Зак Хьюз

Планета вечного холода

ГЛАВА 1

Дэн Вебстер, с полотенцем на шее, одетый в спортивные трусы, вошел в кабину космического корабля. Его грудь и плечи блестели от пота.

— Хорошо, что ты решил составить мне компанию, — сказала его жена. — Хотя большой необходимости в твоем присутствии нет. Твои занятия спортом куда важнее.

Дэн улыбнулся.

— Мне показалось, что я тебе нужен, мама.

— Не называй меня «мама», — сказала она. — Я не твоя мать.

— Слава Богу, что ты не моя мать, — проговорил он, стоя у нее за спиной. — Этот прибор не позволит нам сбиться с курса.

Фрэн Вебстер удивленно посмотрела на него и сказала:

— Ты можешь сказать это прибору.

— Дай-ка взглянуть. Посмотрим, что ты-здесь напутала, — сказал Дэн, занимая место Фрэн за пультом управления и поворачиваясь на вращающемся кресле к компьютеру серии «Век».

— Хм, — сказала Фрэн.

Дэн похлопал ее по мягкой заднице. Он подумал, что для ее возраста у нее совсем неплохая фигура и довольно упругое тело. Приятно будет заняться с ней любовью на космическом корабле. Для этого всегда найдется время, когда двое совершают длительное путешествие в открытом космосе. Но в данный момент он должен выяснить, что там не в порядке с этим прибором.

Дэн Вебстер был человеком высокого роста с вечной улыбкой на губах. При ярком свете на его голове были заметны пролысины, но в общем у него еще было достаточно много волос. Годы его пощадили. Фрэн была почти такая же высокая, как и он, женщина с отличной фигурой. В ее каштановых волосах только еще начинала слегка пробиваться седина. Фрэн, игриво улыбаясь, уступила мужу место за пультом управления.

— Надо всегда помнить, — объяснял Дэн, — что не следует нажимать клавиши прежде, чем знаешь с уверенностью, какую именно тебе надо нажать. Как мне говорили в колледже: «хорошенько учите клавишелогию». — Говоря это, он нажал на одну из клавишей, и на экране тотчас же замигали сигналы, означающие, что прибор неисправен.

— Всегда рада поучиться у человека, хорошо знающего свое дело, — сказала Фрэн.

Дэн улыбнулся.

— Просто показываю тебе то, что не надо делать. Он исправил свою ошибку и нажал еще на одну клавишу.

Роясь в блоке памяти системы «Вербольт», старенький компьютер серии «Век» издавал звуки, которые напоминали Дэну его собственное ворчание. Вдруг он испуганно отпрянул от дисплея, на котором с бешеной скоростью стали появляться и исчезать звездные карты.

— Ну, успокойся, — сказал Дэн, мягко нажимая на клавиши. Компьютер стал работать медленнее, тем не менее звездные поля на дисплее мало походили на те, которые были видны на экране, который находился над головой Дэна.

— Я же тебе говорила, — сказала Фрэн. — Я говорила тебе, папа, что если мы собираемся путешествовать в космическом пространстве, где до нас еще никто не бывал, на корабле величиной с актерскую гримерную, нам надо обязательно обзавестись новым компьютером.

— Да, мама, ты это говорила, — вздохнул Дэн, перебирая пальцами клавиши компьютера, пытаясь разобраться, что же с ним случилось.

— Короткие путешествия, невдалеке от родной планеты, казались мистеру Даниэлю Вебстеру не столь романтичными. Ему нужны были приключения. Нет, отпуск на Терре-2 или где-нибудь на одном из недавнооткрытых миров его не устраивал. Ему нужно было отправиться туда, где еще никто не бывал. Он должен был потратить все деньги на… на что? — Она замолчала.

Вообще-то в ее словах не было злобы. Они жили вместе уже семьдесят лет. Она родила ему двух сыновей и трех дочерей, Все их дети были вполне устроены в жизни и, перед тем как окончательно уйти на покой, она, как и ее муж, хотела пережить одно последнее приключение.

— Я потратил значительную сумму денег на покупку дискет с картами системы Римфаер, — сказал Дэн спокойно. — Но у нас еще достаточно денег, чтобы, как заметил один наш знакомый, провести оставшиеся годы без лишений.

Фрэн посмотрела на мужа снизу вверх.

— Он потратил деньги на карты, которые ничего не показывают, кроме входов и выходов из совершенно неисследованных участков галактики, — сказала Фрэн, обращаясь к космическому кораблю, жужжащим маленьким приборам, к мурлыкающему генератору и неизвестным звездам, которые сверкали, словно бриллианты на фоне черной пустоты.

— Ага, — сказал Дэн, нежно поглаживая клавиши, нажатие которых изменили модуль компьютера. Смотри, мама, каким-то образом ты нажала не ту клавишу. Видишь?

— Вижу.

— А нажав ее, ты перевела компьютер в другой режим работы. Он стал показывать совсем не те карты.

Он показывал нам карты обратной стороны галактики.

— Хм, — сказала Фрэн.

— Компьютер не мог установить наше местонахождение, потому что он искал для нас не те карты.

Карты системы Римфаер были так многочисленны, что в них можно было запутаться. В свое время космическая станция Римфаер была весьма совершенной системой среди космических кораблей Департамента исследования иных миров. Она постоянно находилась в галактике, совершая короткие перелеты в те участки периферии, которые, казалось, представляли интерес для исследователей. На всем протяжении своих маршрутов лаборатория устанавливала маяки и составляла карты, при помощи которых даже такому старому и небольшому космолету, как «Старики» Дэна и Фрэн, удавалось ориентироваться в космосе и совершать путешествия на большие расстояния вокруг Млечного пути.

Сначала было страшновато выходить за пределы родной галактики. Даже такой астронавт-любитель, как Дэн, должен был знать золотое правило космических полетов. Оно гласило: никогда не путешествуй в неизвестном космическом пространстве. Всякое может случиться с кораблем, летящим в неисследованном космосе, и не дай ежу Бег повстречаться там с каким-нибудь летающем объектом. Неизвестно какие молекулярные изменения могут произойти при сближении с таким объектом.

Всякий, кто читал о космических полетах, видел в книгах картинки с изображением двух самых известных катастроф, при которых корабли сталкивались с летающими объектами. Одна из картинок изображала изящный нос небольшого космического крейсера, торчащий из черной массы астероида. Другое изображение было еще более драматично — колониальный корабль «Вулпекула Коламбус» врезается в небольшую торговую ракету. Столкновение с астероидом или любым космическим телом значительных размеров было фатально для астронавтов.

Там, где Управление космическими полетами не устанавливало маяков, никто не решался совершать длительные перелеты. Поначалу Дэну и Фрэн страшновато было удаляться в темноту интергалактического пространства. «Старики» как бы с неохотой оставлял за собой последний маяк в том месте, где открывался великолепный вид на галактику, в центре которой находился яркий, пульсирующий, как сердце, диск. Как только Дэн ознакомился с маршрутом, расстояние которого измерялось в парсеках, он решил следовать курсом, установленным космической станцией Римфаер. Путь лежал вокруг галактики.

— Подумай о том, мама, какое расстояние мы покроем. Не многие могут похвастаться тем, что побывали там, где побываем мы.

— Я могла бы и еще кое-чем похвастаться, — сказала Фрэн.

«Старики» совершал полет в кромешной тьме космического пространства благодаря тому, что Дэн Вебстер не хотел стареть и становиться домоседом. Он шестьдесят лет проработал в компании «Объединенные Тигианские полеты», а эта фирма посылала космические корабли во все обитаемые миры. По крайней мере, в секторе Союза планет. Он начал с должности бухгалтера, а закончил вице-президентом компании, и не спешил уходить на покой. К его удивлению и удовольствию, не кто иная как Фрэн предложила ему немного попутешествовать.

Их корабль совершал полет под углом девяноста градусов вокруг планеты Тигиан-2. Там, внизу, остался их дом, надежно защищенный от непрошенных гостей, вредных насекомых, портящих мебель и сырой или слишком сухой погоды. Двери мог открыть только голос самого Дэна или, в случае крайней необходимости, это мог сделать его старший сын.

Они провели два месяца на Ксентосе — административном центре Союза Планет — добиваясь от бюрократов из «Управления космическими полетами» разрешения на получение бывшего в употреблении космического корабля, а потом совершили несколько несложных полетов от центра к периферии по старым маршрутам. И вот теперь «Старики» находился на огромном расстоянии от дома и входил в зону «рассеянных звезд», оставляя за собой маяки Римфаера.

— Ну, мама, — сказал Дэн, после того как компьютер, наконец, показал на своем дисплее их точное местонахождение, обозначив их космический корабль небольшой точкой среди разбросанных тут и там звезд, — куда мы отправимся теперь?

Фрэн пожала плечами.

— Тебе всегда везло, — сказал Дэн. — Покажи мне счастливую звезду.

— Вот эта, — сказала Фрэн шепотом, как бы сомневаясь в чем-то. Она показала на созвездие, находящиеся на расстоянии нескольких сот парсеков от центра галактики.

— Значит, так тому и быть, — согласился Дэн.

И «Старики» направился в сторону семи безымянных звезд. Множество других звезд и космических тел делали это созвездие невидимым для астрономических станций, находящихся на планетах Союза. Конечно, оно было нанесено на карты исследовательской лабораторией Римфаер, но командующая космическими вооруженными силами адмирал Джулия Роберте и военные ученые не спешили давать имена новым звездам.

Дэн понятия не имел, как дают имена звездам и никогда всерьез об этом не думал, хотя хотел бы, чтобы одну из звезд назвали в честь Фрэн. В настоящий момент он внимательно следил за показаниями приборов, чтобы не подлететь слишком близко к раскаленному солнцу или не врезаться в астероид. По-настоящему трудно стало после того, как они покинули зону маршрутов Римфаера. Генератор на борту «Стариков» не налетал слишком много парсеков, но это был надежный и мощный генератор, потому что космический корабль служил для перевозки других кораблей, превышавших его по размеру во много раз. Этот генератор мог работать без перезарядки в течение многих перелетов. Находясь в открытом космосе он подзаряжался энергией от ближайших к нему звезд.

Так как спешить им было некуда, Дэн и Фрэн не дежурили за пультом управления в ночное время. Просто, когда в западной зоне галактики, там, где была расположена планета Тигйан-2, наступала ночь, они включали — автопилот и ложились спать. Дэн Вебстер всегда рассматривал ночное время как кульминацию дневной активности, потому что, ложась в постель, имел удовольствие прикасаться к мягкому телу женщины, которая родила ему детей. В зависимости от гормонального состояния Фрэн, ночь для него была или тихим, блаженным погружением в сон, или совместным бурным удовлетворением физических инстинктов, этим ритуалом, который обычно заканчивался тем, что Фрэн начинала стонать, а Дэн хохотать, как дурак. Он всегда смеялся, потому что половой акт доставлял ему огромное удовольствие. После стольких лет совместной жизни ю они легко угадывали малейшие желания друг друга и моментально удовлетворяли их. Они доказали сами себе, что плотские утехи доступны не только молодым людям.

«Старики» был снабжен продовольствием для путешествий в течение трех лет и имел неприкосновенный запас еще на полгода. На корабле имелось много книг и фильмов из библиотеки Конфедерации планеты Ксентос. Дэн никуда не спешил. Приборы исследовали космическое пространство вокруг ближайшей к ним звезды, и вся информация поступала в память компьютера. Дэн получал от наблюдений большое удовольствие. Он еще не сделал никакого открытия, но он был первым человеком, изучающим эту звезду, у которой не было спутников, и которую окружали лишь клубы газа и космической пыли.

Фрэн училась в хорошем колледже на Тигиане-2. Она изучала литературу. Но семейная жизнь и воспитание детей оторвали ее от чтения хороших книг, написанных авторами из Союза планет, и она постоянно испытывала чувство вины по этому поводу. Фрэн поклялась себе, что воспользуется своим космическим путешествием, чтобы прочитать как можно больше книг, но пока что не прочла ни одной книги. Она никак не могла привыкнуть к напыщенному книжному языку. Проблемы, которые волновали писателей тысячу лет назад имели мало отношения к современной жизни. Когда «Старики» стал приближаться к звезде класса Г, находящейся на расстоянии нескольких световых лет; от первого солнца, она решила, что начнет работать над статьей о жизни и творчестве одного режиссера. Под этим предлогом она смотрела один за другим свои любимые фильмы, что очень успокаивало ее после долгого сидения за компьютером, выдающим сложные программы. Дэн предпочитал расслабляться в спортзале.

Когда он позвал ее, оторвав от просмотра любимого фильма, который она смотрела уже в четвертый раз, она сразу же поняла, что ее муж взволнован.

— Смотри, Фрэнни, — сказал Дэн, показывая на экран.

— О, Боже, — воскликнула Фрэн.

На экране была видна небольшая звезда и ее спутники — шесть планет. Все это очень напоминало солнечную систему, вроде тех, которые изучают в школе.

— Боже мой, Дэниэль, — сказала Френ.

— Должен тебе признаться, Фрэнни, что я не надеялся, что мы откроем что-нибудь новое, — признался Дэн.

Она нагнулась и поцеловала его.

— Дэн Вебстер, ты всегда добивался в жизни всего, к чему стремился.

— Мне кажется, что все мои прежние достижения меркнут перед этим открытием. А, мама?

— Замолчи. Не называй меня мамой.

— Вот они. Похожи на курицу с цыплятами. — Он засмеялся. — Какую из планет мы назовем Фрэнни?

— Глупо называть планету таким именем.

— Я так не думаю, — сказал он, поворачиваясь к экрану. — Давай рассмотрим эти планеты получше.

Две планеты были темными, покрытыми льдами, удаленными от живо творящего солнца. Они были похожи на сирот, лишенных родительского тепла. Еще две планеты, увеличенные на экране, оказались газовыми гигантами. Первая планета находилась слишком близко к солнцу и представляла из себя опаленную пустыню.

Дэн специально оставил вторую планету на орбите этого солнца для последнего осмотра, так как приборы регистрировали на ней наличие какой-то жизни.

Дэн задержал дыхание. Он нажимал клавиши компьютера серии «Век», который постанал немного, а потом на дисплее появились очертания этой планеты. Дэну так хотелось увидеть голубой цветл что на мгновение ему показалось, что он видит его среди белизны этого неведомого пока мира. Он сфокусировал изображение и должен был прищурить глаза, так как поверхность планеты вдруг вспыхнула миллионами бриллиантов прежде, чем камеры скорректировали картинку.

Планета Фрэнни, вторая планета звезды класса Г, была покрыта сверкающими льдами. В этом мире была вода, но она была скована льдом, который покрывал ровным слоем почти всю планету. Дэн так расстроился, что выключил компьютер и ударил кулаком по пульту.

Фрэн подошла к мужу вплотную и прижалась к нему своим телом.

— Там должна быть железная руда, — сказала она.

— Да, мы можем послать сообщение об открытии полезных ископаемых.

— Папа, сколько звезд мы уже исследовали?

— Две звезды.

— Ты разве не помнишь, о чем мы читали в учебниках? Профессиональные исследователи могут десятилетиями путешествовать в космосе и не обнаружить ни одной планеты, на которой есть жизнь.

— Спасибо, — сказал Дэн, поглаживая жену. — Ты всегда читаешь мои мысли.

Она засмеялась.

— Ну, если я тебя еще не изучила за столько лет…

— На первой планете, должно быть, есть полезные металлы, — сказал Дэн.

— Мы еще не посмотрели, есть ли луны на орбитах газовых гигантов. — Ты права, давай посмотрим.

Пришлось повозиться со световым табло, чтобы вы светить как следует несколько спутников большой планеты. Пара из них выглядели обещающе. Дэн назвал пять планет именами своих детей и еще несколько планет именами своих внуков. Он с удовольствием подбирал имена, соответствующие определенным планетам Они около двух месяцев исследовали спутник за спутником, делая это не спеша, отсыпаясь ночью, не забывая посмотреть интересный фильм и развлечься в постели перед сном.

«Старики» осторожно, минуя солнечный вихрь космических частиц, приближался к планете, на которой приборы фиксировали большое скопление железа.

Нужно было провести быстрое исследование, а потом поскорее убираться прочь, так как радиоционные детекторы обнаружили на планете какую-то аномалию.

Дэн вышел на орбиту второй планеты и приготовил сообщение о своем открытии. «Старикам» придется долететь до первых маяков Римфаера, прежде чем можно будет послать это сообщение в штабквартиру космического ведомства на Ксентосе. Временные маяки, установленные «Стариками» для того, чтобы корабль мог вернуться на проложенные маршруты, не в состоянии были передавать подобные сверхзвуковые сообщения.

Приготовив все необходимые приборы, Дэн еще раз внимательно осмотрел планету. Он дал задание компьютеру установить, на каком расстоянии от своего солнца находится эта планета и какова сила ее радиации. Он не был астрофизиком, но чувствовал, что в показаниях компьютера что-то не так. Вторая планета по величине была почти такой же, как Тигиан-2. Она находилась на оптимальном расстоянии от своего солнца. Никакие темные тучи не защищали ее от дающих жизнь лучей светила. Когда компьютер еще раз подтвердил, что, по всей вероятности, среди огромных полей льда должно быть некоторое количество воды, Дэн повел «Стариков» на снижение, чтобы вблизи рассмотреть сверкающую поверхность планеты.

Фрэн, немного нервничая, наблюдала за тем, как их космический корабль, имеющий форму квадрата, снижался, а потом на огромной скорости понесся над поверхностью, покрытой льдами. Впервые она поняла, какую скорость может развивать корабль: в открытом космосе не ощущается скорость движения.

— Что ты делаешь, папа? — спросила она мужа голосом, в котором ощущалось волнение.

— Просто хочу посмотреть хорошенько на эту планету.

Все датчики на борту космического корабля были задействованы. Лед на планете образовывал округлые гористые массивы. Все это выглядело весьма впечатляюще. Равнинные, покрытые льдом участки внизу, наводили на мысль, что когда-то на этой планете «Фрэнни» был океан. Они пролетели практически над всей планетой. Приборы не зарегистрировали ничего примечательного. Кричать «эврика» пока не приходилось. Не вспыхивали яркие сигнальные огни на экране, означающие, что на планете происходит нечто необычное. Но вновь выводя корабль на орбиту, Дэн взглянул на показания приборов и присвистнул.

— Посмотри, мама, — сказал он.

— Я вижу, — сказала Фрэн. — Но что это значит? — она не разбиралась в диаграммах.

— Металлы, — сказал Дэн. — Большая концентрация металлов. Вот здесь и вот здесь. — Он показал ей две точки на поверхности планеты, изображенной на экране в виде шара. — В других местах металлы тоже имеются. Неплохо, мама. Ты не хотела бы стать очень, очень богатой?

— Я хотела быть очень, очень богатой, когда мы были молодыми, — отвечала она, улыбаясь.

— Но и сейчас, конечно, богатство тебе не помешает.

— Да, не помешает.

Дэн стал давать задание компьютеру.

— Ты что, хочешь сделать посадку на этой планете? — спросила она с тревогой в голосе.

— Все будет в порядке.

— Но на ней сплошной лед.

— Мама, в открытом космосе гораздо холоднее, чем на этой планете. На нее все-таки проникают солнечные лучи.

— Зачем нам садиться на нее?

— Мы же хотим разбогатеть, не так ли? — сказал он. — Мне нужно получше исследовать, что за металлы там имеются. Я хочу исследовать их с помощью теплового зонда.

Фрэн все еще сомневалась стоит ли им делать это.

Волнуясь, она наблюдала за тем, как космический корабль входил в тонкие атмосферные слои, а потом совершил посадку на ледяной поверхности планеты. Дэну не было особенной нужды покидать корабль, который был снабжен всем необходимым исследовательским оборудованием, среди которого был зонд, способный проникать сквозь толщу льда. Он мог пробуравить ледяной слой толщиной в две сотни футов за один час.

— Ого, — воскликнул Дэн, когда приборы показали наличие такой чистой руды, в существование которой было трудно поверить. Ее было так много, и она состояла из такого разнообразия пород, что локатор показывал только огромное световое пятно.

Он направил зонд к ближайшему скоплению железа.

— Честное слово, я не понимаю, что происходит, — признался он. Зонд был вблизи чего-то, что приборы обозначали, как большое скопление железной руды.

— Дэн, мне холодно, — сказала Фрэн, поеживаясь.

— Тебе кажется, мама, — сказал Дэн. — Сюда холод не проникает. Зонд приблизился к источнику скопления металлов.

В это время Дэв почувствовал, что его знобит. Он посмотрел на Фрэн она просто дрожала от холода.

— Папа, надо улетать отсюда.

— Да.

Он протянул руку к пульту, но его рука замерзла в воздухе. Он почувствовал, что ее сковало холодом. Он вскрикнул. У него изо рта шел пар, который сразу же замерзал в воздухе. Фрэн не удержалась на ногах и упала, ударившись о пульт управления. Дэн попытался дотянуться до кнопки тревоги. Его палец дотронулся до кнопки, но был уже такой нечувствительный от холода, что Дэн не был уверен, удалось ли ему нажать ее должным образом, чтобы со «Стариков» пошел в космос сигнал о помощи. Он нашел в себе силы упасть на пол кабины рядом с женщиной, которую любил с шестнадцатилетнего возраста. Ему даже удалось обнять ее, перед тем как холод окончательно сковал его тело. Он не ощущал тела своей жены. Ему хотелось плакать.

Вода замерзла моментально и разорвала баки. Внешняя часть корпуса корабля покрылась инеем. Экран компьютера стал гаснуть. Металлическая обшивка корабля размегчалась, по мере того, как температура упала ниже уровня холода в космическом пространстве.

Корпус треснул и морозный воздух ворвался внутрь «Стариков». Вскоре все там оледенело и стало частью снежного ландшафта планеты. Через шесть месяцев уже трудно было заметить космолет среди ледяной пустыни.

Временные маяки, установленные Дэном Вебстером, теряли энергию и гасли один за другим. От «Стариков» не осталось никаких следов. Разве что небольшой ледяной холм еще как-то напоминал о некогда существовавшем космическом корабле.

ГЛАВА 2

Дэвид Вебстер старался посещать Тигиан-2 раз в каждые три года. Но прошло уже почти четыре года с его последнего визита сюда, когда его новенький, сияющий, сделанный на планете Зид космолайнер завис над интерпланетарным космодромом города Т, и Дэвид запросил службу управления полетами о разрешении на посадку. Он назвал, стоивший ему многих миллионов космолайнер, в честь матери, «Фрэн Вебстер», и хотел показать его ей.

Так как каждому, кто хоть чуть-чуть разбирался в космических кораблях, было ясно, что «Фрэн Вебстер» стоит немалых денег, звездный лайнер привлек к себе всеобщее внимание. Молодой водитель автокара, встретивший Дэвида на посадочной площадке космодрома, задавал вопрос за вопросом, и Дэвид терпеливо отвечал на каждый вопрос, пока его везли в сторону здания космопорта. По дороге он вспоминал то время, когда работал здесь и мечтал только об одном — сесть поскорей на какой-нибудь космический корабль и улететь куда-нибудь подальше от Тигиана-2.

— Да, — говорил Дэвид, — зидцы сделали хороший корабль.. — Недавно он продал скупщикам партию драгоценных камней, добытых им самим, и, к своему удивлению, обнаружил, что денег, вырученных за товар, вполне хватит на покупку звездного лайнера. На самом деле, он не собирался покупать новый космолет. Его «Маленький Дэвид», который ранее находился в распоряжение вооруженных сил ГА, служил ему всего лет пять, и вполне устраивал Дэвида. Но как только он увидел звездный лайнер последней модели, он просто влюбился в него.

Он не часто имел дело с мирами системы Зид. Несмотря на то, что эти миры уже тысячу лет как входили в состав Объединенной Федерации планет, люди, живущие на планетах системы Зид, держались как-то отчужденно от людей других планет, входящих в состав Содружества, и больше походили на инопланетян. Никто не любил говорить об этом, но чувствовалось, что даже по прошествии тысячи лет, у обитателей системы Зид оставалось затаенное чувство обиды из-за проигранной войны, которую они когда-то сами начали, и в которой потерпели сокрушающее поражение. Объединенные планеты завоевали и опустошили миры Зид. Да, но космические корабли зидцы делать умели, нужно было отдать им должное. Дорогие, роскошные, с множеством всяких технических приспособлений, рассчитанные на очень богатых покупателей.

— Может быть, ваш лайнер нуждается в техническом осмотре, мистер Вебстер? — спросил молодой водитель.

— Спасибо, в этом нет необходимости, — ответил Дэвид.

— Если потребуется устранить какие-нибудь неисправности, дайте мне знать. Спросите Пита.

— Хорошо, Пит, — сказал Дэвид.

Молодой водитель замолчал, увидя, что Дэвид достал переговорное устройство и сделал запрос. Запрос прошел через четыре станции, прежде чем Дэвида соединили с нужным отделом военного ведомства Тигиана.

— Меня зовут Дэвид Вебстер, пилотское удостоверение номер ТГ-2-7Л900-300. Я хочу зарегистрировать право на владение зидским космическим лайнером номер 789…

— Подождите, капитан Вебстер.

Он ждал. Молодой человек по имени Пит остановил свой автокар у входа в космопорт города Т.

— Надеюсь, ты не спешишь, — сказал Дэвид, дожидаясь ответа по переговорному устройству.

— Вовсе нет, сэр.

— Капитан Дэвид Вебстер, ТГ-2-7Л900-300?

— Так точно.

— Для вас есть срочное сообщение.

Дэвид слегка встревожился.

— Да?

— Этому сообщению уже шесть месяцев, капитан Вебстер. — У оператора был женский, приятный и чувственный голос. — Возможно, вы его уже получили.

— Нет, не получил, — сказал Вебстер.

— Это сообщение было разослано по всем космическим маршрутам. Оно от некой мисс Рут Вебстер, — говорила оператор. — Она требует, чтобы вы срочно вернулись на Тигиан-2.

— И это все?

— Это все.

— Спасибо. Я полагаю, что это сообщение предназначалось для передачи на космический корабль «Маленький Дэвид»?

— Да, сэр.

Так вот почему он не получил его. Он оставил свой старый космический корабль на планете Зид-4, и после того, как он стал летать на космолайнере, «Маленький Дэвид» находился в капитальном ремонте. Ему даже название поменяли.

— Можно мне зарегистрировать мой новый звездный лайнер? — спросил он вежливо.

— Да, сэр.

Он немедленно связался со своей сестрой Рут.

— Я рада, что ты вернулся домой, Дэвид, — сказала Рут своим сочным приятным голосом. — Как скоро ты приедешь?

— Через полчаса. Встретимся в нашем доме? — Он имел в виду дом своих родителей, дом, где он провел свое детство, где провела свое детство Рут.

— Нет. Пожалуйста, приезжай ко мне.

Он хотел спросить ее о том, что случилось, но не хотел спрашивать об этом по переговорному устройству.

Тигиан Сити, Город-Т, шумел и гудел. Наземные автомобили проносились туда и сюда со страшной скоростью. Воздухолеты парили в воздухе, резко шли на посадку, взмывали вверх и летели дальше.

В городе пахло жильем, предприятиями и вообще всем, чем обычно пахнет большой индустриальный центр. Дэвид с детства любил эти запахи. С собой у него был только небольшой портфель, в котором лежали зубная щетка, бритва и тому подобные самые необходимые вещи. Он заказал воздушное такси и сказал, чтобы его отвезли в магазин мужских товаров, где продавцам был известен его размер и вкус. Он любил путешествовать налегке. Пара сменного белья, носки и кое что еще доставят в дом его сестры вскоре после того, как он сам прибудет туда.

Он схватился руками за сиденье, когда водитель воздушного такси резко свернул в сторону, чтобы избежать столкновения со встречным воздухолетом.

— Вы не пользуетесь автопилотом? — спросил Дэвид.

— Только не в час пик, — ответил водитель, резко сворачивая влево, чтобы пропустить вереницу общественного транспорта.

Во время своего последнего путешествия Дэвид покрыл расстояние, исчисляемое многими сотнями парсеков, и «Маленький Дэвид» залетал в весьма отдаленные миры, не раз избегая столкновения с астероидами, которые со свистом проносились мимо. В космосе Дэвид ничего не боялся, но, пользуясь воздушном транспортом в городе Т, он то и дело закрывал глаза и отдавался на волю судьбе. Он открыл глаза в очередной раз и понял, что воздушное такси идет на посадку. Он увидел дом своей сестры и начал доставать кредитки, чтобы расплатиться с водителем, который резко шел на снижение.

Дэвида так и подмывало сказать ему, чтобы он доставил его к дому родителей, который находился неподалеку и был виден даже отсюда. Но он побоялся сделать это.

Срочное сообщение просто так не посылают. Личные срочные сообщения обычно означают плохие новости.

Что-то, наверное, случилось с матерью или отцом. Остальные родственники — сестры Рут, Сара, Шиба и брат Джошуа были еще слишком молоды и полны сил, чтобы заболеть или тем более умереть.

— Счастливо, капитан, — сказал водитель. Дэвид дал ему щедрые чаевые. После продажи этой партии бриллиантов и изумрудов на системе Зид, он мог позволить себе быть щедрым. В течение этих лет, что он занимался бизнесом по торговле драгоценностями, он весьма обогатился. Но последняя сделка была такой удачной, что проиавела бы впечатление и на более богатых людей, чем он.

Рут Вебстер увидела его изображение на домашнем экране и открыла дверь.

— Добро пожаловать домой, Дэвид, — сказала она, не пытаясь обнять его, но улыбаясь ему теплой улыбкой.

Рут была женщиной в самом расцвете лет. У нее была отличная фигура. Она была стройная, изящная. Волосы у нее были такие же каштановые, как и у Дэвида. У обоих были карие глаза. Считалось, что они очень похожи друг на друга, вот только Рут была поменьше ростом и красивее своего брата.

— Привет, сестренка, — сказал он. — Извини, что опоздал.

— Входи, — сказала Рут.

Ничего не изменилось в доме Рут Вебстер с тех пор, как Дэвид в последний раз был на Тигиане-2. Толстые ковры. Традиционная мебель темного дерева, украшенная узорами, которые гармонировали с предметами искусства, развешенными на стенах.

— Я получил твое срочное сообщение, когда прибыл в Т-Порт, — сказал Дэвид.

Рут опустилась в кожаное кресло. Она была одета в светло-голубой костюм, который подчеркивал ее отличную фигуру.

— Хочешь чего-нибудь съесть или выпить? — спросила она, поджимая под себя одну красивую ногу.

— Нет, спасибо.

— Ты устал. Присядь.

— Нет, — сказал он, улыбаясь. Ей всегда казалось, что она знает его лучше, чем он сам знает себя. — Я не устал. Или твоя новость так ужасна, что мне лучше сесть?

— Я не знаю, — сказала она.

— Тогда скажи мне в чем дело, и я решу сам.

— Вскоре после твоего последнего приезда сюда, папа и мама купили космический корабль, — начала рассказывать Рут. Она была единственной из пятерых детей, кто называл родителей папа и мама.

— Черт возьми, — сказал Дэвид, вздохнув с облегчением. Дэн Вебстер был непредсказуемым человеком. От него можно было ожидать, что он купит космический корабль. Дэвид рассмеялся. — Так вот почему отец просил меня прочитать ему краткий курс по основам космической навигации.

— Не знаю, были ли у него уже тогда планы совершить путешествие. Он купил корабль через три месяца, после того как ты уехал. Сара и я думали, что родители совершат небольшое путешествие вокруг Ксентоса или в крайнем случае слетают на Терру-2, чтобы полюбоваться пустыней и поездить по ней. Папа всегда говорил, что отправится туда, когда уйдет на пенсию. Вместо этого…

Дэвид опять встревожился. Рут была самым крепким человеком в семье, она всегда с честью выходила из любого положения и преодолевала любые трудности, но на этот раз он видел, что она очень взволнована.

— …он запасся продовольствием для длительного полета и отправился в сторону экстрагалактических маршрутов, установленных станцией Римфаер.

— Ого, — сказал Дэвид.

— Мы регулярно получали от них сообщения в течение какого-то времени. Мама отправляла их. Космические расстояния произвели на нее большое впечатление. Каждое сообщение было похоже одно на другое. Что-то в таком роде: «ну, вот, мы находимся на расстоянии двух тысяч трехсот парсеков от дома».

— А потом?

— От них не было вестей в течение шести месяцев, и после этого я послала тебе срочное сообщение.

— Значит, прошло больше года с тех пор, как ты получила от них последнее сообщение.

Она кивнула.

— Ты сообщала в ГА?

— Я дала знать об этом тигианскому космическому ведомству. А Джошуа связался со штабквартирой ГА на Ксентосе, и они проверили сообщения со всех космических маяков.

— И ничего?

— Ничего. Родители пересеклись с патрульным кораблем ГА, в отдаленном районе галактики. Это было как раз тогда, когда мама послала свое последнее сообщение, поэтому патруль и зарегистрировал их координаты.

— У тебя есть эти координаты?

— Они у Джошуа.

— А где сейчас Джошуа?

— Он проходит службу на Ксентосе.

— Так ему и надо, — усмехнулся Дэвид.

— В космическом ведомстве нам сказали, чтобы мы не волновались. Они считают, что «Старики» покинул установленные маршруты сразу же после того, как мама послала последнее сообщение. Джошуа говорит, что он попросит патрульный корабль поискать их, как только он полетит в том направлении.

— Джошуа, кажется, не слишком переживает.

— Я очень волнуюсь. И Сара тоже.

— Да, Сара, конечно, будет волноваться.

— Но, Дэвид…..

— Как поживает Сара и все ее семейство? — Сара выгодно вышла замуж. По крайней мере, ее такое замужество вполне устраивало. Она нашла себе вполне обеспеченного мужа, принадлежащего к верхним социальным слоям Города-Т. У них был городской дом с десятью спальными комнатами и несколько загородных домов, находящихся в весьма живописных уголках. Наслаждаясь счастьем, которое выпало на ее долю, она сразу же начала производить на свет наследников для своего богатого мужа.

— Она будет очень рада видеть тебя, — сказала Рут.

— Давай поговорим о Джошуа. Он, кажется, не слишком волнуется?

— Он говорит, что если папа действительно занялся изучением планеты, то он каждый месяц в течение трех лет, пока у них хватит продовольствия, может прокладывать новые маршруты в неизведанном космосе. А временные маяки, установленные им, обладают слишком слабой энергией для передачи сообщений на большие расстояния.

— Правильно. На корабле запасы еды на три года?

— У них там консервированной пищи хватит на четыре года при умеренном употреблении.

— Хм. Значит сейчас у них осталось еды на двадцать четыре месяца плюс неприкосновенный запас.

— Дэвид, я не хочу говорить об этом, не желаю даже думать…

— Я полечу туда, — сказал он.

— Спасибо.

— Послушай, они же и мои родители тоже.

— Я знала, что ты предпримишь что-нибудь.

— Я думаю, что если бы Джошуа считал это необходимым, то он уже давно предпринял бы что-то.

— Ты же знаешь Джошуа. Он озабочен своей собственной карьерой. В настоящее время он делает все, чтобы выслужиться перед начальством. Он говорит, что административные обязанности, которые он исполняет в штабквартире ГА, это трамплин для повышения по службе.

— Я считаю, что ты не совсем справедлива к старику Джошуа.

Рут пожала плечами.

— Ты не спросил о нашей младшей сестре.

— Еще не успел, — сказал Дэвид. — Как поживает Королева?

— Она сейчас на одной из отдаленных планет, снимается в новом фильме из сериала «Легенда о Миари», — сказала Рут, улыбаясь улыбкой, которая говорила о том, что Рут любит свою сестру. — Она в главной роли.

— Боже! Крылатая Шиба.

— Она будет замечательно выглядеть…

— Она всегда замечательно выглядит, — сказал Дэвид. Он очень любил свою младшую сестру. — Итак, она ничего об этом не знает?

— Она все равно ничем не может помочь. Я подумала, пусть она сначала закончит сниматься, а потом мы ей все расскажем. К этому времени, может быть, узнаем, что…,- она замолкла, так как в дверь позвонили.

Принесли покупки Дэвида, которые он сделал в магазине мужских товаров. Дэвид объяснил Рут в чем дело, дал посыльному свою кредитную карточку и убедился, что тот записал все правильно. Когда посыльный ушел, он сказал:

— Положи эти вещи куда-нибудь подальше до следующего моего визита.

— Если ты не собираешься ими пользоваться, почему ты не отошлешь их назад?

Он пожал плечами. Трудно было объяснить Рут, что ему ничего не стоило истратить несколько сотен кредиток. Рут, самая серьезная в семье, закончила педагогический колледж. Для школьной учительницы несколько сотен кредиток были большими деньгами. Рут не была замужем. Ее жизнью была ее работа, дети, которых она учила, были ее семьей. Много раз Дэвид, ее брат-близнец, заводил с ней разговор о том, что ей надо бы выйти замуж, но она всегда отвечала, что, во-первых, ей не встретился хороший человек, а, во-вторых, она не испытывала особенного желания выходить замуж. Но, хотя это и противоречило всему, чему учила своих детей Фрэн Вебстер, Дэвид надеялся, что время от времени тот или иной джентльмен проникает в спальную комнату непорочной Рут. Слишком замечательной женщиной она была, чтобы чахнуть без любви и ласки. Он любил всех своих сестер, даже Сару, но Рут он любил особенной любовью и хотел, чтобы она получала от жизни все, что та могла ей дать. Его разозлил ее отказ, когда он однажды хотел подарить ей красивый дом. Она была самостоятельная женщина, живущая строго на учительское жалованье. Она была не слишком общительная. Может быть, даже несколько странная. Все оттого, что долгое время жила одна. Она смущалась, когда он целовал ее в щеку при встрече или прощанье. Правда, она, как бы нехотя, приняла все же от него в подарок небольшой спортивный аэромобиль. Но на работу в школу она ходила пешком, а аэромобилем пользовалась только в редких случаях.

Он смотрел, как она складывает его покупки.

— Ты скоро полетишь туда? — спросила она.

— Чем скорее, тем лучше, — ответил он. — Чем скорее я отправлюсь туда, тем лучше ты себя будешь чувствовать.

— Можно, я полечу с тобой? — спросила она тихим голосом, как бы боясь, что он откажет ей.

— Конечно, можно, — сказал он.

Она с удивлением посмотрела на него.

— Послушай, если ты не хочешь лететь…

— Я хочу. Я действительно хочу лететь. Я просто не ожидала, что ты так сразу согласишься. Скажи, что мне нужно взять с собой.

— Возьми то, что было бы необходимо тебе, если бы ты намеревалась провести год в доме, где постоянно заперта дверь и закрыты все окна. В смысле, тебе не нужно брать с собой слишком много одежды. На моем космическом корабле есть все необходимое. Этот лайнер — настоящее произведение искусства. И на нем есть большой ассортимент всякой косметики и духов, а также довольно много всякой разовой одежды различных цветов.

— Вроде той, которую носят женщины, служащие на кораблях военно-космического флота ГА?

— Да.

— Слишком легкомысленная одежда, на мой вкус.

— Зато удобная, — улыбнулся он. — А вообще, можешь взять с собой все, что захочешь. Места там много. На корабле есть прачечная и все такое прочее.

— Можно взять книги и фильмы?

— Там все это есть. Но, может быть, ты хочешь взять что-то особенное, чего нет в библиотеке Конфедерации.

Она кивнула.

— Да, я забыла о возможностях компьютеров нового поколения. Думаю, там всего будет достаточно и скучать не придется.

Он рассмеялся. Человеку надо было прожить гораздо больше, отведенных ему ста двадцати лет, чтобы прочитать миллионы книг и просмотреть миллионы фильмов, 26 которые хранились на «Фрэн Вебстер».

— К завтрашнему утру успеешь собраться?

Она побледнела, куснула губу.

— Я думаю, что смогу сообщить директору сегодня вечером о том, что срочно улетаю.

— Можешь не торопиться.

— Спасибо, — сказала она. — Дай мне один день на сборы.

ГЛАВА 3

Капитан Джошуа Вебстер был полностью раздет, когда раздался звонок в дверь, который отвлек его внимание от красивой юной лейтенантши, на которой также не было никакой одежды. Сначала он хотел не обращать внимание на звонок.

— Джош, — пожаловалась женщина-лейтенант, — я не могу сосредоточиться на сексе из-за этого звона.

— Через несколько секунд они перестанут звонить и уйдут, — сказал Джош и начал целовать ее сочный, маленький, темный бугорок.

— Джош, — протестовала она, отталкивая его.

— Ну, хорошо, черт возьми, — сказал он, вставая и улыбаясь ей. Он был хорошо сложенным мужчиной с тонкой талией и в меру мускулистым телом. Только не уходи.

Она посмотрела на его узкие бедра, на его фаллос.

— Ни за что не уйду, — сказала она.

Джош одел шелковый халат, рукой поправил свои светлые растрепавшиеся волосы, остановившись перед зеркалом, и босиком пошел открывать дверь.

— Не может быть, — произнес он, увидя перед собой близнецов — брата и сестру.

— Мне нравится видеть, с каким энтузиазмом ты встречаешь родственников, — сказал Дэвид Вебстер.

— Я думаю, мы пришли не во время, — сказала Рут, улыбаясь Джошу открытой, бесхитростной улыбкой. — Мы оторвали тебя от важного дела, братец Джошуа?

— Можно сказать, что оторвали, — признался Джош, смутившись.

— Что ж, мы могли бы зайти и в другой раз, — сказал Дэвид.

— Отлично. Спасибо, Дэвид, — обрадовался Джош.

— Но не будем этого делать, — Дэвид оттолкнул Джоша в сторону и вошел в комнату. Он был выше ростом и сильнее своего брата.

— Послушайте, — сказал Джош, — вы знаете, я рад вас видеть, но…

— Мы надеялись, что ты оставишь нас на ночь, сказала Рут. — У тебя же есть комната для гостей?

— Да, — Джош провел рукой по своим волосам. Его золотистые волосы вызывали чувство зависти у натуральных и крашеных блондинок. Он был больше похож на свою младшую сестру Шибу, чем на Дэвида или Рут.

Некоторые люди, глядя на пятерых наследников семейства Вебстеров, названных в честь известных библейских персонажей, не зная каких строгих моральных правил придерживались их родители, гадали, были ли Дэн и Фрэн вместе той ночью, когда были зачаты Джош и Шиба.

Джош развел руками.

— Может быть, сходите куда-нибудь пообедаете? За мой счет? Прямо за углом есть хороший ресторан.

— Спасибо, мы пообедали на космодроме, — сказал Дэвид.

— Вы специально это делаете? — спросил Джош.

Рут удивленно посмотрела на него.

— Что мы делаем, братишка? Не хочешь ли ты сказать, что, избави Боже, у тебя… — она открыла рот от удивления, притворяясь шокированной, — …девушка в спальной комнате?

— Там ее уже нет, — сказала лейтенантша, выходя из комнаты и с грохотом закрывая за собой дверь. Ее форменная щеголеватая синяя юбка была слегка помята, рубашка — плохо заправлена.

— Анжела, — обратился к ней Джош, видя, что она собирается уходить.

Она повернулась к нему. Улыбка у нее была действительно ангельская, так что ее имя весьма подходило ей.

— Занимайся своими семейными делами, — сказала она ему. — Когда освободишься, свяжись со мной, Джош. — Она вышла из комнаты и осторожно прикрыла за собой дверь.

— Красивая девушка, — заметила Рут.

— У старины Джоша всегда был хороший вкус, сказал Дэвид.

— Я собираюсь на ней жениться, — сказал Джош.

Рут схватилась за сердце.

— Ты должен был подготовить меня, — сказала она, — ты же знаешь, что у меня слабые нервы.

Джош нахмурился, но через минуту улыбнулся.

— Что ж, вы испортили мне вечер, черт возьми, но я все равно страшно рад вас видеть.

— Я думаю, тебе придется спать на этом диване, — сказала Рут Дэвиду.

— А вдруг наш брат окажется гостеприимным хозяином и уступит мне свою кровать, — предположил Дэвид.

— Вы прибыли сюда из-за отца с матерью? — спросил Джош.

Выражение лица Рут оживилось.

— Что-нибудь стало известно о них?

— Пока ничего. Я пытался сделать все, чтобы изменить расписание полетов, но следующий патрульный космический корабль отправится в сектор, где были родители, только через четыре месяца.

Он сел и запахнул свой халат.

— Но беспокоиться не о чем, Рут. Ты же знаешь нашего старика. Он большой педант. Я считаю, что как только он оказался в неисследованном секторе космического пространства, где находится много неоткрытых звезд, он начал методически изучать одну звезду за другой. Спроси у Дэвида, сколько времени это отнимает. Они там развлекаются вовсю. Для них это — как второй медовый месяц. Вы же помните, как мы все немного завидовали их любви друг к другу. Если на свете и есть идеальная семейная пара, то это наши папа с мамой. Они просто забыли о времени, я полагаю. Когда у них из еды останется только неприкосновенный запас, они поспешат вернуться домой.

— Хотелось бы, чтобы ты был прав, — сказал Дэвид.

— Да, — сказала Рут и кивнула — головой.

— Тем не менее? — спросил Джош.

— Я купил новый звездный лайнер зидской конструкции и его надо опробовать в открытом космосе, сказал Дэвид. — Рут составит мне компанию.

— Ты бросаешь работу и детишек? — спросил Джош У РУТ. Та опять кивнула.

— Нам нужны их координаты, — сказал Дэвид.

Джош кивнул.

— Зидский звездолет. Серии Г или Д?

— Серии И, — ответил Дэвид.

Джош свистнул.

— Ты делаешь это легально?

— А что? — спросил Дэвид. — Хочешь полететь вместе со мной?

— Вообще то, — сказал Джош, — военному ведомству меня будет явно не хватать, если я отправлюсь с тобой в космос. — Он думал о том, что даже если когданибудь станет адмиралом, что вряд ли когда-либо произойдет, так как все три последние адмиралы были со старушки Земли, он все равно не сможет позволить себе иметь звездолет серии И.

— Я немного устала, — сказала Рут.

Джош показал ей комнату для гостей и все удобства.

Дэвид налил себе бокал селбизского вина, лучшего из всех вин Союза планет. Джош вернулся в гостиную и сел рядом с Дэвидом.

— Где отец учился управлять космическим кораблем? — спросил Дэвид.

— Он посещал вечерние курсы в академии Города-Т еще до того, как ушел на пенсию, и три месяца совершал учебные полеты.

— Три месяца.

— Он хорошо летает, — сказал Джош. — Я проверял его, когда он и мать прилетали сюда, чтобы получить разрешение на выход в открытый космос. Может быть, он и уступает молодым космическим асам, но он вполне способен управлять небольшим космолетом.

От вина у Дэвида тепло пошло по всему телу. Ему нравился его младший брат, он любил общаться с ним.

Джош говорил с такой уверенностью, что хотелось ему верить.

— Может быть, ты возьмешь отпуск и полетишь вместе с нами? — спросил он после некоторого молчания.

— Дэвид, меня повышают в звании. Я так давно ждал этого повышения. — Он развел руками. — Если бы я чувствовал, что мама с папой в опасности, я тотчас бы отправился на их поиски. Но я так или иначе скоро полечу в космос, и я хочу лететь туда капитаном космического корабля.

— Что ж, я думаю, нашему семейству надо иметь хотя бы одного военного астронавта.

Джош рассмеялся.

— Все дети Вебстеров не так плохо устроились в жизни, верно?

— Один из них — капитан, другая — знаменитая кинозвезда, третья заслуженный педагог…

— Среди них есть и бизнесмен, настолько богатый, что может позволить себе купить звездолет экстра класса и…

Дэвид скорчил гримасу.

— А также светская львица.

— Неплохо, — улыбнулся Джош. — Пусть даже и львица. Я знаю, что отец и мать гордятся нами. Когда они улетали, то очень расчувствовались, как будто расставались с нами навсегда.

Он умолк и побледнел. Он вспомнил о том, как разволновалась мать в последний день перед отлетом.

— У матери было плохое предчувствие? — спросил Дэвид.

Джош сказал себе, что он сглупил.

— Ты же знаешь нашу маму. Она плачет даже тогда, когда Сара с детьми уезжают к себе домой. А ведь они живут- в одном и том же городе.

Дэвид засмеялся. Он всегда прощался с матерью, не выходя из дома, а потом со всех ног бежал к воздухолету, чтобы она не догнала его и не довела до слез.

— Покажи мне свой диван, — сказал он. — Мы стартуем завтра утром.

— Я разбужу вас в пять часов.

— Это слишком рано, — сказал Дэвид.

— У меня есть к вам небольшое дело, которым надо заняться перед вашим отлетом, — сказал он. — Для этого потребуется некоторое время.

Джош сдержал слово и поднялся еще до восхода солнца. Звуки музыки, такие чистые, как будто в комнате находились сами музыканты, разбудили Рут. Дэвид тоже проснулся. Они позавтракали в любимом ресторане Джоша, неподалеку от его дома, и сели в небольшой аэробиль. Вскоре они уже летели по воздушной линии вместе с другим транспортом подобного рода. Возле внушительного здания штабквартиры ГА Джош оставил воздухолет под присмотром служащего, который поставил его в подземный гараж, где уже стояли другие воздухолеты, и повел своих брата и сестру в «Управление космическим ведомством». Красивая молодая женщина-лейтенант, та самая, которая находилась в квартире Джоша, когда туда прибыли Рут и Дэвид, приветствовала их солнечной улыбкой, вставая из-за письменного стола.

— Доброе утро, сэр, — сказала она.

— Лейтенант, — сказал Джош. — Познакомьтесь с моим братом и сестрой. Рут и Дэвид, это лейтенант Анжела.

— Рад познакомиться, — сказал Дэвид.

— Мы уже встречались, — сказала Рут с некоторым неодобрением в голосе.

Анжела продолжала улыбаться.

— Всем кофе?

— Спасибо, — сказал Джош. — И постарайся устроить нам встречу с адмиралом как можно быстрее.

— Есть, сэр.

Когда Анжела, одетая в форму, которая сидела на ней абсолютно безупречно, вышла из комнаты, Дэвид посмотрел на Рут и поднял брови.

— Мяу, — сказал он.

— Я не верю в двойные стандарты, — сказала Рут — Я собираюсь на ней жениться, — сказал Джош.

Кофе был сельбализский. Казалось, что все лучшие напитки производят на одной из планет Селбализской системы. Адмирал должна была принять капитана Вебстера и его родственников через двадцать минут. У них было время выпить еще по одной чашке кофе. Джош обсудил со своей помощницей распорядок дня.

Небольшой автокар, который передвигался по коридорам с бешеной скоростью, в считанные минуты доставил их к кабинету адмирала. Дэвид был приятно удивлен, прочитав надпись на двери: Адмирал Джулия Роберте. Все знали эту женщину, которая была первой помощницей Дина Ричардса, капитана Римфаера.

Служебная дисциплина и железная воля не давали Джулии Роберте располнеть и утратить жизненные силы. Время не особенно состарило ее — разве что в волосах была седина да морщины появились возле глаз.

— Адмирал, — сказал Дэвид, пожимая протянутую Джулией руку, — поверьте мне, что для меня большая честь встретиться с вами.

Джулия улыбнулась искренней улыбкой.

— Вас знают в ГА, мистер Вебстер.

Дэвид бросил быстрый взгляд на Джоша, тот пожал плечами.

— Мы следим за передвижением грузов, — сказала Джулия. — В частности, за драгоценными камнями. В этой области вы выдающийся человек.

Потом Джош представил Джулии Рут, и они обменялись рукопожатиями. Они опять пили кофе. Джулия вкратце рассказала им о миссис Римфаера в галактике.

Потом она спросила Рут о том, чем она занимается и выразила мнение, что ее работа очень важна. После чего посмотрела на часы.

Джош понял намек.

— Адмирал, спасибо за то, что вы уделили нам часть вашего времени, сказал он. — Мы не хотели бы вас больше отрывать от работы, но есть одно дело…

Джулия спросила его официальным тоном.

— Да, капитан?

— Дэвид и Рут отправляются на поиски моих… наших родителей. Может быть, вы помните, что с их кораблем давно не было никакой связи…

— Да. Я знакома с этим делом, капитан. — Джулия повернулась к Дэвиду. — Я завидую вам. Вы отправляетесь в космос на звездном лайнере.

— Я прошу вашего разрешения, адмирал, — сказал Джош, — установить обнаружитель на корабле Дэвида.

Джулия прикоснулась к щеке своим изящным, наманикюренным пальцем.

— Хорошо, — сказала она. Джош вздохнул с облегчением.

— Большое спасибо, адмирал.

— Я буду с гордостью вспоминать о встрече с вами, — сказала Рут.

— Я тоже, — сказал Дэвид.

— Рада была познакомиться, — сказала Джулия.

Когда они сидели в скоростном автокаре, Дэвид оторвал взгляд от мелькающих мимо стен и спросил Джоша:

— О чем шла речь? Что это за обнаружитель?

— Ты когда-нибудь заглядывал внутрь компьютера, который установлен на космическом корабле?

— Да, конечно.

— Видел там маленький черный ящик, который находится в середине компьютера?

— Подслушивающий аппарат ГА, — сказал Дэвид.

— Это предрассудок, — сказал Джош.

— Да, я знаю, — согласился Дэвид.

— А я и не знала про это, — сказала Рут.

— Этот ящик, — объяснил Дэвид, — устанавливается на каждом космолете, который выходит в открытый космос. Он контролирует работу компьютера, записывает все процедуры, регистрирует каждое движение корабля, все работы, которые ведутся во время полета и, посредством компьютера, фиксирует деятельность генератора, жизнеподдерживающих систем и все то, что происходит на корабле. Некоторым людям это не нравится, они считают это вторжением в их личную жизнь.

— Да, но ведь случаются аварии, — сказал Джош. — И когда они случаются, остается запись всего того, что происходило на космолете перед аварией, пусть даже космический корабль падает на какое-нибудь солнце. Черный ящик также не позволяет астронавтам отклоняться от правил полета. Есть строгие правила относительно космических полетов, законы, которые хочется нарушить, когда вы находитесь на расстоянии многих световых лет от дома. А ящик следит за тем, чтобы не было никаких нарушений. Он контролирует приборы, например, при смене компьютерных программ, опредеделяет уровень гравитации на планетах и так далее. Информацией, записанной черным ящиком, пользуются в суде, как неоспоримым доказательством. Короче, она записывает все, что происходит на космолете с момента старта и до самого возвращения его домой. То есть, он работает, пока работает компьютер, а когда компьютер перестает работать, вам лучше находиться на космодроме.

— Я читала об этом, — сказала Рут.

— Но черный ящик может выполнять еще одну функцию, о которой мало известно, — сказал Джош. Он посылает. коротковолновые радиосигналы, которые можно принимать при помощи устройства, которое адмирал разрешила установить на звездолете Дэвида. Это устройство называется обнаружитель. Это приемник, который реагирует на все необычные происшествия, как то аварии или потери энергии.

— Я вижу, что это важная вещь, но толку от нее все же не слишком много. Например, если космолет отца лишился энергии шесть месяцев назад, сигнал может передаваться только на расстоянии в половину светового года. Нам нужно быть очень близко от них, чтобы получить этот сигнал.

— Верно, — сказал Джош. — Вам надо попасть в район приема сигнала. Это в том случае, а я в это не верю, если что-то случилось с кораблем отца.

— А если все в порядке, то черный ящик не передает сигналов? — спросила Рут.

Джош кивнул.

— Так что вы, может быть, слетаете туда впустую. К тому же, вам придется угадать, какой маршрут избрал отец после того, как вышел за пределы маяков Римфаера. В любом случае, они скорее всего будут возвращаться по совсем другому маршруту, и вы вряд ли с ними встретитесь.

— Тут уместно сказать о том, что отсутствие новостей —.хорошая новость, — сказала Рут. — Если мы не примем никакого сигнала с черного ящика «Стариков», тогда мы можем быть уверены, что с ними все в порядке, и они, счастливые как дети во время десерта, вовсю наслаждаются своим полетом.

За несколько часов обнаружитель был установлен на звездолете «Фрэн Вебстер». При помощи одного из офицеров космической службы, который отдал соответствующие указания своему помощнику, звездолету удалось стартовать вне очереди. Все смотрели, как звездный лайнер поднимается в небо, выходит на предназначавшуюся ему орбиту и исчезает в космическом пространстве.

Ксентос, административная планета, находилась в центре миров, составляющих Союз планет. Космическое пространство вокруг Ксентоса было посвободнее, чем зона, расположенная ближе к ядру галактики, за мертвыми мирами, но и здесь нельзя было совершать особенно продолжительные перелеты. Нужно было лететь к маякам, установленным Римфаером. Во время полетов космическому кораблю время от времени приходилось зависать в космосе и подзаряжаться от какой-нибудь близлежащей звезды.

Пока космолет подзаряжался, Рут знакомилась с «Фрэн Вебстер». На нее произвели большое впечатление всякие замечательные приборы, приспособления и технические устройства на борту звездолета. Она купалась в небольшом бассейне спортзала, хотя и понимала, что плавает в воде, предназначенной для питья. Странно было, для человека не привыкшего к жизни на космическом корабле, находится в воде, которую ты потом будешь пить. Это была та же вода, которую она пила и которой умывалась каждое утро.

Значительную часть времени Рут проводила в библиотеке и, пользуясь монитором, рылась в неиссякаемом хранилище книг и фильмов. Она дала монитору задание отобрать все фильмы, в которых снималась ее сестра Шиба. Рут обнаружила, что Дэвид запрограммировал компьютер таким образом, что тот мог отбирать все фильмы, в которых играла Шиба, даже если это были крохотные, эпизодические роли. Интересно было наблюдать за тем, как ее младшая сестра усовершенствовала свое актерское мастерство от роли к роли. Шиба всегда была красавицей. У нее были длинные, белокурые воло сы, глаза изумрудного цвета, маленький нос правильной формы. Но было совершенно очевидно, что она не всегда была хорошей актрисой.

В свободное время брат и сестра подолгу общались друг с другом разговаривали, пили хорошее вино, ели вкусную еду, слушали прекрасную музыку. Они вспоминали детство, смеялись над своими шутками двадцатилетней давности. Рут и Дэвид всегда подшучивали над Джошем и Сарой, а Шиба постоянно оставалась как бы в стороне, сохраняя в их междуусобицах нейтралитет, потому что была слишком утонченная и красивая. Никто не подшучивал над Шибой. Все защищали ее.

— Она всегда была Королевой, — говорил Дэвид с улыбкой, в которой светилась любовь к младшей сестре.

— Она так умела влиять на людей, что могла бы стать политическим лидером, — сказала Рут голосом, в котором слышалось обожание, которое она испытывала к сестре.

Они совершали бросок за броском в открытом космосе. Подзаряжались энергией. Отдыхали. Летели дальше.

Дэвид учил Рут управлять кораблем. Когда она несла вахту, ее обязанностью было, в основном, следить за приборами и компьютером.

— Все, что тебе следует знать, это научиться понимать, когда приборы показывают, что на корабле имеются какие-то неисправности. В этом случае тебе нужно будет позвать меня.

Но Рут была очень любознательна. Она стала штудировать всякие учебники и вскоре удивила Дэвида своим умением расшифровывать показания компьютера и дифференцировать информацию.

Все шло очень хорошо. Они уже давно не проводили так много времени вместе. Они обнаружили, что любят одни и те же книги и фильмы, что придерживаются сходных консервативных политических убеждений. Им даже нравились одни и те же вина и одна и та же еда. Им трудно было дискутировать, потому что они мыслили практически одинаково. И только когда Дэвид начинал настаивать на том, что Рут должна жить в комфорте и даже в роскоши, она не соглашалась с ним и начинала спорить.

— Черт возьми, Рут, у меня столько денег, мне их просто девать некуда. Почему ты не хочешь воспользоваться ими? Ты могла бы путешествовать сколько угодно.

— Я и так путешествую каждый год, — говорила она.

— Знаю я эти познавательные поездки с группой, состоящей из одних учительниц, среди которых, в основном, старые девы.

— Но я тоже учительница и старая дева.

— Извини, — сказал он.

— Нечего извиняться. Я сама выбрала мой образ жизни. — Она улыбнулась и коснулась его руки. — А почему ты не женишься?

Он пожал плечами.

— Я не знаю. Потому, наверное, что не встретил еще Девушку такую же красивую, как Шиба.

Она засмеялась.

— Или такую, как ты, — сказал он. — Ни с одной женщиной мне не было так интересно разговаривать, как с тобой.

Она задумалась.

— Что ж, старина Дейв, раз уж ты об этом заговорил, то знай, что я тоже искала мужчину, вроде тебя, еще в те годы, когда думала, что выйду замуж или заведу себе любовника. Может быть, близнецы семейства Вебстер слегка ненормальные? — Она задала этот вопрос без задней мысли, но память вдруг воспроизвела давно забытый эпизод. Ей было пятнадцать лет, и ее в первый раз поцеловал мальчик по имени Джон Форм, довольно красивый парень. Целуя ее, он просовывал язык ей в рот. Она, в недоумении, пришла к своему брату спросить, не является ли такой поцелуй признаком плохого тона, и не опасно ли это для здоровья.

— Ну, сестренка, так все целуются, — сказал Дэвид. — Это называется глубоким поцелуем.

— Мне это не нравится, — сказала она. — А тебе?

Он подмигнул ей и улыбнулся.

— Мне очень нравится. Может быть, этот Джон Фостер не умеет целоваться, — предположил он. Внезапно он обнял Рут.

— Слегка приоткрой рот.

Она разжала губы и испытала блаженство, когда он поцеловал ее, и его язык коснулся ее языка. Но она попыталась скрыть свое возбужденное состояние. Она сказала:

— Примерно так поцеловал меня Джон.

Дэвид все говорил. Он опять стал ее дразнить.

— Если так, то это твоя вина.

— Чушь.

— Ты же сама себя такой сделала. Привередливой, расчетливой, умной…

— Умной? Боже мой, я кажусь себе такой древней.

— …и довольно красивой.

— Ты говоришь это только потому, что, мы очень похожи друг на друга.

— С тобой легко общаться.

— А, вот в чем дело. Ты просто чертовски ленивый человек и не можешь долго ухаживать за женщиной.

Он усмехнулся.

— Может быть.

Уже далеко не первый раз во время разговора они начинали как бы флиртовать друг с другом. Теперь, когда прошло столько лет после того, как он поцеловал ее, она хотела бы знать, испытал ли он тогда такое же блаженство, какое испытала она.

«Фрэн Вебстер» между тем находился в открытом космосе на расстоянии многих парсеков от ближайшей звезды.

— О, Боже, — сказала Рут, увидя Млечный путь, Боже, как красиво.

Ядро галактики, состоявшее, будто бы из миллионов бриллиантов, сияло в стороне от космического корабля.

— Я завидую тебе, — сказала она, — потому что ты уже видел это раньше.

— Но я никогда такого не видел, — сказал он. — Это мое первое путешествие за пределы галактики. — Он положил руку ей на плечо. — Я именно с тобой хотел увидеть эту красоту.

— Спасибо тебе за эти слова.

— Пожалуйста.

— Мы можем задержаться здесь?

— Конечно. Мы уже готовы к новому перелету, но пусть генератор еще немного подзарядится.

Она баловалась с оптическими устройствами. Ближайшие звезды становились на экране отдаленными, а потом приближались, приближались, и она вновь наслаждалась величественным зрелищем, находящимся прямо у нее перед глазами.

— Пошли, — сказал Дэвид.

— Куда?

— Туда, — он показал на изображение на экране.

— Да, — да, — прошептала она, полагая, что он просто романтизирует ситуацию, как поэт или мистик, но он взял ее за руку и повел к центральному люку. Дэвид помог ей одеть сверкающий скафандр. Ее охватила нервная дрожь, когда крышка внутреннего люка закрылась за ними, и открылась другая крышка, выпускающая их в темноту космоса. Такого она не могла себе раньше даже представить. Она не сопротивлялась, когда Дэвид, прижимая ее к себе, присоединил к ее скафандру трос и увлёк ее за собой. Она вскрикнула, вдруг испугавшись по-настоящему.

— У меня от твоего крика уши заложило, — сказал он ей через переговорное устройство.

— Я хочу назад, — с трудом произнесла она, задыхаясь. Они, находясь в состоянии невесомости, удалялись от звездолета. Она чувствовала себя беспомощной. Она дернулась и прыгнула вперед. Они оба полетели в космическую пустоту, удалившись от корабля настолько, насколько хватило троса. Потом они остановились.

— Рут!

Его голос достиг ее.

— Я хочу, чтобы ты посмотрела.

Он повернул ее лицом к галактике, которая была похожа на замутненный драгоценный камень, висящий в безбрежном пространстве космического океана, эфемерный и такой красивый, что испытывала чувство благоговейного страха при виде его. Под ними была такая темная пустота, что Рут должна была долго вглядываться в нее прежде, чем заметила маленькие, едва видные точки — это были другие галактики, такие же большие или даже, может быть, больше той, что была рядом с ними.

— Боже мой, Дэвид.

— Да. Ты все еще хочешь вернуться?

— Нет, не сейчас, — засмеялась она. — Мне надо поменять трусы, но не сейчас. — В тот момент, когда она страшно испугалась, она описалась, но стыда по этому поводу не испытывала.

— Можно почувствовать эту красоту только находясь в открытом космосе.

— А вот это, сэр, совершенно неточное объяснение, за которое я ругала бы своих учеников.

— Прости меня ради Бога.

— Но я понимаю, что ты хотел сказать.

Потом они долго молчали, и она могла слышать свое собственное дыхание и стук своего сердца, глядя во все глаза на великолепные звезды.

— Пора возвращаться, — сказал, наконец, Дэвид.

— Хорошо.

Она старалась двигаться с ним вместе, когда они направились к звездолету, держась за тонкий трос, который являлся единственной нитью, удерживающей и недающей им улететь в бесконечный интергалактический мрак. Вскоре перед ними открылся люк, из которого с шипением выходил воздух.

Сняв скафандр, она поцеловала Дэвида в щеку.

— Мне кажется, такого замечательного подарка мне еще никто не делал, сказала она. — Спасибо тебе.

ГЛАВА 4

Звездолет «Фрэн Вебстер» продолжал свой путь в космическом пространстве и находился на расстоянии семи парсеков от экстрагалактических маршрутов, установленных Римфаером. Именно в этом месте космический корабль Дэна Вебстера сделал последний поворот налево более года назад. Дэвид проверил маяки Римфаера, но не обнаружил в них никаких сообщений. Дэвид находился в кабине звездного лайнера. Ноги его были на пульте управления, руки обнимали затылок. Он смотрел на оптический экран. Несколько довольно больших звезд просматривалось в темноте космоса. Он предельно увеличил все объекты на экране и увидел, что где-то вдалеке, на расстоянии многих и многих парсеков, слабо мерцает какое-то созвездие.

Рут вошла в кабину. Она была одета в космическую униформу, которую раньше ни за что не хотела одевать.

Шорты открывали ее длинные, стройные ноги. Свободная блузка подчеркивала ее большую, конусообразную грудь. Одежда была слишком откровенная, но удобная.

Рут поправляла свои каштановые волосы, ее глаза были красные после сна.

— Почему ты не разбудил меня?

— Спешить некуда. Мы подзаряжаемся энергией, — ответил Дэвид.

Рут посмотрела на экран.

— Мы представляем себе галактику как большое скопление звезд, — сказала она, — а когда смотришь на нее, то видишь просто пустоту, черную пустоту.

Замечание Рут навело Дэвида на мысль о том, что его слегка пугает это необъятное пространство, которое окружает их со всех сторон. Он изучил все ближайшие звезды и знал, что им потребуется несколько недель, чтобы достичь их.

Рут нажала на кнопку автомата, и тот приготовил ей кофе со сливками. Она спросила Дэвида, хочет ли он кофе, и, когда тот ответил утвердительно, передала ему чашку. Раздался музыкальный сигнал, и компьютер передал сообщение, что генератор полностью заряжен.

— Ну вот, мы приоделись, а пойти некуда, — сказал Дэвид.

— Пойдем вон туда, — сказала Рут, показывая яркое созвездие, видимое на экране.

Дэвид посмотрел на нее вопросительно.

— Ты когда-нибудь ходил с мамой за покупками? — она не стала ждать, пока он ответит. — Или в музей? Она всегда делает повороты направо. Правила дорожного движения. Держись правой стороны. По правой стороне транспорт движется медленнее. В магазинах она тоже всегда держится правой стороны. Тоже самое в музее или на рынке.

— А как насчет отца?

— Вспомни, она всегда давала ему указания, куда ехать, когда мы совершали поездки в автомобиле. У нее под рукой всегда были планы маршрутов. Она следила за дорожными знаками.

Дэвид рассмеялся.

— Мама, — произнес он, имитируя раздраженный тон голоса отца, — я слежу, чтобы мы не наехали на какого-нибудь идиота, а ты следи за дорожными знаками и говори мне, когда нужно сворачивать.

— Правильно, — согласилась Рут. — Вот представь, что они находятся здесь, у последнего маяка, и думают, куда бы им полететь отсюда, с чего бы начать. Созвездия перед ними образуют что-то вроде полумесяца. Расстояние до любого из них практически одно и то же.

— Разница в расстоянии всего в несколько световых лет.

— Значит им, в принципе, было все равно куда лететь?

— В принципе, да.

— Тогда, — сказала Рут, — полетим вот сюда, — и она указала на созвездие мерцающих звезд.

— Пусть будет так, — согласился Дэвид, нажимая кнопку прибора для исследования расстояний. Когда на экране появилось подтверждение, что никаких крупных летающих тел им на пути не встретится, звездолет сорвался с места и полетел через космическую пустоту.

Когда расстояние до звезд составило только один световой год, Дэвид включил обнаружитель. Вряд ли, конечно, он здесь что-то обнаружит. Первая звезда в созвездии была одинокая и пустынная. Солнце находилось на расстоянии всего двенадцати световых лет, и вся поверхность планеты представляла из себя выжженную пустыню.

Дэвид продолжал полет.

Он и Рут вместе купались в бассейне. В последнее время в моду вошли очень открытые купальники, и Дэвид любовался великолепной фигурой своей сестры. Он гордился ее красотой, потому что был с ней одной крови.

Он недоумевал, почему ни один мужчина на Тигиане-2 не захотел жениться на ней.

Если бы его все время не беспокоила судьба родителей, он с удовольствием просто попутешествовал бы по открытому космосу без всякой цели. Занятия бизнесом не оставляли ему свободного времени для праздных путешествий, и теперь он с интересом рассматривал увеличенные на экране изображения ярких звезд, гадая, есть ли у них спутники, есть ли на них вода, по мере того, как космолайнер совершал перелет за перелетом в неизученном пространстве. Дэвиду не очень-то нужны были деньги, которые получает человек за открытие новой обитаемой планеты, но он не отказался бы от них.

И неплохо было бы, если бы какую-нибудь звезду назвали в честь его, считал он, Вебстер. Отличное имя для нового мира. Интересно было бы жить на планете с таким названием.

— Да, я с Вебстера. Это очень далеко. Ночью Млечный путь совсем не виден. А когда нет луны, то темно, хоть глаз коли.

Когда «Фрэн Вебстер» был на расстоянии в полсветового года от одной из звезд созвездия, обнаружитель передал сообщение на компьютер, что он принял сигнал.

Прозвучавший гонг насторожил Дэвида. Это значило, что происходит нечто необычное, а космические сюрпризы большей частью были неприятными… Типа: «мы идем на сближение с астероидом», или: «у нас проблемы в фюзеляже и наблюдается утечка кислорода», или: «срочное сообщение».

Дэзид и Рут обедали, когда прозвучал гонг. Рут с удивлением увидела, как забеспокоился Дэвид, как он бросил все и кинулся к приборам.

— Черт возьми, — воскликнул он, после того как изучил показания приборов.

— Дэвид, пожалуйста, скажи мне, в чем дело, я очень боюсь, — попросила его Рут.

— Это они, — сказал Дэвид. — И они где-то рядом. Сигнал, поступающий с их черного ящика довольно сильный.

— Слава Богу, — сказала она, стоя рядом с ним.

Его пальцы бегали по клавишам, он давал задание компьютеру. Тщательный анализ показал, что источник сигнала все время перемещается в пространстве. Через два часа средства коммуникации установили, что сигнал движется вокруг ближайшей к ним звезды. Еще одно тщательное исследование показало, что движение сигнала строго фиксировано.

— Орбита? — задал он вопрос компьютеру и получил положительный ответ.

Дисплей компьютера показал диаграмму планетарного тела, вращающегося вокруг солнца. И потом сигнал исчез.

— Что случилось? — испуганно спросила Рут.

— Не знаю. — Он дал задание компьютеру произвести тщательный анализ планеты. Через двенадцать часов сигнал появился вновь. Во время отсутствия сигнала его установленный источник двигался по своей траектории.

— Они произвели посадку, — сказал Дэвид. — Они находятся на планете, которая вращается вокруг этого солнца. Эта планета пребывает в зоне жизни.

— Что это значит.

— Для жизни в той форме, в которой мы ее знаем, требуется вода. Незамерзшая вода и не испарения от воды. Свободная вода. Чтобы иметь свободную воду, нужна температура ниже уровня кипения и выше уровня замерзания. Это и есть зона жизни. Такая зона, в которой энергия, поступающая на планету с солнца, весьма ограничена. Если есть вода, то, по всей видимости, есть и кислород. Но может существовать множество препятствий появлению жизни на планете. Редко случается такое, что планета находится в оптимальной позиции по отношению к своему солнцу. Часто жизнь губят токсические газы и тому подобное. Вот почему мир, где есть жизнь, это самое ценное, что может быть в галактике.

— Ты думаешь, мама и папа нашли обитаемую планету?

— Ну, сейчас еще рано говорить об этом с уверенностью. Мы знаем только, что их корабль на орбите или был там, когда появился этот сигнал.

— Да, я все время забываю, что мы можем слышать голос прошлого.

— Нам нужно приблизиться к планете и узнать, в чем там дело.

Со времени, когда они впервые услышали сигнал со «Стариков», прошло всего семьдесят два часа, учитывая промежуток молчания, когда передающее устройство находилось на другой стороне планеты. Но после того, как сигнал появился вновь, он становился все слабее и слабее, пока не пропал вовсе.

— Запроси данные по сигналу у обнаружителя, сказал Дэвид, пытаясь настроиться на сигнал.

— Сейчас, — сказала Рут.

Рут быстро считала всю информацию и подытожила данные.

— Атомные батареи годны в течение двадцати лет. Ящику угрожает только то, что его может притянуть к себе солнце. Он надежно защищен от жары и радиации.

— Я полагаю, что космический холод тоже не может причинить ему вреда.

— По-видимому, нет, — сказала Рут, после тщательного анализа показаний компьютера. — Я бы сказала, что это само собой разумеется, так как относительно холодной. температуры тут вообще нет никакой информации. Если космический корабль теряет энергию и кислород, он быстро превращается в холодное космическое тело, а черный ящик специально устроен таким образом, что может функционировать в условиях космического холода.

— Есть ли какие-то разъяснения относительно того, почему сигнал иногда пропадает?

— Сейчас посмотрю еще раз, — сказала она. — Нет никаких намеков на то, что это может происходить, Дэвид. Конструкторы ящика, очевидно, верили в то, что он гарантирован от неисправностей.

— Я начинаю думать, что отец просто улетел с орбиты этой планеты, сказал Дэвид.

— Но что-то должно активировать этот сигнал.

— Возможно, они просто совершили неудачную посадку.

— Если уже сигнал активирован, то отключить его могут только техники ГА.

— Но если космический корабль совершил неудачную посадку и при этом никак не пострадал, то после этого мог остаться сигнал, который иногда попадает в поле недосягаемости нашего приемника, — вздохнул он. — Что ж, так или иначе, нам надо взглянуть на эту планету.

Они быстро преодолели расстояние в несколько миллионов миль и вывели звездолет на орбиту планеты, которая находилась в зоне солнца класса Г. События принимали все более волнующий оборот.

— Они нашли Эдэмский сад и решили погостить там некоторое время, предположила Рут, после того как «Фрэн Вебстер» облетел «планету папы», как назвала ее Рут.

— На отца это похоже, — сказал Дэвид. — Он запросто мог наплевать на все директивы, которые предпсывает ГА относительно высадки на незнакомую планету. ГА категорически запрещает это делать, прежде чем планету осмотрят специалисты космического ведомства.

— Папа не стал бы рисковать, но представь, как он себя чувствовал, пролетая над такой красивой планетой. Разве может исходить какая-то опасность из такого райского сада? Тут неизбежно должно было возникнуть искушение каким-то образом обойти закон и совершить посадку.

Но Рут ошибалась, принимая сияющий ледяной шар за зеленый покров и голубую воду.

— Папа, наверное, был очень разочарован, — сказала она после того, как Дэвид настроил приборы на увеличение.

— Не думаю, чтобы они оставались здесь долго, сказал он.

— Я просто дрожу от холода при одном виде этой планеты.

«Фрэн Вебстер» вышел на орбиту неведомой планеты. Впервые Дэвиду представилась возможность полностью задействовать все приборы изучения и обнаружения. Он хотел собрать как можно больше информации о ледяном мире.

— Послушай, — сказал он, когда приборы стали показывать большое скопление железа. — Тут повсюду металл. Он подо льдом, но не на большом расстоянии. Я небольшой специалист по металлам, но если верить приборам, то здесь самые обширные поля железной руды, какие когда-либо были открыты.

— Может быть поэтому папа и задержался здесь.

— Возможно, — согласился Дэвид. — Я думаю, нам стоит совершить посадку и осмотреть там все хорошенько.

— Но мы просто напрасно потеряем время. Папа, наверное, тут уже все исследовал и послал сообщение о своем открытии.

— Если бы он его послал, оно было бы зарегистрировано.

— Ах, да, — сказала она. Никто не принимал подобного сообщения от Дэна Вебстера.

Пролетая на высоте нескольких тысяч футов над поверхностью планеты, покрытой льдами, звездолет устремился в тонкие слои атмосферы. Приборы тикали и жужжали. Корабль летел. Дэвид сидел и пристально смотрел на экран. Он вздрогнул, когда приборы зафиксировали небольшой ледяной холм и обозначили его как место большого скопления металлов.

Дэвид взялся за штурвал управления, замедлил скорость звездолета и включил двигатели, которые работали на горючем. Лайнер завис над планетой. Он провел исследование на предмет наличия инфракрасных излучений. Таковых не оказалось. Но было что-то в форме холма, что настораживало его. Он снизил космолет до ста футов над уровнем льда.

Он увидел, что тонкий слой льда покрывает космический корабль. «Старики»! От жара двигателей лед начал таять и по кораблю потекла вода.

— О, Дэвид, — воскликнула Рут, когда из-под глыбы льда стал появляться квадратный корпус с опознавательными знаками Союза планет и надписью «Старики».

Дэвид совершил посадку рядом с космолетом его родителей. Сначала он не хотел, чтобы Рут выходила из лайнера вместе с ним, но потом уступил ее просьбам.

В конце концов, если с ним что-то случится на этой ледяной планете, то Рут все равно не сможет поднять звездолет и добраться до Союза планет. Он помог ей одеть скафандр, сам проверил жизнезащитные системы и первым ступил на планету, где не было почти никакой атмосферы. Холод, который царил здесь, отличался от космического холода. Лед отражал солнечные лучи.

Приборы на скафандрах регистрировали перепады температуры, характерные для любой из лун — жара на солнце и холод в тени. По всем признакам лед, покрывающий планету, должен был превращаться в воду в дневное время, а ночью вода снова должна была замерзать. Дэвид остановился и остановил Рут.

— В чем дело? — спросила она.

— Что-то не так, — сказал он.

— Что случилось?

— Что-то не в порядке. Что показывает твой кондиционер?

Она молчала некоторое время.

— Он регистрирует охлаждение.

— Солнце светит очень ярко, — сказал он. — Но лед не тает. А вода, которая образовалась от работы нашего двигателя, уже замерзла.

— Я не понимаю, что происходит, — сказала Рут.

— Я тоже не понимаю.

Он повернулся и посмотрел на звездный лайнер.

— Дэвид, прошу тебя, — сказала она. — Мы должны знать, в чем тут дело.

Он колебался. До «Стариков» оставалось всего футов пятьдесят. Он видел, как корпус корабля покрывается льдом. Более того, он видел дыры в корпусе, которые образовались после взрывй замерзших баков с водой. На корабле, конечно, уже давно не было кислорода.

— Рут, дорогая, я думаю, тебе лучше вернуться. Я один осмотрю корабль.

— Нет, — сказала она.

Входной люк «Стариков» был закрыт. Дэвид при помощи приборов скафандра проверил, есть ли в космолете энергия. Она отсутствовала. Он воспользовался ручным лазерным устройством, чтобы открыть люк.

После этого он дернул люк и сплав, из которого он состоял, как пудра, посыпался на лед. Дэвид должен был разрезать лазерным лучом внутреннюю дверь, которая вела в нижний отсек корабля. Генератор не работал.

Приборы не показывали наличие энергии на космолете.

Атмосфера внутри корабля была точно такая же, как и на всей планете. Кислорода не было и в помине.

Дэвид передвигался по кораблю. Все было сковано морозом. Возле пульта управления он увидел ледяной холм. Он чуть не наступил на него, уже занес над ним ногу в тяжелом ботинке и вдруг почувствовал сильное сердебиение — в центре ледяной глыбы находилось лицо, или то, что осталось от лица. Жидкость внутри глаз замерзла и отражала все, как зеркало. Вены на лице и шее увеличились от холода. Красные линии бороздили замерзшую серую кожу лица.

— Не подходи, — сказал он, но было слишком поздно. Рут уже стояла рядом с ним и смотрела вниз. Ее крик не столько выражал ужас, сколько непереносимое горе.

Рут опустилась на колени, прикоснулась к оледеневшим телам. Дэвид опустился рядом с ней. Дэну Вебстеру удалось в последний момент обнять свою жену.

Так они и остались лежать навеки.

Рут тихо рыдала. Дэвид сказал:

— Что ж, они до конца оставались вместе. Они хотели быть вместе.

Рут повернула к нему лицо в стальном шлеме.

— Они хотели жить вместе.

— Да, конечно, — он осмотрелся по сторонам. Казалось, все было в порядке. На борту космолета есть место для всего, и все должно быть на своем месте, если вы хотите свободно передвигаться по отсекам. Он оставил плачущую Рут возле трупов родителей и стал осматривать кабину. «Старики» был мертвым кораблем. Своей рукой, одетой в перчатку, Дэвид стер иний с приборов, и стекла тут же превратились в пыль от его прикосновений. Холод проник сквозь перчатку.

— Какого черта? — пробормотал он. Он вернулся к пульту управления, поднял Рут на ноги. — Мы уходим.

— А как же они?

— Здесь что-то не так, Рут. Надо уходить. Надо срочно возвращаться на «Фрэн Вебстер» и улетать отсюда к черту.

— А как же они? — повторила она вопрос с отчаяньем в голосе.

— Рут, они останутся здесь.

— Мы не можем их здесь оставить.

— Пошли.

— Нет, — сказала она, вырываясь из его рук. Она задела пульт. Стекла и металл моментально превратились в пыль от ее прикосновения. Дэвид удержал ее, чтобы она не провалилась в дыру, которая образовалась на месте пульта.

— Что? — спросила она, глядя на него широко открытыми глазами.

— Пошли.

Она больше не сопротивлялась и последовала за ним.

Они вышли на солнечный свет. У нее мерзли ноги. Eе пальцы в перчатках, которыми она касалась мертвых родителей, окоченели от холода. Она дрожала, когда Дэвид помогал ей снимать скафандр.

— Ты, кажется, очень обеспокоена, — сказал он.

— Еще бы. Почему они умерли?

— От холода.

— Солнце такое яркое. Охладители в скафандрах работали вовсю.

— Расскажи мне об этом, — сказал он, осторожно вешая скафандры в шкаф. Он не спеша прошел в кабину лайнера, включил двигатели, хотел уже нажать кнопку «взлет», когда в кабине появилась Рут. С ним мгновенно что-то произошло. Сгорая от страстного желания, он вскочил на ноги. Он забыл, кто он, где он, и что он только что собирался делать. Он бросился ей навстречу.

Они обнялись, целуя друг друга жадными поцелуями. Он взял ее на руки, понес нежную, горячую, прекрасную ношу в свое помещение, положил ее на широкую кровать. Он раздел Рут. В его сознании было только одно всепоглощающее желание — обладать ею. Они совокупились, как два дико возбужденных зверя.

ГЛАВА 5

За плечами у нее были тонкие прозрачные крылья, и она могла парить в воздухе, как ангел. Тело ее было вполне человеческим. Великолепная фигура. Одежда состояла, в основном, из мехов цвета соболя. Она была похожа на прекрасную королевскую бабочку с выпуклыми сетчатыми глазами. У нее было тонкое лицо и изящный носик.

Она стояла одна в лесу, где причудливые по форме деревья шуршали листвой, как бы переговариваясь между собой.

— Черт возьми, Фрэнк, — крикнула она, — я здесь ногу сломаю. В этих искусственных глазах я ничего не вижу.

Фрэнк, режиссер суперкартины «Легенда о Миари», устало вздохнул.

— Фрэнк, я же актриса, а не один из тех провидцев со старушки Земли, которым не нужно зрение, — сказала капризная красавица. — Мне же предстоит еще увидеть гибель моей родной планеты. Меня должен покорить супермен с планеты Делан, находящейся в созвездии «Мифический зверь». От меня должно пахнуть цветами, потому что я влюблена, а я только и знаю, что спотыкаюсь на каждом шагу, потому что ничего не вижу в этих несчастных искусственных глазах.

— Хорошо, — сказал Фрэнк, — перерыв. — Он ткнул своим пальцем с длинным ногтем в сторону техникаконсультанта. — Ты, умник, — крикнул он, — я плачу съемочной группе четыре тысячи кредиток в минуту, работают люди или отдыхают. Если тебе не нужны деньги, то я могу вычитать из твоей зарплаты за время простоя.

— Мне бы не помешала надбавка, — сказал молодой человек высокого роста, которого часто принимали за кинозвезду во время этих съемок на отдаленной планете, находящейся на расстоянии многих парсеков от центра Союза планет.

— Ты кончай болтать, — сказал раздраженный режиссер, — лучше сделай что-нибудь с этими чертовыми искусственными глазами.

Молодой человек осторожно прошел на съемочную площадку и приблизился к крылатой женщине.

— Извините, мисс Вебстер, — сказал он. — Разрешите взглянуть.

Он приблизил свое лицо к ее лицу. Его сердце колотилось в груди, когда он вдыхал аромат, исходящий от актрисы.

— Прости, Винн, — сказала она. — С глазами раньше все было в порядке. Не знаю, что с ними случилось.

Она играла роль инопланетянки Миари. На ней были артюнские меха, одежда, которая плотно облегала ее замечательную фигуру. Даже выпуклые глаза не портили классических черт ее лица. Винну Стерну еще никогда в жизни не приходилось видеть таких идеальных женщин, как Шиба Вебстер. Он благодарил судьбу за то, что ему посчастливилось получить работу в качестве техника-консультанта на съемках этого фильма и быть рядом с Шибой.

— А, вот в чем дело, — сказал он, стоя вплотную к Шибе Вебстер, хотя и не понял еще, что там случилось с глазами.

— Может быть, мистер Стерн, — сказал режиссер, теряя терпение, — вы когда-нибудь скажете нам, в чем же дело.

— Глаза были одеты вверх ногами.

— А, черт, — воскликнул Фрэнк. Он прошел через созданную Винни Стерном искусственную рощу артюнисских деревьев. — Может быть, дорогая, мы закончим снимать этот эпизод, a потом разберёмся с этими глазами?

— Фрэнк, — сказала Шиба упрямо, — я же инопланетянка. Я уже не Шиба Вебстер, а некое существо, которое раньше было чем-то вроде гусеницы и питалось листьями на деревьях. Я вся в мехах. С меня пот льет ручьем. У меня все тело чешется от этой одежды. И мне еще предстоит полюбить супермена-инопланетянина. Как я могу играть роль прекрасной и обреченной на гибель бабочки, если я только и думаю о том, как бы не сломать себе ногу.

Фрэнк опять вздохнул. Гримеры более часа возились с лицом и волосами Шибы. Он повернулся к ней спиной, воздел руки к небу в мольбе.

— Хорошо, все свободны, выключить мотор. Сегодня у нас будет ранний обед. Сбор на съемочной площадке в половине второго. — Он повернулся к Шибе. О'кей?

— О'кей, — сказала она. — Ты очень внимателен, Фрэнк. Работать с тобой настоящее удовольствие. — Но тон ее голоса говорил о том, что дело обстоит как раз наоборот. Она уже хотела снимать искусственные глаза, но Винн остановил ее.

— Пожалуйста, не делайте этого, — сказал он. — Позвольте мне заняться этим.

Он испытывал чувство удовольствия, прикасаясь к соболиному меху. От прикосновений к ее рукам у него замерло сердце. Он обрызгал искусственные приспособления специальным веществом, и они сразу же отклеились. Он поймал их на лету. Собственные изумрудные глаза Шибы слезились от пульверизатора. Он достал чистую тряпочку и осторожно протер уголки ее глаз.

— Спасибо, Винн, — сказала она.

— Тебе лучше пойти с ней, Стерн, — сказал режиссер, когда Шиба вышла из искусственной рощи. — Проверь, чтобы на этот раз гримеры сделали все, как полагается.

Винн нагнал Шибу, которая уже покидала площадку для съемок.

— Мне сказали, чтобы я проследил, как вас будут гримировать, — сказал он.

— Хорошо, — она пошла в сторону домика, на дверях которого была табличка с ее именем.

— Я должен помочь вам гримироваться, — сказал он.

— Входи. Мне потребуется твоя помощь, — сказала она.

Комната Шибы пахла так, как и должна пахнуть комната женщины — духами и пудрой. Она закрыла за собой дверь и сказала:

— Там у меня сзади молния, — она отбросила свои длинные белокурые волосы с шеи.

— Мисс Вебстер, я не думаю, что сейчас у нас есть время, — пытался протестовать он.

— У меня что-то нервы не в порядке, — сказала она. — Расстегни мне молнию, — пожалуйста.

Он дернул молнию.

— С крыльями нужно осторожно обращаться, — сказал он. Молния расстегнулась с тихим жужжанием. Изпод мехов показалась нежная кожа. Его пальцы, держащие замок молнии, коснулись спины Шибы.

— Спасибо, — сказала она, сбросила с себя меха и склонилась над тазиком с водой, смывая с себя весь грим, который ей накладывали в течение целого часа.

Она стояла к нему спиной. Он видел ее крутые бедра и округлые ягодицы. На ней было только нижнее белье.

Она была такая красивая, что Винн едва дышал.

— Подай мне, пожалуйста, халат, он висит у двери.

Не поворачиваясь к нему лицом, она протянула руку.

Он передал ей халат. Она накинула его на плечи и повернулась к Винну.

— Если я приглашу тебя пообедать со мной, ты принесешь сюда какую-нибудь еду?

— С удовольствием, — сказал он.

Он вскоре вернулся с горячей едой. Шиба разложила небольшой столик, который выдвигался из стены, и они сели друг против друга. Когда он вскрыл пакеты, комнату наполнили ароматы вкусной пищи, смешавшись с приятными запахами женских духов и косметики.

— Класс, — сказала Шиба и набросилась на еду.

Винн смотрел на нее, как завороженный.

— Ты что, не собираешься обедать? — спросила она, отрывая взгляд от еды. Он видел перед собой ее зеленые глаза, блестящие губы.

— Нет, нет, — сказал он. — Если вы хотите, то…

— Спасибо, — сказала она и подцепила его филе своей вилкой. Она улыбнулась ослепительной улыбкой.

— Не удивляйся. У меня отличный обмен веществ.

— Вы любите покушать, не так ли?

— Мама всегда ругала меня, — сказала она. — Она говрила, что я ем не как леди, а как шахтер.

— Но с весом у вас проблем нет.

— И никогда не было, — сказала она. — Я могу съесть гору всякой еды и не прибавить в весе ни грамма.

— Вам везет.

— Ты точно ничего не будешь есть?

Он покраснел. Больше она ничего не сказала. Он был не первым человеком, очарованным ее красотой. Она не совсем понимала, почему это происходит с людьми, но принимала, как должное. Сама себя она считала просто Шибой, младшей из детей семьи Вебстеров. Ей нравилось ее тело, потому что оно было гибкое, здоровое и сильное. Она любила заниматься скалолазаньем и летать на дельтаплане. После короткого периода, когда в подростковом возрасте она пыталась прятать свое расцветающее тело под мешковатой одеждой, Шиба научилась получать удовольствие оттого, что ее тело нравится другим людям. Всю свою жизнь она любила доставлять людям удовольствие, и, в конце концов, это стало ее профессией. Стоило ей только войти в комнату, и она становилась центром внимания. Ее красота и харизматические качества помогали ей начать сниматься в кино, а потом она овладела актерским искусством.

Теперь она была женщиной в полном расцвете лет и творческих сил, она была одной из самых известных кинозвезд, чье имя знали на сотнях различных планет.

Ей нравился ее образ жизни. Она многого достигла при помощи своей красоты и актерских способностей.

— Как ты попал сюда, в пустыню? — спросила она, видя, что Винн все еще чувствует себя неловко.

— Мне просто повезло, — ответил он, самодовольно улыбаясь.

Она знала, что Винн кроме своей непосредственной работы еще следит за кино-компьютером.

— Я преклоняюсь перед тобой, — сказала она. — Я с трудом усвоила компьютерный курс в школе. Никогда не могла понять, как это информация может храниться в жидком виде. — Она улыбнулась. — Но ты хотел рассказать мне, что привело тебя в наше веселое общество.

— Моему преподавателю компьютерной логики в Ксентосском университете предложили работу научного консультанта во время съемок вашего фильма, продолжал рассказывать он. — Но его здоровье не позволило ему лететь сюда, поэтому он порекомендовал меня на эту работу. Должен признаться, что я согласился, не думая ни минуты.

— Тебе не нравилось на Ксентосе?

— И да и нет, — ответил он. — Всю жизнь я мечтал о собственной лаборатории со всем необходимым оборудованием и неограниченными денежными средствами для проведения научной работы. Я знал, что могу многого достичь в науке.

— Ну, и?

— Я провел одиннадцать лет в моей лаборатории и единственное открытие, которое я сделал, было то, что все уже было открыто до меня.

— Но далеко не все еще открыто.

— Я говорил себе об этом, чтобы успокоить себя, признался он. — Я был одним из лучших студентов, мисс Вебстер. Я всегда получал отличные оценки. Я был надеждой своих родителей и учителей, но когда дело дошло до научной работы, я понял, что я просто умник, как говорит наш общий друг Фрэнк. У меня отличная память. Я легко усваиваю материал. Но, мне кажется, я не способен мыслить оригинально.

— Ты, наверное, мучаешься от этого. Но ты еще такой молодой, у тебя все впереди.

— Мне тридцать пять лет.

— Еще молодой, — она улыбнулась ему своей очаровательной улыбкой. Моложе, чем я.

— Не может быть.

— О, да, — сказала она. — Я уже старуха.

— Вы очень красивая, — сказал он тихим вкрадчивым голосом.

— Спасибо, — сказала она. Она подмигнула ему, поднося ко рту ложку с вкусным пудингом и продолжая говорить с набитым ртом. А теперь, сэр, помогите мне опять влезть в этот костюм бабочки.

Пристегивая крылья, он дотронулся до ее груди, ощутил ее нежность и теплоту. Она была слегка раздражена оттого, что его руки дрожали. Но раздражение быстро прошло. Он же не виноват, что испытывает восхищение перед продуктом миллиона лет эволюции, как назвал ее один киножурнал. Она шла рядом с ним.

Он осторожно держал в руках искусственные глаза. Еще до того, как они дошли до артистической гримерной, он сказал:

— У меня есть аэромобиль. Вы видели когда-нибудь пустыню с высоты птичьего полета?

— Нет.

— Если хотите…

— Я бы хотела, — сказала она.

— Значит, после работы, — сказал он. — Если только Фрэнк позволит нам закончить работу еще до заката солнца. Я приготовлю еду для пикника.

— Чудесно, — сказала она, улыбаясь ослепительной улыбкой. Он наблюдал за работой гримеров. Он сам наклеил ей искусственные глаза.

— Вот теперь лучше, — сказала Шиба.

Винн выключил генератор, убрал портативный компьютер серии «Век» в чехол. Члены съемочной группы уже расходились по своим делам., В поле, расчищенном для грузовых космических кораблей, шла игра в граундбол. Из одного временного домика доносились звуки симфонии Сельвина Манна «Восхождение человека». Звучание множества струнных инструментов заглушало голоса птиц в ближайшем лесу. Солнце было белое и довольно свирепое по сравнению с мягким желтым солнцем Ксентоса. Оставалось еще три часа до заката.

Когда Винн постучал в дверь домика Шибы, она крикнула ему: — Открыто.

Он вошел в комнату, наполненную запахами Шибы.

По всей гостиной было разбросано женское дезабилье.

Трусики, которые она носила под артунисским мехом, были свалены в кучу на ковре. В ванной журчала вода, и дверь туда была не заперта.

— Я надеюсь, это ты, Винн, — крикнула она.

— Это я, — сказал он.

— Подай мне полотенце.

Он сглотнул слюну и вошел в ванную. В нос ему ударили запахи всяких пахучих шампуней. Душ был за перегородкой из темного дюрогласса, но он мог видеть силуэт Шибы. Он нашел полотенце. Журчание воды прекратилось, Шиба протянула тонкую загорелую руку и взяла полотенце.

— Я быстро, — сказала она, выходя из душа. На голове у нее была надета шапочка, под которую она убрала свои чудесные белокурые волосы. Все ее стройное тело было закутано в полотенце. Она сняла шапочку, и ее волосы рассыпались по плечам сверкающим каскадом. Винн, как зачарованный, смотрел на нее.

Она рассмеялась.

— Может быть, вы изволите перейти в другую комнату, пока я буду переодеваться.

— О, конечно, — сказал он. — Извините.

— Я надеюсь, ты не забыл взять с собой обещанную еду, — крикнула она ему вслед. — Я умираю от голода.

— Конечно, не забыл.

Она появилась на пороге, одетая в шорты лимонного цвета, лифчик и туфли на высоких каблуках, которые подчеркивали красоту ее ног.

— Мы же не будем путешествовать по пустыне, не так ли? — Он сглотнул слюну.

— Нет.

— О, Боже, — сказала она. — Держу пари, что у тебя нет сестер.

— Нет. А что?

— Ясно, что ты не привык видеть полуодетых женщин.

— Да, не привык. — Он сделал над собой усилие и, к своему удивлению, произнес: — Но ты можешь… — он сглотнул слюну. — Я имею в виду, ну…

Она весело рассмеялась.

— Ты напоминаешь мне моего брата Джоша. Он всегда кричал, чтобы я не разгуливала по дому в неглиже.

— Я не кричу.

Она подмигнула ему.

— Но краснеешь.

— И получаю удовольствие, — сказал он.

Она подняла руки вверх и скользнула в простенькое платьице, которое едва ли доходило ей до колен.

— Я готова, — объявила она.

Они уже подходили к месту парковки воздухолета, когда их окликнул режиссер.

— Куда ты собираешься лететь, Шиба? — обратился к актрисе Фрэнк.

— Посмотреть окрестности, — ответила она.

— Наша страховка не предусматривает полеты на воздухолете, — сказал Фрэнк.

— А моя страховка предусматривает такие полеты.

— Шиба, я тебя предупреждаю, — сказал режиссер.

— Фрэнк, у меня есть права на вождение общественного транспорта, сказал Винн.

— Вот видишь, дорогой, — сказала Шиба, — бояться нечего.

Сев в аэромобиль и пристегнув ремень безопасности, она спросила: — В caмом деле?

— Что, в самом деле?

— У тебя действительно есть такие права?

— О, да. Я могу управлять любым транспортом.

— Везде, в любое время и транспортом любого размера?

— Я думаю, что там так написано.

— Я вновь преклоняюсь перед тобой, — сказала она. — Как только у тебя на все хватает времени?

— Ну, я получил мои права на вождение личного автомобиля, когда еще учился в школе. Я обучался навигации в колледже. А потом я летал третьим помощником капитана на космолете.

— Сколько тебе лет? — спросила она.

— Тридцать пять.

— Черт возьми, ты или обманываешь меня, или ты молодой да ранний, сказала она, обезоруживая его одной из своих самых очаровательных улыбок.

— Я поступил в ксентосский университет, когда мне было четырнадцать лет, — сказал он, включая двигатель воздухолета. Они взлетели в небо.

Пустыня началась через четыреста миль от взлетной площадки. Джунгли редели, перешли в саванну и кустарник, а потом пошла гористая местность с вечным снегом на горных вершинах, и, уже за горами, началась бесплодная земля. Песчаная и местами холмистая, она отлично смотрелась в лучах заходящего солнца.

Винн сбавил скорость, и они полетели над горами.

Красивый пейзаж предстал перед их глазами.

— Какая красота, — прошептала Шиба.

— Выбирай какое-нибудь место. Мы сделаем посадку и устроим пикник.

— Вон там, — сказала она и показала на вызженную солнцем столовую гору. Оттуда у нас будет хороший вид на окрестности.

По мере того как солнце садилось, становилось не так жарко. А с сумерками стало вообще прохладно.

Шиба расстелила скатерть, которую достала из корзинки для пикников, поставила на нее пищу, которой запасся Винн, и с энтузиазмом принялась за еду, время от времени издавая звуки типа: «у-у, хорошо» или: «а-а, замечательно»..

У Винна тоже прорезался аппетит. Солнце уже было совсем низко. Шибе стало холодно, и он накинул ей на плечи теплую шаль. Он все еще был на ногах, когда она взяла его за руку и сказала:

— Смотри.

Яркий огненный шар пересекал безоблачное небо с востока на запад. Шиба вскочила на ноги и обняла Винна рукой за талию. Казалось, огненный летающий объект приближается прямо к ним. Он пронесся над ними, издавая звонкие вибрирующие звуки, которые эхом отозвались в горах и замерли в долине.

— Сейчас будет мощный взрыв, — прошептал Винн, но не успел он закончить свои слова, как летающий объект резко взмыл вверх и исчез в небе.

— Какой-то идиот сжег изоляционного материала на сумму в сотни тысяч кредиток, — заметил Винн.

— Ого, — сказала Шиба, все еще обнимая Винна.

— Что ж, у нас еще остался десерт, — сказал Винн.

Она медленно ела замороженные сладости, облизывая ложку, явно получая удовольствие от еды. Солнце скрылось за горизонтом, но небо пылало багровым цветом.

Шиба покончила с десертом, удовлетворенно вздохнула и закуталась в шаль.

— Спасибо тебе, — сказала она. — Этот закат был самым лучшим подарком из всех, которые мне делали в последнее время.

— Это я тебя должен благодарить, — сказал он.

— Ну что ж, если захочешь, чтобы я организовала для тебя еще один роскошный закат, дай мне знать.

— Я благодарен тебе за то, что ты согласилась провести вечер со мной, пояснил он. — Он развел руками. — Я все еще не верю в это. Я провожу время с Шибой Вебстер. Мы вместе выросли, но я видел тебя только на киноэкране. Впервые я увидел тебя, когда мне было шестнадцать лет. Я часами сидел в библиотеке, выискивая фильмы, в которых ты снималась. С тех пор я не пропустил ни одного холо-фильма с твоим участием.

Она засмеялась.

— Боже мой, ты видел мои ранние роли, и я тебе все еще нравлюсь?

— Твое актерское мастерство все время совершенствовалось. И ты становилась все красивее. Пока не достигла совершенства.

Она смотрела, как пылает на горизонте небо.

— Винн, я понимаю тебя. Когда ты видел меня на трехмерном экране в красочном холо-фильме…

— Ты была больше и еще лучше, чем в реальной жизни, потому что я предпочел смотреть фильмы с твоим участием в кинотеатрах, а не на домашнем экране.

— И ты не мог ко мне прикоснуться, — сказала она и коснулась его руки. Но это просто моя работа. Мой многомерный образ на экране это не Шиба Вебстер, а актриса, зарабатывающая деньги на еду и развлечения. — Она взяла его руки в свои и сжала их. — Вот настоящая Шиба Вебстер. Я всего лишь обыкновенная женщина. У меня бывают головные боли, я слишком много ем и пью, у меня болит живот и иногда у меня неприятно пахнет изо рта. Когда кончаются съемки, я иду к себе домой и чувствую себя страшно одинокой.

Он откашлялся.

— Так что не пытайся видеть во мне богиню, перед которой ты хочешь преклоняться. Я живой человек, такой же, как и ты.

— Но ты красивее многих женщин, это ты должна признать.

— Да, — сказала она, не отпуская его рук. — И я рада этому, потому что красота делает меня богатой. Я рада, что нравлюсь тебе.

— Да, ты мне очень нравишься.

— Я нравлюсь тебе?

— Даже больше, чем нравишься.

— Что ж, давай не будем спешить. Будем продвигаться вперед небольшими шагами.

— Я никогда в жизни никого не хотел поцеловать так, как хочу поцеловать тебя.

— Ты уже делаешь первый шаг, — она склонилась к нему.

Она закрыла глаза, когда его губы коснулись ее губ.

Она целовала других, и другие целовали ее много раз, в кино и в жизни. Но она никогда не была распущенной женщиной. Она не была из тех красавиц, которые достигают своих жизненных целей, Отдаваясь богатым и всемогущим мужчинам. С самого начала она дала понять боссам киноиндустрии, что не желает торговать своим телом. Она была Шиба, и этого было вполне достаточно для того, чтобы она могла достичь своей цели. Конечно же, она не была девственницей. Она даже один раз была замужем. Ее семейная жизнь не удалась, опыт был настолько плачевный, что она некоторое время вообще избегала интимных отношений с мужчинами. Но она была чувственной женщиной. Она получала удовольствие от хорошей еды, прекрасной музыки, интересных фильмов. Она знала толк в любви и умела заниматься любовью, если ей попадался достойный партнер. Она еще не была уверена, стоит ли заходить слишком далеко в отношениях с Винном Стерном, но, когда он ее целовал, она испытывала к нему влечение.

Она позволила ему обнять ее. Вечером в горах стало прохладно, теплота его тела согревала и возбуждала ее. Она ответила на его поцелуй, и вдруг услышала голос своей сестры Рут: «Шиба, Шиба».

— Отстань, — сказала она про себя, раздраженная тем, что ее отвлекают.

— Шиба, послушай, — услышала она голос своего брата Дэвида.

— Шиба, ты нужна нам, — сказала Рут.

— А? — она освободилась из объятий Винна.

— Что случилось? — спросил он.

— Я не знаю, — ответила она.

Она все еще слышала голоса, они раздавались у нее в голове. Слов было не разобрать, но в них слышался призыв о помощи. Она тряхнула головой, вновь позволила Винну поцеловать себя, но голоса не умолкали, мешая ей наслаждаться поцелуями.

— Мы сделали первый шаг, — прошептала она, отталкивая от себя Винна.

— Я хочу опять встретиться с тобой, — сказал он.

— Мы будем встречаться каждый день, дорогой, сказала она, вставая.

— А вечером?

— Шаг за шагом, — повторила она.

На пороге своего домика она поцеловала Винна долгим поцелуем, и на мгновение ей показалось, что она опять слышит голоса. У себя в комнате она быстро разделась, почистила зубы, легла в постель и заснула с чувством приятной усталости. Голоса разговаривали с ней во сне.

— Шиба, Шиба.

— Ты нужна нам, Шиба.

— Пожалуйста, Шиба.

— Шиба, Шиба, Шиба.

ГЛАВА 6

Лейтенант Анжела Бардин приколола две звезды на один погон Джоша Вебстера, потом еще две звезды на другой погон. Закончив делать это, она отошла в сторону и отдала ему честь. Они были одни в кабинете Джошуа. Документы, лежащие на столе, подтверждали, что Вебстер повышен в звании.

— Очень идет вам, сэр, — сказала Анжела.

Джош подошел к ней, обнял, оторвал от пола и поцеловал.

— Я считала, что старшие офицеры должны вести себя сдержанней с подчиненными, — сказала она, дразня его.

— Сегодня вечером мы отметим мое повышение, сказал он. — Мы поужинаем в твоем любимом ресторане.

Она надула губы.

— Ты всегда говорил, что это слишком дорогой ресторан.

— Я получил много денег за повышение в звании, мы их все прокутим.

Она положила руку ему на лоб.

— Вроде бы, температуры у тебя нет.

Он игриво похлопал ее по попке. И сразу же после этого раздался громовой взрыв, от которого задрожали стены кабинета, картины чуть не попадали на пол, и закачался, подвешенный под потолком, миниатюрный боевой космический крейсер ГА.

— Что за черт? — вскрикнул Джош.

Анжела немедленно бросилась к переговорному устройству. Несколько минут она слушала сообщение.

— Какой-то идиот пролетел над штабквартирой со сверхзвуковой скоростью.

— Ну, он за это ответит, — сказал Джош. — Они установили, кто он такой?

Анжела нахмурилась.

— Боюсь, что нет.

— Ты шутишь?

— Прости, но нарушитель не установлен.

— Некто проносится со сверхзвуковой скоростью по самым оживленным воздушным линиям галактики, сотрясая стены штабквартиры ГА, и мы не знаем, что это за асе? Какого черта? Он что, невидимка?

Адмирал Джулия Роберте и чины ГА тоже задавали друг другу примерно такие же вопросы. Ответить на них предстояло капитану Вебстеру.

— Капитан, — сказал дежурный офицер пункта наблюдения на космодроме Ксентоса, — похоже, что этот сукин сын невидимка.

— Он не мог лететь на такой скорости, — сказал Джош, — у него должен был развалиться корпус.

— Дело не в его скорости, — сказал офицер. — Мы видели его на экране какое-то время и вычислили его скорость. Любой космический корабль может позволить себе такую скорость. Вопрос в том, как этот космолет мог войти в атмосферные слои и выйти из них на такой скорости и не разлететься при этом в дребезги. — он подошел к столу, взял снимок протянул его Джошу. Автоматическим приборам удалось сфотографировать его.

В центре фотографии был огненный шар.

— Компьютерное увеличение? — спросил Джош.

Дежурный офицер передал ему еще один снимок.

Сфотографированный объект был просто бесформенной концентрацией света.

— Что это такое, как вы считаете? — спросил Джош.

— Сэр, я не знаю. Я бы хотел думать, что это метеорит. Но этот летающий объект появился совершенно неожиданно на высоте ста пятидесяти футов. Он летел с востока, прошел над штаб-квартирой на высоте двух тысяч футов, а потом вертикально ушел в небо.

— Садитесь, капитан, — сказала адмирал Джулия Роберте. Джош кивнул и сел. Адмирал выжидательно посмотрела на него. — Ну что? — спросила она.

— Кажется, наметилась тенденция отнести это происшествие к разряду необъяснимых аномалий, — сказал Джош.

— Это не пройдет, — сказала Джулия резко.

Джош развел руками.

— Какое-то тело действительно пролетело над нами со сверхзвуковой скоростью. Летающий объект был зарегистрирован всеми детекторами. Любой современный космолет может развить такую скорость, но при этом сгорит столько изоляционного материала, что корабль просто развалится на части.

— Джош, мне не дают покоя целыми днями, — сказала адмирал. — Ты не поверишь, какие тут высказываются предположения.

— Я могу себе вообразить, — сказал Джош.

— Мы находимся в центре наиболее контролируемого воздушного пространства на всем Союзе планет, сказала Джулия. — Количество воздушного транспорта в данном секторе обусловило создание трехслойной системы экстра-атмосферного контроля. А при трехслойном контроле камень величиной с твой кулак не может пролететь в атмосферу незамеченным.

— Что-то все-таки пролетело, — сказал Джош угрюмо.

Джулия подперла подбородок своими изящными пальцами и в задумчивости посмотрела в окно. Галактика была огромной. Хотя человек вот уже тысячу лет как летает в космос, галактика, в основном, остается неизученной. За кольцом звезд по краям Млечного пути начиналось экстра-галактическое неизученное пространство. По сравнению с колоссальной величиной вселенной размеры той галактики, в которой они жили, были весьма скромны. А что же говорить о самом человеке? Он был хрупким существом весьма эфемерного содержания. Но он покинул родную планету, чтобы исследовать и, если нужно, покорять враждебные миры.

Джулия видела Мертвые миры, радиоактивные планеты.

Она читала миарийские рукописи — холодящие душу описания гибели двух рас. Она была на планете Эрин Кеннер. Разумные существа время от времени проникали в их собственную галактику из других миров, и они могли только гадать, какое количество разнообразных систем может существовать в различных частях космоса.

Все расы, известные человечеству, в конце концов погибали. Целые планеты подвергались опустошению и геноциду.

На всех кораблях департамента исследования инопланетных миров имелось современное оружие. Человек хорошо знал свою собственную природу. Данным давно на старушке Земле была развязана ядерная война.

А знаменитая зидская война потрясла миры. Отправляясь на неизвестные планеты, человек предполагал встретить там агрессора, вроде тех существ, которые уничтожили биологическую жизнь на Мертвой планете.

— А может быть, Джош, — сказала она, наконец, это был разведчик инопланетят Джош пожал плечами.

— Кто знает.

— Я думаю, что пока у нас маловато информации, чтобы сказать с уверенностью, что это был за объект.

— Я тоже так считаю, — сказал Джош.

Она повернулась к нему лицом и улыбнулась.

— Но вы не будете заниматься опознанием неопознанного объекта, капитан.

— Все же, если я могу что-то сделать…

— Да, можете, — сказала она и взяла со стола большой служебный пакет. Она встала, обошла стол и протянула пакет Джошу, который встал ей навстречу.

— Ваше новое назначение, капитан, — сказала она.

Джош улыбнулся мальчишеской озорной улыбкой.

Он вскрыл пакет, вытащил из него документ, подтверждающий его назначение на должность капитана космического корабля, носящего имя «Эрин Кеннер».

— Адмирал, — сказал он. — У меня нет слов. «Эрин Кеннер» был новейшим крейсером-исследователем класса Дескавери. Это был только четвертый корабль подобного типа, изготовленный в ибанском Кузнецке. Названный, как и его предшественник, в честь одного из смелых исследователей космоса, корабль обладал всем необходимым для того, чтобы бороздить галактику вдоль и поперек. Этот космический корабль, подобно другим кораблям того же класса, походил на Римфаер в миниатюре. Он был оборудован мощными детекторами и имел на борту самое современное вооружение, при помощи которого мог дать отпор любому агрессору.

Экипаж предписан кораблю, но вам разрешается самому отобрать себе помощников из числа офицеров.

— Адмирал, я благодарю вас, — сказал он, протягивая ей руку.

— Не стоит благодарностей, — сдержанно сказала она. — Вы заслужили это назначение. — Она улыбнулась. — Я завидую вам, Джош. Временами, сидя за этим чертовым столом, я мечтаю о том, чтобы стать такой же молодой, как вы, иметь капитанские звезды на погонах, получить добрый космический корабль в свое распоряжение и отправиться в открытый космос.

— Я бы с радостью полетел в космос под вашим командованием, адмирал, сказал Джош.

— Идите, — сказала она, — убирайтесь отсюда к черту.

— Слушаюсь.

Она проводила его до двери.

— Когда вы прочитаете ваше предписание, вы увидите, что вам предоставлена довольно большая свобода действий.

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Да, я завидую вам. Вы можете совершать перелеты в любом направлении, бороздить любые космические пространства, исследовать звездные системы, но, если вы направите «Эрин Кеннер» по одному из маршрутов, проложенных Римфаером, то убьете сразу двух зайцев.

Она не только давала ему добро на поиск двух пропавших космических кораблей, на борту которых находились его близкие родственники, но и намекала, что это весьма желательно.

— Я благодарю вас, адмирал, — сказал он.

— Что ж, Джош, нет ничего удивительного, когда какой-нибудь астронавт-любитель вдруг исчезает в космическом пространстве, но, когда в том же секторе пропадает такой ас как ваш брат Дэвид, это означает, что пора слетать туда и узнать в чем там дело.

— Так точно. Я и сам так думаю…

Джош прошелся по своему кабинету в танце, размахивая документом, который подтверждал его назначение на должность капитана космолета. Анжела стояла, сложив руки на груди, и с серьезным выражением лица смотрела на него.

— Ты почему хмуришься? — спросил он.

— Когда ты улетаешь?

— Ты задаешь неправильный вопрос.

— Что ты имеешь в виду?

— Нужно было спросить, когда мы улетаем.

На ее лице появилась ослепительная улыбка.

— Мы?

— Если только вы согласны погубить пару лет в открытом космосе, лейтенант.

— Я согласна. — Она подмигнула ему.

— Ну тогда, почему ты еще не готова к полету?

— Дай мне пять минут на сборы.

— Есть одна проблема, Анжела.

Она сразу же насторожилась.

— «Эринн Кеннер» — очень небольшой космический корабль. Мы будем находиться в очень тесном контакте с другими членами экипажа. Ты знакома, я полагаю, с правилами общения между людьми разного пола на борту космолета. На больших кораблях, где экипаж состоит из десятков людей, эти правила не так строго соблюдаются. Но на небольшом крейсере, вроде нашего, все будут у всех на виду. Чтобы избежать всяких неприятностей, каждому придется спать в его собственной кровати.

Она улыбнулась.

— Но мы найдем время, чтобы…

— Не пытайся соблазнить капитана, девушка.

Он обнял ее, посмотрел ей в глаза.

— Есть один выход из этой затруднительной ситуации.

— Какой же?

— Если капитан женат на одной из женщин, входящих в число членов экипажа, он может спать с ней вместе.

— Ты делаешь мне предложение?

— Да…

— А что если в дальнейшем нам придется летать на разных космических кораблях?

— Что ж, мы это переживем, — сказал он. — Так ты выйдешь за меня замуж?

— Конечно, черт возьми, — сказала она. — Ненавижу спать одна.

Он поцеловал ее, и вдруг в его воображении возник образ младшей сестры да такой яркий, что открыв глаза, он готов был увидеть вместо Анжелы Шибу.

«Эрин Кеннер», металлическое, сверкающее на солнце чудо, был готов к полету. Издалека трудно было увидеть на нем люки, бойницы для пушек и навигационные приборы. В передней части корабля были открыты смотровые отверстия, в фюзеляже прятались защитные устройства, которые можно было пустить в ход в случае необходимости. Смотровые отверстия делали космолет похожим на сказочную фею. В космосе они никогда не открывались, потому что глазами «Эрина Кеннера» были электроника и оптика. Члены экипажа, женщины и мужчины, были надежно защищены дюраметаллическим корпусом корабля от космического холода и радиации.

Экипаж построился в шеренгу по всему крейсеру, когда Джош и Анжела вышли из аэромобиля и, под звуки военного оркестра, прошли к «Эрин Кеннеру». На борту корабля уже находились два младших офицера, отобранных Джошем среди лучших служащих в составе вооруженных космических сил. Один из них подал команду смирно. Джош и его первый помощник, Анжела Вебстер, приветствовали экипаж. Они медленно прошли вдоль строя. Второй помощник и штурман были мужчинами.

В экипаже было пять мужчин и пять женщин. Джош ознакомился с послужным списком каждого из них и остался доволен. Адмирал подобрала ему отличную команду.

— Речей не будет, — сказал он, после того как второй помощник отдал команду вольно. — Все, находящиеся здесь, уже бывали в космосе. Вы вправе ожидать от меня идеального командования кораблем, а я вправе ожидать от вас безупречного выполнения своих обязанностей. У всех вас отличные послужные списки.

Он смотрел на молодые лица своих подчиненных.

— Я знаю, что вам хочется узнать о том, куда мы летим. Мы последуем по экстра-галактическому маршРУТУ. установленному Римфаером, до пункта, который штурман укажет на звездной карте, а затем будем прокладывать свой собственный маршрут в открытом космосе. Перед нами стоит задача — обнаружить два, пропавших без вести, космолета. Но сначала мы должны хорошенько изучить «Эрин Кеннер» и поэтому совершим небольшой познавательный полет в центр галактики. Как вам известно, новый космический корабль всегда опробывается на старых космических путях. Цель нашего полета — одна из пустынных планет сектора Диомидис. Оттуда мы отправимся в ибанский Кузнецк, где запасемся продовольствием и подготовим корабль к экстрагалактическому полету.

В течение двух дней Джош помогал офицерам и членам экипажа осваиваться на космолете. Только после того, как он понял, что все знают свои обязанности и ту работу, которую они должны выполнять на «Эрин Кеннере», он отдал приказ запускать двигатели. Крейсер плавно поднялся в небо, прошел через атмосферные слои, набрал должную скорость и вышел в пространство открытого космоса. Он плыл в бесконечной темноте, мерно гудел генератор, а капитан и члены экипажа проверяли работу приборов и функционирование всех систем звездного крейсера. По приказу Джоша штурман сел за пульт управления. Корабль совершал стремительный перелет на расстояние многих световых лет к центру галактики. Пока что они следовали известным маршрутом. Когда они увидели на экране компьютера сияющее ядро галактики, в космическом пространстве стало гораздо оживленней — больше звезд, маяков и встречных космолетов. Еще несколько перелетов и «Эрин Кеннер» совершил мягкую посадку в недавно построенном коемопорту на пустынной планете, где шли съемки фильма с участием Шибы.

ГЛАВА 7

Сара Вебстер де Конд была женщиной небольшого роста и довольно хрупкого телосложения. Она заплетала свои длинные волосы в косы, потому что у нее не было эремени ходить в парикмахерскую. Обычно она предпочитала носить элегантные платья консервативного покроя, но, отправляясь на ежемесячное собрание родительского комитета при тигианском городском Совете образования и попечительства, она надела деловой костюм классического фасона. Костюм был сшит из дымчатого селбелизского шелка.

Когда председатель объявил ее выступление, она встала, поправила юбку и прошла к трибуне, держа в руках конспект своей речи.

Она говорила громким уверенным голосом, который соответствовал ее твердым убеждениям. Темой ее доклада было отсутствие дисциплины в работе городской системы образования.

— Меня зовут Сара де Конд, — начала она скромно, хотя и знала, что все в зале знали, кто она такая, и не только из-за того, что ее муж, Пит, был в совете правителей города Т и пользовался славой преуспевающего бизнесмена.

— Боюсь, что я так же виновата, как и все вы, говорила она, окидывая взглядом не членов Совета, а родителей и учителей в зале. — Мы проспали последние выборы. Все шло так хорошо, что мы почили на лаврах.

Некоторые члены Совета уставились на Сару.

— От нас требовалась постоянная бдительность, а мы пренебрегли нашим долгом. В результате система образования опять попала под контроль либералов.

— Миссис де Конд, — сказал председатель.

— Мне кажется, мистер председатель, что вы предоставили мне возможность выступить.

— Да, конечно, — сказал председатель, — но я не вижу повода для ваших нападок на Совет. Вы специально хотите посеять вражду между членами Совета и родителями.

— Мистер председатель, — сказала Сара, сверкнув своими карими глазами и дернув подбородком, — вражда между Советом и родителями Тигиана уже существует, и не я этому виной.

Родители в зале зааплодировали, побуждая Сару продолжать доклад.

— Суть дисциплины не в наказании, — объясняла она, — дисциплина это любовь. Приучая наших детей к дисциплине, мы заботимся о них. Молодые люди нуждаются в опеке.

Она говорила в течение получаса. Часто ее речь прерывали бурные аплодисменты. Она говорила о дисциплинарных взысканиях, которые следует налагать на нарушителей-школьников и о том, какие меры надо применять к их родителям. Речь ее была эмоциональна, но вполне логична. Закончив доклад, она объявила, что собирается выставить свою кандидатуру на пост председателя совета на следующих выборах. Аплодисменты звучали до тех пор, пока она не села на свое место.

Сара не доверяла системе автоматического управления. У нее в воздухолете, в конце концов, находился ценный груз. Она сама управляла аэромобилем, сидя за рулем — прямая с высоко поднятой головой.

Пити и Сид, ее младшие дети, были пристегнуты ремнями к сиденью за ее спиной. Пити дразнил сестру, на которой была одета балетная юбочка. Сара вспомнила о собрании Совета и думала о том, правильно ли она поступила, выдвинув свою кандидатуру на пост председателя.

— Мама, — сказала Сид, — пора снижаться.

Она чуть не пролетела над танцевальной студией.

Сара выбрала момент, когда рядом не было других воздухолетов, и пошла на посадку, зависнув над улицей на высоте шести дюймов. Сид взяла свои вещи и побежала в студию.

Потом Сара проделала еще двадцать миль через весь город к зданию, где должно было состояться собрание скаутов, которое необходимо было посетить Пити.

Пока Сид занималась танцами, Сара решила слетать в спортивный магазин, чтобы купить все необходимое для путешествия ее старшей дочери на Терру-2. Она собиралась отправиться туда в конце учебного года.

Сара долго искала место для парковки аэромобиля и поэтому опоздала в студию Сид. Та уже давно ждала её на тротуаре перед студией, и ее длинные ноги под короткой юбочкой покрылись гусиной кожей, так как дул довольно холодный ветер.

Френк, старшая дочь, была у зубного врача. Сара и туда опоздала.

— Мама, — выражала свое недовольство Френк, — я опоздаю на собрание Исследователей.

Вся семья, кроме Пита, была в сборе, когда аэрофургон доставил им на дом еду из Кухни Семи Миров.

Сара спешила на собрание Комитета по усовершенствованию работы библиотек, и у нее не было времени готовить обед. Они с Питом не держали слуг, хотя и могли бы позволить себе иметь их в любом количестве. Пит пришел домой как раз в тот момент, когда она уже собралась уходить.

— Папа, — сказала Френк, — Марша пригласила меня в гости сегодня вечером, но…

— Хватит, — сказала Сара, — я же говорю тебе, что завтра тебе нужно идти в школу.

— Но…

Пит де Конд потрепал дочь по плечу.

— Ты же знаешь правила, дорогая, — сказал он.

Сара поцеловала его в щеку.

— Мне нужно бежать.

— Надеюсь, ты не слишком задержишься, — сказал он.

— Думаю, что нет.

Но парочка твердолобых консерваторов подняла шум из-за того, что более прогрессивные члены Комитета предложили увеличить число зрителей холо-фильмов в библиотеках. Спор длился более часа. Только в начале одиннадцатого Сара покинула поток воздушного транспорта, снизилась до уровня дверей своего гаража, влетела в него, включила систему безопасности, которая автоматически запирала аэромобиль, в то время как его двигатель подзаряжался. Двое младших детей уже спали. Сид в обнимку с чучелом тигианского тигра, Пит — полунакрытый одеялом. Она поцеловала детей, укрыла Пита как следует. Предварительно постучав, заглянула в комнату Френк. Она слушала холо-музыку.

— Не засиживайся до поздна, — сказала ей Сара.

— Хорошо.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, мама.

Пит сидел в кровати, подперев голову подушками, и читал деловые бумаги. Рядом с кроватью стоял его портфель.

— Привет, — сказал он.

— Ты удобно устроился.

— Как прошло собрание?

Она пожала плечами.

— Как обычно.

— Будешь ложиться?

Она знала этот взгляд мужа. Она хотела ответить отрицательно, но вместо этого улыбнулась.

— Только приму ванну.

— Мне нравятся грязные женщины, — улыбнулся он.

— Я быстро.

Он уже убрал бумаги и портфель, когда она вышла из ванной, благоухая шампунем и духами. Он откинул одеяло, чтобы она могла лечь с ним рядом. На нем не было никакой одежды. Она почувствовала влечение к нему. Они были женаты вот уже двадцать лет и хорошо изучили друг друга. Он знал все ее желания и делал все, чтобы удовлетворить их. Она принимала его заботу о ней, как должное, приятное и необходимое условие супружеской жизни, но не считала это жизненно важным. Она знала, что ему нравится, когда она говорит, как ей хорошо с ним. Ее страстные крики в конце полового акта не были притворством, но, если бы она не понимала, что он любит их слушать, она бы предпочла не кричать. Она делала все, чтобы доставить ему наслаждение. Он был ее муж, ее мужчина, единственный, с кем она когда-либо имела половую связь. Когда он достиг кульминации, перед ее внутренним взором вдруг возникло лицо Дэвида, и, на долю секунды, она испытала запретное, непристойное желание, но тотчас с отвращением заставила себя не думать о брате, крепко обнимая мужа и осыпая его лицо и шею поцелуями.

Принимая душ, она задумалась, вспоминая отца с матерью. Она не часто виделась с родителями. Последний раз, когда она видела Джоша, тот сказал ей, что от родителей нет никаких вестей, и что Дэвид собирается разыскивать их. Но она полагала, что все будет хорошо.

Ничего плохого не могло случиться с Сарой де Конд.

У Сары Вебстер де Конд был замечательный муж, отличный дом и прекрасные дети. Ее жизнь была предельно наполнена всякими событиями, так что в ней просто не было места для неприятностей. Мама с папой обязательно вернутся и расскажут им какую-нибудь удивительную историю о том, как они заблудились в открытом космосе.

Пит еще не спал, когда она легла в постель рядом с ним. Он привлек ее к себе и начал ласкать.

— Ты довольно сексуальна для пожилой замужней женщины, — сказал он.

— Да и ты не так плох для старого степенного бизнесмена, — сказала она ему.

— Кстати, о бизнесе…

Он часто говорил с ней о своих финансовых делах.

Она положила голову ему на плечо и ждала того, что он хотел ей сказать.

— Сегодня я купил права на показ нового холофильма с участием твоей сестры на всей планете.

Она была удивлена. Он никогда раньше не был связан с индустрией развлечений.

— В самом деле? Но это не совсем твоя область.

— Это верное дело, и я на нем хорошо заработаю, — сказал он. — Знаешь ли ты какое место занимает твоя младшая сестра в киноиндустрии?

— Ну, я думаю, что она хорошая актриса.

— И почти такая же сексуальная, как ты.

На мгновение Сара представила свою сестру — ослепительную красавицу, результат миллионов лет эволюции.

— Ха-ха, — сказала она.

— Нет, не ха-ха, — сказал он. — Так оно и есть на самом деле. Королева неплоха, что говорить, но для меня ты самая красивая женщина в мире.

Она рассмеялась.

— Что ж, какая бы я не была, я вся твоя.

Она начала думать о том, чем ей предстоит заняться на этой неделе, когда лицо Дэвида Вебстера опять предстало перед ее внутренним взором. Что-то случилось с ним. Она постаралась избавиться от мыслей о брате и стала опять думать о своих занятиях. Ей нужно было посетить все родительские комитеты в городе в ходе своей предвыборнгш кампании. У Пити в четверг тренировка по граундболу, а Сид нужно отвезти к зубному врачу в пятницу. Через несколько месяцев Френк получает водительские права. Общественным транспортом ей еще пока нельзя управлять, но своим аэромобилем она уже сможет пользоваться. Пит подобрал для нее небольшой спортивный воздухолет. И пока что ей, наверное, следует отказаться от должности лидера юных исследователей: у нее и так достаточно всяких нагрузок.

А для глупых беспокойств о членах ее семьи у нее вообще нет времени. Никакие неприятности никогда не случались с Сарой де Конд.

ГЛАВА 8

Винн Стерн наблюдал за тем, как грузят хрупкое оборудование на транспортный космолет округлой формы, когда в небе появился «Эрин Кеннер». Изящный, новенький корабль стремительно и лихо пошел на снижение, завис над поверхностью на высоте ста футов и совершил мягкую посадку. Винн дал команду сделать перерыв в работе, и грузчики во все глаза стали расг сматривать крейсер-исследователь нового типа.

— Капитан корабля явно опытный ас, — заметил один рабочий.

— Капитан решил слегка порисоваться, — сказал Винн. Открылись люки, и несколько человек вышли из «Эрин Кеннера». — О'кей, ребята, давайте продолжать работу, — сказал Винн, отворачиваясь от крейсера. Грузчики занялись своим делом.

В искусственному лесу снимались последние эпизоды фильма. Снятую ленту потом специально обработают на Делосе, где находилась студия «Объединенные холофильмы», чтобы, при помощи специальных технических эффектов показать ранние формы жизни на планете Артюн, где среди деревьев ползают какие-то непонятные существа в поисках сочных плодов.

Шиба была в артистической уборной и гримировалась для съемок в заключительном эпизоде, когда ее позвали. Она с нетерпением ждала того часа, когда она наконец, покинет эту пустынную планету. Она взглянула на часы и вздохнула. Она всегда получала большое удовольствие от съемок, ей нравилось сниматься в этом фильме о Миари, но в последнее время ею овладело беспокойство. Не то что бы ей так уж нетерпелось вернуться домой на Делос, хотя она и скучала по своему большому дому с парком, извилистые дорожки которого вели к кристально чистому озеру. Нет, ей просто не сиделось на месте. Она хотела отправиться в путешествие во что бы то ни стало. Ей снились сны о том, что она лежит по звездным маршрутам куда-то, где она еще не была. Ей также часто снились родители, Джош, Дэвид и Рут.

Один из помощников режиссера просунул голову в дверь и сказал:

— Через пять минут мы начинаем работу, мисс Вебстер.

Они снимали заново сцену, в которой Миари впервые встречалась с инопланетянином. Он ждал ее на борту своего космического корабля. После того как будут сделаны специальные эффекты, он будет находиться там в окружении грациозных инопланетянок. Но в сцене, которую сейчас снимали, он был один. Шиба, стройная и величавая, шла вверх по ступеням, ведущим на борт корабля. На ее губах застыла ничего не выражающая улыбка. Инопланетянин протягивал к ней обе руки, дружески приветствуя ее. Он сказал:

— Вы неописуемо прекрасны.

— Снято, — сказал режиссер. — Готово.

В рядах съемочной группы воцарилось радостное возбуждение. Съемки на этой планете были закончены.

Вскоре они полетят назад в цивилизованный мир. Актер, игравший роль Рея, пришельца с планеты Дилан, поцеловал Шибу в щеку.

— Мы неплохо провели здесь время, — сказал он, но я страшно соскучился по нормальной еде и моему дому.

Режиссер, забыв на время все разногласия, обнял Шибу и похвалил ее редкий актерский профессионализм.

Когда Шиба покинула съемочную площадку, она увидела Джоша Вебстера, стоящего держа руки за спиной. Он был высокого роста и выглядел превосходно в своей синей форме, а рядом с ним стояла очень привлекательная женщина-офицер.

— Привет, Королева, — сказал Джош.

— Джош! Боже мой, — воскликнула Шиба, подбегая к нему и бросаясь в его объятия.

— Не сломай крылья, дорогая, — предостерег ее режиссер, — они нам еще могут понадобиться.

— Это странное существо, — сказал Джош Анжеле, — моя сестра Шиба. Шиба, познакомся с моей женой Анжелой.

Шиба взяла обе руки Анжелы в свои руки.

— Чудесно, — сказала она. — Вы супер-женщина. Как вам удалось женить на себе этого старого, противного холостяка? — она повернулась к Джошу. — Какой замечательный сюрприз.

— Я слышал, что мою младшую сестру пытаются превратить в бабочку.

— Бабочка сейчас улетит переодеваться, — сказала она. — Анжела, пойдемте со мной. Вы освежитесь, пока я буду снимать с себя эти меха. Старина Джош, ты тоже можешь пойти с нами, если хочешь.

— Я похожу здесь и полюбуюсь декорациями, сказал Джош.

— Мы будем готовы через полчаса, — сказала Шиба.

В гримерной Анжела помогла Шибе снять артюнские меха. Она почувствовала себя несколько неловко, когда Шиба предстала перед ней одетая только в трусики и прозрачный лифчик, но сама Шиба никакой неловкости не испытывала. Она показала Анжеле удобства и занялась удалением грима со своего лица. Ее лицо было совсем чистое, когда Анжела вышла из ванной.

— Джош был прав, — сказала Анжела, — вы самая прекрасная женщина в мире.

— Вы тоже очень красивая. Я понимаю, почему мой легкомысленный брат выбрал вас.

— Замолчите, — сказала Анжела, — или- я начну приставать к вам с просьбой дать мне роль в вашем холо-фильме.

— Вы очень киногеничны, — сказала Шиба, а, когда Анжела рассмеялась, добавила: — Нет, на самом деле.

Шиба вскочила на ноги, одела сверкающее платье, сунула ноги в модные туфли на высоких каблуках.

— Пошли найдем нашего красавца и пообедаем гденибудь.

— Согласна, — сказала Анжела.

Винн Стерн был в кафетерии. Он махнул рукой Шибе, и она пригласила его за их столик, представив его Джошу и Анжеле. Анжела слегка толкнула Джоша локтем, чтобы обратить его внимание на то, как Шиба смотрит на Винна. Винн выразил свое восхищение «Эрин Кеннером», после чего Джош начал расхваливать свой корабль.

— Послушай, мы уже поняли, — прервала его Шиба. — Ты любишь свой космолет. Если бы я была Анжелой, я бы ревновала тебя к нему.

— Боюсь, что я его уже ревную, — сказала Анжела. — Крейсер функционирует безупречно. Мы с нетерпением ждем, когда отправимся на нем в длительное путешествие в открытом космосе.

— Вам не понадобится случайно слегка подержанный. технический консультант? — спросил Винн.

— Мы бы взяли тебя, Винн, — сказал Джош, — но нам не нужен технический консультант. Наш штурман может выполнять эту роль.

— А как насчет гражданского родственника? — спросила Шиба.

— Это не понравится командованию, — сказал Джош.

— Это же настоящая дискриминация, — сказала Шиба недовольно. — Вы намерены искать «Стариков» и Дэвида с Рут, не так ли?

— Мы собираемся обследовать тот сектор космоса, в котором оказались оба космических корабля, после того как они покинули установленные маршруты, сказал Джош.

— Я много думаю о папе с мамой, — сказала Шиба. — Они не умерли, Джош.

Джош помолчал некоторое время.

— Надеюсь, что они живы, Королева. — Он заставил себя улыбнуться. — На их космолете достаточно много продовольствия. Им даже не надо пока прибегать к неприкосновенному запасу.

— Они не умерли, — повторила Шиба. — И Дэвид с Рут тоже живы.

«Эрин Кеннер» в течение двух дней оставался на пустынной планете. Шиба и Винн совершили замечательную экскурсию по крейсеру. Анжела и Шиба очень подружились и много болтали друг с дружкой. Винн занимался погрузкой компьютеров, камер и другого чувствительного оборудования на товарный корабль. Сам он предполагал совершить путешествие на роскошном транспортном корабле в одной каюте с Шибой. Наконец, все оборудование было погружено. Временные домики тоже разобрали и погрузили на корабли. Члены съемочной группы занимали свои места в каютах. Экологическая команда уничтожала следы пребывания съемочной группы на планете-заповеднике.

Винн и Шиба попращались с Дэвидом и Анжелой.

Винн покинул троицу и пошел в последний раз взглянуть на оборудование. Через два часа он стоял на поле и наблюдал, как «Эрин Кеннер» набирает высоту и исчезает в синеве неба. Через несколько секунд заработали двигатели транспортного корабля, и он поднялся в небо вслед за своим грациозным предшественником. К тому времени как транспортник вышел на орбиту и штурман настроил генератор на первый перелет, более быстрый военный корабль был уже на расстоянии многих световых лет от пустынной планеты, делая бесконечные перелеты по проложенным маршрутам.

Винн проводил взглядом товарный корабль и взошел на борт своего космолета.

— Где Шиба, черт возьми? — спросил у него режиссер. — Капитан с ума сходит.

— Она поднялась на борт три часа назад, — ответил Винн. — Она сказала мне, что слегка устала. Я полагаю, она в своей каюте.

— Ты думаешь, что мы такие дураки и не догадались проверить ее каюту? сказал режиссер, поднимая руки вверх как бы в мольбе какому-то неведомому божеству.

Винн прошел в каюту Шибы. Комната была в идеальном порядке, что говорило о том, что Шибы здесь быть не могло. Он открыл шкаф. Ее вещи висели на вешалке. Ее багаж был на верхней полке. Когда Винн уже собирался уходить, в дверях появился секретарь Шибы.

— Вы ее нашли? — спросил Винн.

— Нет, — ответил секретарь.

— Ну, вы же знаете Шибу. Она, наверное, решила совершить последнюю прогулку в лесу.

— Я так не думаю, мистер Стерн, — сказал секретарь. — Среди багажа нет сумки с ее самыми необходимыми вещами.

Винн посмотрел на него вопросительно.

— Такая небольшая сумка. В ней косметика, зубная паста, щетка, снотворное, смена нижнего белья. И все такое прочее. То есть то, чего не надо искать в сумках, где много всякой одежды.

— Вы уверены?

— Нет и ее драгоценностей.

— Ты поступаешь очень глупо, — сказала себе Шиба шепотом, покидая транспортное судно через люк и прячась за стартовую стойку. Раздавался гул двигателей корабля, готовящегося к отлету. Она посмотрела из-за стойки. Люки на «Эрин Кеннере» все еще были открыты.

Космолет загружался продовольствием из аэрофургона.

Шиба увидела человека, несущего корзину с зеленью.

Она подождала, пока фургон зеленщика отлетел, и к товарному люку подлетел другой фургон. Держа в руках небольшую сумку, она подошла к люку и залезла в него.

Следом за ней на борт корабля поднялся рабочий с корзиной фруктов на плечах. На пустынной планете не было транспортеров и груз приходилось переносить в ручную. В небольшом отсеке стоял человек в синей форме и следил за тем, чтобы овощи и фрукты складывали в специальный ящик для хранения. Шиба неплохо ориентировалась на корабле, потому что помнила расположение отсеков и кают после той экскурсии, которую провели для нее Джош и Анжела.

Она пробежала по небольшому коридору, который проходил мимо входа в кабину, открыла одну дверь и оказалась в спортзале.

— Ты делаешь большую глупость, — опять сказала она себе, устраиваясь в укромном уголке за топчаном.

Кондиционер на борту корабля работал во всю, а тут еще люки были открыты, так что в спортзале было довольно прохладно. Она достала из сумки термопростынь и закуталась в нее. Вскоре она согрелась, и, находясь в полной уверенности, что совершает огромную глупость, уснула.

Она проснулась от толчков и поняла, что крейсер находится в воздухе. До ее слуха доносился мерный гул двигателей. Внешнее ускорение прекратилось, и включились приборы, устраняющие невесомость внутри корабля. Через несколько минут она ощутила специфические покачивания, означающие, что заработал генератор полетов, и космолет вышел в открытый космос. После третьего перелета она положила термопростынь назад в сумку и выпила воды из автомата, стоящего у двери спортзала. Ей хотелось есть. Корабль еще пару раз качнуло, и он плавно поплыл вперед.

Она слышала жужжание вентиляторов и какие-то тикающие звуки за металлической стеной спортзала.

Она села на тренировочную скамью и посмотрела на часы. Казалось, она уже целую вечность находится на корабле, но на самом деле прошло еще только четыре часа. Она не знала, как долго будет работать генератор «Эрин Кеннера» до перезарядки, но ей самой не просто хотелось есть — она была чертовски голодна. Она уже хотела встать и выйти из спортзала, когда дверь открылась и вошел рослый молодой человек в шортах. Он увидел ее и спросил:

— А это еще кто?

— Я заяц-инопланетянин, — ответила она.

— Нет, — сказал он, улыбаясь и качая головой. — Я видел вас в фильме «Пусть наступит ночь».

— Вообще-то, — сказала она, улыбаясь ему в ответ своей ослепительной улыбкой, — это один из моих самых любимых фильмов.

— Я считаю, что не следовало убивать эту красивую девушку в фильме. Мне было ее очень жалко.

— Но это придало картине столько пикантности.

— Да, наверное, — он задумался, покусывая нижнюю губу. — Капитан не знает, что вы на борту?

— Нет.

— Вы нарушаете правила полета, вы знаете об этом?

— Я догадываюсь, что так оно и есть.

Он улыбнулся широкой улыбкой.

— Хотите спрятаться в моей каюте?

— Вы очень добры, но я не хочу, чтобы у вас из-за меня были неприятности.

Он кивнул.

— Да, я не подумал. Замечательно было бы находиться с вами в одной каюте, но это действительно грозит неприятностями.

— Я полагаю, что вам следует сообщить старику Джошу о том, что его младшая сестра находится на космолете.

— Киношники показали нам несколько кадров из вашего нового фильма. Мне понравилась сцена, где вы влюбляетесь в пришельца с планеты Дилан.

— Спасибо.

— Вы уверены, что мне следует позвать капитана?

— А как вы считаете?

Он вздохнул, подошел к переговорному устройству, стал нажимать кнопки. Сказал: — Говорит Бакли. Попросите, пожалуйста капитана срочно зайти в спортзал.

Джош был одет в шорты и тишорт. На голове у него ничего не было.

— Я нашел ее, капитан, — сказал член экипажа по имени Бакли, — можно мне оставить ее у себя?

— После того, как она пройдет соответствующую обработку, я отдам ее вам, — сказал Джош. — Королева, какого черта? — Он посмотрел на Бакли и сказал: — Спасибо, Бакли.

— Да, сэр, — сказал Бакли. — Чем я могу помочь вам, сэр?

— Оставте нас, — сказал Джош.

— Я боялся, что вы это скажете, — сказал Бакли и пошел к двери.

— Дисциплина у тебя на корабле отличная, — сказала Шиба, хихикая.

— Черт побери, Шиба!

— Я должна была это сделать, — сказала она серьезно.

— Да. Потому что у тебя совершенно нет чувства ответственности, Шиба, это мой первый полет в качестве командира корабля. Мне дали новейший и самый лучший крейсер во всем космофлоте, а ты делаешь все для того, чтобы у меня его не только отобрали, но и лишили меня капитанского звания в придачу.

— Неужели все так ужасно, Джош?

Он покачал головой, черты его лица немного смягчились. Он улыбнулся.

К ней вновь вернулась ее веселость.

— Мне показалось, что это неплохая мысль, — сказала она. — Он опять нахмурился. — Я должна была это сделать, Джош, — сказала она скороговоркой. — Я знала, что ты отправляешься на поиски отца с матерью, и я не могла не полететь вместе с тобой.

— А я должен вернуться и высадить тебя на одной из планет Союза.

— Не делай этого, Джош, пожалуйста.

Дверь открылась, и Анжела, стройная и красивая, одетая в космическую униформу, застыла на пороге, открыв рот от удивления.

— Бакли сказал мне, но я не поверила.

— Ей нужно было сделать это, — сказал Джош, — что-то заставило ее сделать это.

— Я знаю, — сказала Анжела серьезно.

— Что ты знаешь? — спросил Джош.

— Почему мы отправились на эту пустынную планету, Джош? — спросила Анжела.

— Мы должны были опробовать космолет на старом маршруте. Я воспользовался этой возможностью, чтобы повидаться с младшей сестрой. Я имел глупость познакомить с ней мою жену.

— И это все? — спросила Анжела. — Других причин для посещения планеты, на которой находилась Шиба, у тебя не было?

— Нет, — сказал Джош, но голос его звучал не убедительно.

— Шиба, почему ты проникла на «Эрин Кеннер»? — спросила Анжела.

— У меня не было другого выбора, — ответила Шиба. — Я знала, что вы с Джошем отправляетесь на поиски моих родителей. Наших родителей.

— Ты считала, что твое присутствие на корабле поможет нам отыскать членов твоей семьи?

Шиба задумалась.

— Да, что-то вроде этого, — сказала она.

— Твой брат Дэвид похож на Джоша, но у него более правильные черты лица, он старше и выглядит солидней, — сказала Анжела.

— Большое спасибо, — сказал Джош.

— И у него небольшой шрам над левым глазом, высоко на лбу.

— Ты встречалась с Дэвидом? — спросила Шиба.

— Только на коротке, — ответила Анжела, — и его волосы полностью скрывают шрам, но я уверена, что он у него есть.

— Анжела, — сказал Джош, — нам надо решать, что делать.

— Он снился тебе во сне? — спросила Шиба, — А тебе?

— Мне тоже. А еще мне снился Джош, папа с мамой и Рут. Иногда они звали меня, умоляя помочь, а я не знала, как помочь им.

— Как долго это продолжалось? — спросил Джош, заинтересовавшись тем, что говорила Шиба.

— Около шести месяцев, я бы сказала.

— Джош? — сказала Анжела, широко открыв свои замечательные глаза.

— Ну, хорошо, — сказал Джош. — Я их тоже вижу во сне.

— Ты летишь к ним, — сказала Шиба. — Я должна быть вместе с тобой. Я должна быть на борту этого космолета, что бы там ни произошло.

ГЛАВА 9

Казалось, членам экипажа «Эрин Кеннера» было наплевать на то, что капитан Джошуа Вебстер нарушает правила, предписанные космоведомством, не высадив гражданского «зайца» на ближайшей планете Союза.

Сначала молодые мужчины и женщины, находившиеся на борту космолета, испытывали только благоговейный ужас при виде необычного пассажира. Каждый из них, хоть раз в жизни, видел холо-фильм с участием Шибы Вебстер, которая для них еще со школьных лет была символом красоты и утонченности. Когда они поняли, что Королева была простым, открытым, непретенциозным человеком, любящим шутки, смех и охотно беседующим с молодыми людьми, они стали относиться к ней, как еще к одному члену экипажа.

Шиба еще в ранней молодости поняла, что ее актерское мастерство зависит от того, насколько хорошо она знает людей. Даже будучи ребенком, она легко сходилась с другими детьми и всегда интересовалась чувствами и переживаниями своих сверстников. Она обнаружила, что каков бы ни был человек, ему трудно ненавидеть своего ближнего, если тот проявляет к нему неподдельный интерес и стремится выслушать его. Внимательно слушая того или иного своего собеседника, побуждая его уместным вопросом высказывать свои самые затаенные мысли, рассказывать о своих мечтах, она при этом не пыталась манипулировать людьми. Она не пыталась извлечь какую-то выгоду для себя из общения с людьми, хотя эти общения безусловно, приносили ей определенную пользу — она лучше узнавала людей, их психологию. Ее искренне интересовали чувства и мысли других людей.

Она занималась спортом вместе с членами экипажа, смотрела с ними холо-фильмы и отвечала на многочисленные вопросы о тайнах своего искусства. Она вступила в кружок любителей литературы, хотя читала только тогда, когда училась в университете, да еще те книжки, по которым делались фильмы с ее участием.

Штурман учил ее различать звезды. Один молодой человек часто играл с ней в ручной мяч и иногда проигрывал.

Ее присутствие на борту космолета перестали обсуждать окончательно после того, как «Эрин Кенне» миновав Млечный путь, вошел в интергалактическое космическое пространство и задержался возле последнего маяка Римфаера, чтобы подзарядиться энергией.

Отныне перелеты стали более продолжительными, их расстояние измерялось в парсеках. Маршруты Римфаера шли вокруг галактического диска. С каждым перелетом все больше звезд и звездных тел оставалось между «Эрин Кеннером» и мирами Союза. Связь со штабквартирой ГА на Ксентосе становилась все более нерегулярной, слышимость постоянно ухудшалась, так как сообщения космолета шли с маяка на маяк, а потом зигзагообразно проходили через звездные тела по направлению к Ксентосу.

Никаких космических кораблей не было видно в этом секторе вселенной. Последняя авария тут произошла еще в те времена, когда в галактике находилась станция Римфаер, которая и оказала помощь пострадавшему военному космолету. Теперь это стало частью истории космических полетов. Считалось, что космические корабли военного ведомства не должны терпеть аварий, но каждый астронавт знал, что корабли время от времени пропадают в космическом пространстве и будут пропадать там в будущем. Космолеты состояли из механизмов и электроники, а механизмы и электроника имели обыкновение иногда портиться.

На установленных маршрутах кораблю всегда могли оказать своевременную помощь. Владельцы частных космических станций спешили помочь терпящему бедствие кораблю, потому что получали за это большие деньги. Но за пределами маршрутов Римфаера помощи ждать было неоткуда — ближайший транспортный или военный корабль мог находиться только на огромном расстоянии и все, что могли видеть астронавты, был свет мерцающих и неведомых звезд.

До дома было очень далеко. Со времен эпического путешествия Римфаера очень немногие исследователи видели те звезды, в направлении которых совершал перелет за перелетом «Эрин Кеннер». Находясь за пультом управления, Джош сверился с картами и кивнул головой.

— Вот оно, — сказал он. — Здесь «Старики» покинули установленный маршрут. То же самое сделал Дэвид на своем звездолете.

Анжела изучала экран.

— Страшновато, не правда ли? Куда же мы полетим?

— Вон туда, — сказала Шиба, показывая на небольшое созвездие.

— Что, опять телепатия? — спросил Джош. Он изобразил на лице гримасу, но, хотя голос его и был шутливым, он не мог отделаться от чувства, что с ним это уже когда-то происходило, что он уже однажды видел этот маяк и этот сектор космоса.

— Ты когда-нибудь ходил за покупками с мамой? — спросила Шиба.

Джош кивнул.

— Она всегда поворачивает направо, когда входит в магазин.

— Она, должно быть, сверилась с картами и показаниями на дисплее, сказала Шиба, — точно так же, как она сверялась со схемами маршрутов, когда мы летали на аэромобиле.

Джош нахмурился. Он уже раньше где-то, когда-то слышал эти слова. Он повернулся к штурману.

— Мисс Жирар, продолжайте наблюдения.

— Есть, сэр.

— А вы двое пойдете со мной, — сказал Джош резко.

— Это приказ? — осведомилась Шиба игривым голосом.

— Да, — ответил он.

— Хорошо, мишка-ревун, — сказала Шиба.

Это выражение заставило его вспомнить детские годы, когда в доме Вебстеров было шумно и весело. Их было пятеро — Дэвид, Рут, Сара, он сам, и Шиба. Да плюс еще мать с отцом, всегда готовые прийти на помощь, дать совет или перевязать поцарапанную коленку.

— Не будь мишкой-ревуном, Джош, — говорила ему мать, если он начинал капризничать. Но, черт возьми, «Эрин Кеннер» не был похож на старый дом Вебстеров в городе Т. Это был боевой космический крейсер. Он был на службе вооруженных космических сил ГА, и Джош был капитаном этого судна. И даже если он и был мишкой-ревуном, все равно все должны были бесприкословно выполнять его приказы. В космосе он требовал от всех членов экипажа полного подчинения себе, и это также касалось гражданской пассажирки, чье присутствие на космолете он не мог объяснить самому себе.

Он отвел обеих женщин в капитанскую каюту и пригласил их сесть в кожаные кресла.

— Пора нам поговорить, — сказал он резко.

— Хорошая погода, не правда ли? — сказала Шиба, подмигивая Анжеле.

— Я серьезно, Королева, — сказал он.

— Хорошо, — сказала Шиба, послушно складывая руки на коленях.

— Тогда начнем с самого начала, — сказал Джош. — Ты сказала, Шиба, что тебе нужно находиться на борту этого космического корабля. Что заставило тебя говорить это?

Шиба пожала плечами.

— Я просто беспокоилась о папе с мамой и о Рут с Дэвидом.

— Но ты дала понять, будто что-то заставило тебя проникнуть на корабль.

— Джош, ты хочешь сказать, что Шиба находится под воздействием гипноза? — спросила Анжела.

Джош покраснел. Человек с давних времен занимался изучением парапсихологических явлений. Кое-что в психике человека было объяснить не так просто.

Но за всю тысячелетнюю историю существования человечества, начиная с истории старушки Земли, еще до того, как она подверглась уничтожению, никогда толком так и не было доказано, существуют ли такие явления как телепатия, мир духов, и все такое прочее, о чем любят порассуждать самозванные экстрасенсы.

— Я считаю, что это вполне возможно, — сказал он. — И тебе, и Шибе снились сны о пропавших без вести членах нашей семьи. В этом вообще-то, ничего необычного нет. Но меня настораживает тот факт, что сны были практически одинаковые.

— А как насчет тебя, Джош? — спросила Шиба. — Хорошо, — сказал он, — я должен признаться, что и со мной происходит нечто странное. Например, как только ты предложила нам лететь в определенном направлении, напомнив, куда сворачивала мама в магазинах, я тотчас услышал голос Рут, произносящий практически те же слова.

— Я думала о Рут, когда говорила это, — сказала Шиба.

— Я не могу это объяснить, — сказала Анжела, — но я уверена, что Шиба права, предлагая нам лететь к этому созвездию. Мне кажется, я тоже слышу Рут. Я даже видела ее.

— В моих снах они взывают о помощи, — сказала Шиба. Она вопросительно посмотрела на Джоша. — А в твоих снах?

Он покачал головой.

— Нет, мне они не снятся. Я всегда считал, что нет оснований беспокоиться о них. На «Стариках» запасов продуктов хватит на восемнадцать месяцев. Дэвид опытный астронавт. Я все время говорил себе это и не беспокоился. Но совсем недавно, через несколько месяцев после того как Рут и Дэвид улетели, у меня появилась какая-то тревога, и я понял, что нам надо лететь.

Он развел руками.

— И вот мы в космосе, И с нами моя сестра, которая не имеет никакого отношения к военному ведомству. Я всегда считал себя дисциплинированным офицером, который не нарушает устав. Когда я присягал на верность правительству Союза планет и клялся чтить традиции вооруженных космических сил, я не кривил душой. Но сейчас я почти верю в то, что нахожусь под чьим-то внушением. Кто-то не позволил мне высадить Шибу на одной из планет Союза. Я не знаю, как объяснить все это.

— Ты не высадил меня, потому что ты любишь меня, — сказала Шиба, но сразу же добавила: — Извини. У меня дурная привычка все время болтать лишнее. Никто в нашей семье никогда не был экстрасенсом. Меня иногда пугает мысль о том, что все мы начали общаться между собой на расстоянии, но я слышала эти голоса, Джош, я слышала голоса. Я не знаю, куда мы летим, но, мне кажется, мы движемся в правильном направлении.

— Джош, — сказала Анжела, — ты считаешь, что… ну, пользуясь выражением Шибы, эти голоса достаточно сильны, чтобы убедить тебя нарушить свой долг и не высадить Шибу на одной из планет Союза?

— Несколько раз я был почти готов изменить курс, — сказал Джош. — Но всегда какой-то внутренний голос говорил мне, чтобы я этого не делал.

— Мы найдем их, Джош, — сказала Шиба, — и необходимо, чтобы я была там.

— Вы оба пугаете меня, — сказала Анжела. — Начиная с сегодняшнего дня нам нужно быть очень осторожными и чертовски бдительными.

Благодаря своему превосходному оптическому оборудованию, «Эрин Кеннер» мог изучать планеты, вращающиеся вокруг звезды класса Г, находясь на довольно большом расстоянии от них. Джош вывел корабль на орбиту второй планеты и задействовал детекторы. Керсти Жирар, штурман и техник, докладывала членам экипажа.

— В некоторых местах ледяное покрытие достигает толщины в несколько сот футов. Самый тонкий лед находится в горах. Огромные плоские районы, которые вы видите на экране, возможно, являются замерзшим океаном. Планета достаточна целика для того, чтобы иметь атмосферу и притяжение, но большинство газов, водород, кислород, азот, превращены в лед, ровно как и водный массив.

Штурман продолжала сообщать информацию о фазах вращения планеты, ее электромагнитных полях, толщине ее коры.

— Ядро у нее раскаленное, — говорила она. — На планете есть железо, чертовски большие залежи железной руды, которая находится очень близко к поверхности. Я предположила бы, еще до того как мы исследуем ее при помощи зонда, что это рай для рудодобытчиков.

— Отец понял бы, что здесь можно добывать руду, сказала Шиба. — Он должен был бы зарегистрировать свое открытие.

— И это наводит меня на мысль о том, что мы свернули не в ту сторону, сказал Джош. — Если бы отец обнаружил эту планету, он обязательно отправил бы сообщение о наличии тут руды.

«Эрин Кеннер» облетел всю планету от полюса до полюса. Поверхность ее была довольно однообразна.

Ледяное покрытие отражало солнечные лучи на той стороне, где был день, и звездный свет там, где была ночь. Кроме залежей железной руды, на планете ничего интересного обнаружено не было. После четырех часов наблюдения и исследований Джош покинул кабину и отправился в капитанскую каюту, чтобы пообедать там вместе с Анжелой и Шибой. Джош едва успел поднести ложку ко рту, когда раздался оглушительный сигнал тревоги. Он моментально вскочил на ноги и бросился вон из каюты.

Когда он уже подбегал к кабине, корабль сделал резкий крен. Керсти Жирар была за пультом управления, закладывая в компьютер программу, предусматривающую маневрирование в космическом пространстве.

— Нас атакуют, капитан, — сказал штурман.

— В нашу сторону движутся ракеты, — раздался жесткий, деловитый голос дежурного стрелкового отсека, вектор…

— Задействовать защитные устройства, — приказал Джош.

Тихий звонок, раздавшийся за спиной Джоша, означал, что приказ выполнен.

— Стрелки, — рявкнул Джош, — вы установили, откуда были выпущены эти ракеты?

— Источник установлен, — сообщили стрелки. Третий экран, сэр.

Джош поднял голову. На экране был виден небольшой космический корабль необычной формы. «Эрин Кеннер» опять сделал крен, маневрируя в космосе.

— Генератор заряжен? — спросил Джош.

— Полностью заряжен, — ответил главный инженер.

— Штурман, приготовте корабль к длительному перелету.

— Есть, сэр, — сказала Керсти Жирар.

Если дело примет плохой оборот, «Эрин Кеннер» может просто исчезнуть отсюда, улететь на расстояние нескольких световых лет от этой планеты.

— Ракеты приближаются, — сообщили стрелки. Расстояние пять миль.

— Стрелки, принять контрмеры, — сказал Джош.

Анжела заняла место Керсти Жирар за пультом управления. Штурман перешла на свое место.

— Каково расстояние до корабля инопланетянина? — спросил Джош.

— Двадцать миль, и он все время приближается, был ответ.

— Когда он приблизится на расстояние десяти миль, уничтожьте его.

— Есть, сэр, — ответили стрелки. — Ракета-уничтожитель готова к действию. Контрмеры принимаются.

— Покажите мне эти ракеты крупным планом, сказал Джош.

Сначала они были просто маленькими точками на экране. Жирар настроила оптическое устройство, и одна из ракет оказалась на переднем плане в увеличенном виде. Она была узкой и выглядела угрожающе, как будто была предназначена для боев не в безвоздушном пространстве, а на территории какой-нибудь планеты.

Опознавательных знаков не было видно. Боевая головка была округлой формы. Внезапно там, где только что была ракета возникла огненная вспышка, а потом еще пять вспышек, и экран был чист.

— Ракеты уничтожены, сэр, — сообщили стрелки.

— Покажите мне корабль, — сказал Джош.

Штурман поймала атакующий корабль на большой экран. Как и ракеты, выпущенные им, этот корабль предназначался для полетов в условиях атмосферы. Металлическое покрытие его было темного цвета, точно такое же, как и у ракет. Опознавательных знаков не было видно.

— Стрелки, сэр. Ракета-уничтожитель готова к действию.

— Подождите, — сказал Джош. — Керсти, что показывают приборы?

— Вы не поверите, сэр.

— Говорите.

— Детекторы показывают, что это водородная установка.

— Интересно, — сказал Джош. — Водородные двигатели не используются вот уже тысячу лет. — Он посмотрел на Анжелу. У нее было напряженное выражение лица, она следила за пультом управления. — Хорошо, стрелки. Открыть огонь.

На экране возникла вспышка пламени оранжевого цвета. Она охватила атакующее судно. Через секунду вспышка погасла.

— Керсти? — спросил Джош.

— Приборы показывают, что корабль поражен. Водородные двигатели выведены из строя, — ответила Керсти.

— Стрелки, мы идем на сближение, — сказал Джош.

Анжела даже язык высунула от напряжения, управляя «Эрин Кеннером», когда он приблизился к кораблю инопланетян. Вид вблизи не добавил им никакой новой информации об агрессоре. Не было видно ни смотровых щелей, ни люков, ни каких-либо отверстий в фюзеляже космолета.

— Он в нашем распоряжении, — передали стрелки. — Рентгеновский прожектор готов.

— Хорошо, — сказал Джош главному инженеру, — осмотрите корабль. Интересно, что там у него внутри. Стрелки, лазерное оружие — к бою. Не ждите моих приказов. Бели они только дернутся, немедленно открывайте огонь.

— Лазерное оружие в боевой готовности, капитан, сообщили стрелки.

— Я вижу, что у него там внутри, — сказала Керсти Жирар. — Странно.

— Что странно? — спросил Джош.

— Сэр, внутри космолета нет свободного пространства.

— Объясните.

— Там нет места для экипажа — только приборы, двигатели и электроника. Мне сразу показалось странным, как внутри такого небольшого корабля могли находиться громоздкие водородные двигатели.

— Трутень? [Трутень — радиоуправляемый космический корабль.]- спросил Джош.

— Там внутри много всякой электроники. Наверное, это самоуправляемый космолет.

— Какое на нем оружие?

— Единственное свободное пространство, которое я вижу, это место, где находились ракеты, выпущенные по нам, — сказала Керсти. — Приборы не показывают наличие боеголовок.

— Это ядерные ракеты? — спросил Джош, предположив, что логично иметь на корабле с водородными двигателями ядерное оружие.

— Нет, сэр.

— Хорошо, — сказал Джош. — Стрелкам, находиться в состоянии боевой готовности. Техники, продолжайте обследование космолета. Если обнаружите что-нибудь интересное, немедленно сообщите об этом мне. Мы останемся здесь, пока полностью не изучим этого монстра. После того как вы узнаете все его тайны, мы взглянем на него поближе.

В каюте Анжела спросила его:

— Ты собираешься выходить в открытый космос, после того как закончится обследование корабля?

— Я хочу посмотреть, что там у него внутри, ответил Джош.

— Я пойду с тобой, — сказала Анжела.

— Было бы неразумно, если бы корабль одновременно покинули капитан и первый помощник, подвергаясь при этом опасности.

— Да, — сказала она. — Извини.

— Анжела, атака была чертовски примитивная и глупая, — сказал он, поправляя волосы. — А водородный двигатель?

— Это анахронизм, — сказала она.

— Капитан, — сказала Керсти Жирар. — Можно приступать к осмотру инопланетного корабля.

— Спасибо, Керсти, — сказал Джош. — Скажи механику, чтобы он подготовил и проверил мой скафандр. Нам понадобятся два молекулярных уничтожителя.

— Оружие?

— Только ручное.

Механик Пэт Бакли, кажущийся очень большим в своем скафандре, ждал Джоша возле люка. Анжела помогла Джошу одеть скафандр и закрыла внутреннюю дверь. Мужчины остались вдвоем. Внешний люк открылся, воздух с шипением вышел из отсека. Джош шагнул первым и, зацепившись громоздким молекулярным уничтожителем за крышку люка, перевернулся в воздухе. Корабль инопланетян был на расстоянии всего двадцати футов от них. Вскоре Джош уже мог дотронуться рукой до темного металлического корпуса трутня.

— А, черт, — воскликнул он, больно ударившись о корпус инопланетянина, не успев вовремя замедлить свой полет. Пэт Бакли уперся в корпус ногами, чтобы смягчить удар.

Джош взял в руки уничтожитель и отпустил трос, соединявший его с «Эрин Кеннером». Бакли последовал его примеру. Мужчины прикрепились к трутню магнитными клеммами, которые находились у них на поясах скафандров, и поползли вверх по фюзеляжу корабля, который весь был величиной с пусковое устройство «Эрин Кеннера».

— Знаешь что это за сплав? — спросил Джош Бакли.

— Нет, сэр, — ответил тот.

Швов на корпусе видно не было, он весь был гладкий, как яйцо. Джош передал на «Эрин Кеннер», чтобы крейсер отлетел на безопасное расстояние.

— О'кей, Пэт, — сказал Джош, доставая лазерный прибор, — посмотрим из чего он состоит.

Они работали рука об руку. Их цель была вырезать квадратное отверстие в корпусе корабля и не повредить при этом электронику, которой до отказа был напичкан инопланетянин, Джош выстрелил из своего уничтожителя, направив луч на корпус корабля, и тут же увидел яркую вспышку.

— Ого, — воскликнул Пэт Бакли. — Что это такое?

— Я не знаю, — сказал Джош.

— Что бы это не был за металл, он чертовски прочен, — сказал Пэт. — Он выдержит жар любой звезды. Подождите, сэр, я попробую еще раз.

Пэт настроил инструмент таким образом, что луч мог членить даже атомы. На этот раз луч разрезал толщу металла. В корпусе образовалось небольшое отверстие.

Пэт настроил инструмент Джоша, и тот проделал еще одно отверстие на расстоянии трех футов от отверстия, проделанного Пэтом.

— Вы режете слишком глубоко, сэр, — сказал Пэт. — Поставьте уровень на вторую отметку.

Джош сделал так, как ему сказали. Прошел почти час, пока они вырезали квадратный участок на корпусе трутня, чтобы заглянуть вовнутрь. Пэт Бакли изучал края, вырезанного куска металла.

— Капитан, мне кажется, наши специалисты должны изучить сплав, из которого сделан этот металл. Если я не ошибаюсь, он очень жароустойчив. Такой металл будет иметь большую ценность.

— В какой области?

Пэт рассмеялся.

— Я думаю, во многих областях. Но сейчас мне приходит в голову только одно. У меня дома есть гоночный космолет. Если я покрою его фюзеляж этим металлом, я выиграю в любом соревновании. Как вы знаете, сэр, космолет при входе в атмосферу может развить любую скорость. Но фюзеляж не выдерживает слишком большой скорости, и во время соревнований часть металла обычно сгорает. А если использовать этот материалДжош вдруг вспомнил огненный летающий объект, сделавший дугу в небе и пронесшийся на высоте двух тысяч футов над штабквартирой ГА, а потом вертикально взмывший вверх. Корабль, имеющий корпус, который не разваливается при скорости равной тысячи футам в секунду, мог с грохотом пролететь над штабквартирой. Но зачем? Вряд ли в этом огненном шаре находились какие-то живые существа.

— Возьми образцы сплава, Пэт. Мы передадим их специалистам.

Под тонким слоем электроники находились какие-то сложные сооружения. Все они были обернуты прозрачным материалом. Джош разрезал лазером электронику и одно из сооружений. Внутри него находилась какая-то жидкость, которая вытекла на прозрачную поверхность.

Он вставил туда небольшой зонд, и маленький прибор, находящийся в скафандре, передал информацию на борт «Эрин Кеннера». Предварительный анализ показал, что жидкость была аминокислотой.

Под металлическими раковинами находились водородные двигатели. Разрезать их было бы опасно для здоровья.

— Мне кажется, мы сделали все, что могли и не причинили при этом трутню особых повреждений, сказал Джош.

— Он весь состоит из двигателей, сэр, кроме слоя электроники и камер с аминокислотой.

— А для чего эти аминокислотные камеры?

Бакли пожал плечами.

— Может быть, они необходимы для работы компьютера?

— Очень примитивное оружие, — сказал Джош. — Ракеты, которые может уничтожить городской аэромобиль. Глупая атака в лоб. Безумное нападение на более совершенный корабль. Это все как-то не вяжется с наличием сплава, который может выдержать жар любого солнца и аминокислотной системой сохранения информации.

При помощи реактивных двигателей, вмонтированных в скафандры, они вернулись на «Эрин Кеннер».

Всегда небезопасно выходить в открытый космос, и мужчины вздохнули с облегчением, когда оказались, наконец, на борту своего космолета.

Керсти Жирар ждала капитана в кабине.

— Я провела анализ металлов, находящихся на поверхности планеты, сказала она. — Я хочу показать вам результаты.

— Показывайте, — сказал Джош.

Керсти включила компьютер. Сначала были видны только покрытые льдом обширные пространства.

— Вот здесь приборы показали наличие железа на очень близком расстоянии от поверхности, — сказала она. — Я сделала увеличение, в то время как вы выходили в открытый космос.

— И что?

— Это дюраметалл, сэр, — сказала Керсти. — Два дюраметаллических объекта на близком расстоянии друг от друга.

— Два космических корабля? — спросил Джош, и сердце бешено колотилось у него в груди, пока он ждал ответа.

— Так я считаю, сэр.

— Анжела, распорядись, чтобы на трутне установили временный маяк. Мы должны найти его на обратном пути, — приказал Джош. — Керсти, как только это будет сделано, мы идем на снижение.

«Эрин Кеннер» завис в воздухе на высоте двухсот футов над большим холмом, состоящим из льда и снега и скрывающим под собой два дюраметаллических объекта. Джош, Анжела и Шиба находились в кабине и с волнением наблюдали за тем, как Керсти вела корабль на снижение. От работы двигателей по склонам холма потекла вода, которая, впрочем, тут же замерзала. Через два часа показались контуры зидского великолепного лайнера, а еще через час стала видна надпись на его борту — «Фрэн Вебстер».

— Хорошо, Керсти, — сказал Джош тихим голосом. — Отбой. Выходим на орбиту.

— Но мы еще не видели другой корабль, — протестовала Шиба. Ее большие изумрудные глаза покраснели от слез.

— Я не думаю, что это так уж необходимо, Королева, — сказал Джош. — Нет сомнений, что другой космолет носит имя «Старики».

— Они нарушили первое правило исследователя, — сказала Анжела.

— Какое правило? — спросила Шиба.

— Даже если ты нашел планету, которая по всем показателям похожа на Эдемский сад, и на ней стоит человек в белой одежде, который благославляет тебя, не совершай посадку, пока планету не осмотрели специалисты, — сказал Джош.

Когда они вышли на орбиту, от их корабля отделился небольшой радиоуправляемый робот-зонд. Он совершил посадку возле «Фрэн Вебстер». Корпус зидского звездолета, принадлежавшего Дэвиду Вебстеру, уже покрылся тонким слоем льда. Зонд миновал роскошный лайнер и направил тепловой луч на холм по соседству. Оптические устройства робота вскоре обнаружили открытый люк и нос корабля с надписью «Старики». От жара теплового луча расстаял лед, сковавший пространство в том месте, где был открыт люк, и вскоре передатчик робота уже передавал сообщение. Два человека лежат рядом друг с другом. Дэн Вебстер обнял Фрэн, в такой позе их и застала смерть.

— Но голоса говорили мне, что они живы, — не хотела верить сообщению Шиба, заливаясь слезами.

Робот вернулся к «Фрэн Вебстер». При помощи молекулярного разрушителя был проделан ход на борт корабля. Шиба все еще плакала, но когда на экране появилось изображение двух оледеневших людей, она издала возглас удивления и отвернулась. Люди, вне сомнения, были Дэвидом и Рут Вебстер.

— Здесь что-то не так, — прошептала Шиба.

— Да, определенно, — сказал Джош с горечью в голосе. — Они мертвы.

— Я не это имею в виду, — сказала Шиба. Но она не стала объяснять им, что она имела в виду. Анжела покраснела. Джош отвел глаза. И только Шиба в ужасе продолжала смотреть на экран, где ее брат и сестра застыли навеки в объятиях друг друга.

ГЛАВА 10

Обычный корабль «Департамента исследований инопланетных миров» не стал бы заниматься осмотром планеты, покрытой льдами. Большинство оледеневших планет находились на далеком расстоянии от лучей дающего жизнь светила. В справочниках было довольно много тому примеров, начиная от восьмой и девятой планет Солнца, вокруг которого вращалась старушка Земля, и кончая сотнями других, лишенных всякой жизни миров, разбросанных по сравнительно небольшой зоне галактики, в которой была расположена Конфедерация Союза планет. После того, как мутанты с Земли стали интегральной частью расы людей, живущих в Союзе, экспедиции на планеты солнечной системы были прекращены. Ни одна из систем, входящих в Союз, не была так досконально изучена, как солнечная система, и после того, как в результате археологических раскопок были установлены старые имена планет, в моду вошло называть новые миры старыми английскими именами. Так появились планеты Меркурий, Сатурн, Плутон.

Почти без исключения все известные планеты были похожи на девять планет, спутников старого Солнца.

Планета, которую кто-то из членов экипажа «Эрин Кеннера» назвал планетой «Вечный холод», была исключением. Эта планета, погубившая четырех членов семьи Вебстеров, была так же покрыта льдами, как и Плутон или небольшие спутники Урана, но она совсем не была похожа на Плутон. Ее ядро состояло из расплавленного железа. Некоторые геологические признаки указывали на то, что она не всегда находилась под покрывалом из льда и снега, что само по себе было небезынтересно, но самым интересным и необъяснимым было то, что лед, покрывавший планету, отражал яркие солнечные лучи. Она была похожа на яркий огненный шар. На планету поступало такое количество солнечной энергии, что, по мнению Керсти Жирар, на ее экваторе должны были находиться тропические джунгли, а в поясах умеренного климата дремучие леса. Ибо эта планета определенно находилась в зоне жизни по отношению к своему солнцу.

«Эрин Кеннёр» находился на почтенной высоте над поверхностью планеты. Прежде чем капитан Джошуа Вебстер позволит кому-то ступить на ледяную поверхность, необходимо было кое-что выяснить. Неадекватная атака, произведенная на военный крейсер радиоуправляемым космолетом, была частью той тайны, которая окружала эту планету. Гибель четырех людей, прибывших сюда на весьма современных и хорошо технически оснащенных кораблях, являлась грозным напоминанием о том, что среди льдов таится какая-то опасность.

И Джош, и Шиба уже знали, что их родители, а также брат с сестрой скованы вечными льдами. В случае Рут и Дэвида, бесстыдство их позы было открыто для обозрения любым исследователям, которые могли бы прилететь сюда. Джоша больше всего волновал вопрос, почему на планете так холодно, если солнечные лучи, достигающие ее, в состоянии растопить все льды, исключая, пожалуй, небольшого ледяного поля на полюсе.

На «Эрин Кеннере» не было достаточно мощных зондов для проведения эффективных исследований того, что творится под ледяным покрытием. Обычный космический корабль вооруженных сил ГА в таком случае провел бы исследование на предмет обнаружения жизни на планете. И если бы таковой не оказалось, он зафиксировал бы размеры планеты, все ее характеристики, ее координаты в космосе, а потом зарегистрировал бы свое открытие на благо народов, населяющих Союз. Разработкой природных ресурсов планеты занялся бы частный сектор. Сюда прибыл бы специальный корабль, оснащенный буровыми автоматическими установками и зондами, которые с легкостью обнаружили бы подо льдом залежи железной руды.

В распоряжении экипажа «Эрин Кеннера» было три робота, ни один из которых не подходил для работы во льдах. Все три робота, однако, были задействованы. Они измерили температуру на поверхности, и она оказалась гораздо ниже нуля, в то время как температура на высоте нескольких футов над поверхностью указывала на то, что солнце посылает сюда море тепла. Показания приборов говорили о наличии подо льдами интересных пород железной руды.

Керсти Жирар, выполняя обязанности технического консультанта, пригласила капитана в небольшой отсек, до предела напичканный всякими приборами.

— Странные дела здесь творятся, — сказала она нажимая на клавиши компьютера. — Вот эти большие розовые зоны — поля железной руды, некоторые из которых, находятся довольно глубоко подо- льдами. Это очень характерно для планеты, находящейся в зоне жизни.

— А что это за яркие красные точки?

— Вот об этом я и хочу сказать, — говорила Керсти. — Здесь что-то не так. — Она нажала на клавиши, и графическое изображение на дисплее увеличилось. Пока что роботы находились только в южной части ледяных массивов. Обратите внимание на расположение красных точек.

Точки были похожи на сетку.

— Расстояние от одной точки до другой везде одинаковое, около двухсот миль, — сказала Керсти. — Как вы можете видеть по цвету, каждая точка означает большое скопление железа.

— Есть ли излучение?

— Приборы его не обнаруживают, — ответила Керсти.

— Какова толщина льда?

— Она не везде одинаковая, но самое тонкое ледяное покрытие равно двумстам футам.

— Вы еще сомневаетесь, лейтенант Жирар, что перед нами творение разумного существа?

Холодок прошел по спине Керсти.

— Нет, не сомневаюсь, сэр.

— Сколько времени нам понадобится для того, чтобы поднять роботов на борт корабля?

— Три часа.

— О'кей. Начинайте подъем.

— Есть, сэр, — сказала Керсти. — Не могли бы вы дать мне еще два часа, сэр?

Джош посмотрел на нее вопросительно.

— Я только что начала передвижение одного из роботов. — Она нажала клавишу, и на экране появилось изображение планеты. Стрелки прибора указывали на белое поле. — Такие же участки имеются на обратной стороне планеты. Я бы хотела, чтобы робот поработал пару часов и установил есть ли там такая же концентрация железа.

Джош кивнул.

— Без проблем.

Шиба и Анжела находились в кабине. Когда Джош сказал им, что через пять часов они улетают в сторону маршрутов Римфаера, Анжела с облегчением вздохнула.

После того, как их атаковал этот трутень, стало ясно, что они столкнулись с инопланетянами. Она пока не говорила об этом Джошу, но чувствовала, что пора бы им уже отвалить отсюда и сообщить обо всем, что здесь творится, военным и ученым из штабквартиры ГА, чтобы прибыли сюда со всем необходимым оборудованием и оружием.

— А как насчет тел наших родственников? — спросила Шиба.

— Королева, они уже стали частью этой планеты. Мы не могли бы их касаться, даже если бы я нарушил правила и послал бы туда людей.

— Джош, ведь их увидят, — сказала Шиба. — Каждый, кто прибудет сюда, увидят то, чем занимались Рут и Дэвид.

Джош с сожалением покачал головой.

— Ничего не поделаешь, Королева.

— Там внизу мой отец и моя мать, — взволнованно говорила Шиба. — Он родился на Тигиане-2, и он любил эту планету. Ты получил копию его завещания? Если ты читал его, ты помнишь, что он завещал похоронить его прах на кладбище в городе Т. Для него это имело большое значение, так как шесть поколений Вебстеров были похоронены на этом кладбище. Там есть места для каждого из нас, Джош. Есть ниши для Рут и Дэвида.

— Мы можем подать прошение о том, чтобы останки были посланы туда после исследований, произведенных подразделениями ГА, — сказал Джош.

— Черт возьми, Джош, — воскликнула Шиба. — Я не знаю, что это за место и что за чертовщина творится там внизу, но я прекрасно знаю, что то, чем занимались Рут и Дэвид перед смертью, они делали не по своей воле.

— Я думаю, что ты права, — сказал Джош.

— Может быть, один из роботов мог бы разделить их, — предположила Шиба.

— Королева, если робот прикоснется к ним, они рассыплются на кусочки. Приборы не показывают состояние замерзших костей, плоти и обшивки корабля. Мы знаем только, что объекты, являющиеся инородными для этой планеты, более холодны, чем тонкий воздушный слой, который окружает ее. Керсти Жирар считает, что при такой температуре металлические предметы должны разваливаться на части при малейшем прикосновении. То же касается и человеческих тел. При такой температуре даже дюросталь крошится, как крэкер. Если мы попробуем разделить Рут и Дэвида, то получим только груду оледеневших кусочков плоти и костей.

— Которые можно кремировать должным образом, — сказала Шиба.

— Нет, — сказал Джош. — Извини.

— Капитан, — раздался голос Керсти Жирар в переговорном устройстве, пожалуйста, зайдите в штурманский отсек.

— Уже иду, Керсти, — сказал Джош.

Анжела с Шибой последовали за ним и остановились на пороге «кабинета» Керсти, в то время, как Джош склонился над монитором. Они обе видели темное пятно среди белого ледяного поля. По мере того как Джош вглядывался в это пятно, оно превратилось в металлический куб. Робот приближался к этому сооружению.

— Почему мы раньше не видели это? — спросил Джош.

— Потому что оно только час назад стало появляться из-под толщи льда, ответила Керсти. — Я наблюдала за этим участком, когда лед вдруг начал таять. Приборы показывают, что происходят какие-то изменения. Ледяной покров в этом месте исчез за шестнадцать минут.

Тревога охватила Джоша. Штурман давала понять, что кто-то специально демонстрировал им этот металлический куб.

— Пусть робот находится на расстоянии двух миль от него, — приказал Джош. — Что показывают приборы?

Керсти контролировала робота движением глаз и головы, одетой в хорошо пригнанный по размеру шлем.

Она задействовала все детекторы, имевшиеся у робота.

— Излучений нет. Радиации нет. Теплоты нет.

— Поднимайте робот на борт корабля, — сказал Джош.

— Подождите, — сказала Керсти взволнованно. — Этот куб сделан из того же материала, что и трутень, который атаковал нас. Не удивительно, что приборы ничего не показывают. Никакие излучения не могут проникнуть сквозь этот металл.

— Поднимайте робот, — приказал Джош спокойным голосом.

— Есть, сэр, — сказала Керсти. Она мысленно отдала приказ роботу. Робот стремительно двинулся в сторону металлического куба, который появился из-под ледяной толщи.

— Смотрите, — сказал Джош.

— Возвращайся, черт побери, — проговорила сквозь зубы Керсти, в то время как робот уселся на поверхность куба. Она посмотрела на Джоша широко открытыми глазами. — Все в порядке, — сказала она. — Опасности нет.

Джош почувствовал облегчение и даже почти умиротворение.

— Да, — сказал он, — опасности нет.

— Теперь мы можем забрать Рут и Дэвида, — сказала Шиба.

Анжела хотела было возразить, но в ту же минуту почувствовала, как спокойствие овладевает ею. Она улыбнулась.

— Керсти, пошли робота на «Фрэн Вебстер». Пусть он при помощи совка для взятия образцов пород заберет оба тела, упакует их в мешок для образцов пород и доставит их сюда.

— Но они будут там вместе, — сказала Шиба.

— Они умерли вместе, — сказала Анжела.

— Мы можем попробовать разделить их потом, сказал Джош.

Анжела снова хотела возразить, она чувствовала, что происходит что-то не то. Она старалась побороть благодушие, которое охватило ее. С трудом передвигая ноги, она подошла к пульту управления роботами. Руки и ноги ее стали очень тяжелыми. Казалось, что она шла по вязкой глине. Она взяла шлем управления.

— Пусть лучше Керсти займется этим, Анжела, — сказал Джош. — Она лучше знает особенности каждого робота.

— Да, хорошо, — сказала Анжела.

Керсти отключилась от робота, который находился на металлическом кубе и подключилась к другому роботу, который был на другой стороне планеты. Она направила робота, возвращающегося на космолет, опять на поверхность планеты.

— Я воспользуюсь монитором, — сказала Анжела, и ее движения вновь обрели легкость. Она нажала кнопку включения и вошла в контакт с роботом, находящимся на кубе. Она отдала ему приказ. Робот пришел в движение и тут же на экране возникла яркая вспышка: лазерный луч разрезал куб.

— Анжела, какого черта, — начал Джош. Но не закончил вопрос, так как на экране опять появилась вспышка, и робот развалился на части.

Анжела издала слабый стон и упала на пол. Джош склонился над ней, снял с нее шлем. Он громко вскрикнул. В его голосе звучали боль, гнев и ужас. Прекрасные изумрудные глаза его жены вылезли из своих орбит.

Кровь лилась у нее из ушей и носа, а череп, когда он к нему прикоснулся, был совсем мягким на ощупь. Он быстро отдернул руку и посмотрел на свои пальцы. Они были покрыты кровью и каким-то белым, похожим на пасту, веществом. Очевидно, мозг взорвался внутри ее черепа, пробил стенки и лился по белокурым волосам.

Прежде чем Керсти и Шиба успели прийти в себя, он уже был за пультом управления. Он нажал кнопку и через несколько секунд послал вниз лазерный луч.

Керсти, поняв что делает Джош, направила камеру на металлический куб и, с удивлением, обнаружила, что он ухе почти скрылся под толщей льда.

Лазерный луч поразил цель. Прошло некоторое время, пока рассеялся вихрь ледяных осколков, прежде чем они могли увидеть на экране, что произошло. Когда на экране появилось изображение, они поняли, что на том месте, где находился куб, образовался кратер, наполненный прозрачной водой.

А Джош уже снова целился. Опять лазерный луч был послан вниз, и в том месте, где находился еще один куб, также образовался кратер.

Керсти взяла Джоша за плечи и попыталась оттащить его от пульта.

— Хватит, капитан, — сказала она.

— Они убили ее, — сказал Джош с горечью в голосе. — Эти ублюдки убили ее.

— Капитан, пожалуйста, не надо, — умоляла его Керсти, в то время как лазерный луч уничтожал еще один куб. — Этого нельзя делать. Остановитесь.

С большим трудом Джош, наконец, успокоился. Он стал на колени перед Анжелой. На полу возле ее тела была большая лужа крови.

ГЛАВА 11

Планета не успела сделать полный оборот вокруг своего солнца, после появления первых непрошенных гостей, когда Наблюдателя побеспокоили еще раз. Проверка всех систем — это всегда было на первом месте, являясь самым главным — показала, что необходима энергетическая подпитка нервных узлов. Целительный поток электронов вмиг привел все автоматические системы в состояние рабочей готовности.

Второе вторжение произошло в том же месте, где и первое. Такое совпадение не могло быть случайным.

Наблюдатель ждал. В отличие от первых, вторые пришельцы не стали заниматься исследовательской работой, поэтому у Наблюдателя было достаточно времени, чтобы изучить как пришельцев, так и их корабль. У него заняло всего несколько минут на то, чтобы понять, что люди, прибывшие на втором корабле, были одной крови с людьми, которые прибыли на первом корабле. Сам второй космолет был гораздо интересней, чем первый.

Двигатели были того же неизвестного типа, что и на первом космолете. Сама конструкция двигателей была очень простой, но потребовалась большая концентрация умственной энергии, чтобы определить, что генератор мог подзаряжаться от звезд. Маленький корабль произвел довольно сильное впечатление на Наблюдателя.

Второй большой корабль был гораздо более сложной конструкции и требовал длительного изучения. Поток информации устремился по длинным нервным системам Наблюдателя и подвергся обработке в банке данных.

Изучение систем жизнеобеспечения двух кораблей дало Наблюдателю немало информации о физиологии людей на космолетах, еще до того, как специальный зонд стал изучать способ их мышления. Созидательные силы повсюду создавали различные разумные существа, которые обитали на многих мирах, а не только на одной избранной планете, как в это верили раньше.

Пришельцы дышали кислородом, а состояли из углерода. Они ходили на двух ногах. Короче, они были пришельцами только по определению, а не по строению и внешнему виду.

Само существование Наблюдателя и необходимость вечной бдительности свидетельствовало в пользу множественности жизненных форм.

Наблюдатель ждал. Его настораживали научные достижения, которые демонстрировали пришельцы. То, что новые пришельцы довольно быстро нашли маленький корабль, наводило на размышления. Энергетические щупальца проникли сквозь фюзеляж корабля и начали прощупывать сознание пришельцев.

Первый космолет был оборудован сложной исследовательской аппаратурой. Это было транспортное судно, занимающееся поисками железной руды. Функцию второго корабля определить было труднее. На нем имелись сложные системы коммуникаций и оружие, которое, при правильном использовании могло причинить существенный вред чувствительным нервным узлам, находящимся близко к поверхности планеты.

Необходимо было срочно ответить на вопрос, каким образом большое судно так легко и просто обнаружило местонахождение малого судна. Льды хранили под собой много тайн. В течение первых лет существования Наблюдателя немало кораблей было погребено в вечных льдах. Они, разумеется, нашли свое успокоение, и их покой никто не мог нарушить, точно так же как и покой Спящих, которые спали уже много веков, в то время, как планета совершала свои бесконечные обороты вокруг солнца. Проходили столетия, и ничто не беспокоило Наблюдателя, бдительно несущего свою вечную вахту, пока вторая пара пришельцев не совершила посадку возле ледяной могилы, в которой нашли успокоение первые за многие столетия нарушители покоя.

Каким образом второй космический корабль так быстро обнаружил местонахождение первого корабля? Для успокоения первых нарушителей не потребовалось много времени. Им даже не удалось послать сигнал бедствия на свою родную планету.

Возможно, на большом корабле находились приборы обнаружения, о которых Наблюдатель ничего не знал.

Первый корабль нелегко было отличить от того железа, которое покрывало всю планету. Наблюдатель справился в своем банке данных и получил подтверждение о том, что небольшой космалет не мог посылать сообщения о своем местонахождении. Ответ должен был находиться в сознании нарушителей покоя. Наблюдатель при помощи невидимых щупальцев обнаружил, что защитные функции сознания женщины были сильнее, чем защитные функции мужчины. Женщину обмануть было трудно. Возможность воздействия на мозг пришельцев появилась тогда, когда мужчина понял, что ледяная глыба у его ног — это его мертвые родители. В момент чрезвычайного волнения разум пришельца ослабел. Для Наблюдателя такие человеческие чувства, как страх и горе, были просто информацией.

Защитные механизмы сознания пришельца быстро восстанавливались. Воздействовать на него можно было только радикальным способом. Перед этим Наблюдателю необходимо было получить всю нужную информацию. Эмоции, которые Наблюдатель определил как скорбь, позволили ему воздействовать на сознание Женщины. Щупальца исследовали и сортировали информацию, чтобы получить ответы на все вопросы.

Интеллект Наблюдателя не был затуманен таинственной смесью гормональных секреций. Поток мыслей Наблюдателя протекал по вечной цепи и не зависел от электромагнитных изменений. Наблюдатель искал слабое место в сознании пришельцев и нашел его в эмоциональном состоянии женщины. Вскоре щупальца обнаружили то же уязвимое место и у мужчины. Наблюдателю не нужно было понимать суть эмоций для того, чтобы использовать их в своих целях. Он не ощущал и своего превосходства над людьми. Мудрый интеллект знал, что он несовершенен и имеет свои недостатки. Но Наблюдатель не находился под воздействием эмоций и в этом была его сила. К счастью, репродукционный механизм пришельца был точно таким же, как и у Спящих, поэтому он был знаком Наблюдателю. По этому пути он и пошел.

Легко было вычислить механизм фукционирования репродуктивной системы и воздействовать на определенные сферы мозга. Наблюдатель проник в либидо женщины и стимулировал его. Потом целью Наблюдателя стало возбудить мужчину, и воздействие оказалось таким сильным, что мужчина и женщина воспылали друг к другу страстным желанием.

Он продолжал изучать устройство корабля и обнаружил черный ящик. Это устройство было незнакомо Наблюдателю, но он не ведал чувства удивления. Он все принимал как должное. В будущем он будет успокаивать еще быстрее, обращая особое внимание на черный ящик.

Обнаружив это устройство на втором корабле, Наблюдатель сделал так, чтобы ящик не мог послать сигнал бедствия. Но он не был уверен, что никаких сигналов не было послано до того, как он обнаружил черный ящик. Надо было позаботиться о том, чтобы следующий нарушитель спокойствия не мог найти эти два космических корабля при помощи сигналов. Наблюдатель обследовал черный ящик. В течение нескольких секунд вся молекулярная деятельность вокруг прибора замедлилась. Это была вековая практика успокоения, применяемая Наблюдателем. Однако, он пошел дальше. Он увеличил силу успокоения, и ящик развалился и превратился в пыль.

Предпринимая быстрые и эффективные действия для того, чтобы с корабля не было послано никаких сигналов, Наблюдатель одновременно продолжал изучать ситуацию. Прилет второго корабля не был случайностью.

Между первыми и вторыми пришельцами существовали семейные узы. Первые прибыли в поисках железной руды. Вторые искали членов своей семьи. Но оставались и другие родственники. Если прибыл второй корабль, то мог появиться и третий. Дополнительную опасность представлял собой сигнал, посланный черным ящиком первого корабля. Наблюдатель продолжал поиски. Сигнал, который принял второй корабль, все еще находился в открытом космосе, но постоянно слабел. Поэтому, вряд ли, следующий касмолет будет в состоянии принять его.

Но, несмотря на это, возможность появления новых членов семьи на планете была весьма вероятной.

Наблюдатель решил действовать. Чувствительные нервные узлы получили приказ, и на горных вершинах, там где ледяной покров был тонким, начал таять лед.

Были задействованы электронные цепи, которые в течение долгого времени пребывали в состоянии покоя.

Раздался гул водородных двигателей. Открылись двери ангара, и из него появился управляемый космический корабль, который должен был выйти в открытый космос и находиться на маршруте, по которому прибыли на планету оба космических корабля. Эти корабли, которые потревожили многовековой покой, царящий на планете, проделали большое расстояние, прежде чем прибыть сюда. Трутень должен был выполнить две задачи.

Мозг пришельцев, стимулированный гормональными препаратами, был открыт для воздействия Наблюдателя, который был безжалостен, потому что само понятие жалости не было ему известно. Он должен был успокаивать и делать это быстро. Под его воздействием мужчина и женщина совокуплялись в безрассудной горячке страсти. И в это время их сковал холод. Кровь замерзла у них в жилах. Пришельцы умерли так быстро, что не успели ничего почувствовать.

ГЛАВА 12

«Департамент исследования инопланетных миров» заимствовал большинство своих традиций у Терры-2, планеты, которую также называли Новая Земля. На ней переселенцы со старушки Земли, утратив во время аварии своего примитивного корабля всю информацию, которая хранилась в банке данных, начинали вновь свой долгий и нелегкий путь в космос. Обладая только теми знаниями, которые хранила несовершенная человеческая память, они начали создавать заново технологическую культуру, которая в свое время позволила им оторваться от Земли и полететь в космос, используя примитивное горючее. У них с собой было зерно, пшеница и рожь, корнеплоды, фрукты, орехи и ягоды; и с ними были эмбрионы домашних животных — овец, коров, лошадей. Куда бы ни отправлялся человек, с ним всегда было животное, которое он приручил первым — собака.

И, имея рядом своего верного друга, люди начали опять создавать свою цивилизацию.

Те из землян, кто исповедовал Библию, утверждали, что Бог выбрал для их обитания гостеприимную планету, имя которой Новая Земля. Почва здесь была плодородной, земельные массивы — огромны. На планете были горы и океаны, флора, пригодная для обитания привезенных с Земли животных и для произрастания земных растений. Природные ресурсы планеты обуславливали развитие индустрии.

Путь к цивилизации был не слишком скор, хотя люди в результате аварии своего космического корабля и не вернулись к состоянию варварства. Им удалось создать примитивные орудия труда из останков металлического корпуса корабля, и вырастить в лабораторных условиях домашних животных, при помощи которых они стали пахать землю деревянным пругом. Они занялись земледелием. Многие из спасшихся знали в теории, как добывать руду и плавить металл, но все профессиональные металлурги и ученые погибли во время катастрофы.

Все книги были уничтожены, равно как и информация, хранившаяся в банке данных их компьютера.

Все знали, что есть такая штука как электрическая лампочка, но никто не знал, как ее сделать. Пришлось начинать с изобретения деревянного колеса. Потом на колеса поставили деревянную платформу, и получилась телега. Это был первый маленький шаг в сторону изобретения электричества.

Проходили века. Развитие шло быстрее, чем на Старой Земле, так как люди уже знали в теории, что должно существовать такое явление, как электрический свет, и, несмотря на то, что их знания были несовершенны, у них была определенная цель и стимул. Небольшая группа уцелевших переселенцев плодилась и размножалась в соответствии с текстом Писания. Исследователи составили карты планеты. Корабли стали бороздить океаны, люди расселились по всем континентам. С развитием техники стали широко использоваться природные расурсы Новой Земли. На смену парусным судам пришли пароходы, а вскоре был изобретен двигатель внутреннего сгорания.

Наконец, человек снова оторвался от земли и стал совершать полеты в космос. Где-то там был его старый Дом, Земля. Родная, легендарная планета, все сведения о которой передавались от поколения к поколению. Из уст в уста люди пересказывали друг другу страшные истории о первых переселенцах. Старая Земля была варварской планетой. На ней царили войны и смерть.

Различные народы, говорящие на разных языках, старались покорить друг друга, постоянно грабили и уничтожали друг друга. Старая Земля была планетой плотоядных животных, и самым плотоядным из всех животных был человек. Города старушки Земли были обнесены крепостными стенами, и люди во все времена были готовы защищать свое добро.

Чтобы избавиться от войн и разорений, переселенцы покинули родную планету и устремились в новый, неизведанный мир. Чтобы избегнуть повторения войн в новом мире, старейшины проповедывали мир, но не могли забыть ужасов войны. И, хотя на Новой Земле люди не воевали друг с другом, и у них не било причин опасаться хищных животных, их первые поселения были тщательно укреплены. На Старой Земле нация должна была или уметь защищать себя, или же она становилась жертвой любого агрессора. Человек так привык все время опасаться нападения, что, как только население значительно выросло и развилась техника, на Новой Земле была создана армия и военно-морской флот.

Чтобы оправдать содержание вооруженных сил на планете, где жил лишь один народ, правительство постоянно повторяло, что если их предки прилетели сюда из космоса, то могут прилететь и другие.

Говорилось также, что армия содержится для того, чтобы через нее могли пройти молодые люди. В армии они, якобы, мужали и взрослели. Когда в небо стали взлетать ревущие ракеты, подобные тем, которые были созданы в свое время на старушке Земле, был организован новый вид службы — Вооруженные Космические Силы. Именно на военных космических кораблях были установлены первые генераторы для дальних перелетов.

Человек опять полетел к звездам.

Позднее, когда небольшой исследовательский корабль оказался в секторе Мертвых миров, человечество охватил страх перед инопланетянами. Существа, уничтожившие целые миры, находились где-то в космосе.

Эти неведомые пришельцы, вооруженные оружием страшной разрушительной силы, могли появиться в любую минуту из мрака вселенной.

Корабли ГА имели на борту оружие, и это было оружие не меньшей разрушительной силы, чем то, которое было применено против Мертвых миров. Одной ракеты было достаточно, чтобы уничтожить целую планету. Один мощный взрыв, и обитаемый мир превращался в мертвый астероид.

К стыду человечества, это смертоносное оружие было пущено в ход во время зидской войны, во время которой человек опять воевал против человека. Зидские миры обладали лучшей техникой в галактике, и, хотя силы Конфедерации планет преобладали в численности, зидцам чуть было не удалось одержать победу в войне, но тут «в интересах свободы и гуманности» Союз начал обстреливать зидские планеты смертоносными ракетами.

Итак, история возникновения вооруженных космических сил была напрямую связана с историей старушки Земли. За возникновение ГА несли ответственность переселенцы, успевшие покинуть Старую Землю перед Катастрофой.

Когда на корабле, находящемся в открытом море, умирал человек, его тело, с соответствующими почестями, предавали воде. Путешествие в открытом космосе в какой-то степени было похоже на плавание по морю.

В обоих случаях, расстояние являлось определяющим фактором, а время требовалось для того, чтобы покрыть расстояние. Когда человек умирал вдали от большой земли, его заворачивали в кусок парусины и бросали в море, которое становилось его кладбищем. В открытом космосе корабль часто находился на значительном расстоянии от дома. На борту относительно небольшого космолета, каким являлся «Эрин Кеннер» не было специально оборудованного помещения для хранения мертвого тела. Но даже на- большом корабле мертвец мог дурно воздействовать на моральное состояние экипажа.

Лучше предать труп океану, космическому океану.

Но была существенная разница между сбрасыванием тела в воду, где оно становилось добычей рыб, и выталкиванием его через люк космолета в космос, где вследствии космического холода оно могло вечно сохраняться и плыть в безвоздушном пространстве. И хотя космос мог бы спокойно поглотить в себя останки всего человечества, не испытывая при этом никаких экологических проблем, с давних времен существовал обычай избавляться от мертвецов поближе к какому-нибудь солнцу.

Возможно, людям неприятно было думать о том, что их мертвый товарищ будет вечно парить в кромешной тьме вселенной. А, может быть, тут сыграл роль обычай землян кремировать своих мертвецов. Не исключено также, что оставшиеся в живых друзья покойного находили утешение в том, что ему не будет грозить вселенский холод.

Анжела Бардин Вебстер, женщина сорока пяти лет, не прожившая и половины жизненного срока (средний возраст обитателей Союза был сто двадцать лет) лежала в армейском спальном мешке, а «Эрин Кеннер» приближался к солнцу, лучи которого отражала покрытая льдом планета. Джош Вебстер, одетый в скафандр, стоял возле тела своей жены. Открылся внешний люк, через который с шипением вышел воздух из отсека. Джош стал на колени возле мешка с телом жены и прикоснулся к ней рукой, одетой в перчатку. После некоторых колебаний он прочитал молитву. Вообще-то он никогда не молился. Он взял мешок в руки и, подержав его некоторое время, оттолкнул от себя. Скорость, с которой двигался корабль, и скорость движения спального мешка с покойницей совершенно не были заметны в открытом космосе. Тело перевернулось и стало медленно удаляться от космолета, сохраняя при этом вектор движения «Эрин Кеннера». Через несколько недель тело притянет к себе солнце, и оно станет частью вселенной.

Джош смотрел на удаляющийся мешок, пока он не исчез из вида. Он услышал стук металла о металл — это закрывался внешний люк. Шиба и Керсти Жирар ждали его в проходе между отсеками. Шиба помогла ему снять скафандр, взяла за руку, поцеловала в щеку. Он мягко отстранил ее от себя.

— Лейтенант Жирар.

— Да, сэр?

— Мы возвращаемся на планету ВХ-2.

Экипаж назвал ее планетой Вечного холода, и так стали называть всю систему. Потом вторую планету от солнца назвали «Вечный холод-2» или ВХ-2.

— Но, сэр.

— Мне кажется, я ясно излагаю свои мысли, — сказал Джош.

— Так точно, сэр, — сказала Керсти.

Штурман поспешила занять свое место. Шиба шла за ней следом и вошла в кабину как раз в то время, когда корабль дал крен, разворачиваясь в сторону ВХ-2. Сверкающая льдами планета была видна на экране. Керсти вывела космолет на орбиту. Прямо под ними находились корабли членов семьи Вебстеров.

— Мы заберем их, — сказал Джош Шибе. — Мы доставим наших родных домой.

Керсти, сидевшая за пультом управления, выглядела обеспокоенной. Она нервно кусала губы.

— Ты уверен, что это следует делать? — спросила Шиба.

— Я должен это сделать, — ответил он. — Этот ублюдок там внизу погубил самых близких мне людей. — Он постучал пальцем по переговорному устройству. Говорит капитан корабля, — сказал он. — Как вы знаете, на нас было совершено нападение. Мы не намерены оставить это без последствий. Агрессор должен получить по заслугам. Установки, которые совершили на нас нападение, в результате которого погиб один из членов экипажа, были уничтожены. Вскоре мы вернемся на установленные галактические маршруты и сообщим о происшествии в штаб-квартиру ГА. Мы попросим, чтобы они прислали подразделение для борьбы с инопланетянами. А пока нам нужно выполнить одну задачу. Там внизу на планете находятся тела наших людей. Как вы, возможно, знаете, все они мои родственники. Но это не самое главное. Дело в том, что мы всегда хороним своих мертвецов достойным образом, что я и хочу сделать с телами, которые находятся на планете.

Керсти удивленно посмотрела на Шибу.

— В виду того, в каком положении находятся эти тела, извлечение их из льда будет нелегким делом, продолжал Джош. — Эту задачу нельзя выполнить при помощи роботов.

— О, Боже, — прошептала Керсти.

— Я возглавлю команду добровольцев, — сказал Джош. — Кто хочет пойти со мной?

— Пэт Бакли, капитан, — сейчас же прозвучал голос механика. — Я пойду с вами.

Через некоторое время остальные члены экипажа также выразили желание отправиться с Джошем на планету за телами погибших.

— Благодарю вас, — сказал Джош. — Я назначаю Пэта моим помощником. Пэт, ты сам можешь подобрать двух человек для этой операции. — Когда Джош выключил переговорное устройство, Керсти откашлялась.

— Да, лейтенант Жирар? — спросил Джош.

— Могу я говорить с вами откровенно, сэр?

— Да, но побыстрее.

— Если вы совершите посадку, вы нарушите столько правил, что мой компьютер будет около часа перечислять их, — сказала Керсти.

— Но есть одно правило, лейтенант, которое стоит над всеми остальными, сказал Джош. — В космосе слово капитана корабля — закон.

— Так точно, сэр.

— Вы будете командовать космолетом во время моего отсутствия, — сказал Джош. — Пусть стрелки находятся постоянно в состоянии боевой готовности. Пусть они стреляют по любому движущемуся объекту, и если у нас возникнут проблемы там, внизу, вы можете принимать любые меры, необходимые для обеспечения безопасности корабля и его экипажа.

— Есть, сэр, — сказала Керсти. У нее в горле пересохло от напряжения, которое она испытывала после этих слов капитана. Она поняла, что в крайнем случае ей придется применить оружие огромной разрушительной силы, которое могло уничтожить всю планету.

Через несколько минут команда добровольцев отбыла с космолета, который слегка качнуло, после того как от него отлетела ракета с членами экипажа. Керсти наблюдала, как ракета летит в направлении сверкающей поверхности.

— Вы не одобряете его действия? — спросила Шиба.

— Да, не одобряю, — ответила Керсти. — Ваш брат всегда принимает такие спонтанные решения?

— Иногда, — ответила Шиба.

— Керсти, — раздался голос Джоша по переговорному устройству, — мы находимся на высоте тысячи футов. Совершаем посадку через десять минут. Все системы находятся в состоянии готовности.

— Мы готовы, капитан, — ответила Керсти.

— Хорошо, будьте на связи.

— Мы на связи, — сказала Керсти.

Корабль завис как раз над местом посадки капитана.

Сквозь прозрачную атмосферу ВХ-2 отличо была видна поверхность. Шиба и Керсти наблюдали за тем, как ракета совершает посадку. Керсти никак не могла поверить в то, что капитан и другие добровольцы нарушают основные правила исследователя, запрещающие контактировать с инопланетянами. Капитан не только совершал посадку на планету, чья безопасность не была установлена военными специалистами, он, в сущности, объявил войну инопланетянам и даже не уведомил об этом штаб-квартиру.

Она подумала, что на нее точно, в лучшем случае, будет наложено взыскание, а в худшем — ее отдадут под трибунал. Она решила установить маяк. Когда он был готов, она задействовала его банк данных и вложила в него информацию об «Эрин Кеннере».

— Ну, вот теперь о нас все будет известно, — сказала она Шибе.

— Керсти, — раздался голос Джоша Вебстера, — до посадки остается пять минут.

— На связи, — сказала Керсти, нажимая кнопку пульта и улетая от ледяной планеты на расстояние шести световых лет. У нее заняло ровно две минуты на то, чтобы установить маяк. Еще через две минуты и десять секунд «Эрин Кеннер» вновь находился на орбите ВХ-2.

— Как дела, капитан? — спросила она по переговорному устройству.

— Внизу все спокойно, — ответил Джош. — Посадка через две минуты.

— Будьте на связи, капитан, — сказала Керсти.

— Одна минута тридцать секунд.

Очевидно, Джош и не подозревал, что корабль находился на расстоянии нескольких световых лет от планеты льдов. Керсти, конечно, сообщила бы ему об этом, но только не в такой критический момент. Он вряд ли стал бы возражать против такой меры предосторожности как установка маяка неподалеку от маршрутов Римфаера.

Этот маяк будет проверяться всеми кораблями, пролетающими мимо него. Конечно, ни один космолет не обнаружит его, если только он не последует по пути, по которому следовали два погибших судна и «Эрин Кеннер». Но если, упаси Боже, случится что-нибудь ужасное с капитаном и добровольцами, совершившими посадку на планету, и если что-нибудь случится с «Эрин Кеннером», то, по крайней мере, люди будут знать о событиях, которые предшествовали этому. Если же случится непоправимое, и «Эрин Кеннер» погибнет, как и предыдущие два корабля, на этой планете «Вечный холод», любой, кто прибудет на ВХ-2, будет знать, какая опасность таится подо льдами.

ГЛАВА 13

Сначала Наблюдатель посчитал успокоение женщины, находящейся на борту космолета, своей ошибкой.

Мгновенно открытый огонь с борта корабля причинил серьезные повреждения в системе функционирования сложного искусственного организма. Еще немного, и процесс мог бы стать необратимым. Однако нарушители спокойствия сосредоточили удар на участке, где лед покрывал всего лишь горное плато. Со временем можно будет усилить мощность энергии в находящихся по соседству установках, и тогда поврежденный участок вновь покроется льдом.

По всей планете пошел гул. Начались работы по ремонту поверхности и поврежденных нервных узлов системы. Когда поврежденные коммуникации были восстановлены, Наблюдатель решил, что поступил правильно, атаковав корабль: этот акт агрессии дал ему возможность контролировать ситуацию.

Взволнованное состояние мужчины, выражающееся главным образом в чувстве грусти, вызванным смертью его женщины, дало Наблюдателю возможность воздействовать на этого человека. Влиять на других людей, находящихся на космолете, было труднее. Невозможность прямого и моментального воздействия и контроля ситуации с самого начала, заставила Наблюдателя напрягать до предела искусственный мозг, чтобы найти правильное решение.

Представлялись два интересных варианта. Хотя Наблюдатель и имел возможность самообновляться, а поэтому был по всем показателям бессмертным, Изобретатели все же не смогли защитить его оттого, что со временем в нем будет происходить некоторое снижение эффективности деятельности систем. Из-за этого он не мог полностью подчинить себе нарушителей спокойствия до того, как их сознание не было расстроено сильными переживаниями. Кроме того, существовала возможность, что Изобретатели не полностью учли все аспекты процесса эволюции.

Однако этот последний фактор не имел большого значения для Наблюдателя, ибо его мышление было обусловлено не только знаниями Изобретателей, но и их предрассудками. Изобретатели предвидели, что когданибудь покой Спящих будет нарушен. По всей логике вещей кто-то должен был обязательно прилететь на эту планету. Где-то на далеких звездах шли процессы, породившие Спящих, и разумные существа когда-нибудь обязательно должны были заинтересоваться этим ледяным миром, ибо планеты, находившиеся в зоне жизни, были редки, как драгоценные камни.

Разумные существа стали прилетать, и хотя, как и предсказывали Изобретатели, их научные знания были обширны, их технические достижения все же значительно уступали детищу Изобретателей. Фактически неполноценность человека проявлялась в его непонимании явления успокаивания холодом. Наблюдатель действовал, влияя на сознание людей. Тем не менее, коекакие аспекты его противостояния существам, называвшим себя людьми, настораживали и его и приводили к повышенной деятельности мыслительного центра.

Цель его была ясна — успокоить нарушителей, чтобы они не смогли потревожить сон Спящих. Сначала это казалось вполне легким делом, и после успокоения двух первых нарушителей Наблюдатель пребывал в состоянии благодушия. Когда появился третий корабль, стало ясно, что все не так просто. Рассуждая логически, можно было предвидеть, что новые члены семьи прибудут для розыска своих родственников. Поэтому необходимо было успокоить всех братьев и сестер, занимающихся поисками родителей, как можно скорее. В инопланетные миры были посланы радиоуправляемые космолеты с целью внушения остающимся в живых членам семьи, что им необходимо срочно отправиться на поиски пропавших без вести родных.

К сожалению, один из братьев, Джошуа Вебстер, находился на службе у правительства. Это обстоятельство весьма беспокоило Наблюдателя. Дальнейшие осложнения последовали из-за того, что женщина, управляющая кораблем, оставила в космосе сообщающее устройство с информацией об их корабле, так что следующая экспедиция могла бы обнаружить его. Наблюдатель хотел предотвратить эту акцию, но это ему не удалось. Тем не менее, когда Джошуа Вебстер уже приближался к двум погибшим кораблям, были предприняты новые меры для прекращения распространения информации, находящейся в специальном приспособлении. Из района южного полюса в космос поднялся радиоуправляемый корабль, прикрываясь от приборов обнаружения пришельцев массой самого планетного тела.

А установка, находящаяся рядом с двумя оледеневшими кораблями, была приведена в состояние боевой готовности. Бе целью было уничтожить врага.

Джош первым ступил из ракеты на поверхность планеты. За ним следовал Пэт Бакли. Он и еще двое добровольцев были вооружены лазерными винтовками.

Люди с трудом передвигались по поверхности, так как по приказу Джоша поверх скафандров на них была одета специальная термозащитная одежда. Кроме того, оружие весило около пятидесяти фунтов. В термозащитной одежде можно было работать даже на первой планете, находящейся в непосредственной близи от солнца, где дули горячие ветры и бушевали огненные бури. Ученые создали такую одежду, в которой можно было находиться возле кратера вулкана во время его извержения. Она предохраняла также от лазерных лучей ручного оружия.

Джош не хотел рисковать. Они приблизились к «Старикам». Бакли и два других добровольца подогнали к космолету специальный автокар для взятия образцов породы. Небольшой радиоуправляемый робот проник на борт корабля через открытый люк.

Несколько долгих минут Джош стоял и глядел на замерзшие останки своих родителей. Он уже видел их на экране космолета, но там они казались нереальными. Он и тогда, конечно, понимал, что они мертвы, но только теперь, когда он стоял над ними и видел их изуродованные льдом тела, он полностью осознал этот прискорбный факт.

— Будем начинать, капитан? — спросил Пэт Бакли.

Он уже было хотел ответить отрицательно и не трогать замерзшие трупы, лежащие в обнимку, но тут же передумал и дал команду начинать.

Бакли, пользуясь небольшим молекулярным разрушителем, начал вырезать тела из толщи льда, который приморозил их к полу. Закончив делать это, он спрятал разрушитель и отошел в сторону, а члены группы стали складывать тела в мешок для сбора образцов породы.

В кабине космолета было довольно тесно, и, кроме того, работе мешала громоздкая термоодежда, поэтому дело продвигалось медленно. Только всем вчетвером им удалось поднять вмерзшие в лед тела. Двое добровольцев вдруг выпустили скользкую льдину из рук. Лед начал колоться. Джош замер. Он боялся, что замерзшая плоть его родителей расколется на кусочки.

— Хорошо, — сказал Пэт, застегивая молнию на мешке. — Давайте поскорей сматываться отсюда.

Добровольцы понесли мешок к открытому люку.

— Воображение великая вещь, — сказал Пэт Бакли, когда они вышли из корабля. — Я почти ощущаю холод.

Джош поежился. Ему тоже показалось, что его знобит. Термоодежда предохраняла от холода так же надежно, как и от тепла.

Наблюдатель ждал, пока четверо мужчин находились в небольшом корабле. Он послал энергию успокоения через железный корпус космолета, но ничего не произошло. Ответ находился в мозгу Джошуа Вебстера.

Наблюдатель получил информацию о термоодежде и, суммировав все имевшиеся у него данные, увеличил интенсивность холода. В радиусе сотен миль были задействованы установки, производящие энергию успокоения.

По мере того, как четыре человека медленно и неуклюже передвигались в сторону большого корабля, Наблюдатель задействовал двух мобильных роботов.

Холод, оружие, которое никогда не подводило, оказалось неэффективным против термозащитной одежды. Новая акция содержала в себе элемент риска. Нужно было все тщательно рассчитать. Потребуется немало времени для того, чтобы долететь до корабля, находящегося на орбите. Надо было сделать так, чтобы находящиеся на поверхности планеты люди не смогли дать сигнал тревоги.

Мыслительный центр Наблюдателя вычислил, что слова Человека о том, что он превратит планету в груду мусора, были пустой болтовней, но было абсолютно ясно, что оружие, имеющееся на борту корабля, может принести планете значительный вред.

Первый управляемый робот поднялся на поверхность из подземных ангаров. Он был белый, как лед. Он быстро двигался в сторону нарушителей спокойствия. Легко перескакивая с одного ледяного холма на другой, он мчался по поверхности планеты и вскоре уже находился возле вмерзшего в землю корабля.

В это время второй робот, черный как космический мрак, поднялся на орбиту и летел в сторону корабля пришельцев.

Наблюдатель видел все происходящее, контролировал все происходящее и, действуя одновременно на не. скольких уровнях, исследовал сознание человека, на которого он имел возможность воздействовать. Эмоции, которые владели этим человеком, были по-прежнему гнев и скорбь. Было легко подчинить такого человека своим целям. Группа из четырех человек прошла в большой космолет. Маленький апарат для сборки образцов породы двигался перед ними.

— Пока все идет нормально, — передал Джош на борт «Эрин Кеннера». — Мы забрали тела со «Стариков». Теперь мы направляемся на «Фрэн Вебстер», чтобы забрать другие тела. — Он избегал называть мертвых по именам. Это причиняло бы ему слишком сильную боль. Он шел впереди группы добровольцев. Когда он увидел Дэвида и Рут, замерзших в непристойной позе, у него пересохло во рту.

Пэт чувствовал, что ему. становится холодно. Его губы стали бесчувственны. Он смотрел на замерзших людей — женщина обнимала ногами спину мужчины.

Их поза была совершенно бесстыдна.

— Капитан, кто противостоит нам на этой планете? — спросил Пэт.

Джош покачал головой.

— Керсти Жирар обследовала ледяной шар от полюса до полюса, пытаясь обнаружить тут какую-либо жизнь, — говорил Пэт. — Она не нашла ничего подобного.

— Что ж, пусть умники из штаб-квартиры решают, что это такое, — сказал Джош. — А нам пора заняться делом.

Снова они отделяли замерзшие тела от пола при помощи молекулярного уничтожителя. Снова четверо мужчин с большим трудом грузили тела в мешок.

— Эрин Кеннер, — передал сообщение Джош, — говорит капитан хорабля. Задание выполнено. Мы поднимаемся.

— Принято, капитан, — ответила Керсти Жирар с борта «Эрин Кеннера».

Группа добровольцев направились к люку. Джош осмотрелся по сторонам и почувствовал, как гнев закипает у него в груди. «Фрэн Вебстер» был красивым кораблем. Дэвид несколько десятков лет упорно работал, чтобы скопить деньги на покупку этого шедевра зидской мысли, и вдруг ни с того ни с сего у него отнимают этот звездолет. В этот момент Джошу это казалось такой же несправедливостью, как и смерть самого Дэвида. Четыре члена семьи Вебстеров прибыли на ВХ-2, не имея агрессивных намерений, и погибли здесь. Он в последний раз окинул взглядом кабину звездолета. Искусно сделанный пульт управления лайнера был изуродован льдом. Корабль был мертв. Вся энергия иссякла из генератора без остатка, что было весьма странно. Находясь вблизи любой звезды генератор автоматически подзаряжался.

Внезапно перед его внутренним взором возник образ искусственного солнца и вращающихся вокруг него спутников. Остудить ядро планеты было почти так же трудно, как лишить генератор энергии. В этот момент он вдруг почувствовал, что им грозит какая-то опасность, и оглянулся.

Он увидел, что члены группы находились уже возле люка. Самым последним шел Пэт. Джош пожал плечами под тяжелой термоодеждой и шагнул в сторону добровольцев.

Один из мужчин вскрикнул от удивления, когда в отверстии люка показался белый, как лед, гуманоид.

— Капитан? — сказал другой доброволец, увидя что гуманоид движется.

— Берегитесь, — крикнул Пэт Бакли, пытаясь навести винтовку на существо, загородившее им дорогу.

— Огонь, — приказал Джош, поднимая свою винтовку. Но стрелять он не мог, потому что один из добровольцев находился между ним и люком.

Взрыв потряс звездолет «Фрэн Вебстер». Взрывная волна докатилась до белой фигуры возле люка, но не причинила ей никакого вреда. Робот прыгнул в корабль, отбросив в сторону мешок с останками членов семьи Вебстеров. Четырех добровольцев взрывом раскидало по сторонам. Робот начал быстро разбивать лицевые стекла их скафандров.

Джош был еще в сознании, когда увидел перед собой ледяное лицо, горящие глаза и искусственные пальцы, тянущиеся к лицевому стеклу его шлема.

— Керсти, — прошептал он, нажав кнопку связи подбородком.

— Да, капитан.

— Керсти… — Он не мог передать свои мысли словами. Он напряженно думал. Он хотел сказать: «стреляйте, стоеляйте, стреляйте. Взорвите его, Керсти. Огонь!» Но он произнес: — Мы поднимаемся, Керсти.

— Принято, — ответила Керсти. — Мы ведем наблюдение за вашей ракетой.

Холод проник в скафандр Джоша и прервал его агонию.

— Кабина управления, говорят стрелки.

— Слушаю, стрелки.

— Керсти, мы видим призраков в непосредственной близости от корабля.

— Покажите их мне, — сказала Керсти.

Зажегся экран. Среди темноты космоса летел призрак.

— Вес около двухсот фунтов, — сообщали стрелки. Размер три на шесть футов. И, кажется, этот сукин сын прозрачный.

— Почему вы так думаете?

— В нем только инфракрасные лучи.

— Стреляйте в него.

— Стрелять?

— Немедленно.

Луч света отделился от носа корабля. Вдалеке Керсти увидела вспышку.

— Мы поразили один призрак, — сообщили стрелки.

— А что, есть другие?

— Всего их семь.

— Стреляйте по ним, — сказала Керсти.

— Есть, — ответили стрелки.

Но на этот раз стрелять было не так просто. Призраки начали плясать в космосе, бросаясь то в одну сторону, то в другую, тем не менее все время приближаясь к космолету.

— Керсти, — передали стрелки, — мы сбили трех.

Остальные приближаются. Надо выпускать защитное устройство.

— Мы не можем этого сделать. Ракета с капитаном и его командой будет здесь через десять минут, — сообщила им Керсти.

— Мы подпустим их на слишком близкое расстояние. Через атмосферу пробивается еще большая группа призраков. Не хотелось бы говорить об этом, лейтенант, но, мне кажется, нас атакуют.

— Капитан будет на борту через девять минут пять секунд. Как только мы примем ракету, мы улетим отсюда к чертовой матери, — сказала Керсти.

— Эрин Кеннер, — раздался голос Джоша Вебстера, — готовьтесь к приему ракеты.

— Люк открыт, капитан, — сказала Керсти.

Керсти взглянула на Шибу и подмигнула ей.

— Вам не кажется, что я совершенно спокойна в такой напряженной ситуации?

— Удивительно спокойны, — ответила Шиба, улыбаясь очаровательной улыбкой.

— Но внутри у меня все дрожит, — сказала Керсти. — Быстрее, капитан, быстрее.

Минуты длились, как часы, пока космолет принимал ракету. Керсти закрыла внешний люк, впустила кислород в отсек, где находилась ракета.

— Теперь держитесь, — сказала она, нажимая кнопку на пульте и посылая корабль на расстояние шести световых лет от ВХ-2.

— Странно, — сказала Керсти.

— Ничего больше не хочу знать, — сказала Шиба.

— Маяк, который мы установили, неисправен.

— Керсти, — докладывают стрелки, — мы идем на сближение с летающим объектом. Размеры и вес те же, что и у корабля, который атаковал нас возле ВХ-2.

— Он нападает?

— Пока нет.

— Наблюдайте за ним, — приказала Керсти. — Если только дернется, открывайте по нему огонь, — она вышла на связь с техниками. — Нам нужно принять на борт этот маяк и посмотреть, что там за неисправности. Приготовьтесь принять его.

Ей никто не ответил.

— Техники.

Тишина.

Дверь, которая вела в коридор, где находился отсек техников, была распахнута настежь. Керсти пришла в смятение. Сначала она увидела черное существо с двумя горящими глазами, потом различила голову, шею, длинные, тянущиеся к ней руки, прикрепленные к мощному железному торсу. Она вскрикнула, когда железные пальцы вцепились ей в плечо и вошли в плоть, достав до самой кости. Другая рука схватила ее за подбородок и повернула голову. В шее что-то хрустнуло, порвались сухожилия. Она упала на пол.

Шиба хотела выбежать из кабины, но второй черный робот прыгнул ей навстречу и загородил дорогу.

Шиба вдруг поняла, что Джош мертв. От этой мысли у нее похолодела спина. На полу лежала мертвая Керсти Жирар, хотя ее ноги еще и дергались в ритме регги. Два черных робота застыли перед Шибой, глядя на нее горящими, немигающими глазами.

Странно, но она была совершенно спокойно.

— Послушайте, — произнесла она, — кто бы вы ни были, послушайте меня. Мы не хотели причинить вам никакого зла. Мы просто искали мою мать и моего отца и сестру с братом.

Робот, убивший Керсти, поднял одну руку.

— Вы и меня хотите убить, не так ли? — спросила Шиба.

Тишина. Робот сделал шаг вперед, отталкивая ногой мертвое тело Керсти.

— Но это бессмысленно, — сказала Шиба. — Мы не хотим причинять вам никакого вреда. И все остальные мои родственники ничего против вас не имеют.

Теперь уже оба робота медленно приближались к ней.

— Но скажите мне, почему вы убиваете нас? — проговорила она, чувствуя себя абсолютно спокойно. — Ведь мы не делаем вам ничего плохого.

Внезапно она рассмеялась. Вначале это был чисто женский сочный смех, который возбуждает либидо многих мужчин, видящих ее на экране. Она засмеялась потому, что догадалась о причине своего спокойствия.

Она просто играла новую роль. Ей так часто грозила смерть в кино, что теперь она не могла воспринимать серьезно то, что с ней в настоящий момент происходило.

Но по мере того, как роботы все приближались к ней, ее смех становился все более визгливым, а потом и вообще стих.

— Почему? — спрашивала она, в то время как одна искусственная рука протянулась к ней. — Скажите мне, почему?

Голос ответил ей по-английски, но звучал он совершенно ненатурально.

— Пусть они спят, — сказал голос, — ибо если они проснутся, вселенная содрогнется.

Она вскрикнула. Один из роботов схватил ее за руку, его острые металлические пальцы вонзились в ее плоть.

Однако она не долго мучалась, потому что другой робот схватил ее голову двумя руками и оторвал ее от туловища.

— Говорят стрелки. Что происходит, черт возьми?

Один из роботов покинул кабину и пошел искать обладателя голоса. Второй робот стал изучать пульт управления, нажимать клавиши и получать на дисплее компьютера все данные относительно работы двигателей и системы функционирования корабля в целом. Черные железные пальцы умело бегали по клавишам. Внешний люк открылся. Через несколько минут в него влетела корабельная самоуправляемая ракета, несущая маяк.

Она заняла свое место в специальном отсеке.

В кабине черный робот давал задание компьютеру.

«Эрин Кеннер» сорвался с места. И вскоре, как и было задумано, космический крейсер уже подлетал к ближайшей раскаленной звезде. Через мгновение корабль, роботы, живые и мертвые люди стали добычей пылающей ядерной топки, Внутри «Фрэн Вебстер» находился небольшой автокар. В нем был мешок с останками тел. Два летающих робота принесли в корабль второй мешок. Оттаявший металл вновь покрывался льдом. Роботы возвращались в свои подземные ангары. Наблюдатель в течение некоторого времени был очень занят. Нужно было покрыть льдом обнажившиеся в результате обстрела пришельцами участки планеты. Альтернативные средства коммуникации свели повреждения к минимуму. Все приборы работали с максимальной эффективностью, как и было задумано Изобретателями.

Наблюдатель ждал. Единственным свидетельством того, что. «Эрин Кеннер» когда-либо был вблизи ВХ-2, как назвали эту планету пришельцы, были мертвые тела капитана и четырех членов экипажа внутри «Фрэн Вебстер». Наблюдатель хотел уничтожить и тела и все оборудование с «Эрин Кеннер», но решил, что все это понадобится для того, чтобы заманить сюда оставшихся членов семьи Вебстеров, хотя и существует определенный риск привлечь внимание правительства Людей к ВХ-2. Успокоение было превыше всего. Как только будет успокоен последний член семьи, благословенное спокойствие опять воцарится на планете.

ГЛАВА 14

Сара Вебстер повысила голос, чтобы подчеркнуть свое критическое отношение к председателю Совета по образованию и попечительству. Компьютер отреагировал на смену модуляций, и буквы на экране увеличились в размере. Она сделала паузу, заглянула в свой конспект. Она была одета в спортивный костюм свободного покроя. Ее волосы были распущены. Она была одна дома, и ей было слегка жаль самое себя, так как Пит с детьми пошли посмотреть в кинотеатре, где был огромный экран, новый холо-фильм, в котором Шиба играла роль Миари, а она должна была проводить воскресный день, готовясь к выступлению на очередном родительском собрании.

Временами она сожалела о том, что стала заниматься политикой. Она была общительным человеком и любила быть в центре внимания, но избирательная кампания отнимала у нее слишком много времени.

Она все еще формально возглавляла Союз юных исследователей, но фактически все ее обязанности уже выполнял ее помощник. Пит нанял водителя, который отвозил Пити и Сид в танцевальную студию, на собрание скаутов, на тренировки по граунболу и к их друзьям.

В Тигиан Сити жило шесть миллионов человек, и, казалось, что у них у всех были дети школьного возраста, и все родители хотели услышать, что думает Сара по поводу ситуации в системе образования.

Она говорила о дисциплине, и ее слова появлялись на экране компьютера. Ее, в общем, устраивала ее речь.

В основном она выступала без конспекта, но в этот понедельник у нее было очень важное выступление. По крайней мере тысяча родителей, живущих в одном из самых неблагоприятных районов города Т, должны были посетить это собрание.

— Дисциплина — это не наказание, — говорила она, когда экран вдруг погас, а потом на нем появилось и замигало ее имя.

САРА. САРА. САРА. САРА.

Она в раздражении тряхнула головой и стала настраивать компьютер.

САРА. САРА. САРА.

— Черт возьми, — сказала она и постучала по экрану.

ПОМОГИ НАМ, САРА. ПОМОГИ НАМ.

Все слова были набраны большим шрифтом.

ПОМОГИ НАМ. ПОМОГИ НАМ.

Ее охватила паника, потому что помимо слов на экране в ее голове стал и возникать образы ее родных.

Джоша и Шибы. Дэвида и Рут. Она вскочила на ноги и выключила компьютер. Раздался нежный мелодичный звук, означавший, что кто-то хочет войти в дом. Она прикоснулась к переговорному устройству, стоящему на столе.

— Да, кто это? — спросила она.

— Меня зовут Винн Стерн, — ответил понятный мужской голос. — Я хотел бы поговорить с миссис де Конд. Я друг Шибы Вебстер.

— Одну минуту, — сказала она, включила домашний экран, увидела красивого, хорошо одетого мужчину и открыла дверь.

— Извините, что беспокою вас в воскресный день, миссис де Конд, — сказал Винн Стерн. — Я только хотел узнать, не получали ли вы каких-либо вестей от Шибы в последнее время.

— Нет, не получала, — сказала Сара. — Вы работаете с Шибой?

— Я был техническим консультантом во время съемок последней картины с ее участием, — сказал Винн.

Сара вздохнула. Сначала ее компьютер выделывает всякие штуки, а теперь еще это.

— Входите, мистер Стерн.

— Спасибо.

— Могу я предложить вам что-нибудь? — спросила она, проводив его в довольно аскетично обставленную комнату, которую Поль называл приемной. Стулья здесь были весьма неудобные и жесткие, цвет обоев — темный. В этой приемной комнате посетитель должен был быстро изложить суть своего дела и удалиться.

— Нет, спасибо, — сказал Винн. Он сел на край жесткого стула. Сара сидела в строгой позе, сжав колени и положив на них руки.

— Я полагала, что Шиба находится у себя дома на Селбеле или снимается в новом фильме, — сказала Сара.

— Она тайно пробралась на военный космический корабль и улетела на нем, — сказал Винн.

— Это на нее очень похоже. Бедный Джошуа, — она слегка подалась вперед. Расскажите мне все об этом.

— Мы как раз закончили снимать картину «Легенда о Миари», когда прилетел корабль капитана Вебстера. Они говорили о другом вашем брате, вашей сестре и ваших родителях, и капитан Вебстер сказал нам, что он собирается искать их. После того как космолет покинул планету, на которой снимался фильм, Шиба исчезла, и я очень беспокоился о том, где она может быть, пока не обнаружил записку, приклеенную к зеркалу в моей спальной комнате, где она писала, что собирается проникнуть на борт «Эрин Кеннера».

— Вы и Шиба… — Она не закончила вопрос.

— Мы друзья, — сказал он и улыбнулся. — Я имел наглость надеяться, что наша дружба перерастет в нечто большее, — он отбросил со лба прядь черных вьющихся волос. — Миссис де Конд, я волнуюсь за ее судьбу. Уже прошло. шесть месяцев. В киностудии о ней ничего не знают. В военном ведомстве мне тоже мало что удалось узнать. Единственное, что они соблаговолили мне сообщить, это то, что «Эринн Кеннер» выполняет задание исследовательского характера, и, так как корабль находится в неизученном секторе, связи с ним нет.

— Я считаю, что если военный исследовательский корабль находится в неизученной зоне, то он должен устанавливать маяки на маршруте своих перелетов, сказала Сара.

— Сара, Сара, помоги нам. Приди к нам. — Она резко тряхнула головой.

— Да, — сказал Винн.

— Мистер Стерн, я не думаю, что могу вам чем-то помочь.

— Ваш муж входит в Совет правителей города Т, сказал Винн. — Он может связаться с высокопоставленными военными.

— Да, — согласилась она. — Да, я попрошу его навести справки. Где вы остановились в городе Т?

Он назвал ей свой отель и встал. Она протянула ему руку.

— Если мне удастся что-то узнать, я сообщу вам об этом, мистер Стерн.

— Извините, что побеспокоил вас, но, мне кажется, на то были достаточно веские основания.

— Да. — Она опять услышала голоса. Голос Джоша.

Голос Шибы. «Ты нужна нам». — Я думаю, что пора уже начинать беспокоиться.

— Еще раз извините, — сказал Винн, прощаясь с Сарой у дверей.

Сара дважды сбивалась с пути в запутанных коридорах штаб-квартиры ГА, прежде чем нашла, наконец, кабинет полковника Джефферсона Уотча. Благодаря влиянию и служебному положению Пита, ей довольно быстро удалось добиться этой встречи, но когда вежливый дежурный офицер проводил ее в кабинет Уотча, она поняла, что на ее просьбу здесь не обратили особенного внимания. Полковник Уотч был пожилой человек. Сара была достаточно осведомлена о положении дел в военном ведомстве, чтобы понять, что она имеет дело с человеком, дослуживающим последние годы перед отставкой, с человеком, которому уже не светит генеральское звание.

Несмотря на седины и морщины, Уотч был довольно красивым мужчиной. Он встал из-за стола и улыбнулся, показав ряд отличных искусственных зубов.

— Как добрались с Тигиана, миссис де Конд? — спросил он, протягивая ей руку.

— Я ненавижу космические путешествия, — ответила Сара и улыбнулась в ответ на его улыбку. — Но, в общем, добралась нормально.

— Садитесь, пожалуйста, — сказал Уотч. — Кофе? Чай?

— Спасибо. Ни то, ни другое.

Он сел за свой стол и достал папку с грифом ГА.

— Я ознакомился с той информацией, которую мне передали из ведомства, осуществляющего контроль за полетами кораблей космофлота, — сказал он. — Вас интересует космический корабль «Эрин Кеннер», командиром которого является капитан Джошуа Вебстер?

— Мой брат, — капитан Вебстер, отправился в космос на поиски членов нашей семьи, которые пропали без вести. От моих родителей не было сообщений вот уже более двух лет.

— Ах, да, «Старики», корабль, зарегистрированный на Тигиане.

— И «Фрэн Вебстер» пропал в том же секторе космоса около года назад.

Уотч откашлялся.

— Собственно говоря, миссис де Конд, военное ведомство не рассматривает оба эти корабля как пропавшие без вести. Как вам известно, вдали от установленных маршрутов расположено много неоткрытых звезд, и просторы там необъятные. На корабле ваших родителей, например, продовольствия хватит еще на год, не говоря уже о неприкосновенном запасе, которого хватит еще на несколько месяцев.

— Полковник Уотч, — начала она.

Он, вежливо улыбаясь, перебил ее.

— Если бы корабли, о которых вы беспокоитесь, имели планы полетов, и не прибыли бы вовремя в какую-либо точку, то тогда у нас было бы основание для беспокойства. Однако, и «Старики» «Фрэн Вебстер» ведут исследовательскую деятельность и могут находиться в космосе в течение неопределенного периода времени.

Она открыла рот, но он поднял руку, давая понять, что он еще не закончил.

— Что касается «Эрин Кеннер», то я был бы крайне удивлен, если бы корабль дал бы о себе знать в течение двух лет, после того как покинул сектор Союза планет. В его задачу входит исследование очень отдаленных миров.

— Но военные корабли, отправляясь по новым звездным маршрутам, должны устанавливать на своем пути маяки, не так ли?

— Да, конечно.

— И разве не должны все военные корабли раз в месяц посылать сообщения о своей деятельности?

— В обычной ситуации, — сказал Уотч. — Фактически, «Эрин Кеннер» послал сообщение о своем местонахождении с нового установленного маяка уже на экстрагалактическом маршруте. Мы знаем, что намерением капитана Вебстера было отправиться в пределенный район космоса на поиски «Стариков» и «Фрэн Вебсгер». Я не знаю, понимаете ли вы, насколько сложной является такая задача, миссис де Конд. Позвольте, я приведу вам один пример. Скажем, район поисков находится на периферии галактики, и там расположено несколько сотен звезд в радиусе ста световых лет. Разумеется, не все из этих звезд заслуживают внимания. Некоторые из них слишком малы и неитересны. Скажем, только сто из этих звезд имеют свои планеты-спутники. «Эрин Кеннер» может находиться в космосе год или даже больше, и этого времени ему не хватит для того, чтобы исследовать эти звезды. Только для того, чтобы долететь до одной из звезд потребуются недели. Во время таких сугубо локальных операций корабль не устанавливает маяков, и поэтому не может иметь связи со штабквартирой.

— Я так понимаю вас, полковник, что ГА еще не скоро заинтересуется этими кораблями.

— Я могу понять ваше желание поскорей получить сведения о ваших родственниках, — сказал он. — В общем, это весьма необычно, когда так много членов одной семьи находятся в одном и том же регионе космического пространства. Единственное, что я могу сказать вам, миссис де Конд, это то, что Дэвид и Рут действовали неосмотрительно. Поисками «Стариков» должны были заниматься профессионалы космического ведомства.

— Поиски «Стариков» и «Фрэн Вебстер» проводятся военными профессионалами, — сказала она. — Я хорошо знаю своего брата. Он большой аккуратист. Я уверена, что он обязательно послал бы хотя бы одно сообщение за полгода.

Уотч опять откашлялся.

— «Эрин Кеннер» достаточно хорошо вооружен для того, чтобы защитить себя в случае необходимости. У капитана Вебстера, хотя он и впервые летит в качестве командира корабля, отличный послужной список. — Он встал, давая понять, что разговор окончен. Улыбнулся, показав ряд блестящих искусственных зубов. — Не волнуйтесь, миссис де Конд. Я уверен, что члены вашей семьи благополучно вернутся домой.

Она с трудом выкроила время в разгар предвыборной кампании для полета на Ксентос. Она негодовала, покидая кабинет полковника Уотча. Она провела ночь в роскошном отеле, но ничто не могло успокоить ее нервы.

Ей не нравилась еда. Постель была слишком жесткой. Во сне они звали ее — Джош, Дэвид, Рут, Шиба, ее мать и отец.

Она нервничала по дороге в шатле, который доставил ее на космодром Ксетоса. Это путешествие длилось на два часа дольше, чем скоростной перелет на Тигиан.

Она взяла такси и поехала на работу к Питу, прибыв туда как раз в обеденное время. Он понял, что она расстроена и не стал ее ни о чем расспрашивать, полагая, что она сама ему все расскажет, когда сочтет нужным.

В рестороне она долго ковырялась в своем фруктовом салате, в то время как Пит с аппетитом поедал свой обед. Она спросила его о ходе предвыборной кампании, хотя отлучилась из города всего на один день. Наконец, она рассказала ему о полковнике Уотче и о том, как с ней обошлись в штабквартире ГА.

— Мне очень жаль, — сказал Пит. Он усмехнулся. Меня удручает то обстоятельство, что мой рейтинг сильно упал на Ксентосе. Иначе ты встречалась бы не с этим полковником, из которого песок сыпется, а с кем-нибудь помоложе.

— Это не твоя вина, — сказала Сара и положила свою руку на руку мужа. Ты сделал все, что смог, — Может быть, если бы я приложил больше усилий, ты разговаривала бы с кем-нибудь покрупнее, чем этот полковник. Центральное правительство и зидский консорциум ведут с нами переговоры об использовании залежей железной руды в секторе Двух Сестер. Большую часть времени я настроен весьма патриотично, но я не хочу, чтобы со мной обращались, как с каким-то деревенщиной из отдаленных миров.

— Забудь об этом, Пит, — сказала она. — Возможно, Уотч был прав. Может быть, мы ведем себя нерационально. Я решила, что не стоит беспокоиться о них. Они вернутся.

— Весело виляя хвостиками, — сказал Пит, улыбаясь.

— Мне нужно победить на этих выборах, — сказала она.

— Этот парень по фамилии Стерн уже дважды за сегодняшнее утро осведомлялся, не вернулась ли ты.

— Я свяжусь с ним. Ты думаешь, у них с Королевой что-то серьезное?

Сара пожала плечами.

— От Шибы всего можно ожидать. — Она улыбнулась. — Но ей уже пора найти себе спутника жизни. Меня уже начинают раздражать все эти ее романтические истории, о которых сообщают средства массовой информации.

Пит подозвал официанта, дал ему свою кредитную карточку, помог Саре подняться из-за стола. Они расстались на выходе из ресторана. Сара отправилась прямо домой и вся ушла в работу над своим докладом, пока вдруг не вспомнила о Винне Стерне. Она соединилась с его номером в отеле. В номере раздался сигнал.

— Сара, пожалуйста, — произнес голос Шибы.

Сара отпрянула от переговорного устройства.

— Ты нужна нам, Сара, — настойчиво повторяла Рут. — Почему ты не хочешь помочь нам?

— Винн Стерн, — произнес мужской голос.

— Мистер Стерн, — сказала Сара тихо.

— Вы вернулись.

— Но ничего утешительного сообщить вам не могу, — сказала она и дала ему полный отчет о своей поездке.

— Винн, — сказала Шиба, — послушай, помоги нам, пожалуйста. Помоги нам всем.

— Вы очень хорошо подражаете голосу Шибы, миссис де Конд, — сказал Винн с горечью в голосе.

— Винн, Сара, — сказала Шиба, — только вы двое можете помочь нам.

Сара дрожащей рукой выключила переговорное устройство.

— Хорошо, — сказала она. — Все. Хватит. С меня довольно. Я еще не сошла с ума и не собираюсь сходить. Я должна работать над докладом. Я прочту его и в течение следующих шести недель буду заниматься предвыборной борьбой.

Перед ее внутренним взором возникла плачущая Шиба. Она так отчетливо ее видела, как будто она была где-то рядом.

— Черт возьми, Шиба, — произнесла Сара вслух, оглядываясь по сторонам. Где ты?

— Ты знаешь, — сказала Шиба. — Ты знаешь, Сара.

В течение шести недель Сара пожимала руки, произносила речи, давала интервью. У нее не было времени ни для чего другого. Она появлялась везде, где собирались люди, которых волновало состояние дел в системе образования города Т. Она посетила церемонию вручения наград на собрании Союза космических скаутов, к которому принадлежал Пити, и познакомилась со всеми родителями, которые там присутствовали. Она проводила Френк в ее путешествие. Раз шесть она говорила с Винном Стерном. Он, неизвестно почему, все еще находился в городе Т. Сара уже начала думать, что Винн был просто одним из фанатических поклонников таланта Шибы.

В течение последней сумасшедшей недели перед выборами она обо всем забыла. В день выборов она появлялась на выборных участках и пожимала руки избирателям. Она проиграла выборы. Чтобы победить, ей не хватило всего пяти тысяч голосов. Пит устроил «победную» вечеринку.

— Моя жена проиграла на выборах, — сказал он, а я выиграл, — сказал он. Теперь моя жена принадлежит только мне.

На прием в дом Пита и Сары были приглашены только самые близкие знакомые. Когда появился Винн Стерн, Сара выразила удивление.

— Он, кажется, очень обеспокоен судьбой Шибы, сказал Пит. — Мне стало. жаль его, поэтому я и пригласил его сюда.

Только в конце вечера у Винна появилась возможность поговорить с Сарой наедине. Празднуя свое поражение, Сара выпила за вечер три бокала превосходного селбелисского вина.

— Я весьма сожалею, что до победы вам не хватило всего нескольких голосов, — сказал Винн.

— А что, если бы голосов было больше?

Он засмеялся.

— Если я неточно выражаюсь, то в этом виноват ваш муж. Он настаивает, чтобы я все время пробовал вина разных сортов.

— Я и сама нечетко выражаю свои мысли, — призналась Сара. — А что касается моего проигрыша, то профессиональные политики сказали мне, что были удивлены тем, как много голосов я получила. Они говорят, что если я буду упорно работать в течение следующих четырех лет, то обязательно выиграю на следующих выборах.

— И что вы решили? — спросил он, подняв одну бровь.

— Четыре года — большой срок, а у меня трое детей, которых надо растить.

— Я уверен, что у вас все будет хорошо, — сказал он. — Послушайте, можем мы поговорить?

— О чем? — спросила она, хотя и знала, что он имеет в виду.

Он пристально посмотрел на нее.

— Ведь вы не подражали голосу Шибы, когда разговаривали со мной вчера?

— Нет.

— Вы часто слышите ее голос?

— Да. — Если бы не выпитое вино, она никогда бы в этом не призналась. — А вы?

— Постоянно. С того дня как я прибыл в Тигиан Сити.

— А до этого вы не слышали голосов? — спросила она.

— Нет.

Она около минуты обдумывала то, что он ей сказал, потом улыбнулась.

— Что ж, если я схожу с ума, то и вы тоже сходите с ума, — сказала она. Ведь вы знаете, что это невозможно, чтобы Шиба и другие общались с нами на таком расстоянии.

— Но я слышу Шибу, — сказал Винн с уверенностью в голосе, подавшись всем корпусом вперед в сторону Сары. — Я начинаю верить в то, чте ей угрожает серьезная опасность.

— Но мы ничем не можем помочь им, — сказала Сара.

— Я познакомился с одним торговцем, — сказал он. — У него есть космический корабль типа «скаут» в неплохом состоянии. Он небольшой, но хорошо оснащен и имеет на борту вооружение.

— Не надо, — быстро отреагировала она. — Разве не достаточно того, что три корабля пропали один за другим в одном и том же секторе космоса.

— Я люблю Шибу, миссис де Конд.

— Да, я знаю, — сказала она, успокоенная его очевидной откровенностью. А как Шиба к вам относится?

Он развел руками.

— Кажется, я ей нравлюсь.

— Все же…

— Миссис де Конд, я хочу, чтобы вы поняли насколько это важно для меня. Снять корабль стоит больших денег, а я живу только на зарплату, и даже ее мне сейчас не платят. Но так или иначе, я полечу туда.

— Галактика очень велика.

— Но не на столько велика, чтобы я не мог слышать голос Шибы, умоляющей о помощи.

— Я понимаю.

— Вы поможете мне? — спросил он.

Она помолчала несколько секунд.

— Да. Сколько денег вам нужно?

— Пятьдесят тысяч кредиток.

— Что ж, я не могу взять такую большую сумму из домашнего бюджета. Мне нужно поговорить с Питом.

— Поговорите с ним, пожалуйста.

— Пятьдесят тысяч кредиток это круто, — сказал Пит. — Я могу нанять один из кораблей, принадлежащих нашей компании за половину этой суммы.

— Транспортное судно?

— Правительственный лайнер, — ответил он.

— Мистер Стерн подчеркивает тот факт, что торговое судно, о котором он говорил, хорошо вооружено.

— Служащие филиала нашей компании на планете Зид имеют в своем распоряжении корабли с оружием на борту, — сказал Пит. — Я могу нанять один из их исследовательских кораблей. Он будет оборудован всем тем, что кажется мистеру Стерну необходимым.

— Спасибо тебе за то, что ты не высмеял меня, сказала Сара.

— Я бы никогда этого не сделал. — Он взял ее руку. — Я наблюдал за тобой, дорогая. Ты плохо ешь. Ты похудела, и это мне не нравится.

— Это из-за выборов, — сказала она.

— Нет. Тебя что-то беспокоит. Я полагаю, что ты волнуешься из-за своих родственников.

— Да, волнуюсь.

— Что ж, скажи своему мистеру Стерну, что зидское судно будет здесь в ближайшее время. — Он потер рукой подбородок. — Хотя, знаешь что, передай ему, чтобы он зашел ко мне. Я хочу обсудить с ним, какое вооружение ему потребуется. Он, кажется, толковый парень. Ученый. Умник. Он, в основном, специалист по компьютерам, но у него есть опыт работы и в других областях. Он принимал участие в разработке некоторых видов вооружений после окончания университета.

— Я не знала об этом.

— Так как мы не можем послать туда Рймфаер или весь наш космический флот, я думаю, что мы можем помочь нашим родным, отправив к ним Стерна.

— Спасибо, Пит.

Он улыбнулся.

— Что ж, даже после стольких лет совместной жизни, стоит тебе только о чем-то меня попросить, и я готов все для тебя сделать.

— У меня есть еще одна просьба.

— Выкладывай.

— Я хочу полететь вместе с мистером Стерном.

Он покусал свою нижнюю губу.

— Хорошо, — сказал он. — Нам нужно взять отпуск.

— Нам?

— Ты что, думаешь я позволю этому красавцу лететь в космос вместе с моей сексуальной женой.

— Но я не хочу отрывать тебя от твоей работы.

— Не беспокойся. Послушай, мой старик часто говорил мне: — «Пит, нет более важного дела в этой жизни, чем забота о своих родных». Мои родители умерли, но твои родители — родные мне люди, и они важны для меня не только потому, что они мне нравятся, но и потому, что ты любишь их.

Он вышел из-за стола и поцеловал ее.

— А теперь убирайся отсюда, потому что я хочу связаться с филиалом нашей фирмы на планете Зид. Иди собирайся в дорогу. Не забудь захватить мои таблетки, которые я принимаю во время полетов. Ты же знаешь, как плохо я переношу ускорение.

ГЛАВА 15

Большинство обитателей зидских миров были романтиками, которые эстетизировали жизнь, любовь, красоту, в гораздо большей степени, чем более невежественные граждане, населявшие остальные планеты Союза. Все это, однако, не помешало зидцам развить у себя на планете образцовую промышленность и создать высококачественную технику. Как заметил в свое время Дэвид Вебстер — владеть зидским лайнером мог только человек со вкусом и деньгами. Но зидцы могли похвастаться не только роскошными лайнерами. На Зиде делали комары системы «Вербольт», которые являлись сердцем современного компьютера. Потомки Джонотана Блинка, изобретателя сверхскоростного двигателя, который позволил человеку летать к далеким звездам, обосновался на Зиде, в качестве переселенца с Новой Земли, и это имя все еще почиталось на всей зидской системе.

Кем бы не был зидец — поэтом или деловым человеком, деятелем искусств или механиком, он неизменно гордился своей родной планетой. Зидский мир, заявлял он, — «самый красивый, плодородный, наиболее культурный и технологически продвинутый из всех миров».

Зидцы всегда проявляли большой интерес к своей истории. Человек, который не мог проследить свою родословную до колониального периода и не имел среди предков тех, кто участвовал в тысячелетней зидской войне, считался человеком без корней. Древний военный конфликт оставил заметные следы как в национальном характере зидцев, так и на планетах зидской системы.

Регулярно, согласно расписанию, космические корабли летали в те районы космоса, где были разбросаны астероиды, которые раньше являлись голубыми планетами, на которых вовсю цвела жизнь.

Разве мог настоящий зидец забыть, как Союз обрушил на цветущие планеты свои смертоносные ракеты?

Никогда. Старое боевое зидское знамя по-прежнему изготовлялось и продавалось в больших количествах, и, когда зидский исследовательский корабль «Кармин-Роза» взлетел с Тигиана и устремился на край галактики, черно-красный символ Зида красовался у него на носу.

Корабль, впрочем, совершенно не соответствовал своему цветочному названию. Он был небольшой и угловатый, сделанный специально для выполнения трудных задач в тяжелых условиях открытого космоса. От того, что он нес на борту грубые, но эффективные инструменты для бурения, копания, взрывания и взятия образцов породы, на корпусе корабля имелись выступы необычной формы. А опытный астронавт сразу заметил бы на фюзеляже бойницы лазерных пушек.

Но, несмотря на грубый внешний вид, внутри космолет был очень комфортабелен и предлагал всевозможные удобства для экипажа и двух-трех пассажиров.

Корабль, таким образом, был типичным продуктом зидского гения — грубым по форме, но весьма приемлемым по содержанию. У космолета были такие же мощные двигатели, как и у любого военного корабля, но он к тому же, обладал всеми удобствами, какими обладает пассажирский космолайнер. Официально он принадлежал корпорации, в которой работал Пит де Конд, но фактически заботились и оберегали его, гордились и наслаждались им, словно своим единственным ребенком, Ян и Кара. Беролы, поэтически-прозаические обитатели Зида.

Ян Берол был человеком высокого роста и крепкого телосложения. У него были длинные, несколько спутанные волосы. В отличие от мощного тела, лицо у него было довольно нежное — прямой нос, черные живые глаза и точеный подбородок. Его жена, Кара, была ему под стать — высокая, но грациозная и изящная, как спортивный аэромобиль. У нее была обворожительная, как у феи, улыбка, которая иногда освещала не только ее лицо, но и пространство возле Кары. Кара была пилотом и штурманом. Она творила просто чудеса с компьютером серии Фаза-2, который был установлен на «Розе». Ян был стрелком, техником, специалистом по двигателям и рудодобытчиком. Он проявлял всяческую заботу о пассажирах, среди которых находилась очень важная персона — представитель железнорудной компании, которая владела «Кармин-Розой».

Пассажиры ни на что не жаловались, хотя мистер и миссис де Конд в течение первых шести перелетов практически не выходили из своей каюты. Третий пассажир, Винн Стерн, очень интересовался устройством космолета. Он задавал Каре бесконечные вопросы о двигателях, оборудовании для добычи руды и вооружении.

Однажды, когда корабль уже покидал галактику, следуя маршрутами Римфаера, Винн изъявил желание заступить на вахту. Кара, которой уже надоели шестичасовые сменные дежурства, охотно согласилась. Она сказала Яну, что Винн готов нести восьмичасовое дежурство по космолету. Основную часть вахты занимало наблюдение за тем, как перезаряжается генератор после каждого сверхскоростного перелета, за которые «Роза» покрывал расстояние в несколько сот световых лет. Но, так как маршруты Римфаера были нанесены на карты с большой аккуратностью, то даже такой неопытный штурман, как Винн, мог легко выйти на связь с ближайшим маяком, заложить его координаты в программу компьютера и нажать нужную клавишу.

Неся вахту, Винн знакомился с системой управления «Розы». Он обнаружил, что это был великолепно оборудованный корабль. Кара сказала ему, что детекторы их космолета ничем не уступали детекторам любого военного судна. Оружие на корабле было страшной разрушительной силы. Компьютер был последним достижением зидской мысли, модель Фаза-2. Такого Винн еще не видел. Но, ознакомившись с компьютером, он понял, что, в общем, он не превосходит компьютеры серии «Век», которые были установлены на космолетах Союза планет, но имеет кое-какие интересные особенности.

Кроме, установленного военными «черного ящика» или «шпионского ящика», как называла его Кара, там был вмонтирован еще один секретный блок памяти, о котором не догадывались непосвященные. В течение пяти дежурств Винн пытался разобраться, какая информация хранилась в этом блоке. Оказалось, там находилась инструкция по обращению с системами вооружения на «Кармин-Розе». Само по себе это не вызвало у него удивления. Его удивил тот факт, что на «Розе» имелось супер-оружие.

— Пит, — обратился Винн к де Конду при первой же удобной возможности, оставшись с ним наедине, — вы знали, что на корабле есть ракеты, способные уничтожать целые планеты?

— Не может быть, Винн, — сказал Пит, удивленно.

— Вы не знали об этом?

Пит потер нос. Его молчание было слишком красноречиво.

— Вы знали, — сказал Вини.

— Интересно, как вам удалось об этом узнать, сказал Пит и опять потер нос.

— Когда я работал на Ксентосе, я специализировался в области обнаружения секретных дискет, — сказал Винн. — И, находясь наедине с компьютером, я ничего не могу с собой поделать — тотчас начинаю исследовать его. — Он улыбнулся, потом посерьезнел. — Но ведь иметь такое оружие на борту незаконно, Пит.

— Все зависит от того, где вы находитесь, и действуют ли там, где вы находитесь, эти законы, — сказал де Конд. — Где-то, черт знает в каком неисследованном секторе вселенной, куда никогда не залетит военный корабль, некому устанавливать законы.

Винн знал, и он знал, что Пит знал тоже, что уничтожители было запрещено иметь на корабле, где бы он не находился.

— Вы не сказали мне, зачем они вам нужны, — сказал он. Де Конд отвел взгляд в сторону.

— Ну, такую ракету можно использовать при добыче железной руды.

— Черт возьми, — сказал Винн. — Вы хотите сказать, что ваша фирма уже использовала их с такой целью.

— Это было давно, — усмехнулся Пит. — В последний раз они использовались десять лет назад. Вокруг газового гиганта вращался довольно большой спутник, лишенный атмосферы. На нем были только бесполезные камни, но ядро его состояло из такого железа, которое даже не нуждалось в обработке.

— Вы раскололи эту планету на части?

— Так было легче добывать руду, — ответил Пит.

— Боже мой, — сказал Винн, — Если бы в военном ведомстве знали, что на корабле, находящемся на расстоянии двадцати световых от Ксентоса, есть две ракеты-уничтожители!

Пит рассмеялся.

— Но они не узнали. — Он положил руку на плечо Винна. — Послушайте, Винн, у нас самый надежный космический корабль во всей галактике. Возьмите Яна и Кару. Они прошли через всевозможные тестирования, и мы платим большие деньги нашим сотрудникам для того, чтобы они не просто были преданы нам, но чтобы они были преданы нам фанатично. Они владеют акциями компании. Они очень надежные люди. Я бы не позволил, чтобы кораблем с такими супер-ракетами на борту управляли какие-нибудь сумасшедшие.

Винн почесал затылок.

— Что ж, вы говорили, что корабль будет хорошо вооружен.

В течение последующих двух дежурств Бинн разбирался в сложной системе управления ракетами-уничтожителями. Это было даже сложнее, чем разобраться в коде блока памяти. Но это помогло ему скоротать время, пока подзаряжался генератор. Он изучал последнюю часть схемы, когда в кабину вошла Сара и заглянула ему через плечо. Она спросила его, что он делает.

Сначала он хотел уклониться от прямого ответа, но затем решил, что она имеет право знать об этом.

Она побледнела, когда он рассказал ей о ракетах.

— Этот корабль может уничтожить планету? — спросила она.

— Две планеты.

— Но ведь имеются системы контроля, особый код.

— Пустить их в ход не так легко.

— Покажите мне, как это делается.

— Я доверяю вам, Сара, но только Ян и Кара могут управлять ими.

— Но вы же можете разобраться в системе компьютера.

Он пожал плечами.

— Я много времени этим занимался. Я думаю, во всем Союзе найдется человек шесть, которые знают шифр, при помощи которого можно запустить такую ракету. — Он кисло усмехнулся. — Я не хочу хвастаться, просто я владею языком компьютера.

— Вы можете самостоятельно запускать эту ракету?

— При необходимости, — сказал он. — Но я не могу вообразить себе, что такая необходимость может возникнуть.

— У меня мурашки бегут по коже от одной мысли об этом.

— Не только у вас одной, — сказал он, набирая на компьютере шифр, при помощи которого ракета готовилась к запуску. — Ладно, так как Ян и Кара не знают, что я обнаружил их тайну, я посвящу вас в нее.

«Кармин-Роза» сделал поворот налево по отношению к диску галактики и полетел к постоянному маяку, установленному «Эрин Кеннером». Возле него корабль остановился, и все, кто был на борту, собрались в кабине, изучая редкие звезды, которые сверкали на расстоянии нескольких световых лет от них.

— Теперь начинается самое веселое, — сказала Кара Берол. — По моим прикидкам нам понадобится шесть месяцев, чтобы изучить все ближайшие звезды.

Но на космолете была Сара Вебстер, и, подобно Рут и Шибе до нее, она вспомнила привычки матери, когда та отправлялась за покупками. Таким образом, «Кармин-Роза» отправился по тому же маршруту, Те, кто изучал механизмы деятельности мозга человека, а также функции его сознания, знают, что теория рассовой памяти уже давно отвергнута учеными. Эксперты, однако, единодушны в том, что поступки и мысли людей находятся под влиянием всякого рода мифов и легенд. Где-то в глубинах подсознания каждого зидца хранились воспоминания о погибших мирах. Поэтому в неизученных регионах космоса зидский капитан корабля, каким являлся Ян Берол, принимал такие меры предосторожности, по сравнению с которыми действия самого дисциплинированного военного астронавта могли бы показаться действиями отчаянного сорвиголовы.

Приблизившись к планете корабль, находясь в состоянии полной боевой готовности, принялся изучать ледяной мир, используя все свои электронные приборы.

Кара Берол, дежурившая у приборов, сказал другим, что на планете полностью отсутствуют какие-либо признаки жизни. Закончив предварительный осмотр, она занялась более основательной проверкой.

— Перед нами ледяной шар с раскаленным ядром, сказала она. — Толщина ледяного покрова колеблется, грубо говоря, от двухсот футов до нескольких миль на территории бассейна океана, где во льду присутствует соль.

Ян, находясь за пультом пусковых ракет, проверял наличие металлов на планете.

— Босс, — сказал он, — я думаю, нам немедленно нужно зарегистрировать это открытие. Тут обширные залежи железной руды.

— Те, кто прилетал сюда до нас, наверное, думали об этом же? — спросил Винн.

Ян нахмурился.

— Чтобы ответить на этот вопрос, надо сначала выяснить, были ли они здесь.

Кара, склонившись над приборами, умело бегала пальцами по клавишам обнаружителей. Внезапно она выпрямилась.

— Я думаю, вам всем надо посмотреть на это, — сказала она.

Она нажала клавишу, и на экране появились многочисленные металлические конструкции, которые тянулись до самого горизонта планеты, медленно вращающейся под ними.

— Нам нужно немедленно возвращаться к маякам и звать на помощь военные корабли, предназначенные для борьбы с инопланетянами, — сказала Кара.

Пит де Конд сказал: — Если бы я всегда делал то, что надо делать, по крайней мере, то, что предписано правилами, я бы все еще работал бухгалтером в каком-нибудь учреждении.

Он повернулся к Яну.

— Есть там какие-нибудь живые существа? Есть ли какая-либо жизнь?

— Никакой, — сказал Ян.

Пит взял Сару за руку.

— Мы прибыли сюда, чтобы найти твоих родных, — сказал он. — Ты хочешь, чтобы мы вернулись домой?

— Я не хочу, чтобы корабль и те, кто находятся на нем, подвергались опасности, — ответила Сара.

— Я думаю, не будет большого вреда, если мы еще немного исследуем эту планету, — сказал Винн.

— Я думаю о том, сколько денег нам принесет открытие этой планеты, богатой железом, — сказала Кара, освещая кабину своей улыбкой.

— Кара, направьте корабль на северный полюс, чтобы мы могли видеть всю поверхность, — сказал Винн. Он поднял руку. — Извините, я не собирался отдавать приказы.

— Нет проблем, — сказала Кара, перебирая клавиши приборов. Включился мощный двигатель и вскоре корабль уже находился в нужном месте. Приборы исследовали поверхность. Пит и Сара вышли из кабины, чтобы отдохнуть и пообедать. Ян внимательно наблюдал за показаниями детекторов. Кара следила за экраном, когда на нем появилась сеть состоящая из металлических, равноудаленных друг от друга объектов. Винн использовал самые мощные оптические устройства для осмотра поверхности планеты.

— Не может быть, — воскликнула Кара.

— Что такое? — спросил Винн.

Она считывала цифры, указывающие на наличие какой-то аномалии. Винн направил камеры на ледяной холм, возвышающийся над равниной.

— Заметили что-нибудь интересное? — спросила Кара.

— Что-то такое находится на поверхности. Оно не покрыто таким толстым слоем льда, как все остальное.

— Дюраметалл, — сказала Кара.

У Винна сердце екнуло в груди.

— Надо исследовать это место.

— Да, да.

Зависнув прямо над скоплением дюраметалла, корабль задействовал все свои приборы обнаружения.

— Здесь находятся два объекта, — сказала Кара. — Масса одного равна массе транспортного космического корабля, а масса второго — равна массе зидского звездного лайнера.

— Пора принимать решение, ребята, — сказал Ян.

Винн покусывал нижнюю губу, думая о Шибе. Сейчас наверняка еще ничего нельзя было утверждать, но похоже было на то, что дюраметаллические объекты подо льдом были «Старики», и звездный лайнер Дэвида.

— Но, прежде чем мы начнем обсуждать это дело с Питом и Сарой, давайте закончим осмотр планеты.

— Я могу допустить, что гражданские люди нарушили правила и совершили посадку, но военных мы там, вряд ли, найдем.

— Возвращаемся на северный полюс, — сказала Кара.

Они, конечно же, не обнаружили военного корабля на поверхности планеты. Через двадцать четыре часа, полностью закончив осмотр, «Роза» завис на орбите над двумя дюраметаллическими объектами. Открылся люк.

Небольшая ракета-трутень полетела по направлению к поверхности планеты.

Этот трутень был последним достижением зидской техники. Он управлялся мыслями. На Каре был одет шлем управления. Как только трутень достиг ледяного холма, она спроецировала на экран то, что показывали его оптические устройства. Ракета направила на холм тепловой луч. Вскоре появились очертания зидского лайнера. Кара направила трутня к люку звездолета.

Сара замерла, когда камеры зонда стали показывать то, что находилось внутри вмерзшего в лед корабля.

— Посмотрите сюда, — сказала Кара, показывая на мешок для сбора пород, который висел на двигателе на высоте двух футов над полом.

— Сколько времени сохраняется энергия в таком типе двигателя? — спросил Ян.

— Больше года, — ответил Винн. — Кара, вы можете очистить мешок ото льда?

Зонд направил на мешок тепловой луч, и Винн понял, что Шиба мертва, потому что на мешке была надпись «Эрин Кеннер». Этот мешок был с корабля Джошуа. Винн почувствовал тяжесть на сердце. Ему хотелось остаться одному и придаться своей скорби. Но Кара, не говоря ни слова, направила трутня в кабину лайнера. На полу лежали тела четырех мужчин. Сквозь тонкий лед была видна синяя униформа.

— Может быть, вам не стоит смотреть на это, Сара, — сказала Кара, управляя трутнем и фокусируя изображение.

— О, Джош, — прошептала Сара. — О, нет.

— Это ваш брат? — спросил Ян.

Пит обнял Сару.

— Да? — сказал он. — Это Джош Вебстер.

— А что в мешке? — спросил Ян.

— Давайте посмотрим, — сказала Кара.

Прошло некоторое время, прежде чем трутень смог достать содержимое из мешка. Кара осторожно направила тепловой луч на замороженные останки. Они увидели лицо Рут Вебстер и голову Дэвида.

Через некоторое время был обнаружен второй мешок, оставленный возле корабля командой Джоша.

— Они все здесь, — сказала Сара слабым голосом, узнав обезображенные лица отца и- матери. — Все, кроме Шибы.

— Итак, теперь мы все знаем, — сказал Ян. — Пора вызывать войска?

— Я отведу Сару в каюту, — сказал Пит.

— Он не ответил на твой вопрос, — сказала Кара, после того как де Конды вышли из кабины.

— Кажется, он очень взволнован, — сказал Ян.

— Пит де Конд стал одним из самых богатых людей в Союзе, потому что не всегда делал то, что предписано правилами, — сказала Кара.

— Я подниму трутня, — сказал Ян.

— Нет, — резко возразил Винн.

— Почему? — спросил Ян.

— Внизу только восемь тел, — сказал Винн. — Мы пока не знаем, что случилось с «Эрин Кенне» и остальными членами экипажа.

— Этот трутень стоит много кредиток, — сказал Ян. — Я несу за него ответственность.

— Оставьте его пока внизу. Спрячьте его где-нибудь. Возможно, мы заберем его позднее.

— Оставь его, Ян, — сказала Кара. — Он прав. Мы не знаем пока, с кем имеем дело.

— Я не хочу, чтобы мы прямо или косвенно соприкасались с поверхностью, пока не узнаем побольше об этой планете.

Ян поворчал немного, но в итоге согласился. Он имел возможность поговорить с Винном во время полетов, и знал, что Винн большой специалист в своей области.

— Хорошо, — сказал он. — Что вы предлагаете?

— Надо провести тщательное исследование этой планеты.

— Лететь на северный полюс? — спросила Кара.

— Да, Кара, — сказал Винн.

Они опять начали тщательное исследование ледяного мира. Ян лег спать, поручив Каре дежурство в оружейном отсеке. Винн следил за приборами. Время тянулось медленно.

— Не возражаете, если я взгляну на магнитные поля? — спросил Винн.

— Пожалуйста, — ответила Кара. — Включите этот прибор.

— Я знаю, как пользоваться им, — сказал Винн, перебирая клавиши.

Магнитные поля планеты были совершенно обычными. Несколько солнечных вспышек посылали радиоактивные лучи в тонкую атмосферу. Винн измерил силу энергии излучения. Пользуясь компьютером, он сравнил эти излучения с теми, которые наблюдались на других планетах, и не обнаружил ничего необычного.

Приборы «Розы» обнаружили район довольно тонкого ледяного покрытия. Это была довольно обширная и плоская зона, где не имелось никаких металлических конструкций. Кара исследовала этот район.

— Послушайте, Винн, — позвала она его, — этот участок был по крайней мере трижды обстрелян из лазерной пушки.

— «Эрин Кеннер»? — сказал Винн.

— Я тоже так считаю, — сказала Кара.

— Что-нибудь еще?

— Больше ничего. Металла в этом месте нет. По крайней мере, детекторы его не обнаруживают. Кто бы не обстреливал эту местность, вред тут нанесен основательный.

Они вновь зашли в тупик. Винн задумчиво смотрел на экран. Его пальцы лежали на клавишах пульта управления компьютера. Он еще раз проверил наличие жизни на планете, но приборы таковой не обнаружили.

От нечего делать он стал проверять наличие гравитационных волн. Этот анализ не делался ранее, потому что продолжительность и силу волн можно было легко вычислить на основе измерений удельного веса планеты, ее массы и положения по отношению к другим планетам солнечной системы. Он рассеянно смотрел на экран, все его мысли были о Шибе. В природе человека — надеяться, и он изо всех сил не хотел верить в то, что она мертва.

Сначала он не понял того, что увидел. В дополнение к обычным гравитационным волнам появилась сеть еще каких-то волн, покрывающая всю планету. Направленные гравитационные потоки исходили из каждой металлической установки сети.

— Винн, что это? — спросила Кара, взволнованно всматриваясь в экран.

— Я не знаю, — ответил он. Того, что он видел, быть не могло. На борту корабля, конечно, можно было создать искусственную гравитацию, но направлять ее волны по прямым линиям, как это происходило на планете, было невозможно. Кто-то управлял гравитацией, словно это была энергия или средства коммуникации. Мысль о возможности существования такой совершенной технологии вселила в Винна благоговейный ужас.

ГЛАВА 16

Пит де Конд не спеша пил кофе, рассматривая сеть металлических установок на экране.

— Винн, вы хотите сказать, что кто-то там внизу научился управлять гравитационными процессами?

— Похоже на то, — ответил Винн, дожидаясь, пока компьютер закончит свои вычисления. Он хотел знать относительную интенсивность одной волны, направляемой установкой. По отношению к планетарной силе тяжести получалась довольно большая цифра, но она мало о чем говорила, так как представляла собой только увеличенную гравитационную силу и не имела никакого отношения к энергетическому эквиваленту.

— В таком случае если даже наши приборы и не регистрируют подо льдами никакой жизненной активности, все равно там находится энергосеть, покрывающая всю планету? — спросил Пит.

— Энергоблоки, средства коммуникации и еще чтото такое, чего я даже вообразить себе не могу, — сказал Винн. — Для меня это терра инкогнита.

— И для других тоже, — сказал Ян Берол. Пит потер подбородок, задумчиво потягивая свой кофе.

— Эти металлические квадраты являются холодильными установками, — сказал он.

Винн кивнул.

— Кажется, так оно и есть.

— Когда кто-то поразил несколько из них лазерными лучами, лед в том месте растаял, — сказал Пит и показал тот участок, где в сети установок было пустое место.

— Посмотрите как интенсивно работают установки по краям пораженной территории. Туда подается большое количество энергии, но ее все же не хватает, чтобы восстановить существовавший там ледяной покров. Толщина льда на равнине всего несколько футов.

— Но зачем замораживать целую планету? — спросила Кара.

— У них, наверное, есть что. прятать, — сказал Пит. — И они идут на все, чтобы никто не узнал о том, что они там прячут.

— Вы все время говорите «они», — сказала Кара. — Но приборы не регистрируют никаких признаков жизни на планете.

— Разве ваши приборы могут обнаружить наличие жизни подо льдом толщиной в несколько сот футов, под промерзшей землей и окаменелостями?

— Подо льдом — да, но не под окаменелостями.

— Итак, все-таки кто-то может существовать несколько сот футов под землей, — сказал Пит. — Кто-то, умеющий превращать энергию в гравитацию. — Он подмигнул Яну. — Ян, интересно, сколько ты получишь за открытие новой и дешевой энергии?

Ян присвистнул.

— Даже не думайте об этом, Пит, — сказал Винн. Там на планете восемь мертвых тел, а один военный корабль пропал неизвестно где. Пусть этой планетой займутся специалисты.

— Сынок, — сказал Пит, — не хочу хвастаться, но я один из специалистов. И это мой корабль. Поэтому, что бы не находилось там внизу — «оно» убило родных моей жены. Я думаю, «оно» должно за это ответить. Как вы считаете, Ян?

— Вы же сказали, что это ваш корабль, — улыбнулся Ян. — Я все никак не могу подсчитать, сколько денег я получу за открытие этой гравитационной энергии.

— Кара? — спросил Пит.

— Я, как Ян, — сказала Кара.

— У меня есть право голоса? — спросила Сара.

— Конечно, — сказал Пит.

— Я бы хотела знать, кто убил моих родителей, братьев и сестер.

— И вы готовы рисковать своей и моей жизнью во имя этого? — спросил Винн.

Сара задумалась.

— Я думаю, — сказала она, — если бы «оно» могло убивать на расстоянии, «оно» уже убило бы нас. Я знаю, что «оно» может воздействовать на нас на расстоянии. «Оно» проникает в мое сознание, потому что я, Сара Вебстер, покинула мой дом, моих детей, оставила все дела и оказалась здесь. Я сделала это под каким-то гипнозом. Я много думала об этом, с тех пор как мы покинули Тигиан. Винн, это совершенно не в моих правилах впускать постороннего человека в дом, когда я нахожусь там одна. Но я впустила вас. У меня не было никаких оснований думать, что с моими родственниками случилось несчастье. Родители сказали нам перед отлетом, что они будут путешествовать в космосе несколько лет. У Рут и Дэвида тоже не было повода лететь на розыски отца с матерью. Если бы они не находились под чьим-то воздействием, они никогда бы не полетели.

Она замолчала, посмотрела Винну в глаза.

— Вы были влюблены в Шибу, Винн, поэтому часто думали о ней, но почему вы были так уверены, что ей угрожает опасность, и она нуждается в вашей помощи?

— Я не знаю, — сказал Винн.

— Вы слышали ее голос.

Он кивнул.

— Да, но я был так влюблен, что…

— Я тоже слышала голоса, — сказала Сара. — Вы обвинили меня в том, что я подражала голосу Шибы.

Винн опять удрученно кивнул головой. Он посмотрел на экран, где была видна сеть, генерирующая гравитацию.

— Теоретически гравитационная энергия может распространяться повсюду, сказал он. — Она здесь, и она везде в одно и то же время. Конечно, на нее могут влиять другие тела, но она может проникать в самые отдаленные уголки вселенной, хотя ее сила должна уменьшаться с расстоянием.

— Отсюда до планет Союза довольно далеко, — сказал Ян.

— Если кто-то с этой планеты воздействовал на вас, он должен был пользоваться гравитационными волнами для передачи своих мыслей.

Винн пожал плечами.

— Может быть. Но как они находят нужного человека среди миллионов людей?

— Пусть ученые ищут ответы на все эти вопросы, сказал Пит. — Вы все согласны, что там внизу имеется живой организм?

— Смотря что вы называете живым организмом, — сказал Винн. Он не стал развивать свою мысль, но дал им понять, что имеет представление о том разуме, который обитал на ледяной планете.

Остальные молчали.

— Я уверен, что здесь, на корабле, мы находимся в полной безопасности, сказал Пит.

— Я думаю, чета Вебстеров была взволнованна, обнаружив на планете такое количество железа и сделала посадку, после чего на них было совершено нападение, — сказал Ян.

— Я согласен, — сказал Винн. — Я могу согласиться даже с тем, что Дэвид и Рут совершили посадку, когда обнаружили там внизу корабль своих родителей, но, я не могу себе представить, как мог Джошуа Вебстер, военный человек, оказаться на поверхности, зная, что на него могут напасть.

— Они воздействуют на сознание людей, — сказала Сара.

— Если они воздействуют на сознание, — сказал Пит, — значит, они могут общаться с нами. — Он подмигнул Яну. — Я бы хотел поговорить с ними о том, как им удается воссоздать искусственную гравитацию. Почему бы нам не начать диалог?

— Что вы предлагаете? — спросил Ян.

— До сих пор они игнорировали нас. Давайте попробуем заставить их разговаривать с нами, — сказал Пит. — Ян, ударьте-ка лазерным лучом по коммуникационным линиям холодильных установок.

— Вы забываете об опыте «Эрин Кеннер», — сказал Винн. — Очевидно, корабль применил силу и уничтожил несколько установок. Но не была ли в ответ на это применена еще большая сила?

— Я согласен с мнением, что, если бы они могли убить нас, пока мы находимся в космосе, они бы нас уже давно убили, — сказал Пит. — Давайте попробуем сделать то, о чем я говорю.

Винн вспомнил улыбку Шибы, ее запах, нежное прикосновение ее рук. Он кивнул.

Лазерный луч, подобно скальпелю хирурга, разрезал лед, разрушая средства коммуникаций двух установок, находящихся по соседству друг от друга. Ян, находясь в оружейном отсеке, навел камеры на пораженный объект.

— Ага, — сказал Пит, видя, что соседние установки начали немедленно вырабатывать энергию с удвоенной силой. — Отделите эту установку от других.

Несколько лазерных лучей полностью изолировали установку. Через несколько минут на месте льдов появилась вода.

— Кара, — сказал Ян с напряжением в голосе, приготовь корабль к маневрированию. Запрограммируй компьютер на скоростной перелет и будь наготове.

— Поняла, — сказала Кара, беспрекословно подчиняясь мужу.

— Вот вам и ответ, босс, — сказал Ян. — Взгляните на второй экран.

Не менее шести кораблей поднимались из разных точек на поверхности планеты.

— Проверьте наличие живых существ на кораблях, Кара, — сказал Пит.

— Показания приборов отрицательные, — сказала Кара через несколько секунд. — Вы не поверите. У этих кораблей термоядерные двигатели.

— Наверное, двигатели очень маленькие, — сказал Винн. — Они должны занимать все место на корабле.

— У них там есть место и для ракет, — сказал Ян, когда ракеты отделились от летящих в их сторону кораблей.

— Вы сможете справиться с ними? — спросил Винн, немного нервничая.

— Конечно. Вопрос только в том — уничтожить их или уклониться от них, сказал Ян. — Если у наших друзей на этой планете нет другого оружия, то оно не идет ни в какое сравнение с их искусственным ледяным миром. Я могу уничтожить ракеты или уклониться от них, так что они разорвутся где-нибудь в открытом космосе.

— А как насчет кораблей? — спросил Пит.

— Я думаю, что мы должны считать их враждебными нам кораблями, — сказал Ян.

— Я тоже так считаю, — сказал Пит.

— Сейчас собью один из них, — сказал Ян.

Лазерный луч дальнего действия яркой стрелой проник в тонкую атмосферу планеты, но вспышка, возникшая после того, как он поразил корабль, была еще ярче.

— Пора уже побеспокоиться о ракетах, — сказала Кара. — Если у них ядерные боеголовки, а это вполне возможно при наличии термоядерных двигателей, то лучше разрядить их где-нибудь подальше от нашего космолета.

— Понял, — сказал Ян. В течение последующих сорока секунд корабль дрожал и покачивался, выпуская одну за одной контрракеты. Внизу расцветали цветы взрывов.

— Защитное устройство приведено в действие, сказала Кара, когда от одного из кораблей инопланетян, который все еще не преодолел силу притяжения планеты, отделился яркий луч.

— Лазер? — спросил Винн.

— Действующий на очень ограниченном расстоянии, — сказал Ян. — Придется уничтожить все остальные корабли, прежде чем они подлетят к нам. Я уверен, что защитное устройство предохранит нас от них, но рисковать не хочу.

— Согласен, — сказал Винн.

Были посланы лазерные лучи. Корабли вспыхивали один за другим и разваливались на части.

— Вы засекли взлетные площадки? — спросил Винн.

— Они установлены, — сказала Кара.

— Давайте посмотрим на одну из них.

Камеры показали отверстие на поверхности планеты, которое быстро затягивалось льдом.

— Ян, — сказал Винн, — не могли бы вы сделать при помощи лазерного луча так, чтобы мы могли видеть этот люк, из которого был запущен корабль.

— Будет сделано, — сказал Ян.

Когда лед был растоплен, а вода испарилась, они увидели округлые очертания люка.

— Хотите заглянуть внутрь? — спросил Ян.

— Сделайте такую милость, — сказал Винн.

— Это ювелирная работа, — говорил Ян, направляя лазерное устройство.

Осколки металла, сверкая, полетели в воздух. Люк был объят пламенем.

— Там внизу кислород, — сказал Ян.

— Забавно, — сказал Винн. — Космический корабль не имел на борту людей, но в его ангаре находится кислород.

— Поговорим, — сказала Сара.

— Что? — спросил Пит.

— Теперь поговорим, — повторила Сара каким-то неестественным голосом.

— Сара? — воскликнул Винн, вскакивая и хватая ее за плечи. — Она посмотрела на Винна и кивнула.

— «Оно» хочет говорить, — сказала она. — Раздался тихий звон, и на экране появились слова.

— Дальнейшее разрушение не желательно. — Кара стала нажимать клавиши.

— Кто вы?

— Необязательно.

— Что? — спросила Кара.

— Необязательно.

— Необязательно пользоваться клавишами?

— Да.

— Кто вы? — спросил Винн.

— Я тот, кто был создан.

— Кем? — спросил Винн.

— Создателями, — Почему вы убивали? — спросила Сара. Она вся подалась вперед, ожидая ответа, который должен был появиться на экране.

— Пусть они спят, ибо, если они проснутся, вселенная содрогнется.

— Вы не ответили на мой вопрос, черт возьми, — сказала Сара. — Почему вы убили членов моей семьи?

— Я наблюдаю. Я охраняю.

— И убиваете, — прошептала Сара.

— Теперь мы поговорим.

— Мы готовы говорить с вами, — сказал Винн. Скажите нам, почему вам нужно было убивать?

— Я еще не знал, что время пришло.

— Какое время пришло? — спросил Пит резко.

— Время говорить.

Зажегся экран. Они увидели, как вскрываются льды, и из-под них показывается серая металлическая поверхность. На ней открылся вход. Появились слова.

— Вы придете.

— Что произошло с кораблем под названием «Эрин Кеннер»? — спросил Винн.

На экране появилось солнце, вокруг которого вращалась эта планета.

— На борту была женщина с белокурыми волосами и изумрудными глазами.

Сердце Винна бешено забилось в груди, когда он увидел на экране лицо Шибы, которое тут же исчезло.

— Почему? — крикнула Сара.

Перед ними всплыли образы. Они видели созвездие, в котором находились голубые планеты, на которых была вода и жизнь. Одна из планет была показана в увеличенном виде. На ней были видны континенты и океаны. Потом показались многоэтажные дома города.

По улицам стремились автомобили, в воздухе летали аэробили. Нельзя было рассмотреть-пешеходов на улицах, но было ясно, что передвигаются они на двух ногах.

Окраска высотных зданий была яркой, и архитектура их была очень искусной.

Внезапно дома задрожали и начали рушиться. Автомобили и пешеходы оказались погребенными под обломками зданий. Аэробили падали на землю и разбивались.

Они увидели леса, объятые пожаром. Клубы дыма повисли над всей планетой, и после этого они увидели голый шар планеты, лишенной всякой жизни. Даже атмосфера была сожжена. На планете был только какой-то непонятный мусор…

Были и другие мертвые миры. Они были показаны один за другим. В кабине «Кармин-Розы» царило молчание.

На экране зажглись слова.

— Я наблюдаю за тем, чтобы это не повторилось.

— Вы правы, нам пора поговорить, — сказал Винн.

— Тогда идите ко мне.

— Когда наши друзья пришли к вам, вы убили их, сказал Винн.

— Тогда я еще не знал, что вы те, кто должны были прийти.

— Давайте поговорим, пока мы еще здесь, — сказал Винн. — То, что вы показали нам, случилось очень давно. Вам очень много лет. С тех пор многое изменилось. Мы — мирные люди.

— Но вы вооружены.

— Да, потому что мы видели мертвые миры, — сказал Винн. — Да, потому что вселенная так огромна, а мы знаем только небольшую часть своей собственной галактики. Если бы у нас не было оружия, вы бы убили нас.

— Вас не убьют. Вы те, кто пришел.

— А вы…,- Винн не закончил свою мысль. Он представил себе сеть, состоящую из равноудаленных конструкций, и начал кое что понимать. Наблюдатель находился внутри компактного пространства, величиной не более трех кубических ярдов, со всех сторон которого исходили гравитационные волны. Нервные узлы Наблюдателя простирались по всей планете и были подсоединены не только к холодильным установкам, но и сотням стартовых площадок, откуда запускались космические корабли, а также к множеству всяких приборов. Один большой сектор в системе, показанной ему Наблюдателем, был полностью затемнен.

— Вы что-то прячете от нас, — сказал Винн.

— Вы должны знать все, ибо вы те, которые пришли.

Вновь на поверхности открылся люк, вспыхнул свет, освещая вход в подземелье.

— Мы ждали. Вы правы, мне очень много лет.

— Мы? — спросил Винн.

Они увидели плохо освещенную комнату. У стен стояли продолговатые объекты со сводами над ними.

Комната была соединена с коридором, вдоль которого тоже стояли объекты со сводами. Коридор уходил вглубь подземелья. Нельзя было видеть, что находилось в контейнерах под прозрачными сводами. Потом была показана еще одна комната, заполненная точно такими же контейнерами, из которых шло мягкое желтое свечение.

— Вместе мы решим, пришло ли время разбудить их.

Экран компьютера погас. В голове Винна больше не было никаких, навязанных ему образов. Он отвернулся от экрана. Его лицо было бледно.

— Разбудить их?

— Пусть они спят, — сказала Сара, — ибо, если они проснутся, вселенная содрогнется.

— Послушайте, — сказал Пит, — пора заключить перемирие. Мы те, которые пришли.

— Разумеется, — сказал Винн, — вот только циничный юмор тут не совсем уместен.

— Да, извините, — сказал Пит. — Послушайте, я спущусь туда, пойдет ли со мной кто-то из вас или нет. Слишком многое поставлено на карту. Здесь источник новой дешевой энергии. А общение на уровне сознания? Это же абсолютно новый способ коммуникации.

— Мы сделали вывод, что чета Вебстеров сделала посадку на этой планете, потому что их заинтересовали залежи железной руды, — сказал Винн, — а все остальные высадились на поверхность, потому что хотели забрать мертвые тела. Позволим ли мы заманить себя на эту планету обещаниями новой дешевой энергии и технологии?

— Винн, ведь с нами разговаривают, — сказал Ян. — Наше появление расценивается, как сбывшееся пророчество. Послушайте, гравитация и телепатия, конечно, производят впечатление, но оружие тут очень фимитивное. И эти топливные двигатели, ядерные ракеты и лазерные лучи, которые бьют только на несколько миль.

— Но «Эрин Кеннер» был отправлен на солнце, сказал Винн.

— Мы справимся с этой машиной, — сказал Ян. Черт, в конце концов, это всего лишь супер-компьютер.

— Нет, это не просто супер-компьютер, — сказал Винн. — Это саморемонтирующийся, самообновляющийся, вечнофункционирующий искусственный разум. Мертвые миры погибли миллионы лет назад. Мы имеем дело с творением разума, который старше нашей цивилизации, старше даже людей с планеты Земля.

— Я пойду с вами, босс, — сказал Ян.

— Я тоже, — сказала Кара.

— Винн? — спроси Пит. — Я бы чувствовал себя уверенней, если бы вы были с нами. Ведь вы специалист по компьютерам, в конце концов.

Винн кивнул.

— Должен признаться, что меня очень заинтересовал этот супер-компьютер.

— Мы воспользуемся двумя атмосферными аэробилями, — сказал Ян.

Атмо-аэробили были двухместные и имели на борту лазерные пушки.

— Один человек должен остаться на корабле, — сказал Ян. Он взял Кару за руку. — Боюсь, что этим человеком будешь ты, дорогая, потому что, если там внизу чтото случится, я хочу, чтобы на космолете находился ктото опытный, знающий как обращаться с системой управления.

— Да, — сказала Сара. — Я хочу отправиться туда. Я хочу взглянуть на эту машину. Я хочу понять, почему она убила моих родных.

Ни Пит, ни Сара не умели управлять атмо-аэробилем. Было решено, что Пит полетит с Яном, а Сара — с Винном. Два аэробиля покинули «Кармин-Розу», вошли в атмосферу и зависли над круглым отверстием в поверхности планеты. Комната в подземелье была ярко освещена. На металлических стенах не было ни знаков, ни надписей. Воздухолет Яна первым сделал посадку. Винн сел рядом с ним. Оружие было приведено в состояние боевой готовности. Люк быстро закрылся над ними.

— Вы можете спокойно дышать здесь, — сказал Наблюдатель. — Я дам вам знать, когда давление будет такое же, как и на вашей родной планете. Тогда вы сможете снять скафандры, чтобы чувствовать себя удобно.

— Я думаю, мы лучше не будем их снимать.

— Как хотите.

Винн не стал ждать сигнала Наблюдателя о том, что давление стало нормальным. Он использовал приборы воздухолета для того, чтобы установить уровень давления в помещении. Давление было нормальное, воздух чист и богат кислородом.

В конце помещения открылась дверь.

— Идите сюда, — сказал Наблюдатель.

Ян, держа в руках лазерную винтовку, шел впереди.

Пит и Винн тоже держали в руках ручное оружие. Сара неловко передвигалась в громоздком скафандре. Они вышли в коридор и пошли по нему. Открылась дверь, и они вошли в красивую комнату, обставленную странной мебелью. Перед ними стояла женщина, одетая в серебристое платье, из-под которого были видны стройные ноги. Она улыбалась им.

— Черт возьми, — воскликнул Ян в удивлении.

Женщина заговорила по-английски приятным голосом.

— Если я смущаю вас…

— Ничего подобного, — сказал Пит. — Вы очень привлекательны.

— Я всего лишь робот, — сказала она.

— Вы Наблюдатель? — спросил- Винн.

— Да. Я думала, что вы будете лучше себя чувствовать, если я предстану перед вами в таком виде.

— Могу я? — сказал Винн и подошел к ней. Женщина протянула ему руку. Она была гладкая и прохладная. — Чьему образу вы подражаете?

— Образу тех, кто пришел.

— Мы пришли, — сказал Пит. — Вы сказали, что пришло время поговорить. Мы готовы.

Конечно же, Наблюдатель мог функционировать на нескольких уровнях. Был установлен физический контакт с кораблем, находящимся на орбите. Силовые потоки соединяли теперь Наблюдателя с «Кармин-Розой».

Разговаривая и улыбаясь, Наблюдатель в то же время послал немного энергии, которая вырабатывалась на планете, в сознании женщины, оставленной наблюдать за приборами космолета. Посланная энергия проникла в мозг женщины и взорвалась у нее в голове, раздробив стенки черепа.

ГЛАВА 17

Наблюдатель, в образе красивой женщины, грациозным жестом указал стулья, полукругом стоящие в центре комнаты, и предназначающиеся для того, чтобы сидящие в них люди могли вести разговор между собой.

Винн кивнул Питу и Яну и первым принял приглашение Наблюдателя.

Сара де Конд села на край стула, сложив руки на коленях. Она, прищурив глаза, смотрела на Наблюдателя воинственным взглядом.

Стул заскрипел, когда Винн опустился на него. Мебель была вполне функциональная и подходила для людей. Винн подался слегка вперед, положив ногу на ногу, и ощутил запах вековой гнили, исходившей из стула.

Стены были сделаны в виде геометрических фигур.

Свет лился с потолка, представлявшего собой квадрат белого цвета. Перед стульями находился низкий столик, на котором стояла абстрактная скульптура. Пит де Конд взял ее в руки и решил, что она сделана из мрамора.

— Я не сомневаюсь, что у вас есть вопросы ко мне, — сказала женщина-Наблюдатель. — Тем не менее, если вы позволите мне произнести небольшую речь, то найдете в ней ответы на многие ваши вопросы.

— Мы ваши гости, — сказал Пит.

— Целью творения было то, чтобы каждое живое существо выплняло ту роль, которую предназначили для него Творцы, — начал робот низким голосом.

— Что дает вам право говорить от имени творящих сил? — спросила Сара.

Наблюдатель не ответил на ее вопрос.

— Жизнь является апогеем многих циклов космической эволюции, и ни одна из жизненных форм не имеет преимущества над другой. Я не сомневаюсь, что вы не согласитесь со мной, потому что считаете, что человек это венец творения. Но вы также считаете, что ваша жизнь не кончается с вашей смертью, после которой вы превращаетесь в более совершенные существа. Однажды вы так уверовали в это, что в ваших генах даже произошли некоторые изменения.

— Вы говорите об останках крылатых существ, найденных на планете Эрин Кеннер? — спросил Винн.

Женщина-робот кивнула, и ее черные волосы упали на ее щеки.

— Это прекрасный пример того, как искажается цель творения. Разумеется, такое бездумное манипулирование формой и содержанием произвело самое пагубное влияние на крылатых существ.

— Это очень интересно, — сказал Ян, — но какое отношение все это имеет к нам?

— Насколько мы знаем, — сказал Винн, — наши предки жили на планете Земля.

— Потерпите и вы узнаете все, — сказала Наблюдатель. — Узость ваших взглядов является вашей слабостью, но самая большая ваша беда заключается в том, что вы верите в жизнь после смерти. Для вас существование в этом мире не имеет большого значения, а поэтому вы слагаете с себя всю ответственность за него.

Винн был человеком. Высокомерные речи Наблюдателя оскорбляли его.

— Вы так много узнали о нас за такое короткое время? — спросил он.

— Я знаю достаточно, — сказал Наблюдатель. — Вы сказали, что знакомы только с небольшим сектором галактики, но вы посылаете исследовательские корабли в самые отдаленные уголки вселенной в поисках редких планет, на которых существует жизнь. И что вы делаете, обнаружив такую планету? Вы немедленно начинаете нарушать природное равновесие.

— Вы сами до этого дошли, или ваши творцы запрограммировали вас говорить такие мудрые вещи? — спросил Винн. — Если это мнение только нескольких индивидумов, то вы не можете иметь полного представления о человечестве. Вы говорите о равновесии, но равновесие тоже меняется. Вполне естественно, что разные виды соперничают друг с другом, и победитель может быть только один. Разумеется, с ростом народонаселения мир, в котором живут люди, меняется. Но это тоже в природе вещей.

— Беда в том, что вы эгоистичны и намеренно разрушаете мир, созданный Творцами, — сказал Наблюдатель. Женщина-робот пристально посмотрела на Винна своими голубыми глазами. — В природе, развитие видов рассматривается как своего рода эксперимент. Творцы как бы говорят: «посмотрим, что из этого выйдет». Иногда у них получается, иногда нет, но, когда исчезает целый вид, то это происходит не потому, что эксперимент не удался, а потому, что вид уничтожен. Вы вмешиваетесь в акт творения, и сами проводите свои эксперименты. Вас не удовлетворяет мир, в котором вы живете, и вы пытаетесь изменить его, приспособить его к вашим сиюминутным нуждам. Позвольте я приведу вам один пример. От вас я узнала о планете, которую вы называете Терра-2. Прошли века, прежде чем удалось частично восстановить тот ущерб, который вы нанесли ей.

— Это случилось тысячу лет назад, — сказал Винн. — И, кстати, об изменении миров. Как вам удалось сделать то, что вы сделали с этой планетой? Как вы называете такой акт?

— Действия Творцов не нуждаются в оправдании, — сказал Наблюдатель. Однако, я должен сказать вам, что уничтожение жизни на этой планете было одной из форм восстановления нарушенного баланса в природе. В отличии от ваших безумных разрушений на Земле, действия Творцов имеют большой смысл. Вы так мало знаете о вашей матери-планете, но вы успели загрязнить ее, вы использовали ее в своих целях, а потом уничтожили ее. Вы сделали ее непригодной для жизни.

— Вы знаете о Земле? — спросил Винн.

— Только на основании тех знаний, которыми обладаете вы. Когда-то она процветала. Творцы обеспечили ее разнообразными жизненными формами. На ней была всякая растительность. На ней жили разные виды животных и птиц, не говоря уже о насекомых. Потом, в процессе эволюции, появились вы и изменили окружающую среду. Вы взяли на себя слишком много. Вы начали экспериментировать с экспериментом. Именно этого мы и ждали.

— Чего вы ждали? — спросил Ян.

— Мы обсудим это, — сказал Наблюдатель.

— Как долго вы ждали? — спросил Винн.

— Не важно. Вы пришли. Теперь мы должны принимать решение.

— Мы ничего не будем решать, пока вы говорите намеками и не объясняете нам ваших целей, — сказал Винн. — Прежде чем мы примем решение, вы должны ответить на несколько вопросов.

Робот кивнул.

— Прежде всего, скажите, кем вы считаете себя?

— Я тот, кто был создан.

— Кем?

— Творцами.

— Вы считаете себя живым существом?

— У вас есть выражение: «я мыслю, следовательно, существую».

— Это уклончивый ответ, — сказал Винн.

— Вы бы назвали меня машиной.

— Вы компьютер, способный мыслить и обучаться?

— Да.

— В таком случае, вы были созданы кем-то, кто дышал кислородом и состоял из плоти и крови.

— Да…

— Кто был вашим творцом?

— Да, вы должны были об этом спросить. Вы не знаете?

— Нет, не знаем, — ответил Винн.

— Я был создан вами.

Пит, который все время внимательно слушал, подавшись слегка вперед, откинулся назад на своем стуле и вздохнул, выражая этим вздохом усталость и раздражение.

— А Спящие? — спросил Винн. — Кто они такие?

— Они те, кем должны были стать вы.

— Должны были стать, если бы произошло что? — спросил Винн, теряя терпение.

— Извините, Винн, — сказал Пит, — вам не кажется, что это какая-то тарабарщина? Давайте спросим эту машину, почему она убила родных моей жены.

— Я отвечу на этот вопрос. Нарушители были успокоены, ибо, как я вам уже говорил, цель творения заключается в том, что каждый вид должен иметь свое предназначение.

— Извините, — сказал Винн, — я не вижу тут смысла. Те, кто прибывал на вашу планету, считали, что у них были определенные цели. В природе человека — стремление к знаниям.

— В вашей природе — игнорировать цель Творцов, прерывать существующий ход вещей, изменять мир и уничтожать его. Творцы поняли это и приняли меры, чтобы восстановить равновесие.

Винн вытер пот со лба. Он явно нервничал. Нелегко было представить себе, что красивая женщина, так обворожительно улыбающаяся ему, была всего лишь машиной из металла и пластмассы. То как Наблюдатель говорил с ними, показывало, что он считает себя гораздо выше их. Но в его рассуждениях присутствовал элемент безумия.

Каким-то образом целая планета была сначала опустошена, а потом превращена в ледяную крепость, целью которой было бороться против людей, потому что в процессе своего развития они нарушили равновесие в природе. У них не было времени задумываться над намеками и недомолвками Наблюдателя, но было ясно, что он и его создатели считали, что развитие жизни в галактике везде происходило одинаково, и что конечным результатом акта творения или продуктом эволюции был человек.

Разумеется, четверо людей, сидящих на древних стульях, с любопытством слушали Наблюдателя, принявшего образ очаровательной женщины. Но Винн все время смутно чувствовал какую-то угрозу и несколько раз испытывал желание оглянуться. При помощи чувствительных детекторов, находящихся в скафандре, он исследовал эту женщину. В ней не было никакой жизни.

Она была холодной и бесчувственной. Она была всего навсего роботом, и он начал думать, что это машина, Наблюдатель, не была рациональной машиной, и что те, кто создали эту машину и запрограммировали ее на принятие решений, касающихся жизни и смерти во имя сохранения баланса в природе, были сумасшедшими, которые считали своим долгом творить геноцид во имя этого баланса.

Какое-то напряжение стало ощущаться в комнате.

Винн почувствовал, что надо что-то предпринять.

— Поясните ваши последние слова, — сказал он. Каким образом те, кто создали вас, хотят сохранить равновесие в природе.

— Вы уже видели это, — сказала очаровательная женщина, улыбаясь едва заметной улыбкой, и перед внутренним взором Винна возникли Мертвые миры, бесцельно вращающиеся в вечной пустоте. Он видел, как побледнели пальцы Яна, сжимающие винтовку.

— Винн, — сказал он, — я думаю, нам пора уходить.

— Еще рано, — сказал Наблюдатель. — Мы еще не приняли решение. — Робот встал. — Сейчас вы пойдете со мной.

— Подождите, — сказал Винн. — Почему Творцы уничтожили планеты, которые мы называем Мертвыми мирами?

— Чтобы восстановить баланс в этом секторе галактики, — сказал Наблюдатель.

— На этих планетах жили такие же люди, как и мы? — спросил Винн.

— Да.

— Вы обвиняли нас в том, что мы бездумно обращаемся с нашей планетой, уничтожаем другие виды. Но как вы можете оправдывать уничтожение миллиардов людей?

— Когда вы принимаете таблетку, чтобы вылечиться от инфекционной болезни, вы уничтожаете миллиарды живых существ, чтобы восстановить равновесие в вашем организме, — сказал Наблюдатель.

— Если вы считаете оригинальным сравнивать вирус с человечеством, сказал Пит со злобой в голосе, то вы сумасшедший.

— Мне казалось, что это доступная вам аналогия.

— Мы можем понять гораздо больше, чем вы думаете, — сказал Пит.

— Винн, пошли, — сказал Ян нервно.

— Подождите, — сказал Пит.

— Пойдемте, — сказал робот и направился к двери.

Винн последовал за роботом в длинный коридор. Он нервничал и держал руку на прикладе винтовки. Ян натолкнулся на него и поднял вверх свою винтовку, Вдоль стен коридора, спинами к ним, стояли десятки человекоподобных роботов.

— Они отключены, — сказал Наблюдатель.

Робот подвел их к автокару с открытым верхом. Он сел впереди и пригласил сесть остальных. Когда все сели, автокар бесшумно сорвался с места и помчался по бесконечному коридору, который они уже видели на экране корабельного компьютера. Вскоре они оказались в большой комнате, где вдоль стен стояли контейнеры под сводами. Мягкий свет струился над ними.

— Спящие, — сказал Винн.

Бесшумный автокар проехал мимо сотен, тысяч контейнеров, но сиденья были настолько низкими, что Винн не смог различить содержание контейнеров. Автокар сделал поворот, и, проехав мимо других комнат, где тоже стояли контейнеры, остановился. Открылись двери.

Перед ними было помещение, одна из стен которого была покрыта экранами, приборами, циферблатами. Под ними находился пульт управления. Хотя в помещении царила полная тишина, было такое ощущение, что гдето рядом работает генератор. Возле пульта находился целый ряд механических и электронных установок, некоторые из которых имели сидения.

— Творцы были похожи на нас, — сказал Винн роботу-Наблюдателю.

— Конечно. Это один из образцов эволюции.

— А вы, Наблюдатель, — показываю рукой на стену, — вы здесь.

— Чтобы не случилось какого-нибудь несчастного случая, — сказал робот, оставьте здесь ваше оружие.

— Ни в коем случае, — сказал Ян.

Открылась дверь, и в комнату вошел металлический робот. Ян хотел поднять винтовку, но его руки парализовало. Пит тоже был беспомощен.

Винн почувствовал, что Наблюдатель воздействует на его сознание. Он сделал попытку сопротивляться ему, и, приложив невероятное усилие, вынул винтовку из чехла. Это было все, что он смог сделать.

— Робот заберет ваше оружие, — сказал Наблюдатель.

— Нет, — сказала Сара. Она подбежала к Винну, выхватила у него винтовку, направила ее на робота, который приближался к ней. Она ощутила на лице тепло от луча, посланного в робота. Он остановился. В середине его корпуса зияла дыра.

Сара повернулась и направила винтовку на женщину.

— Мы оставим при себе наше оружие.

— Если бы вы не попали в робота, вы нанесли бы системе управления большой ущерб, — сказала женщина. Сара навела винтовку на пульт.

— Прекратите воздействовать на нас, или я уничтожу все эти приборы.

— Все в порядке, — сказал Пит, поднимая винтовку.

Ян повернулся лицом к роботу, держа свое оружие наготове.

— Может быть, вы настолько отвечаете за свои поступки, что вам можно разрешить взять с собой оружие, — сказал Наблюдатель.

Впервые за все время существования Наблюдатель не мог принять определенного решения. Тот факт, что женщина не поддавалась его воздействию, был необъясним. Только Творцы были способны противостоять проникновению в сознание. Было ясно одно — Наблюдатель совершил ошибку, приведя, «тех, кто пришел», в Центр. Один из них, Винн, неожиданно определил для чего предназначен пульт, и, в то время как Наблюдатель задавал Центру вопрос за вопросом, Винн исследовал клавишную систему и функции приборов, довольно точно определяя их назначение.

Наблюдатель обладал способностью учиться, но по прошествию многих и многих лет со времени его создания, его механизмы восприятия слегка притупились.

Возможно, вследствии этого он и не мог принять правильного решения, хотя чувство вины и страха было неведомо Наблюдателю. Если что-то необходимо было сделать, он делал это. Творцы, разумеется, были непогрешимы. Сбылось все, что они предвидели. Они знали, что процессы творения идут во вселенной, и что, рано или поздно появятся существа, созданные по их образу и подобию, и опять равновесие в природе будет нарушено. Творцы ошиблись только в том, что для возникновения эгоистичных существ потребовалось гораздо меньше времени, чем они предполагали, и в том, что «те, которые пришли» находились на таком же уровне развития, как и сами Творцы. Но если последнее было правдой, то задача Наблюдателя делалась более легкой. Нужно разбудить Спящих. Но прежде чем принять окончательное решение, нужно было все хорошенько обдумать.

Всем было ясно, что Наблюдатель разговаривает непосредственно с Сарой.

— Вы тоже несете ответственность за свои поступки.

— Не вам определять степень этой ответственности, — сказала Сара сердито.

— О, вы ошибаетесь. Только я могу определить это.

Сара почувствовала головокружение и сделала попытку преодолеть его, зная, что Наблюдатель опять воздействует на нее. Она вспомнила свой дом, своих детей, и это помогло ей преодолеть воздействие. Она угрожающе махнула винтовкой.

— Пусть будет так, — сказал Наблюдатель. — Пришло время. Вы сами приняли решение, Сара. Вы и только вы.

— Я не знаю, о чем вы говорите, — сказала она.

— Они будут разбужены, — сказал Наблюдатель, но сначала мы решим, достойны ли вы видеть их.

Робот сделал им знак рукой остановиться возле установки, состоящей из удобного кресла и металлической рамы, к которой было прикреплено устройство, напоминающее старомодную сушилку для волос.

— Мне кажется, вы, Сара, будете представлять для них особый интерес. Садитесь, пожалуйста.

— Нет, — сказала Сара.

— Вы отказываетесь сотрудничать.

— Мы вам не подопытные кролики, — сказал Пит.

— Тогда решение о том, достойны ли вы видеть их, будет принято без дополнительной информации. Я вынужден буду принять решение на основании той информации, которой я обладаю.

Пит поднял винтовку и навел ее на пульт управления.

— Я не думаю, что вам удастся помешать мне нажать курок.

Наблюдатель хранил молчание, пока поток информации поступал в Центр и подвергался там обработке.

Робот стоял, как замороженный. Губы его были растянуты в улыбке, а глаза ничего не выражали. Нарушители не хотели сотрудничать, следовательно они не настолько совершенны с эволюционной точки зрения, как это показалось сначала. Существовали, однако, труднообъяснимые противоречия. Некоторые достижения их техники произвели впечатление на Наблюдателя. Женщина обладала способностью противостоять воздействию, и то же самое, в меньшей степени, мог делать человек по имени Винн. В этом заключалась самая большая тайна.

Может ли это нанести вред Наблюдателю? Информация обрабатывалась в Центре. Вывод был, наконец, сделан.

Нарушителям спокойствия нельзя было находиться там, где они находились. Они вообще не имели право на жизнь.

Для появления разумных существ на планетах потребовались миллионы и миллионы лет. Но вот они, эти разумные существа, стоят перед Наблюдателем.

Сначала ему показалось, что следует разбудить Спящих.

Но потом он принял другое решение.

— Я принял решение, — сказал Наблюдатель. — Вы будете успокоены. И миры, откуда вы прибыли, тоже будут успокоены.

Винн почувствовал, как холод проникает сквозь скафандр. Пальцы на его ногах замерзли. Он весь дрожал.

Он хотел закричать, но не произнес ни звука. Он понял, что на него воздействуют, и что от Наблюдателя исходит угроза его жизни. Он воскликнул про себя: «Нет, я не позволю!» Ужасный холод пробрал его до костей. Он увидел, как Пит и Ян падают на пол. Они лежали без движения, как сваленные деревья. Он услышал дикий крик Сары и почувствовал запах горячего металла, после того как Сара выстрелила из своей лазерной винтовки. Удар пришелся по верхней части женщины-робота. Ее торс развалился. Голова упала на пол. Нижняя часть туловища продолжала стоять на длинных, красивых ногах.

Остатки серебристого платья медленно падали на пол.

Нижняя часть туловища была гладкая, как у куклы.

Включился пульт управления. Комнату затянуло дымом. Винн не мог пошевелить головой. Через лицевое стекло шлема он видел лицо Сары. Бе белые зубы были обнажены в зверином оскале.

Винн стал на колени возле Пита де Конда. Жидкость разлилась в его глазах, когда они замерзали. Лицевая ткань была повреждена во многих местах.

— Вы не поняли, — сказал Наблюдатель бесстрастным голосом, глухо звучащим в помещении. — Вы не должны оказывать сопротивления. Вы только на мгновение почувствуете боль.

Сара подошла и остановилась возле мертвого тела Пита. Она посмотрела на его изуродованное лицо и вскрикнула. Боль утраты и гнев слышались в этом крике.

— Вы не должны были причинять мне такой большой вред, — сказал Наблюдатель. — Кое-что из того, что вы повредили, не подлежит ремонту.

— Сара, нам нужно идти.

— А как же мой муж? — В ее глазах не было слез.

Пока не было. Ее лицо выражало только гнев.

— Мы не можем нести их, — сказал Винн. — Нам нужно выбраться отсюда и сделать то, что нам нужно было сделать с самого начала — вызвать военные корабли.

— Я не могу оставить его. Я не могу оставить его.

— Сара, военные заберут тела, — сказал Винн, беря ее за руку. Еще минуту она упиралась, потом последовала за ним, держа оружие наготове.

В коридоре, в котором они оказались выйдя из Центра, дорогу им преградили четыре робота. Винн сразу же начал стрелять, посылая лучи во все стороны, пока путь не был расчищен. Автокар, на котором они прибыли в Центр, исчез. Винн устремился в одну из комнат, где находились контейнеры под сводами. В этих контейнерах, из которых исходило слабое свечение, должны были находиться Спящие.

— Вход запрещен, — раздался голос Наблюдателя.

Винн подошел к одному из контейнеров.

— Боже мой, — сказал он. Сара, стоящая рядом с ним, содрогнулась. В контейнере, сделанном из какогото вечного материала, лежали останки человеческого тела. Это была мумия.

— Я принял решение, — сказал Наблюдатель. — Они будут разбужены.

Винн подошел к другому контейнеру. Там тоже давно царила смерть. Под одной из мумий показалась какая-то жидкость. Она тотчас превратилась в пар.

Сара отскочила в сторону, когда в контейнере раздалось гудение какого-то агрегата. Железная рука приблизилась к шее мумии. Появилась длинная, сверкающая игла. Такое же гудение слышалось и в других контейнерах, находящихся в многочисленных комнатах.

— Они разбужены, — произнес Наблюдатель. — Я ошибся в моих расчетах. Вы представляете большую опасность, чем я предполагал. Сейчас вы умрете, ибо перед вами Спящие, те самые ужасные и непобедимые, которые в далекие времена установили равновесие в природе. Они уничтожат вас, как они уничтожали тех, кто приходил до вас. Они- уничтожат вас и те миры, которые вы осквернили. Они уничтожат все, что вы создали.

Винн бегал от контейнера к контейнеру и видел только мертвые тела. Роботы напрасно искали вены в ссохшейся коже шеи мумии. Длинные сверкающие иглы пронзали сухую кожу.

— Пошли, — сказал Винн, беря Сару за руку. Они побежали по коридору туда, откуда они пришли. В одном из проходов стоял автокар, похожий на тот, который доставил их в Центр. Винн помог Саре сесть в него, и прыгнул туда сам. Он наблюдал за тем, как робот управлял автокаром, когда вез их в Центр. Он нажал нужные кнопки. Автокар помчался по коридору. Винн старался вспомнить путь к помещению, где они оставили свои воздухолеты. Но все проходы лабиринта были похожи один на другой. Он свернул под одну из арок, и они помчались мимо комнат, хранящих контейнеры.

В воздухе стоял гул, производимый иглоукалывающими роботами.

— Ого, — воскликнул он, с замиранием сердца увидя, что некоторые контейнеры были пусты. Он нажал кнопку и остановил автокар. Повсюду перед ними контейнеры были вскрыты. Руки Сары, держащие винтовку, дрожали. Винн выскочил из автокара и бросился к одному из вскрытых контейнеров. В нем был только какой-то наполовину истлевший материал, на котором когда-то лежало тело. В другом контейнере было то же самое.

Только в одном он обнаружил кости, покрытые тонкой, почерневшей кожей.

Он бегом вернулся к автокару.

— Если их и разбудили, то это случилось очень давно, — сказал он.

— Нет, — произнес Наблюдатель, — вы ошибаетесь.

Но где же они, эти Творцы? Наблюдатель принял окончательное решение. Сигнал разбудить Спящих исходил из секретного блока Центра. Мониторы показывали, что процесс пошел, системы работают, и Наблюдатель занялся ремонтом Центра, которому был причинен значительный ущерб.

Где же Творцы? Было очевидно, что нарушители представляли собой большую опасность, и что баланс был опять нарушен. Теперь Творцы должны принять меры. Сначала будут уничтожены эти два, оставшиеся в живых червяка, затем…

— Ваши глупые заявления вам не помогут, — сказал Наблюдатель.

— Ваши Спящие мертвы, Наблюдатель, — сказал Винн. — А несколько сотен из них, кажется, были разбужены данным давно.

— Этого не может быть. Они здесь, — сказал Наблюдатель.

— Черт возьми, пошевелите вашими детекторами, сказал Винн. — Посмотрите, этот контейнер был покинут так давно, что вся материя в нем давно сгнила. Смотрите, — он прикоснулся к дну контейнера, и материя, лежащая там, моментально превратилась в пыль.

Наблюдатель смотрел в глаза Винну.

— Сотни Спящих?

— По крайней мере — сотни. Вскрытых контейнеров очень много.

Автокар опять помчался по коридору. Они заехали в тупик. Винн развернул машину, сожалея о потерянном времени.

— Что задумал этот сукин сын? — прошептал он на ухо Саре. И крикнул громким голосом: — Наблюдатель, одни из спящих мертвы, а другие — исчезли.

Наблюдатель ничего не ответил. Нарушители все еще были живы. Что-то было не так, ибо не могло так случиться по логике вещей, чтобы Спящие были разбужены, а люди, причинившие системе такой большой вред, еще не были уничтожены.

Винн свернул в следующий проход. В глубине коридора виднелась комната. В центре ее стояли два аэромобиля. Он помог Саре выйти из автокара и увлек ее за собой к воздухолету. Рухнув на сиденье пилота, он сразу же включил двигатели. Сара еще не успела толком залесть в аэробиль, когда он сорвался с места. Выстрелом из лазерной пушки Винн открыл люк над их головами. Воздух со свистом вырвался из подземелья, а воздухолет устремился в небо.

ГЛАВА 18

Несмотря на то, что он был серьезно поврежден и ослеплен, а его коммуникационные системы были нарушены в самом центре, Наблюдатель все еще функционировал. Роботы устраняли поврежденные системы и заменяли их новыми. Первостепенное значение предавалось восстановлению нормальной деятельности Центра. Наблюдатель не знал, что такое страх. Он спокойно принял информацию о том, что некоторые приборы Центра вышли из строя на неограниченное время.

Когда вновь заработал монитор, Наблюдатель получил информацию из 99 % всех, находящихся в подземелье контейнеров со Спящими. Они были мертвы. Они были мертвы уже очень давно. Только в нескольких сотнях контейнеров не было обнаружено мумий, останков Творцов, тех, кому надлежало заботиться о сохранении равновесия в природе. Контейнеры были пусты.

Энергия отключена.

Наблюдатель имел способность учиться. Как только он вновь мог видеть, он обнаружил кое-что. Из подземных ангаров исчезли шесть космических кораблей. Ктото обманул Наблюдателя, ввел его детекторы в заблуждение. Нужно было признать, что несколько сотен Творцов были разбужены и очень давно покинули планету на этих кораблях, переделав сигнальную систему таким образом, что она поставляла Наблюдателю неправильную информацию.

Бели бы Наблюдатель был способен на какие-то эмоции, он испытал бы чувство одиночества. Одни Творцы были мертвы, другие — исчезли давным давно. Если бы Наблюдатель был способен на переживания, он испытал бы чувство разочарования, ибо ему уже некого было охранять, кроме самого себя. Но Наблюдатель был машиной. Думающей машиной и, тем не менее, только машиной. Он функционировал рационально и хладнокровно. Он был создан для того, чтобы выполнять определенную работу. Мертвы ли были Творцы, исчезли ли они, все это не имело никакого отношения к их творению.

Фактически, целью творения, по видимому, и состояла в том, чтобы доказать, что Творцы это всего лишь хрупкие, смертные существа, а бессмертное дело их должен продолжить вечный искусственный разум. Дело сохранения баланса в природе находилось в опасности. Наблюдатель был создан, чтобы заботиться о сохранении равновесия. Поэтому он должен был восстановить порядок в галактике.

Он вычислил количество обитаемых миров, находящихся в составе Союза планет. Все коммуникации были восстановлены, космические корабли получили задания.

По всем подземным ангарам пошел гул от работы двигателей тысяч трутней. Заработал генератор гравитационных волн, которые могли немедленно переносить корабли к любой планете. Наблюдатель вычислил маршрут каждого из трутней и проверил наличие на каждом корабле гравитационных ракет, которые являлись единственным оружием космолетов.

Небольшие ракеты, имеющие такую форму, что могли свободно проникать через атмосферные слои, являли собой высшее достижение мысли Творцов. Эти ракеты не могли уничтожать жизнь на планетах, оставляя сами планеты по-прежнему вращаться на своих орбитах. Они раскалывали миры на части. Конечный результат был один и тот же — уничтожение.

Каким-то образом равновесие в природе было снова нарушено в довольно большом секторе галактики, как и во времена, когда еще не было на свете Творцов. Но положение будет исправлено.

Прежде всего нужно было покончить с одним небольшим делом. Те двое, нанесшие такой большой ущерб системе, выбрались из подземелья. Но с ними скоро будет покончено. Энергию, которую нельзя было применять вблизи установок, теперь можно было использовать в полной мере. Но перед тем как уничтожить двух нарушителей спокойствия, Наблюдатель еще раз хотел проверить, посредством воздействия на мозг этих людей, местонахождение планет Союза.

Казалось, что Сара де Конд действует сразу на двух уровнях. Она, содрогаясь всем нутром, сознавала, что все ее близкие люди, кого она так любила, мертвы. Ее муж, ее отец и мать, ее братья и сестры — все погибли от рук машины, которая пряталась подо льдом. И Сара, как слабая женщина, хотела бы только одного — остаться наедине со своим горем и оплакивать умерших. Но она одновременно была и другим человеком, и этот человек был разгневан. Ее бесило то, что кто-то в далеком прошлом решил, что имеет право уничтожать миллиарды людей во имя дурацкой экологической теории, тем самым косвенно предопределив судьбу членов семьи Вебстеров.

Она говорила только тогда, когда Винн задавал ей какие-то вопросы. Аэромобиль, наконец, достиг «Кармин-Розы». Винна удивило и обеспокоило то, что Кара не выходила на связь. С винтовкой в руках он поспешил в кабину космолета, и нашел там мертвое тело Кары.

— Не надо смотреть, — сказал он Саре, когда та тоже вошла в кабину.

— Нет, я буду смотреть, — сказала она, опускаясь на колени рядом с Карой. Эта последняя смерть подлила масла в огонь ее ярости.

— Но как он проник сюда? — спросил Винн. — Если он может убивать на расстоянии, зачем ему потребовалось заманивать других на планету.

— Я отвечу на ваш вопрос, перед тем как вы будете успокоены, послышался голос Наблюдателя в корабельном переговорном устройстве. — Было необходимо установить связь между кораблем и моими приборами, до того как я мог воспользоваться моей энергией. Эта связь была установлена, когда вы коснулись поверхности планеты.

Винн почувствовал, что его начинает охватывать чувство паники. Он был способен до некоторой степени сопротивляться воздействию Наблюдателя, но он видел, что тот сделал с Карой. Его охватил страх. Он понимал, что смерть совсем рядом.

— Наблюдатель, — сказал он, — все кончено. Творцы мертвы.

— Но я продолжаю выполнять свои обязанности, сказал Наблюдатель. Включите ваш компьютер.

— Включите его, — сказала Сара. Ее глаза сверкали гневом.

Винн нажал на клавиши. Сара написала что-то на листке бумаги и передала ее ему.

РАКЕТЫ-УНИЧТОЖИТЕЛИ.

Он кивнул. Компьютер был включен. Наблюдатель находился внутри компьютера. Сердце Винна заколотилось с бешенной силой, когда он увидел на экране координаты всех миров Союза. Он сам начал нажимать клавиши. Он набирал шифр, необходимый для пуска ракет-уничтожителей. Сара стояла возле него, оскалив от напряжения зубы.

— Теперь у меня есть вся необходимая информация, — сказал Наблюдатель.

Оставалось совсем немного до пуска ракет.

— Подождите, — сказала Сара. — Если вы убьете нас, вы убьете своих Творцов.

— Мои Творцы мертвы.

— Не все из них умерли, — сказала Сара, следя за пальцами Винна, бегающими по клавишам. — Некоторые из них проснулись давным давно. Куда они делись? Вы сами говорили, что мы слишком быстро развивались.

Это привело вас в недоумение. Но скорее всего случилось так, что пробудившиеся Творцы поселились на других планетах, и это объясняет тот факт, что я могу сопротивляться вашему воздействию.

Последовало продолжительное молчание, во время которого Наблюдатель обрабатывал поступившую информацию. Сара почувствовала головокружение, означавшее, что Наблюдатель пытается воздействовать на нее. Она успешно сопротивлялась. Ее гнев придавал ей силы.

Раздался громкий сигнал тревоги в оружейном отсеке. Загорелся экран. На нем появились готовые к пуску ракеты-уничтожители. Винн уже заканчивал свои манипуляции.

— Мы — Творцы, — сказала Сара, следя за пальцами Винна. — И, будучи твоими Творцами, мы приказываем тебе прекратить наблюдение. Твоя работа окончена. Равновесию больше ничего не угрожает.

— Вы загадили и уничтожили вашу родную планету, — сказал Наблюдатель.

— Мы возродили Терру-2,- сказала Сара. — Верно то, что мы истощили ее природные ресурсы, веками используя их, чтобы создать нашу промышленность и развить технику, благодаря которой мы смогли летать в космос. Но мы залечили ее раны.

— Миллионы видов погибли.

— На Терре-2 была только растительность, когда наши предки высадились там, — сказала Сара.

— На Земле растут только сорняки, — сказал Наблюдатель.

— Мы не дали погибнуть тем, кто уцелел. Мутантам. Они живут в нашем сообществе и вносят в него свой довольно весомый вклад. Все ошибки, совершенные нашими предками, были совершены в далеком прошлом, сказала Сара.

— Ваше время — всего лишь мгновение по сравнению с вечностью, — сказал Наблюдатель.

Сара чувствовала себя униженной из-за того, что ей приходилось просить Наблюдателя оставить ее в живых.

Но дело было не только в ее жизни. Она думала о своих детях.

— Вы думаете, что вам удастся уговорить меня оставить вас в живых, сказал Наблюдатель. — Тщетная надежда. Вы, Винн, подготавливаете какое-то оружие, которое хотите применить против меня. Это пустое занятие. Нажав на две клавиши, вы запустите ваши паршивые ракеты. Но вы умрете сами. А ваши ракеты не причинят мне особенного вреда. Ну, чю может произойти? Ну, уничтожите вы еще две установки. Вы думаете, что ваши ракеты смогут достать меня в моем подземелье?

— Запускайте их, — сказала Сара.

Винн нажал на клавишу. Теперь осталось одно последнее нажатие. Он занес руку над клавишей.

— Я покажу вам оружие, — сказал Наблюдатель, и на самом большом экране они увидели прекрасную, голубую планету. Из темноты космоса появился едва заметный луч света. В течение некоторого времени ничего не происходило, но потом планета внезапно треснула и развалилась на части.

И Винн и Сара видели старый фильм о гибели зидских миров во время последней космической войны. Так оно и происходило. Планеты раскалывались на куски.

Даже раскаленное ядро трескалось.

— Так я буду восстанавливать равновесие.

— У тебя нет оружия такой разрушительной силы, сказал Винн, готовясь нажать на клавишу.

На экране появились ряды космических кораблей.

Они были готовы к взлету.

— Я позволю вам посмотреть, как взлетают мои корабли, перед тем как успокою вас навеки.

— Давай, — сказала Сара.

Палец Винна готов был опуститься на клавишу, но, прежде чем он коснулся ее, все его тело обмякло, потому что энергия Наблюдателя взорвалась в его голове с такой силой, что мозг потек из щелей расколовшегося черепа, из ушей, через нос, рот и глаза. Винн упал на пол.

Сара вскрикнула.

— Этому вы можете противостоять? — спросил Наблюдатель. — Попробуйте. Вам не удасться игнорировать меня.

— Я не знаю, ты, сукин сын, — сказала Сара, — но сейчас мы увидим. — Она нажала на клавишу. Раздался громкий сигнал тревоги. На экране появилась яркокрасная вспышка. Сара вся напряглась, чувствуя присутствие Наблюдателя. Корабль тряхнуло, когда от него отделились две ракеты-уничтожители. Сара почувствовала давление у себя в голове и покачнулась. На экране было видно, как две ракеты входят в слои атмосферы планеты, а потом экран погас.

Наблюдатель видел, как две ракеты отделились от корабля и полетели в сторону планеты. В воздух поднялись контр-ракеты, но ракеты-уничтожители благополучно миновали их, и с ревом приближались к планете.

Защитные системы не успели сработать.

Ничего страшного. Ущерб будет минимальным, даже если оружие врага имеет термоядерные боеголовки. Наблюдатель считал, что более разрушительного оружия нарушители спокойствия иметь не могли.

Но почему не умерла женщина?

Сара села. Она потерла лоб. Голова страшно болела.

Она посмотрела на экран. Она была без сознания всего несколько секунд, потому что ракеты все еще приближались к планете. Она видела, что приборы устанавливают размеры планеты. Она также знала, что ей угрожает опасность, так как она находится слишком близко от ледяного мира. Она единственная из всех осталась в живых. Кто-то должен был рассказать все военным специалистам, но не забота о человечестве поддерживала в ней жизненные силы. Все были мертвы. Бедный Винн был мертв. В живых оставались только ее дети. Машина отняла у нее все, кроме ее детей, и она не собиралась допускать, чтобы они были отняты у нее в результате ее собственной смерти.

Она не была уверена, что поступает правильно, нажимая на кнопку короткого перелета. Даже рискуя погибнуть вместе с планетой Наблюдателя, она все же хотела насладиться видом гибели этого чудовища. Пользуясь его собственной терминологией — он будет успокоен. Она нажала кнопку, и «Кармин-Роза» сорвалась с места. Экран компьютера погас. «Роза» отлетела от планеты на расстояние двухсот тысяч миль. Через несколько секунд Сара вновь включила компьютер.

Ледяная планета мирно стояла, отражая солнечные лучи, во мраке космоса. Сара навела оптические устройства. Она увидела, как крошится лед. Две ракеты устремились к ядру планеты.

Она увидела красный, расплавленный металл. Планета треснула. Над ней поднялся пар от таявшего льда.

А потом она просто раскололась на куски. В воздух полетели камни и осколки раскаленного металла.

Дыхание Сары участилось. Голова раскалывалась.

— Ты убил мою мать, моего отца, моих братьев и сестер, — прошептала она, адресуя свои слова погибающему миру. — Ты убил моего мужа и моих друзей.

Она верила в Бога, пусть не в того, о котором твердили священники, говорившие якобы от его лица. Она молилась, видя как распадается на части Планета Вечного Холода. Она верила в то, что те, кто создал Наблюдателя, находятся сейчас в аду. В том самом аду, в который верят христиане.

Она предала тела Винна и Кары космическому океану вблизи пылающего солнца. Она сделала все по заветам предков. Несколько часов генератор космолета подзаряжался от отдаленного маяка. Когда генератор был заряжен полностью, она нажала кнопку и вздохнула с облегчением, поняв, что находится вблизи первого из маяков Римфаера.

Она летела домой. Пусть военное ведомство ГА беспокоится о том, существуют ли в космосе другие Наблюдатели. У нее были свои дела. Она не могла поверить в то, что бросила своих детей на такое долгое время, пусть даже они были оставлены под присмотром их ближайших друзей Сары и Пита. Умом она понимала, что находилась под воздействием Наблюдателя, но простить себе этот поступок все равно не могла. Дети для нее были — все.

А через четыре года должны состояться выборы.

Если она начнет готовиться к ним сразу же по возвращению домой, у нее будут хорошие шансы на победу. Трое ее детей учились в школе. Они должны были получить самое лучшее образование, и она позаботится об этом.

В конце концов, знания могут понадобиться им и для того, чтобы бороться за жизнь на планетах Союза, если им когда-либо придется встретиться со Спящими, давным давно покинувшими Планету Вечного Холода.

Content

Зак Хьюз
Планета вечного холода

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18