Елена Звездная

Стерва. Подвид: Королевская

История первая: Аверд и авердарцы

Молочно-белый туман рваными хлопьями оседал к ногам, падал холодными каплями на плащ, в попытке все же превратить меня в мокрую курицу. Пытайся-пытайся, этот плащ не промокает.

Вообще не люблю осенние рассветы в Гарендаре, особенно если в эти самые предрассветные и после рассветные часы приходится покидать теплую постель и мчаться по делам королевства неизвестно куда. Впрочем, от того, что мне прекрасно известно куда направляюсь, не легче.

- Вейслер, разбудите, едва прибудем в Аверд,- хрипло приказала я главе отряда стражников.

Ну, все, теперь можно и подремать… заодно обдумать поручение моего тигрика. Итак я, Зелея из рода Серых Сумрачных Рысей, верная слуга и не особо верная любовница Его Величества Саерея Первого Меняющего Судьбы, должна совершись невозможное и заставить герцога Лерейского вынести вердикт в пользу Гарендара. Отчего же сие невозможно? Потому что все козыри в руках наших соседей княжества Авердар!

Ах, сейчас бы понежиться на теплых льняных простынях, потянуться и замурлыкать как кошечка в объятиях моего царственного и весьма умелого любовника, и притворяясь спящей заставить его делать то, что я так люблю… Мечты-мечты…

Но что-то мешает… Прислушиваюсь, стараясь не отвлекаться на стук копыт по каменной дороге… Ага, стражники решили посплетничать, послушаем:

- Куда змея направляется, а, Джер? - ммм, этот явно из новеньких, глупый еще.

- Заткнись, Тоб, у нее слух как… в общем заткнись.

Змея, стерва, тварь мстительная - это все обо мне любимой. Вообще люблю себя… очень. С другой стороны, а что в этом плохого? Лично мне очень нравится любить себя, думать и заботиться о себе, и баловать себя я тоже люблю. На этой приятной и радующей ноте полагается погрузиться в сон…

Стук копыт по камням сменился глухими ударами о забитую землю и я мгновенно проснулась. Это в Гарендаре все центральные дороги выложены каменными плитами, а Аверд представляет собой проходимое княжество лишь летом, когда дороги высыхают и зимой когда они замерзают, в иное время проще совершить круг и объехать владения князя Давира через королевство Шеверс.

Чуть тряхнув головой, прогоняю остатки сна и открываю глаза. Туман горного Гарендара подло и коварно бросил нас на растерзание яркому жаркому солнцу полуденного Аверда. Не люблю солнце.

- Вейслер,- я зевнула, не договорив его имя,- поспешим!

Ничто не действует лучше в борьбе с сонливостью, чем пущенный галопом конь, и мне не важно что думают они, торговцы всех мастей, разбегаясь и отъезжая с моего пути, мне собственно говоря, не важно пострадает ли кто-то из них, попав под копыта моей лошади или нет. Это должно их заботить.

Промчавшись по торговому тракту Аверда, мы подъехали к Авердану, столице княжества. Вот здесь мне пришлось придержать коня и, дождавшись спутников, затесаться в середину отряда - вынужденная мера, не любят меня здесь, это по первых, и желательно сохранить инкогнито, это второе. И вот теперь, степенно двигаясь между закованными в железо стражниками, я начала осматривать окрестности города.

Аверда неизменен как камни… или человеческая тупость. Восьмой год наблюдаю одну и ту же картину - разбитые дороги, покосившиеся грязные дома поселян, босоногие и полураздетые дети, нечесаные женщины, мужики заросшие и инфантильные… И эти селяне гордо именуют себя авердарами, гордятся своим умением перепить всех подряд, и тем, что за нечесаными бородами и рубахами с засаленными воротниками скрывается… великая аверданская душа! И не понять их никому! В общем, смысл сей басни таков - они великие и могучие, все остальные мелочные и злобные. И хрен докажешь авердару что перегар не главное достоинство мужчины, а есть в их домах не хочется не потому, что зазнаешься, а потому что там немытыми телами и мышами воняет.

Но ладно селяне, народ дикий, необразованный, но жаждущий величия и ищущий успокоения на дне бутыли с мутной гониловкой… меня гораздо больше поражают их власти. К чиновнику в Аверде без даров соваться смысла не имеет. Если секретарь не узрит в руках твоих свертка, пакетика, ларца или чего по значимее, единственным что сообщат, будет 'Господин занят, устал, отсутствует…' и остальная галиматья. Не люблю Авердар. По сути, завоевать сие мелкое княжество труда не составило бы, но… существует Лига Независимых Государств! Как же они меня бесят!

Подъехали к ржавым скрипящим воротам и теперь медленно продвигаемся с толпой торговцев и поселян. Перед воротами отряд толстобрюхих служивых аверданской армии, в красных сюртуках и зеленых шароварах, именуемые 'Государственным пошлинным приграничным отрядом'. И этим толстопузым с жадным взором и загребущими ручками не имеет смысла говорить, что здесь не граница государства. Они даже шуток не понимают, а уж факты и вовсе воспринимают не иначе как личное оскорбление.

- С какой целью въезжаете на территорию Великого княжества? - потребовал ответа краснолицый, явно имевший накануне весьма внушительные возлияния старшина.

- Граф Витенцио Иерски, глава посольства Гарендара, прибыли на судебное рассмотрение выездной сессии Лиги Независимых Государств.

Хорошо так сказал, с чувством, с толком, с расстановкой… точно так же он мог сообщить, что везет кур на продажу, для приграничников без разницы.

Толстомордый почесал бороду с умным видом, с не менее умным почесал пузо, затем,сделав вид, что его тут вообще нет, почесал зад… Мдя, и это гордость Авердара, боюсь даже представить, что он начнет чесать после толстого полупопия. Вот зря я это подумала, словно загипнотизированный какой-то великой мыслью, стражник решил почесать и нечто более интимное. Меня сейчас стошнит!

- Дипломаты, значицо,- почесываясь, спросил у чего-та старшина. - Досмотреть бы надо…

О, туман преисподней! Досмотреть - это у них шариться немытыми руками по всему, где по их мнению может быть интересно. В общем инкогнито это хорошо, но помыться и переодеться тут негде, потому переходим к действиям.

Тронув лошадь, я подъехала к графу Витецио, у которого от предстоящей процедуры уже активно дергался бесцветный серо-водянистый глаз… единственный, кстати, второй был утерян именно в Авердаре и именно во время таможенного досмотра шесть лет назад.

- Расслабьтесь,- шепнула я графу, и достав мешочек с золотыми монетками, подбросила его на ладони.

Приграничник, даже в пьяном угаре различивший бы звон вожделенного золота, мгновенно встал по стойке смирно, и взгляд его стал подобен взору бродячей собаки, готовой за кусок хлеба облобызать сапог неожиданного благодетеля.

- Старшина,- и я вновь подбросила мешочек,- бесконечно восхищаюсь вашей доблестью и готовность не жалея живота своего служить государю, но… Не кажется ли вам, что вы, денно и нощно о государстве тревожась, забываете о себе?

- А? - выдал он.

И перед кем я тут упражняюсь в ораторском искусстве? Эх.

- Сделаем так,- я нагнулась к нему, стараясь не морщиться, едва обоняния коснулась смесь перегара и духа чесночного,- время дорого, старшина. И я время оцениваю вот примерно так,- мешочек перекочевал в загребущие руки с сосискообразными пальцами. И я любезно поинтересовалась.- Теперь мы можем ехать?

Сообразительный попался, золото мгновенно исчезло в кармане невообразимо широких шароваров, и приграничник зычно крикнул:

- Пропустить дипломатическую миссею!

Не знаю, кто такой 'миссея', но пропустили нас. Проезжая через ржавые ворота услышала глухое 'Благодарю вас' от графа.

- Сочтемся, - ласково улыбнувшись, ответила я.

Я умею быть хорошей, иногда.

Авердар был неизменен, как и великая душа авердарцев, в смысле грязный, замусоленный, вонючий, зато улицы широкие. Проехав по деревянным настилам мимо деревянных же домов, мы таки добрались до княжеского двора, ни разу потянувшись за носовыми платочками. Было сложно, в глазах наших стояли слезы, в горле комом запах мочи, но… мы, гарендарцы, народ горный и суровый, мы стойко вынесли это испытание. Ну да ладно, не будем о грустном, зимой, когда в данной столице наличествуют желтые снежные сугробы и дымятся кучки далеко не конского навоза, бывает еще хуже.

Нас уже ожидали.

У белокаменного дворца за… деревянной оградой более приличествующей барскому имению, толпились представители Ситрана, Герверы, Охтиера, то есть все наши северные соседи. Злобствовать собрались, падлы. Ну-ну, злобствуйте.

- Меня нет,- предупредила я графа, кутаясь в плащ с капюшоном.

По сути, пока моих глаз не видно меня принимают за любовницу кого-либо из миссии, и внимание уделяется мне ровно столько, сколько любой привлекательной женщине, но мои глаза… Янтарно-желтые, змеиные и, самое прискорбное, весьма запоминающиеся…

Наш отряд в двенадцать человек, из которых двое представителей Гарендара, девять стражников и я - дама в черном.

Граф Витенцио был вынужден остановиться и расшаркиваться с представителями соседних держав, стараясь сохранить хорошую мину при паршивейшей игре, а я… я инкогнито, мне соблюдать традиции дипломатического этикета не обязательно.

Вместе со вторым представителем, секретарем графа юным Элверо Трейли мы проехали к конюшне, где мне пришлось долго ожидать пока, наконец, соизволят снять с лошади. Нет, спешиться сложности не представляло, но не имело и смысла привлекать к себе повышенное внимание. Так что сидим, окрестностями любуемся.

Конюшня была забита до отказа, однако сомневаюсь, что лошади питали друг к другу столь же сильные чувства, как дипломатические представители.

В широкой, как и сам местный тронный зал, конюшне, в дальних стойлах меланхолично жевали овес рыже-пегие монстры из Ситрана, значит, Праден прибыл первым. Ну, как и всегда, явно они постарались прибыть накануне, дабы медленно, но упорно, аккурат, как и их лошади, проложить путь к Лорду-протектору. В стойлах справа возвышались скакуны из Варатона, красно-серые монстры, которых, кстати, на людей натаскивали. Да-да, любят они такие забавы, пуская лошадей вскачь за беглыми рабами. Дальше в порядке приближения к выходу из конюшни располагались четвероногие транспорты Геверы, Охтиера, Мейлона и ближе всего стражники завели наших лошадей. Потрясающе, мы умудрились прибыть последними.

- Леди,- чей-то хрипловатый и нагловатый голос оторвал меня от обзора лошадиных морд и деревянных стоил,- вам помочь?

Ух ты какоооооой! Я протянула руки раньше, чем подумала об этом.

Данный индивид требовал детального описания. Начнем с рук - сильные, мускулистые и очень нежные… я таю. Лицо с квадратным придающим мужественность подбородком, и при этом совершенно обезоруживающая искренняя улыбка, потрясающее сочетание. Ну, глаза особого внимания не заслуживали, банальный карий цвет. Шевелюра черная, волосы, на удивление ухоженные, собраны в хвост. Так, а вот бриллиантовая капелька в мочке левого уха, заставила рассматривать данного субъекта не с точки зрения истосковавшейся по мужской ласке женщины (между прочим, все утро без мужика), а с точки зрения верной слуги тигрика.

Все время рассуждений о его внешности, я стояла, нагло обнимая этого излишне любезного, и уже планировала небольшое развлечение до судебного заседания, но теперь…

- Благодарю вас,- произношу безэмоциональным тоном, и отступаю.

- И все? - нагло поинтересовался столь неосмотрительно мною обласканный.

Я его понимаю - леди, в процессе помощи спуститься с лошади, прижалась к нему всеми имеющимися прелестями, даря надежду на продолжение, и тут такое крушение всех надежд.

Уж извини дорогой, ты внешне весьма и весьма, да и вообще наглых люблю, особенно таких мужественных и одетых скромно но со вкусом, но бриллиантовая серьга в ухе может означать лишь одно - ты лигеец, милый.

Стараюсь обойти субъекта по дуге, так как Элверо уже ожидает, нервно поглядывая. Лигеец оглянулся на худосочного блондинистого Элверо, явно не счел его соперником, и нарушая все традиции этикета, перехватив меня за запястье, прижал к себе:

- Я лучше, милая,- прошептал сей любвеобильный монстр, почти касаясь моих губ.

Ооох, мальчики и их игры в 'самый-самый… длинный'. Очаровательно улыбаюсь субъекту, почти болезненно сожалея о том, что развлечься не получится, и ласково произношу:

- Зато он, - кивок в сторону бледного секретаря,- знает все о наслаждении. Сила, мой друг, в постели не главное…

Меня отпустили мгновенно. Еще бы, после такого-то.

Скрыв улыбку, подхожу к Элверо и… я все же оглянулась: Среди лошадей разводимых конюхами по боковым конюшням, стражников, спокойно прогуливающихся и налаживающих межгосударственные связи, стоял взбешенный лигеец в сумрачно-сером одеянии, и создавалось ощущение, что даже его серьга гневно поблескивает.

И на сей гневной ноте остановиться бы тебе, Зелея, но нет - люблю я патовые ситуации! И продолжая откровенно злорадно смотреть на лигейца, я схватила за воротник несчастного секретаря Трейли, потянула не посмевшего сопротивляться юношу к себе, и подарила ему один из лучших поцелуев в его жизни. Кстати, целуется юный Элверо весьма и весьма, нужно будет запомнить… на будущее. Хотя нет, слишком уж он эмоциональный, и… сильней.

- Лорд Элверо,- старательно освободив рот для разговора возопила я,- повежливее!

- Я… - меня мгновенно отпустили, покраснели до корней волос, став столь милым, что сердиться я уже не могла и золотоволосый юноша, просто мечта юных леди, поспешил оправдаться.- Леди Зелея я…

- Проявили неоправданное рвение,- я потрепала его по нежной, тщательно выбритой щечке,- идемте.

Преданно-щенячий взгляд и радостное: 'Поспешим'. Спеши-спеши, милый, а я посмотрю как там дружественный державе нашей лигеец.

Небрежно оглядываюсь, совершенно естественным жестом, будто поправляю капюшон и с трудом сдерживаю вздох разочарования - тот, для кого и было все представление, самым подлым образом отсутствовал. Мдя, незадача.

- Леди,- позвал меня Элверо, и пришлось идти в тронный зал князя, для сегодняшнего дня переделанный в зал судебного заседания.

Войдя во дворец мы протолкались сквозь толпу ошалело метавшихся слуг… с перегаром, толстопузых и бородатых представителей местной знати, которые не желали уступить дорогу даже женщине, и наконец добрались до цивилизации - то есть представителей иных государств. Вот тут леди, то есть меня, с поклоном пропускали, пытаясь рассмотреть скрытое капюшоном лицо. И не мечтайте, я буду сидеть впереди за столом Гарендара, посему о том кто я, вы сумеете узнать лишь по завершению заседания.

Пройдя к столу, за которым уже сидел бледный граф Витецио, я грациозно опустилась рядом, уже понимая, что сейчас услышу:

- Нам конец! - выдал мой бледный подчиненный.

- Ну что вы, граф,- я накрыла его дрожащую ладонь своей, затянутой в черную перчатку,- и не из такого дерьма выбирались.

Оглянувшись, я с удивлением подумала, что они неплохо потрудились тут, ради приезда Лорда-протектора. Тянутся аверданцы к цивилизации, старательно тянутся. В общем, весь тронный зал поделили на две части - зрителей отделили деревянным заборчиком, примерно в метр высотой, два стола справа и слева были предназначены для конфликтующих сторон - нас и аверарцев. Трон куда-то уволокли и на возвышении, для княжеского седалища предназначенном, возвышалась судейская трибуна. Ну, просто нет слов, один сплошной восторг. А мы, кстати, сидим слева от судьи…

- Это… это недопустимо! - простонал секретарь Трейли, занимая свое место рядом. - Их защищает Оланский!

Даааа, вот это уже не радостно. Я полагала, что мы будем беседовать с авердарцами, ан оказывается. Да уж, и главное все по правилам - маркиз принял подданство Аверда! И ладно бы этот изворотливый змей был просто моим предшественником, так нет же, он еще и мой учитель. Конечно, оставалась еще надежда, что Элверо ошибся, но тут я краем глаза заметила входящего светловолосого лорда. Высокий, худощавый, эдакий вариант поджарого хищника без страха и упрека готового пожрать желанную добычу. И одевался он по моде родного королевства, в своей излюбленной бежево-золотистой гамме, видимо, считая ниже собственного достоинства надевать камзолы и кафтаны новой родины. И все же постарел, в светлых волосах седые пряди, вокруг рта скорбные злые морщины, выдававшие его глупую привычку презрительно поджимать губы по любому поводу. Оланский когда-то был самым блистательным из лордов Гарендара, начальником Тайной Канцелярии и министром внутренних дел по совместительству. Этот обаятельный мерзавец разбивал сердце за сердцем. И кто знает, возможно, он и сейчас был бы видным политиком Гарендара, если бы однажды мимоходом не разбил, а затем раздавил сердечко юной леди из рода Серых Рысей.

Кстати обо мне - он просто не мог меня не заметить! И действительно, развернувшись и одарив меня одной из самых убийственных улыбок, маркиз перешел к активным действиям:

- Леди Зелея,- громко, на весь зал поприветствовал меня Оланский.

Поднялся шум среди присутствующих, как-никак я меня здесь знали.

- Лорд Майсе,- любезно ответила я, мысленно проклиная его, а в проклятиях я мастер.

- Леди Зелея, удивлен! - продолжил Оланский.

- Лорд Майсе, я тоже! - не осталась в долгу я.

- Леди Зелея… - он хищно оскалился,- полагаю, вы не откажетесь уделить мне несколько минут, после вашего тотального поражения в судебном разбирательстве.

Я просто не могла смолчать:

- У вас давно женщины не было, лорд Майсе? - он даже посерел от негодования. И я добавила шепотом, так, чтобы остальные не слышали.- Что, авердарские коровы вас не устраивают? Так переходите на… быков, лорд Майсе, опыт у вас уже имеется!

Граф Витецио и секретарь Элверо молча уставились на меня, не понимая о чем речь. Но ты, Майсе, помнишь… Ты все помнишь, мой дорогой жестокий учитель, а теперь еще и знаешь, кто именно, организовал то милое свидание.

- Стерва! - прошипел взбешенный Оланский.

- Вашими стараниями, друг мой,- любезно ответила я,- все исключительно вашими стараниями!

Если бы он только мог, придушил бы собственными руками… но увы, мой дорогой, тот единственный шанс, который у вас был, безвозвратно утерян.

- Я размажу вас по этому каменному полу, леди Зелея,- он едва не рычал от ярости.

Я продолжала любезно улыбаться. Подумаешь у вас свидетели, а мы вообще напали весьма вероломно… и тупо оставили улики! Ррр, после данного заседания я лично побеседую с генералом Танеро. Лично! С применением плетки… хотя… Так, не о том думаю. Совсем не о том. До появления Оланского планировалось тупо не соглашаться с обвинениями, шанс на положительное решение был призрачным, но был… Увы - с Оланским так не поиграешь.

- Граф,- позвала я подчиненного,- меняем тактику и стратегию.

- Слушаю,- с энтузиазмом поддержал Витенцио.

А я… загорелась идеей! Даааа! Мы провернем и это.

- Слушайте внимательно, мой милый, вы согласитесь со всеми обвинениями…

- Но… - прервал меня граф.

- Молчать! - ненавижу, когда перебивают.- Вы согласитесь со всеми обвинениями, милый мой, ответите 'да' на все обвинения Оланского, но затем начнете описывать сам Авердан, укажите на все те мерзости, столь присущие княжеству. В вашей речи вы должны употреблять 'а', 'но' в следующих вариациях: Лига Свободных Государств стремиться… и далее, а затем - но Авердан… То есть неважно, что вы будете говорить, граф, важно, что вы должны выражать принадлежность Гарендара к Лиге союзом 'и', выделяя, что мы на одной стороне с ними, а вот Авердан противопоставляйте, используя 'но' и 'а'.

Граф задумчиво смотрел на меня, уже раздумывая над заданием.

- Не важно - правы мы или нет, Витецио,- пояснила я,- важно, что мы хорошие и правильные, а они подлые и мерзкие. Завоюйте публику, граф, в этом вы мастер. Заставьте их сочувствовать и сопереживать. Один политик - это равный противник, но толпа это зверь, граф, приручите этого зверя!

- Хорошо,- задумчиво согласился Витецио,- с этим я справлюсь, но как быть с Лордом-протектором?

- А это уже мои трудности,- я подмигнула немолодому темноволосому дипломату,- ну же, граф, поиграем. Мы ничего не теряем в любом случае, а приобрести можем многое, вплоть до фактического разрешения проворачивать подобное на территории Аверда и дальше.

- Игра на грани,- заметил этот мудрый человек.- А знаете, леди Зелея, я с вами! Я сумею очаровать толпу, они будут ловить каждое мое слово!

- Горжусь вами, мой граф,- игриво заметила я. - Соблазните их, заставьте отдаться вам за красивые глазки, пусть рыдают от сочувствия и восторга, мне нужна неадекватная толпа, граф.

Взяв лист бумаги из папки, я схватила перо и начала набрасывать примерную структуру речи для Витецио, ставя пометки и подчеркивая моменты которые необходимо будет выделить особой тональностью.

Внезапно стало тихо и я машинально поднялась со всеми, выражая таким образом уважение к председателю Лиги герцогу Пирнеру Лерейскому. Дописав слово, стремительно подняла голову и замерла, на мгновение ослепленная бриллиантовой серьгой. Вот демоны, это лигеец!

Тааак, вдох и выдох. И смотрит, подлец, прямо в мои глаза, своими карими гляделками! Вот тебе, Рыська, и подергала змею за хвост! Духи севера! Что же делать-то! Стоп! Стой, остановись, тормози! Это лигеец, ему максимум тридцать пять, он не может быть Лордом-протектором, их назначают обычно в возрасте от пятидесяти. Ах, сразу стало легче, вот теперь можно и обаятельно улыбнуться наглецу, который все еще продолжает стоять перед трибуной и пристально смотреть на меня.

Да вы невежа, лорд. Нет, ну я понимаю, что хороша, причем, весьма и весьма, да и черный цвет великолепно идет к моим янтарным глазкам, ну а губы я предпочитаю подкрашивать соком алары, и красные и не смывается такой макияж сутки как минимум, причем можно злоупотреблять лобызаниями сколько угодно. Так что да, я все же привлекательна, но… это не повод так пялиться!

Боковая дверь открылась, и вошел средний такой человек. Простецкое лицо, средний рост, волосы средней длины седовато-серого цвета, глаза водянисто серые, щеки обвислые, явно лорд недавно перенес изнурительную болезнь. Одежда в стиле Лиги - скромно, но со вкусом, без манжетов и оборочек, как одевались наши лорды, и без наличия широких форм и красочных тканей, как предпочитали наряжаться южане и в частности авердарцы.

В атмосфере почтительного молчания присутствующих, Лорд-протектор (даже не сомневаюсь что это он) подошел к мрачно разглядывающему меня лигейцу и вежливо произнес:

- Лорд-каратель, вы можете занять место в зале, либо я распоряжусь…

- Я сяду у стены,- несколько резко ответил лигеец и, отвернувшись от меня, направился к избранному месту.

Кресло ему принесли мгновенно… неудивительно! Лорд-каратель! О, Духи гор! Зачем Лига прислала самого страшного из шести лордов правителей? Лорд-каратель, непобедимый Равеяр Шренаро Араввис.

Граф коснулся меня дрожащей рукой, и я ответила излишне резко, хоть и шепотом, но прозвучало грубо:

- Ничего не меняется! Действуем по плану.

И все - я отключилась от событий! Теперь для меня не существовало Лорда-карателя, злобствующего маркиза Оланского и графа Витецио - я смотрела только на Лорда - протектора, пытаясь уловить его эмоции. Мне нужна была реакция, эмоциональная зацепка - любая! И я продолжала следить, с отчаянием понимая, что герцог Лерейский на редкость сдержанный человек. Отвратительно просто! Мне нужна его эмоция! Любая! Ну, давай же! Глухо! Придется действовать грубыми методами. Я бросаю быстрый взгляд на Элверо и хрипло приказываю:

- Уроните папку на пол так, чтобы листочки разлетелись как можно дальше! Затем соберете все…

- Но,- попытался возразить секретарь.

- Немедленно! - ледяным тоном отрезала я.

Лорд Трейли сделал неловкий жест рукой и папка с документами упала… желтые исписанные листы разлетелись вокруг. Секретарь глухо извинился и бросился поднимать бумаги, а я… Поймала раздражение! У Лорда-протектора лишь щека дернулась, но мне этого было достаточно.

Я зафиксировала и начала действовать. Это всего лишь моя рука на столе, но с нее я стянула перчатку и яркое кольцо, столь же янтарное как цвет моих очей, заставляет Лорда-протектора краем глаза следить за мной. А теперь закрепляем - граф Витецио произносит откровенную тупость, играя на публику, и герцог Лерейский столь же откровенно проявляет гнев - фиксирую сжатием руки в кулак. Но вот мой подшефный начинает говорить то, с чем герцог не может не согласиться, и я словно невзначай поглаживаю стол, будто успокаиваясь.

Еще немного подстраиваюсь под его эмоции, но едва слово берет маркиз, начинается моя партия. Первое же патетическое заявление Оланского - я сжимаю пальцы в кулак и… Лорд-протектор начинает неосознанно испытывать раздражение. Он еще не понимает почему, но стоит заговорить Оланскому, и герцог начинает медленно вскипать, его нервы сжимаются в тугой узел… как мой кулак. Но вот выступает граф Витецио, и Лорд-протектор ощущает умиротворение и согласие. А знаете что в этом самое замечательное? Никакой магии! Совершенно никакой магии, я не владею силой. Оно и к лучшему, иначе стражники уже взяли бы в кольцо и выведя во двор приказали бы сжечь - магов у нас не терпят.

А я продолжаю играть свою партию. Она не ведущая, я играю в тени графа Витецио, но моя партия не менее значима… Ты проиграл, Олански, ты проиграл!

И уже не важно все то, что здесь было произнесено, потому что Витецио исполнил свою роль виртуозно, и теперь есть мы - цивилизованные государства и вы - варварский Аверд. И не имеет значения, что совершили мы, ведь один лишь факт вашего существования откровенное оскорбление наших держав. Выплатить вам моральный ущерб? Зачем! Авердарцы этих денег не увидят, потому что их пропьют ваши чиновники-взяточники, разве нет? Ах, вы еще смеете утверждать, что авердарские чиновники не берут взяток?! Да теперь вы просто смешны, маркиз Олански! Над вами потешается весь зал и представители всех держав, которые на нашей, заметьте стороне. Ммм, теперь вы пытаетесь убедить нас, что эти деньги нужны семьям шахтеров… Ну-ну, еще и убедите нас в том, что они не пьют… Вот-вот, о чем и речь - вы смешны, мой дорогой Олански.

- Хватит! - герцог Лерейский даже не задумывается над тем, отчего это он вдруг столь эмоционально стал реагировать на речь Оланского…

Ну, зато я перестаралась, и ноготки теперь явно оставят полукруглые следы на ладони… не стоило так сильно сжимать кулак, с другой стороны театр абсурда достиг своего апогея и надо действовать скорее.

- Маркиз Олански,- между тем продолжал Лорд-протектор,- ваши финансовые притязания не имеют смысла!

(Ты моя радость, я почти люблю вас, герцог!)

- Представитель Гарендара должен принести извинения князю Давиру, и клятвенно заверить, что подобное более не повторится!

(Конечно, не повторится, теперь мы будем горааааздо осторожнее, а с генералом я все же побеседую).

- На этом заседание завершено! Все свободны! - и уже тише, но мы-то впереди сидящие расслышали, герцог произнес. - Авердан покидаем немедленно… меня раздражает это государство.

(Меня тоже.)

И лично мне пришлось очень низко опустить голову, чтобы скрыть довольную усмешку. Мой тигрик будет весьма и весьма доволен.

Нас поздравляли! Все те, кто еще в полдень злорадствовал, сейчас искренне поздравляли - вот он эффект толпы. Конечно, экстаз схлынет едва сановники и лорды начнут размышлять, но сейчас…

- Авердан покидаем немедленно,- сказала я, проходя мимо принимающего поздравления графа Веденски, и набрасывая капюшон.

Он кивнул в ответ, не имея возможности ответить, а мы с Элверо направились к конюшням. Ожидающим на выходе из дворца гарендарским стражникам было приказано немедленно привести лошадей, и нас с Элверо оставили наедине.

- Заседание продолжалось четыре часа,- заметил секретарь.

- Надо же, я и не заметила,- полуприкрыв глаза я безмятежно наслаждалась лучами заходящего солнца. - Переночуем в имении барона Левери… я устала ужасно, и все же находиться в Аверде это выше моих сил.

- Мы доберемся к поместью барона лишь к полуночи,- недовольно заметил секретарь Трейли.

- Мы поторопимся,- позволив ноткам раздражения проявиться, ответила я.

Внезапно меня любимую закрыла от солнца чья-то тень. Открыв глаза, я мгновенно закрыла их снова - бриллиантовая серьга почти ослепила переливами света.

- Желаете поздравить нас с удачным завершением неприятного дела, Лорд-каратель? - вежливо поинтересовалась я.

Вот оно эмоциональное напряжение и концентрация внимания на одном объекте - я совершенно забыла о лорде Равеяре. Потрясающе! И чего мне ждать от вас, многоуважаемый лорд?!

Я заставила себя посмотреть на него. Красив, стервец! Хорош, как только может быть хорош идеальный любовник - мужественный, сильный, страстный. И я, пожалуй, станцевала бы этот танец с вами, лорд, но… ненавижу лигейцев!

- Я наблюдал за вами! - сообщил мне непобедимый Равеяр Шренаро Араввис.

- Польщена,- смутилась я и захлопала ресничками.

- Я наблюдал пристально! - продолжил намекать Лорд-каратель.

- Ну что вы,- я даже чуть покраснела от 'смущения',- мне двадцать семь, я уже не столь пленительна как шестнадцатилетние девы… И все же от всего сердца благодарю, вы позволили мне вновь ощутить себя привлекательной.

Съел? Жуй медленно, чтобы не подавиться, лигеец!

Несмотря на внешнюю суровость, Лорд-каратель несколько смутился. Не удивительно! Он собирался наговорить мне массу нелицеприятного, а в результате я поблагодарила за комплимент. Вы сами виноваты, мой лорд, именно вы допустили двусмысленность в нашей беседе, а я просто выбрала тот смысл, который мне был приятнее.

Так как я держала глазки опущенными, то не заметить подведенных стражами лошадей не могла, сзади подошел граф Витецио, и пришлось завершать очередное представление.

- Лорд Шренаро Араввис,- я присела в низком реверансе,- вы подняли мою самооценку до немыслимых высот. Благодарю вас. Но день был крайне утомительным, прошу простить нас. И пусть Боги Света одарят вас дарами, шиаргене.

Шиаргене - воин света, высшее признание заслуг воина. А теперь скажите честно - вы сумели бы оскорбить человека, который выразил вам искреннее восхищение? Вот-вот, о чем и речь. И Лорд-каратель лишь прошипел сквозь зубы:

- Пусть путь ваш устилают духи!

Это пожелание удачного пути. Да-да, спасибо мой лорд. Еще один реверанс, поклоны моих спутников и мы… поспешно ретируемся.

Из Авердара выехали весьма быстро, ароматы города способствовали ускорению. Едва отъехали подальше от городских стен, я пустила коня галопом, стараясь успокоить накатывающую панику.

Нервы, переживания, концентрация и повторно перенервничала из-за лигейца. Результат - эта проклятая нервная болезнь! И я задыхаюсь, дико боясь, что не смогу сделать еще хоть вздох.

- Леди Зелея!

Крик охранника Вейслера, стал последним, что я услышала перед тем, как мир накрыл удушливой волной. Как все паршиво-то, а!

- Леди,- кто-то осторожно потряс за плечи,- мдя, безрезультатно.

И меня куда-то понесли. Послышалось щебетание птиц, легкий ветерок ранней осени коснулся растрепавшихся волос, безвольно висевшая рука задела траву… Так, меня несут! Видимо в лес. А где у нас лес? Правильно, в часе езды от Авердара. А мы как далеко успели отъехать? На четверть часа, не больше. Делаем выводы… меня несут по лесу. Остался вопрос 'кто'?

- Лорд-каратель,- послышался встревоженный голос явно бегущего позади графа Витецио,- что вы собираетесь делать?

Изнасиловать! Нет, а что еще может собираться делать мужик, когда тащит бессознательную леди, банально выражаясь 'в кусты'?

Гораздо интереснее ответ на вопрос: А что делать мне?!

- Вернитесь к отряду,- несколько грубо приказал лорд Равеяр.

Все, точно собирается насиловать, но свидетелей, видимо, смущается. Стеснительный какой. Потрясающе просто!

Впереди послышался шум воды и я испуганно открыла глаза. Пусть лучше насилует, чем утопит.

- Леди Зелея, - мое возвращение в ряды сознательных и здравствующих не осталось без внимания,- вам уже лучше?

- Гораздо,- на лорда я не смотрела, испуганно вглядываясь туда, где слышалась бурлящая вода,- отпустите меня, ради Света!

Леса тут были темные, в основном сосновые, потому я видела лишь голые стволы сосен и одного, неизвестно как сюда затесавшегося дуба, усеянную ржавой хвоей землю и несколько кустарников. И за этими деревьями шумела вода!

- Отпустите меня, пожалуйста,- уже начиная дрожать, попросила я.

- Леди Зелея, вы боитесь воды? - ПРОДОЛЖАЯ идти, любезно осведомился лигеец.

Естественно боюсь! Меня два раза утопить пытались, второй раз тигрик едва успел спасти, и с тех пор как-то не тянет меня к водным просторам… совсем не тянет.

- ОТПУСТИТЕ! - мой вопль заставил его вздрогнуть.

Меня осторожно поставили на ноги, и отошли на шаг. Тьма накатила, вынуждая схватиться за лигейца. Поддержал, обнял за плечи, вежливо подождал, пока восстановлю дыхание.

- Спасибо,- и это было искренне.

- Не за что, я просто хотел отнести вас к ручью. Воды у ваших провожатых не оказалось, только спиртное…- не скрывая осуждения, произнес Лорд-каратель.

Откуда ему знать, что пить, придя в чувства, я предпочитаю что-то алкогольное - не только прочищает разум, но и… так хорошо становится. Впрочем, лучшее средство защиты - нападение, посему я невинно интересуюсь:

- А почему у вас воды не было?

Да, провокационные вопросы это по моей части.

Но, как оказалось, Лорд-каратель и сам умел преподносить сюрпризы:

- Знаете, Зелея,- заметьте 'леди' он не употребил,- вы действительно очень привлекательная девушка…

Так, судя по всему, деву привели в чувства и переходим ко второму этапу общения - собственно интимному. Размечтались вы, непобедимый Равеяр.

- Ну что вы,- старательно хлопаю ресницами,- какая с меня девушка…- смотрит осуждающе, явно думая, что я про возраст. Как бы не так, милый, я о том самом.- Я уже давно женщина, лорд Равеяр.

Да, гнев в исполнении лигейца это определенно нечто новое и любопытное, вот только:

- Вечереет,- я многозначительно посмотрела на виднеющиеся куски неба,- нам нужно продолжать путь, да и здоровье мое, как вы сами имели возможность удостовериться, не позволяет длительных прогулок вдалеке от дома. - ну и убийственное.- Пожалейте меня, лорд Равеяр.

Мне протянули руку и молча вывели из леса. В голове шумело, ноги тряслись от слабости, но… я выглядела цветуще. По меньшей мере, старалась.

Как выяснилось, кортеж Лорда-протектора двигался в сторону Ситрана. Дорога из Авердара одна, посему вскоре они нагнали мой отряд, и их внимание привлекла бледная и бессознательная я, лежащая на руках Вейслера. Лорд-каратель не обратил внимания на увещевания графа Витецио, сообщившего, что со мной подобное иной раз случается, и я вскоре приду в себя, поэтому решил меня спасти. Ух, ты мой благородный лорд… точнее не мой, упаси меня духи от подобного!

Останавливаться на ночь в имении барона я не пожелала. Я очень хотела сейчас к Нему! Очень! И подгоняя лошадь, заставила остальных на пределе сил и возможностей следовать за мной. Лишь на рассвете, встречая туманное горное утро, я чуть притормозила обессилевшего коня, как и всегда любуясь своим новым домом - Королевский дворец, великий Шаранар, был прекрасен даже в обрывках молочно белого тумана.

- Хэйя! - и я гоню животное на опускающийся подвесной мост.

Конь проносится, оглушая окрестные горы перестуком копыт, влетает во внутренний дворик и я спрыгиваю прежде, чем ко мне подбегает сонный лакей. Прочь, все прочь! Я буду сильной завтра! Завтра я буду решительной и властной! Завтра я буду карать и миловать, интриговать и играть не по правилам, все завтра…

А сейчас я стремительно поднимаюсь по витой мраморной лестнице, отстегнув плащ, который с шелестом упал на ступени, снимая и отбрасывая перчатки, разматывая шарф с шеи и бросая его на белоснежные ступени, расстегивая платье…

Стражники, как и всегда, почтительно склоняются, когда я, распахнув двери, врываюсь в королевские покои, почти бегу по устланным верейскими коврами переходам и на мгновение замираю у дверей в его спальню…

- Рыська, ты уже вернулась? - слышится его хриплый от сна голос.

Почувствовал. Всегда чувствует. Мой Тигрик.

И я смело вхожу в его спальню, стремительно избавляясь от туфелек, запрыгиваю в его мягкую постель.

- Милая,- он встречает поцелуем,- ты опять?

- Саер,- я обхватываю ладонями лицо своего повелителя и тихо прошу,- я хочу почувствовать себя живой…

Саерей Первый Меняющий Судьбы, самым наглым образом пытался меня… разбудить. А вот не проснусь! Не проснусь и все! Буду лежать, тихо постанывать под его поцелуями… которые спускаются по спине все ниже и…

- Ай! За попу кусать не надо, а?

Хохочет, гад!

- А что делать, если вы, леди Зелея, изволили меня игнорировать на завтрак и на обед… но, Рыська, ты ничего ведь не ела, идем ужинать.

Еда… да, надо бы, но вылезать из теплой постельки нет никакого желания…

- Рыська, покусаю! - вполне серьезно предупредил мой король.

- Тиран! Деспот! Сатрап…

- Сама напросилась!

- Ай!

Пришлось все же открыть глаза, повернуться, спрятав таким образом поруганную филейную часть и попытаться выглядеть грозной. В конце-концов я ради него!.. Да я… А он!

- Какие мы грозные,- заметил мой сюзерен,- и злые… и соблазнительные…

Голос Тигрика приобрел весьма возбуждающие нотки, но я действительно проголодалась, а потому:

- Да, я такая…- резко поднимаюсь, не утруждаясь испытывать стеснение по столь незначительному факту как полнейшее отсутствие одежды.- Нравлюсь?

- Очень,- жадно разглядывая обнаженную меня, ответил Саер.- Граф Витецио готов молиться на тебя после вашего выступления в Авердаре, но… меня гораздо больше позабавила реакция его юного секретаря Элверо Трейли.

Тянусь за халатом, не моим, но Тигрик не против, медленно надеваю и пока завязываю пояс, есть время подумать:

1. Саер в курсе нашего триумфа.

2. Мальчишка Элверо не забыл наш поцелуй и видимо уже строит планы на продолжение. Я-то не против, но зачем он повел себя столь неосмотрительно, что Тигрик догадался?

3. Не пойман, не вор.

- Рыська, мне не нравится твой хитрый взгляд,- подметил тигрик,- планируешь сменить любовника?

- Ты против? - лукаво поинтересовалась я.

- Против,- подтвердил мой король.

- Приятно слышать! - не могу сдержать улыбку.

- Не потерплю мальчишку! - угрожающе намекнул монарх Гарендара.

- Но я же терплю твою баронессу!- мне в принципе совершенно все равно с кем и как он развлекается в мое отсутствие, но как козырь сгодится.

Задумался. Ну-ну. С нашим темпераментом подобные разговоры возникают с завидной регулярностью, впрочем, Саер уже реагирует спокойнее, раньше он предпочитал лично наказывать моих любовников, сейчас же поручает это страже, видимо, возраст сказывается. И все же какой он красивый: Светло каштановые волосы мягкими волнами спускаются на плечи, высокий лоб, орлиный нос и нежные губы, а глаза чуть раскосые, как и у меня, но у тигрика ярко зеленые, завораживающие своей красотой. И вообще схожего с рыже-полосатым хищником много - и звериная грация, и мускулатура, не явная, как у большинства тяжеловооруженных рыцарей, но в силе мой король им не уступит, и уверенность у Саера под стать хозяину горных лесов. Завораживающе прекрасный, но пугающе опасный, справедливый, но жестокий, не высокий, но когда он входит в помещение в нем каждый признает лидера…

- Нравлюсь? - заметив мой взгляд, полюбопытствовал Тигрик.

- Ты знаешь ответ,- с улыбкой ответила я и покинула королевские покои.

Возможно, я даже люблю его… возможно, но скорее всего это просто привязанность смешанная с нежностью, благодарностью и… Тигрик потрясающий любовник. Лучший из всех, кто когда-либо у меня был. Наши первые дни в совместных поисках 'удовольствия на грани' придворные не забудут никогда. Пожалуй, самый оригинальный случай произошел на охоте, когда нас, весьма увлеченных процессом, застиг… медведь. По сути, я, не обремененная общением посредством холодного оружия с представителем местной фауны, успела надеть платье к появлению стражников, но никто из охранников, подоспевших егерей и придворных никогда не забудет обнаженного монарха со шпагой в руках отбивающегося от разъяренного животного.

Ну, зато зрелище было эффектным - Саерей в полной боевой готовности и медведь, видимо посчитавший сей факт личным оскорблением. В общем, мой Тигрик выигрывал по всем показателям, и когда медведь был благополучно пристрелен одним из егерей, я поспешила выразить восхищение мужеством монарха. Восхищение носило вербальное выражение, в процессе подбирания с земли чулок, белья и шпилек. С тех пор я гордо ношу звание 'Распутница' среди придворных и 'предательница' от моего Тигрика. Интересно, по его мнению, мне в знак солидарности полагалось тоже голой вокруг бурого мишки прыгать?

Именно с того дня, как нас буквально 'застиг на горяченьком' медведь, я фактически получила звание официальной любовницы. Тот факт, что уже на балу мы активно развлекались с монархом по отдельности, вызвал среди придворных бурю непонимания. В результате какая-то тварь языкастая, сообщила Тигрику где и с кем я позволила себе уединиться, и он, оставив сестер Ватерн поспешно одеваться, рванул через весь дворец в маленькую комнатку едва прибывшего на королевскую службу лейтенанта Ронаро. А у нас как раз самое веселенькое началось… в третий раз за вечер. На моей восторженной ноте ворвался монарх в состоянии праведного гнева, и милостиво полюбопытствовал, чем это мы тут занимаемся. Пришлось популярно объяснить, откуда дети берутся. В ту же ночь лейтенант завершил королевскую службу, а мне пришлось все объяснять монарху повторно, и на этот раз не в теории, а на практике.

Практиковаться нам понравилось, и практика в отличие от теории шла на 'ура'. Спустя неделю Тигрик увлекся прибывшей к Первому Весеннему балу маркизой Торнье, а я потеряла голову от рыцаря Илонсо. Нам с рыцарем было весело ровно половину ночи, но затем Тигрик, вспомнивший что у него вроде как и фаворитка имеется, решил поделиться со мной впечатлениями от маркизы.

Благодарного слушателя в моем лице он не обрел, зато я обзавелась новым званием: 'Шлюха!'. Именно это вопило его величество, избивая ногами рыцаря, пытающегося покинуть мою спальню на четвереньках. В результате Илонсо все же сумел выбраться из ада, как оказалось он и по-пластунски неплохо ползает. Впрочем, что ему еще оставалось с переломанными-то ребрами? После того, как нас оставили наедине, Тигрик обиженно спросил:

- Ты это специально, да, Рыська?

- Что вы имеете в виду? - удивленно переспросила я.

- Твоих любовников! - заорал тигрик.

После некоторых размышлений, я искренне ответила:

- Я же не могу ждать пока у вас, мой король, появится на меня время, а проводить ночи в одиночестве я не люблю… Во-первых, мне банально скучно, а во-вторых… мой темперамент не уступает твоему, Тигрик. Тебе ли не знать?

На некоторое время воцарилось молчание, после которого на весь дворец раздался рык:

- Убью!!!

- Да ради бога! - бесстрашно ответила я.

После чего раздался звон вазы, брошенной в меня Тигриком. Затем пала жертвой обиженного броска от меня хрустальная статуэтка. К утру перебив все, что можно было, освоив в качестве площади для разврата лестницу и две подземные камеры, в которые меня планировали запереть, мы с Саером пришли к консенсусу - двери королевской спальни для меня всегда открыты, а я обязуюсь спать каждую ночь в его постели. Король оставлял за собой право изредка пропадать на половину ночи, я выбила для себя право развлекаться днем, если очень захочется, а Тигрик будет занят. Консенсус был достигнут в том самом подземелье, после чего мы решили помириться.

И тогда у нас наступило перемирие… дня на три. В нашу идиллию вмешалась королева, которую возмутил следующий факт 'Почему эта шлюха имеет позволение ночевать в вашей постели, а я, Ваша супруга, не имею дозволения даже входить в спальню мужа?'. На что ворвавшейся в спальню королеве был дан вежливый ответ 'Потому что у вас есть собственная постель и спальня, и если мне захочется, я навещу вас сам'.

Но тут мне стало стыдно, и осторожно слезая с монарха, я попыталась оставить супругов наедине.

- Предательница! - сообщил мне тигрик.

- Это же не медведь! - возмутилась я.

- Это гораздо хуже,- спокойно ответил Саер, - медведь на мое орудие размножение не покушался, а она покушается!

Обвиненная в страшном, королева обиделась и сообщила:

- Да засуньте себе это в… - на этом воображение Ее Величества позорно капитулировало.

Но у нас с тигриком воображение было весьма живым и извращенным, и обоих посетила одна мысль - и как бы он мог это самое себе куда-либо засунуть?

- Нееет, никак,- после недолгих размышлений сообщила я.- Даже без вариантов.

- Поддерживаю,- сообщил лежащий на постели во всей красе тигрик,- но мне нравится направление ваших мыслей, дражайшая супруга, так что я, пожалуй, навещу вас сегодня.

На том и договорились. С тех пор в собственных покоях я появлялась не часто, и исключительно для того чтобы сменить одежду, в остальное же время приходилось контролировать порученные мне Тайную Канцелярию и Министерство Финансов, ну и темперамент тигрика требовал особого внимания.

*****

Спустя почти час после монаршего покушения на мою филейную часть, я поднималась вслед за лакеем в гостиную Ее Величества королевы Аллоры, где мы обычно и устраивали семейные ужины.

- Зелея,- приветствовала меня с порога королева,- неужели вы решили почтить нас своим присутствием?

Слуги низко поклонившись, покинули нас. Тигрик уже сидел за столом и самым беспардонным образом накладывал варенный рис с мясом в свою тарелку.

- Женщины мои,- заметив наше возмущение, произнес Саер,- сели за стол, живо!

Мы проигнорировали его приказ, потому как королева жаждала подробностей, и я не преминула их поведать:

- Он,- перст указующий на тигрика,- покушался на мой зад!

- Извращенец! - возмутилась королева.

- Да нет, не в том смысле,- печально сообщила я, направляясь к своему месту по левую руку от короля,- он меня покусал там!

- Странно,- присаживаясь, заметила королева,- за обедом король себе ни в чем не отказывал…

Саер подавился, долго откашливался, после чего сообщил:

- Если две самые близкие мне женщины столь невысокого обо мне мнения, чего же ожидать от подданных?!

- Подданных ты за попу не кусаешь! - накладывая себе в тарелку, сообщила я.

- Этого еще не хватало,- заметила Ее Величество. - Рыська, не томи, рассказывай уже про Лорда-карателя!

Пришлось, перемежая рассказ приемом пищи, поведать о случившемся. По завершению рассказа о судебном заседании мне рукоплескали (королева) и кивком выражали одобрение (король), но на этом веселье завершилось, так как я рассказала о происшествии в лесу.

- А он к тебе неравнодушен,- внезапно прервала меня Аллора.

- Кто? Элверо? Он мальчишка,- я улыбнулась переставшему жевать Тигрику.

- Я не о нем,- загадочно произнесла королева.

Мы с Саером переглянулись, и спросил все же он, но не то, что я ожидала:

- То есть не только мне показалось?

Ее Величество бросила на меня хитрый взгляд, а я, как и всегда, искренне восхитилась ее красотой. Аллора южанка: смуглая кожа, темные глаза, яркие губы, черные волнистые волосы - яркая красота обласканных солнцем дочерей юга, но при этом изысканность и утонченность, в сочетании с выдержкой и умением одарить одной улыбкой. Я, к сожалению, не обладаю и сотой долей ее царственного величия… а хотелось бы.

- Ваше Величество, вы о чем? - хмуро поинтересовалась я.

- Я? - изобразила искреннее удивление королева, но тут же лукаво добавила, - Лорд-каратель, непобедимый Равеяр Шренаро Араввис, вам это имя о чем-то говорит?

Тигрик взяв салфетку, старательно вытер руки, затем лицо, после налил нам всем вина.

- Нет,- я задумчиво сделала глоток,- ни-че-го! Он лигеец, а я… не сплю с лигейцами!

Пристальный взгляд Аллоры, и хитрое:

- Шагинар расположен рядом с Лигеей, так что… я тебя понимаю, Зеля, но… он проявил заботу, а лигейцы ничего и никогда не делают просто так.

Знаю! Слишком хорошо я это знаю! Слишком дорогой была цена за это знание!

- И мы возвращаемся к теме положения моей второй жены,- намекнул тигрик.

- Я подумаю,- искренне солгала я.

Ага, разбежалась и прыгнула! Предпочитаю быть фавориткой с правом не отказывать себе в удовольствиях, чем второй супругой с правом быть любимой и вечно ожидающей женщиной. Ненавижу ждать, по сути.

Аллора улыбнулась каким-то своим мыслям, затем задумчиво произнесла:

- Лигейцы ценят чувства, которые приходят внезапно. Двух моих подруг выкрали из дворца и поводом послужил тот факт, что девушки им очень понравились с первого взгляда. Стоит ли говорить, что мнения самих 'жертв чувств' не спрашивали?

Мы с Саером переглянулись - мы о лигейцах знали больше, но… это была наша тайна.

- Вы прибыли в Гарендар в возрасте шестнадцати лет,- начала я,- следовательно, вашим подругам едва ли было больше, но… мне двадцать семь, я не наивная девушка, я зрелая женщина и на роль возлюбленной уже не гожусь, не находите?

Проницательная королева все поняла без слов:

- Страшно?

- Очень,- не стала скрывать я.

Теперь во взгляде королевы не было и тени покровительственной насмешки, только сочувствие:

- Зеля, тебе ли страшиться? Ты дважды вернула Лорда-карателя к реальности, да и в способностях твоих у меня нет сомнений… В крайнем случае, отправишься налаживать контакты с горными кланами.

Но что-то подсказывало мне, что все только начинается…

История вторая: Горный клан Барсов

Я знаю, что ты меня хочешь… Ну, или захочешь, значения не имеет… Жаль, что ты этого еще не знаешь…

Огромный мрачный кабинет, отделанный темным деревом, тусклый свет из трех зарешеченных окон, длинный овальный стол, пятеро ненавидящих меня мужчин из самого воинственного горного клана и я - вроде как очень напуганная.

- Ты, шлюха Саера, смеешь появляться на территории моего рода и требовать чего-то там? Да я тебя…

Разгневанный барс - шикарное зрелище. У него светлые, почти белые волосы, яркие зеленые глаза в обрамлении столь же светлых ресниц и мужественный рот. Линия подбородка овальная, как и у большинства горных, но… у него есть одно неоспоримое преимущество - он мне понравился. Очень. Пожалуй, я даже задержусь в клане дня на три… сомневаюсь, что у мальчика хватит сил на большее.

Глава клана продолжает бушевать, обвиняя меня во всех смертных грехах и даже в тех, что просто обществом порицаются. Очаровательно, я так много нового узнала о себе за последний час. И ведь продолжает нещадно орать, совершенно не жалея мои бедные ушки.

Ладно, милый, сам напросился - переходим к играм по-взрослому…

- Вы, - издаю всхлип,- вы… как вы можете говорить подобное?

Слезы прокладывают два ручейка по щекам, всхлипываю и достаю платочек, снова всхлипываю, изображая желание сдержать рыдание.

Барсик в ауте, клипает белесыми ресницами и испуганно смотрит на советников. Ну, хороший мой, женские слезы страшное орудие, тут даже тигрик теряется, а уж он испытанный и наученный.

- Вы не знаете меня,- горькие рыдания прорываются очередной серией всхлипов,- вы ничего обо мне не знаете, но уже сделали выводы… А я… я к вам, сама, без охраны, полагаясь на вашу честь и благородство!

Кетаро молча сел в кресло, пытается сделать вид, что его тут вообще не существовало. Паршиво тебе, да? Думал, что воюешь со всем королевством, а оказалось что лишь со слабой женщиной, то есть мной. А уж я такая слаааабая… Хнык… Но, по сути, со слезами пора завязывать, ибо одно дело слезки и всхлипы и совсем иное красные глаза и опухший нос.

- Знаете,- издаю последний трагический всхлип,- о вас вообще говорят, что… вы с мальчиками балуетесь…

- ЧТО???? - взревел барс.

- Но я же в это не поверила, - поспешила устыдить его я, - и в россказни о том, что в клане Барсов детей едят… - теперь подскочили все советники, все четыре лорда,- и в это я тоже не верила ни на секунду. А вы…- судорожный вздох,- сделали выводы, основываясь на досужих сплетнях и разговорах…

И невысказанным осталось 'Ай-яй-яй, как не благородно, лорды'. Слова-то не высказаны, но все всё осознали и устыдились. Дааа, я такая.

Но это все игры, в которые можно играть бесконечно, а я люблю тратить время на более приятные вещи.

- Лорд Кетаро,- округляю глаза от восхищения и делаю вид, что только сейчас заметила огромную голову зубра над его столом,- а… это вы сами?

Двусмысленность, мой лорд, это попытка понять чего вы стоите. Я дала шанс и скажи вы, что это зубр, а не вы сами, разговор мог бы быть лишь деловым. Но вы, мой барсик, расправили плечи и поторопились поведать о своем подвиге. Ну-ну, я готова и послушать, тем более, когда с таким пафосом рассказывают, пытаясь сделать вид, что вам совершенно все равно, что я по этому поводу думаю.

- Это зубр,- делая вид что ни капли не гордится, сообщил лорд Кетар,- и да, я убил зверя сам, иначе не стал бы помещать чучело его головы в собственном кабинете, не находите?

Перевожу восхищенный взгляд с чучела на барсика и от восторга даже чуть приоткрываю ротик. Проникся, я о барсике. Ну, а теперь контрольный удар, мой лорд:

- И, кажется, я догадываюсь, почему вы поместили голову зубра именно здесь… - проникновенно произнесла я.

Напрягся, ожидает подлости либо прямого указания на факт показушничества. Нет, я же не настолько жестока, чтобы говорить мужчине правду, а потому на невысказанный, но молчаливо заданный вопрос, я отвечаю определенным образом:

- Ах,- выдох и на вдохе,- потому что, глядя на голову этого поистине гиганта, вы словно напоминаете себе, что для вас нет ничего невозможного! Что именно вы - хозяин гор!

Лицо барсика чуть смягчилось, плечи окончательно зафиксировались в гордой осанке истинного победителя, но силен - довольную улыбку сдержал, только взгляд чуть потеплел. Сдержанный и неприступный - моя слабость!

- Леди Зелея,- вот она лесть - только что была шлюхой, а уже 'леди',- оставим лишние разговоры. Зачем вы прибыли в мой клан?

За вами! За вашим мужественным ртом, с такими сжатыми губами, за возможностью обнять вас, за необходимость раствориться в ваших объятиях… все это говорили мои жесты, мое тело, моя невербальная речь. Я убрала платочек, взглянула на барсика из-под полуприкрытых ресниц, и словно невольным жестом облизнула губы. О, да, заметил. И мой восторг и мое 'невольно' высказанное желание. Теперь чуть изменим дыхание, словно я возбуждена, ммм, у кого-то зрачки расширились. Ну и коронное движение - снимаю перчатки и поправляю браслетик на запястье. Да-да, это всего лишь демонстрация нежной кожи на тыльной стороне запястья, но ничто не напоминает мужчине о женской хрупкости так, как этот жест. И вы уже не смотрите на меня как на врага, мой лорд, теперь я лишь слабая женщина в ваших глазах. И даже более того - я женщина, которая искренне восхищается вами, а тот, кто интересуется нами, тот интересен и нам самим.

- Дела, мой лорд, - опускаю глазки,- лишь скучные дела… Увы, после предательства маркиза Олански все дела Министерства финансов были сброшены на мои хрупкие плечи,- тяжелый вздох,- а это так утомительно… И дорога была непростой, я так устала и…

- Да,- барсик поднялся, обошел свой массивный стол и, подойдя ко мне, протянул руку,- леди Зелея, простите за проявленную неучтивость и будьте гостьей в моем доме.

Ну а теперь мой коронный номер - распахнутые от удивления глаза, выражение искренней благодарности и восхищения, ну и взгляд снизу вверх, что так возбуждает мужской род.

И я протягиваю руку, позволяя ему помочь мне подняться и в то же время, смущаясь от этого вынужденного прикосновения… О, я покраснела как невинная дева, к которой впервые прикоснулся мужчина. Пожалуй, в наш с ним первый раз я даже поизображаю невинность.

Спустя час, после ванной позволившей смыть дорожную пыль и переодевания в весьма оригинальное черно-золотое платье, я спускалась вслед за слугой в трапезную клана. Древний замок не радовал ни старыми местами плесневеющими стенами, ни переходами более приспособленные под уверенные мужские шаги, чем под женские на туфельках с каблучками. И я уже подозревала, что пропущу сей ужин из-за такой 'мелочи' как сломанный хребет, но тут впереди показалась подвижная фигура барсика, узнанная мной по светлым волосам.

- Мой лорд,- испуганно позвала я его.

Кетар стремительно обернулся, увидев меня, поджал губы. Ба, да нас как-никак обрабатывали за этот час и успели настроить против верной слуги Саерея. Ох, придется действовать несколько поспешнее, чем хотелось бы.

- Лорд Кетар,- в моем голосе страдальческие нотки,- молю вас о помощи…

Явно едва зубами не скрипел, но был вынужден проявить галантность и подойдя позволил взять себя под локоток.

Это мы так сознательно дистанцируемся?

- Для меня честь - проводить вас, леди Зелея! - отчеканил барсик.

В вашу сдержанность могла бы поверить какая-нибудь наивная леди, но только не я - мышцы ваши, мой лорд, чуть дрожат от напряжения. Ты хочешь меня, барсик, ты едва сдерживаешься.

- Вы такой сильный,- томно произношу, с восторгом погладив рельефную мускулатуру на руке. - Вы, наверное, самый сильный в клане…

Молчит, угрюмо чеканя шаг и поглядывая на шедшего впереди слугу. Ну, я и не сомневалась в том, что это не просто слуга, вероятно, какой-либо из мелких лордов приставленный следить за моими передвижениями и поползновениями в сторону барсика. Как вы предсказуемы, Клан Горных Барсов.

- Лорд Кетар,- я чуть притормаживаю, словно очень устала и нужен отдых,- знаете, у вас замок столь древний и кажется, что он даже чуть-чуть волшебный… А вы в детстве не искали духов-охранников?

Духов-охранников ищут все дети, посему вопрос был провокационным и ответ на него казался барсику вполне безобидным. Угу, как бы не так… ты только начни, милый.

- Искали,- улыбнувшись лишь уголком рта, ответил лорд Кетар,- устраивали дикие погони с факелами и даже… Впрочем, это не важно.

- О нет,- искреннее негодование в моем голосе заставило даже слугу обернуться,- прошу вас, даже не так, умоляю, расскажите!

Знаете, о чем любят рассказывать мужчины? О своем героическом детстве! Неважно в принципе какое там было детство, но в устах мужчины оно было героическим и не иначе. Барсик исключением не стал.

- Нам было лет по десять-двенадцать,- начал лорд Кетар и выражение его лица несколько смягчилось,- сбегая от наставников и гувернанток, мы носились по замку в поисках духов. И однажды,- он чуть понизил голос,- мы его почти поймали.

- Это как? - я вся превратилась в один сплошной восторг и внимание, я жадно ловила каждое его слово, я трепетно взирала на него и лорд сдался.

- Однажды,- барсик совсем тихо заговорил и чуть склонился ко мне,- мы заметили что-то белое впереди…

- И?

- И помчались в погоню… а дух шлепая тапками помчался прочь…

- Тапками? - удивленно переспросила я.

- Самыми настоящими,- и склонившись ко мне еще ближе, барсик добавил,- но мы были быстрее и вскоре дух уже убегал, потеряв оба тапка!

- И вы его настигли?! - демонстрируя, как высоко оцениваю скорость барсика, спросила я.

- Несомненно,- Кетар расправил плечи,- Настиг и захватил в плен, но увы…

- Это был не дух,- догадалась я.

Я-то давно догадалась, но зачем портить всю интригу.

Он рассмеялся, словно стал на мгновение тем самым ребенком, и смеясь ответил:

- Да, это был наш казначей. Он в ночной рубашке тайком пробирался к одной из горничных. Остальные духи тоже, как оказалось, к нашей новенькой бегали.

Если говорить откровенно - мне так жаль бесправных служанок, которые даже прогнать лорда из своей спальни не имеют права и чаще всего превращаются в эдаких наложниц общего пользования… Но… я весело смеюсь вместе с барсиком, стараясь сделать свой смех заливистым и заразительным, и это подталкивает Кетара к дальнейшим откровениям:

- С тех пор поиск духов перерос в гораздо более интересную игру…

- Поведаете? - настроение стремительно скатывалось в пропасть, а лицо при этом оставалось заинтересованным.

Соберись, Рыська. Просто соберись, потому что игра она всегда чувствуется, посему ты должна ощущать то, во что играешь. А он… он просто такой как все… Тигрик он другой, за это ты его и любишь… а эти… Соберись, Рыська, у тебя есть задача и ты ее выполнишь. А барсик… нет, милый, спать с тобой я не буду, я предпочитаю штучный товар, и чтобы в душе было хоть какое-то благородство.

А он все говорил и говорил, о своих детских проделках и весьма жестоких забавах, рассказывая мне о своем детстве, но я слушала иное:

1. Ему было десять, когда сменилась власть. Небольшая пауза и спешно смененная тема стала доказательством того, о чем подозревали мы с тигриком - в клане Горных Барсов идет война за власть и кто-то убирает лордов из старшей ветви.

2. Затем барсик поведал о проделках в деревне. Ну, тут тоже все понятно и легко читается между строк - наследника, дабы уберечь, отправили подальше от гор. Судя по описанию, коротал дни в изгнании он на территории Аверда.

3. Вернулся в возрасте семнадцати… стоп. А вот это уже любопытно. В семнадцать он вероятно и стал главой клана, но… черта с два он мог бы им стать без поддержки. А значит… я разговариваю не с тем человеком! Здесь правит не барсик, слишком мягкотелый, хоть и мужественный на вид, да и… он не сразу поверил в мою беспомощность, а значит за его спиной стоит женщина.

Так-так… интересно какая. Любовница? Нееет, у него слишком голодный вид, а умная любовница не позволила бы мужчине даже думать, что кто-либо может оказаться лучше нее. Так, жена? В принципе я ее не видела, так что отбрасывать данный вариант не стоит, хотя… кажется, барсик женился своевольно, и было что-то по этому поводу в клане. Хм, нужно будет проверить, хотя сомневаюсь что жена. Остается вариант мать… так, а что мы знаем о вдове лорда Аройха? Ха! Мы знаем, что она жива! А это в клане барсов уже показатель. Ну, вот и выяснили, кого тут полагается осыпать вниманием.

- Леди, о чем вы задумались? - прервал собственные откровения Кетар.

О том, что теряю время с тупой марионеткой!

- О вас,- иной раз стоит и правду сказать, чтобы затем добросовестно приступить ко лжи,- мне еще ни с кем не было так интересно… Вы удивительный человек, лорд Кетар.

Дальше можно было не продолжать, так как мы вошли в трапезную.

Менестрели безэмоционально играли что-то, что должно было быть веселым, слуги раскладывали последние блюда на П-образно расставленных столах. На огромном вертеле в центре зала дымился бык, окончательно испортив мое мнение о хозяевах замка. Кстати о хозяевах - лорды и леди толпились у камина на полстены и с живейшим интересом обсуждали меня. Нет, это не мнение, сложившееся под влиянием самолюбия - но именно при моем появлении все разом замолчали.

А дальше все как в дешевом уличном представлении - фальшивые улыбки, лживые слова, с трудом скрываемое презрение. Ха-ха, ваше представление и ликта медного не стоит, хотя… Взгляд привлекла пожилая женщина в черном. Это было странно - в клане барсов женщины традиционно носят желто-коричневое, причем абсолютно все. А эта в черном и лицо… Хм.

Отхожу от лорда Кетара, игнорируя стервозных леди, подхожу к дирижеру данного представления, низко склоняюсь (я не гордая) и вежливо произношу:

- Леди Аройх, позвольте представиться…

Интересно почему она кажется мне очень знакомой? Выпрямившись разглядываю женщину - тонкие черты лица, выглядит весьма и весьма для своего возраста, глаза раскосые… как у меня, карие с золотистыми искорками…

- Да-да,- с усмешкой произнесла леди Аройх,- мы с тобой обе… дуры!

Как мило! Эта очаровательная старая стерва одного со мной клана!

И уже не важно, что на нас откровенно смотрят все присутствующие, музыканты играют чуть сложно, а лорды-старейшины клана и вовсе уподобились барсам в стойке 'Готовсь'. Как все серьезно…

- Идем, - леди Аройх изящным жестом указала на отдельный стол.

Слуги мгновенно добавили к нему дополнительный прибор и стул, хм, я буду четвертой за столиком… это уже не весело. Но тут мадама что-то еще показала слугам и от стола убрали два прибора… кого-то отлучили от царственного внимания… Интересно, кому так повезло? Резко оборачиваюсь и замечаю крайне обескураженное выражение на лице лорда Кетар и очень радостное на моське девицы рядом с ним, аха, вот и супружница.

Леди не стала дожидаться всех, уверенно направилась к своему месту и я торопливо пошла за ней - как бы я не относилась к клану барсов, к старшей из собственного клана Серых Рысей я относилась с бесконечным уважением… она знала об этом.

- Итак,- леди начала едва мы сели,- в каком возрасте сбежала?

С тяжелым вздохом я честно ответила:

- В пятнадцать…

Понимающая ухмылка и она назвала свое имя:

- Лаера.

Я задумалась… стоит ли говорить свое реально имя? Наверное, нет… все же я не просто одна из Серых Рысей…

- Зелея,- я попыталась искренне улыбнуться.

- Врешь! - старуха пристально рассматривала мои глаза.

- Вру,- иной раз лучше сразу сознаться.

- Он хоть стоил того? - перевела тему Лаера.

Я вспомнила маркиза Оланского и отрицательно покачала головой.

- Печально,- Лаера невольно улыбнулась,- я за своего вышла замуж…

Тогда понятно, почему при одном взгляде на барсика я возбудилась - он наполовину рысь. Мдя… нет, не я буду если не попробую его в деле… в самом приятном из дел. Рысь безошибочно угадала направление моих мыслей и с усмешкой произнесла:

- Его лахудра из клана Голубей.

- Фууууу,- я скривилась.

- Вот и я о том же,- Лаера нахмурилась,- но он же наполовину рысь! Уперся и точка, выкрал, привез, женился… Детей нет… а годы идут, лорды - советники недовольны, никто не желает новой междоусобицы, а тут еще и ты… заявилась.

Я улыбнулась - кто о чем, а рыси о продолжении рода.

- Возьми ему вторую жену,- с равной я могла говорить на 'ты', и видимо Лаера тоже наслаждалась возможностью говорить вот так - открыто и спокойно.

- Не хочет… - с намеком произнесла эта древняя… интриганка.

- И? - за столь любопытным разговором про ужин как-то забылось.

- Переспи с ним, - Лаера коварно ухмыльнулась,- лахудра из голубей пусть вас застигнет… эти измен не прощают, а дальше…

- Не смешно!

- Ты же его хочешь! - каре-золотистые глаза смотрят насмешливо.

- Хочу! - а какой смысл отрицать очевидное.- Но я еще и клятву верности Саерею Первому хочу… а если нас застигнет леди… хм… Лахудра, барсик будет в ярости, я с треском вылечу из клана, а мой тигрик не получит контроль над перевалом Барсов.

Мадама сводница задумалась. Я тоже, и мысли мои были весьма… - черт, я хочу барсика сегодня ночью, но теперь это весьма рискованно!

- Мне нужен внук,- с намеком произнесла Лаера,- и срочно…

И почему всегда я?! Поворачиваюсь и оглядываю зал. Клан уже расселся за столы, дамы отдельно от супругов, что является показателем черезмерного желания барсов демонстрировать собственную независимость от жен. Ну-ну… Так, мой… МОЕ развлечение на эту ночь сидело во главе стола и бросало украдкой взгляды в нашу со старой перечницей сторону. Но это не столь важно, сейчас важнее кто смотрит на него. Смотрят: Лахудра, ну это понятно, как-никак законная собственность, далее несколько замужних леди с собранными волосами, ну и девушки, у которых по традиции волосы распущены, тоже бросают украдкой взгляды. Не удивительно, лорд Кетар весьма и весьма… у самой слюнки текут.

- Нужна девственница,- я уже составляла план,- чтобы наутро он был обязан взять ее второй женой. Итак, выбор за вами!

Карга старая хмыкнула и указала на юное создание с медовыми волосами, которое изредка смотрела на барсика и томно вздыхало.

- Да она ребенок совсем,- возмутилась я,- сколько ей? Лет шестнадцать-семнадцать?

- Не тебе решать! Сама в пятнадцать под мужика легла! - вспылила Лаера,- у нее в семье восемь братьев она младшая, так что плодовитость должна быть на уровне. И она по нему сохнет давно, так что… действуй, змейка!

- Ты еще 'фаз' скажи! - я тоже была не робкого десятка.- А я под мужика может и легла… так не взял же!

Мои пальцы нервно барабанили по столу, есть уже не хотелось, хотелось придушить стерву, но… Но!

- Что я получаю?

- Клятву, договор о признании власти твоего тигрика и разрешение построить гарнизон на перевале…

- По рукам! - я сделала слуге знак приблизится,- Договор составляем сейчас, к утру… к утру барсик подпишет все… это я беру на себя!

- Лорды-советники на мне,- Лаера улыбнулась,- с тобой приятно иметь дело, Зелея.

- Ну и стерва же ты,- я подождала пока слуга наполнит наши бокалы и едва он отошел, добавила.- Надеюсь, ты сделала верный выбор и малышка понесет с первой ночи.

- Даааа,- Лаера мечтательно улыбнулась,- у нее как раз благоприятный период для зачатия.

Вот стерва, все просчитала! Черт, я даже восхитилась!

Далее разговор свелся к обсуждению последних новостей из клана, в который нам обеим путь был заказан… меня, если вернусь попросту запрут, Лаеру… скорее всего тоже. Дуры мы дуры…

- А я ни о чем не жалею,- словно прочитала мои мысли старая карга… соблазнительная еще, кстати, уверена что лорды-советники периодически согревают ее постель. - Я все же была счастлива с Аройхом… пока его не убили, ну а потом… тут есть с кем развлечься.

Я вздохнула, окинула мысленным взором свою 'веселую' жизнь и тихо ответила:

- А я жалею… иной раз очень и очень сильно… Дура, как есть дура… До сих пор не могу понять, как же мне позволили сбежать…

- Но, насколько мне известно, твоя постель всегда согрета,- с намеком проговорила старая стерва.

- Да, - на моих губах появилась счастливая улыбка,- тигрик как подарок судьбы после всех испытаний… Иной раз мне кажется, что я даже счастлива…

- Боишься? - в глазах Лаеры нет насмешки, она думает, что ей известен мой страх.

- Очень,- искренне отвечаю я, хотя мы говорим о разных вещах. - Расскажи о себе, сестра моя.

Все же мы из одного клана, а это редкость встретить одну из своих. Но я хоть свободна, а Лаера нет и для нее я подарок… хоть кто-то родной за много-много лет. Я слушала ее историю и украдкой следила за теми, кому сегодня ночью мы разрушим жизнь… Они ее склеят, потом, криво и косо, но склеят. А пока… пусть наслаждаются последним спокойным вечером… нескоро им выпадет другой подобный… нескоро. А Лаера рассказывала…

- Мне было четырнадцать,- грустная улыбка на окруженных морщинками губах, - они проезжали по дороге мимо возка… а там была щелочка и я… я увидела Аройха…

Да, Сумрачные Рыси всем хороши - умные, сильные, смелые, сексуальные и весьма привлекательные, но есть одно но - в период полового созревания мы теряем голову… напрочь! А потому едва пойдет первая кровь, девушек из рысей запирают в четырех стенах и видеть мы можем только отца да нареченного… По отношению к отцам кровь ведет себя спокойно, а вот любой иной представитель мужского пола вызывает желание… даже не так ЖЕЛАНИЕ! И под влиянием этого чувства юная рысь забывает обо всем - честь, долг, обязательства, семья… Все становится неважным! Есть только ОН и ЖЕЛАНИЕ! К восемнадцати все проходит, кровь успокаивается и рысь превращается в холодную и расчетливую стерву, которая сначала шесть раз подумает и только потом сделает. К этому времени обычно рыси обладают уже парочкой орущих отпрысков и законным супругом, которому и приходится удовлетворять зов крови… Но это в идеале! А по сути, проблема в том, что нас в период желания тянет к представителям иных кланов, и тянет настолько сильно, что иной раз и цепи не удерживают. И тут лучший способ - не позволять девушке видеть никого из пришлых! Да пожалуй, он не то чтобы лучший, он единственный. Увы, в закрытом возке Лаеры оказалась щель… явно проглядели ее родители… Мои проглядели целый подземный ход… а жаль… очень-очень жаль… Ведь у меня сейчас были бы дети, любимый муж, счастливая жизнь, а вместо этого…

- Сбежать мне удалось в ту же ночь,- продолжила Лаера,- к утру нашла его по запаху… они спали под открытым небом, барсы из свиты, мой Аройх и… его невеста… Невесту он вернул родителям… в то же утро.

Еще бы… устоять перед возбужденной рысью может далеко не каждый… Маркиз Оланский смог… подонок! Сердце сжалось… я начала медленно дышать, ожидая пока пройдет спазм. Вскоре отпустило.

- Почему у вас только один ребенок? - спросила и тут же отругала себя за глупость… они просто не успели родить больше… мдя… и знала ведь!

- Аройх был средним,- на губах женщины из клана Серых Рысей промелькнула грустная улыбка,- и у него был старший брат и наследник клана - Варган.

А дальше тоже весьма предсказуемая история… Рысь в период созревания предана избраннику как собака, отсюда вторая часть наших проблем - нас хотят слишком многие! Повзрослев мы учимся этим пользоваться, но в юности… для юной Лаеры не существовало никого кроме любимого - ему отдавалась любовь, нежность страсть, остальных просто не существовало… Она и помыслить не могла, что еще кто-то смотрит на нее с желанием… А дальше рождение Кетаро, ладного пригожего мальчика, который был ее с Аройхом счастьем… Недолго. Она носила второе дитя, когда ее любимый был убит на охоте… Застрелен подло, в спину, и сброшен со скалы в пропасть! Наверное, она и не заметила, как при воспоминаниях об этом из глаз потекли слезы… как же сильно ты любила, женщина из клана Серых Рысей… ты помнишь его и сегодня… ты скорбишь о нем и сегодня, это твоя самая большая боль… Это, а не ворвавшийся в ночь после похорон Варган, который взял тебя силой, невзирая на беременность… И когда твое дитя гибло, ты скорбела меньше, чем о любимом мужчине… И когда Варган в нарушение всех законов и против твоей воли назвал тебя второй женой, и забыв о первой жене приходил в твою спальню каждую ночь…

Я задала только один вопрос:

- Он подыхал долго?

Улыбка, полная невыразимого торжества и совершенно счастливое:

- Больше года! Я сломала ему хребет там же, где погиб мой Аройх… Он не мог шевелиться, не мог говорить, но и умереть быстро я не позволила… Год, он подыхал год… а я о нем 'заботилась'!

Еще одна особенность рысей - мы не забываем обиды, а за любимых мы мстим жестоко!

Оглянувшись, поняла, что ужин завершен и леди покидают зал, оставляя мужчин в обществе вина, сигар и истинно мужских разговоров.

- И нам пора,- я поднялась,- подготовьте вторую спальню, а девушку отвести в мою… кстати, как ее имя?

- Виали,- Лаера поднялась,- ну, горного ветра тебе, Зелея.

- Да, было бы, о чем переживать, - я усмехнулась,- проще, чем у дитя отнять игрушку.

Стерва покинула трапезный зал, лахудра все еще была здесь, невинная жертва сейчас направлялась к двери еще не зная, что этой ночью вступит во взрослую половую жизнь, а барсик… барсик смотрел на меня. Хочу его, ничего не могу с собой поделать… он похоже хочет не меньше… Увы, не мне сегодня развлекаться с вами, лорд Кетар… А завтра ты и сам не пожелаешь!

Радостно улыбнувшись барсику, торопливо иду к нему. Встал раньше, чем я подошла, выражая готовность слушать:

- Мы не успели поговорить о делах,- произношу громко, пусть думают, что я верная слуга своего тигрика.

- Вы были заняты беседой с моей матушкой,- зло произнес Кетар.

Ха, напугал! Милый мой барсик… как же закипает кровь при мысли, что я могла бы провести всю ночь в твоих сильных объятиях… А самое замечательное знаешь что? Ты видишь желание в моих глазах, слышишь в моем дыхании и сейчас против воли втягиваешь мой запах… да-да, на запах мы тебя и возьмем.

- Простите,- продолжаю призывно смотреть в его глаза,- но, я искренне надеюсь, что утром… мы вернемся к обсуждению деловых вопросов.

Слово 'деловых' я чуть-чуть выделила произнеся с придыханием. Понял, сдержанно улыбнулся и кивнул… Ты придешь в мою спальню, барсик, в этом сомнений нет!

- Доброй ночи! - я поклонилась.

- Доброй ночи, леди Зелея! - он тоже поклонился и еле слышно прошептал, - В полночь.

Я подмигнула и величественно покинула зал, под пристальным взглядом лахудры… Черт, нужно все же хоть имя ее узнать, заявится же среди ночи на разборки.

Жертва насилия ожидала в моей спальне с ночной рубашкой в руках и выражением крайнего любопытства на мордочке… симпатичной, кстати, мордочке. Тааак, судя по всему старая стерва предоставила мне разбираться с будущей женщиной.

- Леди Зелея,- еще пока девственница низко поклонилась,- леди Аройхо просила принести вам ночную рубашку… А вы сейчас уже будете ложиться?

Так и есть, обработку сей девы невинной поручили мне… Вот стерва!

Пришлось вежливо улыбнуться, и ласково спросить:

- Как тебя зовут, прекрасное дитя?

Дитя смущенно хихикнуло и я поняла - не дитя! О-о-ох! Лаера, дура ты старая, на этой девственнице уже явно потоптались и не раз! Ах, черт… а впрочем… зачем портить старой женщине настроение…

- Ты хоть не беременна? - перестав притворяться доброй тетенькой спросила я.

'Дитя' побелело, оглянулось вокруг и прошептало:

- Как вы узнали?!

Я сползла на пол от хохота… вот тебе и невинность! Вот тебе и благоприятный период для зачатия!

Отсмеявшись, спросила у бледной девушки:

- Кто отец? Только правду!

Дитя бледнело, краснело, снова бледнело и в результате проблеяло:

- Страж Латен,- и тут бедняжку прорвало.

Как оказалось я не должна думать ничего плохого, но… Но этот стражник так похож на лорда Кетара которого она любит с детства и, как выяснилось, однажды она застала этого самого Латена с… (тут я просто села в кресло, чтобы не упасть), так как застала она его с леди Кетар! Застигла, благополучно скрылась, а вечером прибежала и в слезах пообещала, что все расскажет своему возлюбленному главе клана. О поведении Лахудры я вообще молчу, тут нормальных слов нет, одни ругательные, но это-то дитя чем думало?! Естественно Латен решил заткнуть ей рот… просто способ выбрал, скажем так, оригинальный… ну а после они разошлись и вообще всё позатыкали… Надо пойти пообщаться с этим Латеном, уж если он девственницу на такое развел, причем так, что при данных воспоминаниях алеют щеки и горят глаза, то… с ним стоит познакомиться поближе.

В общем, у меня оставался только один вопрос:

- Когда были последние кровотечения?

Смущенное дитя проблеяло:

- На прошлую луну…

Ага, значит плодику от силы три недельки.

- Так, Виали,- вздрогнула, так как имени она мне не называла, а я оказывается знаю, ну да, теперь я в ее глазах нечто значимое.- В общем, милая, хочешь стать второй женой лорда Кетаро?

Дальше следует неуверенное 'Нет', в то время как голова кивками транслирует уверенное 'Да', в общем, все просто до безобразия.

- Но… но… это же не его дитя,- испуганно шепчет девица.

- А какая разница кто ему 'не его дитя' родит? - да, я циничная стерва, а если точнее - я смотрю на жизнь реально.- Второго и третьего родишь от него, а первый… первый тоже имеет право на жизнь, к тому же этот стражник который Латен вроде как на барсика похож…

- На кого?!

- Не важно, в общем - раздевайся, милая, и слушай меня внимательно… очень-очень внимательно… И не перебивай!

Она начала раздеваться, я тоже. Мне нужно было надеть на нее мою нижнюю сорочку, ту самую которая пропиталась моим запахом, а волосы сбрызнуть моими духами и заплести… порезать тоже придется, мои-то короче.

- Он придет в полночь,- я подошла к девушке, и, достав кинжал, срезала половину ее волос. Виали вскрикнула, но не сопротивлялась. Волосы были брошены в камин, чтобы следов преступления не осталось.- Его встречу я, заведу, а после толкну на постель… но в постель ляжешь ты! Он захочет зажечь свет - не позволяй. Не разговаривай с ним, изобразишь 'Шшшш' и займешься делом! И еще… не целуй сразу в губы, сначала займись его телом… иначе он все поймет по запаху.

Девушка вскрикнула, но говоря откровенно, плевать я хотела на ее страхи.

- Ласкай его… везде. Целуй, облизывай, покусывай - помни, в постели с ним не ты - я! И он не должен ничего заподозрить…

И ты тоже не должна ничего заподозрить, глупышка.

- А… а потом? - глаза перепуганные, страх так и плещется.

- У вас должно быть это не менее трех раз… уж постарайся. К концу он должен быть вымотан настолько, что должен заснуть в твоих объятиях! В твоих и здесь! - она вздрогнула. - Когда он погрузится в сон, появлюсь я… с твоей девственной кровью…

- Как это? - не поняла эта… так, вот если мужики у них барсики, то женщины получается барсучки, ну да… подходит.

Резко развернувшись смерила красотку в моей сорочке насмешливым взглядом, растягивая слова ответила:

- Ну, свою девственную кровь ты пролила под стражником, милая,- она побледнела,- вот-вот, а Кетар должен быть уверен, что лишил тебя невинности. Так что мне придется найти немного крови и пролить ее на твое лоно и простынь… ну и можно немного на него, чтобы жизнь сказкой не казалась…

- Понимаю,- а девица то не глупая.

- Вот и отлично. Располагайся, свечи погаси и да - выпей глоток вина, твоему ребенку это повредит гораздо меньше, чем нервозная мамаша.

- Откуда вы знаете?

Мдя… вопрос, всего лишь вопрос… а как больно-то! И вот спрашивается - зачем мне все это?! Может согласиться и стать второй женой тигрика… он хороший, мой тигр. Он добрый, правда только по отношению ко мне, но все же… Он заботливый, нежный, он меня любит… меньше чем себя, но все же больше, чем всех остальных… Он столько раз спасал мою жизнь… впрочем, я не раз спасала его…

Пока я предавалась грустным размышлениям, Виали залпом осушила бокал вина… Мдя, сие дитя меня изумляет просто!

- Как мне найти этого стражника? - задумчиво спросила я, держа в руках второй бокал.

Мгновенно захмелевшая девушка тяжело села напротив, начала сбивчиво объяснять… Угу, по лестнице вниз, там комнаты прислуги и ближе к выходу стражи, его комната от выхода на балкон четвертая… Ага, ну, повеселимся, значит.

Поговорили еще о жизни, о местных обычаях, о любви… в смысле лорде Кетаре… Бедный барсик… Похоже в данном любовном треугольнике только ему и несладко будет, впрочем… Виали его любит, скорее всего, и он поменяет к ней отношение.

В полночь мы загасили все свечи, оставив лишь одну на столе, Виали отправилась к постели, и ей было приказано не дышать, а я осталась ждать.

Ждать пришлось недолго - тихий стук в дверь, я беру свечку, подхожу, впускаю возбужденного барсика… Он быстро вошел и, закрыв двери посмотрел на меня так…

- Знаешь,- в его голосе появились какие-то странные нотки,- наверное я дурак, но с первого взгляда, с того самого момента как я увидел тебя… я понял что такое страсть… Нужно было вышвырнуть тебя из замка еще тогда! - милое такое начало беседы, но дальше было веселее.- Ты сводишь меня с ума, Зелея!

Он вдавил меня в стену, а свечу отобрал и поставил на столик рядом… Сказать, что я хотела его в эту минуту, это не сказать ничего! Жар желания опалил внутреннюю сторону бедер, низ живота и шею… у меня всегда слабое место именно шея… А барсик… барсик оказался именно таким, каким я и представляла - сильным, неистовым, страстным…

- Зелея… - и он накрыл мои губы, покусывая от страсти, - Зелея… почему ты с ним… почему?

- С кем? - стремительно вырываясь из плена страсти, удивленно спросила я.

- Саерей! - прорычал барсик,- Почему он?

Как-то не в тему вопрос… и чтобы ответить? Я ответила первое, что пришло в голову:

- Докажи… что ты лучше! - и это было требование, вызов и приглашение.

Понял, оценил, принял вызов! В глазах заблестело что-то странное, но очень понятное на уровне инстинктов - все мы, дворяне Гарендара, по сути своей хищники! И я продолжила:

- Без слов… без света… только страсть… И если на рассвете ты еще будешь дышать со мной в такт - я останусь…

Оттолкнув, я наклонилась к столику, взяла два бокала и один, тот в котором было возбуждающее средство, протянула ему. Тост звучал так:

- За страсть!

- За тебя… моя жена! - с намеком ответил барсик.

Увы, малыш, ты для меня слишком… слаб, глуп, неопытен… Не мой уровень, мальчик… не мой.

И едва он выпил, я задула свечу и повела его к постели… А дальше поцелуй, я толкнула его на постель… и в игру вступила вторая женщина, та, которая и будет сегодня стонать под ним. Виали оказалась умничкой и не потянулась к его губам… нет, сначала она занялась тем, что сейчас готово было взорваться… Я покинула спальню в тот самый момент, когда судя по крикам, происходил взрыв. Вообще барсик себя не сдерживал, благодаря моему снадобью, а потому пройдись сейчас по спальне весь состав его лордов-советников и то бы не заметил…

Спальня, в которой мне предстояло ночевать, встретила холодом и диким ощущением одиночества. Мдя, печально. Переодевшись я выскользнула вновь в коридор и торопливо отправилась искать… да-да, того самого стражника. Предварительно подошла к двери, где веселились - там все еще было жарко. Силен барсик, после такой дозы уже должен был утратить все силы и заснуть… ну, надеюсь Виали девочка крепкая… В любом случае это в ее интересах.

Искомая комната нашлась быстро - но там было пусто. Судя по всему, хозяин развлекался. Пришлось отправиться на поиски. Искала я долго, часа два фактически, за это время обнаружила семь парочек которым было жарко, причем в разных местах - и стоя у стены, и на подоконнике, и на кухонном столе… впрочем, тот, кто как раз и развлекался на кухне в силу необъятности живота, наверное, в иной позе и не смог бы. Мужик в доспехах стражника, активно доводящий до блаженства сразу двух служаночек, обнаружился на конюшне, и дамы всхрапывали погромче встревоженных странным соседством лошадей. Стражник был хорош… Действительно хорош… И действительно невероятно похож на барсика… Даже слишком похож! И действовал он тааак… эх! Невольно позавидовала служанкам, впрочем, одна из них оказалась прачкой, и у меня мелькнула идея… шикарная такая идея! Очень быстро я покинула увлекающихся плотскими утехами, отыскала прачечную, нашла по запаху одежду барсика… А дальше… дальше все так просто, что даже смешно… Вот только мне плотских утех сегодня ночью не видать!

Утро встретило меня дикими воплями, криками и вообще шумом-гамом! Орали все - от женщин до мужчин. Крики 'Убийство! Эта тварь убила главу клана!', прозвучали сладкой музыкой. Затем послышался треск ломаемых дверей, а после… молчание! Поспать бы… с другой стороны - нельзя пропустить такое развлечение! И я стремительно поднялась, как раз к воплю самого барсика:

- Что здесь происходит?! - дальше изумленное. - Леди Виали?! - и полное ярости, бешенства и гнева, - ЗЕЛЕЯ!!!

И почему сразу 'Зелея'? Чуть что так всегда я… Ну ладненько, сходим, узнаем, что к чему…

Подойдя к двери, я торжественно распахнула ее… Толпящиеся в коридоре высокородные барсы и… да-да, и барсучки, в ужасе повернулись ко мне. Барсучки зашипели от ярости, барсики взглянули заинтересованно - в данном полупрозрачном пеньюаре мои ножки хорошо просматривались.

- Доброго утра, леди, доброго утра, лорды, - и я очаровательно улыбнулась присутствующим.

Мне предстояло потрясающее развлечение, равного которому у меня давно не было. Стоит отметить, что аристократы рода Барсов сейчас с удивлением смотрели на меня, в то время как часть заглядывала в спальню. Мне заглянуть не удалось, так как оттуда вырвался стремительный барс, в одних подштанниках и бросился ко мне.

- Ты! - проорал лорд Кетар.

- Я, - улыбку сдержать не смогла.

- Ты!!!

И разгневанный мужчина навис надо мной. К счастью барсик не был выше меня намного, а потому это было так забавно - смотреть в его глаза и просто улыбаться. Идиот он, я ему жизнь спасла, заговор раскрыла и наградила женушкой, а он бесится… Глупый-глупый барсик…

- Почему? - простонал лорд Кетар.

Я могла бы рассказать ему все как есть, но… но зачем?

- Ах, лорд Кетар, - улыбку я не смогла подавить,- о чем вы?

Барс медленно осознавал произошедшее, как и то… что за этим последует…

- Виали! Моя девочка! - голос одной из подошедших женщин. - Он обесчестил тебя!

Да, пятно крови получилось убедительное. Даже из коридора было заметно… и на подштанниках лорда Кетара пару пятнышек - я не скупилась на кровь. Моя улыбка стала шире, лицо барсика вытянулось. Он, наконец, осознал масштаб последствий…

- И все же мне жаль, что эту ночь я провела не в ваших объятиях,- прошептала, вернулась в спальню, захлопнув дверь перед носом лорда.

Пусть без меня разбираются, а мне… мне пора в путь.

Леди старая интриганка ворвалась едва я успела одеться и как раз натягивала чулочки.

- Это ты убила его?! - начала кобра шипеть с порога.

- Естественно,- я послала леди Аройх очаровательную улыбку. - Мои договора готовы?

Рыська рыську всегда поймет, а потому Лаера прошла, села в то кресло, на подлокотник которого я как раз поставила ножку, натягивая чулок, и потребовала:

- Рассказывай.

- Ладно,- смысла, что-либо скрывать не было. - Начну с того, что леди Лахудра спала со стражником.

Лаера на мгновение перестала дышать, и я пояснила:

- Виали их застукала, но это не суть - ты обязана была сказать, что родила внебрачного сына!

Старая карга побелела, глаза опустила, и…

- Должна была сказать,- прорычала я.

Сегодня леди заявилась ко мне в излюбленном черном, только рукава и ворот красные - в сочетании с сединой смотрелось потрясающе, но… но я отвлеклась.

- Я родила уже после гибели моего второго мужа… - прошептала Лаера.

- А мне плевать,- я нагнулась к этой змее,- мне плевать, но выбора он мне не оставил! - и завершив с одной ногой, я начала натягивать чулок на вторую. - Виали, которую ты подсунула сыночку, поведала мне прелюбопытнейшую историю о Лахудре и стражнике, - начала я рассказ. - Оставив барсика развлекаться с девушкой,- естественно я решила умолчать о беременности глупышки,- я решила узнать, что же это за стражник такой. И обнаружила его удовлетворяющим разом двух служанок. У него столь повышенная любвеобильность в тебя или в папочку, как там его? А, Варган, да?

Лаера смотрела молча, не произнося ни слова, но я откровенно ухмыльнулась ей в лицо и женщина призналась:

- Я была беременна, и мне пришлось родить, но…

- Ты подстроила все так, что типа у тебя родился мертвый младенец, а в ту же ночь служанка родила парнягу, да? - кобра кивнула.- Что, стерва, решимости убить ублюдка не хватило?

Да, я была жестока. И я имела на это право!

- Он знал, Лаера,- я завершила со вторым чулком и сев напротив леди, продолжила.- Он, столь похожий на барсика и его мамаша - которая все рассказала сыну! - леди Аройх вздрагивала с каждым словом как от удара. - И ублюдок рос с желанием занять свое место, которое принадлежало ему по праву, и с ненавистью к брату…- я хмыкнула. - Тебя он почему-то любил… глупый.

- Расскажи все,- попросила старая уставшая от жизни женщина.

Я продолжила:

- Пока страж Латен развлекался, я придумала оригинальный план - если уж я смогла подложить Виали под Кетара, что помешает мне сделать отношения Лахудры и Латена общеизвестными, а? Молчишь, ну вот и я подумала что ничего. Одним этим я избавилась бы и от Лахудры и от излишнего сопротивления со стороны барсика. Но когда я приволокла одежду лорда Кетара в комнату Латена, выяснилось, что у него было назначено очередное свидание и туда притопала Лахудра собственной персоной. Мне пришлось мирно проторчать в шкафу, надеясь, что леди Кетар покинет комнату прежде, чем мое нахождение в оном будет обнаружено.

- Ожидания не оправдались? - я видела слезы в глазах старухи, но судя по голосу передо мной была все та же расчетливая стерва.

- Появился Латен, у них произошел междусобойчик по поводу ревности леди к любовнику. Леди было заявлено, что свою ревность она может себе засунуть в… в общем, в места для традиционного интимного контакта не предусмотренные. Леди Лахудра взбесилась и вот тогда…

- Это Аверия убивала? - хрипло спросила Лаера.

- Надо же, - да, это ирония,- ты догадалась… наконец!

Простонав, леди Аройх подалась вперед, обняла плечи руками и простонала:

- Почему?

Я плечиками пожала. Откуда я знаю почему? Просто Лахудра влюбилась не в барсика, а в его более злобную копию, она выяснила, что ее любовник по рождению далеко не страж и планировала со временем возвести того в ранг главы клана… Глупо, конечно. Нет, подобное она могла бы провернуть в клане Голубей, но не у барсов же… У барсов незаконнорожденный ребенок прав не имеет никаких, а стражник по факту не был рожден в законе. То есть он по идее был законнорожденным, но у барсов младенец должен родится при свидетелях и новорожденному рисуют знак клана сразу как оботрут от… от всего, в чем он рождается, потому что барсы клан подозрительный и чужих не любят. То есть рожденного не по правилам законнорожденным не признают! А у Голубей все иначе… в общем вот оно не знание законов и традиций. Дура она, что тут сказать.

- Когда Лахудра ушла, после… скажем так - бурного примирения, я покинула свое укрытие, - ну, надо признать что покинуть мне хотелось ранее, но увы, развлекались они долго и со вкусом к… извращениям.

- И тогда ты убила его? - простонала Лаера.

- Фууу,- я скривилась,- после того чем они занимались? Леди Аройх, за кого вы меня принимаете? - я коварно улыбнулась. - Это сделала Лахудра и в этом она же и сознается. А тот факт, что я заставила стражника переодеться в одежду барсика, и фактически подставила под удар, это ведь ничего не меняет, да?

Кстати, стражник-то оказался мужик ого-го… он даже со мной собирался развлечься. Поэтому труда не составило уговорить его переодеться в одежду барсика, а уж мое предложение заняться этим в постели лорда Кетара он и вовсе воспринял с энтузиазмом… А дальше… леди Лахудра решила подставить меня и едва я покинула бессознательного после удара по затылку стражника, она заявилась туда с кинжалом. Мужика я оставила спать на животе, следовательно нанося парочку ударов в спину, леди Кетар была убеждена что отправляет к праотцам супруга. Ну, мне оставалось лишь вернуться и взять немного крови… все равно она уже никому не была нужна. Вот откуда столь приятные моему слуху крики 'Убийство! Эта тварь убила главу клана!'. Лахудрочка с утра поспешила в спальню супруга 'обнаружила' убийство и подняла крик. Интересно, какое у нее будет лицо, когда она осознает кого на самом деле прикончила…

- Невероятно,- прошептала потрясенная Лаера,- ты… ты…

- Я- я,- поддразнила я,- а теперь поговорим о договорах.

Женщина из племени рысей с ненавистью смотрела на меня - да, мы обе понимали, что теперь я запрошу больше, чем оговаривалось накануне.

- Кетар не подпишет! - прошипела беззубая кобра.

Почему беззубая? Ибо зубов я ее лишила, а когти применять она не решится.

- Милая Лаера,- я зубасто улыбнулась,- если твой сын, по какой-либо причине не подпишет, я очень… очень… очень расстроюсь.

- Стерва! - прошипела кобра, которую я уже не боялась.

- Да, я такая,- улыбка не сходила с моих губ,- за что себя и люблю!

Зеленые глаза снежного барса пристально смотрели на невозмутимую меня, а я… я читала внимательно, что они там понаписали и доводила лордов советников до белого каления вежливым:

- Данный пункт исправить: Войска Саерея должны проходить через перевалы контролируемые кланом Барса независимо от того поддерживаете ли вы военные аппетиты Гарендара или нет. - и даже слова я сейчас не подбирала.

В общем, я держала их за горло и они были в курсе этого. Лаера так же присутствовала, но она смотрела на меня гораздо реже, чем ее сыночек… В результате все было подписано, договора очень выгодные для нас и не очень выгодные для них так же утверждены. Барсик казался дезориентирован до такой степени, что подписывал все не глядя… по сути его можно понять, через час у него свадьба. И открутиться от нее никак! Лорды Советники так же мысленно были не здесь, ибо все думали, как сообщить Барсику, что Лахудра воет над трупом стражника и дает признательные показания… мы с леди Аройх решили, что Барсик узнает обо всем после того как я покину клан, просто… эээ, жить хочется. Очень хочется.

В результате меня в молчании проводили. Когда я выезжала за ворота кланового замка, в небе раздавался вой… Лахудры. В общем, я решила поспешить и гнала коня галопом где только могла, ну это там где участки дороги были ровными.

Моя охрана, ожидавшая меня в деревеньке у подножия горы, как-то не сразу сообразила, почему я даже не спешиваясь, нервно прошу всех поторопиться. В результате пришлось пообещать лишить их самого дорогого, то есть премии к жалованию, и только после этого они заторопились. С другой стороны я сама виновата, кроме Вейслера, взяла новеньких, а не тех, кто уже был проверен и испытан.

- Леди Зелея,- один из новеньких, десятник Ольсер,- я предлагаю все же проследовать по основной трассе и…

Идиот! Просто идиот! Мало того что я трясусь в женском седле, так я еще и выслушивать должна всяких…

И тут случилось страшное:

- ЗЕЛЕЯ!!! - вопль разгневанного барса и он сам верхом на черном коне.

Красиво, эх! Эдакая смертельно опасная для одной конкретной стервочки красота. А вообще реально - красотища! Нас окружали темные серо-зеленые горы со снежными вершинами; вековые сосны устремляются в небо, валуны придают пейзажу очарование дикой необузданности, где-то за деревенькой журчит ручей… красота… И разгневанный барс даже без охраны, зато с обнаженным клинком.

- Лорд Кетар,- так как бежать было уже поздно, я попыталась улыбаться. Осторожно спрыгнула с лошади, пакет с документами передала капитану Вейслеру, и шагнула навстречу барсу. - Это вы против меня со шпагой наголо?

Мой вопрос повредил бедному коню, потому что барс вздыбил несчастное животное, и с каким-то удивлением взглянул на свою правую руку, ту которая с оружием, а затем:

- Я убью тебя! - и Кетар спрыгнул с лошади.

Ух, этого я надеялась избежать… Кстати, нужно выяснить, за что убьет.

- Эм, лорд,- делаю шаг назад и знак стражникам быть наготове,- могу я узнать, в каких смертных грехах вы меня обвиняете?

- Стерва! - и зачем же так кричать эту всем известную истину, тем более что от его вопля эхо волнами разошлось меж гор, вернувшись неясным гулом.

- Отрицать не буду,- я все еще улыбалась.

- Дрянь!

- Ну, все мы не идеальны,- а самой уже становится 'весело'.

- Змея желтоглазая! - грубо-то как, а? Даже обидно.

Но далее барсик бросился в атаку и… не зря рыси считаются сильнейшими. Отступив за спины своих двенадцати охранников, я с досадой смотрела, как барс расшвыривает их направо и налево. И что-то мне подсказывало, что в состоянии подобной одержимости он до меня доберется. Вот только что могло так взбесить мужика, а? Стражников в состоянии стояния осталось всего шесть… мдя. Но, чисто теоретически, что так взбесить-то его могло, а? Пока я добралась до деревеньки это всего около часика, так? Он-то явно быстрее, у них свои тропы и тайные ходы, судя по перекошенной роже, вообще минут за пять добрался до конюшни у предгорья, и оттуда уже за мной… Мдя. У деревни пока мои остолопы собрались это примерно около получаса, так что про жену он должен был уже узнать и вряд ли был бы настолько зол, так? Стражников в строю всего трое… эх, а я никак не пойму - что же его так взбесило, а? И тут до меня дошло - Виали! Эта идиотка рассказала все перед бракосочетанием!

- Стойте! - я ринулась к барсику, замерла едва кончик его уже окровавленной шпаги, оказался у моего горла… нервно сглотнула и спросила,- Вы хотите меня убить, так как я единственная кто знает о…

- Заткнись! - прошипел Кетар.

Ну и все. Вот сейчас он меня убьет, потом подоспевшие и уже виднеющиеся по дороге от замка барсы добьют моих охранников… тормоза, так им и надо, а затем он женится на дуре Виали и таким образом скроет свой позор… паршиво. И паршиво, что она проболталась! Иначе Кетара сейчас не было! Мой просчет! Суть в том, что девчонка беременна не знал никто кроме нее и меня, старуха бы меня прикончила сама за такое - ну не любят барсы незаконнорожденных, что тут сказать. Но Кетар… и что же тебе такое сказать, чтобы ты осознал - я знаю, и ты сделаешь все чтобы никто не узнал. И ведь убьет, как есть убьет. Ему это выгодно. Для него это единственный способ сохранить свою честь… А вот его убивать мне не выгодно…

Спасение пришло, откуда не ждали. На поляну выехал небольшой отряд, и его предводитель громко удивился:

- Леди Зелея?!

- О, спасибо вам, горные духи,- прошептала я, узнав голос лигейца.

- Лорд Кетар, не рекомендую, - это было уже побелевшему барсику.

О, духи, кому сказать, что у меня откровенно тряслись коленки и дрожали руки - не поверят же. Охранники мои с трудом поднимались, хотя троим уже было не суждено увидеть свет, люди лорда-карателя обступили нас, а барсик все никак не желал убирать шпагу. Впрочем, я прекрасно понимала - останусь в живых я, погибнет Виали… и дура же, ой дура!

- Лорд Кетар! - массивная фигура лигейца приблизилась.

Медленно, очень медленно Барсик убрал шпагу. В его глазах я видела приговор… не мне, той глупышке, что стала разменной монетой в этой игре.

- Ты действительно стерва, - хрипло произнес лорд Кетар.

А Виали было жаль… очень… И промолчать бы сейчас, все равно договора я получила, но…

- Поговорите с леди Аройхо, вашей матерью,- ругая себя за излишнюю заботу о глупышке, произнесла я. - И вы поймете, что Виали не моя жертва… и не ваша! А затем поговорите с той… которую привезли в клан, и тогда вам откроется истина - я спасла вашу жизнь! И если после этого вы все еще будете гореть желанием отправить меня к горным ветрам… приезжайте, мы это обсудим!

Барсик не прощался, нарушая все традиции, он медленно побрел к замку, его лошадь следом. А я…

- Леди Зелея…- возопил Вейслер, потому что я… сколько вообще можно падать в обмороки?!

********

Я лежала где-то рядом с водой. Брызги упали на лицо и стало как-то… мокро.

- Одного не могу понять, вы при виде меня всегда будете в обмороки падать? - произнес лорд-каратель, на руках которого я, как оказалось, возлежала. Точнее он сидел, я лежала частью на его ногах, второй рукой он продолжал делать мне мокро.

С тяжелым вздохом я посмотрела на покачивающуюся бриллиантовую серьгу, вздохнула еще раз и перевела взгляд на пасмурное небо. Серые облака, напоминавшие старые перины, опускались все ниже, почти задевая верхушки гор…

- Погода портится,- задумчиво произнесла я.

- Дааа,- скептически протянул Равеяр Шренаро Араввис,- о погоде мы с вами еще не имели возможности побеседовать!

- Да как-то все недосуг был,- согласилась я, и попыталась встать.

Мне не позволили, легко удержав на руках.

Приподнимаюсь повторно, оглядываюсь: Лигейцы поят лошадей, мои охранники… хоронят мертвых… Герцога Лерейского нет, только этот… непобедимый который, с ним не более двадцати человек всего. И возник у меня вопрос - а что он тут делает? И естественно я его задала, точнее попыталась:

- Лорд Равеяр, а…

- Государственные дела,- не дав мне завершить реплику, пресек лигеец остальные расспросы.

- Ааа,- попыталась встать снова, и снова не дали,- а меня государственные дела вынуждают поторопиться и…

Вы когда-нибудь видели улыбку, за которую хочется благодарить небеса? Я тоже не видела… до этого момента. Он улыбнулся, не обнажая зубы, но при этом так, что на мгновение я выпала из реальности, и перестала дышать… Как зачарованная я взирала на Шренаро Араввиса, и в этот момент блеснула бриллиантовая капелька… Волшебство распалось, я с облегчением выдохнула, и потребовала:

- Отпустите меня немедленно!

Лорд-каратель медленно убрал руку, позволяя встать. Я поднялась стремительно, на мгновение прижала пальцы к вискам, стараясь приструнить боль, взорвавшуюся в голове сотней осколков, но отходить не торопилась, вполне обоснованно опасаясь очередного обморока.

Лигеец следил за мной с какой-то понимающей ухмылкой, причем следил пристально и за каждым моим движением… однажды, когда-то давно, другой лигеец, ростом пониже и возрастом помоложе тоже следил за мной… Никогда, никогда больше я не буду спать с лигейцем! Никогда!

- Зелея,- и надо же, опять без 'леди',- вы хорошо себя чувствуете?

- Превосходно!!! - срываюсь на крик и замираю…

Рыська, ты на кого смеешь голос повышать? Ох, Рыська, нельзя… нельзя кричать на лигейца, нельзя!

- Тяжелый был день?- заботливо интересуется лорд-каратель.

Да и ночь не простая. Зато я добилась невозможного - барсы, гордые барсы подписали все договора! Отныне их перевалы открыты для наших войск! Вот, вот о чем нужно думать, Рыська, а не об убитых, которые найдут успокоение в земле, и не о шпаге, которая едва не проткнула твое горло! И не о клане барсов… Кетар не убил, концы в воду сунуть ему не удалось, следовательно, этого барса я буду держать за горло до конца его дней… или своих, что тоже вполне возможно зная мстительность данного клана.

- День был сложным,- задумчиво ответила я лорду-карателю, и тут же заставила себя улыбнуться, - но продуктивным!

Держу улыбку несколько долгих минут. К счастью ручей здесь маленький и не глубокий, хоть воды не боюсь. Так, с кланом Горных Барсов разобрались, теперь первоочередная задача вернуться к тигрику, и валить от лигейца… непонятный он, а если то, что я поняла правда - бежать нужно очень быстро.

- Зелея,- лигеец оказался рядом, точнее не так, совсем близко, навис надо мной… рост у меня высокий, но он выше и значительно,- мы направляемся к вашему королю, посему я с удовольствием составлю вам компанию.

Ой! Мама! Точнее ой, Тигрик, спаси меня! И вообще - что значит, он едет со мной? Я…

- Барсы мстительны, Зелея,- как зачарованная слежу за дланью лигейца, которая медленно тянется ко мне и гладит мою щеку,- а у вас всего девять охранников, из которых лишь четверо в боеспособном состоянии.

И чисто теоретически - что ему от меня надо? Хотя о чем это я… тут не важно 'что', тут имеет значение 'надо'. И важно лишь то, насколько ему это надо. Попробую прощупать почву.

- Знаете,- мило отступаю и вежливо произношу,- мне и четверых достаточно, а балласт мы оставим в ближайшей деревне, так что…

- Зелея,- лигеец делает шаг ко мне и я снова сжата в его объятиях,- я же могу и по другому… и тогда охранников у вас не останется!

Тигра, я попала! Я сильно-сильно влипла! Ох, Рыська, и как же теперь выбираться?

- Лорд-каратель,- обращаюсь к нему по должности,- соизвольте объяснить ваше поведение!

В ответ у меня насмешливо поинтересовались:

- В теории объяснить, или на практике? - а рука его медленно двинулась пониже талии… в общем он с практикой отлично справился.

Играть с ним смысла не имело! Потому что это он заигрывал со мной! Лигейцы - эти от своего никогда не отступают, вот что паршиво. Но если глупая пятнадцатилетняя рысь была наивной испуганной девочкой, то леди Зелея - это стерва прошедшая сквозь преисподнюю, а потому я вскидываю подбородок, пристально смотрю в его карие глаза и резко, не скрывая ни ярости, ни уверенности, произношу:

- Я вас убью, если вы хоть попытаетесь!

Смотрю на него, на моем лице нет и тени улыбки, а угрозы… мои угрозы это обещания! А свои обещания я неизменно исполняю! Лорд Равеяр удивленно вскинул бровь, но взгляда не отвел и наш молчаливый поединок продолжился. Да, я стерва, да у меня было любовников больше, чем я могу вспомнить, да, я не берегу свою честь и терять мне уже нечего, кроме своей свободы, но… именно за свою свободу я буду драться до конца! У меня ничего не осталось - ни имени, ни клана, ни рода, ни положения… ничего кроме моей свободы!

И лорду пришлось серьезно отнестись к сказанному. Непобедимый Равеяр отступил, но все также пристально глядя на меня. Мы молчали оба - все было сказано и все друг друга поняли… или мне так показалось, потому что неожиданно лигеец усмехнулся и выдал:

- Что же, я всегда знал что смерть от старости мне не грозит. - я побледнела, страх змеей проползал к сердцу, но лорд продолжил.- И все же… вы же не девственница, Зелея, чем же вас так испугал мой… намек?

Лигейцы не отступают, да? Рыси тоже, в этом то и проблема! И я не глупая наивная девочка, чтобы вестись на ваши… намеки! Так, Рыся, бери себя в руки, выбора у тебя нет. Да, день был сложным, да тебя пытались убить, но… я слишком хороша, чтобы сейчас сдаваться, а потому:

- Лорд Равеяр,- хитрая улыбочка и спокойное,- вы же с одного раза не успокоитесь!

- Раза три-четыре… за ночь,- совершенно нагло ответил лорд-каратель.

Я подумала, что на одну ночьку в деревне задержаться смогу, но… но в том-то и дело что это лигеец.

- А что потом? - все так же спокойно спрашиваю.

- И что же потом? - переспросил лигеец.

- Именно это я и спросила! - несколько резко произнесла я.

Что не ожидал? Подавись! А у лигейца от ярости даже серьга подрагивает. Да, играть я не буду, эти игры не для меня! И отступив еще на шаг, непобедимый Лорд-каратель несколько разгневанно произнес:

- Мы проводим вас до…

- Спасибо! Не стоит беспокоиться! - ибо ну вас… всех.

Через несколько минут лигейцы покинули эту незапланированную стоянку у ручья. Лорд-каратель даже не обернулся. И лишь когда последняя из лошадей скрылась за деревьями, я медленно опустилась прямо на землю, и обняв плечи руками начала раскачиваться, пытаясь успокоиться. Мои испуганные событиями охранники завершили погребальные дела весьма поспешно и вскоре мы также мчались по направлению к королевскому дворцу Гарендара… только ехали мы по другой дороге.

*****

Мы гнали лошадей не щадя раненных, впрочем охранники свою вину чувствовали, а потому молчали. После наступления ночи решено было остановиться в горной деревеньке Калидже.

Я спрыгнула с коня первая, помощь мне в данном деле никогда не требовалась, затем размяв затекшие в неудобном седле ноги, уверенно направилась к дому в центре, полагая, что именно это изба старосты. Деревенька порадовала чистыми дорогами, ухоженными домиками, клумбами у заборов, в общем, сразу видно, что мы в Гарендаре - чистота и благопристойность во всем.

Подойдя к дому старосты, я открыла ворота, шикнула на собаку и прошла к дому, намереваясь вежливо постучаться. Однако четвероногое сторожевое приспособление лаяло столь оглушительно, что стучать в двери мне не пришлось - староста, крепкий невысокий мужике, открыл сам.

- Леди Зелея!- как это не удивительно, но меня узнали.

И что еще более удивительно, мне радостно заулыбались, староста низко поклонился, чего я уж совсем не ожидала, и радушно произнес:

- Да вы входите, уважаемая леди. Вы с дороги, видать. Входите-входите, уж мы вам и ванну, и самую лучшую комнату!

Вконец потрясенная, я выдавила:

- Доброй ночи… эээ…

А староста, не отвечая на приветствие, повернулся к дому и как заорет:

- Марта, горные духи проявили милость к нам и привели к нашему порогу саму леди Зелею!

Вообще меня обычно не любят, в городе у подножия королевского замка вслед могут плюнуть, а тут… в комнате на мгновение стало очень тихо, а затем:

- Батюшки! Сама желтоглазая Леди!- из комнаты выпорхнуло необхватное создание, с неожиданной прытью поклонилось, и со слезами на глазах, причем слезы отчетливо блестели в свете единственной свечи удерживаемой старостой. - Леди Зелея,- женщина снова поклонилось,- уж сами боги привели вас, леди! Уж мечтала отблагодарить, да не знала как, а вы на наш порог сами…

Так, а вот это уже интересно. Добрые дела я иной раз совершала… ну ладно, я делала это часто, но… но так чтобы не узнал никто. Все же я страшная и ужасная Зелея, меня должны бояться, вот…

- Да мы никому не скажем,- словно прочитав мои мысли, радостно сообщил староста.

- Но мы за вас каждый день молимся! - не менее радостно возвестила его супруга.

И пока я все пыталась понять, чего я вообще им сделала, из комнаты выбежал вихрастый паренек, сходу налетел на меня, и подскочив, обнял руками и ногами…

- Ранко,- и слезы потекли как-то сами, а руки сжали мальчишку,- эх ты, Ранко, а обещал, что сохранишь в тайне.

- Леди Зелея,- мальчик лучезарно мне улыбнулся,- простите…

Он поправился, теперь весь румяный, а тогда… Перед глазами промелькнул заснеженный склон, пропасть и внизу разбившаяся повозка. И торговцы, безразлично проезжающие мимо и не желающие слышать прорывающиеся сквозь завывания метели крики ребенка. А я, злая и жестокая, я не смогла. Мы спустились в овраг, и ко мне бросился бледный замерзший ребенок лет пяти. Мальчик постоянно плакал. В разбитой повозке обнаружилась его семья - мама, папа и маленькая сестричка. Все без сознания, все с переломами и судя по температуре тел, упали они давно, и мороз уже был готов снять смертельный урожай. Мы вытащили всех, стражники, давно привыкшие к нелогичному поведению своей госпожи, безропотно помогли, торговец с теплой кибиткой, после того как лишился парочки зубов, согласился их довести. Но я путешествовала инкогнито, и получив плату жулик решил избавится от навязанных бессознательных пассажиров, о чем и поведал помощнику. Он не учел, что мальчик все услышал, не мог он и подумать что пятилетний ребенок выскочит из повозки на полном ходу и не смотря на сломанную руку будет бежать по дороге с криками 'Желтоглазая леди, помогите!'. Только горные духи знают, каким образом я услышала его крик, потому что мы ехали совсем в другую сторону. И когда я вернулась, торговец лишился остальных зубов. Дальше хуже - у девочки, еще совсем маленького грудничка, начался жар. Когда мы доехали до ближайшей деревни, местный лекарь сказал что малышке не выжить. Родители все еще были без сознания, но их жизнь мне гарантировали, а девочка… И схватив закутанного в два одеяла ребенка, я мчалась всю ночь до Шлевха, там был человек, который лечил практически все, когда-то он вылечил и меня. Девочка выжила. Чужую дочь я спасла, свою… лучше не вспоминать. Я покинула доктора Арауса спустя сутки, когда точно выяснилось, что малышка будет жить. Деньги за ее лечение и записку для родителей я оставила. Вернувшись в деревеньку у дороги, выяснила, что семья уже пришла в себя, мама очень беспокоится о дочери. Я оставила деньги лекарю за лечение, попросила передать родителям записку с указанием местоположения их девочки, там же приписала и то, что малышка жива. Я не хотела, чтобы они знали мое имя, но мальчик пробрался на конюшню и услышал как один из стражников назвал меня по имени. И вот тогда вихрастое чудо подбежало, обняло и заверило что всегда будет молиться за меня… я была растрогана, а еще простужена и из-за всего этого не спала больше суток, а потому очень строго потребовала, чтобы Ранко сохранил мое имя в тайне. Пообещал… нет, такого в разведку брать нельзя.

- Эх ты,- обняла его покрепче,- а сестричка где?

- Вара спит,- мальчик внезапно вспомнил, что он уже взрослый и торопливо слез с меня… ему уже около семи, наверное. - А вы откуда?

Детская непосредственность!

- Секрет,- не удержавшись, потрепала мальчика по курчавой голове,- а тебе спать пора и помни - больше никому! - мальчик попытался отрицательно головой покачать и вообще, но я строго приказала. - Спать! Иначе завтра не разрешу меня провожать!

Задумался, кивнул и стремительно убежал. Перевожу взгляд на старосту и его супругу - горные духи, я себя божеством почувствовала.

- У меня раненные в отряде,- перешла я к повестке ночи,- лошади голодные и…

- Все сделаем! - тут же заверил меня староста.- Даже не беспокойтесь!

Но я беспокоилась не об этом:

- И никому не говорить что я здесь! - данный приказ старосту явно огорчил. Мужик даже с лица спал, но затем кивнул, соглашаясь, и поспешил на улицу.

Вскоре все пришло в движение. Я расслышала, как староста вызвал еще нескольких поселян и поняла, что моего присутствия там не потребуется.

- Идемте,- Марта вернулась со свечой, - я вам в гостевой комнате постелю. Ох, сама леди Зелея, счастье-то какое!

Вот так зарабатываешь репутацию злой и расчетливой стервы, а один глупый поступок разрушает все. Нет, я не жалела, что помогла той семье, и повторись все снова я поступила бы так же, я жалела что попала именно в это поселение именно в эту семью… не люблю я когда мне благодарны, ничего не могу с этим поделать.

Через несколько минут для меня была наполнена ванная в саффе. Саффа это такое замечательное сооружение, в которое вода поступает напрямую из ручьев, или в крайнем случае из специальных водохранилищ, которые есть в каждом горном поселении. Вода поступает по желобу, с помощью приспособления наподобие мельничного круга заливается в ванную, которая здесь традиционно круглая и нагревается снизу, то есть в узкую печку с улицы закладываются дрова и таким образом нагревается одновременно и вода и помещение. Причем нагревается определенное место с краю, там, где сидящее в воде тело горячего места не касается. И это очень удобно и экономично - одной вязанки дров хватает и на обогрев воды и на обогрев саффы. Но самое главное, это то что пока я лежала в воде и наслаждалась, Марта не изводила меня благодарностями.

Зато стоило мне выйти! Первой была упитанная молодая женщина, которая просто упала на колени и начала пытаться целовать мои руки. Заставила ее встать и честно объяснила - я злая и жестокая, так надо и надо, чтобы все так думали!

- Так поздно уже,- обрадовала меня Марта, собирая на стол,- вы у нас благодетельница известная. Вон у Михо когда его в городе ограбили, вы на стражников надавили и ему и коня и потерянные деньги сыскали.

Не стражники, а трепло ходячее! Ну вернусь я, мало им не покажется.

- Я Михо не помогала,- грубовато выдаю, и, обойдя с восторгом на меня взирающую маму Ранко, сажусь к столу.

- Да как же не вы,- Марта руками всплеснула,- эти взяточники только вас и бояться. Да и Михо вас видел. Вы тогда зашли, когда он о помощи просил, мрачно так послушали главу городской стражи Бюрга, а потом как взяли его за ухо, как ввели в кабинет и уж вы его там утюжили! Ну а после Бюрг как выскочит, как заорет на своих, вмиг все нашли и Михо даже за ворота вежливо проводили.

Да уж, и не отвертишься ведь. Медленно набираю себе тушенной капусты.

- Мясо, мясо берите,- румяная Марта сноровисто сама положила,- вы же такая худенькая, в чем только сила-то такая держится, а?

Я не ответила. Эта Марта очень мне мою няню напомнила, то тоже все норовила откормить… Ела я быстро, особенно под мерное бормотание жены старосты, которая все говорила и говорила:

- А три года назад, на семейство Браушманов разбойники напали. Побили, ограбили, а девок двух, в самом соку, обеим уж и женихов подыскали, из повезли в Карвец.

Как же, как же, город на западе, у подножия Гарендарского горного хребта. Местечко мерзкое, там и живым товаром приторговывают. Так, и чего там случилось?

- Так их привезли значит,- речь у жены старосты чистая, без тупо-привычных выражений и это радует, - раздели и на торги выставили, а там вы были!

Ох, я там часто бываю… аппетит стремительно пропадает. Ну и… иной раз… своим помогать нужно, а все горные в понятие свои для меня попадают, это первое, и второе - торговать гарендарцами я никому не позволю. И в Карвеце это знают! И по договору они обязаны держаться от гарендарцев подальше, впрочем, тот же договор запрещает им укрывать беглых преступников.

- И вы как увидели, что их на подмостки выводят, голых, испуганных, так ваши глазищи янтарные и засверкали!

Ну вот, опять глаза… вечно они меня выдают. Просто цвет очень редкий, он и в моем роду через три поколения встречался.

- А почему сразу я? - спрашиваю хмуро… и вообще, у меня ощущение, что я исключительно эту деревню благодетельствую.

- Так торговец когда весь побитый им одежду выдавал и отпускал, он все проклинал 'желтоглазую гарендарскую змею', а это же вы, это же все знают! - вступила в разговор мама Ранко, и тут же смутилась.- Ой, простите… вы не змея, вы святая!

По моему лицу скользнула грустная улыбка, я не ответила. Перед глазами промелькнуло испуганное личико Виали… видят духи, я сделала для нее все, что могла… Марта протянула стакан с пенным слодником, медленно выпила чуть кисловатый напиток, который делали из темного хлеба и меда. Напиток традиционный и обычный, был все же необычно вкусным, и допивая стакан я уже откровенно дремала.

- Идемте уложу вас,- не дожидаясь согласия, Марта ухватила под мышками, подняла и так обнимая довела до постели. Она же и от тапочек избавила и укрыла. И засыпая в этом добротном доме, на хрустящих выглаженных и выбеленных простынях, я чувствовала себя счастливой. Только все портили мысли о Виали… глупая девочка, зачем же ты ему все рассказала, зачем? Зачем… Почему когда мы любим, мы хотим поведать любимым все-все, чтобы не оставалось никаких тайн…

Четвероногие стражники на рассвете взбесились, лай стоял такой, что спать никакой возможности не осталось. Сонно прислушалась, расслышала стук копыт, затем грозный голос лигейца… Закрыла глаза и попыталась вновь погрузиться в сон… Но сон истаял как призрачная дымка тумана под яркими лучами солнца. Лигейцы! Подскочив, я начала стремительно одеваться, надеясь покинуть деревню ранее, чем…

- Где она! - приказной тон лорда-карателя сии надежды разрушил.

Но тут меня порадовал староста, вежливо поинтересовавшийся:

- Кто?

Я, натягивающая в этот момент чулок, даже замерла, с удивлением прислушиваясь к дальнейшему развитию событий.

- Леди Зелея! - пояснил лигеец.

- Ах, эта леди,- в голосе старосты послышались непривычные для меня нотки,- так она… ночует у старой Герды, там, на краю деревни. Уж просила ее не беспокоить, устала сильно, мы раненных разместили у лекаря, а леди туда поехала, где потише будет.

Перестук копыт свидетельствовал о том, что только что обычный поселянин нагло обхитрил прославленного лорда-карателя! Кому сказать - не поверят же! И почти сразу раздался робкий стук в двери.

- Входите, Марта, - я как раз успела натянуть новую рубашку и потянулась за платьем.

Встревоженная женщина в ночном чепце и с заспанным лицом, испуганно прошептала:

- Там…

- Я слышала, - торопливо надеваю платье. Рубашки у меня сменные, а дорожное платье одно… не очень приятно надевать запыленную ткань на чистое тело, но… но еще двое суток и можно будет привередничать в королевском дворце. - Мы покинем деревню немедленно, причинить вам вред лигейцы не станут, а…

- Да не беспокойтесь за нас,- как выяснилось, староста тоже оказался за дверью, но тактично не входил. - Ваших стражников разбудили уже, Валеско по тайной тропе проведет, сутки пути сэкономите, вы же налегке, без поклажи.

Потрясающие люди! Я и ранее испытывала гордость за простых гарендарцев, но уж сейчас! Увы, как оказалось лигейцы все же тоже не идиоты. Сначала я услышала тяжелые шаги по двору, затем как хлопнула входная дверь и почти сразу распахнулась дверь в комнату, выделенную мне для сна. Я так и замерла, держась за края ворота и планируя их застегнуть. Лорд Равеяр Шренаро Араввис выглядел так, словно ночь провел в собственной кровати и безбожно проспал все положенное время, лишь его одежда носила… скажем так, печать смертоубийства - манжет порван, на груди капли крови… чужой, естественно, не допустят лигейцы чтобы их ранили, в глазах плещется ярость.

- Леди Зелея,- вместо приветствия произнес лорд-каратель,- у вас много врагов?

- Не жалуюсь,- вежливо ответила я, и принялась застегивать ворот платья.

- Совсем не жалуетесь? - хрипло переспросил Равеяр.

- Я вообще всем в своей жизни довольна,- продолжая улыбаться, стремительно справляюсь с пуговками.

И тут лигеец меня удивил:

- На повороте к поселению Лигоцкое вас ожидал отряд наемников. В составе двадцати девяти человек.

Услышанное повергло в шок, но… я же стерва, я обязана быть хладнокровной, а потому вежливо интересуюсь:

- Почему вы решили, что означенные,- красноречивый взгляд на его рубашку,- означенные убиенные были по мою душу?

На лице лорда промелькнуло странное выражение, затем он снял что-то с пояса и, протянув руку, продемонстрировал лежащие на его широкой ладони… наручники. Наручники, которые я знала до малейшей выщерблинки… те, на которых было высечено 'Змея'! Я попыталась сдержаться, я действительно попыталась, но… Комната поплыла перед глазами и я едва успела отвернуться, подойти к окну, опереться на подоконник и посмотреть вдаль, стараясь успокоиться. 'Я воздух. В моем теле воздух. Вокруг меня воздух. Я дышу и с каждым вздохом мое тело наполняется воздухом… И я парю над действительностью, я воздух и все свойства воздуха - мои свойства: Легкость, невесомость, невосприимчивость. Меня могут ударить, но даже самый сильный удар не причинит вреда воздуху… Я воздух, я парю…'. Оланский! Это мог быть только Оланский!

С трудом успокоилась, и следующий вопрос был задан ледяным тоном:

- Все… погибли?

Вместо ответа я услышала обращенное к Марте - 'оставьте нас', затем тихие неуверенные шаги женщины и захлопнувшиеся двери. А после ничего не слышала, посему удивленно обернулась и увидела свою ночную рубашку в руках лигейца.

- У вас удивительный запах,- видимо о ночной схватке лорд позабыл совершенно,- вам говорили об этом?

- Да,- я скрестила руки на груди,- все мои любовники… а их было мно-о-о-ого!

- Не сомневаюсь,- но при этом лигеец вновь поднес мою сорочку к лицу и вдохнул.

Да уж, а Тигрик любит ложиться на место где спала я, и тоже вот так вот странно вдыхать оставшийся на простынях запах моего тела. Ловлю задумчивый взгляд лорда-карателя и понимаю направление мыслей…

- Наручники,- попыталась я вернуться к разговору,- и нападение. Почему вы решили, что охота ведется именно на меня? В Гарендаре мало идиотов, которые не понимают, что за любое происшествие со мной Саерей будет мстить и мстить жестоко.

Лорд медленно опустил руку, бросил белоснежную ткань на постель и шагнул ко мне. Лигейцы… почему снова лигейцы… Почему из всех народов судьба вновь сталкивает меня с этим жестокими ублюдками? И наручники, однажды надетые одним лигейцем, сейчас мне принес второй?

- И все же идиоты нашлись,- наручники полетели так же на смятую постель,- и я повторно сохранил вашу жизнь! А скажите мне, Зелея, как получилось, что вас дважды за одни сутки попытались убить?

- Ну,- я легкомысленно улыбнулась, повторяя про себя, что я воздух,- ранее пытались четыре раза в сутки, и как видите, я до сих пор жива.

Более сказать я ничего не успела, потому что лорд сделал еще два шага, а далее произошло закономерное - меня лишили возможности спокойно и размеренно дышать. Точнее сначала прижались к моим губам, а затем сильные руки лорда-карателя сжали так, что не было никакой возможности вздохнуть, но… поцелуй кружил голову сильнее, чем самое крепкое вино. Я целовала многих мужчин, еще большее количество целовали меня, но впервые нежеланное прикосновение внезапно обрело первостепенную важность! Его дыхание, которым теперь практически дышала я, его ладони, горячие, почти обжигающие даже сквозь ткань платья, его прикосновения, от которых все мысли внезапно испарились, а тело действительно словно наполнилось воздухом и…

- Я же сказал, что я лучше! - бриллиантовая капелька казалось сверкала еще более издевательски, чем ироничная усмешка, но уже через мгновение лорд-каратель был сама вежливость и собранность. Он отступил, скрестил руки на груди и отстраненно произнес. - Итак, вернемся к обсуждению ночного происшествия.

Резко отворачиваюсь к окну и понимаю страшное - так сильно я хотела только Тигрика! А сейчас… все мое тело жаждало продолжения, и жаждало настолько страстно, что дыхание перехватывало…

Внезапно руки лигейца вновь обхватили талию, губы прижались к затылку и я услышала тихое:

- Ты очень понравилась мне… никогда таких не встречал.

Мне казалось, что все мое тело осыпается мириадом искрящихся искорок, потому что я больше не чувствовала себя, я ощущала только его губы и тепло его рук… Вздох, как всхлип вырвался из плотно сомкнутых губ, в последней попытке совладать с собой… Это юная девушка не может понять от чего ей так сладко в мужских объятиях, а зрелая женщина четко знает, что ей нужно и остро чувствует желание ощутить его там… И я хотела… желала столь сильно, что невольно прижалась к нему, чтобы ощутить и его желание… И вздрогнула, почувствовав… и это было ощущение торжества - всегда приятно быть желанной, и вместе с тем чувство страха - всегда страшно быть желанной настолько…

- У тебя так быстро бьется сердце,- нарушил молчание лигеец,- неужели оно у вас все же имеется, леди Зелея?

Это было все равно, что нырнуть в ледяную прорубь! Желание схлынуло, оставляя ярость, но…

- Я хочу быть с тобой,- вновь зажигая кровь, прошептал лорд-каратель.

Да что же он делает? Тепло-холод, жар-лед, и теперь снова жар! Что это за игра? А тело жаждало продолжения, сердце билось втрое быстрее, руки мелко дрожали, потому что я не позволяла им обнять его ладони, уютно устроившиеся на моей талии…

- Ты теплая,- губы Равеяра рисовали ожерелье на моей шее,- и светлая как янтарь… Как кусочек солнца… и в то же время ты редкий золотой алмаз…

Продолжая опоясывать поцелуями шею, лорд-каратель вновь развернул лицом к себе… я не сопротивлялась. Хотела бы, но не могла… Не могла, хотя понимала, что сейчас играет он… Играет так же, как я с теми, кому не посчастливилось привлечь мое внимание, и они были готовы забыть обо всем за один мой взгляд, они готовы были разорвать грудь и достать сердце, за мою улыбку… Как же это страшно быть игрушкой в чужих умелых руках, как глупо верить словам, которые были пропитаны расчетом, как…

- Отпустите меня,- я почти простонала это.

Ответом мне было насмешливое:

- Нет!

И лорд Равеяр пошел на приступ стремительно разрушающейся крепости с моим именем… Была ли я против? Нет! Я готова упасть на колени и молить всех духов, чтобы эти губы, сильные и нетерпеливые, вновь прикоснулись к моим, опаляя их страстью. И такое ощущение, словно я раскинув руки стою на краю пропасти и ветер играет с моими волосами, нежно целует мое лицо, порывом прижимается к груди… И юбка смята сильной рукой, уверенная ладонь скользит по бедрам, вторая обнимает, не позволяя ни отпрянуть ни упасть, а губы все так же безжалостно подчиняют своей воле… Я забыла обо всем… я забыла себя… Я хотела этого мужчину настолько, что перестала контролировать себя… И в момент, когда была готова его обнять, бриллиантовая серьга холодком прошлась по щеке!

- Нет! - я забилась в его руках, забыв о страсти и охваченная чувством панического ужаса.- Прекратите!!!

Лорд-каратель не отпустил лишь по одной причине - в тот момент я бы просто упала. Резко развернул к себе, разглядывая со смешенным чувством обиды и непонимания. Удивление, ярость, осознание собственного поражения! В карих глазах лигейца плескались все эти эмоции, а еще вопрос… немой вопрос, но… Уже слышались торопливые шаги по деревянному полу, распахнулась дверь, являя собой готового встать на мою защиту старосту, а позади него в выражением гнева на сонном личике стоял маленький Ранко, и пожалуй только его присутствие прекратило эту безобразную сцену.

- Маленький герой,- не удержалась я и улыбнулась ребенку.

- А что я, - Ранко чуть смутился и даже весь покраснел,- ужо он вас обидит - убивать буду. Мы гарендарцы своих не бросаем!

Лорд-каратель вновь посмотрел на меня, я заметила, как сжались его ладони, а непонимание в глазах превратилось в волну ненависти… да, в следующий раз он не будет нежен… а вот следующий раз будет определенно.

- Я ожидаю вас во дворе, из вашей охраны поедут лишь те, кто способен выдержать путешествие в быстром темпе…

- Тогда увы, не поедет никто,- я не сдержалась и улыбнулась,- причем лошади первые откажутся в этом участвовать.

- Возьмем сменных! - рык лигейца стер всю браваду с Ранко и тот шустро спрятался за деда.

- Здесь нет достойных скаковых лошадей,- мне нравилось видеть лорда Равеяра разгневанным… это придавало уверенности в себе,- посему я предлагаю вам выступать немедленно, мы же выступим после восхода солнца и вообще… у нас раненные, мы не можем их бросить и…

В глазах лорда-карателя что-то изменилось, и он почти ласково произнес:

- Леди Зелея, вы выезжаете сейчас и со мной… и если вам так жаль раненных… мои люди позаботятся о том, чтобы у них более никогда и ничего не болело… Излишне уставших лошадей ожидает та же участь! У вас минута на то, чтобы выйти из этого дома, в противном случае,- лорд очень выразительно взглянул на Ранко,- такой милый ребенок…

И я перестала дышать… он не шутил! Лорд-каратель никогда не угрожает, если не готов исполнить угрозу - этим и прославился! А потому я не теряя ни мгновения, начала собирать свои вещи, откровенно напуганная предложением лигейца.

- Леди Зелея,- решил вмешаться староста,- мы проведем вас…

- Не нужно,- накинув плащ на плечи, я подошла к старосте,- я искренне благодарна вам за гостеприимство, бесконечно благодарна вашей супруге за вкуснейший ужин, но с лордом Равеяром я разберусь сама… я взрослая девочка и как вы знаете, далеко не безобидная.

Выйдя на улицу протянула сумку с вещами одному из лигейцев и торопливо направилась к домику лекаря, обозначенному изображением трилистника на воротах. Лорд-каратель не стал препятствовать, видимо понимая, что я должна отдать распоряжение на счет раненных. Впрочем, как раз раненные меня заботили мало.

За воротами обнаружился бледный Вейслер. Безмолвно вытаскиваю из-за пазухи пакет с документами от барсов и тихо произношу:

- Местные знают короткие тропы.

Мой верный слуга понимающе кивнул и моментально спрятал пакет. Почти сразу ворота распахнулись, впуская лигейца.

- Мне очень жаль оставлять вас, - уже громко и играя на публику, точнее одного конкретного публиканца с серьгой в ухе, произношу я,- но время не терпит. А вашу рану тревожить мне не хочется, к тому же,- быстрый взгляд на лорда-карателя, - со мной будет весьма солидная охрана.

- Время,- ледяным тоном напомнил лорд Равеяр.

Покидая горное селение на восходе солнца, я старательно не обратила внимания на то, что среди отъезжающих не было… ни одного моего охранника. Причина вскоре стала ясна - ранения получили все! Пусть легкие и совместимые с жизнью, но путешествовать они сейчас точно не сумеют. Молча приняла это как факт и, забравшись на лошадь, дернула поводья, заставляя вороного тронуться в путь. Нас остановили, меня осторожно, но непреклонно спешили и дамское седло было заменено обычным. Предусмотрительно, лорд-каратель, весьма предусмотрительно.

А дальше началась гонка. Мы почти безостановочно мчались по горным дорогам и пока двигались по направлению к королевскому дворцу, но я понимала, что только пока… На Солнечном перевале лигейцы свернут, направляясь к равнинам Авердана, и оттуда через Шаравир к территориям Лигеи. Я это отчетливо понимала, и очень надеялась, что Вейслер успеет… надежда была призрачной, но все же… Так прошло двое суток. Мы мчались днем, а ночью я спала… одна. Лорд-каратель не произнес более ни звука, не сделал ни единой попытки прикоснуться, помимо тех моментов, когда помогал сесть на лошадь и спустится с оной. Двое суток в напряженном молчании, под постоянным прицелом его глаз. И страх, нарастающий удушливой волной.

На утро третьего дня мы достигли Солнечного перевала и… в абсолютном безмолвии лигейцы свернули с дороги ведущей к столице, на дорогу ведущую к равнинам. Молча, уверенно, без сомнений! И мне полагалось бы наверное сделать так же, но… Но я до последнего надеялась, что Вейслер успел. Глупо, наверное… Да, это просто глупо… И вот сейчас, осознав всю призрачность своих надежд, я взбунтовалась.

Резко натянув поводья, вынудила коня встать на дыбы, а дальше:

- Леди Зелея,- холодные, совершенно без эмоциональные глаза лорда-карателя и его рука, ухватившаяся за поводья моей лошади,- я вас не отпускаю, и вам было сказано об этом.

Двое суток я безропотно выполняла все, что мне велели, но сейчас…

- Я так же предупредила вас,- в моих глазах вызов.

- Я помню,- усмешка, а затем меня выдернули из седла, и я оказалась заботливо усажена впереди Равеяра, а руки… он не стал их связывать, просто свел ладони вместе и сжал запястья - в этот момент мне показалось, что стальные браслеты было бы проще снять.

Дальше все слилось, расплылось в наполненных слезами глазах. Вот и все… кошмар вернулся вновь… мой самый жуткий кошмар. Лошади неторопливо двинулись в путь, торопиться уже не было необходимости, лигейцы осознавали, что теперь их никто не остановит… они всё для этого сделали, они выиграли время…

Мы проехали не более часа по пустынным в столь ранний час дорогам, когда впереди, на поваленном дереве показался одинокий путник, вольготно устроившийся на подаренном бурей сиденье. Слезы мои все так же лились ручьем, и потому внимания на мужчину в черном я не обратила… ровно до тех пор, пока он не вздернул подбородок и не откинул упавший на лицо локон назад… Этот жест… этот такой знакомый жест… Тигрик! Мои слезы высохли моментально, а ничего не подозревающие лигейцы продолжили свой путь ровно до того момента, пока не поравнялись с путником и вот тогда Саер лениво произнес:

- Странно, а мне казалось, что дворец в противоположной стороне.

Я ощутила, как мгновенно напрягся лорд Раверяр, лошадь он остановил, а я… я улыбалась самым зеленым глазам в Гарендаре и с любовью смотрела на расслабленного хищника, который даже встать не потрудился, и одним этим указал на свое весьма неоднозначное здесь нахождение.

- С кем имею честь? - ледяным тоном полюбопытствовал лорд-каратель.

Тигрик лениво вскинул бровь, подставил лицо восходящему солнцу и зажмурился как… тигр, некоторое время он просто молчал, и лишь доведя Равеяра до неосознанно потянувшейся к шпаге руки, насмешливо произнес:

- Ай-яй-йя, лорд-каратель, непобедимый Равеяр Шренаро Араввис, такой уважаемый человек и занимается тем, что нагло пытается увезти моего главу Тайной Канцелярии… Как же мне это понимать, а, лорд-каратель?

Возлюбленный Тигра был неповторимо язвителен, в то время как Равеяр медленно, но верно осознавал случившееся - их обхитрили. Но сдаваться лигейцы не привыкли:

- Мы говорим не о главе Тайной канцелярии… Ваше Величество,- да-да, он сообразил, наконец,- а о моей невесте!

Вот и все! Лигеец заявил о своих правах на меня… улыбка медленно покинула мое побледневшее лицо.

- Странно,- Тигрик вел себя все так же - нагло, уверенно, расслабленно,- очень странно, и чуть повысив голос, - Милая, ты не сообщила лорду, что являешься моей второй женой?

Да, в этот момент я готова была стать и первой, а потому вновь бодрая и счастливая, весело ответила:

- Простите, дорогой супруг, он как-то не спрашивал.

- Досадное упущение,- Тигрик сел ровнее,- но уж теперь-то, лорд-каратель, соизвольте отпустить мою жену! Не вынуждайте меня действовать силовыми методами… в данной ситуации даже Лорд-протектор посчитает мои действия правомочными.

Это казалось донельзя забавным - на пустынной, залитой лучами солнца дороге, невысокий в сравнении с лигейцами, безоружный и просто одетый мужчина, фактически угрожал. Но эта безоружность и незащищенность не более чем иллюзия - я была уверена, что Саер прихватил с собой не менее ста человек, среди которых лучники, которые наверняка держат лигейцев на прицеле. В подтверждение моих мыслей из-за деревьев вырвалась стрела и воткнулась в землю перед копытами лошади Равеяра.

Медленно, нехотя и не скрывая ярости, меня отпустили, а уж с лошади я спрыгнула сама, не дожидаясь пока намеревающийся спешиться лорд, опустит и меня. Хотела броситься к Тигрику, но затекшие ноги подвели. Саер метнулся ко мне сам, подхватил на руки, и вместе со мной вернулся все к тому же дереву. А затем, совершенно нагло напутствовал лигейцев:

- Счастливой дороги, лорд-каратель… так как вы на моих территориях неофициально… не смею вас задерживать… и проявлять гостеприимство так же смысла не вижу.

Полагаю, что взгляд у лорда Шренаро Араввис был убийственным, но я его не видела. Я обнимала такого родного мужчину и положив ему голову на плечо, вдыхала знакомый аромат Тигрика… А он меня спас… опять… И все же Саер был напряжен.

Удаляющийся стук копыт отряда не попрощавшихся лигейцев и только тогда ласковое:

- Глупенькая, я бы вытащил тебя и из Лигеи, Рыся.

И мое совершенно счастливое:

- Я просто испугалась… и я тебя… люблю.

Мы никогда не говорили этих глупых слов, им просто не было места в наших отношениях, а вот я сказала… первая. Глупо, наверное, но мне было очень хорошо сейчас - кошмар удалялся под стук копыт, Саер был рядом, его рука ласково поглаживала спину, но замерла, едва Тигрик осознал сказанное. Я и сама замерла, ожидая его реакции. Саер судорожно вздохнул, хмыкнул, а затем, пересадив меня на дерево, стремительно поднялся.

- Ты куда? - кажется, я обиделась.

- Пойду лигейцев догоню,- совершенно серьезно ответил мне потягивающийся Тигрик,- надо мужикам спасибо сказать… Все же ждал семь лет такого простого признания, а тут двое суток с ними и вуаля - я таки услышал!

Издевался! Он и сейчас тонко подтрунивал надо мной и даже не скрывал этого.

- Саер,- я действительно обиделась,- забудь, что я сказала!

Встала, отряхнула юбку и гневно полюбопытствовала:

- Где лошади?

- Какие? - Тигрик явно вошел во вкус.

- Скаковые!

- Ааа,- ко мне подошли, взяли за руку и нагло повели по дороге по направлению к королевскому дворцу. - в конюшне лошадки, идем покажу.

И все бы ничего, но отсюда и на лошадях часов восемь, а уж пешком… И тут Тигрик удивил, подхватил меня на руки и закружил, совершенно не опасаясь того, что дорога здесь узкая, и если с одной стороны возвышаются деревья и склон, то с другой-то - пропасть. Он просто кружил меня и смеялся, и в этом безудержном вихре под яркими солнечными лучами мне стало так хорошо, а Саер остановился, прижал сильнее и совершенно счастливый прошептал:

- Рыська, я так долго ждал этих слов от тебя… Знаю что дурак, но… хотел, чтобы ты сама поняла… семь лет, Рыська, семь лет…

Отпустив, Тигрик обнял и с улыбкой смотрел на меня. Смотрел долго, видимо все же чего-то ожидая, затем подмигнул и подняв руки вверх весело произнес:

- Да-да, сдаюсь, и я тоже тебя люблю… могла бы и догадаться уже.

В этом весь Тигрик - вот какой я хороший, любите меня все! Ну, мне конечно в последние дни досталось, но…

- Идем уже лошадок смотреть!

Я вырвалась, впрочем, в последний момент он схватил за руку, потянул на себя и я вновь оказалась в королевских объятиях.

- Рыська, - взгляд у Тигрика стал очень серьезным,- ты уже не девочка, годы летят… я хочу детей от тебя, Рыська, я всегда хотел. Хватит оттягивать, мы вернемся, и будет свадьба… Какая свадьба решать тебе - если хочешь я устрою бал, фейерверк, парад в твою честь, не хочешь толпы, тогда ты я и доверенные в Храме Семи Ветров. Но свадьба будет, Рысь… потому что не знаю как ты, а я испугался, что ты сделаешь что-то с собой до того, как я успею тебя вытащить!

И на этот раз ответа он не ждал - Саер сказал, Саер сделал, это тоже одна из его особенностей. Махнув рукой деревьям, Тигрик вновь повел меня по дороге. Позади слышалось ржание недовольных лошадей, шум сотен ног, а мы… мы шли, болтали сцепленными руками как дети и просто наслаждались утром. Я украдкой посмотрела на Тигрика и заметила, что он так же украдкой посматривает на меня и явно ждет моей реакции на происходящее. Мы рассмеялись одновременно, потом и вовсе шли и хохотали, потешаясь друг на другом. Мне всегда было хорошо с этим мужчиной, как-то спокойно, радостно и светло. И даже если мы ссорились и все вокруг разбивалось - нам было просто хорошо.

- Ты у барсов справилась?- отсмеявшись, перешел к делам государственной важности Саер.

- Документы видел?- лениво спросила я.

- Как-то недосуг мне был,- Тигрик невесело усмехнулся,- не поверишь, я даже переодевался на ходу, точнее сначала на бегу, потом на скаку, но это… неважно.

Мы свернули на едва заметную тропинку, уводящую вверх и вправо от дороги. Это был короткий путь к деревеньке Хустово, в которой мы раньше бывали и где распологалась весьма недурственная харчевня. Тигрик вдруг резко остановился, вновь прижал меня к себе и страстно поцеловал. Подумал, и поцеловал снова, а затем сжал так, что, кажется, у меня что-то где-то хрустнуло.

- В ночь после свадьбы, секса не будет,- прошептал Саер.

- Почему? - тоже прошептала я.

- А я тебя раздену, положу на кровать и буду целовать с воплями 'Мое! Это все, наконец, мое!'.

- И так всю ночь? - удивленно спросила я.

- Надеюсь, что за ночь справлюсь,- серьезно ответил Тигрик,- но не гарантирую… К крикам 'Моя' тебе придется привыкать, Рыська.

- А барсы все подписали,- попыталась я уйти от неприятной темы.

- Союзный договор? - тоже перешел к серьезным вопросам Тигрик.

Мы поднимались по узкой, почти отвесной тропинке и сейчас Саер подталкивал меня… под определенное место, что несколько отвлекало от темы.

- Все семь пунктов,- я поспешила вперед.

- Торговое соглашение?

- Всё, я же сказала. Эй, это моя попа, между прочим.

- Уже почти моя,- невозмутимо ответил Саер,- И как же ты склонила барсов отдаться тебе?

- Ммм,- я невесело усмехнулась,- это долгая история.

- За завтраком расскажешь,- и Тигрик, которому надоело идти столь неспешно, перекинув меня через плечо, поторопился к уже виднеющейся за деревьями харчевне.

История третья: Варатонцы

Элверо Трейли, секретарь моего заместителя, пытался быть незаметным. Очень пытался. Только его постоянное нахождение где-то рядом начинало злить. Блондинистый, худощавый… или это он в последнее время так похудел, он тенью следовал за мной повсюду. Когда же я находилась в своем кабинете, неизменно, раз по двадцать проходил мимо открытых дверей. Но я, занятая текущими делами и подготовкой к свадьбе, уделяла ему внимания не больше, чем уделила бы назойливой мухе. И юноша взял все в свои руки. В буквальном смысле.

Дело было в послеобеденное время, когда я со стопкой документации совершала переход от Экономической канцелярии, к расположению собственно канцелярии Тайной. И вот я, медленно шествующая по причине вчитывания в показатели предоставленные графом Ролло, подверглась невероятному по своей наглости нападению. Меня схватили сзади, одна рука безжалостно накрыла мое возмущение, вторая обвила за талию, и в следующее мгновение тельце мое утянули в одно из подсобных помещений, а затем еще и захлопнули ногой дверь. И вот стою я, бережно прижимая к груди документы, и жду пока произойдет одна из двух вариаций данной ситуации: мне рот освободят и я скажу похитителю все, что о нем думаю, или же сам похититель начнет предъявлять свои требования. К моему искреннему удивлению, не произошло ни первого, ни второго, вместо этого кто-то весьма умело начал целовать мои шею и затылок, затем поцелуи, очень приятные, переместились к уху и я услышала полные страдания слова:

- Как же ты можешь быть с ним, Зеля?

Рука, зажимающая мой рот, плавно двинулась к декольте и я, наконец, смогла вымолвить… нет, не имя этого юноши, это было бы слишком скучно, я произнесла совершенно иное:

- Кто вы?!

Вздрогнул, даже перестал пытаться прорваться сквозь заслон из прижимаемых листов бумаги, и нервно произнес:

- Вы знаете кто я!

Хм, бедный бедный мальчик, так глупо с твоей стороны. И я начала:

- Герцог Атео?

- Нет!

- Ох,- издеваться я всегда рада, - лорд Кетар?

- Клан Барсов не стал бы с тобой церемониться!

Ну да, это я перегнула палку, что же, продолжим.

- Конюший Герман?

- Нет!

- Повар Ханс?

- НЕТ!

- Да кто же вы? - меня резко развернули и представилась потрясающая возможность увидеть блондина в гневе.

Брюнеты в гневе зрелище весьма впечатляющее, блондины… так себе. У малыша покраснело лицо и шея, желваки ходуном, возможно, ходили, но на щеках юноши это было не слишком заметно и да, я люблю взрослых мужчин, ничего не могу с собой поделать.

- Элверо? - как можно более разочарованно произнесла я.

Трейли покраснел сильнее, но затем решил, что сейчас не время обижаться и хрипло произнес:

- Уже забыла… что же, у меня есть способ напомнить!

В следующее мгновение по юношески пухлые губы прижались к моим и… как я уже говорила целоваться секретарь умел и весьма хорошо. Несколько минут я искренне наслаждалась, но едва молодой человек решил, что все, от одного поцелуя у меня закружилась голова и вообще, меня тут же отпустили и я услышала самодовольное:

- Теперь ты вспомнила? - у него были странные бегающие глазки, и стало понятно, что Элверо скажем так, принял для храбрости.- Ты вспомнила тот поцелуй, что перевернул всю нашу жизнь, Зеля?! Тогда, именно там и тогда я понял, что мы созданы друг для друга! Это любовь, Зеля, это истинная любовь! Настоящая!

Ммм, сколько пафоса… я невольно зевнула, а мой опознаватель истинного чувства продолжал:

- Никогда не думал, что можно так любить! Это накрыло лавиной, погребло, и все стало неважным, все кроме тебя… Зеля!

Не первый раз мне признавались в любви и не в первый раз это звучало столь искренне, посему демонстративно зевнула снова. Элверо жест уловил и умолк. Уже хорошо. Ну а теперь будет больно, мальчик, тебе будет больно, а мне… не привыкать.

- Отойдите от меня, лорд Трейли,- мой голос был ледяным, и он подчинился.- Сколько вам лет, Элверо?

- Девятнадцать,- прошептал юноша.

- Мне двадцать семь,- отрезала я. - И если сейчас я выгляжу привлекательной для вас, то спустя десять лет рядом с вами будет тридцати семилетняя развалина! С морщинами, с растянувшейся грудью, с вечно дурным настроением!

Его это не впечатлило. Он усмехнулся, чем вызвал у меня странные подозрения, и спокойно произнес:

- Вы не правы.

- Молчать! - на моем лице нет и тени улыбки, потому что когда делаешь больно, нужно выглядеть жестокой.- Вы жалкий мальчишка по сравнению с Саером! И что мне можете предложить вы, секретарь Трейли? - да, это было его больным местом, именно это, а не перспектива быть женатым на старухе. И я медленно проговариваю.- Ни-че-го! Вам нечего предложить мне, лорд!

Он сник. Даже невольно опустил голову.

- Вот так, мой мальчик,- и я решила нанести последний удар,- и вот поэтому я всегда выберу его - он король, а вы нет! Доброго дня вам, лорд Трейли!

И развернувшись к двери, я преспокойно распахнула ее, намереваясь продолжить работу. Юнцы влюблялись в меня не в первый раз, я была для них эдаким запретным и сладким наркотиком, но обычно пары фраз хватало, чтобы охладить их пыл. Сейчас же все пошло не так.

- Ты никуда не уйдешь, королевская шлюха! - Элверо закрыл дверь буквально перед моим носом… благо он у меня не большой, иначе досталось бы.

Ну, по сути, не тягаться женщине с силой мужчины, пусть даже и юноши, но как раз драться я и не собиралась. Резко развернувшись, смерила нахала пристальным взглядом. Свет здесь был тусклым, так как в комнате наличествовало одно единственное окошко, но освещение являлось достаточным для того, чтобы я заметила одну немаловажную деталь, как-то прошедшую мимо моего сознания ранее - на руке Элверо находился браслет. Браслет необычный - черный, украшенный серебряной росписью… Такой браслет выдавался тем, кто имел полномочия доверенных и мог беспрепятственно покидать дворец и въезжать в него в любое время суток. Подделать сей отличительный знак было невозможно - у Саера имелся в наличии маг, и браслеты зачаровывались. Ни подделать, ни снять, ни украсть… впрочем, был один момент, при котором владелец мог передать браслет другому…

- Лорд Трейли,- я начала осознавать весь ужас происходящего,- граф Витецио, он… жив?

Щека юноши дрогнула, и я…

- Любимый,- отбросив бумаги, бросилась к нему на шею,- ты готов убивать ради меня?

Непередаваемая гамма чувств и эмоций промелькнула на бледном лице, но я решила закрепить успех, и обняв его лицо ладонями, с восторгом произнесла:

- Мы покинем дворец немедленно и обвенчаемся на закате, мы…

Юноша, что казался мне немощным книжным червем, с неожиданной силой схватил за запястья, раздраженно отвел мои руки от своего лица, и каким-то чужим, не своим голосом произнес:

- Ты сейчас играешь, Зеля! Но я не настолько глуп, я не те безвольные идиоты, которыми ты манипулируешь ежедневно… Я слишком многое видел.

Это да, видел ты многовато… мдя. Ну, раз ты такой умный, получай по полной программе. И я завизжала изо всех сил своего женского, не привыкшего даже говорить громко, горла. Долго кричать мне не позволили, и весьма болезненный удар лишил сознания.

'Трудна и опасна жизнь королевской фаворитки,- грустно размышляла я, стараясь не думать из чего кляп у меня во рту,- но жизнь королевской невесты опаснее втройне!' А ведь все так хорошо начиналось, там, в Хустово мы все распланировали, то есть я планировала оттянуть сие радостное событие еще на пару лет, а Саер планировал оформить все по-быстрому за пару дней. Мы оба упорно стояли на своем, ровно до возвращения во дворец. И вот тут в дело вмешалась Аллора. Как первая жена и королева она потребовала, чтобы свадебный обряд был совершен по всем правилам и традициям горных кланов, чем набила оскомину нам с Тигриком. К сожалению нечто подобное мы и предполагали, потому что к удивлению всех придворных мы с королевой сдружились и относилась она ко мне скорее как к сестре, чем к сопернице. Но не то чтобы мы с ней были очень дружны, тут скорее сыграл важную роль тот факт, что мы дружили против всех. Эти самые 'все', по сути, виновны были сами - Аллора южанка, то есть чужая, а чужих в Гарендаре не любят, а я… у меня была своя непростая история, которая свергла меня с положении верной дочери рода, на положение порицаемой всеми королевской шлюхи. Вот так сдружившись на фоне всеобщего презрения, мы с королевой сформировали коалицию и действовали весьма успешно. Саер был бесконечно этому рад, так как ценил Аллору за ум, а меня за… страстные ночи… да-да, все мои заслуги на поле политических сражений восхищали его гораздо меньше чем… Впрочем, все мужчины таковы. Увы, не все женщины понимают, что отутюженные и накрахмаленные простыни восторгают мужчин гораздо меньше, чем то, что на этих простынях умеет делать женщина… ну да речь не об этом.

- К рассвету мы достигнем границ Варатона, мой господин,- прозвучал глухой бас истинного горца.

С начала нашего путешествия я не уставала удивляться находчивости Элверо, и все думала и думала лишь об одном - как я могла проглядеть такой талант? Он абсолютно все продумал, у него все ходы были просчитаны наперед и даже… к моему искреннему неудовольствию, он избавился от браслета, то есть фактически лишил меня надежды на то, что нас сумеют обнаружить. А уж нанятый им проводник и вовсе был выше всяких похвал - он за сутки провел нас по тайным тропам на то расстояние, которое по проезжим дорогам занимало не менее четырех суток. Как мы выбрались из дворца я не знаю, хотя сложно было представить, что Трейли пронес бессознательную меня по коридорам совершенно спокойно, я очнулась в тот момент, когда капли холодного дождя упали на лицо… А ведь через шесть дней моя свадьба! Свадьба, которой я конечно желала бы избежать, но не столь же варварским способом! Увы, все эти декады по возвращению от клана Туманных Барсов и спасения из лап лигейца, я ежедневно думала о том, как оттянуть свадьбу! В конце концов Аллора не выдержала, и во время моего очередного нытья на тему 'А может зимой…', неподобающе выругалась и грозно спросила 'Зеля, я понимаю что невинные девушки бояться первой брачной ночи, но ты то!'. А Саер, присутствовавший при разговоре меланхолично добавил 'Секса лишу до свадьбы, учти'. На тот момент это показалось мне забавным, и я решила заставить Тигрика пожалеть о сказанном уже ночью, но ночью на все мои провокации ответом было 'Сладких снов, Рыська', после чего Саер попросту повернулся ко мне спиной и заснул. Увы, Саер сказал, Саер сделал, и мы ночевали в одной постели как… брат с сестрой! Как я не старалась, дальше поцелуев дело не заходило, а вот развлечься на стороне мне уже было запрещено. В результате именно я начала настаивать на переносе свадебного обряда в Злотник, великий праздник самого длинного в году дня, то есть фактически ускорила событие на две декады и вот… Любви у меня нет, свадьба, похоже, будет без меня, а я…

- Ммм! - пытаюсь привлечь внимание Трейли.

Транспортировали меня на горном кашеро, эта разновидность парнокопытных использовалась жителями наиболее верхних районов для перевозки там, где лошади пройти не могли, а вот сейчас перевозят меня. На костлявом животном было седло со спинкой, к которому меня и привязали. Кляп во рту не позволял высказаться по поводу моей безмерной радости от происходящего, но если говорить откровенно именно сейчас я хотела две вещи - пить и в кустики.

Я была услышана, и наш скромный отряд остановлен. Трейли подошел ко мне настороженно, не менее настороженно вытащил кляп изо рта. Его понять было можно - в прошлый раз я визжала так, что сорвала горло прежде, чем они вновь сумели засунуть кляп обратно.

- Я хочу пить,- хриплым шепотом призналась я,- и… у моего тела есть естественные потребности, так что.

Он молча отстегнул фляжку с пояса, в предрассветном полумраке лица его я не видела, но напоили меня очень аккуратно. Затем Элверо отвязал от седла для немощных старух, подхватил на руки и понес в сторону наиболее ровной площадки, а вот руки…

- И как, по-вашему, я смогу сделать это со связанными руками? - ядовитее полюбопытствовала я.

- Я сам подержу тебя,- отрезал этот молодой, но уже совсем загубивший себя мужчина.

- Спасибо, не надо,- такого унижения я не перенесу.

- Ты же понимаешь, что я не могу доверять тебе,- опуская меня и потянувшись к юбкам, произнес Элверо.

Духи, он действительно собирается подержать меня, как держат маленьких детей?! Это… это… да, Зеля, это серьезно.

- Послушайте,- я отступила и тут же едва не упала, но Трейли удержал меня,- не нужно унижать меня еще больше, чем вы это сделали,- и я откровенно взмолилась,- пожалуйста. У меня затекли ноги, мои руки я почти не ощущаю, местность мне не знакома - ну куда я могу сбежать?

И юноша внял моей просьбе. Мои юбки отпустили, руки отвязали, а вот сам Элверо остался стоять рядом.

- А я… отойду вон к тем кустикам,- предложила я.

- Нет,- он задумался, затем кивнул каким-то своим мыслям, - я отойду к проводнику, и жду тебя там, Зеля! Ты и сама понимаешь, что бежать сейчас глупо, а здесь водятся горные львы.

А вот это уже ложь, львы водятся к северу отсюда, а мы где-то на западном склоне Каллиэ, если я не ошибаюсь… так что бежать в любом случае глупо. Элверо отошел, я благополучно удовлетворило потребности организма и уже собиралась вернуться, как расслышала отдаленный звон и замерла! Мы не на западном склоне, мы на южном, а значит у подножия Храм Духов Барса! Я бросилась бежать быстрее, чем мелькнула мысль о том, что левее храма располагается Таможенный гарнизон, и мчаться следовало бы именно туда.

И я бежала, соскальзывая по почти отвесному склону, ударяясь о деревья, едва прикрывая лицо, иначе ветви расцарапали бы меня, но… внезапно меня схватили, дернули назад, бросая на усыпанную хвоей землю, а затем сверху придавила тяжесть тела мужчины, и Элверо глухо прошептал:

- В следующий раз, ты будешь делать это на моих глазах!

- Извращенец,- хрипло, по причине сорванного голоса ответила я.

Он напрягся, а затем начал неистово целовать мое лицо, шею, и все это время крепко сжимая запястья, на которых теперь останутся синяки. И при этом что-то бормотал про то, что я вынуждаю его быть жестоким, и что он одержим мною, а я… Как всегда виновной во всем оказалась я… мдя, предсказуемо.

- Мне холодно,- прохрипела я, едва от поцелуев и признаний в моей виновности, лорд перешел к задиранию собственно юбки. И не то чтобы мне не хотелось, скорее, наоборот, на фоне вынужденного воздержания хотелось и очень, но… а не проследовал бы лесом лорд Трейли! И потом… Тигрик что-то там вещал о верности, которая обязательно должна присутствовать в браке… - Мне холодно, я могу заболеть!

Лишь после этого Трейли поднялся, перебросил меня через плечо и поторопился к проводнику, который направлял его голосом.

А на рассвете мы действительно покинули пределы Гарендара, обойдя дозорных по тайным тропам, и вступили на территории Варатона. Общество у них весьма мерзкое, рабовладельческое и агрессивное. Варатонцам повезло организовать государство на разломах Варосского ущелья, а потому они процветали со своими серебряными и золотыми рудниками. Впрочем, Гарендару повезло не меньше, потому как весьма оживленная торговля равнинных государств с Варатоном осуществлялась с использованием наших дорог, и потому пошлины мы держали стабильно высокими.

Но самое паршивое вот в чем: С образованием Лиги Независимых Государств Варатон начал чеканить лигаты - монету Лиги, и с тех пор для Гарендара сие государство стало неприкосновенным, вот почему Трейли направился именно сюда. А затем я несколько иначе взглянула на юношу - Элверо блондин, причем блондин с серыми глазами… совсем как варатонцы, которые поголовно было светловолосыми и сероглазыми! Потрясающе!

На въезде к ущелью, нас поджидал отряд! И это стало последним доказательством того факта, что Элверо все очень четко спланировал. Судя по всему быть мне постельным развлечением для расчетливого и честолюбивого юнца. И чем ближе мы подходили, тем отчетливее становилось заметно, что отряд состоит из аристократов. Красно-серые монстрообразные кони были тому прямым доказательством. Данные лошади выводились варатонцами долго и мучительно и представляли собой лошадей со строением тела как у горных козлов и острыми зубами. Аристократы любили одну презабавную игру - раба выпускали и на него устраивали охоту, так эти… так сказать кони, рвали тела несчастных на части, и мясо жевали на бегу.

И вот приближаемся мы, один из блондинов грациозно спрыгивает с коня, делает шаг навстречу Элверо и произносит невероятную фразу:

- С возвращением, брат!

Убейте меня кто-нибудь, кажется, я обнаружила, кто сливал варатонцам конфиденциальную информацию!

- Рад видеть, Эран!- столь же радостно произносит Элверо Трейли, который, как выяснилось, явно никакой не Элверо Трейли а вовсе какой-то варатонец.

Ну а дальше все было предсказуемо - меня сняли с седла, перекинули через круп одного из этих зубастых монстров, а проводника и его несчастное, хоть и весьма дорогое, животное, чрезвычайно жестоко сопроводили в мир иной. Да, теперь я не удивлялась тому, что Трейли убил графа Витецио - этот убивал с удовольствием, а следы заметал грамотно. Но я, как я проглядела шпиона?

- Выдвигаемся,- приказал Трейли и вскочил на коня, того самого на котором я изображала седельные сумки.

Где-то на въезде в Оскану, столицу Варатона, я потеряла сознание, и ничуть не огорчилась из-за сего факта. Огорчилась я от того, что меня приводили в чувство весьма оригинальным способом. Завершив данный акт, Элверо встал, потянулся мускулистым телом и насмешливо произнес:

- Мне двадцать восемь, так что ты моложе меня на год, Зеля! - с этими словами варатонец решил покинуть комнату, в которой лежала голая и прикованная к постели я.

Можно было бы промолчать, но учитывая, что кляп отсутствовал, я задумчиво произнесла:

- А судя по продолжительности действа, скорее лет шестнадцать-семнадцать…

Он вернулся. Молчание золото, Рыська, сколько раз духи тебя учат-учат, а все никак не поймешь. Угрюмо смотрю на обнаженного Элверо и не могу понять, чего больше в его взгляде - желания повторить, желания убить или ненависти. Что ж, должна признать этот человек удивил меня - четыре года прикидываться вторым сыном рода Трейли, причем прикидываться столь успешно, что никто и не заподозрил неладного. Элверо доверяли, мы с графом Витецио брали его с собой на самые щекотливые задания, мы - два прожженных интригана и не подозревали…

- Удивлена? - насмешка во взгляде и весьма выраженное желание ниже пояса.

- Да,- скрывать очевидное не имело смысла,- и я боюсь спросить о судьбе истинного Элверо Трейли.

- Закопан… все еще орал, когда я забрасывал его могилу камнями,- все так же насмешливо ответил варатонец и приступил к доказательству соответствия продолжительности акта с возрастом.

Завершив, и продолжая полулежать на мне, поинтересовался результатом. Искренне ответила:

- Ну, судя по продолжительности, потянул на все сорок, - самодовольная ухмылка на белобрысой роже и тут я добавляю, - а судя по качеству все те же лет семнадцать.

Не ударил, а собирался. Даже кулак занес для удара, но сдержанный. Что не удивительно, учитывая, сколько лет он сдержанно и ловко прикидывался гарендарцем.

- Язвишь? - хрипло спросил ЛжеЭлверо.

- А что еще остается неудовлетворенной женщине? - да, а я сдержанностью не отличаюсь, а жаль.

Серо-голубые глаза в обрамлении золотистых ресниц и такая истинно варатонская, полная жестокости ухмылка. Он ничего не сказал, просто встал и вышел, оставив меня все в том же положении, без возможности встать.

Вернулся вскоре, на этот раз одетый в полотенце на стратегически важных местах, мои наручники отстегнули от постели, но руки он так и не освободил. Мыл сам, кормил сам, одевал так же сам. Когда вернулись в ту же спальню, там обнаружились двое рабов, вбивающих в стену кольцо, от которого тонкой змеей протянулась цепь, и тянулась она к кожаному ошейнику, лежащему на постели.

- Ты сама виновата,- отстраненно произнес варатонец.

Я застыла на пороге, не в силах сделать хоть шаг к этому… ошейнику. Хотелось кричать, но сорванный голос не позволил, а Элверо подтолкнул к постели.

- Неужели нельзя обойтись без этого? - я постаралась скрыть отчаяние.

Меня уже держали на цепи, но тогда скованными были мои руки, и я научилась снимать стальные браслеты, но как можно выскользнуть из ошейника?

- Я слишком хорошо знаю, на что ты способна.

С этими словами меня толкнули на кровать, в следующую секунду варатонец надавил коленом на спину, вынуждая подчиниться, и сноровисто застегнул ошейник. Ты попалась, Рыська!

Последующие трое суток отличались однообразностью - варатонец появлялся раз шесть днем и ночевал так же со мной. Мыл, водил в места столь необходимые, кормил, одевал, причесывал. Его отношение ко мне откровенно пугало - слово 'арахэ', что с варатонского переводится как 'моя', он шептал даже во сне, прижимая к себе так, что ребра угрожающе трещали. Сначала я пыталась демонстрировать обиду молчанием, и даже в весьма интимные моменты крепко сжимала губы, не позволяя вырваться и звуку, но затем поняла, что этим не добьюсь ничего. Более того - мне стало бесконечно скучно и на четвертое утро, я попросила книги. Ответ поразил до глубины души:

- Уже сейчас,- ЛжеЭлверо продолжал расчесывать мои волосы,- ты ждешь каждого моего визита, даже если и не замечаешь этого. Нет, Зеля, я не буду делить тебя с книгами - я буду твоим единственным собеседником, я буду твоим развлечением и наказанием, я будут тем единым, которого ты будешь видеть! И со временем, Зеля, здесь,- он постучал по моей макушке,- тоже буду только я.

Промолчать я не могла:

- Варатонец,- имени я так и не знала,- это ненормально, ты сам хоть это понимаешь?

Он сидел позади меня, сплетая волосы в сложную прическу, но бросив локоны, обхватил мои плечи руками, прижал спиной к себе и хрипло произнес:

- Я говорил - ты не слушала! Я одержим тобой, Зелея, и эта любовь разрушала меня, когда не было возможности быть рядом с тобой. Разрушала, Зеля! Твои янтарные глаза преследовали меня днем и ночью, я перестал спать. Твои губы, нежные и дерзкие, их вкус я не мог забыть! Мне говорят, что такой любви не бывает - но она есть! Сумасшедшая, всепоглощающая, разрушающая до основания… И ревность, Зеля! Теперь, когда ты рядом, меня убивает ревность… Не хочу, чтобы кто-то другой касался тебя, не вынесу, если другой будет владеть твоим телом… я ревную даже к служанкам, поэтому их у тебя не будет… И книги, Зеля, я не могу представить, что твои мысли займут книги, а не я!

Горные духи, это даже хуже чем у лигейцев… хотя нет, там хуже. Намного. Впрочем, еще один момент мне хотелось прояснить:

- А если появятся дети?

Ответом мне было спокойное:

- Не если, а когда,- резонно подметил варатонец, и добавил,- я признаю всех моих детей от тебя, но… после родов ты не будешь тратить время на них.

Медленно осознаю услышанное, и не то чтобы я даже предположила что рожу ему, но исключительно из любопытства я спросила:

- А видеть своих детей я смогу?

- Нет!

- О-ча-ро-ва-тель-но! - по слогам произнесла я. - Вам бы подлечиться, лорд!

Он молча встал, и ушел. Цепь жалобно звякнула, когда он задел лежащие на полу звенья. Меня вновь оставили одну. Потрясающе, а ведь еще совсем недавно я думала, что брак с Саером станет для меня кандалами, и вот наглядное доказательство ошибочности моих предположений.

Однако ошибочными оказались не только мои предположения, и спустя несколько часов я услышала приглушенный мужской смех, а затем в мою персональную пыточную ввалилось четверо варатонцев.

Восторга их визит у меня не вызвал, зато они были полны странной, эдакой злорадной радости.

- Смооотритеее,- самый молодой, лет семнадцати на вид, шагнул вперед,- гарендарская сука на цепи. Как видим - тут ей самое и место.

Они ожидали моего молчания? Напрасно.

- Смооотритеее,- спародировала я его протяжную речь,- варатонские ублюдки пытаются освоить сарказм. Как видим - жалкие попытки.

Белобрысые ублюдки замолчали. Никто более не улыбался, а тот, что первым стоял, сделал еще шаг, поднял лежащую на полу цепь и с силой дернул. Я полетела носом на постель.

Итак, ситуация - есть беззащитная я, и воспитанные в жестокости и бесчеловечности породистые подонки. И что делать мне? Засунуть гордость очень глубоко и начать действовать!

- Ай,- я начала в открытую флиртовать,- ты всегда такой резкий?

Приподнимаюсь на локтях и бросаю быстрый взгляд на варатонца. Лежу я сейчас чуть изогнувшись и от того весьма соблазнительно, и пусть я не юная дева, но в этом возрасте они ценят опыт, а именно его у меня предостаточно.

Гибко поднимаюсь, отбрасываю волосы назад, и приветливо улыбнувшись, произношу:

- Я - Зеля, и мне здесь очень… скучно, так что я очень вам рада, благородные лорды.

Лорды напряженно молчат и удивленно смотрят - их можно понять, ведь жертва, то есть я, ведет себя крайне нетипично. И молчат… молчат и молчат. Так, что ценят варатонцы? Кровавые забавы! Значит, о них и начнем беседу. И я сажусь ровнее, осознанно копируя их горделивую осанку так, чтобы они неосознанно признали во мне равную и хитро спрашиваю:

- А у кого из вас самый стремительный гатарх?

Гатархами они называют своих красно-серых монстров, обычно каждый юноша натаскивает своего скакуна сам, а потому весьма гордится успехами питомца… на что и рассчитывает покорная слуга Саерея.

- Мой Шарс самый быстрый! - самодовольно заявил тот, что стоял ближе к двери.

Отмечаю серебряные нашивки на его воротнике - значит из младшей ветви рода, нет, дорогой, ты мне не подходишь.

- Заткнись, Даран,- все тот же излишне прыткий, который продолжал держать конец цепи,- мой Храер быстрее, и на последнем выезде он завалил троих!

Боюсь даже представить подобное, но именно на этого объекта с золотыми нашивками направляю все свое обаяние и восторженно спрашиваю:

- Правда?! А как он смог загрызть всех троих? Наверное, еще и потоптал немало, да? - и такое искреннее внимание… ты не устоишь, ублюдок, ты не сможешь.

Не устоял, подошел, ближе, и не скрывая гордости начал рассказывать:

- Вчера сбежало девять тварей с шахты, мой отряд пошел по следу, из девятерых Храер подавил четырех и загрыз троих!

- Ого! - восторг, я демонстрирую только истинный восторг,- Невероятно, ты один выполнил работу целого отряда… у тебя удивительный гатарх!

- Лучший,- вздернул подбородок варатонец, - но… тебе об этом знать необязательно, шлю…

- Но мне так интересно,- перебиваю прежде, чем он произнесет оскорбление,- а сколько Храеру лет?

Ну же, давай! Ты очень-очень нужен мне, малыш! Но тут вбежал еще один, что-то прошептал и все ретировались. Причина их не желания оставаться стала очевидна, едва спустя несколько мгновений вошел ЛжеЭлверо. Удивленно взглянул на меня и задумчиво произнес:

- Ты… странно выглядишь.

- Просто рада тебя видеть,- лгать я люблю, и очень.

Увы, ложь обернулась против меня - воодушевленный таким приемом варатонец старательно пытался удовлетворить меня, очень старательно. Но ошейник как-то не способствует достижению вершины наслаждения и в результате почти на закате раздосадованный мужчина ушел. Я же торопливо оделась, заправила постель, перетащила стул к окошку и сев так, чтобы цепь была менее заметна, принялась ждать. Ждать пришлось недолго!

Дверь резко распахнулась и вошел тот самый с золотыми нашивками на вороте, а в руках у него была… плеть. Так-так, кажется, разговора не получится. Юноша остановился, втянул носом воздух, скривился и презрительно так:

- Здесь запах… страсти!

Оправданий он от меня не дождется, как и осознания собственного положения и я чуть насмешливо произношу:

- Ну, знаешь ли, это одна из сторон жизни и… весьма приятная.- вздрогнул, сжал рукоять сильнее, и я замечаю капельки крови. А вот и повод для разговора. - Кого замучил?

Варатонец медленно подошел, взял стул и, поставив его спинкой вперед, сел, облокотившись и пристально глядя на меня. Ну вот, я уже бесплатное представление… а через два дня у меня свадьба! Вообще единственное желание, которое сейчас есть, это выхватить плеть и поучить наглеца манерам, но… но я буду молча и вежливо улыбаться!

- У тебя глаза янтарные,- после долгого молчания произнес юноша,- а когда на них падают лучи солнца ощущение, что они как расплавленное золото. Странные глаза, я не видел таких никогда.

- К сожалению, я тоже,- да, я буду милой с этим ублюдком,- говорят, что подобный цвет был у моей прабабки, и вот достался мне.

- Странно…- и он вновь замолчал.

Кровь с кнута перестала капать, лицо юноши стало задумчивым, затем он едва слышно произнес:

- Почему ты не плачешь? Не кричишь? Не молишь о пощаде?

Эх, почему я должна все это выслушивать, вот в чем вопрос. Гибко поднимаюсь, подхожу к нему и ловким движением забираю инструмент воспитания непокорных. Отдал, нехотя, но отдал. Провожу пальцами по рукояти, касаюсь засохшей крови… кровь сие приспособление видит часто…

- Тебе нравится причинять боль?

Кивнул, не сразу, но… но этого достаточно. А еще мне достаточно того, что увидев кнут в моих руках, он даже дышать стал иначе. Так-так, мальчик, извращения это у варатонцев в крови. Интересно, а делал ли с ним кто-то что-то подобное? Отпускаю кнут и делаю взмах, украдкой глядя на юнца - дышать начал глубоко и часто. Еще взмах и на этот раз ударяю его по ноге - легко, но ощутимо. Нормальный мужчина после подобного вскочил бы и отобрал опасную игрушку, а этот… у него в глазах только восторг и желание! Да, лечиться тут нужно всем, с другой стороны я им не лекарь. Ну что же, продолжим. С кнутом обращаться я умела, а потому особый взмах, кнутовище обвилось вокруг его шеи, и раньше, чем юнец понял что происходит, я резко дернула на себя, вынуждая его упасть. Отбросила свалившийся на варатонца стул, и медленно, с осознанием своей власти, надавила ногой на горло. Нормальный человек после подобного убил бы, варатонец же хрипло застонал, дернулся, прикрыл глаза и, судя по всему, достиг вершины наслаждения. Даже я, с моим весьма богатым опытом, подобное вижу впервые. Духи, я и названия этому не знаю! Дождавшись пока он обмякнет, нагибаюсь и освобождаю его шею.

Открыл глаза мгновенно, дернул на себя, перевернул на пол, подмял, и когда я уже ожидала убийства или чего-то болезненного, варатонец поцеловал… нежно, благодарно, трепетно, так, как юноша целует свою первую женщину. Когда я открыла зажмуренные от страха глаза, увидела его восторженный взгляд. Затем варатонец резко поднялся, поднял и меня, осторожно переложил на постель, поцеловал снова и, забрав кнут, ушел.

Я так и осталась лежать, глядя в потолок и не понимая, что тут только что произошло… вообще я поговорить хотела!

Ночью появился ЛжеЭлверо, этот любил без извращений, хотя учитывая, что извращенной была сама его любовь… в общем вот к чему приводит кровосмешение, не зря в последнее время поощряются браки варатонцев с представителями иных государств.

На утро варатонец встал раньше, чем обычно, одевался тщательно, затем подошел и сделал то, чего я от него никак не ожидала - отстегнул ошейник. Как он это делал я не знаю, у меня самой не получалось, только ногти поломала.

- Меня не будет до вечера,- с явным сожалением произнес ЛжеЭлверо,- еду я тебе принесу сейчас, покои тут закрытые, так, что перемещаться сможешь только по трем комнатам. Естественно я запру дверь.

Замер, ожидая моих слов. Я безразлично пожала плечами, потерла освобожденную шею, повернулась на другой бок и заснула. Проснулась, едва услышала, как провернулся ключ в замке. Некоторое время лежала и вспоминала - а присутствовал ли Элверо при том эпохальном случае, когда я взломала сейф? Вообще я его редко замечала, и вот сейчас пыталась вспомнить. Нет, не присутствовал! Я вскочила, потянулась и даже затанцевала от радости. Только после этого начала торопливо собираться. Платье, серое, почти бесцветное выбрала из той груды, что принес и расположил в каменной нише ЛжеЭлверо. Волосы заплела так, чтобы не мешали, после чего наспех поела, поражаясь тому, сколько приволок варатонец, и вот после всего этого, подхожу к двери. Замок варатонский, врезан в дверь, защищен стальными пластинами.

Запирающее дверь устройство я рассматривала долго, все пытаясь опознать его тип и тут… с искренним удивлением замечаю что с противоположной стороны в замок что-то вставили, провернули два раза и я едва успела отпрянуть прежде, чем вошел тот самый, больной на всю голову.

- Эгран до заката будет… занят,- глаза юноши сверкали неестественной радостью, словно у припадочного, - у нас мно-о-ого времени…

И мне был брошен кнут. Поймала на лету, усмехнулась и поняла, кого оставлю лежать на этой самой постели. Спустя всего несколько мгновений извивающийся в экстазе юноша лежал и пытался освободиться. Кнутом я владела в совершенстве и сейчас руки и шея варатонца были связаны, на шею поверх кнута я надела ошейник и застегнула его. В этот момент варатонцу стало хорошо. Больной он. Прикрыв извращенца одеялом, торопливо покинула страшную спальню, которая на четыре дня стала моей персональной камерой пыток, хотя… не плох Элверо, совсем не плох, вот ему бы голову прочистить и был бы очень даже… Но я не о том.

У варатонцев коридоров как таковых нет, в жилых уровнях, тут скорее проходные комнаты, и я осторожно пробиралась по ним ровно до того момента, пока не встретила рабыню. В результате связанная укрытая моим платьем женщина осталась спать у стены за диваном, а я в ее наряде, достаточно откровенном кстати, продолжала осторожно пробираться хоть куда-нибудь!

В сим строении явно что-то происходило, так как народу было очень мало, а те что были, бегали быстро и торопились куда-то. Внезапно впереди услышала очень знакомый голос, едва успела прижаться к стене, когда мимо… прошел одетый во все золотое Элверо. На лице его радости не было, в руках сжимал опять же золотой клинок. Шел уверенно, зло, с какой-то мрачной решимостью, рядом с ним трое в обычной светло-бежевой одежде. Ушли! Я поторопилась сбежать в другом направлении. Вскоре добрела до оформления декора в ином стиле - здесь все было розово-золотым. Пытаюсь вспомнить обычаи варатонцев, что-то припоминается про деление жилья на женскую и мужскую половины. Хм, судя по всему теперь я в женской.

Здесь так же было пустынно, я шла по коврам, по идее, направляясь к выходу. И вот когда желанная дверь на свободу замаячила впереди, позади послышались торопливые шаги. Я метнулась к очередным полупрозрачным занавесям и замерла. По проходу шла варатонка в золотом… ей не идет этот цвет, в сравнение с которым волосы выглядят бесцветной соломой. Да и бледная кожа только проигрывает в подобном наряде. А вот Аллора смотрелась бы в этом божественно. Но вот девушка подходит почти к самому выходу, тяжело вздыхает и делает то, что решило ее судьбу - набрасывает на голову непрозрачный покров… а во дворе ее уже ждет золотой паланкин.

Несчастная так и не поняла, что стало причиной ее падения и потери сознания, но вскоре и она спала за очередным диваном, прикрытая к тому же занавесями, а вот я, стараясь подрожать ее походке вышла во двор и двинулась к смутно различимому в подобном головном уборе паланкину.

Забраться в транспортное средство, где полагалось полулежать, мне помогли две рабыни, четыре раба мерно двинулись вперед так, чтобы паланкин при хождении не раскачивался. Приподняв покров, я радостно осмотрелась - всего четыре раба и движемся мы к огромным воротам! Все складывалось наилучшим образом и когда ворота со скрипом открывались, я готова была петь от счастья, но… за воротами нас ждал отряд варатонцев на красно-серых монстрах! Мой тихий вой к счастью никто не расслышал, и аристократы, взяв паланкин в окружение, неторопливо двинулись вперед… рабы тоже двинулись. Запоздало пришло осознание, что это почетный экскорт! Сбежать при таком раскладе было нереально, а потому я устроилась поудобнее и начала продумывать, что делать дальше.

Ехали мы долго, вероятно больше двух часов. И вскоре впереди послышался шум воды… нет, толпы… нет, воды… в общем, и воды и толпы. К толпе я относилась благожелательно, а вот вода… вызывала панический ужас.

И тут эскорт остановился, а мой паланкин несут дальше, и мне бы обрадоваться, но… несут меня через толпу, и я достаточно сообразительная, чтобы осознать, что… не стоило меняться местами с той девушкой. Совсем не стоило. Несут меня по каменным ступеням, и стараются нести так, чтобы крена не было… вышколенные рабы, ничего не скажешь. Варатонцы народ интересный, любопытством не обремененный и потому на меня даже не смотрят, все зачарованно вглядываются вдаль. Проследив за их взглядоустремлениями, замечаю странное сооружение из… золота. Оригинально, а главное понятно, почему об этом строении мне ничего не известно. Вглядываюсь далее и вижу одинокого варатонца, стоящего на входе в данное строение и чем ближе меня подносят, тем отчетливее я понимаю степень идиотизма ситуации - там стоит ЛжеЭлверо!

О свадебных обрядах варатонцев ничего известно не было - они не допускали посторонних и близко к своим ритуалам, впрочем, теперь ясно почему, но что-то мне подсказывало, что это все же свадебный обряд. С другой стороны, Рыська, ко всему нужно относиться философски, например, данный обряд можно посчитать репетицией к завтрашнему… обряду. Если доживу, конечно, а что-то подсказывает мне, о скоротечном конце извилистого пути жизненного…

Рабы остановились на самом верху, и замерли ожидая чего-то. Чего именно, стало ясно едва мой тюремщик подошел к паланкину, отодвинул завесь и протянул мне руку. Сквозь ткань его лицо было видно гораздо хуже, чем река, которая текла рядом с храмом. Попыталась вспомнить маршрут, хоть примерно. Выходило, что сей водный поток или Варга и течет она к горам Гарандара, либо Эхена, эта начинала свой стремительный бег у горы Араве, извилистой змеей текла по Варатону, а оттуда спокойным широким потоком проходила по землям Прадена. То есть даже сейчас была возможность разбежаться, прыгнуть в воду и тогда существовал шанс, пусть и призрачный, на спасение из данного весьма рабовладельческого государства. Но ужас ситуации в том, что воды я боюсь значительно больше, чем даже монстрообразных варатонских скакунов!

Мои размышления прервало 'Хм', от ЛжеЭлверо и я уже собиралась подать ему руку, но тут до меня дошла весьма примечательная истина - руки! Запоздало вспомнила, что длинные ногти варатонки были выкрашены золотым, мои же обгрызены собственно мною до основания, так как в последнее время я… несколько распереживалась, мдя. И тут же вспомнилось и еще кое-что - у меня кожа белая, даже не так, скорее молочно-белая, потому венки на руке не видны, у варатонок кожа нежная, очень тонкая и сеть голубоватых венозных сосудов просматривается очень четко. Возникает вопрос: Что делать?

Обнародовать личность свою смысла не имело - либо сразу убьют (посмела узнать то, что знать не полагалось! - это я о храме), либо этот… хороших слов нет для него, больше ошейник не снимет. Ладно, будем плыть по течению, а там посмотрим. И я протягиваю ладонь Элверо, но скрыв ее покровом - мою руку он сжал, и к счастью не стал настаивать на отсутствии на длани кончика ткани.

Едва моя нога опустилась на пол, в толпе что-то радостно закричали. Варатонский знаю плохо, это древнее наречие еще хуже. ЛжеЭлверо поулыбался в ответ на выкрики, и все так же держа меня, повел к… тому краю, за которым, дико нервируя, шумела вода. Стараясь отвлечься, попыталась разглядеть нашивки на воротнике Элверо - золотые, с вкраплениями алмазов… Так-так, значит он один из десяти младших правителей! Но чем ближе мы подходим, тем больше путаются мысли и тем страшнее мне становится. Я воды боюсь! Боюсь! Не…

Но мы подходим все ближе, с ужасом вижу бурлящую и от того белоснежную воду, а варатонец ведет меня к висячему мосту, который тянется над безумно-стремительной рекой к скалистому островку, где нас еще кто-то ждет! И я понимаю, что предстоит пройти через весь мост, так же понимаю, что прыгнуть в реку идея безумная - здесь сплошные пороги. Едва мы подходим к мостику, я начинаю дрожать, фактически заставляя себя сделать еще хоть шаг… Вода! Вода! Кругом ненавистная мне вода! И этот панический ужас, вытесняет все остальные мысли!

- Исвеа Шанновеэ,- ощутивший мою дрожь Элверо, остановился и посмотрел с нескрываемым раздражением,- ведите себя, как полагается истинной дочери Золотого Народа!

Продолжаю дрожать все сильнее, идти больше не могу, хочется просто бежать прочь, но тут:

- Исвеа Шанновеэ, - Элверо сжал мою ладонь так, что от боли захотелось выть и даже наверное был бы слышен треск, если бы не шум бурлящей под нами воды, - глупо бояться смерти, если она неизбежна. Ведите себя достойно!

Что?! Какой смерти? Это смерть или свадебный обряд, что-то я не совсем поняла! Не может быть, чтобы это было жертвоприношением! Варатонцы народ скрытный и жестокий, это да, но не до такой же степени! Пока размышляю, продолжаю идти вслед за ЛжеЭлверо и думать, думать, думать. Даже если предположить, что это не брачный обряд, а жертвоприношение, тогда все равно бежать сейчас смысла нет. Но может спросить?

И я едва слышно, стараясь вспомнить варатонский, произношу:

- Грахэ? - примерно переводится как 'почему'.

И только сейчас замечаю, что от того островка можно прыгнуть в более спокойные воды, но апофеоз идиотизма нарастает, потому как Элверо внезапно застыл, остановился и резко развернулся ко мне. Теоретически узнать мой голос он не мог - я же шептала, а фактически… Фактически варатонец прошипел 'Зеля' и сорвал покров с моей головы.

Вновь имею возможность посмотреть на блондина в гневе… брюнеты определенно лучше, мдя. И потому я предпочитала понаблюдать за золотым куском ткани, слетающим на воду, а далее смятым и унесенным потоком… Но это все лирика, а теперь переходим к вещам серьезным - Элверо не жилец! Нельзя сохранить жизнь тому, кто знает так много. И дело даже не в мести - то, что он делал со мной… я не таила обиды, мне слишком многие делали больно, но ради Гарендара Элверо должен кануть в пучину реки времени. Кстати, вот конкретно эта река очень даже ничего. Жаль, что придется сделать это самой, так как я планировала прислать парочку наемников, увы…

- Как? - единственное что спросил варатонец.

Смотрю в его серые глаза и начинаю вдохновенно врать:

- Утром ко мне ворвался какой-то юнец… у него золотые нашивки на вороте и он с кнутом был…

- Мой дядя! - прошипел лжеЭлверо.

Да, как-то сложно у них тут возраст определять, но суть не в этом.

- Он набросился на меня и…

Либо я лгала не убедительно, либо что, но мне не верили, и это я видела отчетливо.

- И что же он сделал, Зеля? - да, блондины в гневе мне совсем не импонируют.

Так, попытаемся проанализировать произошедшее - то был не юнец, это раз… после произошедшего с кнутом, он был мне ооочень благодарен, это два, следовательно… у мужчины были большие проблемы с исполнением чисто мужской функции! Ага, значит, в этом направлении мы не двигаемся.

- Он связал меня,- всхлипываю,- выволок и повел по переходам. А затем заставил поменяться одеждой с девушкой и меня ввели в паланкин… это все.

Из горла варатонца раздался какой-то хрип, потом рык, затем схватив меня за предплечье, Элверо потащил обратно к толпе. Не то чтобы я была против покинуть сей весьма шаткий мост, но как бы были у меня планы на его смерть, это раз и второе - там, прикованный к ошейнику лежал тот самый… дядя!

Среди варатонцев поднялся шум, второй мужчина в золотом что был в храме через мостик, торопливо и вместе с тем величественно двинулся к нам, мои черные волосы были уже достаточным поводом для шока и варатонцы что-то кричали о подлости. Понять их было сложно, впрочем, и не имело смысла - я откровенно присматривалась к шагам Элверо, планируя отправить его искупаться.

- Эгран,- нас догнал тот величественный в золотом.

Между варатонцами завязалась весьма негативная беседа, в результате которой выяснила я, что некий Рвараген вместо своей дочери, которая должна была 'окрасить золото своей кровью' и тем ознаменовать вступление Эграна в должность, подсунул возлюбленную гарендарку, что стала дыханием этого самого Эграна. Мое мнение никого не интересовало, было решено отправить гонцов за Исвеей Шанновеэ и на закате все же провести ритуал, а сейчас начать пир… ну еще бы, четыре часа надо же было хоть чем-то занять. Вопрос со мной решился так же весьма просто - те же самые гонцы доставят меня обратно. И никто из варатонцев не высказался за мое убийство, и не потому, что им было жаль иноземку, нет, дело в следующем - чужая кровь не должна осквернить золотой алтарь. Вывод: Лечиться им нужно! Всем!

И тут Элверо который Эгран посмотрел на меня, и выразил желание доставить меня лично. Ему запретили… а жаль.

В результате вскоре я сидела на одном из монстров, приконаручниками к седлу (да-да, у кого-то из присутствующих нашлись стальные браслеты, что наталкивало на все те же не утешительные мысли), почетный эскорт составил не менее двадцати недобрых варатонцев. На прощание оглянулась и взглянула на Эграна - жаль, следовало бы его убить, но не все же сразу.

Обратный путь проделали в быстром темпе, но в то время как варатонцы смотрели вперед, я старательно пыталась узнать местность. Вскоре на горизонте показались заснеженные вершины Гарендарских гор, с этого момента оставалось лишь самое малое - освободить руки. Когда-то я не мало часов потратила на то, чтобы подумать о сем приспособлении и методах освобождения. С тех пор на изменение погоды руки мои неизменно начинали чуть побаливать, но… главное то, что большие пальцы теперь удавалось смещать весьма быстро, а боль… да сколько той боли.

Итак, действуем: Тихий хруст, неприятный, но терпимый, а варатонцы не замечают ничего. Осторожно освобождаю правую руку, возвращаю сустав на место. Теперь дело за левой, тут все было болезненнее, а крайний с права ублюдок внезапно решил воспылать ко мне интересом. Отряд повернул, и теперь мы двигались параллельно гряде. Время терять было нельзя! Осматриваю седло, замечаю притороченный нож. А дальше начинается самое интересное.

Когда я завладела поводьями, монстрообразный конь вздрогнул, варатонцы не сразу осознали произошедшее. Когда же я подняла животное на дыбы, и резко развернула, послышались крики и то же самое они проделали со своим четырехногим транспортом, но у меня было одно преимущество - варатонцы своих гранов берегут и обращаются с ними бережно, я же себе подобной роскоши не позволила и в результате рванув к горам несколько опередила своих преследователей.

Как я пыталась добраться к ножу история отдельная, едва не завершившаяся трагедией когда поняла, что начинаю соскальзывать, но сумела, и схватив клинок использовала его вместо шпор. Обезумевшее животное понеслось так, что варатонцам оставалось лишь глотать пыль из под его копыт. И гонка началась. У меня была одна цель - горы, у них целей было две - остановить меня и в то же время не причинить вреда. Тот, у кого цель одна, всегда побеждает.

И горы увеличивались по мере нашего приближения, уже отчетливо были видны снежные вершины и темные сосны произрастающие на склонах, на третьей горе от края равнины блеснул Храм Духов Барса, ага, значит, я двигаюсь с запада. И остервенело втыкая раз за разом нож в израненный бок хрипящего животного, я старательно вспоминала расположение наших пограничных гарнизонов. Вспомнила! Их местоположение вспыхнуло в голове яркой картой и я резко свернула влево. Преследователи были давно позади, но несчастный выделенный мне гран этого поворота не вынес и повалился на усеянную острыми осколками горной породы землю.

Первый раз я упала с лошади в семь, когда отец впервые позволил сесть на это копытное, и более с лошади я не падала, мы, Рыси, учимся быстро. А вот с лошадью я падала часто, потому почти инстинктивно оттолкнулась, приземляясь спиной и мгновенно откатываясь подальше. Падение не прошло бесследно - как минимум пять каменных осколков впились в мою спину и бок, причиняя невыносимую боль. Поднявшись, с трудом дотянулась до осколков, но, вынимая последний камень, поняла, что он повредил меня сильно - по спине текла кровь. Кривясь от боли, подошла к лошади - монстрообразная тварь хрипя и вздрагивая гибла у моих ног. Транспорта я лишилась, а взбешенные варатонцы уже были видны вдали.

Поворачиваюсь к горам и пытаюсь бежать. Сначала пытаюсь, потом сжимаю зубы и бегу - только бы они заметили! К тому моменту как среди сосен отчетливо проглядываются остроконечные башенки западного приграничного замка, я уже с трудом дышу, позади отчетливо слышен топот копыт и ругань варатонцев. Я падала несколько раз, с каждым разом все сильнее разбивая колени, но неизменно поднимаясь, вновь устремлялась вперед - в Варатоне ничего хорошего мне ждать не приходилось, и разумом я это понимала. У измученного тела было совершенно другое мнение, но кто его спрашивать будет.

Падаю снова, ощущаю, как земля дрожит - оглядываться не буду! Поднимаюсь и снова заставляю себя бежать… И о чудо - впереди замечаю отряд приграничников. Их всего семеро, двигаются неспешно, явно просто любопытствуют. И дело не в том, что гарендарцам все равно, что тут варатонцы кого-то загоняют, просто для нас, горцев, есть свои и есть чужие. Сейчас стражи просто наблюдали за тем как травят рабыню… чужую. Это надо было изменить. И набрав побольше воздуха я из всех сил крикнула:

- Рхарао! - распространенный крик горцев.

Они сорвались галопом, едва я обессилено повалилась вновь! И я уже не поднялась, просто перевернулась на спину и начала смотреть в небо. А куда уже спешить? Меня услышали и пусть их всего семь, а варатонцев двадцать, зато мы горцы… в общем, они что-то придумают, а я просто смотрю в небо. Сейчас полдень, солнечный свет слепит глаза, улыбка не сходит с моего лица, несмотря на боль и усталость. Вот сейчас меня спасут, и все будет хорошо…

Первыми были варатонцы - кони взмыленные, рожи злые капающая слюна смешивается с пеной падающей из пастей их монстров. Варатонцы что-то кричали, спешились, подошли ко мне и снова что-то орали. Затем в их неровный строй ворвались горцы - все же варатонцам с нами не тягаться, гарендарцы больше, подвижнее и оружием владеют лучше. Вообще давно стоило бы подмять Варатон, но… есть же Лига, будь она проклята. Пока часть горцев выясняла отношения, молодой капитан подъехал ко мне, спрыгнул с лошади, нормальной такой пегой лошади, которая на варатонских монстров глазом косила, вернемся к капитану - подошел, опустился на одно колено, вежливо спросил, как я себя чувствую.

Раздраженно смотрю на него, машинально отмечая янтарно-зеленые глаза, тонкое строение лица, и лениво спрашиваю:

- А как, по-вашему, я должна себя чувствовать? - приграничник замирает, удивленно смотрит на меня и что-то пытается сказать. Прерывая его мучения, продолжаю. - Я Зелея Аренверас,- это имя рода Тигрика, но он мне его сам дал. - подданная Гарендара, так что спасли вы меня не напрасно. А теперь будьте так любезны, организовать мое перемещение к лекарю и вообще… на территорию Гарендара и подальше от территории Варатона.

Стервец продолжает странно молчать, но под моим пристальным взглядом все же кивает, протягивает руку, помогает подняться. Теперь я в полной мере могла насладиться представлением - от Западного Приграничного замка мчится с полсотни приграничников, у варатонцев рожи совсем кислые, наши нагло ухмыляются - да-да, варатонцы так же не имеют права похищать гарендарцев и укрывать наших беглых преступников.

Как выяснилось, из замка явился сам комендант Михаэль Верса и еще до того как сей взращенный на копченных колбасах румяный воин узрел лик спасенной, то есть меня, он высказал варатонцам все, что по их поводу думает. Мыслей оказалось много, приличных среди них ни одной, витиеватость и заковыристость ругательств поразила даже меня. Варатонцы сникли окончательно. И тут лорд Михаэль повернулся к покорной слуге Саерея, то есть мне. Румяный, немного пьяненький и довольный жизнью человек мгновенно побелел, из открытого рта с мясистыми губами вырвался непередаваемый звук, а затем лорд сипло прошептал:

- Леди Зелея…

С этого момента переживать о себе было бы уже глупо. Сначала варатонцев избили, затем связали, и они бежали за гарендарцами, да, нам предстоял большой дипломатический скандал, но в свете сложившихся обстоятельств имелось предположение, что Лорд-протектор примет нашу сторону, хотя… нет, не примет.

- Лорд Михаэль,- так как вез меня тот самый капитан, то чтобы привлечь внимание лорда пришлось крикнуть.

Процессия остановилась, комендант подъехал ко мне, и на его лице снова промелькнуло это выражение, которое означало только одно 'Убью варатонцев!'.

Не удержавшись, с улыбкой спросила:

- Я так плохо выгляжу?

- Вы прекрасны, леди Зелея,- хрипло ответил лорд Михаэль, - а эти ублюдки…

- Отпустите их,- устало приказала я.

Недоумение, непонимание, удивление всех окружающих и пришлось пояснить:

- В данном вопросе Лига встанет горой за Варатон, - я тяжело вздохнула,- как бы сильны ни были наши мстительные устремления, но суть в том, что месть не поможет в решении данного конфликта. Этих светловолосых придется отпустить. - И добавила. - Это приказ!

Ну а после того как удивленных белобрысых отпустили, я с чистой совестью потеряла сознание… или заснула, так как ночь выдалась… трудоемкая, и день не лучше. Проваливаясь в сон, услышала отдаленное 'Рассиашеара', улыбнулась и продолжила спать.

- Ай,- как-то само вырвалось, когда меня укусили за… Ну кто же еще может посягать на мою филейную часть столь наглым и коварным образом?

- Проснулась? - поинтересовался Тигрик.

- Эмм, - все еще не открывая глаз,- так только, между прочим, я тут пытаюсь восстановить силы после происшедшего, а ты приходишь и посягаешь на мой… тыл! Кстати, тылы прикрой немедленно!

Прикрыл, завалился рядом, пришлось открыть глаза и повернуть голову. После промывания ран и наложения бинтов спать мне приходилось на животе. Впрочем, спать это скорее в иносказательном смысле, так как от боли я то проваливалась в полубессознательное состояние, а то и вовсе это сознание теряла. Кстати, вот как раз сейчас ничего не болело, а это значит:

- Доброе утро, леди Зелея,- из тумана предрассветных сумерек выплыл лекарь Таверус, тот самый который и мертвого на ноги поднимет.

Не отвечая лекарю, спрашиваю у Тигрика:

- Давно?

- Накануне вечером приехал,- Саер потянулся, поцеловал обнаженное по причине лекарских процедур плечо, и несколько обиженно добавил, - спал с тобой всю ночь, а ты даже не заметила.

Смотрю в его зеленые глаза и понимаю, что люблю… Люблю за то, что бросил все и приехал, люблю за эту тактичность, ведь молчит и ждет пока все сама расскажу, люблю за то, что привез лекаря, значит, предполагал худшее и о помощи подумал сразу. А еще люблю за это тепло во взгляде, в прикосновениях, в каждом жесте. За что мне такое счастье? Ведь ему не впервый раз приходится видеть меня такой… но он снова будет нежным, ласковым, заботливым и немного наивно-обиженным, ровно до тех пор, пока я не стану прежней… пока не забуду очередной кошмар…

А лекарь молча срезает бинты, сноровисто осматривает спину… кажется в одном месте швы, значит, он еще вчера занялся мной. Когда спина начинает дергать, не сдерживаю стон и боль мгновенно прекращается… Таверус маг, только об этом мало кто знает - магов убивают и очень жестоко, и Таверуса бы убили, но Тигрик спас. Мой спасатель…

- Саер…- тихо произношу только имя, а хочется сказать так много.

- Таверус, оставьте нас,- к магу король обращается повелительно, но едва гений медицины нас покинул, голос Тигрика вновь ласковый и нежный. - Твое исчезновение обнаружилось почти сразу, тебя искали послы из клана Барсов. Когда найти не удалось, секретарь Ливеко прибежал ко мне… можешь себе представить, что было со мной! - голос Тигрика упал до шепота. Но сдержался и продолжил. - В твоем кабинете обнаружилось адресованное мне письмо, в котором ты якобы сообщала, что покидаешь Гарендар и не желаешь связывать себя обязательствами. - У меня дыхание перехватило, а Саер продолжил. - Письмо было написано твоей рукой, почерк был твой и в этом даже сомнений не возникло, и стиль письма был твой, но… ты ни разу не назвала меня 'Тигриком' и я все понял!

Духи, спасибо за то, что рядом со мной этот мужчина! Который верит до последнего, который не бросает, который…

А Саер продолжил:

- На поиски были брошены три отряда, когда же в собственном доме был найден мертвый граф Витецио, стало ясно, что к делу причастен Элверо Трейли… К утру мы нашли браслет, вот тогда настигло осознание, что тот, кто тебя похитил, не так прост, но на этом следы обрывались. Мы перекрыли все дороги, патрули разыскивали тебя всюду и ничего…

Смотрю на него и замечаю седые волоски среди густых каштановых локонов.

- Вестовой сокол прилетел вчера утром, к вечеру я был здесь, так как возглавляемый мной отряд находился на Утае. Ну, вот и все.

- Моя очередь? - тихо спросила я.

- Ты ничего не ела с момента, как здесь оказалась, - внезапно в зеленых глазах промелькнула ярость и я даже заинтересованно поднялась. Заметил, мгновенно стал прежним и нехотя произнес,- тут, говорят, от тебя капитан Решесс не отходил…

Я задумалась, вспомнила, как теряя сознание, услышала 'Рассиашеара', сопоставила с родовым именем капитана и нахмурилась:

- Если предположить худшее - он из клана Сумрачных Рысей… - сказала и сама поняла, что жизнь в последнее время все больше радует.

- Ясно,- Саер поднялся.

Вскоре в коридоре послышался его голос, негромкий, но весьма и весьма повелительный, еще через несколько минут Тигрик вернулся, за ним вошел давешний капитан. Я внимательно следила за ним: Взгляд на меня, а затем полный презрения на Саера… да, он из Рысей.

- Клановое имя,- потребовала я ответа, поднимаясь и придерживая простынь на груди.

Капитан смотрел на меня со смесью раздражения и ненависти… он имел на это право, Сумрачные Рыси не подчиняются никому, и презирают тех, кто покинул клан.

- Вы… Рассиашеара,- глухо произнес мужчина.

Да, как давно меня не называли этим именем… очень-очень давно.

- Вы ошибаетесь,- пристально смотрю, отслеживая его реакцию.

- Я не ошибаюсь, - упрямо повторил капитан… помолчал и добавил. - Мне было десять, когда вы сбежали из клана!

И он вздернул подбородок… Маленький Шесси! Осознание было болезненным, как и воспоминания.

- Рассиашеара,- он смотрел на меня, игнорируя присутствие Саера,- вам надлежит вернуться в клан и принять свою судьбу!

Мне надлежало его убить. Именно этого слова ждал от меня Саер, именно так я должна была поступить. А перед глазами такая яркая картинка из детства - маленький дружок, которого укусила змея. Я, по праву главная в нашей детской банде отъявленных шалопаев, подхватываю его на руки и бегу домой, уговаривая маленького 'Шесси, ты только не умирай, тебе нельзя умирать, вот вырастишь и станешь моим советником. Держись, Шесси…'. Когда вновь поднимаю глаза, во взгляде рыси странное выражение… наверное, он тоже вспомнил.

- Я умерла для клана, Шесси, - проговариваю с трудом. - Просто умерла.

И его тихий ответ:

- Ваша мать думает иначе…

Стараясь сдержаться, спокойно произношу:

- Я не первая из клана, кто покинул Сумрачные тропы!

- Не чета рысям младших родов наследница…

- Капитан!!! - сорвалась на крик и не заметила.

Ловлю более чем заинтересованный взгляд Тигрика и осознаю - он понял! Кажется, и этот секрет придется поведать ему. Впрочем, от него и не имело смысла скрывать.

- Свободны,- отрезал Саер и капитан нехотя покинул комнату моего содержания.

Тигрик подошел к двери, старательно запер, выжидающе посмотрел на меня. А мне очень захотелось почувствовать себя живой…

- Иди ко мне,- и покрывало отправляю на пол.

- Ты сверху, - напомнил об израненной спине Саер.

А потом мы лежали, он на спине, а я, практически на нем и пока Тигрик играясь, сплетал наши пальцы и поглаживал мою исцарапанную ладонь, я все рассказывала и рассказывала. Про Элверо Трейли и нашу с графом Витецио невероятную глупость, про варатонцев, про ошейник… Когда дошла до ошейника, Саер отвернулся, я знала почему - не хотел пугать. Знала и то, что уничтожением ублюдка Тигрик займется сам. На рассказе о побеге, Саер чуть сжал мою ладошку, поднес к губам и ласково поцеловал, потом произнес:

- Варатон пора ограничить в правах. Давай думать как!

Я думала не долго, в принципе идея сформировалась еще при виде золотого строения, и оставалось лишь придать ей форму:

- По возвращению в Шаранар начнем распространять слухи о несметном богатстве Варатона, о Золотом городе на берегу реки, о золотых доспехах… Жадность, Варатон погубит жадность их соседей и даже Лига заткнется, если предложить им лакомый кусок.

- Согласен,- взгляд у Тигрика был нежным, а зубы сжатые - он в ярости, а когда Меняющий Судьбы в ярости… судьбы меняются. - Начинай действовать едва вернемся, мне нужно, чтобы Ситран и Авердан были первыми, важно чтобы инициатива исходила именно от них. Так же желательно чтобы присоединился Праден, и вот тогда начну действовать я. К моменту рождения нашего первенца я уничтожу Варатон!

Стараюсь скрыть улыбку - уже ведь рассчитал все. Варатону выделил не больше года, впрочем, с его расчетами я была согласна.

- И все таможенные сборы увеличиваем,- предложила я.

- Введем запрет на провоз метала и оружия, - добавил Саер,- к моменту войны у них не будет достаточного вооружения.

Вот так в постели, после минут страсти, и решаются важные государственные дела. С улыбкой смотрю на него и просто наслаждаюсь тем, что он рядом, тем, что он такой, тем, что мне с ним так хорошо.

- А знаешь от чего все твои беды, Рыська? - хитро спрашивает Саер.

- Знаю, - так как лежу на животе, мне легко спрятать лицо у него на плече,- все знаю…

- Что знаешь? - допытывается Тигрик.

- Не с теми флиртую, не тех целую,- сокрушенно призналась я,- и ты ведь предупреждал на счет Трейли…

Потянулся, и я получила ощутимый шлепок по мягкому месту, на этом разбор и осуждение моих поступков были окончены - ни упреков, ни слов 'я же тебе говорил', ни утыканий мордой в грязь. В этом весь Саер - что было то прошло, забыли, врагов наказали и точка. Мой Тигрик.

- Рыська,- уже одно то, что говорит так нежно, означает, что скажет что-то неприятное,- что там этот щенок про наследницу проблеял?

Молчу. Упорно, молчу.

- В клане Сумрачных Рысей, кажется, женщина из определенной ветви правит, да? - продолжаю молчать. - Хм… а Олански знал о том, кем ты являешься, когда продал тебя лигейцу?

- Нет…

- Ну,- весело произносит Саер,- и не надо, чтобы знал. С другой стороны он в темнице, так что если захочешь сообщить ему лично…

Вскакиваю, забыв о спине, и расплата неминуема…

- Ммм! - полный боли стон, а Тигрик уже укладывает вновь на живот, старается облегчить мои страдания и отчаянно дует на ранки.

Помогло, теперь лежу и улыбаюсь.

- Эх ты,- сокрушается Саер,- я, даже в самый пиковый момент не потревожил ни одной садинки, а ты!

- Как? - тихо спрашиваю и вопрос совсем не о спине.

Некоторое время молчит, затем спокойно отвечает:

- Я лично его предупредил, он не понял, так что виноват сам. За одно то, что выступил против Гарендара его полагалось бы казнить, но тот факт с попыткой напасть на тебя, привел к тому, что я отозвал убийц и отправил наемников. Так что сначала он поведает нам массу всего нужного об Аверде, а затем я отправлю его в его род, где Оланского предадут публичной казни.

- Но,- вспоминаю последние доносы,- Олански же был под защитой.

- Это Аверд,- покровительственно напоминает Саер,- там, где нельзя купить за деньги, всегда можно найти людей рангом пониже, которые продадутся за их национальную гониловку.

Уже продумываю стратегию допроса, но тут раздается вежливый стук в двери. Саер стремительно поднялся, оделся он быстро, чем вызвал разочарованный стон - мне нравится смотреть на него без одежды, невероятное зрелище. Заметил мой взгляд, подмигнул и направился к двери.

Тигрик ушел, я еще некоторое время просто лежала и думала об Олански, о том, как правильно спровоцировать Аверд и Ситран, с Праденом там проще, там наши люди в окружении правителя, а вот с Ситраном возникнут сложности… впрочем, нет ничего невозможного, нужно искать варианты.

История четвертая: Измена и последствия

А клан Барсов прислал мне подарок: Великолепный стальной клинок, украшенный двумя сверкающими алмазами. Эдакий тонкий намек 'Попробуй только рот открыть' - называется. Так же послы сообщили о бракосочетании лорда Кетара и леди Виали. Ну и о безвременной кончине первой жены лорда Кетара. Отдельно прилагался подарок от леди Старой Змеи. Безвкусное кольцо с безумно дорогим бриллиантом отдала мастерам - как я и предположила сразу, в кольце было потрясающее впрыскивающее яд устройство - надевший его умирал бы долго и мучительно. Кобра решила показать, что у нее есть зубки… Отсылать ей что-либо не стала, все же бриллиант в кольце был удивительно прекрасен, так что заказала себе у ювелиров цепочку с бриллиантовой капелькой, просто так… на память о спасшем мне жизнь лигейце.

Как раз от ювелиров я и возвращалась, когда услышала тихий женский смех от калиточки возле парка. Смех был характерным для отчаянно флиртующей женщины, и я бы спокойно прошла мимо, но… я этот смех хорошо знала.

Обернувшись к следующим за мной охранникам, тихо прошу:

- Подождите меня здесь.

В ответ синхронное:

- Нет!

Тигрик озаботился моей безопасностью, и единственными кому он меня доверил, были его собственные младшие братья! То есть фактически это были сводные братья, значительно младше Саера, но факт оставался фактом - он доверял только собственному роду Тигров. И вот теперь за мной повсюду следовали два таких же зеленоглазых, сильных, подвижных и темноволосых тигра, как и мой возлюбленный монарх. Но все же с Саером им не тягаться, впрочем, не в том суть - там, у калитки была Аллора королева Гарендара, которая явно с кем-то интимно общалась, вместо того… чтобы свадьбой моей заниматься! И ладно я, я переживу, но если об измене узнает Тигрик… Мне он интрижки прощал (до скажем так - принятия обязательств), а вот Аллора о подобном может лишь мечтать.

Еще раз пристально смотрю на Арада и Шаста - лица у близнецов умные, красивые, глаза чуть раскосые, но ключевое понятие именно умные. А потому если пойду сейчас, братики все поймут и быстро доложат Тигрику. Приходится развернуться и идти к дворцу.

Королевский дворец, великий Шаранар был построен после образования королевства Гарендар, то есть ровно двадцать лет назад. Именно тогда Саерей сделал невозможное и объединил непокорный Гарендар. Специфика нашего государства в том, что каждый клан считает себя свободным от любых обязательств перед короной, так как фактически достать кланы не представляется возможным в силу ландшафта Гарендарского хребта. Это на равнине королю достаточно войска, чтобы подавить мятеж и призвать к порядку, здесь же можно месяцами гоняться за непокорными и не факт, что преследуемые не превратятся в преследователей, совсем не факт. Конечно, прошедшие двадцать лет несколько изменили политическую обстановку, но все так же многие кланы короне не подчинялись, о дани и пошлинах речи не шло, вот с Барсами так вообще пришлось всеми правдами и неправдами подписывать договора на право прохода войск через их территории, а мой родной клан Рысей и вовсе относился к новообразованному государству как к паразиту, который где-то там есть, но отношения к ним никакого не имеет. Специфика гор, что тут сказать.

Мысли вновь вернулись к Аллоре, но чем ближе я подходила ко дворцу, тем радостнее становилось на душе - Шаранар волшебно прекрасен. Белоснежный замок с серыми крышами, среди серых скал с белоснежными вершинами. Сказочное видение, выплывающее из молочно-белого тумана… Я преклоняюсь перед архитекторами, создавшими это великолепие, и перед Саером, который даже при строительстве собственного замка не забыл о кланах, а потому над главным входом надпись: 'Верность прочнее скал'. Это девиз всех горцев, единственный девиз, который принимают и признают все кланы. Впрочем, воистину дань наследию гор Саер отдал в убранстве внутренних помещений, так на первом этаже каждый зал стилизован под одну из легенд Гарендара. Я очень люблю Лебединый зал, где пол устлан редким голубым мрамором, имитируя озеро, стены отделаны под пейзажи вокруг озера Нахау, а под потолком среди люстр словно кружат два лебедя.

- Леди Зелея,- отрывает меня от размышлений невысокий пухленький торговец,- как же я рад вас видеть.

У меня прекрасная память на лица, и это лицо я определенно помню - торговец Паврат, торговал кедровым маслом. Вспомнила и обстоятельства нашей встречи - человек жаловался на судьбу, я заливала ссору с министром путей сообщения. Мы разговорились, когда перешли к крепкому чаю, и тогда он поведал мне страшное - не покупают у него масло, совсем не желают. Предложила свои услуги, сговорились о цене, через год это масло стало самым востребованным Гарендарским продуктом на рынках Варатона. А в чем секрет? В том, что теперь масло стоило в двадцать раз дороже, но продавалось в маленьких стеклянных бутылочках, на которых была этикетка, в которой рассказывалось, сколько пользы приносит сия желтая кедровая субстанция, чуть ли не жизнь продлевает и от морщин избавляет. Текст был мой, идея оформления так же… жаль, я не додумалась потребовать процент с продажи.

- Мастер Паврат, - приветливо улыбаюсь, все так же раздумывая над идеей обогащения себя любимой, - чем обязана.

- Леди Зелея,- мужчина запыхавшись подбежал, тут же приосанился и приноравливаясь к моим шагам, пошел рядом.- Суть в том, леди,- а говорил все еще с трудом и пытаясь отдышаться,- что весть о вашем бракосочетании с Его Величеством дошла до Торгового Объединения Горных Дорог!

Мы с Саером между собой именовали это объединение 'Втридорога', но так как львиная доля поступлений в королевскую казну осуществлялась как раз от них, то с самими торговцами подобного не употребляли. А потому внимательно слушаю и даже идти стала чуть медленнее.

- И вот мы собрались и постановили,- продолжал между тем Паврат,- раз уж у нашей новой королевы нет Рода,- да, болезненно было это слышать,- то мы просто обязаны взять на себя все расходы по бракосочетанию и ваше приданное так же предоставим вам мы - ТОГД!

Пафосно, да? И очень щедро, не так ли. Возникает закономерный вопрос - чего они хотят?

- Полагаю, что дальнейшее обсуждение данного вопроса целесообразнее перенести в мой кабинет, вы согластны? - обращаюсь к Парвату, а Шасту делаю знак не докладывать Тигрику… а то уже глазки заблестели, и явно намеревался сбегать и насплетничать. И перехожу к светскому общению. - Как поживает ваша жена, мастер Парват? Как дети?

Пока мы поднимаемся по ступенькам, проходим сквозь окованные дубовые двери, идем по галерее Верности и оба украдкой рассматриваем витражи с изображением героического эпоса Гарендара, я выслушиваю о том, как у младшенькой Парват болели ушки, а грау Парват носит пятого ребеночка в этой большой семье. Одновременно расспрашиваю как дела у остальных торговцев, какие у кого изменения в семейных делах и стараюсь запомнить, что у торговца Лахо умерла мать (необходимо будет выразить сожаление, лучше письменно), торговец Ватр намеревается запускать новое производство, но подробности пока держит в секрете (выясним), у торговца Халона умер управляющий и он подыскивает нового (это будет мой человек, нужно выбрать кандидатуру).

Поднимаемся в левое крыло дворца к административной башне, именно здесь располагались все четыре министерства и на самом верху в круглой башне вверенная моим заботам Тайная Канцелярия. К моменту, когда мы добрались до моего кабинета я уже слегка задыхалась - сказывались последние приключения, а Парват и вовсе придерживался за стеночку и воздух из его легких вырывался со свистом. Обычно торговцев я принимала в Министерстве Экономического развития, которое так же в нагрузку к Тайной Канцелярии выделил мне Тигрик, но раз уж разговор нам предстоял долгий и любопытный, то проводить его будем здесь.

- Идемте, уже недалеко,- приободрила я торговца.

Тот ответил мне ненавидящим взглядом, и явно в данный момент искренне желал моей смерти. Рассмеявшись, забываю об усталости и взбегаю по ступеням, чтобы первой оказаться в башне. Здесь удивительно, абсолютно круглое помещение с окнами по периметру, и откуда не взглянешь - горы, горы, горы… Подбегаю к одному из окон, распахиваю ставни и ледяной воздух гор овевает с головы до ног, играет прядями растрепавшихся после посещения города волос, пронизывает пропитавшееся запахом лошади платье, прогоняет прочь все тревоги и сомнения.

Где-то внизу слышится так же звук открывшегося окна, а потом такой лениво-взбешенный голос:

- Зеля, мне лекаря к тебе сейчас отправлять или попозже, когда уже жар начнется?

Высовываюсь из окошка и машу рукой Тигрику, совсем забыла, что эта часть башни из его кабинета просматривается. Улыбается в ответ, но в результате грозит кулаком. Мгновенно закрываю окно, затем пытаюсь перестать улыбаться… чертовски сложно это сделать! Но нужно, и к моменту, когда торговец все же появляется перед глазами я уже сдержана и собрана, как и полагается.

- Мастер Парват,- от насмешки удержалась с трудом,- чай, кивлис, слодник, батарху?

- Слодник,- с трудом проговорил торговец.

Я кивнула и появившемуся секретарю Лахо приказала:

- Мне - чай, матеру Парвату пинту пенного слодника, - и подойдя к задыхающемуся торговцу взяла его под локоток и, ведя вперед, с ностальгией произнесла. - Ах, мастер Парват, знали бы вы, какой слодник мне не так давно довелось отведать, все же умеют наши домохозяйки готовить!

Так мы вошли в приемную, где стояли шесть столов моих сотрудников, из которых присутствовал только секретарь и тот сейчас умчался выполнять мое поручение, далее следовал мой кабинет - небольшой, но уютный, да и вид гор за окном радовал глаз. Арада и Шаста вошли за нами, но я указала на дверь и два раздосадованных тигра ретировались, а мы прошли к креслам у окна, где я принимала очень нужных мне людей (ненужные стояли перед моим столом во время беседы, немного нужные сидели на стуле, ну а те, кто был неоценим удостаивались мягких посадочных мест перед окошком). С нескрываемым облегчением мастер Парват занял кресло у окна, я села напротив, выражая готовность внимать его словам.

Увы, торговец ожидал, что я начну первая, и я перешла сразу к делу:

- Итак, ТОГД готово взять на себя все расходы по королевскому бракосочетанию?

- Именно так,- подтвердил мастер Парват.

Хм, ну если их требования не будут заоблачными, тогда… я как бы не желала пышной свадьбы, но если оплачивать будет не казна, тогда хочу и бал, и фейерверк и городские гуляния, и платье обязательно расшитое серебром!

- И расходы на приданное так же? - продолжила уточнять я.

- Леди Зелея,- на мгновение торговец стал удивительно серьезным,- и я, и Людвиг, и Бариус мы слишком многим вам обязаны, а потому считаем своим долгом обеспечить ваше приданное… это самое меньшее, что мы можем для вас сделать!

- Спасибо,- мой ответ был искренним, но затем я вернулась к главному. - Итак, мастер Парват, а теперь давайте говорить откровенно - что так сильно желает заполучить ТОГД, что даже готов пойти на столь немалые траты?

Торговец чуть прищурил темные, выдающие его равнинное происхождение, глаза и хитро произнес:

- В бескорыстность вы не верите?

- Мне не шестнадцать, мастер Парват.

- Понимаю,- он чуть наклонил голову, и все же - почему бы вам не принять это, как жест доброй воли с нашей стороны?

- Ха-ха, проще развести монашку на прилюдное прелюбодеяние, чем меня на подобные разговоры!

Сравнение было наглядным, Парват осознал, что с разговорами 'ни о чем' пора заканчивать и задумчиво произнес:

- Было бы значительно проще, если бы вы приняли финансовое обеспечение свадебных торжеств как наш жест доброй воли…

- И какой же 'жест доброй воли' вы желали бы лицезреть взамен? - полюбопытствовала я.

Нехотя произнес:

- Четыре дня назад Гарендар ввел запрет на торговлю железом…- я знала об этом, но не думала, что ТОГД спохватится столь резво.- В свете того, что Варатон готов увеличить закупочную цену втрое… мы несем потери…

Потери значит… Да я порву на части и тебя и весь ТОГД! Но внешне я оставалась совершенно спокойной, и совершенно хладнокровно анализировала события: Итак они прислали ко мне Парвата с весьма выгодным предложением, более того с предложением которое было выгодно именно мне. По законам кланов финансовое бремя свадебного обряда ложилось именно на семью невесты - я же считалась безродной. Более того, много лет назад Тигрик дал мне имя своего собственного рода Аренверас, фактически приняв в клан Тигров. Тогда это избавило меня как от презрительных взглядов, так и от отношения как к отбросу общества. Свадебные расходы Саер также взял на себя, хотя учитывая некоторые мои махинации и тягу к взяткам, у меня было уже весьма значительное состояние, и все же Тигрик сказал 'Я сам', а Саер сказал - Саер сделал! И несмотря на тот факт, что подобное вызвало осуждение в обществе, мне было все равно… ну почти, и тут такое предложение… Да, с точки зрения торговцев, я обязана была ухватиться за него руками, ногами и зубами и склонить Тигрика к подписанию соглашения, тогда торговцы из ТОГД получали феноменальную прибыль, а остальные кусали бы локти. И ведь знали, прекрасно знали, что я не смогу жестоко обойтись с Парватом и потому прислали его ко мне… И ранее я, возможно, согласилась бы… за определенную плату, но в свете наших с Тигриком планов…

- Мастер Парват,- я села удобнее и свела пальцы вместе, стараясь продумать схему отказа так, чтобы ТОГД и свадьбу оплатил и… и ничерта не поимел за это,- вы лично сейчас несете потери?

- Нет,- несколько настороженно ответил торговец.

- Ваши… коллеги несут потери? - продолжила я.

- Нннет,- уже испуганно произнес Парват.

Да-да, он понимал к чему я клоню. Когда у меня было именно такое выражение лица, окружающие начинали испуганно бледнеть, потому что… змеиное у меня становилось выражение лица, и я знала об этом.

- Что ж, мастер Парват,- теперь я говорила резко и четко,- не буду скрывать - ваше предложение оскорбительно для меня! - побелел. - Более того, я в ярости! Неужели вы думаете что сможете купить меня?! - конечно он так думал, раньше-то получалось, и дело было лишь в цене. - А вы понимаете, мастер Парват,- я понизила голос до шепота,- что учитывая нанесенное мне оскорбление я могу 'забыть' о том, что обещала 'не замечать' того нелицеприятного факта, что комендант Западного Приграничного Гарнизона, отстраивает замок на, скажем так, сумму превышающую его государственное жалование?

Торговец побледнел еще сильнее, хотя казалось, что сильнее уже некуда, и я продолжила.

- А так же я могу 'вспомнить' о веревочном мосту через перевал Танше, по которому вы возите запрещенные товары в обход таможенных постов!

- Ннне надо,- пролепетал Парват.

Я милостиво улыбнулась и наставительно произнесла:

- Жесты доброй воли, мастер Парват, делаются по доброй воле и никак иначе,- тут моя улыбка стала совсем счастливой и я добавила. - Я с радостью приму жест доброй воли со стороны Вас лично и Торгового Объединения Горных Дорог в частности. И вот тогда жестом доброй воли с моей стороны, будет 'не вспоминать' о некоторых… лазейках в сети таможенных Постов, как вам мое предложение?

На меня смотрели с плохо скрываемой ненавистью. В этом все торговцы - их доброе к вам отношение, измеряется ровно на столько, насколько вы запускаете руку в их карман. Я запустила. И глубоко.

- А если мы… передумаем на счет жеста доброй воли? - напряженно спросил Парват.

Вот скряга! Между прочим, на моей идее он обогатился, а теперь… Но я все так же вежливо спросила:

- Мастер Парват, вы несете сейчас убытки?

- Нет! - зло ответил торговец.

- И это так замечательно,- ласково произнесла я.

Прохрипев нечто нечленораздельное, Парват встал, взгляд его выражал тридцать способов убийства особо жестокими методами, и даже улыбку он не счел нужным цеплять на взбешенную мину. Зато я радостно улыбалась, понимая, что уж теперь-то могу разгуляться. И не то, чтобы мне это было так уж необходимо, просто если за это платят другие, то почему бы и нет, пусть Гарендар запомнит нашу свадьбу как фееричное событие.

И вот тогда я решила намекнуть, на возможную прибыль в будущем, а потому поднимаясь, ласково произнесла:

- Спустя год-полтора… я, скажем так, проявлю жест доброй воли повторно,- удостаиваюсь заинтересованного взгляда,- со временем, мастер Парват, все со временем. Сейчас я могу сказать лишь одно - к указанному мной периоду я обращусь к одному из пяти торговых объединений, и те кому повезет иметь со мной дело, значительно увеличат и оборот и прибыль. Ну и последнее - ТОГД не один год потратил на то, чтобы заслужить мое доверие… не хотелось бы разочароваться, - это я намекаю, что через 'лазейки' железо и оружие провозиться не должно. И он знает, что проверю и перепроверю. - На этом все, мастер Парват, вы можете идти.

Торговец молчал, затем задумчиво произнес:

- Ну и стерва же вы!

- Да, я такая,- моя улыбка стала шире.

- Но хватка у вас железная, леди Зелея,- Парват чуть сощурил глаза,- что же, вы ценны тем, что всегда держите слово, леди Зелея. Я вас понял и передам объединению, что потеряв сейчас, мы возместим потери в будущем.

- Про доверие не забудьте сообщить,- напомнила я. - Репутация, мастер Парват, зарабатывается годами, а теряется… с одним неверным шагом!

Да, я угрожала, да я такая.

- Несомненно, передам, - легкий поклон, и хитрое. - Уж этого события ждал весь Гарендар долгие годы! Наконец, рядом с нашим королем будет не чужая, а своя. Надеюсь, вы подарите нам всем замечательного наследника.

Отвечать я не стала, он и не ждал - прекрасно понимал, что ступил на запретную тропу. Поклонившись еще раз на прощание, мастер Парват покинул мой кабинет, неся дурные вести ТОГДу.

Я же допила свой чай и поспешила принести добрые вести Тигрику. Сбегая вниз по ступеням, уже планировала, где проведем церемонию Алетте, или танца верности, и конечно наметила Лебединый зал. И вот там, я в роскошном бело-серебристом наряде (не хотелось надевать традиционные цвета моего рода, а так… просто нейтральное платье) и Тигрик весь в золотом с зеленым, и мы будем кружить в танце.

Размышляя о грядущем, я спустилась в центральное здание, прошла по галерее Славы, и церемонно раскланиваясь со встречающимися на пути придворными, прошла к Лебединому залу. Толкнув небесно голубые двери, вступила в одну из любимейших сказок… Древняя легенда которую не рассказывали - пели. Это была та единственная сказка, которую матери пели у колыбельных своих малюток. Красивая, грустная история, о том, как два лебедя парили над горами, но охотник с равнин пустил злую стрелу и упала белая лебедь… В этот трагичный момент я всегда плакала, потому что верных влюбленных разлучила смерть, потому что было очень жаль ее, с последним криком падающую вниз, и его - в единый миг лишившегося верной подруги, той, без которой не мог дышать. И трепетный лебедь обратился в разъяренного тигра, метнулся следом за любимой и в гневе убил равнинного охотника и псов его. Но на этом история не заканчивалась - трудной была дорога раненой подруги лебедя к родному гнезду, летать она уже не могла. И только верность спасала их от гибели, только верность не позволила ей умереть, а ему потерять веру в спасение. И кульминацией песни был момент, когда в небо воспарили три маленьких лебедя, и в их полете мать обрела небо… А потом маленькие лебеди улетели на юг, потому что зимой лебеди в Гарендаре гибнут, но искалеченная лебедь улететь не могла, а верный супруг не смог оставить ее. В момент, когда лебедята покидают гнездо и улетают со стаей, а два лебедя остаются умирать, я всегда повторно плакала от горя и сочувствия. А потом плакала еще громче, уже от счастья, потому что вернувшись, лебедята наши своих родителей живыми, ибо Верность прочнее скал, и долгой зимой двум лебедям помогали все горцы, от мудрой совы, до тигров и пум. Чудесная история…

- Попалась,- прошептал Тигрик, одна его рука осторожно легла на талию, заставляя прислониться спиной к нему, вторая обхватила мою правую ладошку, и Саер тихо прошептал, - Потанцуем, лебедь моя белая?

Проходящие мимо придворные, с искренним удивлением останавливались и заглядывали в голубой зал, где на сверкающем мраморном полу, совершено без музыки, танцевали мы с Тигриком. Причем танцевали тот самый танец верности Алетте, который исполняют все супруги как бы символизируя готовность быть вместе до самого конца. Нам было абсолютно все равно, что они думают, впрочем, как и всегда.

- Почему такая довольная,- Саер закружил меня по залу, затем остановился, и теперь я кружилась вокруг собственной оси, а он придерживал, - ну? - и мы снова в объятиях друг друга.

- Нашу свадьбу вызвалось оплачивать Торговое Объединение 'Втридорога',- сообщила счастливая я, прикрыв глаза от наслаждения и отдаваясь во власть уверенных движений Саера.

- Ммм,- задумчиво протянул мой монарх,- хотят обойти запрет на торговлю оружием?

- Мечтают просто,- подтвердила я, и меня вновь закружили.

- Рыська,- внезапно Тигрик остановился, и я почти упала в его объятия, посмотрела в серьезные зеленые глаза. - Рыська, я все оплачу сам!

- Неа,- обошла его прижалась к любимой спине и положив голову на сильное плечо, продолжила,- мы поговорили и я предложила им, проявить жест доброй воли просто так… в обмен на мою лояльность в отношении более ранних соглашений.

- Рыська-Рыська,- развернулся, обнял одной рукой, второй взял за подбородок, вынуждая смотреть на него,- я сам! А будешь продолжать упорствовать, получишь традиционную свадьбу в духе Горных Тигров!

Ох, это двенадцать дней нескончаемых празднеств!

- Тигрик, - я обиженно посмотрела на него,- к чему такая щепетильность? Пусть платят они, и тогда для нас двоих этот праздник будет слаще! Лично для меня бесплатный хлеб всегда вкуснее того, за который приходится платить.

- Рыся,- Саер почему-то продолжал злиться,- это важно для меня! Для меня, понимаешь?

- Нет,- я тоже начала злиться.

Откуда в нем такая привередливость?! Я все так хорошо устроила, а он! Он стоит и странно на меня смотрит, совсем странно, нетипично и непонятно.

- Оплачиваю свадьбу я,- внезапно прорычал мой Тигр,- и я все сказал!

Настроение стремительно катилось в пропасть под мерный стук моего сердца и лавина ярости, кажется, грозила обратиться очередным разносом всего и вся. Тигрик отчетливо видел, как сжимаются мои губы, как чуть сузились глаза и пошел на подлость:

- Секса лишу!

Это стало последней каплей, мне и так двух недель вынужденного аскетизма хватило с головой, а потому нагло произношу:

- Вернусь к старым развлечениям!

Теперь взбесился Тигрик, и зеленые глаза замерцали, производя на меня поистине какое-то волшебное впечатление.

- Убью! - прошипел Саер.

Так значит, да? А я… я… Но тут Тигрик пошел на еще большую подлость - нагло поцеловал. И вся моя ярость, все заготовленные слова и обвинительные речи, все возражения растаяли как первый снег в долинах… И я ответила его теплым губам, его рукам, его порыву… Тигрик воодушевился и продолжая меня целовать и обнимать, направился к дверям, шагая вперед спиной. Так как отпускать меня никто не собирался, пришлось весь этот странный путь проделать вслед за ним. Рассказывать про то, как Тигрик на ощупь закрывал двери, не отрываясь от моих губ и не обращая внимания на двух министров, которые пытались завладеть его вниманием, смысла не имеет, так как в результате двери он все же закрыл, и приступил к лишению одежды и меня и себя. И я снова была сверху, ибо спина была в процессе заживления и потому от нашей с Тигриком любимой позы, с которой мы чаще всего и начинали, приходилось пока воздерживаться и переходить сразу ко второй позе. Она у нас была с вариациями, объединенными только одним параметром - я была сверху.

На момент когда мы были заняты друг другом - весь мир мог катиться в пропасть, и сомневаюсь, что он был бы нами услышан. В тот самый памятный случай с медведем, бурому удалось подобраться так быстро, что у меня даже возникла мысль о его желании присоединиться, и заметили мы зверя лишь когда зловонное дыхание значительно подпортило прелесть любовной игры. Сейчас же, едва мы завершили и теперь я тяжело дыша лежала на обнаженном монархе, который необходимость соприкосновения с холодным полом взял на себя, сквозь грохот собственного сердца я различила грохот в дверь.

- Кому-то жить надоело,- меланхолично сообщил Тигрик.

- Давно стучат? - устраиваясь на нем поудобнее, поинтересовалась я.

- Давненько,- Саер обнял и совершенно счастливо улыбнулся.- Ты так стонала… так сладко и так страстно… Забыла, наконец, о варатонце?

Смущенно улыбнулась и кивнула. И все он замечает, монстр зеленоглазый. Действительно все эти семь дней забыть не могла, ЛжеЭлверо не был мне отвратителен, и больно не делал, но… неприятно, что пришлось быть с ним, противно… И действительно расслабиться и забыть об этом не получалось, но Тигрик был нежным, терпеливым и… наблюдательным, не зря дал мне волю, понимая, что варатонец ее лишал. Мой Тигрик, на этот раз у тебя ушло всего несколько дней, чтобы заставить меня забыть об очередном кошмаре.

- Почему для тебя так важно оплатить все расходы по свадьбе? - тихо спросила я, вырисовывая символ тигров на его груди, покрытой жесткими темными волосками, в которые я любила запускать пальчики.

- Потому что важно,- он умудрился приподняться и поцеловать в макушку.

В двери снова начали стучать, грозясь встретится лицом к лицу с королевским гневом… Впрочем, после произошедшего у нас обоих было бесконечно миролюбивое настроение, а потому мы игнорировали грохот и лежа на Тигрике, я целовала его грудь, плечи, шею…

И тут дверь распахнулась! Саер был быстрее и резким движением прикрыл мою наготу собственной рубашкой, зато он остался во всей красе. Я неторопливо принялась натягивать сорочку, пока королевская рубашка вкупе с моими волосами прикрывала мои же тылы, и уже планировала особое развлечение, которое называется - 'добивание наглых', как все мои планы нарушил жутко знакомый голос:

- Рассиашеара!

Сорочка наделась как-то сама, с Саера я практически соскочила одним движением и обернувшись к посетительнице, сдавленно прошептала:

- Мама…

Увы, это мне не привиделось - в дверях, в дорожном черном платье, гневно постукивая рукоятью кнута по бедру, стояла моя мать собственной персоной. Мне было достаточно взглянуть на родительницу один раз, чтобы испуганно посмотреть на Саерея, откровенно прося о защите.

Саер медленно поднялся, как он надел брюки я не знаю, впрочем, босой и обнаженный по пояс Тигрик выглядел не слишком царственно, да и как оказалось, смущаться Меняющий Судьбы еще не разучился. Не удивительно! Мою мать и главы рода опасались…

- Шлюха! - прошипела та, которая и при живом отце имела четырех официальных любовников.

Но я промолчала…

- Для трупа, выглядишь превосходно! - язвительно подметила глава клана Сумрачных Рысей.

Обычно после утех с Тигриком, у меня такое превосходно-рассеянное настроение, но сейчас… Шесси, Шесси… мне следовало позволить Тигрику отдать приказ о твоем убийстве. Следовало! А мать взирала на меня своими ярко-зелеными с черным ободком глазами, и я знала этот взгляд и этот гнев. Догадывалась и о том, что сейчас услышу:

- Одевайся, Рассиашеара, ты немедленно возвращаешься в клан!

Противоречить главе клана запрещается категорически. Каждая рысь обязана повиноваться без промедления, но…

- Нет! - я гордо вскинула подбородок и упрямо посмотрела на мать.- Рассиашеара умерла! Погибла на дне ущелья! Я Зелея Аренверас!

Глаза Равеиссы сверкнули, зрачок сузился, и Рысь шагнула вперед… исключительно инстинктивно я шагнула подальше от разгневанной матери, и как-то случайно оказалась за спиной Тигрика. Саер за разговором двух Рысей наблюдал несколько удивленно, видимо запоминая все сказанное и пытаясь как-то это связать с событиями, шестилетней давности. Впрочем, ему мысленные упражнения не помешали вступиться за меня:

- Простите, - Тигрик грациозно откинул волосы назад своим привычным жестом,- мы всегда рады приветствовать в Шарранаре представителей горных кланов, но… есть же какие-то пределы, леди Равеисса. Будьте любезны вспомнить, что вы в гостях и потрудитесь покинуть смущенных вашей… эээ… настойчивостью хозяев.

Моя мать перестала прожигать меня взглядом, и перевела взор на Саера. Король Гарендара вздрогнул, с трудом подавил желание отступить на шаг… да, моя мать стерва, причем, весьма опасная… и в кого я такая уродилась, спрашивается… Но одним убийственным взглядом главная рысь не ограничилась:

- Мммальчик,- даже у меня создалось ощущение, что она словно сплюнула обращение, зато Тигрик напрягся, и я чувствовала, что этим словом, моя мать нажила себе врага. Но матушка сего не понимала, а потому продолжила. - Тот факт, что моя дочь избрала тебя в качестве скакуна на пару лет,- да, мерзкий намек,- еще не означает, что у тебя появились права на единственную наследницу клана Рысей!

Ох, мать не ведала, что сунулась туда, где и медведю не поздоровилось, но Саер начал с прощупывания ситуации.

- Ну почему же скакуна? - чуть отставив босую ногу, гордо спросил Тигрик.- Я и наездник весьма неплохой!

- Вот как,- у матушки злобная ухмылка получается лучше, чем даже у варатонцев, - предлагаешь попробовать?

Не ведала, Равеисса, что мы с Тигрой и не такое обсуждали, да и скромным Саер никогда не был, а потому спокойно ответил:

- Благодарю. Древностью не интересуюсь!

То, что эти двое друг друга убьют при случае, было не просто возможно - оба явно отныне именно к убиению и будут стремиться. С другой стороны я испытала настоящую гордость за Тигрика - так с главой клана Рысей еще никто не смел разговаривать. Мать, явно так же оценила противника, и решила… вернуться к моей скромно скрывающейся за королевской спиной персоне:

- Расси, ты возвращаешься со мной! Это не обсуждается!

А Саер вошел во вкус:

- Здесь нет Расси, наличествует Зелея! И я повторюсь, многоуважаемая леди Равеисса,- в голосе Тигрика появились повелительные нотки, и это вынудило скрывавшегося за дерью королевского секретаря явиться пред монаршие очи, - потрудитесь вспомнить о правилах приличия, это во-первых, и о том, что вы являетесь гостем в МОЕМ замке, это во-вторых. Секретарь Лнер вас проводит в гостевые покои, и внесет ваш визит в список посетителей. Только тогда, возможно, я уделю вам время.

Повинуясь жесту Саерея, в Лебединый зал вошли стражники, а затем и оба младших брата моего Тигрика, но на главную Рысь это не произвело никакого впечатления, она продолжала смотреть исключительно на меня, и только мне были предназначены слова:

- Верность важнее жизни!

Я вздрогнула. Девиз рысей, прозвучал как звон колокола, призывающий повиноваться без права на сомнения. Вот только…

- Рассиашеара умерла! - повторила я уже сказанное. - Погибла на дне ущелья в ту ночь, когда…

Я никогда не демонстрировала своих эмоций при дворе. Меня, настоящую меня, знал лишь Тигрик, но сейчас стены рухнули, позволяя лавине застарелой, казалось, боли, снести остатки самоконтроля, и слова вырвались откуда-то из глубины моего естества:

- Ты мне не мать… - я думала, что за столько лет боль притупилась, но нет… - Ты не мать… и я не вернусь… никогда, потому что… - судорожно вздохнув, я вышла из-за своего укрытия, подошла к разгневанной Рыси, и, стараясь не скатиться к позорной истерике, шепотом добавила. - Потому что нет ничего важнее жизни ребенка… А ты приказала убить мою дочь!

Дернулась! Как от удара дернулась! Глаза сузились мгновенно, рукоять затрещала, стиснутая с невероятной силой, но она не отвела взгляда. Моя мать, моя родная мать не чувствовала ни вины ни раскаяния и от этого стало… горько. Столько лет я представляла, как выскажу ей это в лицо… столько боли и бессильных слез… А Старшая Рысь лишь насмешливо усмехнулась, и чуть подавшись вперед, совершенно спокойно ответила:

- Я не приказывала убить твою дочь, я УБИЛА ублюдка, которого породило твое оскверненное лигейцем лоно! Я обязана была это сделать. Твой побег и твоя беременность были моей виной! Я обязана была позаботиться о тебе как мать, которая не сумела уберечь дочь в период Желания.

Я пошатнулась, не в силах поверить, что она может легко и насмешливо произносить такое… Чего я ждала?! Раскаяния! Да, я ожидала от нее раскаяния… я…

- Зеля,- нежные руки Тигрика мягко обняли за плечи,- ты обещала мне рассказать о предложении Торговой Гильдии. Знаешь, я, наверное, соглашусь, что скажешь?

Сильные пальцы стиснули до боли, возвращая меня к реальности, и я приняла протянутую руку помощи.

- Да, я рада, но детали нужно согласовать.

И плевать что я лишь в сорочке и чулках, а Тигрик все так же в одних штанах и босиком - когда мы выходили из Лебединого зала, совершенно игнорируя главу клана Сумрачных Рысей, мы уверенно и величественно шагали, обмениваясь фразами о погоде, налогах, обо всем, чем Саер мог меня отвлечь. Только в душе, словно все оборвалось… а ведь я и сейчас порой просыпалась от того, что слышала детский плач во сне…

И лишь когда мы поднялись в королевские покои и Тигрик запер дверь, я услышала его ледяной от едва сдерживаемой ярости голос:

- Почему ты не сказала? Почему, Рыська?! Зачем ты тогда вернулась в клан, ведь я предлагал остаться!

Сев на постель, устало смотрю на него и чувствую, как по щекам текут слезы… Пока только слезы… истерика началась, едва я ответила:

- Потому что я хотела вернуться домой… тогда я еще думала, что у меня есть дом…

А Тигрик подбежал, обнял, затем и вовсе сжал и едва слышно простонал:

- Рыся… мой избитый жизнью Рысенок…

Он говорил что-то еще, он гладил, пытался успокоить, он сам принес воды, но у меня от рыданий стучали зубы о стакан и я едва не захлебнулась, не в силах сделать даже глоток. Я так плакала… безудержно, надрывно, воя от отчаяния и от бессилия что-то изменить… Тогда, шесть лет назад, я возвращалась домой неся во чреве дитя лигейца. Это была девочка, почему-то уже тогда, я знала это. Ради этого ребенка я пошла на немыслимое и все же вырвалась оттуда, откуда не возвращаются. Мне помог Саер. Помог… это слишком малое определение того, что он для меня сделал, жаль, тогда я не знала, что он единственный, кому я могу доверять… Жаль…

- Когда я вернулась, мне были так рады, - начинаю рассказывать, сквозь всхлипы, сквозь неутихающие рыдания, и Саер слушает, слушает, даже не пытаясь перебить. - Меня приняли с распростертыми объятиями, мама не отходила от меня почти всю беременность… Акушерка и травница рода следили за моим состоянием… Следили… да со мной носились как с треснутым яйцом! И чем ближе подходил срок родов, тем больше клан делал для меня и моего будущего ребенка… Детская комната была готова за несколько дней до рождения моей малышки. Роскошная кроватка, расшитые пеленки, костюмчики и пинетки, которые матушка расшивала сама, беседуя со мной долгими вечерами… И я верила, что мой ребенок желанен!

Тигрик молчал, все так же внимательно слушая, но его руки… ему было больно за меня, я видела, и потому нашла в себе силы продолжить:

- Роды были тяжелыми… я мучилась двое суток, а на рассвете моя крошка огласила первым криком клановый замок… Она была такая красивая… - слезы и вновь судорожные рыдания, рассказывать дальше я не могла.

Тигрик не спрашивал ни о чем, пока рыдания не перешли во всхлипы, и тогда задал один единственный вопрос:

- Как?!

Как же долго я задавала себе этот вопрос… Так бесконечно долго… И насколько же было больно, когда был найден ответ…

- Пока я спала утомленная родами,- слезы почему-то прекратились, уступая ощущению дикой пустоты и надломленности,- мама отнесла малышку в детскую, распеленала, положила в кроватку, и, подойдя к окну, распахнула створки…

- Тварь! - прошипел Саер.

Сама не знаю, почему я продолжала рассказывать:

- Малютка плакала, а Равеисса стояла у окна, не обращая внимания на порывы ледяного ветра, и спокойно ждала… Акушерка пыталась вмешаться, но… А я спала, Саер! - сердце сжалось вновь.- Я спала! Потом услышала сквозь сон детский плач, и позвала маму. Она пришла, и детский плач прекратился. Мама была со мной, она не соглашалась принести ребенка до тех пор, пока я не поем. Она заставила съесть все… и когда, наконец, принесли мою девочку, малышка отказалась взять грудь… В ту же ночь, моя девочка умерла… У меня на руках… Она не дожила даже до своего второго рассвета…

Слез больше не было… я устало смотрела в пространство, не видя ничего вокруг.

- Как ты узнала? - шепотом спросил Саер.

- Убила акушерку,- так же шепотом ответила я. - Но сначала двух нянек, которые были обязаны следить за моим ребенком… Нянек убила сразу… мама приказала!.. Она была со мной, когда умирала малютка… Она была со мной, когда я, обезумев от горя, искала на ком выместить зло… Она стояла рядом, утешая и поддерживая, когда земля… Спустя месяц я заметила, что леди Лвессана, та самая акушерка, отводит глаза, стоит мне взглянуть на нее. В ту ночь я впервые пытала… На рассвете она созналась во всем.

Я не стала рассказывать Саеру, как в то же утро ворвалась в спальню матери - Равеисса все отрицала. Абсолютно все! И я почти поверила, но… травница рода как-то неудачно и совершенно случайно, погибла по дороге к вызвавшей ее мне, и подозрения упрочились. Подозрения, в которые не хотелось верить… До сегодняшнего дня, я надеялась, что мая мать не причастна к этому… Я верила, непонятно во что…

- Одно твое слово, и глава клана Рысей не покинет мой замок… Я готов убить ее сам, не взирая на последствия! Одно твое слово, Рыся…

Прошло шесть лет… Он был первым, кому я рассказала… и я знала, что больше рассказать подобное не смогу никому, впрочем, не смогу и отдать приказ об убийстве собственной матери. Тигрик понимал это, иначе Равеисса уже была бы мертва.

- Не хочу ее видеть,- едва слышно произнесла я,- но и убить не смогу… Наверное, я в недостаточной степени являюсь ее дочерью, потому что я… я не такая!

- Знаю, - Саер не стал мне ничего говорить, он лишь обнял и постарался поддержать, словно забрав часть моей боли,- знаю…

Мы еще немного так посидели, а затем Тигрик с притворной грустью произнес:

- Ну, а теперь переходим к плохим новостям…

- Каким? - я мгновенно вынырнула из водоворота воспоминаний.

- Твоя репутация, Зеля! - Саер выглядел возмущенным.- Ты забыла о своей должности королевской стервы и едва не разревелась на глазах у моих подданных! Исправляйся, Зелея! - он поднялся, направился в гардеробную, на ходу меня отчитывая. - Марш умыться, переодеться и чтобы через полчаса у меня были все данные по Торговому Объединению 'Втридорога'! - он остановился на пороге и недовольно взглянул на меня.- Я сказал живо, Зелея! И предоставь мне список тех, кто имеет пластину свободного проезда по Варатону, хочу к ним приставить своих людей. Все, встала и бегом, бегом, бегом!

Я растерянно поднялась, несколько ошарашено взирая на своего монарха и обиженно заметила:

- Так это мне в город нужно ехать…

- Так не теряй время! - напутствовал меня Саерей Первый. - Живо, Зеля! Арад и Шаст с тобой!

Хотела возмутиться, но Саер грозно рявкнул:

- Живо!

А Тигрик в ярости, это страшное зрелище. Я почти бежала в свои покои, переодеваясь, уже думала о том, к кому подселим своих наблюдателей, и вообще… мастеру Парвату придется вновь лицезреть меня и участвовать в не слишком приятной беседе.

Едва надела дорожное платье и спустилась с жилых этажей, меня уже ждали тигры - и братишки Арад и Шаст, и еще восемь воинов из тигров…

- Как-то много вас, - задумчиво произнесла я.

- Приказ Саерея,- ответила Арад.

А я внезапно поняла - Тигрик нагло выставил меня из дворца, и я догадываюсь о причинах.

- Где он сам? - спросила, толком не надеясь на ответ.

Впрочем, ответ мне и не требовался - я прекрасно знала, где находится королевский кабинет, а остановить меня не так то и просто даже тиграм. И взлетая по ступеням вверх, я искренне надеялась, что до разговоров на уровне стали у них не дойдет, так как оба владели оружием превосходно - еще один дар, который мне по наследству не достался.

Взбежав по ступеням, остановилась у края золотого ковра. Это чудо ткацкого промысла было подарено Саеру семь лет назад, но прошедшие годы не заставили потускнеть золотую выделку, и ковер все так же радовал взор. А вот крик моей матушки из-за полуприкрытой двери не радовал.

- Леди Рассиашеара! - семеро рысей правой ветви одновременно склонили головы.

Да, я уже успела отвыкнуть от подобного восторженного почитания, и на мгновение замерла. Но… я не вернусь, да и возраст у меня уже не тот, чтобы восторженно мечтать о периоде всевластия.

- Расслабьтесь, лорды! - и я прошла в кабинет Саера.

Саерей Первый Меняющий Судьбы с улыбкой смотрел на утратившую сдержанность рысь. Матушка, моя вечно сдержанная мать, верещала как торговка, которую уличили в обвешивании покупателя. Она кричала, срывалась на визг и все орала и орала оскорбления в адрес Тигрика. А тот сидел и с благосклонной улыбочкой выслушивал все так, словно его тут осыпали комплиментами. Улыбка Саера исчезла, едва он увидел меня.

- Зеля, - он даже сел иначе,- я отправил тебя в город!

Матушка мгновенно перестала орать, стремительно обернулась ко мне и ледяным тоном произнесла:

- Никогда наследница рода Сумрачных Серых Рысей не станет женой желтобрюхого!

- Вас замуж никто и не зовет,- я обошла матушку, обошла стол и встала за спиной Саерея, - а других наследниц в клане нет!

- Да неужели! - старшая Рысь вернулась к своему излюбленному образу стервы!

- Рассиашеара умерла! - спокойно произнесла я, все думая над тем, чем же ее так Тигрик достал.

- Нам нужно поговорить, Расси,- внезапно мама стала такой, какой я ее знала в детстве, какой она была, когда я вернулась в клан - она стала мамой.

Вот только… больно мне…

- Ты можешь говорить здесь, - я положила ладони на плечи Саера,- у меня нет секретов от… мужа.

Он улыбнулся, я видела по движению щеки, и как-то расслабился.

Старшая Рысь гневно выдохнула, прошла к столу и села в кресло, которое явно покинула в момент разгорания скандала. Я следила за каждым ее жестом - как идет, уверенно делая каждый шаг, как садится и при этом ее спина прямая, как оценивающе окидывает взглядом и меня и Саера. Странно, прошло столько лет, но моя мать совершенно не изменилась внешне - все такая же красивая, этой своеобразной злой красотой, все такая же стройная и на вид ей никогда не дашь тот возраст, что образуют прожитые годы. И в черном, как и всегда - это не траур, это стиль жизни, впрочем, однажды мать призналась, что на черном не так кровь заметна.

- Хорошо,- гордо вскинутый подбородок и гневно поджатые губы, - мы поговорим здесь, раз… раз ты не можешь обойтись без поддержки…

Она пыталась поддеть меня, вот только - Саер давно стал для меня гораздо больше, чем просто самцом.

- У меня не так много времени,- я улыбнулась, - а то, что есть, я предпочитаю тратить на более полезные дела, чем пустая болтовня!

- Для тебя родной клан - это пустая болтовня? - она говорила совершенно спокойно, ее ярость выдал все тот же поскрипывающий кнут.

- Да, - просто ответила я.

На ее лице не дрогнул ни единый мускул, не изменилась поза, и даже перестал поскрипывать кнут - рысь готовилась к прыжку! Рысь собиралась нанести удар, и я понимала это.

- Ты осознаешь, что клан Серых Сумрачных является главенствующим над шестью кланами рысей? - ну вот началось. - Ты понимаешь, что с моей смертью начнется борьба за власть? Ты помнишь, что кроме тебя, единственной наследницы, у меня лишь сын, а самец не может встать во главе клана! Ты догадываешься, что никто, в том числе наши лорды, не потерпят твоего брата в качестве главы клана?! - но меньше всего я ожидала, что она скажет. - Ты готова взять на себя ответственность за смерть твоего брата Равеира, и его семьи?!

Да, к такой постановке вопроса я оказалась не готова. К счастью, у меня есть Саер.

- Я не совсем понял, - лениво растягивая гласные, произнес Тигрик,- вы умудрились родить всего одну дочь, а теперь ее же в этом обвиняете?

Да, вот так все вывернуть умеет лишь Саерей Меняющий Судьбы. И я, не сдержав гордой улыбки, взглянула на мать - у нее в руках треснуло кнутовище, и двумя изломанными частями кнут свалился на ковер.

- Рассиашеара! - мать сорвалась на крик. - Клан распадется и Рыси станут уязвимы! Твой дом захлебнется в крови междоусобной борьбы! Рыси будут разить из-за угла не врагов, а рысей! Наша гордость падет в пыли у стен стремления к величию младших кланов! Наша честь будет растоптана властолюбцами! Наши дочери будут поруганы и лоно их осквернит семя чужаков! Мы Сумрачные Серые Рыси! Мы сила, с которой не совладает даже твой хваленый Саерей! Мы…

- Вы! - устало оборвала я мать. - Вы… я же принадлежу к роду Тигров.

Я не стала вступать в эту схватку… я изменилась. Это раньше, в период моего взросления, мы с мамой устраивали словесные поединки, мы могли спорить часы напролет, мы аргументировали, давили фактами, играли словами… мы были семьей. Были… Я взглянула на мать, и поняла, что та пристально следила за проявлением малейшей моей эмоции - напрасно. Но моя мать не была бы старшей рысью, если бы так просто сдалась, я это знала. Видимо понимал и Тигрик.

- Леди Равеисса, - он сел ровнее, заставляя осознать, кем являлся, - полагаю, разговор на сегодня завершен.

Моя мать даже не шелохнулась, продолжая пристально смотреть на меня, а затем тихо прошептала:

- Не только ты потеряла дочь… я все эти годы оплакивала твою смерть, Расси! Все эти годы, - в ее глазах было столько боли, боли о которой я даже не подозревала. - Как же ты могла так поступить, дочь?

- У меня встречный вопрос, - чувствую, что в глазах снова слезы, - как ты могла так поступить со мной? Как?!

И только тогда старшая Рысь поднялась и стремительно покинула королевский кабинет. Мать ненавидела признавать собственные ошибки.

Некоторое время мы с Тигриком провели молча - я все так же стояла и поглаживала его плечи, он хмуро смотрел куда-то на дверь.

- Не буду терять времени, - я вспомнила о своих обязательствах.

- Стоять! - скомандовал Саер,- Шаранар ты не покинешь.

- Тигрик…

- Я сказал и точка. - мой король поднялся, резко повернулся ко мне. - Меня интересует только один вопрос - на что способна эта стерва, которую я вынужден оставить в живых, хотя вся моя интуиция требует ее тихого устранения?

Я задумалась, и едва слышно прошептала:

- На все…

- Так я и понял, - Саер направился к двери, уже на пороге обернулся. - Рыська, я всегда знал, что ты особенная - но не настолько же! - вернулся, кусая губы продолжил. - С одной стороны, если ты примешь право наследования одного из самых многочисленных горных кланов, это заставит считаться с моей властью упрямых Ирбисов, но с другой стороны… - зеленые глаза смотрели на меня пристально.- Не отдам тебя! Никому не отдам! А Ирбисы… эти снежные кошки приползут к воротам Шаранара рано или поздно… в любом случае особого значения это не имеет.

Пожав плечами, я подошла к Саеру, он обнял, сжал так, что даже дышать больно стало, и… перевел тему:

- Платье видела?

____________________

Невысокий, немолодой, не особо умный - посол Прадена. Лицо невыразительное, глазки эдакие мутно-зеленоватые, второй подбородок при разговоре слегка подрагивает, ну и одет в соответствии с модой своей в меру нудной родины - серый парадный камзол, серая, но чуть светлее рубаха, грязно-серые брюки, темно-серые сапоги. Мы говорим уже второй час, точнее говорит он, а я время от времени поддакиваю и повторяю одну фразу:

- Варатон слишком богат… - произнеся ее, задумчиво добавляю,- И ведь часть территорий Варатонского разлома когда-то принадлежала Прадену… - теперь пауза и я завершаю наш длительный разговор. - Лорд Гарет, с вами всегда так приятно общаться, и мне бесконечно приятно что вы так внимательно слушаете, поверьте, умение слушать в наше время встречается невероятно редко, а у вас просто дар.

Лгу, причем нагло. Этот напыщенный лорд слышит и слушает только себя, но… суть в том, что Гарет искренне убежден в том, что он великолепный собеседник… Посол Прадена преисполнился гордости, и уже был готов ответить мне что-либо столь же любезное и лживое, как… дверь распахнулась, на пороге моего кабинета стояла раскрасневшаяся и с трудом дышавшая после подъема королева Гарендара и пыталась что-то произнести…

- Ваше Величество,- я поняла, что Аллору нужно спасать,- это так великодушно с вашей стороны посетить мой скромный кабинет,- а сама подскочив, стремительно иду к находящейся на грани обморока женщине, - идемте, я провожу вас.

И не дожидаясь ответа, придерживая королеву за локоток, отвела к двери в кабинет для 'личных' переговоров, где находился уютный диванчик.

- Сспасибо, - просипела Ее Величество и рухнула на предоставленную мебель.

Поспешно выпроводив посла, я вернулась к королеве. Аллора все еще не пришла в себя, бледное лицо и свистящие ври каждом выдохе легкие показались мне… подозрительными.

- Пить, - простонала королева.- только… не спиртное.

- Не пугай меня, - я вернулась в свой кабинет и налила в высокий стакан мятный чай, с ним вернулась к супруге Тигрика. Пока первой супруге, завтра на рассвете я стану второй.

Мдя, как-то невесело вдруг стало… это же только свадьба, хотя я лгала самой себе - это еще и статус, который так не хотелось принимать. Настроение после успешно проведенных переговоров стремительно скатывалось в бездну. Но я никак не могла предположить, что услышу:

- Я беременна, - Аллора села и угрюмо ссутулилась.

- Бешенные духи,- промахнувшись, я села мимо стула и повторно выругалась упав на пол.- И это не Саер? - хотя вопрос более чем глупый, Тигрик никогда не пошел бы на подобное.

И дело не в том, что он не любил Аллору, любил, по своему, но любил, потому и не хотел, чтобы у нее были дети, потому что гарендарцы никогда не потерпят во главе государства дитя от 'чужой'.

- Не он, - простонала королева и с надеждой взглянула на меня.

Из сидячего на полу положения, я приняла лежачее и уставилась в потолок… Завтра у меня свадьба, и я стану второй женой… а если Тигрик проведает о случившемся в Аллорой, быть мне первой! Проклятые духи! И ведь я слышала тогда ее! Поняла что флиртует! Заигрывает! Я все поняла, лишь услышав тот смех! Где были мои мозги?! Где??? И что мне делать? Потолок, подлец, молчит…

- Зеля, - Аллора переползла с дивана и села рядом, безжалостно поправ работу кружевниц, которой сейчас пол подметала, - ты мне поможешь?

- Как? - глухо спросила я у потолка.

- Я… не знаю… - судя по голосу, сейчас заплачет.

Хотелось сказать многое. И про то, как Тигрик это воспримет, и про тупость (зачем спала с любовником и не предохранялась?), и про всю ситуацию в целом! И это накануне моей свадьбы! Свадьбы которая так важна для Саера… Что делать?!

- Кто он? - продолжая смотреть в потолок спрашиваю у королевы.

- Я… я… не могу сказать…

Резко сажусь и пристально взираю на Аллору. Гордая южанка сейчас больше походит на собственную тень - лицо бледное, всегда алые губы посерели, глаза потухшие, белила скрывают синяки под глазами.

- Почему не можешь сказать? - с трудом сдерживаю ярость. - Или ты точно не знаешь кто?

Девушка, младше меня на три года, кстати, подтянула колени к подбородку и с трудом выговорила:

- Я не могу сказать… ты же убьешь его, Зеля…

- Естественно убью! - я вскочила, и начала нервно вышагивать по кабинету, радуясь тому, что звукоизоляция здесь отменная. - Ты хоть понимаешь, что произойдет если об этой связи станет известно?! Ты хоть на мгновение можешь себе представить?! Саерей годы потратил на создание своего авторитета, на созидание репутации короля и королевства! Если о твоей измене станет известно… он… он будет вынужден казнить тебя прилюдно, Аллора! - мой голос упал до шепота.

Потому что только я знала, как больно при этом будет Саеру… да, он пойдет на убийство, но вместе с неверной женой, убьет и часть собственной души, он уже не станет прежним… Я не могу позволить ему даже узнать об этом… Только не Саер…

- Ты думаешь только о нем! - королева стремительно поднялась. - Только твой Тигрик и ты! Да весь мир крутится вокруг вас, и пока это так, вы счастливы! А как же я? - сдержанная южанка утратила самоконтроль и начала кричать, кривя лицо от едва сдерживаемых рыданий, вытирая обильно льющиеся слезы и обвиняя во всем… кого бы вы думали? Правильно - меня! - Все эти годы мой супруг не замечал меня, Зеля! Только ты! Ты! Ты и снова ты! И даже в его спальне сплю не я, законная жена, а ты!

Так как орала Аллора встав напротив меня, пришлось достать платок и вытереть лицо от ее… эм… избытка эмоциональности. Но молчать, я не собиралась:

- Аллора, - голос мой был обманчиво ласков,- причем тут я? У Тигрика столько темперамента, что с избытком хватает и на тебя, и на меня и на окружающих дам. И если уж совсем откровенно, не вы ли, Ваше Величество, жаловались что в годы моего здесь отсутствия, прятались в саду, в надежде что супружеского долга удастся избежать? Так что не нужно обвинять меня в неспособности удержать интерес мужа, который вам самой не особо и нужен!

Королева устало опустилась на диванчик и тихо заплакала. У меня сердце сжалось от боли за нее, за Тигрика, за последствия которые повлечет за собой ее измена.

- Что мне делать, Зеля? - Аллора забрала у меня платок и начала вытирать слезы. - Что делать? Я просила его следить за семенем, но… но наша страсть была так велика, что каждый раз, он гасил пламя моей любви во чреве…

И тут мне стало плохо. Поплохело враз и в момент. По спине холодком пробежался ужас, сердце замерло, ноги ослабели, а сиплый голос выдал:

- Что??? - это просто не умещалось в рамки моих познаний о процессе. - И он ВСЕГДА орошал твое лоно?

- Да… - простонала королева.

Я не первый год живу на тропах Гарендара, не один любовник страстно обнимал, но я впервые слышу, что объятый страстью мужчина не сумел удержать семя! И если я все правильно понимаю, то сей неведомый любовник НАМЕРЕННО стремился именно к данному результату их связи! Ублюдок! И вот теперь на смену растерянности и ожиданию худшего, пришла - злость!

- Кто он?! - я говорила резко, с трудом сдерживая ярость.

- Зеля, я…

- КТО? - мой вопль заставил ее уронить платочек. - Аллора, я же все равно узнаю! Лучше скажи сейчас и сама, иначе я устрою допрос с пристрастием всем твоим служанками и придворным дамам! И поверь, 'пристрастие' будет проходить в пыточной!

И королева сдалась, сжалась, словно бить я ее собралась, едва слышно прошептала:

- Лорд Амадини…

И вот тут я осознала весь ужас положения, в котором мы оказались - лорд Амадини являлся послом Лиги, и покинул королевский дворец на рассвете, а сейчас уже наступили вечерние сумерки… И хуже всего - я не могу убить его, и тем самым закрыть его пасть на веки… С протяжным стоном я опустилась на диванчик рядом с королевой и, отобрав свой платочек, начала нервно раздирать его на кусочки - обычно это успокаивало. Сейчас - нет! Лоскутки кружев опадали на темную юбку и пол, носок туфельки судорожно выстукивал мотив песни рода, а я…

- Горные духи! - вскочила, не в силах оставаться в неподвижности. - Что они задумали?! Что? В чем смысл?! Хотя…

Хотя вот теперь я понимала многое - посол Лигеи прибыл почти сразу по возвращению меня из поездки Авердан. Лживые слова, лживые предложения о сотрудничестве, банальное потягивание времени… и вот результат! Но Аллора, как она могла? Хотя о чем это я… если бы не дикий ужас перед всеми лигейцами, то там, в горной деревушке я отдалась бы лорду-карателю со всей страстью, на которую была способна. При воспоминании о его тонкой игре в холод-жар, этот самый жар волной пробежался по спине, оставляя желание… Так могу ли я осуждать королеву, если сама не безгрешна?!

Впрочем, сейчас время действовать, а не думать.

- От плода нужно избавиться, - я говорила резко, а Аллора кивнула, соглашаясь, - об остальном будем думать позже. Сейчас первоочередная задача сгладить последствия.

- А Саер? - вопрос скорее был стоном.

- Мы будем держать это в тайне до тех пор, пока это возможно, - уверенность вернулась ко мне. - А если лигейцы попытаются использовать данную ситуацию в своих целях, что ж - его слово, против твоего! Будут упорствовать в своей клевете, добьемся приезда ублюдка в Шаранар и вот тогда… он пожалеет о своем рождении!

- Я не смогу лгать… Саерей все поймет,- прошептала Аллора.

И я невольно улыбнулась, это было так наивно с ее стороны.

- Аллора, - протянув руку, заставила королеву встать,- запомни раз и навсегда - что мужчину, что женщину обмануть не сложно, главное знать как. Женщину обманывать сложнее, кстати, а мужчину более чем легко - главное детали и детальки, ньюансы, на которые Саер обратит внимание, упустив целостную картину. Сейчас ты успокоишься, мы спустимся, и нас ждет ужин.

Аллора вздрогнула, отступила и испуганно произнесла:

- Я… я откажусь, попробую сослаться на плохое самочувствие и…

- И вызовешь подозрения! - завершила я ее фразу. - Нет, Аллора, мы проведем ужин с нашим мужчиной, будем улыбаться, и обсуждать завтрашнее мероприятие. После ужина, ты неожиданно вспомнишь о законе, - я задумалась, и начала вдохновенно сочинять, - о законе, который обязывает супругов перед бракосочетанием спать отдельно.

- Такой закон существует? - плакать королева перестала.

- Ага, только что родился в моем воображении, - я улыбнулась,- таким образом, у нас будет ночь на решение данной проблемы. После ужина ты поедешь… эээ… за украшениями для платья.

- Но все уже готово…

- Аллора, не зли меня, придумаешь повод и выпросишь браслет для служанки, так как какие-то там бисеринки на правом рукаве свадебного наряда оторвались…

- Но…

- Но пойдешь прямо сейчас и оторвешь, а то с Саера станется и проверить - мужчины, тут важны все детали!

- А зачем мне браслет? - королева продемонстрировала запястье на котором имелся обсидиановый пропуск за пределы Шаранара.

- Потому что у меня его нет, - сообщила я о своем положении пленницы фактически, - Саер так беспокоится о моей безопасности, что меня браслета лишили.

- Но… но… зачем тогда ты покинешь пределы дворца и…

Продолжая рвать платочек, начала терпеливо объяснять:

- Нам нельзя рисковать, Аллора. И посвящать кого-либо в произошедшее смысла нет. Мы покинем дворец с наступлением ночи, направимся на восток от города и доберемся до поселения Катау. Там живет знахарка, способная быстро, а главное без вреда для тебя избавиться от большой проблемы, которой наградил тебя лигеец. Намеренно наградил, кстати.

Побледнев, Аллора опустила голову.

- Не смей, - прошипела я.

- Чем я думала?.. - простонала несчастная обманутая влюбленная женщина.

- Не смей позволять чувству вины отравлять свое существование! - вот теперь я кричала почти.- Не смей, слышишь! Это случилось и прими как факт. Теперь наша задача не допустить осуществления их плана!

Но она снова вздрагивала, черные волосы упали на красивое лицо, губы Аллора поджала, стараясь сдержать рвущиеся наружу рыдания.

- Он говорил что любит, Зеля… он клялся, что мы будем вместе… что я все для него… что я свет в его судьбе… Он говорил что любит…

- Они все говорят, Аллора, - я старалась быть сейчас жесткой, понимала, что иначе у королевы начнется истерика. - Сначала что любят, потом что жить без тебя не могут, а в результате, получив желаемое, что любовь ушла, и он не может обманывать ни тебя, ни себя… Мужчина, охваченный желанием, всегда говорит о люби, а мечтает о… сеновале. Это только женщина может говорить о страсти, но при этом все равно думает о красивой истории любви с малышами в итоге и словами 'Они жили долго и счастливо' в эпитафии. Все, Аллора, сантиментов на сегодня достаточно, сейчас придет Саер, он не должен застать тебя здесь.

____________________

Холодный осенний ветер дул в лицо, словно пытаясь развернуть обратно. Но если я задумала, то так и будет, а потому гоним лошадей вперед. Несколько неприятно было обманывать Тигрика, еще менее приятно оказалось уложить в недолгий сон двух стражников, но… я бы не смогла стоять и спокойно смотреть, как два дорогих мне человека страдают. Правда о моральном облике королевы отныне решила заботиться лично… впрочем, именно этим я сейчас и занимаюсь. Чем хороша старуха Вельгир, так это знанием человеческой физиологии, не знаю как, но от беременности она лечила одним несильным нажатием и слабым чаем, состав которого держала в секрете.

С травницей я познакомилась случайно, хотя и искала кого-то подобного - после гибели моей малютки не желала больше иметь детей. Никогда. Слишком больно оказалось терять маленькую жизнь… во второй раз. И я не хотела больше дарить жизнь, если не могу сохранить это данное богами чудо. Старуха не афишировала свою деятельность, будучи вдовой охотника, она жила за счет двух сыновей, и жила весьма неплохо. А вот сыновья охотниками не являлись, предпочитая контрабанду силкам и запрудам. Вот старшенький и попался. Допрашивала я его лично, внося на карту дорог Гарендара заповедные тропы и незнакомые спуски, а потом пришла Вельгир. Как это не удивительно, она сумела пройти стражей и добилась встречи со мной. Настойчивая, я таких уважаю. Я приняла ее в той же тюрьме, вытирая руки испачканные краской, и первое что произнесла эта женщина, было:

- Не убивай моего сына, Зелея!

Ни тебе уважения, ни 'леди', ни трепета. Поначалу даже обидно стало, потом поняла - старуха слишком умна, вот и обратилась ко мне не как подданная, а как мать.

- Хорошо, - я не стала торговаться, почему-то не смогла, потом поняла почему - старуха как завороженная смотрела на мои руки, испачканные краской… красной краской. - Это не кровь, - улыбку не удержала. - Это краска, твой сын знает новые тропы, я вносила их на карту. Его не пытали, Ландир сам все рассказал, понимает, что со мной лучше не шутить.

Она молча опустилась передо мной на колени. Безмолвная просьба, которую я не могла не исполнить. Это потом я узнала, что Вельгир травница, это потом пришло мое время просить, вот только старуха, в отличие от меня, ответила отказом.

- Ты еще молода, - с грустной улыбкой произнесла она, - и дети у тебя будут, Желтоглазая леди, и спустя много лет ты мне скажешь спасибо за это решительное 'нет'.

Вергиль оказалась права - прошли годы, боль стала меньше, а сейчас… да, я хотела родить малыша от Тигрика, я хотела сына с его зелеными глазами. Я мечтала именно о сыне - девочке слишком сложно выжить в мире, где правят мужчины.

- Зеля,- Аллора ускорила своего коня и поравнялась со мной, - еще долго?

- Около часа?

- Мы, по основной дороге поедем?

- Ни в коем случае, - говорить было сложно, от холода зубы постукивали, - свернем чуть дальше и продолжим путь тропами - и быстрее и безопаснее.

Мы добрались без приключений и в срок. Аккуратный дом на краю селения не был освещен, демонстрируя, что хозяйка уже спит давно. Калитку я открыла без труда - ключ Вергиль держала под пятым камнем устилающим дорожку. Заведя скакунов во двор, мы торопливо привязали обоих к плетню, и я первая взбежала по поскрипывающим ступенькам, торопливо постучала в двери и только сейчас поняла одну странную вещь - пес, старый пес, преданно оповещающий Вергиль о любых посетителях, не издал ни звука за все это время.

- Аллора,- я отступила от двери, и шепотом продолжила,- на коня и скачи к старосте…

- Что?! - не поняла королева.

А я…

- Как ты узнала, что беременна? Впрочем, уже не важно… беги! Хотя нет… стой.

Мысли… мои мысли как стая воронья проносились стремительно! Элверо Трейли, тот самый варатонец о старухе знал! Я вспомнила об этом слишком поздно! Могла ли я допустить мысль о сотрудничестве Варатона и Лигеи? Еще как могла - два союзника вряд ли будут церемониться, сливая друг другу информацию о враге! О, как же сильно я сглупила! Лигеец сделал свой ход, варатонец слишком хорошо знал меня и просчитал мои действия! Мы с Саером строили планы по уничтожению Варатона, а в это время Лигея на полном ходу реализовывала свою многоходовую игру. О, горные духи! За плетнем скрипнул какой-то камешек - значит там нас ждут. Путь назад отрезан… Хотя… Так, рыська, соберись и вспоминай - знает ли ЛжеЭлверо о тайных ходах? Если не знает, имеет смысл рискнуть, а если знает?! Нет, старуха поведала только мне, так что…

- Зеля, что случилось?

- Случилось? - я усмехнулась,- Кажется, мы сумеем похоронить проблему раньше, чем я думала. Только помни - ты молчишь и не мешаешь.

- Не мешаю в чем?

- Во всем! - и я смело шагнула навстречу охотникам, раскинувшим силки и терпеливо ожидающим своих жертв.

Двери в дом открылись сами - их даже не посчитали нужным запереть, я вошла в узкую прихожую и улыбнулась двум лигейцам, вальяжно привалившимся к стене.

- Где главный? - вежливо поинтересовалась я у шавок.

Мне не ответили, впрочем ответ и не требовался, я прошла дальше, направляясь в гостиную старухи Вельгир, ясно же - охотники ожидают жертв именно там.

Едва распахнула дверь, тут же сощурила глаза, защищая их от яркого света, а вот улыбку сдержать не смогла - Вергиль была там, и это означает, что она осталась верна мне и не сообщила своим захватчикам об обходных путях. Что ж, старуха, выберемся из передряги я дам твоим сыновьям право на беспошлинную торговлю… нет, не дам, иначе Тигрик поинтересуется с чего им такие почести. Впрочем, о будущем подумаю после, сейчас же следовало направить все внимание на охотников.

Их было пятеро - три варатонца, и два лигейца, среди этой толпы хищно усмехающихся я была знакома лишь с двумя:

- Доброго вечера, лорд Лорд Амадини,- лигеец удивленно вздернул бровь, явно ожидая иной реакции. Впрочем, отдельно поздороваться я хотела еще кое- с кем.- Доброго вечера, любимый Элверо Трейли.

Варатонец неспешно поднялся, скорее скользнул, чем сделал шаг и подойдя протянув обе руки, обнял ладонями мое лицо. Не плохой он мужик, этот варатонец, но больной ведь на всю голову.

- Доброй ночи, Зелея, - и меня заключили в крепкие, почти болезненные объятия.

Почти сразу раздался сначала испуганный вскрик Аллоры, а следом и хохот присутствующих.

- Моя карамелька, - лорд Амадини откровенно паясничал,- что же ты не спешишь поприветствовать своего возлюбленного, а?

Извернувшись, взглянула на бледную как полотно королеву и весело подмигнула ей, одновременно с этим обвивая шею варатонца руками. В этой деревянной избе, в большой комнате освещенной весело потрескивающими свечами богато одетые дворяне выглядели странно, непривычно, неестественно. Аллора, прекрасно рисовавшая и обладающая талантом художника, вероятно, была поражена именно этим несоответствием, а возможно и всей картиной в целом: На деревянных лавках сидят четверо охотников, довольные, уверенные в собственной победе массивные лигейцы, насмешливый и стройный варатонец, а в углу на коленях бледная старуха со связанными руками и растрепавшимися космами седых волос. А может ее поразил тот факт, что я не только спокойно позволяла Элверо Трейли обнимать себя, но так же не отказывала себе в удовольствии ответных объятий.

- Скучала? - варатонец отстранился и пристально взглянул в мои глаза.

- Вряд ли правда тебя обрадует, - я подмигнула тому, за чье убийство уже было уплачено.

- Ошейник больше не сниму, - пообещал варатонец и потянулся к моим губам.

Ну, целовался он потрясающе, так что я сопротивляться я не стала, наслаждаясь пока можно. Увы, напоследок вкусить сладость уст варатонца мне не позволил испуганный вскрик Аллоры, и последовавший за тем смех в помещении.

Оттолкнув от себя того, чье имя никакой не Элверо, а на самом деле Эгран, я обнаружила следующее - лигеец оказался еще большим подонком, чем можно было представить, и в отличие от варатонца, который только целовал, причем весьма пристойно, желал продемонстрировать как именно он сделал ребенка королеве Гарандара, для чего пытается лишить ее одежды. Я метнулась к ним прежде, чем лорд все же сумел разорвать ворот платья, и решительно встала между лигейцем и всхлипывающей Аллорой.

- Что вы себе позволяете, лорд Амадини? - мой ледяной тон заставил вздрогнуть, а остальных перестать издевательски подхихикивать.

Хуже что у королевы, медленно ползающей по стене на пол за моей спиной, явно началась истерика, и вот именно ее всхлипы и вернули охотникам уверенность в том, что перед ними просто жертвы.

- Шлюха желтоглазая! - выругался вернувший самоуверенность лорд Амадини. - Благодари духов, что мой друг и союзник почему-то без ума от твоих змеиных очей! - мужественное лицо лигейца покраснело от гнева. - Лично я, отдал бы тебя своим воинам - иного ты, тварь, не заслуживаешь!

Нельзя так со мной разговаривать! Меня это - бесит! Но прежде, чем удалось издать хоть звук, вмешался варатонец:

- Лорд Амадини, следите за своим языком! - Эгран встал передо мной.- У нас есть определенные договоренности, но это не значит, что я потерплю подобное в отношении леди Зелеи! - появилось желание попросту расцеловать моего героя, увы - сказанное далее не обрадовало. - Мы покидаем вас, на этой неприятной для меня ноте!

Дальше медлить уже не стоило:

- Стоп, стоп, стоп, лорды, - потребовала я внимания присутствующих, - могу я узнать…

Меня попросту никто не слушал, потому как лигеец поспешил ответить варатонцу:

- Что значит 'покидаете'? Мои проводники еще не подошли и…

- Я не могу ждать,- лорд Эгран изобразил улыбочку в моем стиле, продемонстрировав насколько он прекрасный ученик,- я забираю свою добычу и со своим проводником покину территории Гарендара, вы же можете действовать в соответствии с вами же разработанным планом. Всего доброго, лорд Амадини.

Духи гор, этот варатонец стал слишком умен! Где попытка поиздеваться, где желание насладится собственным триумфом, которое в избытке присутствовало у лигейцев! Нет, действовать.

Отступив от двух гневно взирающих друг на друга представителей союзных государств, я присела рядом с Аллорой и залепила пощечину рыдающей королеве. Хлесткий звук привлек к нам всеобщее внимание, но я добилась главного - королева перестала плакать, и в ее взгляде появилось возмущение.

- Так-то лучше, - прошипела я, - а теперь поднимайтесь, ступайте вон в ту комнату, - я указала на дальнюю дверь и приведите себя в порядок.

Выглядела я грозно, но поднимаясь мысленно молила 'Иди туда, пожалуйста, иди!'. Не знаю что повлияло больше - пощечина или страх Аллоры, но она подчинилась, встала, и пошатываясь направилась в указанном направлении.

- Куда? - взревел лигеец.

- Зеля, стоять! - скомандовал мне Эгран.

И ведь придеься ему подчинится! Иначе заподозрит, впрочем есть еще вариант:

- Пусть хоть старуха с ней пойдет, Аллоре нужно выпить успокоительное… как минимум. Вергиль, ступайте и услужите своей королеве.

Она поднялась медленно, неуверенно взглянула на меня, а я… подписывая себе приговор, красноречиво обняла варатонца, демонстрируя свое желание остаться здесь. Старуха, все так же со связанными руками подошла к нужной двери, открыла ее и остановилась, ожидая королеву, затем хмуро произнесла:

- Вот сюда, Ваше Величество.

Аллора оглянулась на пороге, в прекрасных глазах блестели слезы, лицо поражало своей бледностью, но к счастью она все же шагнула в комнату, старуха за ней. Дверь закрылась, щеколда звякнула, запирая их, и вот тогда все присутствующие всё поняли.

- Да-да, - обрадовала я застывших мужчин, которые все еще не верили, что деревянная дверь издала столь неприятный звук стали,- этот дом контрабандистов.

Варатонец, которого я все еще продолжала обнимать, глухо выругался - мой бывший секретарь, понял, о чем я. Резко развернувшись, он хлестко ударил по щеке, и падая я с запозданием вспомнила о силе этого на первый взгляд тщедушного мужчины.

- Стерва,- едва сдерживая злость, констатировал он. - Расчетливая стерва!

Слизнув кровь с губ, я даже не пыталась встать - просто села, прислонившись спиной к стене. Убивать все равно не убьют, а вот ударить еще раз он может. И потому я сидела на холодном полу и с усмешкой смотрела, как лигейцы стараются выломать дверь, за которой уже никого нет. Этот ход вел прямиком в город у подножия горы Рвейр, на которой располагался королевский замок. Так что за Аллору я могла уже не переживать, оставалось лишь позаботиться о себе, и вот тут возникали трудности - второй вход в лабиринты контрабандистов находился в сарае, как раз за будкой старого пса. По сути, воспользоваться им я могла сразу, но тогда проблема беременности Аллоры осталась бы актуальной, а так я была уверена, что женщины договорятся и к возвращению королевы во дворец, семя лигейца в ней окажется нежизнеспособно. Но что же теперь делать мне? С одной стороны необходимо сбежать, все же у меня свадьба завтра, но с другой - не желательно оставлять в живых кого-либо из присутствующих.

И тут слух мой уловил тихий шорох, затем глухой звук падающего тела, а после я ощутила запах знакомых духов… и безнадежность побега стала очевидна одновременно с осознанием произошедшего:

- Мама…

Шесть затянутых в черное воинов беззвучно скользнули в помещение, и я увидела забытый танец смерти Сумрачных Рысей. Танец, в котором не было шансов выжить даже у столь прославленных воинов, как лигейцы. Они падали один за другим, атакованные безмолвными подобными темным теням воинами, исполосованные родовыми клинками Рысей… Седьмой воин, слишком стройный и изящный для мужчины, вошел последним, и грациозно присел рядом со мной.

- Такой план нам сорвала,- печально заметила мама.

- Какой? - я устало подтянула колени к подбородку.

- Я в любом случае не допустила бы этой свадьбы, Расси,- матушка поднялась и протянула мне руку.- Ты лишь упростила мою задачу, покинув Шаранар. И ради чего ты потащилась с королевой в эту глушь?

Матушка не ждала ответа. С трудом я встала, приняв ее помощь. Лицо Равеиссы было скрыто маской, но я знала, что сейчас она усмехается - насмешливо и самодовольно… И потому я не смотрела на мать, я смотрела на погибающего варатонца, который, несмотря на всю извращенность своей безумной любви, был достойным противником… врагом, сумевшим переиграть даже меня… но не мою мать.

В этой неравной борьбе у Эграна не было шансов. Он действительно был сильнее, чем казался, но что стоит один варатонец, против шести Рысей старшего рода? Впрочем, он как раз сражался лишь с одним из рысей, и тот коронный удар, которым была вспорота грудь Эграна, я хорошо знала.

- Арвей, - имя пришло само, как напоминание о далеком детстве и моем персональном кошмаре.

Мой кровный брат стряхнул кровь с когтей, снял маску и, сверкнув зубами, весело поприветствовал:

- Расси, ты похорошела.

- Одного не понимаю, - пробормотала я, - как ты выжил?

Глаза моего давнего мучителя недобро так сверкнули и стало понятно - с трудом. Жаль… очень жаль, что выжил…

Мы покидали селение Катау в свете ярких всполохов - дом старухи Вергиль горел ярко, и потрескивал весело, распространяя в осенней ночи запах паленого мяса. Они сгрузили все трупы в избу, а затем подожгли с четырех сторон… Воинов Старшего рода не зря боялись даже свои - они никогда не оставляли следов своих преступлений, избавляясь от тел тем или иным способом. Сидя на горной лошади впереди Арвея, я с трудом сдерживала слезы - наступающее утро должно было стать днем моей свадьбы, а теперь… Тигрик будет искать меня в Варатоне, потом в Лигее, но он никогда не найдет в клановых землях Сумрачных Серых Рысей… Больно, и дикое чувство безнадежности в груди.

История пятая: Дом, милый дом…

Я перехватила его клинок на скрещенные кинжалы, но… у него осталась свободная рука, которой Арвей преспокойно нанес удар. Снова болезненное падение на холодный пол, и подниматься нет ни сил, ни желания.

- Ты так соблазнительно разлеголась… Это приглашение, а, Расси?

Мужчины из старшего рода Сумрачных Рысей отличаются особой силой и сложением, и Арвей всегда был сильнейшим среди лучших. Он по-своему красив - этот жестокий, практически беспощадный зверь с прядками разноцветных волос и желто-зелеными глазами. Когда-то я считала его очень красивым… до того, как мать избрала Арвея Шанархо моим учителем… а фактически мучителем. Самый жуткий день моего детства… но тогда он хотя бы не имел доступа к телу своей ученицы.

- Будешь лежать и дальше? - Арвей насмешливо потянулся к пряжке на ремне.

И я поднимаюсь, сжимая зубы и проклиная все на свете, но позволять этому ублюдку снова меня использовать, нет никакого желания.

- Хорошая рысь,- воин едва сдерживает издевательский смех,- а Равеисса ценит меня как любовника.

- У моей матери отвратительный вкус,- хрипло сообщаю, и уже знаю, что за моим словесным выпадом, последует очередной удар.

Однако удара не было, Арвей стоял и пристально разглядывал меня, не делая попыток напасть. И это мы тоже проходили - тренирует скорость реакции.

- Ты стала красивой женщиной, Рассиашеара,- он начал поигрывать клинком, заставляя его совершать пируэты, - ты красивая, соблазнительная, умная, но ты отвратительно слаба, Расси! Как ты сможешь родить мне сына, если ты немощна до отвращения?!

- А кто сказал, что я горю желанием родить твоего ублюдка?

- Твоего мнения спрашивать никто не будет,- напомнил мне о неприятном Арвей.

И могла бы смолчать, и я даже понимаю, что смолчать в моей ситуации было бы необходимо, но:

- Я перепробую всех Старших лордов, Арвей! А потом младших… затем тех, кто слушает повелений! - дернулся, глаза опять стремительно сужаются, впрочем, как и губы, придавая его лицу то выражение жестокости, что давно царит в душе.- А ты… ты будешь последним, кого я пущу в свою постель!

Старшие лорды - это когти клана. У каждого есть свои обязанности, каждый из нас на виду, и только Старших лордов, как когти, клан Рыси выпускает лишь в момент боя, в мирной жизни они не нужны. И Старшие лорды осведомлены об этом, эта ненужность давит на них, заставляя неистово тренироваться и мечтать о моменте, когда клан Рыси обнажит когти, нанося удар по противнику. Тигрик считает, что это ненужная дань устаревшим традициям, и по сути такие 'когти' обоюдоострый клинок, который способен нанести удар и по хозяевам - сейчас, глядя на взбешенного Арвея, я была с ним согласна… Впрочем, согласны были и многие кланы, лишь самые закрытые все еще формировали подобные отряды. Самые большие были у нас, и у Ирбисов… ну, те вообще помешаны на собственной безопасности, у них Старших Лордов рожают все знатные дамы, у нас только правящий род, как сильнейшие. Старшая рысь по традиции выходит замуж за избранного кланом в пятнадцать, к двадцати она обязана родить двух дочерей как минимум, после двадцати в ее обязанности, помимо ведения дел клана, входит еще и рождение трех-четырех Старших лордов, которые собственно от Старших лордов и зачаты. Тигрик когда-то назвал подобное дикостью, но в принципе любовников Правящая Рысь брала обычно из сильнейших, а это были именно 'когти', и потому зачатие будущих непревзойденных воинов проходило при взаимном удовольствии. Эту традицию нарушила моя мать, несмотря на всю свою силу, сумевшая родить лишь меня и брата, и потому Арвей сын моей тетки, но признанный сильнейшим, он стал моим кровным, такова традиция. А мама… мама все пытается наверстать упущенное.

- Расси,- Арвей отбросил клинок, чем вызвал мое непомерное удивление, - давай прогуляемся.

- Куда? - доверие никогда не станет основой наших отношений.

- Просто прогуляемся, - он шагнул ко мне, стремительно и яростно, не оставляя сомнений в злонамеренности своих действий.

Я пыталась защищаться, но даже с двумя кинжалами мне нечего было противопоставить лорду, способному убивать голыми руками даже опытных воинов - он скрутил меня как котенка… точнее рысенка, и, сжав запястья, потащил за собой. С одной стороны я была рада покинуть мрачное подземелье, с другой не слишком приятно, когда тебя волоком тащат по ступеням.

- Хорошо, прости! - это был фактически крик отчаяния, но кожу на коленях, которая едва зажила, он своими действиями, содрал повторно.

Арвей остановился, медленно отпустил, и мне пришлось испытать сомнительное удовольствие возлежания на холодных грубо высеченных ступенях.

- Ты… - Старший лорд все так же стоял, и не подумав помощь предложить, - просишь прощения?

- Я и умолять готова, - сажусь, со стоном взираю на кровоточащие колени и прорехи в штанах, через которые тоже виднелись свежие и заживающие ссадины.

- А где же твоя гордость?! - в его голосе прорывался рык, эдакий рык воина, воспитанного на вере в гордость, клановую верность и тому подобную чушь.

- Гордость, - я усмехнулась разбитыми губами, и эта резкая боль была посильнее саднящих коленок,- гордость… А нет ее у меня, Арвей, остались лишь необходимость жить и страстное желание свободы! Гордость, честь, достоинство я выбросила за ненадобностью, они мешали в этой сумасшедшей и стремительной переправе по реке моей жизни. Посмотри на себя, Арвей - ты живешь в клане с младенчества, ты покидал его лишь по велению моей матери, ты никогда не испытывал голод, страх смерти, унижение! Никогда, а я всего этого хлебнула в избытке!

- Ты сама выбрала эту жизнь, убежав из клана! - по сути, он был прав.

Прав, конечно, вот только:

- Рысь не контролирует себя в период Желания, не забыл? - я насмешливо взглянула на взбешенного лорда.

- Я не об этом, - желто-зеленые глаза смотрели не мигая, - ты сбежала повторно!

Арвей упустил маленькую подробность, которая едва не стоила ему жизни… к сожалению только едва.

- Ты не поймешь, - и снова не могу скрыть насмешку, - тебе просто не понять, что значить терять того, кто для тебя важнее собственной жизни…

А детскую они так и не переделали, там абсолютно все так же, как было семь лет назад… лишь слой пыли безмолвно свидетельствует о том, что дитя давно нет… Матушка великодушно поселила меня напротив детской! От ее 'заботливости' хочется в петлю, но… но я выдержу столько, сколько нужно, потому что… мне плохо без Тигрика. Без его поддержки, без его улыбки, без той радости, которая вспыхивала в зеленых глазах при виде меня.

- О нем думаешь?!- Старший лорд выпрямился, смерил презрительным взглядом.

Молчи, Рыська, молчи… для одной тебя и так слишком много боли…

- О тебе, - я окинула ладное тело Арвея восторженным взглядом и добила противника. - Все жалею, что ты не сдох там, в скалах!

Но едва ли Старший лорд слышал мои слова - взгляд, этот тяжелый взгляд Арвея я уже знала слишком хорошо и все же он удивил меня снова, начав медленно, словно нехотя говорить:

- Там, в скалах, выбравшись из ущелья, я шел по твоему следу и молил духов лишь об одном - лишь бы ты выжила! Только бы осталась в живых…

- Хотел убить лично? - я с трудом поднялась. - Поздно ты спохватился, Арвей, теперь умирать я уже не хочу!

Развернувшись, я постаралась уверенно уйти… потом поняла, что игра не стоит свеч и уже придерживаясь за стеночку, я начала тяжело подниматься по ступеням, проклиная клановые традиции Рысей и фанатичную жестокость матушки.

Арвей настиг уже почти на выходе, и я едва не поскользнулась на склизких, местами покрытых мхом ступенях, когда сильное, горячее мужское тело прижало к стене, лишая возможности вздохнуть.

- Ты ничего не знаешь, Расси, - прошипел Старший Лорд. - И я могу понять в детстве, когда ты просто не понимала, почему на наших тренировках у меня меняется дыхание, почему за твоими маленькими ножками, всегда следовал мой взгляд… Но когда ты вернулась, когда рвала и метала в поисках убийц твоего ублюдка и весь клан отшатнулся от тебя, я остался рядом, Расси! Я! Потому что я любил тебя, жестокая эгоистичная стерва! Всегда любил!

Не ожидала я услышать подобное… и боль перешла какую-то грань, лишая остатков самообладания. Я оттолкнула Арвея, развернулась и взглянула в глаза моего мучителя. Взглянула уверенно, и не скрывая ненависти, а слезы… они просто из жалости к самой себе.

- Ублюдка? - я повторила сказанное им слово с трудом. - Ублюдок - это ты, Арвей! А Риаса была моей дочерью! Моей! Частью меня, моим сердцем, моей радостью! - горько и больно должно быть не мне… и потому я с насмешкой, подавив свою боль, причиняю ее тому, кто только что признался в любви.- Так ты меня любишь, невозмутимый Арвей? Любишь, да?

Он выдохнул это 'да' одними губами и я нанесла удар:

- Запомни, тварь, я буду спать со всеми и с каждым, но тебя, ублюдок, никогда не будет в моей спальне! Потому что такое ничтожество как ты, способно лишь причинять боль и упиваться унижением тех, кто слабее! А когда я приду к власти, - мстительную ухмылочку продемонстрировала во всей красе,- я выберу для рождения Старшего лорда кого-то из тех, кем ты ежедневно командуешь… Так ты все еще меня любишь? Начинай ненавидеть!

Я ожидала удара, но его не последовало. Арвей умел удивлять, удивил и на этот раз, схватив меня за руку чуть выше локтя, и молча потащив за собой. Молчала и я, нехотя позволяя тянуть себя по мшистым ступеням наверх, до выхода в грот, где тренировались Старшие лорды, которые проводили нас заинтересованными взглядами, но вмешаться не посмели. А он тащил дальше, через хозяйственные дворы, мимо конюшен, вдаль от крепостных стен, к закрытым решеткой гротам, и когда я поняла, что он собирается делать, кричать уже было поздно.

- Смотри на них, - Арвей прижал к решетке, вынуждая взглянуть на молодых, едва ли достигших двадцати юных рысей, которые забыв о тренировке, голодными глазами раздевали меня. А Старший лорд продолжил. - Смотри внимательно, Расси… знаешь, сколько времени у них не было женщины?

Я осмотрела ободранных, но мускулистых и откормленных воинов и от чего-то хрипло ответила:

- Это исполняющие веления… судя по всему седьмой набор… - и еще тише,- они никогда не видели… женщину.

- Так значит будешь спать со всеми и с каждым? - вежливо, как-то отстраненно спросил Старший лорд, и, открыв решетку, втолкнул на встречу сорока неадекватным воинам.

Толкнул он сильно, потому несколько метров я по инерции почти пробежала, и с трудом удержалась от падения… а падать мне сейчас нельзя категорически - эти готовы рвать на части именно жертву, вот только я не жертва, я Старшая Рысь! И я остановилась, бесстрашно взирая на искаженные инстинктом размножения лица. Сорок пять - стандартный набор шестьдесят, просто выживают не все, а часть, получив травмы, покидают гроты и становятся конюшими, слугами, или кем-то там еще… не имеет значения. Этих мальчиков в возрасте семи лет отбирают у низших членов клана, причем отбираются сильнейшие и следующие пятнадцать лет их тренируют Старшие лорды. Эти воины не видят никого, кроме таких же как они и Старших лордов - закрытые гроты прекрасны тем, что здесь есть и солнце, и вода, и возможность надежно изолировать воспитуемых от общения с остальными представителями клана. Кем они вырастают? Сильнейшими воинами, преданейшими стражниками, идеальными убийцами, способными бесшумно передвигаться. Они становятся исполняющими веления, причем подчиняются, только Старшим лордам… я впервые задумалась о том, что у 'когтей' клана, слишком много… возможностей держать Старшую Рысь в подчинении.

Не удержавшись, оглянулась на Арвея. Старший лорд стоял уверенно, скрестив руки на груди и насмешливо ожидая представления, вот только… ноги на ширине плеч, это, мой хороший, признак нервозности - стоишь как на построении! И его неуверенность в собственных действиях, придала мне решимости, впрочем… была и еще одна забытая им деталь, которую я собиралась использовать.

И повернувшись к едва сдерживающим нетерпение воинам, я пошла на подлость:

- Я, Старшая Рысь Рассиашеара, возьму любовником того, кто, - еще один взгляд на напрягшегося Арвея,- кто поставит на колени Старшего лорда!

В гроте и так было тихо, только где-то там, в катакомбах завывал ветер, а теперь стало совсем тихо. Молодые рыси переводили непонимающий взгляд с меня на Арвея и обратно. Да, тяжело им - два табу в одном месте и разом, ведь этим мальчикам на грани инстинктов втолковывалось, что Старшая Рысь и Старшие лорды неприкосновенны, а тут… Я хитро улыбаюсь и тяну шнуровку на рубашке - одно движение и на мне остаются лишь свободные штаны. Да, от всеобщего желания ощущение такое появилось, словно паришь. Но это только начало.

- Решетка не заперта,- сообщаю я о той самой детали, и добавляю. - Взять его!

Лавина неадекватных воинов промчалась, старательно огибая меня, и юноши оказались быстрее, метнувшегося к запору Арвея - они просто снесли решетку, а затем снесли и его самого.

Я не стала торопиться и оставшись в гроте, удобно устроилась на одном из валунов, лениво наблюдая за схваткой. Арвею пришлось туго - их было слишком много, а желание получить доступ к женскому телу оказалось весьма сильным и потому молодые рыси не слушали приказов, но метили по губам Старшего лорда, явно желая закрыть его рот. Потом все превратилось в кучу полуобнаженных мускулистых тел, и рычащего откуда-то там Арвея… но в результате набежали Старшие лорды, и в частности лорд-наставник конкретно этих молодчиков, чьим командам они подчинились мгновенно и даже можно сказать, что неосознанно. Впрочем, одного двум Старшим лордам пришлось буквально оттаскивать от поверженного Арвея, и я присмотрелась к юноше - силен, и что самое приятное они не выработали в нем инстинкт слепого подчинения… И они это поняли, оттого и в руках не кнутовища, а клинки…

- Отставить! - мой крик эхом пронесся по гроту, и нехотя натягивая рубашку, я явила свой лик народу.

Выходила я неторопливо, не особо стесняясь по поводу обнаженной груди, но все же нехотя завязывала шнуровку, просто потому что тут прохладно.

А лордов набежало более двадцати - девятеро, судя по одежде наставники, остальные даже не знаю, как оказались здесь так быстро. И взгляды такие - осуждающие. Хотя, надо отметить, выглядят Старшие лорды превосходно - темно-коричневые брюки не настолько широки, чтобы скрывать длинные и стройные ноги, черный пояс стянут на узких талиях, широкие плечи словно еще больше подчеркиваются белоснежными рубашками с вышитой на груди оскаленной мордой рыси, а длинные волосы лорды носят стянутыми в хвост. Красивые они, сильные, опасные, тренированные и… как не тяжело мне это признать, жаждущие власти. Прав был мой Тигрик - уничтожать их нужно! И что любопытно - Старшие лорды представляли любопытный контраст на фоне исполняющих веления. Эти молодые воины были ниже как минимум на голову, более коренастые, и как это ни удивительно, но даже бедра оказались шире, чем у Старших лордов… совершенно иное телосложение.

Медленно подошла - передо мной почтительно расступались - наклонилась к поверженному Арвею и улыбаясь этому избитому лицу, ласково произнесла:

- Арви, ты стал красивым мужчиной, соблазнительным и возбуждающим… но ты отвратительно слаб, Арвей! Как я могу полюбить такое ничтожество?!

Он зарычал, вполне натурально так, что окружающие сделали шаг назад и поднялся, хотя судя по хрусту, пару ребер ему сломали… по крайней мере, у меня теперь есть надежда на это. Впрочем, предпочитаю оставлять последнее слово за собой, а потому поворачиваюсь к тому самому из исполняющих веления, у горла которого лорд Шассар все еще держал нож. Этот самый ножичек осторожно отвожу, бросив укоризненный взгляд на Старшего лорда и вот теперь рассматриваю своего победителя. Да, на пару ночей сгодится и потому, продолжая разглядывать данный экземпляр, весело сообщаю:

- Этот мой, остальных наказывать нельзя - они исполняли мой приказ.

И поманив пальчиком расплывшегося в радостном оскале воина, я все так же неторопливо отправилась прочь от места событий. Препятствовать мне они права не имели, но как оказалось, считали иначе.

- Леди Рассиашеара! - тон лорда Шассара, который по возрасту мне в отцы годился, был далек от почтительности.- Что это за игры?!

Резкий поворот и ледяной тон:

- Лорд Шассар, вы позволили себе повысить на меня голос?

- Я… - мужчина несколько растерялся, но лишь на мгновение и тут же продолжил. - Не кажется ли вам, что спровоцировав нападение на Старшего лорда вы тем самым повели себя несколько неадекватно и…

Подхожу к нему так близко, что между нашими телами не остается расстояния и, глядя в глаза, вежливо спрашиваю:

- Лорд Шассар, вы пытаетесь заставить меня почувствовать себя виноватой?

Нервно сглотнув, он все же вымолвил:

- Нет…

- Вы пытаетесь мне указывать? - продолжила я допрос проникновенным тоном.

- Н-н-нет…

- Вы желаете еще что-то сказать?

- Нет.

- Доброго дня вам, лорд Шассар, - с улыбкой завершаю нашу беседу и разворачиваюсь, словно случайно задев его бедром.

Стон я определенно расслышала, и это польстило моему женскому самолюбию, но с другой стороны… Неужели мать не осознает, что Старшие лорды банально наглеют? Покидая собравшихся, я все размышляла над ситуацией. Избранный мной воин шел позади, его радость можно было практически ощущать - еще бы, выбрался из грота, в котором за столько лет успел каждую трещинку изучить, а тут оп - целый мир, яркий, шумный и не подчиняющийся отрывистым командам Старших лордов.

Старшие лорды… к северу от нас располагались территории клана Снежных Ирбисов. Когда-то там, на заснеженных склонах Хазмир, Эндары, Асвеи тоже правили женщины, и во главе клана стояла главенствующая над родом. Примерно семнадцать лет назад все изменилось - Старший лорд Алар захватил власть. Они за одну ночь сломали устои и традиции клана, лишив женщин не только власти, но и права голоса. А ведь там была не одна правящая самка - ее поддерживал круг из шести младших львиц. Чем все завершилось, доподлинно не знал никто - Ирбисы всегда были закрытым и воинственным кланом, а после переворота даже Рысям вход на их территории был запрещен. Да и узнали мы не сразу - просто в один из дней лорд Алар заявился к матушке решить вопрос по поводу спорного горного моста. Когда леди Равеисса поинтересовалась по поводу законности его прав представлять интересы клана, лорд весьма враждебно сообщил, что воспользовался своим правом сильнейшего. Матушка всегда была умной женщиной и потому на границе с Ирбисами с тех пор усилены все патрули.

В общем, по результату всех невеселых размышлений, у меня возникла необходимость поговорить с матушкой… дожилась! Взбегая по многочисленным лестницам, проходя широкие и не очень дворики, преодолевая крепостные стены и заграды, я обдумывала пренеприятнейшую беседу. Но если вначале я торопилась, то в результате перешла на более спокойный темп - усталость брала свое, да и идти еще было далеко.

Клановый замок Рысей можно было скорее скоплением больших и маленьких крепостей. Располагался оплот клана на вершине Даканны, горы без верхушки… верхушку сломали не мы, она такая была, хотя имелись предположения, что ранее тут был вулкан, но летописи об извержениях умалчивали, к тому же мы находили весьма древние постройки, посему опасения были излишни. Зато подобный тип горы давал нам массу возможностей, в результате имелся один главный замок - неприступный со всех сторон и имеющий в наличии огромные подземные помещения, склады, доступ к питьевой воде, и… не менее семнадцати потайных ходов, позволяющих даже при поражении избежать полного уничтожения. Замок наш был построен в виде сжимающихся когтей рыси на перевернутой лапке, хотя, на мой взгляд, архитектор все же схитрил, и потому изогнутых башен было пять, а не четыре… Получалось примерно так - общие помещения в один этаж высотой, окружены широкими стенами, в которых так же размещались жилые помещения, из этих стен уподобившись когтям, поднималось пять изогнутых башен, вспарывая пространство острыми крышами. Такая конструкция позволяла выдержать любой штурм, и даже обстрел из баллист, вряд ли уничтожил клановый замок, хотя это чисто в теории, на практике подтянуть эти самые баллисты было бы невозможно - на плоской площадке, усеянной валунами размером с пять-десять человеческих ростов, размещалось еще шесть рядов крепостных стен, двадцать восемь замков-крепостей, но поменьше размером, и дома простых рысей, которые так же не являлись просто домами. Впрочем, теоретическому противнику, чтобы добраться до поселения, требовалось бы еще преодолеть крутой подъем по Даканне, которая не радовала ровными дорогами, мы сами пользовались внутренними переходами, избегая склонов давшей нам дом горы.

И вот как бы с точки зрения обороноспособности архитектурный ансамбль Кланового замка с прилегающим поселением был выше всех похвал, но… преодолевая эти дворы и дворики, взбираясь по бесконечным лестницам вверх, только для того, чтобы в итоге спуститься вниз, я невольно задумалась о смене обстановочки.

Добравшись до замка, пробежалась по холлу, машинально отмечая что моя физическая форма улучшилась значительно, я направилась к главной башне, где собственно и располагались покои матери. На подходе к приемной, меня дважды попытались остановить стражники, но хватало лишь взгляда, чтобы исполняющие веления в почтительно замолкали, опуская алебарды. Кстати об исполняющих веления:

- Жди здесь, - не оборачиваясь, приказала я тому самому молодчику, что в отличие от меня пробежал весь путь совершенно бесшумно и дышал нормально… а не присвистывая.

Двери к матушке я распахнула картинно, уверенно вошла и неуверенно остановилась, осознав причину, по которой стражники пытались мне воспрепятствовать - мать была не одна. Нет, ничем предосудительным Равеисса не занималась, да и собеседник ее сидел спиной ко мне в высоком кресле, но сама поза моей матери, говорила о том, что она желает казаться весьма привлекательной - этот прогиб ни одного мужчину с ума свел. Впрочем мне совершенно все равно перед кем она прогибается и под кем, потому как обнаружилась проблема посерьезнее, чем охмурение матушкой очередного любовника.

- Нужно поговорить! - заявила я застывшей от возмущения матери и, повернувшись, закрыла двери, выражая тем самым, что никуда я отсюда не уйду, пока мне не уделят внимания.

Любовник матушкой был мгновенно забыт и Старшая Рысь взвилась, подскакивая с места и выдавая вполне закономерное:

- Надо же, Расси, ты, наконец, соизволила со мной заговорить! Спустя всего каких-то двадцать семь… дней!

Я усмехнулась, и, скрестив руки на груди, весьма невежливо ответила:

- Тот факт, что назрела тема для разговора, еще не означает изменений в моем к тебе отношении, мать!

Да, я демонстративно не общалась с Равеиссой все эти дни в родном клане. Почему? Потому что я не умею прощать и учиться не собираюсь! Да и о чем нам с ней было говорить? Две стервы идущие к своей цели напролом, редко могут найти общий язык, если только не идут к единой цели. Впрочем, это все лирика, на деле я догадывалась, как доводит мать это мое показательное молчание. Я игнорировала ее совершенно, не реагируя на все провокации и совершенно спокойно выдерживая крики, просьбы, уговоры… Этот молчаливый протест продолжался бы и далее, если бы не события сегодняшнего дня.

- Стерва! - прошипела моя мать.

- Вся в тебя! - парировала я. - Так что выпроваживай притворяющегося креслом очередного похотливого самца и будь добра выслушать свою единственную дочь!

Как это ни странно, но при напоминании о матушкином собеседнике, она побледнела, как-то виновато взглянула на скрытого от меня мужчину и торопливо произнесла:

- Прошу прощения, Лорд-каратель, моя дочь отличается… несдержанностью.

Лорд-каратель?! Я остолбенела, а из кресла послышалось:

- Ну что вы, леди Равеисса, я все понимаю - проблемы отцов и детей, в вашем случае усугублены тем, что это проблемы матерей-дочерей. Не буду вам мешать, и с удовольствием продолжу наш содержательный разговор в удобное для вас время.

Как зачарованная я прослушала всю его фразу, но едва лорд начал подниматься, вспомнила кто я, в чем я одета и… и развернулась, собираясь банально совершить побег ранее, чем Равеяр Шренаро Араввис опознает в ободранной и местами избитой Расси, ту самую блистательную леди Зелею. Увы, как и всегда, мать подставила меня самым жутчайшим образом:

- Лорд Равеяр, позвольте представить вам мою единственную дочь и наследницу клана Сумрачных Серых Рысей, Рассиашеару Даишаре Янтарноглазую. - и уже моей напряженной спине, - Расси, веди себя пристойно!

Так стыдно мне еще никогда не было! Я мысленным взором окинула свой внешний вид - штаны порваны и покрыты кровоподтеками, сквозь прорехи видны мои изодранные колени, полупрозрачная рубашка местами в крови, на руках порезы от излишне усердного Арвея, губы разбиты тоже благодаря стараниям Старшего лорда, волосы всклокочены и висят полурасплетенной косой… Красота да и только! И вот она странность - если бы тут был Тигрик, я не стеснялась бы ни секунды, а перед Лордом-карателем не хотелось предстать в подобном виде… И все же придется затолкать свою гордость ооочень глубоко и сделать вид, что так и должно быть. Взяв себя в руки, я нацепила вежливую улыбочку на израненные губы и, игнорируя боль в означенной части лица, грациозно повернулась к матери и этому самому лигейцу.

Мать стояла спокойно, но ее взволнованность я словно ощущала - она прекрасно понимает, что если я нарушила свой обет молчания, значит дело серьезное. Впрочем, как раз мать меня интересовала менее всего в данный момент - Лорд-каратель, вот что притягивало мой взгляд. Столь же привлекательный, сколь и опасный лорд Равеяр в подчеркивающем его великолепную фигуру дорожном костюме, с неизменной вежливо-прохладной ухмылочкой на красиво очерченных губах, заставил мое сердце биться быстрее… А восхитительный лигеец в этот момент осматривал меня, и начал он, как и все представители мужского пола, с ног. Я видела это выражение удивленной заинтересованности на его лице, в момент, когда он осматривал многочисленные ранения, эту иронично вздернутую бровь, едва взгляд его остановился на оголенном распахнувшейся рубашкой животе, как дрогнули уголки губ, в момент разглядывания моей собственной груди, а затем… Карие, ничем не примечательные глаза поднялись до уровня моего лица, и все изменилось настолько, что даже я удивилась.

Сначала он побледнел, да так стремительно, что я всерьез начала беспокоиться о его здоровье, затем горло совершило непроизвольное глотательное движение, глаза расширились, лицо покраснело от гнева, ярости и чего-то еще, а после этого лигеец с трудом произнес:

- Зелея?!

Узнал… впрочем, это не удивительно, а вот поразительным оказался тот факт, что лорд стремительно повернулся к моей матери и заорал так, что даже стекла задрожали:

- Как это понимать??? Что вы с ней сделали? Как вы посмели пытать подданную Гарендара?!

И голос у него такой - водопад перекричать может запросто. А дальше, произошло нечто совсем уж не вероятное:

- Расси, - мать повернулась ко мне,- вы знакомы?

Странно, обычно матушка отличается проницательностью. Зато у меня появилась потрясающая возможность произнести:

- Нет. Первый раз вижу.

Да, ситуация из неприятной, превратилась в крайне забавную. Жаль, лигеец этого не понимал.

- Зелея! - и он шагнул ко мне, обхватив своими немаленькими руками мое лицо, вгляделся в разбитые губы, прорычал что-то на своем, причем явно ругательство, раз я ничего не поняла. - Зеля… кто это сделал, Зеля? Скажи мне кто, я разорву этого ублюдка собственными руками!

И все бы ничего, но от его прикосновений проснулось во мне нечто почти забытое, что не просыпалось все эти дни в клане - желание. Перед мысленным взором промчалось несколько фантазий эротического характера и тело непроизвольно вспомнило те ощущения, что вызвал во мне лорд-каратель в той горной деревеньке. Жар от его рук, промчался вдоль спины и замер, разгораясь пламенем внизу живота… ммм… как давно я не испытывала этих потрясающих ощущений… и как жаль, что погасить пламя в объятиях этого мужчины, мне не суждено.

- Поздно,- я отступила от лигейца, и насмешливо продолжила, - его уже… заставили сильно пожалеть о случившемся.

Со стороны матушки раздалось восклицание, но она мудро не стала задавать вопросы.

Услышав от меня фразочку в духе прежней леди Зелеи, лорд-каратель судорожно вздохнул, видимо пытаясь взять эмоции под контроль и хрипло спросил:

- Что вы здесь делаете?

- Живу, - ответила я закономерное. - Или вы не расслышали сказанное моей матерью?

- Вы… - лигеец на мгновение запнулся, - вы дочь леди Равеиссы?

- И даже единственная, - решила уточнить я.

- Тогда, - он сделал шаг и оказался на непозволительно близком расстоянии, - что с вами произошло?

Не стоило позволять ему оказаться так близко - то желание, что все еще ощущала после прикосновений лигейца, теперь опаляющим жаром распространялось по бедрам… Просто какое-то неугасаемое пламя! Я даже глаза на миг прикрыла, вдыхая запах лигейца и чувствуя, как возбуждает тепло его тела, опаляет тепло его дыхания… Предательская слабость коснулась ног, и я…

- Мать, мы поговорим в моих покоях! - развернувшись, я позорно сбежала с места событий, испытывая в этот момент только одно желание - вернуться и позволить огню страсти сжечь нас обоих дотла.

К моему величайшему удивлению, сбежать мне не позволили. Лорд-каратель, позабыв, вероятно, о том где находится, метнулся следом и схватил за руку, на глазах у изумленных подобным стражников и того самого избранного мной воина. Развернув меня лицом к своему гневному лику, лигеец вполне вежливо поинтересовался:

- Что происходит, Зелея?

И опять никакой тебе 'леди'. Я отвернулась, стараясь не смотреть на лорда-карателя и сцепив зубы, пыталась совладать с собственным телом, но… это главная башня, здесь стены и пол устланы отшлифованным красным гранитом, в котором наша композиция из тел весьма достойно отражалась… Мы так эротично смотрелись… Духи гор, неужели я и не могу совладать с собственным вожделением?! Вскинув подбородок, взглянула на лорда карателя и поняла - не могу. Хочу его… хочу испытать тяжесть его тела… хочу ощутить его силу… Хочу так, что сердце грохочет в ушах и подгибаются колени… Да, Рыся, давно тебя так не накрывало!

Вырвав ладонь из его захвата, я хрипло произнесла:

- Охрана!

Ему пришлось отвлечься от меня, чтобы достать оружие - а я… давно так не бегала, потому что была вынуждена убегать от себя, от своих желаний, от страха перед собственной несдержанностью.

____________________

Ванна оказалась не способной унять мой внутренний жар и потому, открыв один из потайных ходов, я сбежала вниз по ступеням в переоборудованную еще нашими предками пещеру. Здесь сквозь трещины в породе прорывались солнечные лучи, на отшлифованном валуне размером с три кровати были раскинуты шкуры и покрывала, напоминая о тех первых семи днях, что я провела в клане со статусом 'пленница'. А вот в следующей пещере находилось то, ради чего собственно я и прибежала - ледяной водопад. Мне не известно кто оборудовал эти пещеры, в летописях об этом не упоминалось, но горные ручьи были направлены по стокам вглубь горы, и в трех вот таких же пещерах под замком образовывали купели… ну или запасники с водой, кому как больше нравится. В такую купель я и нырнула с разбега, взметая брызги.

Ледяная вода заставила задержать дыхание и отрезвила от нахлынувшего желания мгновенно. И все же я еще немного посидела в импровизированной чаше, и только затем, не заботясь о собственной наготе, поднялась обратно в свои покои.

А мать моя уже ожидала.

- Оденься, - начала родительница, - видеть твою искалеченную Арвеем тушу не слишком приятное зрелище!

- То есть… ты знала? - не поверила собственным предположениям я.

- Расси, - мать, как оказалось, пила, причем прямо из бутылки. - Лигеец рвет и мечет! Он отказывается поверить, что ты моя дочь! Он мне… - голос Равеиссы упал до шепота, - он мне ультиматум выдвинул! - и снова крик. - МНЕ!

Да, это однозначно возвеличивает лигейца в моих глазах.

- Он на меня орал! - продолжает, глотнув вина, моя матушка.

- Это все? - лениво заворачиваюсь в полотенце и сажусь в кресло напротив матери.

- Зачем приходила? - да, Равеисса умеет перескакивать с темы на тему. - Ну, и какого духа опять молчишь?!

Пристально разглядываю ее - в ярости моя матушка, даже руки чуть-чуть дрожат, а глаза, словно стали ярче, видимо лигеец сумел довести до белого каления.

- Старшие лорды наглеют, - задумчиво протянула я.

- Наконец-то! - торжественно возвестила мать. - Ну, выпьем за это, - смотреть, как мама пьет прямо из бутылки, оказалось не слишком приятно… не ожидала я ее вот такой увидеть. - Тебе двадцать семь дней понадобилось для того, чтобы обратить внимания на проблему, угрожающую всему клану!

- Извини,- я разозлилась мгновенно, - я как-то была несколько занята… меня сначала держали взаперти, а затем отдали на растерзание Арвею!

- И как он тебе? - Равеисса подмигнула, затем сама же и ответила. - Хорош, но предпочитаю менее жестоких любовников.

- Я, как это ни удивительно, тоже!

- Бедный Арвей, - мать вытерла несуществующие слезы и притворно всхлипнула, - столько лет страданий, а ты и смотреть в его сторону не желаешь.

Эмоции под контроль, Рыся! Все эмоции под жесткий контроль и анализируем только факты - мать пьет, судя по тому, что даже не кривится, пьет уже давно! Мать взяла в любовники лорда, к которому даже желания не испытывает. И Равеисса ведет переговоры с Лигеей… О чем это говорит?!

- Арвей давно встал во главе Старших лордов? - удивляюсь сама себе, потому как произношу это совершенно спокойно.

- Фактически с момента твоей… твоего исчезновения! - она хотела сказать 'гибели', я понимала это.

- Мама, - я чуть подалась вперед и откровенно спросила. - Какого демона ты, зная о планах и намерениях Старших лордов, притащила меня в клан?! Или ты реально считаешь, что положение наложницы вставшего у руля власти Арвея, это лучшее для меня, а?

На меня посмотрели с нескрываемой насмешкой и даже любопытно стало - а есть ли у этой немолодой, затянутой в черное, красивой женщины хоть капля совести?!

- Если уж ты выбрала роль подстилки, то лучше будь подстилкой Старшего лорда, чем вонючего тигра! - выдала в итоге моя мать.

Мдя… разве я ожидала чего-то иного? Пора было бы уже понять, что Равеисса не склонна заботится о моих интересах.

- Ты возьмешь в мужья Арвея, - продолжила мать.

- С чего бы это? - мне почему-то даже интересно стало. - Арвей не относится к дворянским родам.

- Арвей сила клана! - парировала мать. - И любовь к тебе заставит его… хм… соблюдать интересы клана.

- Ой, мать, стареешь,- да, я ударила по больному.

- Вот именно, - мать отсалютовала мне уже полупустой бутылкой, - вот именно… А моя дочь, не желает этого понимать! Расси, - она внезапно подалась вперед,- мы теряем наш клан, Расси! Старшие лорды желают власти, и они добьются ее, если ничего не предпринять!

Некоторое время я молча смотрела на мать, на эту несгибаемую стерву, которая столько лет держала за горло не только клан Серых Рысей, но и все подвластные нам кланы… И вот сейчас она готова стелиться под Старших лордов, лишь бы сохранить власть… Мда…

- Сделаем так, - я невольно начала теребить край полотенца. - Арвей сдохнет, в ближайшие дни и по чистой случайности и…

- Стоп, - Равеисса погрозила пальцем, - ты не понимаешь - Арвей сдерживает их… и в частности лорда Шассара. Арвей нужен нам.

- Тебе,- поправила я.

- Нам,- мать с насмешкой взглянула на меня. - Этот клан твой дом, Расси, и от этого тебе не уйти.

- Мой дом… - отбросив мокрые волосы назад, я искренне произнесла, - Мой дом это Шаранар, королевский дворец Гарендара. Мое будущее там, мама, и рано или поздно, я вернусь домой!

Мне откровенно не понравилось то выражение, которое на мгновение промелькнуло на лице матери. Не понравилось - мягко сказано!

- Жаль тебя разочаровывать,- на мать хитро усмехнулась,- но твой Тигрик уже взял в дом вторую жену, - сердце замерло, а Равеисса продолжила. - И если ты не заметила - это не ты!

В груди что-то оборвалось! Она не лгала, я видела это в прищуре зеленых глаз, в грусти, что промелькнула в уголке губ… она не лгала! Лучше бы солгала… И что-то обрывается в душе…

- Он не мог,- я вскочила, к чертям забыв о необходимости скрывать эмоции, - он не мог! Не мог!

'А что я знаю? А что знает он? Я знаю, что рискнула всем ради Аллоры, и в ночь перед собственной свадьбой помчалась помочь той, кто не была мне чужой… А что знает он? - и я перестала дышать, осознавая, что он знает иное… он знает, что я сбежала в ночь перед свадьбой! Сбежала сама! Сама… Отказавшись спать с ним, в ту памятную ночь…'

Перед глазами промелькнул тот вечер… наш последний вечер и погрустневший взгляд зеленых глаз, после которого полное грусти:

- Рыся… ты действительно этого хочешь?

И мой фальшивый смех, и уверенное:

- Тигрик, традиция есть традиция, сегодня спишь сам…

Его взгляд тогда… мне так не понравился его взгляд, но я собиралась вернуться на рассвете, ворваться в спальню, которая была нашей пять лет и зацеловать всего его, каждый кусочек обожаемого мужчины…

Воспоминания схлынули, едва в голове возник страшный вопрос - А что сообщила ему Аллора?! Сказала ли она ему правду? Сомневаюсь, ведь это не в ее интересах… Чего же я тогда ждала все эти долгие дни?.. Чего я ждала… А ведь ждала… ждала… Больно… И мир разбивается на блестящие осколки, что впиваются в сердце разрывая его…

Где-то неподалеку, я бы даже сказала что совсем близко, раздался надрывный вой… осознание, что это вою я, пришло не сразу… А потом мир закружился вокруг меня, неся нервное удушье, неся боль и отчаяние, ведь тот единственный, кому я верила, он… нет, не предал, он просто решил жить без меня… Без меня…

И я падаю, задыхаясь, потому что я не хочу жить без него…

____________________

Лучше бы я умерла… Задохнулась от своей нервной болезни, и перестала дышать, а так… Напротив меня в зеркальном отражении стояла бездушная кукла с потухшими янтарными глазами…

- Расси,- мама не отходила от меня несколько дней, даже спала рядом, держа за безвольную ладонь,- мне кажется не стоит и…

Лучше бы я умерла! Смешно сказать, меня спас тот самый исполняющий веления, ворвавшийся в мои покои и отпоивший вином. Я не хотела пить, вырывалась, но… мальчишка, чья жизнь прошла среди серых скал и решеток, оказался умнее лекаря… Моим любовникам он так и не стал - кажется, я ненавижу мужчин… всех! Потому что любить оказалось слишком больно. А на Тигрика я не злилась, пусть будет счастлив… даже если и не со мной. Пусть будет счастлив, он этого достоин, мой Тигрик… уже не мой.

- Не плачь, - мама подошла, обняла за плечи,- не нужно, Расси…

За окном хлещет ливень, в моей душе что-то тоже льется, то капая горькими слезами, то прорываясь водопадами отчаяния… Никогда не думала, что этот мужчина так много значит для меня… а оказалось, что без него, весь мир разрушается, превращаясь в бессмысленность. И как будто все покрыла тьма… тьма уничтожающая, разрывающая, неистовая… безразличная…

- Расси,- в эти дни мама часто плакала вместе со мной, не понимая даже, насколько лицемерными мне казались ее слезы…

Невольно смотрю на отражение матери - такое ощущение, что она за эти дни постарела… И страшно подумать, что я стану такой же как она - обозленной на весь мир стервой, властной и жестокой, не гнушающейся поставить счастье своих детей на алтарь клана…

Во дворе, сквозь шум хлестающего по окну дождя, послышался шум подъехавшей делегации - Ирбисы прибыли.

- Я воздух,- проговариваю четко и уверенно, глядя в свои наполненные болью глаза, - я ветер… я легкий игривый ветерок…

И я улыбаюсь своему отражению, мысленно повторяя 'Все хорошо, и будет еще лучше'… Повторяю эту фразу с тех пор, как выяснилось, что у Арвея свои методы успокоения истеричных особ… Он не учел, что моя мать в ярости весьма опасна… Она оказалась опаснее сорока невменяемых юношей.

Нужно жить дальше, и я это понимаю. Нужно искать новый смысл, ставить новые цели и добиваться их… нужно думать о клане.

- Говорить буду я, - выходя из покоев, сообщаю идущей рядом матери.

- Будь осторожна, лорд Алар весьма проницателен.

Я усмехнулась, что-что, а вот думать ему сегодня не придется! Точнее думать о том, что мне не выгодно… А суть вся в чем - я хочу права проезжать по их территориям, что позволит пройти напрямую к восточным границам Варатона, потому как… хотелось кусочек их золотого храма. Ну и если получится, а я даже не сомневалась в этом, использовать ирбисов как разменную монету, то есть уговорить их поучаствовать в данном грабительском набеге.

Иногда, когда очень тяжело, жизнь можно представить в виде танца. И я, танцуя древний Вессед - танец гостеприимства, спускаюсь по изгибистой лестнице к гостям, склоняясь с улыбкой, приветствую, используя намеки на движения танца Невесты, коим приветствовала нареченного при знакомстве девушка, и лишь затем поднимаю глаза на представителей клана Ирбисов. Светлые волосы с каштановыми прядями, ярко-зеленые, как и у большинства горных, глаза, горделивые осанки и телосложение, так напомнившее мне наших собственных Старших лордов.

Они уже успели войти сквозь полукругом расположенные двери, и сейчас стояли на возвышении, не решаясь без хозяев, то есть нас с матушкой, пройти вперед, спуститься по трем ступенькам и ступить на алый бархатный ковер, устилающий пол от входа, до уже накрытого у камина стола.

Это был Бордовый Зал, вход в него шел со двора замка, двери, высеченные из горного хрусталя, установила еще моя прабабка, которая ненавидела сумрак серых стен, в результате в замке появились широкие, искрящиеся в свете солнечных лучей окна и двери. А вот Бордовый зал, такая же янтарноглазая Рысь как и я, оформила с единственной целью - для политических переговоров. Здесь все поражало роскошью и вместе с тем уютом, мягкие диваны в полумраке у северной стены намекали на… Женщина сильна не тем, что может дать, а тем, что способна пообещать, бабуля знала это как никто другой. Именно ее правление позволило расширить границы клана и подчинить другие кланы Рысей, с тех пор полностью лишившиеся суверенитета. И при этом моя прабабка всю свою жизнь любила одного единственного мужчину… правда наследницу родила от законного супруга, а вот семерых сыновей от любимого Старшего лорда. Они даже умерли в один день - она на рассвете, после страстной ночи с ним, он на закате, не сумев прожить и дня без своей любимой Рыси… Бабуле было семьдесят шесть, лорду Харсу семьдесят девять, об их любви до сих пор слагают песни.

Впрочем, не будем о прошлом - будущее требует внимания. И спешу навстречу лордам, боковым зрением отмечая, как матушка отстает и несколько бледнеет. Продолжаю улыбаться и темп не сбавляю, а зря - среди восьми Старших лордов клана Ирбисов, ростом, комплекцией и суровостью, выделялся лорд-каратель. Мдя, настойчивый… и злой очень. Матушке, чтобы выдворить его с территории клана пришлось звать стражу - вещь невиданная доселе. Все заявления о том, что я наследница рода, его не интересовали, его в принципе ничего не заинтересовало кроме меня и возможности меня забрать, в итоге союз с Лигеей, который собственно и желала заключить мать, покатился ко всем духам. И вот тот, кому было запрещено появляться на территории клана, явился в составе делегации Ирбисов - естественно теперь он был неприкосновенен.

Замираю в шаге от лорда Алара, заставляю себя забыть о лигейце и сосредотачиваю все внимание на правителе Ирбисов:

- Какой же вы потрясающий мужчина! - и главное правду говорю, действительно потрясающий… это надо же так потрясти устои родного клана.

Мы с лордом практически одного роста, что несколько удивляет - обычно Старшие лорды несколько выше. У Алара волосы с седыми прядями, очень тонкое, умное лицо, чуть раскосые голубовато-серые глаза и поистине орлиный нос, однако выглядит все это весьма и весьма.

- Полагаю, мне предоставлена честь лицезреть саму Рассиашеару Даишаре Янтарноглазую, - лорд улыбнулся, я протянула лапку, мне ее вежливо облобызали и…

Глаза лорда Алара чуть расширились, дыхание изменилось, и он на мгновение задержал губы, словно не желая разрывать прикосновение. Мой запах - я не скрывала его духами, ведь аромат женского тела приятнее любых благовоний.

- Вы столь галантны, - вежливо отнимаю длань,- впрочем, есть у вас черта, которую я ценю значительно выше всех иных… но это мы обсудим позднее.

Все, с этого момента его внимание принадлежит мне целиком и полностью. Мужчины любопытны как дети, хоть и стремятся уверить женщин, что данная слабость исключительно нам принадлежит, но факт остается фактом - если мужчина рыба, то любопытство самый цепкий из крючков. И вот теперь, следуя за мной к столу, лорд Алар весьма желает узнать, что же такого интересного я обнаружила в нем любимом. Я сообщу вам об этом, мой лорд… может быть…

Я усадила лорда Алара во главе стола, рядом с собой, остальным пришлось сесть на расстоянии трех шагов от нас, в силу особой конструкции зала, таким образом, я единолично заполучила Ирбиса в свои далеко не нежные когти, но…

- Вы позволите к вам присоединиться? - низкий голос, вызвавший невольную дрожь просыпающегося желания… как же он не вовремя!

Поднимаю взгляд на лорда-карателя, собираясь осадить его вежливо-благопристойной фразой и… Этот лигеец плохо на меня влияет… или воздержание сказывается.

- Я присоединюсь к вам лично, после разговора с уважаемым лордом Аларом, - стараюсь улыбаться вежливо, но ощущаю, как румянец обжигает щеки.

Лигеец грациозно наклонился и ласково произнес:

- Сейчас!

Нервно взглянула на Алара - тот таинственно улыбался, и я понимаю, что эти лорды на стороне Лигеи, возможно там уже подписан договор, а вот ссориться с Ирбисами Рысям как раз и не следовало. И остается выбор - подчиниться или… Выбираю 'или'.

Я демонстративно поманила слугу, и приказала подать еще стул и приборы. Скрипнув зубами, лорд-каратель сел рядом со мной. Таким образом, образовались две группы - я, лигеец и лорд Алар, причем я посередине, так сказать разбавляю мужское общество, и матушка с остальными шестью лордами, судя по веселью, матушка упражнялась в злословии, поливая, не будем говорить чем, всех наших соседей.

Знак, и нам подают первое блюдо - салат из сердца дикого кабана, и к нему виноградный сок с добавлением ягодного вина. Да, у нас сегодня мясное меню, все же мужчин привечаем. Пока слуги расторопно раскладывают наполненные тарелки и разливают адвар, я искоса разглядываю… лигейца, будь он проклят. А вот он смотрел не таясь, даже демонстративно, а затем… горячая ладонь легла на шею, чуть массируя, и жест этот был настолько собственническим.

- Ваши манеры, оставляют желать лучшего,- вежливо сообщаю Лорду-карателю.

- Знаю, - кратко ответили мне.

Он не выносим! Он просто невыносимо… соблазнителен.

- Лорды, - резким движением сбрасываю его ладонь с себя, и продолжаю, - раз уж мне не доведется поговорить с лордом Аларом, о вещах столь необходимых, - ирбис напрягся, - я расскажу вам сказку.

- Ммм, - протянул Старший лорд,- как любопытно - дочь Равеиссы еще и сказочница.

- Да, - неожиданно поддержал лорд-каратель, - и чем больше я знаю… тебя, Зеля, тем больше удивляюсь столь развитой фантазии!

Матушка не сдержавшись обронила вилку, и тут же бокал, но… даже стекающее по скатерти вино, не отвлекло ВСЕХ старших лордов клана Ирбисов от моей скромной персоны. Появилось невероятное, огромное, бесконечно нарастающее желание удушить лигейца. Ибо вряд ли ирбисы столь сильно ненавидели кого-либо кроме общеизвестной подстилки недоступного их уязвленной гордости короля. И что делать мне?

Под перекрестным огнем зеленых глаз приходящих в неистовство лордов, я демонстративно повернулась к Лорду-карателю и вежливо спросила:

- Вы так много успели выпить? А розовые танцующие на столах нимфы вам еще не чудятся? Нет… ну, значит все впереди. - и после сего недостойного воспитанной леди выпада, я всем корпусом разворачиваюсь к лорду Алару и весьма громко (нужно же и остальных угомонить), начинаю рассказ. - Давным-давно… но стоит и по сей день, построил один жадный и недостойный народец… храм из золота.

- Какая любопытная сказка, - мгновенно оживился лорд Алар.

- И по сей день, говорите? - отозвался от матушкиной половины лорд Исорг.

- Зеля! - предупреждающе прошипел за моей спиной лигеец.

Не обернувшись к лорду-карателю, продолжаю проникновенный рассказ:

- На берегу реки, без должной охраны… они считают, что лучшая стража это тайна… покрытая мраком… Храм огроменный, золото высшей пробы… и если мы объединимся… Варатонское золото наше, лорды!

Стало совсем тихо. Рыси никогда не лгут - это ирбисы ведали. Позади меня напрягся лорд-каратель, но мне было все равно, я понимала, что Старшие лорды отныне мои, все и скопом… Просто у них как и у нас золотой запас был израсходован и как бы нужда не прельщала.

И в подтверждении моих слов, лорд Алар стремительно поднялся, очаровательнейше мне улыбнулся и протянув руку, вежливо спросил:

- Вы не прогуляетесь со мной, леди Рассиашеара?

- Для вас, просто Расси,- я улыбнулась обольстительно и приняла его помощь в поднимании собственного тела со стула.

И вот как только все начало налаживаться, тут же вмешался лигеец.

- Для начала ты уделишь время мне! - в отличие от вежливого лорда Алара, лорд-каратель обхватил рукой за талию и выволок со своей стороны стола.

А это было уже вопиющим хамством. Я резко развернулась, но прежде чем успела произнести хоть слово, меня схватили за предплечье, вырвали из лап лигейца и задвинули за широкую спину ирбиса. Мдя, сила лорда Алара стала еще одним малоприятным открытием, зато его слова:

- Старшая Рысь неприкосновенна! - прорычал лорд.

И все остальные Старшие лорды мгновенно поднялись, недвусмысленно положив ладони на рукояти клинков. Я едва сдержала улыбку - лигеец не понимает, что подсознательно старшая самка для старшего лорда это сверхценность. Все же вбиваемые веками принципы это… кстати о принципах.

- Лорды, прошу вас,- я подошла ближе к Алару и положила руку на его плечо - расслабился мгновенно, я же прошептала, - лорд-каратель не был воспитан в горах Гарендара, простим ему эту маленькую оплошность.

Ибо мне проблемы с Лигой не нужны.

- Да, - неожиданно вступила в игру мать,- простим… повторно… Первый раз мне пришлось звать стражу… - и мамуля улыбнулась мне! Вот стерва она все же!

И в этот момент я искренне не понимала что это с ней - неужели ревность?!

- Расси, - продолжила матушка,- лорд Алар ждет.

Мне не понравилось это! Совсем не понравилось - что за игры ведет мать? И зачем? И почему так решительно выступила против лигейца?! По спине прошелся нехороший такой холодок… Я неожиданно вспомнила кто я! Я не Расси, я Зелея! И как бы ни было больно вспоминать о совершенном Тигриком, но благодарности к нему было больше, чем обиды. Он меня многому научил - и в сексе и в жизни. Он научил видеть ложь, научил предвосхищать шаги противника и… любить себя. Вот за последнее я буду благодарна ему до конца жизни. Потому что Саер заставил любить и ценить себя такой, какая я есть. Будь я Расси, которая думает лишь о клане и его интересах, в этот миг я ушла бы с Аларом, но я Зелея! Зелея Аренверас, из рода Горных Тигров! Да, я забыла об этом… а сейчас вспомнила вновь!

- Лорд Равеяр, - я протянула руку лигейцу,- я думаю, мы достаточно долго откладывали этот разговор… лучше решить все сейчас, чем и далее позволять пламени недоговоренностей разгораться. - у матушки вытянулось лицо, но я продолжила игру и поклонившись лорду Алару, вежливо произнесла. - Буду благодарна, если вы найдете время встретиться со мной лично и наедине… - многозначительная пауза, - это выгодно для обоих наших кланов, и это возможность, которую мы не можем упустить.

Наши взгляды встретились, на лице Старшего лорда на мгновение промелькнула ухмылка и мы друг друга поняли - этот поход за варатонским золотом состоится!

- Буду ожидать вас завтра, на рассвете, у… нашего места, - и Алар весело подмигнул мне.

Наше место… Перед глазами пронеслось видение - черноволосый Старший лорд ирбисов и маленькая девочка, заплутавшая в системе тайных ходов и рыдающая в холодной пещере у водопада…

- Так это были вы…- я не сдержала благодарной улыбки.

- Жаль, что тогда я не знал, с кем имею честь беседовать, - ирбис низко поклонился.

Он был первым мужчиной в моей жизни, протянувшим руку помощи, ведь я блуждала по холодным мрачным пещерам больше суток, и мне было всего семь лет…

- Завтра, на рассвете, - реверанс и я покидаю высокое собрание, отчетливо ощущая, что лигеец следует за мной.

Матушка, к ее личному счастью, вмешиваться не стала.

____________________

Я шла быстро, стремительно поднялась по ступенькам, свернула к главной башне, не сбавляя темпа, одолела винтовую лестницу, и совершенно не обращала внимания на стражников, при виде лигейца напрягающихся и едва ли не боевую стойку занимающих… Если я не ошибаюсь, лорд-каратель в прошлый раз потрепал их знатно… Лигеец одним словом. Лорд-каратель выше, стремительнее наших и в отличие от тех уроженцев Лигеи, что завалили Старшие лорды, этот явно тренировался ежедневно.

- Куда мы идем?- нарушил молчание Равеяр, обнаружив, что мы на жилые уровни поднялись.

- В мою спальню, - совершенно спокойно ответила я, с этими словами покинув лестницу и ступив на персиковые ковры, устилающие коридоры между моими и матушкиными покоями.

Двенадцать стражников встали по стойке смирно, увидев меня, но едва за мной показался лорд-каратель, взяли оружие на изготовку.

- Прекратить,- кратко приказала я.

Но едва подошла к заветной двери, улыбка, мерзкая такая, явно украсила мое личико, ибо там обретался лорд Арвей… со все еще заживающим после побоев лицом. Старший лорд клана Сумрачные Рыси взглянул на меня, затем на Лорда-карателя и… преградил мне дорогу. Я замерла, с насмешливым презрением взирая на Арвея, и понимая как сейчас будет весело.

- Ну ты и шлюха! - весьма громко произнес Старший лорд.

- Слабак! - парировала я.

- Меня тебе было мало? - это был уже хрип взбешенного мужчины.

- Несколько изнасилований в качестве жестокого наказания не способствуют удовлетворению женщины, - я очаровательно улыбнулась,- впрочем… такие моральные дегенераты как ты, этого, вероятно, не осознают.

Арвей замер… стражники повторно взяли оружие на изготовку, потому что только что, я прилюдно обвинила Старшего лорда в нападении!

- Мои действия были санкционированы Правящей рысью! - мне показалось, или он пытался оправдаться?

Чуть наклонившись к тому, кого ненавидела всем сердцем, прошептала:

- Вот и беги к мамочке, получать очередные санкции, услужливый ублюдок! И пока не получишь высочайшего разрешения - не становись на моем пути! Мне разрешения не потребуется, я нанесу удар сразу!

И после сей гневной речи, я… обошла я его, не хотела на конфликт нарываться, прошла к двери в собственную спальню, широко распахнула ее и возвестила, обращаясь исключительно к лигейцу:

- Прошу вас, входите!

Но лорд-каратель стоял напротив застывшего Арвея, и очень пристально смотрел на него. И тут я поняла, что речь моя про изнасилования, произнесенная исключительно для стражников, возымела действие и на лигейца… Мдя.

- Равеяр, - голос мой стал резким, - наш с вами разговор значительно важнее, чем очередная демонстрация вашей заботы обо мне.

Подействовало… на обоих. Лигеец направился ко мне, а вот Арвей явно побежал к матушке… за санкциями.

____________________

Лорд-каратель прошел мимо меня, я величественно закрыла двери… подумала и заперла на ключ. Еще подумала и попросила:

- Этот комод, придвиньте к двери, если вам не сложно.

Ему было не сложно, и от того, с какой легкостью тяжеленный комод с мраморной облицовкой скользнул к двери, блокируя возможность помешать нам, мне стало несколько не по себе… Что я делаю?!

Равеяр развернулся и теперь молча взирал на меня с каким-то укором во взгляде. А я… впервые почти физически ощущала присутствие мужчины… Мне казалось, что я чувствую его взгляд, его дыхание… каждое движение этого сильного тела и с ужасом понимала - хочу его! Но если ранее страх потерять свободу мешал самой себе признаться в чувствах к лигейцу, то сейчас…

- Ты действительно хочешь поговорить? - спокойно поинтересовался Равеяр… и я понимаю, что мои чувства не остались незамеченными, а ведь я даже не пошевелилась.

Улыбнувшись, Лорд-каратель осторожно снял бриллиантовую серьгу, и с мелодичным звоном камень лег на поверхность комода… Я никогда не смогу понять, как он догадался, что именно этот знак принадлежности Лигее, сдерживал посильнее принципов и обещаний самой себе.

- Иди ко мне,- прошептал тот, кого не зря называли непобедимым.

Он победил и сейчас.

Я подошла молча, он очень нежно обнял, медленно, словно боясь спугнуть наклонился к моим губам и с любовью поцеловал… Так целовал только Тигрик… уже не мой… и я ответила на прикосновение лигейца. Это стало последней каплей… дальше последовал водопад, сметающий все на своем пути. Он целовал так, что я задыхалась, забывая дышать, и тогда Равеяр отрывался, давая возможность немного прийти в себя, чтобы в следующую секунду вновь оторвать от реальности… Холод - жар, тепло - огонь страсти, и все это в бесконечном вихре, который трудно было бы назвать любовью… Это была страсть… но какая… Я помнила все до мельчайших подробностей… как он раздевал меня… медленно, словно позволяя осознать происходящее, но едва осознание находило отклик в душе, и я понимала, какую глупость совершаю, вновь лишал возможности думать…

Я никогда не думала, что наивысший пик наслаждения лишь прелюдия к еще большему удовольствию…

- Не могу больше…- мой стон.

- Это только начало…- и уверенный поцелуй, повергающий в очередной огненный вихрь…

Так много мужчин, так много историй, так много страсти было в прошлом - он перечеркнул все, разделив мою жизнь на до… и после него…

Вечер… ночь… полночь… рассвет… мне казалось, что весь мир живет по каким-то испортившимся часам, потому что просто не могло пройти больше часа… или двух… не могло… Но солнечный луч ударил в окно, заставив хрусталь искриться и сверкать.

- Уже утро…- прошептала я, пытаясь отдышаться.

- Не может быть! - он резко встал, потянулся, подошел к окну, и, выругавшись с досадой произнес, - Как-то быстро ночь закончилась…

А мне хотелось разрыдаться от досады на это проклятое время, которое промелькнуло столь быстро… от злости на себя и невероятную глупость совершенного… от того, что подобное больше не повторится никогда! И еще, от ощущения, что я изменила Тигрику… и кажется, изменила впервые, сравнив другого мужчину с ним и… и сравнение оказалось в пользу лигейца. Мне никогда не было так хорошо с мужчиной физически, и так ужасно морально…

- Вам… вам лучше уйти сейчас,- я постаралась придать своему голосу уверенность, и скрыть эмоции.

Лорд-каратель неторопливо повернулся, смерил меня оценивающим взглядом и произнес то, чего я не ожидала:

- Мы собирались поговорить.

Ах да… поговорить. Завернувшись в простынь… я тут же развернулась обратно, ибо постель хранила следы бурной ночи, и пришлось идти и искать пеньюар.

По возвращению, застала лорда-карателя совершено одетым и застегивающим манжеты на рубашке. Мой местами прозрачный пеньюар, лигеец встретил скептическим взглядом… И я… я Змея Гарендарская, стерва с многолетним стажем, почувствовала себя… полуголой девчонкой рядом с взрослым серьезным дяденькой.

- Итак, вернемся к разговору, - лорд Равеяр, таким тоном, словно мы тут только что проводили многочасовые нудные переговоры, а не… простыни сминали, продолжил. - Несмотря на несколько неадекватное поведение вашей матушки, я готов забыть об инциденте… - пауза, затем чуть насмешливое, - ваше весьма примерное поведение и удовольствие от него полученное, искупает те неприятные эмоции которые доставила мне Правящая рысь.

Я едва рот не открыла от удивления! Просто не желая понимать все вышесказанное.

А Лорд-каратель, тот истинный лорд-каратель, который привык повелевать, карать и миловать, одерживать победы и принуждать к капитуляции, продолжил все тем же ленивым тоном, вдевая серьгу в мочку уха:

- Передайте матушке, что я готов заключить договор с кланом Серых Сумрачных Рысей.

Он вновь лишил меня возможности дышать… и на этот раз ему даже прикасаться не пришлось. Я стояла, утратив и дар речи и возможность пошевелиться. А непобедимый лорд Равеяр Шренаро Араввис, завершив с серьгой преспокойно отодвинул комод, отпер дверь, затем подошел ко мне, как дешевую шлюху шлепнул по мягкому месту, затем потрепал по щечке и со словами:

- Ты была очень даже ничего, - покинул мою, им же разгромленную, спальню.

Стоящим у дверей стражника представилась безобразная картина рыдающей наследницы клана… однако я нашла в себе силы закрыть эту проклятую дверь! Впрочем, открыла я ее спустя мгновение и, наплевав на свой собственный полуголый вид, помчалась в спальню матери.

Матушки там не оказалось, она вернулась аккуратно к моменту, когда царство статуэток и вазочек, было мною превращено в обитель ярких и не очень осколков.

Встав в дверях, на границе этого хаоса, который ранее был ее местом отдохновения, Правящая Рысь поинтересовалась:

- Как ночь прошла?

Хотелось заорать, как же я ее ненавижу! И какая же она стерва… ведь спровоцировала меня вчера, и даже Старшего лорда удержала, не выдав ему санкции! Стерва! Дрянь! И это моя родная мать! Загладила свою вину перед лигейцем самым виртуозным образом! Потом пришло и другое понимание - матушка знала, что ирбисы придут с гостем! Не могла не знать! Да и ее бледность и несдержанность… как я могла поверить, да даже допустить мысль, что Правящая Рысь не сумеет сдержать эмоций… И вот тогда я успокоилась, выпрямилась и вежливо ответила:

- Ночь прошла великолепно… просто выше всех похвал.

- Да? - Равеисса иронично вздернула бровь. - Судя по утренним происшествиям, кто-то остался неудовлетворенным.

Я улыбнулась, подошла к матери и проникновенно поинтересовалась:

- Ты хоть перед зеркалом бываешь настоящей?

- Нет, - матушка лучезарно улыбнулась,- и тебе советую тренироваться лгать даже зеркалу… в жизни помогает.

Мне нечего было ответить на это… Конечно, можно было бы ее пожалеть, если бы не было так жалко себя…

Вернувшись в собственную спальню, я перестала жалеть себя - все равно не поможет. И постаралась не думать о лигейце… не время сейчас, я сосредоточилась исключительно на одной цели - Варатон… ну и еще одной… так, чтобы позлить мамочку.

____________________

Переодевшись в мужской костюм, я вышла во двор замка и потребовала вызвать Старших лордов Арвея и Шассара. Пока соизволила ожидать, отдала приказ двум служанкам приготовить все для проведения переговоров на свежем воздухе… количество ягодного вина от двух бутылок, приказала увеличить до семи.

Мой персональный мучитель и по совместительству глава над всеми лордами, явился прожигая полным ненависти взглядом. Его прежний учитель и фактически оппозиция в лице лорда Шассара на несколько мгновений позже.

Едва лорд Шассар соизволил подойти поближе, я указала ему на сумку с продовольствием и сообщила:

- Несете вы… лорд Арвей еще слишком слаб, для подобных нагрузок. А теперь следуйте за мной, господа.

- В том, что он не в состоянии выдерживать нагрузки, виноваты вы, - обличительно сообщил лорд Шассар.

- Ах, не напоминайте мне о единственном приятном моменте за последнее время, - я весело улыбнулась оторопевшему рысю,- и не провоцируйте мое желание повторить тот чудный миг.

С этими словами я первая направилась к воротам, беспрепятственно открытым исполняющими веления.

Арвей догнал первым, подал руку. Я подавила желание отшатнуться, улыбнулась своему мучителю и взяла его за руку. Шассар так же быстро догнал, и не мог не прокомментировать увиденное:

- Вновь идиллия?

- Можно сказать и так,- на все его ехидство я не обратила внимания, - а вы несите сумку, несите… когда еще выпадет столь чудная возможность почувствовать себя ослом, а?

Старший лорд рассмеялся, ничего не ответив на мою колкость, и задал важный вопрос:

- Расси, куда направляемся?

Я молчала ровно до тех пор, пока мы не спустились по склону и тем самым оказались вне пределов зрительной досягаемости как из замка, так и из охранных башен. И вот только тогда, все так же не отпуская руку Арвея, я преспокойно села на траву, лорды последовали моему примеру.

- Нужно посоветоваться, - честно призналась я. - Вы, лорд Шассар, несмотря на то, что являетесь беспринципным ублюдком жаждущим власти, - поморщился, но смолчал, и я продолжила, - вы заботитесь об интересах клана, и именно это я ценю в вас.

Он чуть склонил голову, в знак принятия моих слов и я повернулась к Арвею:

- Как бы я не относилась к тебе… и признай, я имею право на ненависть, ты сила и власть клана, следовательно, это решение я не могу принять без твоего одобрения.

И Арвей тоже кивнул, не став ни оправдываться, ни обвинять.

Сев удобнее, я начала без уверток и отступлений. Говорила быстро, по делу и стараясь завершить поскорее - нас ждала еще встреча с ирбисом, на которую я безбожно запаздывала. И я рассказала о Варатоне, о золотом храме, о том, где примерно он находится. К концу рассказа, оба Старших лорда активно вступили в полемику:

Лорд Шассар: Нам не нужны ирбисы!

Арвей: Нужны, нам необходимо будет пройти через их территории, это первое, и у них лучшие укротители лошадей, это второе, а золото придется на чем-то везти.

Лорд Шассар: Но пойдет ли Алар на подобное?

Я: Это беру на себя.

Арвей: Зная тебя, нет даже сомнений в его согласии.

Лорд Шассар: Тогда рекомендую привлечь к делу лорда Ивро.

Я: Зачем?

Лорд Шассар: Ивро был пленником варатонцев, а сбежал по реке… следовательно, он должен знать местность.

Арвей: Вот и договорились, а сейчас пошли, Алар ждет.

Поднявшись первым, помог встать и мне. Шассар привыкая к новым обязанностям, забросил суму через плечо и мы двинулись к водопадам. Можно было бы и через пещеры, но сомневаюсь что тем 'кратчайшим' путем, мы достигли бы цели.

Спустя пару часов, задыхающаяся я и двое совершенно не уставших Старших лорда достигли живописной полянки шагов в семь шириной, скрытой от посторонних глаз осколком обвалившейся скалы и располагающейся между пещерой, водопадом, небольшим горным озерком и собственно лесом, из которого мы и вышли.

К моей радости лорд Алар и с ним еще двое Старших лордов из клана Ирбисов, все еще ожидали нас, причем ожидали совершенно вопиющим образом.

- Клюет? - собравшись с силами, спросила я.

- Одна уже клюнула, - лорд Алар попытался сделать подсечку, но то ли рыбка была умная, то ли наживка не очень и лорд продолжил. - Зовут Расси… пришла сама… спустя пять часов после указанного времени.

- Ну не сама, а с едой,- парировала я.

Ирбис легко поднялся с края обрыва, передав удочку своему спутнику, и обнаружилось, что Алар пребывал в босоногом состоянии, что его совершенно не смущало.

- Ну, здравствуй, рысенок, - улыбнулся мне мой первый спаситель.

- Удачной охоты, лорд Алар, - я подошла к мужчине и позволила себя обнять… вышло это у него как-то по отечески, даже появилось желание разреветься и пожаловаться на лорда карателя, но не будем о грустном.

Прервав объятия, которые нам обоим явно радость доставили, я представила своих спутников:

- Старшие лорды Арвей и Шассар, мои доверенные лица.

Ирбис кивнул и в свою очередь представил:

- Старшие лорды Дан и Навель, соответственно мой брат и мой сын.

Про то, что они доверенные, можно было и не говорить, и так все ясно. Я с лордами обменялась поклонами, они между собой рукопожатиями. После чего, пока я нагло рыбачила отобранной у Дана удочкой, и болтала с Аларом о делах клана, Старшие лорды расстелили покрывало и выложили принесенную нами снедь… они о еде не позаботились, мужчины, что тут сказать.

После второй бутылки я озвучила наше предложение, после третьей мы получили согласие ирбисов участвовать в намечающемся предприятии. Четвертая бутыль была выпита под обсуждение деталей и согласование общего плана. Но едва была открыта пятая…

- Арвей, - я искоса взглянула на замершего при моем обращении Старшего лорда,- как тебе положение лорда Алара… хотел бы так же?

Лорд Шассар подавился, и начал нервно откашливаться, ирбисы потрясенно молчали, мой персональный мучитель залпом допил вино из бокала и хрипло спросил:

- А кем будешь ты?

Я улыбнулась и честно ответила:

- Меня не будет, Арвей… я больше не рысь. Я вернусь в Гарендар.

- Неожиданно… - словно обращаясь к деревьям, произнес лорд Алар.

- Мамуле решила подгадить! - прошипел Арвей.

- Одна из причин,- ответила, потом призналась, - но главная.

- Ты не нужна ему! - мой мучитель был зол.

Пришлось сдать и эти карты:

- Я не нужна ему как женщина… как жена, - было больно произнести подобное, - но я нужна ему как чиновник, равного которому у Саерея не будет.

Ирбисы переглянулись и Дан, который был чуть выше и гораздо моложе брата, насмешливо подметил:

- Так значит все же Зелея Желтоглазая.

- Ага, - и с обворожительной улыбкой добавляю, - та самая, которая сможет заставить пограничников 'не заметить' вооруженный отряд, и оказать содействие в случае необходимости…

На поляне стало очень тихо, был слышен лишь шум падающей воды… спустя некоторое время, лорд Навель, самый молодой в нашей дружеской компании сухо произнес:

- Стерва!

- Зато какая! - лорд Алар чуть склонил голову, в знак признания моих заслуг.- У тебя удивительное умение, рысенок, ты с одной стороны обманешь того, кого признаешь своим королем, а с другой… это будет удар на Варатон, который несколько ослабит страну в преддверие готовящейся войны, не так ли.

- Вы поистине умный человек, лорд Алар,- я отсалютовала ему бокалом. - Все именно так… Может я и не особо верная любовница Саерея, но я очень верная слуга человека, которому слишком многим обязана и которого безмерно уважаю.

Данную информацию все, кроме проницательного лорда Алара, восприняли весьма негативно. Но Правящий горный лев пристально глядя на меня, уверенно произнес:

- Правящая Рысь подписала договор с Лигеей… но я не буду воевать плечо к плечу с чужаками. После Варатона я встречусь с Тигром.

Я едва не выронила бокал.

Зато лорд Навель выронил, подскочил, выругавшись не слишком цензурно и гневно начал:

- Отец, предложение Лиги более чем щедрое! А что может предложить тебе напыщенный желтый кот?

Алар осадил его одним взглядом. Этого было достаточно, чтобы Навель сел и заткнулся, после чего Правящий ирбис едва слышно произнес:

- 'Верность прочнее скал'! Верность, Навель! Непобедимый Лорд-Каратель произнес много умных слов, он указал нам на наши возможности но… он умолчал о наших утратах. Гарендар это плотина из крепко спаянных камней… Камни - это кланы… Уйдет один клан… Гарендар погибнет. Каждый клан жизненно необходим и Тигр знает об этом, потому и не было угроз в его посланиях. 'Верность прочнее скал', Навель, я не буду предателем! Мы горцы, мы должны держаться вместе!

Я была поражена мудростью лорда Алара, но еще больше поражена тем, что Арвей невольно кивнул словно неосознанно соглашаясь с вышесказанным… И я решила закрепить успех:

- С удовольствием расскажу вам о выгодах сотрудничества с Гарендаром.

Последующие дни мы активно готовились к исполнению задуманного, а если точнее согласовывали детали, делили обязанности и искали тех, кто мог хоть что-то сообщить о течениях варатонских рек. Совершались сии действия вполне открыто, но матушка что-то начала подозревать, и я полагаю, что всему виной были визиты Алара и Шассара в мою спальню, где мы частенько сидели до утра.

Слуги по данному поводу уже шептались за нашими спинами, но когда Старшая Рысь и Старшие Лорды обращали внимание на сплетни слуг? А пресечь подобное стоило, так как Правящая Рысь не брезговала послушать досужие разговоры. Мать ворвалась в вверенные мне покои на рассвете. Раненным зверем метнулась к постели, сорвала покрывала и уставилась на простыни… Мы со Старшими Лордами сидели над картой в момент ее появления, и пока мать искала недоработки в труде прачек, Арвей мгновенно спрятал компромат - не доверяли мы матушке, и имели на то причины.

- Что происходит? - мать стремительно развернулась к нам, от чего ее смоляные волосы совершили завораживающий пируэт. - Расси, с каких пор ты проводишь ночь сразу с двумя мужчинами и… почему нет следов вашей страсти?

- Мы предпочитаем предаваться разврату на ковре и шкурах у камина, - лениво ответила я, потягиваясь после очередной бессонной ночи.

Правящая Рысь в гневе, это нечто феерическое. Мать оказалась рядом настолько быстро, что я даже вскрикнуть не успела, когда стерва вцепилась мне в волосы. Отогнув голову чуть назад, Равеисса прошипела:

- Что ты задумала, Расси? Ты…

- Прекрати! - Арвей произнес это тихо, но так что вздрогнули мы обе.

Мать выпрямилась, перевела взгляд своих мерцающих от ярости глаз на Старшего лорда и тихо спросила:

- Это… заговор?!

Шассар и Арвей вопросительно взглянули на меня… они повернули головы одновременно… мама замерла, и тоже взглянула на меня, а я… я вспомнила тот памятный разговор, который не могла забыть столько лет…

- Мама, она плачет, мама, я…

- Все детки плачут, Расси, - она вновь толкает меня, обессилевшую от родов на постель,- она успокоится, а ты должна поспать.

- Но…

- Я сказала спать, Рассиашеара! Твой долг быть сильной ради клана!

Хотела ли я отомстить? Да! Да, даже без сомнений! Но желала ли я смерти той, что подарила мне жизнь? От моего ответа сейчас зависело очень многое и я понимала, что нельзя сохранить жизнь Рыси, которая ради власти готова и предать…

- Чего же ты молчишь? - в словах Равеиссы послышался горький упрек. - Ответь мне, Расси! Это заговор, ты хочешь получить всю власть, да?

Я поднялась и спокойно ответила, глядя в зеленые глаза когда-то самого родного человечка:

- Власть над этим кланом, это не то, о чем я мечтаю… тебе ли не знать? Так что незачем видеть заговор в каждой тени.

Но тут в разговор вмешался Арвей:

- Расси, сообщи ей нашу позицию по поводу договора с Лигеей.

Матушка задержала дыхание, с нарастающим ужасом глядя на меня. Я же поняла главное - Правящий лорд ирбисов умеет влиять на мировоззрение собеседников. Впрочем, вероятно напрягало Арвея и что-то еще…

- Поясни, - я обернулась к Старшему лорду.

Однако за него, ответил Шассар:

- По соглашению лигеец получает тебя!

Так! Стоп! Ничего не понимаю… или понимаю… ну да, было бы глупо думать, что все завершится именно после той ночи… но я так думала! Более того, я была в этом уверена… А теперь выходит.

- Матушка, - ласково улыбаюсь, стараясь менее всего походить на приготовившуюся к броску кобру, - а где у нас ключики от сейфа? И да - это заговор!

После моих слова оба Старшиз лорда плавно поднялись, причем оказались аккурат по обе стороны от Равеиссы. Мать мгновенно поняла, что расклад не в ее пользу, а потому гордо выпрямилась, злобно ухмыльнулась и выдала:

- Малы вы еще, детки! А ты, Шассар, слишком туп!

Я улыбнулась столь же 'по-доброму' и ласково поинтересовалась:

- Это ты к тому, что ключи мы не найдем, следовательно доказательств у нас нет и клан не пойдет за нами?

- Умненькая девочка, - Равеисса направилась к двери, распахнула ее, и мы услышали громогласный вопль. - Стража!

Естественно стража совершенно случайно в составе 'пяти рук' и полном боевом облачении, оказалась за дверью. Кто бы сомневался, лично я ни секунды… А вот судя по лицам Старших лордов, они о подобном не подозревали.

Бежать было некуда, и потому мы с лордами преспокойно позволили взять себя в кольцо, и даже не делали попыток вырваться - бесполезно это. Но вот волновал меня только один вопрос:

- Мам, - она все так же стояла у дверей и с радостной ухмылкой наблюдала за действом, - а как же варатонское золото? Ведь ты поддержала этот план!

- Мне сделали более щедрое предложение, - Равеисса улыбнулась шире, продемонстрировав идеальные зубы, - и плата совсем мизерная - одна вздорная наглая девчонка, забывшая о том кто она и откуда родом и возможность беспрепятственного прохождения войск по нашей территории.

Я замерла с открытым от удивления ртом, Арвей выругался, обогатив мой личный запас ругательств, Шассар весьма емко охарактеризовал матушку… И как-то не сразу я обратила внимание, на шум в коридоре, после которого мужчина в черном, вошедший в распахнутую дверь, грациозно приставил кинжал к шее моей матушки и с тяжелым вздохом произнес:

- Рыська, вот вечно ты со своей добротой страдаешь! Эту тварь, я хотел придушить еще в Шаранаре… и вот зря я этого не сделал!

- Что за… - попыталась возмутиться матушка, но благоразумно смолкла.

Вслед за королем Гарендара, в мою спальню вошло двенадцать таких же затянутых в черное воинов… столько мужчин тут не было ни разу. Демонстрации убийственных планов Саера не потребовалось - исполняющие веления сложили оружие, подчинившись приказу Арвея. А я стояла, глядя в такие любимые зеленые глаза, и с трудом сдерживала слезы…

- Рыська, - Тигрик подошел, игнорируя упреждающие жесты своих воинов, обнял ладонями мое лицо и снова произнес такое родное, - Рыська…

Разрыдаться от бесконечного счастья мне не позволило насмешливое замечание от двери:

- Рррромантика… Эх, рысенок, ты вся в бабку - одна любовь и на всю жизнь, - лорд Алар весело подмигнул мне.- Одобряю.

Переведя непонимающий взгляд на Саера, я удивленно выдохнула:

- Ирбисы…

- Увы, - мой самый родной мужчина беззаботно пожал плечами, - без помощи, а точнее ценнейшей информации лорда Аллара, я бы и второй месяц безуспешно пытался договориться с этой тварью, которая является твоей матерью!

- Как договориться? - моему удивлению предела не было. - Ты… все это время… был здесь?!

- Лагерь разбит у подножия Даканны, - хмуро подтвердил Тигрик.

Глядя на него, я не могла понять лишь одного - как она могла молчать?! Как?.. Сколько можно мне лгать, мама? Сколько…

- Арвей, - я взглянула на Старшего лорда, - собирай Совет Клана! Немедленно! Шассар, моя мать должна отдать ключи от сейфа, мне нужен договор как доказательство предательства Правящей Рыси.

Саер улыбнулся и перестал обнимать… видимо не желая мешать мне проявить лидерские качества. Схватила его за руку неосознанно, и только потом осознала - если отпустит, я закричу. Он понял, и больше не отходил от меня.

А за окном поднималось солнце, возвещая новый день для всех и новую жизнь для кланов Рысей. Я так хотела прижаться к Тигрику, обнять, рассказать про все… кроме лигейца, услышать о том, что было с ним за это время… Но не время, нельзя, так много нужно сделать…

- Верность прочнее скал! - так начала я свое выступление перед Советом клана.

- Верность важнее жизни! - этими словами завершил свою речь Арвей.

И судьба Равеиссы была предрешена… смерть, иного наказания за предательство не предусмотрено, Гарендарцы слишком ценят верность.

Но перед лицом двадцати трех собравшихся правителей подвластных Серым Сумрачным Рысям, я рискнула прошептать тихое:

- Прошу тебя…

Казнь заменили на пожизненное заключение в Скалистом замке, стоявшем в отдалении… Арвей был недоволен, но пошел мне на встречу… Она все же моя мать, это все понимали.

Но даже эта проявленная перед всем слабость, не помогла Арвею стать главой клана.

- Пусть правит Желтоглазая Рысь! - единогласно заявили все члены совета.

Мы со Старшим лордом переглянулись и согласились… пока согласились.

К вечеру удалось решить все и достигнуть определенных договоренностей с Ирбисами, и лишь после этого ко мне пришло счастье - мы остались одни. В той самой спальне, из которой слуги вынесли истоптанный ковер, перед ярко пылающем огнем камина, на теплых шкурах и что самое важное - рядом. Я сидела на коленях Саера, обняв самого невероятного мужчину и руками и ногами, положив голову на такое сильное плечо и тихо всхлипывая от счастья.

- Рыська,- он начал поглаживать по спине,- Рыська, не плачь.

Вот после этого полились слезы, а я прижалась к нему сильнее…

- Рыська,- сжал так сильно, до боли, а затем вновь начал поглаживать,- родная моя, ну не плачь… Все хорошо, Рыся, все уже хорошо… но секс с плеточкой тебя ждет, Зеля! И начну я с плеточки!

Я вспомнила ночь с лигейцем и прошептала:

- Все что захочешь.

Тигрик напрягся, ощутимо так, тихо выругался и хрипло спросил:

- Что не так, Рыська? Что ты натворила, раз считаешь себя виноватой, а?

Молча уткнулась носом в его шею и снова всхлипнула.

- Рыся… - уже такое напряженное.

В дверь постучали, не дожидаясь ответа вошел Арвей, скрипнул зубами при виде наших сплетенных в сидячем положении тел, скрипнул отчетливее, когда я подняла голову и он увидел зареванное лицо своей Правящей рыси.

- Ты нашел его? - устало спросила я, и не собираясь менять положения.

- Впервые вижу твои слезы! - сделал неожиданное заявление Старший лорд.

- Все когда-то случается, - я невольно улыбнулась,- так ты их нашел?

Мой персональный мучитель спокойно подошел, протянул свиток, и пришлось-таки занимать более удобное для чтения положение. Скрестив ноги, я устроилась перед камином, и едва прочитав первую строчку, приказала:

- Перекройте тайные тропы!

- Уже, - отозвался Арвей.

- И те, что ведут к северным гротам? - я недоверчиво взглянула на него.

- Проклятые духи! - выругался Старший лорд и оставил нас одних.

Саер лег на бок, подпирая голову рукой и с ледяным спокойствием спросил:

- Ты с ним спала?

- С Арвеем? - от чтения я не отрывалась, но руки дрогнули.- Скорее он со мной. У матушки жесткие методы перевоспитания блудных дочерей.

- Но сейчас вы вполне мирно сотрудничаете, - подметил Тигрик, а мне стало… страшно.

- Видимо он пресытился, - я продолжала упорно читать.

- А кто не пресытился? - обманчиво-лениво вопросил мой король.

Что я могла ответить на этот вопрос? Да, мы изменяли друг другу много раз, но мне никогда не было стыдно за это… только сейчас. И я боялась даже взглянуть на Саера, потому что с лигейцем мне было так хорошо, как ни с кем и никогда… Но я не желала признаться в этом даже самой себе.

- Рыся, - Тигрик переместился за мою спину, и обнял,- я все приму и пойму, Рыся, все кроме лжи!

Я промолчала в ответ. Столько раз лгала, столько раз обманывала, а его не могу… Между нами лжи никогда не было, вот только и правду сказать я не в силах.

- Рысяяяяяя…

Поймала себя на том, что одну и ту же строчку читаю в пятый раз… или в шестой.

- Не могу ее понять, - да, я перевожу тему разговора, но не могу иначе, - как она пошла на фактическое предательство? Почему? У меня даже слов нет…

- У меня тоже, - задумчиво произнес Саер. - Я рвался к ней… переступил через собственную гордость, через реалии государства, да даже через королеву, и что я вижу, ворвавшись в замок и освободив свою прекрасную принцессу?!

- Что ты видишь? - спрашиваю, опустив голову ниже и боясь даже взглянуть на него.

- Я вижу твой стыд, Рыся! Я впервые вижу твой стыд! И мне бесконечно любопытно узнать, что же пробудило твою давно почившую смертью храбрых совесть?

Отложив свиток с секретными пунктами договора, я развернулась к Саеру и обняла, вновь пряча лицо на его плече… Мне действительно было стыдно, стыдно до отвращения к самой себе, но жалела ли я о той ночи?.. И да, и нет…

- Расскажи мне все, - тихо попросила, вот только это была просьба о большем, и Тигрик меня понял.

- Не хочешь говорить, - сжал сильнее,- не хочешь…

А я обнимала его и с ужасом думала о том, что впервые в объятиях этого невероятного мужчины я совершенно не хочу секса… Быть рядом, чувствовать его тепло и поддержку, но не играть в наши полные наслаждения игры… И как же я ненавидела себя за это!

- Ладно, - Тигрик тяжело вздохнул, - будем считать это моим наказанием за нерасторопность!

Поднялся он резко, удерживая меня в объятиях, так и отнес на постель, положил на покрывало и замер, разглядывая с высоты своего положения. Горько усмехнулся, словно потешаясь над самим собой, и весело произнес:

- Ладно, Рыська, будем отогревать тебя снова… надеюсь, отогрею и на этот раз… Такой потерянной ты была только шесть лет назад, когда дочь потеряла. Но за прошедшее время ты никак родить не могла, Рыся!

И раздеваясь, Саер направился к двери, запер ее и… придвинул тот самый комод, преграждая доступ самым наглым… Если еще и серьгу снимет и сверху положит… я не знаю, что я сделаю.

- Слушай, - отозвался Тигрик, - а удобный комод… Ну-ка иди сюда… - и взгляд такой возбуждающий.

Хм… а комод действительно ничего, но сомневаюсь, что на нем выйдет что-то путное.

Зря сомневалась…

- Рассказывай, - снова потребовала я, когда время перевалило глубоко за полночь, а мы в обнаженном состоянии нежились перед догорающим камином.

- У тебя слуги наглые, - лениво протянул Саер, меняя положения и нагло устраивая голову на моем бедре.

- И кто тут наглый? - попыталась возмутиться я.

- Я, - не стал скрывать очевидного король Гарендара. - Но что мы все обо мне и обо мне, как ты склонила отдаться мне во всех позах Ирбисов, а? Я, с переменным успехом получал отказ от Рысей и Ирбисов, я приводил им доводы, я даже к аллегориям и метафорам скатился, позор мне. Я этому лорду Алару и про плотину и про завал расписывал, мол каждый клан это камень, тронешь один остальные обваляться и конец тогда Гарендару и…

Хихикать я начала едва он вообще про камни упомянул, но когда про конец Гарендара, уже хохотала в голос.

- Что? - притворно возмутился Тигрик.

- Вот Алар, вот… ворюга, а! - с трудом успокоившись, я поведала историю склонения Ирбисов к сотрудничеству с Саереем Меняющим Судьбы.

- Надо же, - задумчиво протянул Саер, - он даже запомнил… Хм, я изобрел новый способ убеждения!

- Это какой?

- Бесконечное повторение, - Тигра улыбнулся, - я же ему про эту плотину и камни раз двадцать говорил, и подействовало! - затем лицо моего короля стало серьезным, и он задумчиво произнес. - Но при этом я прекрасно понимаю, что на его согласие повлияла ты, Зеля… И вот мне очень любопытно, что же такого ты сообщила обо мне, что столь мгновенно изменила взгляды Правящего Льва?

- Я? - попыталась вспомнить и неуверенно произнесла. - Я сказала, что даже если и не нужна тебе как жена и как женщина, то нужна как слуга, и… и что все равно вернусь в Гарендар, потому что многим тебе обязана и очень тебя уважаю…

Игривое настроение моего Тигра мгновенно исчезло, Саер сел, пристально глядя на меня, и хрипло приказал:

- Повтори!

- Что повторить?

- Первую фразу…

Удивленно смотрю на него. Да, я не касалась темы его второй жены, потому что… и больно говорить об этом, и в то же время я сама не столь идеальна как хотелось бы, так что не мне его упрекать. Но Саер, видимо считал иначе:

- Ты не нужна мне как жена и женщина? - его голос стал едва слышным, но в следующую секунду он заорал. - Это ТЫ МНЕ НЕ НУЖНА?!

- Ты взял вторую жену, - шепотом произнесла я.

Его выражение лица откровенно пугало - таким взбешенным я Тигрика еще не видела. Просто день открытий какой-то, сначала осознала, что хочу его меньше, чем лигейца, теперь приходит понимание того, что опасаться его стоит так же, как и Лорда-карателя. Но сдержался, вскочил и неожиданно вежливо спросил:

- Где тут охладиться можно… и воду желательно ледяную!

Молча провела его вниз, все так же молча стояла, и зябко обнимая обнаженные плечи, ждала пока угомонится и перестанет рычать, ныряя в воду, от которой лично мое тело сводило судорогой. Но не успокоился даже после купания, и все такой же голый и злой, выскочил из воды, подхватил на руки, взбежав по лестнице швырнул меня на кровать и расхаживая вокруг постели, начал говорить:

- Тварь! Подлая змея! Сссволочь! Я с ней лично побеседую, навещу эту гадюку в заточении! - резко остановился, как-то странно посмотрел на меня и хрипло спросил, - Рыся… она сказала тебе лишь о том, что я взял вторую жену?

- Да, - но уже понимаю, что чего-то важного матушка не договорила.

- Рыся, - Тигрик вдруг стал очень несчастным, - как ты это перенесла?..

- Я всегда знала, что ты дорог мне… но даже и не подозревала насколько,- это я произнесла вслух, а про себя подумала, что даже сейчас, когда он так близок, больше всего на свете я боюсь его потерять…

Вся ярость Саера испарилась мгновенно, наклонившись поднял меня, отдернул покрывало и уложив меня уже на простыни, лег рядом, укрыл, обнял. Начал рассказывать:

- Ваш побег с Аллорой - я не ожидал от тебя такой глупости, Рыся. И я не ожидал от нее такой подлости… но это Аллора… мне было скорее обидно, чем больно. Впрочем… о своей боли я тебе потом поведаю, когда доберемся до дворца и плеточки! - но сдержался, и даже упрекать не стал.

За что мне это зеленоглазое счастье? Счастье, которого я оказалась не достойна… О духи, Зеля, как же отвратительно-пафосна ты стала…

- Первым тревожным сигналом стал отход Рысей, - Саер усмехнулся, - они там такое планировали, столь неординарный план по срыву нашей свадьбы и вдруг исчезли, побросав все те тросы, коими собирались воспользоваться. Когда мне об этом доложили, я метнулся в твои покои, - злой взгляд на меня. - Это было подло, Рыська!

- А дальше? - извиняющимся тоном, попросила я.

- Когда мы добрались до дома старухи Вергиль, обнаружили там догорающее жаркое, - прорычал Саер. - И что самое любопытное, вернувшись поутру во дворец обнаружил, что моя королева сладко спит в своей постели, - Тигрик на мгновение замолчал, но так как и я молчала, продолжил. - Аллора убила старуху, Зеля! Убила и оставила труп в том самом переходе! Мне же было сказано, что ночью королева ездила за тем самым бисером к твоему платью, а после еще и самолично пришивала его!

Старуху было жаль! Бесконечно жаль! И в ее гибели виновата я…

- Как ты догадался?

- Я не идиот, Рыся! - гневно ответил Тигрик. - Идиоты не создают государства и не способны править! И мне не составило труда сопоставить ночной визит к старушенции Вергиль и неожиданно наступившие у Аллоры дни женских недомоганий!

Некоторое время Саер молчал, затем признался глухим голосом:

- Впервые избил женщину… - замолчал, едва слышно продолжил. - Я боялся, что ты погибла, Рысенок… Я с ума сходил от страха… и единственное, что давало надежду - Рыси ушли! Ушли, а твоя мать не производила впечатления человека, способного отказаться от своей цели! И я пустил охотников по следу. К полудню Аллора пришла в себя и поняла, что лучше все рассказать… Я был в ярости, все пути отхода из Гарендара перекрыли, но, ни лигейцы, ни варатонцы границу не пересекали. Спустя пять дней вернулись охотники, подтвердив информацию - Рыси крайне поспешно вернулись в клан… И я понял, где тебя искать.

- Тигрик, я…

- Не стоит, Рыся, - нежно поцеловал в висок, и тихо продолжил. - Мне пришлось взять вторую жену из клана Волка, иначе я не смог бы покинуть Шаранар, сама понимаешь. И не смотря на то, что первой жены у меня больше нет, - я вздрогнула, но не решилась задать вопрос,- я взял именно вторую, первой будешь ты, Зеля! И это не обсуждается!

Саер сказал, Саер сделал… эх, первой быть как-то не хочется…

- Не гневи духов, Рыська, - наставительно произнес Тигрик, видимо догадывавшийся о моих мыслях на данный счет, - дальше рассказывать?

- Да.

- Спустя десять дней, раньше я не мог… прости.

- Я понимаю.

- Рыся,- Саер приподнялся, с тоской взглянул на меня, - я не мог раньше… Я не знал смогу ли выбраться отсюда, и был обязан назначить наследника, который в случае моей смерти, став мужем моей второй жены получил трон, но это только одна из причин.

- Тигрик, я все понимаю, - а он все равно смотрит так виновато.

- Мне пришлось пытать Оланского, была надежда, что он знает о тайных путях.

- Он не знал…

- К сожалению да, - и Саер продолжил. - Полторы тысячи воинов и безуспешные попытки подняться на эту проклятую гору! - Замечаю седую прядку в его волосах и с трудом сдерживаю слезы. - Я пытался договориться с твоей матерью, я предлагал статус автономии, я практически умолял - эта стерва откровенно хохотала мне в лицо! Заинтересовал ее лишь один факт - о моей женитьбе!

Скупые фразы, за которыми масса событий, о которых он мне не расскажет… бережет мои чувства.

- Одновременно с проваливающимися раз за разом переговорами с твоей матерью, попытками таки одолеть вашу гору или найти того, кто знает о тайных тропах, я вел переговоры с Ирбисами, и знаешь, после Равеиссы лорд Алар казался таким милым.

- Догадываюсь, - но улыбки я не сдержала.

- Мне удалось найти один из заброшенных ходов, - Саер снова лег, подпирая голову рукой и задумчиво разглядывая меня. - Начали расчищать завалы, и продвинулись достаточно далеко, и тут в лагере появился лорд Алар.

- Сам?

- Да, и даже без охраны. Сей ирбис поведал о подписании Правящей Рысью договора с Лигой. И как это не удивительно, всплыло имя Лорда-карателя… Молчишь? Он знал о том, что ты здесь?

- Нет, - отвечаю глядя в зеленые глаза. - Я ворвалась к матери после очередных… эм… приключений с Арвеем и была несколько в не презентабельном виде…

- Это как?

- Ссадины, кровоподтеки, крайняя стадия бешенства…

- То есть переговоры с Лигой велись до того, как Равеяр обнаружил тебя? - задумчиво спросил Тигрик.

Вспомнила лицо Лорда-карателя в момент, когда он узнал меня… Сердце сжалось, затем забилось быстрее. Не стоило мне провоцировать лигейца в Авердане! Не стоило! Тогда не было бы так больно сейчас! Больно, обидно и противно от самой себя! Но в покоях матери, видя его ярость на тех, кто избил меня, мне казалось, что хозяйкой положения являюсь я… Увы, он сыграл со мной в ту самую игру, которой я сводила с ума мужчин столько лет. И уходя в то утро, он уже знал, что отныне я буду вспоминать его, его прикосновения, его ласки, его глаза и никогда не сумею забыть самую лучшую ночь в своей жизни!.. Как же я его ненавижу!

- Лига желает иметь доступ в Варатон, минуя территории Гарендара, и доступ этот вполне возможен через исконные земли трех кланов Ирбисов, Серых Сумрачных Рысей и Черных Рысей, которые являются подвластным нам кланом. - Обняв Тигрика, продолжаю. - Лорда Равеяра не зря называют Непобедимым, везде, где сверкнет его серьга, он получает желаемое, - тяжелый вздох сдержать не удалось. - И он практически убедил оба клана пойти на фактическое предательство… но тут появилась я…

Поднявшись с постели, подошла к камину, подняла тот самый свиток и вернувшись обратно в объятия любимого мужчины, начала пояснять по ходу чтения.

- Мать не зря так торопилась вернуть блудную наследницу в лоно клана - Равеисса теряла власть.

- Как в клане Ирбисов?

- Да, - всегда любила Саера за то, что понимает все без лишних слов,- и предпосылки имелись. Лорд Арвей постепенно подчинил Старших Лордов и он был силой, которая не желала подчиняться матери, она понимала это. Смотри, - демонстрирую пятый пункт договора, - она боялась настолько, что согласилась разместить гарнизон Лиги в пределах вершины Даканны, то есть на защищенных землях! Факт вопиющий! Рыси никогда не допускали воинов в защищенные территории.

- Не удивительно, - Саер с улыбкой смотрел на меня, - Даканна неприступна, уж это я могу утверждать с уверенностью идиота, безуспешно пытавшегося хотя бы забраться на вершину. Но, именно этот пункт о введении гарнизона и позволил нам прорваться. - Весело подмигнув, продолжил. - Лорд Алар поведал как о планах Равеиссы, так и о том, что на рассвете войска Лиги поднимутся на вершину Даканны. А затем задал удивительный вопрос.

- Какой?

Саер сначала рассмеялся и только затем продолжил:

- Он спросил, не желаем ли мы стать новым лигейским отрядом. Насладившись моим непонимающим взглядом, сообщил, что в настоящий момент солдаты Лиги в поисках своих исчезнувших мундиров…

- Они украли одежду лигейцев?

- Я тоже не сразу поверил,- Саер улыбнулся, - жаль что прачки, взявшие предметы обмундирования, прежде чем передать их Старшим лордам, не выстирали… Надевать чью-то ношенную одежду не слишком приятно, знаешь ли.

- О, духи! - я подскочила. - Кто вас провел?

- Лорд Алар,- Тигрик лежал расслабленно и продолжал загадочно улыбаться,- потрясающий человек, а главное так о тебе беспокоился. И едва мы, ворвались в ваш когтистый домик, причины его волнения стали очевидны.

- Она все рассчитала! - только сейчас, оценив масштаб случившегося, я поняла, что мать действительно гораздо умнее, хитрее и безжалостнее меня! И все мои интриги жалкий лепет в сравнении с ее хитросплетениями. - Равеисса сделала все, чтобы моя ненависть к Арвею заставила начать игру против Старших лордов. Даже сообщила о том, что у короля Гарендара появилась вторая жена… и это не я. Но после…- буквально подавилась словом, ибо произнести 'после лигейца' была не в силах.

А ведь именно он, его слова в то жуткое утро заставили вспомнить, кто я есть! Заставили понять, что шлюхой не буду лишь рядом с Тигриком и потому я переступила через свою ненависть к Арвею, взглянув на Старшего лорда как на союзника. Хотя добивался лигеец иного - холод-жар, холод-жар… безотказная игра, даже на меня действует!

- Что там с 'после'? - мягко вернул меня к действительности Саер.

- После разговора с лордом Аларом, я встала на сторону Арвея и планировала, передав ему власть, вернуться в Гарендар.

- Моя Рыська, - Тигрик довольно улыбнулся, - моя и только моя… Даже думая, что я тебя предал, ты хотела вернуться… Моя Рыська…

Интересно, если я ему про лигейца все же расскажу, он будет продолжать смотреть на меня с этой бесконечной нежностью, или уже нет…

- Что опять не так? - возмутился Саер, слишком хорошо меня знавший, чтобы не заметить моего очередного виноватого взгляда.- Что ты там задумала?

Тяжело вздохнув, я призналась:

- Ограбление Варатона.

- Да? - удивление на лице моего короля, сменилось хитрющим выражением.- Мне нравится эта идея!

Почему-то стало жаль Варатонцев…

Нас разбудили на рассвете. Саер диким зверем метнулся из постели и уже собирался распахнуть дверь и высказать стучавшему много прелюбопытной информации, но я остановила его сонным:

- Мы не в Шаранаре… не смущай моих стражников.

Рассмеялся, оделся и лишь после этого сдвинув комод открыл двери.

В проеме обнаружился лорд Наеко, раненный и злой.

- Расси, - начал он с порога, - тебя очень хотят видеть!

Мдя, надо как-нибудь напомнить лордам, что я уже не та маленькая девочка, за которой они бегали по лесам и горам.

- Кто? - лениво спросила я и потянулась всем телом, разминая затекшие мышцы и ощущая ту приятную слабость, которая накрывает после Тигрика.

- Лорд-каратель шестой правитель Лиги! - отрезал Наеко и сплюнул кровь прямо на пол.

Все что мне захотелось сейчас сделать, это лечь обратно уснуть! Но судя по непрезентабельному виду лорда, лигейцы перешли в наступление. А встречаться все же не было никакого желания!

- Я сам,- Саер, в момент нашего общения со Старшим лордом, успел и рубашку надеть и камзол накинуть, и судя по всему он… да заподозрил он что-то!

- Не стоит, - я вскочила, едва успев завернуться в покрывало, дабы не шокировать Наеко, - этот разговор назревал давно и…

И тут мой Тигра поступил неожиданным образом - закрыв дверь перед носом не ожидавшего подобной подлости Старшего Лорда, затем развернулся ко мне и ласково поинтересовался:

- Рыся, существует что-либо, что мне следовало бы знать? И не стоит вновь указывать на планы по лишению Варатона золотых запасов!

- Тигрик, - я подошла к нему, глядя в ярко-зеленые глаза, - если ты не желаешь бунта Старших лордов, то вспомнишь о том, кто я есть и позволишь решить данную проблему самой.

Кивнул, неотрывно глядя на меня своими мерцающими очами, затем скрестив руки прислонился к косяку двери, видимо намекая на мой неодетый вид. И я поспешила одеться…

Пока направлялась в гардеробную собиралась надеть черное платье… потом передумала и взяла красное с золотой отделкой… оно полетело поверх черного на пол и я потянулась к зеленому, расшитому серебром и…

- Глазам своим не верю… - прорычал подошедший и видимо уже некоторое время за мной наблюдающий Саер. - А ты иди голая, Зелея! Идеальный вариант, и заодно воображение лигейца поразишь… окончательно.

Нервно натянув на обнаженное тело серое платье, я повернулась к Тигрику, и тихо спросила:

- Ты… знаешь?

- Про ночь с лигейцем? - Саер усмехнулся. - Лорд Алар весьма услужливо поделился информацией.

Ну, по сути, я подозревала, что скрыть это не удастся. И все же.

- На меня посмотри,- потребовал Тигрик.

Едва подчинившись, я снова отвела глаза, ощущая, как запылали щеки.

- Все еще хуже, чем я подозревал, - протянул Саер, и, обойдя меня, начал застегивать пуговички на платье. - Рыська-Рысенок, я хочу знать только одно - тебя вообще жизнь хоть чему-то учит, а? Хоть чему-то?

И еще как! Например тому, что когда у него вот такой спокойный голос…В общем этого достаточно, чтобы понять насколько Тигрик зол…

- Рыська, скажи мне хоть слово!

- Что же ты хочешь услышать?

Развернув лицом к себе, Саерей Первый Меняющий Судьбы медленно произнес:

- Меня абсолютно не интересует, чувствуешь ли ты хоть что-то к лорду Раверяру, Рыська! Ты моя, ты станешь моей женой, и ты принадлежишь мне! И дело даже не в том, что сейчас я думаю исключительно о своих интересах, просто пойми - это лигеец, он сломает тебя и выбросит! И потому выбора я тебе не предоставлю, уж прости!

Будь я моложе лет так на десять, ответом на его слова стало бы возмущение, но жизнь действительно преподала много уроков, и главнейший из них - Никогда не связываться с лигейцами! Никогда!

- Уговорил, так и быть - выйду за тебя замуж, - капризно протянула я, - только теперь тебе придется взять в жены не Зелею Аренверас.

- Да? - Саер вздернул бровь, принимая и мою игру, и мою полнейшую капитуляцию.- А кого?

- Правящую Рысь клана Сумрачных Серых Рысей, Рассиашеару Даишаре Янтарноглазую. Точнее теперь к моему имени присоединяются подвластные клану горы Аиккана, Дармена, Хайда, Ревущая, Северная Лларада и собственно Даканна, жемчужина владений клана Рысей, на которой расположены почти все наши крепости и проживает большая часть населения.

Тигрик, который в этот самый момент взял плащ, дабы передать его мне, упустил сию деталь туалета и мрачно выругался.

- Да-да, - правильно поняла я его реакцию, - наш союз все же остается мезальянсом, но в этот раз более бедная сторона в нем ты.

- Как-то я об этом не подумал, - сообщил раздосадованный монарх еще столь молодого государства.

'И это я еще не назвала суммы, полученные, скажем так, в подарок, в бытность мою на королевской службе, - задумчивость, однако, одолела и меня'.

Взяв из комода пару черных чулок, я приступила к осторожному надеванию оных, в то время как Тигрик все еще думал. В итоге произнес:

- Дармена и Ревущая не принадлежат Рысям, насколько мне известно.

- Принадлежат, еще при бабушке были включены в состав владений клана. - Покончив с одним чулком, приступила ко второму и потому лица будущего супруга видеть не могла. - Клан Рысей не только самый многочисленный, но и самый богатый на территориальные владения. У нас испокон веков правили женщины, посему бережливость и нежелание отдавать свое были присущи Рысям всегда.

- Но номинально… - начал Тигрик.

- Зато фактически наши гарнизоны на всех подвластных территориях и Старшие лорды очень быстро пресекают ненужные… эм… разговоры. Система работала веками, - я повернулась к раздосадованному Саеру, - и дала сбой у Ирбисов. Как итог - у них большие финансовые трудности.

- А у Рысей? - полюбопытствовал король Гарендара.

- Без торговли нет богатства, - напомнила я известную истину, - и если при бабушке Рыси производили обмен товаров и оружия, то матушка, опасаясь усиления Старших лордов, запретила любые торговые операции с колюще-режущими предметами - а это был основной источник доходов, так что… нам требуется Варатонское золото. Пока еще не слишком, но лучше принять меры сейчас и обеспечить процветание клана как минимум лет на пятнадцать… Чем я хуже бабушки? А прабабушка, между прочим, столь же желтоглазая как и я, вообще возглавляла набеги на соседние кланы, и тогда Рыси сражались плечом к плечу с Ирбисами.

- Всегда знал, что ты особенная, но чтобы на столько, - протянул Саер.

А я задумалась - говорить или не стоит? Наверное, все же про обязанность родить хотя бы парочку Старших лордов лучше умолчать, тем более что от этой повинности я планировала отказаться… В конце концов, чем же я хуже бабушки?! Она же смогла позволить подобную вольность. В общем, после недолгих раздумий, было принято решение поберечь нервы моего зеленоглазика.

Увы, о неприятном вспомнил сам правитель Гарендара:

- Рыся, - и голос напряженный такой, - а истории про то, что Правящая Рысь может брать второго и третьего мужа, это… правда?

С трудом подавив улыбку, я подошла к нему, обняла и, глядя на раздосадованное лицо, честно ответила:

- Разрешено до восьми…

На встречу с Лордом карателем, я практически бежала, с самой злорадной ухмылкой слушая отборные ругательства Тигрика. И жалела только об одном - нужно было еще про Старших лордов сообщить и традицию избирать нового любовника пять раз в год… А ритуал там красивый такой.

____________________

Как сообщил мне один и стражников, лигейцы в данный момент были блокированы в Поющем гроте у северного склона. Из услышанного можно было сделать только один вывод - матушка сдала им не просто все, а абсолютно все карты потайных ходов, то есть передала и свои личные карты, а это уже было не весело, так как выходило, что сейчас противник располагает более точными сведениями, чем мы сами.

Встреченный по пути моего следования лорд Шассар, поведал, что им удалось перекрыть все выходы из Поющего грота, но учитывая количество лигейцев, находящихся в пределах видимости, они преподнесли еще не все сюрпризы.

Молча кивнув в ответ на донесение, я поторопилась туда, где перекрывая завывание ветра, слышалась песня звенящей стали… они что, все еще сражаются?!

Едва я дошла до места событий, это стало очевидным. Лигейцы, в изодранных и грязных рубашках прорывались сквозь достаточно узкий проход в решетке из стальных прутьев, но их сдерживали Старшие лорды, не намного уступающие лучшим воинам равнин.

Итого мы имели - Поющий грот, который использовался для тренировок с дикими зверями и потому был перекрыт в местах выхода на гору, оказался полностью оккупирован лигейцами. Лорд-каратель, присутствующий тут, но в боях участия не принимающий, стоял, скрестив руки на груди, и ждал… судя по всему меня.

Лигейцев присутствовало здесь не менее сорока человек и если это были не все, то остается, лишь недобрым словом помянуть матушку, которая дала этим 'добрым' людям доступ к сети наших подземных путей сообщения с внешним миром.

При моем появлении, бой прекратился мгновенно - это несколько напрягло. Лигейцы отошли вглубь грота, лорд Равеяр напротив, подошел ближе к решетке и… поманил пальцем. Не знаю чего ожидал он, но я остановилась, и, стараясь не смотреть на Непобедимого, оценила масштабы произошедшего. Судя по всему сражались исключительно Старшие лорды и потому убитых не было, только раненные. Арвей, так же как и лигеец наблюдавший за схваткой но не вступавший в бой, увидев меня, разбежался, спрыгнул с выступа и приземлившись не далее чем в трех шагах, мгновенно приблизился.

- Ты была права, прорвались через северные гроты.

- Потери? - все так же стараясь не замечать лигейца, спросила я.

- Убитых нет, и не могу сказать, что это только наша заслуга.

- Эм, - я решила задать главный вопрос, - меня зачем… от дел оторвали?

- От каких дел? - ироничный вопрос был с намеком.

- Приятных, - скрывать наши отношения с Саером я не собиралась. - Арвей, объясни, что я здесь делаю?!

Кивнув в сторону Лорда-карателя, Старший лорд с явным неудовольствием произнес:

- Останови это.

- Как? - возмутилась я. - Мне взять клинок и пойти попозорить честь клана? Арвей, тебе ли не знать, как я обращаюсь с мечом!

- Вполне достойно для женщины, - Старший лорд ухмыльнулся, - и совершенно отвратительно для дочери Равеиссы!

- А ты ступай, и попроси ее помочь, - саркастически посоветовала я.

- Правящая, - к нам подошел лорд Лаэрд, низко поклонился передо мной, то есть именно передо мной, а не мне, видимо призывая нас с Арвеем быть более сдержанными и прекратить пререкаться, - нам требуется не так много времени, чтобы окончательно блокировать Поющий грот. Проявите благоразумнее, приличествующее вашему высокому положению.

Вот так утыкают носом в экскременты взрослые дяди! Нам стало стыдно, обоим. Я, с тяжелым вздохом направилась к Лорду-карателю, Арвей шел следом за мной, Шассар и Готуа находились на выступе, который и был до земли перекрыт решеткой, то есть страховали нас сверху.

И чем ближе подходила я, тем ближе с другой стороны от толстых прутьев, приближался лигеец. Я остановилась, когда до решетки оставалось не более трех шагов и, взяв себя в руки, вежливо произнесла:

- Доброе утро, лорд Равеяр, - лишь после этой фразы взглянула в глаза своему страху.

Глаза были все того же карего цвета, разве что в отличие от последней нашей встречи, в них уже не было океана нежности - лигеец был в ярости. И вместо приветствия хрипло произнес:

- Как я вижу, в дальнейшем обошлось без санкций!

Следуя за его взглядом, повернулась и улыбнулась Арвею, ну, теперь понятно на что Лорд-каратель намекнул.

- Знаете ли, - я вновь смотрела на лигейца, - мы достигли определенных договоренностей и решили придать насилию несколько иную формулировку.

- Это какую?

Странный у нас разговор получается.

- Например - грубый секс, - в выражениях я никогда не стеснялась.

Карие глаза судились еще сильнее, на скулах проявились желваки и весь вид лигейца свидетельствовал о том, что прутья толщиной в палец не могут являться достаточной защитой… в общем, я сделала шаг назад. С гораздо большим удовольствием, я сделала бы еще много шагов назад и вообще подальше отсюда, но… было стыдно передо лордом Лаэрдом.

И вновь взглянув в глаза своему страху, я вежливо спросила:

- Могу я узнать причину, по которой войска Лиги позволили себе напасть на клан Рысей?

Лигеец усмехнулся и столь же весело ответил:

- Мы не нападали.

- Правда? - сарказм и еще раз сарказм. - Вероятно, это был дружеский визит, да?

- Именно, - у Лорда-карателя оказалась весьма задорная улыбка, - у меня даже имеется официальное приглашение и подписанные Правящей Рысью договор о сотрудничестве и договор о размещении гарнизона на территории Дакканы.

- Когда она успела?! - прошипел Арвей.

Мне тоже хотелось бы знать ответ на данный вопрос. Неувязочка получалась, ибо я обязана была нести взятые матерью обязательства.

- И договора при вас? - поинтересовалась я.

- На пути в Аллерн, - учтиво сообщили мне о том, что документация уже путешествует в столицу Лиги.

Повернувшись к Арвею, я шепотом спросила:

- Это может быть… правдой?

- Пока мы встречались с лордом Аларом, Правяща… э… Равеисса провела переговоры с Лордом-карателем, - так же шепотом сообщил Старший лорд.

Одним словом - стерва! И больше сказать нечего! Такое провернуть могла только моя мать!

- Я ее сам убью! - прошипел Арвей.

- Мы обязаны нести обязательства по данным договорам, - произнесла я очевидное.

Говоря откровенно, ситуация сложилась весьма и весьма отвратительная. И стало понятно, почему лигейцы не стремились убивать… К нашей с Арвеем композиции под названием 'Проиграли на всех фронтах', подошел лорд Лаэрд, тяжело вздохнул и хрипло полюбопытствовал:

- Мы обязаны их пропустить?

- Да,- едва слышно ответила я.

- Это безумие, - быстро зашептал Лаэрд, - подвластные кланы поднимут бунт! Договор с чужаками подорвет наш авторитет, мы потеряем как минимум треть территорий! Расси, ты меня слышишь?

Кивнув, тихо ответила:

- Я думаю…

- О чем тут думать? - а это уже Шассар, покинувший свой выжидательный пункт наблюдения и присоединившийся к переговорам, ведущимся исключительно шепотом. - Мы созываем исполняющих веления и уничтожаем лигейцев!

- Угу, - в сложных ситуациях начинаю выражаться как простолюдинка, - а после сего действия переходим на военное положение, так как Лига двинет сюда войска! И сколько мы продержимся, а? Пусть даже несколько месяцев, но после… Мне не нужна война, Шассар!

Арвей выругался, не стесняясь моего присутствия, и прошипел тот вопрос, коим задались мы все:

- Что делать?

Вздохнув, начала размышления вслух, причем все так же шепотом:

- Матушка слишком хорошо меня и вас знает, она опережает нас на шаг, в любом направлении. Посему все, что мы сейчас можем придумать, она вероятно уже предположила, продумала и приняла меры. - и тут я поняла очевидное. - Тигрик! Единственный кто сумел спутать ее планы это он!

Старшие лорды как-то разом скептически вздернули левые брови.

- Саерей уже обошел ее на повороте, - меня понесло, - он предугадывал ее действия в Шаранаре, да и сейчас, Арвей, Шассар, вспомните, что произошло в моей спальне!

У Лаэрда и вторая бровь присоединилась к первой, сменяя скепсис на ярко-выраженное удивление.

- Мне нужен Саер! - уже обычным голосом заявила я и двинулась на поиски своего любимого зеленоглазого мужчины.

Искать не пришлось - Тигрик сидел на валуне неподалеку, и щурился, подставляя лицо солнцу, совсем как… кот. Одет он был в лигейский мундир, так же рядом находились все те, кто вчера столь доблестно изображал лигейский гарнизон.

Пока я торопливо шла к нему, Саер продолжал нежиться на солнышке, но едва я остановилась рядом, лениво спросил:

- И что опять не так? Твои смазливые длинноволосики в обтягивающих штанишках потеряли свои железные штуковины, а? А не железными они не пробовали? Вдруг лигейцы как огня бояться нетрадиционного секса?

Представила услужливо нарисованную воображением картинку, хихикнула и стало полегче. Вот умеет он одной фразой снять напряжение.

- Тигрик… - позвала я.

- Ааа,- отозвался, все так же щурясь на солнце.

- Я не знаю, что делать.

- Да? - он сел ровнее, взглянул на меня изумрудными в свете солнца глазами. - Все так сложно?

- Подлянка от матушки, - несмотря на весь ужас ситуации, я не могла не улыбнуться, разглядывая этого невероятного мужчину.

- Попробую угадать, - он вновь разлегся на валуне, - она успела подписать договор с лигейцами?

- Да, - и как он всегда все понимает.

- Так ты новая Рысь, или как это там у вас, разорви бумаженции и поехали домой.

Я промолчала в ответ, Саер напрягся, резко встал и, подойдя вплотную, тихо спросил:

- Правопреемство предполагает и преемственность обязательств?

- Именно.

- Вот стерва! - Саерей нервно закусил губу. - Все просчитала, змеюка! Можно я ее сам убью?

- Не поможет, - обрадовала я. - Что делать?

Подняв обе руки вверх, Тигрик потянулся, размял шейные позвонки, которые отозвались тихим хрустом и сообщил:

- Будем думать. А ты лети в замок ваш когтистый, мне нужна копия договора, которую ты вчера столь лениво просматривала.

- Она была не подписана, - напомнила я,- и потому я не уделила документу должного внимания.

- Ищи подписанную, - приказал Саер, - а я пошел, пообщаюсь с тактическим противником… он же твой бывший любовник.

- Он не мой бывший любовник! - возмутилась я.

- Ну, уж нет, Рыся, - Тигрик все же был зол,- у него есть два варианта, он или бывший или мертвый!

____________________

Повторно громя матушкину спальню, которую едва восстановить успели, я обнаружила:

1. Настой трав для контрацепции - выпила. Не то чтобы была возможность стать мамой раньше времени, но так… на всякий случай… кто их лигейцев знает.

2. Упаковку странных приспособлений - выбросила, с Тигриком мне такое не требуется.

3. Сейф.

На взлом последнего у меня ушло весьма продолжительное время, но так как ключи матушка не выдала и о месте их нахождения умолчала, двое сопровождавших меня Старших лорда лишь невнятно что-то пробормотали, глядя на взлом сейфа с некоторым благоговением. А вот за железной дверцей меня ожидала масса сюрпризов… договор с Лигеей лежал первым. Схватив его я осторожно заперла сейф повторно (не то чтобы я не доверяла лордам за моей спиной, но все же), и помчалась к Тигрику… С момента моего исчезновения на полянке прошло не менее двух часов, увы, как я не торопилась, а время ушло.

И некоторое неудобство доставлял голод, но меня спасла одна из служанок, которая несла корзину с фруктами. Терпеливо выждав поклон и все требуемые фразы, я приветливо кивнула в ответ на приветствие и не слишком приличествующим главе клана образом, попросту взяла яблоко из корзины. И тут служанка произнесла то, чего я меньше всего ожидала:

- Ваш муж, многоуважаемая Правящая Рысь, пусть даруют вам горы долголетие, ожидает вас к завтраку.

У меня есть муж? Как любопытно.

Подойдя к Поющему гроту, который еще издали оправдывал свое название все нарастающим свистом ветра, я была вынуждена призвать все свое самообладание, ибо взору моему представилась удивительная картина - лигейцы все были здесь! Не менее ста пятидесяти человек! И чем занимались эти доблестные воины? Пили! Вино! Мое, между прочим! И ели еду моего клана! Причем не одни, а с гарендарцами и Рысями!

А рядом с центральным входом в грот, тем самым который ранее был перекрыт решеткой, стоял стол… Тигра и Лорд-Каратель пили, в компании семи Старших лордов, которые являлись, по сути членами Совета! То есть с моими главными лордами! И судя по количеству бутылок на столе, они времени даром не теряли. И стол, кстати, испортили! Так как ровных площадок тут не наблюдалось, они умудрились подрубить ножки стола так, чтобы тот ровно стоял. Тот и стоял, благодаря валунам, но теперь его хоть бери и оставляй тут… к иному ландшафту он уже не пригоден.

Пока я думала о погубленном предмете интерьера, послышался тост:

- За женщин! - совершенно пьяным голосом возвестил Саер. - И те прелестные ножки, что так долго идут ко мне, да, любимая?

Нужно отдать должное предусмотрительности Старших лордов - кроме меня женщин тут не наблюдалось. Стражники забирали корзинки с едой у служанок за сотню шагов от грота и еду разносили сами. И это уже было прямым свидетельством недоверия чужакам. Берегут Рыси своих женщин, даже тех, кто уже в пожилом возрасте.

- Рысенок… за тебя, - возвестил Саер и все присутствующие выпили… за меня.

Продолжая есть яблоко, медленно подошла к царству пьянства, спокойно прошла вдоль ряда где сидели Старшие лорды, и торопливо миновала широкую и мгновенно напрягшуюся при моем появлении спину лигейца, чтобы попасть в радостные объятия пьяного короля Гарендара.

- Женушка, - заявило сие зеленоглазое и нетрезвое чудо, - что же ты так долго? - а затем ехидное. - Опять переодевалась дабы порадовать нашего возлюбленного и непобедимого, а?

За столом стало тихо… Даже спиной я ощущала взгляды лигейца. Впрочем, кто сказал, что в эту игру нельзя играть вдвоем:

- Любимый, - радостно потрепала Тигрика по щечке, - я сломя голову помчалась выполнять твое повеление, какие уж тут наряды?

- Ммм, - протянул Саер, и не понижая голоса,- так под этим платьем ты все еще совершенно обнаженная?

И после этих слов преспокойно усадил меня между собой и Лордом-карателем! Ситуация усугублялась еще и тем, что Арвей, с которым я тоже спала, сидел напротив. Но как-то смотреть в данную минуту, я могла только на него, на остальных даже взглянуть было страшно.

И тут Саер осторожно забрал у меня свитки с договорами, и я вспомнила - главный паяц здесь не я! Следующий час Саерей Первый Меняющий Судьбы мрачно читал договора, я пыталась поддерживать светскую беседу, Старшие лорды поедали меня пьяными глазенками, все, кроме Арвея, тот просто злился, а Лорд-каратель тяжело дышал, но даже и попытки не сделал чтобы прикоснуться. Самой себе я казалась натянутой струной - ибо близкое соседство с лигейцем было настолько близким, что его бедро практически касалось меня… судя по ощущениям, меня эти прикосновения буквально опаляли. А еще его напряженное дыхание и запах, от которого просыпались ненужные воспоминания и голова шла кругом. Но с другой стороны сидел Саер, и его напряженное молчание при чтении договоров меня совершенно не радовало. Радовало другое - после ночи с Тигриком мой скажем так 'голод' был удовлетворен до такой степени, что свое желание по отношению к лорду Равеяру я вполне могла послать в весьма далеком направлении. А желание было, вот что странно! Нарастающее, сводящее с ума, обостряющее все мои чувства. Это было странно - слышать все вокруг, а прислушиваться к его дыханию. Ощущать дуновение ветра, но желать испытывать жар его дыхания… и сдерживать мучительно желание взглянуть на того, кто был даже больше чем врагом.

- Рыся, - трезвый голос Саера отвлек от ненужных мыслей, - можно тебя на минутку.

Он встал, подал мне руку, помогая выйти из-за стола, отвел к самому гроту и повернув так, чтобы я оказалась спиной к пьющим неподалеку, мрачно произнес:

- Договор нам не обойти!

И стало ясно, для чего он развернул меня спиной к остальным - сохранить бесстрастное выражение лица не удалось бы в любом случае.

- Что делать? - после недолгого молчания решилась спросить я.

- Все что мы можем, это минимизировать последствия.

- Как? - мой голос упал до шепота.

Некоторое время Тигрик молча разглядывал меня, затем усмехнулся и весело произнес:

- Доверься мне. Кстати, у вас конура есть?

- Что? - смысл вопроса я совершенно не понимала.

- Конура, для собак, - пояснил Саер,- желательно такая, что рассчитана на пять-шесть хвостатых особей и расположена вне стен любой из крепостей на Даккане, и подальше от стратегически важных мест.

Задумчиво окинула мысленным взором плато и расположение всего поселения, вспомнила о псарне у южного склона - грязное местечко, неподалеку свинарник и поблизости ни крепостей, ни домов и даже огородов не было. Еще бы понять, зачем конура Тигрику. Вопрос был озвучен, и на него Саерей ответил загадочно:

- Доверься мне, Рысенок. Просто доверься мне, папочка все решит наилучшим образом.

И приобняв меня за талию, Саер, весело насвистывая, повел обратно к столу.

- Лорд-каратель, непобедимый Равеяр Шренаро Араввис, - начал король Гарендара с интонацией соответствующей более церемониймейстеру на балу, - мы просим прощения за возникшее недоразумение, повлекшее за собой неправомочные действия по отношению к вам и вашим людям.

Лигеец медленно поднялся, не скрывая ни удовлетворения от услышанного, ни торжества в предвкушении последующих. Старшие лорды так же подскочили, и кое-где послышался звон высвобождаемого железа, но тут уже вступила в игру я:

- Ваши мнения я выслушаю на Совете! - и мечи вновь скрылись в ножнах.

- Вот и замечательно, - Саер вел себя как радушный хозяин придорожного трактира, - а сейчас позвольте провести вас, непобедимый Лорд-каратель, к месту расквартирования вашего гарнизона.

После этих слов он отвесил полупоклон Лорду-карателю, и шепнул мне:

- Веди.

- Куда? - не поняла я.

- К конуре,- едва слышно ответил Саер, продолжая вежливо улыбаться пытающемуся услышать наш разговор лигейцу.

Пожав плечами, я пошла вперед, являя собой живой указатель направления шествия. За мной двинулись лигейцы, настороженные и молчаливые, после Старшие Лорды, отославшие исполняющих веления. Саер вскоре догнал, взял меня за руку и обратился к шедшему рядом Лорду-карателю:

- Здесь восхитительно красиво, не правда ли?

В ответ молчание.

- Одно плохо - зимы крайне суровые, высокогорье, знаете ли.

Снова молчание.

- И с водой тут не просто, - невозмутимо продолжал светскую беседу Саерей, - не все имеют доступ к озерам… особенно чужаки.

- Что вы пытаетесь сказать? - нарушил собственное молчание Лорд-каратель.

- Я не пытаюсь, - стальные нотки в голосе Тигрика заставили окружающих вспомнить, что перед ними король Гарендара, - я говорю. И рекомендую вам не 'пытаться' слушать, а принимать услышанное к сведению.

Но остальную часть пути проделали молча. Идти пришлось более часа, в результате я была благодарна Тигрику за предоставленную возможность опираться на его руку. И чем дальше мы отходили от собственно обжитого пространства, тем сильнее нервничали лигейцы, как впрочем и Старшие лорды. Арвей догнал на повороте, откуда начинался спуск к виднеющимся впереди ветхим строениям, и тихо спросил:

- Что происходит?

Саер промолчал, видимо помня мои слова в спальне по поводу авторитета в глазах Старших лордов, и пришлось отвечать мне:

- Учись доверять Правящей Рыси.

- И своему королю,- добавил Тигрик.

Арвей хмыкнул, и пошел рядом с нами.

Сознаюсь, к самой псарне и конуре у входа в загражденное досками пространство я не подошла - там отчаянно воняло псиной, и вообще мне в туфельках там делать было нечего, другое дело воины в сапогах.

В общем, я остановилась и, забрав у Тигрика надушенный платок, который всегда и исключительно для меня хранился в его левом кармане, прикрыла нос. Саер, оглядев строение, одобрительно усмехнулся и чуть головой кивнул. Арвей прошептал 'Поверить не могу', и отступил на пару шагов назад, видимо, чтобы полюбоваться выражением на лице лорда-непобедимого.

Что же, должна признать, и я не удержалась от сего действа и из-за плеча Тигрика, взглянула на Равеяра Шренаро Араввиса. Лигеец был в ярости, и смотрел исключительно на совершенно беззаботного Саерея, который все так же насвистывал веселенькую мелодию, словно и не замечая удушающего аромата свинарни и псарни, смешивающегося отвратительный коктейль бесконечной вони.

И тут лигеец задал вопрос, которого лично я не ожидала:

- Вы считаете это разумным? - осведомился он, обращаясь к Саерею.

Тигрик возвел глаза к небу, ясному и лазоревому, совершенно не скрывая своей насмешки над наивностью Лорда-карателя, и словно ни к кому не обращаясь, задумчиво спросил:

- Разве в договоре указывалось конкретное месторасположение гарнизона?

К взбешенному Лорду-карателю подскочил один из его людей, судя по нашивкам являющийся командующим, и попытался выразить свое возмущение:

- Мой лорд, это вопиющее…

Равеяр оборвал его пламенную речь движением реки, и вежливо поинтересовался у Саера:

- Вы действительно полагаете, что данное помещение способно вместить весь гарнизон?

Лигеец бросил демонстративный взгляд на вонючую конуру для уличных псов, охраняющих свинарник, в которую чтобы влезть нужно было встать на четвереньки, да и поместилось бы туда не более четырех человек.

Саер с трудом сдержал смех, и повернувшись к лорду Равеяру, наставительно начал:

- Я, действительно полагаю, что договор подобного уровня и назначения требует более ответственного отношения. На данный момент из договора следует, что помещение предоставляет наша сторона. - пауза, в течение которой Саерей вновь делает попытку сдержать рвущийся наружу издевательский хохот. Справившись с собой, король Гарендара продолжил.- Мы со своей стороны выполнили данное обязательство, и предоставляем вам, наиболее подходящее на наш взгляд помещение.

После данной тирады последовал широкий жест указующий на деревянное строение, из которого на нас напряженно взирал худой старый пес, видимо осознавший, что его планируют выселить.

- Мой лорд! - взвыл все тот же, стоящий рядом с Лордом-карателем лигеец, которому, похоже, и выпала сомнительная честь стать комендантом нового гарнизона.

Не обратив внимания на несчастного подчиненного, Равеяр, сдерживаясь из последних сил, ледяным тоном произнес:

- Хорошо. Пусть будет так. Место нас вполне устраивает, - послышался скрип лигейских зубов, - до суровой высокогорной зимы, - взгляд на Саера, - время еще есть. Мы вполне успеем построить удовлетворяющее нашим потребностям здание.

А вот это уже не весело. Но, как оказалось, Тигрик и данный вариант событий предусмотрел:

- Прошу прощения, - Саерей был сама вежливость и учтивость, - в договоре не указывается возможность получения вашей стороной разрешения на строительство.

Казалось, Лорд-каратель окаменел.

Зато Тигрик был великолепен:

- Как не указывается и необходимость выселения жителей из предоставленного вам помещения, - песик продолжал жалостливо смотреть, так как в отличие от нас и лигейцев еще не осознал, что выселять его никто не будет… так, несколько соседей добавится.

Выдержав паузу, Саерей Первый Меняющий Судьбы продолжил:

- Не прописаны в договоре обязательства по снабжению гарнизона продовольствием и дровами, и самый замечательный пункт - Рыси не обязаны оказывать вам всяческое содействие, но имеют право принять меры в случае нарушения местного законодательства. Кражи, кстати, даже свиного корма, караются ооочень жестоко. - Очередная усмешка, и он продолжил. - Кстати, вы не указали необходимость пользования внутренними коммуникациями путей сообщения, посему продовольствие от подножия на вершину так же придется поднимать собственными силами.

И невысказанным остался вопрос 'Вы все еще желаете разместить свой гарнизон на поверхности Дакканы?'.

Лорд-каратель, проявив поистине железную выдержку, вежливо поинтересовался:

- Желаете что-либо еще поведать?

- С удовольствием, - Саерей наслаждался этим вопиющим издевательством под маской вежливого участия. - Договор о сотрудничестве предполагает беспрепятственное прохождение войск по всем территориям клана Серых Сумрачных Рысей…- пауза, и вдруг Тигрик весело спрашивает у меня. - Зеля, напомни мне, предел численности войск, который мы устанавливаем в договорах подобного образца?

Пожав плечами я безразлично произнесла:

- Мы вносим возможный максимум - сто тысяч в сутки.

- В данном случае, так как точное число не оговорено соответствующим договором, мы ограничим количество войск Лиги до… - очередная пауза Саера и спокойное, - до двадцати человек в сутки.

Идеальная выдержка Лорда-карателя дала сбой и лигеец был вынужден сжать кулаки, дабы постараться сдержать гнев.

- И последнее, - решил добить противника мой король, - что касается седьмого пункта основного соглашения, по которому многоуважаемый лорд Равеяр Шренаро Араввис вступает в брак с наследницей клана Серых Сумрачных Рысей, мы так же от своих обязательств не отказываемся. - Тигра нагло приобнял меня за талию, привлек к себе, поцеловал и, продолжая обнимать столь собственническим образом, добавил. - К сожалению, вследствие последних событий, на данный момент клан располагает лишь одной Правящей Рысью! Мы искренне сожалеем об этом, но, я лично беру на себя повышенные обязательства и гарантирую появление наследницы клана в ближайшее время.

Стало очень, очень тихо.

Насладившись произведенным эффектом, Саерей продолжил:

- К моему искреннему сожалению брак по понятным причинам отложится… Сами понимаете, процесс зачатия, рождения и взросления занимает не один день, но спешу заверить Вас, многоуважаемый Лорд-каратель, непобедимый Равеяр Шренаро Араввис, мы со своей стороны от взятых обязательств не отказываемся.

Мои эмоции в данный конкретный момент сложно было бы описать одним словом, впрочем, выделить из сонма ощущений одно-единственное я могла - гордость за Тигрика!

Впрочем, и Лорд-каратель не ударил в грязь лицом.

- Полагаю, - его глухой, но весьма уверенный глосс подавил смешки в стане гарендарцев, которые заняли позицию неподалеку от короля, - нам следует пересмотреть данный договор и заключить дополнительные соглашения.

- Полностью с вами согласен, - Саерей был сама учтивость, - будем с нетерпением ожидать вашего визита в Шаранар, а сейчас, не хотелось бы Вас задерживать.

А вот это был уже намек, причем едва заметный жест Саерея Первого Меняющего Судьбы являлся приказом к действию для двух горнистов. Низкий трубный звук разнесся над плато, вернулся многократным эхом и стало понятно, что за время нашего общения в весьма неудобном для этого месте, остальная часть гарендарского войска благополучно была поднята на гору и сейчас ровным вышколенным строем направлялась в нашу сторону. Численный перевес был налицо. И стала вполне объяснима и пьянка, и промедление при чтении договора…

- Идем, дорогая, - с этими словами Саер словно невзначай увел нас за спины своего отряда, и мы… пошли гулять.

Обернуться назад, Тигрик мне не позволил, и теперь одной рукой обнимал мою талию, второй держал за руку, но, по сути, может оно и правильно. А сейчас я могла произнести только одно:

- Ты гений.

- Я? - Саер рассмеялся. - Договор составлял не я, Рыська, совсем не я. Я лишь верно понял задумку твоей матушки. Пусть живет, кстати, умнейшая женщина.

Некоторое время мы шли молча, откровенно любуясь окрестностями. Снежные вершины окружающих гор словно касались мчащихся с запада серых, предвещающих скорый дождь облаков. Ясная и солнечная погода, которую обещало нам утро, портилась, но даже серые тучи не портили настроения.

- Не могу отделаться от одной мысли, - вдруг признался Тигрик.

- От какой? - напряженно спросила я.

Остановившись и оглядевшись, Саер хитро взглянул на меня и едва слышно произнес:

- Как вспомню, что у тебя под этим платьем одни чулочки…

Не знаю, как на это заявление должна была бы отреагировать добропорядочная гарендарка, лично я согнулась от смеха. Саер, поначалу несколько насупившийся, вскоре присоединился к моему истеричному веселью, правда улыбка его была скорее сдержанно-сочувствующая, но она была.

А я хохотала, выплескивая все напряжение последних дней, забывая как было тяжело и безмерно радуясь тому, что у меня есть мой добрый и ласковый зеленоглазый Тигр… Только мой… кстати!

- Саер, - я вытерла навернувшиеся от смеха слезы, - мужья Правящей Рыси не имеют права брать вторых жен.

- Начинается, - обреченно взвыл Тигрик. - Хотя… что там ты сказала про мужей?

- Тигра, ты будешь единственным, - искренне пообещала я.

Про любовников упоминать не стала, пусть спит спокойно.

Когда мы вернулись в замок - я была забыта, зато Саерей купался в лучах славы. Впрочем, на совете все равно мне исполнять свои прямые обязанности и потому оставив короля выслушивать сдержанные, но искренние изъявления восторга со стороны Старших лордов и прибывших к вечернему Совету глав подвластных кланов, я направилась в свои покои.

Исполняющие веления застыли улыбающимися изваяниями при моем появлении - судя по всему, вести о победе над лигейцами разнеслись по всему плато, а так как воины Лиги характеризовались как 'чужие', а гарендарцы все же были горцами, то это были истории типа 'наши чужих уделали'.

В общем, в момент, когда я входила в собственную спальню, настроение было преотличное, а вот стоило переступить порог и закрыть двери, как захотелось открыть их снова и заорать что-либо наподобие 'Помогите!'.

- Знаешь, как это ни прискорбно, все это утро не мог забыть одну маленькую деталь, - прошептал обнаружившийся в моих охраняемых покоях Лорд-каратель, ловко зажимая мне рот одной рукой, и запирая двери второй. - И мне безумно хотелось проверить, действительно ли под твоим платьем, совершенно ничего нет…

Все мужчины одинаковы! Теперь я это точно знаю. Хуже другое - кажется, я начинаю понимать, что все женщины особым умом не отличаются, потому как стоило руке лигейца запереть дверь и коснуться моего бедра, желание кричать и звать на помощь совершенно испарилось. И хуже всего то, что сам Равеяр это, похоже, прекрасно понимал. Понимал… и даже отчетливо видел.

Развернув лицом к себе, лигеец наклонился, убрал ладонь с моих губ и прошептал, опаляя дыханием лицо:

- И как он тебе… после меня?- самодовольная усмешка придавала его лицу какое-то демоническое выражение.

Как не хотелось в этот момент высказать что-либо в меру ехидное - думать я могла лишь о его губах… Банально, но, к сожалению, факт. Красивый, сильный, бросающий вызов и уверенный в собственной неотразимости мерзавец, заводил меня так, как никто и никогда… даже мой идеальный Саер. И он знал это! Видел столь же отчетливо, как я в тех, кого сводила с ума… Сколько же их было, наивных глупцов ловивших каждый мой взгляд и годами мечтающих о повторении той, лучшей в их жизни ночи…

Нужно собраться! Сжать волю в кулак и ответить!

- Матушка была столь неосторожна, что выдала и потайные ходы Дворца Правящих? - вежливо спросила я, делая шаг назад в надежде… что он перестанет так влиять на меня.

Лорд-каратель хитро улыбнулся и весьма коварно предложил:

- Один поцелуй - один ответ.

- Замечательно, - я отступила еще на шаг, он демонстративно… придвинул комод к двери, так сказать, делая наше уединение еще более уединенным. - Не хотелось бы вас огорчать, - я нервно сглотнула едва он с истинно кошачьей грацией, двинулся ко мне, - но мне не пятнадцать, чтобы играть в подобные игры.

- Сыграем по взрослому? - вздернув бровь, предложил лорд Равеяр.

Так как отвечать мне было несколько затруднительно, все что смогла, это отрицательно покачать головой.

- Ну же, Янтарноглазая леди, - он не скрывал насмешки, - где же та уверенная в собственной неотразимости стерва, что столь ловко провела самого Лорда-протектора?! Поиграй со мной, Зелея… это будет не менее увлекательно, чем в ту… незабываемую ночь.

Я отошла еще на шаг, лигеец плавно шагнул следом, это стало его фатальной ошибкой - свет, солнечный свет упал на бриллиантовую капельку, заискрился тысячами ярких огоньков… Волшебство момента распалось, придавленное каменной плитой ужаса.

Холодный, липкий страх змеей поднимался по спине, грозя лишить остатков самообладания, но я сильнее! Я гораздо сильнее, я знаю это. Отвернулась, пытаясь сдержать рвущийся откуда-то изнутри крик… Сильные руки легли на мои плечи, вызвав дрожь отвращения, и Лорд-каратель отпустил, но продолжал стоять за моей спиной, ожидая хоть какой-то реакции.

Не дождался, и ледяным тоном произнес:

- 'Слеза Богини' вручается каждому воину из семьи воинов в день его первой победы. Это гордость каждого лигейца, но рядом с тобой у меня возникает желание снять ее и зашвырнуть как можно дальше… Там, в горном селении ты дрожала от страсти, а уже через мгновение едва сдерживала ужас… Я не мог понять! Ты хочешь меня столь же сильно, как и я жажду обладать тобой! И две последующие ночи не прикасался, в надежде понять этот страх, понять и… преодолеть. К моей бесконечной ярости, Саерей успел перекрыть выезд… Но речь не об этом - что вызывает такой страх, Зеля?! Даже воды ты страшишься меньше.

Наверное, отвечать мне не стоило, но слова были произнесены:

- Что вы можете сказать о собственной матери, Лорд-каратель? - резко развернувшись, я взглянула в карие глаза, утратившие надо мной власть. - Она жива?

Несколько удивленный подобным поворотом дел, лигеец ответил:

- К сожалению, нет, она умерла во время родов… Так что я рожден на крови.

Яд, что планировалось вылить в его самоуверенное лицо, пришлось проглотить.

- Мне жаль, - впрочем, мне было, что еще сказать. - А ваши жены?

- У меня нет жены, - грустная улыбка тронула красивые губы, и я впервые увидела его настоящим.

Немного романтичным, с налетом печали, которая пряталась в глубине карих глаз… 'Рожденный на крови'…

- Уже жалеешь? - грусть уступила место ироничной насмешке. - Не стоит. По меньшей мере, я не жалок, а если взять в общих чертах, то достоин скорее опасения, чем даже намека на жалость. Саерей сегодня был весьма… и весьма достоин уважения, признаюсь, я был поражен и несколько раздосадован, но… - улыбка у лигейца стала все же грустной, - но не пройдет и трех лет, как Гарендар станет одной из приар Лиги.

Мне вдруг стало очень нехорошо, приара - завоеванная, подчиненная территория, где управляет наместник Лиги…

- А ты полагала, что я путешествую по горам исключительно из-за тяги к прекрасному? - вот теперь это была насмешка. - Хотя кое-что прекрасное я отыскал, среди этих весьма мрачных скал…

- Зачем вы мне все это говорите? - страх уступил место расчетливости. - Неужели вы столь неосмотрительно делитесь секретной информацией со всем прекрасным, что встретится вам на пути?

Он вновь подошел совсем близко, на сей раз его руки скользнули на талию, чуть сжали, потом обняли и Равеяр прошептал:

- Чтобы ты поняла, янтарноглазая моя, что лигейцев в твоей жизни будет ооочень много, желаешь ты того, или нет. Но ты можешь стать либо женой достойного лигейца сейчас, покинув со мной пределы Гарендара, либо…

- Предпочитаю это самое второе 'либо'! - я попыталась вырваться, от избытка информации свершено забыв о собственном желании к этому представителю мужского племени.

- Либо я вернусь менее чем через три года и тогда стану первым в череде тех, кто испытает вкус твоего тела! - жестко завершил речь лигеец.

Намек не двусмысленный - он играл, но по своим правилам, и пока играл, казался весьма милым. Вот только все игры заканчиваются…

- Я жду ответ! - ледяным тоном напомнил Непобедимый.

Значит, его время истекает и разговоры завершены… Иногда гордость следует засунуть очень глубоко, глубоко настолько, чтобы сердце забыло о ней. И только женщина знает, как часть нужно прогибаться для того, чтобы не сломали, не растоптали, не уничтожили. Я взглянула в такие жестокие карие глаза и позволила желанию взять верх над страхом. Это совсем не сложно, ощутить желание к тому, кто так желанен… Мне стоило лишь вспомнить один из эпизодов той дивной ночи… И потянувшись к его губам, я тихо прошептала:

- Пойду с тобой…

Равеяр ответил на поцелуй так, что несколько мгновений я не могла думать ни о чем, а затем:

- Время! - прошептал Лорд-каратель.- Идем.

И крепко взяв за руку, лигеец повел… хм, к шкафу в углу у окна! Менее всего я ожидала, что тайный ход обнаружится в этой части комнаты, ведь за стеной нет ничего, точнее двор… в двух этажах под нами. Но Лорд-каратель нажал на четыре выступав в определенной явно известной ему последовательности, и шкаф медленно отъехал в сторону, открывая проем в полу, который вел вертикально вниз. Он на мгновение выпустил мою ладонь, так как спуск представлял определенную сложность. Спустившись на насколько ступеней, Равеяр протянул руку, чтобы помочь… Это был наилучший момент, чтобы сделать ответный ход. Я не зря была удивлена наличием тайных ходов именно в этой части комнаты. И сделав шаг назад, запустила иной механизм - упавшая с потолка решетка, до этого момента скрытая тканью на потолке, отгородила угол, в котором непонимающе застыл лигеец. В далеком детстве, в случае непослушания, меня так наказывала няня… жаль, тогда я не знала о запасном выходе, в котором сейчас стоял наполовину скрытый от взора лигеец.

- Потрясающе! - изрек Равеяр. - Ты хоть перед зеркалом бываешь настоящей, желтоглазая лгунья?

Он покинул проем, и подойдя к решетке, попытался ее сдвинуть… зря, этот механизм поднимало только колесо на крыше, которое натягивало трос. Сейчас, прекрасный в своей ярости, Лорд-каратель казался зверем запертым в клетке. Мило смотрелся и даже очень.

Я улыбнулась и подошла вплотную к решетке, и вот тогда, стоя напротив взбешенного мужчины, рискнула быть честной:

- Стать женой достойного лигейца? - повторила я его собственные слова. - Я семь лет была женой лигейца, лорд Равеяр!

Он замер, я же, сделав вдох, продолжила:

- Семь ненавистных лет, задыхаясь от отчаяния, от унижения, от боли! Вздрагивая от ужаса, когда бриллиантовая серьга моего 'достойного' супруга касалась моего лица, потому что за этим вновь следовало унижение и боль! Да, вы правы, я ненавижу лигейцев! И если через три года вы придете, чтобы мечом и огнем уничтожить мою страну, знайте - я буду сражаться до последнего, и сомневаюсь, что вы оцените вкус моего тела… Разве что оно достанется вам мертвым!

Лорд-каратель прекратил безуспешные попытки сломать решетку, замер, пристально глядя на меня и хрипло произнес:

- Лигейцы не настолько жестоки с женами…

- Да, - я откровенно рассмеялась ему в лицо, вот только по щекам текли слезы, - скажите это моим нерожденным детям! Скажите это тем девушкам, что гибнут на ваших женских половинах! Вы - рожденный на крови, но… не удивляет ли вас тот факт, что в Лигее каждый третий 'рожден на крови'?

Выражение лица лорда Равеяра несколько изменилось, но продолжал он смотреть все с тем же недоверием, затем хрипло произнес:

- Вы не могли быть в Лигее! Вы не могли быть замужем за лигейцем, тем более достойным… Наши жены не сбегают, это просто невозможно, Зелея!

- Гораздо проще все отрицать, не правда ли? - я горько усмехнулась. - Отрицайте… это ваше право сильнейшего, не обращать внимания на тех, кто ежедневно утирает горькие слезы в ваших домах! Однако не стоит предлагать положение супруги достойного лигейца той, что уже испытала все прелести данного сомнительного удовольствия! А сбежать можно отовсюду… было бы ради чего, стремиться к свободе!

- У вас был достойный повод? - не скрывая насмешки спросил тот, кто не желал верить в очевидное.

И все же я ответила ему, пристально глядя в карие глаза:

- Я хотела, чтобы моя дочь родилась… а не стекала кровавыми комьями по моим ногам после очередного общения с достойным лигейцем! - Лорд-каратель вздрогнул. - Страшно? - теперь насмехалась я. - Вам страшно… а я все это пережила, лорд Равеяр! Так что теперь вы знаете, отчего я столь неадекватно реагировала на вашу серьгу! У меня был достойный… повод!

За дверью послышались шаги, потом кто-то подергал ручку, а после начал яростные попытки открыть дверь. Судя по ругательствам, это был Тигрик, и я поспешила впустить его. Комод, который так легко двигали мужчины, удалось сдвинуть большим трудом, и едва я открыла двери, Саер стремительно схватил за руку, вытащил в коридор, бегло осмотрел на предмет повреждений и рванул в спальню… К сожалению, за решеткой было уже пусто.

- За что люблю Шаранар, - вернувшись ко мне и стиснув в крепких объятиях, пробормотал Тигрик, - так это за то, что все тайные ходы там знаю только я! Рысенок, поехали домой!

Как будто я не ощущала движение его руки - явно отдал приказ обыскать замок… Топот многочисленных удаляющихся ног стал тому прямым доказательством.

История шестая: Не имеет значения…

'Не пройдет и трех лет, как Гарендар станет одной из приар Лиги…'

И я проснулась от очередного кошмара. Сердце бешено колотилось, дыхание было прерывистым, рыдания я с трудом удержала - не хотелось будить Тигрика.

Осторожно поднявшись, я скользнула на пол босыми ногами, зябко поежилась, но все же встала, завернувшись в шаль, подошла к окну.

Мы вернулись в Шаранар накануне, спустя девять дней после последней встречи с Лордом-карателем, но даже в родной постели с любимым мужчиной, я не могла больше спокойно спать. Слова лигейца мучили, слова лигейца тревожили, слова лигейца пугали… А за окном раскинулась морозная осенняя ночь, укрывая горы туманом, словно укутывая в преддверии весны. Ярко светила полная луна, освещая крепостные стены неприступного Шаранара… так ли он не приступен, как хочется верить?

Едва слышный шорох и теплые руки обняли, прижимая к горячему телу Саерея.

- Рыська, - он коснулся губами уха и стало так щекотно, - ночью спать полагается, - прижал чуть сильнее, - или развлекаться. Что выбираешь?

Хотелось бы сказать что-то ехидное, или даже пошлое, но я сказала правду:

- Мне так страшно…

Подхватив на руки, Саер отнес обратно в постель, укрыл, лег ближе и сжал в объятиях. Некоторое время мы пролежали молча, прислушиваясь к завыванию ветра за окном, а затем я услышала его уверенное:

- Все будет хорошо!

Мужчины, иногда их вера в лучшее искренне поражает, но с другой стороны мне так нужна его вера в наше будущее.

- Лигейцы и не подозревают, какой сюрприз ожидает их в Гарендаре. - продолжил Тигрик. - Это сейчас большая половина страны представляет собой разрозненные кланы, но… у нас есть время, у нас есть цель, и Гарендарцы обладают великолепной способностью - против чужих мы выступим всем миром…

Произнес и запнулся. Всем миром это только на словах хорошо звучит, но в результате такое войско отказывается подчиняться одному полководцу и терпит поражение. Мы оба понимали это.

- Рыси и Ирбисы, это одна треть Гарендара, - начала размышлять я, - таким образом остается только северная гряда, но… мы решим и это.

- Мы все решим, - Саер начал чуть поглаживать по спину, - и выстоим, Рыська.

- Гарендар никогда не сталкивался с такой мощью, Тигрик, - я шептала, а хотелось кричать, - мы как кость в горле перекрываем им путь к Варатону на западе и к Алани на севере! И Гарендарские кланы никогда не противостояли столь огромному войску, потому что… никогда не выступали единым фронтом и… Мне так страшно, Саер… так страшно. И сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, почему Лига поддерживала твою борьбу за объединение страны, почему согласилась выдать кредиты…- на мгновение замолчав, я тихо продолжила, приходя в ужас от собственных слов. - Потому что им нужны были дороги, Тигрик… и ты их построил. Потому что…

Саер лег на спину, уверенно уложил мою головку к себе на плечо, и обняв начал рассуждать:

- Я думал об этом… с самого начала. Но не построй я дороги, где была бы наша экономика, Рыська? Давай откровенно - ни одно государство по восточную сторону от Гарендара, не способно дать Лиге отпор, а мы способны. На нашей стороне ландшафт, климат, менталитет и наши с тобой светлые головы. Лига точит на нас зубы? Она обломает их на подходе! У нас есть три года? Мне хватит двух! Мы укрепим крепости, мы начнем обучать мирных жителей, мы справимся. Ибо если не мы, Рыся, то кто?

- А если нет? - тихо спросила я.

- Тогда подпишем договор с Лигой, на максимально выгодных для нас условиях, - уверенно произнес Саер. - У нас год, чтобы подготовится к войне с Варатоном, и это должна быть практически молниеносная война. Твоя идея с грабежом мне понравилась, возьмешь под контроль и желательно, чтобы набег не был разовым, - усмехнувшись, добавил. - И распространим легенду о Золотом городе, пусть территории этих извращенцев терроризируют разбойники всех мастей, тем лучше для нас!

А я лежала, и поглаживая курчавые волоски на его груди, начала тихо размышлять вслух:

- Мне показалось странным, что Лорд-каратель узнал о проходе, о котором даже я не ведала… И знаешь… что если все его путешествие по горам с небольшим по сути отрядом, было просто одной большой разведывательной акцией? Что если, с ним был картограф? Ведь было бы глупо думать, что присутствие Равеяра в Гарендаре, объясняется стремлением… хм… узнать меня поближе? Лигейцы сходят с ума по женщинам, но Лорд-каратель в первую очередь талантливый военачальник и лишь после мужчина, иначе… он не достиг бы таких карьерных высот.

На мои слова Тигрик ответил тихим смехом, а затем весело произнес:

- Недооцениваешь ты себя, Рыся, но в данном случае полностью с тобой согласен… Полагаешь, Лорд-каратель сумел получить доступ к схемам потайных ходов многих кланов?

- Уверена в этом, - мрачно подтвердила я. - И если в клане Рысей мы произведем уничтожение потайных ходов в ближайшее время, то… за остальные кланы я не ручаюсь, а имея столь важные данные как секретные ходы, завоевать любую крепость можно и с несколькими десятками воинов.

- Придется и с этим поработать, - Саер потянулся, - а сейчас спать, Рыська, спать… Хотя, стресс нужно снять однозначно.

Мы и снимали, до рассвета. А после забылись тревожным сном, чтобы подскочить уже через несколько часов и разбежаться по своим кабинетам, планируя действия на день.

Тигрик умудрился встать все же раньше, я, снова нагло умыкнув королевский халат, поторопилась в свои покои. Мысль, что надо бы перенести гардеробную в покои Тигрика мелькнула, и тут же исчезла, задавленная более насущными проблемами.

А за дверью меня ждали!

- В общем так, - сообщил один из весьма злых мужчин, - сначала я подержу, а ты получаешь рысиную попу, а потом меняемся местами!

- Лорды, - несколько испуганно выдала я, так как лица у моих телохранителей, тех самых тигров Арада и Шаста, были весьма решительными, и в руках у обоих оказались уже готовые к расправе ремни,- бить будущую королеву, это знаете ли, не слишком разумно!

- А сбегать ночью из дворца по-твоему разумно? - прошипел Шаста.

И где субординация, называется. Очаровательно улыбнувшись обоим братикам, я безмятежно повела плечами и доверительно сообщила:

- А под халатом… у меня совсем ничего нет!

Подействовало. Оба замерли, неловко стискивая эти самые ремни, и как-то разом отвели глаза. Этого хватило, чтобы сбежать в собственные покои, куда тиграм вход был запрещен. Тиграм, но не Старшим лордам моего клана.

- Доброго утра, лорд Шерн, доброго утра, лорд Нхао, - весело поприветствовала я свою приставленную ко мне кланом охрану, направляясь мимо замерших Рысей, в гардеробную.

Вслед мне раздалось недоброе:

- Вы не ночевали в своей постели!

Медленно развернувшись, я подошла к лорду Нхао, который мне в отцы годился и видимо именно поэтому, посмел указывать.

- Правда? - ласково улыбаюсь ему.

- Именно, - на лице Старшего лорда ни тени улыбки.- Вы - Правящая Рысь, он всего лишь один из Старшего Рода Тигров, это он обязан приходить к вам, если у вас будет… эм… настроение.

Как же меня бесит положение этой самой Правящей Рыси! Тяжело вздохнув, я придала своему тону ледяной надменности и вежливо разъяснила ситуацию:

- Он - король Гарендара и он не очередной избранник Правящей Рыси, он мой единственный мужчина! Единственный! И впредь, я буду поступать так, как хочу, лорд Нхао, и искренне рекомендую вам - не злить меня!

В ответ едва сдерживаемая злость, почти осязаемая ярость. Но мне совершенно плевать на это, как уже было сказано - Я Правящая Рысь, и точка.

Пока торопливо переодевалась в милые сердцу платья по Гарендарской моде, за дверью послышались крики о помощи и глухой стук. Хм, потом кажется удар ремнем.

- И кто тут предается разврату без моего участия? - недобрым тоном интересуюсь, выходя из гардеробной и на ходу завязывая ворот платья.

На полу гостиной обнаружились три служанки, один секретарь Саера и второй мой, взятый после эротического приключения в Варатоне. Причем стоит отметить, что все присутствующие были связаны. Пока разглядывала композицию, к лежащим добавился связанный Шаста, Арад же продолжал попытку отбиться от двух Старших лордов.

Позволив себе ехидный смешок, ласково интересуюсь у лорда Нхао:

- Дорогой мой, - на меня соизволили обратить внимание, в то время, как лорд Шерн все же скрутил моего второго тигриного телохранителя, - что происходит?

- Они не проявили должного почтения, - холодно отозвался Старший лорд.

- К кому? - я все так же вежлива.

- К Правящей Рыси! - отчеканил Нхао.

На пол, уже связанным, полетел Арад. И Правящая Рысь изволила гневаться! Давно со мной подобного не происходило, надо сказать, но расцарапанные рожи обоих Старших лордов стали бальзамом на сердце. В результате лорд Нхао и лорд Шенр узнали о порядках во дворце, о собственном местоположении в иерархии дворцовой стражи, о том, что им запрещено вмешиваться в мой рабочий процесс и напоследок что в случае повторения подобной выходки им будет запрещено даже смотреть в сторону местных женщин. Подействовало, последний довод был убийственным.

И вот когда я уже завершила свою речь, дверь распахнулась, в проеме показалась высокая властная женщина, судя по одеянию явно из клана Волка, которая в гневе возопила:

- Даже не надейся, что Саерей возьмет тебя первой женой!

Некоторое изумление промелькнуло на моем лице, слуги, секретарь и две пары телохранителей, к этому времени уже развязанные и принявшее вертикальное положение, так же в изумлении взирали на явно вторую супругу Тигрика. И угораздило же его выбрать такой экземпляр…

- Эм… с кем имею честь? - все же решила я поинтересоваться.

- Честь? - глупышка язвительно расхохоталась. - О какой чести ты говоришь? Гарендарская шлюха!

Две тени метнулись к ней прежде, чем я успела произнести хоть слово. И пока леди старательно воспитывали, я, зевнув, поспешила вернуться в гардеробную, сделав знак служанкам следовать за собой. На недоуменные взгляды Арада и Шаста, безмятежно заметила:

- В конце концов, она не представилась, а я не обязана проявлять чудеса дедукции.

Когда я соизволила покинуть собственные покои, распорядившись по поводу завтрака и вызова всех нужных мне чиновников, леди в комнате уже не наблюдалось, оба Старших лорда стояли с чувством выполненного долга и осознанием собственной значимости.

- Арад, Шаста, - обратилась я к тигрикам, - полагаю напрягать вас своей безопасностью и далее было бы несколько бесчестно с моей стороны.

Оба кивнули, угрюмо и недовольно взглянув на рысей, зато лорды просияли - как же, леди Правящая оценила их по заслугам.

- За мной, - приказала я, и направилась в свою резиденцию.

Секретари, один мой, второй Саера, ожидали меня за дверью, явно побоявшись войти после внушения Старших лордов.

- Тэно, - обратилась я к собственному секретарю, начав движение и ему пришлось торопливо идти рядом, - всю документацию за период моего отсутствия, это раз, и разослать приглашения всем главам торговых объединений это два. - После чего, повернулась к секретарю короля. - Что у вас?

- Его Величество спрашивает, где будет проходить завтрак, - опасливо косясь на шествующих рядом лордов, пролепетал мужчина.

В иное время я сказала бы что-то вроде 'Пусть берет бутерброды и поднимается ко мне', но сейчас…

- Прикажите накрыть на восточной террасе, - после недолгих раздумий ответила я.

В башню практически взлетела, забыв и про телохранителей и про завтрак и про все на свете, кроме троих гарендарцев, которые с радостными улыбками приветствовали мое появление.

- Леди Зелея, - метр Торн низко поклонился и…

Тень метнулась… вызывая приступ ярости, в следующую секунду полноватый метр обозрел свои болтающиеся над полом ноги, а потом растерянно взглянул на взбешенный оскал все того же лорда Нхао, который прошипел:

- Как ты смеешь оскорблять Правящую Рысь, падаль?

С тяжелым вздохом, я грустно произнесла:

- Сейчас буду убивать…

- Повелительница, - Шенр склонился, - стоит ли пачкать руки в крови недостойных? Позвольте мне.

Глаз от чего-то задергался. Сильно так…

- Лорд Нхао, - я старалась быть вежливой, - бедьте столь любезны… ОТПУСТИТЬ МОЕГО ЧЕЛОВЕКА! - да, я сорвалась на крик.

Метр Торн мешком опал на пол, и начал отползать подальше от Старшего лорда. Нхао обиженно ответил:

- Вам стоило предупредить о наличии возлюбленного, моя повелительница. - взглянул на отползающего мужчину и хмуро добавил. - Ваши сексуальные пристрастия… вызывают удивление.

С нарастающей тоской вспомнила о печальном - меня сопровождают тридцать семь лордом, ибо Совет Кланов Рысей счел недопустимым отпускать Правящую Рысь без должного сопровождения. Поначалу речь шла о сотне, к счастью в процесс переговоров вступил Саер, и число сократили до тридцати семи. Но что мне делать, с таким-то количеством смертельного орудия с вбитыми в них догмами поведения? Старшие лорды могли позволить себе вольности в отношении Правящей Рыси, но никому иному они подобного не дозволяли.

- Вон, - прошипела я глядя на лорда Нхао, - и на глаза мне не попадаться!

Старший лорд нахмурился и выдал:

- Мне бесконечно жаль расстраивать вас, но я не владею мастерством Теней… как лорд Арвей, и потому ваша просьба невыполнима. Мне очень жаль.

- Нхао, - пристально смотрю в наглые серо-зеленые глаза, - я и убить могу!

Усмехнувшись, Старший лорд подошел, склонившись, самолично захватил мою длань, поцеловал и едва слышно прошептал:

- Сомневаюсь, силенок не хватит…

Но после сей фразы, которую расслышала только я, в силу близости в момент произнесения и лорд Шенр, в силу особенностей слуха, оба Старших лорда покинули мою резиденцию.

Кажется, кое-кто откровенно набивается в любовники.

- Господа, - я взглянула на трех перепуганных мужчин, - за работу! Нам предстоит свернуть горы, причем время весьма ограничено.

Следующие несколько часов прошли в напряженной работе: Я диктовала новые указы, практически одновременно для всех троих помощников. Мэтр Торд, лорд Паттер и граф Вейнде неоднократно работали в авральном режиме, но месяц простоя сказывался и на них. Через четыре часа появился Саер с подносом в руках.

- На восточной террасе холодно, - пояснил Тигрик, располагая поднос на столе передо мной и присаживаясь опять же на краю стола. - Сделай мне бутербродик с маслом,- тут же взмолился монарх Гарендара, а сам забрал список указов, который я набросала для себя.

- Тебе с маслом и все? - такие перекусы у нас не были редкостью.

- И мед сверху. Мне подписать когда? - пробегая глазами список, спросил Саер.

- К обеду будет готово, - лаконично ответила я. - Тебе сахар, пастилу или мед в чай?

- Молоко и пастилу. У меня предложение - в города предлагаю отправить твоих Старших лордов, по два на город, пусть тренируют городское ополчение. Что скажешь?

Я поймала удивленные взгляды троих секретарей и расхохоталась.

- Тигрик, - послала ему воздушный поцелуй, - поверь, ни один нормальный человек не выдержит тренировки Старших лордов.

- Но они тренируют ваших, - вспомнил увиденное в клане Саер.

- Да, - согласилась я, - но с детства. И часть отсеивается с увечьями, это первое, ну а второе - Старшие лорды не допускают даже намека на неподчинение и на жалость. Хочешь пустить их в дело - доверь тренировать войска, вот тут 'когти' клана Рыси пригодятся.

- Ты уже сообщила подчиненным о своем родовом титуле? - увидев наши переглядывания с троицей, поинтересовался монарх.

- Лорд Нхао сообщил им максимально вежливо, - сдерживая смех, ответила я.- Так, не отвлекаемся, булочку будешь?

- С маслом и изюмом?

- Ну, это либо изюм, либо тараканы, - я очаровательно улыбнулась.

- Люблю мясцо с утречка, давай булочку. И давай набросаем план мероприятий на сегодня.

Намазав горячую сдобу, передала ее Саеру, стараясь не накапать тающим маслом на стол. Сама взяла печенье с ломтиком фруктов, мне так навилось больше и, попивая чай, приступила к рассуждениям вслух:

- Мы создаем городские ополчения, так? Этого мало, у нас всего двенадцать крупных городов, посему предлагаю привлечь и деревни.

- Оружие, Рыська. Не хватит.

- Привлечем к работе местных кузнецов.

- Нужно издавать указ, о разрешении простолюдинам иметь оружие, - недовольно произнес Саер.

- Есть иные варианты?

- Хорошо, пиши указ, - я сделала пометку в плане. - Дальше, следует утроить гарнизоны.

- Угу, - вношу очередной пункт.

- Нужны кузницы…

- Уже думала над этим, полагаю выдать кредит на постройку мануфактур.

- А если приобретать оружие в той же Лиге? - предложил Тигрик.

- Да, но я сомневаюсь, что они продадут что-то стоящее.

- Логично, - Саер внезапно усмехнулся, - у меня другое предложение - мы отменим запрет на провоз оружия по территории Гарендара.

- Да? - я удивленно вздернула бровь, и тут до меня дошел замысел Саерея. - Что-то разбойников многовато развелось в последнее время.

- И не говори, - Тигрик рассмеялся, - грабят среди белого дня… - и уже укоризненное, - булочки не дают.

Дала ему булочку и задумчиво спросила:

- Что со свадьбой?

Тигрик сделал глоток чая, взглянул в окно и сделал еще глоток, а после уже без тени игривости произнес:

- Есть идея.

Знак помощникам и они вежливо закрыли двери с другой стороны.

- Слушаю, - я обняла чашку руками и откинулась на спинку кресла, - что-то гениальное?

- Как ты смотришь на то, чтобы перенести нашу свадьбу на зимние праздники?

- Положительно, - мгновенно ответила я, радуясь предстоящим месяцам свободы.

- Вот стерва ты, Рыська, - обиделся Саерей,- но идея вот в чем - ты Правящая Рысь, так?

- Увы… - вспомнились Старшие лорды.

- Не грусти, давай лучше извлекать выгоду из ситуации - по поводу нашей свадьбы мы устроим грандиозное событие и используем его в своих целях.

- Предлагаешь пригласить всех правителей кланов Гарендара? - удивленно спросила я, хотя идея была более чем великолепна, особенно учитывая тот факт, положение Правящей Рыси позволяло собрать как минимум представителей двух третей Великих родов Гарендара.

- Не только, - Саер весело подмигнул, - мы разошлем приглашения всем окружающим государствам. Представители Ситрана, Герверы, Охтиера, Авердана и Прадена соберутся за одним столом… Мы даже рискнем пригласить лигейцев.

- Рискованно… - сделав глоток, я добавила, - но перспективы интригуют.

- Перспективы, - Тигрик заметно оживился, - у нас будет неплохая возможность объединить Гарендар.

- И продемонстрировать захватнические планы Лиги!

- И приобрести союзников, если сумеем сгустить краски надвигающейся войны. - Саер отсалютовал мне чашкой, - Рыська, мы это сделаем!

- Хм,- я усмехнулась, - это будет весьма сложно, но крайне интересно. В любом случае мы ничего не теряем.

- И даже приобретаем, - он наклонился, поцеловал и весело прошептал, - ты представляешь, сколько мы приобретем дармовых подарков на свадьбу?

Немного веселого смеха в преддверии напряженных, наполненных работой и тревожными ожиданиями дней. Тигрик всегда умел снять напряжение, как и задать темп работы. И мы окунулись в вихрь бесконечных приготовлений к свадьбе, войне и длительному дипломатическому противостоянию с Лигой.

Спустя почти месяц я приступила к реализации самой интригующей задумки.

- Ты не идешь с нами! - прошипел Арвей.

- Идиотская затея! - поддержал его лорд Алар.

- На себя посмотрите! - зашипела я.

- Мне шапка идет, - обиженно заметил Ирбис.

- Твой Тигр будет ооочень недоволен, - хмуро подметил Арвей.

- Саер в Ситране, и вернется не скоро, - парирую я и взмахнув кнутом погоняю мулов.

- Правящая Рысь, - не скрывая восторга, произнес лорд Алар,- самовольная, как и все Рыси.

- Квинтэссенция самовольничества, - шипит Арвей.

По каменистым степям Варатона ехал обоз из двадцати груженных оружием повозок. Да, я подошла к организации с размахом. Управляло каждой повозкой по три человека, я маскировалась под юношу… слепого. Под оружием мирно лежало еще по десять воинов в каждой телеге, и все являлись Старшими лордами, так что я практически чувствовала себя в безопасности.

- А если нас схватят? - продолжал бушевать Арвей.

С утра как выехали от Западной заставы, где нас провожал лично лорд Михаэль, так с утра и нервничает.

- Не бойся, - я подмигнула лорду, - я с тобой.

- Это я с тобой! - окончательно взбесился Рысь. - А ты даже меч толком держать не способна.

- Что поделаешь, - я тяжело вздохнула, - не всем везет с учителями… мой гораздо больше интересовался телом ученицы, чем ее успехами в фехтовании.

Некоторое время мы молчали, Алар видимо переваривал услышанное, Арвей попросту злился, а я наслаждалась тишиной. Но в результате мой Старший лорд хмуро заявил:

- Оно меня и сейчас интересует…

Радостно улыбнувшись ему мордой, с прилепленной к оной бородой, я весело сообщила:

- Ты не поверишь, меня мое тело тоже интересует.

- И я бы не отказался поинтересоваться, - задумчиво произнес Алар, а я вспомнила, что у Ирбисов темперамент почти такой же как и у Рысей.

- Радует, что у нас троих так много общего, - нашла я нечто позитивное в ситуации.

Впереди показался первый встреченный нами разъезд варатонцев. Увидели, помчались к нам. Переговоры провел лорд Алар, как самый опытный, это первое, и более всего подходящий на роль торговца, это второе. Но вези мы что-либо иное кроме оружия - пропустили бы вероятнее к духам преисподнии, а так обрадовались, осмотрели клинки и дали разрешение двигаться дальше, умыкнув по паре изделий кузнечного мастерства каждый. Проверять не проверяли - телеги имели знак торгового объединения обзываемого мной 'Втридорога', мы так же имели верительные грамоты от мастера Парвата, а данному человеку тут доверяли… в последний раз, вероятнее всего.

И мы покатили далее. На гатархах данный путь занимал не более семи часов галопом, в чем я могла убедиться в прошлый раз, на мулах мы тряслись уже четырнадцать. За это время нас под видом досмотра ограбили четыре разъезда, а на Варатонскую равнину опускалась ночь. И вот тут началось самое интересное - мы свернули не к городу.

На данном этапе мои познания не требовались, и потому я уныло правила повозкой, пока Арвей и Алар руководили разведкой, в которую отправили шесть Старших лордов. На дно одной из телег легло столько же перепуганных варатонцев, связанных по рукам и ногам. Гатархи попытались возмутиться явлением новых хозяев взамен прежних и уже полюбившихся, но… спорить со Старшими лордами себе дороже. Наших с шести лет тренируют определенным образом - валун, обтесанный и весьма не легкий, мальчики зажимают между ногами и удерживают в таком положении часами, и чем воин старше, тем валун больше. В результате оседлав гатархов, лорды чуток сжали ноги и лошадки стали такими смирными. Не знаю, какие тренировки у Ирбисов, но судя по тому, что и их транспортные средства усмирились мгновенно, явно что-то похожее.

К рассвету мы достигли Золотого Храма. Еще издали он поражал своим великолепием, а я… я думала о том, правильно ли выполнил свою работу художник. Лорд Алар предлагал взять холстомарателя с собой, но мне стало его жаль, если уж быть откровенной.

- Расси, - гарцуя на гатархе, переодетый в варатонца Арвей, приноровился к неспешному ходу телеги, - предлагаю затаиться до наступления ночи и…

- Не глупи, - несколько резко оборвала я его, - у нас нет лишней ночи.

- Глупо так подставляться, - рыкнул Старший лорд.

- Не рычи,- обворожительно улыбнулась ему из-под усов, - у меня все продумано.

Лорд Алар, сидящий рядом, неопределенно хмыкнув, задумчиво произнес:

- И даже время для нападения выбрано идеально - предрассветные часы. Я восхищен.

Арвей молча оставил нас одних, и я, позевывая, со скучающим видом, наблюдала, как укладывают спать варатонских стражей. Поистине, от преждевременных грабежей их берегли только две вещи - тайна и репутация безжалостных ублюдков.

Это был удивительный путь - мы ехали, а нам радостно улыбались подставные варатонские стражники, в то время как истинных стражей укладывали в повозки, не особо заботясь о сохранности этих самых стражей. Вот так мы добрались до самого храма, а после Старшие лорды двух самых влиятельных кланов Гарендара, начали разматывать белоснежный холст, на котором, следуя моим указаниям, был изображен этот самый храм, берег реки и ступени. Картинку протяженностью в сорок шагов и высотой в тридцать, натянули между двумя шестами, спроектированными и выкованными лично под наблюдением Алара. И вскоре Старшие лорды уже пилили, резали, кололи и складывали в телеги куски от некогда величественного храма. Шум бурлящих водных потоков скрывал звуковое сопровождение вышеуказанных действий, а высокохудожественная завеса собственно скрывала всех нас.

Изредка вдали показывались разъезды бдящих варатонцев, но картина была прорисована великолепно и ненужного внимания не привлекала. Стоит храм и стоит… а то, что нарисованный это так… мелочь, для нас, его разбирающих, крайне приятная. На этой приятной ноте я устроилась на боковую.

К закату я выспалась, а Рыси и Ирбисы перестарались.

- Быки сдохнут, - глядя на забитые телеги, произнесла я.

- Других купим, - Арвей радостно потирал руки.

- Гатархов запряжем, - лорд Алар так же поддался золотой лихорадке.

Что тут сказать? Они все на меня уставились. Я осмотрела руины храма - да, крыша рухнула, она оказалась не из золота, а лишь позолоченная и потому ее спихнули в реку… Собственно от этого шума я и проснулась и обнаружила: оружие они просто сбросили на землю, загрузив телеги только кусками золота и не оставив второй ниши, где в момент приезда прятались воины. Итого мы имеем - уже опасно скрипящие телеги, быков… которые смотрят на меня с надеждой, что я прикажу облегчить их ношу как минимум на половину, и Старших лордов, у которых тоже надежда во взоре, что они все это смогут домой забрать. Нет, ну я конечно так же жадная, но не до такой же степени.

- Выгружайте половину, - приказала я. - Нам и одной телеги хватает, а вы нагрузили десять!

- Много золота не бывает, - Арвей нахмурился.

- Второй жизни тоже, - напомнила я. - Нам еще уносить отсюда ноги и копыта!

- До утра успеем, - Арвей упорно не желал вспомнить о реалиях суровой жизни.

- Сладкий мой, - хмуро смотрю на жертву жадности, - мы не доберемся до границы к утру. В лучшем случае к полудню. Хотя сомневаюсь и в этом, скорее через сутки, учитывая загруженность. Это первое. И второе - куда мы денем избыток воинов, а? Замаскируем под бычков?

- Пересадим на гатархов, нам не составит труда напасть на разъезды варатонцев - их не более двадцати в каждом отряде, а нас больше. - Вмешался в разговор лорд Алар. - А отказываться от золота глупо, согласись.

В сгущающихся сумерках я приняла решение не в пользу быков. Жадность победила.

Когда мы отъезжали от реки, скрип переполненных телег был несколько… эм, слышным, но едва шумовая завеса оказалась далеко, стало ясно, что добраться до Гарендара без приключений не получится. Телеги скрипели, быки хрипели, Старшие лорды изредка сквернословили и шли пешком. Варатонцев, лишенных одежды, оставили у храма. Сомневаюсь, что живых, Арвей с Аларом слишком хитро улыбались по возвращению. И все же ночь прошла относительно спокойно, и на рассвете уже только я ехала на козлах телеги, остальные, гарцевали на варатонских скакунах и в варатонской одежде… Мдя, Старшие лорды - это сила.

А потом удача отвернулась от нас.

Все началось с того, что лорд Ингар, который относился к клану Ирбисов, примчался и начал докладывать мне, а не Алару. Не могу сказать, что мне это польстило - мужчины менее пластичны в плане изменения мировоззрения, и если лорд примчался докладывать мне, значит, напуган и сработали вбитая в детстве установка - Правящая Самка всех умнее.

- Войско. - четко и по существу доложил Ингар.- Более тысячи. Охраняют телеги. В составе лигейцы и варатонцы. Преимущественно конница, но присутствуют и арбалетчики.

Медленно поворачиваюсь и радостно улыбаюсь Арвею - если бы они меня послушались, мы преодолели бы этот участок пути, а так… Поднимающееся из-за гор солнце вскоре превратит всю степь в прекрасно обозреваемое пространство и не заметить нас будет весьма трудно. К их почти в десять раз больше чем нас.

- Двигаются быстро? - начиная нервно грызть ногти, спросила я.

Был шанс повернуть сейчас, и переправившись к северу от столицы Варатона, выйти к границе Прадена и уже оттуда свернуть в Гарендар. Путь увеличивался втрое, но иного выхода я не видела. Увы, и этот путь отказался перекрыт.

- Правящая Рысь, - и снова лорд из Ирбисов, - нас догоняет войско. Не более трехсот воинов, с ними телеги, судя по всему обоз.

Ощущение подступающей истерики…

- Расси, - напряженно позвал Арвей. - Что будем делать?

Отовсюду на меня смотрели Старшие лорды. Во взглядах явно виднелась надежда на то, что Правящая Самка сейчас хвостиком махнет, или чем-то еще и за них за всех подумает! Вот духи! Спрыгнув с телеги, я начала нервно расхаживать вперед и назад, вдоль оной. Нужно было что-то придумать и срочно! Умирать откровенно не хотелось, и почему-то еще меньше хотелось расстаться с золотом… свыклась я как-то уже с тем, что пять телег направятся в мой клан. А потом взгляд зацепился за яркую краску торгового знака 'Втридорога' и… и пришла идея.

- Срочно сдирайте с телег краску, - приказала я, - и застегните варатонские мундиры на все пуговицы, а волосы спрячьте!

Мне подчинились беспрекословно - вот что значит выучка. Алар и Арвей выделили исполняющих по соскабливанию торговых знаков и подъехали ближе.

- Да-да, - в ответ на молчаливый вопрос произнесла я, мы присоединимся к войску.

- Это разумно? - хрипло спросил лорд Алар.

- Неа, - искренне призналась я, - но других вариантов нет.

К моменту, когда солнечные лучи осветили этот парад абсурда, вслед за огромным войском двигалось два отставших обоза, причем мы были посередине. Решено было двигаться неторопливо, в надежде, что позади идущие нас перегонят, а впереди идущие про нас забудут.

И мы медленно ехали. Быки хранили мученическое выражение на мордах и если бы могли, прокляли бы нас за жадность, Старшие лорды двигались идеальным строем - сказывалась выучка с детских лет, а я нервно догрызала последние ногти. Ужаснейшая привычка, но лучше так, чем думать о последствиях. И вот никто, ни один из пресловутых 'когтей'! не предложил плюнуть на золото и на захваченных гатархах рвануть к горам!

Вскоре нас догнал обоз следующий позади и вместо того, чтобы перегнать как было мной задумано, эти самые… слов на них нет, пристроились в хвосте. Далее, события были предсказуемы, и я с замиранием сердца смотрела, как от впереди идущего, основного обоза к нам спешит гонец… чтоб его!

Лигеец, хоть в этом духи были на нашей стороне, примчался на взмыленной лошади, и обратился к лорду Алару, изобразившему живейший интерес к сообщению:

- Приказ поторопиться! К закату, мы должны достигнуть подножия гор. Никаких остановок в пути!

Мои лорды варатонский не знали, но Алару хватило ума величественно кивнуть в ответ, и дождаться пока гонец отъедет на значительное расстояние.

- И что он сказал? - обратился ко мне Арвей.

- Мы в попе, - вежливо пояснила я.

- Как это, - лорд Алар подъехал ближе.

- Одна половинка зада, - я указала вперед, - вторая половинка, - перст указующий назад, - а мы посерединке! И нам приказано поторопиться. Но есть и хорошая новость.

- Какая? - Арвей с надеждой ждал чего-то спасительного.

- Двигаемся без остановок к Гарендару.

И лорды начали погонять быков, стараясь догонять, но все же не догнать основной обоз.

- В сумерках свернем, - начал выстраивать тактику предстоящего демарша лорд Алар.

- Эти, - Арвей кивком головы указал на идущих позади, - в основном варатонцы, мне хватит часа.

- Им, - я указала на впереди идущих, - и часа не понадобится, чтобы уничтожить нас! Пока идем молча и делаем вид, что мы варатонцы. К полудню, здесь будет более чем жарко, все будут разморены и дорогой и погодой, а мы достигнем западных склонов Хассы. И есть шанс, достаточно неплохой шанс, впрячь гатархов в повозки и попытаться рвануть к перевалу Хассы.

Мои радужные планы уничтожил лорд Алар:

- Лигейцы на своих скакунах. Это порода степных лошадей, которые значительно быстрее даже гатарха без седока, не говоря уже о повозках. Это бессмысленно, конница настигнет и порубит нас на части.

В молчании мы продолжили движение. К полудню я поняла, что очень хочу в кустики… их нигде не наблюдалось. Нервно догрызла последние ногти и принялась рвать подол рубахи на мелкие лоскуточки, которые повисали рваной бахромой. Когда солнце медленно покатилось к закату, я была готова закрыть глаза и сделав вид что меня тут нет, пообщаться с природой, но… сомневаюсь, что подобный вид общения оставил бы равнодушными тех, кто в наивности своей полагал, что я мужчина.

А затем случилось закономерное, но крайне нежелательно - вдали показался приближающийся варатонский отряд.

- Предлагаю бежать и быстро, - напряженно глядя на приближающееся войско не менее чем в три тысячи всадников, - кажется, они вызнали про храм.

- И нашли нас по следам, - хмуро подтвердил мои опасения Арвей.

Однако судьба решила нам поулыбаться и отряд промчался мимо, направляясь к голове этой огромной змеи из повозок и людей. Увы, о чем они там беседовали неизвестно, а дальше… часть лигейцев помчалась вместе с варатонцами вперед.

- Решили догнать нас! - Алар был явно доволен произошедшим. - Лигейцы быстрее, вот и помчались вперед, в надежде перехватить.

- Духи гор… - простонала я. - дотянуть бы до Гарендара… Пока мы вне подозрений, ведь они убеждены что это их собственный обоз, но…

- Но обнаружив что впереди никого нет, догадаются пересчитать количество телег! - Арвей хранил спокойное выражение лица, но нервозность была очевидна.

И потянулись часы ожидания. Ближе к закату, впереди уже виднелись седые вершины гарендарских гор, сердце колотилось как сумасшедшее, в кустики хотелось нестерпимо. Но все было не важно, в сравнении с возвращающимся отрядом!

Впереди горсти всадников, издали казавшихся черными горошинами, мчался одинокий наездник на темной лошади и по мере его приближения, сердце сжималось все сильнее. Я буду не я, если это не Лорд-каратель! А еще я никак не могла понять - почему судьба сталкивает нас с неизменным постоянством?! Случайно? Хотя о чем это я - Равеяр непобедимый не потому, что судьба благоволит к этому лигейцу, а благодаря исключительно подготовке. Значит, сейчас его непобедимость тщательно готовит военную кампанию против нашей маленькой горной державы! И если я не ошибаюсь, в обозе явно запас лигатов, не зря же сопровождает повозки практически армия! От нехороших мыслей очень сильно отвлекало желание посетить кустики!

- Расси, - Арвей оказался рядом.

- А сейчас у нас есть шанс пересесть на гатархов и… горы уже видны, - намекнула я лорду Алару.

Из леса у подножия тех самых гор, которые я сейчас взглядом гипнотизировала, выехал отряд…

- Лигейцы, - простонал лорд ирбисов.

- Вижу! - я едва зубами не скрежетала. - Вероятно у них договор с кланами Волка и Белых Оленей.

А потом я вспомнила о предстоящей свадьбе, обещании данном Тигрику не покидать Шаранар даже днем и еще о том… что через семь дней у меня заседание с торговцами по вопросу урегулирования новых таможенных пошлин. Духи преисподней! И в кустики очень хочется!

В это время всадник достиг 'головы змеи', судя по всему, там завязался оживленный спор, а затем… отряд не менее полусотни человек, неторопливо двинулся вдоль обоза… Старшие лорды уставились на меня, в ожидании чуда! Я чуда не выдала, зато впереди узрела кустики! Вот мне бы сейчас туда, и чтобы все отвернулись, что ли и…

- Арвей! - я подскочила, потому что телега на какой-то камень наехала, - их нужно отвлечь! Да, да, да!

- Как? - угрюмо спросил тот, кто вообще-то защищать должен.

- Что значит 'как'? - разозлилась я. - Бери отряд, мчись в конец обоза и обвини их в нападении.

- Как? - повторил свой вопрос мой бывший мучитель.

- Чтоб у тебя не стоял никогда! - выдала я в сердцах. - Отдавай гатарха!

Арвей молча поменялся со мной местами. Взобравшись на монстро-лошадь, и тут же была вынуждена доставать кинжал и показать скотинке кто здесь хозяин. Животное успокоилось, но глазом косить продолжало.

- Шардан, Арг, Ватари, Дастер, вы со мной, - и что я творю, кто мне скажет. - Лорд Алар, ваши все остаются на месте!

- Вы не успеете… - начал глава Ирбисов.

- Рискнем! - и я ударила скакуна, вынуждая сорваться с места, на предельной скорости.

Расчет мой был прост - отвлечь внимание. Как и что за этим последует, я не представляла, но и бездействовать сейчас было смертельно опасно. И мы помчались, к тому самому обозу, что зажимал нас в тиски. Сгущались сумерки, лигейцы, среагировав на убегающую добычу, мчались за нами - Лорд-каратель был первым, кто бы сомневался!

Мы промчались вдоль обоза до последних телег и я, стараясь не визжать, закричала по варатонски:

- Лигейцы убивают свидетелей! Они разрушили золотой храм, и вывозят его!

Никогда не ощущала себя настолько жалкой - на меня с откровенным сочувствием по отношению к умственным способностям, взирали все варатонцы.

Слишком поздно вспомнилось, что на мне борода, а… варатонцы не имеют растительности на лице! Быстрый взгляд назад и я понимаю - замысел удался, лигейский отряд промчался мимо наших телег, но что же теперь делать мне?! А сумерки опускались на предгорье, и благодаря особенностям горной местности тьма сгущалась стремительно. Нужно действовать, мне нужны эти люди, нужно их внимание и их слепая вера в…

- Телеги, - на наречье рысей, произнесла я, обращаясь к Старшим лордам.

И уже на варатонском:

- Они, - указала на мчащийся к нам отряд, стремительно сокращающий расстояние, - начнут уничтожение с хвоста обоза! Теперь, когда к лигейцам присоединился отряд, - а этот самый отряд все видели, - они уничтожат нас, воинов Варатона, и обвинят в этом разбойников.

Варатонцы скептически взглянули на меня, затем на лигейцев… И тут лигейцы достали оружие, издавшее весьма слышимый звон в сгущающихся сумерках. Варатонцы, как и все люди, крайне не любившие это время суток, и невольно испытывающие ощущение тревоги, всполошились. И действительно, отряд, не сбавляющий скорости, вызывал лавину страха. Страх затмевает рассудок… И теперь не хватало лишь толчка…

- Нас всех убьют! - заорала я, визгливо и испуганно.

А затем Старшие лорды, сбросив возниц с телег, развернули несчастных животных и заставили мулов сорваться на бег. Я устремилась следом, варатонцы с криками начали обнажать клинки, в общем - сумерки, внутреннее недовольство лигейцами и подсознательный страх перед этими могучими степными воинами, сделали свое дело.

Когда я догнала мчащиеся не разбирая дороги телеги, Старшие лорды уже ожидали на гатархах, и в темноте, мы преспокойно направились к горам. В то время как лигейцы частью сражались с варатонцами, и, судя по доносящимся звукам, сражение было не шуточным, а частью мчались следом за телегами, увлекаемыми обезумевшими животными.

- Правящая Рысь! - с восторгом произнес лорд Шардан.

- А что еще остается делать слабой женщине, если сильные мужчины как малые дети, - пожаловалась я.

- Правящую Рысь охраняют духи гор, - парировал Шардан, и мы помчались в ночь.

Спустя несколько часов мы достигли подножия гор, промчались по извилистым тропам к ручью и я, наконец, посетила кустики, стыдливо отбежав подальше от своих лордов. А то знаю я этих, с великолепным слухом.

Радость от общения с природой, смешалась с радостью от успешной операции, но едва я, застегиваясь вышла из временного пристанища, стало откровенно не хорошо.

- Этих убить! - голос, прозвучавший совсем рядом, был более чем знаком. - И обыщите здесь все, одного не хватает!

Шаг назад, еще шаг… Хруст… так хрустят не ветки под ногами, так ломаются кости… Я едва успела накрыть ладонями рвущийся крик… Мои лорды… там молча гибли те, кто был предан до конца. Безмолвная смерть… Старшие лорды не опозорят себя предсмертными криками…

А в опускающейся ночи резкие голоса:

- … догнали, телеги были без возниц…

- … Лорд-каратель, вам стоит взглянуть на это…

- … это не варатонцы, те ублюдки молча не умирают…

- … Лорд-каратель, склон до ручья был осмотрен - никого.

И уверенный голос Равеяра Непобедимого:

- Гатархов было пять, трупов четыре, какой логический вывод можно сделать?

- Простите, продолжаем осмотр.

Еще шаг назад, сдерживая крик ужаса, сдерживая желание броситься, прочь… и с ужасом ожидая закономерных слов:

- Рыси! - вопль Равеяра вернулся неясным эхом. - Это Старшие лорды клана Сумрачных Рысей! - некоторое время было очень тихо, лишь гудело эхо, да слышны были голоса лесных хищников, а затем Лорд-каратель добавил. - Пятого не убивать! Найти ее, быстро. Не калечить!

А я плакала… знаю, что нужно встать, что-то делать, бежать… но я плакала, сжимая губы и закрывая руками рот… Они гибли, они часто гибли, те, кто был в моей охране, но никогда мне не было так больно от осознания их смерти. Шардан, Арг, Ватари, Дастер… 'Дух-хранитель, Великая мать, забери души Ватари, Дастера, Шардана и Арга. Коснись каждого из сыновей своих, забери боль их, забери страх перед Тропой уходящей в небо, подари счастье в последнем пути…'… Увы, мне не позволили оплакать их гибель…

Голоса, шум ломаемых веток, окрики и лай собак. Степняки начали охоту на маленькую испуганную Рысь… Рысь вскинула голову, вытерла ненужные слезы и решила сражаться до конца. Осторожно, боясь сделать лишнее движение, развязала и стянула с ног сапоги и следом светлые крестьянские штаны, моя мать и чулки бы выбросила, но я не люблю холод. Следом на землю полетела куртка, затем парик и шляпа, а после, в тонкой черной рубашке, осторожно ступая, начала продвигаться к ручью.

Если память мне не изменяет, это Эхена, точнее один из ее притоков, следовательно, возвышающаяся махина является горой Араве. Мало кто знал, что на вершине Араве сохранились остатки одной из древних крепостей. Вот туда я и планировала направиться, так как тем, кто помимо меня ведал об этом, был Арвей.

Каждый шаг почти босыми ступнями, заставлял сжиматься от холода, зубы давно тихо стучали, а я продолжала идти. Протянуть ногу, осторожно наступить на пальчики и перенести вес тела. Казалось, что вокруг ломаются кусты, все ближе лаяли собаки, все ближе подбирались преследователи - но я не могла позволить себе торопиться. У меня не было права на ошибку!

Сгущающуюся ночь пронзил крик:

- Мы нашли одежду! Собак сюда!

Если размышлять логически - какие шансы есть у женщины, сбежать от взявших след собак? Логика у меня работала хорошо, но только в тех случаях, когда это не касалось меня. И Рысь сорвалась на бег, ориентируясь на шум ручья впереди. Да, я боюсь воды, очень… но лигейцев больше.

Ветки хлестали по лицу, босоногость, позволявшая ранее двигаться практически бесшумно, теперь причиняла массу неудобств, а ветер, пробирал до костей, без труда обходя такое препятствие как шелковая рубашка. Но я забыла обо всех неудобствах, едва послышался крик:

- Это женщина! Бежит к ручью…

И лес вспыхнул голубым сиянием магических шаров! Запрещенных магических шаров! У них маг! Лигейцы нарушают закон… даже не так - законы! У них маг! И становится понятно, как Равеяр отыскал тот тайный проход, о котором я даже не подозревала… А впереди уже поблескивает ручей, и я практически благодарна голубоватому мерцанию, позволяющему избежать препятствий. И плевать, что одна из ступней поранена, пронзая болью всю ногу, и не имеет значения, что придется нырять в бурлящий поток…

Я бежала сквозь редкий лес, оставляя двуногих преследователей позади, и надеясь домчаться до воды прежде, чем догонят преследователи четвероногие, как вдруг произошло что-то странное. Свет, он стал сгущаться на скалистом берегу, поросшем густым мхом. Этот свет обретал форму, увеличиваясь в размерах и приобретая весьма знакомые черты… Я замерла в трех шагах от Лорда- карателя. Остановилась, прижимая руки к груди, и с трудом сдерживая крик ужаса. Маг!

Тот, которого не должно было существовать в природе, тот, кто был фактически аномалией, грустно улыбнулся и виновато развел руками:

- Отныне я не имею никакого морального права потерять тебя, Зеля. Теперь ты знаешь слишком много…

Собаки догнали и расселись полукругом, обрисовав поляну, на которой мы стояли. Призрачный свет теперь касался и их, и мне казалось, что внутри Равеяра маленькая луна… Именно такого оттенка сейчас были его глаза, а кожа светилась… Маг… каким-то чудом выживший маг… Хотя, кто знает, возможно, Лига, повсеместно истребляющая людей с особыми способностями, в своей отчизне и не думала искоренять наделенных силой. Ведь лицемерие столь свойственно Лигее. Эта несправедливость и ее осознание, оказались весьма болезненными. Столетиями магов истребляли, и никакая сила не могла их спасти в бесконечной гонке на выживание. Легенды, об источниках их силы вещали, что маги черпают могущество, отбирая жизненные силы людей. И магов стали бояться, а всё, чего мы боимся, мы стараемся уничтожить. Страх порождает ненависть. Столетиями магов истребляли везде… кроме Лигеи!

- Боишься меня? - ласково спросил лигеец, не делая попыток приблизиться или прикоснуться, но это скорее потому, что не желал меня напугать.

А боюсь ли я? Да нет, скорее вполне закономерно опасаюсь. Хотя… есть у лигейца одна-единственная слабость, и эта слабость носит мое имя.

'Прости меня, Тигрик, - с грустью подумала я, и шагнула навстречу сплошному удовольствию, с некоторой затаенной радостью предвкушая очередную жаркую ночь.'

Шаг… Равеяр удивленно выгнул бровь. Еще шаг… и вторая поднялась до уровня первой. Последний шаг и теперь я практически касаюсь его телом. Ироничная ухмылка исчезла с красивого лица. Напряжение его тела невозможно было бы не заметить…

- Подари мне эту ночь, - едва слышно попросила я.

- Эту? - сильные руки обняли, сжали и, наклоняясь к моим губам, Лорд-каратель прошептал, - Только эту? У нас будет много ночей.

- Только эту, - теперь наши губы практически соприкасались, но разум удерживал его на этой сладостно-напряженной ноте, когда лишь усилие воли не дает пасть в омут страсти.

А утратить контроль, он не мог себе позволить… Вот только что я за женщина, если не сумею заставить его забыть о долге.

- Я хочу тебя, - руки обвили шею лигейца, - хочу стонать в твоих объятиях… Хочу забывать свое, имя едва ты входишь в меня… Хочу ощутить тяжесть твоего тела… Твою силу… Твою ненасытность… Потому что, то была лучшая ночь, равной которой у меня не было ни с кем… Ночь, которая разделила всю мою жизнь, на до… и после тебя.

Он смотрел на меня так, что желание раствориться в этом взгляде едва не стало навязчивым, но это был сильный мужчина и Равеяр хрипло ответил:

- Не сейчас… Не здесь… и не так… не на траве, боясь утратить остатки разума, Зелея… И без боли, которой ты так боишься… - он замолчал лишь на мгновение, а затем я услышала невероятное.- Я люблю тебя, Зеля. Люблю, проклиная себя за это чувство, что выжигает дотла! Я…

Мужчины так часто закрывают рот поцелуем, а сейчас я накрыла губами признание в том, о чем я не хотела знать. И едва он ответил на это безумие, я тихо прошептала:

- Здесь! Сейчас! И так, как этого хочу я!

- Зеля, не…

Я прижала палец к его губам, и медленно опустилась на колени…

- Может та ночь и была лучшей в моей жизни, - прошептала я, - но эта станет лучшей в твоей…

Безумие! Я не могла бы назвать эту ночь иначе. Сладостное, чувственное, сумасшедшее и от того столь волнительное безумие. Нам было жарко настолько, что ледяные воды ручья казались парным молоком. Мы были неутомимы до такой степени, что добрались до той самой крепости, и меньшее, что я могла бы сказать о подъеме на гору - это было волшебно. И мы сгорали, ни взирая на осенний холод, на каменный пол, до блеска начищенный дождем, что начался под утро. А когда, дрожа от усталости в перетружденных мышцах, мы пытались отдышаться после острого, сводящего с ума удовольствия, я вспомнила о том, как мало у нас осталось времени… Точнее у него… И вздрогнув, прижалась крепче.

- Замерзла? - горячие, влажные губы прижались к виску, затем прочертили дорожку вниз и встретились с моими губами. Но поцелуй, он прервал. - Здесь холодно, Зеля, ты можешь заболеть… Ты… ты сама страсть, Зеля, ты огонь, ты та редкая женщина, что позволяет не спать до рассвета, зажигая, казалось бы угасшее пламя одним своим присутствием, ты… Прости, тебя нужно согреть.

Мне казалось, что вся наша одежда осталась где-то там… в лесу, на тропе к крепости… но выйдя за почерневшую стену лишь на несколько мгновений, Равеяр вернулся со своей курткой, и я была закутана, награждена поцелуем и вновь оставлена в одиночестве.

Он вернулся вскоре, неся охапку дров, и каким-то немыслимым образом оказавшись в штанах. Молча я смотрела на невероятно красивого, сильного мужчину, двигавшегося уверенно и без лишних движений. Я любовалась им, как любуются горной грозой - восхищаясь, и в то же время страшась. Запылавший костер не разрушил очарования момента - Лорд-каратель в свете пламени был еще восхитительнее, чем в свете тускнеющей луны… Скоро рассвет… скоро все будет кончено…

- Зеля, - Равеяр стремительно подошел, присел передо мной, - ты плачешь… Зеля… тебе холодно? Больно? Устала?

Поднявшись, я плотнее завернулась в куртку и подошла к костру. Жар от пламени согрел озябшие ноги, подумав я устроилась ближе к огню, и, обняв руками колени, постаралась смотреть только на яркие всполохи пламени. Мне так хотелось в этот момент вспомнить о Тигрике, но стоило закрыть глаза и воспоминания о руках, губах, прикосновениях лигейца, затмевали всех мужчин, что когда-либо делили со мной постель.

- Тебя так сложно понять, - тот, о ком старалась не думать, сел рядом, властно обнял, и одна его рука проникла под куртку, ласково поглаживая, прирученное им же тело.

- Спорить не буду, - это было странно - одновременно желать, чтобы его прикосновения длились вечно, и вместе думать о скорой смерти лигейца. - Спорить не буду… меня действительно сложно понять - я сплю с врагом!

Рука, поглаживающая мой живот, замерла, зато вторая сжала плечи крепче. И было бы лучше, чтобы лигеец промолчал, но он поступил иначе:

- Враг… почему же ты считаешь меня врагом?

- Причин много.

- Назови хоть одну! - приказывать Лорд-каратель умел.

- Ты… ты планируешь уничтожить мою страну, - почему-то я прошептала слова, что рвались криком.

- Осуждаешь?

- Могу похвалить, если желаете, многоуважаемый и непобедимый! - злость пришла, откуда не ждали.

- Следовательно, осуждаешь, - теперь лигеец тоже смотрел на огонь. - Но прежде, чем осуждать меня, Зелея, осуди себя… за Авердан, который гарендарские войска разоряют время от времени, и не испытывают угрызений совести по данному поводу! Или осуди себя, за те ущемляющие интересы кланов договора, что ты вынуждаешь подписывать. Ты! Сама! Лично! Так что да - я планирую завоевать Гарендар и я это сделаю, потому что это необходимо мне и моей стране!

Стоило бы промолчать, но слова вырвались сами:

- Ублюдок, ведь ты даже не подумал о жителях, о…

- Зелея, - прошипел Равеяр, - скольких убили твои Старшие лорды во время этого наглого, варварского разрушения и грабежа Варатонской святыни? И не стоит оправдываться, вы напали вероломно и убили всех, кому не повезло оказаться на вашем пути! И ты смеешь называть меня ублюдком?!

Не слишком приятный разговор у нас получается.

- Лигейцы… - и все же я замолчала.

- Лигейцы поступили с тобой плохо, - прошипел Равеяр, а в следующее мгновение повалил на пол, и прижав запястья, вкрадчиво спросил. - Но неужели лигейцы поступали с тобой хуже, чем в родном клане, Зелея? Вспомни, что с тобой делали твои драгоценные Старшие лорды, следуя приказу твоей родной матери?! Ты сказала, что в Лигее погибли твои не рожденные дети, но только в Гарендаре родная мать способна убить дитя собственной дочери! - я с ужасом смотрела на перекошенное от ярости лицо Лорда-карателя. - Равеисса поведала мне ту историю, - лигеец отпустил меня, сел рядом, и глядя на огонь, продолжил. - И знаешь, мой мир не идеален, тут ты права, но у нас матери не продают своих дочерей, Зеля.

- Не продают, - я тоже села, пытаясь забыть все им сказанное, - их продают отцы… по брачному договору.

- Зеля, - мне не понравился тон Равеяра, - ты столь виртуозно разбираешься в юридических тонкостях законодательства, но… что ты знаешь о брачных обычаях своей горячо любимой родины, а?

Ответить было нечего.

- А я задался данным вопросом, - продолжил лигеец, - ты, скажем так, пробудила живейший интерес. И знаешь, принципиальных отличий мной не было обнаружено - что у вас, что в моей стране, муж имеет право бить собственную жену и детей.

Да, сумел Лорд-каратель задеть тайные струны моей души.

- В Гарендаре жен не избивают до полусмерти! - по крайней мере, я таких случаев не наблюдала.

- У вас не принято выносить сор из избы, - несколько резко парировал Равеяр. - Вот и вся разница. А поколоченных супругами женщин, я в Гарендаре видел не мало. Избитых под видом 'воспитания' детей, так же. Кстати, заметь, в Лигее детей не бьют!

Как много хотелось сказать, как сильно хотелось ответить… Вот только:

- Этот разговор не имеет смысла, - я закуталась в куртку, которая пахла этим невероятным мужчиной.

- Ты просто не желаешь слушать, - его ладонь коснулась моей щеки… такое исполненное нежности прикосновение… - а я не хочу говорить… Взаимные обвинения никогда не приведут к истине, Зелея.

Потянувшись, Равеяр обнял, пересадил к себе на колени и нежно целуя, прошептал:

- Я не хочу с тобой спорить, Зеля, я хочу любить тебя, быть рядом. Хочу детей, с такими же янтарными глазами, что чудятся мне за каждым поворотом, сняться по ночам и манят своим сиянием. Я…

- Запру и буду использовать по собственному желанию, - завершила я его фразу, разрушая ко всем духам преисподней этот уютно-интимный мирок, что дарил нам столько наслаждения.

На некоторое время воцарилось напряженное молчание, а затем лигеец хрипло ответил:

- Да, я буду заботиться о тебе, а не использовать как чиновника! Да, я буду спать с тобой, и только с тобой, а не одаривать вниманием сотни фавориток! И я не буду терпеть измены, лишь ради того, чтобы ты не обращала внимания на похождения собственного мужчины! И да, твои перемещения будут ограничены пределами поместья, потому что существует объективная необходимость контролировать безрассудность твоего поведения! А авантюра с Варатонским золотом верх безрассудства!

Верх безрассудства значит? Я искоса взглянула на мрачно ожидающего моей реакции лигейца и мрачно сообщила:

- Саер - идеальный мужчина, а вам, лорд Неопбедимый, никогда не понять тех, кто не живет от победы до победы!

Я попыталась вырваться, но он удержал, и прижавшись губами к моим волосам, тихо прошептал:

- Саерей весьма ловко меняет судьбы, оправдывая свое имя. Подумай об этом.

- Тигрик, борется за независимость Гарендара всеми возможными способами, подумайте об этом! - парировала я.

- Он использует тебя, Зелея!

Очередная попытка вырваться, завершившаяся тем, что наши тела вновь соприкасаются, и игнорировать вспыхнувшее желание было бы почти невозможно, если бы не одно 'но':

- Вы многого не знаете обо мне, лорд Равеяр, - я взглянула в его темные глаза, - и многого не знаете о Саерее. И в отличие от вашего вспыхнувшего чувства, которое вы столь торопились удовлетворить, Саерей годами ждал меня. И пусть я не испытываю столь острой физической потребности отдаваться ему, как это происходит с вами, но я испытываю сильнейшую моральную потребность быть рядом с ним, потому что… люблю, ценю, уважаю и бесконечно восхищаюсь им. Им - способным консолидировать власть в государстве, им - ценящим меня как личность, как человека которому доверяет, а не вами - способным лишь на удовлетворение сексуальных потребностей!

Он грустно улыбнулся и на выдохе произнес:

- Расскажи…

Что сказать ему, мужчине сжимающему мое обнаженное тело? Мужчине, чьего вспыхнувшего вновь желания в этой позе нельзя было не заметить. Мужчине, который как это не было бы печально, являлся моим врагом не по прихоти или капризу, а в силу жизненных обстоятельств… Я не знаю как он, а мне хотелось услышать правду.

- Без игр, без лжи, и без притворства, Лорд-каратель, ответьте мне лишь на один вопрос - Что дальше? Что будет дальше, со мной, с вами, с моей страной?

- Их три, - лигеец грустно улыбнулся.

- Чего три?

- Вопроса, Зеля, их три.

Над нашими головами загрохотало небо, вновь начался дождь и костер зашипел, едва холодные крупные капли устремились вниз. Я ощущала дождь как-то отстраненно, и даже ледяные ручейки, стекающие по плечам и спине, не могли вырвать из этого странного оцепенения. Как вспышка пришло воспоминание о том, что дождь уже был, потоки воды падали на наши тела, а я… даже не замечала их, оглашая стонами остатки некогда величественной крепости.

- Ты нужна мне, - вдруг прошептал Равеяр, - и я не знаю почему. Никогда и ни к кому я не испытывал подобных чувств, эмоций, желаний. Твои глаза как расплавленное золото выжигают меня, Зеля. Посмотри на меня, женщина, я не молод! Я не юноша, мечтающий о первой женщине, я мужчина утративший разум в желании обладать женщиной, что уже принадлежит другому… другим… Сколько их было в твоей жизни, Зелея? Я готов мучительно убивать каждого!

Капли дождя упали на мое лицо и ручейками слез устремились вниз.

- Нет слов, чтобы выразить каких трудов мне стоило сдержаться и не убить Саерея в то утро! Его запах был на тебе! Его прикосновения ты воспринимала, как преданный пес воспринимает прикосновения хозяина - с радостью. И я видел это! Я видел все и даже немного больше…

- Не надо… - то утро в клане и я не могла забыть, - не нужно обвинять меня в желании принадлежать ему! Да, я провела ту ночь в его объятиях! И после той ночи, было еще так много ночей, в которые мы сплетали наши тела, потому что Саер все для меня. И этот разговор ни к чему не приведет…

Дождь усиливался. Костер шипел и хрипел, умирая под лавиной небесных слез. Вспыхнула молния, на мгновение осветив наши сплетенные тела, убогую обстановку разрушенной крепости и окаменевшее от услышанного лицо мужчины, который сжал сильнее. Рывок и я вскрикнула, почувствовав его внутри. Это ощущение нашего единства, было почти болезненным, но пальцы уже сжимали сильные плечи, тело изогнулось, в желании ощутить его полнее, сильнее, резче. А дождь падал на лицо, стекал по груди, животу, словно пытался погасить это безумие так же, как погасил уже мертвый костер. И когда мои крики стали громче разбушевавшейся грозы, я услышала тихий голос лигейца:

- Ты… забудешь обо всех! Только я. Только со мной и… - сияние, то самое, которому не было места в природе, голубоватым мерцанием окружило нас, - в твоих детях будет течь моя кровь…

Я не слышала остального, я слушала грозу, слушала, как потоки воды устремляются вниз, как гудят оползни, срывая со скал редкие деревья… Я прислушивалась к ветру, словно ставшему исполинским великаном и пытающемуся разрушить наше убежище ударами, от которых сотрясались полуразрушенные стены… Я внимала стихии, этой удивительной силе, что заставляла дрожать величественные горы… Впервые в жизни я ощущала себя частью стихии, отдаваясь ее силе и мощи, растворяясь в ней без остатка, забывая обо всем, не ощущая собственного тела…

Дождь прекратился на рассвете… Ночь унесла с собой безумство природы, и отголоски грозы были исчезающим напоминанием о непогоде…

- С тобой невозможно спать, - простонал Лорд-каратель прижимаясь сильнее.

Я тяжело дышала, ощущая, как медленно отпускает упоительное чувство, от которого сладко ныло все тело. Мне было так хорошо, и одновременно так плохо…

- Ненавижу тебя, - это был почти стон.

- За что?- губы, что сводят с ума, начали ласкать обнаженные плечи. - За то, что люблю? За то, что не могу без тебя? За то, что готов на все, чтобы быть рядом? За то, что в моих руках ты вспоминаешь как это быть женщиной, а не… чиновником? За что, Зелея?

Неподалеку раздался крик совы. Я так хотела услышать его, я так ждала его, а сейчас…

- Нужно спускаться, - я села, обняв руками колени.

- Нет, - Равеяр лежал на спине, положив руки за голову, и с улыбкой смотрел на меня, - я слишком устал сейчас… чуть позже.

Красивый, сильный, расслабленный и такой желанный. Глядя в его теплые карие глаза, я понимала, что он стал первым мужчиной, чьи ласки с каждым разом были все желаннее. И разум отступал, едва наши тела сливались… сливались в столь упоительном совершенстве, словно лигейца создали для меня…

- Я люблю тебя, женщина с янтарными глазами, - произнес Лорд-каратель. - А ты не равнодушна ко мне, Зелея.

- Так уверен?

- Твое тело говорит больше, чем тысячи слов, - он потянулся, и уложит в меняна свою грудь, прошептал, касаясь губами виска. - Я подарю тебе весь мир, моя златоглазая рысь. Я буду любить тебя сильнее, чем когда-либо мужчина любил женщину. И я буду верен тебе и нашим детям до последнего вздоха, разве тебе этого мало?

- Нет, - я обняла его, понимая, что это в последний раз.

- Правда?

- Нет…

- Не веришь?

- Было бы глупо верить обещанию, данному уставшим после ночи любви мужчиной. Сейчас ты готов подарить весь мир, но что будет завтра…

Снаружи раздался едва слышный шум. Равеяр напрягся, приподнялся и начал прислушиваться к звукам. Шум не повторился, и, расслабившись вновь, лигеец осторожно переложил меня на куртку, каким-то чудом оставшуюся сухой после ночного потопа.

- Ты не понимаешь, Зелея, - ласковые губы коснулись моих опухших после страсти, - я не разбрасываюсь словами. Все сказанное мной - клятва. Клятва, данная моей женщине. И каждое слово - правда! Каждое данное тебе обещание - станет правдой! - его глаза словно затмили весь мир. - Люблю тебя, - прошептал Равеяр, - и буду любить всегда.

Мир вновь растворился в его прикосновениях… чтобы разбиться повторным криком совы. Настойчивым, требовательным криком.

- Я, - торопливо отвернувшись, - я… мне нужно выйти… я быстро.

- Там скользко, - но отпустил, позволил подняться. Поднялся и сам, осторожно надев на меня куртку. - И мне не понравился шум, возможно, бродит горный лев.

- Утром? - я скептически взглянула на лигейца. - Это Араве, здесь нет крупных хищников.

Обойдя его, направилась к выходу, торопливо всовывая ладони в широкие рукава. Но подойти к зияющему пролому в стене, Равеяр не позволил. Догнал, задвинул за спину и замер, напряженно прислушиваясь.

Там, за искореженной стеной птичьим разноголосием звенело утро, слышался шум ветра, заставляющего скрипеть сосны, вдали еще были слышны отголоски грома. Но среди птичьего хора отчетливо прозвучал крик вороны.

- Мне очень нужно, - я попыталась обойти лигейца.

- Нет, - он продолжал стоять не двигаясь, - там кто-то есть.

- Я не думаю что…

Меня не слушали. Более того, Равеяр вернулся к нашему ложу, и когда вновь подошел к проходу, в его руке был охотничий нож. Бесшумно двинулся Непобедимый к выходу, вот только я не могла позволить ему этого.

Крик совы, тихий, несмелый, вырвался из моего охрипшего за ночь горла. И он все понял! Медленно, подчеркнуто медленно Равеяр повернулся ко мне. В его глазах промелькнуло так много эмоций, от осознания, до ярости. И молчаливый вопрос, на который у меня был ответ:

- Ты не оставил мне выбора…

- Ошибаешься, Зелея, - он перехватил нож удобнее, - я подарил его тебе, потому что люблю… больше жизни… потому что…

Он не успел договорить, я не успела ответить. Темными тенями метнулись в проход Старшие лорды. Замерли, ожидая моего приказа. И закрыв глаза, зажав ладонями уши, я прошептала:

- Убить…

Есть ли шанс у лигейца, в противостоянии двенадцати Старшим лордам? Я знала ответ. Уверена, что он тоже. Упав на колени, сжимая руки так, что голова начала болеть, я старалась не слышать шум сражения и звон стали. Я ничего не хотела слышать… Я хотела закричать, что он должен жить… Я желала умолять не трогать мужчину, который был словно продолжением меня самой… Я кусала до крови губы, удерживая рвущиеся рыдания… А слезы… они просто струились по щекам, никому не нужные, бессильные слезы…

- Расси.

Крик ворвался в сознание осознанием страшного - Равеяра больше нет!

- Расси, все! Нужно уходить. Рассиашеара! - Арвей подошел, с силой оторвал мои руки, все еще закрывающие уши. - Все, идем!

Его крик оглушил меня. Словно не понимая, я подняла взгляд на Арвея, и слезы затмили его силуэт. Но я заставила себя встать, заставила сделать шаг и взглянуть туда, где в расплывающейся луже крови лежал мужчина, подаривший столько ласки в эту ночь… Разум, мой разум твердил, что я поступила так, как должна была, а сердце разрывалось на части, убивая осознанием потери. Еще всего несколько мгновений назад я лежала на этой груди, а сейчас глубокие кровоточащие раны там, где больше не бьется его сильное сердце. Они убили его… Равеяр был исполосован ранами - грудь, живот, горло - Старшие лорды умели убивать. Старшие лорды не знали что такое жалость. Старшие лорды выполнили мой приказ и теперь с недоумением смотрели, не понимая, что сделали не так и почему Правящая Рысь в ярости сжимает кулаки. И я сдержала проклятия, потому что они не виноваты, это я отдала приказ… Я.

- Нужно уходить, - напомнил Арвей, - его ищут два отряда.

- Да, - я вновь взглянула на бездыханное тело, - идем… Идите… я сейчас.

- Расси! - Старший лорд схватил за плечи, ощутимо встряхнул. - Нужно идти!

Я кивнула, не отрывая взгляда от Равеяра, и тихо попросила:

- Подождите снаружи… пожалуйста. Я… не долго.

Они нехотя подчинились приказу. Арвей вышел последним, а я… Медленно, словно каждый шаг давался с трудом, я подошла к тому, кто был гордым Лордом-карателем, опустилась на колени и заплакала… Тихо, горько, отчаянно… Завыла, целуя бледное лицо, прижимаясь к остывающим губам, и надеясь, на какое-то чудо…

- Прости меня, - взмолилась я, над трупом любящего и к моему искреннему сожалению любимого мужчины, - прости… у меня не было выбора. О духи, прости меня… Равеяр…

Мне было так больно… так горько и чувство дикого сожаления разрывало, опустошая душу. А там, за стеной раздался крик ворона - крик фальшивый и злой - Арвей торопил.

И целуя безжизненные губы в последний раз, я прошептала:

- Если эта ночь зародит во мне жизнь, я оставлю его… в память о тебе…

____________________

Когда я вышла из разрушенной крепости, слез уже не было. Сожалений… я понимала, что гибель Лорда-карателя станет отсрочкой гибели для моей страны, так какие могут быть сожаления? А они были… мне было больно.

- Им некого будет обвинить, - Арвей протянул мне плащ, - тела Ватари, Дастера, Шардана и Арга мы еще ночью заменили телами варатонцев.

Как я уже говорила, Старшие лорды виртуозно заметают следы… всегда. Оглядев присутствующих, поняла, что здесь только Рыси - действительно Гарендарцы сор из клана не выносят.

- Ваша одежда, - лорд Нарае протянул снятое за ненадобностью в том самом месте, откуда я пыталась сбежать накануне.

Поблагодарив, торопливо оделась, прекрасно зная, что Старшие лорды, демонстративно отвернувшиеся, не посмеют нарушить это негласное правило этикета.

- Арвей, - застегивая плащ, я вспомнила о насущном,- мне нужно его кольцо. На левой руке, с темным камнем.

Он выполнил приказ мгновенно и, вернувшись, без слов протянул перстень.

К полудню мы догнали обоз, не двигающийся с места и явно ожидающий Лорда-карателя. Поисковые отряды мы встречали не раз, но благодаря Арвею удачно избегали общения. Для Старших лордов горы это родной дом, а леса лучшее укрытие, и потому не замеченные никем, мы присоединились к отряду.

Дальнейшую часть плана я поручила лорду Алару. Его уверенный тон и продемонстрированное командующему Лареда кольцо Лорда-карателя стали нашим пропуском и все десять телег, груженных золотом сверх меры, достигли двух кланов, празднующих победу.

Но эта победа, уже не имела значения… Для меня не имела значения…

История седьмая: Алетте - танец верности.

Саерей вернулся в конце месяца. Довольный тем, что удалось подписать торговый договор и посеять семена подозрений в отношении Лиги. Его приезд состоялся ночью, и ворвавшийся в собственную спальню мужчина, нарушив очарование моей теплой постели, самым подлым образом разодрал мою ночную рубашку.

- Тигрик, - я не успела возмутиться, как будущий муж приступил к супружеским обязанностям, - я… а… ты настолько изголодался по женской ласке?

- Очень, - выдохнул он, врываясь глубже.

- Неужели в Ситране не нашлось девы, достойной утолить твой голод? - пожалуй, впервые за нашу достаточно долгую и практически совместную жизнь, мне хотелось, чтобы он прекратил это делать и… слез с меня.

- Рыська, - Тигрик остановился, поцеловал нежно, бережно и так жадно, - у меня почти месяц никого не было, Рыська. Мы здорово проводили время все эти годы, но отныне в моей постели будешь только ты, Рысенок.

Кажется, мне предстояло заниматься любовью исключительно из чувства благодарности за его слова, но Саер никогда не был невнимательным мужчиной. Он замер, прислушиваясь к моему дыханию и к моему биению сердца, мгновенно догадался, что в этом дуэте он выступает соло, и, дорвав мою рубашку, приступил к той единственной ласке, что и мертвую женщину разбудит.

Ночь прошла бурно, завершившись под утро.

____________________

Я проснулась от ощущения нарастающей тревоги. Что-то едва слышное вырвало из объятий тумана снов и вернуло к суровой реальности, но что?

Не открывая глаза, прислушалась к окружающей обстановке. Тигрика рядом не было, потому что мы или спим в объятиях друг друга, или кто-то уже встал. Но что-то очень напрягало! Продолжая прислушиваться, я различила барабанную дробь. С очень знакомым темпом. И не осталось сомнений в том, откуда появилось ощущение тревоги - барабанил пальцами Тигрик. Очень-очень злой Тигрик. Глаза пришлось открыть и встретится взглядом с зелеными омутами ярости.

- Ничего не хочешь мне сказать? - он сидел напротив, в одном из двух имеющихся кресел, и нервно постукивал пальцами.

Я невольно улыбнулась.

- Тебя не было почти месяц, за это время дел накопилось много, так что сказать есть что.

Ни на мою улыбку, ни на шутку Саерей не отреагировал. Резко поднялся, отошел к окну, молча смотрел на горы. Напряженный, злой, раздраженный. Я так же молча, ждала продолжения этого неприятного разговора.

- Верни власть в клане Равеиссе, - глухо произнес Саерей.

Сев на постели, я удивленно спросила:

- Что?

- Верни власть Равеиссе! - это был уже крик. Саер резко развернулся и продолжая говорить на грани крика, добавил. - Ты добыла золото для клана, ты защитила его от лигейцев, и хватит!

Значит, знает… так быстро. Кто сообщил? Впрочем, это я узнаю позже, а сейчас мне придется сделать еще одно, страшное признание:

- Я не могу, Тигрик.- он задержал дыхание, хорошо зная, что дальше будет хуже. И я произнесла эти страшные слова. - Я беременна…

Это был рев… Рев раненного зверя, гибнущего в бессильной ярости. От его ударов разлетались гипсовые скульптуры, разбивались хрустальные статуэтки и вазы, изломанной грудой валились шкафы и столики… А разрушив все, до чего он мог дотянуться, Тигрик вдруг опустился на пол, сгорбился и, закрыв лицо руками замер, тяжело дыша и тихо постанывая.

Какая же я тварь! Глупая, эгоистичная стерва! Как я могла так поступить с ним, с нами… Но решение было принято, едва стало ясно - дни кровотечений не придут. Бессонные ночи, метания по опустевшему без Тигрика и Аллоры Шаранару и мысли, мысли, мысли… Как остро я чувствовала свое одиночество. Смешно, но мне впервые не хватало матери, или подруги, или просто женщины, с которой можно было бы поговорить… которой можно было бы рассказать. Придворные дамы, те, что раньше в лицо называли 'гарендарской шлюхой' и 'королевской стервой' теперь восторженно взирали, и за спиной я слышала восторженное 'Правящая Рысь'. Мир может перевернуться, но двойные стандарты в нем будут всегда, и то, за что осуждалась Зелея Аренверас, было допустимо и даже поощряемо для Рассиашеары Даишаре Янтарноглазой. Отныне в глазах окружающих я видела трепет и преклонение, перед правительницей одного из влиятельнейших кланов Гарендара.

А ребенок… Будь я Зелеей, измена Саеру и рождение дитя от иного отца поставило бы под удар Тигрика, и стало бы смертным приговором для меня. Но Правящая Рысь по законам клана обязана была рожать Старших Лордов и потому… моя беременность не была бы оскорблением даже для короля Гарендара. И я оправдывала себя этими законами, я искала оправдания, потому что не могла убить зародившееся под сердцем чудо. И я убедила, себя в том, что поступаю правильно. Что это дитя станет наследником в клане, что я буду ему хорошей матерью…

И соскочив с постели, я, осторожно ступая и старательно избегая осколков фарфора и хрусталя, подошла к Тигрику. Мне нечего было сказать ему, но и безучастно смотреть на его страдания не могла. Мне было так больно за него, за нас, за то, что я совершила ошибку, и прощения мне нет.

- Прости, - я села рядом, обняла его плечи и прижалась к такой родной спине любимого мужчины.

Мы долго сидели вот так, посреди разгромленного пространства нашей с такой заботой обставленной спальни. А потом Тигрик едва слышно спросил:

- Ты хочешь его оставить?

Меньше всего я ожидала этого вопроса. Не было упреков, не было обвинений в невероятной глупости, потащившей меня в этот грабительский поход, не было укоров в том, что нарушила данное ему слово и покинула Шаранар. Саерей не обвинял, понимая, что произошедшего не изменить, он задал вопрос, видимо решая как жить дальше.

- Тигрик, - я прижалась к нему сильнее, - этот ребенок… он будет взрослеть в клане, он станет или Старшим лордом или Правящей Рысью, но если ты… я ведь понимаю, Тигрик, а свадьбы не было, тебя обвинить никто не сможет и…

- Ты хочешь его оставить?!

Он словно не слышал всего сказанного, я попыталась быть убедительной:

- Правящая Рысь может иметь отношения с другими, это не нарушает наших законов, а дитя будет названо сыном одного из Старших лордов и…

- ТЫ ХОЧЕШЬ ЕГО ОСТАВИТЬ?!

Я вздрогнула, убрала руки от напряженного мужчины, которому, наверное, в этот миг была противна, и прошептала:

- Да…

Вздрогнул, тихо рассмеялся… А затем выпрямился, откинул волосы со лба, таким привычным движением, повернувшись ко мне, одним движением пересадил к себе на колени, обнял и спокойно произнес:

- Значит, у нас будет ребенок.

Он всегда умел удивлять, но чтобы настолько.

- Саер, - я попыталась вырваться, не отпустил, - он не твой.

- Рыська…

- Пойми, это дитя от лигейца и…

- Рыся!

- Тигрик, я же все понимаю, Тигрик. Ты хотел наших детей, наших!

- Он наш!

- Саер! Пожалуйста, - вдруг поняла что плачу, - я не могу убить его, не могу… понимаешь… У нас еще будут дети, столько, сколько захочешь. И я буду верна тебе, клянусь! Я не покину Шаранар, даже по делам клана, только не… не надо, не…

Зеленые глаза, потемневшие от гнева, вдруг словно заискрились от радости. На самом любимом лице появилась полная нежности улыбка и Тигрик, ласково прошептал:

- Ты не понимаешь, Рыська. Это твой ребенок, он часть тебя, он твоя кровь и плоть, а ты часть меня самого, и значит это наш ребенок. Наш! Твой и мой! Я буду любить его, потому что люблю тебя.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

6/27/2012

Content

Елена Звездная
Стерва. Подвид: Королевская

История первая: Аверд и авердарцы

1. Саер в курсе нашего триумфа.

История вторая: Горный клан Барсов

История третья: Варатонцы

История четвертая: Измена и последствия

История пятая: Дом, милый дом…

3. Сейф.

История шестая: Не имеет значения…