Тони Блэйр

Очаровательная соседка

Глава 1

Холли Блэйк в растерянности склонилась над раскрытым капотом своей машины. Она впервые удосужилась заглянуть внутрь старенького автомобильчика, и открывшееся зрелище привело ее в замешательство. Разноцветные длинные провода переплетались с металлическими трубками, напоминая произведение абстрактного искусства, но для чего они были нужны, Холли не знала. Августовское солнце медленно клонилось к закату, над асфальтом струился горячий воздух, а небо было чистым и безоблачным. Редкие прохожие не обращали внимания на молодую женщину − впрочем, вряд ли кто-то из них разбирался в устройстве автомобиля.

− Не знаю, что и делать, − пожаловалась Холли вслух. «Должен ведь кто-нибудь помочь мне, − думала она, − я даже не подозревала, что все это так сложно. Автомеханики, конечно, разбираются, что к чему, и уже поэтому заслуживают уважения. Если бы нашлась хоть одна добрая душа − желательно мужского пола… Да, надеяться не на что». − Я справлюсь. − Холли вытерла пот со лба, тяжело вздохнула и обернулась к Эмили: − Правда, маленькая моя?

− Уа-а, − серьезно ответила Эмили и засунула палец в рот.

Холли улыбнулась дочери, наблюдавшей за ней из розовой коляски.

− Поверь, у мамочки все получится. Рано или поздно, но получится. Мы с тобой остались одни и должны научиться управляться самостоятельно. Так, если бы я была «дворником», где бы я крепилась? Здесь… или вон там? Черт возьми! Чем старательнее молодая мама пыталась сосредоточиться на этом непосильном вопросе, тем больше ей виделось мест, где могла располагаться вышеупомянутая деталь.

Это же просто дворник! Передний. Это должно быть просто. «Дворник», − повторяла Холли, как мантру, все больше раздражаясь. Ей пришло в голову, что все это на самом деле несложно, просто ей никогда раньше не приходилось ремонтировать машины. Она всегда считала, что подобными делами должен заниматься мужчина. В свое время они с Биллом составили вполне традиционную пару: Холли наводила порядок в доме и готовила, а муж чинил машину и стриг газон. Холли казалось, что так будет всегда. Она даже представить себе не могла, что когда-нибудь останется одна.

Ну, не совсем, конечно, а вдвоем с дочерью. Но, к сожалению, сейчас маленькая Эмили ничем не могла помочь своей маме.

Громкая музыка нарушила тишину городского предместья. Холли взглянула поверх капота и увидела грузовик, свернувший на их узкую улочку с оживленного шоссе. Музыка не мешала ей, напротив, она возвращала Холли в давно забытое прошлое. В четырнадцать лет ей нравились «Роллинг Стоунз», и, услышав мелодию, она бессознательно вновь почувствовала себя подростком. Холли перевела взгляд на другую сторону улицы, где пожилой мистер Наттер крепко держал за ошейник свою немецкую овчарку, неодобрительно косясь на грузовик. Подросток внутри Холли подавил усмешку.

− Мистер Наттер! − крикнула она (старик был глуховат). − Добрый день!

− А… Холли! Это вы?! Здравствуйте! Слышите, как грохочет? − Он кивнул в сторону проезжающего грузовика. − Что только позволяет себе молодежь!

Мистер Наттер мог долго рассуждать о современных нравах, не задумываясь, располагает ли собеседник временем, чтобы выслушивать его монологи. Холли решила не продолжать разговор и сделала вид, что полностью поглощена общением с дочерью.

Машина въехала в соседний двор, от которого девушку отделяли тонкая полоска травы и несколько молодых деревьев. Музыка стихла вместе с рокотом двигателя, и воздух вновь наполнился привычными звуками маленького городка. Новый сосед захлопнул дверцу кабины, а Холли вернулась к своему занятию, уговаривая себя не смотреть в его сторону. Она не знала, отчего выделяет его из прочих соседей и знакомых, по крайней мере, предпочитала не задумываться об этом.

«Ни к чему себя обманывать». Холли показалось, будто все, что она считала давно умершим, ожило и заговорило в ее душе. Будто ее место вновь заняла счастливая юная девушка, уверенная, что завтра все будет так же хорошо, как сегодня, позволяющая себе обращать внимание на мужчин и благосклонно принимать их ухаживания.

«Замолчи», − строго приказала взрослая женщина.

Разумеется, внутренний голос повзрослевшей Холли был прав: она не хотела поднимать глаза из-за того, что вид нового соседа действовал на нее обескураживающе. Каждый раз, когда Холли видела его, ее кожу начинало покалывать. И в некоторых местах сильнее, чем в других. Не важно, пыталась она остаться спокойной или нет, но соски под лифчиком всегда напрягались. Так что лучше не обращать на него внимания и заниматься своим делом.

Она искоса взглянула на Эмили. Девочка улыбалась так, будто понимала охватившие ее чувства.

− Агу-у-у…

− Не смотрите на меня так, юная леди, вы еще слишком молоды для подобных мыслей… а я слишком стара.

− Агу-у? − удивилась Эмили.

«Конечно, двадцать восемь лет − это еще далеко не старость», − подумала Холли.

Узнав о смерти Билла в автокатастрофе, она за несколько часов повзрослела на несколько лет. Она не позволила себе впасть в отчаяние: скоро должна была родиться Эмили. Холли сидела дома, ходила по улицам, заглядывая в магазины и рассматривая проезжающие машины, и старалась не думать о том, что произошло. Билл так и не увидел малютку. Холли пришлось воспитывать девочку одной, и оказалось, что это совсем непросто. Бессонные ночи у кроватки ребенка, домашние заботы и попытки заработать, конечно, не делали ее моложе. Дела, которыми раньше занимался муж, теперь легли на плечи Холли, и даже такая мелочь, как сломанный «дворник», оказалось, могла всерьез испортить настроение. В конце концов, подумала она, достать может любая ерунда, особенно если ты и мать, и отец, и сиделка, и служащий… и еще Бог знает кто.

Холли никогда особенно не рассчитывала на чью-либо помощь. Отец ее умер рано, и детство она провела вместе с матерью на ферме у своей старшей сводной сестры. Потом сестра вышла замуж, а Холли поступила в колледж, и ей пришлось переехать в город. Первые месяцы самостоятельной жизни дались девушке нелегко, но со временем все наладилось, появились друзья и хорошие знакомые. Потом она познакомилась с Биллом…

− Ма-а…

− Я здесь, маленькая. − Холли поправила кружевной чепчик малютки.

Пасовать перед жизнью было не в характере Холли. С детства она чувствовала в себе незаметную, но твердую силу, помогавшую преодолевать любые препятствия, − силу, которой Бог, наверное, наделяет только тихих и упрямых людей.

«Я справляюсь. И будет совсем замечательно, если я одержу победу еще и над этой штукой…»

Холли решила, что будет воспитывать дочь так же, как ее саму воспитывали в детстве. Пусть Эмили знает, что жизнь − нелегкая штука, но унывать и опускать руки нельзя никогда. Пусть девочка станет такой же сильной, как и ее мама.

− Простите, может быть, я помогу вам?

Голос был глубоким. Таким же глубоким, как его взгляд, который, казалось, достиг самого дна ее души. Перед ней стоял человек в белой, чуть потемневшей от пота футболке, и его сильные мускулистые руки покрывал бронзовый загар. Холли при взгляде на него стало жарко… пожалуй, даже слишком.

«Господи, да он ведь настоящий красавец!» − беспомощно подумала она.

Судя по всему, новый сосед работал в ремонтном сервисе − Холли так и подумала при первой встрече, но сейчас убедилась в этом окончательно. На нем были потертые синие джинсы и коричневые рабочие ботинки. Загар и обветренное лицо говорили о том, что ему приходится работать под открытым небом. Холли поняла, что откровенно любуется подошедшим к ней мужчиной, неожиданно испугалась, покраснела и опустила глаза.

− Извините, я не хотел испугать вас.

«Прекрасно, − пронеслось в голове у Холли, − сейчас тебе придется разговаривать с ним. Скажи что-нибудь. Хоть что-нибудь, пока он не счел тебя немой… Неужели ты язык проглотила, дура!»

− Я… я не заметила вас… простите…

− Вижу, − улыбнулся он. Смущение очаровательной соседки не укрылось от него. А бедная Холли все молчала, чувствуя, как по венам растекается жидкий огонь. Она никак не могла понять, что с ней происходит.

− Я не совсем… точнее, совсем не разбираюсь в машинах. − Она скользнула взглядом по черному кожуху мотора. − А еще здесь неполадки с «дворником». Туда нужно заливать какую-то жидкость, и, кажется, она закончилась. И он так ужасно скрипит! Я его открутила, чтобы посмотреть, что случилось, а теперь не знаю, как приладить обратно.

«Конечно, не разбираешься, − усмехнулся он про себя. − Хотел бы я встретить женщину, которая вообще что-нибудь понимает в автомобилях!»

Сосед взял из рук Холли пластиковую бутылочку с синей жидкостью, слегка коснувшись ее пальцев. Легкий трепет пробежал по телу молодой женщины. «Отлично, − усмехнувшись, поздравила себя она, − сначала пожар, затем землетрясение. Боже мой, ты ведешь себя как монахиня, Холли. Он подумает, что ты ненормальная».

− Я помогу вам.

Холли пришла в ужас, вообразив, что он собирается помочь ей избавиться от стеснительности, но спохватилась, вспомнив о более приземленном предмете разговора.

Мужчина запустил руку во внутренности машины, отвернул крышечку, о существовании которой Холли и не подозревала, и вылил моющее средство в контейнер, спрятавшийся где-то в недрах механизма. Завернув крышку, он указал на нее сильным, загорелым пальцем:

− Видите, она здесь вмонтирована рядом с трансмиссией.

− Да, − Холли попыталась запомнить. − Спасибо. «Она меня не слушает… Ну что ж, в следующий раз опять позовет на помощь. По-моему, это даже забавно…».

«Ну что, ты осмелишься посмотреть на него, или это слишком опасно? Как думаешь, этот красавец питается блондинками?» − Холли судорожно пыталась прийти в себя. В любом случае следовало хотя бы поднять глаза и поблагодарить соседа, чтобы не выглядеть невежливой.

− Меня зовут Дерек Кэссиди, и я не кусаюсь.

«Он что, еще и мысли читает?» − окончательно перепугалась Холли. Она поймала его взгляд и замерла на месте, потеряв всякую возможность соображать.

− Я недавно поселился в соседнем доме. − Дерек кивнул через плечо. − А вы здесь живете? Как вас зовут?

Холли с трудом понимала, что говорит ее новый сосед. «Дерек Кэссиди», − повторяла она про себя, чувствуя, что тает под его внимательным, слегка насмешливым, но доброжелательным взглядом.

− Холли Блэйк, − наконец выдохнула она, взяв себя в руки.

Он опять улыбнулся. Если бы эта милая девушка знала, что он читает ее, как раскрытую книгу… Возможно, она обиделась бы, но разве плохо, когда собеседник понимает твои чувства? Особенно тот собеседник, который нравится тебе и которому нравишься ты…

«Мой папаша немногому меня научил, но как вести себя с женщинами, просветил по высшему разряду».

− Мне очень приятно.

− Мне тоже, − через силу улыбнулась Холли.

Дерек подумал, что она становится особенно привлекательной, когда улыбается. Соседка была не совсем в его вкусе, но однажды он увидел, как Холли в легком длинном платье шла по улице, улыбаясь каким-то своим мыслям. В руках у девушки были тяжелые пакеты, но казалось, что она летит над асфальтом, нагретым летним солнцем. Улыбка чудесным образом преображала ее лицо, превращая соседку из вполне заурядной молодой особы в настоящую красавицу.

Собственно, именно поэтому Дерек и подошел к ней − он проходил мимо вовсе не случайно.

− Не знаю, как бы я без вас справилась, − добавила Холли.

− Полагаю, ездили бы с грязными окнами, − буркнул он. Дерек только что осознал, что соседка всерьез нравится ему, и почувствовал себя неловко.

Она опустила глаза.

− Да, это было бы просто ужасно. Я еще не привыкла сама…

− Ваш муж в отъезде? − отважился спросить Дерек, молясь, чтобы никакого мужа не было и в помине. Или чтобы он отправился в Антарктиду на пару лет.

Холли взглянула на него, прикусив губу.

− Он… да. Просто уехал…

− Уехал?

От него не укрылось внезапно изменившееся выражение лица девушки. Уж не бросил ли ее драгоценный супруг? Вон и глаза покраснели… Сейчас разревется, и придется утешать ее…

Словно угадав его мысли, Холли побледнела и выпалила:

− Никуда он не уехал. Я вдова.

«О черт… − Дерек растерялся. − А я собирался с ней флиртовать…»

− Извините… Мне очень жаль.

− Все в порядке… Несчастный случай, год назад. Просто иногда кажется, что все это случилось вчера.

«Ладно, − успокоил себя Дерек, − я всегда вижу, когда женщина подает знак. Слова не нужны, достаточно движения глаз − она еще не готова для романа».

И это неплохо, решил Дерек, потому что чутье не обманывало: эта женщина не в его вкусе. Одетая в строгие брюки и расшитую блузку в тон к ним, она казалась очень серьезной и консервативной. Красиво, стильно, но… не греет.

«Черт, все наперекосяк!»

− Я еще раз прошу прощения − не знал.

− Все нормально, − почти равнодушный тон Холли удивил его, − кроме тех случаев, когда ломаются «дворники».

Дерек не знал, чего стоило ей это показное равнодушие. Холли одела себя в броню, пока носила под сердцем маленькую Эми, чтобы ее горе ничем не повредило ребенку. И сейчас, когда дочь чувствовала малейшие изменения в настроении матери, она тоже не могла позволить себе тосковать. Потом, все потом… Когда девочка немного подрастет, у нее появятся друзья и заботы, Холли наконец-то сможет оплакать своего мужа… Если у нее останутся на это силы.

− Ну что же, я теперь живу рядом и всегда рад помочь вам. − Дерек говорил вполне искренне.

«Но, даже если она будет воспринимать меня только как помощника, со временем ей может захотеться большего», − размышлял он, ища в ее доверительном тоне бессознательный намек.

− Спасибо. − Холли потупилась и покраснела. Дерек хотел сказать еще что-нибудь доброжелательное и банальное, но осекся. Сердце его вдруг начало выстукивать какой-то рок-н-ролльный хит. Разговор неумолимо приближался к концу, а что делать дальше, он просто не знал. На всякий случай он повторил:

− Я всегда с удовольствием помогу вам.

Дерек достал бумажник и, порывшись в нем, вытащил изящную визитку с золотыми буковками, уголок которой был испачкан машинным маслом.

− Вот мой номер, вдруг я вам понадоблюсь.

− У вас строительный бизнес? − с уважением поинтересовалась Холли.

Он кивнул, довольный реакцией новой знакомой, − далеко не каждый так отнесся бы к его работе. Все-таки строительный бизнес − это не юридическая контора и не студня звукозаписи… Дерек чаще всего и сам не был доволен своими успехами. «В конце концов, это не важно, − думал он, − чем я занимаюсь».

− Я начал свое дело пять лет назад, сейчас у меня работает двенадцать человек.

− Прекрасно! Я очень уважаю людей, умеющих брать на себя такую ответственность. − Похоже, Холли отнеслась к его словам с искренним интересом.

− Естественно, с добрых знакомых я платы не беру, − улыбнулся Дерек и закончил про себя: − «Особенно с таких хорошеньких».

Наконец-то он понял, чем так привлекает его эта в общем-то обычная женщина. Дело не во внешности или тембре голоса, не в улыбке и даже не в том, что сейчас закатное солнце отливает золотом в ее зеленых глазах. У Холли было достоинство, которое Дерек больше всего ценил в женщинах, потому что редко встречал его: доброжелательная, подкупающая искренность. Может быть, именно то, что люди называют теплым словом «доверие». Он решил, что попытается завладеть ее вниманием, чтобы иметь право когда-нибудь потом завязать еще один разговор, а потом еще и…

«Не очень-то успешная попытка, надо признаться».

В разговоре опять возникла пауза. Как бы Дерек ни пытался себя сдержать, ему хотелось большего, нежели банальная соседская любезность. Обнаружив в новой знакомой то, что тщетно искал в женщинах, он даже подумать не мог, что ее внимание может достаться кому-то другому. Ее доверие, домашний уют, золотисто-зеленые глаза… Дерек представил себе, как его пальцы перебирают волосы женщины − светлые, чуть рыжеватые… да, кажется, это называется «земляничный оттенок», как он касается ее губ − они маленькие, но пухлые…

«Круто, − ошарашенно подумал он, приходя в себя. − Эта женщина не делала никаких намеков, а я уже извелся в предвкушении… Ну и фантазия у меня! Надо смотреть на машину − так намного спокойнее».

− Еще раз благодарю вас. Я завтра хотя бы разгляжу дорогу, когда поеду в школу.

− В школу?

− Я учительница третьего класса.

«Ух ты… Когда я учился в школе, учителя выглядели несколько иначе. Ну вот, тем более − она совсем не в моем вкусе».

Дереку показалось, что чары развеялись. Усталая молодая женщина, симпатичная, но ничего особенного, излишне консервативная в одежде, да еще и учительница! Самое время ретироваться.

− Ладно, − заторопился он. − Еще увидимся − мы ведь соседи.

Холли смущенно прикусила губу. Хотя, кто знает, какие мысли таятся в этой хорошенькой светлой головке… Дереку вдруг захотелось обнять ее. «Может быть, − подумал он, − ей просто нужно отвлечься от мыслей о погибшем муже… В конце концов, это просто хорошенькая учительница. Почему бы не пригласить ее на ужин? Вот так, внезапно…»

− Послушайте, Холли, если вы не заняты…

− Уа-а-а!

− Черт побери, что это? − Звуки доносились из-за машины, того, кто издавал их, не было видно, но… похоже, это был ребенок.

− Это моя дочь Эмили. − Холли взяла девочку на руки из коляски, стоявшей за машиной.

Дерек ошарашенно уставился на них. «Вот это… оно что, все время было за машиной? И это − ее ребенок?»

− Уа-а-а! Уа-а-а-а!!!

− Ну, что с нами случилось? − ласково ворковала Холли, обнимая дочь. − В чем дело?.. Мы сердимся, когда на нас долго не обращают внимания.

− А-а-а-а-а-а!!

Дерек, у которого уже лопались барабанные перепонки, молча кивнул, наблюдая, как Холли баюкает постепенно затихающего младенца.

«Ужас, это же надо так орать!..»

− Эмили, это Дерек, Дерек, это Эмили. Будьте знакомы.

− А-а-а-а… агу? − Девочка затихла и подняла на соседа прозрачные голубые глаза.

− Да, маленькая. Это дядя Дерек.

Дереку Кэссиди нечасто приходилось сталкиваться с детьми и знакомиться с ними, поэтому он чувствовал себя немного не в своей тарелке.

− Здравствуй, Эмили. − Он осторожно пожал крохотную ручку.

− Агу!..

«Ну не бессмысленно ли разговаривать с тем, кто тебя точно не поймет? И как это я не заметил ее раньше? Она ведь слышала весь разговор… Интересно, с какого возраста дети начинают хоть что-то запоминать? Как все глупо…»

− Я надеюсь, мы не слишком задержали вас. − Холли уложила девочку обратно в коляску и обернулась к Дереку. − Вы, наверное, устали после рабочего дня.

− Ну что вы, я всегда рад помочь.

На самом деле ему очень хотелось куда-нибудь сбежать.

«Боже мой, у нее есть ребенок… Ребенок − ну и что? Почему для меня это так странно и неожиданно… О черт, я что же, ревную ее к погибшему мужу? Дурак…»

− До свидания, очень рада была познакомиться. − Ее голос был мягче бархата, а в глазах появилось нечто… Дерек даже не мог придумать этому названия.

«Посмотри она так на меня пять минут назад, ей бы не отвертеться от ужина со мной. И не только от ужина, − усмехнулся про себя Дерек. − Лучше бы она была не такой хорошенькой − убежать от нее оказалось бы легче».

− Я тоже…

− Эми, попрощайся с дядей!

− Гу-у-у-у.

− Дерек, она сказала вам «до свидания».

− Гм… до свидания, Эмили.

«Нет, с первого взгляда понятно, что здесь ничего не выйдет, − думал он. − Все что угодно − но ребенок… Боже мой, ребенок!..» Дерек старательно убеждал себя, что эта молодая мама совершенно не в его вкусе…

Заперев машину, Холли подхватила коляску и внесла ее в дом вместе с ребенком. Когда-то Билл задумал сделать деревянный пандус рядом с крыльцом, но не успел − обструганные доски так и остались лежать под навесом на заднем дворе. «С этим не сравнится ни один тренажерный зал», − подумала Холли, привыкшая во всем искать хорошую сторону.

В детской она переодела радостно лепетавшую Эмили, напевая для нее песенку из диснеевского сериала про Винни-Пуха. Движение за окном привлекло внимание Холли. Ее сердце забилось как сумасшедшее, когда она увидела, кто вышел во двор.

− Господи, это он!

− Ма-а-а?!

− Да, Эми, это наш сосед, с которым мы сегодня познакомились…

Дерек переоделся в джинсовые шорты и чистую футболку. Он направлялся через двор к почтовому ящику. Холли подняла девочку на руки и подошла к окну.

− Смотри, какой большой дядя. Интересный, правда?

− Агу? − недоверчиво переспросила Эми.

− Ты думаешь? А мне он нравится… − Холли проводила Дерека взглядом и мечтательно улыбнулась.

Эмили тем временем явно заскучала, потеряла к Дереку всякий интерес и потянула в рот краешек занавески.

− Нельзя, Эми, − строго сказала Холли, слегка покачивая девочку, чтобы та не вздумала разреветься от обиды, что у нее отобрали занавеску. Холли уложила ее в маленькую дубовую кроватку, укрыла легким летним одеялом и тихонько запела колыбельную. Меньше чем через две минуты Эми закрыла голубые глазки и сладко засопела. Холли на цыпочках, чтобы не разбудить ее, подошла к окну.

Сейчас сосед поливал газон, держа в правой руке шланг, а в левой − банку пива. Холли не под силу было бы держать шланг одной рукой, а для Дерека, судя по всему, это не составляло никакого труда. «Конечно, с такими-то мускулами», − подумала она, разглядывая его загорелые руки. Дерек был, несомненно, не просто красивым, а привлекательным мужчиной. Холли не очень-то понимала, в чем разница между этими двумя понятиями, а раздумывать на эту тему у нее просто не было сил.

− Странно, я никогда раньше так не… − пробормотала Холли, взглянув на дочь. Та уже давно крепко спала, улыбаясь во сне. Что бы Эми ни думала о Дереке, она все равно пока не могла сказать этого своей маме. Холли вздохнула. Незачем обманывать себя − она хотела этого мужчину. Ее никогда не привлекали «плохие мальчики», такие неотразимые и до нахальства уверенные в себе. Учась в школе, она предпочитала общаться с интеллигентными молодыми людьми, победителями школьных олимпиад… Холли искренне считала, что девушку в мужчине в первую очередь привлекает ум, и никак не ожидала, что эти мощные руки, рельефно обтянутые рукавами футболки, этот легкий запах пота − проявление грубой мужской силы − могут так ее очаровать.

«Может быть, в школе меня и пугали „плохие мальчики“, но сейчас я избавилась от этого комплекса… Но гормоны есть гормоны, они требуют своего… так что ничего страшного и не произошло… Все в общем-то неплохо».

В повседневных заботах у молодой мамы не оставалось времени для мужчины. Работа в школе, проверка домашних заданий ночью, возня с Эмили днем − ни одной свободной минуты. Разве что в течение пятнадцати минут вечером в душе, когда Холли подставляет лицо прохладным струям, чтобы смыть усталость до последней капли, она и принадлежит только себе самой… И все. Некогда. Так что Дерек Кэссиди останется просто соседом, помощником… мечтой.

«Секундочку. Мечтой? Неправда, все неправда, не хочу этого парня. Я не могу его хотеть − это было бы неправильно, это плохо по отношению к Биллу и Эмили, нереально, не…»

Но Холли хотела его. И чувствовала, что вряд ли что-нибудь сможет с собой поделать.

«Я должна попытаться…»

Глава 2

Холли без сна лежала в кровати, думая о разбушевавшихся гормонах… во всяком случае, стараясь думать хоть о чем-то. Сознание, что кровать такая огромная… и такая пустая… наполнило ее глаза слезами.

− Нечего, − сердито одернула она себя, − не смей раскисать.

Она обязана быть сильной. Никому нет дела, что она будет делать со своей жизнью, со своим временем, здоровьем, работой… Но есть маленькая Эмили. Она засыпает на руках у матери, уверенная, что мир вокруг спокоен и безопасен, что ее всегда есть кому защитить. Так же Холли чувствовала бы себя в объятиях Дерека.

Уже в полусне она представляла себя рядом с ним. Вот он заходит в гости, Холли варит кофе и печет печенье. Они сидят за столом и болтают…

…Нет, все не так просто, и вот Холли уже кажется, что Дерек медленно раздевает ее, а она − его. Они ласкают друг друга, их тела переплетаются − его кожа темна, она блестит, будто на солнце. Как наяву Холли чувствовала, что гладит Дерека, касаясь каждого дюйма его груди и рук, запускает пальцы в его густые волосы…

«Стой, сестричка, а где находится Эмили в это время?!» − Холли открыла глаза.

«Спит, Эмили сладко спит…» Девочка тихонько спала, только слышалось ее ровное дыхание. Холли успокоилась и задремала вновь.

Она представляла себе его горячие поцелуи. Вот они на ее губах, затем щекочут шею, опускаются к груди, вот Холли уже чувствует их на животе, потом поцелуи спускаются ниже…

На следующее утро она проснулась разбитой. «Целую ночь я мечтала о встрече с новым соседом, − думала Холли, надевая халат, − но это в первый и последний…»

− Доброе утро, Эм.

− Аа-гу!

«Вот уж кто точно выспался этой ночью. Это Дерек Кэссиди во всем виноват…»

− Сейчас мама погреет молоко, и Эми будет кушать. Эми хочет кушать?

− Гу-у!

− Совершенно с тобой согласна. Молока, и как можно скорее.

Холли понесла дочь на кухню, думая на ходу, как глупо было не спать из-за нового соседа, с которым она даже не успела толком познакомиться. Посадив Эми на детский стульчик, она протянула ей бутылочку с молоком. Малютка с радостью вцепилась в нее − ведь ей позволили держать ее самой, − и теперь внимание Холли было приковано к розовым щечкам дочери, к ее крошечным пальчикам и глазкам, закрывшимся от удовольствия, − все это составляло смысл жизни молодой мамы…

До вчерашнего дня.

И Холли не жаловалась. Во всяком случае, не роптала. Так было намного проще: ни страха, ни печали − только радости материнства. Когда погиб Билл, она сказала себе, что ребенок − это все, что ей нужно в жизни.

Только почему же она все еще думает о Дереке? Да потому, что идиллию под названием «Холли и Эмили» портит ее собственное тело, которому явно по вкусу долгие рассуждения об этом Кэссиди! Телу совершенно наплевать, что они почти незнакомы, что Дерек не говорит с ней о возвышенных вещах и не читает стихов!

− Я никогда не чувствовала подобного с Биллом, − проговорила она вслух.

− А-а-а-а? − Эми отвлеклась от бутылочки и посмотрела на Холли, как той показалось, укоризненно.

− Я не с вами разговариваю, юная леди. Будь хорошей девочкой − кушай свой завтрак. − В голосе Холли проскользнули вдруг излишне строгие нотки. Эми, кажется, обиделась.

− У-а-а-а-а!

− Кролик, не плачь. Я же пошутила… Давай кушать вместе, мама тебе поможет.

− А-а-а-а!!! − Эмили, похоже, всерьез вознамерилась как следует поплакать.

− Все в порядке. Ну-ну-ну! − Холли подхватила девочку на руки и быстрыми шагами начала ходить по комнате, покачивая дочь. Та еще всхлипывала, но уже оценила новое развлечение и через пару минут начала что-то лепетать. Холли опустила ее на детский стульчик, и внимание Эми вновь переключилось на бутылочку с завтраком.

Холли быстро поела кукурузных хлопьев с молоком и вместе с дочерью отправилась в спальню. Порывшись в шкафу, она отыскала очень милую кофточку, плотно облегающую тело, джинсы и чулки с туфлями.

− Мама сейчас вернется. − Она побежала в душ и, вернувшись в комнату через пять минут, стала одеваться перед зеркалом. Она развлекала Эми болтовней, уговаривала ее быть хорошей девочкой и слушаться мисс Кэрол.

− А вечером я расскажу тебе много забавных историй, и мы будем петь про Винни-Пуха, правда?.. Вот только я освобожусь…

− Гу-у-у! − согласилась Эмили.

− Конечно-конечно! Все будет замечательно…

Эми широко улыбнулась. Неожиданно Холли почувствовала себя виноватой и несчастной. Сколько таких улыбок она пропустит в течение дня? А смешных гримас?.. Может быть, даже первые слова маленькой Эмили достанутся не ей, а мисс Кэрол − что тогда делать?! Расставаться с дочкой каждое утро для Холли было тяжелее всего того, к чему она уже почти привыкла после смерти Билла. Когда они собрались ждать ребенка, предполагалось, что Холли будет сидеть дома, как и положено примерной матери… Никто не знал, как все изменится, и молодая мама теперь мучилась дни напролет, работая в школе и ожидая конца рабочего дня, чтобы вновь увидеть дочь.

Конечно, есть такие матери, которые совершенно спокойно зарабатывают деньги, в то время как их дети окружены заботой чужих людей. Но Холли явно не была эмансипированной женщиной. Им с дочерью нужны были деньги, так что утренняя пытка повторялась каждый будний день, и Холли оставалось лишь надеяться, что за Эмили всегда присматривают и что вечером они снова будут вместе.

− Ну вот мы и готовы.

− А-а-а? − Немного обиженно протянула Эмили. «Она все понимает», − подумала Холли.

− Прости меня, крошка, ты же знаешь, я буду страшно по тебе скучать!..

«Новый день − привычные неприятности… Бедняжка тоже будет скучать, и никакая мисс Кэрол ничего не сможет изменить».

− Может быть, вечером мы с тобой будем готовить барбекю и гамбургеры на свежем воздухе, − сказала Холли, − и, возможно, опять увидим нашего нового соседа.

− Агу! − согласилась девочка.

− Ну вот и договорились. И на дядю Дерека посмотрим, хочешь?

− А-а!

− Пожалуй, он тоже будет прогуливаться…

В последней фразе чувствовалась безотчетная надежда.

Горячий летний воздух наполнился запахом железа и машинного масла. Дерек, одетый в синий джинсовый комбинезон, осматривал рабочие места своих подчиненных. Он вытер пот с лица синей банданой и взглянул на старые часы, которые всегда носил с собой. Была половина четвертого.

− Ребята! На сегодня все. Сейчас у меня дела, так что увидимся утром.

− Спасибо, шеф!

− Не за что. Всем пока! Сэм, подойди ко мне, пожалуйста.

Невысокий парень в рабочей одежде подбежал к Дереку:

− Да, мистер Кэссиди…

− Послушай, мне надо срочно ехать, так что позвони заказчикам и скажи, что завтра все будет готово.

− Конечно, мистер Кэссиди, удачи вам, − понимающе улыбнулся парень.

− Ну, до завтра.

Дерек сел в машину и, включив радио, поехал к офису мистера Грили − адвоката по делу о наследстве со стороны тетушки Мэри.

Дело было запутанным, и, хотя Дерек был благодарен тете Мэри, ему пришлось порядком повозиться, чтобы все уладить. Жить в ее доме было очень тяжело − непросто постоянно находиться в окружении вещей, зная, что их хозяйки уже нет в живых. Рабочему-ремонтнику не нужны были вязаные крючком разноцветные салфетки, сломанный граммофон и древняя швейная машинка, но он все время помнил, что была на свете тетя Мэри и эти вещи составляли часть ее жизни.

«Если бы она не приютила меня в детстве, где бы я был сейчас?»

Дерек решил привезти свежих цветов на кладбище.

Его мысли перебила старая песня группы «Ван Хэлен» о прекрасной незнакомке, и ему вспомнилась Холли Блэйк. Ее милая, скромная улыбка…

− Минуточку, − сказал он вслух, − у нее же ребенок.

Конечно, ничего против детей вообще Дерек не имел… Его надежды на то, что Холли не связывал никакой мужчина, оправдались. Но был ребенок… И это почему-то приводило Дерека в замешательство, у него просто опускались руки… Странное существо, которое похоже на человека и инопланетянина одновременно, которое еще не говорит и вопит, как пожарная сирена, зато, кажется, все понимает…

«И это очень неудобно».

На мгновение он почувствовал себя виноватым. В самом деле, пусть никто не думает, что Дерек ненавидит детей, но ночное кормление и смена пеленок вовсе не принадлежали к числу его увлечений.

«На самом деле эти занятия даже нельзя назвать хорошо проведенным временем. Да, как бы я на это ни смотрел, ребенок, особенно чужой, − это все-таки обуза. А я не хочу быть чьим-то отцом».

Шел уже восьмой час, когда Дерек ехал домой после встречи с адвокатом.

«В конце концов, все улажено, так что никаких проблем больше нет. Эх, тетушка, что бы я в свое время делал без тебя?..»

Выбираясь из машины, он почувствовал аромат свежих гамбургеров. Кто-то из соседей собирался ужинать на свежем воздухе. Дерек вспомнил, что дома его ждут только полуфабрикаты, пиво и чипсы, и вздохнул. Все-таки семья − это здорово… в каком-то смысле. Он принял прохладный душ и, натянув шорты с футболкой, сделал себе несколько сандвичей.

Пару минут спустя он сходил проверить почту и, обнаружив лишь квитанции со счетами, вновь обернулся на запах дыма и поджаренного хлеба. Ступив на крыльцо, Дерек случайно опустил глаза и увидел крошечного пушистого котенка, который, в свою очередь, уставился на него.

− Ну и чей ты, интересно? Слышишь, мохнатый шарик?

− Мяу!

Шарик явно хотел в дом. Дерек отстранил его ногой и вошел, закрыв дверь перед носом незнакомца.

Он вытащил из холодильника пиво и, устроившись на диване, щелкнул кнопкой пульта, включая телевизор. Дерек думал о том, кому мог принадлежать этот котенок. Может быть, Холли? У нее ребенок, а о кошке тоже надо заботиться, так что вполне возможно…

− Ну а для меня это все слишком большая ответственность, − пробормотал Дерек с усмешкой. Переключая каналы, он размышлял, чем сейчас могла быть занята его соседка. Долго ли, интересно, она жила с мужем, прежде чем тот погиб? Любит ли она его до сих пор? Как она выглядит во сне?

«Как она выглядит во сне?» Это откуда взялось? Дерек знал, откуда, но предпочел об этом не думать − еще ни одной женщине он не давал власти над собой. Он долго ворочался на диване.

В этот чудный вечер было бы неплохо выпить пива, сидя на крыльце, но что-то явно удерживало Дерека Кэссиди в доме. И этим «чем-то» была Холли Блэйк…

Нет, поправил он себя, ребенок Холли Блэйк. Он никогда бы не стал ухаживать за женщиной с ребенком. Итак, как ни прискорбно, нужно избегать ее.

Дерек пошел на кухню, чтобы выбросить банку из-под пива, и взглянул на прозрачную дверь, ведущую на задний двор. Он увидел того же котенка, обошедшего дом и теперь царапавшего ее стекло.

− А ты настойчив, правда?

Да, вряд ли этот непрошеный гость принадлежал Холли, решил Дерек. И скорее всего он ничей. Бездомный.

− Но почему ты выбрал именно мой дом?

− Мяу!

− Ну, хорошо, хорошо. Я тебя впущу, только не терзай дверь.

− Мяу! − Котенок просто пришел в неистовство, когда понял, что этот огромный человек за дверью собирается его впустить.

− Да имей ты терпение! Сейчас…

Дерек открыл ему дверь и уже собирался вернуться на кухню, когда увидел Холли. Она сидела за раскладным столиком и ела гамбургер. На ней была зеленая безрукавка, и волосы ее, собранные на затылке, отливали рыжим в лучах закатного солнца. Эмили пускала пузыри в коляске неподалеку.

Сердце Дерека екнуло, когда он понял, что ищет предлог, чтобы подойти к Холли и спросить что-нибудь. Например, не ее ли это котенок. Но тут из коляски послышались назойливые звуки, грозившие перерасти в полновесный плач. Холли нагнулась к коляске, и Дерек порадовался тому, что остался в доме: малышка громко разревелась.

Он быстро захлопнул дверь. «Все, хватит. И хорошо, что я не поддался», − подумал он.

Он обернулся, и его взгляд упал на котенка, засунувшего мордочку в мусорное ведро и пытавшегося вытащить оттуда пакет из-под молока.

− Мяу!

− Ладно, успокойся. Голодный?

− Мяу? − Котенок уставился на Дерека огромными несчастными глазами. «Еще какой голодный», − было написано у него на мордочке.

− Успокойся, бедняга. Я сейчас…

Дерек достал новый пакет и налил молока в миску, поставив ее перед котенком. Тот накинулся на угощение, разбрызгивая по полу белые капельки, и даже лапой залез в еду.

− Только не располагайся как дома.

− Мяу?..

− Я говорю, не слишком расслабляйся… Нечего разводить тут свинарник. − Дерек быстро подтер расплесканное молоко.

Ощущая себя на удивление щедрым, он открыл банку с тунцом и выложил часть ее содержимого в опустевшую миску.

− Но на этом все, мистер. Доешь − и до свидания.

− Мяу…

Котенок прикончил тунца и был транспортирован к задней двери. Держа его в руках, Дерек вышел на крыльцо и снова посмотрел на Холли, напевавшую дочке колыбельную. У нее был приятный голос, и Дерек застыл, будто завороженный. Малышка уснула, и Дерек подумал, что невозможно отрицать обаяние молодой мамы. Это было похоже на видение − она с дочкой на руках… Он вспомнил статую Мадонны из католической церкви.

− Мяу!

Необычно громкое «мяу».

− О’кей. Перелет окончен.

Дерек опустил зверька на землю и плотно закрыл дверь. «Кошмар, − недовольно подумал он, − сначала терять голову из-за женщины, а потом… и до кошачьих нежностей недалеко».

На следующее утро, одеваясь, Дерек похвалил себя за выдержку, ведь он не вспоминал ни о соседке, ни о котенке с тех пор, как выгнал последнего.

− Кажется, все в порядке, − пробормотал он, распихивая по карманам джинсов бумажник, ключи, бандану и кучу прочих необходимых мелочей.

Дерек уже выходил из парадной двери, когда вчерашний гость бросился на его ногу, возникнув буквально ниоткуда. «Неужели он ждал меня всю ночь?» − задумался Дерек.

Он сошел с крыльца, держа котенка на руках, и, глядя назойливому пришельцу в зеленые глаза, проговорил:

− Слушай, это была наша последняя встреча.

− Мяу!

− Нет. Ничего личного, просто я не кошатник. Ты еще не кошка, собственно, но все впереди. Я вот советую тебе заглянуть к моей соседке. Думаю, ты ей понравишься.

− Доброе утро!

Дерек взглянул на газон и увидел Холли, одетую в белый легкий халатик и, разумеется, с дочерью на руках. Она шла к почтовому ящику, и ему показалось, что даже богиня не была бы столь хороша собой.

− Доброе утро. − Он все еще держал котенка.

− Ой, какой милый!.. Это ваш? − Глаза Холли засветились особенным мягким светом. Дерек знал, что такие взгляды достаются только маленьким детям и пушистым зверькам вроде этого нахала − а мужчинам даже надеяться не на что.

Он замялся:

− Да, собственно… мой, но… почему бы нам не перейти на «ты»?

Дерек подошел к ней.

− Какая прелесть! − Рука Холли сама потянулась к пушистой шерстке. − А как его зовут?

− Ну… я просто зову его «Эй ты»…

Дерек почувствовал, что состояние, мучившее его накануне вечером, возвращается.

− Даже котенок заслуживает имени лучшего, чем это.

− Тогда помоги мне как-нибудь назвать его!

Боже мой, что он делает?! У нее же ребенок!.. Но как она выглядит, черт возьми! Это все котенок виноват!

− Тогда почему бы тебе не зайти ко мне на чашечку кофе? Там и придумаем что-нибудь.

Глава 3

Дерек хотел было что-то соврать насчет того, что он, мол, страшно опаздывает, но вместо этого согласился.

«Я не схожу с ума, просто надо же взбодриться перед работой. Вот посмотрю на Эмили, и все пройдет. А вполне может быть, и сплавлю учительнице эту кошку…» Он шагал с котенком на руках за Холли в ее дом.

Войдя, она посадила дочь в коляску.

− Садись, я сейчас принесу кофе. − Холли вышла из столовой.

− Г-у-у-ууу!.. − Прозрачные голубые глаза Эми не давали Дереку покоя. Малютка, видимо, прекрасно знала, кто он такой и что ему здесь нужно, просто пока не могла рассказать об этом своей мамочке. К счастью, ее больше привлекал котенок. Эми явно хотела его потрогать, но не дотягивалась.

«Кошмар! Как я дошел до такой жизни?» Дерек уставился на ребенка и зверька.

− Эмили здоровается! − Голос Холли донесся из кухни. Дерек почувствовал себя окончательным идиотом.

− Привет, Эм!

Ну как можно разговаривать с тем, кто тебя совершенно не понимает? Он поднял глаза и увидел Холли, входившую в столовую с подносом. Она была прекрасна. Кожа белее снега, глаза чисты и прозрачны, волосы свободно падали на плечи − во всей фигуре было что-то настолько свободное, такая естественная, привлекающая грациозность, что с трудом можно было вообразить ее школьной учительницей. Она села за стол и поставила перед Дереком чашку кофе.

− Спасибо, − улыбнулся он.

− Не за что. Так как мы его назовем? Кстати, это он или она? Дай-ка мне его…

− Мяу! − Котенок пытался сопротивляться.

− Не знаю, если честно… − Дерек почувствовал, что отчаянно краснеет.

− Не знаешь? − удивилась Холли.

− Ну… я не смотрел…

− Сейчас проверим.

«Так, Кэссиди, аплодисменты. Ты потрясающий кретин».

Холли протянула руки к Дереку, чтобы взять котенка. Пряди ее светлых волос чуть коснулись его лица, близость ее тела вызвала такое сердцебиение, какого он никогда прежде не испытывал. Дотронувшись до ее рук, он осторожно отдал ей пушистый шарик.

− Ты знаешь, я думаю, совсем нетрудно будет его назвать… ну там, Пушок, Зайчик − что-то в этом роде.

Дереку предложение не понравилось. Если у него и будет домашнее животное, то имя он подберет помужественнее…

− А есть еще какие-нибудь варианты?

− Ну, − Холли погладила котенка по голове, − надо выяснить, мальчик это или девочка… Это мальчик! − Она улыбнулась, как ветеринар из телепрограммы про домашних любимцев.

− Мяу!

− Дерек, он соглашается!

− Придумай в таком случае какую-нибудь мальчишескую кличку.

− Нет уж, сам придумывай. В конце концов, я бы, например, никому не позволила изобретать имя для Эмили.

− Но это же котенок…

− Но он твой! У меня есть книжка «Как назвать ребенка» − можешь ею воспользоваться.

Дерек подавил смешок.

− Спасибо, не надо. Я придумаю что-нибудь самостоятельно.

− Кстати, сколько времени он у тебя?

− Хм… со вчерашнего вечера.

− Как это?

− Ну… он появился у меня под дверью…

− Просто взял и пришел?

− Ну да! Он прибежал и не хотел уходить. Холли улыбнулась.

− Да он, по-моему, грязный.

− Мяу!!

− Не ори, приятель. Мы и сами не слепые…

− Не ругай его, он и правда грязный.

Дерек увидел отпечатки лап на своей белой футболке. Холли была права.

− И он, по-моему, белый.

− Давай его обратно, а то испачкаешься.

− Да все в порядке.

− Нет, правда. Давай.

− Мяу?

− Да, сэр. Будете сидеть у меня.

Когда Дерек забирал котенка, его рука случайно коснулась груди Холли. Он покраснел до корней волос, отдернул руку и исподтишка глянул на девушку. Вторая попытка тоже не увенчалась успехом. На этот раз Дерек ощутил реакцию в своих штанах. Наконец Холли протянула ему котенка, и тот все-таки перебрался к хозяину.

«Какой я идиот! С самого утра чувствую себя идиотом. Надеюсь, я не смутил ее окончательно…»

Дерек с надеждой посмотрел на Холли. Ему показалось, что еще не все потеряно − может, она смеется потихоньку… и, к его несказанному удовольствию, через минуту они уже хохотали над взаимной неловкостью. Отдышавшись, Дерек лукаво спросил:

− Я думал, ты пригласила меня выбрать имя этому разбойнику, − в его голосе зазвучали игривые нотки, − а вместо этого ты навязываешь мне книжку с именами и собираешься оставить меня наедине с этим заданием… И это называется помощью?

Холли покраснела, но на этот раз Дереку понравилось ее смущение.

− А может быть, я пригласила тебя не только для этого.

− Н-да…

Он посмотрел в ее зеленые глаза, подобие электрического разряда пронзило воздух между ними.

− А для чего же?

− Хм, ты поверишь, если я скажу, что что-то сломалось и?..

− Нет, − мягко возразил он.

− Тогда… возможно, я просто хотела еще раз тебя увидеть.

Дерек, конечно, не ожидал такого откровенного ответа. Слегка шокированный, он, однако, не опускал глаз.

− Я рад.

− Да?

− Да, потому что я тоже хотел тебя видеть.

Она улыбнулась, как тогда, когда он впервые увидел ее возящейся с машиной. Что-то в этой улыбке сводило его с ума, и сейчас Дерек чувствовал, что сумасшествие продолжается.

− Давай поужинаем сегодня где-нибудь.

Холли грустно вздохнула, и Дерек испуганно подумал, что зашел слишком далеко.

− Дерек, я бы с удовольствием, но я не могу.

− А завтра?

− Я боюсь, все не так просто.

− Но почему?.. В смысле − это слишком рано?..

− Что − рано?

− Ну… мы же только познакомились…

− Нет. Дело в Эмили. Оставляю ее на целый день… ну нехорошо ведь будет, если и вечером…

− А… − Он напрасно пытался скрыть свое разочарование.

«Черт, веду себя как подросток»!

− Я понимаю, тебе, наверное, трудно это представить, но ребенок − это все, что у меня есть, так что я забочусь о ней больше, чем о самой себе.

− Понятно.

Дерек чувствовал себя обманутым. «Сначала она заявляет, что хочет меня видеть, а потом оказывается, что у нее нет времени». А если это был тест, который он не прошел… Дерек решил ретироваться:

− Ну ладно, мне пора. Спасибо за кофе.

− Подожди.

− Что? − Дерек видел, как Холли борется со смущением.

− Мы… мы можем поужинать во дворе… Ну, сделать гамбургеры…

Ох, вот он, долгожданный успех! Дерек посмотрел на Эмили, надеясь, что Холли не заметит этого.

− Хорошо. Сегодня? Девушка кивнула.

− В семь будет удобно?

Она опять кивнула, и он не смог сдержать улыбки. Он вообще не мог больше держать себя в рамках. Есть ли ребенок, нет ли его, кажется, Дерек сегодня ужинает вместе с Холли Блэйк.

Холли примчалась в спальню с Эмили на руках. Она положила дочь на кровать и чуть не запрыгала от радости. Она сегодня ужинает с Дереком!

− У-а-а…

− Да, зайка. Все просто отлично!

Через минуту она уже стояла под душем, который обычно не слишком хорошо воспринимался ее еще сонной кожей. Но на этот раз Холли чувствовала себя удивительно свежей и готовой. Да, готовой!

Вытираясь, она вспомнила вчерашний ужин во дворе. Она тогда волновалась, потому что он не показывался! Она чувствовала, что сегодня постоянно принуждала себя − пригласить его на кофе, не смущаться и, главное, хоть чуть-чуть освободиться от оков «идеальной матери».

«Нет, стой. То, что он пару раз случайно коснулся тебя, вовсе не означает, что ты нужна ему так же сильно, как он тебе!» Холли вздохнула, оборачиваясь мягким полотенцем.

Случайно или нет, нуждался он в ней или нет, но он разбудил то пламя, которое когда-то уже горело; это было давно, еще до колледжа, до замужества, до того, что называют «взрослой жизнью». Как странно! Холли безумно радовалась, что они вместе смеялись над случайными прикосновениями. Но ее полностью занимали воспоминания об этих мягких, но сильных руках. Неужели возможно быть взрослой и так себя чувствовать?..

Вернувшись в спальню, она посмотрела на дочь. Та, кажется, хитро улыбалась. Переодев Эмили, Холли начала собираться на работу. Из-за утренней встречи с Дереком она опаздывала, приходилось торопиться. Тем не менее было над чем призадуматься.

Холли понимала, что после смерти мужа впервые отважилась назначить кому-то свидание. И было очевидно, что это случилось совершенно непроизвольно. Но не слишком ли рано? И разве хорошо общаться с парнем, который, похоже, может полностью управлять ею одним взглядом. Она ведь пытается привести свою жизнь в порядок, а это все только усложнит ситуацию…

Застегивая платье, Холли чувствовала себя совсем запутавшейся. Эмили наблюдала за ней, не отрываясь. Холли улыбнулась.

«Да, в самом деле, то, что касается меня, касается и Эмили. И все решения я принимаю за двоих. Я никогда не поставлю свои интересы выше интересов моей девочки. Хорошо ли любить кого-то другого, кроме ее бедного отца?» − Девушка вздохнула. Если бы решения принимались так просто! Но для того, чтобы решиться, надо все тщательно взвесить. Вечером она именно этим и займется.

Дерек переоделся в новые синие джинсы и темно-зеленую футболку. Стоя в ванной и глядя в зеркало, он подумал, что неплохо было бы постричься. Дерек не так часто стригся и совсем редко думал о своей прическе, но сегодня хотел быть «хорошим мальчиком».

− Я и есть хороший парень, − обратился он ко все еще безымянному котенку, − в конце концов, я тебя приютил. Или я это сделал, поддавшись вражескому влиянию?

Насколько Дерек помнил, он ни разу не изменял своего поведения в угоду женщине.

«И я не понимаю, зачем мне теперь надо что-либо менять. Просто я не так консервативен, как эта молоденькая учительница, вот и все. Хотя следить за своим внешним видом и заботиться о прическе не так уж плохо!»

− Я хороший парень, − сказал он зеркалу. − Интересно, встречалась ли она с кем-нибудь до меня (кроме мужа, разумеется)? А что бы она сказала, увидев моего папашу? Ладно, я бы тоже не обрадовался. Так что я хороший парень.

− Мяу! − строптиво возразил котенок.

Черт возьми, что он будет делать за ужином? Производить впечатление? Не притворяться же в самом деле радостным претендентом в отчимы Эмили!

«Можно, конечно, и постричься, и одеться получше, но ведь это не изменит моей сути…»

− И не воображай, что я стану кошатником, − заявил Дерек котенку. Он посмотрел на часы − только половина седьмого, предстояло ждать еще полчаса. Не следовало появляться так рано − он не хотел, чтобы Холли восприняла всю эту интрижку слишком серьезно. Какой бы богиней она ни была!

Он уставился на серого зверька. Не мешало бы его вымыть. Конечно, это не так волновало Дерека, как уборка дома или чистка одежды, но если тот зайдет в гости к соседке… в общем, он все там перемажет, как и здесь, кстати.

Дерек сграбастал котенка и стал его отряхивать. Нельзя сказать, что это была приятная процедура для них обоих, но она принесла свои плоды.

«Да где же он жил, в пещере, что ли?»

Затем котенок, преисполненный наихудших опасений, был усажен на тумбочку для грязного белья. Дерек налил в тазик теплой воды и попытался усадить туда несчастное животное…

«Боже мой, меня еще в жизни никто так не царапал!»

− Да что с тобой, наконец?! Я все равно тебя вымою!

После нескольких минут знакомства со щеткой и мылом котенок наконец угомонился. Но во время вторичного мытья Дереку показалось, что третья мировая уже началась, и не где-нибудь, а в его ванной. После этого все кончилось. Котенок был вытерт, отпущен и, судя по всему, отправился на поиски более безопасного места.

− Слушай, − крикнул Дерек ему в спину, − а ты действительно белый!

Холли посмотрелась в зеркало. Шорты и летний топ персикового цвета были то, что надо, они полностью сгладили все «учительские» черты в ее внешности. В довершение всего девушка сняла с волос резинку, которую носила сегодня в школе, и расчесала прекрасные волосы. После этого она посмотрела на Эмили. Той было жарко в кофточке и штанишках, так что мать переодела ее в какое-то подобие комбинезона.

− Посмотри, какая ты у нас красивая. − Холли поднесла ее к зеркалу. Эмили не узнала себя и потянулась ручками к незнакомой девочке за стеклом. Ткнулась ладошками в стекло и озадаченно обернулась к маме, явно собираясь разреветься от недоумения.

− Это зеркало, малышка. Просто зеркало. У тебя все еще впереди: ты вырастешь большой и красивой девочкой, вот тогда-то я тебя от него не оттащу…

− А-а-а… − протянула Эмили, раздумав плакать.

Когда через несколько минут прозвенел дверной колокольчик, молодая мама встретила Дерека с дочерью на руках. Холли была поражена тем, насколько неожиданное впечатление может произвести ее симпатичный сосед. Тогда, в первый раз, он, перемазанный машинным маслом и бензином, ассоциировался у нее с жарким летним полднем. Теперь же свет его карих глаз говорил о мягком тепле, какое бывает, когда лето медленно переходит в осень.

− Привет. − Она распахнула перед ним дверь. Дерек улыбнулся:

− Привет.

− Агу!

− Поздоровайся с Эми…

− Здравствуйте, очаровательная леди… Вы сегодня чудесно выглядите. − Дерек поднял глаза на маму крошки и галантно добавил: − Вы обе, разумеется.

На секунду Холли задумалась. Как это странно: только она захотела видеть этого мужчину здесь, у себя дома, этим же вечером он пришел…

Она точно знала одно: ласковое тепло, тот жар, который было так приятно ощущать в себе, исходил от него − от Дерека Кэссиди.

− Я надеюсь, ты любишь бифштекс?

− Обожаю.

− А с электрогрилем как управляешься?

− Намного лучше, чем с плитой, я ведь живу один. Тебе нужна помощь? Принести что-нибудь? У тебя-то руки пока заняты. − Он улыбнулся, глядя, как Эмили уткнулась в плечо матери.

− Ну… там в холодильнике коктейли, чай со льдом и пиво. Возьми себе что хочешь, а я бы выпила чаю.

Дерек вытащил напитки, не забыв прихватить пару стаканов с кухонной полки, и вышел во внутренний дворик, где Холли уже ждала его. Он надеялся, что маленькая Эмили отправится спать, а у них с ее мамой завяжется непринужденный спокойный разговор, который обычно так легко переходит… да во что угодно! Но его ждало разочарование. Малютка удобно устроилась на коленях у мамы, которая аккуратно размешивала персиковое пюре в маленькой бутылочке.

− Сейчас я ее накормлю и можно будет спокойно ужинать, − сказала Холли.

− Да, − вздохнул Дерек, глядя на Эмили, − похоже, поужинать спокойно тебе редко удается.

− Почти никогда, − улыбнулась Холли, − но я не жалуюсь. Моя красавица того стоит. Правда, малышка? − Она вытерла губки Эмили мягкой салфеткой.

− Наверное, мне стоит заняться ужином, чтобы не терять времени.

Когда Дерек приготовил мясо и жареную картошку, Эмили уже была сыта. Она перепачкала персиковым пюре воротничок и рукава, но ее маму это не огорчило. Холли чувствовала себя несколько необычно − ей и в голову не могло прийти, что свидание возможно в присутствии ребенка.

«Только бы Дерек не подумал, что она с ним играет!» Но пока все шло отлично. Холли уложила дочь в коляску. У нее мелькнула мысль, что не очень хорошо так радоваться возможности поговорить с Дереком наедине, без Эмили, ведь малышка ни в чем не виновата! Но с другой стороны, все время молодая мама проводила в компании таких же мам и их детей − ровесников Эмили. Разговоры о пеленках, подгузниках, детском питании и режущихся зубках уже начали выводить Холли из себя. Сколько можно ходить по улицам с яркой коляской и улыбкой на лице − как будто на лбу у тебя написано: «Счастливая мать»! И как же хочется поговорить с кем-нибудь просто так… Не о ребенке.

«Прости, Эми»…

Холли покачала коляску, убедилась, что малышка заснула, и вернулась к Дереку.

− А я придумал имя котенку, − гордо сообщил он.

− Какое?

− Забияка.

Холли фыркнула, с трудом сдерживая смех. Одно слово − мужчина! Разве можно давать такое кошмарное имя этому крохотному пушистому существу?

− Он что-нибудь поцарапал у тебя в доме?

− Меня он поцарапал. − Дерек, ухмыльнувшись, показал последствия водных процедур на своих руках. Котенок постарался на славу: руки его нового хозяина были изодраны от запястий до локтей. Холли поморщилась и осторожно прикоснулась к одной из царапин. Дерек взглянул на нее… Просто взглянул.

Ее рука застыла на кисти Дерека, сама она не могла пошевелиться, только смотрела, неотрывно смотрела в его глаза, такие теплые, лучистые, такие близкие… Ей хотелось, чтобы он оставался рядом как можно дольше, рассказывал какую-нибудь чепуху, улыбался, протягивал ей руки… Царапины, оставленные котенком на этих руках, она готова была покрыть поцелуями.

Дерек отвел взгляд первым. Холли вздрогнула и убрала руки за спину.

«Боже мой, как я хочу этого мужчину… Я даже сама не представляла, насколько сильно».

В глазах Дерека появилось выражение, которое было трудно истолковать неправильно, − он тоже страстно желал ее. Он шагнул к ней, она не отстранила его… и в тот же миг Эмили заявила о своем присутствии громким требовательным плачем.

Глава 4

«Разумеется, в самый ответственный момент! По-другому просто не могло быть, парень… Тебе не везет сегодня», − с досадой подумал Дерек.

− У-а-а! У-а-а-а!!! − Эмили ревела так, что впору было затыкать уши.

Холли бросилась к коляске и подхватила дочь на руки.

− Ну что, ну что с нами случилось? − приговаривала она, укачивая малышку. − Нам приснилось что-то плохое? Тише-тише-тише, мама с тобой, моя хорошая, мамочка рядом…

− У-а-а-а-а!!

− Т-с-с-с, тихо-тихо, все хорошо…

Дерек подумал, что крошка Эмили наверняка понимает намного больше, чем показывает. Неужели она нарочно дождалась момента, когда ее мама готова была оказаться в объятиях соседа? Впрочем, ничего удивительного: малышке ни с кем не хочется делить мамино внимание. «Так устроены люди, − философствовал Дерек, наблюдая, как Холли укачивает вопящую Эмили, − ревность знакома им с самого рождения… А ведь сложно не залюбоваться, глядя на них! Как же у нее сияют глаза, когда она смотрит на Эмили… Интересно, будет ли она и на меня смотреть подобным образом? Боже, неужели я тоже ревную?.. И чем тогда, скажите на милость, я отличаюсь от этого крохотного чудовища?»

− По-моему, кошки не бросаются на людей просто так. − Холли уже вернулась за стол. − За что он так тебя поцарапал?

− Мы с тобой… − Дерек почувствовал, что от слов «мы с тобой» у него непривычно замирает сердце, − заметили утром, что он грязный, вот я и решил его искупать.

Холли прыснула.

− Да, искупать, − повторил Дерек, − и не вижу в этом ничего смешного.

− У тебя раньше не было кошек?

− Не было. − Он смутился. − А что? Он же был грязный!

− Дерек, кошки терпеть не могут воду.

− Да? − Он смутился еще больше. − Ну, вот это я сегодня и выяснил.

Холли снова улыбнулась:

− Как ты его назвал? Забияка? Хм… по-моему, очень милое имя для кота.

− Правда? − Дереку почудилась насмешка в ее голосе. Она кивнула, продолжая улыбаться. Дерек посмотрел ей в глаза. «Она смеется надо мной… Но, Господи, какая же она красивая! Что будет, если я ее поцелую?..»

Из приоткрытой двери послышался телефонный звонок.

− Я сейчас. − Холли вскочила и бросилась к телефону.

Дерек вздохнул. Он уже понял, что попался на крючок, как бы глупо это ни выглядело со стороны. Дело было даже не в том, что ему хотелось затащить в постель хорошенькую соседку. Все, что делала Холли Блэйк, − ее движения и улыбка, − выглядело для него верхом совершенства, и даже звук ее голоса, в общем-то обыкновенного, казался ему удивительно мелодичным. Полчаса назад Дерек лишь рассердился на досадную помеху, когда Эми разревелась в самый неподходящий момент, но теперь осознал, что был тронут возней Холли с ребенком. Мать и дочь − что может быть естественнее… И прекраснее, разумеется!

«Я что, с ума сошел? Быть отцом чужому ребенку! Нет, как бы женщина ни была привлекательна, Дерек Кэссиди на это не пойдет…»

Холли взяла телефонную трубку в коридоре.

− Алло, слушаю вас.

− Холли, это мама…

− Привет, ма. − Холли показалось, что голос на другом конце провода слегка дрожит. − У тебя что-то случилось?

− Да нет, ничего особенного… Я просто… Холли вздрогнула. Ей стало не по себе.

− Мама?

В трубке послышался вздох, и мать начала объяснять:

− Понимаешь, у меня что-то болит в груди, но я не знаю…

− Ты набирала 911?

− Нет… А вдруг со мной все в порядке, и они посчитают меня…

− Звони туда немедленно! Или хочешь, я их вызову?

− Подожди. Может, ничего серьезного нет, а мы людей побеспокоим…

− Им за это платят. У них работа такая − беспокоиться.

− Но…

− Никаких «но», мама! Вызывай врачей, а я сейчас к тебе приеду.

− Ну ладно… − Как показалось Холли, мать вздохнула с облегчением.

− Давай держись. Через десять минут буду.

− Ну а если это не сердце? Мне говорили, что так бывает, когда…

− Вот там и увидим. Жди. − Холли повесила трубку и схватилась за голову. Ее мать была самой обыкновенной женщиной − до тех пор, пока не нужно было просить кого-то о помощи. Даже в магазинах она обращалась к продавцам со словами: «Извините, не могли бы вы…» Что же, оставалось надеяться, что все будет хорошо… взять себя в руки и ехать как можно скорее.

Дерека испугало встревоженное лицо Холли, когда она вышла из дома.

− Извини, − ее голос дрожал, − но нам придется отложить ужин.

− Что случилось? − Он поднялся с плетеного стула.

− Звонила моя мать, у нее боли в груди. «Скорую» она не стала беспокоить − может, ничего серьезного, но я заставила ее вызвать врача. Сейчас я поеду туда и, если потребуется, повезу ее в больницу. − Она замолчала, размышляя, что нужно с собой захватить. − Так… пожалуй, свитер для Эмили, памперсы, йогурт… ох, Эмили!

− Агу? − Эми, сообразившая, что все вокруг отчего-то волнуются и суетятся, начала шлепать ладошками по столу.

Холли вытерла сок, опрокинутый девочкой, и оттащила коляску подальше от стола.

− Будь умницей, Эми, не балуйся. Нам с тобой придется съездить к бабушке…

Дерек чувствовал себя совершенно бесполезным. Кажется, он ничем не мог помочь своей соседке…

− Если тебе не сложно, накрой чем-нибудь эти тарелки, я пока одену Эми. − Холли нахмурилась, и Дерек увидел, какое усталое и печальное у нее лицо.

− Послушай… я, наверное, мог бы посидеть с ней… − Он сам не верил, что произнес это.

− Спасибо… но я не думаю, что это удачная мысль.

Дерек тоже так не думал, но видеть перепуганную Холли было выше его сил. Когда-то ему пришлось провести несколько дней рядом с умирающей тетушкой, и с тех пор любые проблемы, связанные со здоровьем старших родственников, он принимал близко к сердцу.

− Ты ведь не знаешь, сколько там пробудешь. А если вы поедете в больницу?.. Представляешь, что устроит это чудовище, если решит, что ты не уделила ей достаточно внимания? − Дерек осекся, ожидая, что Холли бросится защищать дочь. Но та лишь согласно кивнула, и он продолжил: − В любом случае я думаю, что Эмили лучше остаться дома.

− Ну…

− Ты хочешь сказать, что совсем не знаешь меня? − Он угадал мысли Холли, и это заставило ее покраснеть до корней волос. − Но я же твой сосед. Ты знаешь, где я живу, и я уже говорил тебе, что не кусаюсь… Эмили, кажется, хочет спать, а ты собираешься везти ее с собой.

Маленькая Эми тихонько захныкала. Холли представила себе, что ей придется успокаивать дочь, ревущую во весь голос в коридоре больницы, под укоризненными взглядами медсестер…

− Вот видишь, она не хочет ехать.

Холли, задумавшись, прикусила губу. Все, что говорил Дерек, казалось вполне разумным. Зачем тащить Эмили с собой? Никакой пользы от этого не будет, девочке и в самом деле пора спать…

− Но я же не знаю, когда вернусь…

− Какая разница? Все будет в порядке. Правда, Эми? − Дерек улыбнулся малышке, и она протянула к нему ручонки. Похоже, новый знакомый мамы ей нравился. Холли вздохнула… и сдалась.

− Все нужные телефоны в записной книжке на холодильнике: мамин, детского доктора…

− Хорошо.

− Я позвоню, как только смогу.

Конечно, Холли, беспокоилась за Эмили. Но ей казалось, что они с Дереком знакомы так давно, что ему можно доверять. Переодевшись и взяв сумку, она увидела, что Эми уже уснула на руках Дерека. Он выглядел несколько растерянным, но ни в коем случае не разочарованным. Холли решила, что была права, − этот мужчина заслуживал доверия. Она показала Дереку, как удобнее держать девочку, чтобы та не проснулась… и неожиданно для себя поцеловала его в щеку.

− Спасибо, спасибо тебе огромное!

− Ну что ты… Совсем не за что.

Дерек слышал, как хлопнула парадная дверь и отъехала машина. Эмили спала, причмокивая во сне. По-видимому, на руках у дяди ей было очень уютно.

«Мои поздравления, Кэссиди… Браво, ты у нас теперь нянька».

В растерянности Дерек начал ходить кругами по поляне возле дома, стараясь не причинять неудобства малышке. Во сне она не доставляла особого беспокойства, но что будет, когда эта крошка проснется? Дерек уже слышал, как плачет недовольная Эми, и теперь решал, с чем вернее будет сравнить этот звук: с пожарной сиреной или утренним воплем будильника. Через несколько минут он осторожно уложил девочку в коляску… и она тут же открыла глаза, а затем и ротик.

Первой мыслью Дерека было зажать уши, и как можно крепче. Но Эмили моргнула и сказала:

− А-а-а? − В ее интонации отчетливо слышался вопрос.

− Мы с тобой уже знакомы, Эми, − сказал Дерек, покачивая коляску.

Эми ничего не ответила и продолжала рассматривать его. По крайней мере, она не собиралась реветь…

«Интересно, что эта кроха думает, глядя на меня? И когда она начнет орать, сообразив, что матери рядом нет? А мне что делать в таком случае?»

− Так… Эмили. Ничего страшного, я временно замещаю маму. Мама скоро вернется, честное слово, только не надо плакать.

− А-а. − Эмили заулыбалась.

Дерек решил не продолжать диалог. Но потом он вспомнил, что два последних дня разговаривал с котенком, и ему чуть не стало дурно.

«Отлично, остается только наняться в штат приходящих нянек».

Он посмотрел на остатки ужина. «Может, прибраться здесь? А ребенок? Если она будет в коляске, я смогу отлучиться на кухню? Черт… Здорово. Ну и как я вообще влип в эту историю?»

Дерек ругался про себя, утверждая, что никогда в жизни больше не подойдет к Холли Блэйк и ее дочери ближе чем на милю… В то же время было чертовски приятно, что Холли доверяет ему. Приятно настолько, что Дерек решил сделать все, чтобы не подвести ее.

Он не спеша собрал посуду со стола и собрался нести на кухню. Эмили завозилась в коляске, издавая какие-то звуки. Похоже, ей тоже хотелось в дом. Дерек вздохнул, поставил посуду обратно на стол, поднял на руки коляску вместе с Эми и осторожно, почти не дыша, вошел в дверь. Оставив коляску в гостиной, он вернулся за посудой. Через полчаса на кухне и во дворе дома царил полный порядок. Эми никак не проявляла себя; Дерек даже подумал, что она заснула, но, вернувшись в гостиную, встретил ее внимательный взгляд.

«Так, ну а сейчас мне что делать? Вот так стоять и играть в гляделки?»

Эмили нахмурилась.

− А-а-а… − Она прикрыла глаза и наморщила нос. Личико у нее стало недовольным и расстроенным.

− Господи… что такое?

− У-а-а-а-а… − Эмили начала реветь.

Дерек заметался по комнате, хватаясь то за детскую бутылочку, то за яркую погремушку в форме зайца.

− У-а-а-а! У-а-а-а-а-а!! У-а-а-а-а-а!!! − Началось то, чего Дерек так боялся. Трудно было назвать это плачем. Глазки маленькой Эми оставались сухими, но эти вопли… Казалось, она была на что-то страшно рассержена, и теперь вопила так, что ее крики, наверное, слышали в соседнем штате.

«Что подумают соседи? Сейчас какой-нибудь идиот решит, что я избиваю ребенка, и вызовет полицию… Что я скажу Холли?»

Дерек попытался вспомнить, как справлялась в таких случаях мама девочки. Подхватив Эмили на руки, он начал баюкать ее.

− У-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!!

− Нет, это совершенно невозможно. − Он положил девочку обратно. − Я же не знаю, чего ты хочешь! На, вот тебе погремушка. Смотри, какая забавная…

− У-а-а-а!..

Ребенок постепенно успокоился и закрыл глаза. Но как только Дерек успокоился и отвернулся, стараясь не шуметь, все началось сначала:

− У-а-а-а! У-а-а-а!!

Дерек почувствовал, как по спине стекает струйка холодного пота. Он не знал, что делать, и это пугало его больше всего.

«Может быть, она заболела? Наверное, нужно вызвать доктора… Но с другой стороны, она не плачет, а просто сердится и орет на меня… Господи, это ж надо иметь такую глотку? Наверное, вырастет оперной певицей…»

− А-а-а!!!

Дереку показалось, что в комнате появился запах, которого раньше не было. Он принюхался и хлопнул себя по лбу.

− Господи, так вот в чем дело! А я-то испугался! Черт побери, и ни одной женщины поблизости… − Он отошел в сторону, зажимая нос, но тут же вернулся к Эми. − Но я обещал твоей мамочке, что все будет в порядке… Ох, будь оно неладно!

− А-а-а!!!

Набрав в легкие побольше воздуха и задержав дыхание, он взял Эмили на руки.

«Кэссиди, ты должен. Просто пойди и проверь. Ты сам предложил Холли посидеть с этим чудовищем, так что расхлебывай. Ты должен найти детскую, вытащить Эми из этих пеленок и сделать все, что необходимо».

− Так, Эми, давай-ка положим тебя на кроватку… Здесь должны быть какие-то салфетки, пеленки или памперсы, так ведь? − Дерек обнаружил все это в шкафчике, разрисованном героями диснеевских мультиков.

− Очень хорошо. Леди, как с вас это снять?

− А-а-а!!!

− Да… толку от вас, леди… вот эту пуговку… да, и этот крючок. Вот так.

Раздев малышку, Дерек подумал, что это не так сложно, как ему сначала показалось. Снять комбинезон и кофточку оказалось легко, но, вытащив Эми из подгузника, он чуть не выругался и подался назад, задержав дыхание.

«Вот черт! И что, она каждый раз так? Интересно, в каком возрасте ребенок начинает ходить на горшок? И как Холли умудряется проделывать все это несколько раз в день?»

Дерек взял с полки салфетки и чистую пеленку.

«Ну вот… Если не смотреть, то все не так уж страшно… Кажется, нам понадобится еще одна салфетка… Все. Будем считать, что я это вытер…»

Кончиками пальцев он выбросил все использованное в мусорную корзину и кинулся мыть руки. Вернувшись, Дерек без особых усилий надел на Эмили чистый подгузник, натянул кофточку и комбинезон.

− Вот видишь, Эми, из меня получается неплохая няня. Если потеряю работу, дам объявление в местной газете… А мои бывшие сослуживцы будут приходить и подглядывать в окна, как Дерек Кэссиди пеленает детей. Кошмар, правда?

Эми вцепилась в его руку крохотными пальчиками и что-то залепетала.

− У нас все в порядке? − спросил Дерек, подхватывая малышку на руки. − Тогда пойдем в гостиную.

Унося ребенка из детской, Дерек чувствовал себя вымотанным куда больше, чем после рабочего дня на стройке. «Хорошенькое получилось свидание, − думал он с досадой, − чтобы я еще раз… Нет уж! Но бедная Холли, наверное, уже в больнице, и кто знает, что случилось с ее мамой… А ведь ты эгоист, Кэссиди…» Он устроился на диване и посадил Эмили к себе на колени.

− Теперь у нас все хорошо, правда, Эми? − спросил он, заглядывая ей в глазки. − Мы не будем больше плакать?

− А-гу… − Малышка заулыбалась.

− Вижу, что не будем… Ох, Эмили, какая ты хорошая… когда не ревешь во все горло!

Эмили смотрела на Дерека с интересом. Большой дядя разговаривал с ней ласково, почти как мама, и она улыбалась ему в ответ. Потом Эми крепко схватила его за руку своей мягкой теплой ручкой. Дерек осторожно провел пальцем по тыльной стороне ее ладошки.

− Какая у тебя маленькая ручка, Эми… С ума можно сойти, такими когда-то были все люди…

Холли припарковала машину у ограды своего дома. Одной заботой стало меньше. «Так, теперь осталось только спасти Дерека от Эмили, − устало подумала она. − Он, наверное, больше никогда…»

Она дважды звонила Дереку от матери, и он дважды ее успокаивал. Но Холли все равно мчалась домой на сумасшедшей скорости − ей повезло, что на перекрестках вечерних дорог не оказалось ни одного полисмена. Она надеялась, что не произошло ничего страшного, ведь ее не было всего три часа, и одновременно сочувствовала Дереку.

Ему ни разу не приходилось сидеть с детьми, тем более с такими маленькими.

Распахнув дверь, она увидела самую мирную и трогательную картину, которую только можно было вообразить.

В гостиной горел свет. Дерек задремал на диване, а Эмили крепко уснула у него на руках. Холли улыбнулась, и тут же Дерек открыл глаза.

Осторожно, чтобы не потревожить ребенка, он сел. Холли тихонько устроилась рядом.

− Ну, что там с твоей матушкой? − прошептал Дерек.

− Надеюсь, что ничего серьезного. Боли прошли, я дала ей снотворное, но завтра приедет врач.

− Хорошо.

− А как у вас дела?

Дерек, казалось, немного смутился, но тут же рассмеялся:

− Ох, Холли, видела бы ты меня, когда я менял пеленки! По-моему, меня стоит наградить орденом за мужество!

Холли покраснела.

− Прости меня, пожалуйста… Я не подумала. Наверное, надо было позвонить кому-нибудь из соседок…

− Да все нормально, − гордо ответил Дерек, − я во всем разобрался. Только не понял, что надевать сначала, комбинезон или кофточку.

Холли взглянула на дочь.

− По-моему, все правильно. Я отнесу ее в постель. Ты не против?

Дерек пожал плечами. Холли забрала у него малышку и отправилась в детскую.

«Может, он злится? − думала она по дороге, − Такого обычно не бывает на первом свидании… Ладно. Ожиданий мистера Кэссиди я не оправдала… А там будет видно». Она положила дочь в постель и укрыла мягким одеялом.

− Спокойной ночи, малышка…

Потом Холли вернулась к Дереку. Он все еще сидел на диване в гостиной. Как ни странно, история с пеленками только прибавила Дереку привлекательности в ее глазах. Холли знала несколько молодых семей, в которых ребенком занималась только мать. Папочки же счастливых младенцев, оказавшись в подобной ситуации, убегали с зажатыми носами, предоставив все заботы своим супругам. А Дерек целый вечер возился с чужим ребенком, но не рассердился… кажется. Сердце Холли забилось быстрее. Три часа назад она не знала, как относится к Дереку. По крайней мере, не было подходящих слов в человеческом языке, чтобы описать те странные и противоречивые чувства, которые она испытывала к нему. Теперь она точно знала, как называется одно из этих чувств − уважение.

− Дерек, ты представить не можешь, как меня выручил… − начала Холли.

− Все в порядке, − улыбнулся он.

− …и как мне неудобно, − закончила она, опустив голову и не глядя на него.

− Все в порядке, − повторил он, осторожно приподнимая ее подбородок двумя пальцами и заглядывая в глаза.

Холли застыла, не в силах даже пошевелиться.

«Как же я его хочу! Ну почему, почему все так нелепо получилось?»

Она вздохнула. На дворе была ночь, а Дереку наверняка придется рано ехать на работу. Пора было прощаться.

− Мне очень жаль, что вечер так закончился. Дерек взглянул на нее исподлобья и усмехнулся.

− А почему ты решила, что он закончился? Кажется, я сделал все как надо, ничего не разбил и не перевернул кверху ногами…

− Что ты имеешь в виду? − Холли сделалась пунцовой.

− Вот это. − Его голос был мягок и спокоен. Дерек провел ладонью по ее щеке, ладонь скользнула на шею, ниже… Он привлек Холли к себе и нежно поцеловал в губы. Она закрыла глаза…

− Что, если наш вечер закончится вот так? − прошептал Дерек и еще раз прильнул к ее губам. На этот раз поцелуй длился намного дольше.

«Я сошла с ума, или мне все это снится», − подумала Холли, переводя дыхание.

− …Или еще как-нибудь? − выдохнул он.

Ее неловкость пропала без следа. Холли на самом деле хотела, чтобы вечер закончился… как-нибудь. И она была готова ко всему.

− «Как-нибудь» − это как? − Ее голос был еле слышен.

Глава 5

Сильная рука Дерека обняла Холли за плечи, полностью лишив возможности говорить, двигаться и что-либо соображать. Она чувствовала лишь жаркие волны, пробегавшие по телу, и стояла, не открывая глаз и моля Бога про себя, чтобы все это не оказалось прекрасным сном. Поцелуй заставил ее вздрогнуть, как удар электрического тока, и она слабо отвечала на него, потрясенная страстью Дерека. Казалось, время застыло, точнее, оба они − Холли и Дерек − застыли во времени, соприкоснувшись губами, телами, словно превратившись в единое существо… Когда он отстранился, тяжело переводя дыхание, Холли с трудом удержалась на ногах. Глаза Дерека говорили о желании такой силы, что ему невозможно было противостоять. Холли чувствовала одновременно и страх, и безумное притяжение к человеку, который совсем недавно был всего лишь случайным знакомым.

«С Биллом все было по-другому, − подумала она, цепляясь за эту мысль как за последнее средство сохранить рассудок. − А „не так“ − это как?» − Холли не знала ответа на свой вопрос да и не хотела искать его. Одно она знала точно: такая страсть охватила ее впервые − словно сбылись все ее мечты. Казалось, что руки Дерека знают тело Холли лучше, чем она сама, хотя чему здесь удивляться? Их тянуло друг к другу с неодолимой силой, и Холли готова была поклясться, что знает, как сделать Дереку приятное.

− Мне так нравятся твои волосы, − прошептал он, целуя Холли в шею.

От этого поцелуя было и щекотно, и невыносимо приятно. Она рассмеялась − свободно и счастливо, как в детстве. Пальцы Холли скользили по загорелой коже Дерека то сильно и уверенно, то нерешительно и слабо…

Прислонившись головой к его груди, она слышала биение его сердца, зная, что ее сердце стучит сейчас в том же сумасшедшем ритме. И это было прекрасно!

− Холли, я хочу тебя…

Дерек подхватил ее на руки и уложил на диван. Мгновение − и он оказался сверху, обнимая ее, осыпая поцелуями, нежно лаская… Холли не могла сказать ни слова, покоряясь ему, позволяя его рукам исследовать изгибы ее тела. Все происходило слишком быстро, чтобы можно было сопротивляться…

Руки Дерека коснулись ее груди, и Холли с трудом сдержала стон удовольствия. Каждое движение Дерека казалось ей признанием в любви − нет, даже больше: признанием того, что сейчас они вместе составляют единое существо и знают друг о друге все, даже то, чего не знали о себе сами. Испугавшись нового для себя чувства, Холли хотела попросить Дерека остановиться, но у нее не было сил прервать это удивительное ощущение.

«Готова? Разве я готова?»

Тем временем его пальцы уже расстегивали пуговицы на ее блузке: одна, еще одна, следующая… Холли подалась навстречу Дереку, обнимая его… и неожиданно вспомнила об Эмили.

− Нет, Дерек. − Она остановила его. − Я не могу.

− Что?

Холли вывернулась из его объятий и запахнула блузку на груди. На щеках еще горел румянец, и пальцы комкали тонкий шелк, но что-то в ее глазах неуловимо изменилось.

− Мне кажется, я не могу…

Дерек испугался. Может быть, забывшись, он сделал ей больно?

− Что случилось?

У нее задрожали губы, Холли хотелось плакать от отчаяния.

− Я просто не могу − и все!

Дерек сел рядом с ней, осторожно обнял за плечи, стараясь, чтобы это прикосновение не было похоже на предыдущие. Он был безумно зол на себя. А может быть, у Холли недавно был еще кто-то − и обидел ее или сделал ей больно… А Дерек даже не подумал об этом и бросился на нее со всей страстью, на которую был способен… «Что же делать? − растерянно спрашивал он себя. − Господи, я понятия не имею, как поступить, что сказать ей, как не испугать…»

− Не бойся, Холли. Расскажи мне, почему?

− Потому что я едва знаю тебя, потому что все происходит слишком быстро… и потому что в соседней комнате спит ребенок.

«Всего-то…» − с облегчением подумал Дерек.

− Но мы не будем шуметь…

− Дело не в этом, просто… просто…

Дерек заглянул в ее глаза, словно надеясь найти ответ, которого сама Холли не знала.

− Просто − что?

Она прикусила губу. Дерек выглядел усталым и разочарованным. Вряд ли ему захочется прийти к ней еще раз − эта мысль разрывала сердце Холли, но она ничего не могла с собой поделать.

− Я… Я не знаю. − Холли опустила глаза. Она ничего не могла объяснить. Ее тянуло к Дереку. От его взглядов и прикосновений ее бросало то в жар, то в холод, но… Дело было не в нем, а в ней. В ее привычках, воспитании, ответственности, образе жизни… В том, наконец, что сексом она занималась только с тремя мужчинами за всю свою жизнь. Двое из них были ее ровесниками − почти подростками, а третий − Билл… И уж конечно, этого не происходило на первом же свидании! Где-то в глубине души Холли до сих пор чувствовала себя шестнадцатилетней. Это никак не проявлялось в повседневной жизни, большую часть которой занимали заботы, связанные с маленькой Эмили, но сейчас ей пришлось признать: все не так просто. Холли терпеть не могла себя взрослую, она сама себе казалась занудой, но не знала, как это изменить.

− У-а-а-а-а-а! У-а-а-а-а-а-а-а!! У-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Холли кинулась в детскую, подумав на бегу, что впервые Эми заплакала вовремя. Она застегнула блузку и подхватила малышку на руки.

− Ну-ну, не плачь. Мамочки не было весь вечер, мамочка виновата, но сейчас все в порядке…

− А-а-а-а!!!

Холли расцеловала дочурку, покачала, походила с ней кругами по комнате. Плач Эми перешел в тихое сонное хныканье, и, наконец, она успокоилась и закрыла глазки. Холли поняла, что действительно чувствует себя виноватой. Вся ее жизнь проходила на глазах у Эмили, вокруг Эмили, ради Эмили. А сейчас… хватит ли у нее смелости впустить в этот круг мужчину?..

Взяв себя в руки, Холли вышла в гостиную со спящей Эмили на руках.

− Дерек… Прости меня, пожалуйста.

Дерек почти заснул за то время, что она успокаивала дочку. Он улыбнулся и пожал плечами, словно давая этим понять: «Ничего страшного, всякое случается», но Холли смотрела на него испуганно, и глаза у нее были на мокром месте. Похоже, ей нужны были его слова о том, что все в порядке.

− Не извиняйся, это я был чрезмерно настойчив.

− Нет, Дерек, ты не виноват! − Холли была совершенно искренна. Ее на самом деле тянуло к нему. Она хотела Дерека так, как еще ни одного мужчину в своей жизни. Однако, как ни смешно об этом думать, взрослая женщина Холли оказалась не так готова, как думала… И повела себя подобно глупой школьнице…

− Уже поздно, − вздохнул Дерек.

Холли кивнула. Она все еще стояла в дверях гостиной, крепко прижимая к себе Эмили. Будь на ее месте другая женщина, Дерек знал бы, что делать, но сейчас пребывал в растерянности. Поэтому он только сказал, стараясь, чтобы голос звучал как можно мягче:

− Холли… Мне пора идти.

− Да, − ответила она почти в тон ему, − тебе завтра рано вставать…

− Спокойной ночи.

Дерек направился к двери, но Холли окликнула его по имени, так что пришлось обернуться.

− Что?

− Прости меня.

«Остаться с ней, успокаивать ее всю ночь… Чтобы ближе к утру она еще раз заявила, что все прекрасно, но она еще не готова, и Эми проснется? Нет уж, увольте!»

− Не за что… И кстати, спасибо за ужин. Было очень вкусно.

− Спасибо тебе за Эмили…

Эми, потянулась к нему ручками, будто поняла, что дядя уходит. Дерек осторожно коснулся маленькой ладошки.

− Пока, Эми. Еще увидимся. Надеюсь, тебе не было скучно со мной.

− Видишь, − Холли невесело усмехнулась, − ты ей понравился…

Когда Дерек ушел, она села на диван, обняла дочку и заплакала.

Глава 6

Через пятнадцать минут после окончания рабочего дня Холли оставила машину на стоянке возле детских яслей. Это было темно-красное одноэтажное здание, окруженное подстриженными кустами, аккуратными газонами и клумбами. Обычно оно нравилось Холли, но сейчас ей показалось, что внутри должно быть сыро и холодно − может быть, оттого, что небо закрывали низкие тучи, обещавшие дождь.

«Забрать отсюда Эми! Как можно скорее!» − Она прибавила шагу.

Свернув по коридору налево в просторную комнату со светлыми стенами, Холли увидела Эмили − та лежала в маленькой деревянной кроватке с нежно-розовым бельем. Кроватки стояли в ряд, и это почему-то вызвало у Холли ассоциацию с тюрьмой. Ни идеальная чистота в комнате, ни довольный вид дочери, ни веселые рисунки на стенах и мягкие игрушки не смогли разрушить это впечатление. Мисс Кэрол, пожилая няня, походившая на добрую бабушку, конечно же, ни в чем не была виновата: просто Холли не любила оставлять дочь в яслях на восемь часов каждый день. Сегодня она чувствовала это особенно остро.

− Здравствуй, моя хорошая, − ласково сказала Холли девочке, сразу же протянувшей ручки к маме. На лице Эми появилась улыбка.

− А-а-а…

− Заинька моя, маленькая, хорошая… Мама тоже по тебе скучала, честное слово! Сейчас мы с тобой поедем отсюда. Мы поедем на машине, Эми будет весело, правда?

− Г-у-у-у.

Холли понесла ее к выходу, мимо кабинета мисс Кэрол. Обычно она заходила к ней, чтобы перемолвиться парой слов, но сейчас мечтала побыстрее уйти. Кроме того, сегодня Холли Блэйк очень спешила…

Но несмотря на спешку, она понесла Эми к детской площадке во дворе яслей. Холли чувствовала себя виноватой перед дочерью за прошлый вечер − и за то, что должно было произойти сегодня. Перед выходом она обещала себе, что обязательно проведет хотя бы полчаса наедине с Эми.

Холли расстелила на траве небольшое шерстяное покрывало, уложила на него Эмили и села рядом с ней.

Ей вспомнился вчерашний вечер.

«Как они мило выглядели вдвоем − Дерек и Эм. В жизни не видела ничего трогательнее…»

Холли очень хотела показать Дереку, что он ей безумно нравится, что для него есть время и место в ее жизни… Но ее угнетала вина перед дочерью: после восьми часов, проведенных в яслях, мама собиралась вновь оставить дочь. С точки зрения Холли, это никуда не годилось.

− Зайчик… ты сегодня побудешь с тетей Мишель. Она очень хорошая, ты ведь ее помнишь?

− Агу?

Холли не пыталась избавиться от дочки. Она впервые собиралась оставить ее со своей сестрой после работы, хотя знала, что многие знакомые ей матери со спокойной совестью оставляют детей с родственниками и няньками, иногда даже на несколько дней. Но следовало признать, что личная жизнь Холли стала тусклее и однообразнее с приходом материнства. «Возможно, нам с Эми иногда просто необходимо побыть на расстоянии друг от друга, отдохнуть», − подумала она, но эта мысль показалась ей фальшивой.

− Прости меня, Эми, − сказала она так, будто малышка могла понять ее слова, − я постараюсь не оставлять тебя. Но я ведь не мисс Кэрол, и мне не шестьдесят лет. Ты не обидишься на меня, правда, моя хорошая?

Эмили, не обращая внимания на маму, разглядывала травинку, по которой ползла разноцветная букашка, и, судя по всему, была абсолютно счастлива.

− Тете Мишель ты очень нравишься, она просто налюбоваться на тебя не может. И тебе тоже нравится у нее дома, правда? А помнишь, какой надувной слоник есть у твоего кузена Ника? Он обязательно даст тебе его подержать.

− Ня-я?

− Да, у Ника…

Но Холли так и не смогла успокоить свою совесть.

«Эми ждала меня весь день, а я приезжаю, чтобы забрать ее и снова отвезти к чужим людям. Хорошо, пусть не к чужим, к родственникам, но это я знаю Мишель с рождения, а для Эми она почти незнакомая тетя… Но с другой стороны, − это был голос другой половины Холли, который она обычно предпочитала не слышать, − с другой стороны, разве не может образцовая мамочка хоть раз позволить себе расслабиться?»

− Ты ведь отпустишь меня, правда? − Мать нежно пощекотала Эмили. − Завтра пятница, и я обещаю, что эти выходные мы проведем с тобой вместе. Честное слово! Мы будем играть и гулять целых два дня.

− А-а? − Девочка улыбнулась, отзываясь на ласковый голос матери. Неподалеку запела птица, и Эмили показала пальчиком в ту сторону, откуда доносился звук.

Холли позвонила своей сестре Мишель во время обеденного перерыва. Та недавно вернулась из Флориды, где проводила отпуск вместе со всей семьей. Холли было неловко просить сестру посидеть с ребенком, но Мишель сразу заявила, что беспокоиться не о чем − она уже успела отдохнуть и готова заниматься чем угодно. К тому же у сестры был десятимесячный сын, так что ей не привыкать возиться с маленькими детьми, а в доме имелся запас памперсов, салфеток и пеленок.

Холли даже не пришлось заезжать домой за вещами Эми, так как сестра заверила ее, что все необходимое найдется.

− Но ты уверена, что это не доставит тебе беспокойства? − в сотый раз спрашивала Холли по телефону.

− Ну что ты, я же говорила, что нет.

− Но у тебя есть Ник, за ним тоже нужно присматривать, а тут еще моя Эмили…

− Чем больше, тем лучше, − усмехнулась Мишель. − Кстати, Роб будет дома и поможет мне. Мы как раз подумываем, что для полного счастья нам не хватает девочки. Это будет прекрасной подготовкой для нас.

Оказавшись у тети, Эми тут же увлеклась игрушками. Стало ясно, что скучать она не будет − по крайней мере, до завтрашнего утра. Но несмотря на это, Мишель еле оторвала Холли от Эмили в затянувшемся процессе прощания.

− Боже мой, какая сознательная мамочка! Честное слово, все у нас будет в порядке, − говорила она, выталкивая Холли из детской.

− Обязательно звони, если что-нибудь случится.

− Хорошо-хорошо, до свидания. Развлекайся. − В глазах Мишель вдруг зажглись веселые искры. − Постой, сестрица, скажи мне, он хотя бы стоит того?

− Кто «он»? − покраснела Холли. − Я собиралась поужинать с подругой и сходить в кино.

− Как будто я не знаю твоих подруг! Вы все сумасшедшие, вот что я тебе скажу! − Мишель сделала гримасу. − «Ой, у моей Эми режутся зубки! Ах, а мой Дэни уже говорит „мама“, а моя Лина вчера три раза подряд испачкала пеленки!» Вы об этом будете говорить за ужином? Очень романтично! Прости, но верится с трудом.

− Но я действительно хочу встретиться с подругой! − Холли показалось, что она сейчас сгорит со стыда.

− Ну-ну. Встречайся, что уж там! И не вздумай звонить мне в три ночи, чтобы узнать, как Эми покушала и сколько подгузников испачкала.

Теперь Холли ехала домой. Она была благодарна сестре за ее настойчивость: если бы не характер Мишель и стремление сделать все по-своему, мама наверняка забрала бы дочку домой… И еще одно свидание, конечно, не состоялось бы. «Интересно, подойдет Эми детское питание, которое берут для Ника?»

− Хватит, − сказала Холли вслух, увеличивая скорость. − Я имею право не думать сейчас об Эмили, понятно? Я буду думать о Дереке.

Но эти мысли очень быстро расстроили ее. Холли понятия не имела, что предпринять. Было очевидно, что невозможно просто взять и позвонить: «Дерек, прости меня за вчерашний вечер, приходи, мы могли бы продолжить»…

− Думай, Холли Блэйк, думай…

Уже дома, роясь в шкафу в поисках подходящей одежды, она продолжала ломать голову над этим вопросом. На одной из вешалок Холли обнаружила черное полупрозрачное платье с умопомрачительным декольте − свадебный подарок от Мишель. Она ни разу не надела его, потому что…

− Потому что всегда была занудой, − сказала она вслух. − Самой обыкновенной занудной училкой… − Холли рассмеялась над собственным определением, чтобы не думать о том, насколько оно верно.

Платье сидело идеально − наверное, Мишель очень старалась, подбирая его. Правое плечо было открытым, левое прикрывала тоненькая серебристая полоска с ажурным черным цветком; полупрозрачный шифоновый подол спускался до щиколоток, зато у платья имелся разрез до середины бедра и широкий пояс, выгодно подчеркивавший ее тонкую талию. В отличие от многих молодых мам Холли умудрилась сохранить фигуру даже после родов, и это служило предметом зависти как со стороны подруг, так и со стороны сестры. Она постояла немного перед зеркалом, распустила волосы, перекинув вперед небольшую прядь, потом вновь собрала их и закрепила серебристой заколкой с черными стразами. Ей нравились оба варианта. Но женщина в зеркале казалась Холли незнакомой. Прекрасная, уверенная в себе, любимица мужчин, разбивающая сердца, принимающая дорогие подарки…

Кто угодно, только не Холли Блэйк.

«А что, − с ужасом подумала она, − если Дереку понравилась настоящая Холли − учительница в простой одежде, без косметики на лице? Тем более если я надену это платье, он решит, что я хочу затащить его в постель… Но разве это не так?»

Холли подобрала к платью черные босоножки на каблуках и пару серебряных браслетов, повернулась перед зеркалом… И поняла, что все это ей совершенно не нравится.

«Отлично. Ты выглядишь на все сто, но что делать дальше? Прийти к Дереку и станцевать стриптиз на крыльце?»

Она прошлась по комнате, зашла на кухню и выглянула в окно. Во всем городке были открыты окна из-за летней жары, но окно Дерека оставалось закрытым − это значило, что он еще не вернулся домой. Взгляд Холли упал на плиту и тарелки.

«Кухня… А что, это неплохая мысль! Может быть, приготовить что-нибудь для него? Пока Дерека нет, пробраться в его дом и накрыть стол… Эй, Холли, по-моему, ты никогда не была любительницей дамских романов, − насмешливо сказала она себе, − по-моему, это безумно пошло! − И, споткнувшись на высоких каблуках, добавила: − И это платье − тоже! Просто дурной вкус…»

− Господи, мне скоро тридцать лет… Как я себя веду?!

Дерек обычно возвращался с работы в одно и то же время, но на этот раз почему-то задерживался. Спрятавшись за занавеской на кухне, Холли смотрела на улицу, ожидая появления его грузовика. Мысли одна печальнее другой роились у нее в голове.

«Он ведь не обязан приходить домой после работы, потому что его никто не ждет и его не связывают никакие обязательства. С такой внешностью ему несложно найти себе хорошенькую подружку. Он имеет на это право… Холли, ты дура! Самая настоящая дура, какой еще свет не видел!» − В ярости она ударила кулаком по стене.

Полка, на которой стоял телефон, качнулась и обрушилась на пол, увлекая за собой записную книжку, карандаши, украшения Холли и игрушки.

− Черт возьми!

С улицы послышалась музыка − кажется, новый альбом «Ван Хэлен», это означало, что Дерек возвращается домой.

Рухнувшая полка, разумеется, прекрасный предлог позвонить ему.

Дерек старался не смотреть в сторону дома Холли, даже не поворачиваться к нему, потому что весь день провел в размышлениях о ней. Из его памяти напрочь вылетело, как странно и неудачно закончился вчерашний вечер. Зато он помнил золотисто-зеленые глаза Холли, заглянувшие в самое его сердце, ее шелковистую кожу, мягкие губы, маленькую упругую грудь…

Дерек считал, что лучше все это забыть. Вчера его одурачили, а он попался, как мальчишка.

«Это ведь красивая женщина, − думал он с досадой и растерянностью, − слишком красивая, чтобы у нее никого не было. Разве я могу всерьез ей понравиться? Она просто очень вежливая, эта Холли Блэйк, вот и разыграла передо мной сцену, чтобы я не чувствовал себя так мерзко… Разумеется, она надеется, что я никогда больше не появлюсь, и правильно делает! Дерек, старина, тебе придется представить себе, что ничего не было, и жить, как раньше…»

После работы он заехал на кладбище и привел в порядок могилу тети Мэри − смел песок с бетонного бордюра и выдернул сорняки. Положив цветы рядом с гранитным крестом, он постоял минут пять и пошел обратно к машине. Разумеется, тете Мэри было все равно, ухаживают ли за ее могилой, приносят ли ей цветы, но это нужно было самому Дереку. Он хотел почувствовать себя ближе к тетушке − ведь если бы она была жива, именно к ней он обратился бы за советом. Тетушка Мэри была умной женщиной, она подсказала бы ему, как вести себя с Холли Блэйк.

На кладбище в этот час никого не оказалось, только вечнозеленые деревья и вороны на оградах. Дереку неожиданно стало легче дышать, будто он на самом деле получил совет и собирался следовать ему.

По дороге домой он почти легкомысленно решил положиться на судьбу и ничего не предпринимать.

Возле дома Дерек зашел в супермаркет, купил пакет молока и пятифунтовую упаковку кошачьего корма: он вовремя вспомнил о Забияке.

«И здесь Холли… Никуда не денешься».

* * *

Холли ждала пять минут. Потом десять. Потом еще пять. Она видела, как Дерек вошел в дом, но не хотела звонить ему сразу же, чтобы он не подумал, будто соседка следит за ним. Она потянулась к телефону… А потом взяла со стола яблоко и решила ждать дальше − насколько хватит терпения.

Черное платье вернулось на вешалку в гардеробе − Холли сочла его слишком вульгарным.

«Но что же мне надеть? По моим вещам сразу видно, что они принадлежат учительнице…»

Выбор Холли остановился на обыкновенных синих джинсах и голубой хлопковой блузке с коротким рукавом.

«Пусть все выглядит так, будто я наводила дома порядок и совсем не ждала его. Да, именно так. Я наводила порядок, никого не ждала, и тут − очень кстати! − свалилась эта несчастная полка, и я не могу повесить ее обратно…»

Прошло еще двадцать минут. Холли сидела перед телефоном и держала в руках визитку Дерека. Его имя рельефно выделялось на плотном картоне − Холли провела по нему пальцами и улыбнулась.

Собравшись с духом, она подняла трубку.

− Алло.

− Дерек?

− Да.

− Это Холли.

− Да…

Неожиданно она вспомнила, почему не любит разговаривать по телефону. Когда не видишь лица собеседника, совершенно невозможно понять, сердится он или безразличен, грустит или радуется.

− Я не помешала?

− Нет. Я смотрел телевизор.

− Знаешь, просто… у меня упала полка.

− Что?

− Полка!

− Какая?

− На которой стоял телефон и лежали игрушки Эми, помнишь? Ты не поможешь мне повесить ее?

Дерек долго молчал, и Холли подумала, что сейчас ее сердце разорвется, особенно если после этой паузы он скажет «нет».

− Ладно. Тогда я сейчас зайду? − В тоне Дерека ей почудилась неуверенность.

− Конечно. − Все небесные силы были призваны, чтобы ее голос звучал спокойно.

− Только захвачу инструменты и сразу приду. Я надеюсь, она не на тебя упала?

− Нет. − Холли чувствовала, что здесь хорошо бы пошутить, но ее сил хватало лишь на то, чтобы кое-как соображать. − Я в порядке.

− Тогда я сейчас приду.

Холли повесила трубку и прижала ладони к пылающим щекам. Все. Она позвонила Дереку, и он придет! Теперь ей предстоит соблазнить мужчину…

− Соблазнить! − Она фыркнула. − Посмотри на себя, училка!

«Будем надеяться, он не против. А теперь возьми себя в руки».

Раздался звонок в дверь − Дерек уже стоял на крыльце.

Когда в телефонной трубке послышался голос Холли, Дереку показалось, что он спит и видит сон. Он думал, что она никогда больше не позвонит… Услышав, что дело в сломанной полке, он несказанно обрадовался − и расстроился одновременно. Будь на месте Холли другая женщина, Дерек решил бы, что это лишь предлог для встречи, но соседка вчера ясно дала ему понять, как должны развиваться их отношения.

«А что, − с горечью подумал он, − когда-нибудь мы станем добрыми соседями. Я буду чинить всякую мелочь и иногда играть с Эми, по выходным мы будем делать барбекю на воздухе… а там кто знает, может быть, у Холли есть симпатичная подружка или сестричка…» − Мысль оборвалась, не успев закончиться. Дерек прекрасно понимал, что его не устроит никто, кроме Холли, а поэтому лучше всего не обращать на нее внимания, не встречаться, не разговаривать…

Котенок вылез откуда-то из-под стола и потерся о ногу Дерека. Он снова требовал еды, и хозяин налил молока в пластмассовую миску.

− Слушай, Забияка. − Он погладил котенка, который недовольно обернулся, а затем продолжил лакать молоко. − Давай уедем отсюда, а? Куда-нибудь в другой штат, чем дальше, тем лучше… Я женюсь на какой-нибудь местной красотке…

«А потом у нас родится дочь, мы назовем ее Эмили, и я сойду с ума»…

Словно почувствовав перемену в настроении хозяина, котенок оторвался от еды и вскарабкался ему на колени.

− Это я шучу, Забияка. Все будет хорошо. Значит, так. − Дерек встал, опустив котенка на пол. − Моей соседке нужна помощь − и корректный, вежливый и умелый механик всегда к ее услугам.

Котенок нерешительно мурлыкнул.

− Это лучше чем ничего.

Через две минуты Холли открыла ему дверь.

− Привет.

− Привет, рад тебя видеть. − Дерек не поднимал на нее глаз, но, войдя, успел разглядеть ее спокойное, доброжелательное лицо, пряди волос, выбившиеся из-под заколки, и обтягивающую кофточку.

Впрочем, кофточка была самая обыкновенная, и джинсы тоже простые, и ни грамма косметики. Все выглядело так, будто Холли занималась уборкой и только необходимость заставила ее обратиться за помощью к соседу. Судя по всему, так оно и было.

− Спасибо, что пришел. Полка на кухне. Я понятия не имею, отчего она свалилась.

− Я разберусь, − улыбнулся Дерек, отстраняя ее, − дай-ка посмотреть.

− Она так давно висела…

− Я уже понял, в чем дело. Сейчас все будет в порядке.

Через минуту она уже подавала Дереку инструменты. Он был одет в рабочие джинсы и облегающую белую футболку, так что Холли не могла отвести глаз от его сильных загорелых рук. В ней росло желание прикоснуться к ним, провести ладонями, прижаться губами… Сейчас она уже не понимала, чего испугалась накануне вечером. Окажись сегодняшняя Холли на месте Холли вчерашней, она ни за что не отпустила бы Дерека.

− Здесь должен быть гвоздик, он не потерялся?

− Что? − Она с трудом поняла, что Дерек задает ей вопрос, и ответила наугад: − Не знаю.

− Значит, сейчас поищем. Вот он, на полу. Надо же, совсем маленький. Неудивительно, что она свалилась, − такие гвозди не годятся для тяжелых полок, здесь требуется винтик.

− Винтик… − машинально повторила Холли. Она без всякого стеснения разглядывала Дерека, и он чувствовал себя неловко. В голове у него все время крутилась мысль, что Холли думает о ком-то другом, настолько отрешенным был ее взгляд.

− Все готово, − наконец сказал он, прилаживая полку на место и устраивая на ней телефон.

− И что теперь? − почти безразлично спросила Холли. Дерек посчитал про себя до десяти, и это помогло. Во всяком случае, его голос был совершенно ровным и спокойным, когда он сказал:

− Теперь все. Я пойду. Еще увидимся…

Разочарование ледяной волной нахлынуло на Холли, но она тут же поняла, что стояла столбом все время, пока Дерек чинил полку, и разочарование сменилось надеждой.

«Хороша соблазнительница! Очаровательная, как телеграфный столб! − насмешливо подбодрила себя Холли. − Сделай скорее что-нибудь, пока он не ушел!»

− Холли, все в порядке? − Дерек прикоснулся к ее руке.

− Да, − кивнула она. − Подожди…

«Холли, сделай что-нибудь! − мысленно приказывала она себе, чувствуя, как ноги прирастают к полу. − Смотри, он уже уходит! Знаешь, что будет дальше? Мы будем здороваться по вечерам, сталкиваясь у почтовых ящиков, я иногда буду слышать его любимую музыку и пару раз в месяц любоваться, как он чинит что-нибудь во дворе… Ты что, серьезно хочешь, чтобы все закончилось?»

Дерек мог бы уйти, но медлил, глядя на нее.

Холли сделала шаг вперед − чувство было такое, будто она с разбегу ныряет в ледяную воду.

− Я хочу тебя, − выпалила она.

Глава 7

Это стоило сказать хотя бы для того, чтобы увидеть лицо Дерека. На нем попеременно отразились удивление, растерянность и такая отчаянная надежда, что Холли чуть не задохнулась.

− Ты хо… что?!

Она сама не могла поверить, что решилась сказать это, но пути назад уже не было.

− Я хочу тебя, − повторила она, надеясь, что не краснеет, как школьница.

Дерек перевел дыхание. Он наконец-то понял, что с его ушами все в порядке и то, что он услышал, было сказано на самом деле.

− Ты? Меня?!

− Да. Я! Тебя!!! − Холли даже не предполагала, что может смутить Дерека, и получила настоящее удовольствие, увидев, как по его лицу разливается румянец. Помедлив несколько секунд, она продолжила: − Я хочу снять с тебя одежду и заняться с тобой любовью здесь и сейчас.

Холли слышала, как бьется ее сердце. Дерек, совершенно ошарашенный, смотрел на нее широко распахнутыми глазами… Что же, по крайней мере он больше не собирался уходить.

− Я чувствовала себя круглой дурой после того, как вчера отпустила тебя, − тихо сказала Холли, приближаясь к нему. − А сегодня я весь день представляла, как ты целуешь меня. Везде…

Дерек молчал, но Холли знала, что он чувствует то же, что и она, и, уже не стесняясь, добавила:

− И сейчас, после того как ты закрутил эту чертову гайку, я хочу тебя почувствовать. Всего.

Дерек нерешительно улыбнулся. Отправляясь к Холли, он был готов ко всему… Но, пожалуй, не к такому решительному напору. Впрочем, неожиданность оказалась необычайно приятной, и он жаждал продолжения.

Холли прикусила губу и взглянула на него исподлобья. На ее лице не было даже тени смущения. Холли сказала все, что хотела, и теперь очередь была за Дереком.

− Только один вопрос. Где ребенок?

− Эми сегодня ночует у моей сестры.

− Почему?

Холли пожала плечами. Ладно, после первого признания второе уже не будет таким шокирующим, если уж быть честной, так во всем.

− Чтобы не мешать мне затащить тебя в постель!

Дерек, осознав, что на этот раз Эмили не помешает громким плачем в самый важный момент, расслабился и улыбнулся:

− Знаешь, а меня еще никто так быстро не…

− Могу себе представить! − После всего сказанного Холли нервно посмеивалась.

− Но почему?!

− Я безумно волновалась и никак не могла остановиться. И сейчас не могу.

Дерек взял руки Холли в свои и привлек ее к себе так, что их тела соприкоснулись. Волна радости захлестнула Холли, унося все дальше и дальше.

«Господи, наконец-то это произойдет!»

Поцелуй был долгим и горячим, словно прикосновение жаркого летнего солнца. Холли обвила руками шею Дерека, прижимаясь к нему, чувствуя тепло и легкое покалывание во всем теле. Восторг сладостного ожидания захлестнул ее, даже внезапное головокружение показалось удивительно приятным.

− Холли… Милая моя Холли, − шептал Дерек, покрывая поцелуями ее шею и ямочки над ключицами.

Прикосновение его губ к груди заставило Холли совершенно потерять голову. Дерек осторожно потянул за рукава ее кофты, и она подняла руки вверх, освобождаясь от одежды. Холли чувствовала, как сила Дерека передается ей.

− О, Холли…

− Дерек…

Уже обнаженные до пояса, они крепко прижались друг к другу, стараясь продлить мгновения ожидания, чтобы радость, которая последует за ними, чувствовалась сильнее и ярче.

Воздух в кухне стал обжигающе горячим. Холли запрокинула голову, с трудом удерживая стон.

− Раздень меня… До конца…

Они целовались и ласкали друг друга прямо на полу кухни, и Холли могла поручиться, что ничего прекраснее она не чувствовала никогда в жизни.

− Подожди, − вдруг прошептал Дерек.

− Что случилось?

Он потянулся к своим джинсам, брошенным в угол, и вытащил из кармана маленький пакетик.

− Чуть не забыл. − Он виновато посмотрел на Холли.

− Я тоже. Какой ты молодец… Иди же ко мне! Дерек на мгновение замер. Он всегда предполагал, что Холли Блэйк − само совершенство, но никогда не сознавал это совершенство так отчетливо, как сейчас, когда видел ее обнаженной, с рассыпавшимися по плечам золотистыми волосами.

− Мне безумно нравится смотреть на тебя. Ты просто чудо, Холли… Ну что, ты готова?

«Готова» − это слово снова пронеслось в голове Холли, и она поняла, что оно как нельзя лучше описывает ее ощущения.

− Больше, чем ты можешь себе представить!

Всего через миг Дерек уже был внутри ее, двигаясь в ней, заставляя ее стонать и вскрикивать.

− Как хорошо… Дерек, как же мне хорошо… Дальше… Любимый…

− Холли, − шептал он, уткнувшись лицом в ее разметавшиеся волосы, целуя то их, то ее щеку, то шею, − Холли, радость моя…

Оргазм настиг их почти одновременно. Холли казалось, будто огромные качели уносят ее в звездное небо, а упругий воздух, не позволяющий ей упасть, становится теплой водой, и те же звезды отражаются в этой воде. Дерек… Вряд ли он мог бы описать свои чувства словами − ничего подобного раньше с ним не происходило. В этот миг он знал о Холли все, чувствовал каждый изгиб ее прекрасного тела, каждую родинку, теплое облако волос, мягкие губы, прикрытые глаза. А еще Дерек был уверен, что Холли тоже знает о нем все, и радовался этому. Он наконец-то узнал, что такое на самом деле близкий человек.

Обессиленные, они лежали на полу.

− Извини меня, − прошептал Дерек.

− За что? − удивилась Холли.

− Ну… Обычно у меня все не так быстро, − смутился он, − я могу продержаться дольше…

«…Если тебе еще когда-нибудь захочется», − закончил он мысленно.

− Извиняю, − улыбнулась Холли, убирая с лица прядь волос, − мне было хорошо.

− Я исправлюсь, обещаю тебе.

И тут Холли сообразила, что они до сих пор лежат на полу. Все, чему учила ее мать, чем пугали школьные учительницы − старые девы со стажем, нахлынуло на нее волной неловкого испуга… Без всякого сомнения, это называлось «разврат», а всякий разврат должен быть немедленно заклеймен и прекращен. К счастью, внутри Холли до сих пор жил подросток, главным смыслом жизни которого был бунт. «Мне это нравится, − решительно подумала она, − значит, в этом нет ничего плохого. Пожалуй, даже забавно…»

Она усмехнулась.

− Над чем ты смеешься? − встревоженно спросил Дерек.

− Это просто ужас. − Холли наконец позволила себе смеяться открыто и спокойно. − Мы с тобой занимались любовью на полу в кухне. Поверить не могу!

− Я тоже.

Холли неожиданно подумала, что Дерека могла воспитывать какая-нибудь ненормальная тетушка с викторианской моралью и религиозными принципами… и тут ей стало не по себе. Вдруг он только выглядит плохим парнем, а на самом деле уже думает о ней черт знает что?.. И неудивительно после такой-то выходки!

− Что-то не так? − Она замерла в ожидании ответа.

− Ну, я думал, что ты не подпустишь меня так близко, потому что совсем не знаешь.

«По крайней мере, он не возмущен и не убегает с криком, что я его совратила!» − подумала Холли. И отозвалась:

− Да, я тебя не знаю…

− Тогда… − Дерек недоговорил, но в его интонации явственно слышался вопрос «зачем?».

− Я просто сделала попытку познакомиться поближе. Вот.

− Хорошее начало, − рассмеялся Дерек, − по-моему, ты просто молодец. Кстати, чем я заслужил такую честь?

− Ты повесил упавшую полку, − в тон ему ответила Холли, − ну, я и подумала, что надо тебя как-то отблагодарить.

Дерек заключил ее в объятия и прошептал на ухо:

− Тогда следующей ночью я проберусь в твой дом…

− И?..

− Я возьму с собой отвертку и выкручу по винтику из всех твоих полок.

Они расхохотались. В голосе Дерека зазвучали игривые нотки:

− Холли… У меня есть предложение.

− Какое?

− На кухне было хорошо… Я бы сказал, просто замечательно. Но может быть, нам стоит перебраться в постель?

Холли бросила взгляд на часы.

− Но ведь сейчас нет даже восьми!

Дерек поцеловал ее в плечо, поднялся с пола и протянул ей руку.

− А кто сказал, что мы будем спать?

− Я не против, − улыбнулась она.

Приподнявшись на локте, Дерек разглядывал спящую Холли. Ее золотистые волосы разметались по подушке, одеяло сползло, приоткрывая округлую маленькую грудь идеальной формы. Дереку хотелось прикоснуться к ней, но он только смотрел, боясь разбудить. То, что произошло, казалось ему удивительным сном. Наяву так не бывает. Такая серьезная, добропорядочная женщина, милая, но ничего особенного, доброжелательная, но без всякого намека на нежные чувства. Один невинный звонок − и вот они уже на полу в кухне, и серая мышка Холли превращается в ослепительную, сильную и властную богиню… Дерека ошарашила произошедшая в ней перемена, и он понимал только, что это ему безумно нравится. Мысль о том, что эта перемена произошла ради него, одновременно и радовала, и тревожила. Здесь, несомненно, было над чем задуматься: именно для него эта женщина так преобразилась, так искренне открыла свое сердце, свою душу… В конце концов, ради него она отправила ребенка к сестре!

Этот аргумент, пожалуй, подействовал на Дерека сильнее всего. Только вчера Холли говорила, что маленькая Эми − смысл ее жизни.

«Она отодвигает на задний план ненаглядную Эмили, чтобы провести со мной ночь… Это значит, что она очень серьезно ко мне относится!»

Дерек обрадовался своему открытию, но тут же появилась еще одна причина для беспокойства. Он не знал, хорошо ли с его стороны разлучать мать и дочь, пусть даже на короткое время. Кто знает, как сложится дальше судьба, не разведет ли она людей, которые еще вчера были так близки… С другой стороны, Дерек был уверен, что женщины лучше Холли он не встречал никогда и скорее всего никогда не встретит.

Тихонько, боясь разбудить, он поцеловал ее в лоб. Но, как и все молодые мамы, привыкшая отзываться на любой звук, любое прикосновение, Холли тут же открыла глаза.

− Спи…

Она улыбнулась. Дерек уже привычно удивился зеленому золоту глаз Холли и осторожно поправил ее спутанные волосы.

− Чему ты улыбаешься?

− Просто так… Вспоминаю этот вечер. Знаешь, а я ведь ни с кем никогда себя так не вела.

− «Так» − это как? Не затаскивала в постель полузнакомых мужчин?

− Дерек! − возмущенно воскликнула Холли, но тут же рассмеялась. − Да, именно это я и хотела сказать.

− По-моему, в этом нет ничего плохого, − задумчиво проговорил Дерек, − только не смейся… В какой-то момент мне показалось, что я знаю тебя давным-давно… И что мы близки намного больше, чем могут быть два человека, потому что…

− …Потому что я соблазнила тебя, − со вздохом закончила Холли. − Честное слово, мне становится стыдно.

Дерек усмехнулся:

− Не верю.

− Тебе не понравилось?

− Ну что ты, малышка. − Дерек обнял ее за плечи. − Все было просто чудесно. Но я знал, что это когда-нибудь произойдет. Тебя выдали твои глаза.

− О чем ты? − Холли побагровела от смущения.

− Когда мы встретились впервые, у тебя был такой детский, такой невинный взгляд… Ты выглядела неподражаемой тихоней.

− И что же разубедило тебя в этом?

Дерек вздохнул:

− Сам не знаю. Но с тех пор меня так и подмывало выяснить, какие черти водятся в этом тихом омуте.

− Выяснил? − насмешливо поинтересовалась Холли.

− Выяснил, − радостно подтвердил Дерек. − Самые очаровательные черти на свете.

Холли прижалась к нему еще крепче и рассмеялась. Он поцеловал ее в щеку и прошептал:

− Спи, тебе завтра на работу.

− А тебе?

− Я же босс, приезжаю, когда захочу. Холли вздохнула.

− Хотелось бы мне тоже иметь свободный график. Сколько времени можно было бы выкроить для Эми…

− Ты уже скучаешь по ней?

− Да, пожалуй. У нас была фантастическая ночь, но…

Холли осеклась. Ей показалось, что последняя фраза должна была обидеть Дерека. Какое «но» после такой ночи?! Сейчас он сочтет ее сумасшедшей наседкой, способной думать только о пеленках и памперсах…

Но Дерек не обиделся. Он обнял Холли, зарывшись лицом в пушистое облако ее волос, и сказал:

− Я понимаю.

Одеваясь утром, Холли разглядывала спящего Дерека точно так же, как недавно он рассматривал ее. Сегодня не нужно было вскакивать на сорок минут раньше, мешать пюре и подогревать молоко, и Холли почти выспалась. Было непривычно видеть рядом Дерека вместо Эмили… Вспоминая подробности прошедшего вечера, она улыбалась.

И все же ей не хватало малышки Эми…

Дерек проснулся и в одно мгновение сообразил, что он не дома, все вспомнил и улыбнулся. А еще он был восхищен тем, как с утра выглядит Холли.

− Привет. − Он одарил ее сонной улыбкой.

− Привет. − Она отложила расческу, и волна золотистых волос, подсвеченная утренним солнцем из окна, упала на плечи.

Холли смутилась. Получалось слишком банально: она расчесывалась и приводила себя в порядок после первой ночи с Дереком. Как Золушка после бала… Что поделаешь − Золушке пора на работу.

− Я приготовлю завтрак, − сказала она, чтобы прервать затянувшееся молчание. Конечно, Холли понимала, что Дерек любуется ею, но она еще не привыкла к таким внимательным взглядам.

− Ты не опоздаешь?

− У меня есть яйца и бекон. Думаю, все получится достаточно быстро… ну, и вкусно, разумеется. Ты любишь яичницу?

− Какой холостяк не любит яичницы, − усмехнулся Дерек. − Я всегда считал, что яйца надо просто разбить и вылить на сковородку, а тут еще бекон! По-моему, отлично. Кстати, ты не знаешь, где мое белье?

Холли покраснела.

− Где-то на кухне, наверное. Мы так и оставили там… все. Иди в душ, а я пока займусь едой.

Дерек откинул одеяло.

− От такого предложения просто невозможно отказаться.

Он направился по коридору в сторону ванной, и Холли проводила его долгим восхищенным взглядом. Еще вчера она мечтала прикоснуться к мускулистым, загорелым рукам Дерека, осыпать поцелуями его лицо, почувствовать его силу, тепло, надежность… Этой ночью все сбылось. Холли знала, что чувство, которое она испытывает, называется счастьем.

Через несколько минут Дерек вернулся в кухню с мокрыми после душа волосами. Он подошел к Холли, стоявшей у плиты, и нежно обнял ее.

− Это было чудесно, малышка. Спасибо тебе…

− Тебе тоже… − улыбнулась Холли.

− Помочь с завтраком?

− Не стоит, все уже почти готово. Кофе на столе, сок в холодильнике. Если ты меня отпустишь, я положу яичницу на тарелки.

− Давай я не буду тебя отпускать, а яичницу ты все равно положишь, − рассмеялся Дерек и чмокнул ее в щеку. Через несколько секунд ему все же пришлось освободить Холли из объятий и сесть за стол.

Холли не хотелось есть. Слишком сильные чувства, слишком много событий в последние дни. Ее мучил один-единственный вопрос: «Что дальше?» А ответа на него не было. Допивая сок, Холли решила полностью положиться на судьбу.

А еще Холли не собиралась быстро завершать так внезапно начавшееся знакомство. Несколько минут она думала, что могло бы заинтересовать Дерека настолько, чтобы он проводил с ней как можно больше времени. Не придумав ничего достойного, Холли все же решилась:

− Дерек, какие у тебя планы на завтра?

− Кажется, никаких. А что?

− Хочешь сходить в зоопарк со мной и Эмили?

От нее не укрылось, как изменилось выражение лица Дерека. Его ответ она знала заранее, без всяких слов.

Дерек почувствовал себя зажатым в угол. Нет, ничего особенного, просто хорошенькая соседка, с которой они провели чудесную ночь, предлагает неплохой способ продолжить знакомство… Но ведь есть Эмили! За ночь Дерек напрочь забыл о ее существовании. И ему было неприятно вспоминать о ней.

«Дерек Кэссиди с коляской… с бутылочкой молока, с памперсами, причем у всех на виду! Нет уж!»

− Я… я не знаю. − Он постарался сказать это как можно мягче.

Холли скрестила руки на груди, даже ее зеленые глаза на миг показались Дереку тускло-серыми. В них была усталость и безнадежность, казалось, она вот-вот ссутулится и заплачет…

Но он не мог переступить через себя.

− Я сейчас вспомнил… мне надо… я обещал помочь другу…

Дерек, сколько себя помнил, терпеть не мог врать. А сейчас он хотел, чтобы Холли поняла, что у него нет никакого желания изображать папочку Эмили.

− Извини, Холли…

− Все в порядке. − Она опустила глаза. − Все нормально.

Слез Дерек просто не выносил. Но к счастью, Холли не собиралась плакать. Она сосредоточенно смотрела в свой пустой стакан из-под сока и молчала. Дерек доел яичницу и поднялся из-за стола:

− Мне уже пора.

Холли не возражала. Она бросила на него короткий взгляд и снова отвернулась. Дерек почувствовал себя неловко… Хотя «неловко» − это мягко сказано.

− Извини, но я действительно не могу пойти в зоопарк… Я обещал…

− Я же сказала, все в порядке, − спокойно ответила Холли, но в ее голосе вдруг прорезались металлические нотки. Она поднялась, резко отодвинув стул. − Мне нужно одеваться, иначе я опоздаю на работу. До свидания.

Она ушла с кухни. Дерек несколько секунд постоял у дверей и направился к выходу. В голове крутилось только одно: «Все кончено».

По дороге на работу Дереку пришла в голову еще одна мысль, такая внезапная, что он затормозил и свернул к обочине, лихорадочно соображая, не поздно ли развернуться и помчаться обратно.

«Холли права: она отдала мне всю себя… и что получила взамен? Ни черта!»

Глава 8

Холли преодолела расстояние от автостоянки до детских яслей почти бегом, и дверь рассерженно хлопнула за ее спиной. Весь день она была в ярости. Бросить Эмили ради ночи с мужчиной… «Черт побери, который не взглянул бы на меня, если бы я сама не повисла у него на шее!» Холли знала, что многие ее ровесницы считают интимную близость без всякого продолжения нормальной разновидностью отношений, но это не для нее! Общение с мужчинами всегда приобретало в ее глазах романтическую окраску, и то, что произошло утром, вывело Холли из себя на весь день. «Это черт знает что, − размышляла она, едва не плача. − Значит, если девушке двадцать лет и у нее никого еще не было, то мужчина, проведший с ней ночь, должен жениться или по крайней мере продолжать отношения. А если ближе к тридцати да еще и ребенок на руках, значит, ее можно просто послать?» Нет, конечно, Дерек был вежлив с ней, но это невозможно!

«И эта ночь никогда больше не повторится», − со смутным чувством сожаления подумала Холли.

Войдя в комнату, она не увидела Эмили в кроватке и испугалась. Что, если этой ночью произошло?..

Она не успела додумать до конца, когда вошла мисс Кэрол, баюкая хныкающую Эмили.

− Что случилось? − Холли кинулась к ней.

− Ничего страшного, миссис Блэйк, − ответила няня, − мы сегодня немножко не в духе, весь день сердимся и плачем. Ну-ка посмотри, Эми, кто приехал? Это мамочка, теперь все наладится.

Эми стала вырываться из рук мисс Кэрол и разревелась с новой силой.

У Холли внезапно заболела голова. Значит, бедняжка плачет весь день из-за того, что мама бросила ее, и некому успокоить малышку.

− Я здесь, солнышко. − Она взяла дочь у мисс Кэрол. − Сейчас мы с тобой поедем домой и будем играть. Не сердись на мамочку, моя хорошая, ну пожалуйста, не сердись!

Крепко обняв маму за шею, Эмили сразу затихла. Холли с ужасом подумала, что ее дочь не такая уж крошка, чтобы ничего не понимать. Наверное, она скучала по ней − и безумно ревновала ее к соседу.

− Спасибо, вам мисс Кэрол.

Через минуту Холли уже усаживала дочку в машину.

− Сегодня мы с тобой будем вместе. А на ужин будут яблочное пюре и персики − я знаю, как моя девочка их любит. А потом я тебе буду читать про Винни-Пуха.

− Ви-и?

− Да, умница моя, про Винни-Пуха. И все у нас с тобой будет хорошо.

Все будет как прежде, пообещала себе Холли. Она больше никогда не бросит Эми. Даже на одну ночь. Никогда.

Приехав домой, Холли переодела малышку в домашние желтые ползунки и белую распашонку. Она заказала пиццу, чтобы не заниматься ужином, и увлеклась подготовкой праздника для Эми. Малышке нужно знать, что мама очень-очень любит ее. Холли даже дала себе клятву, что не станет думать о Дереке во время общения с дочерью. Но сдержать ее не получилось…

«Интересно, что это за дело с другом? Может быть, у него свидание? Может, он вообще сегодня спит с одной, а завтра с другой, − накручивала себя Холли. − Я бы так не смогла. Черт побери, я не умею быть на втором месте, мне нужно знать, что у него никого больше нет! Но я же сама его соблазнила. Дерек не виноват…»

Мысль о другой женщине не давала ей покоя. За недолгое время замужества Холли не узнала в полной мере, что такое ревность и недоверие, зато сейчас ей представилась такая возможность. Сказать, что ей это не нравилось… значило не сказать ничего.

«А может, нет никакого дела с другом и никакого свидания тоже нет, и он просто не хочет больше меня видеть… Нет, скорее даже не меня − Эмили. Я вижу, она пугает Дерека… Но ведь он не обещал, что посвятит нам свою жизнь… Даже перед тем как переспал со мной».

Эта мысль неожиданно причинила Холли такую боль, что она постаралась как можно скорее выбросить ее из головы.

− Прости меня, Эми. Я опять думала о нем… Я больше не буду, честное слово. Иди к маме на ручки. Вот так, моя хорошая. Не сердись на меня за вчерашнее…

Эми играла с яркой пуговицей на блузке Холли, не обращая внимания на ее слова.

«Как все чудесно начиналось… И как ужасно закончилось! Наверное, Дерек сейчас сердится на меня. Ничего. Пускай. У нас с Эмили все будет по-прежнему».

Но сколько бы Холли ни убеждала себя, что все останется как раньше, ее жизнь сильно изменилась, и этого нельзя было не почувствовать. Того, что она испытала с Дереком, у нее не было никогда раньше ни с одним мужчиной, даже с собственным мужем. За диким, необузданным сексом, за первобытной страстью Холли виделось нечто другое… Следом за безумием проступало чувство, совершенно особенное, ни на что не похожее.

«Как будто я пыталась заботиться о нем, − растерянно думала Холли. − Нет, „заботиться“ − это не то слово».

Она взглянула на Эмили и улыбнулась.

«Да, я смотрела на него почти так же… Неужели я люблю его? Не влюбилась, не „он мне нравится“, а именно люблю? Но разве такое может быть?»

Факт остается фактом, призналась себе Холли. Она полюбила.

Новости хуже этой она даже представить себе не могла.

Раздался резкий звонок в дверь, и Эми, испугавшись, захныкала.

− Тихо, маленькая моя. Это привезли пиццу, чтобы мне сегодня не тратить времени на ужин.

На пороге стояла расстроенная и уставшая Мишель.

− Что случилось? − спросила Холли, замирая от страшного предчувствия.

− У мамы был сердечный приступ.

− Где она? − У Холли задрожали губы. − Все так серьезно?

− Не знаю, − вздохнула Мишель. − Мне звонили из больницы. Не плачь, нам надо ехать.

Сама Мишель плакать уже не могла. Слезы текли всю дорогу, пока она вела машину до дома Холли, но, как только Мишель позвонила в дверь, они высохли сами собой. Теперь ей оставалось лишь смотреть, как из-под ресниц младшей сестры стекают соленые капли, размазывая тушь.

− Не плачь. Все утрясется, поверь!

Холли глубоко вздохнула, протянула руку за свитером, лежавшим на полке в прихожей… И тут же вспомнила об Эмили. Мишель угадала ее мысль.

− Я оставила Ника с Робом. Попроси кого-нибудь из соседей посидеть с ней − мы можем задержаться.

Холли опустила голову. Из всех соседей она знала лишь одного, кого можно было попросить… и кто, наверное, не откажет ей.

Дерек сидел на диване напротив телевизора − в одной руке у него был бутерброд, а в другой − открытая банка пива. Спать не хотелось, но им овладело странное оцепенение. Казалось, время течет невыносимо медленно и ночь не наступит никогда. По первому каналу начался бейсбольный матч.

− Не лучший способ убить время, − сказал Дерек, обращаясь к котенку, уютно устроившемуся в кресле, − но ничего, сойдет.

Его мысли крутились вокруг прошедшей ночи. «Холли Блэйк», − повторял он про себя, как заклинание, и не знал, зачем это делает. Чувство вины и сожаления мешало расслабиться и отвлечься.

− Я дурак.

Котенок, услышав его голос, приподнял голову и сонно мурлыкнул.

− А ты согласен, да? − спросил Дерек, подхватывая пушистый комочек с кресла и усаживая его рядом с собой на диван. − Согласен, вижу. Я самый настоящий дурак. Но ты лучше молчи, просто составь старику компанию.

Котенок поворочался немного и свернулся в клубочек рядом с Дереком.

− Боюсь, компании лучше мне теперь долго не найти. Холли наверняка обиделась. Знаешь, а я ведь скучаю по ней и… − Дерек помедлил мгновение и хлопнул себя по лбу. − Черт побери! Ты не поверишь: я скучаю и по Эмили тоже! Докатился…

Котенок внимательно смотрел на него неподвижными зелеными глазами.

− С утра я вел себя как последний кретин, − продолжил Дерек. − Ну что мне стоило сходить с ними в зоопарк? Сам все испортил…

Котенок подобрался к Дереку и поставил передние лапки ему на колени. Им двигало вовсе не сочувствие к хозяину: просто он подозревал, что на куске хлеба еще осталось немного колбасы. Он был совершенно прав, и хозяин щедро поделился с котенком, чего за ним обычно не водилось.

− Ну вот, − вздохнул Дерек. − Поговорил − вроде как душу отвел, а посмотрел бы кто со стороны…

Котенок нерешительно мурлыкнул.

− Кстати, это мысль. Ты не хочешь прогуляться?

Как ни странно, слова «гулять» и «еда» малыш давно уже различал и выделял из человеческой речи. Пушистый комочек мгновенно подкатился к двери и требовательно мяукнул.

Дерек переобулся, накинул рубашку и вышел на крыльцо. Почему, интересно, он решил, что все уже кончилось? Может быть, стоит пройти мимо соседней двери, чтобы Холли могла увидеть его из окна? Вдруг у нее опять свалится какая-нибудь полка…

Если бы Холли знала, как страстно Дерек желает, чтобы в ее доме произошла какая-нибудь мелкая бытовая катастрофа, она, пожалуй, могла бы рассердиться. К счастью, мысли она читать не умела.

Вечер был прекрасный. Закатное солнце окрашивало золотом свежескошенные газоны, и цвет зеленой травы под золотыми лучами напомнил Дереку глаза Холли. Запах скошенной травы наполнил воздух, напоминая о скорой осени, яблоках и пчелах. Из-за домов уже поднимался легкий туман, и далекий краешек леса за городом уже был скрыт вечерней тенью.

− Забияка, ты куда побежал? Вернись немедленно! Кис-кис-кис!

Не обращая внимания на призывы хозяина, котенок пересек сад, преодолел изгородь и оказался на крыльце дома Холли Блэйк. И в этот же миг Холли открыла дверь и вышла на крыльцо, озабоченно переговариваясь с какой-то женщиной.

Через несколько секунд Дерек уже стоял рядом с ними, удерживая на руках котенка, выпустившего когти от огорчения, что ему не позволяют исследовать соседский дом.

− Прошу прощения. Я сейчас заберу его.

Холли взглянула на Дерека с такой надеждой и таким страхом, что у него защемило сердце. Он решил, что произошло что-то страшное с Эми.

− Что случилось?

− У нашей матери был сердечный приступ. Это моя сестра, Мишель. − Она кивнула в сторону своей собеседницы.

Дерек собирался сказать дежурное «Мне очень жаль», но вместо этого у него сорвалось:

− О Господи! Как она?

Холли вздохнула:

− Мы еще не знаем. Нужно ехать в больницу…

− Давай я посижу с Эми, − предложил Дерек. Холли помедлила несколько секунд.

«Конечно, это лучший выход. Он уже знает, как обращаться с малышкой. Но он ведет себя так, как будто ничего особенного не произошло, и смотрит, как… как… Как близкий родственник, − подобрала наконец сравнение Холли. − Значит, когда я вернусь, нам придется общаться дальше… Интересно, смогу ли я? Он такой привлекательный, такой мужественный… Черт побери, о чем я думаю? Надо скорее ехать!»

− Если тебе не трудно… Это точно не доставит тебе хлопот?

− Доставит, но это будут приятные хлопоты. Не беспокойся.

Их глаза встретились, и Холли с облегчением улыбнулась.

− Эми в гостиной на диване. Еда на кухне, памперсы в детской… Через час или около того она захочет есть. Если заплачет без причины, в доме есть соска и всякие игрушки. Она очень любит сказки про Винни-Пуха, сразу успокаивается.

− Все будет хорошо.

− Тогда я побежала. − Холли обняла Дерека и поцеловала его в щеку. Ее вдруг обожгла внезапная мысль: если бы Билл был жив, сейчас между ними произошло бы то же самое. Торопливые указания, короткий поцелуй и уверенность в скорой встрече…

− Не волнуйся, − сказал Дерек.

− Спасибо тебе, − прошептала она.

Дерек стоял на крыльце, пока Холли и Мишель садились в машину. Когда машина уже завелась, Холли приоткрыла дверцу и крикнула:

− Дерек, чуть не забыла. Я заказала пиццу!

− Все в порядке, я заплачу.

Час спустя Дерек сидел на диване в гостиной, укачивая хнычущую Эмили. Он уже сменил ей памперс и приготовил персиковое пюре, но малышка почему-то не желала успокаиваться. Странно, но сейчас ее плач не производил на Дерека такого сокрушительного впечатления, как в первый раз.

− Чего у нас хочет маленькая Эмили? Если бы ты могла объяснить мне человеческим языком… Я что-то сделал не так?

Плач не прекращался.

− Черт, я совсем забыл! Холли же говорила! − Дерек отыскал соску, и Эми мгновенно успокоилась.

− Ну вот, теперь все отлично. Эмили больше не плачет, Эми у нас хорошая… Правда, малышка?

Ответом ему было удовлетворенное причмокивание.

Попрощавшись с Холли, Дерек решил, что уложит спать Эмили, а после этого полистает журналы, посмотрит телевизор или, в конце концов, может просто подремать на диване в детской. Но теперь он с удивлением обнаружил, что ничего этого ему не хочется. Раньше он представить себе не мог, что получит удовольствие, глядя на мирно посапывающую девочку. Рядом с ней было уютно и спокойно − Дерек, пожалуй, не мог вспомнить момента в своей жизни, который был бы наполнен таким же тихим счастьем. Крошка Эмили, которая не умела ходить и говорить и не понимала большую часть его слов, сделала ему подарок.

− Маленькая… − ласково прошептал Дерек спящей девочке и сам удивился непривычно мягкому звучанию своего голоса.

Глава 9

Холли поцеловала мать в щеку и вышла из палаты. Ей хотелось бы побыть рядом с ней еще немного, но посетителей пускали только по одному, и Мишель в коридоре уже извелась от нетерпения.

− Ну, как она, Холли?

− Выглядит неплохо, но ты же знаешь, что говорит врач. Надеюсь, все обойдется.

Мишель вздохнула и открыла дверь в палату.

− Кстати, − обернулась она, − забыла спросить: ты вчера вечером…

Холли посмотрела сестре в глаза, и та поняла ее без слов.

− Ну и как?

− Ты знаешь, все было чудесно, но утром… в общем, это долгая история. Потом расскажу.

− Ладно, − Мишель тряхнула головой − я иду к маме. Холли кивнула и пристроилась на краешке одного из кресел в коридоре. Она извлекла из сумки вязание, но мелькание спиц не помогло ей справиться с путаницей в голове, мысли никак не могли оформиться во что-то более-менее осознанное.

«С мамой все будет хорошо, я знаю. Доктор сказал, что состояние тяжелое, но стабильное… Она обязательно должна поправиться. Господи, даже представить себе не могу, что бы я делала без Дерека… Когда мы стояли на крыльце… он как будто извинился передо мной. Это хорошо, очень хорошо, но я не знаю… Захочет ли он видеть в своей жизни нас обеих? Потому что без Эми мне не нужен никто…»

Она встала и подошла к телефону, висевшему на стене в конце коридора.

− Алло, Дерек? Это Холли. Как у вас дела?

− Лучше и быть не может! А как твоя мама? − В голосе Дерека слышались участие и забота.

− Все так же.

− Ты держись, хорошо? Я тут со всем справляюсь. Холли нерешительно улыбнулась. Ни разу в жизни она не слышала, чтобы мужчина разговаривал так мягко и спокойно − как отец, успокаивающий перепуганную дочь.

− Спасибо тебе, Дерек. Как там Эми?

− Да я же говорю, все чудесно. Мы поели, сменили памперс, попросили соску и теперь спим.

Холли вздохнула:

− Я не знаю, как тебя…

− Не знаешь − не надо. Честное слово. Поверь, для меня это вовсе не обуза.

Холли поблагодарила небо за то, что Дерек не мог сейчас видеть ее лица, на котором отобразилась целая гамма чувств − и это было намного больше, чем благодарность.

Это была любовь.

− Послушай, мне, возможно, придется остаться здесь надолго… Неудобно так тебя…

− Мне удобно, − уверенно сказал Дерек. − Можешь не волноваться. Оставайся в больнице, сколько нужно, я найду чем занять Эми. Если потребуется, я могу даже не поехать завтра на работу.

− Ты уверен? Понимаешь, мне не хотелось бы доставлять тебе беспокойство, но я боюсь оставить маму одну. Мишель придется ехать домой, потому что у нее тоже ребенок…

− Холли, − ласково ответил Дерек, − ты останешься в больнице, сколько понадобится. А я стану нянькой номер один для Эми.

− Спасибо тебе, Дерек. Ты такой милый. − Против воли Холли вспомнила прошедшую ночь, и голос ее дрогнул.

− Да уж какой есть, − усмехнулся он.

Телефонная карточка закончилась. Холли повесила трубку и застыла возле телефона. Судьба вела их, и никому не дано было предугадать ее следующий жест. Всего несколько часов назад она была уверена, что у них с Дереком все кончено… Даже не кончено − просто ничего не начиналось… «Проведенная вместе ночь − не повод для близкого знакомства», − с усмешкой подумала она.

Через час она снова сменила Мишель у постели матери, попросившей Холли развлечь ее каким-нибудь разговором.

Холли долго думала, перебирая в голове возможные темы, но мать решила начать разговор сама. К несчастью, Холли уже не подросток, и ситуация уже не та, когда можно подняться в свою комнату и хлопнуть дверью с криком: «Господи, как вы все мне надоели!»

− Послушай, девочка моя… Возможно, это бестактно с моей стороны, но Мишель сказала, что у тебя было свидание…

− Мама!.. − Холли покраснела, как ребенок, стащивший конфету.

− Не сердись, дочка. Не могу же я не интересоваться твоей жизнью! Я просто хочу узнать, кто он и почему тебе понравился.

Холли вздохнула.

− Это мой новый сосед, Дерек Кэссиди. Не знаю, как его описать… Мой ровесник…

− Кем он работает?

− Мам, какая разница?

− Мне просто интересно. Зачем так возмущаться? Он же наверняка не дворник и не коммивояжер.

− Нет, конечно. − Холли улыбнулась, представив себе Дерека продающим хозяйкам терки для моркови и наборы ножей. − У него строительная фирма. Небольшая, но, судя по всему, надежная.

− А как с Эмили? Ну, я имею в виду… он не испугался?

− С ней сидела Мишель. Если тебя это интересует, то сейчас он остался с ней. И уверяет, что это не доставляет ему никаких хлопот. А Мишель у меня еще получит!

Тут мать задала вопрос, которого Холли ожидала с самого начала разговора:

− Холли, девочка моя… Ты уверена, что он на тебе женится?

Она с трудом подавила в себе желание хлопнуть дверью и вылететь из палаты.

Еще через час Холли столкнулась с Мишель в коридоре возле палаты и поймала ее за рукав белого больничного халата.

− Так, мэм, ну и каким образом прикажете вас понимать?!

− Что ты имеешь в виду? − С наигранным удивлением спросила Мишель.

Холли схватилась за голову. Заговор матери и старшей сестры против младшей, разумеется, исключительно с благими намерениями… Эта ситуация преследовала ее все детство.

− Мишель, только честно… Ты по-прежнему считаешь, что мне пятнадцать лет и ваша с мамой задача − оградить меня от недостойных кавалеров? − Холли была вне себя от раздражения. − По-моему, это время прошло десять лет назад!

Мишель внимательно посмотрела на сестру.

− Холли, я думаю, что если бы ты была по-настоящему взрослой, то не сердилась бы на такие вещи…

− Извини, но насколько я взрослая, это не тебе решать, − отрезала Холли. − У меня создалось впечатление, что вы с мамой решили подыскать мне жениха, и я расстроила ваши планы.

− А почему бы и нет, в конце концов, − спокойно сказала Мишель. − Что в этом плохого?

− Плохого? Плохо только то, что вы пытаетесь контролировать меня и лезете в мою жизнь. − Холли почти сорвалась, но тут же взяла себя в руки и спокойно продолжила: − А хорошо то, что у вас ничего не получается.

Дерек склонился над только что проснувшейся Эмили.

− Ма-а. − Она протянула к нему крохотные ручки.

− Скорее уж па-а, − усмехнулся Дерек, − хотя… не приведи Господи!

Эми улыбнулась и протянула Дереку свою соску. Кажется, она хотела сделать ему приятное.

Он улыбнулся. Эми смотрела на него огромными голубыми глазами и молчала.

− Какие у тебя глазки, Эм! Ты будешь настоящей красавицей, когда вырастешь.

Малышка состроила гримасу и захныкала.

− Вернуть тебе соску? − сразу сообразил Дерек. Получив назад свое сокровище, Эми мгновенно успокоилась.

Дерек огляделся в поисках плюшевого Винни-Пуха. Тот лежал на журнальном столике, поблескивая надписью на животе «Пух тебя любит».

− На, возьми Пуха. − Дерек легонько коснулся игрушкой крошечного носика Эми. − Пух тебя любит…

− А-а-а?

− Любит-любит. Смотри, какой…

На мгновение Дерек представил, что сейчас его видит кто-нибудь из друзей. «Слава Богу, это невозможно!» − привычно подумал он, но тут же с удивлением обнаружил, что эта мысль не вызывает у него внутреннего протеста.

− У большинства моих друзей есть дети, представляешь, Эми? − сказал он. − А те, у кого их нет, просто ничего не понимают. Вот я, например…

Эмили в ответ чихнула. Потом она выплюнула соску и, когда та щелкнула Дерека по лбу, весело засмеялась.

− Ну и что в этом смешного? − проворчал он, но, представив, как это выглядело со стороны, сам расхохотался. − Действительно смешно.

Около получаса Дерек развлекал девочку, устраивая пляски Винни-Пуха по детской кроватке, потом Эми это надоело, и они переключились на розового зайца. Потом Дерек стал корчить малышке рожицы и щекотать ее. Впервые он услышал заливистый смех Эмили. До этого Дерек был уверен, что она умеет только улыбаться. Он нашел забавным дурачиться подобным образом, и Эмили, очевидно, была полностью с ним согласна.

После десяти вечера Эми начала сердиться и хныкать. Дерек проверил памперс, но тот оказался сухим. Соску малютка гневно отталкивала, даже Винни и розовый заяц были ею отвергнуты.

− Уа-а-а-а-а-а! − наконец Эмили разревелась так, что в оконных рамах задрожали стекла.

− Ты, наверное, скучаешь по маме, − догадался Дерек и взял малышку на руки. Баюкая ребенка, он ходил взад-вперед по комнате и что-то тихонько напевал.

− А-а-а-а!!!

− Знаешь, я тоже по ней очень скучаю. Когда она позвонила, было так приятно слышать ее голос…

Эми притихла, как будто понимала слова Дерека.

− А когда она сказала, что с ее матерью пока все в норме, я так обрадовался, как будто речь шла о моей тете Мэри. Странно… Не сказал бы, что мне это нравится. Видишь ли, малышка, а я ведь очень привязался к твоей маме. Не знаю, что теперь делать. − Дерек вздохнул. − И ты мне тоже очень нравишься. Какие у нас большие глазки, какой хорошенький носик… Ты такая маленькая, Эми, но ты ведь все понимаешь…

− А-а-а-а!!!

− Тихо, тихо, малютка. Я тоже скучаю по Холли. Давай плакать вместе…

Эми явно восприняла это как разрешение капризничать и продолжила плакать.

Дерек вспомнил, как Холли напевала маленькой Эми разные песенки, чтобы успокоить ее. Он решил было, что это неплохой способ, но почти сразу обнаружил, что не знает ни одной детской песни. Считалочка из фильма про Фредди Крюгера не понравилась малышке, «Голубые замшевые туфли» Элвиса тоже не пришлись ей по вкусу. Дерек понял, что «Ван Хэлен» тоже не стоит петь.

«Наверное, у меня просто нет слуха, а у Эми есть, и ее раздражает, как я фальшивлю… Не может же она понимать, о чем я пою»…

Но, как только он замолчал, Эми принялась плакать еще громче.

− Ну что мне с тобой делать? Слушай, ну вот что-нибудь из «Роллингов» − не получить мне удовлетворения, не получить мне у-до-вле-тво-рения… Не получить мне мо-ло-ка, не съесть мне яблочного пюре…

− Ма-а-а!

− А может, тебя еще раз покормить? Мама ведь укладывает тебя в восемь, а сейчас уже ночь. Ты, наверное, проголодалась. По-моему, неплохая идея…

Холли неслышно открыла дверь и крадучись, походкой китайского шпиона вошла в дом. В окне детской горел свет, когда она остановила машину, и Холли сразу направилась туда. Дерек спал, сидя в кресле, Эми сладко посапывала у него на коленях.

Холли не удержалась от улыбки. Кто бы мог подумать, что Дерек с ребенком на руках − такое восхитительное зрелище…

− Эй, сони, − тихо позвала Холли, − я уже дома. Дерек поднял голову:

− Привет. Я даже не расслышал, как ты вошла.

− Извини, мне пришлось задержаться.

− Как твоя мама?

− Лучше, поэтому я и приехала. Завтра с ней побудет Мишель, у нее выходной.

Дерек улыбнулся:

− Это обещание?

− Пока не знаю. Как у вас тут дела?

− Ты же видишь. − Дерек взглянул на спящую Эми. − Все в порядке. По-моему, она уже совсем ко мне привыкла.

Холли вздохнула.

«Я вижу… Только я не уверена, что это хорошо. Будет очень жаль, если Эми привяжется к Дереку, а он вдруг исчезнет…»

− Вот и прекрасно, − сказала она. − Дерек, ты, наверное, даже не представляешь, какой ты молодец! Девять из десяти мужчин…

− Сбежали бы, заткнув уши при первом же вопле Эми, − рассмеялся Дерек. − В прошлый раз я чувствовал нечто подобное. Но сейчас… − Он явно не спешил отдавать малышку матери.

− Я очень рада, похоже, все хорошо…

− Отлично, а то я волновался. И за тебя тоже…

− Спасибо, − улыбнулась Холли.

− Боюсь, Эмили, когда вырастет, возненавидит «Роллинг Стоунз» и Элвиса. После моего сегодняшнего исполнения «Голубых замшевых туфель» вместо колыбельной…

− Господи, Дерек!

Они рассмеялись тихонько, чтобы не разбудить Эми.

Глава 10

Холли была настолько вымотана, что всю ночь спала как убитая и не слышала, просыпалась ли Эмили. Однако утром она встала в обычное время и обнаружила, что неплохо выспалась. С Дереком все оказалось просто замечательно! Ни о какой усталости не могло быть и речи − Холли словно летала на крыльях.

Сбросив одеяло, она направилась в детскую.

− Сегодня суббота, малышка, так что я быстренько навещу маму в больнице и сразу вернусь к тебе.

− Агу-у…

− Ну что, пойдем завтракать? Не сердись, что наш увеселительный вечер вчера не состоялся, сегодня мы это исправим.

− Ма-а, − Эми обвила ручками мамину шею. С утра у нее было хорошее настроение.

«Могу поклясться, она понимает меня! Интересно, что она думает о Дереке? Нравится ли он ей? Я ведь даже не знаю, как они провели вечер… Но он выглядел довольным! А что, если бы он был отцом Эмили? Как жаль, что это не так…»

− Знаешь, Эми, − задумчиво протянула Холли, − я больше не буду тосковать о Дереке. Я просто буду видеться с ним, когда захочу, и ты тоже. Правда, здорово?

«И ночью… Надеюсь, присутствие Эмили в доме больше не будет пугать его»…

− Эми, ты хочешь, чтобы Дерек стал твоим папой?

− Гу-у?

− Он тебе нравится?

− Агу!

− Понятно, − улыбнулась Холли, − вы уже нашли общий язык. Ну что же, будем надеяться…

Предыдущим вечером Дерек с удовольствием принял приглашение Холли в итальянский ресторан − всего в получасе езды от их маленькой улицы.

«Наконец-то хоть одно свидание пройдет как положено, − добродушно пошутил он про себя. − А то мы, кажется, начали с того, чем обычно заканчивают такие встречи…»

В пять часов пополудни он уже звонил в дверь Холли. Перед тем как открыть, Холли глянула в зеркало и убедилась, что платье, которое она специально надела для поездки в ресторан, сидит отлично. Оно удивительно ей шло − длинное, темно-синее, без рукавов и с глубоким вырезом. Платье выгодно подчеркивало неброскую красоту Холли. На шее она застегнула тоненькую нить жемчуга − подарок матери на двадцатилетие.

− Боже мой, Холли, ты самая настоящая богиня, − потрясенно вымолвил Дерек с порога. − Ты выглядишь просто великолепно!

− Ты тоже, − нежно улыбнулась Холли.

На Дереке были черные брюки и бархатная рубашка, расшитая по вороту кельтскими драконами. Холли мысленно поблагодарила его за такое внимание к гардеробу.

− А где малышка? − Дерек заглянул в дом через плечо Холли.

− Я надеюсь, ты не будешь против ее присутствия на ужине?

− Ну что ты, конечно, нет!

− Отлично. Я сейчас одену ее, и можно будет ехать. Дерек остался ждать в гостиной.

− Эми специально наряжается для тебя, − донесся голос Холли из детской. − Ты просто упадешь, когда увидишь ее! Она очень хочет тебе понравиться.

− Я крайне польщен…

− Да. Мы наденем бархатное платьице…

Через минуту Холли вышла в гостиную с довольной Эмили на руках. Малышка напоминала очаровательную куколку с витрины магазина игрушек. На ней были светлый бархатный сарафанчик с вышивкой и белая шелковая кофточка, на ногах − крохотные туфельки с золотыми пряжками, почти как у взрослой. Дерек готов был поклясться, что Эми понимает, как хорошо она сейчас выглядит.

Словно в подтверждение его слов Эмили заулыбалась, покраснела и отвела глазки.

− Ах ты, маленькая кокетка, − рассмеялась Холли.

− Эми, ты просто прелесть. − Дерек склонился в шутливом поклоне. − Я потрясен! Думал, примадонной будет твоя мама…

Холли смутилась, Дерек чмокнул ее в щеку.

− Когда Эми вырастет, чтобы понимать такие комплименты, я уже буду слишком стар для них… Честное слово, я предпочитаю ровесниц.

− Я еще ни разу не брала ее с собой в ресторан… − Холли замялась, − если честно, я и не была в ресторане с тех пор, как она родилась.

− Ну так мы сейчас это исправим, − обрадовался Дерек. − Поехали!

Телефонный звонок заставил Дерека и Холли вздрогнуть одновременно.

− В других обстоятельствах ни за что не взяла бы трубку. Но может быть, это из больницы…

Холли не ошиблась. В трубке она услышала взволнованный голос Мишель:

− Алло, сестренка! Приезжай сюда, с мамой что-то не то.

− Что случилось?

Мишель медлила с ответом, и за эти несколько секунд Холли едва не умерла от страха.

− Честно?

− Говори честно, − непослушными губами выговорила Холли.

− Ну, понимаешь… она разволновалась из-за тебя. Спрашивает, как ты там и с кем… Боится, что тебя обманет твой… в общем, приезжай. Это не прихоть, ей на самом деле нехорошо. Доктор тоже советует приехать − может быть, если она успокоится, станет легче.

− Ладно, сейчас буду. − Холли тяжело вздохнула.

− Хорошо, я встречу тебя у входа в больницу. Не сердись. − Мишель повесила трубку.

Когда Холли вернулась в комнату, Дерек уже затеял возню с ребенком.

− Дерек… − Холли остановилась в дверях. − Я не нарочно… это не я… честное слово!

− Что случилось?

− Маме стало хуже.

Дерек встрсвоженно повернулся к ней:

− Намного?

− Не думаю, но доктор все же просит приехать, и Мишель боится…

− Ну так поезжай, − спокойно сказал Дерек, уже привычно устраиваясь в кресле с Эмили на руках.

− А как же ужин?

− Он, очевидно, откладывается.

− Ты, наверное, считаешь меня идиоткой. − Холли чуть не плакала, когда Дерек обнял ее.

− Нет, − сказал он нежно, − я…

«Чуть не сказал… люблю тебя! Я точно с ума сошел!»

− Я… думаю, тебе сейчас необходимо быть там…

− А Эми?

Малышка тут же напомнила о своем существовании неразборчивым лепетом.

− Угадай с одного раза, кто останется с ней, − улыбнулся Дерек.

− Не сердись на меня, пожалуйста!

Дерек усадил Эмили в кресло и крепко обнял Холли.

− Мне не за что на тебя сердиться, честное слово. Меня воспитывала пожилая тетушка, и мне часто приходилось навещать ее в больнице. Из-за этого срывался рабочий график, но друзья всегда старались меня подменить. Неужели я поступлю иначе? Ведь родители − это самое главное. Можешь пробыть в больнице сколько будет нужно.

«Я влюбился! В женщину с ребенком! Мои поздравления, Кэссиди. Ты самый большой дурак из всех, кого я видел! Но как же она хороша…»

− Как я смогу отблагодарить тебя?..

− Я подумаю, пока тебя не будет…

− С едой и номерами телефонов − как обычно… да ты сам знаешь. О, Дерек!..

− Веди машину осторожно, не торопись. И не волнуйся по дороге, хорошо?

− Спасибо, еще раз − огромное спасибо тебе, Дерек! Ты так меня выручил…

Дерек, конечно, не воспринимал еще одну ночь с Эмили как подарок судьбы.

«Но я просто обязан помочь ей. На моем месте Холли поступила бы так же, и дело даже не в том, что она мне безумно нравится. Подумать только, если бы это была тетя Мэри, и мне никто не помогал…»

− Чего только не сделаешь ради такой женщины, − сказал Дерек вслух и обернулся к Эмили. − Зайчик, как бы ты отнеслась к папе вроде меня?

«Что я несу!»

Эми улыбнулась.

Взяв ее на руки, Дерек устроился в кресле.

− Не слушай меня, крошка. Это я, конечно, погорячился. Не надо привыкать к дяде Дереку: он, может быть, и хорошая нянька, но папа из него вряд ли получится.

Эми нахмурилась, и он почувствовал себя виноватым.

− Ты же понимаешь, Эми… Малышка, похоже, решила всплакнуть.

− Не расстраивайся, солнышко. − Дерек покачал ее на колене. − Я совсем не то хотел сказать. Просто… видишь ли, я не могу быть твоим папой. Правда, не могу. Я совершенно не готов ко всему этому… да, в конце концов, меня никто не учил, как быть хорошим отцом. Никто из нас в этом не виноват, ты − замечательный ребенок, а я не знаю, куда меня еще может забросить жизнь. Так что Дерек Кэссиди − далеко не самая лучшая кандидатура… Эми притихла и серьезно взглянула в его глаза.

− Какой же ты вырастешь, вот интересно. Девочке нужен отец − а сколько проблем начнется, когда тебе будет двенадцать-тринадцать лет… Холли, пожалуй, тяжело придется в одиночку. И ведь всегда должна быть твердая мужская рука, чтобы помочь, направить… что там еще отцы делают? Кто будет распугивать твоих ухажеров, а?

− А-а-а?

− А кто будет вопить, что «в этом платье ты дальше порога не пойдешь»?

− А-а?

− И кто подведет тебя в церкви к жениху?

Эми затихла, встретив взгляд Дерека.

Тут Дерек понял, как на него смотрит Эми, и испугался.

− Ну нет, детка. Только не я. И не надо плакать. Понимаешь, я думаю, что люблю твою маму. Но вот что из этого выйдет, хотел бы я знать!

Глава 11

Дерек сбегал к себе домой и принес Забияку.

− Господа, познакомьтесь, я надеюсь, вы понравитесь друг другу. Это Эмили. А это − сэр, перестаньте шипеть, а то удавлю! − а это Забияка. Внимание, у нас впереди − обширная развлекательная программа. В нее входят: роскошный ужин, песни и пляски, стихи про Винни-Пуха, а также (и это главный номер, спешите видеть!) Дерек Кэссиди в роли рыжего, белого и фиолетового клоунов одновременно!!!

− Агу-у, − расстроившаяся было Эмили заинтересовалась, на ее лице появилась улыбка.

− Несомненно. Все пожелания будут учтены. Но сперва − ужин!

− Мяу! − заявил котенок.

− Тебя не спрашивают! Разумеется, тебе тоже дадут поесть. Итак, − Дерек повернулся к Эмили, − леди, ползунки какого цвета вы изволите предпочесть на сегодняшний вечер?

Он приготовил банановое пюре так же быстро, как это делала Холли, и протянул Эми бутылочку.

− Музыка, дамы и господа! − Дерек пощелкал кнопками приемника и настроил свое любимое «Рок-н-ролл-радио».

При первых звуках музыки Забияка мяукнул, как будто пытался подпевать.

− Согласен. У тебя в отличие от меня есть хоть какой-то слух. Ты же видишь, все как обещал, − вечеринка: еда, музыка, девочки… Девочка, правда, только одна, но очень хорошенькая. Да, Эми?

Малютка не ответила. Она увидела пушистый белый комочек, который шевелился, издавая забавные звуки, и потянулась к нему. Дерек хотел было забрать котенка, чтобы тот не поцарапал Эмили, но ручки малютки оказались такими нежными, что через несколько секунд Забияка уже довольно мурлыкал. Эми что-то лепетала ему на своем языке, и котенок, похоже, прекрасно ее понимал. В общем, они были вполне довольны друг другом.

Через час Дерек сменил Эми подгузник и выключил приемник, потому что у крошки уже слипались глазки. Вечер удался на славу. Шоу клоунов прошло с небывалым успехом − девочка непрерывно хохотала, а Забияка изумленно таращился на свихнувшегося хозяина, наверное, уже не раз пожалев, что связался с такой сомнительной компанией.

Дерек сидел в кресле, к которому уже привык за несколько последних дней. Эми дремала у него на коленях, а Забияка пристроился на плече. Никто не мешал мыслям Дерека, но нельзя сказать, чтобы он был рад этому.

«То, что у меня едет крыша, − это вне всяких сомнений: обложился всякой живностью и блаженствую, как счастливый отец семейства. Но вот вопрос, на который мне во что бы то ни стало нужно знать ответ, − возможно ли… как бы это… Любит ли она меня?»

Он испугался собственной откровенности… зевнул и уснул сном праведника.

Приехавшей через час Холли ничего не оставалось, как только разбудить Дерека, забрав с его плеча котенка, который тут же попытался выпустить когти и уцепиться за хозяина.

− Привет, Холли, − сонно пробормотал Дерек. − Как дела?

− Добрый вечер. Я поговорила с мамой, она больше не волнуется. Мне пришлось объяснить ей насчет тебя… В общем, все в порядке. Доктор говорит, что через несколько дней ее выпишут.

«Интересно, − подумал Дерек, − что это она объяснила насчет меня? Что у Эмили появится новый папочка? Очень романтично, конечно… Но, черт побери, меня хоть кто-нибудь спросил?!»

Но вслух он сказал только:

− Ну что ж, я очень рад…

− Похоже, вы тут не скучали. − Холли увидела разложенные на полу игрушки и несколько пустых пакетиков из-под детского питания и кошачьего корма.

− Как видишь. Все прошло отлично, правда, моя доблестная армия?!

Армия удовлетворенно молчала, и Дерек ответил за нее:

− Так точно, сэр!

− Солдаты… − рассмеялась Холли. − Главнокомандующий наверняка зверски голоден.

Дерек оживился.

− О, неужели я чувствую запах итальянской кухни? Дайте несчастному клоуну чего-нибудь пожевать!..

− Ты угадал. Сейчас будем ужинать.

Уложив дочурку в кроватку, Холли решила перед ужином вновь надеть синее платье. Свечи на кухонном столе смотрелись ничуть не хуже, чем на столике в ресторане. Меньше чем через час с едой было покончено.

− В этом платье ты просто сногсшибательна, Холли… Она улыбнулась и кокетливо опустила глаза.

− Спасибо.

− Можно я сниму его с тебя? − хриплым голосом спросил Дерек.

− Тебе так не терпится?

− Если честно, то да. Мы так мало времени проводим вместе, что я хотел бы наверстать упущенное.

− Ну что же, − Холли поднялась из-за стола, − мы поужинали. А теперь предложи мне десерт…

Глава 12

Дерек рассмеялся. Но долго забавляться ему не пришлось. Чувства захлестнули его с головой, казалось, сердце сейчас разорвется от их избытка. Он хотел эту женщину, прекрасную, неповторимую, соблазнительную, манящую, близкую − и одновременно такую далекую… Он хотел ее сейчас. Немедленно.

− Отвернись на секунду. Холли послушалась.

Дерек неслышно подошел сзади, обнял ее и нежно провел кончиками пальцев по ее шее, груди и животу. Даже эти легкие прикосновения вызвали внутри Холли настоящее цунами наслаждения.

− Сними его с меня… − выдохнула она и, расстегнув верхний крючок платья, повернулась к Дереку.

Он медленно освободил ее от одежды.

− Подожди, − шепнул Дерек, − я хочу полюбоваться тобой. Изучить тебя всю… Ты прекрасна… Ты − совершенство, Холли, и не знаешь об этом. Позволь мне тебе рассказать. У тебя такие волосы… Они похожи на облако, насквозь просвеченное солнцем. Твоя кожа нежная, как лепестки утренних цветов… Ты… − Дерек задохнулся, подбирая слова. Его восхищение невозможно было выразить.

− Дерек…

− Ты − мое чудо, мой ангел, солнце мое, моя радость…

− Дерек…

− Ты прекрасна. Я не знаю, что еще сказать.

Холли нежно обвила руками его шею.

− Если бы не ты, я бы никогда… никогда не стала такой… как сейчас.

− Какой?

− Не знаю… свободной, наверное, раскрепощенной. Иди ко мне…

Он покрыл ее тело поцелуями, легкими, как прикосновение теплого ветерка, спускаясь к груди от шеи, к животу от груди и ниже… так, как она и мечтала когда-то.

− Я хочу поцеловать тебя туда…

− О-о, Дерек… − Вздох Холли оборвался, переходя в стон.

Дерек перенес Холли на стол. Сильными руками он раздвинул ее ноги и стал целовать нежный бутон ее розовой плоти…

− Дерек, я никогда раньше… Никогда… Как хорошо… Он остановился в недоумении.

«Разве может такое быть? Чтобы она не…»

− Тебе нравится? Если нет, то я не буду…

− Нет-нет, продолжай…

Дерек вслушивался в ее прерывистое дыхание, в ее страстные стоны, и ему на мгновение стало ясно, что это музыка, которую он искал всю жизнь. Музыка любви и страсти…

− Да, да! Да!!!

Даже когда звуки стихли, он продолжал целовать, облизывать и нежно посасывать этот свежий бутон распустившейся розы…

− Тебе понравилось?

Холли с трудом перевела дыхание.

− Ох… ну… конечно.

− Хочешь еще?

− Да… но позже. А теперь войди в меня!

Дерек выполнил эту просьбу (или, судя по интонации, скорее приказ) со всем старанием, на которое был способен.

Он обнял ее, мягко проникая все глубже и глубже. Холли обвила его руками и ногами, и они задвигались в каком-то бешеном ритме, остановить который не было силы ни у него, ни у нее.

− Не жди, не жди. − Ее шепот был легче пуха, я Дерек не устоял перед ним, освободив всю свою страсть.

− Холли, − выдохнул он.

Холли изучала спящего Дерека Кэссиди. «Он божественно красив! И как я не заметила этого раньше? Мне казалось, что он очень сексуальный, но красота − это ведь совсем другое… Он добрый, − неожиданно подумала она, − очень добрый, за это я и…»

Было воскресенье, половина десятого утра…

Лежа в кровати, Холли вспоминала разговор с матерью. Впервые в жизни ее возмутила мысль о требовании немедленно выйти замуж. Разве Дерек Кэссиди − вещь, чтобы объявлять его своей собственностью? Холли вдруг почувствовала запоздалую обиду. Билл как раз считал ее собственностью. Молодая, красивая, влюбленная женщина, хозяйка и мать детей… Женщина с фигуркой девочки, которая не испортится после родов, женщина, с которой не стыдно показаться друзьям… Билл, конечно, любил ее, но ему не было дела, что за существо скрывается в теле Холли Блэйк, что для него важно, а что совершенно ни к чему.

Но он любил ее − и его уже нет в живых. Холли почувствовала себя виноватой.

«А еще есть Эмили… И ей-то не объяснишь, что близкий человек может однажды взять и исчезнуть, потому что он не вещь и не твоя собственность… Просто потому, что захочет…»

− У-а-а-а-а… − донеслось из соседней комнаты.

− Иду-иду, зайка. − Холли последовала на зов. Переменив пеленку, она сказала: − Крошка, ты полежи еще пять минут, а я пока разбужу па…

«Я хотела сказать, папу?!! Да именно это… и я совершенно не представляю, как он к этому отнесется…»

− Дерек… Дерек, милый…

− Доброе утро. − Он открыл глаза, щурясь от яркого солнца, бьющего в оконное стекло. − Нет, а ты по утрам определенно прекрасна…

− Будем вставать? Уже полдесятого…

− Подожди. − Он окончательно проснулся. − Я хочу тебе сказать… что-то очень важное…

«Ну вот. Дождался. Но, черт побери, я должен это сказать… Хотя бы потому, что это чистая правда!»

− Что сказать? − Холли попыталась унять бешено бившееся сердце, и ей это не удалось. − Дерек… Что-нибудь произошло?

− Да… Холли замерла.

«Сейчас он заявит, что женат. Или, еще того хуже, что у него есть ребенок. Зачем ему еще одна обуза…»

− Дело в том, Холли, что… я люблю тебя…

− Ты… меня… что? − Холли показалось, что ее сердце остановилось. Она сидела неподвижно, не в силах справиться с чувствами, которые разбудило внезапное счастье.

Дерек смотрел на нее нерешительно и тревожно. Наконец он спросил:

− Холли… А ты?..

«Он просто ждал ответа, − с облегчением вздохнула Холли. − Какая же я все-таки глупая!»

− А я… я просто обожаю тебя, Дерек! − Она бросилась целовать его, но тут же отстранилась и заглянула в глаза. − Но знаешь, это так неожиданно…

− Знаю, − вздохнул Дерек. − Я сам удивился, когда понял. Но послушай, дело в том, что я… не совсем уверен.

− В чем?

− В нашем будущем. − Казалось, слова даются ему с трудом. − В нас. И… прости, но я хочу быть честным до конца, если уж начал… Все дело в Эмили.

− Мне кажется, ты справишься… − растерянно пробормотала Холли.

− Справлюсь с чем?

− С тем, чтобы быть ей хорошим отцом…

− Нет, милая, − мягко сказал он, − нужны ответственность, основательность, уверенность − у меня ничего этого и в помине нет. Да ведь и подготовка требуется. Я не думал, что у меня так скоро появятся дети.

− Милый, но ведь никто не бывает готов к этому. Это просто приходит, вместе с жизнью…

Дерек помотал головой:

− Холли, мы уснули час назад… я предлагаю просто обнять друг друга и заснуть опять. Мы сейчас наговорим друг другу кучу глупостей и рассердимся…

− Глупостей?!

− То, что я люблю тебя, − это главное. Глупости − все остальное.

Глава 13

− У-а-а-а-а-а! У-а-а-а-а-а!! У-а-а-а-а-а-а!!! − рассерженный рев Эмили уже в который раз наполнил дом. Дерек открыл глаза, пытаясь понять, где находится. Разобраться удалось не сразу, зато он прекрасно помнил, что это стихийное бедствие носит имя Эмили.

− Боже мой… Холли, что с ней случилось?..

− Она голодная, наверное… − Холли поднялась и потянулась за халатом. − Ну да, уже час дня. Я сейчас ее покормлю.

Дерек приподнялся на локте.

− Она что, спала до часу дня?

− Нет, − вздохнула Холли, − слышал бы ты, что творилось утром. Я уже вставала пару раз.

Дерек откинул одеяло.

− Тогда спи, я сам накормлю Эми.

− Дерек, но… − Внутри Холли боролись два чувства: ответственность и желание поспать еще хоть немного.

− Никаких возражений!

− Но ты ведь не знаешь, − слабо попыталась протестовать Холли.

− Чего я не знаю?

− Там, в бутылочке, разведешь и… Дерек присел на край кровати.

− Отсюда поподробнее. Что развести и в какой бутылке?

− Слушай. Просто смешаешь фруктовый порошок − он на полочке − с водой и взболтаешь. Там инструкция есть на банке…

− Будет исполнено, мэм! − Дерек поднялся и побежал на кухню.

− Спасибо, − сказала Холли ему вслед. − Ты просто чудо!

Он уже не слышал ее. Хлопнув дверью, Дерек пошел в детскую, потом с Эмили на руках помчался на кухню.

− Так, ну что тут у нас? М-м-м, ананасовый сок и вишневый йогурт… Не знаю, как вы, леди, а я бы с удовольствием полакомился! Где этот твой порошок?

− У-а-а-а-а-а-а!!!

− Не надо плакать, Эми, дядя Дерек может оглохнуть. Подожди полминуты, сейчас все будет готово.

Холли закрыла глаза и улыбнулась.

«Никогда от него такого не ожидала, − с удивлением подумала она, − кажется, этот мужчина вовсе не такой эгоист, как все прочие. Но это поразительно: первое, что он сделал этим утром, − побежал кормить малышку. Не свою дочь, прошу заметить, а мою…»

Она встала с кровати и надела халат. Тихонько заглянув в кухню, она увидела плачущую Эмили и Дерека, прыгающего вокруг нее с бутылкой, которую он взбалтывал с титаническим рвением.

− Не плачь, Эми, не плачь, я мешаю, мешаю… Здесь написано: две ложки на половину литра. Тут − литр, так что… да, по-моему, я положил туда четыре ложки. Или нет?

Он остановился в недоумении.

− Ну да, я вспомнил.

− Мяу! − Забияка вышел из-за холодильника и потерся о ногу хозяина. Как всегда по утрам, он требовал еды. В доме Холли он уже освоился и даже вылизал пару пакетиков из-под творожка, оставленных в детской, но этого ему было, разумеется, мало.

− А ты чего пришел? Тоже есть хочешь? Подожди, сейчас Эми покормим, и получишь свой завтрак. Ты что предпочитаешь сегодня? Молоко?

− Мяу!

− Ну да, конечно, молоко, а я уж засомневался, приятель. − Бутылка в руках Дерека грозила лопнуть от его усилий.

− У-а-а-а-а!

− Все, леди, божественный нектар готов. Если уж ваша мать − богиня, то извольте питаться, как это принято на Олимпе.

Холли, стоявшая за дверью, покраснела и улыбнулась.

Тишина наполнила дом. Эмили удовлетворенно зачмокала, а котенок блаженствовал от звука молока, льющегося в его блюдце. Дерек как завороженный наблюдал за Эмили, а Холли подглядывала за ними из-за двери кухни.

− Мяу, − заявил Забияка.

− Еще молока? Пей, пей… А тебе еще нектара, так, Эмили? Ну что же, все счастливы? Да-а-а, возни с вами…

«Нет, он говорит это не так, будто чем-то раздражен. − Холли неслышно прошла по ковру и вернулась в спальню. − Дерек зря сомневался − он прекрасно со всем справляется. Но как же хочется спать! Эти дни были такими утомительными. Хотя и очень приятными…»

Холли улыбнулась и, подумав, что, пока Дерек с Эмили, с малышкой будет все в порядке, заснула.

Через час Дерек разбудил ее:

− Красавица, вставай… со-о-оня! Холли с трудом разлепила глаза.

− Доброе утро… наверное, уже день, да? − Она попыталась отыскать взглядом часы.

− Выспалась?

− Не-а… Но это ничего, я привыкла. Спасибо за завтрак для Эми…

− Не стоит. Я тебя люблю… − Дерек опустился на кровать рядом с ней и нежно обнял ее за плечи.

− Я тебя тоже. Ты такой милый!.. Дерек рассмеялся:

− Хочешь, я покормлю тебя с ложечки, как Эмили? Кстати, я пробовал мясное пюре − оно несоленое! Это просто ужас! Теперь я понял, отчего она все время плачет.

− Маленьким нельзя соленое, Дерек.

− Холли, уже два часа… Помнишь, вы с Эми хотели пригласить меня в зоопарк?

Холли вздрогнула. Неприятные воспоминания… Что же, им суждено было навсегда остаться воспоминаниями и вскоре поблекнуть. Дерек сам предложил сходить в зоопарк.

− Ох, а я совсем забыла…

− Давай сходим сегодня!

− А я думала ты… − Ее голос дрогнул.

«Я думала, мы никогда никуда не пойдем вместе. Я так боялась стать для тебя просто красивой игрушкой…»

− Что я? По-моему, все просто замечательно, так что я с удовольствием составлю компанию двум хорошеньким девушкам. Ты не против?

Холли успокоилась и улыбнулась:

− Мистер Кэссиди, какие такие из ряда вон выходящие обстоятельства толкают вас на подобный шаг?

Забияка, который уже давно отирался вокруг кровати, наконец-то запрыгнул на нее и, улегшись под рукой Холли, блаженно заурчал.

− Ну, знаете, мэм, я люблю животных. − Дерек сказал это самым невинным тоном, на какой был способен. Холли рассмеялась.

«Мистер, меня не проведешь! Но тем не менее все просто отлично!»

Этот день показался Холли нескончаемым праздником. Под руку с Дереком они прогуливались мимо многочисленных клеток с животными и чувствовали себя почти мужем и женой. По крайней мере, именно так думали все окружающие: кем же еще могут быть мужчина и женщина, вместе везущие коляску, из которой выглядывает совершенно счастливый ребенок?

Дерек увидел, что какой-то почтенный отец семейства покупает на всех стаканчики поп-корна, и пристроился в очередь.

− Я тоже хочу так, − объяснил он Холли. − Смотри, все счастливые семьи грызут этот поп-корн.

− Я терпеть не могу кукурузу, − рассмеялась Холли, − но ради такого дела…

Эмили была довольна жизнью, своей мамой и ее спутником. Она даже ни разу не захныкала во время прогулки, с интересом разглядывая животных и птиц. Дерек подносил ее поближе к клеткам с разноцветными колибри, показывал ей гигантские аквариумы с рыбами и водорослями… Трудно было сказать, кто был счастлив больше: Дерек или Эмили.

Он раз и навсегда забыл свое смущение от положения няньки. Какая нянька, дамы и господа? Гордый отец с маленькой принцессой на руках − вот что видели окружающие.

В свою очередь, Холли радовалась оттого, что Дерека принимают за ее мужа. В конце концов, было безумно приятно идти рядом с этим удивительно красивым мужчиной, разговаривать с ним, смеяться… и не обращать внимания ни на что вокруг.

Какая разница, женаты они или нет? Слово «жена» казалось Холли чем-то обыденным, хотя за ним и стоял призрак надежности и твердого положения. Зато слово «возлюбленная» райской музыкой звучало в ее ушах, и от этого легкий шаг Холли стал почти невесомым, словно ее удерживали над землей незримые крылья.

Она смотрела прямо перед собой, не оглядываясь на Дерека и не замечая его тревожного, изучающего взгляда. Этот мужчина на самом деле видел ее насквозь и чувствовал ее настроение.

И Дереку не понравилось то, что он увидел. Он начал опасаться, что Холли неправильно поняла его приглашение.

«Это я виноват… Выглядит так, будто я что-то пообещал ей… Но и Холли будет хороша, если подумает, что это навсегда. Одно дело − изображать счастливую семью, а другое… Нет уж, увольте! Я не нянька и не дрессировщик домашних животных! − Дерек даже слегка разозлился, но тут же одернул себя: − Но как сияют ее глаза… Имею ли я право давать ей надежду, которая не сбудется? Ведь это почти то же самое, что просто обмануть. Но я ведь сам не знаю, чем все закончится… Я люблю ее…»

Эми протянула к нему ручки из коляски, и Дерек взял ее на руки.

«Так, Дерек, давай по порядку. Вот сейчас ты держишь Эми и хочешь купить ей воздушный шарик и, может быть, сладкую вату… кстати, нужно спросить у Холли, можно ли малышке ее есть… не будем отвлекаться: тебе весело, Кэссиди. Но ты забываешь об ответственности! Хотя… я ведь совсем по-другому смотрю на девочку, вовсе не так, как тогда, впервые… и… мне нравится эта прогулка! И не только прогулка − почти все, кроме смены памперсов… Боже мой, неужели это так?»

Холли что-то спросила у него, и он машинально ответил, стараясь сохранить улыбку на лице. Незачем было беспокоить Холли раньше времени.

«Да, Кэссиди, это так. И ты будешь последним трусом, если не признаешься в этом перед самим собой. Хорошо, вот сейчас мы − будто семья и ничем не отличаемся от других родителей с детьми, пришедших сюда повеселиться. Но что дальше? Девочка растет, ей нужен отец, и чем дальше, тем больше… А я? У меня был отец, но это ничего не значит: он почти не обращал на меня внимания. Что же мне делать? Значит, так, Дерек Кэссиди: как ты сможешь быть папой для этой крошки, если ничего не знаешь?»

− Смотри, Эми, гориллы!

− Га-а?

− Да, гориллы. Смотри, какие они большие. − Холли тормошила задумавшуюся Эмили. − Подойдем поближе?

− Да, мы уже бежим туда! − Дерек посадил ребенка себе на плечи и помчался к обезьяннику, забыв обо всем.

− Дерек, осторожно! Там много людей, и вас случайно могут толкнуть…

− Все будет в порядке, мамочка! Правда, Эми? Эми была полностью согласна.

Эту ночь Дерек и Холли снова провели вместе. Эмили крепко спала, утомленная новыми впечатлениями.

Глава 14

В семь утра следующего дня − это был понедельник − Холли проснулась от резкого звонка будильника. Ночь была выше всяких похвал… Но отчего-то Холли проснулась в плохом настроении.

Сказочные выходные прошли, они закончились слишком быстро, и ей казалось, что так счастлива она не будет больше никогда в жизни. От этой мысли хотелось плакать.

Конечно, кроме работы, понедельник ничем не отличался от воскресенья… Но Холли было очень грустно. Новая неделя, новая разлука с Эмили, и еще Дерек… Собственное положение казалось ей шатким и ненадежным.

«Хватит раскисать, − подбодрила она себя, − не вздумай будить Дерека с кислой миной! Ничего страшного пока не произошло!»

«Вот именно − пока», − подтвердил внутренний голос.

Холли заставила его замолчать и отправилась в душ. Прохладная вода принесла облегчение.

«Я просто не выспалась. Все в порядке. Три такие ночи подряд… Неудивительно, что утром глаза на мокром месте…»

Выбравшись из душа и одевшись, Холли разбудила Дерека.

Дереку показалось, что его будит незнакомая женщина. Холли в строгом костюме учительницы, Холли, чьи огненно-золотые волосы тщательно убраны в тяжелый узел на затылке… «Чужая, чужая, чужая…» − тревожно застучало сердце.

− Понедельник… − сказал он вслух.

Какой-то гнусный голос внутри его закаркал:

«Вот и все, детки-клоуны, цирк окончен! Джентльмены, попрощайтесь с вашими дамами! А ты пошляк, Кэссиди…»

Но было еще что-то… Он не мог объяснить себе, что именно.

− Извини, я ужасно тороплюсь. − Холли металась по комнате, хватаясь то за косметичку, то за расческу, то за пеленку Эмили. − Уже опаздываю, а ее нужно накормить завтраком.

Дерек молча кивнул.

− Но ты можешь идти в душ, если, конечно, не опаздываешь тоже.

− Да, мне пора на работу, − озадаченно проговорил Дерек. − А я уже забыл!

Через двадцать минут они встретились в гостиной. Дерек успел принять душ и одеться, пока Холли одевала и кормила ребенка. Вчерашние любовники, сейчас они чувствовали странное отчуждение. И все же Холли надеялась, что она ошибается.

«Он спал, а я ворвалась в спальню, только и всего… Это ничего не изменит! В конце концов, я знаю не так много счастливчиков, способных утром в понедельник проснуться в хорошем настроении!»

− Дерек… − Они стояли лицом к лицу в холле. Она понимала, насколько все это выглядит странным, но сказать было совершенно нечего.

− Я, наверное, пойду, − пробормотал он и закашлялся. «Дур-р-рацкое положение! Эй, Кэссиди, придумай что-нибудь! Ну, пожалуйста, придумай! Все слишком сложно…»

Холли сказала себе, что должна, просто обязана воспользоваться последним шансом, иначе…

«Иначе он уйдет. И все. Но что же сказать?»

− Будешь завтракать? − весело спросила она.

Их глаза встретились. Дерек взял ее за руку и повел к дивану. Усадив Холли, он сел рядом и осторожно погладил ее по щеке.

− Холли, − его голос пресекся, − я люблю тебя, но…

«Я так и знала! Все это было слишком хорошо, чтобы длиться вечно…»

Холли старалась не шевелиться, не дышать, не говорить, оттянуть как можно дальше то страшное мгновение, когда…

Словно против воли она спросила:

− Но что?

− Я думаю, мы поторопились, и… я не знаю…

− Конечно, не знаешь, − обреченно вздохнула Холли, − и что дальше? Что нам с Эми теперь делать?

− Ну, может, как это говорится, попридержать коней?.. Холли перевела дыхание, изо всех сил стараясь выглядеть спокойной.

− Дерек, послушай, кони не думают о финише, они просто бегут. Бегут и все!..

− Да, но… я…

− Испуган?

− Может быть. Но в любом случае будет разумнее не торопиться.

«Идиот, ты хоть слова бы выбирал помягче!» − выругал себя Дерек. Холли выглядела такой беззащитной… такой несчастной…

− Хорошо, я поняла. − Холли не хотела, чтобы ее голос звучал так холодно, но ничего не могла с собой поделать.

− Послушай, − мягко продолжил он, − это не значит, что я не люблю тебя. Не значит, что я не хочу быть вместе с тобой… и Эмили. Наоборот, я забочусь о вас и…

«Заботится. Он заботится… Это теперь так называется?» Ее мечты рушились на глазах.

Дерек не знал, как еще высказать то, что он чувствовал. Холли поняла: он никогда бы не подвел ее. Дело было совсем в другом.

− Все в порядке, Дерек. Я все понимаю.

− Да? Потому что…

− Да, − твердо сказала она, надо было все заканчивать. − Собравшись, как перед прыжком в ледяную воду, Холли безразлично проговорила: − Извини, я опаздываю отвезти Эми, а тебе тоже надо на работу.

− Ну да. − Его голос звучал грустно и устало.

«Она рада. Во всяком случае, я надеюсь. А я… я боюсь! Черт бы меня побрал: я ее люблю, хочу полюбить Эмили и боюсь…»

Дерек поднялся и стал повторять уже сказанное.

− Да… то есть, знаешь… черт, как это трудно описать! В общем, давай остановимся, честно спросим себя о наших чувствах и…

Внезапно Холли все стало ясно.

«Ну конечно! Наш бесстрашный Дерек боится полюбить мою дочь. Эту крошечную девочку. Оставь его в покое, Холли, это трус…».

− Я все поняла. − Он мог только удивиться бесцветности ее голоса. − Все нормально. Не забудь Забияку.

− Пока, − тихо сказал Дерек и прикрыл дверь.

Холли заплакала.

«Ну и какой из него отец, − злилась она. − Даже за своим котом присмотреть не может. Эмили не нужен тот, кому не нужна она! Тогда почему я здесь сижу и реву?»

Плакать больше было нельзя, Эмили начала нервничать.

− Все будет хорошо, маленькая, − твердо сказала Холли, входя в детскую. − Я люблю тебя. Уж я-то знаю, что это значит. Не бойся. Я никогда тебя не брошу, зайка.

Глава 15

Несколько секунд Дереку казалось, что пока еще в его силах все изменить. Но с последними словами Холли он понял, что это не так. Такой обиды не простит ни одна женщина, будь она даже самой лучшей на свете.

Поэтому он молча собрался и ушел к себе.

Только вечером в доме Холли раздался телефонный звонок.

− Холли, это я. − Голос Дерека звучал взволнованно и почта испуганно. − Можно сейчас к тебе зайти?

Холли долго молчала, прежде чем ответить:

− Дерек, я думаю, что не стоит. Нет.

− Что это значит?! «Нет, я устала» или «нет, у меня другие планы»?! Или «нет, катись к черту»? Что значит «нет»?

Не будь Холли так поглощена своим горем, она расслышала бы панику в голосе Дерека.

− «Нет» значит просто нет, Дерек…

Весь следующий рабочий день Дерек размышлял о случившемся.

«А ведь, по сути, ничего особенного не произошло. Мы нелепо, глупо поговорили… и она больше не хочет меня видеть. А я чувствую, будто проснулся и снова − одиночество. Просто все пошло своим чередом. Опять. Да будь оно все проклято!.. Ну, неужели непонятно, что в моих словах был смысл, − не могу я так с места в карьер! Обдумали бы все толком, поговорили бы еще пару раз − а там, пожалуй, я бы и привык… Ч-ч-черт!»

Он попал молотком себе по пальцу и выругался.

Кто-то из ребят обернулся и встретился с ним взглядом.

− Дерек, я не хочу вмешиваться не в свое дело… Но ты уверен, что тебе не стоит сегодня уйти пораньше? Мы справимся.

Он вздохнул и отложил молоток. Рассерженный начальник − еще куда ни шло, но начальник, страдающий от несчастной любви… Его ребята этого не заслужили.

− Нет уж, − вздохнул он. − Давайте-ка сегодня устроим выходной. Эй, ребята, все свободны! Завтра доделаем.

Прошла неделя. Дерек стал нарочно задерживаться на работе, даже растягивал рабочий день, потому что вечерняя пустота в доме только напоминала о пустоте в его сердце. Котенок Забияка верно ждал хозяина, устраиваясь у него на коленях каждый раз, когда тот опускался в кресло перед телевизором.

Дерек смотрел все подряд − бейсбольные матчи, скучные боевики, многочисленные юмористические шоу, ведущие которых как будто стремились перещеголять друг друга непроходимой глупостью и пошлостью. Иногда увиденное раздражало его, но Дерек радовался этому. Раздражение казалось ему хотя бы тенью эмоций, которых он внезапно лишился.

Через неделю он случайно поранил руку пилой на работе − и впервые в жизни задумался о самоубийстве.

Он стал словно одержим этой идеей. «Холли, − повторял он про себя, − она, наверное, заплачет. Эмили маленькая, она еще не поймет…» В тот день он вновь ушел с работы пораньше и заперся дома, размышляя, как осуществить задуманное.

Из открытой двери соседнего дома послышался плач Эмили.

Дерек понял, что никогда не уйдет из жизни добровольно, хотя бы ради того, чтобы иногда встречаться с Холли на улице, любоваться ею, здороваться и беседовать о подрастающей Эми.

Если бы он мог, то заплакал бы вместе с ребенком.

Вечером того же дня Дерек сидел дома и опять смотрел телевизор, временами разговаривая с Забиякой. Две пустые бутылки из-под пива стояли возле кресла, третья была только начата.

− Слушай, не знаю, как тебе, а мне уже осточертел этот ящик. Ты скажи мне…

− Мяу?

− Нет, ты скажи мне − я правильно поступил? Я не трус, я все знаю, но надо же, чтобы хоть у одного из двоих была голова на плечах, верно?.. Ты же сам все видел…

Котенок демонстративно отвернулся.

− Да пошел ты!.. Я-то мужчина, я должен обдумывать ситуацию, будь она проклята…

Спина котенка была красноречивее всяких слов. То ли пиво, то ли взвинченные нервы так повлияли на Дерека − он был твердо уверен, что котенок понимает его, но не желает разговаривать.

− Не спорь, я лучше знаю… Самое-то главное: ведь я − никудышный отец…

Дерек вскочил с кресла и теперь мерил шагами комнату. Ему хотелось бежать куда-то, хотелось все исправить, но он понимал, что это невозможно, и был в отчаянии. Он сам, собственными руками разрушил свою жизнь, свою любовь, свое счастье…

− Я дурак, Забияка, − доверительно прошептал он, наклоняясь к котенку. − Я люблю ее, она любит меня… Черт побери, я люблю Эмили, как будто она моя родная дочь! Что мне мешало? Зачем я придумал всю эту чушь о том, что я еще не готов? Не слышишь? Ну и не слушай, тебе-то что? Она не простит меня, понимаешь? Я случайно обидел ее, но так сильно, как не смог бы даже нарочно. Какой же я кретин…

От хозяина пахло пивом. Забияка отпрянул и недовольно мяукнул.

− Хватит мне выговаривать, − рассердился Дерек, − уши оборву! Ну напился, подумаешь! И завтра тоже напьюсь. И послезавтра…

Котенок не обратил внимания на угрозы хозяина.

− Ну и ладно… Господи, как же я хочу увидеть Холли!

Эпилог

Солнце еще греет по-летнему, но в воздухе давно уже пахнет осенью, и рано утром на газонах вдоль улиц тает серебристый иней. Впрочем, мало кто встает так рано − разве что Холли Блэйк, которая должна успеть погулять с дочкой, до того как уедет на работу. Холли молча катит коляску по улице, ей надоело заставлять себя улыбаться, тем более что сейчас ее никто не видит. Эмили подросла, и стало понятно, что она очень похожа на свою мать. Иногда в серо-голубых глазах девочки проскальзывает что-то совсем взрослое, слегка печальное − возможно, она чувствует настроение матери.

Пристроив коляску возле дома, Холли идет к машине. Пора говорить Эми «до свидания» и отправляться на работу.

Опять не работает дворник.

Она открывает капот и долго смотрит на переплетающиеся провода. «Надо как-нибудь все это выучить, − устало думает Холли, − все равно придется разбираться самой…»

Это так Похоже на первый день ее знакомства с Дереком, что к глазам подступают слезы.

Холли слышит голос из-за плеча… Безумно знакомый голос, от которого в душе просыпается отчаянная надежда.

− Тебе нужна помощь?

Холли оборачивается и видит Дерека с черными кругами вокруг воспаленных глаз.

«Боже мой, − проносится у нее в голове, − он болен? Или так много пьет? Да он станет алкоголиком, если… Черт побери, мне-то какое дело?!!»

И тут она срывается на крик:

− Какого черта ты здесь околачиваешься? Решил шпионить за мной? Я тебя ненавижу! Убирайся от моего дома!

Дерек молчит. Он слушает, опустив голову, и не говорит ни слова. Запал Холли мгновенно проходит, и она чувствует, как навалившаяся усталость придавливает ее к земле.

«Мое прошлое… − безразлично думает она. − Мое прошлое стоит и смотрит на меня. Мое прошлое… Моя любовь…»

Дерек не двигается с места. Он оглядывается в ту сторону, где должна стоять коляска Эми.

Но в коляске ее нет.

Как потом вспоминала Холли, все произошло слишком быстро, чтобы испугаться по-настоящему. Крик Дерека − и огромная соседская собака, немецкая овчарка мистера Наттера, уносящая розовый сверток в зубах…

Через полминуты все уже закончилось. Дерек благополучно вернул матери дочь − или дочери мать − кто знает? Во всяком случае, плакали они уже втроем…

А еще через десять минут, после недолгого, но напористого общения с мистером Наттером по телефону, Дерек Кэссиди обнимал Холли и Эмили Блэйк на крыльце их дома.

− Милая, милая, − шептал он сквозь слезы, − я буду самым лучшим отцом. У нас будет все хорошо, я буду заботиться о вас, я буду очень любить вас. Холли… Эми… Честное слово, я буду золотым отцом. Платиновым, − он улыбнулся, − вы меня и с места-то не сдвинете. Вот прямо с вашего крыльца и не сдвинете. Правда, Эми?

Холли улыбалась впервые с того воскресенья, когда они расстались.

− Платиновым? По-моему, неплохо. У тебя будет платиновый папа, Эмили!

− П-а-п-а… па-па!

КОНЕЦ

Content

Тони Блэйр
Очаровательная соседка

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог