Мишель Роуэн

Разбитое Сердце

Глава 1

— Это та красотка, у которой в венах смертельная для вампиров кровь?

Громкий голос вырвал меня из плотного облака кошмаров о бледнокожих монстрах с острыми зубами и когтями. Я широко открыла глаза и уставилась на отслаивающуюся с потолка мотельного номера белую краску.

— Да, ее зовут Джилл, — последовал ответ. Оба голоса — знакомый и незнакомый — доносились с улицы, но я прекрасно слышала их сквозь тонкую дверь.

— Ну, а ты-то кто? Ее телохранитель, что ли?

— Что-то вроде того.

— Черт, мужик. Ты ж не забыл, что и сам наполовину вампир, а? Что тебе будет, если попробуешь ее на вкус? Тебя это тоже прикончит?

— Я не пью кровь, поэтому выяснять не собираюсь.

Я выскользнула из неуютной постели и подошла к окну, находящемуся по левую сторону от двери, чтобы выглянуть наружу. Вид за последние три дня ни капли не изменился — совершенно непривлекательная серая залитая бетоном парковка с загораживающей мне главную улицу умирающей двадцатифутовой пальмой.

Деклан Рейс стоял спиной к зеленой двери, я четко видела его профиль. Он давно потерял левый глаз, и теперь глазницу закрывала черная повязка. Все его лицо было испещрено шрамами… да и тело тоже. Дампиры, подобные Деклану — наполовину люди, наполовину вампиры — быстро излечивались, но после каждой раны на их коже оставались жуткие рубцы. Бессмертие вампиров тоже им не грозило. Благодаря человеческой половине Деклан был таким же смертным, как и я.

Он стоял, скрестив руки на груди, лицом к темноволосому мужчине, который был чуть ниже его шести футов четырех дюймов. Незнакомец выглядел крепким, словно какой-нибудь вышибала или охранник.

Или, что более вероятно, как охотник на вампиров.

Деклан говорил, что здесь, в Лос-Анджелесе, собирается связаться с одним из старых приятелей, чтобы выяснить, сможет ли тот нам помочь. Видимо, это он и есть. Как мило с его стороны, что он выезжает на дом по звонку.

Мне было не по себе при мысли, что кто-то еще окажется вовлечен в мои проблемы, но я старалась не жаловаться. В последнее время я чересчур пеклась о тайне своей личной жизни. Так спокойнее.

Мужчина усмехнулся, показав ряд белых зубов:

— Погоди-ка. Я понял. Ты ее… того, да?

— Того? — сухо переспросил Деклан.

Улыбка стала еще шире.

— Должен сказать, я удивлен. Ходят слухи, что ты… хм, как бы это сказать…

— Что?

— Евнух. Не обижайся, но я это своими ушами слышал. Вроде как прежняя твоя сыворотка — хрень, которая сдерживала твои вампирские порывы — что-то там накосячила с либидо. Я еще всегда задавался вопросом, чего это ты со мной по стрип-клубам тусоваться не хочешь. Думаю, теперь я знаю причину, верно?

Деклан молча прожег его взглядом, а я нервно вцепилась в подоконник, опасаясь, что вот-вот начнется драка. И это один из друзей Деклана? Судя по речи — первостатейный урод, меня от таких передергивает.

Я даже подпрыгнула, когда секундой позже раздался смех Деклана. Юмора в нем не было ни на йоту.

— Джексон, моя сексуальная жизнь тебя не касается, долбаный ублюдок.

— Принимаю это за подтверждение, — рассмеялся и Джексон. — А как тебе с этой новой перманентной дрянью? Она тоже…

— Принцип действия тот же. На самом деле эффект даже сильнее. Я остаюсь с Джилл до тех пор, пока мы не найдем способ вывести из ее организма «Ночной дурман». — Деклан скрипнул зубами. — Вот и все.

— Значит, ты ее не трахаешь?

— Это тебя тоже ни черта не должно волновать. Но нет.

Ухмылка Джексона не дрогнула:

— Но у вас явно что-то было. Неудивительно, что ты так на нее запал. Воспоминания о жарком трахе могут согревать парня довольно долгое время. Держу пари, девка горяча. Когда я с ней познакомлюсь?

— Она спит.

Я рывком открыла дверь и посмотрела в глаза шумного охотника, которого решила недолюбливать.

— Уже проснулась. Тяжело наслаждаться дневным сном, когда в воздухе витает столько тестостерона.

— Ты все слышала?

Джексон прошелся взглядом по моему телу. Я спала в джинсах и черной майке, так что была полностью одета.

— Достаточно.

Он оглядел в комнату, заметив пластиковую детскую бутылочку и стопку одноразовых подгузников.

— Я не потревожил ребенка?

— Нет никакого ребенка, — ответила я, кинув взгляд на Деклана.

Джексон нахмурился:

— Держишь под рукой детские вещички на случай, если вдруг из ниоткуда возникнет младенец?

— Я тут присматривала за одной девочкой, но Деклан ее вчера увез, не сказав мне, куда. — Голос мой практически дрожал от злости. Я с трудом скрывала свои чувства, особенно касательно вопросов, которые от меня не зависели.

Вампир — на самом деле даже король вампиров — по имени Маттиас попросил меня защитить его новорожденную дочь. Это была его последняя воля перед тем, как он умер, напившись моей крови.

Маттиаса больше не было. Но данное мной обещание оставалось в силе.

А Деклан лишил меня возможности его выполнить.

— Джилл… — Деклан покосился на меня.

— А что, разве это неправда?

— Так будет лучше.

— Нам придется согласиться, что по этому вопросе мы не согласны.

Я осознавала, что в моей текущей жизни места ребенку не было, и первая подняла бы руку, если бы кто-нибудь спросил: «А у кого из вас напрочь отсутствует материнский инстинкт?». Меня напрягало, что Деклан принял решение самостоятельно и теперь отказывался говорить, куда увез малышку… Утверждал только, что девочка в безопасности и о ней позаботятся.

Он не сомневался: жизнь крошки под угрозой, и любой вампир может взять под контроль мой слабый человеческий разум и выведать ее местонахождение, если ему вздумается ее найти. Девочка — дампир, как и Деклан. Из-за этого кровь маленького чуда была для кровососов, верящих в слухи, что, напившись ее, они смогут обрести истинное бессмертие, на вес даже не золота, а бриллиантов.

Вполне вероятно, что Деклан прав, увезя крошку туда, где за ней присмотрят лучше нас, но это не значит, что мне его поступок должен нравиться.

Ему чертовски повезло, что я начала доверять его мнению в подобных вопросах.

Охотник на вампиров протянул руку:

— Джексон Гейл. Рад познакомиться, Джилл.

Я посмотрела на Деклана, но ничего не смогла понять по выражению его лица. Еще одним побочным эффектом сыворотки — если не считать импотенции — было то, что мой попутчик-дампир лишился всех эмоций. К такому тяжело привыкнуть.

Я наконец пожала руку Джексона.

— Очарована. Ну, что происходит? Или вы хотите продолжить разговор о том, насколько я хороша в постели?

Джексон ухмыльнулся:

— Как мило.

Лицо Деклана немного напряглось:

— Я не хотел, чтобы ты это слышала.

— Неважно.

Для безэмоционального дампира он выглядел несколько смущенным.

— Деклан рассказал мне о «Ночном дурмане». — Джексон пристально на меня посмотрел. — Как себя чувствуешь?

Я ответила не сразу, прикидывая, сколько могу рассказать этому незнакомцу, но потом решила: а какого черта что-то скрывать?

— Бывало и лучше. Но уже несколько дней никаких побочных эффектов.

— А какие были раньше?

Он прислонился к стене рядом с открытой дверью номера, я все так же стояла на пороге. Оглянувшись по сторонам, я убедилась, что в пределах слышимости никого нет.

— После того как мне вкололи формулу, меня чертовски сильно рвало. И крутило от боли. Этого больше нет, но яд меня убьет, если я не найду способ от него избавиться.

— Проклятье. — Он слегка нахмурился. — Тебе повезло, что я здесь. Я поспрашивал у народа, и теперь знаю, куда тебе надо отправиться.

— Куда? — В моем голосе сквозило ничем не прикрытое волнение.

— Ну, для начала к парахимику, который и создал формулу «Ночной дурман»… все думали, что Андерсон работал в одиночку, но они ошибались.

Деклан скрестил руки на груди:

— Да что ты?

Джексон кивнул:

— Пару лет назад у него был напарник — доктор Виктор Рейнольдс. Он работает в засекреченном исследовательском центре на окраине города. Он хочет с тобой — точнее, с вами обоими — увидеться и решить, может ли он как-нибудь исправить ситуацию. — От веселья на его лице не осталось и следа, и я удивилась, заметив, что он и в самом деле воспринимает все всерьез. — Послушай, Джилл, я ничего о тебе не знаю, но вижу, что на твою долю выпало до хрена всякого. Ты не принадлежишь этому миру, не стоило тебя втягивать в наши разборки.

— Ты прав, не стоило, — согласился Деклан, переглянувшись со мной. Я оказалась не в том месте не в то время, когда встала между его пистолетом и мужчиной, который взял меня в заложники, а потом вколол мне в шею «Ночной дурман»… единственную дозу формулы.

Еще неделю назад я вообще не подозревала о существовании вампиров. О науке, занимающейся изучением сверхъестественного. О веществе, способном сделать запах моей крови неотразимым для этих упырей, правда, стоило им повестись и выпить хоть глоток, они сгорали дотла. Я прыгнула вниз головой в кроличью нору, и с тех пор все пыталась найти из нее выход. Похоже, у Джексона была карта с точным указанием маршрута.

Да, я не смогу забыть все, что видела и пережила, но мне не терпелось покончить с этими американскими горками раз и навсегда.

— Когда мы встретимся с доктором Рейнольдсом? — спросила я.

Джексон смерил каждого из нас взглядом:

— Как насчет «сейчас»?

Мы ехали с Джексоном через Лос-Анджелес минут сорок, пока не оказались у маленького заброшенного склада на самой окраине. Деклан припарковал машину в паре сотен ярдов от здания, за помойкой.

— Ты уверен, что это то самое место? — спросила я, выйдя из автомобиля и с опаской оглянувшись по сторонам.

Джексон захлопнул за собой заднюю дверь:

— Ага. Засекреченный исследовательский центр. Ударение на слове «засекреченный», поэтому-то он с виду ничем не примечателен. Все находится под землей. Здание уходит вниз на двадцать этажей.

— И что они тут исследуют? — поинтересовался Деклан.

— А ты как думаешь?

Деклан посмотрел на постройку:

— Они держат вампиров?

Джексон кивнул:

— Ага, запертыми в подвале. Если ты что-то исследуешь, тебе нужны подопытные крысы. Пару дней на бескровной диете, и они представляют собой замечательный материал для анализа — все вампирские замашки напоказ. Спасать человечество от монстров довольно тяжкое занятие. — Он усмехнулся: — Давайте. Обещаю, вас никто не укусит.

Шутник. Наслушавшись его искрометных комментариев, я несколько засомневалась в правильности нашего приезда. По рукам побежали мурашки, в животе все завязалось узлом. Пришлось напомнить себе, что парни наподобие Джексона привыкли видеть смешное там, где я не могла. И все же, что-то тут было не так. Мне не улыбалось находиться вблизи от вампиров, пусть они даже и сидели за решеткой.

Как бы то ни было, слишком уж сильно я мечтала избавиться от «Ночного дурмана». Я и правда хотела жить, поэтому собрала всю волю в кулак и последовала за Джексоном.

Мы обошли здание, и Джексон распахнул большую парадную дверь. Слева от нее висела камера наблюдения, не сводя своего цифрового глаза с посетителей.

Прежде чем Деклан успел войти, я схватила его за руку:

— Можно с тобой поговорить?

Он посмотрел на Джексона:

— Дай нам минутку.

— Подожду внутри.

Джексон вошел в помещение склада и закрыл за собой дверь.

Деклан повернулся ко мне:

— Что такое?

— Ты уверен, что этому парню можно доверять?

— Да. Я знаком с ним десять лет… мы вместе тренировались для этой работы. Он всегда знал, что я дампир, и никогда не имел ничего против, как другие. Он добрый малый.

Я понимала, что он говорит искренне.

Некоторое время я хранила молчание.

— Знаешь, он мне кое-кого напоминает немного.

— Кого?

Я изогнула бровь:

— Тебя.

Деклан невесело усмехнулся:

— Хочешь сказать, если бы не все эти шрамы, и не будь я накачан под завязку хренью, превращающей меня в робота?

Я нахмурилась:

— Деклан…

— Джилл, это правда. И я в курсе. Разговаривал с ним… ты как раз подслушала. Он знает меня. Знает, что мы с тобой не можем… — Он скрипнул зубами. — Больше не можем.

Мы с Декланом занимались любовью один раз, когда он некоторое время впервые в жизни не принимал препарат, подавляющий эмоции и желания. До меня у него никого не было, но учеником он оказался способным.

Я положила ладони на его крепкую грудь и посмотрела на него снизу вверх:

— Я не против попробовать еще разок. Никогда не знаешь, что может случиться во время маленького эксперимента.

Он словно пытался что-то прочитать по выражению моего лица:

— Ты надеешься на чудо.

Я кивнула:

— На самом деле, да. Каждый проклятый день.

— Это не тот случай. Новая сыворотка имеет постоянный эффект.

— Не верю, что что-то может быть абсолютно постоянным.

Я встала на цыпочки и прижалась к его губам в поцелуе. Он не стал меня отталкивать, но и не ответил на ласку. Я чувствовала его вкус, запах, твердость тела… но на самом деле, он находился в этот момент не со мной. Это удручало. Порою становилось тяжело не вспоминать, как хорошо нам было вместе. И больно от того, что это больше никогда не повторится.

Этот мужчина выглядел столь грозным — с таким не хочется столкнуться в темном переулке, ведь, казалось, он может убить голыми руками (а в случае с Декланом так оно и было), — а я хотела его до боли. Но эту боль унять было нечем. Как сказал Деклан, сейчас он и правда походил на робота — напрочь лишенный эмоций, без проблеска желания и страсти. А жаль. Желание и страсть — это прекрасно.

Стоило мне отодвинуться, в его сером глазу промелькнул намек на печаль:

— Джилл, мне жаль.

— Не надо, не жалей.

— Хорошо, что мы сюда приехали. Я знал, Джексон найдет кого-нибудь, кто сумеет нам помочь. И тогда ты вернешься к своей нормальной жизни и сможешь забыть обо всем этом.

Он толкнул дверь склада и присоединился к поджидавшему нас внутри Джексону.

Да уж, намек ясен. Я смогу забыть о нем.

Потому что Деклану Рейсу — дампиру, охотнику на вампиров, человеку, чьи шрамы были глубже физических, мужчине, с котором я не смогу заняться любовью, как бы я этого ни хотела — не было места в моей нормальной жизни.

Сердце, которое и так болело за него, сильно сдавило, потому что он был прав.

Глава 2

— И что, никаких охранников? — скептически поинтересовалась я, окидывая взглядом ангар.

— Внизу их навалом, — отозвался Джексон. — А еще камеры безопасности по всему периметру. Об этом месте знает очень мало людей, и всех работников тщательно проверяют. Лифтом могут пользоваться лишь те, у кого есть код доступа. — Он ухмыльнулся. — Ну что, полегчало?

Я осматривала вроде бы абсолютно пустое помещение.

— Не совсем.

— Не дрейфь. Все нормально. Здесь давным-давно все под контролем. Давай за мной.

Он провел нас к лифту и набрал код, который на всякий случай показал Деклану. Мы спустились глубоко под землю.

В конце длинного коридора, в большой белой комнате, нас ждал доктор Рейнольдс. Я бы дала ему лет пятьдесят, учитывая худое лицо и посеребренные на висках темные волосы. На носу у него сидели очки в тонкой оправе. В белом халате поверх обычной одежды и со стетоскопом на шее он выглядел совсем как типичный семейный доктор. Это помогло мне немного расслабиться.

Рейнольдс провел краткий медицинский осмотр — проверил мне глаза, рот, уши, измерил пульс, давление, всякий раз записывая результаты, и наконец поднял на меня глаза.

— Джиллиан, я могу вам помочь.

У меня аж сердце ёкнуло. Именно это я и жаждала услышать. Я чуть не ущипнула себя, чтобы проверить, не сплю ли.

— И чем вы можете ей помочь? — поинтересовался Деклан. Судя по голосу, он не разделял моего облегчения. Скорее, излучал настороженность, подозрительность и недружелюбие.

В ответ он получил сердитый взгляд:

— Кажется, я просил вас выйти еще до начала осмотра.

— Я не оставлю Джилл одну. — Деклан стоял чуть в стороне, скрестив на груди руки. Я видела, как поблескивает серебряный кинжал в ножнах под черной курткой. На меня дампир не смотрел, хоть и защищал так яростно.

Джексон вышел после первой же просьбы. А вот Деклан наотрез отказался двинуться с места, даже когда доктор Рейнольдс повторил свои слова. И это было здорово, очень-очень здорово. Его присутствие заметно придавало мне сил выслушать то, что собирался сказать врач.

Доктор Рейнольдс стиснул зубы, глядя на упрямого охотника на вампиров.

— Деклан Рейс. Ваша слава опережает вас.

— Да ну?

— Дампир. — Он почти что выплюнул это слово.

Деклан не ответил, и его молчание лишь все подтвердило.

— Он со мной, — вмешалась я, чувствуя, как в комнате нарастает напряжение. — Что бы вы мне ни сказали, меня устраивает, если Деклан это тоже услышит.

— Но это может не устраивать меня.

— Дайте-ка угадаю, — протянул Деклан. — У вас предубеждения насчет дампиров?

— Что, так заметно?

— Ага.

Прищурившись, доктор повернулся ко мне:

— Вы знаете, что дампиры очень опасны? Пожалуй, даже опаснее вампиров.

Мне уже приходилось выслушивать эти сказки. Я не отрывала глаз от доктора, чье лицо исказилось гневом.

— Деклан не такой.

— А других дампиров вы видели? — резко спросил он.

— Да.

Мороз пробежал у меня по коже. Существовало два вида дампиров. Деклан из тех, кто похожи на человека. А другие считались монстрами как из-за внешнего вида, так и из-за чудовищных аппетитов. Это были безмозглые твари, кровожадные, мертвенно-бледные, с акульими зубами, бездонными черными глазами и диким голодом.

В общем, создания из кошмаров. И доказательство тому — мои бессонные ночи.

Я наблюдала за Рейнольдсом, не отрывавшим глаз от Деклана. Что-то в докторе проглядывало такое, отчего я нервничала и была готова поверить в худшее. Деклану приходилось всю жизнь мириться с этим — с тем, как люди делают поспешные выводы, узнав о его происхождении.

С тех пор как мне ввели «Ночной дурман», я несколько раз сталкивалась лицом к лицу с голодными вампирами. И я помнила, каково это — когда тебя кусают, когда острые зубы вспарывают плоть… И тот факт, что каждый, вкусивший моей крови, умер быстрой огненной смертью, ничуть не делал нападения более привлекательными.

— Деклан со мной, — повторила я. — Я полностью ему доверяю. Если у вас с этим проблемы, мы просто уйдем.

Спустя пару секунд хмурые морщины на лбу доктора Рейнольдса разгладились.

— Прощу прощения за столь непрофессиональное поведение. — Сняв очки, он устало провел ладонью по глазам, затем вытер очки рукавом и снова водрузил их на нос. — Моя жена… ее убил дампир. Из-за этого мое суждение несколько необъективно.

Меня тут же захлестнуло сочувствие при одной мысли о том, что кто-то погиб от лап этих ужасающих монстров.

— О боже! Мне так жаль.

— Мне тоже. — Он стиснул зубы, и на его лицо набежала тень. — Но это к делу не относится. Мне нужно взять образец вашей крови для пары тестов.

Радуясь, что он сменил тему, я молча закатала рукав, а доктор Рейнольдс достал иглу. У него перехватило дыхание, когда он увидел, какого цвета моя кровь. Не красного. Она была бордовой, почти черной.

— Невероятно, — прошептал он, обращаясь к самому себе.

Вид этой крови лишь придал ситуации реализма. Я кинула быстрый взгляд на Деклана, но затем снова повернула голову к врачу.

— Что? Невероятно, что я еще хожу? И дышу?

Его губы дрогнули в легкой улыбке.

— Я бы солгал, сказав «нет». Да, невероятно, что ваш организм сражается с ядом в течение такого долгого времени, особенно учитывая, что симптомы проявились и внешне. «Ночной дурман» проник в каждую клетку. Будь он разработан обычными химиками, не сомневаюсь, что вы столько не прожили бы. Но с парахимией все иначе.

— Так вы можете ей помочь? — спросил Деклан. — В самом деле?

Одного звука его голоса хватило, чтобы улыбка слетела с лица Рейнольдса. Он и правда терпеть не мог дампиров и ничуть этого не скрывал.

— Да. С помощью образца крови я смогу разработать вакцину, которая выделит «Ночной дурман» из клеток.

— Это же… хорошо? — Я сжала края кушетки, на которой сидела. Сердце колотилось так, что я с трудом сохраняла спокойствие.

Лицо Рейнольдса потемнело.

— Как только я выделю формулу, то, наверное, с помощью гемодиализа мы сумеем очистить вашу кровь. Вообще-то это процесс, как правило, безболезненный, но должен предупредить, что в вашем случае… все будет не так просто.

Я поежилась, представив, что снова придется испытать боль. Я и так натерпелась с того момента, как мне вкололи формулу, вызвавшую самую настоящую агонию. Будь у меня выбор, я бы на такое в жизни не согласилась. Впрочем, выбора у меня не было.

Я вовсе не рассчитывала на волшебную сладенькую пилюлю, которая меня излечит. Это было бы здорово, но мы же не в сказке.

Я решительно кивнула:

— Согласна.

— На время лечения вам лучше остаться здесь. Мои пациенты обычно занимают комнаты этажом выше. Там весьма удобно.

Интересно, подопытных кроликов-вампиров тоже окружают столь первоклассной заботой?

— А что вы хотите взамен? Вряд ли это входит в мою медицинскую страховку.

Рейнольдс взял папку и обошел диагностический стол, чтобы встать подальше от Деклана.

— Если я сумею выделить формулу, извлечь ее из вашей крови… это будет бесценное оружие. Пусть вы не хотите участвовать в проекте «Ночной дурман», но это не означает, что его нужно закрыть.

Он поможет мне, чтобы воссоздать формулу. Логично.

Я снова кивнула.

— И когда мы начнем?

— Когда я завершу тесты с образцами. Я сразу же с вами свяжусь.

После вынужденного донорства у меня кружилась голова всю дорогу, пока мы с Декланом шли из смотрового кабинета к лифту и поднимались наверх. Деклан поддерживал меня за талию, чтобы я не упала.

Выйдя из лифта и миновав пустой склад, мы снова оказались на солнце.

Деклан взглянул на меня, не скрывая тревоги:

— Ты как?

— Нормально. — Я прижала ладонь ко лбу. — Он, похоже, всю кровь из меня выкачал. Чувствую себя опустошенной.

— Я за машиной, — сказал Деклан. — Стой здесь.

Кивнув, я прислонилась к стене возле двери. Деклан исчез за углом здания. Я подняла глаза на камеру над входом. Пусть она висела здесь из соображений безопасности, но мне все равно было не по себе.

— Как все прошло, — раздался голос Джексона. Я вздрогнула, не заметив, как он подкрался.

— Думаю, хорошо. — Я потерла пластырь на сгибе локтя. — Слушай, спасибо, что подсказал, куда нам двигаться дальше.

Джексон усмехнулся. Он был довольно привлекательным, пусть и в немного грубоватой манере, но улыбка смягчила резкие черты лица.

— Обычно когда речь заходит о подобной хрени, я тот еще ублюдок, но мне правда жаль, что тебе пришлось такое пережить.

Я удивилась:

— Ты не очень-то похож на типа, умеющего сочувствовать.

— Верно.

Шумно выдохнув, я прижалась спиной к стене. Воздух был сухим, горячим и пах пылью и выхлопными газами. Визит к доктору Рейнольдсу меня вымотал. Все-таки надежда — весьма изнуряющая эмоция.

— Ты знаешь Деклана лет десять, да?

— Около того. — Он покачал головой. — Странно видеть его с женщиной вроде тебя.

Я выгнула бровь:

— Вроде меня?

Джексон пожал плечами:

— Я могу многое узнать о человеке после первой же встречи. Ты из тех, кому нужен мужчина, способный показать, что такое настоящее удовольствие.

— Серьезно?

— И я видел, как ты смотришь на Деклана.

— И как же?

— Будто съесть его готова.

Я не смогла сдержать смешка. Этот мужик считал, что все знает. Терпеть не могла подобных наглецов.

— А что в этом не так?

— Деклан… он хороший охотник. Преданный до гроба. Знаю, ты встречалась с его приемным отцом.

— Было дело.

— Тогда тебе известно, что Деклан остается с кем-то до последнего, даже если это плохая идея.

Я ощетинилась:

— Ты так думаешь о нас с ним?

— В нем ничего нет, Джилл. Лишь пустая оболочка. Он робот. Солдат. Он убивает вампиров. Только этим и занимается все время, сколько я его знаю. Из таких, как он, приятели не получаются.

Этот разговор начинал действовать на нервы, но раз уж мне выпал шанс выведать что-нибудь о Деклане, я потерплю Джексона еще чуть-чуть.

— Я не ищу приятеля. У меня кровь чернее черного, так что я вроде как занята, пытаясь выжить.

— Может и так.

Джексон подобрался ко мне вплотную, и я учуяла запах его лосьона после бритья. Охотник окинул меня взглядом с головы до ног.

— Но ты страстная женщина. У тебя есть желания, которые Деклан не сможет удовлетворить. — Вытянув руку, он принялся наматывать прядь моих черных волос на палец, затем наклонился к уху. — Зато их могу удовлетворить я, Джилл. Если ты меня хочешь.

— Да ну?

Было жарко, градусов девяносто, а близость горячего тела Джексона еще больше накаляла воздух. Струйка пота потекла по спине.

Да он ко мне пристает! А к женщине друга обычно не пристают, пусть даже у нас с Декланом очень непростые отношения.

— Я могу доставить наслаждение, которого ты еще не испытывала. Ничего серьезного, просто немного развлечемся. Выпустим пар.

Чуточку удовольствия — я так давно его не испытывала. Жаль, что предложение поступило от Джексона.

— А как же Деклан?

Джексон покачала головой:

— Он ведь кастрат. Не сможет тебя удовлетворить даже при большом желании. Ты все равно скоро начнешь поглядывать по сторонам. Ты многое пережила, но я все равно вижу в тебе огонь. И знаю, как подкинуть дров, чтобы разжечь его еще сильнее.

— Хочешь меня трахнуть? — прямо спросила я, чтобы убедиться, что правильно его понимаю. Хотя он не слишком-то юлил.

— Очень. А чего хочешь ты? — Он наклонился ко мне, чтобы я могла оценить мускулистость его тела… включая твердую выпуклость в районе ширинки, которой он не постеснялся ко мне прижаться.

— Чего я хочу?

Положив ладонь ему на грудь, я провела ею вниз и накрыла довольно внушительный член в джинсах. Сжав его, я резко вывернула руку.

— Я хочу, чтобы ты отвалил нахрен.

Джексон скривился от боли, но тут же хрипло расхохотался.

— Вот, кажется, и ответ.

Я отпустила его, чувствуя, что выразила свое мнение вполне однозначно.

— Без обид, надеюсь.

— Конечно.

Бросив взгляд мне за спину, он накрыл ладонью пострадавший пах и отступил.

— Деклан. Ты вернулся.

Я обернулась. Невыразительные глаза Деклана были прищурены, и я спросила себя, видел ли он, что только что произошло.

— Идем, — кинул он мне.

Очень скоро я пройду через болезненный процесс диализа. Очень скоро я вернусь к нормальной жизни, в которой больше не будет любвеобильных — даже, скорее, похотливых — охотников на вампиров, к которым я совершенно равнодушна, или дампиров, заставляющих мою кровь кипеть, а тело — жаждать того, чего мне не могут дать.

Терпеть не могла разочаровываться.

Глава 3

Вернувшись в мотель, я приняла душ, чтобы немного остудиться. Деклан отправился за едой. Когда я, натянув на себя чистые леггинсы и майку, но так и не высушив волосы, вышла из ванной, он уже вернулся.

В его руках был коричневый бумажный пакет.

— Бургеры. И картошка-фри.

— Борьба за жизнь способствует набору веса.

На самом деле, наоборот. С тех пор как меня накачали ядом, я все время худела. Теперь я могла сосчитать, сколько у меня ребер, и это немного выбивало из колеи, потому что ела я не меньше обычного. Для себя я сделала вывод, что «Ночной дурман» ускорил обмен веществ. Еще один побочный эффект, чтоб его.

Я прислонилась бедром к столу и растребушила пальцами волосы, чтобы они быстрее сохли. Деклан сидел рядом с кофейным столиком и смотрел на свои руки, полностью погруженный в какие-то мысли.

— Проблемы? — спросила я.

Он поднял на меня взгляд:

— С чего ты взяла, что у нас проблемы?

— Ты ведешь себя тише обычного. Не сказала бы, что все остальное время ты тараторишь без остановки, но…

— Я слышал твой разговор с Джексоном.

— Какую его часть?

— Весь. — Он смотрел на меня, не отрываясь и привычным движением поправляя чуть съехавшую вбок повязку.

— Он ко мне подкатывал.

— Знаю.

— И я сказала ему валить нахрен.

Его губы едва дрогнули:

— Знаю.

Я забеспокоилась, потому что вид у Деклана все еще был несчастный.

— Деклан, что тебя на самом деле гложет?

Он покачал головой:

— Был бы он еще хоть капельку настойчивей, я бы оторвал ему башку. Хорошо, что ему хватило простого «отвали». Знаешь, он пользуется популярностью у женщин. Наверное, твой отказ для него как ведро холодной воды, учитывая его послужной список на любовном фронте.

— Считаешь, я хоть на секунду задумалась над его предложением?

Деклан моргнул:

— А что, нет?

— Нет. Ты заревновал?

Он так вцепился в столешницу, что у него побелели костяшки пальцев.

— Не знаю. С сывороткой… все, что я чувствую — пустоту. Там, где раньше были эмоции… ничего, только черная дыра. Я знаю, все мои переживания должны быть там. Раньше этого вакуума не существовало — я его не замечал, — но теперь все изменилось.

— Пустота.

— Ага.

У меня сдавило горло, и я закусила нижнюю губу:

— Я знакома с этим чувством. Испытываю нечто похожее.

— Да?

Я кивнула:

— С этим тяжело жить, но порой у нас просто нет выбора.

На его лицо набежала тень:

— Джексон тебе этот выбор дал.

Я не удержалась и закатила глаза к потолку:

— Ага, дал. Я не могу быть с тобой, поэтому он готов из кожи вон лезть, лишь бы тебя заменить. Очень благородно с его стороны.

Деклан нахмурился:

— Ты поэтому чувствуешь пустоту? Потому что мы не можем быть вместе?

Мы ступили на зыбкую почву. Я не была готова к разговору об эмоциях и черных дырах в душе с мужчиной, которого на самом деле не могу заполучить. Все это не к добру, а неприятностей мне и так хватало по горло.

— Послушай, Деклан, давай просто поедим. День был долгим. Может, уже завтра с нами свяжется доктор Рейнольдс.

— Так и будет. Не сомневаюсь. Он тот еще хрен, но я на самом деле считаю, что он в состоянии помочь. И тогда тебе не надо будет больше во всем этом вариться, общаться со мной и с похотливыми козлами типа Джексона. Вернешься к обычной жизни и к нормальным мужчинам, которые смогут любить тебя, когда захотят.

Я склонилась над столом и взяла Деклана за руку, сжатую в кулак.

— Чтоб ты знал: нормальных мужчин слишком переоценивают.

Он чуть расслабился:

— Ненормальнее меня не найти.

— Сегодня у тебя вечер жалости к себе?

Он невесело улыбнулся:

— В том то и проблема. Я ничего не чувствую. И все же…

— Что?

— Вот представляю тебя с Джексоном… не сказал бы, что это ревность. Но меня это напрягает. Мне это не нравится.

Интересно. Не ревность… но какой-то отклик в душе безэмоционального дампира.

Я переплела наши пальцы:

— Ну, я же не с ним делю этот шикарный ужин из забегаловки, а?

— Нет. — Он откинулся в кресле и убрал руку. Я постаралась не обидеться. — Но в одном он прав.

— В чем?

— Ты страстная женщина. И заслуживаешь большего.

Я оглядела маленькую комнатушку.

— Больше, чем бургеры с картошкой в убогом мотельном номере?

— Для начала. — Деклан больше не улыбался. На его скулах заиграли желваки. — Ты как-то обмолвилась кое о чем, и я хочу поймать тебя на слове.

— Ты о чем?

— Ты упомянула об эксперименте.

Я помнила, что именно я тогда имела в виду.

— Деклан…

— Нет, Джилл, не надо слов.

Это было как гром среди ясного неба. Я уже хотела задать вопрос, но не смогла, потому что Деклан встал, притянул меня к себе… и поцеловал.

С тех пор как Деклана укололи новой сывороткой, я пару раз его целовала в надежде на отклик, и расстраивалась, когда ничего не происходило. Теперь инициатором выступил Деклан; это он целовал меня. А я отвечала. Совсем недавно я не стала бы этого делать, но его ласка мгновенно меня разгорячила.

— Как думаешь… ты можешь?.. — прошептала я ему в губы, не желая заканчивать предложение.

— Это не ради меня, Джилл. Ради тебя. Это… если ты хочешь… — Он обхватил мое лицо ладонями. — Скажи «да».

— Да. — Я даже не задумалась.

Когда он снова принялся меня целовать, то взял на руки и отнес на кровать.

Я обвила руками его шею.

— У меня мокрые волосы.

— А тебе не плевать?

Я ухмыльнулась:

— Плевать.

Он аккуратно опустил меня на постель и, обхватив мою грудь, начал покрывать поцелуями горло. Я почти не верила в происходящее. Сначала новая возможность решить мои проблемы с «Ночным дурманом». Теперь эксперимент Деклана. Все это может оказаться сном.

Однако на сон похоже не было. Слишком уж реально. И мне совсем не хотелось и дальше рыться в сомнениях.

Деклан схватил мою майку и задрал ее, обнажая нежную кожу. Лифчика не было, что существенно экономило время. Я всхлипнула от желания, когда Деклан сомкнул губы вокруг моего правого соска и медленно обвел его языком. Жаркая влажная ласка.

Деклан вопросительно на меня посмотрел:

— Я все правильно делаю?

Я попыталась глотнуть воздух, и с моих губ сорвался стон:

— Пока все отлично.

Он переключил внимание на другую грудь, и моя кожа покрылась мурашками, а по телу пробежала дрожь. Я помогла ему стянуть мне майку через голову и зажмурилась.

Какая замечательная идея — поэкспериментировать с Декланом. Хорошо, что я об этом подумала.

Когда он снова меня поцеловал, переплетаясь со мной языками, я потянула за его футболку и запустила под нее руки, чтобы почувствовать обнаженную кожу. Провела ладонями вниз по рельефному животу и начала расстегивать джинсы… но Деклан схватил мои запястья.

— Джилл, нет.

Я удивленно на него посмотрела:

— Почему?

— Я уже говорил: это для тебя.

— Я хочу тебя коснуться.

Он оттолкнул мои руки и завел их мне за голову.

— Не будешь играть по правилам, придется все прекратить.

Ему хватало сил удержать меня на месте, но хватка была не слишком крепкой, так что я в любой момент могла вырваться, если бы захотела.

— Не уверена, что мне нравятся эти правила.

Мои напряженные соски скользнули по его спрятанной под футболкой груди, когда он склонился и прошептал мне на ухо, почти касаясь мочки губами:

— Джилл, я хочу сделать тебя счастливой…

И я поверила. Да, на его лице не было того возбуждения, которое испытывала в данный момент я, скорее бесконечная искренность. Он не мог заниматься со мной любовью — во всяком случае так, как я о том мечтала бы, — но все равно желал доставить мне удовольствие, особенно после подслушанного разговора между мной и Джексоном.

Джексон предложил мне секс без обязательств.

Я отказала, потому что меня к нему не влекло. Меня не прельщала идея быстрого перепиха, да и Джексон не возбуждал. Я хотела большего, хотя и знала, что мои желания, скорее всего, не будут удовлетворены.

Деклан предлагал воплотить их в жизнь, хотя бы частично. Здесь. Сейчас.

А для этого он собирался полностью меня раздеть. Сам оставаясь в одежде.

— Я могу остановиться. — Его голос был тихим и хриплым. — Или продолжить. Тебе решать.

Горло перехватило. Меня окатило смесью холодного разочарования и жаркого желания. Да, у меня появился шанс заполучить Деклана, пусть и не целиком.

— Ты меня хочешь? — спросил он, но я помедлила с ответом.

Потом беззвучно кивнула.

— Я нужен тебе?

— Да.

— Тогда держи руки здесь. — Он прижал их к изголовью, заставив обхватить пальцами ледяные металлические перекладины.

Я втянула воздух.

— Я что, совсем не могу тебя касаться?

— Таковы правила.

Я крепче вцепилась в рейки.

— Хорошо. Твой ход, дампир.

На его губах заиграла еле заметная улыбка, он встал на колени — не снимая высоких армейских ботинок — и провел ладонями по моей груди и вниз по телу. Его загрубевшая кожа немного царапалась, отчего мои соски напряглись еще сильнее, а по телу пробежала новая волна дрожи. Я неосознанно выгнулась навстречу его прикосновениям.

— Ты прекрасна, — прошептал Деклан.

— И ты.

Он усмехнулся:

— Врешь. Мои шрамы…

— Часть тебя. Поэтому они тоже прекрасны. Мы это, по-моему, уже обсуждали.

— Джилл…

— Я бы не оказалась в постели с кем-то, кого не считала бы привлекательным, Деклан, ты уж поверь. Ты меня так сильно возбуждаешь, что я еле себя контролирую.

Он склонился надо мной, наши губы разделяли пара дюймов:

— Насколько сильно?

Я резко втянула воздух, почувствовав, как его рука скользнула под пояс леггинсов и дальше, между ног, где Деклан с легкостью мог почувствовать доказательства моего желания. Я сжала рейки изо всех сил.

— Не обманываешь, — промурлыкал он. — Очень сильно…

Я вскрикнула.

— Теперь ты дразнишься.

— Чуть-чуть.

Он подцепил эластичный пояс леггинсов и стянул их с моих ног. Я лежала обнаженная, с закинутыми за голову руками, а взгляд полностью одетого Деклана блуждал по моему телу.

Надо признать, быть голой и беззащитной в присутствии контролирующего процесс Деклана… это оказалось намного чувственнее, чем я могла представить.

— Ну и как пока проходит эксперимент? — спросила я срывающимся голосом.

Он изогнул одну бровь:

— Думаю, неплохо. Твое мнение?

— Прекрасно… Первоклассно…

Он меня поцеловал. Я разомкнула губы, и его язык скользнул внутрь, отчего я застонала, почувствовав пряный вкус Деклана. У меня перехватило дыхание, когда его рука опять легла на мое лоно, и он начал меня ласкать. Я почувствовала, что полностью растаяла от желания.

Пока Деклан прокладывал дорожку из поцелуев вниз по моему телу, он не произнес ни слова. Прижав ладонь ко рту, я наблюдала, как он раздвигает мои ноги и приникает губами к нежной плоти. Я вскрикнула и отняла вторую руку от изголовья, чтобы обхватить ладонями его голову, когда почувствовала ласкающий меня язык.

— Деклан…

Но я не могла связно говорить. Его имя, и то можно было разобрать с трудом.

Меня накрыло наслаждение, такое сильное, что оно граничило с болью. Мое тело забилось под его ртом и руками, приподнимаясь над кроватью, но Деклан держал меня на месте, пока я не кончила еще раз. С губ сорвался крик, несмотря на попытки сдержать его, прижав ко рту тыльную сторону ладони.

Деклан снова склонился к моему лицу и обрушился с поцелуем… почти грубым, таким, что я смогла почувствовать свой вкус на его языке. К этому моменту я уже сходила с ума от страсти по нему.

— Деклан, пожалуйста, — умоляла я. — Хочу, чтобы ты вошел в меня… Очень…

Я обхватила ногами его полностью одетое тело и начала тереться, словно он был обнаженным. Я отчаянно желала, чтобы он ворвался как можно глубже. И сейчас хотела этого даже сильнее, чем раньше. Деклан уже довел меня до двух невероятных оргазмов, но я все еще не была удовлетворена. Вкусив немного, хотелось большего.

Медленно, очень медленно я взяла себя в руки и поняла, что в поцелуе участвую больше Деклана. Я обхватила ладонями его лицо и посмотрела на него, к своему ужасу заметив, что оно омрачено тенью сожаления.

На мои глаза навернулись слезы:

— Пожалуйста, не смотри на меня так.

Казалось, ему даже физически больно.

— Джилл, мне так жаль… Я хочу сделать для тебя все… но не могу.

Моя страсть — жаркая до умопомрачения — осталась без ответа. Он ничего не ощутил. Умом все понимал, хотел, но телом…

Создавалось впечатление, что стоит ему коснуться меня еще раз, и я снова кончу — такой чувствительной стала моя кожа.

Я поднялась, оказавшись с Декланом лицом к лицу, обняла его и прижала к себе:

— Все в порядке.

— Нет.

— На текущий момент — да.

— Эксперимент…

Я чуть отодвинулась, чтобы заглянуть ему в глаза:

— С моей точки зрения, эксперимент прошел удачно.

Улыбка тронула его губы:

— Приятно слышать.

— Безумно люблю научные исследования.

Я поцеловала его и расстроенно заметила, что на этот раз Деклан еле ответил на ласку.

Да, нам удалось ненадолго забыться, но сейчас мы вновь вернулись к тому, с чего начали.

Ну, по крайней мере, в качестве утешительного приза у меня еще оставалась картошка-фри.

Глава 4

Кошмары преследовали меня с того самого дня, как мне вкололи «Ночной дурман». Но Деклан снился впервые.

Сон начался вполне невинно.

Мы ужинали, причем не жирными пересоленными гамбургерами в номере дешевого мотеля. Мы были в итальянском ресторане, одном из моих любимых, расположенном в двух шагах от квартиры в Сан-Диего.

Ладонь Деклана накрыла мою, и я посмотрела ему в лицо.

Это был Деклан и в то же время… не он. Черная повязка исчезла, и теперь на меня смотрели два зеленых глаза, а не один серый, обычный для дампиров или вампиров. Шрамы больше не портили красивое лицо. Коротко подстриженные волосы, к которым я уже привыкла, стали чуть длиннее. На его лице играла легкая улыбка, казавшаяся мне несколько чужеродной, как и его темно-синий костюм.

— Ты словно призрака увидала, — сказал он.

— Что-то вроде того. — На самом деле его внешний вид не так уж меня и потряс. Он был естественным, словно именно таким я видела Деклана все время. — Отлично смотришься.

— Лучше, чем обычно?

— Ну… по-другому. А что случилось-то?

— Ничего. Все так, как должно быть. Я не дампир. Не охотник. Не получаю очередной шрам всякий раз, когда в меня стреляют или тыкают ножом. И глаз я не потерял, потому что никогда не сражался с вампиром, который выдрал мне его когтями. — Он изогнул бровь. — И что ты на это скажешь?

— Если честно, у меня слов нет. Ты выглядишь так…

— …будто могу стать частью твоей жизни.

— В общем, да. — Улыбнувшись, я сплела свои пальцы с его. — Больше никаких вампиров. Нас никто не хочет убить. Мы можем быть вместе. Это замечательно.

На лицо Деклана набежала тень.

— И вовсе не замечательно.

— Что такое?

— Твоя кровь… — Он нахмурился.

Почувствовав на лице что-то теплое, я провела пальцами по коже. Из носа у меня текла кровь, темно-бордовая, почти что черная. При ее виде у меня сжалось сердце.

— Сейчас это я не могу жить нормальной жизнью, да?

— Хотел бы я чем-то тебе помочь. — Повернув голову направо, Деклан заметно напрягся. — Может быть, у него получится.

Я посмотрела туда же. На улице ярко светило солнце, озаряя мужчину на пороге, глядящего на меня так жадно, что удивительно, как я не почувствовала на себе его взгляда раньше. И это был Деклан… со шрамами. Одноглазый. Весь изрезанный за десятилетие охоты на вампиров. В потрепанной черной кожаной куртке.

И он не улыбался.

— Джилл… — проговорил он.

Я встала из-за столика и направилась к нему, но воздух, словно густея на глазах, не дал мне идти. Я запаниковала.

Деклан вдруг пошатнулся, словно его толкнули в спину. Выдохнув, он положил покрытую шрамами руку на живот и опустил взгляд. Сквозь пальцы хлынул ярко-алый поток. Деклан поднял голову, и я увидела, что на его горле появился глубокий надрез. С каждым ударом его замедляющегося сердца из ран выплескивалась кровь.

Жадно хватая ртом воздух, я пыталась пробиться через невидимое нечто, удерживающее меня на месте.

— Деклан! — проснулась я с криком и ухватилась за мужчину, нависшего надо мной.

— Я здесь, — принялся он успокаивающе гладить мои волосы. — Это просто кошмар. Все в порядке, Джилл. Все хорошо.

Разжав руки на его шее, я стала жадно осматривать Деклана. Он здесь. Он живой.

— Я думала, что я… что ты… ты был…

— Что бы тебе ни привиделось, это просто сон. — Обхватив мое лицо обеими руками, он стер с моих щек слезы. — Я знаю, как несладко тебе приходится, но все почти закончилось. Побудь сильной еще совсем немножко. Справишься?

Я беззвучно кивнула.

— Джилл… — после некоторой паузы начал Деклан. Он казался каким-то хмурым.

— Что?

— Тот эксперимент прошлым вечером…

— Что не так?

— Ты жалеешь? Переживаешь, что мы даже не попробовали?

Я замешкалась:

— Ты и правда хочешь знать, что я об этом думаю?

— Да.

— Это было удивительно, но…

Он наморщил лоб.

— Что «но»?

Заглянув в серый глаз, я положила руки на теплую грудь Деклана.

— Но я думала об этом. И как бы оно ни было славно… Я хочу, чтобы в следующий раз ты ласкал меня или целовал, только когда сам почувствуешь непреодолимое желание и каждое прикосновение будет отзываться в твоем теле. Хорошо?

Деклан несколько секунд не отрывал от меня взгляда, затем кивнул:

— Хорошо.

Раздался звонок. Деклан, выудив из кармана мобильник, прижал телефон к уху.

— Слушаю.

Разговор ни капельки не отвлек его внимание от меня. Деклан все так же сидел на краю кровати.

— Понял, — сказал он и, стиснув зубы, убрал телефон. — Как быстро. Рейнольдс уже готов с тобой встретиться.

— Это был доктор, — поняла я. Голос у меня дрожал.

— Готова?

Сон меня смутил. Что бы он значил? Что я хочу Деклана лишь в том случае, если он нормальный? А если он не нормальный, значит, он мне не нужен? Впрочем, единственное, что я знала наверняка: когда я увидела настоящего Деклана, истекающего кровью, все, чего мне хотелось, — это добраться до него. Помочь ему. Унять его боль. Но я не могла.

И опоздала.

Думаю, не надо копать достаточно глубоко, чтобы увидеть скрытый символизм.

Я решительно кивнула:

— Готова.

* * *

Мы вернулись на склад. Когда мы проходили через главный вход, охраняемый одной лишь камерой наблюдения, меня снова охватило то же странное чувство, что и вчера.

— Что-то не так? — спросил Деклан.

— Это место… — Я тряхнула головой. — Просто волнуюсь, что там, внизу, доктор Рейнольдс держит вампиров вместо подопытных крыс.

— По-другому нельзя. Джилл. Если ты хочешь найти способ уничтожить вампиров, нужны вампиры, на которых можно их опробовать.

— Ничего нового.

— Верно. И это не единственная лаборатория в стране — подобных учреждений полно, как государственных, так и коммерческих. Запертые здесь вампиры облажались, не смогли держать клыки при себе. Их согнали сюда, вместо того чтобы сразу проткнуть колом.

Помедлив, я обернулась к Деклану.

— Ты пойдешь со мной?

— Если хочешь, — отозвался он, встречая мой взгляд.

Я кивнула, хотя сердце заныло. Деклан будет со мной до конца, разделит со мной предстоящие боль и страх. А когда все прекратится, он уйдет. Думаю, лучше решать проблемы в порядке очереди. Хотя лучше бы покончить со всем сразу.

Возле лифта нас ждал Джексон.

— Доктор Рейнольдс хочет, чтобы я уладил кое-что внизу. Но сперва я должен проводить вас к смотровой, чтобы вы… ну, сделали то, что надо.

Он, не отрываясь, смотрел на дампира.

— Проблемы? — спросил Деклан, когда мы зашли в лифт, и Джексон набрал код.

— Нет. Вовсе нет. Просто кое-какие дела. — Джексон пристально изучал сменяющие друг друга цифры над дверью.

Сегодня он как будто бы был не в духе, хотя не то чтобы я разбиралась в настроениях Джексона Гейла, охотника на вампиров. Может, он бесился из-за моего вчерашнего отказа. Хотя вряд ли. У меня не сложилось впечатление, что он серьезно на меня запал. Просто хотел развлечься с женщиной, которую счел достаточно развязной, чтобы принять его предложение. И все же мне было не по себе.

Я все думала о вчерашнем вечере с Декланом. И хотя это было… довольно удовлетворительно… меня это вовсе не удовлетворило, поэтому потом я и завела тот разговор… Для меня секс — не только способ достичь оргазма, хотя это и оказывается приятным бонусом. Мне нужно что-то чувствовать при этом. Я хочу глядеть в лицо Деклану и, как это у нас уже было, видеть на нем то же желание, какое испытываю сама. В общем, односторонний сексуальный эксперимент оказался занятным, но не более того.

А скоро и это перестанет быть проблемой. Меня вылечат, очистят мою кровь, и у Деклана больше не будет причин оставаться со мной, так что, полагаю, вряд ли я увижу его после этого еще хотя бы раз. Я мечтала вернуться к нормальной жизни: к скучной работе, к общению с друзьями и коллегами, вечерним посиделкам с сестрой и племянниками, к случайным знакомствам с мужчинами — обычными, вроде человечного, не изрезанного шрамами Деклана в моем сне… В общем, к тому, как все должно быть.

Это будет странно — знать, что он больше не рядом, не присматривает за мной. При этой мысли меня охватило чувство, которое я могла описать лишь как тоска. Тоска по мужчине, который исчезнет из моей жизни так же неожиданно, как ворвался в нее.

Я держалась поближе к Деклану, правда, его не касалась. Ему хотелось, чтобы я почувствовала себя лучше. Мне тоже. Я, наверное, была готова отправиться даже в преисподнюю, если это позволило бы мне очистить кровь. Я нервничала, думая о боли, которую предстоит испытать, но все же это меня не останавливало.

Выйдя из лифта, мы прошли по коридору до уже знакомого кабинета доктора Рейнольдса. Кроме стола из нержавеющей стали и металлического стула, там было несколько шкафов и раковина.

Перекинувшись с порога парой фраз с Рейнольдосом, Джексон кивнул нам и отправился дальше.

— Входите, — пригласил доктор Рейнольдс. Он одарил меня улыбкой, которая тут же растаяла, когда он заметил, что меня сопровождает Деклан. — К нам сейчас присоединится мой ассистент. — Рейнольдс бросил взгляд на открытую дверь. — А вот и он. Только не волнуйтесь.

Я не успела спросить, почему мы должны волноваться, потому что в кабинет зашел мужчина с темно-рыжими волосами и в белом лабораторном халате. Он был очень бледным, со впалыми щеками.

Деклан так резко дернул меня к себе, что я от неожиданности вскрикнула. Он схватился за кинжал.

Внутри у меня все завязалось узлом, когда я увидела, что у ассистента Рейнольдса есть клыки.

Да он вампир!

Мужчина смущенно улыбнулся, не отрывая серых глаз от серебряного клинка Деклана.

— Кажется, доктор Рейнольдс обо мне еще не говорил?

Деклан загородил меня собой.

— Нет, черт возьми, ни словом не обмолвился.

— Прошу вас, успокойтесь. Я не причиню вам вреда.

— А вот за себя я не ручаюсь, — прорычал Деклан.

Доктор Рейнольдс поджал губы.

— Лоуренс — мой ассистент. Я настолько привык полагаться на него во всем, что иногда забываю предупредить остальных о том, кто он такой. Лично я в этом проблемы не вижу.

— Что здесь, черт возьми, происходит? — требовательно спросила я. От этого неожиданного откровения у меня сдавило горло, и я еле дышала. Одно дело — знать, что вампиры заперты где-то внизу. Совсем другое — находиться в комнате с одним из них, одетым в такой же халат, как и доктор Рейнольдс. Можно было бы намекнуть. Я бы тогда сюда вообще бы не сунулась.

— Если он подойдет слишком близко и почует «Ночной дурман»…

— Не подойдет.

Рейнольдс встал перед рыжим вампиром, заслоняя его от нас также, как Деклан загораживал меня.

— Я о вас знаю, — сказал Лоуренс. — И на всякий случай буду держаться подальше.

Я уставилась на него:

— Рада, что хоть кого-то здесь предупредили.

Рейнольдс развел руками.

— Лоуренс пять лет был моим научным сотрудником. Около года назад его обратили против воли, но он сохранил здравомыслие и человеческие моральные принципы, так что я вполне ему доверяю. Как и я, он считает, что большинство вампиров представляет собой угрозу, которую необходимо уничтожить.

Лоуренс вышел из-за спины Рейнольдса, не отрывая взгляда от Деклана, который не двигался с места и ничего не говорил, но я ощущала, как от дампира волнами исходит угроза. От этого неожиданного поворота событий он явно был не в восторге. Как и я.

— Многим вампирам удалось сохранить личность, — ровно произнес Лоуренс. — Я из таких. Я ценю свою работу. У нас с Виктором много общего.

Я не позволила ему усыпить свою бдительность.

— Например?

На его лицо набежала тень, и я заметила боль во взгляде.

— Он знает, каково это — потерять жену.

Я вздрогнула от того, как помрачнел вдруг его голос.

— Вы о чем?

Его адамово яблоко дернулось, когда он сглотнул:

— Сьюзан приняла меня таким, какой я стал после обращения. Но… шесть месяцев назад она исчезла. Я искал ее, искал изо всех сил…

— Мы считаем, ее похитили другие вампиры, — продолжил доктор Рейнольдс. — Но надежду терять нельзя.

Хрипло выдохнув, Лоуренс кивнул:

— Я стараюсь держаться.

— Знаю.

— Вы должны были рассказать все заранее. — В голосе Деклана не слышалось ни капельки сочувствия. Он держал меня так крепко, что на руке наверняка проступили синяки — иногда он не осознавал своей силы дампира. Но я не вырывалась.

— У вас в ассистентах ходит вампир, и, какая бы там история за этим ни стояла, мне уютнее не становится. Это все меняет, черт подери.

— Скажи я вам, вы бы не вернулись. — Доктор Рейнольдс поправил очки. Судя по тому, как скованно он держался, разговор по душам с Декланам давался ему нелегко. Учитывая его предубеждения насчет дампиров, лучшими друзьями им явно не быть. — Вы сочли бы, что у меня есть некие скрытые мотивы, чтобы заманить вас сюда. Но мы тут не единственные, кто умалчивает о деталях.

Я настороженно уставилась на него:

— Вы о чем это?

— О вас, Джиллиан. — Рейнольдс повернулся ко мне, окидывая взглядом с головы до ног. — Когда я услышал о «Ночном дурмане», то решил, что это будет яд с медленным действием, ослабляющий жертву и рано или поздно ее убивающий. Но это ведь совсем не так?

Я нервно фыркнула:

— Не сказала бы, что эффект моментальный.

— В любом случае, это поразительно.

Я поморщилась:

— Предпочитаю использовать другие слова. «Поразительно» сюда мало подходит.

— Сколько секунд проходит со времени укуса до гибели вампира?

— Немного. Но достаточно, чтобы он меня убил, если захочет.

Рейнольдс стиснул зубы:

— Какая жалость.

— Почему?

— Я не могу воссоздать формулу. — На его лице отразилось глубочайшее разочарование. — Оригинальный состав слишком изменился, соединившись с вашей кровью. И все же я выяснил кое-что и хочу вам это продемонстрировать. Приведи его, — кивнул он Лоуренсу.

Тот, не говоря ни слова, вышел из комнаты.

Деклан наконец спрятал кинжал и отпустил мою руку.

— Мы пришли сюда не за очередным гребанным экспериментом. Мы думали, у вас есть решение. Так вы поможете нам или нет?

— Терпение, — отрезал Рейнольдс, пронизывая Деклана взглядом. Впрочем, он тут же откашлялся и, набрав полную грудь воздуха, медленно выдохнул. — Прошу прощения за свою грубость. Но вы охотник и наверняка должны оценить, насколько важно мое открытие. Можете подождать пару минут и посмотреть, что я обнаружил?

Деклан выдержал паузу, но все же кивнул.

— Две минуты. И на этом все.

— Благодарю.

Лоуренс вернулся, таща за собой другого мужчину с серым остекленевшим взглядом. Получив толчок в спину, незнакомец влетел в кабинет.

— Сядь, — велел Рейнольдс, и мужчина, не задавая вопросов, опустился на стул.

Я встревожилась:

— Что с ним такое?

Доктор Рейнольдс медленно обошел вокруг стула:

— Он под действием химических препаратов, так что проблем возникнуть не должно.

У меня перехватило дыхание.

— Он вампир?

— Да. — Доктор схватил новоприбывшего за подбородок и сжал пальцы. — На прошлой неделе он убил целую семью, чья машина заглохла на дороге. Троим детям и двоим взрослым пришлось умереть, чтобы он смог утолить свой голод.

— Мне надо было поесть, — еле слышно пробормотал вампир. — И я не сумел остановиться.

— Ты убийца, прикончивший пятерых невинных людей. Даже не пытайся вызвать сочувствие. — Рейнольдс отпустил его, и вампир уронил подбородок на грудь. Доктор вытер руку о белый халат.

У меня внутри все переворачивалось. Сейчас вампир не выглядел таким уж опасным.

— Вы подсадили его на наркотики?

— Да. У нас есть очень мощные транквилизаторы, но на этих монстров они действуют не так уж долго.

Я обернулась к другому вампиру в комнате. Не сверкая клыками, Лоуренс выглядел совсем как человек с очень светлыми серыми глазами. Он держался у противоположной стены, футах в двадцати от меня. На большинство вампиров «Ночной дурман» не оказывал эффекта, пока они были далеко. Я предпочла бы обойтись без проблем хотя бы сегодня.

Я скрестила на груди руки:

— Слушайте, я не позволю ему укусить меня, если вы на это рассчитываете.

— Вовсе нет.

— Тогда что за эксперимент?

— Он покажет, можно ли вашу кровь использовать вне тела.

Я тут же покачала головой:

— Я уже предлагала это, но после контакта с кислородом она становится бесполезна. В воздухе содержится что-то такое, отчего она не работает.

— Значит, она просто не должна контактировать с воздухом.

Рейнольдс открыл ящик стола слева и вытащил что-то вроде пистолета — маленького, серебристого, с короткой толстой иглой, торчащей из дула.

— Внутри флакон с вашей кровью.

Он взял эту штуку в правую руку так, словно она и правда была пистолетом, и приблизился к вампиру.

Я напряглась:

— Вы что, собираетесь…

Я не успела закончить предложение. Доктор Рейнольдс прижал странное устройство к горлу вампира, втыкая иглу в его плоть, и нажал спусковой крючок.

Глава 5

Почувствовав укол, вампир вскрикнул. Оглянулся, словно впервые нас увидел.

— Что вы… — Он судорожно вздохнул, выражение его лица стало немного напряженным. — Нет, пожалуйста… мне нужно…

Его речь оборвалась, и воцарилась зловещая тишина. Потом он закричал и рванул со стула. Правда, не успел встать на ноги — изо рта появилось пламя и быстро охватило все тело вампира. Спустя мгновение я почувствовала запах горелой плоти, и бедняга развеялся пеплом. Обычная для вампира смерть… я такое уже несколько раз видела. Быстро. Эффективно. Пугающе до ужаса.

Я застыла на месте, распахнув от ужаса глаза и прижав руку ко рту. Да, я знала, к чему все шло, но от этого увиденное не стало легче для восприятия. Результат такой же, как когда меня кусали вампиры. Моя отравленная кровь — смерть на вынос.

— Срань Господня, — с трудом выговорила я.

Доктор Рейнольдс широко улыбнулся:

— Потрясающе. Это уже третий вампир, на котором мы попробовали.

Лоуренс кивнул. Учитывая, что он и сам был кровососом, я удивилась, как это его совершенно не встревожило случившееся.

— Каждый раз идеально срабатывает.

Во время процедуры Деклан стоически находился рядом со мной.

— Сам по себе «Ночной дурман» бесполезен. Чтобы он действовал, его надо смешать с человеческой кровью.

Улыбка доктора Рейнольдса увяла, словно он только сейчас вспомнил о присутствии в комнате дампира.

— Верно.

— Тогда крайне досадно, что вы не можете ее воссоздать и найти волонтера на замену Джилл.

Доктор посмотрел на серебряный пистолет.

— Да, это значительно упростило бы нашу задачу. Джилл — источник формулы. Ее тело вырабатывает свежую кровь, которая тут же наполняется ядом. Джилл и есть «Ночной дурман».

Это та ситуация, когда быть востребованной не так уж хорошо. Как жаль: то, что меня убивало, могло послужить спасением для других. Я же в проигрыше по всем статьям.

В голове роились тысячи мыслей.

— Почему бы нам не задержаться на пару дней, чтобы вы смогли взять как можно больше образцов моей крови, а потом начнем выводить «Ночной дурман» из организма?

Доктор Рейнольдс явно почувствовал облегчение:

— Рад слышать, что вы готовы помочь.

Я прислонилась к столу:

— Ну конечно. Это не мой мир, я не хочу во всем этом вариться дольше необходимого, но я не дура. Я понимаю, что моя кровь убивает вампиров, а это очень важно. Если бы «Ночной дурман» не вел к моей смерти, я бы с радостью сдавала кровь на регулярной основе.

— Но именно к вашей смерти он и ведет.

Если не считать действия яда, с тех пор как его мне ввели, меня кусали, душили, били почти до потери сознания. На этих американских гонках ремни безопасности не были предусмотрены.

Я кивнула:

— Да.

Рейнольдс сжал зубы:

— Джилл, я не хочу жертвовать гражданскими лицами. Такими, как ты.

— Пришло время положить этому конец, — резко вклинился в разговор Деклан. — Вы или можете помочь, или нет. Так как?

Я догадывалась, что мое предложение о донорстве ему не понравилось. Этого не было в наших планах.

Доктор Рейнольдс смерил взглядом сначала Деклана, потом меня.

— А ты действительно за нее переживаешь. Поначалу я не поверил, но это правда, верно?

— Ее безопасность — моя самая главная задача.

Доктор Рейнольдс тихонько рассмеялся:

— Мы с женой тоже были полными противоположностями. Из двух разных миров… Но нам удалось перешагнуть через это.

Я не совсем поняла, как мы так быстро сменили тему разговора.

— Кем мы с Декланом приходимся друг другу, в данный момент не имеет значения.

— Он тебе небезразличен.

— Конечно.

— Пусть даже и дампир. — Он это сказал, скорее обвиняя, чем делясь своим наблюдением.

Я посмотрела на обсуждаемого нами дампира. Он слегка вскинул бровь, словно ожидая моего ответа.

— Если бы не Деклан, я была бы уже мертва.

Да уж, не самое романтичное признание. Зато правда.

Доктор Рейнольдс поджал губы:

— Я познакомился с женой четыре года назад, когда наконец смирился со статусом холостяка. Все мои дни были заполнены пробирками и химическими формулами. Парахимия… я ею одержим. Всю жизнь. Но Клара… она показала, что есть и другие прекрасные вещи. — Его голос сорвался. Лоуренс подошел к коллеге и сжал его плечо.

Я с трудом сглотнула подступивший к горлу комок. Чужая боль никогда не оставляла меня равнодушной.

— Она, наверное, была чудесной женщиной. Сочувствую вашей потере.

— Спасибо.

— Вы сказали, ее убил дампир?

— Да. — На его скулах заиграли желваки.

Я поежилась.

— Я… я не так уж много повидала дампиров-чудовищ, но те, кого довелось, были ужасны. Должно быть, вам тяжело это понять, но вы не смогли бы ничего поделать.

Он снял очки, потер переносицу и зажмурился.

— Ошибаетесь.

Я растерялась. Посмотрела на Лоуренса, чьи серые глаза были прикованы ко мне.

— Это был не дампир-чудовище, — сказал вампир.

Я удивилась:

— Да?

— Лоуренс… — начал было доктор Рейнольдс.

Но тот лишь со свистом втянул воздух:

— Пора уже посмотреть правде в глаза, как мы с тобой и говорили. Может, тогда ты сможешь жить дальше.

— Про тебя я могу сказать то же самое.

— Ты уже два года как потерял Клару. Мое горе случилось всего шесть месяцев назад.

— Это не совсем одно и то же.

Я настороженно за ними наблюдала. Рядом, словно статуя, стоял Деклан, сложив руки за спиной, будто солдат в стойке «вольно».

— Нет, это примерно одинаково; удивлен, что ты не видишь схожести. — Лоуренс заломил руки и посмотрел на меня. — Моя жена была человеком… смертной, вышедшей за вампира. Жена Виктора… она была вампиром.

Я открыла рот от удивления:

— Вампиром?

Рейнольдс снова надел очки. Его лицо застыло. Казалось, он на миг подавил свою скорбь.

— Когда мы встретились, она уже была вампиром. Иной раз ей с трудом удавалось сдерживать голод, но она всегда достойно себя вела. Пока ее не убили.

— Это сделал дампир, — сказала я.

— Да. — Лицо доктора Рейнольса заледенело. — Дампир, находящийся сейчас в этой комнате.

Меня словно ударили. Я резко перевела взгляд на Деклана. Он внимательно смотрел на Рейнольса, ничем не выдавая собственной реакции на это обвинение.

— Вы утверждаете, что я убил вашу жену?

— Да, — прошипел ученый.

Я почувствовала, что напряжение в комнате достигло предела. Я ждала, что Деклан начнет все отрицать…

Этого не произошло.

Деклан не сдвинулся с места, его лицо не дрогнуло, но взгляд стал более пристальным. Доктор Рейнольдс завладел его вниманием.

— Я не убиваю невинных. Не подкрадываюсь сзади, чтобы перерезать им горло. Я встречаюсь с врагами лицом к лицу. Они знают, кто я и зачем пришел. Вот тогда они обычно и нападают.

Ненависть, до этого лишь слегка дававшая о себе знать, полностью накрыла доктора Рейнольдса. Я-то считала, что он терпеть не может дампиров в целом. Оказалось, он не выносит исключительно Деклана.

— Я видел, как ты ее пронзил колом. Да, она защищалась. А как иначе? Какой выбор ты ей предоставил?

— Она могла объяснить, кто такая. Пообщаться со мной, как разумный человек. Если бы она это сделала, я мог бы поступить иначе. Меня посылают за одичавшими вампирами, сеющими смерть и разруху, а не за любящими женами ученых. Если я ее прикончил, значит, она представляла опасность.

— Оправдывайся, сколько хочешь. Это ничего не изменит.

Деклан со свистом втянул воздух сквозь сжатые зубы:

— Джилл, мы уходим. Этот человек не собирается тебе помогать. Во всяком случае, сегодня.

Он был прав. Казалось, доктора Рейнольдса больше не волновала судьба «Ночного дурмана». Как бы ужасно ни звучало все рассказанное ученым, я верила Деклану. Если он убил Клару, значит, она действительно того заслуживала.

Я взяла его за руку, и он потянул меня к двери. Лоуренс отступил подальше, чтобы до него случайно не донесся мой запах.

— Ты даже не хочешь извиниться за то, что убил мою жену? — тихо спросил доктор Рейнольдс.

Деклан застыл и обернулся. Отпустил мою руку.

— Вы сами признали, что она была вампиром. И ей с трудом удавалось сдерживать свои аппетиты.

— Потеряв ее, я каждый день чувствую огромную дыру в сердце.

Деклан пошатнулся. Совсем чуть-чуть. Если бы я пристально за ним не наблюдала, то и не заметила бы. Тень сомнения промелькнула в его взоре, и дампир нахмурился.

— Насколько я знаю, я ни разу не прикончил вампира, не заслуживающего смерти. Идет война, и мое дело — защищать людей. Каждый день что-нибудь да происходит. Но я если я убил вашу жену, а она была всего лишь невинной жертвой, тогда да, я чертовски сильно сожалею об этом.

Доктор Рейнольдс так долго смотрел на него, что я даже засомневалась, скажет ли он еще что-нибудь. Эмоции сменялись на его лице: скорбь, печаль, сомнение, боль…

Я знала, что жизнь Деклана полна насилия. Если подумать, подавляющая эмоции сыворотка была даже благом. Это позволяло его душе, спрятанной под всеми шрамами, оставаться чистой и нетронутой. Скольких бы он уже ни убил, скольких ни предстояло убить в будущем… его это не сломало. Несмотря на весь ужас, с которым он сталкивался, его сердце не наполнилось тьмой.

Поэтому-то меня так взволновали тени сомнений и сожалений на его обычно каменном лице. На прошлой неделе Деклану хватило всего пары дней без сыворотки, чтобы почувствовать эмоции… весь их спектр. Если ты пережил то, чего не доводилось раньше, сможешь ли ты забыть этот опыт?

— Когда Джексон предложил нам встретиться с вами, — начала я, — вы же знали, что Деклан со мной, что он меня защищает. Ведь они друзья.

— Да, я знал.

У меня сдавило грудь.

— Так дело в этом? Вы солгали, что можете мне помочь, только для того чтобы вытянуть из Деклана извинения за случившееся с вашей женой?

Не то чтобы я осталась равнодушной к его переживаниям, нет. Просто все мои надежды таяли с каждой секундой. Ненавижу, когда меня используют, и плевать по какой причине.

Лицо доктора Рейнольдса напряглось.

— Я тебя не обманывал. Я хотел… хочу помочь тебе. То, что ты связана с дампиром, убившим мою жену, всего лишь досадное осложнение.

Мне стало тяжело дышать.

— И что теперь?

— Я хочу оставить все в прошлом и найти силы жить дальше. — Он посмотрел на Лоуренса.

Вампир кивнул:

— Ты сможешь.

— Мои исследования всегда находились для меня на первом месте. Если пришлось бы выбирать между работой и Кларой, это было бы самым тяжелым решением в моей жизни. Думаю, в конце концов я отвергнул бы любовь ради науки. Клара это знала. И принимала. Я живу своими исследованиями.

Я наблюдала за ним, чувствуя легкую жалость.

— Это путь к одиночеству.

— Может быть.

Деклан скрестил руки на груди.

— Надеюсь, вы сможете забыть о ненависти ко мне, хотя бы на время, необходимое, чтобы помочь Джилл.

— Как я уже говорил, наука прежде всего. — Доктор Рейнольдс протянул Деклану ладонь. Я даже удивилась готовности ученого обменяться рукопожатием с человеком, виновным в убийстве его жены.

Деклан немного помедлил, но потом ответил на жест Рейнольдса.

— Если я могу что-либо для вас сделать…

— А вы можете. Можете помочь в моем исследовании.

— Да?

— Да. — Доктор Рейнольдс достал из кармана шприц и воткнул его в грудь Деклана. Я застыла от шока, а Деклан вырвал руку из цепких пальцев ученого, вытащил иглу и, пронзив мужчину гневным взглядом, откинул ее в сторону.

— Какого хрена вы творите? — рявкнул он.

— Исследую, — ответил доктор Рейнольдс, отступая на шаг.

Деклан рухнул на колени и оперся руками о пол. Транквилизатор. Ему вкололи транквилизатор.

Я почти перестала дышать.

— Что происходит? Зачем вы это сделали? Ради исследований? Что это значит?

Лоуренс схватил воротник куртки Деклана и рывком поставил дампира на ноги. Глаза Деклана уже затуманились, он двигался как тряпичная кукла. Лоуренс усадил его на стул, вокруг которого лежал серый пепел — все, что осталось от вампира, не считая горелого запаха.

Доктор Рейнольдс двинулся к Деклану, кинув по дороге быстрый взгляд на ошеломленную меня:

— Джилл, стой на месте. Не подходи к Лоуренсу, вдруг он подпадет под влияние «Ночного дурмана». Нам тут не нужны несчастные случаи.

Я проигнорировала его слова, кинулась к Деклану, но ученый схватил меня за руку. Я попыталась вырваться, но он только до боли сжал мое запястье. Я гневно на него посмотрела:

— Объясните, мать вашу, что вы делаете с Декланом! Сейчас же!

— Он мне нужен. — В его глазах застыла решимость. — Я видел, что твоя кровь делает с вампирами, но не знаю ее эффект на дампиров. — Я с ужасом увидела, что он опять достал инструмент, похожий на серебряный пистолет, и протянул его Лоуренсу. — А мне так хочется это выяснить…

Я не успела ни произнести хоть слово, ни вздохнуть, ни закричать… Лоуренс ввел иглу в шею Деклана и нажал на спусковой крючок.

Глава 6

Вот теперь я заорала. Но было уже поздно.

Деклан втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Затем дико зарычал.

— Нет!

Я изо всех сил оттолкнула Рейнольдса, кинулась к Деклану и схватила его за руку. Лоуренс отшатнулся, пытаясь держать дистанцию между нами. По моим щекам текли горячие слезы.

— Деклан, нет! Прошу…

Он посмотрел на меня, и в единственном сером глазу я разглядела боль.

— Джилл…

Мое имя прозвучало хрипло, надломлено.

Деклан уронил голову на грудь.

— Нет!

Я трясла его, судорожно пытаясь нащупать пульс на шее и до смерти боясь, что ничего не почувствую. Что моя кровь убила Деклана.

До сих пор это оставалось под вопросом, и вот теперь мы должны были выяснить ее действие на дампиров.

Деклан был наполовину вампиром, и потому запах «Ночного дурмана» манил его. Он успешно скрывал свою тягу, но я-то знала, как его на самом деле это тревожит. Деклан никогда не пил крови, у него не возникало подобного стремления. Но это вовсе не означало, что его вампирская половина не жаждала этого.

Я знала, что «Ночной дурман» вполне может прикончить дампира с той же легкостью, что и полноценного вампира. И вовсе не так хотела убедиться в этом наверняка.

Однако все шло к тому.

Сердце Деклана билось тихо, слишком медленно и неровно, но все же ниточка пульса дрожала под моими пальцами. Во рту у меня ощущалась горечь страха. Я боялась, что в следующую секунду сердце остановится, и Деклан навсегда меня покинет. Он был без сознания, то ли от моей крови, то ли от транквилизатора, но все еще живой. Я чуть не разрыдалась от облегчения, но — увы — не могла позволить себе такой роскоши.

Я повернулась к Рейнольдсу, и на моем лице отразилась вся ярость, которую я испытывала.

— Вы не должны были этого делать!

К моему удивлению, он отступил от меня. Я, конечно, не самое опасное существо на планете, особенно по сравнению с такими типами, как Деклан, но Рейнольдс как будто почувствовал во мне угрозу.

— Он жив.

— И вам чертовски повезло, что так.

— А то что? Вы бы меня убили?

Я стиснула кулаки:

— В таком состоянии, как сейчас? Вполне могла бы.

— И кто тогда поможет вам уладить вашу маленькую проблему, Джилл? Я не знаю больше ни одного человека, который разбирался бы в парахимии так, как я.

— Что-нибудь придумала бы. Потому что если бы вы убили Деклана, прикрываясь своими исследованиями, когда совершенно очевидно, что это месть, — я сглотнула, — то я взяла бы его кинжал и распорола бы вам горло.

Он поднял брови:

— Какая тяга к насилию. А вы казались такой милой девушкой, Джилл.

Я исподлобья взглянула на него:

— Может, когда-то я и была милой. Но ситуация изменилась.

Зазвенел телефон, висящий на стене. Не спуская с меня настороженного взгляда, Рейнольдс подошел и снял трубку.

— Слушаю. Да… секундочку. — Он протянул телефон Лоуренсу. — Говорят, это важно.

Лоуренс подошел, косясь на меня и стараясь выдерживать дистанцию, и взял трубку.

Судя по всему, Рейнольдс использовал на Деклане лошадиную дозу транквилизатора. Дампир был сильным — сильнейшим мужчиной, которого я только встречала, но сейчас находился в полной отключке.

Я провела пальцами по его лицу, поправила съехавшую повязку, проследила глубокий шрам, начинающийся на лбу и сбегающий на подбородок. Наклонившись, прижалась к нему губами.

Большую часть времени Деклан защищал меня. А теперь пришла моя очередь защищать его. И если Рейнольдс и его натасканный вампир вздумают снова до него добраться, им придется сперва иметь дело со мной. Вообще-то это было пустой угрозой, но сейчас я чувствовала, что готова отгрызть палец тому, кто решится ткнуть им в мою сторону.

Я погладила Деклана по лбу:

— Проснись, прошу тебя.

Его ресницы дрогнули, но глаз он не открыл.

— Ты жив, — уточнила я на всякий случай. — Моя кровь не убила тебя. Уверена, это было чертовски больно, и прошу за это прощения. Как только ты очнешься, мы отсюда свалим.

— Джилл, пора начинать, — заявил Рейнольдс.

Я обернулась к нему.

— Что? Лечение?

— Нет. Над лекарством еще нужно поработать. Вы обещали дать несколько образцов крови про запас.

— То есть нас сюда позвали не затем, чтобы помочь мне, а чтобы я помогла вам. А еще вы пытались убить Деклана. Это все охренеть как поменяло.

Рейнольдс скрипнул зубами:

— Возможно, мои эмоции помешали мне сосредоточиться на главной задаче.

— Вау, да вы гений. Неудивительно, что пошли в ученые. — Я прищурилась. — Не сказала бы, что я сейчас в настроении сдавать кровь. В данный момент я хочу лишь убедиться, что с Декланом все будет в порядке.

— Если он прожил так долго после инъекции, не вижу причин, почему бы быть обратному. — Рейнольдс выглядел очень разочарованным.

— Только не говорите мне, что всерьез думали, что Деклан убил вашу жену просто так, из прихоти? Она должно быть…

— Что? Заслужила смерть? — рявкнул он, но его лицо тут же снова смягчилось. — Я… я не знаю. Это война, и иногда непросто определить, кто прав, а кто виноват. Я и сам не раз делал то, что другие расценили бы как зло. Но чтобы расти, учиться, я должен был найти способ…

Остаток фразы утонул в крике боли. Рейнольдс повернулся. Я была так поражена, что даже не сразу заметила торчащий из его спины нож. Рейнольдс вытащил лезвие из своей плоти и уронил клинок на пол.

За ним, опустив руки, стоял Лоуренс. Выражение его лица не оставляло никаких сомнений в испытываемых им эмоциях.

Он был в ярости.

В ужасе я распахнула глаза:

— Какого черта вы делаете?

Он не сводил взгляда с доктора Рейнольдса.

— Сукин ты сын, я тебе доверял.

Его глаза заволокло черным — признак голодного вампира. Темно-синие вены зазмеились по лицу до самой шеи — еще один плохой симптом.

Рейнольдс продолжал стоять на ногах, и это наводило на мысли, что лезвие проникло недостаточно глубоко, чтобы убить. Белый халат окрасился кровью.

— О чем ты? — спросил он.

— Тот звонок. Он был от человека, которого я нанял искать Сьюзан. Он наконец выяснил, где она.

— Лоуренс, тебе надо успокоиться. Мы должны все обсудить.

— Все это время, Виктор, я тебе доверял. Ты дал мне шанс, когда остальные мечтали проткнуть меня колом. А ты считал меня полезным, несмотря ни на что. Я думал, что ты и моя жена — единственные, кому я нужен. — Он хрипло выдохнул. — И что же ты сделал со мной? Сделал с нами?

Я слушала, но ничего не понимала. В Лоуренсе будто что-то сломалось, его голос звучал так невнятно, что у меня возникло подозрение, как бы парень совсем не слетел с катушек. Чтобы ему ни сказали по телефону, это его разбило.

— Лоуренс… — хрипло, мучительно начал доктор Рейнольдс.

— Все это время она была здесь, так ведь? В тех помещениях, куда можешь войти только ты. Сукин сын. Ты похитил ее и использовал в своих долбанных экспериментах? Да?

Он подскочил к доктору, схватил его за полы халата и затряс с такой силой, что у того голова заболталась во все стороны.

Я присела на корточки возле Деклана, сжимая его руку.

— Деклан, очнись. Пора отсюда валить.

То чувство тревоги, охватывающее меня всякий раз, как мы сюда заходили… наверное, стоило обратить на него внимание. Но я в жизни бы не смогла предвидеть такое.

— Я знал, как ты поступишь, если узнаешь правду. — Голос Рейнольдса был уверенным, но в нем уже слышались нотки паники. — Лоуренс, послушай, ты был не в курсе, но Сьюзан забеременела. Она тебе не рассказала.

Гнев на лице Лоуренса сменился шоком.

— Беременна?

— Твой ребенок… внутри нее рос дампир.

— Господи Боже мой.

— Она не хотела тебе говорить — знала, как плохо ты это воспримешь. Поэтому пришла ко мне, чтобы сделать аборт.

По моим рукам пробежала дрожь. Аборт — обычный способ решать проблему с дампирами на самом раннем этапе. Большинство из них — монстры, которые во время родов вырываются — в самом прямом смысле — из матки, убивая мать. Так что особого выбора не остается. Такие дампиры как Деклан — большая редкость.

— И ты сделал? — прорычал Лоуренс.

Рейнольдс покачал головой.

— Плод надо было оставить в живых, понаблюдать за его развитием.

— Еще один гребаный эксперимент…

— Да.

— Все это время я сходил с ума от беспокойства, а она была здесь. Здесь, куда я прихожу каждый день, чтобы работать на тебя. И ты мне не сказал!

— Выбора не было.

— Для тебя это просто исследования, да, Виктор? — Лицо Лоуренса исказилось, и он зарылся пальцами в рыжие волосы. — Знаешь, а у меня тоже был один секрет. Не хотел разбивать тебе сердце. Клара собиралась уйти от тебя. Влюбилась в какого-то вампира. Ее бесило, что ты проводил здесь все время, в поисках способов убивать ее братьев и сестер. Наших с ней братьев и сестер. Если бы не твоя долбанная работа, то, может быть, Клара и не столкнулась бы с охотником.

— Нет, ты врешь! — задохнулся от боли и потрясения Рейнольдс. Похоже, его любимая вампирша в конце концов оказалась не такой уж милой, как он считал.

— Где Сьюзан? — затряс его Лоуренс. — Где? Скажи и, может быть, еще выживешь.

Повисла долгая пауза.

— Умерла.

— Нет! — Лоуренс оттолкнул от себя доктора.

— Роды… они началось вчера. Я сделал все, что мог. Пытался спасти ее. Но это было невозможно. На этаже есть еще одна женщина… она должна стать следующей испытуемой… она тоже хотела помочь. Держала Сьюзан за руку все это время… до самого конца. Дампира убили сразу же, он был слишком неуправляемым, чтобы проводить на нем тесты. Лоуренс, мне так жаль…

— Она вчера умерла, — еле слышно прошептал тот.

— Да.

Лоуренс опустил взгляд, но тут же поднял полные слез голубые глаза на доктора Рейнольдса.

— Я тебя убью!

С нечеловеческой скоростью он рванул вперед. Я вскрикнула, потому что Рейнольдс схватил меня за руку и толкнул навстречу вампиру. Я упала прямиком ему в руки. Он сжал меня так крепко, что, казалось, вот-вот переломит пополам.

Лоуренс резко вдохнул, и его верхняя губа дернулась, обнажая острые зубы. Каким-то непостижимым образом его и без того темные глаза стали еще чернее, превратившись в две бездушные бездонные пропасти.

Рейнольдс тем временем пробирался к двери.

— Ты не сможешь устоять перед «Ночным дурманом». Возьми ее. Укуси. Выпей ее крови. Ну же!

Мой страх в очередной раз усилился.

— Нет.

Я толкнула вампира, но он лишь обхватил меня еще сильнее.

— Ты же этого не хочешь.

По сумасшедшему огоньку в глазах я понимала, что он просто вырвет мне горло. Убьет меня, а потом моя кровь убьет его.

Лоуренс оскалил клыки и тихо зарычал.

— Запах невероятный…

Он сжимал меня так сильно, что мои кости почти трещали.

— Укуси меня и умрешь.

Последние огоньки разума исчезали из его глаз, он превращался в терзаемого горем монстра, испытывающего дикий голод.

— Я хочу умереть.

— Нет…

— Но сперва умрут все остальные. Начиная с него. — Он перевел черный взгляд на Рейнольдса за моей спиной.

— Отпусти, — выдохнула я.

Он послушался, оттолкнул меня, так что я отлетела к стене, ударившись при этом головой об угол стола, и свалилась на пол. Все поплыло. Краем глаза я увидела, как Деклан неуверенно поднимается со стула и нащупывает серебряный кинжал на поясе.

— Нет… — выдавила я, но мой голос был слишком слаб, чтобы дампир меня услышал.

Деклан посмотрел на меня, но тут же повернулся к вампиру. Лоуренс уже вооружился — схватил окровавленный нож с пола. Я увидела серебряный всполох, во все стороны брызнули капли, а на горле Рейнольдса прочертилась красная полоса.

Это было как во сне — все замедлилось, воздух вокруг меня будто загустел. Я не могла двигаться, говорить, кричать. Вампир повернулся к Деклану и бросился на него за миг до того, как я потеряла сознание.

Глава 7

Я очнулась от звуков сирены.

Голова раскалывалась от боли. Я с трудом открыла глаза. Я лежала на боку, в неудобной позе и смотрела прямо в остекленевшие глаза доктора Рейнольдса. По его лбу стекала кровь.

Предполагалось, что он спасет мне жизнь. Он был моей надеждой. Моя надежда сейчас валялась мертвее некуда.

Оглушающая сирена мешала собраться с мыслями, но я понимала, что мне надо выбираться отсюда. Я поднялась на ноги и оглядела комнату. Белые стены, серый линолеум, пустой металлический стул, стальной стол.

Мое сердце сбилось с ритма, когда я заметила лежащего у противоположной стены Деклана. Он не двигался и был серьезно ранен. Я не смогла рассмотреть, дышит ли он. Кровь… много крови. Пошатываясь и спотыкаясь, я смогла до него дойти и рухнула рядом на колени.

— Деклан, нет! — Я почти не слышала свой переполненный паникой голос, заглушаемый сиреной. — Пожалуйста, ну пожалуйста, не умирай!

Несколько ужасных секунд не было никакого ответа. Потом он с трудом вздохнул и приоткрыл серый глаз:

— Джилл… — Он говорил хрипло и еле слышно, что напугало меня до чертиков. — Ты… ты должна бежать. Сейчас же. Тут небезопасно. Вставай и беги как можно быстрее и как можно дальше.

Я кивнула:

— Хороший план. Давай, — я обхватила его руку, — поднимайся!

Он еле заметно тряхнул головой:

— Оставь меня. Спасайся…

Во мне вскипел гнев.

— Хватит вести себя, словно мы герои дешевого боевика, и поднимайся. Я никуда без тебя не пойду.

Он скрипнул зубами:

— Я ранен.

— Поправишься.

— Я буду только обузой. Я постараюсь вас догнать. Найди Джексона, он поможет выйти отсюда, а потом…

— Нет, Деклан, послушай меня. — Я сглотнула, набираясь храбрости. — Мы вместе в это влипли, вместе и будем выбираться.

Он сердито на меня посмотрел:

— Джилл…

— Нет. — Я так старалась перекричать сирену, что даже горло заболело. — Я тебя не оставлю. Если собираешься сдаться и встретить смерть здесь и сейчас, я сделаю то же самое. Так что, если хочешь, чтобы я жила, черт побери, даже не думай умирать. Понял?

Огонь в его глазах, вызванный моим упрямством, немного погас.

— Ну? — Я коснулась его лица, вытирая кровь с пореза на лбу. — Что решил, дампир?

Деклан хмуро ответил:

— Прекрасно. Будь по-твоему. Помоги мне встать.

— Ну вот, так-то лучше.

Я крепче обхватила его руку, поднимая на ноги… ну, насколько это было возможно, учитывая, что я на фут ниже дампира. Он всем своим весом навалился на меня. Его взгляд метнулся к телу доктора Рейнольдса и красной луже, разливающейся под головой мертвеца, словно жуткий нимб.

— Твою мать, — выдохнул Деклан.

— И не говори.

— Знаешь, что это значит?

— Ага, — мрачно ответила я. — Что теперь я точно умру. Но не здесь. И не сейчас.

Взгляда на Деклана хватило, чтобы понять — он боролся с Лоуренсом и проиграл. Несколько глубоких ножевых ранений уже затягивались. Я постаралась отбросить тревожные мысли, но это было нелегко. Не погиб — уже хорошо.

— Транквилизатор еще не окончательно выветрился, — выругался Деклан, стараясь переорать сирену. — Это все усложняет. И у меня больше нет кинжала… видимо его забрал Лоуренс.

— Скажи что-нибудь позитивное, ну хоть постарайся.

— Нет уж, давай сама. А я буду реалистом.

— И что скажет реалист?

— Скажет, что я в жутком состоянии и восстанавливаюсь медленнее, чем хотелось бы. — Он вцепился в меня чуть сильнее. — Мой телефон вибрирует… кто-то звонит. Возьми его.

Не мешкая, я запустила руку во внутренний карман куртки Деклана, вытащила его мобильник, нажала на кнопку ответа и приложила трубку к уху:

— Алло?

— Джилл? Ты?

— Черт побери, кто это?

— Джексон. Тоже рад тебя слышать.

Я крепче обхватила телефон и прокричала:

— Где тебя черти носят?

— Думаю, этажом ниже. Что за хрень случилась?

Я быстро рассказала о взбесившемся вампире.

— Дерьмово. Но зато все объясняет. Тут вампиры тоже выбрались из клеток. Около дюжины, может больше. Вам надо быстрее смываться оттуда. Деклан… он жив?

— Да. Но серьезно ранен.

Пару секунд в трубке было тихо.

— Найди ближайшую лестницу. Не пытайтесь воспользоваться лифтами, они заблокированы. Увидишь вампира — убей. Главное, не подпускай их близко, а то…

Разговор прервался.

— Джексон? Алло? Джексон?! Черт.

Я запихнула телефон обратно в куртку Деклана и постаралась отбросить тревожные мысли о судьбе его друга-охотника.

— Надо двигаться. Лоуренс, наверное, совсем слетел с катушек, раз выпустил всех вампиров из клеток, тем более что они были голодными. Пора выбираться отсюда.

Понятное дело, Деклан нахмурился, услышав новости.

— Сейчас день. На улицу вампиры не выйдут.

Солнечный свет не убивал кровососов. Зато выжигал им глаза, ослабляя и делая беспомощными перед охотниками. Поэтому-то они и предпочитали ночь. Очко в нашу пользу.

Правда, только в том случае, если мы сможем добраться до улицы.

Я должна была понять, что все складывается слишком уж хорошо, но меня ослепило страстное желание поскорее решить все мои проблемы.

— Давай. — Я потащила Деклана к двери, но вдруг застыла на месте. В памяти всплыло кое-что из сказанного доктором Рейнольдсом. — Кроме жены Лоуренса тут еще одна женщина, которую держат, чтобы разводить дампиров и ставить на них опыты. Она в опасности. Мы не можем ее бросить.

Он немного напрягся, но по лицу понять, о чем он думает, было невозможно.

— Если сможем ее захватить по дороге — сделаем это. Если нет… для меня главное — вытащить тебя из этой передряги.

— Но Деклан…

— Нет, Джилл. Это не обсуждается. Пошли отсюда.

Я не думала, что Деклан может так быстро передвигаться. Он потащил меня за собой к двери. Она была открыта нараспашку, сломанная Лоуренсом, который выместил на ней часть злобы.

Доктор Рейнольдс поставил свои исследования выше дружбы и любви. Он пытался убедить себя, что работает на стороне хороших парней, но запирать женщину, чтобы та умерла в родах, разорванная младенцем-чудовищем… хорошие парни так не поступают. Я понимала боль Лоуренса, но и его действия были неправильными. Слава Богу, он не убил нас с Декланом. Пока. Надо валить отсюда, а то вернется и завершит начатое.

Деклан опирался при ходьбе на меня, и это беспокоило. Кровь все еще текла из его жутких ран. Будучи дампиром, он быстро залечивался. Правда, недостаточно быстро.

— Как ты? — спросила я.

— Лучше не бывает.

Бесчувственный, да. Но без сарказма никуда.

Нам нельзя останавливаться. Подземелье было огромным, похожим на лабиринт. Заброшенный склад снаружи являлся всего лишь верхушкой айсберга.

В коридоре мигали лампочки. Внезапно вой сирены умолк, и воцарившаяся тишина показалась громкой и пугающей не меньше, чем шум до этого. Я напрягла слух, попытавшись услышать хоть что-нибудь кроме звука наших шагов, но безрезультатно.

— Я такой слабый не из-за ран, — спустя миг сказал Деклан, прервав молчание. — Тут что-то другое.

— Например?

Он крепче ухватился за мою талию:

— Твоя кровь. Она меня не убила, но все-таки как-то повлияла. Я это чувствую.

Черт.

— Что ты имеешь в виду?

Он потер висок, словно голова разрывалась от боли.

— Не знаю. Все как в тумане, не думаю, что это только из-за транквилизатора.

Я привыкла к тому, что Деклан сильный и выносливый. Видеть его таким слабым… это пугало. К тому же я испытывала чувство вины, ведь все беды от моей крови.

Я скрипнула зубами:

— Не хотелось бы тащить тебя вверх по лестнице, но если придется, я сделаю это, так и знай.

Он еле заметно улыбнулся:

— А ты никогда не сдаешься, верно?

— Если это произойдет, я дам тебе знать. Пока не готова.

Внезапно я застыла, увидев фигуру, стоящую у нас на пути. Нет, не стоящую — быстро двигающуюся в нашу сторону. Вампир. Его темные глаза почти горели огнем, на бледном лице пульсировали вены. Он был похож на монстра прямо из моих ночных кошмаров.

Он зашипел, обнажая клыки. Его грудь вздымалась, когда он вдыхал мой запах. Деклан говорил, что вампирам дышать не обязательно. Они делают это по привычке, оставшейся со времен смертной жизни, но необходимости в этом нет. Я не назвала бы кровососов восставшими из мертвых — да и живыми тоже, — но людьми они точно не были.

Конкретно этот хотел попробовать меня на вкус. Думаю, его не предупредили о Джиллиан Конрад, переносчице «Ночного дурмана». Вкусной ходячей смерти.

Вампир схватил меня и, ведомый голодом, без каких-либо слов или объяснений сразу склонился к моей шее. Джексон говорил, что тут их держат на диете, чтобы было удобнее проводить эксперименты.

Этот хотел крови, моей крови. Насосаться вдоволь. И «нет» для него не ответ.

Глава 8

Прежде чем я успела даже почувствовать прохладное дыхание на своей шее, Деклан схватил вампира и отшвырнул его к стене. Я услышала треск костей, но тварюга тут же, как ни в чем ни бывало, вскочила на ноги и зашипела:

— Я… хоччччу…. кровииии.

— Рада за тебя.

Я попятилась. Может, я пару раз и позволяла себя кусать, рассчитывая, что «Ночной дурман» убьет нападавшего, но сейчас существовал риск, что этот гад просто разорвет мне горло. Не говоря уже о том, что от потери крови я ослабну. А мне нужны все силы.

Он не успел до меня дотянуться. Деклан схватил вампира за голову и резко крутанул в сторону. Раздался жуткий хруст, и монстр осел на землю у моих ног, невидяще глядя вверх черными глазами. По моей спине потекли струйки холодного пота.

— Он… он того? — запнулась я.

— Нет. Если бы он умер, уже рассыпался бы кучкой пепла. Через несколько минут будет как новенький.

— Залечит сломанную шею?

— Ага. Идем же. — Деклан схватил меня за руку и потянул за собой.

Флуоресцентные лампы на потолке мигнули и погасли, оставив нас в полной темноте. Через пару секунд с тихим гудением включились аварийные генераторы. Свет загорелся совсем тусклый, но так хотя бы различались контуры предметов.

Мы подбежали к лифту. Хотя Джексон велел им не пользоваться, я все равно ткнула кнопку, надеясь на чудо. Вот только чуда, конечно же, не случилось. Футах в пятидесяти по коридору виднелась лестница. Кругом царила тишина. Я слышала лишь наше дыхание, звук шагов и свой собственный пульс, стучащий в ушах.

Страх сейчас только мешал. Это чувство из тех, что приводит к гибели. Так олень, например, замирает в свете фар мчащегося автомобиля. Страх превращает жертву в легкую добычу, с которой расправиться проще некуда.

То ли дело паранойя. Вот она сейчас была как нельзя кстати — инстинкт выживания заставлял меня двигаться, крепко держась за руку Деклана, пока мы пробирались к нашему единственному пути к спасению.

— Это и есть твоя жизнь? — спросила я. — Опасность и смерть, подстерегающие за каждым углом?

Он взглянул на меня:

— Ну и как, нравится?

— Прыгаю от восторга. Что, незаметно?

— А ты считала, я заработал все эти шрамы, сидя за столом и перекладывая бумаги?

— Тебе стоит подумать над тем, чтобы сменить работу.

Он фыркнул:

— Это вряд ли.

— Не хочешь осесть на одном месте?

— Только когда меня уложат в гроб. Точнее, то, что от меня останется.

Я поморщилась:

— Как мило.

— Для меня происходящее сегодня — вполне обычный рабочий день… ну, не считая того, что я немного облажался. А вот ты должна быть счастливой и не бояться, что в любой момент кто-нибудь вцепится тебе в шею.

Я встретила его взгляд:

— Как и ты.

Его лицо ожесточилось:

— Это моя жизнь.

— Кто сказал?

— Я сказал. Я знаю, где мое место.

— В двухстах футах под землей с дюжиной голодных вампиров, дышащих в затылок.

Он снова одарил меня ехидной усмешкой.

— Зато платят хорошо.

Деклан мог над этим смеяться — этакий черный юмор, — но у меня болело за него сердце. Ему даже не дали шанса жить нормальной жизнью. Сам факт того, что он дампир, не оставил ему выбора.

Я вспомнила Деклана из своего сна — не участвовавшего в жутких схватках с вампирами и потому не изрезанного шрамами. Тот Деклан был из тех, с кем я могла бы построить свою жизнь. Обычным мужчиной. Красивым. Практически идеальным.

Но настоящим Декланом он не был, просто походил на него. А значит, мне стоило пересмотреть свои прежние представления об идеале.

Мы добрались до лестницы, и я с ужасом услышала доносившиеся с нижних этажей скрежет и крики.

Деклан повернулся ко мне:

— Наверное, идти вниз — не лучшая идея.

— Где-то там Джексон… если он еще жив.

Деклан помрачнел:

— Сперва выведу тебя отсюда. Потом вернусь за ним.

Страх пронзил меня будто ножом.

— Черта с два ты вернешься. Ты же ранен.

— Я не могу его бросить.

— А я не могу бросить здесь ту женщину.

Деклан уставился на меня:

— Ты ее даже не знаешь. Никогда не встречала.

— Неважно. Я должна ей помочь.

Я поднялась на следующий этаж. Она где-то здесь. По крайней мере, мне так казалось.

— Идем же.

Я толкнула дверь. Коридор был таким же, что и этажом ниже. Он походил на больничный, и пахло тут какими-то лекарствами, словно полы недавно надраили с хлоркой.

Темно и тихо… слишком тихо, словно все — если кто и находился в этих помещениях — уже удрали.

Застыв на месте, я прислушалась… До меня донесся неясный шум. Ритмичное постукивание.

— Наверное, это она.

— Может быть.

— Надо проверить.

Я прибавила шагу, пока не добралась до двери, из-за которой доносился стук. Я положила пальцы на ручку.

— Есть там кто-нибудь?

Стук прекратился. На мгновение повисла тишина, которую оборвал вопль:

— Помогите! Вытащите меня отсюда! Меня заперли!

Я подергала за ручку, но женщина была права. Я обернулась к Деклану.

Он кивнул:

— Дай я.

— Отойдите от двери, — велела я женщине. — Мы вас вытащим.

Деклан пнул дверь. Потребовалось всего несколько крепких ударов его тяжелыми ботинками — вкупе с силой дампира, — чтобы замки сдались.

На нас уставилась бледная от страха девушка в розовой больничной пижаме.

— А вы кто, черт возьми, такие?

— Не стоит благодарности, — сказала я. — Нам пора делать ноги. Представимся друг другу после.

— Никуда я с вами не пойду. — Она опасливо уставилась на Деклана, заметно поежившись при виде его кошмарных шрамов. — Где доктор Рейнольдс?

— Мертв, — прямо заявила я. Перед глазами снова промелькнуло все, что случилось в смотровой. Я вздрогнула. — И мы к нему присоединимся, если так и будем топтаться на одном месте.

— Мертв? — надломленно повторила она.

— Удивлена, что тебя это волнует. Он же тебя здесь запер.

— Нет. — Девушка казалась явно сбитой с толку. — Он заплатил мне кучу денег за участие в его исследованиях. Мне нужны деньги. Я помогаю родителям… они единственные, кто у меня есть.

Я недоуменно уставилась на нее:

— Ты сама на это пошла? Да ты хоть знаешь, что за эксперименты он тут проводит?

— Что-то связанное с репродуктивной системой. Я согласилась на искусственное оплодотворение. Учитывая, сколько мне заплатили, это того стоит. Я уже подписала отказ от ребенка.

Меня затошнило от ее истории. Дуреха ничего не понимала. Пусть вызвалась добровольцем, но вряд ли знала, к чему приведет ее энтузиазм — к тому, что ей введут семя вампира, и в процессе родов она превратится в кучу кровавых ошметков.

— Ты уже беременна? — настороженно спросила я.

Она покачала головой:

— Процедуры должны были начаться завтра.

Я хрипло выдохнула от облегчения:

— Нам пора двигать отсюда.

— Почему? Что происходит?

— Тебе ведь известно, что здесь полно вампиров?

— Вампиров? — переспросила она, наморщив лоб. — Вы что, совсем психи?

Нет у нас на это времени.

— Да, психи. Пошли.

Я схватила ее за руку. К счастью, она не брыкалась, когда я потащила ее из комнаты.

Женщина обернулась на Деклана.

— Он же страшный как черт.

Невзирая на обстановку, я почти что улыбнулась.

— По сравнению с теми, кто внизу, он просто плюшевый мишка. Идем же.

— Поднимайтесь, пока не доберетесь до верхнего этажа, — сказал Деклан.

Мы добежали до лестницы, и Деклан открыл дверь. Прежде чем я успела сделать хоть шаг, бледные руки схватили дампира за рубашку и вытащили его на площадку. Дверь захлопнулась за его спиной.

Меня словно кулаком в живот ударили.

— Нет!

Я отпустила девушку и вцепилась в дверь, толкая ее с такой силой, что разбила костяшки пальцев.

Я видела, как Деклан пролетел целый лестничный пролет и, ударившись о бетонную стену, скатился еще на несколько ступенек. По его лбу стекала кровь.

— Деклан! — заорала я.

Его полный боли взгляд замер на мне.

— Беги, Джилл! Забирай девушку и уходи! Ну же!

К нему подошел вампир… нет два вампира. В обычной ситуации я не сомневалась бы, что Деклан без труда с ними справится. Но моя кровь ослабила его. Он мог какие-то время бороться, но рано или поздно эти сволочи разорвут его на части.

Он хотел, чтобы я бросила его, спасла себя и женщину. И, может быть, я так бы и поступила… в прошлой жизни.

Я повернулась к девушке.

— Стой здесь. Не двигайся.

— Ты что делаешь?

— То, что должна.

— Оставь его. Идем! Он же сам сказал.

Я покачала головой:

— Она знает, что я крайне редко выполняю чужие приказы.

Не было у меня времени на объяснения, изобретение плана и продумывание деталей. На спасение Деклана оставались считанные секунды. И оружие у меня было только одно. Зато оно всегда при мне.

Я сама.

Я рванула по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, пока не оказалась между вампирами. Деклан, лежащий чуть ниже, метнул на меня взбешенный взгляд. Я заметила, как неестественно вывернута у него нога, и холодок пробежал у меня по спине. При падении он сломал бедро. Кость срастется, как заживут и все остальные раны, причем довольно быстро. Но только если дампир останется в живых.

— Ты какого хрена творишь, Джилл? — рявкнул он на меня.

Поболтаем как-нибудь потом, как выдастся свободная минутка.

— Эй, — хлопнула я вампиров по спинам. Они одновременно повернулись ко мне, раздувая ноздри и оскаливая острые белые клыки. Я пыталась разглядеть их лица под этим жутким обликом — паутиной набухших вен, впалыми щеками и черными глазами. Они когда-то были людьми — мужчиной и женщиной. Вполне могли оказаться в прошлом супругами, бухгалтером и журналистом, учителем и юристом… Все это неважно. Я не знала, кем они являлись и как докатились до такой жизни. Мне было плевать.

Я знала лишь, что они представляли угрозу — для Деклана, для меня, для женщины, которую я считала своим долгом спасти. И я знала, как притягивает этих тварей запах «Ночного дурмана». Они были голодными, в отличие от Лоуренса, которому удалось побороть соблазн воткнуть в меня свои клыки и оценить вкус столь манящей его крови.

Эти же безымянные вампиры не смогут сдержаться. На что, собственно, я и рассчитывала. И чего больше всего боялась.

— Джилл!

Надрывный крик Деклана зазвенел у меня в ушах.

Я попятилась, когда вампиры медленно потянулись ко мне.

Глава 9

Оставалось только надеяться, что вампиры не разорвут меня на части до того, как им удастся отведать моей крови. Деклан приблизился на шаг, но ему явно не хватало скорости, чтобы предотвратить катастрофу.

— Вкусно пахнет, верно? — В данный момент я не могла контролировать собственный страх, поэтому решила отдаться ему без остатка, нырнуть в этот ужас с головой. — Вам просто необходимо выпить моей крови.

— Соглас-с-с-с-с-сна… — прошипела вампирша. Ее волосы были невероятно светлыми, почти белыми. Думаю, она их красила, потому что такой цвет не может быть натуральным. Контрастирующая с темными венами, разбегающимися от уголков рта, кожа казалась почти прозрачной, а губы — такими красными, что наводили на мысль — до того как оказаться на этом этаже, она уже успела напиться крови. Зрачки вампирши были настолько огромными, что я за ними почти не видела белков. На самом деле, она сильно смахивала на ангела. Ангела смерти.

Она схватила меня за волосы, причем так сильно, что я не сдержала крика боли. Второй вампир придвинулся ближе. Я передернулась, когда он провел рукой по моему животу и прижал меня к стене.

Он обнюхал мою шею и прошептал:

— Какой запах…Мне никогда не доводилось наслаждаться столь чертовски приятным ароматом.

Мое сердце билось так неистово, что даже голова начала кружиться. Краем глаза я заметила, что Деклан пытается добраться до меня. Меня заколотило от ужаса и отвращения, когда вампир скользнул холодной рукой у меня между ног, а его возбужденный член прижался к моему бедру. Да, я предполагала, что так все и будет, но это не значит, что я была морально готова.

Для вампиров секс и кровь — звенья одной цепи. Жажда крови перерастает в дикое желание другого рода. Мне с трудом удавалось сдерживать мольбы и не упрашивать эту пару упырей отпустить меня. Вампирша крепко держала меня за волосы, поэтому без труда наклонила мою голову, подставляя шею своим клыкам. Другой рукой она обхватила мой подбородок и принялась слегка прикусывать кожу. Клыки этой дамочки были острее скальпеля.

Обычно в фильмах в этот момент врываются хорошие парни с кольями наперевес и рубят всех монстров в фарш, спасая девицу, оказавшуюся достаточно глупой, чтобы самой ринуться навстречу опасности быть съеденной. Но это явно был не фильм. И я пошла на риск, прекрасно зная в возможных последствиях. Не от хорошей жизни мне каждую ночь снились кошмары.

«Ну давайте же, — безмолвно умоляла я. — Укусите меня. Какого хрена вы медлите?»

Возможно, если бы их содержали в других условиях и нормально кормили, все прошло бы по-другому. Проклятье, да и сейчас все могло сложиться намного хуже. Меня могли сначала изнасиловать с особой жестокостью, а уже потом убить. Учитывая, как меня лапал вампир, он точно думал о сексе, но это не было первой задачей в его списке неотложных дел. Скорее, второй.

Я-то считала, что готова к укусу, но каждый раз боль была просто шокирующе ужасной. К тому же парочка кусала меня не по очереди: вампирша запустила бритвенно-острые клыки в мою шею, а вампир присосался к моему запястью. Когда он пронзил мою кожу, я вздрогнула, и по моим щекам покатились горячие слезы, Я была уверена, что он добрался клыками до самой кости. Было чертовски больно, но я потеряла способность сопротивляться и двигаться. Что-то парализовывало жертву, стоило вампиру ее укусить. Я все чувствовала, все видела… но не могла защищаться и обороняться, и это было просто ужасно.

Поверх головы пьющей мою кровь блондинки я встретилась взглядом с Декланом. Странно… не помню, когда последний раз я видела на его лице столько эмоций. Сыворотка их притупляла даже в подобных ситуациях. Может, это просто обман зрения?

Казалось, парочка ест меня уже целую вечность, но я знала, что прошло всего несколько секунд.

Первой вскрикнула вампирша. Она отшатнулась и прикоснулась пальцами к губам, измазанным темно-красной кровью. Спустя миг у вампира от изумления глаза полезли на лоб.

Дамочка выдавила:

— Что это?

Я испепеляла ее взглядом, чувствуя, как ко мне возвращаются подвижность и способность говорить:

— Изжога, сука.

Она открыла рот, чтобы закричать, и я увидела языки пламени, вырывающиеся из глубины ее тела. Не успев издать и звука, она разлетелась клубами вонючего пепла. Я попыталась отшатнуться, чтобы не обжечься, но сзади была стена. Мне оставалось только отмахиваться от золы.

Вампир ошарашенно на меня посмотрел. Я заметила свою темную кровь на его губах и дикую злость во взгляде. Видимо, сгоревшая стерва что-то для него значила, а теперь она ушла от него навсегда. Он схватил меня за шею, достаточно сильно, чтобы ее сломать, но его руки уже начали осыпаться. Яростный вопль обернулся криком боли, и тело кровососа исчезло в языках пламени. Спустя миг от парочки ничего не осталось. Я прижала руку к кровоточащему горлу. Еле уловимый запах паленой плоти витал в воздухе, на мой топ и руки оседала зола.

Еще совсем чуть-чуть. Будь у него хоть пара секунд, он бы меня убил. К счастью для меня, времени ему не хватило.

Деклан поднялся, явно стараясь беречь левую ногу. Он вскарабкался по лестнице и схватил меня за плечи. Я ожидала, что он начнет на меня орать из-за моей глупости, которая чуть не привела к смерти, но он только грубо повернул мою голову и взял меня за запястье, чтобы осмотреть следы укусов.

— Черт побери, Джилл, — обхватил он мое лицо ладонями. — Ты в порядке?

Я искренне улыбнулась — я была так счастлива, что выжила, что он выжил. Когда я увидела, как вампиры его схватили, то подумала: все, кранты. Решила, что наша веревочка кончилась.

Я кивнула:

— Жить буду.

Он посмотрел мне в глаза:

— Ты мне жизнь спасла.

— Думаю, должна сделать это еще пару раз, чтобы мы сравняли счет.

Он скрипнул зубами:

— Не дай Бог это произойдет еще хоть раз. Если я сказал бежать, значит, надо бежать.

— Есть, сэр.

Его губы дернулись, словно он хотел улыбнуться, но сдержался.

— Давай захватим твою подругу до гроба и свалим отсюда к гребаным чертям.

— Твоя нога…

— Излечивается во время разговора. Я вправил кость. Все будет нормально, просто не сразу.

Деклан вправил собственную сломанную ногу, чтобы кость срослась правильно. Я не могла решить: сопереживать его боли или восхищаться мужеством. Да, Деклан реально крут.

Я распахнула дверь, ожидая, что девушка уже давно сбежала, но нет, она сидела в коридоре, прислонившись к стене и поджав ноги к груди.

Она посмотрела на меня со страхом в глазах:

— Вампиры.

— Ага.

— Не знала, что они существуют на самом деле.

— Существуют.

Она судорожно вздохнула:

— Как тебя зовут?

Я собрала волосы и перекинула их через плечо, чтобы не лезли в глаза.

— Джилл. Это Деклан. А тебя?

— Лаура.

Ее взгляд переместился к моему горлу. Что бы она там ни увидела, это заставило ее вскрикнуть от ужаса.

— Ну, Лаура. Давай уже выбираться отсюда к чертям собачьим, а?

— Хорошая мысль.

Мы вернулись к лестнице и стали подниматься. Оказалось, мы были намного глубже под землей, чем я думала. В обычной жизни я занималась спортом, поэтому пребывала в неплохой форме, но сейчас мне пришлось нелегко, особенно после того как меня били все кому не лень, а некоторые еще мною закусывали. Деклан прикрывал тылы и старался не отставать, что впечатляло, учитывая полученные им раны.

Наконец мы добрались до верхнего уровня, выглядевшего ничем не примечательным заброшенным складом. Тут было темно. На расстоянии ста футов маячил выход. Я видела свет, пробивающийся из-за двери и очерчивающий ее контур.

— Так быстро уходите?

Услышав этот голос, я застыла на месте, не в силах сделать следующий шаг.

Деклан встал, загородив собою меня и Лауру.

— Уйди с дороги.

Лоуренс вышел из тени, и я смогла его рассмотреть. Безумие в черных глазах только усилилось. Это пугало. Ужасало. В основном, из-за улыбки, которая притягивала взгляд к его губам, кровь с которых стекала по подбородку.

— Не могу.

Он вовсе не из плохих парней. Я видела его до того телефонного звонка. Он был умным, рассудительным… Хотя и помешанным на поисках жены. И готовым не задумываясь помочь доктору Рейнольдсу вколоть Деклану мою кровь.

Может, он всегда был сумасшедшим, просто хорошо это скрывал?

А вдруг с ним все еще можно договориться?

— Лоуренс, мы можем закончить все здесь и сейчас. Тебе не надо больше делать то, о чем ты позже пожалеешь.

Он рассмеялся, и от этого звука у меня по спине побежали мурашки.

— Я ни о чем не жалею. Все так и должно было случиться. Я всегда был пешкой в чужой игре, мальчиком на побегушках. Я так цеплялся за свое прошлое… Понимаете, к чему это привело? — Его голос сорвался, а кровавая улыбка угасла. — Я предал своих сородичей. Я приводил таких же, как и я, вампиров, словно агнцев на заклание. И это продолжалось не один месяц. Как много убитых…

Деклан стер рукавом кровь со своего лица:

— Эти вампиры заслуживали смерти.

Да уж, переговорщик из него никудышный.

Лоуренс пронзил его взглядом:

— Ты кто, Бог? Какое право ты имеешь решать, кому жить, а кому умереть? — Его лицо исказилось от боли. — Ты… ты такой же, как Виктор: распоряжаешься чужими жизнями по собственному усмотрению. Меня тошнит от этого!

Я сжала ладони, стараясь скрыть, как они дрожат:

— Лоуренс, пожалуйста, прислушайся к моим словам. Ты сейчас не совсем ясно мыслишь.

Лоуренс снова рассмеялся, и этот звук был похож на перезвон разбившегося стекла.

— Ошибаешься. Кровь помогает прояснить сознание, а сегодня я впервые за свою новую жизнь напился вдоволь. И чего я так долго воздерживался?

Я ошибалась. Шансов договориться нет. Я даже не представляла, сколько народу он убил в подземелье после расправы над доктором Рейнольдсом. Немало. Достаточно, чтобы превратить запутавшегося в жизни лаборанта в серийного убийцу. Это уже не исправить. Да, судя по всему, он этого и не хотел.

Я переглянулась с Декланом, но не смогла прочитать его мысли. Мои же были написаны у меня на лбу: я напугана до смерти, но сдаваться не собираюсь.

— Лоуренс, — начала я, — Доктор Рейнольдс был неправ, ты должен подумать о…

— Заткнись к гребаной матери!

Он шагнул ко мне, и Деклан заставил меня отступить.

— Ближе не подходи, — отрезал мой дампир.

Нахмурившись, Лоуренс склонил голову вбок:

— Тебе не все равно, что с ней случится, да?

Лицо Деклана помрачнело:

— Да.

— Для моих сородичей она ядовита.

— Джилл не виновата в том, что течет по ее венам, не она принимала решение.

— Это ничего не меняет. Кровь нельзя портить — она священна. Сегодня я ее попробовал, почувствовал, как ее жар наполняет мой рот в тот миг, как сердце жертвы сбивается с ритма и замолкает. Никогда в жизни не испытывал ничего удивительнее. Это так по-первобытному… Просто невероятно.

Выражение лица Деклана не изменилось, хотя я точно побледнела, как, впрочем, и Лаура. Она скрестила руки на груди, пытаясь унять дрожь.

— Скольких ты убил? — спросил Деклан. — Охранников? Исследователей?

Зловещая улыбка с налетом мечтательности вернулась.

— Думаю, всех. Я сбился со счета.

— И Джексона?

— Тебе не плевать на его жизнь? Как интересно. Ты знаешь, что именно он все это затеял?

По мне, так Лоуренс говорил какую-то бессмыслицу, и не могу сказать, что меня это удивляло.

Деклан сжал кулаки:

— Что?

— Джексон знал, что произошло с женой Виктора и кто в этом виноват. Он предложил пригласить вас сюда. Убить двух зайцев, так сказать. Виктор мечтал о твоей смерти, он еле сдерживался, чтобы не прикончить тебя сразу, как только ты вошел вчера в дверь лаборатории.

Каменные черты Деклана дрогнули, и на лице промелькнула… ранимость.

— Джексон меня сдал. Нас сдал.

Лоуренс кивнул, и его улыбка стала еще шире:

— Не доверяй друзьям, у которых огромные карточные долги. Один из многих уроков сегодняшнего дня.

Охотник на вампиров не произвел на меня особого впечатления, а после его попытки подбить ко мне клинья мое мнение о нем даже ухудшилось, но я не сомневалась в его надежности. Деклан убедил меня, что Джексону можно доверять, и я повелась. Он ошибался. Джексон намеренно притащил его сюда, зная, что Деклана убьют или замучают… с помощью моей крови.

На глаза навернулась красная пелена ярости. Мне хотелось за это предательство разорвать Джексона голыми руками.

Деклан держался намного лучше меня:

— Откуда мне знать, что ты говоришь правду?

— Ниоткуда. Но ты никогда не сможешь увериться в его верности на сто процентов. Джексон мертв — я видел, как на его кости накинулись четыре вампира. Я бы присоединился, но к тому времени уже объелся.

— Лоуренс, — умудрилась процедить я сквозь стиснутые зубы, гнев помог немного справиться со страхом. — Довольно. Тебе нужно…

Лоуренс ринулся ко мне так быстро, что я с трудом уследила за его движениями. Деклан меня загородил, и вампир схватил Лауру. Та закричала.

— Отпусти ее, — рявкнул Деклан.

Девушка пыталась вырваться, а Лоуренс пристально всматривался в ее лицо.

— Это ты, верно? Ты была там, когда умирала Сьюзан.

Лаура судорожно втянула воздух:

— С-с-сьюзан, да… я там была. Вчера. Я пыталась ей помочь, но это оказалось выше моих сил.

— Значит, это все-таки правда. — Лоуренс заморгал, в его черных глазах засверкали слезы. — Умерла моя последняя надежда…

— Нет, — покачала головой Лаура. — Все же нужно верить в будущее. Нам всем приходится порой сталкиваться с ужасными вещами, но мы должны оставлять их в прошлом и двигаться дальше.

— Верить в будущее. Разве у такого как я оно есть?

— Второй шанс заслуживают все.

Лоуренс глубоко вздохнул:

— Уходи. И не оборачивайся.

Он отпустил девушку. Та замешкалась на миг, посмотрела на нас с Декланом и рванула к двери. Когда она ее распахнула, я мельком увидела залитую ярким солнцем улицу. Как больно осознавать, что до спасения так близко…

Лаура выбежала наружу и захлопнула за собой дверь. Склад снова погрузился во мрак.

Да, я была рада, что она в безопасности, но надежда, о которой она говорила, ушла вместе с ней. Я не решалась посмотреть на Деклана, все мое внимание было сосредоточено на вампире, так удивившем меня своим благородным поступком.

Он отпустил Лауру. Это вселяло некоторую уверенность.

— А как насчет нас? — прервала я затянувшуюся паузу. — Мы тоже можем уйти?

Лоуренс как зачарованный смотрел на землю прямо перед собой:

— Нет.

В груди у меня ёкнуло:

— Почему?

Он посмотрел на меня, и я поняла, что он не настолько вменяем, как казалось.

— Потому что то, что течет по твоим венам убивает, таких, как я. Раньше я думал, это к лучшему, ведь вампиры — чудовища, а я лишь один из немногих, заслуживающих жизни. Забавно, как все изменилось.

Он вынул из-за пояса брюк украденный у Деклана серебряный кинжал, и каждый мускул в моем теле застыл от страха: за меня и за Деклана.

Этот вампир жаждал крови. Он уже напился до отвала, поэтому сейчас хотел ее просто проливать.

— Ты должен это прекратить. — Деклан намного лучше меня контролировал свой голос. — Все не должно закончиться именно так.

— Смертью? — Лоуренс изучал зажатый в руке кинжал. — Все заканчивается смертью. Ради своей жены я был готов на все, но мне не дали такого шанса. Виктор решил ее судьбу. Во всем виноват именно он.

Деклан напряженно посмотрел на меня. Его взгляд метнулся к двери. Он явно отдавал мне беззвучный приказ. Он хотел, чтобы я рванула к выходу, пока он будет сдерживать Лоуренса.

— Твоя жена была бы против, — вместо этого заговорила я. — Она тебя любила, приняла тебя даже после того, как ты стал вампиром. Ты пытался оставаться человеком, лишь бы быть рядом с ней. Она не захотела бы, чтобы ты стал хладнокровным убийцей. Еще есть возможность все это прекратить.

Взгляд Лоуренса метнулся ко мне:

— Я не человек. Чем больше я убиваю, тем лучше себя чувствую. Тем правильнее это кажется. — Он посмотрел на Деклана. — Уверен, ты понимаешь, о чем я.

Деклан покачал головой:

— Я никогда не получал удовольствия от своей работы.

Я пыталась урезонить Лоуренса, но мои слова не находили в нем отклика. Он полностью отдался во власть своего внутреннего чудовища. И это чудовище сейчас пребывало в непосредственной близости, сжимая в руке смертельно опасный острый кинжал.

Некоторое время Лоуренс молчал.

— Я заметил, что ты защищаешь эту женщину. Ради нее ты готов убить… любого, кто будет представлять для нее опасность. Я прав?

— Убью ли я ради нее? — Деклан прожигал вампира взглядом. — В мгновение ока.

Лоуренс не отвернулся.

— А умрешь ли ты ради нее?

Деклан ответил, даже не задумываясь:

— Да.

Мое сердце замерло. Несмотря на то, что он не мог заниматься со мной любовью, я знала — моя жизнь для него превыше всего. Просто раньше я не слышала, чтобы он так открыто говорил об этом. Он не врал. Это была чистая правда. Ради меня он убьет. Ради меня он умрет. Что ж, это все упрощало, я чувствовала по отношению к нему то же самое.

Лоуренс кивнул:

— Тогда ты меня понимаешь.

— Есть разница. Твоя жена мертва, и что бы ты ни делал, этого уже не изменить. Человек, виновный в ее смерти, погиб. Ты его убил. Ты отомстил. На этом все.

Лоуренс долго молчал, и я даже решила, что Деклану удалось до него достучаться, показать, насколько все, что он делает тщетно и бесполезно.

— Думаешь, на этом все? — наконец заговорил вампир. — Нет. Все только начинается.

Он обернулся ко мне, и из его глаз исчезли последние проблески человечности и надежды. Передо мной стоял мужчина, у которого не осталось ничего святого. Только ярость и боль. И ими он хотел поделиться со всем миром.

Он молниеносно кинулся ко мне, я отшатнулась и упала, подвернув лодыжку. Крик сорвался с моих губ одновременно с тем, как Деклан схватил вампира за руку, останавливая острый клинок в нескольких дюймах от моего сердца. Деклан изо всех сил пытался отодвинуть от меня Лоуренса, напряжение исказило черты его лица.

— Беги отсюда сейчас же! — крикнул он мне через плечо. — Беги на солнце!

Если я подчинюсь, он умрет. Я чувствовала это сердцем.

Я отмахнулась от собственных страха и паники, понимая, что должна что-то предпринять. Огляделась по сторонам. На складе было пусто… во всяком случае, ничего подходящего на роль оружия. Цементный пол. Большие деревянные ящики, сваленные у двери. Запах опилок. И все. Если и пряталась где-то еще одна камера наружного наблюдения, то я ее не заметила. Хотя нам от нее было бы ни холодно, ни жарко. Кто бы ни вел мониторинг, он, скорее всего, уже мертв. Мы могли рассчитывать только на себя.

Я закричала, когда кинжал описал дугу и вошел в плечо Деклана, из груди которого вырвался крик боли.

— Сначала я убью тебя, — сказал Лоуренс, вынимая клинок. — Потом твою женщину. Я достаточно стоек к запаху «Ночного дурмана», чтобы это осуществить. Вы оба убийцы. Вы заслуживаете смерти.

Он пнул Деклана в недавно сломанную ногу, и тот грузно рухнул на землю. Из раны на плече хлынула кровь.

Лоуренс обернулся ко мне и метнулся в мою сторону так быстро, что я даже не успела сделать шаг назад. Он схватил меня за майку и притянул к себе. Я вырывалась, сопротивлялась, била его по лицу кулаками, попыталась ударить коленом в пах…

Окровавленный Деклан ухватил Лоуренса за лодыжку. Вампир резко пнул его в лицо, и Деклан упал на спину. Лоуренс присел рядом и замахнулся кинжалом, намереваясь всадить его в сердце дампира.

Я кинулась на упыря. В обычной ситуации моим оружием была кровь, сейчас — все мое тело. Не сказать, чтобы смертельно опасное, но для диверсии сойдет. Я вцепилась в плечи вампира и попыталась отпихнуть его от Деклана. Кинжал упал на цементный пол.

Лоуренс зарычал и навис надо мной. Он сомкнул руки на моей шее и сильно сжал ее, перекрывая доступ кислорода. Я потянулась к кинжалу, но нащупала только кончик лезвия, который так и не смогла ухватить.

Все равно, слишком поздно. Я умру.

Глава 10

— Джилл! Нет! — заорал Деклан.

У меня перед глазами поплыли черные пятна, и я бессильно уронила руки.

Лицо Лоуренса стало расплываться.

— Это не могло закончиться по-другому. Тебе подписали смертный приговор в ту секунду, когда вкололи «Ночной дурман». Виктор даже при большом желании не смог бы тебе помочь. Похоже, ты и сама это понимала.

Он прав. Я только и делала, что строила песчаные замки, а потом наблюдала, как их размывают волны реальности. Не знаю, и почему я еще не сдалась, не смирилась с приближающейся смертью, а по-прежнему тратила силы на то, чтобы противостоять ей. «Ночной дурман»… он как Луоренс. Не отпустит меня, пока я не перестану дышать. Пока мое сердце не прекратит биться. Пока отравленная кровь не застынет в венах.

Это все Деклан — это он заставлял меня идти вперед. Он же воин, только этим и живет. Он просто не знает ничего другого.

Тот Деклан, что был в моем сне… Его не коснулась рука смерти, тьмы и насилия. Он был элегантным и красивым.

И все же я предпочла ему того Деклана, которого знала лучше.

Это стало последней мыслью перед тем, как темнота окончательно поглотила все вокруг.

Вдруг раздался громкий хлопок.

Лоуренс покачнулся, и его хватка на моем горле ослабла. Я собрала остатки сил, фокусируя зрение, и увидела на груди вампира красное пятно. Лоуренс вскинул голову.

— Ты же мертв, — выдавил он, снова дернувшись, когда очередная пуля ударила его в живот.

Чья-то фигура мелькнула на краю поля зрения — Джексон с пистолетом. Он был весь покрыт кровью, по полу за ним вились багряные разводы. Левая рука свисала вдоль тела, вывернутая под неестественным углом.

— «Почти умер» еще не значит «умер совсем», слышишь, козел?

Джексон снова нажал на курок, но патроны уже кончились. Хватая ртом воздух, он упал на колени.

Лоуренс все еще держался на подкашивающихся ногах.

— Обычные пули вампирам нипочем. Ты же охотник, должен это знать.

— Верно, пули их не убивают. — Деклану удалось выпрямиться и шагнуть вперед, хотя ему досталось не меньше, чем Джексону. — А вот это — смертельно.

Его пальцы обернулись вокруг рукояти серебряного ножа, валяющегося на полу возле меня. Деклан воткнул лезвие в грудь Лоуренса.

Тот попятился, глядя на оружие. Когда он поднял голову, ярость на его лице сменилась умиротворением.

— Спасибо.

И умер. Исчез в облаке огненного праха, который развеялся, оседая на пол и мое лицо. Я зажмурилась.

Деклан, падая на колени, схватил меня за руку.

— Нет, Джилл… пожалуйста, не умирай.

Я бы улыбнулась, будь это сейчас уместно. Еще совсем недавно, в смотровой, я говорила ему эти же самые слова.

— Нет… пока нет, — выдавила я. — Но… почти.

— Вампиры, — пробормотал Джексон. — Ненавижу вампиров. Господи, только посмотрите на мою руку. Мне реально нужна скорая помощь.

Деклан обернулся к нему.

— Как, черт возьми, тебе удалось сбежать? Он сказал, что ты умер. В тебя вцепились четыре вампира.

— Не стоит недооценивать силу позитивного мышления, — ухмыльнулся Джексон.

— А еще он сказал, что ты продал меня Рейнольдсу. — Деклан заметно помрачнел. — Не сомневаюсь, что сейчас ты начнешь все отрицать.

Улыбка Джексона поблекла.

— Не буду я ничего отрицать.

Пальцы Деклана на моем запястье сжались. Похоже, признание его более чем удивило.

— Да я тебя прикончу.

— Я грязный подонок. Ты всегда это знал. Черт, да ты единственный, кто мог меня вытерпеть. Так что, получается, я вроде как наплевал в колодец, из которого пил.

— Что ж, тебе хотя бы хватает ума это признать.

Джексон выглядел унылым.

— Признать, что я лживый и жадный до денег подлец? Угу. А теперь пошли выберемся на солнце, пока вампиры, которых я не добил, не решили подняться по лестнице.

То, как мы тащились к выходу, можно было назвать победным маршем с большой натяжкой, хотя чувствовала я себя как на параде. Ощутив лучи жаркого солнца на коже, я чуть не разрыдалась от облегчения. Горло болело, от потери крови меня шатало, а ужас, испытанный за последние полчаса, отпустит меня еще нескоро.

Но я жива. И Деклан жив.

Ну, и Джексон тоже. Он тот еще ублюдок — по-другому не назовешь, — но все же нас спас. Не вмешайся он, мы бы погибли. И я не сомневалась, что Деклан тоже это заметил. Может быть, мы не так уж обязаны этому типу, потому что именно Джексон втянул нас в данную передрягу, но все же спасение наших жизней — явно очко в его пользу.

Джексон обернулся на здание склада.

— Позвоню-ка я ликвидаторам. К счастью, до заката вампиры никуда не денутся. Сообщу ребятам, что надо здесь убраться, уничтожить оставшихся тварей. Посмотреть, не выжил ли кто-то из людей. Охренеть, какой тут бардак. — Здоровой рукой он похлопал по карманам джинсов. — Можете одолжить телефон? Мой, кажется, сожрали.

Деклан бросил ему свой мобильник.

— Я тогда пойду, оставлю вас двоих наедине, — Джексон захромал в сторону парковки.

— Как твоя нога? — накрыв ладонью колено Деклана, спросила я, когда мы уселись рядышком прямо возле дверей склада. Лауры нигде не было видно. Она убежала. Я надеялась, что с ней все будет в порядке, и она больше не станет участвовать в различных научно-исследовательских программах и не окажется запертой где-нибудь очень глубоко под землей.

Деклан поднял бровь:

— Заживает. А как твое горло?

— Не помешает стаканчик мороженого. И парочка бинтов.

Он стиснул зубы.

— Джилл, мне так жалко, что у нас ничего не вышло.

Я попробовала хихикнуть. Горло тут же свело от боли.

— Да ты преуменьшаешь.

Он кивнул:

— Точно. Жаль, что пытаясь решить твою проблему, мы чуть не стали ужином для толпы голодных вампиров.

— Во-о-о-от, уже больше похоже на правду. — Взяв его за руку, я прочертила большим пальцем линию старого шрама на костяшках. — Мы живы, так что можно сказать, день удался.

— Твоя кровь…

Я поежилась, вспомнив о случившемся.

— Если бы она стала причиной твоей смерти, не знаю, чтобы я сделала. Думаю, порвала бы доктора Рейнольдса на кусочки прежде, чем до него добрался Лоуренс. — Я не отрывала глаз от лица Деклана. — «Ночной дурман» как-то повлиял на тебя? Сотворил что-нибудь такое, от чего ты не сможешь оправиться?

Он покачал головой:

— Думаю, его эффект уже сходит на нет.

— Твоей человеческой ДНК хватило, чтобы нейтрализовать яд?

— Ага. Но… но он сделал что-то еще. Что-то такое, что меня серьезно сбивает с толку.

— Что же?

— «Ночной дурман» нейтрализовал сыворотку. Перемешал все мои чувства. И затуманил мозги.

Так я и знала — я видела на лице Деклана эмоции. Вот и подтверждение.

— И как ты сейчас?

— Я уж думал, это навсегда, но теперь чувствую, как этот эффект проходит, пока мы с тобой разговариваем. Вряд ли «Ночной дурман» полностью вытеснил сыворотку, это было просто что-то вроде сбоя. А еще… та боль, которую я почувствовал, когда мне вкололи твою кровь… мне как-то не хочется переживать нечто подобное еще раз.

Я смотрела ему прямо в лицо.

— И ты снова становишься самим собой?

— Почти. — Он сдвинул брови. — Ты кое-что говорила… после нашего вчерашнего эксперимента.

Да уж, не лучшее время для подобного разговора.

— Деклан…

— Нет, Джилл, выслушай меня. Ты говорила, то, что я делал, вовсе не было… неприятным.

В голове тут же всплыли воспоминания о его губах, ласкающих мою плоть, и руках, сжимающих бедра.

— «Не было неприятным» — это огромное преуменьшение того, что я испытала вчера вечером.

— А еще ты сказала, чтобы я больше не касался тебя и не целовал, если при этом ничего не чувствую.

Я сглотнула:

— Верно.

— Значит, лучше сделать это прямо сейчас, пока есть возможность.

— Что сделать?

Обхватив мое лицо руками, Деклан меня поцеловал. И это был отнюдь не односторонний поцелуй, которому не хватало искренних чувств. Даже приправленный соленостью пота и сладостью крови, он вышел совершенно замечательным. Страстным. Настоящим. Ощущая губы дампира на своих, я поняла, что любые мысли об идеальном Деклане в костюмчике с иголочки не более чем бредовые фантазии. От удовольствия по спине побежали мурашки.

Когда Деклан отстранился, у меня пылали щеки и покалывало во всем теле. Я удивленно уставилась на него, и он наградил меня усмешкой, интересуясь:

— Так лучше?

Я улыбнулась в ответ:

— Вышло… неплохо.

Довольная ухмылка дампира стала еще шире:

— Думаю, даже лучше, чем просто «неплохо».

— Все дело в практике.

— Сам знаю. — Улыбка начала угасать. — Вот черт, я это чувствую… Действие сыворотки. Она опять берет свое. Прости, Джилл.

Я покачала головой:

— Не извиняйся.

Я снова прижалась к его губам, но все получилось уже не так. Надо хорошенько запомнить тот необузданный, невероятный поцелуй. Получилось один раз, значит, получится и другой.

Лаура была права насчет надежды. Даже после того, что случилось, я все равно верила — все будет хорошо.

Деклан встал и протянул руку, чтобы помочь мне подняться.

— Давай убираться отсюда.

Меня всю трясло, тело ломило, горло саднило. Я потеряла много крови. М-да, вот и решила проблему «Ночного дурмана». Ученый, способный помочь, расплатился за грехи своего прошлого. Под ногами у нас находилось целое гнездовье вампиров, которых вместо сочных аппетитных людишек ждала бригада истребителей.

Меня не раз пытались убить, но все же я выжила. У меня еще есть возможность зализать раны и придумать, что же делать дальше.

И, как ни странно, я была оптимистично настроена.

Благодаря одному лишь удивительнейшему поцелую я поняла — ничто не вечно, всегда есть лазейка… баг в системе. Если так называемая перманентная сыворотка дала сбой, это вполне может повториться. А если можно вылечить Деклана, значит, можно и меня.

Все далеко не идеально, но меня это устраивает. Я прекрасно знаю — идеал сильно переоценивают.

~~~ КОНЕЦ ~~~

Content

Мишель Роуэн
Разбитое Сердце

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10