

– Лешка уехал на ней?

– Нет, этого я не видела. Он просто сел в машину, снова закрыл дверь и стал ждать.

– Ждать? Чего ждать?

– Не знаю. Мне показалось, что он хочет за кем-то проследить. Свет он не включил, сидел в темноте, да еще так, чтобы снаружи его не было видно.

– В смысле?

– Ну, на сиденье лег.

– А еще кого-нибудь ты видела?

– Мужик какой-то потом пришел с девицей молодой. Они тоже в машину забрались.

– К Лешке?

– Нет! Зачем к Лешке? В другую.

– И что они там делали?

– Врать не буду, не видела. Кто-то рядом со мной прошел, я испугалась, к вам, к костру побежала. Но мне показалось, что в этой машине, возле которой Лешка устроился, секс был. Она так тряслась!.. Ну так…

– Как?

– Ритмично!

– А Леша? Он все это наблюдал?

– Скорее всего, да. Тачка этого толстяка рядом с машиной Костика стояла. Хотя странно. Мне казалось, когда мы утром на озеро шли, авто его в другом месте стояло.

Этот вопрос следовало прояснить. Поведение Леши, если было правдой то, что рассказывала Вера, казалось подругам все более и более подозрительным.

Как раз в этот момент Костик и полицейский закончили опрос нужных людей в эколагере и теперь направлялись на стоянку. По их разочарованным, угрюмым лицам можно было догадаться: ничего дельного им узнать не удалось. По сравнению с остальными обитателями эколагеря Вера была просто кладезем полезной информации.

– Лешка тоже с ними идет.

– Двурушник несчастный!

– Ой, девочки! – проныла Вера. – Неужели он преступник? Просто не могу в такое поверить!

Посмотрите на нее! Сначала донесла на мужика, а теперь удивляется, что подозревают в нехорошем!

– Вера, тебе придется при всех повторить то же самое, что ты сказала нам. И, возможно, Леша будет все отрицать!

Так и вышло. А как же иначе?

– Костян, ты кому веришь? Ты мне веришь или ей? Ты вспомни, мы с тобой за время службы не один пуд соли вместе съели. И что теперь? Из-за слов этой каракатицы ты будешь меня обвинять черт знает в чем?

– Это я-то каракатица! – задохнулась от возмущения Вера. – Нет, вы только посмотрите теперь на него! Каракатицей меня называет! А еще вчера слова-то какие мне говорил!

– Да умолкни ты!

– Погоди, не кипятись, – остановил друга Костик. – Спокойно объясни, зачем ты брал мою машину?

– Да не брал я ее!

– Не лги! Ключи ты у меня брал. Аккумулятор завести тебе надо было. Ключи взял еще утром, а вернул, лишь когда мы за Ликой поехали. Теперь я и сам вспоминаю, что ночью машина оказалась не на своем месте. Не там, где я ее оставил на стоянке!

– И что?

– Значит, ты на ней куда-то ездил!

– Ну, переставил я ее, – мрачно произнес Лешка. – И что с того?

– Зачем переставил?

– А это уже мое дело!

– Леша, ты мой друг, но учти, если ты и дальше будешь разговаривать со мной в такой манере, я буду вынужден…

– Что? Сдашь меня Михалычу?

– Да, я сообщу Михалычу, что у тебя отсутствует алиби. И более того, ты имел возможность добраться до Лики. И мотив какой-никакой у тебя тоже был.

– Это что же, по-твоему, теперь я должен убивать всех баб, которые на твои бабки польстились? В таком случае я и Лорку тоже должен был пришить! Уж она-то мне такие авансы делала, каких от Лики я бы и за сто лет не дождался!

И тут без всякого предупреждения Костик бросился на своего друга. Лешка тоже не ожидал такой бурной реакции от всегда невозмутимого Кости. Тот с размаху заехал Лешке в глаз, а дальше эти двое сцепились в рукопашной, возясь в пыли у ног оцепеневших от изумления подруг. У Веры даже рот открылся от удивления.

Дерущихся расцепили Михалыч с полицейскими.

– Вы чего, ребята? Не поделили чего?

– Оставь нас, Михалыч. Нам с Лехой серьезно потолковать надо. По душам.

– А драться больше не будете?

– А это уж как получится.

Михалыч был тертым калачом. И по голосу Кости он понял, что посторонним в это дело лучше не вмешиваться. Что бы ни происходило между двумя приятелями, чужим сюда соваться нечего.

– Ну-ну, – проворчал он себе в усы. – Смотрите.

Но смотреть больше было не на что. Костик уже успокоился, взял себя в руки и теперь, похоже, стыдился своего порыва. Да и Лешка не собирался обижаться, а выглядел скорее сконфуженным.

– Ты это, Костян… того… прости меня. Никаких Лорка мне авансов не делала. Не знаю, что у меня сорвалось.

– И ты меня тоже… прости. Знаю, что у вас с Лорой ничего не могло быть за моей спиной, не такой она была человек. Но ты же знаешь, как много она для меня значила. С тех пор как ее нет со мной рядом, я словно сам не свой. У меня такое ощущение, что половину от меня отрезали и я хожу теперь по миру такой вот… половинчатый.

Костя замолчал, а подруги изумленно переглянулись. Кто такая Лора, о которой столь тепло отзывается Костик? Наверное, та самая сгинувшая где-то в дебрях Африки жена. Но Костик-то каков! В его отношении к Лике не было ни грамма страсти. Ровные чувства, вроде бы искренняя симпатия. Когда они нашли Лику мертвой, именно Костик первым взял себя в руки. Именно он сообразил, что нужно поискать следы и вызвать подмогу.

Даже видавший виды Лешка при виде истерзанного Ликиного трупа «сбледнул» с лица. А Костик хоть и выглядел ошеломленным, но присутствия духа не потерял. Однако же одно имя обожаемой им Лоры вывело Костю из равновесия настолько, что он набросился с кулаками на своего друга. Похоже, парень до сих пор любил свою пропавшую супругу. А Лика… Лика была для него так… временным увлечением.

Отдышавшись после схватки, Костик снова вернулся к тому вопросу, который они обсуждали.

– Так что там с моей машиной? – спросил он у Лешки. – Ты ее переставил – это факт. Но зачем?

– Зачем… Нужно мне так было. Ясно?

– Нет.

– Вот блин! – разозлился Леха. – Ну надо мне было, чтобы твоя тачка стояла рядом с одной машиной! Ну, понял теперь?

Кажется, до Костика стало доходить.

– Ты что, тут подхалтурить решил?

– Ну а что такого? Деньги лишними никогда не бывают. К тому же мне и делать-то почти ничего не надо было. Мужик совсем страх потерял. Прямо при законной жене шуры-муры со случайными дамочками водил. А одну так и вовсе… того… склонил.

– К сожительству?

– Ну так. В машине у него и сожительствовали. Минут десять.

Лешке явно не хотелось говорить на эту тему. Но пришлось: Костик от него не отставал. И постепенно подруги начали понимать, чем именно занимался Леша той ночью, когда убили Лику.

– Слежка за неверными супругами – отличный приработок. Всегда найдется дамочка, которая подозревает своего благоверного в измене. Ну и мужчины тоже частенько с рогами ко мне являются: «Помогите приструнить негодяйку». Я и помогаю. А что такого? Стыдиться мне нечего.

– И за кем ты следил ночью?

– Да была тут парочка, – уклончиво ответил Леша, но, поняв, что придется раскрывать все карты, иначе Костик от него не отстанет, глубоко вздохнул и признался: – За мужем Сандры я следил. За ним и за одной цыпочкой, с которой у него амуры начались.

– Значит, Сандра наняла тебя, чтобы следить за мужем?

– Да.

– А свою машину для этих целей чего не взял?

– Так это… Не подходила она мне. Стекла нетонированные и высота не та. Твоя машина в самый раз пришлась, я ключи у тебя и взял. Откуда же я знал, что так все некрасиво получится.

– Ладно, ты по существу рассказывай. Что конкретно тебе твоя клиентка поручила?

– Следить!

– И ты следил?

– Следил. И по возможности должен был сделать несколько кадров.

– И что?

– Сделал. Переставил твою тачку так, чтобы она стояла рядом с машиной мужа Сандры. Ну а когда он привел красотку, там их и щелкнул.

– Да что он – мужик этот – совсем спятил? – неожиданно развеселился Костик. – Вокруг лес, зачем в машину-то?

– А ты был ночью в лесу этом? А? Нет, не был? Или был? И что? Больше тебе в лес ночью небось не хочется? Комары достают? Вот и эти тоже сначала в лесу пристроиться пробовали, но поняли, что слишком рискованно получается, и в машину пошли. Ну а я уже их ждал. Щелкнул несколько кадров, потом Сандре их предъявил. Кстати, они у меня сохранились. Хочешь взглянуть?

И Лешка продемонстрировал своему другу фотографии, сделанные ночью. Впрочем, подругам тоже удалось взглянуть мельком, что это были за кадры. Они увидели совсем чуть-чуть, но им хватило. Девушки тут же отступили назад, стыдливо покраснев до самых корней волос. Нет, они не ханжи. Но одно дело – заниматься любовью с близким мужчиной, и совсем другое – когда какой-то толстяк подставляет свои гениталии совсем молоденькой, худенькой и какой-то бледной девочке.

А Костик занудно вытягивал из приятеля правду:

– Выходит, у тебя с Сандрой ничего не было?

– Ну почему сразу и ничего? Кое-что было. Хотя, конечно, не так это много времени заняло, как я говорил. Перепихнулись с ней разок, да и разошлись по своим углам.

Выходит, узнав об измене мужа, Сандра в порыве мстительных чувств набросилась на первого мужчину, который подвернулся ей под руку, – на частного детектива. Что же, выбор был неплохой. Честно говоря, Лешка был совсем не урод, с ним можно было закрутить роман и без того, чтобы мстить мужу.

– Фотки я ей отдал, она меня поблагодарила, деньги заплатила, и я к вам вернулся, – продолжал объяснять Костику его друг. – Ну а там уже ты метался, Лику звал. Дальше и сам знаешь, я все время рядом с тобой был.

Выслушав Лешку до конца, Костик некоторое время молчал.

– А чего сразу правду не сказал? – угрюмо поинтересовался он затем.

– Чего-чего… А чего ты на меня сразу же набросился? Я и обдумать все хорошенько не мог. И потом… Сандра же вроде как моя клиентка и моя женщина, так сказать, по совместительству. Должен я был защитить свою клиентку и свою женщину? А? Я тебя спрашиваю, должен был или нет?

– Должен, не кричи только, – отмахнулся от него Костик. – Ладно, с тебя все подозрения сняты. Ты занимался делом и Лику не убивал.

– Ну наконец-то! Аллилуйя!

– Не юродствуй! – угрюмо отозвался Костик. – Сам знаешь, я должен отрабатывать любую версию, какой бы идиотской она ни показалась на первый взгляд. Ты вел себя подозрительно, вот я и начал тебя расспрашивать.

– Ладно, проехали, – отмахнулся Леха. – Лучше скажи, что теперь делать будем? Как станем искать этого гада?

Но ответил ему не Костик, а Михалыч:

– Мои ребята сейчас пройдутся по лагерю, поговорят со всеми людьми без исключения. Авось найдут обладателя белого шелкового одеяния.

– Или обладательницу, – тихо произнесла Кира, но Михалыч услышал.

– Что ты сказала?

– Я говорю, что белую шелковую одежду в лес могла надеть скорее женщина, чем мужчина.

– Чтобы одна женщина сделала такое кровавое месиво из другой? Поверить в такое не могу! Хотя все в жизни бывает. Но следы… Девочки, не забывайте, следы принадлежат рослому мужчине.

– Или рослой женщине, – тихо добавила Кира, но Михалыч предпочел ее на сей раз не услышать.

Зато Костик в этот момент как-то странно поморщился, словно у него внезапно разболелась голова. И просительно произнес:

– Михалыч, я с твоими ребятами пройдусь. Ты не против?

Михалыч был не то что против, он был целиком и полностью за. Он прекрасно понимал, насколько близко к сердцу принимает Костик смерть своей любовницы. И поэтому сказал:

– Костя, да я и сам с ребятами пойду. Если кто что видел, так мы из этого человека всю правду до капельки выжмем!

Пока его люди искали обладателя или обладательницу белого шелкового одеяния, подруги вернулись к себе в домик. Вера сразу же начала складывать вещи.

– Ни одной минуты больше не останусь в этом гнусном месте, – твердила она. – Если вы не едете, то вызову такси. Плевать, сколько бы это ни стоило, я тут не задержусь.

Но у подруг было еще несколько вопросов к Вере. И они не собирались отпускать девушку, пока она не ответит на все.

– Вера, ты погоди, не суетись. Часом больше, часом меньше, уже роли не играет.

– К тому же, если ты ответишь на наши вопросы, мы тоже вернемся в город. И подвезем тебя до самого дома.

– Вы же собирались тут до понедельника оставаться.

– А теперь передумали.

– И тоже поедете в город? И меня возьмете?

– Возьмем. И тебе это не будет стоить ни копейки.

– Зачем тебе связываться с таксистами, которые обдерут тебя как липку да еще всю дорогу придется провести с незнакомым мужчиной.

Фраза «провести с мужчиной всю дорогу» явно была не самым удачным аргументом, который мог бы отвратить Веру от поездки в город на такси. Так что подругам пришлось тут же пустить в ход и другие доводы.

– А таксистами обычно идут работать далеко не самые лучшие люди.

– Ага! Либо это бывшие уголовники, которых на другую работу не берут, либо эмигранты из ближнего зарубежья, которые вообще ни бельмеса по-русски не понимают, но твердо уверены, что все русские женщины – шлюхи. И действуют соответственно.

Последний довод произвел на Веру впечатление. Быть изнасилованной эмигрантом ей не хотелось. Она отложила свои манатки и присела на топчан.

– Ладно, поеду с вами. Но вы-то сами скоро поедете?

– А это зависит целиком и полностью от тебя.

– От меня?

– Да, от того, что ты нам сейчас скажешь.

Вера растерянно переводила взгляд с одной подруги на другую.

– А что я могу сказать? Какой-то псих ненормальный прирезал Лику. И мне страшно!

– А страшно тебе не потому ли, что ты догадываешься, кто этот псих?

– Нет! – взвизгнула Вера. – Я вам ничего не скажу!

– Значит, мы правы? И у тебя есть какие-то подозрения насчет того, кто мог убить Лику?

– Я не стану с вами об этом говорить! Вообще ни с кем не буду обсуждать эту тему!

– Потому что ты боишься, что этот человек накажет тебя за длинный язык?

Вера замолчала, сцепив руки на своей полной груди и спрятав лицо от подруг.

– Значит, ты будешь покрывать убийцу своей лучшей подруги? Спустишь ему смерть Лики?

Вера по-прежнему молчала.

– И не боишься, что преступник захочет в следующий раз убить уже тебя?

– А я-то ему зачем?

– Значит, ты знаешь, кто убийца?

– Нет, я не знаю… Но…

– Но у тебя есть какие-то мысли? Ты кого-то подозреваешь? Кого?

– Я не могу вам этого сказать!

– Потому что боишься этого человека?

– Да! – с вызовом воскликнула Вера. – Да, я боюсь! Лика получила от него много денег, а мне за что страдать? Мне-то Борис ничего не заплатил! Ой!

Вот теперь уже Вера проболталась, произнеся имя, которое вроде и не собиралась называть. Подруги тут же принялись шевелить мозгами. Борис… Борис… Уж не тот ли самый Борюсик, замужем за которым еще совсем недавно была Лика? Судя по тому, что слышали подруги, развод у Лики с последним мужем был кровопролитным. Они долго судились между собой. И Лике удалось получить от бывшего немалые отступные.

– Борис – очень скупой человек. Уверена, он до сих пор не простил Лике, что она с ним сделала. Прежде с ним подобного не случалось. И конечно, ему было очень обидно, что какая-то там соплюха обошла его, поставила в смешное положение перед все миром.

– И он мог ей так жестоко отомстить?

– Ну, раньше-то он похожий фокус проделал.

– Как?

– С кем?

– Он кого-то уже убивал?!

– Что же ты молчала?

– Нет, не убивал, – успокоила подруг Вера. – Но мстил своим врагам жестоко.

– Когда это произошло? И как?

Вера глубоко вздохнула, словно набирая воздух перед прыжком в глубокую воду, прямо в омут и заговорила:

– Борюсик – он ведь далеко не таким хорошим и добрым был, каким Лика его расписывала. Да и старый. И урод к тому же. У него и до Лики были молоденькие девчонки, только на них он не женился, а Лику вот взял в жены.

– Мы слышали, как ей удалось заставить Борюсика сделать предложение.

– Типа Лику похитили, а Борюсик так переволновался, что со страху взял и женился, когда она «нашлась»? Да? Лика всем эту байду рассказывала, только на самом деле не так все было.

– А как же?

– Не испугался Борюсик за Лику ни хрена. Даже когда похитители письмо с кровавым Ликиным отпечатком прислали и прядь волос, тоже окровавленную.

Надо же, на какие уловки шла Лика, чтобы пробить чугунную броню на сердце своего возлюбленного. И то не помогло. Да уж, некоторые люди до того черствые, что их просто на жалость не взять. Тут требуется оружие посильнее.

– Я же все время рядом с Борюсиком была, когда Лику «похитили». Это ведь у него в загородном доме случилось. И я видела, что ни фига Борюсик за Лику не испугался. Нет, переживал, конечно, хотел ее найти и даже выкуп готов был заплатить, чтобы ее вернуть. Но вот чтобы замуж ее после этого позвать – это не факт. Далеко не факт.

– А как же получилось, что все-таки позвал? Наверное, ты ошибаешься, и Борис просто глубоко в себе все переживал. Бывают такие люди, у которых все на поверхности лежит, а бывают – все внутри.

– Ну, тогда Борюсик должен был очень уж глубоко свои чувства к Лике законспирировать. А зачем? Меня ему стесняться точно было нечего. Нет, я уверена, что никакой особой любви у него к Лике никогда не было.

– Но он на ней все же женился? Да или нет?

– Да. Женился. Это-то и странно. Когда «выкуп» за Лику заплатили, когда она вернулась целая и невредимая, Борис ей сказал: история странная, хорошо, что хоть со счастливым концом. Понимаете? Он не собирался на ней жениться!

– Но ведь женился же!

Тупость Веры начинала сердить подруг. Что она вокруг да около все ходит и ходит? Если есть, что сказать, пусть говорит! А нет, так пускай в город уматывает, как и собиралась!

Вера, почувствовав настроение подруг, сказала:

– Борюсик женился на Лике не потому, что так уж ее любил и боялся потерять. Он знал, что пока у него есть деньги, Лика от него и так никуда не денется, можно на ней и не жениться.

– Но ведь женился!

– Да! Женился, потому что Лика его заставила это сделать!

Вера выкрикнула последнюю фразу и замерла, выжидающе глядя на подруг. Разумеется, подруги ее не разочаровали и тут же спросили:

– И… И как она это сделала?

– Да, вот как? Вы не знаете? И я тоже не знаю. Но как-то Лика сумела своего добиться. И потом, когда она с Борюсиком жила, он много чего хорошего не по своей воле для нее делал. Сначала не хотел делать, при мне и при других Лике вслух отказывал, а потом все-таки делал именно так, как она хотела!

– Значит, Лика сумела подобрать к своему мужу какой-то ключик?

– И какой же? Вы это знаете?

– Ты говоришь, Лика была намного моложе Борюсика? Не в этом ли ответ?

– Ой, нет! – помотала головой Вера. – Знаю я, как Борюсик со своими прежними пассиями разговаривал. Они еще долго после того, как Борюсик на Лике женился, его осаждали. А они и помоложе Лики были, и покрасивее. А ничего-то им от Борюсика не обломилось! А вот Лика здорово свои дела за счет Борюсика поправила. Да я не о том хотела рассказать!

– А о чем?

– О тайне! У Борюсика была какая-то тайна. И Лика эту его тайну как-то узнала. Она шантажировала его.

– Кого?

– Борюсика! Он давал ей деньги, а она эти деньги тратила на свое усмотрение. Борюсик был такой сквалыга, он прежде с Лики отчет за каждую потраченную копейку спрашивал, а тут десятки и даже сотни тысяч ей спокойно наличными отстегивал и только улыбался, когда Лика его снова о каком-либо одолжении просила. Сколько раз бывало, приду к ним, Борюсик мрачнее тучи ходит: видно, Лике новая машина понадобилась или наличные. Вроде бы и недоволен, а потом через пару деньков смотришь – деньги у Лики появились и машина, кстати говоря, тоже.

Да, это весьма подозрительно, когда старый скряга внезапно становится щедрым. А с другой стороны, Лика уже давно развелась с Борисом. Если бы он хотел ее убить, сделал бы это гораздо раньше.

– Вот и нет. Если бы Борис раньше убил Лику, ну, или нанял бы кого-то, чтобы за него эту грязную работу сделали, то менты в первую очередь к нему бы и постучались. Известное дело, когда женщину убивают, сначала к ее мужу приходят. Чаще всего он убийца и есть. Ну а когда Лика уже почти год как в разводе, Борис чист в глазах закона. О том, что Лика его шантажировала, никому не известно. Одна я догадывалась. Да и то всей правды мне Лика о Борюсике не рассказала.

– Но что-то она тебе поведала?

– Только то, что у него есть какая-то тайна. И ей повезло эту тайну узнать.

– А из какой области эта тайна? Что такого ужасного мог совершить этот Борюсик, чтобы потом платить Лике за ее молчание?

– В том-то и дело, что не знаю! Но уверена, Лика разжилась этой тайной, когда мы гостили у Борюсика в его загородном доме.

– Это в тот раз, когда Лику «похитили»?

– Да. Но до похищения она ничего такого про Борюсика не знала, да и он не дергался.

– Но выкуп за любимую девушку он заплатил?

– Заплатил. А потом говорил, что эти деньги он с Лики высчитал.

– Как это?

– Ну, шутил. Типа она за него замуж вышла, тем и отработала свой долг. Не знаю, где Лика нашла управу на своего Борюсика. Только после того, как она «освободилась», они вдвоем остались. И спустя всего несколько дней Борис совсем другим с Ликой был.

– Это каким же?

– Шелковым!

Вера выпалила эту фразу с таким уверенным видом, что подруги сразу же поняли – она не врет. И в ее словах есть зерно истины. Пусть Вера и не была большого ума девушкой, но именно благодаря некоторому отсутствию умственных способностей у нее необычайно была развита чуйка. То есть то, что иначе еще называется интуицией.

У одних людей имеется острый ум, который помогает принимать верные решения. Другие учатся на опыте исторических личностей, изучая их труды и автобиографические повести. А другие, не столь умные и не столь образованные, задействуют свое чутье. И частенько получается так, что весь ум и образованность первых и вторых не идет ни в какое сравнение с интуицией последних. Все дело в тренировке. А у Веры, судя по всему, она была достаточно обширной.

Глава 8

Итак, Вера настаивала на том, что убийца – это человек Борюсика. А он был ни много ни мало прежним Ликиным мужем.

– Сам Борюсик в жизни не стал бы ее убивать. Не потому, что не смог бы этого сделать, смог бы и не такое, если речь шла о сохранности его богатств. Просто он старый осторожный черт, он бы побоялся навлечь на себя беду. Нанял бы какого-нибудь отморозка, чтобы тот убил Лику! А Борюсик бы ему денег заплатил. Не много, потому что много он никому не платит, жадный очень.

Таково было мнение Веры. А ведь она была ближайшей подругой Лики. И следовательно, к ее мнению стоило прислушаться. Но если Вера подозревала Борюсика, то с какой стати она обходила вниманием Гену – первого Ликиного мужа?

– Гена? – удивилась Вера, когда подруги заговорили на эту тему. – А что Генка? У них вообще все по любви случилось.

– Поженились они по любви, а развелись?

– Ну, там много чего было. Генка вообще Лику не устраивал по многим причинам. Во-первых, она, когда за него замуж выходила, надеялась, что Гена в основной состав своей труппы попадет, выступать станет, прославится. А он опозорился, упустил свой шанс. Запил. Денег совсем в дом не приносил. Лика с ним и развелась.

– А в каком смысле «опозорился»?

– В прямом! Ему не сцену выходить, а он лыка не вяжет! Хорошо еще, что актер из основного состава, которого Генке и предстояло заменить, смог все-таки на сцену выползти. Пусть и с приступом аппендицита, но свою роль до конца доиграл. Потом уж с перитонитом в больницу уехал. Ясное дело, после этого он герой, а Генка – лузер! Лика его так и не простила. Гена же своей вины не понимал. И после развода запил. А сейчас вроде ничего, оклемался. Но все равно как выпьет, продолжает Лику во всех своих бедах обвинять. Дескать, она ему моральную травму нанесла. Не поддержала, когда он в этом нуждался. Всадила нож в спину.

– Только плачет или угрозы тоже бывают?

– А как же без угроз-то? – искренне удивилась Вера. – Бывают и они тоже. Генка – человек театральный. Он на публику работать привык. А без угроз какой драматизм в ситуации?

Просто прекрасно! Один подозреваемый вырисовывался следом за другим! Да что там вырисовывался! Они просто конкурируют друг с другом. Одного своего бывшего мужа Лика чем-то шантажировала, получала с жадины деньги, и, конечно, он мечтал от нее избавиться. А второй муж считал ее гнусной предательницей, заслуживающей смерти!

– Значит, оба бывших Ликиных мужа были ее врагами?

– Ну, насчет Генки я не знаю, он вообще-то человек вспыльчивый, но отходчивый. А вот Борис… тот да, злопамятный.

Итак, продолжение расследования теперь вырисовывалось перед подругами четко. Два визита к бывшим Ликиным мужьям должны были пролить свет на то, что за отношения были между ними и покойницей. И как знать, вполне возможно, подругам повезет уже сегодня к вечеру найти преступника.

– Не думаю, что все будет так легко. Вряд ли мужья Лики стали бы лично светиться возле места преступления. Скорее всего, они бы нашли человека, который сделал бы за них всю грязную работу.

– Согласна. Но где найти такого человека?

– За деньги можно решить любой вопрос. Обсуждали уже, что Ликин муж мог просто нанять преступника.

– О-о-о… Если нанял и за деньги, тогда это точно не к Генке! У того денег никогда лишних не бывает. Всегда в долгах как в шелках. Лика с ним по этой причине и развелась. Я же вам говорила.

– Ну да, говорила.

– Так-то Генка ее во всем устраивал. И красивый, и видный, и артист к тому же. Пусть и на десятых ролях и во втором составе, да и театр захудалый, но все равно звучит-то как: мой муж – артист! И гастроли по провинции опять же копеечку приносили. Там публика попроще, любому зрелищу рада. Если бы Генка только часть зарплаты пропивал, а остальные деньги в дом приносил, возможно, Лика с ним и не развелась бы никогда!

– Но ведь развелась?

– Развелась.

– И Генка обиделся?

– Ну, обиделся.

– Значит, надо с ним поговорить в первую очередь!

Однако общаться с мужьями Лики пришлось не в хронологическом порядке. Первый Ликин муж был на съемках сериала, о чем и оповестил подруг включенный автоответчик.

– Гена приезжает сегодня вечером. Видать, завязал с выпивкой, раз в сериал работать позвали.

– Это он молодец. Но нам-то что делать?

– Генки нет, значит, поговорим сначала с Борисом. Костик сказал, что навел справки, он уже вернулся в Питер.

Задерживаться дольше в эколагере подругам совершенно не хотелось. Ну, допустим, убийца все еще тут. И что с того? Как им его вычислить? Белое шелковое одеяние найти не удалось. Все отдыхающие в один голос заявили, что не видели ничего подозрительного. И человека в белых шелковых одеждах или хотя бы рубашке, платье, брюках или платке тоже не заметили. И доказать, что кто-то не говорит всей правды или вообще нагло лжет, у следствия пока что возможности не было.

Да и ради чего стоило оставаться? Лики больше не было. Кормили отвратно, несмотря на все старания милой Ани. А сидеть в темной и унылой лачуге, когда впереди маячило новое захватывающее приключение, было просто глупо.

Может, и надо было идти до конца, расспрашивать в десятый и двадцатый раз всех подряд о том, что могло вывести на след убийцы Лики, но девушки чувствовали – дело это зряшное. Надо возвращаться в город, это будет и правильно, и приятно.

Но когда девушки уже шагали, навьюченные своими вещами, к стоянке, им попалась Аня с ее девочками.

– Уже уезжаете? – приветливо спросила она. – Вообще-то правильно. Мы с мужем тоже решили, что сегодня вернемся в город. Совсем не нужно жить в месте, где орудует маньяк, убивающий молодых женщин.

И Аня кинула встревоженный взгляд на своих девочек. Как любая мать, она в первую очередь заботилась о них.

– Жалко до чего Лику, – понизив голос, жалостливо произнесла она. – Молодая совсем, красивая. Энергичная к тому же. И мужчинам она нравилась! Кто же мог ее убить?

– Мы пока не знаем.

– Но уж точно, что это сделал не тот мужчина, с которым она встречалась, – твердо произнесла Аня.

– Да, у Костика алиби.

– Костик… Нет, я говорю о другом мужчине.

– О каком другом?.. – оторопели подруги.

– Кто такой?

– Да крутился возле нее вчера вечером один красавчик… А сегодня я пыталась его найти, да что-то не вижу.

Красавчик? Крутился возле Лики? Честное слово, об этом следовало разузнать побольше. Но увы, Аня мало что могла прибавить к тому, что уже сказала.

– Ну, видела я их. За кухней стояли, знаете, где у нас баки с отходами и огородные грядки разбиты.

В эколагере «Красное озеро», как и положено во всяком лагере такого типа, продукты, используемые в пищу, должны были быть выращены без применения химикатов и минеральных удобрений. Хотя, казалось бы, чего плохого в той же селитре? В малых дозах она способна творить чудеса с зеленью. Но нет, нельзя было сыпать в землю и ее.

Так что продукты приобретались в специальных экомагазинах, а овощи и вовсе выращивались на грядках позади кухни. Тут уже торчала ранняя морковка, завязывались кочаны капусты, росла всякая зелень и салат. А основным удобрением для всей этой богатой полезными витаминами растительности служил компост. Поэтому все пищевые отходы складывались в специальные отсеки, где с помощью полезных бактерий за короткое время превращались в питательную подкормку для растений. И тут же стояли бочки с водой, в которых был раствор навоза вперемешку с травой.

К сожалению, процесс брожения навозной жижи сопровождался определенным запахом, от которого было никуда не деться. И место это популярностью у отдыхающих не пользовалось. На грядках еще иногда паслись дети, стараясь держаться подальше от чанов с гниющими растительными остатками, призванными обогатить почву и оздоровить растения на грядках. Но к самим чанам если кто и подходил, то только работники кухни.

И поэтому было вдвойне удивительно, что Лика выбрала для своего свидания именно это место.

– Наверное, не хотели, чтобы их вместе застукали, вот и спрятались там, куда никому в голову не придет добровольно сунуться. А я с мусором из кухни вышла, вот и увидела.

По словам Ани, молодые люди очень смутились, когда заметили ее.

– Лика прямо покраснела при виде меня, глазами на парня так зло зыркнула. А он тоже смешался, рукой махнул да и убежал сразу.

Лика сделала вид, что все происходящее не имеет к ней ровным счетом никакого отношения, приветливо помахала рукой Ане. И не случись несчастье, она даже не вспомнила бы об этом инциденте.

– А вот теперь думаю, что это за парень такой возле покойницы крутился? Разговаривали-то они как старые знакомые, но не сказать, чтобы мирно.

– Они ссорились?

– Не то чтобы ссорились, но Лика ему что-то неприятное выговаривала. А он ее слушал, но вид такой несчастный у бедняги был, я его даже пожалела сначала.

– А как выглядел этот молодой человек?

– Симпатичный. Молодой. Я бы сказала, моложе Лики.

У Лики был молодой и красивый мужчина?

– Высокий, худощавый, – продолжала трудолюбиво перечислять Аня. – Волосы светлые, не короткие, но и не длинные. Стрижка такая стильная. Не всем такая идет, но у парня волосы были хорошие, так что стрижка отлично смотрелась. А сам загорелый. Я, как на него посмотрела, сразу же про фотомодель подумала.

– Почему?

– Раньше мне такие смазливые ребята только на картинках в журналах мод встречались. Я и не думала, что они в реальной жизни тоже водятся.

– Но сегодня ты этого красавчика нигде не видела?

– Нет! Специально даже к нашему завхозу, дяде Арсению, подошла, спросила, что за красавчик был и куда делся?

– И что он сказал?

– Сказал, что за отдыхающими он не следит. Красть в домиках все равно нечего. Заселяется человек, ключ у завхоза берет – это да. Заселение дядя Арсений фиксирует. А уезжает отдыхающий – это его дело, ключ может и просто под порожек дома сунуть, время отъезда дядя Арсений не фиксирует.

– А в каком доме этот парень жил? Когда заехал? На машине приехал или на такси?

– Я об этом тоже спросила, только дед Арсений как-то странно отреагировал. Зачем, говорит, тебе, моя милая, это знать? Или понравился парень шибко? Так ты вроде как замужем? Негоже тебе за молодыми парнями гоняться. И еще пошлость какую-то ляпнул, я на него даже обиделась за это! Мне, кроме моего мужа, никто не нужен. Но тут дело такое, что поневоле заинтересуешься.

Аня была права. И подруги поняли, что немного поторопились с отъездом. Михалыч уже уехал. Но девушки позвонили Костику, который быстро примчался и внимательно выслушал Аню.

– Высокий и светловолосый, говоришь? – произнес он. – Хм, очень интересная информация. А я ведь подумал об этом, да потом решил, что они не так глупы, чтобы встречаться у меня под носом.

Кто? Кто не так глуп и не должен был встречаться под носом у Костика?

Эти вопросы так и рвались из подруг. Но парень не ответил ни на один. Он тепло поблагодарил Аню за сигнал. А потом… потом он сел в свою машину и снова уехал, оставив подруг и Аню в полной растерянности.

Если светловолосый молодой человек имел отношение к жизни Лики и даже крутился возле нее незадолго до убийства, а потом внезапно пропал, то надо его найти и хорошенько расспросить. А для этого надо принять какие-то меры. Составить точное описание парня, благо свидетель, его видевший, имеется и готов сотрудничать. Или узнать паспортные данные этого молодого человека у деда Арсения. Следователю завхоз заткнуть рот не посмеет. Надо было снова звать Михалыча или кого-то из его подручных. Но ничего этого Костик не сделал.

Создавалось такое впечатление, что Костик и сам все хорошо знал. И про светловолосого парня, и про то, что у него были какие-то дела с Ликой. Уезжая, Костик пребывал в явной задумчивости, но разъяренным или взбешенным не выглядел. И к завхозу тоже не побежал. Почему? Неужели ему не хотелось найти этого блондина? Или Костик знал, о ком идет речь? На это было очень похоже.

Но кем же был Лике этот красавчик? Братом? Нет, братьев у Лики не было. Любовником? Но тогда получалось, что Лика встречалась сразу с двумя мужчинами – с Костиком и этим блондином. А такие игры обычно до добра не доводят. И пример Лики убедительно доказывал это.

Но Костик, который явно знал ответ на вопрос о том, что за личность этот таинственный блондин, уехал. И подругам пришлось снова взяться за Веру.

– Не было у Лики никакого блондина, – отбивалась от наседавших на нее подруг Вера. – У нее и любовников-то не было. Лика мечтала женить на себе Костика. Она твердо на него нацелилась! Зачем ей был нужен кто-то еще? Чтобы портить всю игру?

Однако подруги, хотя и не долго общались с Ликой, идеализировать ее не собирались. Они разбирались в тонкостях характеров людей. И могли сказать, что Лика была аферисткой, человеком такого склада, от которого никогда не знаешь, чего и ожидать.

– Может, Надежда Семеновна знает. У Лики от матери никаких тайн не было. Лика доверяла ей, а мама во многом ей помогала.

Отлично! Значит, первый визит можно сделать к Борису. Второй – к Надежде Семеновне. А напоследок, если останутся силы, сыщицы заедут к Генке, который как раз сегодняшним вечером должен вернуться со съемок в сериале.

– Что за съемки у него такие, уж я и не знаю, – проворчала Вера. – Генка ведь после развода с Ликой всерьез запил. Его с работы одно время даже турнули. Может, потом назад приняли. Артисты ведь народ отходчивый. А Генка умеет на жалость давить. Поплакал, покаялся, его и простили, назад в труппу приняли. Или в сериал попал, хотя мне Лика ничего такого не рассказывала.

Но у подруг сложилось мнение, что Лика вообще рассказывала про себя людям очень выборочно. Люди узнавали от нее лишь то, что считала нужным она сама. Обо всем остальном она крепко держала рот на замке.

Второй муж Лики, Борис, подругам не понравился. Ну совершенно не понравился! Ни капли, ни капелюшечки! Начать с того, что был он лыс, коротконог и потлив. Его блестящая лысина была покрыта капельками влаги, которые он не вытирал, так что они собирались в лужицы и ручейки, а потом стекали вниз с его щек и шеи.

– Лика умерла? – воскликнул этот тип, явно не в силах сдержать своей радости. – И как же это случилось?

Услышав, какой ужасной была смерть его бывшей жены, Борис немного поскучнел, но в меру.

– Конец для всех один. Кто-то раньше к черте подходит, кто-то позже. Но все там будем.

– Вперед-то никто особо не торопится, – язвительно заметила Леся. – Небось Лика охотно бы вас пропустила.

Борис коротко хохотнул, давая понять, что понял и оценил шутку. Но потом снова стал серьезным.

– Если вы ко мне пришли, чтобы расспросить, кто мог убить Личку, то тут я вам не помощник. Мы с ней нехорошо расстались. Дружбы у нас, как у нее с первым мужем, не сохранилось. Если кто и может знать, что там Лика в очередной раз крутила-вертела, то это он или ее мама. Или ты, Вера.

Но Вера помотала головой.

– Нет, я ничего не знаю.

– Ну, это ваши дела, – равнодушно произнес Борис. – На похороны позовете – приду. Денег Надежде Семеновне тоже дам. А так… не впутывайте меня в это дело, я ни при чем. С Ликой мы развелись, скажите спасибо, что похороны ее оплатить согласен.

– И не жалко денег-то?

– Такой повод, как же не дать?

В общем, Борис не скрывал своего триумфа от того, что ему довелось пережить Лику. Она была для него врагиней, а теперь жизнь все расставила по своим местам. От злорадства, которое исходило от Бориса мощными волнами, трем девушкам стало нехорошо. И они поспешно попрощались с Борисом, уточнив на прощание его алиби.

Как и следовало ожидать, оно у Бориса было безукоризненным:

– Я был неподалеку от Берна, в загородном ресторане, с друзьями и молодой любовницей. Потом сразу же поехали в аэропорт. Так что мы с Аришей вернулись в Питер лишь несколько часов назад. Моя любовница, она же моя секретарша, ушла от меня полчаса назад.

Супер! Лучшего алиби и не придумаешь. Не придерешься, не подкопаешься. Любовница подтвердит, что всю ночь они с Борисом провели вместе. А друзья… Они тоже найдут, что сказать в защиту Бориса. И еще авиабилеты – это уж такое алиби, что вообще не придерешься. Да и не убивал Борис лично, не тот он был человек. Это подруги понимали и раньше, а теперь убедились окончательно.

– Если Борис и замешан в убийстве Лики, то так просто мы его не раскусим.

– Борис – крепкий орешек. Надо на него Костику накапать.

Но «накапать» Костику не удалось. Он не отвечал на звонки. То ли был занят, то ли дела у него были важнее того, что могли сказать подруги. Не очень-то приятно это было осознавать девушкам, но ничего не поделаешь. В конце концов, это они нуждались в Костике, а не наоборот.

– Будем справляться своими силами, – сказала Вера, которой тоже не понравилось, что Костик не отвечает на вызов. – Девочки, а поедем прямо сейчас к Надежде Семеновне, лучше уж мы ей скажем про Лику, чем это сделают чужие.

Но когда три молодые женщины приехали к матери Лики, то сразу же поняли, что их опередили. Надежда Семеновна была бледна, глаза у нее были заплаканные.

– Заходите, девочки, знаю, почему вы ко мне приехали.

– Вам позвонили?

– Да, следователь звонил. Я сначала все за чью-то дурацкую шутку приняла, да хотя бы ту же Генкину, он у нас мастер на всякие розыгрыши. А потом, чтобы проверить, сама Лике на мобильный позвонила, а мне тот же голос ответил. Тут я поняла, что все правда. Официальный такой голос у этого следователя. Как-то сразу веришь, что не розыгрыш. И не хочешь верить, а все равно невольно веришь. Ох, неужели действительно правда?

И, прочитав по лицам вошедших девушек, что так и есть, несчастная мать снова залилась слезами.

– Тетя Надя! – бросилась в объятия женщины Веры. – Да как же мы теперь с вами будем? Как же мы… как же мы без Лики жить-то станем?

Подруги видели, как губы у женщины задрожали еще сильнее. Молодец Вера! Своей неуместной истерикой она свела на нет все попытки Надежды Семеновны держаться и не терять головы. А что теперь? Теперь обе женщины упоенно рыдают в объятиях друг друга, а девушек так и тянет присоединиться к ним.

Кира заметила, что у Леси уже выступила в уголках глаз влага. Она тоже готова приобщиться к скорбящим. И неожиданно Кира ощутила в себе силы прекратить весь этот вселенский поток слез.

– А ну! – гаркнула она. – Тихо! Лике не поможешь слезами! – И заметив, что ее возглас возымел результат, еще суровее добавила: – Надо искать убийцу! Искать и жестоко наказать негодяя!

Именно это «жестоко наказать» произвело на Надежду Семеновну и Веру благотворное впечатление. Очень быстро они совсем перестали плакать и с надеждой взглянули на Киру.

– А ты знаешь, как это сделать?

– Убийца Лики – не случайный человек в ее жизни. Он явно крутился возле своей жертвы, присматривался. Лика должна была что-то почувствовать. Недаром ведь она позвала нас с Лесей, чтобы мы охраняли ее. Должно быть, Лика чувствовала угрожающую ей опасность, хотя и не до конца понимала, от кого она исходит.

– Уж точно не от меня! – поспешно открестилась Вера, хотя о ней и речи не было.

Кира лишь кивнула ей в ответ. Дойдет черед и до Веры, которая то ли прикидывается бедненькой и глупенькой, то ли действительно таковой и является.

– Надежда Семеновна, вам слово. Рассказывайте.

– А что я могу?

– Надежда Семеновна, неужели у вас совсем нет никаких версий? Мы хотим помочь следствию, хотим вычислить убийцу Лики. А следователь, он ведь лицо официальное. Для него раскрытие дела – это всего лишь плюс и маленькая галочка. А для нас – это дело личное. Мы все любили Лику. И хотим, чтобы ее убийца понес заслуженное наказание. Помогите нам.

– Нет, нет, я ничего не знаю. И потом… Борис мне лично обещал, что займется этим делом.

– Борис… Борис, похоже, даже рад, что Лика умерла! Во всяком случае, в ближайшее время от него помощи ждать не придется. Он нам только что отказал в ней.

– Он не мог!

– У Бориса, как выяснилось, имеется постоянная любовница, хотя и не вполне понятно, где сия особа в данный момент обитает.

Подруги видели, что все ими озвученное является полнейшей неожиданностью для матери погибшей молодой женщины. Надежда Семеновна широко распахнула свои глаза и воскликнула:

– Что? Борис вовсе не любит мою дочь? Но как же… Ведь Лика мне говорила, он мечтает, чтобы она к нему вернулась.

– Нет, не мечтает.

– Он… Тогда он просто чудовище!

В ее устах это звучало по меньшей мере так же ужасно, как если бы у Бориса был СПИД – кошмар двадцать первого века, или ужас позапрошлого века – съедающая человека заживо болезнь проказа. Не меньше.

– Борис отказался помочь вам в поисках убийцы Лики? Не верю в такое!

– Мы вам клянемся в этом. Борис – очень лицемерный человек. Он сказал, что даст денег на похороны, но на этом его участие в судьбе Лики заканчивается.

– Какой подлец! – прошептала Надежда Семеновна. – А мне-то он клялся в том, что все сделает для счастья моей девочки. Обманщик! Мерзавец! Негодяй!

Еще минута, и Надежда Семеновна обозвала бы Бориса похлеще, возможно, даже назвала бы убийцей.

– Тетя Надя, – снова бросилась Вера к Ликиной матери. – Поверьте, это все правда!

– Значит, Борис не собирался помогать в поисках убийцы моей дочери?

– Он совсем не такой хороший, этот Борис. Денег у него много, но он ведет какую-то свою игру. И у вас совершенно нет никаких причин полностью доверять ему.

Надежда Семеновна была женщиной не очень умной. Вся ее жизнь сосредотачивалась на одной Лике. Для нее Надежда Семеновна хотела самого лучшего, самого прекрасного. И сейчас, поняв, что Борис мог быть совсем не так заинтересован в ее дочери, как ей представлялось, Надежда Семеновна быстро поменяла свое представление о том, что хорошо для нее самой и для бедной Лики.

Не хочет помогать Борис – найдутся другие. И Надежда Семеновна повернула свое лицо в сторону подруг.

– Значит, вы, девочки, собираетесь найти убийцу моей девочки?

– Да. Мы ее любили. И мы хотим, чтобы справедливость восторжествовала.

– Я тоже этого хочу. Ну что же, тогда я вам все расскажу. Расскажу даже ту правду, о которой не могла рассказать Борису.

И, пригласив девушек в комнату, Надежда Семеновна приступила к рассказу. Пока шло вступление, подруги поглядывали по сторонам. Квартира у Надежды Семеновны была самая обычная – типовая двушка. Немолодой и привыкшей к соседям и инфраструктуре одинокой женщине было тут вполне комфортно и уютно. Ее окружали дорогие ее сердцу любимые мелочи – всякие там кружевные салфеточки, вышитые панно на стенах и, конечно же, фарфор.

Надежда Семеновна давно потеряла мужа. Лика жила отдельно от матери. Но Надежде Семеновне, кажется, это было вполне на руку. Одиночества она не чувствовала. К тому же в квартире была недешевая техника, стены были оклеены новыми шелковыми обоями, а в окнах стояли стеклопакеты. Доходы Надежды Семеновны были вполне достойными.

– Лика мне очень много помогала, особенно в последнее время. Мы и ремонт в квартире сделали, и холодильник с телевизором новые купили. Одним словом, жаловаться не приходилось. Все у нас с Ликой было хорошо. Об одном я Бога молила, чтобы он мужа хорошего для дочери подыскал. А мне бы наследников. Ведь все нажитое надо кому-то оставить. А кому? С кем мне теперь об этом поговорить?

Леся осторожно огляделась вокруг себя. Что там Надежда Семеновна собиралась оставлять своим внукам? Десятка три безделушек, которые любовно были выстроены у нее за стеклом витрины? Впрочем, сама витрина тоже была очень красивой. Леся видела такие в интернет-магазинах и знала, что это производство Испании, цельный массив дорогих пород дерева, и стоят они, пусть даже и самые маленькие, не дешевле пятидесяти тысяч рублей.

– Всю жизнь собирала, всю жизнь копила, а теперь кому все оставить? – донесся до Леси голос Надежды Семеновны. – Ой, девочки, не дай вам бог дожить до такого!

Мать Лики снова начала плакать, а Вера с Кирой принялись ее утешать. А Леся встала со своего места на велюровом диванчике и подошла к витрине. Так, что у нас тут?.. Увиденное откровенно разочаровало Лесю. Какие-то примитивные фарфоровые фигурки, похоже, еще советского периода. Да, динамику и эмоции эти фигурки передавали неплохо, но вот о тщательной проработке деталей можно было смело забыть. Никого не интересовали складки одежды или то, как лежат волосы у танцоров.

И все же несколько работ привлекли внимание Леси. Красивый мужчина в восточном халате, сидящий на коврике под сводами изогнутых южных деревьев в тюрбане и с пером в руках. Мудрец, поэт или философ. Это было ясно. Но вот сама чернильница у ног бородатого красавца была делом рук европейских или российских мастеров начала прошлого века. И Леся вдоволь полюбовалась ею.

Затем она перешла на полку ниже и увидела несколько коробочек-табакерок, которым место было в каком-нибудь музее. Какие-то смутные и тревожные чувства всколыхнулись в душе у Леси.

– Надежда Семеновна…

– Зови меня тетей Надей, деточка.

– Тетя Надя, а у вашей Лики есть наследники?

– Да кто же у Лики наследник-то? Кроме меня, и нет у нее никого!

На самом деле хотя родители Лики и жили в разводе вот уже много лет, но отец девушки все равно был ее прямым наследником. Не только дети наследуют своим родителям, но и родители могут унаследовать имущество своих детей. Об этом не следовало забывать. И если с Надежды Семеновны подозрение можно было снять смело, такой убитой горем выглядела эта женщина, то в отношении отца Лики у сыщиц имелись определенные подозрения.

И конечно, в отношении мужей и прочих мужчин в жизни Лики.

– Нет, отец Лики умер уже.

Что же, одним подозреваемым меньше.

– Тетя Надя, а почему Лика вас с Костей не знакомила?

– С кем? – удивилась тетя Надя.

– С Костей, – повторила Кира, решив, что мать Лики ее просто не расслышала.

Но оказалось, что дело тут в другом.

– Это кто же такой? Костя? Я и не слышала о нем.

– Как? – поразились подруги. – Вы разве не знаете, за кого ваша дочь собиралась замуж?

– Лика говорила мне, что у нее есть один кавалер на примете, – растерялась Надежда Семеновна, – да я думала, что она про Никиту говорит.

– Про Никиту?

А это кто же такой? Но Надежда Семеновна, не замечая растерянности на лицах подруг, продолжала говорить:

– Я еще Лике сказала, молод больно кавалер для тебя. Дочка тогда на меня даже обиделась. Пугачева, говорит, то с Киркоровым, то вообще с Галкиным любовь крутит, они оба гораздо моложе ее, а я чем хуже? Я тоже так хочу. Ну, я ей и возразила, что ты-то ведь не прима у нас. Пугачева на всю страну одна, ей все позволено. А тебе куда? Что ты с ним делать будешь? С мальчиком с этим?

– Это вы о ком говорите?

– Так о Никите.

– Это кто?

– Кавалер Ликин. Ох, вот ведь беда какая! У меня и номера телефона его нету.

– А зачем вам его номер?

– Так ведь сообщить ему надо. Как ни относилась бы я к этому мальчику, а в Лику он был сильно влюблен. Прямо сиял весь от счастья, когда она на него благосклонно глядела. А нет, так дрожал весь от горя. Они ко мне несколько раз приходили. Чай пили, беседовали. Никита мне очень понравиться хотел. А Лика им крутила как хотела. Мне иной раз прямо страшно становилось, до чего он у нее под каблуком был.

Выходит, у Лики был еще один мужчина. Молодой, красивый… Уж не с ним ли ее видела Аня возле «Красного озера»?

– Говорите, его зовут Никита? А фамилия у него имеется?

– Имеется, конечно, – слабо улыбнулась Надежда Семеновна. – Как же без фамилии-то?.. Только вот беда, не знаю я ее! Как же теперь быть?

– Ну а описать вы его можете?

– Конечно! Высокий такой, светловолосый. На вид лет двадцать, но говорит, что ему двадцать пять. Врет, наверное. Ради Лики себе годков прибавляет. Не хотел, чтобы она его молокососом считала. Лике-то ведь уже тридцать стукнуло. Как ни крути, Никита гораздо младше ее был.

Так вот кого увидела Аня на задворках кухни. Точно! Это и был Никита! Он тоже приехал в эколагерь и явно сделал это без разрешения Лики. Поэтому она и выглядела такой разъяренной, а он таким несчастным. Молодой человек выследил, с кем изменяет ему Лика. И возможно… возможно, захотел отомстить неверной обманщице!

Видимо, Леся подумала о том же самом. Потому что глаза у нее расширились, и она опасливо взглянула на Веру. Только бы та сейчас ничего не стала говорить. Только бы не стала бередить раны Надежды Семеновны тем, что она, возможно, принимала у себя в доме будущего убийцу дочери, поила его чаем и даже угощала своими пирогами, относясь к юноше как к своему будущему зятю. Ведь именно так и представила ей Лика своего любовника.

Оставалось только понять, почему Лика так поступила, если замуж она собиралась совсем даже не за Никиту, а за Костика?

Глава 9

Поговорив с Надеждой Семеновной и поняв, что женщина и сама не очень-то хорошо представляет, как жила в последнее время ее дочь, с кем общалась и даже за кого именно собиралась замуж, подруги вышли на улицу и позвонили Косте.

На сей раз он снял трубку, но даже не подумал извиниться за свое поведение.

– Ну, что у вас? – недовольным голосом спросил он.

– Мы, кажется, узнали, кто мог преследовать Лику.

– И кто?

– Его зовут Никита. Предположительно ему от двадцати до двадцати пяти лет. Высокий, худощавый блондин, и он…

– Не трудитесь продолжать! – сухо произнес Костик. – Этот человек уже задержан.

И в трубке раздались короткие гудки.

– Они арестовали Никиту! – произнесла Кира, ошеломленно тряся головой. – Вера, а что ты скажешь? Ты знала про этого Никиту?

– Ну, Лика мне говорила, что есть у нее какой-то мальчишка, – неохотно подтвердила Вера. – Крутится возле нее, проходу не дает.

И, увидев направленные на нее взгляды подруг, она воскликнула:

– Но самой Лике этот Никита был не нужен! Денег у него не было. Это она до того, как с Костиком познакомилась, с Никитой любовь изображала. Всяко лучше, чем одной быть. А как у Лики Костик появился, так Никите отставка вышла.

– Как же отставка, если он всюду за ней таскался? И даже своей маме Лика его женихом представила. Костика с Надеждой Семеновной не познакомила, а этого Никиту женихом заявила! Это ли не любовь?

– Так то раньше было, – с досадой произнесла Вера. – Говорю же, Лика с Никитой до знакомства с Костиком встречалась.

– Нет, тут что-то не так. Если бы Лика с Никитой давно порвала, то зачем бы ему за ней на «Красное озеро» приезжать?

– Лика его туда не звала. Он сам заявился.

– Ах, значит, вы это все же обсуждали?

– Ну обсуждали, и что с того? Лика была очень недовольна, что Никита тоже приехал. Боялась, Костик поймет, что она ему с Никитой… Ой!

И Вера совершенно по-детски прикрыла рот пухлой ладошкой. Она выглядела испуганной. Лика явно запретила подруге болтать языком, но недалекая Вера забыла об этом и выдала секрет.

Подруги насели на Веру:

– Так ты знала, что у Лики с этим Никитой любовь продолжается? Да? Она изменяла Косте с этим парнем?

– Еще не факт, кто и кому изменял! Костя-то позже у Лики появился. Уже после того, как она с Никитой познакомилась. Так что это она Никите с Костей изменяла, а не наоборот!

– Но замуж она за кого собиралась?

– За Костю, разумеется. Вы же слышали, что я сказала: у Никиты денег не было ни гроша.

– Люди без гроша на «Красное озеро» не ездят.

– А у Никиты там блат!

– Что?

– Дядя у него там работает, – буркнула Вера и авторитетно добавила: – А родной дядя – это вам не шуточки.

При этих словах догадка мелькнула в головах у подруг. И Кира первой воскликнула:

– Уж не дед ли Арсений?

– Он самый! Никита на это «Красное озеро» сто раз приезжал, когда оно еще таким пафосным местечком не было. Еще прошлым летом там был другой хозяин и «Красное озеро» тихо загибалось. Лика мне жаловалась, что ни сервиса там, ни условий приличных, обычная турбаза. Люди тоже отдыхают простые, глаз не на кого положить. А когда «Красное озеро» преобразилось в эколагерь, тогда уже смеяться стала. Вот, говорила, один кавалер меня туда таскал, и второй повадился. Прямо, говорила, заклятое это для меня место.

И ведь как была права Лика! Место это и впрямь стало для нее заклятым. Только не судьбу свою там нашла Лика, а погибель.

– Так, с Никитой все более или менее понятно, а что по этому поводу думал Костик?

– Костик-то? А он и не знал ни о чем!

Ой ли! Что-то у подруг не сложилось впечатления, что Костик такой уж простачок и дурачок. Он вполне мог изобличить обман любимой женщины. Но вот стал бы он в таком случае мстить Лике? Или же предоставил девушке возможность самой решать, с кем быть?

А возможно, Костика измена Лики совершенно не трогала? И он бы все равно на ней женился? Или же нет? Трудно представить себе мужчину, которого измена женщины не заденет. Скорее всего, Костик сгорал от злости, представляя себе Лику в объятиях светловолосого красавчика, куда как моложе и красивее его.

И потом, не могло ли случиться, что Костик, воспользовавшись подвернувшимся случаем, убил одну и подставил другого?

– Нам надо ехать в отделение! – твердо заявила Кира. – Мы должны поговорить со следователем, который ведет это дело!

Так как в деле имелся территориальный принцип (все свидетели по делу убитой молодой женщины жили в Питере, а не в области), то его было решено передать в центральный городской отдел. Именно туда сейчас и намеревалась отправиться Кира.

Но этому решению неожиданно воспротивилась Вера.

– А как же Гена? – воскликнула она. – Мы ведь хотели с ним поговорить! А его поезд прибывает ровно через полчаса! Мы не успеем на вокзал, если поедем к следователю.

– Тогда сначала на вокзал, а потом к Костику домой.

– А к следователю?

– К следователю нас, скорее всего, и не пустили бы, – заколебалась теперь уже Кира. – Да и зачем нам следователь? Уверена, Костик сам не хуже него введет нас в курс дела.

– Значит, едем на вокзал? – уточнила Вера. – И мне тоже можно с вами?

– Ну конечно. Что за странный вопрос! Как же мы без тебя узнаем Ликиного мужа? Мы ведь никогда его не видели.

Услышав, что она может оказать ценную услугу следствию, Вера повеселела и мигом запрыгнула на заднее сиденье «Гольфика», отчего машина зашаталась и просела.

– Эй ты, поосторожнее, – попросила у нее Кира.

– Прости, – сконфузилась Вера. – Какие, однако, нынче ненадежные и хлипкие машинки пошли. Вот, я помню, у моего папы была автомашина «Волга» еще первых годов выпуска. По дешевке ее купил. Но вот уж машина была так машина! Танк! На заднем сиденье вполне мог лечь спать взрослый человек. И выспался бы там с комфортом, я вам отвечаю!

Кира хотела что-то возразить, но внезапно примолкла, осененная одной мыслью. А ведь Вера кое в чем права. Вещи вокруг нас мельчают с каждым днем. Прежнюю монументальность сменяет суетливость и шаткость. Но мельчают не только вещи, мельчают сами люди. Крупные и дородные женщины вроде Веры прежде на Руси встречались на каждом шагу, они были нормой, а не исключением из правил.

А если оглянуться по сторонам сейчас, много ли величавых женщин гордо выступает вокруг нас? Да нет их почти совсем. Все куда-то спешат, все вечно озабочены и недовольны собой и своей жизнью. Мельчают люди, мельчают их чувства.

А вещи? Они все чаще становятся одноразовыми. Тюбик губной помады прежде представлял собой красиво декорированную металлическую или стеклянную колбочку, в которую вставлялась сама губная помада. Когда прежняя мазилка заканчивалась, то на ее место вкладывалась новая трубочка густой помады. Вот и все. А сама симпатичная, зачастую богато украшенная эмалью, серебром или даже золотом колбочка вполне могла перейти от мамы к дочери или даже от бабушки к внучке.

Люди потребляли то, что им было нужно, оставляя минимальное количество мусора после себя. А что мы? Сетуем на загрязнение окружающей среды, все возрастающие затраты электроэнергии, опустошение земных недр, создаем разные общественные организации, чтобы бороться с загрязнением окружающей среды, строим многочисленные фабрики по переработке пластиковых отходов и прочего мусора.

А зачем? Ведь всего-то и надо, что не сорить или делать это в меньших объемах. Перестать пользоваться одноразовыми вещами или использовать их по минимуму, отдавая предпочтение вещам, срок годности которых может измеряться не одним десятком лет.

Но это все размышления, а факты таковы, что сиюминутные потребности немедленно исполняются, ритм жизни ускоряется. Но так ли это нужно человеку? Устраивая гонку за материальными благами, престижной работой и большим счетом в банке, не упускаем ли мы из виду нечто гораздо более ценное? То, что дано нам от самого рождения, – мир вокруг нас.

Артист Геннадий Бакин, первый муж Лики, сильно разочаровал подруг. Они-то представляли его высоким и импозантным мужчиной самой что ни на есть брутальной наружности. А Вера почему-то повисла на невзрачном мужичонке, который к тому же имел вид человека, уже порядком принявшего сегодня на грудь.

– Вера, я чего-то не пойму, – бубнил Гена. – Что там с Ликой произошло? Где она? Что? Что ты говоришь?

Он еще и картав! И на ухо туг! Как же Лику угораздило выйти замуж за такое сокровище? Но когда Гена что-то наконец понял из сбивчивой речи Веры, он повернулся к подругам с необыкновенно милой улыбкой и печально произнес:

– А вы знаете, я ведь предвидел такой конец…

Девушки тихо ахнули. Было что-то удивительно трогательное в том, как он произнес эти свои слова. И подруги поняли, почему Лика в свое время вышла замуж за этого несуразного мужчинку, за этого слабохарактерного выпивоху, который был не в состоянии сказать «нет» ни одной из предложенных ему рюмок. Несмотря на все свои недостатки, Геннадий был замечательным, талантливым актером.

Только благодаря этому факту в театре мирились с его любовью к выпивке. И хотя главных ролей не давали, опасались, что запьет и забудет и про выступление, и вообще про все на свете, но из труппы окончательно не выгоняли. Ждали. Надеялись.

А теперь вот еще и съемки в сериале предложили. Опять же не главную роль, чтобы не запорол всю работу. Но все же роль, все же шанс.

Однако сейчас Гена был весь в постигшем его горе. Смерть Лики он переживал так бурно, словно она до сих пор была его законной женой, которую полагается оплакивать. Подруги вспомнили, что между Геной и Ликой даже после развода сохранились хорошие отношения. Видимо, любя деньги превыше всего на свете, Лика все же выделила в своем сердце крохотный уголок и для непутевого Генки.

– Гена, ты знаешь, кто мог убить Лику?

– Конечно. Конечно, знаю. Мою лапочку, мою девочку, мою малышку убило это чудовище, этот ужасный, отвратительный и совершенно бесчувственный человек, к которому она ушла от меня!

– Ты говоришь про Бориса?

– Да. Он ненавидел Лику! Не мог простить ей того, что она ушла от него! Да еще посмела содрать с него деньги при разводе.

– Вот об этом мы и хотели с тобой поговорить! Как ты думаешь, Борис дал Лике эти деньги добровольно?

– Нет конечно. Такой жадина ни за что добровольно не расстанется даже с медной копейкой. Он дал Лике эти деньги, потому что она владела одной тайной. И Борис не хотел, чтобы эта тайна выплыла на свет.

– А что это была за тайна?

– Этого я не могу вам рассказать.

– Гена! Ты что? Ты должен!

– Нет, я не могу, – упирался Геннадий. – Я дал Лике торжественную клятву, что я буду молчать! И я сдержу ее!

– Но Лика мертва!

– Тем более! Я много раз подводил Лику, я ничтожный тип, но я любил ее, мою девочку. И хотя бы раз в жизни я не предам ее! То, что сокрыто в этой груди, умрет вместе со мной!

И с этими словами Геннадий торжественно распрямил плечи и ударил себя в грудь кулаком. Он вроде бы даже стал и значительнее выше ростом. И люди, проходившие мимо, испуганно шарахались или ускоряли шаг, стремясь увеличить расстояние между собой и этим странным незнакомцем, орущим и размахивающим руками.

– Но, Гена, – попыталась вразумить разбушевавшегося пьянчугу Кира, – пойми ты одну вещь! Лика мертва. Возможно, Борис погубил ее!

– Ликина тайна умрет вместе со мной!

– Но если следователь узнает, что у Бориса был веский повод убить Лику, потому что она шантажировала его, то он арестует преступника! И добьется от него признания вины.

– Все равно… я не могу этого сделать. Нет, и не уговаривайте меня.

– Но хотя бы подскажи, эта тайна связана только с Борисом?

– С ним… и еще с одним человеком…

– Как его имя?

– Лика стала встречаться с ним… и в этом, я думаю, все дело… О! Я теперь понял, напрасно я подозревал Бориса! Возможно, он вовсе и не так виноват! Все зло в том человеке, которому Лика боялась рассказать правду!

– А кому она боялась ее рассказать?

– Я не знаю имени этого человека. Знаю лишь только то, что он богат. И Лика мечтала стать его женой.

Костя! Без всякого сомнения, речь шла о нем!

– Но Лика боялась, что до ее любовника дойдет правда о том, каким образом и благодаря кому они познакомились. И несколько недель назад она призналась мне, что все открылось.

– Открылось? Что? Что именно?

– Тайна, которую я поклялся унести с собой в могилу! Она стала известна тому человеку, которому Лика не хотела ее говорить!

Честное слово, подругам захотелось отправить этого твердолобого туда, куда он собрался, в могилу! И желательно побыстрее. От кровавой расправы Гену спасло только то, что подруги сообразили: мертвый, он ничего никому не расскажет. А ведь им требовалось как-то вытянуть из него правду, и для этого мужик был нужен им живым.

Действия напролом не принесли желаемого результата. Следовало сменить тактику и пойти в обход. Сила не принесла успеха, пришло время пустить в ход хитрость. Гена любил выпить, этим следовало воспользоваться.

– Ну, хорошо, Геннадий. Вы все равно очень нам помогли. Мы восхищены вашей преданностью Лике. Не откажетесь ли вы вместе с нами сегодня вечером помянуть несчастную?

– Мы должны это сделать, – солидно подтвердил Гена, глаза которого предательски блеснули при упоминании о выпивке. – Просто обязаны!

В итоге Вера отправилась с Геной, чтобы довести его до нужной кондиции к приходу подруг. А подруги отправились к Костику, адрес которого им дала Вера и с которым они тоже хотели о многом потолковать.

Появление двух сыщиц на пороге его квартиры совсем не обрадовало Костика. Напротив, он был так явно раздосадован, что подруги даже насторожились:

– Мы приехали не вовремя? У тебя кто-то есть?

– С чего вы взяли?

С чего? Хотя бы с того, что в прихожей стояли женские босоножки.

– Это Ликины!

Костик поспешно задвинул обувку подальше, а Кира с недоумением покачала головой. Размер явно не Ликин. У нее была аккуратная маленькая ножка стандартного тридцать шестого размера. А стоящая в прихожей обувка была размера тридцать девятого, а возможно, и сорокового.

К тому же Лика, стремящаяся быть повыше и постройнее, никогда бы не надела обувь на низком каблуке. Она носила шпильки, каблуки либо довольствовалась высокой платформой. А босоножки, которые стояли в прихожей у Костика, вовсе не имели каблука! Даже под страхом смертной казни Лика бы не нацепила такие!

Да и носили эти босоножки, похоже, уже не один сезон. Такой фасон вышел из моды по меньшей мере два года назад!

Но разоблачать обман немедленно Кира не стала. Они с Лесей приехали сюда, чтобы поговорить с Костей совсем по другому вопросу.

– Костик, ты сказал, что преступник арестован. Кто он такой, можешь нам рассказать?

Как ни странно, Костик не стал наводить тень на плетень и тут же сказал:

– У этого мальчишки был с Ликой роман.

Значит, Костик все знал! Значит, был в курсе, что Лика изменяет ему с другим мужчиной!

– И когда ты узнал об этом?

– Несколько недель назад.

Вот что имела в виду Лика, когда пожаловалась Гене, что ее обман вышел наружу и Костик узнал правду! Он узнал, что у Лики есть еще мужчина помимо него.

Но Костик продолжил говорить, и подруги поняли, что поторопились с выводами.

– Лике я, разумеется, ничего не сказал, – произнес Костик. – Хотел все обдумать хорошенько. А теперь вот и обдумывать не придется, судьба все сама решила за меня.

Значит, Лике он не сказал, что знает правду о ее изменах. Но если так, то какой же обман имела в виду Лика?

– Ой, что-то основательно завралась наша подруженька, – прошептала Леся на ухо Кире, словно прочитав ее мысли.

Она произнесла фразу тихо, но Костик все же услышал и подтвердил:

– Лика была очаровательна, но верить ей нельзя было никак! Все ее слова нужно было проверять и подтверждать у других людей. Пожалуй, если бы я все-таки решился и сделал Лике предложение, как она того хотела, меня ждала бы веселенькая жизнь.

Жизнь в браке – нелегкое испытание уже само по себе. А если ваш партнер еще и врет постоянно и на каждом шагу, она вообще может легко превратиться в ад.

– Не думайте, что я не отдавал себе отчет в том, что за фрукт моя возлюбленная, – признался Костик. – Я прекрасно знал, насколько Лика лжива, лицемерна и корыстна. Но таково уж было очарование Лики, что, даже зная о ней всю правду, люди продолжали тянуться к ней. И она все равно умудрялась оказаться в роли жертвы, а не преступницы.

– Уж сейчас-то она точно в роли жертвы. А ты уверен, что Лику убил именно Никита?

– Мальчишка был влюблен в нее. А Лика ему отказала. Он сам признался нам в этом.

– Он признался, что убил Лику?

– Нет, этого он пока что не признает. Твердит, что после разговора с Ликой, когда она велела ему уезжать, он психанул и действительно уехал обратно в город. Говорит, что задерживаться не видел смысла. Рассказывает, что с Ликой они поговорили вполне мирно, хотя она и не была рада его приезду. Но следователь да и я сам считаем, что у парня, когда он получил от Лики отставку, временно помрачился рассудок. Слова девушки оскорбили его. Он решил отомстить обманщице.

– Следил за ней в лесу, прятался за кустами? А потом напал на беззащитную Лику и убил ее?

– Именно так, – кивнул головой Костик. – Парень просто выкручивается, врет, надеется, что кто-нибудь подтвердит его алиби.

– Но такого человека нет! Кто-то может подтвердить алиби юноши?

– Мать мальчишки. Но сами понимаете, ее словам особой веры нет!

– А как ты вообще узнал про… про Никиту?

Задавая свой вопрос, Леся невольно покраснела от смущения. Нелегко напоминать мужчине о том, что у него растут рога.

– Не стесняйся, – подбодрил ее Костик. – Прямо так и спроси меня, откуда я узнал, что Лика мне изменяет.

– И откуда?

– А я следил за ней! – с некоторым вызовом в голосе произнес Костик. – Не сам, разумеется, нанял для этой цели специалиста. И потом я еще не раз прибегал к услугам этого человека. Точнее говоря, я прибегал к его услугам всякий раз, когда что-то в поведении Лики или ее просьбах меня настораживало. А случалось это, я вас уверяю, частенько. И именно этот человек и дал мне маячок, который я преподнес Лике и избавил его от лишней беготни.

Заметив возмущение на лицах подруг, парень тут же воскликнул:

– Признаю, что действовал не совсем красиво. Но повторяю, надо было знать, что за человек Лика! С ней были хороши любые средства.

– Вплоть до убийства?

– Вот этого вы мне не пришьете! – возмутился Костик. – Лику я не убивал! Вполне разобрался, что она за человек. И прямо там, на «Красном озере», собирался дать ей отставку!

Подругам показалось, что из-за стены донесся слабый охающий возглас. Они с удивлением посмотрели на Костика, но тот и глазом ни моргнул.

– Соседи, – сказал он. – Телевизор у них работает. Ужасная слышимость в этих новых домах. Одно только название, что кирпич. Стены тут словно из бумаги!

Подруги бы так не сказали. Они были уверены, что за стеной в квартире Костика прячется какая-то женщина. Вероятно, его очередная подружка. И, значит, сам Костик тоже не был идеален. Он изменял Лике. Но, как говорится в народе, что позволено быку, то не позволено корове. И жены, по мнению мужей, должны хранить им строгую верность в то время, как они сами могут гулять напропалую!

– Мы все поняли, Костя, – тихо произнесла Кира. – Остался последний вопрос, ответишь нам на него?

– Пожалуйста. Поймите, девочки, я не был Лике врагом. Я находил ее очаровательной. Меня искренне забавляли те глупости, которые она затевала регулярно. Мне иногда казалось, что Лика – маленький заводной механизм. Ежедневно она организовывала какую-нибудь очередную аферу. Да, с ней невозможно было соскучиться, чего нет, того нет. Мне была необходима такая женщина, которая обеспечивала бы мне регулярную встряску. В какой-то степени Лика была для меня полезна.

– Вот и хорошо, если ты так тепло относился к Лике и у вас с ней были чудесные взаимоотношения, то скажи, в чем заключался обман Лики?

– Она изменяла мне с Никитой.

– Нет, было что-то еще, – возразила Кира. – Что-то такое, о чем она по секрету рассказала своему мужу – Гене. Что-то, что было связано именно с тобой.

– Гена? Кто? Этот актер-неудачник, которого даже в родной труппе который год всего лишь терпят? Вот уж к кому никогда не ревновал Лику, так это к нему!

– Речь и не идет о ревности или любви. Лика поведала Гене какую-то тайну, которая, как он говорит, связана с тобой!

– Не знаю, о чем речь.

Костик не скрывал своего желания избавиться от подруг. И именно по этой причине девушки не уходили. Чем бы ни собирался заняться Костик после их ухода, они ему в этом помешают. Как? Никуда не уйдут, сядут и будут сидеть и пить чай, пока не описаются. И пусть-ка Костик попытается выпихнуть их из своей кухни. Так просто подруги не уйдут!

Девушки действительно пошли на кухню и выполнили свою угрозу: сидели и пили чай, пытаясь вызвать Костика на откровенность, всем своим видом намекая, что пока не узнают правды, они отсюда не уйдут. Но все их упорство ни к чему не привело. А потом еще позвонила Вера, которая совершенно пьяным голосом сказала:

– Мы с Геной чуток недобрали. Я сейчас иду в магазин за новой бутылкой. Если вы не приедете в течение получаса, боюсь, Генка уже ничего не сможет сегодня сказать! Он и так почти спит!

Пришлось подругам прощаться с Костиком. Тот не скрывал своей радости и проводил их до дверей. И уже стоя на пороге и прощаясь с Костиком, девушки заметили, что растоптанные босоножки на плоской подошве исчезли.

Видимо, пока они пили чай на кухне, таинственная визитерша поспешно ретировалась, даже не попрощавшись. Ну и пусть, по крайней мере, сегодня романтический вечер девушки Костику испортить сумели. И в день смерти Лики он не сможет предаться любовным утехам с другой бабой.

Веру подруги нашли возле универмага. Она пьяно покачивалась в обществе двух таких же шатающихся личностей, с которыми явно нашла общий язык.

– Ну сколько можно вас ждать! – воскликнула Вера, увидев подруг. – Мы с Генкой уже все выпили. Вот пришлось мне за добавкой бежать!

С этими словами она подняла руку с пакетом. В пакете звякнули бутылки, вызвав восторженно-завистливые реплики двух дружков, с которыми успела познакомиться Вера.

– Везет же, Верунчик, твоему Генке, – подхалимски завилял хвостом один из них.

– Классная ты, баба, Веруша! – льстиво подхватил второй. – Мне бы такую!

– Так ты женись!

После этой реплики Веры оба ее дружка как-то удивительно быстро растворились в воздухе. Только что были тут, а вот их уже и нет.

– Горе мне! – вздохнула Вера, обнаружив, что ее новые дружки куда-то подевались. – Даже такие алкаши жениться на мне не хотят! Стройных всем подавай, подтянутых.

– Думаем, дело не в твоей полноте.

– А в чем?

– Ты просто выбираешь себе не тех мужчин. Вот скажи, зачем тебе понадобилось знакомиться с этими алкоголиками?

– Они сами ко мне подошли, – отбивалась Вера. – Я же не виновата, мне что, надо было гнать их от себя?

– Гнать! Конечно, гнать!

– Но ведь кавалеры… Какие-никакие, а кавалеры.

– А они тебе нужны?

– Мне? Нет конечно! Они же пьянь последняя!

– Так зачем время с ними терять? Вот пока ты тут с ними возле магазина стояла, к тебе, может быть, твой принц хотел подойти, чтобы познакомиться. Увидел, какие возле тебя личности отираются, да и передумал!

Вера беспокойно закрутила головой по сторонам, словно прямо сейчас собиралась увидеть того самого обещанного Кирой принца.

– Никого тут нет, – обиженно сказала она Кире.

– Ой, Вера, я тебя умоляю, не тупи!

Вера обиделась еще больше. И всю дорогу до Генкиного дома подруги прошли в молчании.

Впрочем, далеко идти им не пришлось. Гена жил в доме через дорогу. Дом был странной архитектуры, с относительно просторными кухнями и прихожими, но крохотными комнатками, где окно под потолком было единственно возможным решением, при котором в двенадцатиметровой комнате вставала кровать и еще оставалось место для другой мебели.

Именно в этом доме Гена получил квартиру после развода с Ликой. Но, как выяснилось, зла он на Лику давно не держал. И в том, что их брак разрушился, в первую очередь винил самого себя и свою слабохарактерность.

– Долго не открывает, – заметила Кира, когда они по очереди надавили на упругую кнопочку звонка, но так и не дождались реакции Гены. – Заснул, может?

– Не-е-е… Он обещал дождаться.

Отвечая, Вера и сама выразительно зевнула. Выпитый ею вместе с Геной алкоголь уже оказал на нее заметное воздействие. А что уж говорить про Генку, его, видимо, и вовсе развезло на старые-то дрожжи.

– Генка заснул и нам не откроет.

– А как же вино и водка? – удивилась Вера. – Я ведь в расчете на всех взяла. Сама-то я больше пить не хочу, но если ради дела, то могу!

– Тебе удалось что-нибудь узнать у Гены?

– Что у него узнаешь? Дурак пьяный! Приставать ко мне вздумал.

И Вера горделиво поправила свой пышный бюст, чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, какое именно место ее тела сильнее всего привлекло к себе внимание Генки.

– Нашла тоже время! – с досадой произнесла Леся.

– Тебе просто завидно, что Гена меня выбрал!

– Рядом с ним, кроме тебя, никого и не было. Он не выбрал, а что попалось под руку, то и взял!

Вера надулась окончательно и мстительно пообещала подругам:

– Вот могла бы вам помочь, а теперь не буду, раз вы такие вредные!

Девушка явно ожидала, что подруги кинутся уговаривать ее. Но те, переглянувшись между собой, даже не подумали этого делать. Вместо этого Кира сказала, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более пренебрежительно:

– Да что ты можешь?

– Я? Что я могу? Могу позвонить дяде Коле и попросить, чтобы он открыл нам Генкину дверь!

– А дядя Коля – это кто? – осторожно осведомилась Кира.

– Сосед. Вот за этой дверью живет. Он сейчас дома. Когда я в магазин выходила, дядя Коля как раз свою дверь закрывал.

Не успела доверчивая Вера ткнуть пальцем в нужную дверь, как подруги уже заколотили в нее руками и ногами.

– Дядя Коля, откройте нам Генину квартиру! Он там напился, боимся, как бы не устроил чего-нибудь! Пожар, например. Заснет пьяный с сигаретой и спалит весь дом!

Дверь открылась, и на пороге девушки увидели худенького дедка-сморчка. Прожитые годы высосали из его тела всю влагу, вместо этого наполнив деда язвительной желчью.

– Ну что вам, профурсетки, от Генки снова нужно? Выпил мужик, с кем не случается?

– Нет, нет, вы не понимаете. Гена сегодня узнал, что его жена убита. Он очень расстроился. И выпил соответственно тоже много.

– Лику убили? – насторожился дед. – Ну, туда ей и дорога. Я бы на месте Генки не от горя, а от радости бы пил!

– Как вы можете такое говорить? – ахнули подруги.

– А вот и могу! – рявкнул в ответ старикан. – Лика эта ваша была шалава из шалав! Генка от нее столько натерпелся, сколько другой мужик за всю жизнь от всех своих баб не увидит!

– Но Гена любил Лику.

– Ну любил.

– А теперь он переживает ее смерть.

– Блин! Как бы и впрямь чего с собой не наделал! – озаботился наконец дядя Коля. – Сейчас посмотрим!

Он быстро отпер дверь в квартиру своего соседа и вошел туда первым.

– Мать моя родная! – раздался его возглас.

– Что? Что там случилось?

Но дядя Коля не пустил девушек дальше.

– Девки, там стойте, где стоите, – суровым голосом приказал он им. – И телефон мне подайте… Того… врачей бы вызвать надо. И милицию.

– Дядя Коля, что там произошло?

– Не ходите внутрь, я сказал, не надо!

Но куда там было хиленькому дяде Коле противостоять Вере, которая под действием чувств и выпитого перла вперед, словно танк. Мгновение – и дядя Коля отлетел к стене. А прорвавшаяся внутрь Вера издала отчаянный вопль:

– А-а-а-а!..

– Вера, что там?

– О-о-о-о!..

– Вера, ты жива?

– У-у-у-у!..

Справившись с несерьезным заслоном в лице дяди Коли, девушки тоже оказались внутри квартиры. И первое, что они увидели, было распростертое на полу тело. Тело, бесспорно, принадлежало Генке, который в настоящий момент был мертв.

Тут же подруг потянуло присесть рядом с Верой у стены и тихонечко повыть вместе с ней. Лишь огромным усилием воли они обе остались на ногах. И выть тоже не стали, только едва слышно заскулили от охватившего их страха.

Убийца вовсе не остался далеко в лесу, где они нашли Лику. Он приехал вместе с ними в Питер, находится рядом и продолжает убивать. О том, что Гена пал от руки злодея, убившего Лику, говорили множественные ножевые ранения, которыми было буквально искромсано тело Геннадия.

Глава 10

Это все было до того страшно, что подруги даже не подумали о том, что надо вызвать полицию и врачей. Впрочем, последним тут вряд ли нашлось бы дело. Гена был мертв. И лужа крови под ним говорила об этом лучше всяких слов.

– Как же так? – причитала Вера. – Как же это? Когда? Ведь я его только на несколько минут оставила одного! Господи, да что же это такое делается?

Ни к каким разумным переговорам она была не способна. Сидела у стены и жалобно причитала. Так что врачей и полицию вызвал сухонький дядя Коля. Он же выступил главным свидетелем, потому что подруги были в таком шоке, что просто не могли говорить. У них перехватило горло, и они могли только кивать и мычать вместо внятных ответов. А полицейских интересовало многое. И в первую очередь как и с какой целью три девушки очутились в квартире одинокого мужчины. И почему получилось, что мужчина оказался в результате этого визита мертв.

Так как ни одна из девушек не смогла дать внятного ответа на эти вопросы, не было ничего удивительного, что всех троих препроводили в ближайшее отделение милиции. Там они и оставались вплоть до того момента, когда в отделение ворвался Костик.

Увидев его, девушки едва не заплакали от счастья. Они уже забыли, как некрасиво вели себя с ним, буквально вымогая у мужчины признание. Но теперь подруги были просто рады, что видят перед собой знакомое лицо. Они были уверены, что Костик сейчас все объяснит следователю и сделает это куда лучше, чем они сами.

Костик открыл рот, но сказал совсем не то, чего ждали от него подруги:

– Гражданин следователь, прошу вас, арестуйте этих троих! Они опасны для общества! Они опасны для самих себя!

И пока девушки, разинув рот, смотрели на Костика в полнейшем недоумении, тот быстро обрисовал ситуацию, причем получалось, что во всем виноваты именно три подруги.

– Они привезли Лику в эколагерь, они все время крутились вместе с ней. Потом Лику нашли мертвой, разве неудивительно? Но это еще не все, Лика погибла, а эти три, с позволения сказать, подруги переключились на ее мужа. Несчастный вернулся в наш город с гастролей только сегодня вечером, эти злыдни его встретили, а теперь Гена мертв. Какой напрашивается вывод, гражданин следователь? Надо изолировать эту троицу от общества, они опасны для самих себя и для окружающих.

Это была такая подлость, после которой, думали подруги, они еще долго не смогут оправиться. Но, как ни странно, один шок полностью свел на нет другой. И девушки смогли заговорить. О, как они заговорили! Костик был уже и сам не рад, что явился в отделение да еще выступил со своим доносом публично.

– Костик, да как ты можешь такое говорить? Это же подло!

– Ах ты, гад ты этакий! Ишь чего удумал!

– Сначала Никиту в камеру засадил, теперь за нас принялся!

– Да он просто устраняет свидетелей! Вот что он делает!

Все три девушки были так возмущены, что могли наброситься на Костика с кулаками. Тот это понял и поспешно отступил за спины полицейских.

– Девчонки, признайтесь, так будет лучше в первую очередь для вас же самих.

– Ты что, Костик, обалдел? Кому это может быть хорошо в тюрьме?

– Вы втроем слишком ретиво взялись за это дело. Мне это совсем не нравится. Вы со своим расследованием можете попасть в беду.

– Мы уже попали в беду!

– По твоей милости!

– Поверить не могу, что ты это делаешь с нами!

Но подруги злились напрасно. Ничего-то у Костика не получилось. Видимо, зря он себе воображал, что может распоряжаться людьми. Может, с Михалычем, его старым друганом, такой фокус бы и прокатил, но в этом отделении работали люди, которые прежде не имели дела с Костиком. И поэтому к его наветам на подруг отнеслись настороженно.

– Подозрительно, конечно, что девчонки всюду натыкаются на свежие трупы, но задержать их только по этой причине я не могу. Тем более что ты сам подтверждаешь: когда был убит артист, вы с девчонками сидели у тебя дома и пили чай с плюшками.

Так что ничего у Костика не получилось, зря он старался!

– Ну ты и подлый! – высказалась Вера, когда они оказались на улице. – Знать тебя больше не хочу.

– Ну, девчонки, давайте я хоть вас по домам развезу. Мне так будет спокойнее.

Кажется, собираясь засадить подруг в КПЗ, мужчина искренне верил, что действует им во благо. Никакой личной неприязни он к подругам не испытывал, мечтал уберечь их от участи Лики и Гены.

– Поймите, вы влезли в это дело, копаетесь в нем и копаетесь! Запретов вы не слушаете. И контролировать постоянно я вас тоже не могу, у меня полно других дел. А преступник-то не дремлет! Зачем он убил Гену? Может быть, потому, что тот знал что-то такое, что могло вывести следствие на след убийцы?

– Но мы-то ровным счетом ничего не знаем!

– Мы только пытаемся что-то узнать!

– А где гарантия, что этот бедняга, труп которого сейчас отвезли в морг, действительно что-то знал, а не пострадал напрасно? И где гарантия, что кто-то из вас или даже вы все трое тоже не станете жертвами?

Становиться жертвами девушкам, само собой разумеется, не хотелось. Но и прятаться в КПЗ тоже был не выход.

– Если ты так за нас волнуешься, мы можем пообещать тебе, что будем осторожны.

– Пообещать – этого мало! Вы должны поклясться мне, что перестанете всюду совать свои носы и оставите это дело!

Нет, пообещать Костику такое подруги не могли. Они ему так прямо и сказали. И увидели, как исказилось лицо Костика. Он явно страдал от собственного бессилия. Возможно, он просто прикидывался таким сострадающим?

Подруги не могли забыть, что Костик так и не раскрыл им тайну, которая связывала его и Лику. Было что-то такое в жизни Лики, чем она шантажировала Бориса, но чего совершенно не боялась сама. Что же именно это было? Об этом мог знать покойный Гена, но кто-то позаботился о том, чтобы артист уже не раскрыл своего рта.

– И кто у нас остается из свидетелей? Только Борис!

– Фиг он станет раскрывать перед нами карты. Лика его столько времени доила, теперь она умерла, Борису больше неопасна, зачем же он нам все расскажет?

– Ага! Как же! Нашли дурака!

– Нет, Борис далеко не дурак. Он нам добровольно ничего компрометирующего про себя не расскажет.

– Вот и нужно подумать, как сделать, чтобы он нам все-все об их с Ликой делишках рассказал!

Вернуться домой в «Чудный уголок» после всех пережитых волнений и опасностей было удивительно приятно. Раньше подруги как-то особо не задумывались над тем, какой комфортной стала их жизнь после переезда в пригородный поселок. Но теперь, нежась в горячей воде, в ванне, полной белоснежной ароматной пены, в тишине просторного дома, они осознали, какие огромные блага предлагает человеку современная цивилизация!

Девушки забрались каждая в свою ванну и теперь время от времени перекрикивались друг с другом.

– Горячая ванна, воды – хоть по уши залейся. Класс, да?

– И не говори! Выйдем, телевизор включим.

– А я лучше в ванне с планшетом покайфую!

– Это можно! У меня как раз новая игра загрузилась, сейчас ее и опробую!

В духовке на маленьком огне уже запекались курочка и завернутые в фольгу картофелины, которые должны были стать нежными и рассыпчатыми к моменту выхода подруг из ванных комнат. Курочке тоже предстояло покрыться аппетитной золотистой корочкой, такого эффекта на открытом огне вовек не добьешься.

Хотя в русской печи готовить тоже вкусно, и такая печь, правда без лежанки, была устроена у подруг во дворе, но пока ее затопишь, пока дождешься, когда она полностью прогреется, может и не один час пройти.

Кошки были очень рады возвращению домой хозяек. Фантик и Фатима с самого начала, когда речь только зашла о поездке в эколагерь, были категорически против и своих чувств не скрывали.

– Зачем куда-то ехать, мяу-мяу? – сердито выговаривали они своим хозяйкам. – Да еще с этой аферисткой Ликой? У нас и тут без ее фокусов очень даже хорошо. К чему все эти нововведения? Нет, вы как хотите, а мы против, мяу-мяу!

Залезать в переноску кошачья чета не захотела. Пришлось их оставить на попечении тети Наташи – доброй души всего «Чудного уголка».

– Езжайте, девки, что я ваших кошаков не накормлю, что ли? Езжайте, ничего с ними не случится!

С кошками и впрямь был полный порядок. Они буквально лоснились от сытости. И как подозревали Кира с Лесей, добросердечная тетя Наташа порядком перекармливала их питомцев, а те и рады были трескать за обе щеки. Что в их преклонном возрасте было совсем не нужно.

Помывшись и проведя перед зеркалом не меньше часа каждая, подруги вышли на кухню, где их поджидал прекрасный ужин. Кира вытащила курочку. А Леся нарвала в огороде свежего укропа и мелко его порубила. Теперь все четыре крупные картофелины следовало развернуть, надрезать, положить в серединку каждой маленький кусочек сливочного маслица и обильно засыпать все укропом. Вкуснятина получалась такая, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

Девушки с аппетитом умяли вдвоем целую курицу. Лишь немного белого мяса с грудки они отдали кошкам. А так всю птичку проглотили и даже косточки пожевали.

– Вкуснятина!

– И не говори!

– Жалко, что Лике попробовать такой еды уже не удастся.

Кира примолкла. Зря Леська напомнила об убитой. Они только-только начали приходить в себя, оттаяли, отмылись, отогрелись, а тут снова. Не хотелось вспоминать, но пришлось. И Леся первой обратилась к подруге:

– Слушай, а я вот все думаю, может, наведаться к Лике в гости?

– С ума сошла! – едва не выронила последний кусок Кира. – Она ведь на том свете. Я туда не хочу!

– Нет, я имею в виду, а не сходить ли нам к Лике?

– В ее дом? – просекла наконец Кира. – Но он закрыт!

– Запасные ключи от всех домов в обязательном порядке хранятся у Таракана, – напомнила ей Леся.

– Тогда придется его посвятить в эту историю.

– Он так или иначе все равно узнает. Если уже не узнал. Следователь тоже захочет осмотреть дом жертвы. А без ведома Таракана, сама знаешь, у нас в поселке и муха не пролетит. Что уж там говорить про обыск! Мы просто будем первыми, вот и все.

Подруги посмотрели на часы. Время было уже позднее. Но они же не виноваты, что идея насчет осмотра дома Лики пришла им в головы только сейчас!

Так что не прошло и десяти минут, как обе девушки были полностью готовы и стояли у дверей. Хорошо, что сейчас лето и погода жаркая. Даже ночью температура не опускается ниже двадцати четырех – двадцати шести градусов. Можно особо не одеваться, нацепила сандалии и сарафан – полностью одета.

Таракан встретил подруг собственной персоной.

– Ждал вас, спать специально не ложился. Насчет Лики мне уже звонили, – сухо проинформировал он их. – Ох, девчонки, что же вы такое творите, что делаете? Никуда вас нельзя отпустить, обязательно во что-нибудь вляпаетесь!

Почти такими же словами распекал девушек и Костик. И подруги очень быстро догадались, откуда ветер дует. Костик прежде работал в полиции, а Таракан – бывший разведчик. Оба эти ведомства хотя и конкурируют между собой, но против общего неприятеля сплачиваются необычайно охотно. Небось через своих знакомых Костик вышел на знакомых Таракана, а через них и на самого главу поселка, где жила Лика. Или сам следователь вышел, для подруг невелика разница. Для них главное – успеть в дом Лики первыми.

– И когда они прибудут, чтобы осмотреть дом Лики?

– Мы договорились на завтра на восемь утра.

Последовала пауза, значение которой было хорошо понятно как подругам, так и самому Таракану.

– Ну хорошо! – решился он наконец. – Знаю, что вы хотите мне предложить. Идемте! Посмотрим, что там и как.

– Так вы согласны?

– А куда мне деваться? Если я не дам вам своего согласия, вы же и без оного в дом к Лике влезете? Или не так?

– Что вы! Никогда в жизни мы так не сделаем.

– Только не надо мне тут заливать! – добродушно буркнул Таракан, который уже давно устал сердиться на своих молодых подопечных и полюбил их, смирившись со всеми их недостатками. – Что там хоть произошло, на этом «Чертовом озере»?

– На «Красном озере» и…

– А мне все едино! – гаркнул Таракан. – Кто вашу дорогую подружку замочил, есть соображения?

Разумеется, они у подруг были. И о своих соображениях девушки рассказали Таракану по дороге к дому Лики. Следом за ними шли двое охранников, но они в разговоре не участвовали и шли на почтительном расстоянии позади Таракана с девушками.

– Ох, не нравится мне все это, – покачал седой головой их старейшина, выслушав подруг. – И Костик мне этот ваш кажется подозрительным. Вот скажите мне, вы насчет его алиби твердо уверены?

– Рядом с нами сидел. И машина его была занята. В ней Лешка за мужем своей клиентки шпионил!

– Машина для таких, как этот ваш Костик, как раз не проблема. Нужно, мог и вторую тачку к лагерю подогнать да в лесу до поры до времени ее спрятать. Или нанять кого…

– Вы думаете, Костик заказал убийство Лики?

– Либо он, либо этот ее бывший муж, Борис, – категорично отрезал Таракан. – Тоже мутный тип. Вы мне его данные черкните. Я своим ребятам поручу на него информацию поискать. Может, и числятся за этим типом какие-нибудь грешки.

– Вряд ли там будет написано, что это Борис заказал свою жену.

– Вот язвительная ты, Кира, – укоризненно произнес Таракан. – Поэтому и замуж никак не выйдешь. Да и на Лесеньку плохо влияешь.

– А что я такого сказала?

– И еще больно умной себя считаешь. С мужчинами споришь.

– Так ведь…

– Так ведь ты такая и есть? Это хочешь сказать? Может, оно и так, спорить не буду. Только мужики, они ведь страсть как умных и колючих баб опасаются.

И Таракан угрюмо замолчал, словно олицетворяя собой все оскорбленное Кирой мужское поголовье страны. Леся недовольно косилась на подругу, потому что давно говорила ей, что та со своими замечаниями частенько лезет не по делу. А Кира… Кира тоже надулась: когда делают замечания, это никому не приятно.

Так в молчании они и дошли до Ликиного дома. Таракан сообщил на пост охраны, чтобы дом сняли с сигнализации. И, открыв дверь своим ключом, впустил подруг внутрь.

– С чего начнем?

– Лично я начала бы со спальни! – выпалила Леся.

– А я бы порылась в ванной комнате.

Кира судила по себе: она частенько проводила в ванной комнате куда больше времени, чем во всем остальном доме. Там у нее в свое время, когда она еще не бросила курить окончательно, а только объявила о своем намерении, были запрятаны сигареты. Там же она хранила тесты на беременность, газовое оружие, на ношение которого у нее не было разрешения, а также коробочку с каким-то белым порошком, в котором Кира после некоторого колебания опознала кокаин.

Коробочку ей подбросили во время рейда на одной дискотеке. Кто это сделал, она так и не смогла понять. Возможно, девушка с экзотическим именем Джоанна, с которой они познакомились там же в клубе и сели за один столик? У нее подозрительно блестели глаза и двигалась она неестественно бодро.

Наркотик у Киры в сумке, к счастью, тогда не нашли, она сама обнаружила его уже дома. А сама коробочка оказалась серебряной и прехорошенькой, как раз такой, какую могла бы носить при себе Джоанна, так что Кира решила оставить ее себе в качестве компенсации за моральный ущерб.

Содержимое она, разумеется, ни разу в жизни не нюхала, но и выбросить его рука не поднималась. А вдруг пригодится? Разные же бывают ситуации в жизни. И потом… кокаина было на самом донышке, вряд ли его могло хватить даже на пару дорожек. Но все равно его хранение добавляло пикантности жизни Киры.

Первое время Кира и вовсе была постоянно в тонусе. А вдруг придут? А вдруг обыщут? А вдруг найдут? Потом она привыкла, тонизирующий эффект пропал, но хранить коробочку все равно продолжала.

Но это, так сказать, отступление, а главное было в том, что ванная комната частенько является хранилищем для всяких запрещенных вещей получше, чем сейф, про который всегда и всем известно.

– Так что я пойду и осмотрю ванную комнату.

Таракан кивнул головой.

– А мы с ребятами осмотрим остальную часть дома. Ну, до скорого!

Таракан сделал знак своим ребятам, и те проворно шмыгнули в разные стороны. Сам же Таракан извлек из кармана газету, включил телевизор и устроился на диване. Свое участие в осмотре дома Лики на предмет обнаружения в нем улик против ее убийцы он видел именно так.

Оказавшись в спальне, Леся первым делом мысленно попросила прощения у духа Лики.

– Это для того, чтобы понять, кто тебя убил!

Лика вроде бы не возражала, во всяком случае, в голову Леси ничего тяжелого не полетело, так что она приободрилась и занялась делом со спокойной совестью. Дух Лики понимает, что Леся это делает для его же блага. Вряд ли Лика когда-нибудь потом, когда они все же встретятся, предъявит своей соседке претензии.

В общем, заняться Лесе было чем. Но с чего же начать? Где хитрая Лика могла спрятать то, что указало бы на убийцу? Действовать следовало быстро. И Леся взмолилась:

– Лика, милая, помоги мне! Я хочу поймать твоего убийцу! У тебя есть против него улики? Где они?

Почему-то Леся не сомневалась, что, затевая опасную игру, которая закончилась для нее неудачно, Лика успела подстраховаться. Ну не могла Лика позволить злодею просто так убить себя. Наверняка она оставила какие-то зацепки, которые могли бы вывести на его след. Просто не могла не оставить. Такой уж была Лика – хитрой, осторожной и предусмотрительной. Чувства играли в ее жизни отнюдь не первую роль. На первом месте всегда стояли деньги и возможность разжиться ими легко, быстро и по возможности без неприятных последствий.

Леся открыла ящичек прикроватной тумбочки и принялась перебирать изящные вещички, которые хранились в нем. Шкатулка с повседневными драгоценностями – несколько золотых колечек, сережки, пара цепочек. Ничего особенно ценного. Маленькая бутылочка виски. Пробники духов. Крем для рук – очень дорогой. Сыворотка для век, вообще стоящая баснословных денег. Еще какая-то косметика, лосьоны и даже помада.

Ну а что еще?

Отодвинув второй ящичек, Леся была поражена. Меховые наручники! Плетка! Белье для садомазо! И еще какие-то тряпочки, вытащив которые Леся поняла, что это костюм Русалочки.

– Выходит, Лика развлекала своих мужчин ролевыми играми! Молодец!

Леся продолжила осмотр, и в числе прочих находок на шелковое расшитое цветами покрывало кровати лег небольшой шелковый платочек. Трудно было понять, для какой роли использовала его Лика. Возможно, она изображала монашку или пленную рабыню? Но сам платок по какой-то причине привлек к себе внимание Леси. Это был очень красивый алый (любимый Ликин цвет) шейный платочек, украшенный в углу затейливой монограммой, также вышитой шелковыми нитками чуть светлее тоном.

Леся превосходно разбиралась в рукоделии, спасибо маме, которая не уставала повторять, что хорошая хозяйка способна сэкономить до восьмидесяти процентов семейного бюджета, если будет сама шить, вязать, вышивать и, разумеется, готовить и заготавливать продукты впрок. И сейчас девушка поняла, что монограмма вышита именно человеческими руками, а не бездушной машиной.

Пожалуй, такой платочек мог быть в веке девятнадцатом, да и двадцатом тоже рядовой вещью. Но в нашем компьютеризированном двадцать первом веке, когда женщины разучились шить, вязать и вышивать, а многие дети в наиболее продвинутых странах не в состоянии написать от руки собственное имя, настолько они привыкли забивать тексты на клавиатуре, этот платок был вещью эксклюзивной, а следовательно, весьма дорогой.

– Такой платочек на каждом шагу не продается. Надо бы разузнать, откуда он тут взялся.

Пока Леся вертела в руках платок, у нее появилось странное чувство, словно бы она уже трогала этот шелк.

– Хм… Странное ощущение.

Отложив симпатичную вещицу, которую Лика почему-то решила использовать не для повседневной носки, а для интимных забав с мужчинами, сыщица продолжила осмотр комнаты.

Прикроватная тумбочка порадовала ее другими находками: девушка обнаружила сильное снотворное, продававшееся только по рецепту врача, но которого у Лики было в избытке. В сочетании со спиртным, ранее найденным в ящике, мог получиться убойный коктейль, никакого холодного оружия не понадобится. Но то, что Лика любила риск в разумных пределах и к тому же была чужда условностей, Леся знала и раньше. Поэтому находка таблеток и спиртного ее не удивила, а подтвердила то, о чем девушка догадывалась и раньше.

Оставив тумбочку, Леся перешла к просторной гардеробной, примыкавшей к спальне Лики. Вот тут ей было где развернуться! В шкафах помимо белья, одежды и обуви, а также еще нескольких костюмов для ролевых игры – Золушки, Принца и даже Дракона – нашлось немало интересного.

В числе прочих вещей внимание Леси привлек альбом с фотографиями, и количество мужчин, запечатленных там с Ликой, превосходило все разумные пределы.

– Неужели все они ее любовники? – поразилась Леся. – Ну и Лика! Снимаю шляпу!

В разговорах Лика как-то не упоминала о том, что имеет такую огромную армию поклонников. Если упоминала про мужчин, то говорила исключительно про своих мужей и Костика – официально представленного подругам «почти жениха». Оказывается, Лика имела попутно связи и с другими мужчинами. И делала это не только когда-то давно, некоторые фотографии были совсем свежими.

– К примеру, вот это платье Лика купила этой весной на распродаже. Отлично его помню, Лика хвасталась, что урвала последнее оставшееся и оно было как раз ее размера!

Платье сидело на Лике тютелька в тютельку, выгодно облегая ее красивое тело. Это было видно даже на фотографии, где Лика в этом платье обнимала какого-то седовласого дядечку в дорогом костюме и с неприятным нагловатым лицом уличного хулигана.

– Но где же в таком случае Костик? – поразилась Леся.

Она пролистала альбом до конца, но фотографий Костика так и не обнаружила. Почему? В альбоме еще были свободные страницы. Оставалось только поражаться целеустремленности Лики, которая завела этот альбом. Сами подруги уже года три как полностью перешли на цифровые носители, фотографии не печатали, а при случае просматривали их на экране ноутбука или в телефоне.

Кроме того, у фотографий из найденного в шкафу альбома имелись странности. На некоторых из них Лика была запечатлена в нижнем белье. А на одной так и вовсе оказалась обнаженной. И еще на обороте каждой из них была проставлена дата и сумма. Это было совершенно однозначно, потому что дата состояла из трех чисел – дня, месяца и года, а при сумме указывался значок доллара, евро или рубля. Суммы были разными, они варьировались от тысячи евро до пяти тысяч долларов.

– И за что же Лика получала такие большие деньги? Она была элитной проституткой и сопровождала этих людей в качестве эскорта? А как же фирма, которую Лика отсудила у Борюсика при разводе и в которой, мы сами это видели, работала? Или она совмещала два вида занятости?

Леся не знала, что и думать, поэтому отложила альбом в сторону, решив потом показать его Кире. Следующей ее находкой снова стал фотоальбом, но тут почти все фотографии были старые. Тут были снимки Надежды Семеновны, несколько фоток самих подруг, а также их соседей по поселку. Были тут и фотографии Костика. Немного, но были.

И высокий светловолосый мальчик, предположительно тот самый Никита, арестованный за убийство Лики, тоже тут был.

Леся положила второй альбом на колени и задумалась. Создавалось ощущение, что у Лики было две жизни. В одной Лика была счастливой молодой невестой, дважды разведенной женщиной и любовницей Никиты – все в рамках дозволенного, ничего особо шокирующего. Но была и другая Лика, встречающаяся с влиятельными и богатыми мужчинами. Встречающаяся с ними… за деньги?

Прихватив с собой найденные альбомы и платок, который чем-то привлек ее внимание, Леся вышла из гардеробной. Остановившись на пороге спальни, она напоследок еще раз огляделась по сторонам. Чтобы бы еще тут осмотреть?

Но в спальне разгуляться было негде, мебели был минимум: в центре лежал пушистый мягкий ковер, стояла широкая кровать и две тумбочки при ней. Даже телевизора не было, его заменяла эротическая картина, на которой человеческие фигуры сплетались в сотни любовных поз, разглядывая которые можно было возбудиться.

– Минуточку, а что во второй тумбочке? В ней-то я еще и не смотрела.

Вторая тумбочка предназначалась для вещей, которые могут понадобиться мужчине, когда он ночует в гостях у женщины. Тут были свежие носки, еще с фирменной этикеткой, нижнее белье в упаковке, бритва и еще какие-то мелочи. Но внимание Леси привлекли к себе носки. Они были сорок пятого размера. У Костика, чей рост был средним, такой ноги точно не было.

– Да оно и неудивительно, Лика ездила к Костику в гости, а не наоборот.

Леся припомнила, что подруга говорила о предпочтениях Костика. Тот любил, чтобы Лика приезжала на его территорию, в гостях он чувствовал себя как-то неуютно.

– А мне и лучше, – смеялась Лика. – Пусть мой милый Костик привыкает, что я у него дома хозяйничаю. А на мое добро пусть рта не разевает! Уж после двух разводов я знаю, как с голой задницей не остаться!

Выходит, у себя дома Лика принимала какого-то другого мужчину. Скорее всего, светловолосого Никиту. И Леся в очередной раз подумала, что слишком мало они знают про этого мальчишку. Прямо сказать, совсем ничего не знают. А ведь его ни много ни мало обвиняют в убийстве. И размер ноги у него такой… подходящий. Возле трупа Лики были найдены следы как раз сорок пятого размера.

– Но одно дело – быть там. А совсем другое… совершал ли Никита это ужасное преступление? Что-то тут слишком много других охотников нашлось, – пробормотала Леся, поглубже засунув альбомы под мышку.

Ей хотелось сперва показать свои находки Кире, а уже потом отдать их Таракану и его ребятам. И судьба улыбнулась Лесе. Едва она вышла из спальни, как навстречу ей попалась Кира. С первого взгляда она поняла: у подруги есть, что ей показать и рассказать. И обе девушки снова проскользнули в спальню.

Глава 11

Оставшись одни, подруги заговорили шепотом. Им совсем не хотелось, чтобы их голоса привлекли к себе внимание рыскающих по дому мужчин.

– Ну, что у тебя?

– А у тебя?

– Почти ничего. Нашла упаковку снотворного и темно-серое мужское полотенце с именем «Никита».

– Так я и думала, что это он гостит у Лики!

– А у тебя что?

– У меня вот…

И Леся положила перед Кирой свои находки. Кира взяла в руки один из альбомов и принялась листать. Леся лезла со своими пояснениями, а Кира отмахивалась от нее:

– Да вижу я, вижу! Сама все вижу. – И вдруг спросила: – А что вот это?

– Это? А… а что это у тебя?

Из альбома выпала еще одна фотография. Даже не фотография, а просто вырезка из какого-то журнала. Самой Лики на ней не было. Зато там было запечатлено много других людей. Почти все они были мужчинами, политиками или бизнесменами, это было ясно по сытым лицам, дорогим костюмам и фону за их спинами – какому-то конференц-залу. Но внимание подруг привлекло не это. Среди прочих на фотографии они заметили знакомое лицо.

– Это же Борюсик! Ликин муж!

– Не может быть!

Обе подруги принялись рассматривать фотографию. Вердикт был единогласным:

– Это в самом деле он!

– А вот этот, этот и этот… – потыкала Леся пальцем в мужчин на фотографии, – они есть на фотках с Ликой!

И действительно, Лика на своих личных фотографиях была снята по меньшей мере с тремя из стоящих на общей фотографии мужчин. С одним из них она обнималась, стоя в красивом черном с кружевами нижнем белье – сорочке и чулках с подвязками.

– Так что же это… Лика встречалась с этими мужчинами… Возможно, спала с ними. И Борюсик тоже знаком с теми же мужиками?

– Ну, раз он рядом с ними стоит, значит, да, знаком.

– И Лика, выходит, была с ними близка?

– Ну, если на тот момент они с Борюсиком еще были женаты, он должен был представить свою жену знакомым.

– Нет, я не это имею в виду.

– Да понимаю я, к чему ты клонишь. Но, заметь, некоторые фотки Лики с этими мужиками сделаны уже после ее развода с Борюсиком.

– Хм. Тогда я даже не знаю, что тебе сказать.

– Зато я знаю! Завтра мы покажем эти фотографии Борюсику и добьемся от него правды!

– А если он не захочет с нами говорить?

– Тогда мы обратимся за разъяснениями к тем мужчинам, с которыми сфотографировалась Лика!

Но Таракан, которому подруги принесли альбом, разочаровал их. Вернее, даже не он, а один из его сотрудников. Парень мельком посмотрел на фотографии и тут же небрежно бросил:

– Да это же монтаж!

– Монтаж?

– Ну да. Причем грубая и непрофессиональная работа. Мой младший братишка и то лучше сделает! Он из меня такого кентавра сделал, что вовек не отличите от настоящего! Только лицо мое, а все остальное где-то содрал!

– Так что же?.. – растерялись подруги. – Все эти фотографии – подделка? На самом деле Лика с этими мужчинами и рядом не стояла?

– Это монтаж. Вашей подруге хотелось, чтобы у нее были фотографии с этими людьми, вот она и заказала эти фотки.

– А кто они?

Но на этот вопрос подругам ответил уже Таракан:

– Это вот Болдин – правая рука господина Усачева. А это Карпатов – заместитель начальника охраны корпорации «Бивень». А это вот сам господин Поликарпов, неужели не узнаете?

К своему стыду, подруги не только не узнавали, они даже никогда раньше не слышали ни одной из этих фамилий, которые Таракан произносил с таким нескрываемым пиететом в голосе. Но явно это были крупные величины в жизни современной России, иначе Таракан не стал бы говорить о них в таком подчеркнуто уважительном тоне.

– А откуда Борюсик знаком с ними всеми? – спросила Кира. – Или вырезка из журнала – это тоже монтаж?

– Нет, вырезка как раз подлинная. Судя по всему, это журнал «Звезды российского бизнеса». Статья из журнала за прошлый август.

– И кто же был бизнесменом месяца?

– На обложке было фото Юрия Костоломского, читатели журнала выбрали его самым успешным бизнесменом и политиком месяца.

Парень много знал о жизни крупных российских бизнесменов, наверное, он и сам втайне мечтал когда-нибудь стать одним из них. Напрасная надежда, начинать карьеру политика с работы охранником – не та стартовая площадка, которая требуется. Впрочем, талантливый человек пробьется отовсюду. Что касается способностей, по крайней мере, память у этого парня была отличной.

– Значит, Лика сама делала фотографии, монтировала себя с известными бизнесменами и политиками. А что это за суммы и даты на обороте?

Но Таракан и его ребята потеряли всякий интерес к этим фотографиям. Они сочли их чудачеством одинокой разведенной женщины, а такие всегда вызывают у мужчин сочувствие, но никак не уважение. Вот и про Лику они подумали, что она увлеклась какой-нибудь психологической фигней, когда вам советуют рисовать дом своей мечты и приклеивать рядом с ним картинки того, о чем вы мечтаете: мужа, хорошеньких детей, собаку, машину.

И неважно, что дети чужие, а машина и собака взяты из рекламного буклета. Главное, что перед глазами постоянно будет находиться дом вашей мечты вместе со всем, что вы хотите в нем видеть.

В общем, если исключить находки подруг, больше обыск ничего не дал. Ни оружия, ни наркотиков, ничего опасного и противозаконного в доме у Лики найдено не было. Подруги в этом и не сомневались!

Они вернулись домой, предоставив охранникам самим устранять следы ночного вторжения в дом Лики. В конце концов мужчины его обыскивали без помощи подруг. Вот пусть теперь без их помощи и порядок наводят. А в спальне, ванной комнате и гардеробной, где побывали сыщицы, они вели себя аккуратно и сдержанно, так что поправлять там было ничего не нужно.

– И все-таки мне кажется, что эти фотографии Лика хранила у себя не просто забавы ради.

– Но ты же слышала, это монтаж.

– Может, сами фотографии и монтаж, но зачем-то ведь Лика их сделала!

– Ну, мечтала переспать с этими людьми или даже выйти за них замуж, вот и наляпала себе фоток, где она с ними почти голенькая.

– Что? За всех разом она замуж хотела? В альбоме не меньше десятка фотографий, где Лика стоит в обнимку с какой-нибудь шишкой.

– Так и что с того? Монтаж ведь, хоть сотню таких фотографий себе закажи! Может, оптом было дешевле. Ты же помнишь, как Лика любила на чем-нибудь да сэкономить.

– Но это ведь глупо. Нет, я понимаю, если бы Лика нацелилась на кого-нибудь конкретно. С ним бы и сделала монтаж. Но так разбрасываться… Вспомни, какая Лика была целеустремленная. Так что это совсем не в ее духе.

– И что ты предлагаешь?

– Борюсик как-то был со всем этим связан.

– Придерживаешься первоначального плана? Поехать к Борюсику и ткнуть ему в нос эти фотографии?

– Не уверена, что это так просто получится. Один раз Борюсик согласился с нами встретиться, но вряд ли он пойдет на контакт во второй раз. Он ведь четко заявил нам, что никакого отношения к смерти Лики не имеет, с бывшей женой поддерживал ровные, хотя и не слишком близкие отношения, а посему просит оставить его в покое.

– Но…

– Он просто пошлет нас и будет совершенно прав. Мы ведь даже не являемся представителями официального следствия. Так, способные сыщицы-любительницы.

За разговором подруги добрели наконец до собственного дома. И только тут почувствовали, что им больше не до расследования. Они вымотались до предела. И сейчас не могут думать ни о Борюсике, ни об известных бизнесменах и политиках – его знакомых, ни даже о Лике. В головах у подруг плыл какой-то туман, а мысли становились вязкими и неповоротливыми. Девушки обходились без сна много часов подряд. И теперь возмездие их настигло.

Не успели сыщицы добраться до своих кроватей, как уже спали. И сны им снились отнюдь не про убийства или неверных мужей, им снились чудесные дальние страны, красивые места, дружелюбные улыбчивые люди. И поэтому спать было очень приятно, куда приятнее, чем жить в реальном мире.

Потому что он – этот реальный мир – оказался совсем не так дружелюбен к девушкам, как мир их грез.

Девушек разбудил резкий звонок в дверь. Выглянув в окно, они увидели внизу следователя, который вчера чуть не арестовал их. Кажется, следователь представился им Виктором Владимировичем. И что этому человеку было нужно сегодня от подруг? Вчера он их не арестовал, а сегодня зачем явился?

К тому же вел себя следователь далеко не мирно. Он размахивал руками и что-то возбужденно объяснял стоящему рядом с ним охраннику из поселка. При этом следователь то и дело тыкал в ворота дома подруг и разражался новой серией объяснений.

До девушек даже донеслась пара фраз следователя:

– Этому должно быть какое-то объяснение! Я его получу от девчонок в любом случае.

Может быть, сегодня этот Виктор Владимирович собирается арестовать подруг? Ну да, а иначе зачем он явился к ним спозаранку? Наверняка он хочет исправить свою вчерашнюю оплошность!

– Не открывай! – прошептала Леся. – Какой сердитый!

– Да ты что? Как не открыть? К тому же он там с одним из наших охранников.

– И что? Притворимся, что нас нет дома.

– А вдруг у него какая-нибудь новость для нас?

– Ага! Новость, что он собирается взять нас под стражу. Офигенно прекрасная новость, я тебе скажу! Просто закачаешься!

Леся не скрывала своего желания не открывать следователю дверь.

– Если хочет нас задержать, пусть сначала найдет! И… и войдет!

И Кира невольно поддалась влиянию подруги. Понимая, что поступают они с Лесей совершенно неправильно, она все же спряталась в доме, от души надеясь, что дело еще не зашло так далеко, чтобы следователь приказал своим людям ломать их дверь.

Но девушкам повезло. Следователь потоптался возле ворот, а потом махнул рукой и ушел.

– Пронесло!

– Еще не факт. Пока что мы под домашним арестом. Какая польза от такой свободы?

– Следователь ушел, нас никто не держит.

– Где гарантия, что у ворот не ждет засада?

– Позвоним и узнаем.

На всякий случай подруги выждали около часа. За это время они успели позавтракать, умыться, привести себя в порядок и даже выбрать себе подходящие к случаю наряды.

– Если нас арестуют, мы должны быть ослепительны! Не хочу отправляться в тюрьму плохо одетой!

Что касалось Леси, то она в тюрьму просто не хотела.

– Но мы же с тобой ни в чем не виноваты, – напомнила она подруге.

– Похоже, нам придется здорово постараться, чтобы это доказать, – отреагировала на замечание Кира.

Денек обещал быть жарким, так что девушки выбрали самую легкую обувь, какая у них нашлась. Леся надела матерчатые босоножки на пробковой подошве. А Кира ограничилась обычными открытыми туфельками из легкой замши, на которой было множество мелких отверстий, так что она казалась кружевной. Кроме того, спереди на месте пряжки туфельки были украшены затейливой композицией из хрустальных бусинок, так что получалось очень нарядно.

С одеждой было и вовсе просто. Леся надела легкий шелковый костюм, материал которого приятно охлаждал кожу в жару. А Кира надела просторную полотняную рубашку, создававшую эффект сквозняка, и льняные брюки, которые не боялась помять, так как они уже изначально продавались мятыми.

Теперь девушки были полностью экипированы. Они не собирались возвращаться домой до самого вечери или, возможно, до того момента, когда ими будет пойман и разоблачен настоящий преступник.

– Сегодня нам надо побеседовать с мамой Никиты или с кем там этот красавчик живет. Честное слово, я уже ничему не удивлюсь. Возможно, у парня имеется жена и трое ребятишек.

Раз парень сам приходил в гости к Лике, значит, у него не было места, где влюбленная парочка могла бы встречаться. Лика не любила дополнительных забот, связанных с приходом гостей, но ради молодого любовника сделала исключение. И вот уж поистине удивительное дело – она простерла свою доброту до того, что купила ему сменное нижнее белье. Для Лики, привыкшей думать исключительно о себе любимой, такой знак внимания был равносилен настоящему подвигу.

А раз так, значит, парень сумел занять в сердце Лики значительное место. Может, он и не заполнил его полностью, все-таки замуж Лика собиралась за перспективного Костика, но Никита отвоевал значительную долю Ликиного внимания и любви.

– Нам бы стоило получше разузнать об этом парне.

– Может, Вера о нем знает?

Вера, снова Вера. Бессменная подруга Лики, которую покойница безжалостно тиранила, но которая все равно обожала злодейку.

Вера была дома и сразу же согласилась встретиться с подругами. Чтобы не терять времени, девушки поехали прямо к ней. Вера была такая копуша, что если договориться с ней о встрече где-нибудь в городе, то только зря потеряешь свое время. А его у подруг было мало.

Когда они покидали поселок, то сначала позвонили на пост охраны.

– Сережа, нас кто-нибудь искал? – узнав голос знакомого охранника, спросила Кира.

– Следователь хотел с вами побеседовать.

– О чем?

– Этого он мне не сказал, но желание проявлял сильное. – И немного помявшись, охранник добавил: – И желание это появилось у него, как только он побывал в доме убитой молодой женщины. Я его сопровождал, видел, как он в дом вошел и сразу же обратно вылетел. Даже осматривать там ничего не стал, к вам помчался. Все интересовался, где вы можете быть в такой ранний час, если дома вас нет, дверь вы им не открываете.

– А… а что он в доме у Лики такого увидел?

– Этого он мне не объяснил. Но вас видеть хотел обеих. Я вижу, что вы ему не открываете, вот и сказал, что вы уже на работе. А что? Неправильно сделал?

– Все правильно, спасибо. А… а сейчас мы уже можем уехать?

– Следователь в доме убитой копается, на воротах никого из своих не оставил. Можете проезжать спокойно, – разрешил ей охранник.

Таким образом, пользуясь попустительством знакомого, подругам удалось сегодня утром избежать встречи со следователем. Телефоны они включали лишь на короткий промежуток, чтобы следователь до них не дозвонился. Но девушки не сомневались: если они действительно потребовались следователю, то он наведается и к ним на работу и засаду у дома оставит, не поленится.

Поэтому соваться на работу подруги даже не стали. Выехали на трассу, и тут Леся неожиданно спросила:

– Кира, мы едем к Вере?

– Да. К ней.

– Заверни сначала в одно место, – попросила подругу Леся. – Вот адрес.

– А там что?

– По этому адресу находится магазин эксклюзивных подарков.

– Не самое подходящее время для покупки презентов, – заметила ей Кира. – И для кого ты хочешь купить подарок?

– Ни для кого.

– А зачем тогда в магазин?

– Помнишь тот алый шейный платок, который я нашла у Лики в спальне?

– Ну да. И что с ним?

– На нем сохранился артикул. Я ввела его в поисковик и узнала, что такими платочками у нас в городе торгуют всего в одном месте. В этом самом магазине эксклюзивных подарков.

– Ага. Ясно. А чем тебя так привлек именно этот несчастный аксессуар? Фотографии Лики с мужиками – я еще понимаю, но платок? Почему не костюмы Машеньки и Медведя? Они были более пикантными.

– Ткань… Ткань платка… Понимаешь, она была… была…

– Шелковой, – подсказала подруге Кира.

– Ну да, и это тоже. Но шелк ведь тоже бывает разным. А этот… Он был очень тонким, почти невесомым. Но в то же время прочным и… – Поколебавшись секунду, Леся добавила: – Точно такого же качества был тот обрывок белого шелка, который мы нашли в лесу возле трупа Лики!

– Ах вон ты куда загнула, – ахнула Кира. – Хочешь вычислить через магазин преступника. Шанс невелик.

– Но все же он есть. Правда?

Кира ничего не ответила, она просто молча поехала по названному Лесей адресу.

Магазин занимал целое крыло большого универмага. У вошедших внутрь подруг глаза просто разбежались. Чего тут только не было! Хрусталь! Богемское стекло! Фарфор! Тончайшие ткани, вышитые шелком покрывала, шахматы из янтаря, кубки, подставки из натурального камня, серебро, золото, драгоценности!

– Ух ты! Прямо как в музее!

Но восхищенно глазела по сторонам одна Кира. Леся уже направилась в отдел, где торговали шелковым нижним бельем и прочими прелестными штучками из этого материала.

– Вот этот платок был куплен у вас, – заявила она продавщице тоном, не терпящим возражения.

Но та, натренированная избалованными клиентками, даже глазом ни моргнула.

– Все верно, – кивнула она и мило улыбнулась в ответ. – А в чем проблема? Вас не устраивает качество?

– Меня не устраивает, что мой муж дарит такие подарки! Мне он подарил белый шелк, а своей любовнице – вон ей – алый!

Продавщица с недоумением переводила взгляд с Киры на Лесю. Подошедшая как раз в этот момент к прилавку Кира тоже слегка обалдела. Но вовремя подыграла:

– Да, Лапсик ведет себя просто некрасиво!

– И… и что вы хотите узнать у нас?

– Мы хотим узнать, кому еще он покупал у вас подарки!

– Боюсь, я не смогу вам помочь, – решительно произнесла продавщица. – Просто не помню, кто именно покупал у нас этот платок. Видите ли, мы не ведем регистрацию своих покупателей. Хотя… Вы говорите, вам он подарил белый шелк?

– Да!

– Чисто белый шелк?

– Да.

– Из такого шелка у нас были только шарфы. Очень большие, можно сказать, шали. Но и они закончились.

– А кто купил последний шарф?

– Точно не ваш муж и не ваш любовник, – улыбнулась продавщица подругам. – Шарф был уценен. И его купила женщина. Но вряд ли она могла бы стать чьей-то любовницей. В возрасте уже, да и не красавица, если честно.

– А этот алый платок? С ним что?

– Эта партия у нас в продаже сравнительно недавно. Покупают их охотно. Сами видите, цвет очень красивый.

– Вот фотография моего мужа! – перебила ее Леся. – Скажите, он покупал у вас платок?

И она сунула ошеломленной продавщице под нос фотографию Костика.

– Это ваш муж? – спросила та.

– Да. Вы его знаете?

– Припоминаю. Алый шейный платок он покупал. Что касается других подарков, извините, я не помню.

И теряющая терпение продавщица, исчерпав весь лимит отпущенной ей вежливости, просто сбежала от докучливых покупательниц в подсобное помещение. Пройти за ней туда подругам не удалось. Пришлось уйти из магазина со скудным уловом.

– Ну и ладно. По крайней мере, мы теперь знаем, что шелковый платок подарил Лике именно Костик.

– И что нам это дает?

Леся не ответила. Да и что ей было сказать. Она удрученно молчала, понимая, что этот фант оказался пустым.

После магазина девушки больше не стали нигде задерживаться. Сев в свой «Гольфик», они сразу же поехали к Вере, от души надеясь, что до нее следователь еще не успел добраться. Но оказалось, что успел.

– Он мне звонил! – встретила их Вера с круглыми от страха глазами. – Насчет вас спрашивал. Где вы можете быть и все такое. Сердитый был ужасно! Велел передать, чтобы вы ему позвонили, когда объявитесь.

– А зачем он нами всеми интересуется?

– Не всеми, а вами двумя, – поправила Вера. – Мне он сказал, чтобы я не волновалась, преступник, убивший Лику, будет наказан очень скоро.

– Значит, к тебе лично у него никаких претензий нет?

– Никаких. Только вас он сильно хотел видеть.

Да что же такого совершили подруги, что следователь возымел горячее желание побеседовать с ними?

– Может, все-таки позвонить ему и спросить?

– Не знаю, не хотелось бы. Раз он на нас так сердит, то ясно, что ничего хорошего из разговора не получится. Подождем. Пусть немного выпустит пар, тогда и пообщаемся.

– Ты думаешь, это как-то связано с тем, чем мы занимались этой ночью?

– Ну, раз Веру не тревожат, значит, да, – согласилась Кира.

– А с чем это? – не скрывая своего любопытства, поинтересовалась Вера. – Чем таким вы занимались ночью?

Подруги переглянулись. Скрывать от Веры правду смысла не было. И подруги сказали:

– Мы осмотрели дом Лики.

– Вломились туда, как грабители?! – ахнула Вера. – Неудивительно, что следователь так взбесился! Он говорил что-то про неаккуратный обыск!

– Что?

– Дескать, вами уничтожены все улики. И он бы хотел узнать, как это следует понимать.

Вера уставилась на подруг, а они были в крайней растерянности.

– Мы не взламывали, мы осторожно вошли. И с нами было еще три человека, наш Таракан в том числе.

– Ну, раз сам Таракан с вами был, тогда не понимаю, чего следователь бесится, – пожала плечами Вера, которая была наслышана от Лики о суровом нраве бывшего генерала разведки.

В общем, ситуация понемногу прояснялась и запутывалась одновременно. Подруги хорошо помнили, что они уходили из Ликиного дома, оставив там все в полном порядке. Порядок был, а их следов в доме, наоборот, не было. Таракан заверил, что видеозапись в доме не ведется, никто не узнает об их самовольном визите в дом Лики. Как же тогда следователь пронюхал? Кто ему донес?

Но обдумать это подруги хорошенько не смогли. Их принялась теребить Вера:

– А что вы нашли в доме у Лики? Что-нибудь такое, что выведет нас на след преступника?

– Ты разве не помнишь, преступника уже арестовали.

– А… этот мальчишка! – пренебрежительно махнула рукой Вера. – Не надо слушать следователя. Никита не мог этого сделать!

– Скажи, а тебя Лика знакомила с этим Никитой?

– Ну, она не сказала, что он ее любовник. Представила мне его как своего поклонника, которого держит про запас. И еще сказала, что мама думает, будто бы Никита – это ее жених. Дескать, имела глупость в свое время их познакомить, теперь неудобно сказать маме, что жених не Никита, а Костик.

– Значит, Лика тебя с Никитой знакомила?

– Я бы не назвала это знакомством. Мы с Ликой сидели в кафе, а он туда зашел. Куда-то они должны были идти дальше.

– Но что-то Лика тебе потом про него рассказывала?

– Говорила, что у них никакого интима, но меня-то не обманешь! Будто бы я Лику не знаю! Да я всегда знала, когда и с кем у нее уже был секс! Может, я и глупая, и дура, но меня не обманешь.

Вера была права, ведь ум ее заменяло куда более ценное качество – интуиция, чутье. Вера чуяла ложь, как хорошая гончая след зайца.

– Никита был в Лику влюблен по самые уши. Он ведь еще совсем молоденький, ему только-только восемнадцать стукнуло. По закону он взрослый, но по сути просто дите малое.

– Однако это «дите» обвиняют в том, что оно убило Лику.

– Да не мог Никита этого сделать! Говорю вам, он добрый!

– Взбесился да и убил!

– А чего ему было беситься? – удивилась Вера. – Никита же совсем бедный. Он понимал, что Лика на него не польстится. Живет парень вдвоем с мамой в крохотной двушке. Он еще учится, а Лике для счастья нужны деньги. Ну вот она такая, не может без денег. И их ей нужно много, очень много. А Никиту Лика давно обработала. Как только познакомилась с Костиком, сразу же объяснила Никите, как они дальше жить будут.

– То есть?

– Ну, Никита, он ведь еще молоденький, ему легко лапшу на уши навешать. Он был влюблен в Лику. А Лика вертела им как хотела. Она Никите и сказала, что продолжает встречаться с ним, но замуж выйдет за Костика.

– И он не возражал?

– Пытался сначала, но Лика умеет уговаривать людей. К тому же Никита мягкий, внушаемый мальчик. Его легко убедить, если действовать лаской. Лика все время ему твердила, что выйдет замуж за Костика только ради денег. Что у нее уже есть план, как развестись с ним и унести в зубах хорошую добычу. И что потом они будут с Никитой очень и очень счастливы, потому как у них будет много денег.

– И Никита согласился?

Подруги недоумевали. Но Вера не видела в ситуации ничего из ряда вон выходящего. Она потрясла головой и сказала:

– А у него просто не было выбора. Либо подождать Лику с деньгами примерно полгодика, от силы год, либо проваливать ко всем чертям.

– Значит, Лика предпочла бы Никите и его чувствам деньги Костика?

– Так это же ненадолго! Всего на несколько месяцев. А потом Никита купался бы до скончания века вместе с Ликой в роскоши. Разве ради этого не стоило немного потерпеть?

Как сказать, лично подруги ни за что не согласились, чтобы жених сначала пожил с какой-нибудь богатенькой миллионершей, а потом развелся бы с ней, обобрал женщину, и дальше они уже вместе весело прогуливали бы ее денежки.

Как ни крути, это было подло, отвратительно и унизительно для всех троих. Да и быть замужем за таким человеком все равно что сидеть на мине. Семейной жизни того и гляди придет конец, когда деньги закончатся или замаячит кто-нибудь более богатый.

– Но Никита же согласился, сколько можно вам это повторять, он был в курсе Ликиного плана и готов подыграть ей!

– Это значит, он продолжал встречаться с Ликой тайком, пока она обхаживала Костика?

– Ну да.

– А Костик, не будь дурак, рогатым быть не захотел. Прежде чем сделать серьезный шаг, решил разузнать, что за птица эта Лика. И нанял детектива, который следил за Ликой, и узнал, что она изменяет Костику с Никитой. Вряд ли бы он после этого на ней женился.

– Нипочем бы не женился!

– Ну так тем более! – воскликнула Вера. – Зачем Никите было убивать Лику, если Костик самоустранился?

– Но ведь Никита мог этого и не знать. Костик не успел объявить Лике о том, что они расстаются. Вспомните, еще по приезде на «Красное озеро» она была уверена, что Костик на ней женится!

– И что, вы хотите сказать, Никита убил Лику из ревности? Не смог вынести, что любимая женщина будет с другим мужчиной, вот и убил ее?

– Да. Именно так.

– Ну, не знаю, – с сомнением протянула Вера. – У Лики всегда было много мужчин. И Никиту она до конца в свою жизнь не пускала. Она вообще никого близко не подпускала. Вот я, хоть и числилась ближайшей подругой и знала Лику с самого детства, не могла точно сказать, какая она и чем занимается в тот или иной момент.

И все же Вера явно знала о Лике больше, чем кто-либо другой. Возможно, сама она и не осознавала, какой ценной информацией владеет, но ведь знала же она и Никиту, и то, каким он был.

Поэтому подруги робко попросили у Веры:

– Нам бы поговорить с самим Никитой.

– Он и вам скажет то же самое, что твердит следователю. Он был дома, Лику не убивал и убивать не собирался.

– А ты откуда знаешь?

– Спросила у следователя. Он мне и сказал.

– А нам чего не рассказала?

– Вы не спрашивали, я и не рассказала, – равнодушно пожала плечами Вера и, распахнув свои глуповатые глаза, удивленно спросила: – А разве это важно?

Нет, все-таки с Верой было чертовски сложно общаться. То она казалась адекватной, а то вновь превращалась в круглую дуру. Или она просто притворялась? Но в какой именно момент?

– Вера, ну конечно, это важно! Что еще сказал Никита?

– Что он невиновен. Что он Лику не убивал, наоборот, они очень хорошо поговорили. Даже секс у них там на «Красном озере» был. И после этого Лика в очередной раз поклялась Никите, что Костика она не любит. И что, когда она выудит у Костика ту сумму, на которую рассчитывает, она с ним тут же разведется и выйдет замуж за него, за Никиту.

– И что дальше?

– А дальше Никита отправился в город, а Лика… а Лику… а Лику кто-то убил!

Вера непоколебимо верила в то, что убивал не Никита. Но кто же тогда? Ответ напрашивался сам собой: убил Костик. Вернее, кто-то это сделал по его приказу.

– Оскорбленное самолюбие, помноженное на измену, вот Костик и взбесился.

– Но сам он не убивал. У Костика алиби.

– Он не дурак и умеет держать себя в руках. Конечно, он кого-то нанял или… или вошел в сговор с кем-то из Ликиных врагов!

– Это вы про кого?

– Послушай, мы нашли в доме у Лики очень странные фотографии. Что ты можешь сказать по этому поводу?

Наконец-то подруги смогли приступить к обсуждению того вопроса, ради которого они и приехали к Вере домой. Вера взяла фотографии, которые подруги нашли в доме Лики. Кира с Лесей при этом жадно следили за выражением ее лица, и оно казалось им весьма перспективным для будущего расследования.

Глава 12

Вера рассматривала фотографии очень долго. Она качала головой, чему-то улыбалась. Подруги ей не мешали. Они хотели, чтобы немногочисленные мысли, которым удавалось просочиться в голову Веры, хорошенько бы там оформились. Иначе Вера ничего не смогла бы им сказать.

– Ну что? – наконец решилась Леся. – Ты знаешь, кто эти мужчины? И что они значили для Лики?

Вера начала говорить, но первая же ее фраза смертельно разочаровала подруг.

– Это Борис, – ткнула она пальцем в уже знакомую подругам персону.

– Его мы и сами узнали! – не сдержавшись, воскликнула Леся. – Что по поводу других мужчин?

– Еще я тут узнаю Алика, – невозмутимо ткнула пальцем Вера в невысокого плотного крепыша.

Это было уже лучше! Но кто этот Алик?

– Кто он, я не знаю. В смысле, чем он занимается, не знаю. Но у Лики была с ним любовная интрижка.

– И что?

– Он потом долго Лику преследовал.

– Преследовал? Своей любовью?

– Ну… Наверное.

Вера выглядела какой-то неуверенной. Да и голос звучал неубедительно. Подруги мигом насторожились:

– Что за Алик? Что у него было с Ликой? Рассказывай подробнее!

– Девчонки, да откуда мне знать? – отбивалась от них Вера. – Лика не больно-то меня в свои дела посвящала. Она предпочитала гулять, как говорила ее мама, сама по себе. – Ну а этот Алик за Ликой гонялся долго. Мне кажется, она даже свою квартиру продала и в ваш «Чудный уголок» жить перебралась из-за него. Все потому, что достал он ее своими угрозами. Ой!

И снова Вера проболталась.

– Угрозами? Этот Алик угрожал Лике?

– Но это было давно!

– Когда давно?

– Я точно не помню.

– Но хотя бы до или после свадьбы Лики с Борисом?

– После! Даже после ее развода с ним!

На этот раз Вера ответила уверенно. И подруги ей поверили. А Вера, собравшись с мыслями, принялась объяснять дальше.

– Алика я видела всего пару раз. Да и то я его видела, а он меня – нет.

– Это как же получалось?

– Мы с Ликой к ней в гости приехали, а у дома Алик ходит. Лика его увидела и передумала к себе идти. И во второй раз тоже… Тогда Лика опять к себе домой не пошла, а ко мне ночевать уехала. А вскоре квартиру продала, коттедж купила и в «Чудный уголок» перебралась. Там, говорит, охрана надежная. Всяких Аликов-Шмаликов не пропустит.

И посмотрев на подруг, Вера твердо закончила:

– А кто он, этот Алик, и что ему от Лики было нужно, я не знаю. И кто другие мужчины на фотографиях вместе с ней, я тоже не знаю. Никогда их с Ликой не видела.

– И она про них тебе не рассказывала?

– У Лики было много мужчин, но я знала лишь самых близких ей. Все остальные могли быть случайными любовниками.

– Мужиков тут довольно много. Лика была так любвеобильна?

– Лика любила деньги. А у этих мужчин, судя по их сытым физиономиям, с деньгами полный порядок.

Итак, подруги услышали от Веры лишь то, о чем уже и сами догадались. Она лишь подтвердила их собственные мысли, не прибавив ничего нового.

– А суммы? Лика могла брать с этих мужчин деньги?

Вера отрицательно покачала головой.

– Деньги Лике давал только Борис.

– Ну да, когда Лика была за ним замужем.

– Нет, и потом тоже.

– Борис давал Лике деньги уже после развода?

– Ну да. Лика иногда говорила мне: пойдем в кафе, Борис подкинул мне деньжонок, я сегодня богатая.

– И часто такое случалось? – спросила Кира, не скрывая своего изумления.

Лично ей Борис показался еще тем скрягой. Заподозрить в нем теплые и светлые чувства в отношении бывшей жены она бы никак не могла. Но ведь Борис почему-то продолжал снабжать деньгами Лику. И деньгами, судя по всему, немалыми. Иначе прижимистая Лика нипочем не стала бы тратить их на Веру. Но если Борис сразу отваливал Лике большую сумму, чуть-чуть она могла потратить и на «бедных», то есть на Веру, перед которой ей нравилось изображать крутую, успешную и удачливую во всем бизнес-леди.

– Потом мы шли с Ликой в кино или просто гуляли по городу. Покупали вино и пили прямо из пакетов.

Развлечение недорогое, но Вере, которая вообще не была избалована жизнью, и оно казалось приятным. Вечно без денег, перебивающаяся от получки до получки, Вера была рада любой возможности потусоваться на халяву за счет подруги.

– Значит, все-таки Борис, – пробормотала Кира, понимая, что неприятного визита им с Лесей все же не избежать. – Надо ему звонить, договариваться о встрече.

– А ты не хочешь сначала позвонить следователю?

– Успеется! – отмахнулась Кира. – Сначала позвоню Борису.

Свой личный телефонный номер Борис сам опрометчиво черкнул на визитке, которую дал подругам. И вот теперь пришло время воспользоваться им.

– Снова вы? – не скрывая своего неудовольствия, спросил Борис. – Честно говоря, я надеялся, что никогда больше не услышу вас.

– Ситуация такова, что есть основания предполагать, что вы причастны к убийству Лики.

– Что? – неприятно поразился Борис. – Я развелся с Ликой и не имел с ней никаких дел!

– Но это неправда. Мы знаем, что вы систематически давали ей крупные суммы денег. И даже можем назвать даты, когда вы производили данные выплаты.

По наитию Кира выпалила несколько дат с последних фотомонтажей в альбоме Лики. Суммы Кира тоже озвучила. Она также назвала имена, фамилии и должности людей с фотографий Лики, которые запомнила из объяснений Таракана. И сразу же поняла по возникшему тяжелому молчанию на другом конце провода, что ее случайный удар угодил прямехонько в цель.

– Откуда у вас эта информация? – изменившимся голосом произнес Борис. – Лика не могла никому рассказать.

– Она и не рассказала, она доверилась своему дневнику. А мы его нашли.

О том, какого рода был этот импровизированный дневник, Кира сознательно умолчала.

– И что она в нем написала? Про меня конкретно?

– Много всякого, что наверняка заинтересует следователя.

Молчание стало еще тягостнее. Чувствовалось, что в душе у Бориса идет нелегкая борьба.

– Сколько вы хотите за свое молчание? – произнес он наконец. – Учтите, платить, как я платил Лике, я не собираюсь. Она выполняла для меня работу, которую вам я поручать не стану.

– Вы нас неправильно поняли! Нам не нужны ваши деньги.

– А чего же вы тогда хотите?

– В обмен на молчание мы хотим получить информацию.

– О чем? Кто убил Лику? Я этого не знаю!

– И к вам никто не обращался с предложением отправить ее к праотцам?

– Ко мне? О боже! Нет конечно! Что за дикая идея? Кто мог ко мне явиться с таким предложением?

– Например, Костик.

– Костик… Этот… даже не знаю, как его лучше назвать… Эта новая жертва моей Лики? И вы полагаете, что он хотел ее убить?

– А у вас нет таких предположений?

– Нет, я не думаю, что все зашло так далеко. Лике не удалось окрутить этого парня, он в любой момент мог скинуть ее с возу без всяких лишних проблем.

– Как это?

– Просто перестал бы с ней общаться, вот и весь сказ.

– А как же оскорбленное самолюбие?

– Зачем вешать себе на шею лишний криминал? Это никому не нужно, уверяю вас!

И чем больше Борис заступался за Костика, выгораживая его, тем больше подруги подозревали этих двоих в сговоре. Один ненавидел Лику за то, что она наставила ему рога, посмела обмануть и пыталась использовать в своих целях. А второй… второй тоже чем-то был связан с Ликой, но эта связь была далеко не любовной.

Итак, теперь они подозревали, что Борис и Костик сговорились за спиной Лики, чтобы избавиться от нее. А с другой стороны, общение с себе подобными хорошо при коллективной психотерапии, но при подготовке убийства… Это такая деликатная тема, которой ни один разумный человек не станет делиться с окружающими.

Как говорится, что знают двое, то знает весь мир. Или узнает рано или поздно.

– Ладно, предположим, вы не убивали свою бывшую жену. И Костик вам тоже ничего такого не предлагал.

– Верно.

– Но какие отношения вас связывали с Ликой?

– Никакие, – быстро ответил Борис.

Увы, он заметно нервничал и поэтому плохо себя контролировал. Вот и эта фраза вырвалась у него слишком быстро, чтобы быть правдой.

– Значит, мужчины из дневника Лики не имеют к вам ровным счетом никакого отношения? – продолжала давить на него Кира.

– Да что это за дневник, черт вас дери? Можете вы мне прочесть из него хотя бы несколько строчек?

– Мы можем сделать даже лучше. Мы покажем его вам. И заметьте, не возьмем за это ни копейки.

Борис не был бы успешным предпринимателем, если бы не ухватился за такое предложение. Получить что-то, ничего не заплатив, это ли не мечта всякого бизнесмена! Борис тут же назначил девушкам время и место встречи. У них едва хватило времени, чтобы сделать копии всех картинок из альбома Лики.

Копии девушки планировали показать, хотя и не были уверены в успехе предприятия. Вполне могло случиться так, что, взглянув на фотографии, Борис бы просто небрежно воскликнул:

– И это все, что у вас есть? Ну и ну, какая ерунда!

После этого он мог повернуться к подругам спиной, и только бы они его и видели.

К счастью, Борис повел себя совершенно иначе. Едва взглянув на ксерокопии, в которых вообще ни одна душа не заподозрила бы монтажа, Борис изменился в лице и злобно воскликнул:

– Вот мерзкая сучка! Так я и знал, что когда-нибудь она мне подгадит!

– Это вы про Лику?

– Про нее… Дрянь… Фоткаться она на память, видите ли, решила! А я еще денег хотел дать на ее похороны. Ни гроша от меня больше не увидит, раз не умеет хранить чужие тайны!

Но постепенно Борис немного успокоился, лиловая краска ушла с лица предпринимателя, и он вопросительно взглянул на подруг.

– Значит, вы нашли эти фотографии в доме у Лики? Так?

– Да.

– Но вы не знаете, что они означают?

– Нет.

– Но вы бы очень хотели это узнать?

– Да.

– И если я вам не расскажу, то вы, чего доброго, пожалуй, отправитесь к следователю и начнете терзать своими вопросами уже его, бедолагу?

– Да.

Последний ответ прозвучал не так уверенно, как первые три. Но Борис этого не заметил, он был слишком поглощен своими собственными переживаниями, чтобы следить еще за чьими-то.

– Я думаю, пожалуй, этого не надо. Лучше я вам расскажу правду, чем вы со следователем себе невесть что вообразите. Да еще людей, не ровен час, дергать начнете. К чему их тревожить? Люди все важные, респектабельные, им не нужно в таких вот историях светиться. Какой-то отморозок Лику пришил, а тень на них упадет.

Ох, не за них ты переживаешь, дорогой Борюсик! На воре и шапка горит. За себя ты волнуешься, за себя трепещешь. Видать, лихие делишки ты со своей бывшей женушкой прокручивал, коли теперь опасаешься, что господа – хорошие твои знакомые – про них проведают.

Но какие бы мотивы ни побуждали Бориса к откровенности, заговорил он весьма охотно.

Встреча подруг с бывшим мужем Лики происходила в кафе, которое принадлежало Борису, который любил поесть, но не любил сильно тратиться. Нет, при случае он мог, не моргнув глазом, оставить в ресторане и десять, и двадцать, и тридцать тысяч, но это когда требовалось поработать на публику.

В одиночестве же он предпочитал есть там, где ему это ничего не стоило. Совмещать, так сказать, приятное с еще более приятным.

Поэтому Борюсик уже давно открыл это кафе, где и питался всегда исключительно самым свежим и вкусным, и к тому же имел ряд привилегий. Вот и теперь рядом с хозяйским столом никого из посетителей не сажали. В распоряжении Борюсика и трех девушек оказался целый угол, где их никто не мог потревожить, кроме официанта, который, принеся заказ хозяина, бесследно испарился до особых распоряжений.

– Если вы были хорошо знакомы с Ликой, то знали, какой она была ловкой штучкой. Проныра! Умела так втереться к человеку в доверие, что он искренне верил в ее любовь. А если уж не любовь, то самые теплые чувства точно предполагались.

Но на деле Лика была совсем не такая. Единственное, что ее интересовало в этой жизни, были деньги. Именно в них Лика видела истинных своих друзей. А те богатые и успешные господа, перед которыми она мела хвостом, были всего лишь ступенькой к достижению Ликой заветной цели – собственного богатства и независимости.

– Ей всегда было мало денег. Ко всему остальному она была довольно равнодушна, но чем больше денег оказывалось у Лики, тем больше ей хотелось еще.

В таком заколдованном круге долго вращаться одной невозможно. Нужны свежие лица, свежая кровь.

– Когда я разобрался, какое сокровище взял себе в жены, я был поражен. Я думал, что в обманщиках всех мастей и колеров я разбираюсь, как священник в молитвах. Но оказалось, что нашлась весьма миленькая ловкачка, сумевшая обвести вокруг пальца и меня.

Поняв, что ни о какой любви со стороны молодой жены речи идти не может (в семейной жизни Борюсик не увидел со стороны Лики даже элементарного уважения), он запаниковал.

– Я честно говорю вам, хотел развестись с этой сукой. Но она буквально опутала меня своими сетями. Куда ни подайся, всюду у нее были друзья, которые меня отговаривали от развода, а некоторые так и вовсе прямо мне сказали, что не понимают меня и я сильно упаду в их глазах, если оставлю такую прелестную молодую жену.

Борис затосковал, начал мало бывать дома, и… он перестал давать жене деньги.

– Сначала Лика пыталась воздействовать на меня лаской и нежностью, но я уже ей не верил. Потом в ход пошли упреки, а затем и угрозы.

Когда дело дошло до угроз, Борис впервые в жизни вспылил и накричал на супругу:

– Взял тебя из грязи, одел, обул, с лучшими людьми города познакомил, и где благодарность?

Но Лику смутить было трудно:

– А мне какая польза от всего этого? Все деньги и имущество по-прежнему принадлежат тебе. У меня денег как не было, так и нет!

– Откуда бы им у тебя взяться? Ты же не работаешь, ничего не желаешь делать. Ты никчемная бездельница, которая только и умеет, что улыбаться направо и налево да строить глазки всем кобелям на своем пути!

Но и тут Лика не смутилась. Она очаровательно улыбнулась и без всякой злости спросила у мужа:

– Но ведь это я умею делать просто великолепно, ты не находишь, что можно воспользоваться этим моим талантом? Я слышала, у тебя возникли трудности с одним проектом? Хочешь, я тебе помогу. Если я уговорю господина Щавелева согласиться на твое предложение, ты заплатишь мне?..

Сумма, которую назвала Лика, вначале показалась прижимистому Борюсику неподъемной. Но потом он прикинул все плюсы и минусы и понял, что ровным счетом ничего не теряет. Если Лике удастся сделать то, что она пообещала, Борюсик и его фирма отхватят огромный куш. Сделка, к которой он уже почти год склонял своего конкурента, была однозначно невыгодна последнему.

– Никогда тебе не уговорить Щавеля принять мои условия. Никогда!

– А вот это мы еще посмотрим!

Лика очаровательно улыбнулась и послала мужу воздушный поцелуй. После этого супруги разошлись по углам огромной квартиры и не виделись около недели. По истечении семи дней Борису неожиданно позвонил господин Щавелев и сухим официальным тоном сказал, что готов подписать все бумаги.

Сомневаясь, что это происходит наяву, Борис помчался в офис, где его уже ждал Щавелев со своим нотариусом и помощниками. Договор был подписан. И пока Борис, не веря своим глазам, рассматривал заверенную подпись, которая делала его богаче на несколько сотен тысяч долларов, господин Щавелев начал прощаться:

– Никогда бы не подумал, что такая прелестная женщина окажется такой змеей, – вот и все, что он сказал своему бывшему конкуренту.

По договору Щавелев уступал свои позиции на рынке в пользу фирмы Бориса.

Ломая голову над последними словами бывшего конкурента, Борис позвонил Лике.

– Уже? – лениво переспросила она. – Пупсик такой оперативный. А ты помнишь про мое вознаграждение?

– А при чем тут ты? – попытался увильнуть от расплаты Борис.

Но Лика мигом пресекла это.

– У тебя есть и другие проблемы, я это точно знаю, – сухо произнесла она. – Хочешь, чтобы они переросли в катастрофу, или желаешь, чтобы они исчезли, принеся тебе немалую выгоду?

– Выбираю второй вариант.

– Тогда заплати мне, как мы договаривались. Да, и не забудь премиальные за скорость. Честно говоря, не ожидала, что этот Щавелев окажется такой легкой добычей.

Борису так и не удалось узнать, что за методы использовала его жена, а вскоре уже бывшая жена, в борьбе с его конкурентами. Он знал лишь одно: стоит пожаловаться Лике, как проблема решится сама собой в течение месяца, реже двух или трех.

– Вот так мы и жили. Развод я Лике дал. Выплатил приличные отступные. Но наше сотрудничество с ней продолжалось и после развода.

– И вы не знали, как Лика проворачивает свои дела?

– Догадывался, разумеется. Все ее потенциальные жертвы были женаты. И не абы как, а прочно, долго и счастливо. То есть на жен было оформлено немало всякого имущества. И развод или даже ссора были бы для них грандиозной катастрофой.

– Значит, Лика спала с этими мужчинами, а потом грозилась, что сообщит их женам?

– И не просто грозилась. По крайней мере, один раз она свою угрозу осуществила.

Кажется, теперь подруги понимали, с какой целью караулил Лику возле ее дома Алик с фотографии. Вера по простоте душевной полагала, что у Лики был роман с мужчиной, которого она бросила и он никак не мог смириться с отставкой. Но дело тут было совсем в другом. Наверное, Лика выдала Алика его жене. Произошел скандал, а возможно, и развод. И конечно, он жаждал пообщаться с вероломной Ликой, чтобы высказать ей все, что у него накопилось на душе.

Но мог ли Алик убить девушку? Все-таки история с ним произошла уже довольно давно, еще до переезда Лики в «Чудный уголок».

А Борис между тем продолжал:

– Лике всегда было мало денег, она постоянно находилась в их поиске. Искала и добывала! Не понимаю, как ей все удавалось. В этой женщине был скрыт огромный актерский потенциал. Если бы она пошла на сцену, ей аплодировал бы весь мир! Ошибка Лики заключалась в том, что она пыталась преуспеть в том деле, которое ей самой было совсем не по вкусу.

И хотя фирма, которой откупился Борюсик от своей жены, процветала, Лика все равно была недовольна. Она была средним предпринимателем, следовательно, и доход тоже был средним. А Лике хотелось много денег, очень и очень много.

– Я бы не удивился, если бы однажды она меня просто кинула, перейдя на сторону более могущественного покровителя. Но, видимо, при всем Ликином обаянии такого человека она так и не нашла.

И не найдет уже никогда. Лика была мертва. И все ее делишки, которые она прокручивала то ли с ведома Бориса, то ли по его приказу, окажутся в могиле вместе с ней. Печально, но ничего не поделаешь. Мертвые говорить не умеют. И если бы не альбом, найденный в гардеробной Лики, то про эту «деятельность» подруги вообще никогда бы и ничего не узнали.

– Выходит, если Лика обманывала ваших конкурентов, втиралась к ним в доверие, выведывала и вынюхивала их тайны, то кто-то из этих людей запросто мог бы ее убить.

– Нет! – твердо произнес Борис. – Это все сплошь уважаемые и влиятельные люди, они не стали бы рисковать положением, которого достигли, из-за какой-то Лики и нескольких тысяч евро, потерянных ими.

– Несколько тысяч евро – это был гонорар Лики, – сухо произнесла Кира. – Ваш куш был несоизмеримо больше. Ваши конкуренты, которые имели несчастье довериться Лике, теряли огромные суммы!

– Но совсем без штанов никто из них не остался. Сами виноваты, в бизнесе никому нельзя доверять. Лоханулись, доверились – нечего теперь на зеркало пенять, коль рожа крива!

Борис, кажется, совсем не опасался мести своих конкурентов. В российском бизнесе по-прежнему властвуют законы, имеющие очень мало общего с цивилизованным ведением дел. Предприниматель из Европы, оказавшись в нашей стране, сначала приходит в ужас, а потом либо удирает, либо принимается играть в игру под названием «бизнес уже по нашим, российским правилам». И случается, даже преуспевает и выигрывает. Ведь часто бывает, что ученик оказывается талантливее своего учителя.

– А я тут вообще ни при чем. Это Лика аферы проворачивала, я не при делах. Никто из этих мужиков не сможет связать меня с тем, чем занималась моя бывшая, заметьте, бывшая жена!

– А теперь еще и мертвая! – подхватила Кира. – И, тоже заметьте, очень кстати скончавшаяся.

– На что вы намекаете? Хотите сказать, что это я укокошил Лику? Так у меня алиби!

– Ваше алиби безупречно, в этом никто не сомневается. Точно так же, как и алиби Костика. Таким же безупречным было алиби и у Гены, но теперь он мертв. Не хотите об этом подумать?

– Что-то я вас, дорогие мои девушки, совсем не понимаю, – нахмурился Борис. – Вы что, полагаете, что мы втроем сговорились убить Лику?

– У каждого из вас был повод, чтобы желать ей смерти.

– Поэтому, я так понимаю, чтобы лишний раз не тратиться, мы наняли одного киллера на троих?

– Если вы действительно так поступили, то советую вам призадуматься. Гена уже мертв. Его явно убил тот же человек, который прикончил Лику. Возможно, следующим будет кто-то из вас? Возможно, даже вы, Борис? Ведь хронологически вы являетесь следующим после Гены.

Но Борис если и испугался, то виду не подал. Выглядел он слегка озабоченным, но и только:

– Хм, Генка мертв? Это несколько осложняет дело, но я все равно говорю вам: к убийству Лики я не имел никакого отношения. Она была полезна мне. Эта ее ловкость и жажда заработать как можно больше денег… Они толкали Лику на такие подвиги, о которых обычным людям даже и мечтать не приходится. С чего бы мне ее убивать?

– Не прикидывайтесь дурачком, вы далеко не такой! Лику вы могли убить, чтобы заставить ее молчать. Как знать, может, любовь к деньгам толкнула Лику на путь предательства? Поработав на вас, она убедилась, что много с вас не получишь, и переметнулась в стан ваших врагов?

– К кому это? К тем ребятам, которых мы с ней немножко потрясли?

– А что? Это невозможно? При ловкости Лики она вполне могла повернуть дело так, словно она бедная и несчастная жертва, которую вынудил на нехороший поступок злой и жестокий дядя – вы, Борис!

Казалось, Бориса забавлял этот разговор.

– М-да, – почесал он свой подбородок с редкими точечками свежей щетинки. – Лика была еще та артистка. Как она к Костику подъехала! А ведь я его предупреждал, да только он мне не поверил, вот как Лика его успела обработать за какие-то несколько дней!

Борис произнес эту фразу и тут же прикусил язык. Он явно сболтнул больше, чем рассчитывал.

– Значит, Лику с Костиком познакомили тоже вы?

– Ну и что с того? Она отказалась работать на меня в его случае. Сказала, что Костик нужен ей самой. Дескать, фактически холостяк и богатый, такие женихи на дороге не валяются. Все прежние ее жертвы были женаты. А тут я прокололся! Забыл, как Личке нравится статус замужней дамы. Если уж она за голопузого артиста замуж подалась, так тут и подавно!

Надо сказать, что брак Лики с Геной принес ей куда больше пользы, чем можно было ожидать от такого никчемного выпивохи! Пьяный или трезвый, если Генка еще мог держаться на ногах, равных ему по сценическому мастерству было мало. Он так вживался в роль, что зрители рыдали. Они верили каждому его слову, потому что в них звучали настоящие чувства: боль, досада, радость или восторг. Генка был очень искренним в своей игре, и Лика научилась этому искусству у первого мужа.

Разница между ними заключалась в том, что Генка лицедействовал пусть и за деньги, но на сцене, никого при этом не обманывая. А Лика, овладев актерским мастерством, пустила свой талант на злое дело. Хотя сама-то она его наверняка злым не считала. Просто использовала с выгодой то, чем наградила ее природа. Гибким умом, подвижным языком и умением заставлять других поверить в чувства, которые на самом деле Лика не переживала.

Глава 13

Слова Бориса заставили подруг несколько иначе взглянуть на ситуацию.

– Значит, Костик знал, что Лика далеко не так честна с ним, как ему бы хотелось? Вы его предупредили? Зачем?

Впрочем, можно было и не задавать этого вопроса. Все было понятно и так. Познакомившись с Костиком и положив на него глаз, Лика отказалась сотрудничать с Борисом. Ему это не понравилось, и он постарался испортить игру своей бывшей женушки. Вот только ничего у него не получилось. Костик хоть и узнал, что Лика не честна с ним, продолжал встречаться с девушкой и даже давал ей надежду на нечто большее.

– Костик далеко не дурак, но Лике и его почти удалось объездить, – бубнил между тем Борис. – Еще немного, и он бы на ней женился. Понять не могу, в чем Лика прокололась. Или ее действительно убил какой-то маньяк?

Борис не знал, в чем заключался прокол Лики, а подруги догадывались. Лике не нужно было разбрасываться на два лагеря. Ей следовало сосредоточиться только на романе с Костиком. А она дала волю чувствам и продолжила встречаться с Никитой.

И без того недоверчивый Костик после слов Бориса установил за Ликой слежку. И выяснил, что помимо него девушка встречается и еще с одним мужчиной, с молодым и симпатичным парнем, да еще у себя дома проводит с ним жаркие ночи. Костик не мог не почувствовать ревности и злости к ней, которой почти удалось его обмануть, и к нему, который активно помогал ей в этом.

И что в результате? Одна мертва, а второй находится в тюрьме, к вящему, надо полагать, удовольствию Костика.

– Боже мой! – прошептала Леся. – Так это все сделал Костик! Терпел, терпел, а потом все-таки не вытерпел и убил Лику.

– Ну да! И я тоже так считаю!

Борис не скрывал своего облегчения.

– А к делам Лики я отношения почти никакого не имел. Рассказывал ей о своих проблемах, она со мной делилась кое-какими своими наметками. По мере сил я старался исправлять то, что творила эта женщина, предупреждал тех, кого мог. А остальным, с кем Лика напрямую имела дела, я помочь не мог.

Ишь как все повернул!

А Борис еще тот хитрец и плут! Впрочем, в бизнесе и политике иначе и нельзя. Но Борис все же хорош! Подставляя Лику, он одновременно загребал жар ее руками и выставлял себя хорошим. Все колотушки должны были в случае провала достаться одной Лике.

Но в данном случае подруг интересовал совсем другой аспект. И Кира задумчиво сказала:

– Значит, Лику мог убить кто-то из ее любовников либо Костик.

– Да, да! – почти весело откликнулся Борис. – Вы правильно понимаете, девочки. Я к ее убийству не имею никакого отношения!

Пожалуй, что так. Борис достаточно подстраховался от разоблачения, еще только затевая свои аферы, где Лика выступала связующим звеном между ним самим и теми людьми, которых он рассчитывал разорить или порядком пощипать. Но убийство – это всегда лишнее внимание. А привлекать внимание к своей персоне было Борису не нужно и даже опасно.

– Вот Костик – дело другое. В нем бушевали не самые приятные чувства: оскорбленное мужское самолюбие, ревность и обида на ту, которой он доверился и почти назвал своей женой. Представляешь, каково ему было, когда он узнал, что Лика не только собиралась стучать на него Борису, но еще и вовсю изменяла ему с другим мужчиной – молодым, красивым и сексуально привлекательным.

Лично самого Костика назвать сексуально привлекательным было трудно.

– Значит, это он и убил!

– А Генку?

– И его тоже!

– Но он был все время рядом с нами. И на «Красном озере», и вчера. Когда убивали Генку, мы были в гостях у Костика.

– Да, верно. Но он мог кого-то нанять для этой цели. Уверена, он именно так и поступил. Нам надо найти этого человека и доказать, что заказчик – Костик!

Что же, визит к Борису оказался не таким уж пустым делом. Теперь сыщицы могли сосредоточиться на одном-единственном подозреваемом. Костик! К нему вели все ниточки. Именно у него было больше всего оснований желать смерти или другого жестокого наказания Лике.

Да, кто-то скажет, что Костик был осведомлен о двойной жизни Лики и раньше. Тогда и следовало ее прикончить. Но, вероятно, Костик решил дать симпатичной девушке шанс. Однако ее крепнущая связь с Никитой стала последней каплей.

– И даже способ, которым ее убили, говорит о жестокой мести. Костик наверняка хотел, чтобы его бывшая невеста подольше помучилась перед концом. Небось и киллеру приказал, чтобы тот объяснил своей жертве, из-за чего она умирает.

– Это уже домыслы! Нам же нужны факты.

– А как эти факты раздобыть?

– Надо вычислить связь между Костиком и наемным убийцей.

– Как же? Они давно уже разбежались в разные стороны. Заказ отработан, деньги получены, зачем им еще общаться друг с другом?

Эта фраза вырвалась у Веры. И подруги не смогли найти достойного ответа. Но та же Вера внезапно заявила:

– Если вы хотите проследить за Костей, то я с вами!

– Правда?

– Лика была моей лучшей подругой. Может, она и не всегда была со мной добра или откровенна, но другой у меня нет и не было. Я должна сделать все от меня зависящее, чтобы поймать ее убийцу.

Фраза была необычайно прочувствованной и умной для Веры и показывала, как глубоко переживала она смерть своей подруги. Видимо, эту фразу она репетировала в уме не один час, а может, и не один день. Но как бы там ни было, три девушки решили, что будут действовать заодно. И тут же, не откладывая дела в долгий ящик, впряглись в слежку за Костиком.

Главной над операцией была при молчаливом согласии двух девушек признана Кира. К ней они обратились за указаниями:

– Как нам действовать дальше? Просто следить и все?

– Нет, не все. Следить будем по очереди, но с утра и до ночи. Ни на шаг от Костика не отойдем, пока не вычислим, с кем он общается и что у этого гада на уме!

По жребию первой дежурить досталось Вере.

– Так я и знала, – жалобно произнесла она, словно первое дежурство чем-то отличалось от второго или десятого. – И что мне делать?

– Ничего особенного. Будешь наблюдать за тем, куда поедет Костик, с кем он будет встречаться и о чем станет разговаривать.

– Ага… Он на машине, а я?

Да, водить Вера не умела. И машины у нее не было.

– Тогда дежурить будем мы с Лесей.

– А я?..

– А ты…

Кира замялась, не зная, какое дело поручить недотепе Вере. Неожиданно ей на память пришла одна вещь, которая ее в свое время заинтересовала.

– Слушай, давно хотела тебя спросить, а кто такой Задулило?

– Что? – отшатнулась от нее Вера, причем вид у нее был такой, словно ее больно укусил безобидный мотылек. – Кто? Кто тебе сказал?

– Ну да, – пожала плечами Кира, – Задулило, если не ошибаюсь, Дмитрий Степанович, кто он такой?

На сей раз реакция была еще более бурной. Вера почти отбежала от Киры с Лесей. Лицо ее полыхало от гнева, а в глазах сверкали злые слезы.

– Ах вот вы какие! – закричала Вера, потрясая кулаками в воздухе. – Прикинулись моими подругами, а сами… Задулило он… А вы тоже… Вместе с ним! Вместе с Ликой!

Не в силах говорить дальше, Вера просто повернулась и побежала прочь от подруг. А Кира с Лесей так и остались стоять, ошеломленно глядя ей вслед.

– Ни фига себе… – произнесла наконец Кира. – Вот уж не ожидала от Веры такой реакции.

– Ты ее расстроила.

– Да уж вижу. Но не понимаю, чем именно?

– А чего ты вообще полезла к ней с этим Задулило?

– Сама не знаю. Как-то вырвалось.

– Вырвалось! А Вера психанула! Ей этот Задулило словно нож в сердце. И тебе не стыдно?

– Если честно, то нет, – призналась Кира. – Вера повела себя странно. Тут есть над чем подумать.

– Да, странно.

– Похоже, этот Задулило имеет над ней и ее чувствами большую власть.

– Но имеет ли это отношение к нашему расследованию?

– Вряд ли… Хотя… В нашем положении нельзя пренебрегать ни одной зацепкой. Может, этот Задулило ни при чем, а может, и нет. В конце концов его имя упоминала Лика. Помнишь, когда мы ехали на «Красное озеро». И на Веру это имя еще тогда произвело сильное впечатление. Она задергалась. Не так сильно, как сейчас, но задергалась. Поэтому мне этот Задулило так запал в голову! Поэтому я сейчас у Веры про него спросила!

Подругами было решено слежку за Костиком не отменять. Кира, как наиболее мобильная, останется возле офиса Костика, где стояла его машина и он сам в настоящий момент находился. А Леся отправится сначала к матери Лики, Надежде Семеновне, а потом от нее к родственникам Веры или ее знакомым.

Главное заключалось в том, чтобы найти людей, которые были бы в курсе жизни Веры и могли объяснить Лесе, кто такой Задулило и какова его роль в жизни бедной Веры.

Надежда Семеновна встретила Лесю приветливо. К ней почему-то вообще все мамы испытывали расположение. Она была вся такая аккуратненькая, хорошо воспитанная. Она никогда не грубила, а если приходилось возражать, то это давалось ей с таким видимым трудом, и она так трогательно при этом краснела, что невольно внушала жалость и симпатию.

Вот и мама Лики не стала исключением из правил.

– Мне бы такую дочку, как ты! – вздохнула она, когда Леся появилась на пороге ее квартиры с предложением чем-то помочь в организации похорон Лики. – Заботливая, внимательная. Моя-то Лика все больше о себе беспокоилась. Да ты не волнуйся, ничего делать не надо. Борис уже оплатил все ритуальные услуги. Мне ничего и делать не пришлось.

– А поминки?

– Поминки будут в ресторане. Там все и без нас приготовят.

Лика была себялюбива, и ее мама не слишком любила напрягаться. Даже ради любимой и единственной дочери она не собиралась прикладывать усилия, раз это может сделать кто-то другой.

– Хочешь, я угощу тебя кофе? – предложила она Лесе дружелюбно.

Леся охотно согласилась, и обе женщины, молодая и пожилая, прошли на кухню, где на чистом обеденном столе лежал старомодный бархатный альбом с черно-белыми фотографиями.

– Я тут смотрю детские фотографии дочери, но тебе, наверное, это неинтересно?

– Очень даже интересно! С удовольствием посмотрю их вместе с вами!

Лесе на самом деле было интересно. К тому же это был шанс выяснить у Надежды Семеновны что-нибудь про Веру и ее семью, потому что обращаться за разъяснениями по поводу личности Задулило к самой Вере было бесполезно. Это Леся отлично понимала. Нужно было искать обходные пути.

– А кто это? А это кто? Какой симпатичный дедушка, это ваш папа?

Всякий раз, задавая свой вопрос, Леся надеялась, что Надежда Семеновна ей ответит что-нибудь вроде того, что нет, это не ее дедушка и даже не папа, а какой-нибудь родственник Веры. Ведь Лика с Верой дружили с самого детства. Должны же были обе семьи хоть немного «прорасти» друг в друга!

Но, кроме фотографии самой Веры, кстати говоря, очень удачной, ничего интересного не нашлось. Леся взяла снимок в руки и принялась внимательно рассматривать его. Вера на снимке сама на себя не была похожа, потому что легкая склонность к полноте еще не переросла у юной девушки в тучность Веры в зрелом возрасте.

– Хорошенькая какая, – сказала Леся.

– Кто? Ах, Верочка! Да, бедняжка потом сильно располнела.

– Замуж так и не вышла.

– Ну, знаешь, это не из-за полноты случилось.

– А почему?

– Вера всегда была какой-то слишком уж неуверенной в себе. Нет, скромность или застенчивость – это, конечно, хорошо. Но вот преуспеть в жизни, имея такие достоинства, очень тяжело. Сейчас успеха добиваются люди, привыкшие действовать быстро, нахрапом, наглые, я бы сказала. Вот Лика была именно такой. А Вера… Вера всегда смотрела ей в рот, держалась в ее тени. Хотя, если разобраться, достоинств у Веры было даже побольше, чем у моей Лики.

– Вера славная.

– Да, она мне всегда нравилась. Но в их паре, повторяю, заводилой всегда была Лика. Она тянула за собой Веру. А та даже не осмеливалась лишний раз что-нибудь спросить у подруги.

Леся и сама разобралась, что отношения между Ликой и Верой были весьма своеобразными. Ни о каком равном партнерстве между двумя девушками и речи ни шло. Лика была быстрой, подвижной и пронырливой. А Вера напоминала добродушного слона-великана, мысли у нее были правильными, но такими же неторопливыми, как и само это животное.

– С мальчиками у Веры тоже не ладилось. Трудно произвести впечатление на мужчину, когда рядом постоянно вертится живая и энергичная Лика, у которой в запасе множество планов и шикарных идей, как приятно и весело провести время. Вера еще только решится на понравившегося мальчика взглянуть, а Лика его уже в боулинг тащит. Или в кино на последний сеанс. Или еще куда.

– А Вера? Что же, она так и осталась без мужчины?

– Нет, какие-то ребята за ней ухаживали. А потом у нее был очень красивый роман с одним мужчиной… Она нас с ним даже знакомила, меня и Лику. Фамилия у него была такая смешная… Запупило… Нет, Налило… Нет, тоже не так.

– Может быть, Задулило?

– О! – обрадовалась Надежда Семеновна. – Точно угадала! Или тебе Вера тоже про него рассказывала?

– Очень мало. Но я так поняла, у них с этим Задулило ничего не сладилось?

– Он тогда был еще официально женат. Хотя с Верой они уже плотно встречались, и жил Задулило отдельно от жены, но развод только предстоял.

– И что же было потом? Почему у них с Верой ничего не получилось? Он не развелся?

– Развелся. Но… но там что-то странное произошло. Задулило этот развелся со своей прежней женой, но на Вере так и не женился. Выбрал другую пассию, которой и предложил руку и сердце.

– Какой подлец!

– Нет, отчего же. Мне кажется, какое-то недопонимание между ними случилось. Я прекрасно помню, как тепло этот Задулило смотрел на Веру. Совсем не было похоже, что он собирается ею воспользоваться, а потом бросить и жениться на другой. И планы они такие вместе строили. Нет, у них все было серьезно. Там жена затягивала с разводом, а Вера, конечно, нервничала.

– А Лика? Что говорила Лика на этот счет?

– О-о-о! Лика в той ситуации проявила себя с наилучшей стороны. Я даже удивилась. Обычно моя дочь была с Верой суховата, если не холодна. Но тут она была на себя непохожа. Каждый день звонила Вере, утешала ее, говорила, что все мужики – козлы, но если Вере так нужен именно Задулило, то она с ним поговорит.

– И как? Поговорила?

– Бесполезно. К Вере этот мужчина не вернулся. А спустя где-то год мы узнали, что он женился на другой.

– А… а откуда узнали?

– Вера встречалась с этим мужчиной почти два года. Конечно, за это время у них образовалось приличное количество общих знакомых. Вот кто-то из них и проинформировал Веру. Знаешь ведь, какими жестокими бывают люди. Надо бы и промолчать, а они все равно скажут! Лишь бы посмотреть, как другого человека корчить будет.

– А Веру… ее корчило?

– Уж так, что и врачей вызывать хотели. Так рыдала, бедняжка, что матери пришлось ее в больницу отправить. Диагноз – нервный срыв. Мать Веры моталась к ней каждый день, носила бульоны, котлетки, курочку, фрукты. Через месяц Вера из больницы вышла, но за этот месяц она набрала пятнадцать килограммов. И с тех пор только прибавляла, не худея ни на грамм.

– А этот Задулило… Где его найти?

– Понятия не имею. Полагаю, Вера должна знать.

Про этот вариант Леся и так догадывалась. Надежда Семеновна могла бы сообразить, что если Леся спрашивает у нее, то это потому, что не хочет обращаться напрямую к Вере.

– А вообще, Задулило этот мне нравился. Серьезный, обстоятельный. В газете работал… Не простым работником, пост какой-то занимал. Не такой уже молодой, не мальчик, но это даже лучше для семейной жизни. У молодых у всех ветер в голове.

– Но ведь он был женат.

– Так и это не порок! В моей юности существовала поговорка о том, кого любить, а кого нет. Рассказать?

– Расскажите.

– Ну, это обычно мой дядя говаривал, а он был балагур и шут гороховый. Вот он всегда говорил, не любите, девки, холостых, они ни на ком не женились и на вас не женятся. Не любите, говорил он, и вдовых. Эти одну жену заездили и вас замучают. А любите вы, девки, женатых. Они одну жену терпят и вас терпеть станут.

– Значит, то, что Задулило был женат, для вас не недостаток?

– Он развестись обещал, и развелся! И второй раз ведь потом женился, жаль только, что не на Вере. Да, очень странно, он с женой именно из-за Веры разводиться собирался. А как развелся, дорогу к Вере и забыл!

Да, странно. Хотя чего только в жизни не случается. Иной раз обманщик нацепит на себя маску порядочного человека, введет в заблуждение всех вокруг себя. Возможно, что с Верой и Задулило произошла такая же оказия? Он оказался негодяем, да только никто его вовремя не раскусил.

– И Вера совсем не объясняла вам, почему так произошло, что жених переметнулся к другой?

– Так Вера и сама постоянно об этом у Лики спрашивала. А что она могла ответить? Утешала. Планы какие-то строила, как Задулило этого к Вере вернуть. Да только, видать, ничего из этих планов не вышло. Задулило на другой женился, не на Вере.

– Странно, обычно планы Лики всегда осуществлялись успешно.

– И не говори! – откликнулась Надежда Семеновна. – Я удивлялась, как это у Лики в таком важном деле и вдруг промашка вышла?

Леся тоже задумалась. Действительно, история довольно загадочная. Вера, Задулило, одно имя которого теперь ввергает девушку в отчаяние и даже панику, и еще Лика. Та самая Лика, про которую подруги всего за несколько дней своего расследования узнали столько всего нелицеприятного.

Нет, не верилось Лесе, что Лика стала бы суетиться исключительно из желания сосватать свою подругу за Задулило, помирить их. Что-то тут было другое. И интерес Лики к этой истории заключался совершенно в другом. Но в чем? Вера на эту тему говорить отказывалась, рана была еще слишком болезненна. Сама Лика была мертва. Оставалось разыскать Задулило и поговорить с ним.

Мужчины зачастую оказываются куда лучшими свидетелями в делах любовных, чем женщины. Последним разум застилают эмоции, а у мужчин взгляд на вещи более трезвый. Расставшись с женщиной, они зачастую холодно и равнодушно могут перечислить все причины их расставания, которые зачастую не имеют ничего общего с тем, что вообразила себе несчастная отвергнутая пассия.

К примеру, у одной Лесиной знакомой, которая развелась с мужем, случился настоящий нервный срыв. Женщина сходила с ума, пытаясь понять, что не так было в их семейной жизни. Но муж в ответ на все вопросы лишь твердил, словно заведенный:

– Я тебе уже все объяснял не один раз. Вспомни, о чем я тебя просил все эти годы, и поймешь.

Но бедной женщине на ум не шло ничего, кроме холодного ужина, плохо сваренного, жесткого мяса, грязных носков и легкого беспорядка во всем доме. Да, на все это ее муж указывал ей, и неоднократно. Но ничего более! А разве можно разводиться из-за такой ерунды, как носок с дыркой?

Оказалось, что можно. И муж твердо считал, что поступил правильно.

– Дорогая, когда дома тебя встречает полный хаос, грязное белье в ванной комнате копится месяцами, а грязная посуда в раковине стоит неделями, то это можно терпеть какое-то время. Но терпеть годами мне не под силу! Я неоднократно предлагал тебе что-то сделать, предлагал нанять домработницу, но ты неизменно отказывалась от моих предложений, считая, что под видом домработницы я собираюсь ввести в дом любовницу, так ты, помнится, мне заявила? А теперь не обессудь. Я ухожу к другой, которая более чистоплотна, чем ты.

– Но ведь мы с тобой любили друг друга!

– Любовь у нас с тобой потерялась среди мусора и пыли.

– А свою новую ты любишь? – ревниво поинтересовалась бывшая жена, на что услышала в высшей степени разумный и поэтому выбивший ее из колеи ответ:

– Любовь может прийти, может уйти, а может вернуться вновь. Она субстанция не слишком надежная. А вот вкусные котлеты и чистые носки – это, напротив, величины постоянные и всегда будут теперь со мной.

Вот все как просто! И не нужно воображать себе никаких воздушных замков. Любовь царит на земле, и вещь это земная, складывается из мелких, вполне обыденных бытовых штришков. Мало ласкового или льстивого слова, хотя и оно не помешает. Но слово должно быть подкреплено делом – теплым пирожком, любимым боевиком или бурным, совсем не супружеским сексом, который время от времени будет получать ваш супруг.

Так что причина, по которой Задулило отказался от свадьбы с Верой, могла быть вполне банальной. Например, Вера так и не научилась готовить его любимый борщ или не освоила технику лепки пельменей по рецепту его матушки. А другая научилась и освоила. Вот Задулило и переметнулся в другой лагерь, где кормили сытнее и жить было теплее.

Но для того, чтобы разговор состоялся, надо было найти Задулило. А как это сделать? Пошевелив извилинами, Леся припомнила фразу, которой обмолвилась в разговоре с ней Надежда Семеновна.

– А где, говорите, работал Верин жених? В газете?

– Да. Он и Веру хотел пристроить к себе в газету. Только она отказалась, как мне казалось, совершенно зря. Глядишь, работай она с Задулило бок о бок, так и присмотрела бы за ним получше. Хотя если мужчине что-то вступит в голову, то тут уж следи за ним или не следи, он все равно уйдет. Вот, как Ликин папа…

Слушать про Ликиного папу Лесе совсем не хотелось. Какой бы интересной ни была жизнь этого господина, он скончался много лет назад. И сама Лика не сохранила никаких трогательных воспоминаний о своем отце. Если она его и упоминала, то исключительно в контексте рассказов на тему «Все мужики страшные козлы!».

– Так в какой газете работал Задулило?

– В газете… постой, дай бог памяти… Название такое еще забавное… сериал такой был еще… Доктор Фауст!

– Сериал назывался «Доктор Хаус».

– Верно! А газета называлась «Доктор Фауст». Рецепты народной медицины, истории с налетом чертовщинки, репортажи из зон с аномальными явлениями. Еще у них в газете была рубрика, в которой они постоянно печатали интервью с потомственными ведьмами и знахарками. Не скажу, что все они были шарлатанками, но большинство – точно.

Что-то Леся не слышала про газету с таким названием. Впрочем, она ведь паранормальными штуками и не увлекалась. Такая газета была, и Лесе было за что поблагодарить Надежду Семеновну: девушке удалось за время их разговора нащупать тропинку, которая могла привести ее к загадочному Задулило.

Человек с такой редкой фамилией должен был стать своего рода белой вороной в любом коллективе. На этом и строился расчет Леси. Если Задулило все еще работает в этой газете, первый же сотрудник укажет Лесе, где его найти. А если уволился, то такого персонажа долго еще будут помнить и опять же укажут Лесе, куда ей пойти, чтобы встретиться с Задулило.

– Лишь бы сама газета не разорилась и никуда не делась. Пусть даже ее переименовали, но в редакции работали бы те же самые люди.

И мысленно скрестив на удачу пальцы, Леся позвонила Кире, чтобы та быстренько заглянула в Сеть и узнала, куда Лесе ехать. На Лесино счастье, газета «Доктор Фауст» не только не исчезла, она вполне уверенно существовала вот уже пятый год на берегу Обводного канала в огромном бизнес-центре, где помимо нее ютились еще больше полусотни фирм и фирмочек, а также снимали помещения крупные магазины.

Глава 14

В редакции «Доктора Фауста» Лесю встретили приветливо.

– А-а-а… Вы к Задулило. Идите, идите, он вас обязательно примет. Вторая дверь налево, не промахнетесь!

Оказалось, что Задулило не врал насчет своего положения в газете. Он один занимал довольно просторную и светлую комнату. Нельзя сказать, что другие сотрудники бедствовали. Но у них было пусть и просторное, но общее помещение и еще туалет, кухня и душ. А вот у Задулило был отдельный кабинет, в который вела красивая облицованная панелями вишневого цвета дверь.

Такие двери были только у Задулило и еще у главного редактора. Впрочем, дверь в кабинет последнего была закрыта, и ручка на ней была какой-то тусклой. В отличие от нее дверная ручка в кабинет Задулило сверкала так, что любо дорого было на нее посмотреть. Сразу же становилось понятно, что она отполирована сотнями посетителей, которые за день проходили через кабинет Задулило.

– Вы ко мне? Очень рад. Присаживайтесь. Что у вас?

Леся слегка замешкалась, а Задулило занервничал. Был он худым и каким-то взвинченным. Говорил быстро. Волосы торчали у него на голове во все стороны так, словно он перед приходом Леси безжалостно их терзал и дергал.

– Вот только не тормозите, страшно этого не люблю в подчиненных. Если хотите успешно сотрудничать с нашей газетой, то зарубите себе на носу, не спать!

– В каком это смысле?

– Новость надо продать, пока она горячая. Помедлишь минуту, тебя обойдут конкуренты. Так что у вас? Рассказ? Интервью? Учтите, что было бы идеально немного порыться в грязном белье знаменитости. Какие-нибудь доказательства вампирской сущности Илиты Заславской? Или то, что на Бориса Гонщикова наложено заклятие вечной молодости, ради продления действия которого он раз в год в полнолуние приносит в жертву какого-нибудь своего преданного поклонника? А? Что? Нет, нету? Очень жаль. Ну, так с чем вы ко мне пожаловали?

– Я хотела… – начала издалека Леся, но, поймав страдальческий взгляд Задулило, быстро собралась с мыслями и выпалила самое главное: – Вы помните Веру?

– Веру? – слегка смутился Задулило. – Какую Веру?

– Вашу Веру, на которой вы собирались жениться!

– Ах, эту Веру… – расслабился мужчина. – Разумеется, я помню Веру. Не так-то просто забыть человека, с которым собирался связать свою судьбу. К тому же… такое совпадение, вот вы спросили про Веру, а я виделся с ней всего пару недель назад.

– Что?

– Да, да. Удивительное совпадение. Мы с Верой встретились на улице. Сначала я даже не узнал ее, она очень располнела и… как ни странно, похорошела. Во всяком случае, мне она показалась ослепительной красавицей.

– И вы с ней заговорили?

– Ну разумеется! А как же иначе? Ведь это же была Вера. Мы с ней одно время… ммм… Впрочем, это совершенно неважно и вам неинтересно. Так что вы хотели спросить у меня про Веру? Она здорова? С ней все в порядке?

На последних фразах в голосе Задулило появилось волнение. И Леся подумала, что если он сейчас не притворяется, значит, какие-то чувства у него к Вере еще сохранились.

– Ну… В общем-то, да. С ней все в порядке. А вот с Ликой…

– Лика? А с ней что?

– Вы что же, и Лику тоже помните? – удивилась Леся, а Задулило подтвердил:

– Если вы говорите про лучшую подругу моей Веры, то да, я ее прекрасно помню. Хотел бы забыть, но, увы, не получается.

– Вам Лика была неприятна?

– Она сыграла в нашей с Верой истории слишком значительную и неприятную роль, чтобы я мог об этом говорить спокойно.

Задулило поджал губы и выглядел уже не таким уверенным. Он даже говорить начал нормально, а не выстреливать фразы со скоростью автоматной очереди.

– Так что же все-таки случилось с Ликой? – повторил свой вопрос мужчина. – Кто-нибудь в конце концов свернул шею этой стервочке?

– Не совсем.

– Жаль. Одно время я мечтал о кровавой расправе с этой особой. Что же с ней случилось?

– Ее зарезали.

– Заре… Как вы сказали? Зарезали?

Задулило прижал руки к груди и воскликнул:

– О господи! Я же не знал! Извините!

– За что?

– Отпускал циничные шуточки в адрес покойницы! И когда она скончалась? Сорок дней с тех пор прошло? Нет! О ужас! А девять? И девять не прошло! Кошмар, кошмар! Теперь не видать мне удачи в делах ровно полгода! Это невыносимо! Эта особа даже после смерти умудряется мне пакостить! Бывают же такие оторвы, что…

Тут Задулило обеими руками зажал себе рот, чтобы не дать вырваться хуле на Лику. Он слишком долго проработал в своей газете и понабрался всякой ерунды. Надо же, взрослый и на вид такой серьезный мужчина, а верит глупостям, словно старая баба! Думает, что дух Лики, услышав ругань в свой адрес, примется мстить Задулило.

– Лика никому уже не сможет отомстить. Она умерла. А мы ищем ее убийцу.

– Одно время я был бы у вас на первом месте в списках подозреваемых, – хмыкнул Задулило. – Но это было уже давно. Теперь я счастливый молодой муж, которого дома ждет прекрасная жена.

Что-что, а вот счастливым Задулило отнюдь не выглядел. Что-то такое светлое, теплое и немного печальное мелькнуло в его взгляде лишь в тот момент, когда он заговорил про Веру. Лику он откровенно ненавидел. Ну а свою молодую жену… похоже, несмотря на короткий период их совместной жизни, молодая уже успела изрядно попортить нервы своему супругу.

– А что же Вера? – спросил между тем Задулило. – Переживает? Помню, она питала невероятную привязанность к этой особе.

– К Лике?

– Да, да, к ней!

– Ну, они же были подругами и…

Договорить Лесе не удалось. Собеседник вскочил с кресла, словно его костлявый зад кольнули острой булавкой.

– Никакими подругами они не были! Лика относилась к Вере просто безобразно. А Вера почему-то все терпела, все ей прощала. Да она просто обожала Лику. Обожала по-рабски, ничего не смея возразить. А та пользовалась Вериным безграничным терпением и доверием. Она помыкала Верой!

Это Леся знала и без воплей Задулило. В ответ она заметила:

– Похоже, Вера вам небезразлична до сих пор.

– О чем вы говорите? Я просто должен поддержать женщину… поддержать Веру… Для нее это очень тяжело, я уверен. Я должен… нет, я просто обязать быть с Верой в такой момент! Странно, почему она сама мне ничего не рассказала о том, что Лика погибла?

– Наверное, потому, что тогда Лика была еще жива.

– Ах, ну да! Какой же я дурак!

– Признайтесь же хотя бы самому себе, что Вера вам небезразлична.

– Я думал, что все прошло, – грустно произнес Задулило. – Но когда мы встретились с Верой, поговорили… Знаете, мне показалось, что Вера совсем не так виновата, как я себе тогда вообразил!

– А что вы вообразили? В чем, по-вашему, заключалась вина Веры?

– Полагаю, вы вкратце знаете, что было между мной и Верой?

– Да, вы встречались долгое время, планировали пожениться.

– Вот именно. Но ничего не получилось… не получилось по вине…

– По вашей вине и не получилось, – ядовито заметила Леся. – Вы женились на другой женщине. А Веру вы просто обманули!

– Нет, нет, все было не так просто, как вы описали. Я долго мучился, прежде чем принять такое решение. И сознаю, был не прав. Я должен был больше доверять Вере. Должен был поговорить с ней. Но эта Лика… Отвратительная особа, как она задурила мне голову! Это же уму непостижимо, чтобы я, взрослый человек, поддался на ее уловки. Но у нее все получилось! Мы с Верой расстались. Думаю, Лика именно этого и добивалась.

– Но зачем?

– Зачем? Не знаю, зачем это было нужно Лике. Возможно, из-за вредности характера. Возможно, ее устраивало, что Вера находилась при ней то ли на положении дуэньи, то ли в качестве девочки для битья. А уж на побегушках у своей подруги она находилась всегда. Разумеется, когда мы стали встречаться с Верой, я начал в какой-то степени контролировать ее действия и перемещения. И очень быстро я пришел в ужас от того, что происходит. Фактически Вера не жила своей собственной жизнью, она вечно исполняла волю той, кого считала своей подругой.

То, что Вера была полностью закабалена Ликой, ни для кого не было секретом. Но впервые кто-то высказался об этом с негодованием. Видимо, Задулило был настроен очень серьезно, планировал жить с Верой, поэтому и воспротивился тому, что в их супружеской жизни будет присутствовать кто-то третий.

– Еще тогда Лика показала свой лицемерный и отвратительный нрав. Прямо она ничего не говорила. Даже наоборот, щебетала что-то о том, как она рада, что теперь у Веры есть такой хороший мужчина, наконец-то подруга нашла себе спутника жизни. Сами знаете, что в таких случаях говорят о заневестившихся девушках. А у Веры, я это знал точно, до встречи со мной не было ни одного серьезного романа. Она мне сама рассказывала, сетовала, что мужчинам она не кажется привлекательной. Да это было и неудивительно! Ведь в нагрузку к Вере неизменно шла Лика! А эта стерва… Ох, простите, снова вырвалось! Нехорошо так говорить о мертвых, а с другой стороны, почему же нехорошо, если это чистая правда? Я ничего не преувеличиваю, говорю все как есть. Лика была лицемерной, хитрой, лживой и корыстной дрянью, которая любила лишь себя и деньги. Более гнусного существа мне в своей жизни встречать еще не приходилось.

Высказав наконец то, что накипело у него на душе за долгое время, Задулило словно выдохся. Но теперь Лесе была совершенно ясна позиция Вериного бывшего жениха. И на волне воодушевления она спросила:

– Значит, вас с Верой поссорила Лика?

– Вот именно!

– И… И как же она это сделала?

– О, надо знать Лику, сделано это было виртуозно. Только недавно при встрече с Верой у меня зародились сомнения: а не обвели ли меня в свое время вокруг пальца?

От волнения Задулило полез в ящик своего стола, откуда извлек толстую сигару, которую сунул себе в рот. Кончик сигары, как заметила Леся, был уже порядком пожеван.

– Курить бросил несколько лет назад, но когда нервничаю, то тянет сунуть в рот сигарету. Вот и беру заменитель.

– А электронные сигареты не пробовали?

– Не доверяю я всем этим современным штукам. По мне, нет ничего лучше, чем табачные листья, вручную собранные и свернутые добродушными кубинцами. От такой сигары и дух совершенно иной идет, да и пожевать ее приятно.

Пожевывая свой «антидепрессант», Задулило принялся рассказывать историю о том, как его намерения в отношении Веры были полностью перечеркнуты.

– Помню все в деталях, как будто это случилось буквально на днях. Как же мне тогда было плохо! Как меня трясло! Я поверить не мог в то, что моя Вера наворотила таких дел. Но приходилось верить, факты говорили сами за себя.

– А что случилось? Можно узнать детали?

Детали были таковы: встречаясь с Верой почти два года, Задулило никак не мог решить проблему с разводом. Его прежняя жена, от которой он, как порядочный человек, ушел, оставив все нажитое, хотела наложить лапу и на долю мужа в газете. Задулило не только управлял редакцией, он являлся также соучредителем газеты, имея доход от ее прибыли.

Квартира, оставленная им бывшей жене, не казалась женщине достаточными отступными. Она хотела пожизненное содержание, которое ей могли дать дивиденды от доходов газеты.

– Я же был в корне не согласен со своей женой. Детей у нас не было. К тому же она и сама работала. Точно так же и я мог потребовать от нее процент от банковских накоплений, коих у бывшей супруги было сделано предостаточно.

В общем, торг при разводе – дело обычное. Особенно если обе стороны не испытывают друг к другу сильных чувств. И единственное, чего хотят, – уйти в новую жизнь с большим бонусом.

– Суды назначались и откладывались. То жена не являлась по причине болезни, то потому, что работала, то еще по какой-то причине. Удовлетворив один иск, она тут же вчиняла мне еще один. И это длилось, длилось и длилось. Я сказал вам, что по профессии моя жена – юрист? Нет? Тогда запомните: никогда не женитесь на юристах и не выходите за них замуж. Рискуете при разводе остаться не только без штанов, а вообще голым и еще будете должны до гробовой доски!

Естественно, такое подвешенное состояние не могло не тревожить Веру. Она все чаще и чаще заговаривала с Задулило о том, что надо что-то делать, надо как-то ускорить процесс развода, посоветоваться кое с кем.

– Мне бы тогда еще насторожиться, но голова у меня была занята другими вещами, и я угрозы в этой невинной просьбе не усмотрел.

Тем более что имя Лики в разговоре не прозвучало. Осторожная Вера прекрасно знала о неприязни жениха к своей лучшей подруге, поэтому старалась лишний раз не произносить эти неприятные для Задулило звуки – Л-и-к-а.

– Вера побежала советоваться с Ликой. А та и рада стараться! Поехала к моей жене, дала ей в руки отличные карты: снабдила полным описанием нашей с Верой жизни, даже список трат предоставила. Снабдила адресом нашей съемной квартиры. Конечно, когда все это всплыло на суде, моя жена оказалась белой овечкой, а я – черным демоном. При живой и законной жене делал подарки своей, получается, любовнице. Возил ее на курорты, и все это из общего вроде как с женой бюджета. И плевать на то, что мы не жили к тому времени вместе уже больше года. Судьи все равно решили дело в пользу бывшей жены. Но не это меня разозлило. На суде всплыли такие подробности нашей с Верой интимной жизни, о которых могла знать лишь она и я сам. И это тоже сыграло против меня. Я получился не только моральным уродом, но просто каким-то чудовищем, принуждающим женщин к сексуальным извращениям.

Сильнее всего Задулило обидело то, что Вера разболтала о всех подробностях их интимной жизни, даже не посоветовавшись с ним.

– Я еще колебался, не зная, как поступить. А потом ко мне явилась Лика. Говорила о том, как чудовищно и ужасно поступила со мной Вера, просила прощения за подругу. Если бы Вера тогда сама пришла ко мне, все могло быть иначе. Но эта Лика… Какой из нее посол! Я почти ненавидел эту особу.

– И вы решили, что надо порвать с Верой. А ей вы сообщили о своем решении?

– Она же не сообщила мне о своем.

– Но неужели она не пыталась с вами поговорить?

– Всерьез – ни разу.

– А вы с ней?

– Общение происходило через Лику. Уже задним числом я понял, что Лика сделала все от нее зависящее, чтобы окончательно рассорить нас с Верой. Тогда я этого не понимал, чувства слишком бурлили в душе, мешая мыслить здраво. Так что я порвал с Верой, чувствуя себя при этом последним дураком. Ведь я развелся с женой, чтобы быть именно с ней. Потерял на этом деле квартиру и большие деньги. Все сделал, чтобы Вера была рядом со мной. А когда получил долгожданную свободу, то Веры-то у меня уже и не было. И никого не было.

Чтобы хоть как-то утешиться, Задулило быстро женился на своей коллеге с работы, женщине вполне разумной и интеллигентной. И первое время новый брак казался Задулило вполне удачным. Но затем он встретил случайно Веру на улице и понял… Да, он понял, какого дурака свалял.

– И что теперь?

– А теперь я не знаю. Мы поговорили с Верой. Оказалось, она тоже была не в курсе, как Лика вела себя в этой истории. Вера очень разозлилась. По ее словам, то, что она рассказала о нашей с ней жизни, предназначалось только для ушей Лики. Поделилась с ней как с лучшей и единственной подругой. Лика поклялась Вере, что будет молчать. А сама не просто растрепала, а передала сведения во вражеский лагерь, фактически помогла моей бывшей жене выиграть бракоразводный процесс. Черт с ними, с деньгами, хотя и денег тоже жалко, не так-то уж легко они мне достаются. Главная вина Лики заключалась в том, что она хотела рассорить нас с Верой, и ей это удалось. Не встреться мы недавно, не поговори по душам, вся эта история так и осталась бы похороненной под слоем времени.

Но встреча произошла. И последствия ее могли быть самыми катастрофическими. Обозленный Задулило и обманутая Вера… Не могли ли они сговориться убить Лику?

– Скажите, – после минутного раздумья, произнесла Леся. – А что вы делали в эти выходные?

– Как что? Как обычно, копался на даче под бдительным присмотром жены и тещи.

– Начиная с пятницы?

– В пятницу вечером мы все уехали на дачу, суббота и воскресенье были посвящены работам на участке. Сами знаете, как это бывает. То там что-то подправить, то тут что-то приколотить. Да еще жена с тещей затеяли разбирать чердак, но их участие ограничилось указаниями, что именно и как я должен делать. И еще критическими замечаниями по поводу моей никчемности.

Похоже, Задулило был не так уж доволен своим новым браком. И как знать, если в его жизни снова появилась Вера, не маячит ли у мужика впереди новый развод? И еще одна вещь беспокоила Лесю. Смерть Лики как-то уж очень подозрительно совпала по времени со встречей и откровенным разговором Веры и Задулило. А у этих двоих, как ни у кого другого, были причины, чтобы ненавидеть Лику и желать ей всяческого зла.

– Вера очень любила этого Задулило. И он тоже ее любил и любит. В этом я совершенно уверена. Но он женат. Их встреча не имела романтического продолжения.

Но, возможно, она имела иное, куда более страшное и ужасное продолжение? И Леся немедленно передала Кире полученную новую информацию.

– А что, если Вера, поняв, как подставила ее Лика, наконец-то прозрела и прикончила подругу-подлюгу? Помнишь, как Вера дернулась, когда Лика произнесла при ней вслух имя Задулило? Это могло стать последней каплей в чаше терпения Веры. И ее любовь к Лике обернулась жгучей ненавистью.

– Но Вера была с нами, когда Лика погибла.

– Не все время. И потом, Вера тоже могла кого-нибудь нанять.

– Вера? Не смеши меня! Вера не в состоянии справиться даже со своей собственной жизнью. Вокруг нее трутся одни мерзавцы! Задулило, пожалуй, приятное исключение из правил.

– Вот именно, мерзавцы! И кто-то из этих мерзавцев вполне мог захотеть подзаработать. Много Вера заплатить наемнику и не могла, но есть люди, которым много и не надо. Они готовы убить за несколько тысяч рублей. А уж такую сумму Вера как-нибудь бы наскребла. Вспомни, сейчас лето, работа у нее есть. Так что и денежки тоже имеются.

– А Гена? Его кто убил?

– С Геной вообще все просто! Вера запросто могла сначала напоить его, а потом прикончить. Вспомни, ведь, кроме них двоих, в квартире никого не было! Мы сами дали ей возможность расправиться с Генкой.

– Но… но зачем? Зачем Вере было убивать Гену?

– Значит, по поводу Лики у тебя сомнений не имеется?

Но, выдвигая версию «Вера – убийца Лики», ни одна из подруг не могла поверить в это. Вера была такая добродушная, такая мягкая и неповоротливая. Невозможно было себе представить, чтобы ее рука с пухлыми и безвольными пальцами сжалась на рукоятке ножа и принялась методично наносить удары, целясь в важные для жизни артерии.

– Надо поговорить с Верой.

– Надо. Но одну я тебя к ней не пущу.

– Но ты должна следить за Костиком.

– Вот незадача. А с другой стороны, нет! У меня идея. Сейчас ты звонишь Костику, рассказываешь ему то, что рассказала мне. Уверена, если он искренне заинтересован в поимке убийцы Лики, то он поедет с тобой к Вере!

– А если нет? Если не заинтересован?

– Тогда ты ему прямо скажешь: «Ах, вы не заинтересованы в поимке преступника? Уж не потому ли, что вы сами оным и являетесь?» А еще скажешь, что убийство – это не самый лучший способ для сведения личных счетов.

– Верно. Так действуют дикари, а в цивилизованном обществе для этих целей есть суд, ну и прочие…

– Постой, – перебила подругу Кира. – Что ты только что сказала про дикарей?

– Я? А что я сказала? А-а-а… Я сказала, что только дикари убивают своих врагов, а мы не дикари. Разве я не права?

– Дикари, дикари, – пробормотала Кира. – Надо же, Леська, а ведь ты совершенно права! Мы не дикари! И убивать по-дикарски – это не для нас, а для кого?

Голос Киры звучал триумфально и почти радостно. Она явно ждала ответа от подруги. Но Леся не понимала, что это должен быть за ответ, и поэтому уточнила:

– Для кого?

– Для дикарей! Леська, разве ты не помнишь, что сказал следователь? Убийство, сказал он, похоже на ритуальный обряд. Раны нанесены в определенной последовательности. Жертве дали истечь кровью, а лишь затем нанесли последний, смертельный удар.

– И… и что?

– Для этого требовалось время. Обычный киллер, каким бы отморозком он ни был, не станет издеваться над своей жертвой, зная, что в любой момент его могут застукать. Прикончил бы по-быстрому да и свалил. Или перетащил бы Лику в другое место, которое нам бы еще пришлось поискать. А тут он нанес раны и ждал, пока вся кровь вытечет из жертвы.

– Но зачем ему было обескровливать Лику?

– Вот и я тебя хочу спросить о том же: зачем?

Леся совершенно перестала понимать Киру. А отвечать на вопросы, сути которых она не понимала, оказалось трудно. И Леся просто спросила у подруги:

– Так что, я звоню Костику? Так что ли?

– Звони, – откликнулась Кира. – Таким образом, вы будете вместе. И я смогу одновременно приглядывать и за тобой, и за ним. Здорово я придумала?

Леся предпочла дипломатично не отвечать на этот вопрос. Она позвонила Костику и трогательно изложила ему историю о несчастной любви Веры и предательстве Лики. Но в ответ услышала лишь:

– Убийца уже найден. Лику убил Никита. И он в настоящий момент находится под стражей.

– Костик, возможно, просто тебе хочется, чтобы мальчик оказался виновен?

– Он ее убил!

– Костик, а если всплывут другие обстоятельства? Ведь обвинения против Никиты шиты белыми нитками. Скорее уж судьи поверят в то, что это ты убил Лику, узнав о ее измене, чем в то, что Никита, для которого все так хорошо складывалось (меньше чем через год у него должна была быть и любимая жена, и большие деньги), вдруг взял и зарубил свое будущее счастье на корню.

– Парень ее убил. Я тут ни при чем. У меня алиби!

– Но и Никита тоже не убивал. А если нет четких доказательств вины Никиты, хороший адвокат добьется оправдания.

– Тогда ему повезет.

– Но дело будет продолжено!

– Нет, его закроют за отсутствием улик.

– И тебя такая ситуация устроит? Ты не хочешь найти настоящего убийцу твоей Лики?

– Дьявол! – выругался Костик. – Умеешь же ты достать до печенок! Ладно, повтори адрес этой малахольной. Никогда не понимал, какого черта Лика таскает за собой эту квашню дебелую! Если Вера ее убила, я буду очень сильно смеяться.

Нет, чем больше Леся общалась с Костиком, тем меньше он был ей симпатичен. Вот скажите на милость, за что он сейчас ополчился на Веру? И эта фраза о том, что Костик будет смеяться. Как можно смеяться в такой ситуации?

Судя по тону Костика, он был не в себе – взвинчен и возбужден до предела. Того и гляди, где-нибудь в мозгах у него произойдет короткое замыкание и вся система даст сбой.

Однако Костик пообещал то, что и было от него нужно Лесе. Он подъехал к дому Веры. Кира тоже обреталась где-то поблизости, Леся уже получила от нее условный знак.

Теперь Леся знала – ее подруга рядом. Если Вера, или Костик, или оба вместе решат прикончить далеко зашедшую в своем неугомонном любопытстве сыщицу, то подруга придет ей на помощь. Это обнадеживало. И заставляло Лесю бодрее шагать туда, куда идти ей совсем, ну ни капельки не хотелось.

Глава 15

Вера встретила гостей в дверях. Как ни странно, она не выглядела ни подавленной, ни растерянной. Одета она была так, словно собиралась куда-то уходить. И не скрывала своего удивления и легкой досады, когда увидела, кто к ней пришел.

– Ой, а я ухожу! А вы чего пришли-то?

– Пришли… Поговорить вот к тебе пришли. А ты куда уходишь?

– Так… – неопределенно откликнулась Вера. – У меня есть пара дел в городе.

– Ты к Надежде Семеновне едешь?

– К кому?

– К маме Лики?

– А-а-а… Нет, не к ней. Но, возможно, к ней я тоже загляну. Если время будет.

Леся искренне недоумевала. Сегодняшняя Вера была решительно непохожа на прежнюю. Та была несчастная и какая-то потерянная. А эта новая Вера выглядела, да и вела себя совершенно иначе. Леся попыталась проанализировать, что же именно изменилось в Вере, и не смогла найти четкого ответа. Пожалуй, изменилась сама Вера. Она стала более уверенной и… и более счастливой.

– Ребята, если у вас ко мне разговор, давайте говорите, – поторопила Вера замешкавшихся гостей. – А то мне некогда.

Это уже вообще ни в какие рамки не лезло. Прежняя Вера сама всегда тормозила и задерживала всех. И вдруг такая мобильность!

– Вера, а куда ты все-таки направляешься?

Задавая этот вопрос, Леся уже краешком сознания понимала, в чем тут дело. Да и мудрено было бы не понять, ведь, уходя из кабинета Задулило, Леся уже в коридоре случайно обнаружила, что одна из застежек на ее туфельках пришла в неподобающее состояние.

Обе изящные розочки из блестящих стразов должны были сидеть строго по центру, но одна паршивка свинтила куда-то налево. И пока Леся, воспользовавшись отсутствием в коридоре других сотрудников газеты, приводила в порядок непослушное украшение, она услышала, как оставленный ею Задулило кому-то позвонил.

– Как ты считаешь, может быть, нам нужно встретиться? – каким-то удивительно спокойным голосом произнес он. – Я знаю, что случилось с Ликой.

Голос Задулило звучал нормально, он больше не глотал окончания слов, и понять его было можно без всякого напряжения. Он как бы замедлился, и ему это пошло на пользу. А вот Вера сейчас, напротив, как-то ускорила свой ритм. И это также было ей во благо.

Так что теперь, сопоставив все эти скоростные изменения, Леся сделала один-единственный вывод, который казался ей правильным. Вера спешит на свидание со своим обожаемым Задудило. И тот факт, что кавалер снова женат, ничуть ее не смущает.

– Вера, ты выглядишь очень счастливой. Ты больше не переживаешь по поводу Лики?

– Будь Лика жива, она бы первой обрадовалась за меня. Ей очень хотелось, чтобы я была счастлива.

– Значит, ты не отрицаешь, что смерть Лики сделала тебя счастливой?

– Лика тут ни при чем!

– И ты не питала зла к своей подруге?

– Нет. Никогда.

– И даже когда узнала, что это именно она рассорила тебя с женихом?

– Но… Но…

Вера замерла, ненадолго став похожей на себя прежнюю – неуверенную и несчастную толстуху, которую все шпыняли и ругали, в лучшем случае – жалели. К счастью, в своем прежнем состоянии Вера пробыла недолго. Она стряхнула его с себя, словно цыпленок ставшую тесной скорлупку. На волю выбралась новая Вера, которая твердо взглянула в глаза своим гостям.

– Да, – произнесла она. – Даже тогда я помнила, как много Лика сделала для меня. Допустим, она пыталась рассорить нас. Но знаете… Димка тоже хорош! А Лике я уже в свое время отомстила за все ее выходки!

– Отомстила? Как?

– Нет, я ее не убивала, если вы об этом подумали, – улыбнулась Вера. – Но я тоже сыграла с Ликой одну шутку. Один раз и оптом! Слишком уж она достала меня своими придирками.

– И как же ты ей отомстила?

– Помните тот случай, когда Лика была «похищена» на даче Бориса?

– Это когда она оказалась связанной, не могла двигаться и не на шутку перепугалась?

– Да. Это я сделала, – тихо, но гордо произнесла Вера. – Очень уж она меня допекла в тот раз. Ну… я и… отомстила ей.

– Отомстила, – эхом откликнулась Леся.

Теперь и этот пазл в головоломке лег на свое место. Но целой картинки все равно не получалось. Допустим, тогда Вера просто связала покрепче спящую Лику, заставив подружку перепугаться. А вдруг в этот раз стала действовать решительней и более жестко?

Ведь всего за несколько дней до убийства Вера узнала правду о том, какую роль сыграла Лика в разрыве ее отношений с любимым? А тот случай на даче у Бориса произошел уже давно. Ощущение торжества могло у Веры за это время притупиться. И вообще, тогда она мстила Лике не за свою порушенную любовь, а так… за мелкие пакости. И как знать, возможно, теперь Вере захотелось не только повторить, но и усилить те сладкие ощущения, которые дает месть.

Однако Леся ничего не успела сказать или спросить у Веры. Девушка заговорила сама.

– Нет, вы как хотите, а обвинять одну Лику в том, что произошло, тоже нельзя. Дима был тогда не прав! Он должен был больше мне доверять. Вместо того чтобы слушать Лику, он мог прийти ко мне. Я еще скажу ему об этом.

– Не трудись, – устало вздохнула Леся. – Не порти вечер ни себе, ни ему. Он и сам уже все осознал. Знаешь, мне кажется, из вас действительно получится отличная пара. Вы так благотворно влияете друг на друга…

Договорить ей не удалось. В порыве чувств Вера кинулась ей на шею, обхватив обеими руками. Леся едва не задохнулась, до того крепко сжала объятия Вера. Леся невольно подумала, что если бы Вера захотела прикончить свою злыдню-подружку, то она могла просто свернуть Лике шею, как цыпленку. Не было нужды прибегать к холодному оружию. Да еще делать это столь изуверски-диким способом.

Разговора с Верой не получилось, но в этом и не было необходимости. Даже Костик, когда они остались с Лесей наедине, произнес:

– Надеюсь, ты понимаешь, что эта вечная недотепа Вера не убивала Лику? Она слишком добра или слишком безынициативна, не знаю, что правильнее в данном случае. Но такой человек, как Вера, на убийство не способен. Скорее уж на самоубийство.

Но и этого не произошло. Вера потолстела, казалось бы, утратила былую привлекательность, но, как ни странно, в глазах Задулило стала только краше.

– Наверное, он ее действительно любит.

– А, ну да, ну да… Конечно, я понимаю… любовь…

Костик выглядел каким-то измотанным и несчастным. Лесе стало его жалко. Бедный! Лика ему изменяла. Потом ее вообще убили. А теперь у парня куча проблем и… и какая-то новая женщина! Отбросив стыдливость (не до условностей тут, когда труп на трупе), Леся задала вопрос, который мучил ее уже довольно долгое время:

– Костик, слушай, а когда мы завалились к тебе домой, у тебя там была какая-то женщина. Кто она такая?

– Тебе показалось!

Костик ответил слишком быстро. Он даже отшатнулся от Леси, словно испугавшись ее слов. И потом, он врал! Потому что Леся слышала шорохи и видела женскую обувь в прихожей.

– Костик, но я…

– Ах, я вспомнил! – перебил ее Костик. – Это была домработница! Извини, что не сообразил сразу. Но знаешь, домработница, она вроде бы и не женщина. Как-то трудно воспринимать человека со шваброй в руках в качестве объекта воздыхания.

Как известно, о вкусах не спорят. Хотя Леся с удовольствием бы полюбила какого-нибудь плечистого красавца со шваброй в руках. Да что там швабра, хоть десять швабр пусть будет у ее мужчины! Пожалуйста, Лесе не жалко. Ведь понятно, чем больше у мужика швабр, тем чище будет пол. А чем чаще и чище будет мыться дом, тем меньше ей, Лесе, потом убирать.

Но когда Леся подняла голову, чтобы сообщить Костику о том, что она думает по этому поводу, оказалось, что его уже рядом и нет. Он исчез, испарился, улетучился. И как хотелось надеяться Лесе, Кира не прошляпила этот момент и улетучилась следом за ним.

Покачав головой – что-то смущало Лесю и не нравилось ей в доводах Костика, – девушка отправилась домой. Мешать влюбленной Вере вновь завоевывать Задулило никак не входило в планы Леси. А следить за Костиком оказалось не так уж и сложно. Кира вполне справится с этим делом.

Между тем сама Кира думала совершенно иначе. Ей казалось, что ничего сложнее ей в жизни делать не приходилось. Костик оказался каким-то очень уж неспокойным объектом. Выскочив из дома Веры и сев за руль своей машины, Костик начал творить странности.

Он не ехал прямо, он петлял, поворачивал, а зачастую, словно внезапно передумав, стартовал на красный свет или разворачивался прямо в потоке машин. При этом он не обращал внимания на гудки недовольных водителей. И, конечно, совсем не думал о том, удастся ли Кире повторить следом за ним маневр.

Но Кира повторяла. Она выруливала, выкручивая баранку до предела и жалея свой «Гольфик», который начал уже жалобно скрипеть при особо резких поворотах руля.

– Ну потерпи, миленький! Потерпи, мой хороший! Скоро уже все кончится.

Если бы! Костик и не думал успокаиваться. Он гнал все быстрее. И наконец нарвался. Его остановил полосатый жезл постового. А Кира, мысленно показав фигу одному и язык другому, с триумфом проехала дальше. Для нее дополнительного постового не имелось. Отсюда мораль: хочешь доехать быстро, езжай за тем, кто гонит, а сам вперед не высовывайся. Тогда постовой остановит того, кто едет первым, а второй спокойно проследует дальше.

Но, остановившись через пару кварталов, Кира призадумалась. Костик вел себя на дороге очень странно. Он словно почувствовал слежку и стремился избавиться от «хвоста».

– Если так, то он меня засек. Сейчас он договорится с гаишником, сунет ему на лапу и снова примется за свои фокусы. Где гарантия, что мне опять повезет?

Гарантии никакой не было. Более того, Кира сомневалась, что ей удастся долго продержаться на «хвосте» у Костика. Поэтому необходимо было срочно менять «коня». И сделать это надо было быстро, пока Костик еще разбирался с патрульным.

Выскочив из машины, Кира просканировала поток машин. Кто тут ей подойдет? Те водители, которые рулят на стареньких раздолбайках, охотно ее подвезут, но их машины слишком маломощны, они не годятся. А те, кто несется на шикарных новых авто, могли бы сгодиться, но вряд ли их заинтересует поднятая рука.

Оставалась последняя ставка на прыткие, но далеко не новые машины. Многие молодые ребята, не имея достаточно средств для покупки нового мощного автомобиля, устанавливают на старые иномарки усиленные движки и гоняют, почти равняясь по мощности с новыми.

Конечно, бензина такой «конструктор» жрет немало. И поэтому владельцы его всегда находятся в поисках халявной наживы. К тому же они не прочь лишний раз покрасоваться на дороге пусть даже перед случайной попутчицей.

Кире повезло. Очень быстро она высмотрела подходящую машину – «Мерседес» выпуска года этак девяностого. Но машина была в отличном для своего возраста состоянии. То есть правое крыло у нее было помято, левая фара не горела. Но сама машина неслась и прыгала из ряда в ряд так, что сразу же становилось понятно: ее владелец – парень лихой и даже рискованный. Ну а состояние его гоночного болида говорило о том, что и подзаработать владелец не откажется.

– Это то, что мне нужно!

Кира взмахнула рукой, ничуть не смущаясь, что облюбованная ею машина несется по скоростной полосе. Она была уверена: два плотных потока не остановят ее водителя. Так и вышло. Лихач подрезал всех, кого мог, пронесся мимо Киры, а затем, картинно взвизгнув шинами, сдал задом.

– Ну что, красавица? Кататься хочешь?

Джигит оказался армянской национальности с красивым породистым носом и азартным блеском в глазах. Пожалуй, в другой момент сердце Киры и дрогнуло бы, но сегодня у нее была иная цель. И увы, красавец джигит был для нее лишь средством, а не целью. Конечно, сам он об этом еще не подозревал, поэтому красовался и выпендривался как только мог.

Кира не стала долго колебаться. Она настроилась на успех и была уверена: все у нее получится. Правда на ее стороне, значит, победа гарантирована. Она даже не подумала о том, насколько небезопасно вообще садиться в такую машину.

– Мне очень нужна твоя помощь! – запрыгнув в машину, заявила Кира парню. – Сейчас мимо нас проедет мой знакомый. Я покажу тебе его машину. Сможешь догнать ее?

– Вах! Догнать! – пренебрежительно всплеснул руками водитель. – Скажешь тоже, дорогая! Да под капотом моего мерина триста лошадей. Догоню и перегоню любого!

Вызов был брошен, перчатка поднята, джигит рвался в бой, позабыв даже про деньги. Все-таки легко иметь дело с азартным человеком. Ему и деньги не нужны, если есть азарт.

За те три минуты, что Кира с ее джигитом, которого звали Арсен, ждали машину Костика, они успели хорошо познакомиться. Что касается самого джигита, Кира узнала лишь его имя. А вот про его машину узнала очень и очень много. Объем двигателя, трансмиссия, зажигание, турбовпрыск, турбонаддув и турбонагрев или что-то в этом роде.

– Вот он!

– Где?

– Вон там!

– Вижу! Хорошая у него тачка, но моя круче!

Арсен не задавал лишних вопросов, что вполне устраивало Киру. Пусть говорит, лишь бы дело делал.

– Гонки! Я это люблю. А кто он тебе? Муж? Любовник?

– Он муж моей сестры.

– А! – одобрил Арсен. – Сестра – это святое! Сестре надо помогать. А у него что, любовница? Другая женщина?

– Нет… он игрок. Всю зарплату спускает. А у них трое детей. Мне нужно догнать гада, отнять у него часть зарплаты и передать деньги сестре. Пусть хотя бы еды купит.

– Дети – это святое! – опять одобрил Кирино вранье Арсен. – Помогу! Хотя… мужчина в семье должен быть главным.

– Вот поэтому-то сестра и просит, чтобы деньги отняла у него я. Не хочет ущемлять его мужское достоинство.

– Э-э-э! А хочешь, я у него деньги отниму?

На этот раз азарт в глазах ее нового знакомого совсем не понравился Кире. Черт его знает, этого Арсена, вдруг действительно примется требовать с Костика несуществующие алименты на таких же несуществующих детей?

– Н-е-ет, пожалуй, что нет. Не надо. Я сама справлюсь.

– Эй, – искренне расстроился Арсен. – А я бы хорошо мог тебе помочь. Не хочешь? Не доверяешь?

– Да нет, при чем тут это? Доверяю…

Какое к черту доверие! Да она этому пройдохе и рубля бы не доверила. У него на морде так и написано, что он разбойник. Нет, ничего личного, но Арсен был именно таков.

И Кира лихорадочно попыталась придумать отмазку, которая удовлетворила бы Арсена, не обидев его. А то с этими горячими южными парнями никогда не знаешь наверняка, что они отмочат в следующую минуту. Психанет да и высадит, весь такой обиженный и разозленный, Киру на обочину. И что ей делать? Пока она будет ловить следующую машину, Костик будет уже за тридевять земель. Ой, не повезло же ей с водителем!

– Ладно, тогда сделаем так. Понаблюдаем немного. А когда я скомандую, ты вылезешь и пойдешь требовать с него деньги.

– Сколько взять?

– Думаю, десять тысяч будет достаточно.

– Ты что? Десять тысяч рублей? На троих детей? Да ты с ума сошла!

Арсен был так искренне возмущен, что Кира даже почувствовала раскаяние. Зря она плохо подумала об этом парне. Он хочет помочь ей от чистого сердца!

– Нет, дорогая! Меньше тридцати с него и не бери!

– А вдруг у него столько нет?

– Нет тридцати тысяч? В зарплату? И ездит на такой тачке? Нет, ты, дорогая, не догоняешь! Он тебе и твоей сестрице фуфло гоняет. За лохушек вас держит!

– Ах он гад какой! – протянула Кира, искренне надеясь, что ее голос звучит не слишком фальшиво.

Весь этот нелепый диалог начал ее утомлять. Надо было лучше придумывать легенду. Но кто же знал, что Арсен так горячо примется ей помогать. Другой нормальный человек на его месте просто пожал бы плечами, взял с Киры плату за проезд и ехал бы себе дальше, когда надобность в его услугах уже отпала. Ведь для этого же он остановился? Верно?

Но Арсен явно любил приключения не меньше самой Киры. И не только любил, но, в отличие от той же Киры, еще и активно их искал. Стоящая с поднятой рукой Кира как раз и показалась ему именно таким удачным началом нового приключения.

– Да ты послушай, – втолковывал он Кире. – Теперь мы просто обязаны наказать негодяя. Не знаю, как ты, а я искренне, слушай, искренне возмущен! Нельзя так с детьми поступать! Свои они или чужие, все равно нельзя кусок хлеба у ребенка отнимать. Дети – святое!

– У этого человека, видимо, ничего святого нет, – ответила ему Кира, поразившись тому, как искренне звучит ее голос.

Определенно она вошла в роль. А что касается Арсена, тот вошел уже в настоящий раж. Разве что на своем сиденье от возмущения и негодования не подпрыгивал. А все остальное делал: по рулю хлопал, и ногами топал, и в окно злобно сплевывал, ничуть не заботясь тем, куда летят его плевки. Одним словом, Кира насладилась поездкой всласть, но всему, даже самому хорошему, когда-нибудь приходит конец.

Вот и Костик остановился у дверей какого-то летнего кафе. Внутрь вели большие стеклянные двери, но и снаружи было просторно. Кафе удачно располагалось одним входом на улицу, а вторая дверь выходила в небольшой сквер.

Так что летом тут всегда было очень оживленно и людно. Кафе процветало, ведь каждому в летний зной приятно освежиться кружечкой пива или коктейлем. Под вечер тут прямо толпились желающие, но сквер был достаточно просторен, пластиковые столы и стулья дешевы, так что места хватало всем.

Неподалеку от кафе был даже водоем, куда можно было пойти пополоскать руки или ноги, а некоторые так даже и разгоряченные головы окунали или пытались купаться. Правда, вода была не слишком привлекательна на вид, а берег покрыт буро-ржавыми проплешинами от налета железосодержащей полюстровской воды, бьющей тут всюду прямо из-под земли.

В паре сотен метров от того места, где находилось летнее кафе, много лет назад был построен Полюстровский комбинат минеральной воды. Он вполне благополучно просуществовал всю перестройку, выжив в то непростое время, и вполне процветал сейчас. Именно к его дверям, миновав летнее кафе, и подошел Костик.

На какое-то мгновение он остановился в дверях проходной, а затем скрылся за высокой оградой Полюстровского комбината.

– Вах! Упустили!

Арсен выглядел крайне разочарованным. К счастью, его не заинтересовало, что же понадобилось моту и игроку, каким охарактеризовала Костика его знакомая, на комбинате минеральных вод. Еще на заводе коньячных изделий или на пивном заводе – понятно, там атмосфера располагает. Но тут?

– С тех пор как казино повсюду официально запретили, эти игроки ютятся по самым разным местам, – с видом знатока пояснила ему Кира, не дожидаясь, пока ей зададут вопрос.

– Вон оно что, – присвистнул Арсен, посмотрев на Киру с куда большим уважением. – И тут тоже играют?

– И еще как!

Впрочем, на территории комбината Костик пробыл совсем недолго. Даже для одной игры явно недостаточно. Даже для самой малюсенькой ставочки. Потому что не прошло и нескольких минут, как Костик вышел из проходной и направился к тому летнему кафе, которое раньше миновал.

В кафе он уселся за угловой столик, время от времени с явным нетерпением поглядывая в сторону комбината.

Кого он ждет? Но поразмыслить Кире не удалось, в ухо ей дышал нетерпеливый Арсен.

– Тут его и сцапаем, гада! Прямо сейчас!

– Погоди.

– Чего ждать? – горячился Арсен. – Нам повезло, в казино его не пустили. Так он прямо сейчас деньги начнет тратить! Надо ему помешать!

– И как ты это сделаешь?

– Ты отзываешь голубчика в сторону, а там на него наседаю я. И вообще, понять не могу, почему мы до сих пор не прижали гада к обочине и не выпотрошили как следует?

О господи! Свалился ей этот разбойник на голову. Надо было срочно менять легенду. Первая оказалась никуда не годной.

– Арсен, послушай, это не совсем то… Я тебе не совсем правду сказала!

– А что? Ты мне солгала?

– Да понимаешь, этот человек… он не муж моей сестры.

– А кто он?

– Он мой муж.

Кира стыдливо потупила глаза. А глаза джигита, наоборот, полезли из орбит.

– Слушай, ты следишь за своим мужем? У него роман, да? А ты за ним следишь? Слушай, да ты огонь, а не женщина. Мне такие нравятся. Слушай, а давай отомстим твоему мужу? Ну, типа у него там роман на стороне туды-сюды, и ты ему тоже… того… сюды-туды.

Мысли Арсена явно приняли иное, куда более игривое направление. Он заметно повеселел и многозначительно стал подмигивать Кире.

– Погоди, – едва сдерживая смех, произнесла Кира.

– А чего годить? Надо ему отомстить, и как можно быстрее! Прямо сейчас. Можно и у меня в машине!

– Нет, сначала я должна убедиться, что все именно так, как я думаю. Что мои подозрения небеспочвенны.

– Женщины всегда правду чуют! – солидно покачал головой Арсен. – Если тебе сердце подсказывает, что муж тебе не верен, значит, так и есть!

– Знаешь что… А тебе твое сердце не подсказывает, что ты лезешь не в свое дело?

Арсен собирался обидеться, но передумал. Он посмотрел в сторону, где за столиком сидел Костик, и воскликнул:

– Смотри, твой-то уже не один! А ты еще мне не верила! Да что мне, ты себе не верила!

– Да заткнись ты! – отбрила Кира, которая с любопытством смотрела в окно.

Пока они с Арсеном страстно препирались, к Костику подошла какая-то женщина. Честно говоря, ее вид Киру слегка разочаровал. Незнакомка не была молода, не была хороша собой. Она даже не была богата, о чем говорила ее скромная одежда. Женщина, чей расцвет остался далеко позади, хотя и старость еще неблизка. Обычная женщина обычного среднего возраста.

Обращали на себя внимание только ее высокий рост и излишня сухощавость. Какая-то скаковая лошадь, а не женщина.

– Где-то я ее уже видела, – пробормотала Кира. – Вот только где?

– Да в постели у своего благоверного! – заржал Арсен. – Ну и вкус у твоего мужика! Честно говоря, ты тоже не ахти какая красавица, но эта кобыла двуногая вообще нечто!

– Слушай… ты!..

У Киры даже дыхание перехватило от возмущения. Ну и нахал этот Арсен! Она, видите ли, тоже не красавица. А себя-то он давно в зеркале видел? Урод!

– Так бы тебе и врезала! – откровенно призналась она Арсену. – И на душе бы полегчало…

– Э! Женщина! Меня бить нельзя!

– А если я не красавица, то чего ты ко мне подкатываешь?

– Кто? Я? А-а-а… ну да, подкатываю.

Тут растерянная физиономия Арсена осветилась улыбкой:

– А-а-а… слушай, понимаю! Ты обиделась? Так ты не сердись! Ты для меня-то самая настоящая красавица и есть! Я тебя, когда первый раз увидел, прямо весь затрепетал, слушай. Вах, думаю, какая же красавица у дороги стоит. Запылал весь, честно тебе говорю!

– А сказал…

– Сказал, что это ты для него не красавица, для мужа своего. А для меня самая прекрасная из всех красавиц и есть!

Кира передернула плечами, а Арсен, поняв, что прощен и надежда на быстрый и ни к чему не обязывающий секс с незнакомкой еще имеется, воскликнул:

– Да ты смотри, смотри, что они делают! Целуются, вах!

Костик действительно поцеловал незнакомку. Она ответила ему долгим поцелуем, который, затянувшись, внезапно стал таким пылким, что оба влюбленных кинулись друг другу на шею.

– Вах! Какая страсть! – прокомментировал Арсен. – Пора бы и нам…

– Не понимаю, – нервно кусая ногти, пробормотала Кира. – Не понимаю, кто эта баба!

– А тебе не все равно? – удивился Арсен.

– Мне не все равно. Где-то я ее видела, и было это совсем недавно.

И внезапно Киру осенило. Она вспомнила эту женщину. Вспомнила ее лицо с тяжелой, какой-то лошадиной нижней челюстью. И вспомнила также то, где ее видела. Это было на «Красном озере». Долговязая женщина тоже жила с ними в эколагере. Только там она не казалась такой высокой, возможно, из-за того, что в лагере можно было ходить босиком и многие этим пользовались. Незнакомка была в числе их. Но тогда в эколагере ни со стороны Костика, ни с ее стороны никаких взаимных нежностей заметно не было. И ясно почему! Эти двое должны были скрывать свою связь.

– Вот оно что! – ахнула Кира, внезапно прозревая. – Ах какой негодяй!

Теперь Кира твердо знала, с кем встречается сегодня в летнем кафе Костик. Не с любовницей или давним другом, которого не видел много лет. Он встречался тут с киллером, которого нанял для убийства Лики! А поцелуй свидетельствовал всего лишь о том, что Костик был доволен и самой киллершей, и безупречно выполненной ею работой.

Глава 16

Кира не сводила пораженных глаз с женщины, которая присела наконец рядом с Костиком. О чем они говорят? Вот бы подслушать! Кира высунула в окно голову и попыталась настроить уши, как локаторы. Нет, не слышно.

Постепенно Кире стало ясно, что между этими двумя далеко не все так безоблачно, как казалось вначале. После короткой беседы и взаимных объятий температура за угловым столиком начала накаляться.

Арсен это заметил первым и сказал:

– Смотри-ка, мужик твой с этой каланчой уже ссору начал. Ишь ты! Если присмотреться, то и она ничего! Заводная вроде тебя. Пожалуй, она тоже мне нравится!

Кира кинула на Арсена насмешливый взгляд. А существуют ли вообще на свете женщины, которые не нравятся этому любвеобильному типу? Если и есть такие, то их точно немного.

– Помолчи, а? – попросила его Кира, как ей казалось, вежливо, но Арсен снова на нее обиделся.

Беда с этими темпераментными мужчинами – что ни слово, то для них кровная обида. Пожалуй, теперь понятно, почему южные женщины предпочитают помалкивать в присутствии своих мужчин. Те слишком нервно реагируют на все сказанное женщиной.

Между тем ссора за столиком в кафе набрала полную силу. Было видно, что Костик и его знакомая почти кричат друг на друга. Они были так увлечены своей ссорой, что не замечали ничего вокруг. Можно было бы подобраться к ним поближе и послушать, о чем идет речь.

Кира потянула ручку двери и поняла, что она заблокирована. Из машины хитрого Арсена еще никто из пассажиров просто так не уходил. Ссориться и воевать с ним за свою свободу Кира не видела смысла, распределение сил было не в ее пользу. Надо было идти на хитрость.

– Арсен, пойдем к ним. Мне кажется, уже пора нам появиться.

– И отнять деньги, да?

– А потом еще и отомстить моему мужу за его измену.

И Кира постаралась призывно подмигнуть Арсену. Он моментально расцвел и закивал головой, показывая, что полностью одобряет план своей случайной подруги и готов ей всесторонне содействовать, раз уж в конце его ждет два замечательных приза – секс и деньги. Вернее, деньги и секс. Как ни крути, получалось двусмысленно, но это была проблема Арсена, а не Киры.

Она-то своего добилась. Выскочила из машины и нахально двинула к столику, за которым сидела парочка. Но Кира опоздала – как раз в тот момент, когда она уже могла слышать, что говорят за столиком, Костик вскочил на ноги и, не глядя по сторонам, сердито воскликнул:

– Ну знаешь, Лора, это просто невероятно! Ты всегда была эксцентричной, но то, что происходит с тобой сейчас… Это уже ни в какие ворота не лезет!

Женщина, которую он назвал Лорой, не осталась равнодушной к упрекам Костика. Она тоже вскочила на ноги и сердито воскликнула:

– Неблагодарный! Все, что я делала, я делала ради тебя!

– И умотала в Африку на несколько лет тоже ради меня?

– Во-первых, я поехала в научную экспедицию. А во-вторых, разве ты по мне скучал?

– Да я… Да ты… Да что вообще с тобой говорить! Ты как ничего не понимала, так и не поумнела в разлуке!

С этими словами Костик развернулся и зашагал в сторону своей машины. Женщина, которую он назвал Лорой, поколебалась ровно секунду. Затем она тоже развернулась и быстро пошла, почти побежала в направлении Полюстровского комбината. Мгновение – и за столиком уже никого не было. Кира разрывалась, не зная, за кем из этих двоих ей теперь следить.

Из раздумий ее вывел Арсен, который подоспел как раз в тот миг, когда его деньги и секс разбегались в разные стороны.

– Эй! Что за дела? Куда это они?! – схватил он Киру за руку.

– Отстань!

– Э-э-э! У нас с тобой договор!

Зря он это сказал, очень зря! У Киры было отвратительное настроение, она упустила такой удобный случай понять, что происходит. И теперь ей обязательно надо было сорвать на ком-то свою злость. Так как рядом с ней был только Арсен, Кира решила оторваться на нем. Набрав в легкие побольше воздуха, она развернулась в сторону парня и высказала ему наконец все, что она думает о его небритой физиономии, побитой жизнью машине, а также о его методах ухаживания за женским полом.

– Будешь продолжать в том же духе, закончишь дни на кладбище в гордом одиночестве. Всех твоих дружков либо поубивают, либо в тюрьму посадят. Жены и дети от тебя уйдут, потому что у тебя никогда не будет на них времени. Говорю тебе, подохнешь в старости, как койот!

На Кирино счастье, Арсен явно недостаточно хорошо знал, кто такой койот. Слово звучало красиво, и он горделиво расправил плечи:

– Да, я койот. А ты… Ты просто курица!

– На этом и расстанемся!

И Кира быстро двинулась прочь. Арсен не стал ее преследовать. В душе у девушки кипела целая буря смешанных чувств. С одной стороны, хорошо, что не потащился. А с другой… с другой – мог бы быть в этой фазе ухаживания и поактивнее!

Оказавшись в «Чудном уголке», Кира первым делом приняла душ, чтобы смыть с себя все неприятные впечатления этого дня. Потом начисто смела весь ужин, который поставила перед ней Леся. Она здорово проголодалась. Ведь после того, как Кира потеряла Костика и Лору, ей еще пришлось чапать за «Гольфиком», который она бросила у обочины, когда началась погоня с Арсеном.

Так что Кира сильно измоталась за сегодняшний день. И лишь основательно подзаправившись, она смогла более или менее внятно и связно изложить события сегодняшней слежки.

– У Костика связь с женщиной по имени Лора, – выпалила она, глядя на Лесю. – Из себя она худая долговязая кляча. Уже не девочка. Много бы я дала, чтобы узнать, кто она такая!

Но Леся отреагировала как-то странно. Вместо того чтобы вместе с Кирой начать строить догадки о личности этой Лоры, она внезапно воскликнула, словно что-то поняв:

– Погоди, погоди, как ты сказала ее зовут? Лора?

– Ну да, Лора.

Кира с интересом взглянула на подругу, и Леся ее не подвела.

– Но так звали прежнюю жену Костика! – воскликнула она. – Он нам сам про нее рассказывал!

Кира отложила в сторону чайную ложечку, которой она нацелилась на несколько посыпанных тертым шоколадом шариков мороженого в вазочке, и воскликнула:

– В самом деле? Жена? Ты точно это помнишь?

– Да, ее звали Лора. Только она ведь бросила Костика довольно давно.

– Бросить бросила, а вот развестись с ним позабыла.

Окончательно передумав насчет мороженого и прочего десерта, Кира разочарованно произнесла:

– Выходит, она его законная супруга, и в их встрече не было ничего предосудительного.

– Ну, не знаю, не знаю.

– Я тоже ничего не понимаю.

Кира в самом деле перестала что-либо понимать. Выходит, она была не права в своих подозрениях насчет Костика. С Лорой у него романа не было, стоило вспомнить, как орали эти двое друг на друга, сидя за столиком в летнем кафе. Ни о какой любви или воссоединении семьи и речи не шло. Тогда что же так тревожит Киру в этой истории? Почему ей кажется, что с Лорой еще есть о чем потолковать?

Наконец Кира сообразила, что ее смущает:

– Костик нам рассказывал о Лоре так, словно она давно уже покойница. Сгинула в джунглях Центральной Африки.

– Я с его слов сделала приблизительно такой же вывод.

– А она, покойница, в это время вполне успешно живет в нашем городе и даже трудоустроилась на заводе минеральных вод.

– Костик мог с ней развестись в любое время, но почему-то не сделал этого.

– Вот-вот, не странно ли это?

– Надо бы с ней пообщаться.

– Может, сначала стоит поговорить с Костиком?

– И о чем с ним разговаривать? Кстати… про Костика… Знаешь, про этого человека я вообще больше слышать не хочу. Это ведь он сдал нас следователю!

– Я помню. Но он ради нашей же безопасности старался, сам нам так объяснил.

– Это ты про тот раз, когда он заявился в отделение полиции с требованием, чтобы нас арестовали?

– Да.

– А я уже не про этот случай говорю. Про него я и забыла давно! Костик новый фортель выкинул!

И Леся принялась возбужденно докладывать подруге о том, что ей рассказал один из охранников:

– Когда я возвращалась домой, мне пришлось пройти через пост охраны пешком.

Памятуя утренний инцидент, идти Лесе было страшновато. А вдруг следователь Виктор Владимирович, обозленный их с Кирой молчанием, арестует Лесю прямо на проходной? Но и ночевать на улице не хотелось. Так что она собрала все свое мужество в кулак и пошла.

– На посту меня остановил тот же охранник. Я сначала испугалась, что у него приказ следователя арестовать тебя и меня, но парень держался дружелюбно. Более того, он сказал, что Таракан велел передать: кто-то хотел нас с тобой подставить. Дескать, когда мы вчера ночью уходили из дома Лики, то там все было в порядке. Он лично все проверил. А когда сегодня утром туда пожаловал следователь, то там было полно наших с тобой следов, и, главное, прямо напротив входа была сделана огромная надпись: «Прощай, Лика. Твои подруги Кира и Леся!»

– Что за бред?

– Я тоже примерно так и сказала. А он возразил, что его дело маленькое. И что следователь на нас с тобой потому утром так взъелся, что счел нас причастными к бардаку в доме у Лики.

– Погоди, какой бардак? Там все было очень прилично, когда мы уходили.

– Вот-вот! А следом за нами туда явился еще кто-то. Вот он и перевернул все вверх дном.

– И кто это был?

– Мы можем лишь предполагать. Камеры-то были отключены самим Тараканом!

– А какое предположение?

В ответ Леся сделала страшные глаза, понизила голос и не то прошептала, не то просвистела:

– Костик.

– Костик?

– Да, этот гад вознамерился засадить нас за решетку. Один раз у него это не получилось, так он вон что придумал!

– Но зачем ему это надо? В смысле, зачем он хочет упрятать нас в тюрьму?

– Откуда мне знать? Возможно, он мстит всем, кто был близок с Ликой. Вспомни, Никиту он уже определил в каталажку. Лика мертва. Мы на очереди следующие.

– Погоди, погоди. Мне Костик не кажется таким уж монстром. Допустим, у него могли быть причины, чтобы злиться на Лику и Никиту за шашни. Но мы-то с тобой тут при чем? Лично я про Никиту даже не знала. Лика принимала его у себя, но нас на эти встречи не приглашала.

– Может, Костик думает, что мы с тобой были в курсе ее романа с Никитой, а ему не сказали? Значит, нас тоже нужно наказать.

– Ерунда какая-то.

– А вот ты ему позвони да расспроси.

– Я сделаю лучше. Я скажу ему, что нам все известно. И про то, что ночью он обыскал дом Лики, и про Лору.

– Возьмешь его на пушку? – обрадовалась Леся.

– Ага. Именно это я и сделаю.

Если бы хоть одна из подруг догадывалась о том, в какую опасную игру они сейчас влезают, то ни одна из них не взяла бы телефонную трубку. Да и сам телефон они бы спрятали подальше, чтобы не искушал. Но девушки не подозревали о нависшей над их головами угрозе. Идея Киры обеим показалась чрезвычайно удачной.

Костик снял трубку, за что немедленно и поплатился.

– Мы знаем все! – гордо заявила ему Кира.

– Абсолютно все? – развеселился Костик. – Поздравляю вас. Значит, вы умнее всего населения нашей планеты вместе взятого! Лично я не знаю даже половины того, что бы хотел знать.

– Мы знаем про Лору, – мрачно поправилась сыщица, и задора у Костика значительно поубавилось.

– Хм, что именно вам удалось накопать, госпожи прелестные ищейки?

– Мы знаем, что твоя первая жена вернулась в страну. И ты с ней встречался!

От веселья Костика вообще не осталось и следа.

– Это вы с чего взяли? Придумали?

– Если бы! Мы вас видели. А еще мы знаем, что твоя жена была в эколагере. Это ты ее туда пригласил? Хотел познакомить ее с Ликой?

В трубке повисло продолжительное молчание. Затем Костик вздохнул и ответил:

– Лора приехала туда без моего ведома.

– Она там была! А зачем?

Возникла еще более долгая пауза, после которой Костик все же ответил:

– Хотела поговорить со мной о разводе.

– Почему именно там?

– Мне неприятна эта тема, я по возможности уклонялся от разговора с ней.

– Что? Ты не хотел разводиться с Лорой? А как же Лика? Ты о ней подумал?

– Я не намерен обсуждать с вами свою личную жизнь.

– Нет, погодите-ка, мужчина! При чем тут ваша личная жизнь? Произошло убийство. А на «Красном озере» в этот момент, оказывается, была ваша вполне дееспособная супруга. Вы не думаете, что Лику могла убить именно она?

Некоторое время в трубке было совсем тихо. Потом Костик вздохнул и произнес:

– Видимо, придется вам кое-что объяснить, девочки. Дело в том, что я и не собирался жениться на Лике. Я был достаточно хорошо осведомлен о ее делах и изменах.

– Но ты пригласил Лику с собой на уик-энд.

– Правильно. Но лишь для того, чтобы порвать там с ней.

– Порвать?!

Подруги не верили своим ушам. Оказывается, Костик действительно собирался бросить Лику. В таком случае его жене, конечно, не было нужды убивать Лику. Да и не могла она быть в претензии – сама бросила мужа на долгие годы. Стоит ли удивляться, что в его жизни появились другие женщины, а одна цыпочка так и вовсе собиралась прибрать Костика к своим цепким ручкам.

– В поисках убийцы Лики я бы вам все же советовал обратиться к ее бывшему мужу Борису. Их связывали кое-какие дела, боюсь, не совсем законные. В последнее время бизнес Бориса резко пошел в гору. А в определенных кругах стали ходить слухи, что не стоит переходить ему дорогу, иначе рискуешь потерять гораздо больше, чем думал приобрести.

– Это мы знаем. Лика помогала Борису в его махинациях. Спала с теми, на кого он ей указывал, а потом пугала бедолаг разоблачением. Она и с тобой начала встречаться по его указке, разве не так?

– Если вы все знаете сами, что вы хотите тогда от меня?

– Ответь нам на несколько вопросов.

– Каких?

– Почему ты не порвал с Ликой, когда узнал о ней правду?

– Это вы о том, что она собиралась шпионить за мной в пользу Бориса, или о ее романе с Никитой?

Голос Костика звучал так равнодушно и отстраненно, что можно было подумать, речь идет не о нем, а о каком-то совершенно постороннем человеке. Это ему изменяла любимая девушка, его она планировала обобрать до нитки.

– И о том, и о другом!

– Что касается Бориса и его афер с Ликой, то Лика сама мне во всем призналась. Донос Бориса последовал чуть позже, когда я уже был в курсе. Рассказывая, Лика горько плакала, умоляла о прощении, клялась, что никогда больше так не поступит. Она сказала, что раньше собиралась порвать с этим грязным бизнесом. Но лишь теперь, полюбив меня, она поняла, насколько ужасно было то, чем она занималась.

– И ты ей поверил?

– Черт! Лика умела быть очень убедительной, когда хотела! Я дал ей шанс. Конечно, я понимал, что до конца этой очаровательной ведьмочке верить не стоит, но она была такой милашкой… я не мог порвать с ней сразу! Она мне очень нравилась, с ней всегда было весело.

– А когда ты узнал про Никиту, тебе тоже было весело?

– Не скрою, это известие доставило мне несколько неприятных минут. Но повторяю, я никогда не рассматривал Лику в качестве своей невесты. Планы насчет нашей будущей свадьбы были исключительно у нее в голове. Так что я огорчился, но, так сказать, в меру.

– А мы тебе чем насолили?

– Лично против вас я ничего не имею. Хотя вы могли бы вести себя и посдержаннее.

– Поэтому ты пытался засадить нас в камеру?

– Для вашей же безопасности.

– Ответь, это ты устроил вчера ночью в доме Лики обыск, а потом попытался подставить нас с Кирой – написал на стене наши имена?

– Не понимаю, о чем вы говорите.

По тону Костика было слышно, что он прекрасно все понимает.

– Тебя видели, когда ты входил в дом Лики.

– Черт! – попался на удочку Костик. – Как неудачно! Но вы все равно ничего не докажете!

– Ах, ты так! – рассердилась Кира. – Видно, с тобой у нас разговора не получится. Придется обратиться к Лоре.

– Нет! Не надо!

– А что нам делать? Ты не хочешь откровенничать. Вероятно, у твоей жены найдется, что рассказать нам.

– Девчонки, да вы сами не подозреваете, куда влезаете!

– Мы знаем, что Лора будет более откровенной с нами, чем ты! Будешь говорить или нет?

– Хорошо, давайте встретимся. Я все расскажу. Только я вас умоляю, не надо дергать Лору по пустякам.

– Ты называешь убийство Лики пустяком?!

– Извините, я не так выразился. И что касается ее смерти… Поверьте, я скорблю по ней. Лика была по-своему дорога мне. Да, я знал ее неприглядные стороны, но она была такой душкой, когда ей это было выгодно. Я просто не мог устоять перед ее очарованием. Возможно, мы с Ликой встречались бы еще очень долго. До тех пор, пока она бы не сообразила, что я никогда не женюсь на ней, и не бросила бы меня сама.

– Мы говорили про Лору.

– Да, моя жена вернулась из своего путешествия… как бы это сказать… другим человеком.

– Что ты имеешь в виду?

– В Африке она попала в плен к тамошним аборигенам. С относительно цивилизованного побережья ее увезли в глубь страны. Представьте, в джунглях живут люди, которые до сих пор охотятся за головами. Целое племя. Моя жена провела с ними долгое время. И ее психика… Одним словом, Лоре сейчас необходим покой и помощь близкого человека. Все эти убийства, расследования… я старался держать жену в стороне от них.

– Ты все еще любишь Лору?

– Да. Она дорога мне. И поэтому я сам отвечу на все ваши вопросы. Не приставайте к ней. Она вернулась, но тут лишь ее тело. Мысленно она все еще там, на Черном континенте.

Костик говорил в том же духе еще долго. Кира не прерывала его. Пусть у парня сложится впечатление, что они повелись на всю эту лабуду. А они тем временем… тем временем… Мысли девушки унеслись прочь. Она лишь время от времени поддакивала Костику, стремясь создать иллюзию того, что внимательно его слушает. А сама обдумывала план, как они поступят завтра.

Кира чувствовала, что Костик не вполне откровенен с ней. Ведь он так и не объяснил, что делал ночью в доме у Лики. Что искал там?

Распрощавшись с парнем, Кира положила трубку и объяснила подруге:

– Он предлагает завтра встретиться и все обсудить.

– Лора тоже будет?

– Нет. Костик не хочет, чтобы мы встречались с Лорой!

– Значит, нам во что бы то ни стало надо с ней повидаться!

– Точно! – обрадовалась Кира тому, что ее собственные мысли так идеально совпадают с мыслями подруги. – Пора уже утереть этому типу нос! Хватит ему вредить нам. Теперь я уверена, что наши имена на стене в прихожей у Лики – его рук дело. Он был там ночью. Я в этом уверена!

– Какой подлый!

– И не говори.

– А что касается его Лоры… Ты знаешь, как ее найти?

– Если она работает на заводе, то в отделе кадров должны помочь найти женщину.

– Отлично! Значит, завтра с утра двинем к ней. А уже потом отправимся к Костику.

В момент отхода ко сну Кире вдруг пришла в голову еще одна мысль, связанная с Лорой. Мысль была такой волнующей, что она не поленилась и пошла к спальню к подруге.

– Послушай, и как следователь сразу же не вычислил эту Лору? Ведь были составлены списки всех отдыхающих в эколагере на тот момент. А если Лора с Костиком до сих пор женаты, то…

Кира не договорила и беспомощно взглянула на Лесю. Но она во многих вопросах была куда прагматичнее подруги.

– А ты что, не помнишь, кто вел тогда следствие? – хмыкнула она. – Списками занимались Михалыч и его ребята. А они все Костины дружки. Вот и вычеркнули имя дорогой Лорочки из общего перечня. Костик так переживает за психическое здоровье блудной супруги. Уверена, он попросил ребят об этой услуге.

– Но это же против правил!

– А что у нас в стране делается по правилам? Все и всегда делается исключительно по знакомству. Усекла?

Кира примолкла. У кого сила, тот и прав. Костику ничего не стоило попросить своих знакомых о ничтожной услуге. Подумаешь, вывели из поля зрения будущих следователей одну из свидетельниц. Так ведь это же не просто свидетельница, а обожаемая и долгожданная супруга одного из друзей. Всем известно, как любил Костик свою Лору, как он горевал, когда она пропала, и сколько денег отдал на ее поиски.

Увы, поиски не привели к желаемому результату. Парень был в отчаянии. Но теперь Лора вернулась к нему сама. Больная она или здоровая – друзья Костика была просто обязаны сделать доброе дело для друга и его жены. Скрывая Лору, они оберегали хрупкое семейное счастье товарища. Кто их упрекнет в этом?

– Другое дело, если бы на месте Лоры была другая женщина или на месте Костика кто-то другой. Или если бы сначала следствие вел не Михалыч, а другой следователь. Тогда было бы по-другому.

Кира примолкла. А ведь Михалычу было явно не по рангу лично мотаться на такие операции. Он занимал высокую должность, и Кира только сейчас поняла, что на «труп» он приехал исключительно по личной просьбе Костика.

Парень этого и не скрывал. Но тогда Кира думала, что Костик сильно хочет, чтобы на поиски убийцы Лики были брошены все силы, поэтому и обратился к своему старому корешу за помощью. Но теперь… теперь Кира думала иначе. А что, если Костик вызвал на помощь Михалыча для того, чтобы тот помог ему прикрыть Лору?

В общем, мыслей у Киры было много, и этой ночью она спала плохо. Сны ей снились все какие-то неприятные: то она бежала сквозь холодный проливной дождь, то оказывалась на краю скалы, срывалась и летела вниз в пропасть.

Так что проснулась она рано, и засыпать снова решительно не хотелось. Она пошла к Лесе, которая тоже уже бодрствовала. Спустя полтора часа девушки стояли у проходной Полюстровского завода минеральной воды, в просторечии «Полюстрово».

Глава 17

Первоначально план подруг был таков: проникнуть на территорию завода, найти отдел кадров и там выяснить координаты Лоры, супруги Костика. Но его пришлось мгновенно поменять, едва только девушки зашли на проходную, потому что в окошке сидела та самая высокая немолодая женщина с короткими светлыми волосами, которую видела Кира в кафе с Костиком. Лора!

Подруги ретировались на улицу и принялись обсуждать положение.

– Она тут.

– Да. Нам повезло. Никуда далеко идти не надо.

Несмотря на близость объекта, Кира чувствовала некоторую неуверенность. Она никак не могла понять, что ее тревожит, руки стали совершенно ледяные, а сердце бешено колотилось.

– Ужасно спала всю ночь, – неожиданно пожаловалась она Лесе.

– Я тоже. Сны какие-то дурацкие мучили. Что будем делать сейчас?

Просто зайти и поговорить с Лорой? Пожалуй, это был наиболее простой путь. И девушки не стали изобретать велосипед, а просто вошли внутрь и представились Лоре.

– Кира и Леся – знакомые вашего мужа.

Лора кинула на них внимательный взгляд и кивнула:

– Да, я видела вас на «Красном озере». Доброе утро, девочки. Чем обязана?

– Понимаете, мы ищем убийцу Лики.

– Лики?

– Ну да, девушки Лики. Она встречалась с вашим мужем, пока вас не было. А потом вы вернулись, а Лику убили. А убили ее на «Красном озере». Такое вот совпадение, как вы можете его объяснить?

Показалось им или в этот момент лицо Лоры как-то изменилось? Оно стало жалким и в то же время уродливым. Но длилось это ровно одно мгновение. Уже в следующую минуту Лора ответила приветливо:

– Никакого совпадения в этом нет, просто случайное стечение обстоятельств. А чтобы развеять все ваши сомнения, сразу же скажу: в Россию я вернулась уже почти полгода назад. Сами понимаете, если бы я хотела избавиться от вашей подруги и вернуть себе Костю, то я бы уже давно как-то дала о себе знать.

– Вы вернулись полгода назад?

– Или около того, – безразлично пожала плечами Лора. – Точнее можно узнать в администрации. Там должны помнить, в какой именно день они приняли меня на работу.

– Вы вернулись и сразу пошли работать на этот завод?

– Надо же мне было на что-то жить.

– А ваши прежние друзья… работа… муж, наконец? Почему вы не вернулись к ним?

Лора замешкалась с ответом.

– Не хотела.

– Почему?

– Знаете, этого не объяснишь в двух словах, – вздохнула Лора. – Но скажем так: с некоторых пор у меня появилась потребность в уединении.

– Двух лет в дебрях Африки вам в качестве уединения не хватило?

– Время, которое я провела в диком лесу, никогда не забыть. Эти люди… их образ жизни… он такой неспешный и в то же время такой правильный. Они никуда не торопятся, но все успевают. Конечно, жить с ними всю жизнь я бы не смогла, там полно болезней, насекомых, мало еды, а та вода, которой они пользуются, далека от совершенства. Они много и часто болеют. Но все же что-то в той жизни было такое… такое… Жизнь в Африке заставила меня по-новому взглянуть на наше здешнее существование. Так что все эти месяцы по возвращении в Россию я находилась на промежуточном этапе. Уже и не там, но еще и не здесь.

– Вы хотели собраться с мыслями перед встречей с мужем?

– Можно сказать, что и так.

Долго же она собиралась с мыслями! Целых полгода! Или мыслей у Лоры слишком много, или она страшная тугодумка!

– И когда же вы думали объявить мужу о своем возвращении?

– Даже не знаю. Но это решили за меня. Кто-то из друзей Костика увидел меня тут, узнал, сообщил ему, ну… он и примчался.

– И давно это было?

– Дней десять назад.

– Похоже, вы совсем не рады тому, что Костя нашел вас. Вы его совсем не любите?

При этом вопросе глаза Лоры впервые с самого начала разговора блеснули, став яркими, как два сапфира. Длился этот эффект недолго, но и короткого мгновения подругам хватило, чтобы понять, какой ослепительной красавицей была когда-то Лора. И мужа она, бесспорно, очень любила.

Так что же случилось с этой женщиной, что она предпочла уйти от любимого мужа, сначала уехать в далекую Африку, а потом спрятаться на этой проходной и влачить довольно унылое существование на те копейки, которые тут платили? Почему она предпочла такую жизнь, лишь бы не видеть Костика, не сталкиваться с ним? Что такого ужасного мог совершить мужик, чтобы отвратить от себя любящую жену?

– Лора, не обижайтесь на нас, но мы должны сказать вам правду.

– Мы считаем, что ваш муж нанял кого-то, чтобы расправиться с Ликой.

Лора побледнела. И прикрыла рот рукой, словно сдерживая готовый вырваться крик. Пальцы у Лоры были длинные, чуткие, но в то же время сильные. Пальцы врача, хирурга. Красивые руки когда-то очень красивой женщины.

– Костик не мог такого сделать!

– Лика изменяла ему с другим мужчиной.

– Поэтому мы считаем, что вам тоже может грозить опасность.

– Мне? С какой стати?

– Не вполне понятно, что на уме у вашего мужа. Возможно, вам он тоже предъявит вскоре счет.

– Костя… он хороший человек. Он не способен никому причинить вред.

– Это действительно так или вы хотите так считать?

Что-то мешало подругам поверить в то, что Лора искренне говорит с ними. Ведь она, закончив свои дела в Африке и вернувшись в Россию, не осмелилась явиться перед очами своего супруга. Ни с повинной головой, никак. Она просто спряталась от Костика на этой проходной.

Вся эта болтовня о своем месте в этом мире не более чем неудачная попытка замаскировать то, что Лора боялась своего мужа, боялась его гнева. А после двух лет отлучки, которые она провела невесть где, женщина была вправе ожидать выволочки со стороны мужа.

Ведь будь она пленницей у дикарей, они должны были иметь от Лоры какую-то выгоду. Не просто же так они таскали два года за собой белую женщину, кормили ее, а возможно, и лечили. Они давно должны были либо ее убить, либо отпустить, либо получать от нее какой-то прок. Иначе ее присутствие могло их смущать, мешать им вести привычный образ жизни.

Какими бы дикарями ни были африканские племена, понятие выкупа знакомо и им. Значит, Костик давно должен был выкупить свою жену. А раз он этого не сделал, значит, требований о выкупе, как он и сам говорил, ему не поступало. Следовательно, Лора сама не хотела возвращаться к своему мужу!

– Костик – очень хороший человек, – повторила Лора уже более уверенным тоном.

– Но вы же виделись вчера с вашим мужем, не отрицайте. У вас состоялся весьма бурный диалог, Костик был на вас очень рассержен.

– Откуда вы знаете? Вы что, тоже там были?

Теперь Лора побледнела не на шутку, ее кожа приобрела голубоватый оттенок, совершенно несвойственный для живого человека.

– И вы… что вы хотите от меня теперь?

– Хотим, чтобы вы рассказали нам всю правду.

– Всю правду, – прошептала Лора. – И… кто еще этого хочет?

– Вы сначала расскажите все нам, а потом мы уже передадим информацию куда следует.

– То есть к следователю вы меня прямо сейчас не потащите?

– А разве это нужно?

– Не нужно, – быстро согласилась Лора. – Вы правы. У следователя я буду все отрицать. Но вы мне кажетесь достаточно надежными, чтобы я могла вам довериться. Я ведь могу вам верить? Не правда ли?

Любопытство было надлежащим образом подогрето. К тому же их буквально распирало от гордости. Еще бы, именно им выпадет честь первыми услышать тайну Лоры. А в том, что у этой печальной худощавой женщины была тайна, сомневаться не приходилось. Даже в том, почему, вернувшись в Россию, Лора не полетела в объятия своего мужа, а предпочла скрываться от него, тоже была своя тайна.

– Если вы потерпите немного, я свяжусь со своей сменщицей, она придет, и мы с вами поговорим спокойно. Подождете?

– Ну конечно!

– Разумеется!

– Спасибо. Долго ждать не придется. Я вам это обещаю!

Повеселевшие подруги вышли наружу и устроились в «Гольфике». Они приготовились к долгому ожиданию, но Лора оказалась человеком слова. Не прошло и получаса, как невысокая худенькая девушка шмыгнула на проходную, а спустя минуту оттуда появилась Лора.

– Ну все, теперь я свободна как птица! – печально пошутила она. – Наверное, ваше появление, девочки, это знак для меня. Хватит мне пылиться на этой тухлой проходной. Ветер странствий вновь зовет меня в путь.

– Подождите, какой еще ветер странствий? – удивилась Кира. – А как же ваш муж? Он же вас любит!

– Муж? Костик? Ах да, я же обещала вам рассказать о нем. Знаете, а ведь когда-то я очень любила его. Подумать только, были и такие времена в моей жизни! Я искренне собиралась посвятить этому человеку всю свою жизнь, быть рядом с ним, готовить ему обеды и рожать детей. А вместо этого…

Лора не договорила, но на ее лицо легла темная тень. Что-то было в этой женщине такого, что затрудняло ее примирение с мужем.

– А что произошло вместо этого?

Но Лора не ответила.

– Подвезите меня до дома, – попросила она. – Я хочу переодеться, а потом отвести вас в мое любимое место. Не беспокойтесь, это тут недалеко, на плотине. Во время спуска воды там очень красиво и все напоминает мою любимую Африку в период дождей. Те же бурные потоки и крики птиц.

– А мы думали, что Африка – это выжженная солнцем саванна.

– О нет, – снова развеселилась Лора. – Африка очень разная. Сухое и безжизненное местечко может за какие-то несколько часов расцвести миллионами красок. Нигде во всем мире нет такого буйства жизни. В Африке, когда она просыпается после засухи, эта жизнь самая что ни на есть первозданная и мощная. Мне представляется, что потоки ликующей живой энергии расходятся по всему миру. И чем дальше рождаются люди от сердца Африки, тем меньше они наделены этой животворной чудесной энергией. Вот в Костике ее совсем нет. Он ее не чувствует, он даже не подозревает, что она есть. А кто не умеет чувствовать радость от жизни, тот не умеет жить.

– А вы, надо полагать, жить умеете?

– Мне удалось овладеть этим даром.

– Что же вы Костика не научили?

Но Лора снова не ответила, потому что они приехали к ее дому. Он находился всего в одной остановке от парка и завода, где работала Лора.

– Эту квартиру мне подарила бабушка еще до того, как мы познакомились с Костей. Долгое время моя мама сдавала ее, а теперь тут поселилась я сама.

– Не правильнее ли сказать – спряталась?

И снова Лора промолчала. Она пригласила подруг подняться к ней. Они с удовольствием согласились. Им было интересно взглянуть на то, как устроилась Лора. Оказалось, условия ее обитания были самыми спартанскими. В квартире было немного мебели, вся она была невысокого качества и далеко не новая. Зарплаты Лоры хватало лишь на самые необходимые вещи. Даже телевизор тут был стареньким, с толстым выпуклым экраном. И обувь…

При виде этих разношенных кроссовок и разношерстных бареток подругам стало не по себе. У них обувь хранилась совсем иначе. Впрочем, настоящей обуви у Лоры и не было, так… обувка с ближайшего вещевого рынка.

– Лора, но зачем ты так живешь? Ведь это ужас, что такое! Все так уныло… так бедно!

– Разве?

Лора окинула взглядом свою квартиру, словно видела ее впервые.

– А мне кажется, нормально, – пожала она плечами. – Со времен моего детства тут мало что изменилось.

– Но ты-то изменилась! Выросла! Вышла замуж и… Муж у тебя богатый человек. Почему ты не идешь жить к нему?

– Не хочу, разве это не очевидно?

Кира замялась. А Лора скрылась за ширмой, где переоделась в удобные полотняные штаны и легкую куртку. На плечо она повесила небольшой, чем-то набитый рюкзак. А ноги обула в легкие тапочки на резиновой подошве.

– Ну, я готова. Пошли!

Когда женщины выходили, Лоре кто-то позвонил.

– Я не могу сейчас говорить, – коротко произнесла она. – Когда смогу, позвоню сама.

Лора никак не прокомментировала этот звонок. Но подругам почему-то подумалось, что звонил ей Костик. Звонок повторился спустя полминуты. На сей раз Лора отвечала более сухо:

– Я же сказала, что перезвоню. Где я? Вообще-то сегодня я на работе. А в чем дело? Нет, приезжать ко мне не надо. Не надо, я сказала! Почему? Потому что я этого не хочу!

Лора прервала разговор и даже выключила телефон.

– Кто это звонил? Костя?

– Почему сразу обязательно Костя? – странно улыбнулась Лора. – А если бы даже и он, что с того? Мы не можем быть вместе. Нам надо расстаться. Я надеялась, что Костя все поймет сам. Но, похоже, нам не избежать окончательного разговора. Да, я чувствую, мне еще придется объясниться с бывшим мужем.

Лора выглядела очень печальной, и подруги недоумевали. Что тяготит Лору? Что за печаль грызет ее изнутри? Ведь со стороны все шоколадно. Лора осталась жива в Африке, аборигены ее не съели, она вернулась в родной город. Костик ее любит, он даже с Ликой собирался расстаться, чтобы не мешала их счастью. Так чего же Лора кочевряжится, чего еще она хочет от своего мужика? Зачем им расставаться теперь?

Ответ на все эти вопросы был только один: Лора знает про Костика некую тайну, и именно она не дает им быть вместе.

– Лора, а куда мы едем? Что это за плотина такая?

– Просто обычная плотина на реке, чуть дальше за ней имеется водохранилище. Но мы туда не пойдем – дальше начинается воинская часть, все огорожено. А на плотине в жаркий день очень приятно.

Место, которое выбрала Лора, было симпатичным. Зелень деревьев была сочной, как всегда бывает рядом с водой. И бегущая по камням речка приятно освежала в жаркий день.

– По вечерам тут всегда бывает народ. Но сейчас день, как вы видите, людей почти нет.

Действительно, лишь метрах в двухстах подруги углядели парочку рыбаков с удочками в руках. Что мужики ловили, на таком расстоянии понять было трудно.

Лора устроилась на берегу, достав из рюкзака пузатую флягу, украшенную диковинным орнаментом. Она сделала большой глоток и вопросительно посмотрела на подруг.

– Хотите немного?

– А что это у тебя?

– Освежающий напиток из трав и фруктов. Его готовят мои африканские друзья. В жару он отлично утоляет жажду и помогает долго обходиться без пищи.

– Интересно.

– А дай я попробую.

Взяв флягу, Леся с интересом ее осмотрела. Она уже поняла, что фляга представляет собой пустотелую, высушенную на солнце тыкву, которую сверху еще украсили резьбой и диковинным орнаментом. Пробка была вырезана из дерева, но сидела так плотно, что Леся с трудом с ней справилась. Она сделала глоток и почувствовала, что вкус у напитка довольно странный. Травы, какой-то мятный аромат. Хотя алкоголь не чувствовался, голова у Леси слегка закружилась.

– Это что-то со спиртным?

– Нет, алкоголя тут нет. Так что ты тоже можешь выпить.

Лора сделала еще один глоток и передала флягу уже Кире. Так они и сидели на бревнышке прямо над водой, глядя перед собой и потягивая принесенный Лорой напиток. Хорошо было так сидеть и молча глядеть на бегущую воду.

– Не думала, что все так кончится, – неожиданно произнесла Лора, когда фляга оказалась пуста. – Честное слово, девочки, вы обе мне даже симпатичны. Вот Лика, та была совсем другая. Я сначала и про вас тоже подумала, что вы лживые хищницы, мелкие пираньи ей под стать, но потом поняла, что из вашей компании Лика одна была такая.

– Мы не слишком близко дружили с Ликой. Даже не понимаем, зачем ей понадобилось тащить нас с собой на «Красное озеро».

– Она боялась. Духи слишком часто стали приходить к ней во снах, они пытались предупредить ее, но Лика так и не научилась понимать их язык. Свою жизнь она посвятила службе одному духу – демону наживы. Добрые духи, сопровождающие каждого от колыбели, просто не могли докричаться до нее. Лишь во сне они имели возможность предостеречь ее.

Рассуждения Лоры о добрых и злых духах показались подругам странными.

– И ты во все это веришь?

– Во что именно?

– Ну… в духов, добрых и злых. Веришь?

– Я не просто верю, я точно знаю, что они есть.

– И ты умеешь с ними разговаривать?

– Конечно.

– Ты научилась этому в Африке?

– Слишком много вопросов обо мне, – покачала головой Лора. – Если не ошибаюсь, вы хотели поговорить со мной о Косте?

– Да. Мы считаем, что Костик нанял кого-то, чтобы отомстить Лике за измену.

– Лика изменяла Косте. Но ее главная вина была не в этом.

– А в чем?

– Лика слишком долго поклонялась своему демону. Она и сама стала подобной ему – жесткой, лживой, коварной и циничной.

Все это было очень похоже на правду. Но откуда об этом знала Лора?

– Ты была знакома с Ликой?

– Я следила за ней. Костик… он все же мой муж, он дорог мне. Я не хотела, чтобы он остался с негодной женщиной.

Остался? А куда снова собирается исчезнуть Лора? У подруг все сильнее и сильнее начали кружиться головы. Они уже с трудом вспоминали вопросы, которые хотели задать Лоре. А ей было все равно. На нее странный напиток не оказал ровным счетом никакого действия. Бодрости в ней не убавилось ни на грамм.

– В общем, девочки, вы оказались гораздо ближе к правде, чем кто-либо другой. Жаль, конечно, что вы на меня вышли. Но, с другой стороны, возможно, так будет лучше. Духи говорят мне, что время любви для меня давно прошло. Радости материнства мне тоже уже не узнать. Теперь наступило время для познания самой себя и своего пути в этом мире.

– И что же тебе предстоит узнать?

– Очень многое. Мне предстоит очень длинный путь, и проделать я должна его в одиночестве.

– А как же Костик?

– Смерть Лики была для Костика моим прощальным подарком, – тихо, но веско произнесла Лора. – Жаль, что он не захотел смириться с моим даром.

– Погоди, оставим пока твоего мужа в покое. Что ты только что сказала про Лику? Ты знаешь, кто ее убил?

– Это был мой подарок мужчине, которого я в свое время очень любила.

– Ты что?.. – ахнула Леся. – Ты убила Лику?

– Это все-таки сделала ты?!

Подруги были поражены, а Лора казалась совершенно невозмутимой.

– Она все равно бы умерла. Дни ее на земле были сочтены. Я лишь помогла ей совершить переход к другой жизни так, как это необходимо было сделать. Умирая, она все осознала. Я выполнила ритуал, добившись, что душа девушки добралась до загробного мира, минуя все опасности и преграды на своем пути. Это отняло у меня почти все силы. Но я рада, что помогла этой заблудшей бедняжке, через страдания я спасла ее душу.

– Погоди, не могу поверить! Ты убила Лику?

– Я помогла ей очистить душу и тело. Вместе с кровью из нее ушло все дурное, чем напитал ее демон. Лика очистилась, и ее душа унеслась в загробный мир такой же чистой, как и пришла сюда. Все получилось очень хорошо. Я справилась с заданием. Теперь Лика свободна. И Костик тоже.

Подруги не могли поверить своим ушам. Они-то думали на Костика, а убийца – вот он! Вернее, она!

– Лора, ты что, ты приревновала Костика?

Лора подняла на подруг свои совершенно чистые, незамутненные глаза и вздохнула:

– Как у вас все просто и примитивно, девочки. При чем тут ревность? Я спасала Костика и Лику от ужасной участи оказаться вместе.

– Но Костик и так собирался дать Лике отставку.

Подругам показалось, или Лора действительно вздрогнула:

– Это он сам вам так сказал?

– Да, сам!

– В любом случае уже слишком поздно, – вздохнула Лора. – Душа Лики завершила свой переход в загробный мир. Вернуть ее назад уже не в моих силах. Но я сделала все, чтобы она покинула этот мир очистившись.

– Ты выпустила из нее всю кровь! Как из свиньи на бойне!

– Кровь несет в себе всю информацию о человеке. Нет крови – нет человека. Нет его алчности, слабости или жестокости. Душа очищается и улетает дальше.

Подруги молчали, не в силах вымолвить ни слова. Эта Лора просто свихнулась в своей Африке! Небось жара и та дрянь, которую она хлещет из фляги, спалили ей все мозги!

Где-то подруги слышали о подобных ритуальных казнях преступников. Прежде чем нанести смертельный удар, их связывали и вскрывали им вены. Кровь вытекала, а вместе с ней вытекало и все дурное, что было в этих людях. Эти ужасы происходили где-то очень далеко и страшно давно. Но чтобы здесь и сейчас! В это невозможно было поверить!

А Лора продолжала говорить:

– Душа Лики теперь свободна. Скоро тот мальчик, которому в этой жизни не суждено было стать ее мужем, но который был предназначен ей судьбой, последует за ней. Костик будет жить с той, которая всегда была рядом с ним. А я… мое место, увы, совсем не рядом с Костей. Я должна уступить место той, которой оно принадлежит по праву рождения. Не мне мешать линии судьбы. Я всего лишь верный ее глашатай.

– Скажи лучше, палач! – воскликнула Леся.

Она была возмущена до глубины души. Как же эта Лора обвела всех вокруг пальца. Да и Костик тоже хорош! Уговорил своего кореша, чтобы тот вычеркнул Лору из списков подозреваемых. Наплел Михалычу сказочку про несчастную любовь. А между тем за убийцей далеко ходить было не надо. И будь на месте Михалыча другой следователь, Лоре было бы не уйти от расплаты!

Но у Костика были другие планы в отношении Лоры. Похоже, если Лора в своих странствиях по диким местам обрела дар прорицания и предвидения и поняла, что с мужем ей не по пути, то самому Костику этот дар был до сих пор недоступен. Он элементарно хотел быть с Лорой, которую до сих пор считал своей женой и любил. Или думал, что любит.

– Люди часто заблуждаются насчет тех, кто их окружает. Одни думают, что живут с любимым мужем, а он в действительности самый страшный их враг. Другие полагают, что любимы матерью, а на самом деле эта женщина лишь искупает грех прежней жизни, где она убила своего ребенка. И тот, кто видит это, видит мучения этих людей, мучается и страдает сам.

– Да, Лике ты здорово помогла. Что же, нам ты тоже поможешь перейти к загробной жизни?

– Нет, – покачала головой Лора. – У вас обеих впереди еще долгая дорога. Не печальтесь, вы редкий случай. Ваша дружба была таковой с начала времен. С того мига, когда вы впервые появились на этой планете, вы всегда были верными друзьями. Берегите вашу дружбу. Она самый большой дар, который преподнесла вам судьба. Этот дар поможет вам выжить тогда, когда все прочие должны будут сгинуть.

Подруги переглянулись друг с другом. Да она чокнутая! Наверное, мозг Лоры начал «завихряться» давно. Какая нормальная женщина оставит любимого мужа на долгие годы? А в дебрях Черного континента, как недаром называют Африку, ее странности только усугубились и расцвели буйным цветом.

Да и учителя у Лоры, должно быть, были отменными. Недаром считается, что в Африке самое большое число колдунов на душу населения. «Черным» континент назван не только по цвету кожи его жителей. Колдуны, практикующие черную магию, необычайно могущественны именно в Африке.

Видимо, в плен к одному такому и угодила бедная Лора. От тех трав и напитков, которыми он ее пичкал, крыша у Лоры окончательно поехала. Вопрос в том, зачем она вообще вернулась в Россию? Жила бы себе у своих колдунов в Африке!

– Мне было необходимо завершить тут свои дела. Жизнь в любом месте требует расходов.

– Но Костик твои духовные изыскания оплачивать не собирался.

– Я на него и не рассчитывала. Костик… он хороший человек, но нам с ним не по пути.

По пути им или не по пути – это подруг не касалось. Их волновало другое:

– Значит, Костик с самого начала знал, кто убил Лику?

– Нет, я сказала это ему только вчера.

– И… И как он отреагировал?

– Хуже, чем я могла ожидать. Он очень разозлился. Мне даже пришлось оставить его и уйти.

Видимо, эту сцену и наблюдала Кира, сидя в машине Арсена. Но каков Костик! Он знал, что убийца Лики – его блудная женушка, но не сказал об этом подругам ни слова. И более того, позволил преступнице разгуливать на свободе.

Подруги не находили оправданий такому поступку Костика.

– А… А Гена?

– Кто?

– Артист Гена – первый муж Лики. Его тоже ты убила?

– Помогла ему с переходом в иной мир.

– А ему зачем туда было торопиться?

– Этот человек уже полностью исчерпал свои силы. Он слишком часто пил вино, чтобы эволюционировать. Вся его жизнь была медленной деградацией. А ведь когда-то он был очень талантлив. Если бы он продолжил жить как жил, то в будущем его не ждало ничего хорошего.

Вот как! А многочисленные колото-ножевые раны в настоящем – это, надо полагать, зашибись, как здорово! Нет, эта Лора совершенно ненормальная. Ее срочно нужно сдать в психушку. Таким, как она, там самое место. Но, сделав этот единственно правильный для себя вывод, подруги с удивлением обнаружили, что не в силах шевельнуть ни ногой, ни рукой. К тому же они обе онемели, язык больше не повиновался им.

– Чем ты нас напоила? – из последних сил смогла прохрипеть Кира.

– Рецепт напитка – тайна жрецов Вуду, моих дорогих учителей, к которым я скоро вернусь. На меня напиток не оказывает никакого воздействия, я приняла противоядие. Но и для вас он тоже вполне безопасен. Сейчас вы погрузитесь в глубокий сон, а потом проснетесь и будете жить как раньше. Я не стану заклинать ваши души служить мне. Мне они не нужны. Я лишь помогла судьбе идти своим чередом. Дальнейшее доделают силы, которые куда могущественнее меня.

С этими словами Лора поднялась на ноги. Лишенные опоры подруги, словно большие кегли, повалились с бревна на землю. Но Лора не дала им упасть. Она бережно подхватила безвольные тела девушек и опустила на траву.

– Спите, мои дорогие, – услышали подруги ее голос в последний раз. – Спите и прощайте!

Это было последнее, что осознали подруги. Затем перед их глазами закрутились мириады звезд, вся Вселенная предстала такой, какой она была на самом деле. Чьи-то мягкие голоса разговаривали с подругами, поверяя им свои тайны.

Пронесся табун белоснежных лошадей, умеющих скакать меж звезд. И одна из лошадей со своей сказочной золотой гривой остановилась и взглянула на подруг. И Мио, вернувшийся из страны Чужедальней вместе со своим верным другом, Юм-Юмом, сидя на спине у своей Мирамис, молча помахал подругам рукой и улыбнулся, когда они пролетали мимо.

Взявшись за руки, девушки летели все дальше и дальше. Туда, где слышались чьи-то голоса и чьи-то руки тянулись к ним, силясь приласкать и обнять.

Маленький Принц приглашал их на свою планету полюбоваться своим единственным сокровищем – Прекрасной Розой. А дальше король Артур настаивал, чтобы два отважных рыцаря заняли бы свои места вокруг Круглого стола.

Что за напиток был во фляге, из которой так лихо прихлебывала Лора, подруги так никогда и не узнали. Но видения, которые он им принес, были необычайно красочны и остались с ними на всю жизнь.

Глава 18

Очнувшись, девушки долгое время не могли понять, что с ними. Продолжается их чудный сон или это явь? К ним по-прежнему тянулись чьи-то руки. Вот только голос был далек от нежных голосов звездных странников, да и обнимавшие подруг руки были далеко не нежными. Пожалуй, они даже не столько обнимали, сколько трясли их изо всех сил.

– Девчонки, вы меня слышите? Эй, очнитесь! С вами все в порядке?

И другой голос, который произнес:

– Лора совсем спятила, честное слово.

– Эй, девчонки! Какой дрянью она вас напичкала?

Девушки с трудом разлепили непослушные тяжелые веки и увидели перед собой встревоженное лицо Костика, а чуть дальше – следователя Виктора Владимировича. Он укоризненно качал головой, словно напоминая подругам об их вине. Вид у Виктора Владимировича был до того строгий, что Леся тут же поняла, их будут ругать, и поспешно воскликнула:

– Мы ни в чем не виноваты! Это все Лора!

– Да, это Лора убила Лику!

– И Гену тоже она зарезала!

При этих словах Костика передернуло. Но он справился со своими чувствами и помог подругам подняться. Девушек все еще пошатывало, туман в головах до конца не рассеялся. Но они чувствовали, что с каждой минутой начинают соображать все более четко. И первая мысль, которая их посетила, была о Лоре.

– Где она? – завертели подруги головами по сторонам.

– Куда подевалась?

– Она сбежала!

Увы, Лоры не было видно. Вокруг уже смеркалось, наступил вечер. Конечно, у беглой преступницы было достаточно времени, чтобы скрыться. Не зря же Лора заглянула к себе домой и захватила туго набитый рюкзачок. Наверняка в нем были все необходимые ей вещи, деньги, а также документы.

– Радуйтесь, что вообще остались живы!

– Не всем, кто успел пообщаться с Лорой, так повезло.

– Кое-кто так и не вернулся из странствий, в которые она их отправила.

Кира устремила на Костика гневный взгляд.

– Ты все знал! – воскликнула она. – Знал, что Лора убила Лику!

– Я догадался обо всем слишком поздно. Долгое время я точно так же, как и вы, находился в недоумении насчет личности преступника. У меня были различные версии, кто мог желать зла Лике и убить ее. Но Лору в качестве преступницы я не рассматривал никогда!

– И совершенно напрасно. Твоя жена – чокнутая психопатка!

– Жрецы Вуду сделали ее такой!

– Значит, ты в курсе!

– А как же иначе? Она моя жена… пусть и бывшая. И вообще, я бы на вашем месте не стал на меня кричать.

– Это еще почему?

– Потому что это я вас спас! И вам сильно повезло, что я вспомнил про это место, где Лора прежде любила частенько бывать. Поэтому мы вас так быстро и нашли.

Но подруги его не слушали. Они продолжали атаковать Костика:

– Значит, ты все знал! И ты… Ты должен был все рассказать следователю!

– Я не мог, – покачал головой Костик. – Поймите, я любил Лору.

– Даже после того, как узнал, что она убийца?

– Даже после этого.

Но в голосе Костика не слышалось прежней уверенности. Пожалуй, предложи ему Лора последовать за ней, он бы отказался. Жить с сумасшедшей психопаткой, которая убивает людей, даже не осознавая того, что совершает преступление, – удовольствие не для слабонервных. Костика, который ценил уют и комфорт, вряд ли такой экстрим привлек бы.

– Хорошо то, что хорошо кончается, – сказал он, но Леся с ним не согласилась.

– Не сказала бы. Лора находится на свободе. И она…

– Сегодня ровно в час дня по московскому времени Лора покинула пределы Российской Федерации, – перебил Лесю следователь.

– И куда же она направилась?

– У нее был билет до Берлина. А куда она полетит дальше… Кто знает, лично я думаю, что она вернется в свою Африку.

– Но вы ее поймаете?

– Не уверен, – покачал головой Виктор Владимирович.

– Почему?

– Боюсь, что мы элементарно не успеем. Чтобы задержать российского гражданина на территории другой страны, нужно сделать соответствующий запрос. Уверен, что к тому времени, когда запрос будет готов, Лора уже покинет Германию и вернется в Африку. А там в джунглях никто не станет ее искать.

Подруги тоже так думали. Именно в Африке Лора нашла себя. Обрела то, что так долго и безуспешно искала в своей прежней жизни. Но, оставаясь на свободе, не будет ли она опасна для окружающих? В той же Африке тоже живут люди. А вдруг Лора примется убивать и их?

– Это уже нас не касается, – ответил следователь, вызвав бурное негодование подруг.

Видя это, Костик поспешил их успокоить:

– Лора вернется в те места, где царят совсем другие законы. Что плохо для нашего общества, вполне вписывается в рамки законов тех мест, откуда она к нам пришла.

И все же для подруг многое оставалось непонятным в этой истории. И они, не стесняясь, начали задавать вопросы Костику.

– Теперь, когда твоя драгоценная Лора, убив двоих неплохих людей, отправилась развлекаться дальше, ты можешь нам все рассказать. Тебе ведь есть о чем поведать?

Конечно, у Костика было чем поделиться с подругами и следствием, ведь он питал к своей бывшей жене такую сильную любовь. Лора не могла остаться совсем глухой к чувствам Костика и, даже понимая, что им не быть вместе, испытывала к нему нечто вроде ностальгической привязанности. Видимо, отчасти это чувство и послужило причиной ее визита в Россию. Лора хотела проститься с тем, кто был ее мужем, так сказать, по-человечески.

После того как Кира застигла пару в момент ссоры, Костик снова разыскал Лору.

– Я приехал к ней домой, и мы проговорили всю ночь. Она сказала, что между нами все кончено. Что она теперь совсем иная. И что свои дела в России она завершила. Под утро она проводила меня и попросила забыть ее. Она также подписала все бумаги, касающиеся нашего развода.

А Костик-то далеко не лох! Поняв, куда ветер дует, он мигом подсуетился и сунул Лоре документы на развод. Действительно, у нее дальние пути и изыскания, а Костик-то почему страдать должен? Он и так прождал Лору достаточно долгое время. Но он помнил здоровую, прежнюю Лору, а психически больная калека, какой он теперь ее считал, была ему не нужна.

– Лора была права, нам с ней не по пути. Мы слишком разные. Жаль, что я не понимал этого так долго.

– Но что конкретно тебе рассказала Лора?

Костик присел рядом с девушками.

– Девчонки, я очень виноват. Уже много дней я знал, что Лора вернулась в Россию. И даже более того, я знал, что она следит за Ликой. Но мне все это казалось весьма забавным. Я не осознавал опасности, которую несла в себе моя бывшая жена.

Услышав это, подруги были поражены.

– Ничего себе! Ты знал!

– Знал о том, что Лора следила за Ликой!

– Вот почему ее одолевали страхи. Лора нацелилась убить твою любовницу.

– Лика чувствовала, что за ней по пятам идет смерть. Сны ее не обманывали. И к нашей помощи она прибегла потому, что очень боялась.

– И боялась она не напрасно.

– Лора убила Лику в качестве прощального подарка тебе! – Леся с укором взглянула на Костика. – Как ты сможешь жить с этим дальше?

Но задавая этот вопрос, Леся уже понимала, что ответ тут очевиден – Костик отлично проживет. Угрызения совести не станут мучить этого человека. Ну, убила Лора его любовницу. Но он-то тут при чем? Не он ведь ее своими руками убивал. Просто ситуация так повернулась, что одна его женщина зарезала другую.

– А о чем ты еще знал, но нам не стал говорить? За что Лора убила Гену?

– Боюсь, что в этом есть и частица вашей вины.

– Нашей? – изумились подруги. – Почему нашей?

– Помните, вы вдвоем заявились ко мне домой и принялись угрожать мне?

– Мы не угрожали, мы просили, чтобы ты рассказал нам все, что знаешь об этом деле.

– Но именно тогда в разговоре прозвучало имя Генки. И тайна, которую этот выпивоха знал про меня и Лику. Конечно, эта тайна касалась «шпионской» деятельности самой Лики. Она колебалась, не зная, рассказать мне правду или продолжать работать на Бориса. В конце концов Лика сделала на тот момент единственно правильный для нее выбор – во всем призналась мне, покаялась в надежде на мое снисхождение. Я ее простил. Мы продолжали встречаться. Но, видимо, Гене, бедному пьянчужке, Лика о счастливом разрешении проблемы не рассказала. Он продолжал считать, что ему доверена тайна огромной важности.

– Почему Лика ему не рассказала, что все уже в прошлом?

– Для этого надо было хорошо знать Лику. Она обожала таинственность и недомолвки. Вытянуть из нее слово правды было равносильно подвигу. Посадив человека один раз на крючок, она могла измываться над ним сколь угодно долго. Жалости не было места в ее сердце.

Так, с этим типом все было окончательно ясно. Лика плохая, Лора чокнутая, один он, Костик, хороший!

– Но почему Лора убила Гену?

– Когда вы принялись трепать его и мое имя, Лора была в моей квартире. Она слышала весь наш разговор от первого до последнего слова.

– Так вот чьи босоножки я увидела у тебя в прихожей! – воскликнула Леся. – У тебя была вовсе не домработница, а Лора!

– Ты нам солгал!

– Я не сказал вам всей правды, а это совсем другое дело.

– Значит, подслушав наш разговор и выскочив из твоей квартиры, Лора понеслась убивать бедного Генку?

– Да.

– Пока мы распивали с тобой чаи, она это сделала. О боже!

– По всей видимости, она уже знала адрес Гены. Ведь Лора следила за Ликой и узнала про мою любовницу очень много.

– Лора убила Гену, потому что думала, что он может быть для тебя опасен?

– Она оберегала меня.

– Но… Но почему же она в таком случае пощадила Никиту?

– Этого мальчишку, с которым у Лики был роман? Вот уж не знаю. Но там, в эколагере, Лора подслушала разговор Лики с молодым любовником. Этот разговор, как она уверяла меня, заставил ее принять окончательное решение: Лика должна умереть и не отнимать у меня ни времени, ни сил. Лора услышала, как Лика клянется Никите в том, что любит его одного, услышала его ответные клятвы. Потом подслушала, как эти двое строят планы пустить меня по миру, обобрать до нитки. Затем они занялись сексом. И моя бедная Лора окончательно уверилась в том, что меня надо спасать от Лики.

Спасать его! Спасать надо было в первую очередь саму Лику! Но Костик для этого и пальцем о палец не ударил. Более того, с самого начала он пытался вывести свою обожаемую Лору из-под удара. Пригласил Михалыча, своего закадычного дружка, чтобы он помог вычеркнуть имя Лоры из списка отдыхающих. И потом Костик всячески прикрывал свою преступную женушку.

– Ты виновен не меньше, чем Лора!

– Да, да! По твоей вине погибли два человека!

Но Костик своей вины не признавал:

– Я любил Лору, а она когда-то любила меня. Если бы Лика тоже любила меня, а не мои деньги, ничего бы с ней не случилось. Лора заступилась за меня. Она сочла, что от Лики мне угрожает опасность. Как я мог выдать Лору?

Ясное дело, доказать, что Костик с самого начала знал о намерениях Лоры, но сознательно не препятствовал сумасшедшей, подруги теперь не могли. Время было упущено, а свидетели мертвы или в бегах. Оставалось хорошенько расспросить самого Костика и уповать на то, что он скажет правду… хотя бы частично.

– И когда ты впервые заподозрил Лору в убийстве Лики?

– Когда?.. Ну, это случилось уже после того, как мы покинули «Красное озеро». Лора призналась мне в убийстве вчера в кафе, куда я ее вызвал. Но окончательно я поверил ее словам, увидев порванную шаль.

– Что?

– Шаль. Белую шелковую шаль Лоры.

Видя непонимание в глазах подруг, он спросил:

– Помните обрывок белого шелка, который мы нашли на месте убийства Лики?

– Конечно. И что?

– Лора всегда носила только натуральные ткани. Никакой синтетики. Она и меня приучила к этому. Мы всегда ездили с ней за тканями в один магазин…

– Могу сама сказать, что это за место, – перебила его Леся. – Магазин эксклюзивных подарков! Я угадала?

– Да. Верно. А вы и там успели побывать?

Костик окинул подруг изумленным взглядом, словно поражаясь тому, как много успели они за эти дни.

– Ты там купил еще алый шейный платок для Лики.

– Заглянул по привычке и приобрел сувенир для своей девушки, – подтвердил Костик.

– А Лора там же купила шелковый шарф.

– Он был большой и длинный, скорее шаль.

– Какая разница, – нетерпеливо перебила его Кира. – Главное, ответь нам, зачем Лора нацепила шелк, когда пошла в лес? Совсем неподходящая для этой цели одежда.

– Лора использовала шарф в качестве веревки для своей жертвы. Несмотря на тонкость, шелковые нити очень прочны. Шарф был крепче любого каната, к тому же он мягкий, практически не оставляет следов. Закончив ритуал, Лора забрала шарф. Но, пробираясь по кустам, порвала его.

Так вот кем была та таинственная покупательница уцененной модели! Высокая, немолодая и отнюдь не красивая женщина, которая купила этот шарф в магазине эксклюзивных подарков. Это была Лора, которая по старой памяти забрела в магазин, где когда-то они бывали вместе с Костиком. И он тоже заходил туда, только в другой день.

Как странно случается в жизни! Муж и жена, разделенные временем, непониманием и расстоянием, заходят в один и тот же магазинчик, который когда-то посещали вместе. Что это было? Ностальгия? Грусть по прошлому, которому никогда не суждено вернуться назад? Или рок, судьба?

– Ответь нам еще на один вопрос… Костик, зачем ты все время вставлял нам с Лесей палки в колеса?

– В смысле?

– Не притворяйся, будто не понимаешь! Сначала ты хотел упечь нас за решетку вместе с Никитой. Потом обыскал дом Лики, а нас подставил! Скажешь, это не ты написал наши имена на стене у нее в доме?

– Врать нет смысла. Я написал.

– А зачем?

– Девчонки… поймите меня правильно, лично против вас я ничего не имею. Вы обе мне даже нравитесь, вы инициативные и неглупые. Именно по этой причине мне не хотелось, чтобы с вами что-то случилось… что-то нехорошее, вроде того, что произошло с Ликой и ее первым мужем.

– Так ты нас таким образом оберегал?

– Не хотел, чтобы вы слишком глубоко влезали в это дело. Честно, за решеткой вам было бы спокойнее. Ведь то, что Лора не отправила вас к праотцам, можно считать настоящим чудом. Она убила двоих людей, которые лично ей не сделали ничего плохо. А вы… вы были для нее прямой угрозой. Я очень беспокоился за вас.

– Но ты ведь тогда еще не знал, кто преступник. Ты сказал, что начал подозревать Лору только вчера.

– Ну и что? Лора или кто-то другой, я не хотел, чтобы вам причинили вред.

Вот и докопайся, где правда зарыта. Может, знал Костик о замыслах Лоры, а может, и нет, кто теперь скажет?

– Но почему ты не удивился, когда увидел Лору в эколагере?

– Удивился и даже встревожился. Но Лора меня успокоила, сказала, что она пробудет на берегу Красного озера совсем немного. К тому же в сам лагерь она соваться не станет, ее вполне устраивает жизнь в палатке. Так ей привычнее – деревья, природа, вода…

– И ты не спросил, что ее сюда занесло?

– Честно говоря, все мои мысли были о том, как побыстрее развязаться с Ликой и вернуть себе Лору, – горько произнес Костик. – И как знать, если бы я еще там поговорил с Лорой, объяснил ей, что жениться на Лике я не собираюсь и никогда не собирался, чего бы последняя ни воображала, возможно, ничего бы и не случилось?

Да, возможно, что трагедии бы не случилось. Лора просто попрощалась бы со своим мужем, подписала бумаги о разводе и отчалила бы обратно в далекую Африку, которая так полюбилась ей. Но что сделано, то сделано. Назад время уже не вернешь. И Лора навсегда запятнала свое имя чужой кровью.

Но что-то еще мешало подругам, тревожило, словно засевшая в ране заноза.

– Следы! – внезапно воскликнула Леся. – Следы возле тела были мужские!

– Нет, – поправил ее Костик. – Они просто были следами сорок пятого размера, и только.

– Но разве у Лоры сорок пятый?

– У нее тридцать девять с половиной, почти сорок. А обувь… чтобы пробираться по лесу, она надела чужие спортивные тапки. Там среди палаток было много бесхозной дешевой обуви. Лора подобрала подходящую ей пару, чтобы окончательно запутать все следы.

И все же подругам казалось, что у самой Лоры ничего бы не получилось. Кто-то ловко помог преступнице запутать следы.

– Ты все равно виноват! Ты и еще этот твой Михалыч! – заявила Кира, строго глядя на Костика. – Надеюсь, ты это понимаешь?

И так как Костик молчал, она продолжила:

– Если бы ты не попросил Михалыча прикрыть Лору, то Виктор Владимирович увидел бы ее имя в списках. И конечно, он бы очень быстро докопался до сути, поняв, что в эколагере одновременно с тобой и твоей любовницей находилась еще и твоя законная супруга. И Лору задержали бы быстрее, чем… чем даже Никиту!

И снова Костику нечего было возразить. Он виновато потупился, стараясь избегать взглядов подруг и следователя.

Между тем Кира повернулась к следователю и спросила:

– Надеюсь, теперь мальчишку отпустят?

– Никиту? Да, отпустят… наверное.

– Что значит «наверное»? – насторожилась Кира. – Разве против него есть какие-то обвинения?

– Нет, мы его отпустим. Если, конечно, он поправится.

– Поправится?

Теперь наступил черед Виктора Владимировича прятать глаза. Но как он их ни прятал, правда все равно вылезла наружу. Оказывается, в следственном изоляторе, где находился Никита, случилась драка между арестованными. Сам Никита участия в ней вроде не принимал. Но когда охранники разогнали драчунов, то оказалось, что Никита лежит на полу без сознания. Во время драки ему досталось по голове, так что бедного парня перевезли в больницу, где он в настоящее время и находился.

– Ну и ну, – пробормотала Кира, мигом припомнив пророчество Лоры о том, что любящий Лику мальчик вскоре отправится следом за ней. – Ужас-то какой!

Подруг и самих отправили на обследование в больницу. Костику и Виктору Владимировичу, обнаружившим девушек возле плотины, сильно не понравился цвет их лиц.

– Неизвестно ведь, что за дрянь влила в вас Лора. Мало ли что ей она не повредила. Для вас последствия могут быть самыми неприятными. Лично я на вашем месте поехал бы в стационар.

На сей раз подруги не стали сопротивляться Костику. Они и сами чувствовали легкую дурноту и головокружение от напитка, которым угостила их Лора. Впрочем, в больнице девушки провели только одну ночь. Уже на следующий день они почувствовали себя совершенно здоровыми и вернулись домой.

Для них эта история закончилась вполне благополучно. Они хоть и потеряли одну свою знакомую, зато получили вместо нее другую – Веру. А она не скрывала своих чувств, когда приехала в гости к подругам.

– Мои вы дорогие! – кинулась Вера им на шеи. – Как я рада, что вы остались живы, целы и невредимы!

Впрочем, она приехала не одна. Рядом с ней важно выступал Задулило. В присутствии Веры он держался куда солиднее, чем у себя в редакции. И ни на шаг не отходил от девушки. Он даже ее руки старался не выпускать из своей, словно опасался, что Вера куда-нибудь денется.

– Не могу сказать, что мне очень жалко Лику, – улучив момент, заговорщицки шепнул Задулило на ухо Лесе. – А если совсем откровенно, то я даже благодарен этой Лоре. Лика была еще той дрянью, а моя Вера совсем не разбирается в людях!

Хорошо это или плохо, но в ближайшее время Задулило развелся со своей промежуточной супругой и женился-таки на Вере. Став ее мужем, он окончательно успокоился, выступал без прежней своей суетливости – важно и степенно. И неудивительно, что это заметили окружающие. Задулило повысили в должности, а также относиться к нему стали более уважительно.

Да и самой Вере контакт с Задулило пошел на пользу. Словно два сообщающихся сосуда, они смешали и разделили поровну живость и степенность. Таким образом, Вера обрела необходимую ей подвижность. Она теперь легко управляется и с хозяйством, и с Максимкой, их сыночком, которого Вера родила спустя ровно девять месяцев после воссоединения с Задулило.

Вот только материальное положение пары оставляет желать лучшего. Вторая супруга Задулило оказалась еще более хваткой, нежели первая. И второй развод окончательно поставил Задулило на край финансовой пропасти. Но, как ни странно, ни он, ни Вера, ни тем более маленький Максимка об этом совсем не переживают. Они просто любят друг друга, твердо уверенные, что все у них теперь в жизни будет хорошо. А те трудности, которые выпадут на их долю, они переживут вместе.

Костик тоже не остался один. Очень скоро подруги узнали, что он собирается жениться на женщине, с которой вместе учился в школе. Не о ней ли говорила Лора?

К счастью, не все пророчества Лоры сбылись. Во всяком случае, Никита, молодой любовник Лики, остался жив. Травма головы не имела для этого красавчика катастрофических последствий. Он вернулся к обычной жизни. И будем надеяться, что мрачное предсказание Лоры насчет него окажется пустым звуком.

Что же касается подруг, то они снова были вместе в тишине и уединении «Чудного уголка». Дом Лики снова выставлен на продажу. Но вряд ли быстро найдутся желающие поселиться в нем. Ведь мрачная слава катится куда быстрее, чем доброе слово.

Поэтому, дорогие мои, спешите делать добрые дела, а злые отложите в долгий ящик. Поверьте, если им очень понадобится, они и оттуда выберутся. И натворят такого, что только держись!

Content

Дарья Калинина
Поваренная книга вуду

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18