Мэгги Кокс

Подмоченная репутация

Глава 1

— Очень рад тебя видеть, мой дорогой! Спасибо, что сразу пришел. Я знаю, ты очень занятой человек. — Бородатый гигант медвежьей хваткой сжал руку Нэша.

Нэш Тейлор-Грант коротко и приветливо улыбнулся в ответ:

— Никаких проблем. Лучше скажи, зачем ты меня позвал.

— Сначала попрошу мою секретаршу принести нам кофе.

— Спасибо, но я воздержусь, если не возражаешь. — Нэш нахмурился, снимая с себя дорогое пальто, а затем уселся в мягкое кожаное кресло, стоявшее возле полированного стола. — Ограничиваю потребление кофеина, — лаконично пояснил он.

Нэш познакомился с Оливером Бомарше не так давно, но за сравнительно короткое время понял, что этот богатый и успешный ресторатор может быть и хорошим другом. Нэш не только постоянно обедал в одном из двух лондонских ресторанов Оливера, но и рекомендовал их своим знакомым. И теперь, когда Оливер попросил его помочь ему, Нэш без тени сомнения заверил его в том, что он конечно же поможет, хотя и удивился такой просьбе, — ведь Оливер Бомарше был гораздо опытнее в своей области, чем Нэш.

Бизнес Нэша Тейлор-Гранта не случайно назывался «Минимизация ущерба». Нэш занимался тем, что оберегал репутацию известных клиентов от посягательств прессы, и сделал на этом целое состояние. Оливер Бомарше был уважаемым и известным человеком в сфере высококлассного ресторанного бизнеса и, насколько знал Нэш, не вовлекался ни в один скандал, способный подмочить его репутацию.

— Дело вот в чем. — Оливер водрузил свое большое внушительное тело на стул с гнутой спинкой и тяжело вздохнул. — Некто, о ком я очень забочусь, попал в ужасную ситуацию и нуждается в помощи. К сожалению, я ее оказать не могу и поэтому вынужден обратиться к тебе.

Нахмурив слегка выгоревшие брови и скрестив руки на груди, Нэш нагнулся вперед и внимательно взглянул на своего собеседника:

— Звучит весьма загадочно. Ты знаешь характер моей деятельности… Так чем я могу помочь?

— Девушка, о которой я говорю, — моя племянница… Единственная дочь моей сестры Иветты. Я забочусь о ней с самого детства. Ей было шесть лет, когда умер ее отец, и я в какой-то мере заменил его девочке.

— Но мне по-прежнему ничего не ясно, мой друг. — Теперь настала очередь Нэша тяжело вздохнуть.

При всем уважении к другу и желании помочь ему Нэшу надо было спешить — он обещал вернуться в офис в семь часов, а после этого у него назначен ужин с одним очень важным клиентом. Откинувшись на спинку кресла, он в нетерпении запустил руку в свои непослушные темно-русые волнистые волосы.

— А если я представлю ее тебе? Тогда, без сомнения, все станет ясно. — Тяжело поднявшись со стула, Оливер подошел к двери и рывком открыл ее. — Все в порядке, дорогая… теперь можешь войти, — тепло произнес он.

Брови Нэша еще больше сдвинулись. Он не знал, чего ожидать, пока в комнату не вошла черноглазая стройная брюнетка. И мгновенно кровь его наполнилась адреналином, будто он скатился с «американских горок» на рыночной площади.

Хотя лицо девушки было едва тронуто макияжем и она была одета в простой темно-серый, ничем не примечательный костюм, он мгновенно узнал ее. Фрея Карпентер — актриса, блиставшая на экране два года назад! Именно тогда и стали распространяться слухи о том, что она разводится с мужем и злоупотребляет алкоголем и даже, возможно, наркотиками. Нэш однажды встречался с ней на вечеринке, где собрались известные актеры, и, хотя Фрея выглядела тогда вполне трезвой, он удивился тому, насколько сильно выделялась она среди моря известных лиц, словно это мероприятие было для нее тяжелым испытанием и ей очень хотелось уйти отсюда. Нет, тогда она совсем не пила… Зато пил ее муж — так много, что скоро стал совершенно невыносим. Нэш тогда удивлялся тому, как такая талантливая и красивая девушка могла связаться с полным ничтожеством. Но если слухи о том, что Фрея и сама злоупотребляет спиртным, были верными, чего же требовать от такой женщины при выборе мужа?..

Нэш приподнялся со стула и протянул гостье руку для приветствия. Он сразу же понял, зачем ей нужна его помощь. Два года назад репутация Фреи Карпентер была подорвана обвинением в злоупотреблении наркотиками и алкоголем. Тогда же Фрея прошла через ужасный развод, подробности которого описывались во всех средствах массовой информации. Это стало для нее настоящей пыткой. В результате Фрее отказались дать роль в одном многообещающем фильме: продюсеры решили, что ей нельзя доверять. Бывший муж, оставивший ее ради забеременевшей от него девятнадцатилетней топ-модели, громогласно рассказывал всем о том, что она алкоголичка и наркоманка. Затем, где-то около года назад, поползли слухи о том, что актриса погибла в автокатастрофе.

Вспоминая замкнутое лицо Фреи Карпентер на той вечеринке, когда ее муж шокировал всех своими пьяными выходками, Нэш пришел к заключению, что за этой историей кроется нечто, о чем широкая публика даже не догадывается. Молодая женщина, стоявшая перед ним, возможно, и потерпела крах в личной жизни, но все еще оставалась актрисой, сыгравшей несколько звездных ролей. Она даже пару раз блистала на сцене серьезного лондонского театра, заслужив похвалу критиков, поэтому ее вряд ли можно было назвать безмозглой красоткой. И уж совсем непонятно, зачем она связалась с таким подонком, как Джеймс Фрезер. Неделю назад пополз слух о психическом нездоровье актрисы, и теперь у нее на пороге с утра до ночи толпились журналисты. Люди шептались о том, что Фрея Карпентер окончательно потеряла форму и уже вряд ли появится на сцене или на экране.

Да. Теперь Нэшу стало ясно, почему знаменитой племяннице Оливера Бомарше срочно потребовалась помощь такого, как он.

— Фрея, познакомься, это Нэш Тейлор-Грант, — представил его Оливер.

Молодая женщина устало протянула ему свою прохладную ладонь, и Нэш увидел, что она вздрогнула, когда он пожал ей руку, словно контакт с другим человеческим существом был подобен для нее укусу пираньи. Ощутив смутную тревогу, он все-таки изобразил на лице улыбку.

— Мы встречались прежде, мисс Карпентер… давно, на вечеринке. Не думаю, что вы запомнили меня…

— Ваше лицо показалось мне знакомым… хотя, признаться, я не помню ту вечеринку.

Быстро отдернув руку, она отвела глаза и опустилась на стул рядом со своим дядей. Движения ее были легкими, даже грациозными. Мужчины расселись по своим местам, и Оливер Бомарше серьезно взглянул на Нэша.

— Ты, наверное, уже понял, почему мы нуждаемся в твоей помощи. Я никогда прежде не говорил тебе о своей родственной связи с Фреей, потому что в первую очередь заботился о неприкосновенности ее личной жизни, — сказал он, с улыбкой взглянув на замкнутую, неразговорчивую племянницу. — Но теперь Фрея вновь желает заняться своей карьерой после того тяжелого испытания, через которое она прошла. Вот только она не может продвинуться вперед, ведь ее бывший муж вредит ей на каждом шагу. Посмотри, что происходит сейчас, например! Ей приходится сидеть дома взаперти, как в тюрьме, ведь в прессе появились сообщения о том, что она сошла с ума, и я не сомневаюсь ни минуты — грязные слухи были распущены этим никчемным, презренным…

— Мистер Тейлор-Грант, пожалуйста, не думайте, что я обвиняю своего бывшего мужа во всех своих неудачах, — тихо вмешалась Фрея, и ее завораживающий, слегка глуховатый голос произвел на Нэша такое воздействие, что волосы зашевелились у него на затылке. — Я полностью отвечаю за то, что со мной произошло. Но дядя считает, моя репутация нуждается в поддержке. Если же вы спросите мое мнение, то, думаю, мне лучше скрыться на время где-нибудь, пока все не забудут об этой истории. — Ироническая улыбка тронула печальные губы, которые в то же время выглядели невероятно сексуальными.

С минуту Нэш смотрел на них, словно загипнотизированный, затем прокашлялся.

— Полагаю, люди, которые читают газеты или смотрят новости по телевизору, не будут отрицать, что ваша репутация действительно… несколько подорвана, мисс Карпентер. Тем не менее… я уверен, многие сочувствуют вам.

Тень страдания мелькнула на ее поразительно красивом лице. Хрупкие плечи напряглись под простеньким жакетом, и карие глаза возмущенно взглянули на Нэша.

— Я не нуждаюсь ни в чьем сочувствии, мистер Тейлор-Грант! И с психикой у меня все в порядке! Да, я злюсь, но, согласитесь, у меня есть право злиться! Послушайте… все, что я хочу, — это снова жить своей собственной жизнью, безо всякого вмешательства в нее посторонних. Можете представить себе, каково это — быть преследуемой стаей охочих до сенсаций и жареных фактов журналистов и фоторепортеров? Если у меня и случился срыв, кто может обвинить меня в этом?

— Никто вас в этом не обвиняет! — возразил Нэш.

— С другой стороны, почему люди должны испытывать симпатию к женщине, которая, как они считали, имела все, а затем потеряла, потому что позволила рухнуть своей личной жизни? Может, они считают, что я заслужила это?

— Я не соглашусь с тем, что автомобильная катастрофа и клевета со стороны того, кто когда-то любил вас, — это то, что вы, так сказать, «заслужили»…

Слова его, как сабля, словно разрубили ее пополам, и Фрея долго не могла прийти в себя от боли. Тейлор-Грант ошибался — Джеймс никогда не любил ее! Да, он говорил ей страстные слова, твердил о том, что безумно любит ее, — и она тогда поверила ему! Но вскоре Фрея обнаружила, что ложь и обман очень легко даются Джеймсу, особенно когда служат удовлетворению его грязных амбиций. И все же в глубине души Фрея не могла не признать, что слишком легко поверила ему.

— Фрея? — Добрые глаза дяди с тревогой взглянули на нее.

Он так заботился о ней, и она не хотела, чтобы ее проблемы причиняли ему сердечную боль.

— Со мной все в порядке, правда… Но…

Взглянув на Нэша, она ощутила на себе пристальный взгляд его голубых глаз — и эти глаза, казалось, проникали в глубину ее души.

Может, он хочет извлечь из произошедшего с ней какую-то выгоду? Актерское ремесло научило Фрею осторожности: в одну минуту можно было подняться на небеса, а затем рухнуть на землю, утыканную раскаленными гвоздями. Дядя иногда так доверчив… Давно ли он знает этого гуру по связям с общественностью? — гадала она. Но она точно видела этого Нэша раньше…

И вдруг Фрея вспомнила их встречу. Вспомнила она и то, какое впечатление он произвел на нее. Он был тогда небрежно элегантен, необыкновенно красив и обладал завораживающей сексуальной аурой. Фрея вспомнила и красотку, которая сопровождала его. На ней было такое узкое и обтягивающее платье, что Фрея не понимала, как можно в нем дышать, не то что двигаться. Красотка весь вечер не отходила от своего кавалера, с обожанием глядела на него, словно в зале больше никого не было. Фрее больно было смотреть на столь откровенное проявление чувств, ведь ее собственный супруг, которого ни в коей мере нельзя было назвать «обворожительным», выставлял на посмешище и себя, и ее.

Сейчас, глядя на Нэша, сидевшего напротив нее, она подумала о том, как легко было бы поддаться его обаянию и рассказать ему все… Раскрыть постыдные подробности неудачного брака, признаться в ошибках, которые она совершила.

— Мне кажется, это напрасная трата времени, — продолжила Фрея. — Я не тороплюсь снова становиться центром всеобщего внимания, мистер Тейлор-Грант. Не утверждаю, что больше не хочу работать в кинематографе, но теперь я уж точно не намерена терпеть подобное бесстыдное вторжение в мою жизнь!

— Смею заметить, мисс Карпентер, вы и далее будете вынуждены делать это.

— Не понимаю, о чем вы говорите?

— Ну… — Нэш закинул ногу на ногу. На нем были безупречные темно-синие брюки от Армани. — Пока пресса и публика судачат о вас, пока ваш бывший муж подкармливает их ложными слухами, полагаю, вам не удастся это игнорировать. Вы когда-нибудь делали публичные заявления о том, что сообщения вашего бывшего мужа — ложь? — спросил он. — Насколько мне известно, вы не опровергали слухи о том, будто сошли с ума… и некоторые другие.

Лицо ее вспыхнуло, когда она поймала на себе его взгляд — еще более пристальный, чем прежде.

— Вы имеете в виду недавний оскорбительный намек насчет моей сексуальности? Думаете, кто-нибудь поверил в этот вульгарный бред?

Нэш промолчал. И хотя щеки Фреи слегка порозовели, он решил, что причина тому скорее гнев, чем смущение. «Молодец! — подумал он. — Если эта женщина все еще находит в себе силы бороться после того, что сделал ее муж, значит, она добьется успеха».

Хотя, честно говоря, Нэш все еще не мог понять, почему она позволила такому ничтожеству, как Фрезер, распоряжаться своей жизнью и своей карьерой. Как люди заблуждаются, когда дело касается личных отношений… Они более тщательно выбирают себе машину или дом, чем спутника жизни!

Решив оставить эти мысли при себе, Нэш приступил к делу. Он не сомневался в том, что в его силах восстановить репутацию Фреи. Он уже помог многим людям. Но он возьмется за дело лишь при одном условии: отныне она должна вести себя безупречно.

— Ну, я уверен, вам не надо объяснять: пресса может легко манипулировать людьми, заставляя их поверить во что угодно. — Нэш слегка пожал широкими плечами, обтянутыми прекрасно сшитым пиджаком. — Я считаю, прежде всего вы должны положить конец этому «вульгарному бреду», как вы точно выразились. Для этого вам надо спокойно, но твердо опровергнуть каждое слово, сказанное вашим бывшим супругом.

— Нэш прав, Фрея. — Оливер своей большой ладонью сжал ее хрупкую руку. — Джеймсу сошли с рук грязные делишки, но это не может так продолжаться! Если ты не думаешь о себе, подумай о своей бедной матери, Фрея! Что ей пришлось пережить! — Черные глаза Оливера гневно сверкнули, когда он взглянул на Нэша. — У моей сестры произошел нервный срыв из-за того, что случилось, — пояснил он. — Она невинно пострадала! И где справедливость? У Джеймса Фрезера нет совести, нет никаких моральных принципов! Он нисколько не раскаивается из-за того, что причинил такой вред нашей семье, и продолжает творить все, что хочет! Даже пресса на его стороне! Он очернил репутацию Фреи, опустошил ее счета, постоянно лгал в суде. Один известный журналист с готовностью обеспечил Фрезера безжалостным адвокатом из Америки, желающим сделать себе имя на этом разводе. И даже после этого Фрезер не остановился, а продолжает ей вредить!

Комната, казалось, слегка покачнулась, хотя Фрея чувствовала себя хорошо. Но когда она услышала об этих ужасных, почти невероятных событиях из уст своего дяди, ей захотелось спрятаться где-нибудь на необитаемом острове и оставаться там, пока ее все не забудут, до конца своей жизни… «И почему я была так слепа, почему сразу не разглядела истинную сущность Джеймса? — вновь задала она себе мучительный вопрос. — Почему так легко поверила его лжи?» И снова ей пришлось признаться самой себе, что в ее падении был виноват не только бывший муж. Некоторая часть вины лежит и на ней. Если бы она сама не убедила себя в том, что чувства Джеймса были искренними… Но она так отчаянно хотела любви!..

— Итак… — Откашлявшись, Нэш ослабил узел своего шелкового галстука и быстро взглянул на часы. — Полагаю, мой друг, лишь твоя племянница может решить, что ей следует делать дальше. Если вы хотите, чтобы я помог вам, мисс Карпентер, я вам помогу. Но с одним условием: вы должны согласиться повиноваться мне, и беспрекословно! — Взглянув на Фрею, он увидел тоску в ее темно-карих глазах, и теплая волна сочувствия накрыла его. «У нее нет выбора. Ей придется пройти через ад, — подумал он. — Хотя, судя по ее виду, она и сейчас в аду…» — Мисс Карпентер?..

— Это заявление для прессы, которое вы предлагаете мне сделать… Вы поможете мне написать его?

В ее темных глазах мелькнула нерешительность, и Нэш выпрямился в кресле. Он почувствовал удовлетворение, что эта женщина готова положиться на него.

— Конечно. Если вы решили воспользоваться моими услугами, мисс Карпентер, обещаю вам — я сделаю все, что в моих силах.

— Тогда я согласна. — Подняв руку, она убрала шелковистые локоны, упавшие ей на лоб, и вид у нее был такой же серьезный, как и в тот вечер, когда Нэш впервые увидел ее. Кажется, она собиралась с силами мужественно встретить то, что ожидало ее впереди, и, трепеща, готовилась снова отдать свою жизнь на растерзание журналистам.

Оливер перегнулся через стол и пожал руку Нэшу:

— Спасибо тебе, мой друг. Я знаю тебя не так давно, но верю — ты человек благородный и честный. Фрее необходима поддержка такого человека. Эта ситуация убивает ее.

— Что вы говорите, дядя Оливер! Вы знаете, это не так! — Вскочив, Фрея взглянула сначала на Оливера, затем на Нэша. — Мистер Тейлор-Грант, мне хотелось бы прояснить с самого начала — в моей жизни за последние два года произошло несколько тяжелых событий, одно из них, самое незначительное, — пара сломанных костей в автомобильной аварии, но я не нахожусь в таких обстоятельствах, которые «убивают меня». А если бы и находилась… Я не нуждаюсь в поддержке, как выражается дядя. Я гораздо сильнее, чем выгляжу, и если я смогла выжить, пройдя через все это и не лишившись рассудка, то смогу жить и дальше без всякой посторонней помощи!

— Ну, я, как и ваш дядя, надеюсь, что вам больше не придется пережить нечто подобное, мисс Карпентер. Когда вы сделаете заявление прессе, мы быстро поможем вам восстановить ваше доброе имя и снова заняться карьерой.

Мужчина, сидевший перед ней, так уверенно произнес эти слова, что впервые за много лет что-то дрогнуло внутри нее: сердце стало таять, освобождаясь от корки льда, и в душе вспыхнула искра надежды.

Когда дядя предложил ей встретиться со своим другом, известным специалистом по связям с общественностью, она решила, что это ничему не поможет. Но теперь, лично встретившись с Нэшем Тейлор-Грантом, она почувствовала в нем силу и надежность, в которых так нуждается всякий, кто попал в беду…

Откинувшись на спинку кресла, она разгладила свою юбку. Ей хотелось уцепиться за краешек той надежды, которая уже мелькнула перед ней. Снова взглянув на сильное и красивое лицо Нэша, она встретила взгляд его голубых глаз, в которых сверкнуло такое пламя, что Фрея с изумлением ощутила всплеск желания, подобного которому до сих пор не испытывала.

— Если вы действительно можете все это сделать… — слегка пожав плечами, произнесла Фрея, вдруг испугавшись, что он понял, какое воздействие оказал на нее его пристальный и жгучий взгляд. — То я буду вам очень признательна, мистер Тейлор-Грант.

— Зовите меня просто Нэш. Если мы собираемся вместе работать, условности нам будут просто мешать. Согласны?

Глава 2

Отменив все встречи, запланированные на вечер, Нэш вернулся домой, чтобы сосредоточенно поработать в тишине. Необходимо изменить общественное мнение в пользу Фреи Карпентер, а для этого надо действовать быстро. Откровенно говоря, ее слишком говорливый бывший муж долго имел преимущество. Настала пора восстановить равновесие. Просмотрев несколько фильмов с участием Фреи, Нэш пришел к выводу, что она — блестящая актриса, и было бы несправедливо лишить публику удовольствия видеть ее.

Ее дядя был его другом, и Нэш очень хотел ей помочь. Кстати, узнав о том, что Фрея — племянница Оливера Бомарше, он испытал шок. Оливер за все время их знакомства ни разу не упоминал о том, что у него есть знаменитая племянница.

Прикусив кончик шариковой ручки, Нэш нагнулся вперед, внимательно вглядевшись в цветное фото, лежавшее на его столе. Эти темные с поволокой глаза будто околдовывали его. Любой мужчина мог забыть обо всем, когда заглядывал в них слишком глубоко… Экзотический разрез этих глаз делал их незабываемыми. И когда они появлялись на большом экране, разве кто-то мог устоять против них? На фотографии, лежавшей перед ним, Фрея улыбалась, но во всем ее облике ощущались ранимость и чувствительность, которые мог не заметить только слепой. Есть лица и люди, которые ничем не запоминаются, но Фрея точно к ним не относилась. Женщина, в которой сквозила такая изысканная чувственность, создана, чтобы кружить голову. Надо же было случиться, чтобы ей так не повезло в личной жизни.

С явной неохотой отложив в сторону фотографию, Нэш стал читать об истории ее скандального развода, а также последние статьи в гламурных журналах, в которых обсуждалась ее личная жизнь, и читал их более внимательно, чем ученый, знакомящийся с результатами самого скрупулезного исследования…

В комнате было холодно, на улице шел мелкий дождь, но Фрею не волновало ни то ни другое. И почему это должно ее волновать, когда небо и так уже обрушилось на нее? Наступил вечер, снаружи потемнело, но Фрея, забившись в угол когда-то роскошного дивана, не могла встать, чтобы включить свет. У нее не было сил. Поджав ноги под длинную широкую юбку, которую носила с мешковатым свитером, она обхватила колени холодными руками. Ей бы хотелось сжаться в комок, накрыться одеялом с головой, но Фрея была слишком утомлена даже для этого. В руках у нее был любимый роман — тайное средство, которое она использовала, когда наступали тяжелые времена, — но строчки расплывались перед глазами. Мысли ее были заняты совсем другим.

А что, если она сделала большую ошибку, согласившись сделать заявление для прессы, как предложил ей Нэш? А что, если это привлечет к ней еще больше нежелательного внимания? Даже сейчас вокруг дома рыскали два-три фоторепортера, надеясь увидеть ее.

Вернувшись к мысли о том, что ей необходимо сделать публичное заявление, Фрея громко застонала. А если ее слова неправильно истолкуют? Или она начнет путаться, и тогда все решат, что она действительно не в себе, как и утверждал Джеймс?..

Наверное, она — та яркая звезда, что блеснула, но очень быстро погасла, перейдя в разряд «бывших». Уткнувшись подбородком в колени, Фрея крепко зажмурилась и пожелала, чтобы окружающий мир исчез. Но, как бы она этого ни желала, мир не мог исчезнуть. Он по-прежнему окружал ее, пусть и лишенный красок, когда она снова открыла глаза.

Дядя искренне хотел ей помочь. Она знала это. Он верил в нее даже тогда, когда никто не верил. Он хотел, чтобы она снова снималась и не зарывала в землю талант, которым наградил ее Бог. Но, несмотря на свое вчерашнее смелое заявление о том, что она не сломлена и не нуждается ни в чьей помощи, сегодня Фрея совершенно упала духом. Ее терзал страх и жалость к себе. Она хотела только одного: спрятаться от всех.

Раздался звонок в дверь, эхом разнесшийся по тихому дому, и Фрея, подняв голову, в панике откинула волосы с побледневшего лица. Спустив ноги с дивана, она внезапно пошатнулась. Холод, проникший в комнату, и ужас, сковавший сердце, заставили дрожать все ее тело. В последнее время к ней могли прийти только дядя и мать: у Фреи больше не было ни агента, ни менеджера, а большинство «друзей» куда-то исчезли после того, как бывший муж публично опозорил ее. Но дядя и мать всегда звонили ей, предупреждая о своем приходе. Ужаснувшись при мысли о том, что это может быть очередной продажный репортер, надеющийся застать ее врасплох, — а подобное случалось слишком часто, — Фрея осторожно прошла по покрытому ковровой дорожкой коридору, тихо ступая босыми ногами, и прищурилась, вглядываясь в высокую широкоплечую фигуру, маячившую за темной стеклянной дверью.

На секунду она замерла, охваченная страхом.

Когда, наконец, Фрея смогла пошевелиться, она поспешила обратно в гостиную, осторожно подошла к окну, приподняла жалюзи и взглянула вниз. При виде мужчины, стоящего на широких ступеньках, с мокрыми от дождя волосами, в дорогом черном кашемировом пальто, ее сердце подскочило куда-то к горлу.

«Нэш! Вероятно, дядя достаточно доверял ему, чтобы дать мой адрес, — подумала она, — но почему он предварительно не позвонил мне?» Оттолкнув от себя жалюзи, словно они вдруг превратились во что-то неприятное, Фрея нервно разгладила помятую юбку. Пытаясь справиться с ужасом, охватившим ее при мысли о том, что ей снова придется с кем-то разговаривать, она сделала глубокий вздох. Боже! Неужели ей суждено прятаться от мира в своем доме всю оставшуюся жизнь? Но ведь дом — это убежище, а не тюрьма!

Губы ее пересохли, во рту возникло ощущение, что туда набилась пыль. Запустив пальцы в свои вьющиеся черные волосы, Фрея приняла решение. У нее нет выбора, она должна с ним поговорить. Вчера она согласилась сделать заявление для прессы, поэтому не может сказать ему сейчас, что передумала. Если она попросит его уйти, он подумает, что она — ненадежный человек и ей нельзя доверять.

Неохотно открыв дверь, Фрея поправила мешковатый бежевый свитер, скрывавший ее фигуру, и встретила пристальный взгляд голубых глаз.

— Вы не предупредили меня о вашем приходе, — укоризненно произнесла она. И хотя эти слова формально свидетельствовали о том, что она владеет ситуацией, мужество покинуло ее, когда она взглянула на своего гостя.

— Да… Прошу прощения, — нахмурился Нэш, но без явного раскаяния. — Я был неподалеку и решил зайти. Мне нужно, чтобы вы разъяснили кое-что, и тогда мы вместе сможем составить заявление. Разрешите войти?

Не в силах придумать подходящей причины, чтобы отказать Тейлор-Гранту, Фрея прижалась к стене, пропуская его вперед, затем торопливо закрыла за ним дверь, предварительно быстро окинув взглядом улицу, проверяя, не следит ли кто за ним или за ней.

Но, почувствовав будоражащий запах его одеколона, она моментально забыла обо всех опасностях. Внизу живота сладко заныло, во рту мгновенно пересохло.

Это от нервов, сказала себе Фрея.

— Пройдем в гостиную, — предложила она, стараясь держаться подальше от гостя.

Нэш последовал за ней, гадая, зачем она нацепила такую просторную и бесформенную одежду. Заметив темные круги вокруг ее потрясающе красивых глаз, он почувствовал смутную тревогу.

Оказавшись в гостиной, он встревожился еще больше. Здесь было холодно — почти как на улице. Все светильники были выключены, хотя вечерние тени грозили вот-вот затопить последние остатки дневного света. Мебели, кроме плюшевого желтого дивана, стоящего в центре комнаты, и такого же желтого кресла с высокой спинкой и с красной подушкой, он не увидел; никаких элементов уюта и комфорта в доме не было. Нэш еще больше встревожился.

— Ты не замерзла? — спросил он.

Фрея вздрогнула, словно очнувшись от глубокого сна. Маленькая морщинка появилась у нее между бровей.

— Нет, не замерзла… Но если тебе холодно, я включу обогреватель.

Нэш хотел сказать, что это не имеет значения, но она уже подошла к электрическому камину с искусственными дровами. Через секунду «дрова» ярко вспыхнули, и Фрея обрадовалась тому, что согласилась впустить немного тепла в свое ледяное жилище.

Эта женщина выглядела так, словно отчаянно нуждалась в тепле — во всех смыслах слова. Неужели она проводит так все свои дни? Одна в большом пустом доме, в темноте и в холоде?..

При мысли об этом ему захотелось найти ублюдка, по чьей милости Фрея сейчас так жила, и набить ему морду.

Нэш много читал о Джеймсе Фрезере, и ничто не свидетельствовало в пользу этого человека. Фрезер не только очернял имя Фреи всеми возможными способами — и до, и во время, и после развода, — он обобрал ее до нитки, выиграв бракоразводный процесс. А Фрея не оспорила его результат ни словом, ни делом. Нэш не мог этого понять. Разве у нее не было своих адвокатов? Почему ее защита оказалась такой беспомощной, почему суд вынес решение в пользу Фрезера?

Может, ее бывший муж обладал над ней какой-то властью, поэтому мог манипулировать ею? Нэш также узнал о том, что после развода Фрезер вложил огромную сумму денег в какое-то неизвестное предприятие, которое не оправдало себя, и понес огромные убытки. Что, впрочем, не помешало ему продолжать жить роскошной жизнью.

Раздобыв некоторую информацию вчера вечером и проанализировав ее сегодня утром, Нэш понял — бывший муж Фреи собирается отправиться на Карибские острова со своей молодой подругой-блондинкой и их ребенком. Нэш решил, что именно до его отъезда Фрее надо сделать заявление прессе, чтобы люди увидели всю эту историю глазами другой стороны. После этого она сможет начать восстанавливать по кусочкам свою жизнь и вернуть уважение к себе.

— Может, включить свет? — спросил Нэш, стараясь говорить спокойно и дружелюбно.

Раз Фрея сама не в состоянии что-либо сделать, он возьмет эту задачу на себя.

Он подошел к высокому торшеру с большим абажуром, стоявшему возле окна, а затем — к другому, на противоположном конце комнаты, и включил свет. В гостиной сразу же стало уютно. В камине мерцали дрова, приглушенно светили лампы под желтыми абажурами. Фрея должна немного расслабиться.

Даже не глядя на нее, Нэш прекрасно понимал, в каком состоянии она находится. Это дело станет для нее новым тяжелым испытанием, и он должен приложить все усилия, чтобы избавить ее от боли.

— Я не умею развлекать гостей… Прости. Мне следовало бы предложить тебе что-нибудь выпить. У меня есть сок. Или ты хочешь кофе?

— Может, просто сядем и поговорим? — спросил Нэш.

— Хорошо. — Очень неохотно Фрея опустилась на диван.

Сняв пальто, Нэш сел на другой конец дивана и поставил свой портфель на пол.

— Итак… Чем ты сегодня занималась?

Фрея заморгала, явно растерявшись, будто мозг ее не мог воспринять этот вопрос.

— Интересно, чем я могла заниматься? — рассерженно бросила она. — Я нахожусь здесь в осаде… Вся моя жизнь — в осаде!

— Хочешь сказать, журналисты не оставляют тебя в покое? Ну… завтра у тебя будет шанс восстановить справедливость и рассказать всем правду о том, что произошло.

— И ты можешь поверить хотя бы на одну минуту, что они опубликуют правду? Не думаешь ли ты, что они могут… подправить ее немного, чтобы «правда» соответствовала их интересам?

Легко понять, почему она так разозлилась. Нэш тоже разозлился бы, если бы его жизнью манипулировали чужие люди, продавая о нем информацию в прессу.

— Удивляюсь, что ты решил связаться с этими журналистами… ведь они — стая стервятников! — с возмущением добавила она.

— Разве ты не в курсе, что многие артисты и знаменитости ищут внимания прессы? Иначе как им продвигать свои работы? Думаешь, кинокомпании снимают фильмы для того, чтобы бесплатно показывать их людям? — Покачав головой, Нэш твердо встретил ее взгляд. — Тебе надо научиться играть с журналистами в их же собственные игры. До сих пор ты подвергалась очернительству со стороны бывшего мужа, но настало время это прекратить. Британцы испытывают сочувствие к неудачникам. Прости, Фрея, но тебе именно так и надо на это посмотреть. Завтра ты сделаешь заявление, расскажешь свою версию истории и опровергнешь клеветнические измышления Фрезера. И, поверь, все будут снова на твоей стороне, и это положительное внимание поможет тебе вернуться в кинематограф. Разве ты этого не хочешь?

— Я не знаю… да… наверное, хочу. — Она судорожно сжала пальцы, и они страшно побелели, будто их окунули в белую краску.

Нэш почувствовал неизъяснимое желание прижать ее к себе. Он бы так и сделал, если бы не был уверен, что тогда ему придется исчезнуть из ее жизни навсегда. Он должен помочь Фрее хотя бы ради Оливера и при этом не рисковать.

— Замечательно… Значит, так. Я хочу помочь тебе, но и мне нужна твоя помощь. Ты не должна мне ни в чем препятствовать. Понимаю, почему ты не хочешь снова появляться перед журналистами. Это будет нелегко, и, заметь, я не уверяю тебя в обратном. Но ты не только должна предстать перед журналистами. Тебе надо появляться в людных местах, на мероприятиях… и все для того, чтобы о тебе снова заговорили, но только в положительном ключе. Если ты откажешься делать это, я не смогу выполнить просьбу твоего дяди и помочь тебе. Все ясно?

В голосе Нэша прозвучала металлическая нотка, и Фрея поняла — этот человек требователен не только к себе, но и к другим. И он не допустит, чтобы кто-то встал на его пути — не важно кто.

Ей следовало бы радоваться тому, что Нэш Тейлор-Грант на ее стороне, но сейчас она чувствовала себя так отвратительно, что трудно было радоваться. Она могла думать лишь об одном: завтра ей придется предстать перед беспощадными вспышками фотокамер, и все ее существо противилось этой мысли.

Однако, когда Фрея обратилась к Нэшу, лицо ее было спокойным.

— Ты сказал, что понял мое нежелание вновь появиться на публике, но я сомневаюсь: действительно ли понял? — Вздохнув, она сглотнула комок в горле. — Это нечто вроде морального изнасилования, понимаешь? Они вынимают из тебя душу, а ты не можешь ничего сделать, чтобы защититься! Да, я наслаждалась успехом, когда Джеймс появился в моей жизни, но не понимала, насколько ценна моя личная жизнь, пока не случилось все это. Наверное, я заслужила наказание? — Помолчав, она снова обратилась к Нэшу: — Пройти через развод — это очень тяжело, не говоря уж об остальном. Все любят тебя, когда ты — звезда, но не представляешь себе, какое удовольствие все получают, когда пьедестал под тобой начинает шататься.

— Не следует никому позволять унижать себя. Надо показать им всем, что ты — сильный человек. Борись, Фрея! Не позволяй никому загнать тебя навсегда в этот дом, в эту комнату. Не лишай себя возможности жить полной жизнью, боясь их осуждения. Именно этого они и хотят! Не доставляй им такого удовольствия! И особенно — своему бывшему мужу, который получает огромное удовлетворение оттого, что держит тебя в руках. — Голубые глаза Нэша гневно сверкнули. Он хотел, чтобы Фрея услышала его.

Его слова резанули ее по нервам, и так уже натянутым до предела. Фрея могла бы опровергнуть лживые обвинения Джеймса по каждому пункту, но он довел ее своими оскорблениями до нервного истощения. Его лживые заявления серьезно подорвали ее самооценку и уверенность в себе. Фрея чувствовала, что у нее больше нет сил бороться с ним.

Даже на суде она не выступила в свою защиту. Фрея сказала себе, что заслужила все это. Она восприняла свой успех как должное, а теперь должна расплачиваться. Джеймс Фрезер стал для нее неким демоном Возмездия.

— Позволь спросить — почему ты не подписала брачное соглашение, которое не позволило бы бывшему мужу отнять у тебя все деньги? Почему не наняла лучшего адвоката, который бы смог защитить твои интересы? Ведь твой дядя точно мог позаботиться об этом…

Фрея почувствовала, как холодок пробежал по ее спине. Ее бледная нежная кожа стала почти прозрачной.

— Дядя не обязан решать все за меня! Я взрослый человек и сама принимаю решения, даже если они губительны для меня! А что касается брачного соглашения… — Глаза ее наполнились болью. — Признаюсь, Джеймс убедил меня не составлять его. Я знаю, ты посчитаешь меня самой глупой женщиной на планете, но что сделано, то сделано, и прошлого не вернуть.

— Ты сказала «убедил» тебя? — Нэш бросился на ее слова, словно ястреб на добычу, и Фрея почувствовала, что ее щеки вспыхнули.

Когда она завела с Джеймсом этот разговор, тот страшно разозлился. Ее гостиная наполнилась криками и угрозами покончить с собой, обвинениями в том, что она не любит его и не доверяет ему. Фрея стала успокаивать его, обещая больше никогда не поднимать эту тему. Какой же она была наивной…

— Он причинял тебе боль? — требовательно спросил Нэш.

— Нет, не физическую. Ты удивишься, узнав, какими изобретательными могут быть люди, когда хотят причинить кому-то боль. Но, впрочем, какое значение это имеет сейчас? Мы оба знаем, чем закончился мой брак, и я могу проанализировать, где допустила роковую ошибку, повлекшую за собой непоправимые последствия, но ведь от этого ничего сейчас не изменится! — защищаясь, произнесла Фрея.

Нэш осуждает ее за то, что она вышла замуж за такого мужчину, как Джеймс, и не подписала брачного соглашения? Ее и так уже достаточно много осуждали!

— Такие ситуации случаются достаточно часто, и люди потом жалеют о том, что не подписывали брачного соглашения, — со вздохом произнес Нэш. Нагнувшись вперед, он уперся локтями в свои колени. — Тем не менее, как ты сказала, что сделано, то сделано… Я согласился помочь тебе, но должен быть уверен в том, что ты решительно настроена действовать. Я хочу помочь тебе вернуться к прежней жизни, но ты должна хотеть этого в сто раз сильнее!

— Даю слово, что я буду сотрудничать с тобой, — тихо ответила Фрея, и в ее темных глазах на секунду появилось то же выражение, которое он подметил на фотографии. — Я не лгала тебе вчера, ты знаешь об этом. Я сильнее, чем выгляжу. Просто сейчас такие дни, когда… такие, что я…

— Понимаю. — Нэш знал, о чем она говорит, ведь он сам испытывал подобное. Но это было очень давно, когда он был совсем другим человеком, не похожим на того успешного и уверенного в себе мужчину, каким являлся сегодня. — Но ты победишь свой страх только в том случае, если найдешь в себе силы встретиться с ним лицом к лицу. Поверь, я знаю, о чем говорю.

К великому его облегчению, Фрея поверила ему. Она перестала быть похожей на испуганную лань, готовую в любую минуту обратиться в бегство.

Нэш был рад этому. Ему еще надо было расспросить ее о том, имеют ли под собой хоть какую-то основу слухи о ее алкоголизме и пристрастии к наркотикам, но он решил сделать это позже.

— Может, выпьем кофе? — спросил Нэш. — А затем приступим к составлению заявления.

Глава 3

Тейлор-Грант уже уходил, как вдруг Фрея, к своему изумлению, обнаружила, что хочет, чтобы он остался. Впервые за долгое время ей было комфортно в присутствии другого человека и хотелось как можно дольше продлить это ощущение. Спокойный, почти гипнотический голос Нэша звал ее на свободу из темницы, в которой она скрывалась от мира. И Фрее так хотелось свободы! Она жила в своем мире боли, тревоги и разочарования слишком долго, а Нэш пробудил в ней желание обрести нечто другое, нечто лучшее. Слушая, как он читает составленное ими вместе заявление, которое она должна завтра представить журналистам, Фрея чувствовала, что его уверенный и твердый голос словно вливает в нее новые силы. Теперь она не считала себя жертвой.

Джеймс слишком долго властвовал над ней. Конечно, Фрея совершила большую ошибку, когда вышла за него замуж. Что ж, она уже сотни раз расплатилась за нее — своими слезами, почти всеми деньгами и разрушенной карьерой. Но сейчас в ее окно ворвался ветер перемен. Фрея захотела вернуть себе прежнюю жизнь. Она желала снова открыто смотреть в лицо людям, не боясь, что ее осудят или оскорбят. Она мечтала снова вернуться к своей работе — это доставило бы ей ощущение удовлетворения и помогло бы укрепить веру в себя.

Больше она не будет столь глупо мечтать о безусловной и вечной любви! Вечная любовь… Это так же невозможно, как орхидея в Арктике. Тщетная и болезненная мечта. Фрея никак не могла понять, за что Джеймс так сильно ненавидел ее. Наивная, она верила в то, что, получив огромную сумму в результате бракоразводного дела, он оставит ее в покое. Но нет, намеки на безумие бывшей жены, рассказы об «ужасном и тягостном» браке всякому, кто готов слушать, ложь о ее так называемой «зависимости» становились все более наглыми и изощренными. Складывалось ощущение, что общественное мнение полностью на его стороне. Джеймс описывал ее как ревнивую стерву, эгоистичную, своенравную выскочку, жаждущую всеобщего внимания, в то время как на самом деле она ничего из себя не представляет.

На самом деле Джеймс специально ухаживал за другими женщинами, чтобы помучить ее и вызвать ревность. Он ненавидел жену за то, что люди восхищались ее талантом и поклонялись ей. В конце концов Фрея поняла — он хотел того же для самого себя. Джеймс никогда не любил ее. Она не могла больше обманывать себя. Он просто хотел использовать ее, чтобы возвысить себя.

Когда Фрея познакомилась с Джеймсом, он был помощником кинооператора, и вскоре стало ясно: он вынашивает амбициозные планы оказаться перед камерой, а не за ней. Фрее уже тогда надо было оставить его, а не выходить за него замуж!

Оглядываясь назад, она вспоминала, какой же дурой была, когда связалась с Джеймсом.

Потребность в любви может лишать людей разума.

Взяв с дивана свой пиджак, Нэш с улыбкой повернулся к Фрее. На щеках его появились восхитительные ямочки, и Фрея ощутила необыкновенное тепло, исходившее от его тела. Ее соски под толстым объемным свитером вдруг напряглись, и Фрея в шоке обхватила себя руками, будто Нэш мог заметить эту эротическую реакцию.

— Хочу спросить тебя кое о чем напоследок, — растягивая слова, произнес он.

— Да?

— Что ты собираешься надеть на завтрашнюю пресс-конференцию?

— Что я собираюсь надеть?..

Нэш разговаривал с ней так же терпеливо, как взрослый человек разговаривает с растерянным ребенком.

— Тебе следует подобрать правильную одежду, Фрея, — пояснил он. — Нечто простое, типа серого костюма, который был на тебе вчера, скажет всем: «Я хочу спрятаться». Это не тот имидж, который нам надо создать. Тебе надо показать миру, что ты больше не прячешься, что тебе нечего стыдиться. С другой стороны, нечто слишком яркое и гламурное может быть воспринято как выражение фальшивой уверенности в себе… Ты понимаешь, о чем я говорю?

Фрея поняла.

— Сегодня вечером я подберу себе что-нибудь подходящее, — пообещала она.

Испытал бы Нэш шок, если бы узнал, каким бедным был ее гардероб? У Фреи никогда не было собственного портного, она не гонялась за модой, но амбициозные дизайнеры, жаждущие продвинуть свое имя, часто дарили ей гламурную одежду. Однако все эти роскошные платья и шубы она продала, — вместе с драгоценностями и старинной мебелью, — чтобы покрыть судебные издержки.

— Может, мне помочь тебе? — предложил он.

Почувствовав внезапный стыд оттого, что она находится в таких стесненных обстоятельствах, Фрея вскинула голову:

— Нет, спасибо! Уверяю тебя, я в состоянии выбрать для себя одежду!

Ее горячность заставила Нэша улыбнуться. Такой ответ говорил о том, что она все еще может показывать зубки. Когда сегодня он вошел в ее дом и увидел, в каком состоянии она находится, он подумал, что она пребывает в глубокой депрессии. Теперь он понимал — это лишь дурное настроение, которое можно исправить. И в нем возросла решимость помочь ей вернуться к прежней жизни.

— Я приглашу журналистов на встречу в мой офис, заеду за тобой в девять часов утра, а затем отвезу обратно. Я сделаю все, чтобы ты чувствовала себя комфортно, и прошу тебя — не надо мысленно рисовать себе страшные картины, как это все будет происходить. Я не оставлю тебя, и все пройдет хорошо, не сомневаюсь. После окончания пресс-конференции мы подведем итоги, а затем, полагаю, твой дядя пригласит нас пообедать вместе с ним в его ресторане.

— Он всегда пытается накормить меня, — насмешливо заметила Фрея, и легкая улыбка заиграла на ее побледневших губах. — Он считает, я мало ем.

— Ты действительно мало ешь? — спросил Нэш.

— Неужели похоже, что я голодаю?

Нэш окинул ее взглядом, и его голубые глаза весело блеснули.

— Разве я могу судить об этом, когда ты в такой одежде? Ты всегда так одеваешься? — Откуда-то из глубины памяти всплыл образ Фреи, играющей главную роль в приключенческом фильме, который Нэш смотрел четыре года назад. Фрея играла там роль наложницы-славянки в гареме султана. Он так и не смог забыть ее длинные загорелые ноги и соблазнительные формы.

— Просто сегодня холодно, вот я и надела свитер, — ответила она.

— Лучше включай обогреватель, — посоветовал Нэш, направляясь к двери. Напоследок он еще раз взглянул на нее, лицо его было серьезным, но доброжелательным. — Постарайся хорошо выспаться. Завтра тебе потребуется много сил. Если понадоблюсь — вот мой телефон. — Он протянул ей свою визитку. Спокойной ночи, Фрея. — И с этими словами ушел.

Несколько минут она стояла неподвижно, не в силах пошевелиться, и смотрела на визитную карточку, которую крепко держала в руке, словно спасительную соломинку. Возможно, Нэш помогает ей только потому, что он друг ее дяди, но Фрея не могла отрицать — она рада тому, что хоть кто-то оказался на ее стороне. Этот мужчина, казалось, в состоянии справиться с чем угодно.

Поежившись, Фрея решительно направилась в спальню. Ей надо осмотреть свой скудный гардероб, оставшийся после развода, и решить, что завтра надеть. Ее ожидало суровое испытание — пресс-конференция с журналистами, от которых она так долго скрывалась.

Нэш заехал в свой офис, чтобы проверить, все ли готово к завтрашней пресс-конференции. Завтра утром он должен заехать за Фреей. Он плохо спал этой ночью после встречи с ней, вспоминая каждый ее взгляд, каждое слово. Она мало говорила о себе, но мысль о том, что она жила как отшельница, видясь лишь с дядей и матерью, вызывала в Нэше яростный, почти физический внутренний протест. Несправедливость любого рода всегда возмущала его, и он не переставал поражаться тому, насколько низко может опуститься человек, чтобы поработить другого…

Она должна избавиться от власти своего деспотичного и скандального мужа! Нэш ни секунды не сомневался — звезда Фреи снова взойдет, когда к ней вернется уверенность в себе. А она обязательно вернется! Он был уверен. Приподняв краешек жалюзи, Нэш взглянул вниз на улицу, где возле тротуара стоял блестящий черный «мерседес». Затем, чуть повернув голову, заметил толпу фоторепортеров, окруживших вход в офис.

Нэш чувствовал себя совершенно уверенно. Удача сопутствовала ему во всем. В те тяжелые времена, когда он только начинал свой бизнес, никто не мог поверить, что он достигнет такого успеха. Верил в это только сам Нэш, а люди называли его мечтателем и фантазером. А он по-прежнему мечтал — и претворял свои мечты в жизнь. Его светлые брови нахмурились, когда он вспомнил о своем тяжелом прошлом. Он находился на вершине карьеры вот уже шесть лет, но это не мешало ему время от времени спускаться на землю и вспоминать о том тяжелом пути, который ему пришлось пройти. И все-таки Нэш смог преодолеть, казалось бы, непреодолимые препятствия и добиться успеха. Сейчас он хотел показать Фрее, что она сможет сделать то же самое.

В привилегированных кругах, в которых теперь вращался Нэш, он пользовался огромным уважением своих коллег, а также и клиентов. Его биография, несомненно, еще больше укрепляла его репутацию… даже несмотря на то, что в ней были допущены некоторые вольные интерпретации фактов. Большинство людей полагало, что Нэш Тейлор-Грант родился в хорошей семье и получил блестящее образование в английской привилегированной частной школе. Да, на английском он говорил прекрасно, без намека на шведский акцент. Но Нэш не зря стал лучшим специалистом в стране по публичному праву. Он никогда не прибегал к откровенной лжи, но, интуитивно подметив стремление людей умножить два на два и получить пять, догадался о том, как использовать это стремление в свою пользу.

С самого начала своей карьеры он весьма туманно распространялся о своем происхождении. Уклончиво отвечал на прямые вопросы, излагая некоторую полуправду, а всяческие домыслы и предположения не опровергал, что шло ему на пользу. Это была некая игра, и в конце концов история, придуманная о нем, стала приниматься всеми за правду. Он стал Нэшем Тейлор-Грантом, родившимся в Англии, в графстве Суффолк. Мать его была шведкой, а отец — известным британским ученым, который внезапно скончался от сердечного приступа во время одной из деловых поездок. Затем следовали короткие сведения о том, что после окончания средней школы Нэш, естественно, отправился учиться то ли в Оксфорд, то ли в Кембридж или, по крайней мере, в какой-то престижный университет.

Но реальность настолько отличалась от вымысла, что в это с трудом верилось. Нэш был не из Англии. Он родился в бедном пригороде Стокгольма и был единственным сыном Инги Йогансон — молодой лаборантки, которая, забеременев, была вынуждена оставить свою работу. Ей пришлось устроиться уборщицей в офис, чтобы прокормить себя и ребенка. Отец Нэша действительно был англичанином. По образованию биолог, он работал научным сотрудником в лаборатории, где трудилась тогда Инга. Так они и познакомились. К несчастью, когда Нэшу было всего три года, его отец погиб в автомобильной катастрофе. Инге пришлось одной бороться за выживание. Она не имела социальной поддержки, потому что брак их был не зарегистрирован. Не было у нее и родственников, к которым она могла бы обратиться за помощью. Одинокая мать, пытаясь найти опору в жизни, вступала в отношения с такими мужчинами, которые легко могли бы сыграть главные роли в фильмах ужасов. Вспоминая об этом времени — когда любовники его матери всячески издевались над ней, — Нэш не мог сдержать дрожь.

Он помнил, как однажды набросился на очередного приятеля матери с кулаками, — за то, что тот оскорбил ее, — и стал так сильно колотить его, что разбил себе костяшки пальцев. Мужчина, придя в себя от неожиданного напора, повернулся к Нэшу — он был гораздо сильнее и крупнее его — и одним ударом сбил паренька с ног. Но на этом он не остановился. Ни Нэш, ни мать не могли представить себе, что будет дальше. Одним молниеносным движением мужчина выхватил что-то блестящее из кармана джинсов — и вонзил нож в тело мальчика.

Нэш чуть не расстался с жизнью в ту ночь. Он потерял много крови. Его бедная мать рыдала в карете скорой помощи, мчавшейся с включенной сиреной к больнице…

Стыд, боль и ярость охватили Нэша, превратившись в безжалостный, раскаленный поток эмоций, когда он вновь вспомнил об этом.

Где-то под ребрами заныла старая рана, и Нэшу потребовалось несколько секунд, чтобы вновь овладеть собой. Отойдя от окна, он поднял папку с бумагами, которую еще вчера подготовил для Фреи Карпентер. Может, так удастся отогнать от себя тяжелые воспоминания, внезапно атаковавшие его? Да, он знал не понаслышке, какую боль могут причинить друг другу люди, и хорошо понимал, какие муки пришлось пережить этой женщине. Он понимал также, что не должен стыдиться своего прошлого, однако не мог никому рассказать правду о своей жизни. Ему хотелось бы преодолеть неуверенность, но это нелегко. Только время покажет, придет ли он когда-нибудь к согласию с самим собой…

Журналисты и фотографы толпились в небольшом дворе красивого офисного здания, расположенного в фешенебельном районе Лондона, недалеко от площади Белгрейв. Они собрались здесь для того, чтобы выслушать заявление Фреи. Нэш перевел взгляд с толпы, мельтешащей перед его глазами, на женщину, стоящую возле него. Она была потрясающе красива — и едва ли нуждалась в красивой одежде и дорогой косметике, чтобы подчеркнуть свою красоту. Но Нэш солгал бы себе, если бы сказал, что элегантный розовый костюм от Шанель, который был сегодня на ней, в сочетании с безупречно нанесенной косметикой не делал Фрею еще более привлекательной.

Эту актрису очень любили снимать, — Нэш знал об этом, — но только теперь понял почему. Но разве кто-нибудь, кроме него, догадывался о том, что под этим безукоризненным макияжем скрывается белая как мел кожа? Почувствовав, как Фрея дрожит, Нэш бережно обхватил ее за талию и ободряюще прижал к себе. В этот момент он нисколько не заботился о том, как журналисты расценят его жест. Нэш испытывал лишь искреннее желание дать ей понять, что она не одна, что он на ее стороне и не собирается ее покидать. Она быстро обернулась, с благодарностью взглянув на него, и ее темные глаза блеснули, на секунду лишив его самообладания.

Прочистив горло, Нэш обратился к небольшой толпе, собравшейся перед зданием:

— Мисс Карпентер прочтет свое заявление, после этого у вас есть пять минут, чтобы задать вопросы. Прошу вас отдать мисс Карпентер дань уважения за то, что она нашла в себе мужество выступить на пресс-конференции после двух лет молчания. Будьте вежливы с ней. Спасибо.

Пресс-конференция закончилась. Фрея не могла понять, на каком свете находится. Наверное, она еще жива, ведь сердце бешено колотилось в ее груди, а язык ощущал вкус крепкого итальянского кофе, который она пила маленькими глотками.

Они с Нэшем были одни. Она сидела на роскошном диване в его кабинете, разглядывала развешанные по стенам фотографии знаменитостей, многих из которых она знала, и дыхание ее постепенно выравнивалось.

— Первый барьер преодолен. — Нэш, взяв свою чашку кофе, уселся в кресло напротив Фреи. — Как ты себя чувствуешь? Каковы твои впечатления?

Поморщившись, Фрея перекинула ногу на ногу и увидела, что взгляд его потрясающих голубых глаз задержался на ее стройных ногах. Секунду она не могла пошевелиться, и слова, которые она собралась произнести, застряли у нее в горле. Ей пришлось откашляться, чтобы скрыть свое смятение.

— Я чувствую себя так, словно прошлась по горячим камням… но только не испытываю никакого облегчения, которое обычно наступает после такой терапии. Меня мучают сомнения, не напрасно ли я это затеяла и будет ли какой-нибудь результат?.. Говоря откровенно, меня очень волнует, как отреагирует на это Джеймс. Ведь я выставила его в самом невыгодном свете.

Услышав эти слова, Нэш выпрямился в своем кресле и поставил чашку с кофе на кофейный столик.

— Он угрожал тебе? — требовательно спросил он.

— Ты имеешь в виду — физической расправой? — тихо спросила Фрея. — Нет. Джеймс достаточно хорошо владеет английским, чтобы причинить мне вред одними словами. Если ты читал статьи обо мне за последние два года, ты, возможно, заметил это.

— Ты пролила из-за него так много слез, Фрея, и теперь должна ответить ему. Думаю, люди уже сделали собственные выводы насчет твоего мстительного бывшего мужа.

— Слова могут очень больно ранить. Полагаю, даже больнее, чем физическое насилие. Джеймс прекрасно это понимал, когда обливал меня потоками грязи и клеветы.

— А теперь ты должна дать ему сдачи.

— Ты предлагаешь огонь тушить огнем? Я так не могу.

— Я предлагаю тебе начать жизнь сначала. И для этого ты должна обрести успех! Если откажешься от карьеры актрисы, потому что бывший муж лишил тебя уверенности в себе, значит, он победил, Фрея! Сегодня ты сделала заявление для прессы и рассказала о том, как все было на самом деле. Уверен, в ответ на твою откровенность люди проникнутся к тебе симпатией. Теперь, полагаю, тебя будут просить дать интервью — и газеты, и журналы, и телеканалы. Я советую тебе соглашаться. И не волнуйся — я все время буду рядом. Если в результате твое имя снова станет появляться в прессе, но уже в положительном ключе, это именно то, что нам нужно. Ты снова предстанешь перед публикой и вновь обретешь веру в себя.

— Мне надо подумать. — Откинувшись на спинку кресла, Фрея погрузилась в молчание.

Нэш не был слепым. Он видел — эта женщина страдает, и страдает глубоко. За последние два года она испытала слишком много боли, и сейчас, наверное, ей трудно поверить в то, что в ее жизни может произойти нечто хорошее.

Нэш не брался за безнадежные случаи. Он занимался восстановлением поруганных репутаций. А это значит…

— Ты помнишь, о чем мы с тобой вчера договорились? — спросил он, нагнувшись вперед. — Ты обещала делать все, что я тебе скажу! Но это не значит, что ты будешь действовать в одиночку. Я поддержу тебя на этом пути. Обещаю.

— А если общественное мнение снова окажется не на моей стороне? А если люди все еще верят россказням Джеймса?

— Нет. Симпатии публики будут полностью на твоей стороне, Фрея! Я знаю свое дело. Завтра все наконец-то узнают правду о Фрезере, и интерес публики к тебе вспыхнет с новой силой. Сегодня люди воочию убедились: ты совсем не такая, какой описывает тебя Джеймс. О тебе невозможно сказать, что ты находишься на грани сумасшествия. Ты сегодня выглядела… потрясающе!

Фрея понимала — это просто слова, но не могла на них не отреагировать. Они вселили в нее надежду. Она всего лишь женщина, а разве женщина может не растаять от таких слов?

— Спасибо. Этот костюм действительно помог. Дядя Оливер купил мне его, когда я впервые была приглашена на церемонию вручения кинопремии.

Поджав под себя ноги, Фрея нагнулась вперед, чтобы поставить чашку на полированный кофейный столик, стоявший между ней и Нэшем. Ее губы едва заметно дрогнули, когда она попыталась улыбнуться.

— Прекрасный костюм, — согласился Нэш, и загадочная улыбка заиграла на его чувственных губах.

Глава 4

— Фрея, ты совсем ничего не ешь сегодня, дорогая!

— Пожалуйста, не беспокойся, дядя Оливер… Еда прекрасная, как всегда. Я просто не очень голодна. Не возражаешь? — Встретив встревоженный взгляд пожилого человека, Фрея прикоснулась к губам белой полотняной салфеткой и положила ее на стол рядом со своей тарелкой.

Они сидели в отдельном кабинете прекрасного французского ресторана, которым владел Оливер Бомарше. Это была роскошная комната с красными бархатными занавесками, предназначенная для особых гостей, предпочитавших обедать не на глазах остальной публики. Но Фрее все равно кусок не лез в горло. Ее не оставляло ощущение, что она находится под микроскопом.

Выступать на сцене или сниматься в кино — одно, но признаться в личной роковой ошибке — совсем другое. Она верила Джеймсу, но он предал ее, обчистил до нитки и затем публично оклеветал, чтобы выгородить себя. Она чувствовала себя муравьем, раздавленным тяжелой подошвой.

Фрея подняла глаза, чтобы взглянуть на человека, сидящего напротив. Нэш, казалось, тоже не очень интересовался изысканными блюдами. Брови его были сосредоточенно сдвинуты, он о чем-то усиленно размышлял.

Поведение и внешность Нэша наглядно свидетельствовали о том, что он может справиться с любой катастрофой, личной или общественной. Ему, вероятно, трудно понять, как один человек может парализовать волю другого, разрушить его достоинство, уважение к себе и лишить способности к действию благодаря отсутствию совести и способности манипулировать.

«Но если Нэш думает, что мое сердце не противится этому, он глубоко ошибается!» — гневно подумала Фрея. Настало время ответить на грязную клевету и наладить свою жизнь. Ей просто надо свыкнуться с мыслью о том, что она снова добровольно предстанет перед публикой. И это было самое трудное — за последние два года Фрея с трудом могла даже выйти на улицу, где ее караулили папарацци.

— Мне пришла в голову интересная мысль, — сказал Нэш, взглянув на Фрею потрясающими темно-голубыми глазами. — Может, нам уехать куда-нибудь на пару деньков? После сегодняшнего заявления интерес к тебе возрос, а если мы исчезнем, он вспыхнет с еще большей силой. Я уже получил пару сообщений от своей секретарши о том, что после окончания пресс-конференции телефон в моем офисе не умолкает. Возможно, тебе не помешает понежиться на солнышке, прежде чем мы перейдем ко второй части нашей программы. Как насчет Южной Франции?

— Я два года твержу Фрее о том, что ей надо отдохнуть! — воскликнул Оливер, и его глаза, такие же бархатисто-карие, как и у его прекрасной племянницы, оживленно блеснули. — Но разве она меня послушает? Считаю, что это замечательная мысль, Нэш! Ты знаешь какое-нибудь укромное и тихое местечко, где ее никто бы не побеспокоил?

— У меня есть свое такое местечко в Дордони, — ответил Нэш, украдкой бросая взгляд на женщину, сидящую рядом с Оливером. — Мой дом находится в самой глубинке, в двадцати милях от ближайшего города. Мы можем отправиться туда.

— Мы?! — Фрея с изумлением уставилась на Нэша.

Неужели он действительно хочет поехать на юг Франции вместе с ней и остановиться в уединенном местечке, вдали от людей? Они едва знакомы! Неужели он действительно думает, что она сломя голову бросится вместе с ним в неизвестность?

Заправив за ухо прядь волос, Фрея твердо взглянула в небесно-голубые глаза, в которых призывно сейчас играли задорные огоньки. Кажется, он насмехается над ней? Думает, она испугается и откажется ехать?

— Это прекрасная возможность для меня познакомиться с тобой получше, Фрея. Мне очень важно узнать как можно больше о тебе, ведь мы собираемся работать вместе. И кроме того, ты на некоторое время сможешь скрыться от чужих глаз и расслабиться. Отдохнуть без постоянного вторжения прессы. Там ты сможешь прогуляться по окрестностям.

Юг Франции — звучит очень заманчиво, вынуждена была признать Фрея.

Ленивые, наполненные солнцем дни, дразнящие запахи французской кухни…

И отдых, который так необходим ее измученным душе и телу.

Ее дядя прав — ей действительно нужен отдых!

Но ехать вместе с Нэшем?.. Может ли она положиться на него — несмотря на то, что он кажется надежным как скала? Это очень нелегко после того, что она вынесла от бывшего мужа и от кровожадной, падкой на сенсации прессы. Внезапно Фрея приняла решение. Она поедет! В конце концов, Нэш — друг ее дяди, а Оливер Бомарше хорошо разбирается в людях. Тот, кто становился его другом, оставался им на всю жизнь. Оливер не стал бы обращаться к Нэшу за помощью, если бы считал, что тот ненадежен.

Фрея взяла стакан с минеральной водой, отпила глоток, затем сказала:

— Мысль удалиться на время из этого цирка звучит очень привлекательно. Когда мы выезжаем? Тебе надо уладить какие-то дела? Может, дома?..

— Дома мне не надо улаживать никаких дел, потому что я живу один, а на работе… Если мне нужно несколько свободных дней, я их беру. Кстати, ведь ты и есть моя работа, не забыла? — Он улыбнулся, и на щеках его опять возникли обворожительные ямочки.

Да, Нэш — очень привлекательный мужчина, но что с того? Вокруг Фреи в свое время крутилось множество прекрасных мужчин, и она прекрасно понимала — внешность может быть очень обманчивой. Она не собиралась поддаваться его обаянию. Не собиралась снова подвергать себя боли и страданиям, не хотела всю оставшуюся жизнь быть похожей на свой автомобиль, год назад попавший в аварию.

Теперь она будет тщательно выбирать себе мужчину. Сделает мудрый выбор, который пойдет ей на пользу и не позволит никому помешать наладить свою жизнь. Нэш нанят ее дядей для того, чтобы помочь ей переломить общественное мнение в ее пользу и восстановить разрушенную репутацию. Никаких других отношений, кроме деловых и платонических, у них быть не может, и точка.

— Поедем послезавтра, не возражаешь? — спросил Нэш.

— Хорошо, — ответила Фрея с беспечной откровенностью. — Послезавтра — это замечательно!

Оливер просиял, взглянув на них обоих.

— Алло? — Фрея, взяв трубку, решила, что это звонит ее мать. Они уже разговаривали сегодня, когда Фрея вернулась с обеда, но мать обычно звонила несколько раз в день, беспокоясь о дочери.

— Ты тупая маленькая шлюха! — послышался резкий мужской голос, и холодный пот выступил на лбу Фреи.

Джеймс!

Фрея опустилась на кровать, тщательно заправленную льняным покрывалом, сердце ее бешено колотилось.

— Я изменила номер телефона. Откуда ты узнал?..

— У меня есть свои каналы, как тебе известно. Но речь не об этом… Как ты посмела публично обливать меня грязью, черт возьми?

Сердце Фреи стучало так сильно, что биение его отдавалось у нее в ушах. Она дрожала, словно ее бросили в прорубь. И все же, вспомнив о своем намерении начать жизнь сначала, Фрея решила больше не позволять этому жестокому и коварному человеку унижать и запугивать себя.

— Оставь меня в покое, Джеймс! Мы расстались, все кончено. Помнишь? Ты сам сказал, что больше не собираешься иметь со мной никакого дела! И я не обливала тебя грязью, а просто рассказала правду — и это я должна была сделать уже давно. А если ты снова станешь доставать меня или угрожать, я позвоню в полицию!

— Думаешь, они поверят тебе? Все знают, что ты сумасшедшая, развратная маленькая сучка!

— Это не я сумасшедшая, Джеймс. — Говорить спокойно было трудно, но, призвав на помощь свое актерское мастерство, Фрея справилась с этим. — И если ты продолжишь оскорблять меня, с тобой свяжутся мои адвокаты.

— Кто тебе помогает? Твой богатый дядя, любитель лезть не в свои дела? Передай ему, чтобы он занимался своим чертовым бизнесом и не совал свой нос куда не надо!

— Почему бы тебе самому не сказать ему это? Или ты боишься разговора с ним, сомневаясь, что победишь в этой схватке? Ты способен сражаться лишь с женщинами! Оставь меня в покое! Живи своей жизнью, а я буду жить своей. У тебя есть подруга, ребенок и деньги, которые ты отнял у меня. Неужели тебе мало? Когда ты, наконец, насытишься?

— Никогда. Я не остановлюсь до тех пор, пока твое имя окончательно не будет втоптано в грязь, пока люди не будут говорить: «Фрея Карпентер? Вы имеете в виду эту сумасшедшую бездарную актрису?» — Он бросил трубку.

Фрея, дрожа, закрыла лицо руками:

— О боже, нет…

Через минуту телефон зазвонил снова, сердце ее вновь бешено забилось. Она схватила трубку и громко крикнула:

— Я звоню в полицию!

— Фрея? Что происходит? Это я, Нэш.

— Нэш? — Фрея испытала огромное облегчение. — Прости. Я думала, это Джеймс.

— Ты разговаривала с ним?! Он приходил к тебе?

— Нет, он не приходил, слава богу! Просто позвонил. Я так и знала — сегодня он непременно даст о себе знать. Он страшно разозлился на меня за то, что я рассказала о нем прессе.

— С тобой все в порядке?

— Сейчас да.

— Согласно полученной мною информации, он должен сегодня лететь в Антигуа. Его хорошо было слышно? Не возникло ли у тебя впечатления, что он звонит откуда-то издалека?

— Возможно. Не знаю… Не могу точно сказать.

— Он угрожал тебе? Что он сказал?

Голос Нэша был таким властным, что Фрея не посмела скрыть правду. Кроме того, ей было гораздо легче рассказать кому-то о случившемся, а не притворяться, что все нормально, и остаться один на один со своей бедой.

— Он сказал, что не успокоится, пока не втопчет мое имя в грязь, а если я продолжу с ним бороться, мне будет еще хуже… Может, нам надо все прекратить? — спросила она. Ее бил озноб.

Уловив усталость и напряжение в ее голосе, Нэш стиснул зубы, и на его скулах заиграли желваки. Этой женщине было очень нелегко сегодня утром, когда она отважилась выступить перед журналистами, а теперь ей стало еще хуже оттого, что ей позвонил и стал угрожать этот подонок Фрезер. Взяв со столика хрустальный бокал с бренди, Нэш покачал темно-золотистую жидкость, а затем поставил бокал на подоконник, не сделав ни глотка.

— Нет, дорогая, — сказал он слегка охрипшим голосом. — Ты не должна сдаваться. Тебе надо позвонить в полицию, и прямо сейчас.

— Нет. Я много раз это делала, но мне не помогли. Каждый раз, когда я обращалась в полицию с просьбой урезонить его, Джеймс приезжал в отделение и говорил там, что я лгу, потому что очень одинока, или очень пьяна, или просто хочу обратить на себя внимание.

— Но как он узнал твой телефон? Разве ты не поменяла номер?

— Конечно, поменяла, и не раз! Но он сказал, у него есть свои каналы — не знаю конкретно, что он имел в виду.

— Ну, у меня есть свои каналы в Скотленд-Ярде, и я позвоню им, как только поговорю с тобой. Как ты себя чувствуешь? Может, мне приехать к тебе?

— Не думаю, что он будет снова мне звонить… В любом случае я не собираюсь сегодня больше отвечать на телефонные звонки. Я справлюсь с этим, со мной все будет хорошо. С подобными вещами я давно имею дело и… должна уже привыкнуть к ним. Тебе не надо приезжать, но спасибо за предложение.

Нэш с тревогой выслушал ее заверения. Он по опыту знал о том, что это такое — когда мужчина запугивает женщину. В груди поднималась волна гнева. Фрея наверняка не заснет сегодня ночью, подумал он, представив, как она бродит по пустому холодному дому. А после бессонной ночи ей придется иметь дело с алчной толпой репортеров и фотографов, ожидающих ее на ступеньках крыльца. Ведь он сказал ей сегодня за обедом — после пресс-конференции интерес к ней вспыхнет с новой силой.

Нэш взглянул в окно — его квартира находилась на шестом этаже, в престижном Вестминстере, — и увидел лондонское небо, во всей его мерцающей вечерней красоте. Это была привилегия, которой он часто наслаждался по ночам, и он никогда не считал это чем-то само собой разумеющимся. Мальчик, который вырос в бедном пригороде Стокгольма, прекрасно понимал разницу между хижиной и дворцом. Почесав затылок, Нэш подумал о том, что ему надо приехать к Фрее завтра утром, чтобы помочь ей справиться с прессой, но вдруг ему в голову пришла более интересная мысль.

— Собирай дорожную сумку, — повинуясь внезапному порыву, произнес он.

— Что?..

— Не забудь паспорт, возьми самые необходимые вещи. Я сейчас приеду за тобой. И ты останешься у меня до пятницы, пока мы не отправимся во Францию.

— Это несколько слишком, не так ли?

— Слишком? После всего, что ты перенесла? Послушай меня, Фрея… Я не хочу, чтобы Фрезер снова беспокоил тебя ночью, поэтому я привезу тебя к себе: это лучший способ избавиться от его домогательств. Ты уже знаешь, завтра утром публичный интерес к тебе вспыхнет с новой силой и, возможно, толпа репортеров уже будет караулить тебя на пороге с утра… Может, они уже собрались возле твоего дома.

— Я заметила несколько человек с кинокамерами.

— Тогда решено. Я должен был подумать об этом раньше! Тебе будет лучше у меня.

На другом конце трубки повисло напряженное молчание. Нэш почувствовал, что по спине его пробежал холодок. Он знал, какие сомнения сейчас терзают Фрею, но он не мог допустить, чтобы она, погрузившись в бездну отчаяния, что-нибудь с собой сделала. «Если у нее зависимость от наркотиков, — вдруг подумал он, — то это должны быть выписанные врачом лекарства. А что, если ящик ее стола завален снотворными таблетками, например?» Возможно, она даже и мысли не допускает о самоубийстве, но Нэш почти не знал ее, поэтому не исключал и такую возможность.

— Фрея? Ты слышишь, о чем я говорю?

— Слышу, — ответила она, и ее завораживающий бархатистый голос проник в самые глубины его души. — Это не нормально — так жить… Когда же я снова буду жить как все? Смогу ли когда-нибудь обрести покой?

Нэш много раз задавал себе такой же вопрос. Ему пришлось пройти через ад в те далекие суровые годы, когда он жил в своем родном городке. Но ему удалось переломить ситуацию, сделав настоящее благополучным, а будущее — многообещающим, и Фрея тоже сможет! Нэш поможет ей. Он верил в то, что эта женщина снова будет блистать, наслаждаясь заслуженной славой.

Оливер говорил, что его племянница почти два с половиной года не покидала Англию, хотя он неоднократно пытался уговорить ее выехать за границу. У богатого ресторатора были свои дома в Испании и Нью-Йорке, в которых Фрея могла бы остановиться, но Фрезер запугал и подавил ее так, что в ней поселилась фобия — страх открытого пространства.

— Дорогая, тебе надо сменить обстановку. Поездка во Францию пойдет тебе на пользу. Оставаясь дома, ты будешь иметь дело с теми же вещами, с которыми тебе приходится сталкиваться каждый день, они будут вызывать у тебя определенные ассоциации и постоянно напоминать о неприятностях в твоей жизни. Если ты расстанешься ненадолго с привычной обстановкой, то это поможет тебе по-новому взглянуть на вещи.

— Думаешь, я совершенно потерянная и беспомощная? Но я не всегда нахожусь в таком состоянии.

— Знаю, Фрея. Я видел тебя на экране, ты играла потрясающе, разве не помнишь?

— Это было давно, я тогда была совсем другой…

— Нет, не совсем. Просто жизнь была к тебе несправедлива. Но все будет хорошо, я обещаю.

— Почему ты так уверен?

— У меня прекрасная интуиция. — Нэш улыбнулся. Он был уверен в результате. Если бы он только мог передать хоть частицу этой уверенности женщине, находившейся сейчас на другом конце провода!

— Ну, если ты уверен, что ночевка в твоем доме и поездка во Францию помогут, я пойду укладывать вещи.

Нэш слышал, как она вздохнула, но в этот раз в ее голосе прозвучало больше решимости, и он почувствовал облегчение.

— Я буду у тебя через полчаса, — пообещал он, а затем, закончив разговор, стал набирать номер Скотленд-Ярда.

Тусклый свет проник сквозь шелковые занавески, усыпав светлыми пятнами сине-красное покрывало на кровати, и Фрея, часто заморгав, удивленно открыла глаза, не вполне понимая, где она находится. Уставившись на циферблат будильника, стоящего на прикроватном столике, она не поверила своим глазам. Пять минут восьмого!

— Не может быть, — пробормотала она, снова взглянув на стрелки часов.

Она спала всю ночь не просыпаясь… И даже ничего не слышала. Фрея была потрясена до глубины души — ведь она, ко всему прочему, ночевала в чужом доме!

Оглядев просторную, аккуратно прибранную комнату с дорогой современной мебелью, Фрея села с ногами на кровати и уткнула подбородок в колени, обдумывая сложившуюся ситуацию. Вчера вечером она находилась в слишком подавленном состоянии, чтобы что-то обсуждать с Нэшем. Кроме того, на пороге дома Фрею караулили фоторепортеры, но Нэш спас ее от них, быстро затащив в свой ожидавший неподалеку автомобиль.

У себя дома Нэш предложил ей выпить чего-нибудь крепкого или хотя бы чашку чаю. Фрея отказалась, объяснив, что хочет поскорее лечь спать. Тогда Нэш проводил ее в спальню, похожую на номер первоклассного отеля, и пожелал ей спокойной ночи. Фрея очень сомневалась в том, что эта ночь может стать «спокойной», но теперь, после семи часов беспробудного сна, она чувствовала себя отдохнувшей и посвежевшей.

А главное, она чувствовала себя в безопасности! Может, оттого, что находилась в доме Нэша, под его защитой? Может, именно поэтому она спала так Спокойно? Поздний звонок от Джеймса произвел на нее такое тягостное впечатление, что, откровенно говоря, когда Нэш предложил ей переночевать у него, в глубине души Фрея несказанно обрадовалась. И разве сейчас должна она укорять себя за то, что перестала соблюдать осторожность и приняла его предложение о помощи?

Внезапно почувствовав вину перед Нэшем — возможно, он уже встал, готов начать свой день, а она еще лежит в кровати! — Фрея откинула одеяло и спустила ноги на пол. Не успела она сделать это, как раздался тихий стук в дверь.

— Фрея? Ты проснулась?

— Да… Я уже встаю. Входи, — сказала она машинально, не подумав.

Широко открыв дверь, Нэш остановился как вкопанный при виде полуобнаженной роскошной брюнетки, чьи прелести едва прикрывал тонкий шелковый пеньюар. Фрея сидела на кровати, сонно моргая прекрасными заспанными глазами, и роскошные черные волосы волнами рассыпались по ее обнаженным плечам.

Его голубые глаза, встретившись с ее изумленным взглядом, вспыхнули откровенным чувственным огнем. Должно быть осознав, как она выглядит, Фрея испуганно натянула на себя одеяло.

— Прости! Мне следовало надеть халат, — пробормотала она, явно смутившись.

— Это я должен извиниться перед тобой, — медленно проговорил Нэш, не в силах оторвать от нее восхищенный взгляд, и приложил руку к груди, пытаясь сдержать биение взволнованного сердца. Уголки его губ приподнялись в игривой улыбке. — И еще поблагодарить.

— Поблагодарить меня? За что?

— Как за что? — Голубые глаза снова сверкнули, Нэш удивленно пожал плечами. — Милая моя, если ты спрашиваешь меня об этом, значит, ты действительно слишком долго жила как отшельница! — шутливо произнес он.

Глава 5

Фрея так давно не была во Франции! Последний раз она приезжала на Каннский фестиваль — и не только для продвижения фильма, в котором сыграла главную роль, но и чтобы морально поддержать своего друга, который создал потрясающую киноленту. Это было прекрасное время, вспоминала Фрея.

Когда они прилетели во Францию, Нэш арендовал автомобиль, и сейчас они ехали по пустынной дороге пригорода Перигё. Фрея сидела рядом с ним, в больших черных очках, чтобы скрыться от яркого полуденного солнца и назойливых папарацци, которые могли бы заприметить ее.

Она всегда мечтала о том, чтобы когда-нибудь оказаться в сельской местности Франции, полюбоваться видами, ощутить течение неспешной жизни, которой наслаждаются многие знаменитости, удалившиеся на покой. Если бы ее попросили описать увиденное, она сказала бы, что сельская Франция — это изысканный яблочный пирог, а английская глубинка — сытный пудинг. Каждый по-своему хорош, но у всех разные вкусы…

Улыбнувшись тому, какие нелепые метафоры приходят ей на ум, Фрея тут же виновато прикусила губу. Сейчас не время фантазировать. За последние два года с ней произошли ужасные события, и положение ее по-прежнему очень серьезно… Но Фрея ничего не могла с собой поделать — она ощущала странную легкость, словно пора невзгоды прошла и с ее сердца упал камень, так долго не дававший ей свободно дышать.

Украдкой взглянув на своего серьезного спутника, на его квадратный твердый подбородок и невероятно длинные ресницы, способные вызвать зависть любой женщины, Фрея невольно замечталась.

«Мы — обычная молодая пара, — думала она. — Муж и жена, совершающие романтическое путешествие. Оторвавшись от дел и покинув шумный Лондон, мы отправились в Дордонь, где когда-то дешево купили дом, а потом год за годом приводили его в порядок, отделывали по своему вкусу. Мы собираемся лазить по горам, купаться, читать романы… Вместе готовить разные вкусные блюда, а затем лакомиться ими вдвоем, запивая превосходным вином. А иногда неплохо бы пообедать в кафе или бистро — очаровательных семейных заведениях, где нас встретят с распростертыми объятиями, а затем оставят одних, чтобы мы насладились божественной едой, а главное — обществом друг друга…»

Фрея настолько погрузилась в свою фантазию, что не заметила, как глубоко и с чувством вздохнула.

— Скоро приедем, — сказал Нэш, поворачиваясь к ней. — О чем задумалась?

— С чего ты решил, что я задумалась?

— Я услышал твой вздох. — Улыбнувшись, Нэш снова перевел взгляд на дорогу.

— Как замечательно, что мы сбежали! — Фрея взглянула в окно. — Я нахожусь неизвестно где, никто не знает, что я здесь… кроме тебя, моего дяди и моей мамы.

— Никаких обязательств, — согласился Нэш.

— Да, такое бывает не часто.

Миновав перекресток, они поехали дальше и вскоре увидели старинный особняк. Это было самое любимое место Нэша, его тайное прибежище. С толстыми каменными стенами и с мощным фундаментом, дом выглядел так, словно стоял здесь со дня сотворения мира.

В ту секунду, когда почти новенький арендованный «рено» въехал на широкую, покрытую гравием подъездную аллею, когда в открытое окно автомобиля хлынул запах листвы и свежескошенной травы, Нэш ощутил, что наконец свободен — и телом и душой. Он, без сомнения, любил свою работу и брался за самые трудные дела, но солгал бы, если бы сказал, что никогда не мечтал об отдыхе от стрессов городской жизни.

Вскоре Нэш уже стоял вместе с Фреей возле входа в свой особняк, и его переполняло ощущение радости и удовлетворения при мысли о том, что они проведут здесь несколько дней. Живописная долина реки Дордонь и это старинное величественное здание всегда оказывали на него магическое воздействие.

Интересно, что думает обо всем этом Фрея?

Между прочим, она была первой женщиной, которую он привез сюда. Своим прежним подругам он никогда не говорил о том, что у него есть этот дом. Нэш окрестил его «спасительным убежищем». Это была его уединенная тайная обитель, удаленная от шумной и суетливой городской жизни. Здесь он мог наслаждаться тишиной и покоем наедине с самим собой. И куда еще он мог привезти знаменитую кинозвезду, чтобы дать ей возможность скрыться от людских глаз? Это было идеальное место.

— Ты счастливый человек.

Нэш повернулся и увидел ее сияющую улыбку. Хотя глаза Фреи все еще скрывали стильные темные очки, Нэш почувствовал огонь, пылающий в ее взгляде, и огонь этот чуть не спалил его самого.

— Не буду с тобой спорить, — лениво протянул он, окинув восхищенным оценивающим взглядом ее фигуру.

Хотя тело ее почти полностью скрывала одежда — обнаженными оставались лишь руки от локтя и лодыжки — и хотя одежда эта была очень простой и совсем не соблазнительной, спрятать восхитительные формы Фрее все же не удалось.

Нэш почувствовал мощный прилив желания при одном лишь воспоминании о том, как соблазнительно она выглядела вчера утром — почти обнаженная, в одном шелковом красном неглиже…

— Давно ты купил этот дом? — спросила Фрея.

— Почти пять лет назад. Здесь неподалеку живет семейная пара, которая присматривает за ним, Виктор и Диди. Они наполнили для нас холодильник, подготовили комнаты. Давай зайдем посмотрим? Я внесу наш багаж.

— Хорошо.

Нэш отнес их сумки по спальням и, предложив Фрее самостоятельно прогуляться по дому, уселся в плетеное кресло возле бассейна с изумрудной водой, ярко поблескивавшей на солнце. Ему надо было сделать пару звонков со своего мобильного, но он не спешил. Сначала внимательно оглядел густые зеленые заросли справа от бассейна, затем — свежевспаханные поля, раскинувшиеся слева.

Несмотря на то что они спокойно доехали от аэропорта до дома, Нэш понимал — ему рано почивать на лаврах и терять бдительность. Хотя его дом и находился в отдаленном уголке сельской местности — они добирались сюда по малоизвестным второстепенным дорогам, — ему по-прежнему следовало соблюдать осторожность, остерегаясь возможного вторжения. Если бы хоть один человек узнал Фрею в аэропорту и сообщил о ней местным газетам, к ним моментально нахлынули бы жаждущие сенсаций папарацци.

«Было бы чертовски обидно, если бы это случилось после того, как мы добрались сюда без всяких препятствий», — подумал Нэш, запуская пятерню в свои светлые волосы. Он хотел, чтобы Фрея снова обрела известность, но известность эта не должна быть скандальной. А для этого Фрее сначала надо восстановить душевное равновесие вдалеке от кинокамер и толп людей. И конечно, ей следует избавиться от груза морального насилия, которому подвергал ее столь долгое время ее бывший муж.

Вчера Нэш с удовлетворением узнал о том, что Фрезер задержан и допрошен полицией Антигуа. Они сообщили ему о строгом предупреждении со стороны Скотленд-Ярда. А Нэш всего лишь позвонил туда и просто изложил все факты. Он хотел дать понять Джеймсу Фрезеру, что, если тот продолжит преследовать Фрею, его ожидают серьезные последствия.

Когда Нэш рассказал все это Фрее, то с радостью увидел, что затравленное выражение исчезло из ее глаз. Теперь ему оставалось надеяться, что она расслабится и увидит тысячи возможностей для того, чтобы зажить счастливо.

Распаковывая свои вещи, Фрея выглянула в высокое окно с крепкими ставнями, — она распахнула его настежь, как только вошла в спальню, — и увидела Нэша, сидящего в плетеном кресле возле бассейна.

Его спутанные светлые волосы были похожи на золотистое пламя, крепкое загорелое тело облегали серые шорты и белая футболка. Он сидел, прижимая к уху телефонную трубку, и Фрея — увидев, как заиграли его мускулы, когда он слегка пошевелился, — почувствовала, как во рту у нее пересохло.

Раздосадованная, она нахмурилась и резко отвернулась, чтобы не видеть этой соблазнительной картины «Я не должна так смотреть на него!» — укорила она себя.

Они приехали в этот сельский дом для того, чтобы работать над ее делом. Нэш хотел узнать ее поближе, чтобы оказать ей профессиональную помощь, а она собиралась серьезно подумать над тем, как вернуться в профессию.

Ее мимолетная фантазия в машине о том, что они муж и жена, была совершенно смешной и нелепой. Фрее не нужны никакие отношения, более того, одна мысль о том, чтобы снова выйти замуж, вызывала у нее нервную дрожь. «Нет! Я буду избегать двусмысленных ситуаций любой ценой, — твердо решила она, — и стану думать лишь о том, как исправить мою жизнь, как научиться с надеждой смотреть в будущее… В котором я, возможно, останусь одинокой».

Но, раскладывая свои футболки, кофточки и нижнее белье на полки в платяном шкафу, источающем запах сандала, Фрея не могла не думать о том, почему такой энергичный и привлекательный мужчина, как Нэш, до сих пор живет один.

Есть ли у него женщина?

Руки ее неподвижно застыли в воздухе. То, что он живет один, совсем не означает, что он ни с кем не встречается. Может, он был женат и развелся, а возможно, он вдовец.

И что случилось с той красоткой в неимоверно обтягивающем платье, которая была с ним на той вечеринке?

И прежде чем Фрея поняла, что она делает, она снова подошла к окну и уставилась на мужчину, чья харизматическая внешность не давала ей покоя, всецело овладев ее мыслями. Он оставил свое кресло и теперь стоял на краю бассейна, глядя куда-то вдаль. Фрея как завороженная смотрела на него — и все внутри у нее сжалось при виде его сильного тела.

Нэш слегка повернул голову — и в следующую секунду он уже смотрел на нее. Его чувственные губы не дрогнули в улыбке, а бездонные голубые глаза казались безучастно-спокойными.

Фрея торопливо отскочила от окна.

— Что это? Какая огромная птица! Похожа на какого-то хищника.

— Это цапля. Здесь их много.

Взяв свой бокал, Нэш отпил сухого красного вина, изготовленного местными виноделами. Погреб его дома был заполнен этим вином.

Они сидели на веранде перед домом, за большим деревянным столом, на таких же деревянных стульях.

Жаркий день, пронизанный горячим средиземноморским солнцем, отступал, стало холодать. Подул легкий ветерок, но Нэш не хотел уходить в дом. Ему нравилось сидеть на веранде и любоваться открывающимся оттуда видом. Он пригласил Фрею присоединиться к нему, сказав себе, что делает это просто из вежливости. На ней был розовый сарафан, полностью обнажавший хрупкие руки и идеально красивые плечи.

Он даже представить себе не мог, что женские плечи могут быть такими сексуальными. Нэш с откровенным восхищением взглянул на Фрею. Подняв свои темные очки на лоб, она смотрела на небо, пытаясь разглядеть цаплю, изящно и плавно скользившую над землей в потоках воздуха. В этот момент Фрея была похожа на ребенка, с восторгом познающего мир, обнаружившего что-то новое и завораживающее. Нэш почувствовал, что улыбается, глядя на нее.

— Наверное, это дуб? — Оторвав взгляд от неба, она указала на огромное дерево, возвышавшееся за бассейном.

— Да, дуб.

— Я должна была догадаться. Деревья здесь не совсем такие, как у нас дома. Глупый вопрос, понимаю.

Покраснев, Фрея взяла кусок хлеба, оставшегося после их ужина под открытым небом. Вина она почти не пила, лишь сделала несколько глотков.

— Ты любишь деревья? — спросил он.

— Я люблю бывать на природе. — Пожав плечами, Фрея раскрошила тонкими пальцами хлеб, будто пытаясь справиться с чем-то, что мешало ей радоваться жизни. — К сожалению, моя загруженность часто мешала мне делать это.

— Ну а сейчас природа ждет тебя прямо у порога. Чем ты хочешь заняться завтра? Погулять? Здесь неподалеку находится маленькая церковь, на которую, возможно, ты захочешь взглянуть.

— С удовольствием!

На лице Фреи снова отразилась эта детская радость, словно она на мгновение превратилась в маленькую девочку, и Нэш понял, что не только вино горячит его кровь.

Выпрямившись, он пристально вгляделся в ее лицо — словно художник, собирающийся писать портрет.

— Почему ты так на меня смотришь?

— Неужели тебе не понятно? — с вызовом спросил он.

— Нет, не понятно.

— Я смотрю на тебя так потому, что твоя красота притягивает меня.

В явном смущении Фрея мгновенно опустила голову. Нэш подумал, что это странно. В своей жизни эта женщина получала столько комплиментов, что очередной, казалось, не должен был волновать ее.

— Внешность, в конечном счете, не имеет большого значения… Хотя, конечно, в актерской профессии важна красота, особенно для женщины, но главное не то, что снаружи, а то, что внутри… Ты так не думаешь?

Фрея задала этот вопрос дрогнувшим голосом, и Нэш понял — ей нужно его одобрение. Она не хотела, чтобы ею восхищались только потому, что она красива. Ей нужно было знать: ею восхищаются потому, что она — такая, какая есть. Да, после мучительных отношений с Джеймсом Фрезером это стало для Фреи главным.

— Конечно. Но я не могу согласиться с тем, что «внешность не имеет значения». Все люди, будь то мужчины, женщины или дети, наделены особой красотой. И никто не должен отказываться от подарка, которым его наградил Господь. Это дар, посланный свыше.

— Истинная красота — в уверенности, с которой эта птица покоряет небо.

— Ты никогда не думала, что мужчина, который смотрит на тебя, может думать о том же?

Фрея почувствовала, как мурашки пробежали по ее коже. Она вздрогнула. Этот мужчина не только лишал ее способности трезво мыслить. Его низкий, сексуальный голос, вызывающий ассоциации с наполненным табачным дымом баром и горячим, безудержным сексом в самых немыслимых и неподходящих для этого местах, просто сводил ее с ума.

Может, ей не следовало так легко соглашаться ехать с ним во Францию?

Это потрясающее место, в котором Нэш нашел для себя убежище от мирской суеты, было слишком соблазнительным для ее восхищенных чувств… точно так же, как и сам хозяин дома. Возможно, виной тому то, что они оказались вдвоем в уединенном сельском поместье, на неопределенный срок?

— Почему ты не пьешь вино? — спросил Нэш, нарушая молчание.

Взглянув на свой почти нетронутый бокал, Фрея покачала головой:

— Вообще-то я не очень люблю вино.

— Не любишь?

— Ты мне не веришь? — Фрея поразилась тому, какое негодование охватило ее при мысли о том, что даже Нэш не верит ей. Если это так, зачем он согласился помогать ей? Неужели только из-за уважения к ее дяде? Если он думает, что у нее проблемы с алкоголем, о чем неоднократно заявлял прессе Джеймс, может, он верит и в то, что она употребляет наркотики?

— Верю. — Голос Нэша был спокойным. — Но раз мы затронули эту тему, давай обсудим то, что писали о тебе в прессе. Я собираюсь помочь тебе, значит, мне надо знать все.

— Ты действительно думаешь, что я — алкоголичка и наркоманка? Именно это ты хочешь сказать? Может, ты также считаешь меня невротичной, стервозной и выжившей из ума женщиной, находящейся на грани нервного срыва?

Фрея вышла из-за стола и направилась к дому, но ей не удалось до него дойти. Большая сильная рука остановила ее, и, повернувшись, Фрея увидела перед собой совсем другого Нэша. Он больше не был доброжелательным и учтивым. И даже когда он отпустил руку, она не смогла сдвинуться с места.

— Мы с тобой ничего не добьемся, если ты не поговоришь со мной на эту тему! Я тебя ни в чем не обвиняю. Я просто хочу знать правду, чтобы помочь тебе!

— Ты уверен, что не будешь осуждать меня, как другие?! — горячо воскликнула Фрея, и в карих глазах ее мелькнула боль. — Неужели в твоей собственной жизни не было никаких ошибок и скандальных историй? Почему ты решил, что имеешь моральное право судить меня?

— Я не собираюсь тебя судить! Если ты перестанешь нападать на меня, черт возьми, хотя бы на минуту, мы можем с тобой чего-то достичь и продвинуться дальше!

Они оба тяжело дышали. В конце концов Нэш вздохнул и, с жалостью взглянув в несчастное лицо Фреи, задал прямой вопрос:

— Есть ли у тебя проблемы с алкоголем и наркотиками? Если есть, я помогу тебе справиться с этим.

— Имеешь в виду реабилитацию?

Увидев ее потухший взгляд, Нэш почувствовал тревогу. И тотчас же его охватило ощущение жуткого разочарования. Он так надеялся, что слухи о ее злоупотреблениях были ложью! Конечно, его прошлое тоже не было безупречным и Нэш не имел права судить ее, но он не мог допустить, чтобы Фрея зарыла в землю свой актерский талант из-за зависимости любого рода. Сам Нэш, как бы ему ни приходилось тяжело в прошлой жизни, никогда не прибегал к помощи наркотиков, чтобы облегчить боль.

— Ну, так у тебя есть проблемы? — Покачав головой, Нэш отступил от нее на шаг. На его лицо легла тень.

— Я никогда не принимала ничего серьезнее обычного парацетамола.

Повернувшись, Нэш взглянул на нее и увидел, что ее прекрасные глаза наполнены слезами. Во рту у него пересохло.

— Я очень редко употребляла алкоголь и никогда не пробовала наркотиков. Мой бывший муж тратил огромное количество денег на все эти вещи. То, что я говорю тебе, — чистая правда. Если хочешь, иди и проверь мою комнату! Может, я тайно пронесла туда наркотики! Может, у меня там их целый склад! — Фрея подошла к нему и с силой ткнула пальцем в грудь. — Мне невыносимо думать о том, что такая неудачница, как я, может испортить твою незапятнанную репутацию!

— Эй! — Нэш задержал ее руку.

Фрея почувствовала, как крепко сжались его пальцы. Он кипел от злости. Ей показалось, что он сейчас накричит на нее или даже ударит, но вместо этого Нэш поцеловал ее в губы.

Ослабев, Фрея прильнула к нему всем телом, изнемогая от вспыхнувшего в ней желания. Страстный тихий стон сорвался с ее губ, и от этого звука дрожь прошла по его телу, а затем, как только он ощутил ее соблазнительные упругие губы и почувствовал вкус ее языка, она вдруг отпрянула, толкнув его в грудь двумя руками.

Фрея прерывисто дышала, и с каждым вздохом грудь ее вздымалась и опускалась под тонкой тканью сарафана, темные глаза сверкали гневом и возмущением.

— Что ты делаешь? Как ты посмел?!

— Я считаю, мы лучше поймем друг друга, если я поцелую тебя. — Голос его был тихий и сдавленный.

— Почему? Почему?

Искоса взглянув на нее своими небесно-голубыми глазами, Нэш скрестил руки на груди:

— Считай это сиюминутным порывом.

Фрея смотрела на него не отводя глаз, и дыхание ее постепенно успокаивалось. Она хотела что-то сказать, но сжала губы и взглянула на него, словно обиженная маленькая девочка.

— Я не собирался обыскивать твою комнату. — Он вздохнул. — Ты сказала, что не употребляешь наркотики, и я тебе верю. Надеюсь, ты и сама понимаешь — чтобы вернуть себе славу, ты должна находиться в прекрасной форме.

— Ты должен понять, почему я так болезненно реагирую на эту тему. Ужасно, когда люди распространяют о тебе ложь. А что касается славы… У меня нет даже агента, не говоря уже о том, что мне сто лет никто не присылал сценариев.

— Это легко исправить, Фрея. Я знаю множество агентов в этой сфере бизнеса. Любому из них я могу позвонить хоть завтра и договориться о вашей встрече. Но сначала тебе надо расслабиться и отдохнуть.

— Хорошо.

Фрея выглядела растерянной. Казалось, она не знает, что ей делать дальше.

Но даже несмотря на ее растерянный вид, Нэш нисколько не жалел о том пламенном поцелуе, в котором они слились несколько минут назад. И как он мог жалеть о нем, если все его тело жаждало близости Фреи! Словно она сама была неким наркотиком, который он только что попробовал, а теперь его неудержимо влекло к нему.

— Сегодня мне надо лечь спать пораньше, если не возражаешь… Я очень устала после долгой дороги.

Не дождавшись ответа, Фрея повернулась и ушла в дом, оставив Нэша одного в темноте, в окружении звуков ночи.

Глава 6

Фрея так и не смогла уснуть. Когда начало рассветать, она встала, приняла душ и оделась, а затем тихо села на кровать и нерешительно взялась за книгу, которую привезла с собой. Когда строчки в который уже раз снова расплылись перед ее глазами, Фрея в отчаянии отложила книгу в сторону и подошла к окну.

Как можно тише открыв его, она вдохнула полной грудью свежий утренний воздух и невольно залюбовалась удивительным пейзажем. Но, по правде говоря, не пейзаж ее сейчас интересовал. После того как Нэш поцеловал ее вчера вечером, ей было трудно думать о чем-либо другом.

Она так разозлилась на него… Но не из-за поцелуя, а из-за того, что он мог поверить слухам. И как только она подумала, что он такой же, как все, — осудил ее, указав на грехи, — он полностью обезоружил ее своим поцелуем, заставив растаять в одну секунду. Она вся дрожала, когда поднималась по ступенькам в свою комнату, все еще под впечатлением от поцелуя. Фрея не могла притворяться и лгать себе, что подобное действие оскорбило ее, несмотря на то что она выразила ему свое возмущение. Разве мог ей не понравиться поцелуй, который заставил ее почувствовать себя привлекательной и желанной? Тем более, когда она уже стала сомневаться в том, что какой-нибудь мужчина захочет ее…

Почти моментально в ней вспыхнуло ответное желание, и этот чувственный всплеск, жаждущий вырваться наружу, несказанно испугал Фрею. Если бы она не справилась с ним, наверняка оказалась бы в кровати Нэша…

Тихий стон, сорвавшийся с ее губ, растворился в прохладном воздухе. Неужели она потеряла разум?

Охваченная смятением, Фрея отвернулась от окна и, накинув на плечи свитер поверх голубой блузки, которую она надела с белыми джинсами, торопливо покинула комнату.

Фрея делала вид, что никакого поцелуя не было, и, поняв намек, Нэш решил больше не поднимать эту тему. Однако, как только он увидел ее утром — сидящую за столом в первых лучах утреннего солнца с чашечкой кофе, — он мгновенно почувствовал напряжение. В его мозгу словно зажглась табличка «Держись подальше!». Вчера Нэш переступил запретную черту. А теперь ругал себя за потерю самообладания.

Нэш не имел привычки приударять за своими привлекательными клиентками, раз и навсегда установив для себя строгое правило не делать этого.

В случае с Фреей он поступил крайне непрофессионально. Мало того что заподозрил ее в пристрастии к наркотикам и прямо высказал это в первый же вечер, он еще и приставал к ней. Вряд ли это поможет им установить те доверительные отношения, которые так нужны им для совместной работы.

«С сегодняшнего утра, — решил Нэш, — я должен вести себя безупречно».

А если Фрея покажется ему еще более привлекательной, он постарается предоставить ей как можно больше свободы, чтобы она не слишком часто попадалась ему на глаза. Однако, если учесть, что он должен оберегать ее от папарацци, это очень нелегкая задача…

Чтобы проветриться и обо всем подумать, Нэш решил прогуляться к маленькой церкви. Он размашисто шагал по дороге, лежащей через поля, и через некоторое время увидел впереди хрупкую фигурку. Соломенная шляпка прятала от нескромных взглядов гриву пышных волос Фреи, а ее бедра покачивались при ходьбе так соблазнительно, что невыносимо было смотреть.

У Нэша взмокла спина.

— Эй, как дела? — окликнул он ее, догоняя.

— Все в порядке. Как здесь красиво!

— Церковь — там, впереди. Скоро мы увидим шпиль.

Когда они достигли цели своего путешествия, Фрея очень расстроилась, обнаружив, что массивная дубовая дверь заперта на ключ. Несколько больших проржавевших от времени железных засовов свидетельствовали о том, что церковь давно не отпирали. И само здание, и прилегающая территория казались совершенно заброшенными.

— О, какая досада! Я хотела заглянуть внутрь.

— Может, хочешь осмотреть кладбище? Это интересно. — Нэш улыбнулся.

Взглянув на открытые кованые ворота и увидев за ними старинные надгробия, возвышавшиеся среди травы и кустов, Фрея кивнула. Сняв на секунду очки, она вытерла пот тыльной стороной ладони. День обещал быть жарким, с каждой минутой солнце припекало все сильнее. Ясное, чистое небо так мало походило на затянутое облаками небо туманного Лондона, который остался далеко позади…

— Может, пойдешь вперед? — непринужденно предложила она — лишь для того, чтобы иметь возможность незаметно смотреть на него.

Все утро она находилась в напряжении — с тех самых пор, как Нэш присоединился к ней за завтраком. Они пили ароматный кофе, ели французский хлеб, фрукты и сыр, и Фрея украдкой посматривала на Нэша. Взгляд ее часто задерживался на его чувственных губах, подаривших ей накануне волшебный поцелуй, и тогда внутри нее вспыхивало страстное желание…

Что удивительно — она не вспоминала больше о своих прошлых мучениях, о том, что о ней снова будут писать и говорить. Она даже перестала оглядываться по сторонам, опасаясь папарацци, жаждущих наброситься на нее откуда-нибудь из засады. Это было удивительно и непривычно.

Следуя за Нэшем, Фрея почувствовала, что здесь, в окружении памятников и склепов, мысли ее приняли совсем другое направление. Надгробия были старинные, с печатью времени, поросшие лишайником и мхом, на некоторых еще сохранились изображения — иногда целых семей, навсегда исчезнувших с лица земли. Кое-где на могилах лежали венки и искусственные цветы из пластика.

Рассматривая эти надгробия, Фрея вдруг почувствовала, что теряет силы. Ее охватило ощущение тоски. Особенно грустно было смотреть на могилы детей.

— Как печально… Пойдем отсюда? — спросила она с предательской дрожью в голосе.

— Конечно. — Пропустив Фрею вперед, Нэш нахмурился. — Прости, если я расстроил тебя, — сказал он, и на скулах его заиграли желваки, когда он встревоженно взглянул на нее. — Я думал, тебе будет интересно осмотреть старинные надгробия. Многие представляют художественную ценность.

— На некоторых из них — фотографии детей, — сказала Фрея.

— Да, понимаю. Ты любишь детей?

— Очень. Мне всегда хотелось иметь трех или четырех. Я была единственным ребенком в семье, и мне всегда хотелось иметь брата или сестру. А ты? Ты хочешь иметь семью? Или, может, у тебя уже есть дети?

Нэш не видел ее глаз, скрытых за темными стеклами, но уловил в ее голосе напряженное ожидание.

Каждый раз, когда он думал о возможных собственных детях, в душе его поднимался молчаливый протест. Ему было тридцать шесть, время шло, но Нэш не знал, готов ли он стать отцом. Его собственное тяжелое детство, а также череда меняющихся отчимов не вдохновляли его на создание собственной семьи. Нэш любил женщин, и у него было несколько романов — прямо сказать, не долгих, — но о женитьбе он никогда не помышлял.

Может, потому, что одинокая жизнь холостяка его вполне устраивала? Так или иначе, он еще не встретил женщину, с которой захотел бы разделить всю оставшуюся жизнь.

— У меня нет детей, и я даже не думаю о них, — бросил Нэш. — В ближайшем будущем не собираюсь менять свой статус холостяка.

— Ты не… у тебя сейчас никого нет?

— Нет. Полгода назад я расстался со своей последней подругой.

— Почему?

— Почему? — Нэш пожал плечами, слегка обескураженный тем, что Фрея задает ему этот вопрос. Он не привык обсуждать с кем-либо свою личную жизнь. — Она хотела более серьезных отношений, но я не был готов к этому, — честно признался он, и у него возникло ощущение, что его поместили под микроскоп. Не самое приятное чувство, и он даже слегка пожалел о том, что правда так легко вышла наружу.

— Значит, ты относишься к тем парням, которые предпочитают, как говорится, «путешествовать налегке»? К тем, что не вступают в серьезные отношения и любят… погулять?

Уловив презрительную нотку в ее голосе, Нэш разозлился. Какое право она имеет так о нем отзываться, черт возьми?!

— Пойдем домой? Может, ты хочешь поплавать в бассейне? — Повернувшись, Нэш направился по пустынной дороге, идущей через поля, и даже не посмотрел, следует ли за ним Фрея.

— Ты не любишь говорить о себе, да? — услышал он.

Он продолжал идти, затылком чувствуя ее пристальный взгляд.

— Моя жизнь — открытая книга, люди говорят обо мне все, что хотят, и это нормально, но ты — ты вообще ничего не рассказал о себе! — продолжила Фрея.

Нэш остановился и медленно обернулся, остро ощущая, что Фрея задела болевую точку — его личную жизнь.

— Я привез тебя сюда не для того, чтобы разговаривать обо мне, Фрея, — произнес он ровным голосом. — Я привез тебя сюда для того, чтобы ты отдохнула и вдали от шумной жизни и всеобщего внимания подумала о своем будущем. Когда мы вернемся в дом, я оставлю тебя ненадолго, потому что мне надо будет съездить в город, но, когда я вернусь, мы с тобой обсудим кое-какие идеи. Согласна?

Он намеренно говорил деловым тоном о серьезных вещах, но что-то внутри Фреи противилось этому.

— А что с той девушкой, с которой ты был на вечеринке? — с вызовом спросила она, снимая соломенную шляпку и запуская пальцы в гриву черных волос, рассыпавшихся по ее плечам густыми шелковистыми волнами.

— С какой девушкой?

Было видно, что этот вопрос его совершенно не взволновал.

Фрея с досадой прикусила свою красиво очерченную нижнюю губку:

— С той прилипчивой маленькой блондинкой, которая не сводила с тебя глаз!

— Она не представляла для меня никакого интереса.

— Лестный отзыв о бедной девочке!

— Я хочу сказать, мы не встречались. Это была просто знакомая.

— Она это знала?

— А почему ты спрашиваешь?

Фрея пожала плечами:

— Мне просто хочется знать, привозил ли ты ее когда-нибудь в этот дом?

Нэш заметно напрягся.

— Я никого сюда не привозил, — ответил он.

Отметив про себя эту любопытную подробность, которой Нэш так неохотно поделился, Фрея не удовлетворилась столь коротким ответом. Она хотела знать больше.

— Если это так, почему ты привез сюда меня?

— Тебе нужно было уединение… а это самое подходящее место. Будут еще вопросы или мы закончили? — Нэш вытер пот со лба.

Фрея не сомневалась: она сильно разозлила его.

— Не жалеешь о том, что у тебя нет близкого человека, с которым ты мог бы жить в этом красивом месте? — Фрея сама поразилась тому, с какой настойчивостью пытается раздобыть информацию о его личной жизни.

— А у тебя есть близкий человек? — выпалил он в ответ, переходя от обороны к наступлению.

— После Джеймса? Нет. Конечно нет.

— Давай оставим эту тему, хорошо? Нам надо возвращаться, у каждого из нас есть дела!

Глядя вслед его быстро удалявшейся фигуре, Фрея с досадой хлопнула себя по бедру соломенной шляпкой.

— Ну хорошо же! — пробормотала она себе под нос. — Но если ты думаешь, что отделался от меня, ты глубоко ошибаешься!

Фрея сидела на деревянной скамье, откуда можно было любоваться изумрудной долиной. Отсюда хорошо был виден и дом. Но Фрея смотрела на цаплю, легко и изящно летящую по безоблачному небу. Затем она закрыла глаза и прислушалась к завораживающему лягушачьему хору, раздававшемуся из какого-то болотца. Это было так успокаивающе — просто сидеть и смотреть, слушать… Тишина и спокойствие наконец-то нашли ее, и Фрея молилась о том, чтобы время не убегало столь стремительно.

Удовлетворенно вздохнув, она открыла глаза, и тут ее спокойствие было нарушено, потому что она увидела Нэша, появившегося из-за дома и направлявшегося прямо к ней.

Он был босой, в свободной белой рубашке и голубых джинсах. Русые волосы блестели на солнце, и весь его вид был таким завораживающим, что у Фреи перехватило дыхание.

— Ты читала это? — Подойдя ближе, Нэш протянул ей книгу в твердом глянцевом переплете.

Секунду Фрея просто смотрела на него, застыв под взглядом потрясающих голубых глаз. Взяв наконец книгу, она облизала пересохшие губы и взглянула на переплет, всем своим существом ощущая, что Нэш стоит рядом и ждет ее ответа. Она не сразу смогла заговорить.

— Да, мне очень нравится этот роман, — сказала она с нескрываемым удовольствием. Подняв глаза, она заставила себя выдержать его волнующий взгляд и сразу же почувствовала, что не в силах сделать этого. — Ты хотел дать мне ее почитать? — как можно более непринужденно спросила она.

— На основе этого романа написан сценарий, и режиссер до сих пор не может найти актрису на главную роль, — сказал Нэш.

Сценарий для фильма? Когда-то в прежние времена Фрея непременно была бы в курсе этого важного события. Тот факт, что она ничего не знала, свидетельствовал лишь о том, как долго она находится не у дел.

— И что? — Но едва она успела вымолвить это, как в груди у нее что-то екнуло.

— Думаю, тебе надо попробоваться на эту роль… Как считаешь?

— Я ведь говорила, у меня даже нет агента!

— А почему у тебя нет агента?

Фрея благоговейно погладила блестящий переплет.

— Кто же захочет работать с такой, как я?

— Ну… — Пожав своими широкими плечами, Нэш взглянул на нее, лицо его было непроницаемым. — Может, настало время вернуться? Сейчас — самый подходящий момент. Предлагаю тебе перечитать роман, а затем ты расскажешь мне, что тебе понравилось в нем больше всего и почему именно ты должна играть главную роль.

— Ты слишком высокого мнения обо мне.

— Нет, и не говори ерунды! Ты прекрасно справишься с ролью, Фрея, и сама знаешь это! Почему ты не отбросишь свои ложные сомнения и не покажешь людям, на что способна?

Как он смеет с ней так говорить?!

Вскочив, Фрея сунула ему в руки книгу:

— Кажется, ты собирался мне помогать? И подобный тон — это новая тактика? Я не думала, что окажусь в тренировочном лагере для новобранцев, когда согласилась приехать сюда!

— Злишься, да? Так почему же ты не возмущалась, когда бывший муж пытался разрушить твою жизнь? — спокойно и твердо произнес Нэш, и красивое лицо его было неумолимым. Фрея впервые видела его таким. — Почему ты не защищалась? Почему позволила опорочить себя и обобрать до нитки?

Эти слова глубоко задели ее, и Фрея почувствовала, что глаза жгут непрошеные слезы.

— Я не хочу разговаривать об этом!

— Почему?

— Потому что ты задал дурацкий вопрос! — возмутилась она. — Звучит так, будто я сама пригласила его унижать и мучить меня!

— Разве нет?

Нэш снова не стал щадить ее, и Фрея содрогнулась от столь мощного удара.

Она собралась с духом и на сей раз решила не выбирать легкий путь, не отмалчиваться.

— Ну хорошо! Может, я подсознательно чувствовала, что недостойна успеха. Может, я постоянно ждала, что вот-вот споткнусь, и, когда это случилось, просто покорилась неизбежному. Но у меня не было намерения портить себе жизнь, и ты знаешь об этом!

— Если ты считала, что не заслужила успех, который был у тебя, значит, ты действительно не заслужила его. Мы все делаем выбор, Фрея, практически каждую секунду нашей жизни. И сейчас ты можешь сделать выбор в пользу лучшей жизни! Ты должна сказать себе, что заслуживаешь успеха и обязательно обретешь его — независимо от того, кто и что о тебе думает! Тебе надо научиться делать правильный выбор. — На секунду оторвав от нее взгляд, Нэш поднял вверх книгу, которую держал в руке. — От этой возможности ты не должна отказываться. Ты рождена актрисой, Фрея… Я видел тебя на экране много раз и знаю: это правда. Поэтому занимайся тем, что тебе предназначено судьбой. Да, ты получила от жизни много ударов, и тебе надо вернуться на несколько ступенек назад, но только чтобы начать с того места, где ты остановилась. Положись на меня. Я не такой уж тяжелый человек, как ты, возможно, подумала.

— Может, мне надо начать с того, чтобы найти себе агента? — Задав этот вопрос, Фрея почувствовала, как сильно забилось ее сердце. Она взяла книгу из рук Нэша и крепко сжала ее.

Нэш улыбнулся, и после его строгости эта улыбка была словно прохладный дождь после засухи.

— Предоставь все мне. От тебя я хочу только одного: чтобы ты начала читать эту книгу прямо сейчас. А мне надо съездить в город, чтобы пополнить наши запасы. Позже, когда я вернусь, мы подробнее поговорим о наших планах.

— Хорошо.

— О, и еще… — И опять улыбка заиграла на его завораживающих губах. — Тебе надо защищать лицо от солнца. Твой нос сильно покраснел.

Фрея, ожидавшая, что Нэш скажет нечто более важное, смутилась, щеки ее залились румянцем.

Нэш уже было направился к двери, но, рассмеявшись, обернулся к ней.

— Как ты будешь играть роль русской докторши с таким красным носом? — поддразнил он ее.

— Для этого имеется целый штат гримеров! — с возмущением бросила Фрея ему вслед, когда он уже выходил из дома.

Задержавшись на пороге, Нэш усмехнулся:

— Ну… Потребуется чертовски много косметики, чтобы прикрыть такое, если ты быстро не наденешь шляпу!

Глава 7

«Наверное, я слишком жестко разговаривал с ней», — подумал Нэш, но, вспомнив о том, как радостно вспыхнули темные глаза Фреи, когда он сказал ей об участии в фильме, он понял — мысль о том, чтобы попробоваться на главную роль, понравилась ей.

Возможно, Нэш развернул слишком бурную деятельность, но он уже связался с агентами по кастингу и сообщил им, что Фрея Карпентер заинтересовалась ролью. Агент, с которым Нэш разговаривал, оказался его хорошим знакомым по бизнесу, и он с радостью взялся вести переговоры. Более того, Джеффри с удовольствием воспринял предложение устроить кинопробы для Фреи. Прочитав заявление, которое она сделала для прессы, он восхитился ее мужественным решением наконец-то рассказать миру правду о корыстолюбивом бывшем муже.

— Я всегда думал, что эта женщина — совсем не такой монстр, каким описывал ее Фрезер! — с чувством воскликнул Джеффри.

Теперь Нэшу осталось лишь убедить Фрею, что эта роль — если она получит ее — будет началом ее триумфального восхождения на олимп.

Нэш уверенно вел автомобиль, который он арендовал в аэропорту, снова и снова вспоминая те жесткие слова, которые ему пришлось сказать Фрее, чтобы вывести ее из состояния мучительного оцепенения. Но, может, он разозлился на нее не только потому, что она не желала взять на себя ответственность за свою жизнь? Может, это произошло и потому, что ситуация напоминала ему ту, в которой когда-то оказалась его мать?

Она была неразборчива в выборе мужчин, с которыми пыталась связать свою — и Нэша! — жизнь, и от этого его постоянно переполняло ощущение горечи и предательства. Фрее тоже не хватило проницательности в выборе спутника жизни, подумал Нэш, и в груди его вспыхнул гнев.

Въехав в красивый старинный город с прямыми узкими улочками и с хорошо сохранившимися средневековыми домами, Нэш нашел свободное место на обочине, припарковал машину, вышел из нее и направился к живописной городской площади с многочисленными кафе и магазинчиками.

День клонился к вечеру, но Фрея едва осознавала это, потому что полностью была погружена в чтение книги, которую ей дал Нэш.

Никита Пушкова была красавицей и молодым хирургом. Она работала в Москве и находилась на вершине своей профессиональной карьеры, когда взялась совершенно бесплатно оперировать маленького ребенка с пороком сердца. Сложность состояла в том, что ребенок заразился СПИДом от матери-проститутки, и это вызвало бурю эмоций среди ее коллег.

Вопреки предупреждениям и советам своих коллег-хирургов Никита оперирует мальчика. К несчастью, во время операции возникают непредвиденные осложнения, и ребенок умирает. Репутация Никиты как хирурга мгновенно рушится, и ее увольняют из больницы, потому что она опозорила это учреждение. Газеты моментально разносят историю, что окончательно губит карьеру Никиты. У Никиты разбито сердце — ведь она не смогла спасти жизнь ребенка. Она теряет надежду заниматься любимым делом, которому она посвятила всю свою сознательную жизнь, и накладывает на себя руки.

Когда Фрея прочла роман в первый раз, он затронул множество струн в ее душе. А теперь, перечитывая его, она почувствовала еще большее волнение. Более того, к ней пришло убеждение, что именно она должна сыграть Никиту… Если она получит роль, это будет новая веха в ее карьере. А также доказательство ее актерского мастерства — до сих пор Фрее не приходилось играть подобное. Ей предстоит сыграть потрясающую, но обреченную на страдания молодую женщину, она должна создать правдивый образ человека, готового рискнуть всем, чтобы спасти жизнь несчастного, никому не нужного ребенка…

Фрея почти дочитала главу, в конце которой Никита выходит из операционной, только что потеряв ребенка, которого так отчаянно пыталась спасти, когда ее позвал Нэш. Фрея слышала, как он вернулся из города около часа назад, но продолжала сидеть в саду в тени большого оливкового дерева, не в силах оторваться от книги.

Только теперь, услышав о том, что ужин готов, Фрея поняла, насколько голодна. Она поспешила в дом.

— Если не хочешь вина, для тебя есть яблочный сок, — сообщил ей Нэш, когда Фрея села за простой деревенский стол.

Он буквально ломился от яств. Это был настоящий пир. Блюдо с холодным мясом, пате из творога, фрукты, французский хлеб и сыры — включая любимый Фреей камамбер. На десерт были тарталетки со свежими взбитыми сливками. На столе стояли также бутылка красного вина и графин с соком. Звучала тихая музыка — приглушенные звуки джаза, и голос вокалистки был таким откровенно чувственным и сексуальным…

Фрею охватило небывалое ощущение гармонии, и с волнением она поняла, что это все благодаря Нэшу. Уже одно его присутствие вселяло в нее энергию.

— Ты не терял времени зря.

Она взглянула на него и улыбнулась. Увидела, как дрогнул мускул на его щеке. На секунду он задержал на ней взгляд, ничего не говоря, чем привел ее в крайнее смущение. А затем улыбнулся ей в ответ, и это было так, словно кто-то включил свет в темноте. Фрея почувствовала, как по спине ее пробежала приятная дрожь.

— Будущая звезда, обладательница премии «Оскар», должна поесть, — непринужденно пошутил Нэш, пододвинув себе стул.

— Да… — Фрея пожала плечами. — Мечты… — Однако она послушно положила на свою тарелку хлеб и камамбер.

— Именно об этом я и говорю, мой ангел… о мечтах. Если ты не можешь позволить себе иметь мечту, то каким образом она тогда превратится в реальность?

— Именно так ты достиг того, что имеешь? Мечтая об успехе?

— Мы говорим сейчас не обо мне.

Занавес снова опустился, и Фрея попыталась подавить в себе чувство разочарования.

— Нет, конечно, не о тебе. Неужели вы, мистер Тейлор-Грант, думаете, что я собираюсь продать историю вашей жизни в какую-нибудь газету? — бросила она, и в глазах ее заиграли озорные огоньки.

Жгучее желание пронзило Нэша, словно электрический ток. Взгляд этих темных озорных глаз был опасным. Он так страстно хотел ее, что с трудом овладел собой.

— О нет, только не это. — Отчаянно пытаясь обуздать мучительное желание, охватывавшее его каждый раз, когда он смотрел на Фрею, Нэш продолжал раздумывать над тем, что, возможно, ему стоит рассказать ей о своем опыте, если это вдохновит ее.

То ли под воздействием тихой джазовой музыки, то ли потому, что он наслаждался обществом очень красивой и желанной женщины — Нэш не совсем понимал причину, — он немного расслабился. Тем не менее он не собирался рассказывать ей все. Только некоторые эпизоды.

— Я вырос в неполной семье, у меня была только мать, — ни денег, ни возможностей для образования. — Разломив хлеб, он вздохнул. Голос джазовой певицы успокаивающе действовал на него, словно накрывая его теплой волной и помогая снимать тяжесть, немедленно возникавшую в его груди, когда он погружался в воспоминания. — Но мечты о лучшем будущем не покидали меня даже в самые тяжелые времена. Я мечтал об известности и славе.

— Неужели? — Фрея удивленно вскинула брови.

— Как и многие дети, я считал, что люди, достигшие славы, живут потрясающей, удивительной жизнью. И я тоже хотел жить такой жизнью. Но чем больше я думал о том, какое же воздействие оказывает слава на людей, тем больше приходил к убеждению, что она имеет и свои негативные стороны. Достаточно было развернуть газеты или посмотреть телевизионные новости, чтобы понять это. — Нэш немного помолчал и продолжил: — Затем я стал думать о том, что знаменитости, возможно, нуждаются в помощи, которая помогла бы им избавиться от негативных последствий славы. И стал прикидывать, смог бы лично я оказать им такую помощь? Неподалеку от моего дома находилась городская библиотека, и я после школы стал ходить туда, читать книги, которые, на мой взгляд, могли бы оказаться для меня полезными. Там же я нашел союзника, который стал убеждать меня, что я мог бы стать прекрасным специалистом по связям с общественностью. — Усмехнувшись, он покачал головой, припоминая. — Уверен, этот человек думал, что я — либо сумасшедший, либо просто живу в своем выдуманном мире… Однако он снабжал меня информацией. И я стал разрабатывать план работы на этом поприще. Когда я переехал жить к своей тете — попал в более благополучное, скажем так, окружение, — мои мечты стали казаться мне более реальными, и днем и ночью я думал о том, как претворить их в жизнь.

— Ты очень целеустремленный человек, вне всякого сомнения. — Улыбнувшись ему, Фрея почувствовала, что у нее кружится голова.

Она была словно в тумане. Подумать только, Нэш раскрывает ей подробности своей личной жизни! Она понимала — он вряд ли часто делился этими подробностями с другими людьми… если вообще делился. Узнав о том, что Нэш родился в простой семье и ему пришлось преодолевать большие трудности, Фрея почувствовала к нему еще большую симпатию.

— И ты должна быть очень целеустремленным человеком, если хочешь получить роль, за которую тебе вручат «Оскара», — кивнул Нэш. — И ты не должна сомневаться в этом или думать о том, что скажут о тебе другие. Ну так что скажешь насчет этой книги? Чувствуешь вдохновение?

Фрея нагнулась к Нэшу.

— Страстная история не может не вдохновить, разве ты не согласен? — спросила она его с сильным русским акцентом.

Бурная радость охватила Нэша, вспыхнув в его груди, словно горячее пламя.

— Значит, ты не будешь возмущаться, узнав о том, что я уже договорился о твоей встрече с агентом? — Нэш усмехнулся.

— Когда? Как? — На ее красивом лице появилось выражение растерянности, и от этого оно стало еще красивее.

— Но разве ты не говорила мне, что тебя заинтересовало это предложение?

— Не дразни меня, пожалуйста!

Фрея взяла его за руку, и он почувствовал, как тепла ее ладонь.

Боже мой! Нэш захотел подразнить ее еще — но только не здесь. Он с великим удовольствием подразнил бы Фрею в постели, где смог бы услышать ее сладострастные стоны, когда сделал бы с ней то, чего так жаждало его тело…

— Неужели ты действительно организовал для меня пробы на роль Никиты? — Она не разжимала своих пальцев, сжимающих его руку.

Нэш почувствовал запах ее духов, и голова его слегка закружилась.

— Да, организовал. Но мы уточним конкретное время, когда вернемся в Англию и ты почувствуешь, что полностью готова. Я договорился с Джеффри Эпштейном.

— О! Позволь поцеловать тебя! — Она поднесла его руку к своим нежным, теплым губам.

Зрачки его голубых глаз стали похожи на черный янтарь. И прежде чем Фрея успела что-то сказать, Нэш отнял свою руку и, обойдя вокруг стола, подошел к ней. Пристально глядя в ее глаза, он обхватил Фрею за плечи и заставил встать.

— Я не хочу, чтобы ты благодарила меня за то, что я договорился о твоем прослушивании. Но я хочу, чтобы ты поцеловала меня, потому что у нас будут серьезные проблемы, если ты не сделаешь этого!

Фрея почувствовала, что ее губы — точно так же, как ее воля, — оказались под властью его обжигающего поцелуя. Голова у нее кружилась так, словно она каталась на карусели. Он прижал ее к себе так крепко, что у Фреи возникло ощущение, будто они — одно целое. Кстати, теперь у нее не осталось никаких сомнений — Нэш ее безумно хочет.

Она ощутила его силу и желание, твердое, как железо, и чувства фейерверком вспыхнули в ней. Этот мужской опьяняющий жар вызвал слабость в ее теле. Он соблазнял и пьянил ее, и мысль о сопротивлении даже не приходила Фрее в голову. А когда Нэш взял в ладони ее лицо и, казалось, заглянул в самую ее душу, Фрея поняла, чем это закончится.

Когда он собственническим жестом обнял ее, она почувствовала, что дрожит от возбуждения.

— А как же еда? — спросила Фрея, но сорвавшийся голос выдал ее.

— Ты серьезно?

Его порочная улыбка, от которой у нее задрожали колени, была невероятно сексуальной.

— Я желаю затащить вас в кровать, мисс Карпентер… и немедленно! — Властно взяв Фрею за руку, он повел ее в дом.

В кровати Нэша Фрею охватили такое блаженство и такой чувственный восторг, которые не могли привидеться ей в самых тайных и смелых фантазиях. Под ними были прохладные льняные простыни — но они могли оказаться также шелковыми, сатиновыми, даже роскошными экзотическими с какого-нибудь восточного базара, — Фрея не заметила бы этого, настолько она была возбуждена.

Теплые и властные губы Нэша превратились для нее в источник наслаждения и муки одновременно, потому что каждый раз, когда он отрывался от нее, Фрее казалось, что он отнимает у нее некую жизненно важную частицу, без которой она не сможет существовать. В какой-то момент она обнаружила, что умоляет его продолжать, и была потрясена, когда услышала в своем охрипшем голосе бурю желания и страсти.

Его ладони обхватили ее обнаженные груди, а пальцы начали дразнить и возбуждать напрягшиеся соски — он был подобен музыканту, извлекающему самые удивительные и божественные звуки из своего инструмента. Она приглушенно стонала, призывно и требовательно, и слезы на ее глазах были подобны каплям утренней росы. Кожа Нэша была гладкой и теплой, и мягкие волоски, покрывавшие его мускулистую грудь, прикоснулись к ее груди, когда он накрыл тело Фреи всей своей тяжестью.

Стоны ее стали громкими и прерывистыми, когда Нэш, склонившись над ней, стал осыпать поцелуями все ее тело, до кончиков перламутровых ноготков на ногах. Происходящее стало для Фреи открытием, и ей хотелось, чтобы это мгновение длилось бесконечно.

Она выгнулась, удивленно вскрикнув, когда губы его прикоснулись к самому чувствительному месту между ее ног, и Фрее показалось, что комната закачалась и завертелась вокруг нее. Желание переполняло ее, и ей казалось, что в ее теле вспыхивают, мерцают и гаснут миллиарды звезд. Пальцы ее судорожно вцепились в накрахмаленную простыню, когда его шелковистый язык довел ее до оргазма и неистовый всплеск чувственных эмоций вызвал новый поток слез из ее глаз.

Внутри ее словно открылись шлюзы, и бурный поток захлестнул ее целиком, подарив неизведанные ощущения, поглотив каждую клеточку ее тела… И силу этого потока нельзя было игнорировать.

Внимательно взглянув в ее лицо, Нэш откинул волосы с ее лба и с тревогой заглянул в почерневшие, наполненные влагой глаза.

— Я не хотел заставлять тебя плакать, — тихо сказал он, притронувшись ладонью к ее бархатистой щеке.

— Ты не… На самом деле… все хорошо. Я просто не смогла сдержаться. Такое происходит со мной не каждый день. — Фрея попыталась улыбнуться. — Наверное, это потому, что я привыкла к мужчине, который думал только о собственном удовольствии.

Услышав это признание, произнесенное шепотом, Нэш понял вдруг — Фрея до сих пор ни разу не получала радости от секса, потому что ее бывший партнер никогда не доставлял ей удовольствия. И это соответствовало тому, что он уже знал об этом человеке. Нэш никогда не видел, чтобы женщина плакала, когда он доводил ее до оргазма.

У этой красивой женщины еще много тайн.

И ему захотелось узнать все.

— Ну, для меня твое удовольствие — превыше всего, мой ангел, — с нежностью произнес он, целуя ее в губы. И мгновенно в нем вновь вспыхнуло желание, которое он вынужден был сдерживать, иначе оно накрыло бы его с головой.

— Нэш… — Раскрасневшаяся Фрея прижала палец к его губам и смущенно улыбнулась.

Он никогда не видел такого сочетания невинности и страстности и даже представить себе не мог, какую бурю чувств вызовет у него эта картина.

Почувствовав, что бедра ее жадно поднялись навстречу ему, Нэш встал на секунду, чтобы позаботиться о предохранении, а затем медленно и очень осторожно погрузился в теплую расщелину ее прекрасного лона.

Оно было упругим и горячим, и, когда в тишине раздался ее тихий стон, Нэш содрогнулся. В этот момент оба чувствовали себя так, словно весь мир принадлежал им.

Из груди его вырвался глухой стон.

Запустив пальцы в ее роскошные волосы, он с ликующим восторгом вновь ощутил силу ее наслаждения. Дождавшись, когда это произойдет, Нэш дал волю собственному желанию — и, сорвав с него путы, позволил себе взлететь на небеса.

Они лежали рядом в постели, согревая друг друга, Нэш слышал, как бьется ее сердце, и его собственное сердце билось в такт. Его губы изогнулись в откровенно-бесстыдной улыбке.

— У вас оказалось гораздо больше талантов, мисс Карпентер, чем я думал. — Он приподнялся на локте и посмотрел прямо ей в глаза.

Фрее показалось, что она взошла на очень высокую скалу и стоит на краю, собираясь прыгнуть вниз. Обратного пути не было, она знала это. Глядя в эти голубые искрящиеся глаза, Фрея думала о том, что никогда не видела более красивого мужчину. Нэш был неподражаем. Внезапно Фрею охватило сумасшедшее желание влюбиться в него полностью и бесповоротно.

— Если серьезно, отец всегда говорил, что у меня множество талантов, — услышала Фрея собственный голос. — Он часто говорил, что я смогу стать тем, кем захочу, и всего добиться, если только я буду верить в это. — Она увидела, что Нэш с интересом прищурил глаза. — Ты во многом похож на моего отца.

— Что с ним случилось? — тихо спросил Нэш.

— Он заболел раком и умер, когда мне было шесть. — Фрея пожала плечами, пытаясь справиться с тягостным чувством утраты, которое сжало ей горло, — чувством глубокой тоски о родном человеке, который был для нее целым миром. — Люди говорят, я была слишком мала, чтобы помнить его и так сильно тосковать о нем, но они ошибаются! Я помню все, до мельчайшей подробности: как он смотрел, как говорил, помню даже его запах — будто кто-то вселил память о нем в каждую клеточку моего тела. Я никогда не смогу забыть его. Отец вел себя так, словно я — самая великая драгоценность на свете. И когда я была рядом с ним, то чувствовала себя такой… такой любимой… Понимаешь?

Нэш не понимал, потому что никогда не испытывал ничего подобного. Говорят, девушки подсознательно ищут спутника жизни, который был бы похож на их отца — не только характером, но и внешне. Может, Фрея ищет того, кто любил бы ее так же сильно, как и ее отец?

Но почему тогда она выбрала Джеймса Фрезера?

— Эти большие карие глаза могли бы растопить сердце любого отца, — легко пошутил Нэш. — Не сомневаюсь, что тебя очень легко было полюбить еще маленькой девочкой.

— Но не женщиной? Ты это хочешь сказать?

— Я совершенно не это имел в виду! — Нэш испытал шок. Неужели она действительно думает, что недостойна любви? Эта мысль поразила его. — Почему ты так решила?

Фрея моментально отвела глаза и, высвободившись из его объятий, села на кровати. Крепко сжав край одеяла, она подтянула его к груди.

— Мужчины восхищались мной лишь потому, что я была известной актрисой. Они никогда не видели женщину за теми образами, которые я создавала. А узнавая меня лучше… Мне кажется, они разочаровывались, ведь я настоящая не соответствовала их фантазиям. Наверное, именно поэтому Джеймс так злился на меня. В реальности я отказалась играть роль той дивы, на которой, по его мнению, он женился. Он жаждал блистать на вечеринках и банкетах, где собираются все знаменитости, вращаться в их кругу, но я этого не хотела! Он часто обвинял меня в том, что я — скучнейшее создание на свете.

— Он явно не умеет разбираться в людях.

— Но ведь у каждого есть свои маленькие фантазии… разве нет? Так было и с Джеймсом… — Фрея взглянула на Нэша с такой мукой в глазах, что сердце его болезненно сжалось. — Но когда ему стало понятно, что человек, находящийся с ним рядом, не соответствует его ожиданиям, он пришел в ярость.

«Ее бывший муж даже глупее, чем я предполагал», — подумал Нэш. Хотя если этот идиот не смог разглядеть сверкающий бриллиант — реальную Фрею Карпентер, — то он был не только идиот, но и слепой. Реальная Фрея была гораздо интереснее, чем сыгранные ею на сцене и на экране персонажи, она привлекательная и обворожительная. Любой мужчина в здравом уме счел бы за честь познакомиться с нею… не говоря уже о том, чтобы добиться ее внимания! Глубина его собственных чувств поразила его.

— Напомни, пожалуйста, почему ты вышла за него замуж, — словно со стороны услышал Нэш свой собственный язвительный голос.

— Почему я вышла за него? — Пристальный взгляд ее темно-карих глаз словно пригвоздил его к месту. — Потому что у меня есть один особенный талант — не понимать, кому следует доверять, а кому нет. Кроме того… я боюсь оставаться одна. Я никогда не оставалась одна, ни одного дня, пока был жив мой отец. Он постоянно говорил, что никогда не оставит меня, и я верила ему! Поэтому, когда он умер, у меня возникло чувство, что он предал меня, а не просто покинул. Наверное, с тех пор я подсознательно стала ждать, что любой мужчина в конце концов предаст меня. — Она немного помолчала. — Ты спросил меня, почему я вышла за Джеймса? Очень просто — когда внимательный, заботливый мужчина, который, казалось, был готов положить к моим ногам целый мир, сказал, что любит меня, я поверила. — Голос Фреи задрожал от боли.

Прежде чем Нэш смог как-то отреагировать, она вскочила с кровати, схватила джинсы и стала торопливо натягивать их, повернувшись к нему спиной.

— Я просто одна из тех доверчивых дур, которые всегда попадают в руки плохих парней, и настоящая находка для журналистов! — Фрея тряхнула головой, и ее густые темные волосы рассыпались по спине и плечам.

Нэш завороженно смотрел на нее, потрясенный ее игрой… если эта была игра.

— Ты для меня — лекарство на одну ночь, дарованное мне за все мои несчастья. Я понимаю это, Нэш. И давай будем реалистами. Ведь ты не хочешь от меня ничего, кроме маленького сексуального приключения! И оно было замечательным… Но, наверное, нам не стоит повторять наш опыт. Никакой пользы от этого не будет ни мне, ни тебе. — Взяв свою кофточку со стула, куда она бросила ее, Фрея быстро просунула свои худенькие руки в рукава и застегнула пуговицы. Затем собрала разбросанное по полу кружевное белье и скомкала его в кулаке. — Я пойду вниз, приготовлю что-нибудь поесть.

— Подожди секунду! Сексуальное приключение, говоришь? — Нэш с гневом оглядел ее. В глазах его сквозило недоумение. — Так ты называешь то, что случилось между нами?

— Нет? Тогда скажи, что это было? — Остановившись возле двери, Фрея положила руку на косяк.

Застигнутый врасплох бурей чувств — сомнениями, недовольством и сожалением, — Нэш вдруг понял: он не готов объяснить ей то, что происходит у него в душе.

— Я так и думала, — тихо сказала Фрея и, не дождавшись от него ответа, закрыла за собой дверь.

Глава 8

Следующим утром, стоя в дверях кухни с чашкой кофе в руках, Нэш смотрел на лазурный горизонт, думая о том, что потерпел крах.

Он не стал еще больше сближаться с Фреей — ничего не рассказал о себе, не раскрыл свои собственные мысли и чувства. Но разве это такое уж страшное преступление? Ведь он не лгал ей! Нэш практически никогда не делился ни с кем сокровенным, и уж тем более — с женщинами.

И теперь он понял, что накануне тоже играл некую роль, нацепил маску, чтобы спрятаться за ней. Он всегда прятал свою личную жизнь и никогда не рассказывал о себе любовницам. Они знали лишь то, что он — успешный бизнесмен с безупречным прошлым, которого в действительности не существовало. Со стыдом и сожалением Нэш признавался самому себе — он намеренно скрывает свое истинное прошлое, потому что стыдится его и боится последствий. Он даже почти убедил себя в том, что вымысел гораздо лучше, чем правда. Но и это не позволяло ему гордиться собой. Фрея намного смелее его. Она открыто заявляет: ей трудно верить людям, она боится вступать в отношения, потому что считает, что рано или поздно мужчина покинет ее… как когда-то отец.

В конце концов Нэш постиг ее сущность: Фрея — чуткая, добрая и сильная женщина, не имеющая ничего общего с невменяемой, ушедшей в себя алкоголичкой, какой изображали ее газеты и журналы, опираясь на «откровения» Джеймса.

Вспомнив о том, как соблазнительно выглядела Фрея, когда, повернувшись спиной к нему, надевала свои джинсы, а ее длинные черные волосы шелковистым водопадом рассыпались по спине и плечам, Нэш едва сдержал стон, почувствовав сильный всплеск желания — такой же как в прошедшую ночь.

Чтобы хоть немного успокоиться, он направился к бассейну. Усевшись в плетеное кресло, Нэш не без горечи признал, что ощущение профессионального провала никуда не исчезло. Он не мог забыть, какими глазами смотрела на него Фрея: будто он подтвердил ее самые худшие опасения…

Вскоре после того, как Фрея оставила Нэша одного, он пришел к ней на кухню, чтобы все же поужинать, чего им так и не удалось сделать. Разговор не клеился, то и дело повисали долгие напряженные паузы. Нэш не удивился, когда вскоре Фрея заявила, что хочет пораньше лечь спать.

Но сегодня, несмотря на возникшее напряжение в их отношениях, Нэш решил напомнить себе, почему, зачем, собственно, они оказались здесь вдвоем.

Он собирался помочь Фрее восстановить уверенность в себе, разработать стратегию дальнейших действий. Его личные чувства — сомнения, разочарование и вожделение — не должны иметь к этому никакого отношения.

— Я прочитала книгу. Хочешь, скажу, почему она мне понравилась и почему именно я идеально подхожу на главную роль?

Фрея вошла неслышно, и Нэш увидел ее, только когда она подошла вплотную к нему. Сегодня на ней был простой белый сарафан, ее красивые плечи были обнажены. Взгляд ее потрясающих бездонных темных глаз казался задумчивым.

Эта женщина притягивает к себе взоры так же, как восход солнца…

— Хорошо. Может, присядешь?

Фрея опустилась на стул, с тихим вздохом открыла книгу и стала неспешно перелистывать страницы.

— Мне понравилась эта история, потому что в ней рассказывается о слабой женщине, хотя в глазах всего общества она являлась успешным профессионалом. Но затем она сделала ошибку, хотя хотела только добра. И была наказана за это… как внешними силами, так и самой собой. — Запустив руку в свои длинные волосы, Фрея подняла глаза на Нэша. — Я знаю, что почувствовала Никита, когда потеряла все самое ценное в жизни, в том числе свою работу. Я как никто отлично представляю, что это значит — потерять уважение и поддержку друзей и коллег, приняв неправильное, по их мнению, решение… Я это понимаю, ведь сама через это прошла.

— Значит, ты действительно хочешь сыграть эту роль?

— Да, хочу. Больше всего на свете. Когда вернемся домой, ты устроишь мне встречу с кастинг-агентом?

— Конечно, ведь я обещал.

— Хорошо. — Закрыв книгу, Фрея встретила его взгляд. — А что мы будем делать сегодня?

— Может, хочешь прогуляться? Пообедать где-нибудь?

— Это возможно?

В глазах ее вспыхнула надежда, и Нэш понял, как тяжело ей было жить в своем доме, словно в тюрьме, не имея возможности выйти на улицу, просто пойти в магазин или встретиться с кем-нибудь, потому что на каждом углу ее подкарауливали жадные до сенсаций журналисты…

— Конечно, возможно. У меня есть друзья в городе, владельцы маленького бистро. Они хорошие люди, и я могу заверить тебя в том, что они не станут звонить местным журналистам, как только ты переступишь порог их заведения.

— Но как же другие посетители? Я не хочу, чтобы на меня глазели, будто я — экспонат кунсткамеры!

— Такого не произойдет. Это очень маленькое бистро… всего два-три столика. Селин и Денис согласятся закрыть его на час, пока мы там будем обедать вдвоем.

Фрея заметно расслабилась:

— Хорошо. Значит, мы пообедаем там. Но сейчас мне хочется поплавать в бассейне. — Поднявшись, она хотела было уйти, но Нэш взял ее за руку:

— Все хорошо?

— Да, все хорошо. Если имеешь в виду прошедшую ночь, можешь не думать об этом. Я не отношусь к тем женщинам, которые начинают дуться, когда события развиваются не так, как им хочется. Мы оба приехали сюда по делу, давай не забывать об этом. Мы собирались работать вместе, но нам будет трудно это делать, если между нами возникнет какая-то неловкость… Ты отпустишь мою руку? Я хочу пойти переодеться.

— Просто хочу тебе сказать, что прошедшая ночь для меня — не какой-то мимолетный эпизод. — Голос Нэша был слегка охрипшим, и он почувствовал себя не в своей тарелке оттого, что не может адекватно выразить свои чувства… Убедить Фрею в том, что он говорит искренне.

— Не надо мне ничего объяснять. — Она попыталась высвободиться, и Нэш неохотно отпустил ее.

— Нет, надо!

Фрея вздрогнула, услышав его слова. Она измучила себя мыслью о том, что Нэш занимался с ней сексом лишь потому, что она физически привлекала его. Фрее было невыносимо больно — неужели она не представляет для Нэша никакого интереса как личность? И теперь, ощущая на себе его пристальный взгляд, она молилась о том, чтобы он не опустился до банальных оправданий. Ведь от них ей станет только еще хуже.

— Ты потрясающая, Фрея! Ты даже не представляешь, какая ты потрясающая… И я говорю не о красивой оболочке, я говорю о реальной Фрее, замечательной женщине, о той, какая ты и есть на самом деле.

Фрея глубоко вздохнула. Если бы эти трогательные слова были еще и искренними! — подумала она.

— Я проснулся этим утром, вдыхая запах твоего тела. Он впитался в мою кожу, и я даже не хотел принимать душ, чтобы не смывать его… Клянусь Богом! — Рука Нэша коснулась ее бедра.

Фрее показалось, что ее пронзил удар электрического тока, и она стала слабой, словно новорожденный ягненок. И задрожала от возбуждения, взмолившись про себя, чтобы Нэш на этом не остановился, а продолжал гладить ее бедро, дразнить и возбуждать ее, а затем соблазнил, как вчера вечером. Ему не потребуется много времени на уговоры…

При мысли об этом щеки ее вспыхнули. Легкий морской бриз, наполненный запахами сладких трав и средиземноморского солнца, теребил светлые волосы Нэша. Фрее показалось, что она наконец нашла брешь в его броне.

— А можно мне узнать реального человека, который скрывается за внешним благополучием крутого специалиста по связям с общественностью? — тихо спросила она, втайне изнемогая от желания тоже прикоснуться к нему.

Его рука замерла на ее бедре, а затем Нэш медленно убрал ее.

Фрея затаила дыхание, испугавшись, что он снова замкнется в себе.

— Реального человека? — Нэш пожал широкими плечами.

— Прости, если я немного навязчива в своем желании узнать, кто ты такой.

— Кто бы я ни был, ты можешь положиться на меня.

Теперь настала очередь Фреи удержать его за руку. Слегка наклонившись к нему, она погладила большим пальцем золотистые волоски на тыльной стороне его ладони и задорно улыбнулась ему:

— Обещаю, что не разобью твоего сердца, если ты расскажешь мне свои секреты.

— Обещаешь?

И прежде чем Фрея поняла, что он собирается сделать, Нэш, схватив ее в охапку, посадил к себе на колени.

— А если я не верю тебе? — серьезно произнес он, и его теплое дыхание коснулось ее губ.

Поразившись самой мысли о том, что она, возможно, обладает такой властью над ним, что он когда-нибудь расскажет ей все о себе, Фрея закрыла глаза. Губы Нэша прикоснулись к ее губам — и все сомнения и боль были мгновенно забыты в этот сладкий, чарующий момент…

Селин и Денис пришли в восхищение, увидев Фрею. Супругам было под шестьдесят, у них была большая семья, и они давно занимались ресторанным бизнесом. Простые и доброжелательные, оба принимали людей такими, какие они есть.

Фрея мгновенно прониклась к ним симпатией. Она стала непринужденно болтать с супругами — о ресторане, об их семье, о любимом старинном городе. Нэш, глядя на нее, слыша ее смех, видя ее улыбку, когда она восхищалась блюдами, приготовленными для них, вновь и вновь убеждался в том, что Фрея обладает даром очаровывать людей.

Тепло, которое излучала ее душа, невозможно было изобразить, какой бы хорошей актрисой она ни являлась. И снова Нэш подумал о том, какой низкой самооценкой она обладала благодаря преступным стараниям бывшего мужа.

Но сейчас, в последние несколько дней, Фрея оживала прямо на глазах. Нэш обещал ей устроить кинопробы на роль, которую она жаждала получить. У нее начинается новый, гораздо более позитивный этап жизни.

А что касается его самого, он боялся привязаться к ней. Каждая улыбка Фреи, каждый ее взгляд угрожали разрушить те защитные барьеры, которые он воздвиг вокруг себя. Нэш осознавал, что слишком увлекся ею, и это его сильно беспокоило.

До сих пор Нэш не позволял своим эмоциям брать над ним верх, когда дело касалось отношений, и ему нравилось это. Это был способ получать удовольствие и ограждать себя от всяческих переживаний. Но Фрея сумела обнаружить в нем струны, о существовании которых он даже не подозревал, и умело играла на них.

— Ты выглядишь так, будто о чем-то напряженно думаешь. — Взгляд Фреи был вопросительным.

Она наклонилась к нему, и Нэш заметил, что под южным солнцем на ее носу уже появилось несколько обворожительных веснушек. Затем его взгляд скользнул на ее соблазнительные губы, и он почувствовал, что тело его охватил жар.

— Наверное, ты права. — Он медленно кивнул.

— Ты жалеешь, что привез меня сюда? — непринужденным тоном спросила она, не сумев, однако, скрыть волнение.

— Почему ты так решила?

— Ну, это же твое тайное убежище, а ты даже не можешь пойти, куда ты хочешь, потому что должен думать обо мне. В этом мало радости.

Нэш вспомнил о сладостном поцелуе, которым они обменялись сегодня утром возле бассейна, а также о том, как потрясающе выглядела Фрея в ярко-красном купальнике. А эти длинные, стройные ноги обхватывали его бедра всего лишь прошлой ночью. Неужели что-то еще могло доставить ему больше удовольствия, больше радости?

— Я подхожу к своей работе серьезно, Фрея. И я должен думать о тебе двадцать четыре часа в сутки, пока мы вместе.

Значит, это его работа — думать о ней? Фрея почувствовала, будто что-то умерло внутри нее после холодного ответа Нэша. Она не могла поверить, что он описал их отношения так отстраненно и безо всяких эмоций. И если у нее были подозрения насчет того, что их интимная близость мало значила для него, сейчас они вполне подтвердились.

Она была для Нэша всего лишь очередной заботой — и больше ничем! Не имело никакого значения то, что он заставил ее чувствовать себя красивой и желанной. И глупо было ожидать от него чего-то большего. Проблема заключалась в том, что говорить об этом своему сердцу было слишком поздно для Фреи.

— Замечательно. Ты так предан своей работе! — с сарказмом произнесла она. — Мой дядя выбрал правильного человека, когда искал того, кто мог бы мне помочь!

— Черт! — В его голубых глазах блеснула досада, он бросил полотняную салфетку на стол.

— Может, пойдем? — предложила она.

— Конечно, если ты хочешь.

— Хочу.

— Я только скажу хозяевам ресторана, что мы уходим.

Поднявшись из-за стола, Нэш отправился разыскивать супружескую пару, чтобы попрощаться с ними.

Фрея осталась ждать его возле двери черного хода, выходившей на узкую аллею, пытаясь совладать с нахлынувшими на нее чувствами. Она твердила себе: Нэш появился в ее жизни для того, чтобы помочь ей вернуть свое доброе имя и снова начать сниматься, а не для того, чтобы заводить с ней роман.

У них был секс — теперь, после того, что он сказал, Фрея не могла назвать это «любовью». Просто в обоих взыграл животный инстинкт, обусловленный вынужденным пребыванием вдвоем. И возможно, это была их единственная ночь, проведенная вместе.

Сейчас ей надо сосредоточиться на предстоящих кинопробах. Фрея не сомневалась, что это реальная возможность возвратиться к нормальной жизни.

— Ты готова? — Неожиданно возле нее оказался Нэш.

Открыв перед ней дверь, он учтиво предложил ей руку.

Фрее понадобились все ее силы, чтобы не обращать внимания на его волнующий мужской запах и хотя бы внешне относиться к нему холодно и отстраненно.

Взглянув на красивый профиль Нэша, она увидела, как напрягся его квадратный подбородок, будто он тоже решил держать с ней дистанцию.

Они пошли вдоль по пустой улице. Маленькие магазинчики с типичными французскими вывесками были закрыты на традиционный обеденный перерыв. Фрея с Нэшем шли не торопясь, стараясь держаться подальше друг от друга, избегая прикосновений, словно они действительно были коллегами по работе, а не любовниками, проведшими вместе всего одну ночь…

— Фрея!

Услышав свое имя, произнесенное незнакомым голосом, Фрея обернулась, не успев сообразить, что делает, и это была большая ошибка — ее тут же ослепили вспышки кинокамер. Фрея подняла руки, закрывая лицо. От такого грубого и внезапного нападения у нее закружилась голова.

Сильная рука обняла ее за талию — Нэш потянул Фрею прочь от собравшейся толпы.

— Кажется, ты говорил, что доверяешь своим друзьям? — с горечью сказала Фрея. Ощущение предательства резануло ее сильнее, чем остро отточенный нож.

— Это не Селин и Денис… Могу поклясться!

Нэш еще крепче обхватил ее за талию. И вдруг их кто-то сильно толкнул сзади. Оглянувшись, они увидели двух фоторепортеров. Отпустив Фрею, Нэш вступил с ними в схватку.

Оставшись без его поддержки, Фрея покачнулась, потеряв равновесие, и беспомощно упала на тротуар. Она успела выставить руки, чтобы не удариться лицом, но сильно стукнулась коленями.

Удар был такой силы, что у нее на секунду отнялось дыхание. Неподвижная и бездыханная, она лежала на холодном мокром асфальте, и ей показалось, что она лежит так уже целую вечность. Сердце ее бешено колотилось, колени горели огнем. Громко и яростно выругавшись, Нэш медленно и осторожно помог ей подняться. Вдалеке слышны были крики папарацци, бросившихся вслед за ними.

Фрея не могла унять дрожь. Ее белое платье было испачкано грязью и кровью, сочившейся из разбитых коленей. Нежные ладони тоже были в дорожной пыли.

— Ты ничего не сломала? — В голосе Нэша звучала тревога. Голубые глаза его наполнились решимостью, а лицо побледнело, когда он крепко и властно сжал ее обнаженную руку.

— Нет, не думаю. Пожалуйста… — взмолилась Фрея, ощущая, что сейчас заплачет. — Отвези меня домой.

Нэш привез Фрею в свой загородный дом, осторожно смыл кровь с ее разбитых коленей, перевязал их, затем заставил ее выпить бренди, чтобы она смогла справиться с шоком.

Он с трудом мог поверить в то, что случилось. Как только он уложит Фрею в постель, чтобы она отдышалась и пришла в себя, то сразу же позвонит в представительства крупнейших газет Лондона, Парижа и Лиона, чтобы выяснить, кто дал приказ преследовать их. Чьи-то головы полетят, Нэш решительно был настроен на это. Он никогда не забудет страдание на лице Фреи, когда он поднимал ее с тротуара. Ее снова предали!

Но самое ужасное, что репортеры на этом не остановятся. Если журналистам удалось выяснить, что они находятся в том кафе, значит, им не составит особого труда вычислить местоположение дома Нэша. Выходит, настало время возвращаться в Лондон. Его сердце противилось этому, но прагматизм взял верх. Нэш понимал, что в Лондоне он сможет лучше позаботиться о безопасности Фреи.

Нэш настоял на том, чтобы Фрея остановилась у него, когда они вернутся в Лондон. Он не мог позволить ей ехать к себе домой, где она наверняка подвергнется такому же бандитскому нападению папарацци. Теперь Нэш чувствовал свою вину за то, что ей пришлось так страдать.

Фрея упаковала свои вещи, как велел ей Нэш.

Ей было очень грустно… Во-первых, потому, что он не утешил ее так, как она мечтала, и по-прежнему был сдержан с нею. И, во-вторых, потому, что она не хотела отсюда уезжать. Ей не хотелось снова видеть унылое и дождливое лондонское небо. А здесь было так много солнца!

Этот каменный деревенский дом в окружении зеленых долин казался ей райским уголком на земле. Но вчера в ее рай вползла змея в виде наглых папарацци, и если эта наглая банда выследит ее местопребывание, спокойной жизни здесь придет конец. Единственным утешением была мысль об участии в кинопробах. Вспомнив об этом, Фрея вдруг почувствовала какую-то странную тревогу, но не стала анализировать ее причину.

Когда она пришла на кухню позавтракать, то сразу же увидела кипу газет и журналов, возвышавшуюся на столе. На другом конце кухни в оранжевой кофеварке булькал ароматный напиток, но Нэша нигде не было видно.

Слегка поморщившись от боли, Фрея взяла верхнюю газету и пробежала глазами заголовки. Увидев на фотографии себя и Нэша, Фрея застыла. На фото ее лицо было искажено, но больше всего поразил ее образ Нэша. На фото он крепко, собственническим жестом обнимал ее за талию и в глазах его горел гнев.

Фрея почувствовала, как у нее пересохло в горле.

— Как чувствуешь себя сегодня утром? — раздался позади нее низкий, глубокий голос Нэша.

Она резко обернулась, и сердце ее бешено забилось, когда она увидела его. Он был в потертых джинсах и светло-голубой рубашке с засученными рукавами, обнажавшими загорелые сильные руки.

— Чувствую себя так, будто упала с лошади на всем скаку!

— Мне очень жаль… — На его лице отразилась боль.

— Ты в этом не виноват. Наверное, нам не следовало выходить из дома.

— Я встал пораньше и купил вот это. — Нэш кивнул на газету, которую держал в руках. — Хотел посмотреть, о чем пишут.

— И о чем же? Подожди… Не надо мне говорить, сама догадаюсь. Наверняка написано о том, что «бывшая актриса, напившись, свалилась посреди улицы»? — Она ждала, что скажет ей Нэш, и готовилась к самому худшему. Французский язык Фрея знала очень плохо, поэтому не могла понять, что написано под фотографией.

— Ничего подобного, — сказал он.

— Тогда что?

— Они пишут, что мы с тобой — любовники.

Глава 9

Свернув газету, Фрея бросила ее на стол. Понятно, если ее увидели с мужчиной — и очень привлекательным мужчиной! — слухов об их интимных отношениях не избежать. Тот факт, что это правда, нисколько ее не утешал. Он только напоминал Фрее о том, какую глупость она совершила, отдавшись Нэшу. Он весьма скрытный человек, держащий в секрете свою личную жизнь, и можно было лишь догадываться о том, что он почувствовал, когда их интимные отношения стали достоянием прессы. Возможно, теперь он поймет, что чувствовала Фрея, когда журналисты так беспардонно и нагло вторгались в ее жизнь.

— Ну, что думаешь?

Нэш настороженно взглянул на нее.

— Наверное, ты возмущен вторжением в твою личную жизнь, потому что теперь она ассоциируется с моим именем. Не так ли?

— Признаюсь, меня все это не особо радует, но мы можем извлечь выгоду из случившегося.

— Что ты имеешь в виду?

— Эта история может помочь нам. Конечно, я очень сожалею о том, что тебе вчера был нанесен такой удар, но, по крайней мере, пресса не разносит больше слухов о том, что ты алкоголичка или наркоманка. Напротив, они пишут о том, что ты собираешься снова сниматься в кино.

— Как мне теперь вести себя? Что ты предлагаешь?

— Я предлагаю сыграть с ними в их же игру. Пусть думают, что мы действительно любовники. — Взъерошив свои светлые волосы, Нэш озорно улыбнулся ей.

Такая улыбка легко разобьет сердце любой женщины, подумала Фрея.

— Но это не помешает тебе? А если ты захочешь встречаться с кем-то еще? — Задав этот вопрос, Фрея почувствовала, что боится услышать ответ.

Одна мысль о том, что Нэш может встречаться с другой, причиняла ей боль.

— Я слишком занят, чтобы встречаться с кем-то еще, — ответил он.

— Ну да, конечно. — Высокомерно кивнув, Фрея направилась к кофеварке, чтобы налить себе кофе. — Я забыла. Ведь я для тебя — всего лишь очередная работа, не так ли?

— Прекрати! Ты для меня — не «очередная работа», черт возьми! Неужели ты до сих пор не поняла, что для меня это очень необычно — вступать в интимные отношения с женщинами, которым я помогаю!

— Откуда мне знать? — выпалила Фрея. — Кроме твоих слов, у меня нет никаких доказательств.

— Ты мне не веришь? — На красивом лице его отразились горечь и гнев, и Фрея пожалела о том, что они разговаривают в таких напряженных тонах.

Всего лишь вчера он был таким игривым, нежным с ней, но, когда он признался ей в том, что скрывает настоящего Нэша глубоко внутри, она увидела за внешностью успешного и уверенного в себе человека гораздо более сложную и ранимую натуру.

Этот мужчина хранит секреты, которыми ни с кем не делится…

— Ну… — Фрея небрежно повела плечом, хотя решимость противостоять его мощным чарам стремительно покидала ее. — Давай не забывать о том, зачем мы сюда приехали, хорошо? Вернемся к обсуждаемому нами вопросу. Если ты считаешь, что в наших интересах притвориться любовниками, и не возражаешь против вторжения в твою личную жизнь, тогда, возможно, это хорошая идея. Хочешь кофе?

Фрея сознательно сменила тему. Она вот-вот откроет ему свои чувства, которые Нэш конечно же отвергнет, и тогда она будет себя чувствовать полной идиоткой. А этого Фрея допустить не могла.

— Нет, спасибо. Пойду прогуляюсь перед отъездом в аэропорт. Скоро вернусь. — Он быстро повернулся и ушел.

Фрея смотрела ему вслед, испытывая необъяснимое чувство одиночества. Ей так хотелось, чтобы он взял ее с собой…

* * *

Нэш знал, что после публикаций во французских газетах и в Лондоне их тоже будут осаждать журналисты. Он не ошибся. На автостоянке в аэропорту их ожидал заказанный автомобиль, и всю дорогу туда их преследовали фотографы и журналисты, наперебой задававшие вопросы и фотографировавшие их.

Фрея молчала, как и велел ей Нэш, а он отвечал на наглые и беспардонные вопросы об их отношениях. При этом он не мог не думать о том, что в надежде раздобыть пикантные подробности их отношений журналисты могут покопаться и в его прошлом…

Решительно отбросив сомнения и страхи, Нэш сообщил журналистам, что мисс Карпентер снова читает сценарии фильмов, и намекнул на то, что ею всерьез заинтересовались кастинг-агентства.

Оказавшись в роскошном салоне арендованного им «мерседеса» с ожидавшим их водителем за рулем, Нэш взглянул на Фрею и увидел, как она напряжена. В который уже раз он пожалел о том, что их поездка на юг Франции так быстро окончилась.

Теперь, глядя в ее прекрасное лицо, которое стало для него таким родным, Нэш снова вспомнил о том, что произошло между ними на кухне сегодня утром. «Давай не забывать о том, зачем мы сюда приехали», — сказала ему Фрея, а это означало, что работа для нее важнее всего.

Ее слова, казалось, подвели некую черту в их отношениях.

Нэш не мог себя обманывать: когда-нибудь их совместная работа будет окончена и он, возможно, никогда больше не увидит Фрею. Она вновь окунется в свой сверкающий богемный мир, который так далек от мира простых людей…

— Все не так плохо, — сказал он, имея в виду произошедшее в аэропорту.

— Да… эти вели себя немного лучше, чем те, во Франции.

В ее темных глазах опять мелькнуло сомнение, и Нэш подумал: «Неужели наша близость заставила ее засомневаться в моей порядочности? Черт возьми!»

Ему нужно было доверие Фреи, чтобы помочь ей вернуться в профессию. Более того, ему нужно было, чтобы она верила в то, что он никогда не предаст ее.

— Ты думаешь, они действительно верят, что мы с тобой — любовники?

— Они верят в то, во что хотят верить, и в то, что помогает им повысить тираж газет. И если я не ошибаюсь, за нами по пятам следуют папарацци. А значит, я не ошибся в своих догадках.

— Я не могу остаться с тобой, Нэш. — Фрея нервничала, и это было заметно. — Понимаю, ты считаешь это хорошей идеей, но лучше я поеду домой. У тебя есть свои дела, а мне надо подготовиться к кинопробам, когда бы они ни состоялись. Кстати, у тебя есть новости насчет этого?

— Я говорил с Джеффри сегодня утром, пока мы были еще во Франции, и он обещал перезвонить мне позже. А что касается твоего возвращения домой… то все-таки тебе лучше остановиться у меня. Это разумно. В данный момент я вплотную занимаюсь тобой и помогу тебе справиться с журналистами, а также всегда доставлю тебя туда, куда захочешь. Ты сможешь подготовиться к кинопробам, ни на что не отвлекаясь. Я даже смогу готовить еду, если ты не захочешь ходить в кафе.

— Но ведь у меня нет ни одежды, ни других вещей, которые могут мне понадобиться…

— Я съезжу и привезу их, только дай мне ключи и скажи, что тебе надо.

— А если… если тебе захочется пригласить к себе кого-нибудь?

Мгновенно догадавшись, о чем идет речь, Нэш вспыхнул:

— Я говорил, что ни с кем не встречаюсь, кроме тебя!

— Но ведь мы всего лишь притворяемся, разве не так? У тебя со мной на самом деле нет никаких отношений.

— Что ты пытаешься сказать мне, Фрея? Ты хочешь, чтобы у нас были настоящие отношения?

Ей некуда было спрятаться от взгляда его пронзительных и холодных как лед голубых глаз.

— Нет, — твердо сказала она, прекрасно понимая, что лжет. Фрея плотнее вжалась в мягкое кожаное сиденье автомобиля и стала смотреть в окно. — Конечно нет! Ни ты, ни я — мы не годимся для отношений.

— Да, — мрачно согласился Нэш и тоже отвернулся к своему окну.

* * *

Нэш съездил к Фрее домой, забрал необходимые вещи и привез их в свои роскошные апартаменты.

Он также сообщил Фрее некоторые приятные новости. Кастинг-агенты хотели видеть актрису завтра днем, поэтому у нее оставалось всего двадцать четыре часа на то, чтобы подготовиться к собеседованию и кинопробам.

Фрея хотела за это время еще раз перечитать сценарий о Никите, чтобы освежить в памяти ее характер и как можно глубже проникнуть в психологию своей героини.

Вечером, когда она с книгой в руках сидела на мягком диване в гостиной Нэша, ее мысли время от времени невольно обращались к человеку, в чьих апартаментах она гостила.

Когда он приходил домой, то немедленно скидывал с себя ботинки, заметила Фрея, и ходил по квартире босиком, в расстегнутой рубашке и мягких свободных джинсах. Его темно-золотистые волосы рассыпались непослушной волной, когда он, задумавшись, запускал в них пальцы. На работе Нэш был совсем другим — безупречно строгим и деловым. Сравнивая эти два образа — домашний и официальный, — Фрея осознавала, что за ними скрывается сильная, динамичная и чувственная натура.

Иногда он приходил на кухню, оснащенную всем необходимым современным оборудованием, готовил какой-нибудь салат или пиццу на ужин и время от времени, к удивлению Фреи, насвистывал что-то веселое себе под нос.

Странно, что такой мужчина так мило и просто насвистывает, возясь на кухне. Его поведение пробуждало во Фрее мучительное желание сблизиться с ним, узнать его лучше и самой раскрыться. Но, сказав себе, что этого не будет никогда, — ведь она не сумасшедшая, чтобы вступать в новые отношения с мужчиной, когда прежние чуть не погубили ее! — Фрея отводила взгляд от приоткрытой кухонной двери, за которой, хлопоча над ужином, насвистывал Нэш, такой красивый и притягательный, и решительно возвращалась к чтению своей книги.

— Я думаю над тем, чтобы организовать твой визит в местный детский дом, которому я помогаю.

Они сидели напротив друг друга на разных концах длинного кофейного столика из хромированного металла и стекла и пили кофе после ужина.

Глаза Фреи стали круглыми как блюдца, когда она услышала это неожиданное заявление.

— Там устраивают благотворительный вечер, чтобы собрать средства на поездку детей к морю следующим летом. Этот детский дом находится недалеко от того места, где ты выросла, и думаю, это прекрасная возможность укрепить свою репутацию. Что думаешь?

— Детский дом?..

— Да.

— А можно узнать, что побудило тебя связаться с этой благотворительной организацией? — Фрея с нетерпением ждала, что Нэш расскажет что-нибудь новое о своей жизни: то, чего она раньше не знала.

Она ждала его ответа, едва дыша.

Нэш сказал себе, что должен был предвидеть этот вопрос, но он никак не мог придумать, как бы ему уйти от ответа.

Все еще колеблясь, он потер ладонями колени — и моментально забыл о своей нерешительности, когда увидел ее восхищенное лицо. Когда Фрея интересовалась чем-то, ее лицо словно светилось изнутри.

— Считаешь, заботиться о детях меня побудило нечто кроме обычного человеческого сочувствия? — спросил он.

— Мне просто трудно это понять. И я всего лишь интересуюсь, почему ты…

— У меня было не самое идеальное детство. Я тебе, кажется, уже говорил об этом, поэтому давай не будем, хорошо? — Нэш с трудом произносил эти слова. Воспоминания о детстве вызывали у него боль, а он не хотел бередить старые раны. Вставая, он не смог скрыть раздражения. — Теперь ты довольна?

Фрея тоже встала из-за столика. Она нахмурилась, и на ее идеально гладком лбу появились морщинки.

— Довольна ли я тем, что ты страдал в детстве? Нет, конечно нет! Но если ты спросишь меня, довольна ли я тем, что ты сказал мне это, то я отвечу: да, довольна! Это большой шаг вперед — ты преодолеваешь замкнутость!

— Не надейся, что это повторится, — пробурчал Нэш.

— Почему? — с вызовом спросила Фрея. — Чего ты так боишься?

Чего он боялся? Завороженный экзотической красотой этой женщины, Нэш жаждал показать ей, что в действительности чувствует. Его тело настолько было охвачено желанием, что он не думал, когда отвечал на ее вопрос.

Он боится, что ему не удастся сдержаться, подавить свое желание, загнать его глубоко внутрь. Такие мысли и чувства были для него недопустимы!

— Давай вернемся к вопросу, который мы обсуждали. Ты примешь участие в благотворительной акции?

— Да, конечно! Но почему ты не хочешь рассказать мне о том, как стал помогать детскому дому? Почему не хочешь рассказать о своем детстве? Мне действительно надо знать, Нэш!

— Ты такая настойчивая! Отдаю тебе должное.

— Без настойчивости в жизни ничего не добьешься. Ты не менее настойчивый, чем я. — Усмехнувшись, Фрея призналась себе, что готова пустить в ход все свое очарование, чтобы убедить его раскрыться.

Нэш поморщился, явно не обрадовавшись ее словам, но, вероятно, что-то дрогнуло в нем, и он немного смягчился.

— Хорошо. — Вздох вырвался из его груди, и он стал похож на больного, с неохотой принимающего горькое лекарство. — Я воспитывался одной матерью. Мой отец погиб в автомобильной катастрофе, когда мне было три года.

— О, мне очень жаль. — Фрея тоже потеряла отца в детстве, и поэтому она понимала, что это такое. Сочувствие переполняло ее, и она не сводила с него глаз.

— Мы жили бедно, едва сводя концы с концами, и моя мать пыталась выбраться из нищеты. Увы, безуспешно. — Проведя рукой по волосам, Нэш быстро взглянул на Фрею, затем снова отвел глаза. Воспоминания о прошлом до сих пор причиняли ему сильную боль. — Мама думала, если она найдет себе мужчину, это поможет улучшить нашу ситуацию, но на самом деле нам становилось еще хуже. Мужчины, с которыми она связывалась, были настоящими отморозками… Они использовали мою мать, били ее, а некоторые из них били и меня… Один из сожителей матери однажды бросился на меня с ножом, и меня отправили в больницу, истекавшего кровью. Мне тогда было всего лишь четырнадцать. Тебе достаточно информации?

В его обычно таких завораживающих голубых глазах мелькнуло раздражение, и Фрея почувствовала, как сердце ее переполнилось состраданием.

— О, Нэш! — Фрея инстинктивно двинулась к нему, но потрясенно замерла, когда он сделал шаг назад, предостерегающе подняв вверх руку.

— Меня не нужно жалеть, Фрея. Ты спросила меня о моем детстве — я рассказал. А теперь оставим этот разговор, хорошо?

— Боже мой! Любовник твоей матери ударил тебя ножом? Это ужасно! — Сжав руки на груди, она страдала оттого, что Нэш не разрешает ей утешить его. Теперь ее собственная жизнь казалась ей чуть ли не сказкой.

— Пойду пройдусь. — Нэш направился к двери, едва взглянув на Фрею. — Не жди меня. Я не знаю, когда вернусь.

— Не уходи, Нэш! Останься со мной, давай поговорим.

— И так уже достаточно поговорил с тобой, черт возьми! Ложись спать и подумай о чем-нибудь другом! Может, о кинопробах, которые состоятся завтра? Тебе надо сосредоточиться. Увидимся утром.

— Нет! — Фрея бросилась к нему и схватила его за руку прежде, чем он успел дойти до двери.

Он смотрел на нее словно раненый зверь на хищника, загнавшего его в угол, — и лицо его побледнело при мысли о том, что он пойман. Фрее потребовалось все ее мужество, чтобы продолжать держать его за руку. Интуиция подсказывала ей — на этот раз она не должна его отпускать.

— Я просто… — Она с трудом сглотнула комок в горле. — Я просто хочу побыть с тобой, Нэш…

Фрея увидела, как Нэш стиснул зубы, подметила боль, мелькнувшую в его глазах, и прежде, чем он смог возразить или высвободиться, прильнула к его груди.

Секунду или две Нэш стоял неподвижно, но затем — невероятно! — Фрея почувствовала, что он сдается.

— О, бедный мой мальчик, ты испытал такую боль… Мне невыносимо даже думать об этом.

Приподнявшись на цыпочки, она поцеловала его в твердый подбородок, нежными губами ощутив колючую щетину, и услышала, как он судорожно выдохнул. Бурная радость охватила ее, когда Нэш рывком прижал ее к себе так крепко, что у нее перехватило дыхание.

Прижав голову Фреи к своему плечу, он стал гладить ее по волосам. Фрея чувствовала, как он дрожит. Она никогда не забудет этого…

Глава 10

Нервно расхаживая по роскошной приемной кастинг-агентства в Уэст-Энде в ожидании Фреи, которая пришла сюда на кинопробы, Нэш сравнивал себя с молодым отцом, ожидающим известия о своем новорожденном. Прошел уже час, и он подумал: если через минуту она не выйдет из огромного кабинета Джеффри Эпштейна, он окончательно сойдет с ума.

В очередной раз выглянув в окно, он увидел, что снова пошел дождь. По узкой улочке внизу ездили машины, и Нэш задержал взгляд на пешеходном переходе прямо перед зданием.

До сих пор он не видел ни одного папарацци, но кто знает, где они притаились. Если собеседование Фреи окончится неудачно, она вряд ли захочет предстать перед фотокамерами. Нэш вздохнул. Он хотел защитить ее, и не только потому, что взялся выполнить эту работу. После вчерашнего вечера — после того как она обняла его и пожалела, а ведь до сих пор Нэш никому не позволял жалеть себя, — внутри у него словно все перевернулось. Но еще раньше, когда он рассказал ей правду о том, что произошло с ним в детстве, он испытал облегчение. Нэш почувствовал, что он изменился.

Размышляя о событиях прошедшей ночи, Нэш думал также и о том, сможет ли он жить рядом с Фреей в одной квартире и не прикасаться к ней. Каждый раз, когда он обнимал ее, в глубине его сознания возникала мысль о том, что однажды Фрея перестанет нуждаться в его помощи, работа будет выполнена. Может, ему следует начать отдаляться от нее прямо сейчас, чтобы уменьшить боль неизбежного расставания?

Дверь офиса Джеффри наконец-то открылась, и в приемную вышла женщина, которая все это время владела его мыслями.

На ней были узкие черные брюки, классическая белая блузка, черный приталенный жилет и минимум косметики. Черные волосы были зачесаны назад и закреплены на затылке черепаховым гребнем, и весь ее облик больше напоминал профессиональную танцовщицу, чем известную кинозвезду.

Поймав взгляд темных глаз, Нэш испытал необыкновенное блаженство.

— Ну, как у тебя дела? — спросил он, когда в первые секунды своего появления она ничего не сказала ему.

Но прежде чем Фрея успела ответить, из кабинета вышел крупный пожилой мужчина с черными волнистыми волосами. На нем были полосатая рубашка и брюки на подтяжках. Он направился прямо к Нэшу и сердечно пожал его руку:

— Нэш! Рад видеть тебя, мой друг! Давно не виделись! Нам надо пообедать вместе как-нибудь. Как твой бизнес? По-прежнему сгораешь на работе? Такой богатый парень, как ты, может позволить себе снизить обороты, хотя бы время от времени. Не забывай об этом! — Слова срывались с его губ, словно пулеметная очередь, и Нэш подумал, что это было бы неплохо — переводить дыхание время от времени…

— Хороший совет. Бизнес в порядке. А как у тебя дела?

Улыбка Нэша была натянутой. Он не был настроен вести светский разговор, хотя, возможно, это оказалось бы полезным для его бизнеса. Нэша волновало только одно: как прошли кинопробы Фреи и как она сама оценивает результаты своей встречи с кастинг-агентом? Она смотрела на него через плечо Джеффри, и ее спокойный взгляд ничего не выражал.

— Жаловаться не на что! — Рассмеявшись собственной шутке — смех его разнесся по роскошному офису, с фотографиями знаменитостей на стенах рядом с почетными дипломами в рамках, наглядно свидетельствовавшими о его успехе, — Джеффри Эпштейн вдруг подошел к Фрее, фамильярно обнял ее за хрупкие плечи и слегка прижал к себе.

Увидев это, Нэш мгновенно вскипел от гнева. Другой мужчина прикасается к ней, будто она — его собственность! Ему захотелось немедленно подойти к ним и оттолкнуть Джеффри. Но если он даст волю свой ревности, то, возможно, отнимет у Фреи шанс получить роль Никиты.

— И дела у меня пойдут еще лучше, когда мы возьмем эту молодую леди на главную роль в нашем фильме! — с нескрываемым удовольствием заявил кастинг-агент. — Я просмотрел примерно двадцать актрис, и должен сказать тебе, что никто не мог сравниться с нею! Мы с режиссером очарованы! Она — само совершенство! Фрея — необыкновенная, она — профессионал… она рождена для того, чтобы сыграть роль Никиты Пушковой. Спонсоры и продюсеры будут счастливы, когда она присоединится к нам. Безмерно благодарен тебе, Нэш, за то, что ты привел ее ко мне. Я перед тобой в долгу.

Подойдя к узкой витой лестнице, ведущей в вестибюль, Нэш удержал Фрею за руку. Она была удивительно спокойна, хотя только что получила роль, которая вновь могла вознести ее на вершину славы. Фрея была настолько невозмутима, что Нэш не знал, как реагировать. Ведь эта роль так важна для нее!

— Прими мои поздравления. Наверное, ты довольна, — заметил он.

Фрее хотелось, чтобы он обнял ее… или, по крайней мере, как-то проявил бы радость. Но выражение лица его было лишь чуточку теплее, чем холодный мрамор, и Фрея подумала, что Нэш, наверное, уже мысленно распрощался с нею и думает о другом клиенте. При одной мысли об этом ей чуть не стало дурно. Она не хотела, чтобы Нэш оставил ее…

Или думал о ком-то еще.

Вчера вечером, когда она не позволила ему уйти, когда он неохотно рассказал ей о своем прошлом, она поняла, что любит его.

Ему потребовалось мужество, чтобы поведать ей свою историю, и в глубине души Фрея понимала, как нелегко это было сделать человеку, имевшему такую давнюю незаживающую рану.

Ей так хотелось заняться с Нэшем любовью, но она понимала — ему нужно уединиться и прийти в себя. Поэтому ей пришлось смириться с тем, что он, сдержанно пожелав ей спокойной ночи, удалился в свою спальню один.

Всю ночь она лежала без сна, тоскуя о его сильных руках, обнимающих ее, о его обжигающих поцелуях, так легко ее поработивших.

Фрея сходила с ума, мучаясь мыслью о том, что он явно к ней охладел и отдалился от нее.

Нэш закрыл для нее дорогу к своему сердцу, поэтому ей осталось только одно: отдать всю свою страсть, все свои силы своей новой роли, создать образ прекрасной русской женщины-доктора — порядочной и честной, преданной своему делу. Она должна раскрыть перед всеми характер потрясающей молодой женщины, Никиты Пушковой.

— Я настолько потрясена, что с трудом могу поверить в происходящее! — призналась Фрея, робко улыбнувшись. — Я очень старалась, и, кажется, у меня все хорошо получилось, но без тебя я никогда не получила бы эту роль. Если бы ты не устроил для меня кинопробы, я бы по-прежнему мучительно думала о том, как мне вернуться в кинематограф.

— То, что ты получила эту роль, исключительно твоя заслуга, милая моя. — В его тоне совершенно непроизвольно прозвучала нежность, и Нэш, помимо своей воли, ласково провел ладонью по прохладной щеке Фреи. Увидев ее потрясенный взгляд, он быстро отнял руку и протянул ей длинное черное пальто. — Вот, надень, на улице дождь.

— Давай пойдем куда-нибудь, выпьем по чашечке кофе в честь моей победы.

Нэш понимал — если они сейчас выйдут на улицу, то в скором времени кто-нибудь узнает Фрею — и вокруг них моментально начнут роиться журналисты, словно стая пчел вокруг последних летних цветов. Нэш нахмурился, затем усмехнулся.

— Подожди здесь, — попросил он и бросился вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

Не успев ничего сказать, Фрея лишь удивленно посмотрела ему вслед. Вернувшись через несколько минут, Нэш с триумфом протянул ей светлый парик и шелковый ярко-красный шарф, позаимствованные им из костюмерной Джеффри Эпштейна.

— Да-да! Иди в туалетную комнату и надень это! — скомандовал он, поднимая воротник пиджака. — Если мы выйдем не больше чем на полчаса, сможем остаться незамеченными.

Они сидели в кафе на Оксфорд-стрит — это заведение пользовалось большой популярностью, и здесь было много посетителей. Нэш наблюдал за тем, как Фрея пьет кофе. На ее лице отражалось безмерное удовольствие. Она напоминала маленькую девочку, играющую в переодевания. Фрея вошла в свой новый образ с истинным рвением и даже изобразила шведский акцент, причем так искусно, что могла бы ввести в заблуждение даже его мать-шведку. Кстати, в образе блондинки Фрея не стала менее привлекательной.

Нэш едва притронулся к своему кофе, не в силах отвести от нее взгляд.

— Если бы ты знал, как мне этого недоставало! — Фрея наклонилась к нему над маленьким круглым столом. — Большое тебе спасибо.

— Не стоит благодарности. Кстати, как блондинка ты просто сногсшибательна!

Его голос был хриплым, и это напомнило Фрее о спальне и жарких простынях…

— Действительно?

— Я непременно еще когда-нибудь организую нам игру в переодевание, — пошутил Нэш, и горячие искорки, вспыхнувшие в его глазах, обожгли ее.

Чтобы справиться с ответной волной желания, поднявшейся из глубин обманчиво спокойного океана внутри нее, Фрея быстро сменила тему разговора:

— Когда мы поедем в детский дом?

Нэш пристально взглянул на нее:

— В субботу. Я оповещу прессу о том, что ты туда собираешься. Джеффри сказал тебе, когда начнутся съемки?

— В следующем месяце. Сначала пройдут репетиции в Лондоне, они продлятся две недели, затем мы вылетим в Румынию, чтобы подыскать подходящее место для съемок.

— Уверен, это будет очень интересная работа.

— Конечно.

Ей было тяжело смотреть на Нэша и в то же время понимать, что уже совсем скоро он исчезнет из ее жизни. Она снова с головой окунется в кинематографический мир, займется своей карьерой, а он станет оберегать и поднимать популярность очередного богатого клиента, попавшего в затруднительное положение. Эта мысль причиняла Фрее невыносимые страдания.

Она думала, что ничто не может сравниться с той болью, которую ей уже пришлось пережить. Неудачный брак, разрушенная карьера и козни корыстного и жестокого бывшего мужа довели ее до грани отчаяния, но боль от грядущего расставания с Нэшем оказалась еще сильнее. Фрея поняла: она безнадежно и отчаянно любит его.

Ее любовь действительно безнадежна, потому что Нэш, успешный и энергичный специалист по связям с общественностью, отвергал любое проявление любви из-за душевной травмы, полученной в детстве.

Разве до сердца такого мужчины возможно достучаться?

— Нам надо возвращаться, — порывисто произнесла Фрея, желая скрыть печаль, поднявшуюся из глубины души и укравшую всю радость.

И дети, и работники детского дома восторженно восприняли появление Фреи. К приезду гостей здесь подготовили дневное представление — интерпретацию «Белоснежки и семи гномов», — и Нэш гадал о том, какое впечатление возникло у Фреи, когда раздались заключительные аплодисменты.

Она сидела рядом с ним на пластиковом стуле и, судя по восхищенному выражению лица, была точно так же до глубины души тронута.

— Они прекрасно сыграли! — с энтузиазмом воскликнула Фрея. — Я поражена, с каким совершенством все исполнили свои роли! Особенно самые маленькие.

— Они репетировали несколько недель.

— И не зря! Они добились успеха!

В зале, наполненном персоналом и детьми, возрастало предвкушенное напряжение, но журналистов и фотографов, столпившихся в задних рядах, предупредили о том, что они не должны фотографировать Фрею, пока она не начнет говорить.

Взглянув на директора детского дома, Нэш положил свою руку на руку Фреи.

— Они ждут, — тихо сказал он. — Тебя надо представлять?

— Нет, не надо.

Фрея встала — стройная, гордая, в темно-розовом костюме от Шанель, и Нэш почувствовал дразнящий запах ее духов с нотками жасмина и пряных трав.

— Пожелай мне удачи!

Взгляд Нэша был очень серьезным.

— Ты — сама удача, ангел мой, — пробормотал он и стал следить за тем, как грациозно она поднимается по ступенькам, ведущим на маленькую сцену.

Ее сияющая улыбка покорила всех — и детей, и работников детского дома, и саму директрису детского заведения, и даже кровожадных журналистов. Фрея казалась истинной королевой.

Короткая и взволнованная речь Фреи, в которой она восхищалась усилиями детей и персонала, а также предлагала свою помощь в организации других общественных мероприятий, произвела фурор. Засверкали вспышки кинокамер, Фрея стала позировать перед корреспондентами вместе с детьми, которые льнули к ней в жажде ее внимания. Фрея обнимала каждого и, казалось, каждому улыбалась особой улыбкой, не имевшей никакого отношения к продвижению ее карьеры.

Нэш почувствовал, что это истинное счастье — находиться здесь. Он неотрывно любовался ее прекрасным радостным лицом, а затем — будто гром среди ясного неба — правда осенила его. В эти несколько заоблачных минут, когда время, казалось, застыло на месте, Нэш осознал, что любит ее. Это осознание захлестнуло его мощным и безжалостным потоком, и Нэш потряс головой, надеясь избавиться от головокружительного ощущения, сковавшего его мозг. Ему было трудно сконцентрироваться на чем-либо, кроме желания оказаться с ней где-нибудь наедине, выразить свои чувства… если еще не слишком поздно. Он столько раз отталкивал Фрею, когда она пыталась сблизиться с ним. Поверит ли она в его искренность, когда он пообещает никогда больше не отвергать ее?

Когда настало время уходить, они попрощались со всеми, и Нэш повел Фрею к стоянке. За рулем своего автомобиля Фрею ждал ее дядя Оливер Бомарше, чтобы отвезти племянницу сначала к себе домой, на коктейль, а затем — в ресторан, ужинать. Нэш должен был поехать в своей машине, а потом присоединиться к ним.

Телевизионщики и журналисты высыпали вслед за ними на улицу, продолжая выкрикивать вопросы и фотографировать, и Фрея терпеливо позировала, встав возле дверцы автомобиля. Взглянув на Нэша сияющими глазами, она откровенно призналась:

— Я полюбила этих детей и хочу к ним снова приехать. Ты можешь организовать это?

— Без проблем.

— Замечательно, что ты занимаешься таким благородным делом.

Нэш приподнял ее подбородок, прекрасно понимая — их сейчас снимают, и эта фотография появится на страницах завтрашних утренних газет. Однако он был так взволнован, что ничего не мог с собой поделать.

— И замечательно, что вы им тоже занялись, мисс Карпентер, — шутливым тоном произнес он, а затем нежно поцеловал Фрею в удивленно приоткрытые губы. — Детям навсегда запомнится этот день.

Фрея улыбнулась:

— Я тоже навсегда запомню этот день.

— Господа, на сегодня достаточно! — обратился Нэш к толпе, собравшейся возле автомобиля, и быстро открыл дверцу для Фреи. — Мисс Карпентер направляется на другую встречу, и мне кажется, у вас уже достаточно отличных кадров.

— Спасибо, Фрея! — раздался чей-то голос, и актриса, махнув всем на прощание рукой, нырнула в автомобиль.

Парковка чудесным образом прямо на глазах стала расчищаться. Коротко попрощавшись с Оливером Бомарше, терпеливо дождавшимся окончания фотосъемки, Нэш уже собирался попрощаться и с Фреей, когда его окликнул высокий худощавый юноша с копной черных волос и пронзительными голубыми глазами, появившийся на другом конце парковки. Нэш оглянулся — и на лице его расцвела искренняя улыбка радости.

— Привет, Марк! Как дела? Почему-то не видел тебя внутри.

— Меня там и не было. Я должен быть сегодня в школе, но пошел на собеседование в колледж. Почему, вы думаете, я так приоделся?

Нэш взглянул на слегка лоснящиеся серые брюки, застиранную белую рубашку, коричневый галстук в горошек и простенький пиджачок из серого флиса, и сердце его больно сжалось.

— А я уж было подумал, ты ходил на свидание! — пошутил он.

— Вот еще! — Покраснев до ушей, Марк скорчил гримасу. — Это Фрея Карпентер? — Парень с благоговением взглянул на заднее сиденье автомобиля.

— Почему бы тебе не поздороваться с ней, Марк? — улыбнулся Нэш.

Услышав эти слова, Фрея протянула руку юноше:

— Привет, Марк! Очень рада с тобой познакомиться.

— Bay! — Пожав ее руку, Марк повернулся к Нэшу и еще больше покраснел. — Она такая красивая!

— Не могу поспорить с тобой, — ни секунды не колеблясь, произнес Нэш.

Марк слегка склонил голову:

— Рад познакомиться с вами, мисс. — Отпустив ее руку, паренек выпрямился. — Могу я с вами поговорить минутку? — нерешительно спросил он Нэша. — Вы не возражаете?

Быстро взглянув на Фрею и ее дядю, Нэш взял Марка за локоть:

— Может, я приду к тебе домой, и мы там поговорим? Я знаю адрес.

— Не спеши, — спокойно сказала Фрея. — Мы подождем тебя. Скоро увидимся. — Закрыв дверцу, Фрея откинулась на спинку сиденья.

Отведя парня в сторонку — к тому месту, где стоял его «мерседес», Нэш отпустил его локоть и скрестил руки на груди:

— Что случилось?

— Вчера я навещал свою мать… в больнице.

Мать Марка была алкоголичкой, некоторое время она даже сидела в тюрьме за то, что ударила ножом своего друга-собутыльника.

Почувствовав, что сердце его начинает тревожно биться, Нэш сжал худенькое плечо мальчика под потертым серым пиджаком.

— Почему она в больнице? — тихо спросил он. — Она снова стала пить, да? — Голубые глаза его потемнели от гнева, и Марк опустил голову, чтобы не показывать свою боль.

Нэш мгновенно увидел свое отражение в наполненных страданием глазах мальчика. Потому что лет двадцать назад он сам был таким — ранимым, озлобленным и чувствующим себя преданным теми, кто должен был заботиться о нем.

Нэш прекрасно знал на своем собственном опыте, что это такое — горечь, обида и боль. Его собственный отец покинул его, уйдя в могилу, а его мать… его мать могла бы лучше заботиться о нем и беречь его.

Зачем она продлевала его и свои страдания, находя себе таких мужчин, которые издевались над ней и ее сыном? Разве не лучше было бы одной растить сына и справляться с трудностями, пока Нэш не подрос и сам не пошел работать, чтобы ей помогать? Почему она отправила его в Англию к тете, которую мальчик даже ни разу не видел, оставив его без своей заботы и любви?

Нэш медленно выдохнул. Мать отправила его к сестре его отца в графство Эссекс, потому что ее очередной сожитель чуть не зарезал его. Старая рана под ребром заныла, когда он вспомнил об этом.

— Она нуждается в помощи? — спросил Нэш мальчика, еще крепче сжав его плечо.

— К ней приставили нового социального работника. Но это не имеет значения, правда? Она все равно будет пить, когда вернется домой… И начнется старая история.

— Но для тебя история будет другой, Марк. — Отпустив плечо мальчика, Нэш прищурил глаза, взглянув на бледное и худое лицо. — Ты поступишь в колледж, а затем, возможно, и в университет. Для такого талантливого мальчика, как ты, нет ничего невозможного. Я видел твои оценки и знаю, на что ты способен. И если тебя охватят сомнения и ты захочешь об этом поговорить, звони мне. Вот. — Достав из бумажника визитную карточку, Нэш протянул ее Марку. — Знаешь, как ты можешь помочь своей матери? — продолжал он. — За что бы ты ни взялся, делай все на «отлично». Стремись быть самым лучшим, и твоя мать станет гордиться тобой.

— Постараюсь. — Немного растерянный, но явно польщенный, кивнул Марк.

Глава 11

Фрея думала о мальчике, Марке, с которым она познакомилась перед самым отъездом из детского дома. Его бедная одежда, а также страдальческий взгляд тронули ее сердце. Заметив, как бережно Нэш обращается с ним, она увидела еще одну положительную сторону мужчины, в которого так отчаянно влюбилась. Многие люди, которые, как он, получили травмы в раннем детстве, предпочитают держаться подальше от подобных детей, чтобы те не напоминали им о собственных тяжелых переживаниях.

Но Нэш не относился к таким людям. Он стремился помочь тем, кто не смог так же успешно, как он, начать свою взрослую жизнь. Понимает ли Марк, какого потрясающего друга он обрел в его лице?

Их ужин вместе с Оливером подходил к концу, и Фрея не могла дождаться, когда же они с Нэшем наконец-то окажутся в его квартире наедине. Весь вечер Нэш не сводил с нее глаз, и Фрея замирала в предвкушении того, что сегодня ночью они, возможно, снова займутся любовью…

Войдя в квартиру и повесив свой пиджак на хромированную вешалку возле двери, Нэш быстро удалился в ванную комнату, извинившись перед Фреей. Когда они сидели в ресторане, официант случайно пролил красное вино на его безупречно белую рубашку, и Нэш хотел ее сменить.

Ожидая его возвращения, Фрея стала бродить по квартире. Сначала она прошла на кухню, затем — в гостиную и, чтобы немного отвлечься, стала рассматривать стильную мебель и изысканную отделку помещения. Зазвонил телефон. Фрея потянулась к нему, но не успела взять трубку: сработал автоответчик.

Сначала послышался голос Нэша. Он сообщал звонившему, что не может поговорить с ним, и просил оставить сообщение. Затем раздался женский голос — приятный и бархатистый:

«Нэш, дорогой… я так расстроена, что ты не можешь подойти к телефону! Сейчас уже поздно, я понимаю, но, пожалуйста, перезвони мне, когда освободишься. Я скучаю по тебе и люблю тебя безумно, мой ангел. С нетерпением жду твоего звонка!»

Фрея резко выпрямилась. Кажется, эта женщина говорила со шведским акцентом и говорила с чувством, если не со страстью… Слова ее насмешливым эхом разносились в оцепеневшем сознании Фреи. Она подошла к окну и невидящим взглядом стала смотреть на вечерний Лондон, переливающийся миллионами огней.

Нэш с кем-то встречается! И эта женщина говорила так, будто они находятся в самых близких отношениях! Просто знакомая или даже хорошая подруга никогда не сказала бы: «Я скучаю по тебе и очень люблю тебя, мой ангел!»

Он лгал ей!

Кровь застыла в ее жилах, когда Фрея с ужасом это поняла. Будто снова повторился тот страшный момент, когда она обнаружила, что ее новоиспеченный муж совсем не любит ее, а женился лишь потому, что его привлекли ее слава и богатство. Они с Джеймсом были тогда на какой-то скучной вечеринке, алкоголь развязал ему язык. Фрея случайно услышала его, когда Джеймс с насмешкой громогласно признавался в этом своему приятелю.

Но сейчас все гораздо хуже. Горькие слезы потекли по ее щекам. Как он мог так с ней поступить? Как он мог заниматься с ней любовью, когда у него другая женщина? Неужели она настолько перестала разбираться в людях, что мужчина снова смог ее обмануть? Не удивительно, что иногда Нэш становился холоден с ней и отдалялся от нее. Не удивительно, что он скрывал свое прошлое. Ему явно было что скрывать, черт возьми!

— Кажется, я слышал телефонный звонок? — спросил Нэш, входя в гостиную и застегивая на ходу рукава свежей белой рубашки.

Повернувшись к нему, Фрея взглянула на его точеное лицо, растрепанные светлые волосы и едва совладала с собой.

— Да, действительно, звонил. Женщина оставила сообщение на автоответчике.

— Хорошо. Думаю, это не срочно. Послушаю сообщение потом. — Улыбка Нэша была расслабленной, интимной, будто ничто другое его больше не интересовало, и, когда он направился к Фрее, она больше не смогла сдержать свои эмоции.

— О, на твоем месте я бы прослушала его прямо сейчас! — язвительно заметила Фрея. — Наверное, эта женщина хотела сказать тебе нечто очень важное. Она была так расстроена тем, что ты не взял трубку. И, кстати, в конце она сказала, что очень любит тебя и скучает! Кто она? У тебя с ней роман?

— Что?! — Нэш остановился как вкопанный, будто на полной скорости врезался в стену. — У меня нет ни с кем никакого романа, черт возьми! — Он вдруг увидел следы страдания на милом лице Фреи и понял, что она плакала. Она подумала, что он с кем-то встречается! Сердце его забилось, готовое выскочить из груди.

— Или это вполне нормально, когда тебе поздно вечером звонит какая-то иностранка и говорит, что любит тебя?

— Ты хочешь сказать, у нее был иностранный акцент? — Нэш медленно покачал головой.

— Да, у нее был акцент! — яростно выкрикнула Фрея. — Шведский акцент, если не ошибаюсь! Почему бы тебе не прослушать сообщение, чтобы убедиться в этом самому?

Две вещи поразили Нэша — буквально подкосили его, сбили с ног, словно шторм в десять баллов. Во-первых, то, что Фрея приняла его мать за некую женщину, с которой он якобы встречается… И, во-вторых, Фрея оказалась ревнивой!

А если она ревнует его, значит…

Она любит его! По-настоящему любит. А он как раз собирался ей признаться в том же!

— Мне не надо слушать сообщение, — выдохнул он. — Ты права… У этой женщины шведский акцент. Ее зовут Инга Йогансон, и она — моя мать. — Уголки его губ приподнялись в улыбке, и он запустил пальцы в свои густые светлые волосы. — Это сообщение, которое ты услышала, оставила моя мама. Она звонила из Швеции.

— Твоя… мама?

Услышав сомнение в ее голосе, Нэш едва сдержал желание пересечь комнату, подойти к Фрее и обнять ее.

— Почему она живет в Швеции?

— Потому что она там родилась. В Стокгольме. И я до четырнадцати лет тоже жил в Швеции.

— А твой отец? Он тоже швед?

— Нет, англичанин. — И снова Нэш почувствовал острое желание приблизиться к ней. Он любит Фрею. Сейчас он в этом нисколько не сомневался. И мысль о том, чтобы потерять ее, причиняла ему страшную боль, которую он не пожелал бы испытать и врагу. Фрея стала неотъемлемой его частью, и жизнь его утратила бы смысл, если бы в ней не стало ее.

— О, Нэш! — Фрея бросилась к нему и, обхватив его шею руками, спрятала лицо на его груди. — Я так жалею, что заподозрила тебя в том, будто у тебя есть другая женщина, но я потеряла разум, когда услышала это сообщение! Ты простишь меня?

Взяв в ладони ее лицо, Нэш взглянул в ее страстные темные глаза и медленно улыбнулся:

— Да, малышка моя. Конечно, я тебя прощаю. Но тебе придется очень-очень попросить меня, чтобы я на тебя не сердился.

Щеки Фреи зарделись.

— А как?

— Пойдем в постель, и я тебе объясню. — Взяв ее за руку, Нэш повел ее через просторный холл в свою спальню.

Включив ближайший светильник, Нэш прежде всего задернул шторы на окнах, чтобы забыть о том, что на улице ночь и холодный моросящий дождь сменился снегом. Затем он вернулся к Фрее и скинул с ее плеч розовый жакет. Положив его на кресло, он поднял ее подбородок, желая получше разглядеть каждую черточку ее прекрасного лица.

— Я никогда не буду лгать тебе! — заверил он ее, и Фрея почувствовала, как сжалось ее сердце. — Но не думай, что я расскажу тебе сразу все подробности своей прошлой жизни. Ты уже и так знаешь многое, и на сегодня достаточно. А сейчас я хочу, чтобы мы сконцентрировались на другом, гораздо более счастливом сценарии… на нашей с тобой совместной жизни.

Нэш с трудом мог представить себе, как он все это время жил один. Глядя на прекрасное лицо Фреи, он понимал, каким же он был несчастным!

Однако он еще не сказал ей о своих чувствах… Но скажет обязательно! Только сначала он уложит ее в постель и продемонстрирует со всей своей страстью, как сильно любит ее.

Когда губы Фреи прикоснулись к шершавому шраму — жестокому наследству прошлого — и стали целовать его с такой нежностью и любовью, будто это была самая прекрасная вещь на земле, Нэш утратил способность мыслить. Нечто разбитое в нем вновь соединилось в единое целое, и ему захотелось плакать и смеяться от радости.

Позже, после бурной и страстной любви, когда Фрея лежала рядом, Нэш нежно поцеловал ее в шею.

— Не хочешь ли снова выйти замуж? — спросил он.

Услышав этот вопрос, Фрея замерла, кровь застучала у нее в висках.

— Серьезно подумай, прежде чем говорить такое, Нэш, — пошутила она, загнав внутрь внезапное ощущение горечи. — У меня нет денег. Джеймс оставил меня без гроша. Мой дом заложен, и я оставалась без работы почти два года! К тому же если ты желаешь жить закрытой и уединенной жизнью, то я — не лучшая кандидатура на роль жены, учитывая интерес, который проявляет ко мне пресса.

— Я люблю тебя, Фрея Карпентер. И хочу жениться на тебе, каковы бы ни были обстоятельства твоей жизни! Я совершенно не собирался влюбляться в роскошную кинозвезду, но… — Он усмехнулся. — Нам всем приходится чем-то жертвовать.

— Это действительно жертва! — Повернувшись к нему, Фрея хотела еще что-то сказать, но потеряла дар речи, увидев его сверкающие голубые глаза.

— Позволь тебе напомнить… — задумчиво произнес Нэш, погладив пальцем ее нежную щеку, — что, учитывая мое прошлое, я тоже — не самый совершенный кандидат на роль мужа.

Озорно улыбнувшись, Фрея еще крепче прижалась к нему.

— А что может предложить такой не самый совершенный кандидат, как ты, такой далекой от совершенства кандидатуре, как я, если я соглашусь выйти за тебя замуж? — поддразнила она его.

— Свое сердце, — серьезно ответил Нэш, и голубые глаза его потемнели, словно небо в безлунную ночь. — Годится для начала, Фрея?

— О… — прошептала она и надолго забылась, наслаждаясь его жадными поцелуями. Наконец, с трудом отодвинувшись от Нэша, она почти с благоговением взглянула на него: — На тот случай, если ты еще не догадался… Я люблю тебя, Нэш. И буду любить всегда.

Эпилог

Два года спустя,

церемония вручения кинопремии года

— Победителем объявляется…

— Сейчас тебя вызовут, малышка… Ты готова?

Наклонившись над полированным банкетным столиком к своей жене, Нэш почувствовал, как внутри у него все сжалось от наплыва радостных эмоций. В приглушенном свете свечей лицо Фреи казалось еще более прекрасным, чем всегда. Нэша переполняла гордость.

Фрее пришлось пройти долгий и трудный путь, чтобы достичь такого успеха, но никто, кроме Нэша, не догадывался о том, что ей пришлось пережить. Теперь она была знаменитой актрисой, и звездной ее ролью стала роль Никиты Пушковой. Фрея сумела блестяще раскрыть образ русского доктора.

Нэш нисколько не сомневался в том, что победителем в номинации «За лучшую женскую роль» будет объявлена Фрея. Она на голову выше остальных актрис. И теперь ее карие глаза смотрели лишь на него, словно она боялась взглянуть в сторону, на заполненный людьми зал.

Еле слышно она прошептала ему на ухо:

— Пожалуйста, не будь таким уверенным… Я не хочу, чтобы ты разочаровывался.

Но эти опасения были излишними. Публика уже поднялась и восторженно зааплодировала, когда ведущий произнес ее имя. Нэш немедленно подошел к своей жене и прижал ее крепко к себе. Она была в переливающемся красном платье с глубоким декольте. Нэш крепко поцеловал ее в губы — на виду у всех, а затем, слегка отодвинув от себя, окинул нежным и любящим взглядом:

— Ты сделала это, мой ангел! Сделала! Сегодня твой день, и я горжусь тобой, черт возьми!

— Без тебя у меня ничего не получилось бы.

В ее темных глазах уже блестели слезы, а ведь ей еще надо было подняться на сцену! С трепетно бьющимся сердцем и с ощущением нереальности происходящего, какого она никогда прежде не испытывала, Фрея медленно направилась по красной ковровой дорожке к сцене.

Приняв вожделенную статуэтку из рук известного актера, который специально прилетел из Америки, чтобы вручить ее, Фрея взглянула на море восхищенных лиц и стала искать глазами лицо своего мужа.

— Я чувствую себя так, будто заново родилась! — выдохнула она, и зрители, с восхищением смотревшие на нее, снова разразились бурными аплодисментами. — Не хочу сказать, что роль Никиты — моя «лебединая песня», я молодая актриса и надеюсь, у меня будет долгая и успешная карьера. Но в то же время считаю необходимым подчеркнуть, что роль Никиты досталась мне в самый нужный момент, — точно так же, как и мой муж! — Лицо Фреи осветилось счастливой улыбкой, и публика снова возликовала. — Моя героиня, Никита Пушкова, — удивительная, необыкновенная женщина, и я была удостоена чести сыграть эту роль. Я должна выразить благодарность многим людям, как вы догадываетесь, но прежде всего… — Фрея отыскала среди толпы высокую фигуру своего мужа, — я хочу поблагодарить того, к кому испытываю особую благодарность, — своего мужа Нэша. Он помог мне вернуться к жизни и убедил меня вновь заняться своей карьерой, когда я уже утратила веру в то, что снова когда-нибудь буду играть. Мой муж — невероятно хороший и добрый человек. К нашей общей радости, два месяца назад я родила нашу любимую дочку, Бетси. — Горло Фреи сжалось, когда раздался взрыв аплодисментов, и она покачала головой, с трудом веря в свое счастье. — Мне невероятно повезло в жизни, и я никогда не забуду этого. Нэш… вы с Бетси — самое драгоценное, что есть у меня в жизни!

Стоя возле края полированного столика с мерцающими на нем свечами, Нэш улыбнулся и, приложив руку к своим губам, послал воздушный поцелуй прекрасной женщине, стоявшей на сцене.

Ему тоже невероятно повезло.

Content

Мэгги Кокс
Подмоченная репутация

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Эпилог