Марта Поттерс

Запретный плод

1

Машина неслась по пустынному шоссе, вдоль которого высились ели. Уже светало.

Как давно я не видел снега, подумал Джейк, лет десять, наверное. Ну да, с тех пор, как в последний раз приезжал в Вермонт к родителям. Джейк вздохнул: за эти десять лет много воды утекло. Он не был уже тем восторженным юнцом, каким покинул дом отца, Майкла Сандерсона. Джейк задавался вопросом, как его встретят в родных пенатах, но внутренне был готов ко всему. Старик мог, не говоря ни слова, просто указать ему на дверь, или устроить скандал, или сделать вид, что не замечает его присутствия.

Нелады с отцом начались девять лет назад, когда стало известно, что Рут Сандерсон, мать Джейка, серьезно больна и ей недолго осталось жить. Поседевший от горя отец стал обвинять Джейка во всех смертных грехах — прежде всего в эгоизме, черствости и равнодушии к несчастью семьи.

Джейк постарался отвлечься от неприятных воспоминаний. Часы показывали восемь. Еще сто миль, и на горизонте появится Оленья гора, речка, а там уж до владений Сандерсонов рукой подать. Места с детства знакомые Джейку. Проведя в дороге всю ночь, он неимоверно устал, да и незалеченная рана давала о себе знать. Чтобы не заснуть за рулем, Джейк включил в кабине радио. Однако вскоре он снова ушел в свои мысли, краем уха слушая утреннюю программу.

Чем ближе Джейк подъезжал к дому, тем навязчивее становились воспоминания о роковой ночи, перевернувшей всю его жизнь. В памяти Джейка всплыло лицо матери, ее предсмертный взгляд и обращенные к нему слова прощания… Джейк тряхнул головой: он не хотел вспоминать то, что случилось дальше, но и забыть об этом был не в силах.

В ту ночь, когда он стоял на краю гибели, его спасла женщина, которая до сих пор являлась ему в сновидениях, о которой он не переставал мечтать и которую проклинал. Джейк знал, что ему никогда больше не испытать такого накала страстей и такой нежности, как в ту ночь, в постели с Кэрол Майлз. Словно ангел, спустившийся с небес, она поддержала его в трудную минуту. Джейк думал, что ее нежность искренна. Но позже он узнал, что у Кэрол был жених. Это известие потрясло Джейка до глубины души. Он надеялся, что их связывало неподдельное чувство, что любовь, вспыхнувшая в его сердце, была взаимной. Но, оказалось, Кэрол испытывала к нему только жалость. Лишь из сострадания она не отвергла в ту ночь его любовь. Шли годы, а горечь и обида не покидали Джейка. Он раскрыл душу перед этой женщиной, а она предала его, выйдя замуж за другого. Джейк поклялся больше никогда не совершать подобной ошибки.

Воспоминания разбередили душу Джейка…

Тем временем за окном замелькали знакомые пейзажи, и он притормозил, зная, что сейчас будет поворот на подъездную дорогу, ведущую к дому отца. Остановившись на парковочной площадке перед двухэтажным особняком, Джейк выключил двигатель, спрыгнул на заснеженный асфальт, захлопнул дверцу машины и взбежал по ступеням. Будь что будет, подумал он и позвонил в колокольчик.

Ждать пришлось недолго. Через несколько секунд дверь распахнулась, и Джейк остолбенел. Перед ним стояла она — женщина его грёз.

— Кэрол, ты как здесь оказалась? — не веря своим глазам, наконец спросил он вместо приветствия.

Но та, словно окаменев, смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. На ее лице не было ни кровинки.

— Может, впустишь меня в дом? — спросил Джейк. — Жуткий холод.

Все также не говоря ни слова, Кэрол посторонилась. Ее сердце гулко билось в груди: она сразу узнала Джейка Сандерсона, красавца с точеными чертами лица. Он действительно был необыкновенно хорош собой.

Кэрол постаралась подавить охватившее ее сильное волнение. В последний раз она видела Джейка два года назад в Бостоне на похоронах своего мужа Сола. Она до сих пор не могла забыть исполненный холодного презрения взгляд Джейка, когда тот подошел к ней выразить соболезнования.

— Джейк? — наконец прошептала ошеломленная Кэрол. — Что ты здесь делаешь?

— Скорее следовало бы спросить, что ты здесь делаешь, — проворчал Джейк, стараясь скрыть потрясение, которое произвела на него нежданная встреча.

— Я работаю у твоего отца, — ответила Кэрол и, заметив недоумение в глазах Джейка, объяснила: — Я его сиделка и экономка.

— Его сиделка? — изумленно переспросил Джейк, расстегивая куртку.

В полученном им недавно анонимном письме, автор которого настоятельно советовал ему срочно приехать в дом отца, ничего не говорилось о том, что тот нездоров.

— Да, мистер Сандерсон сломал бедро, — объяснила Кэрол, нисколько не удивившись, что Джейк ничего не знает о несчастном случае, произошедшем с его отцом. С тех пор как девять лет назад после долгой мучительной болезни умерла от рака мать Джейка, отец и сын почти прекратили всякое общение.

Именно поэтому Кэрол и согласилась поселиться в доме Майкла Сандерсона в качестве сиделки и экономки. Из-за сокращения штатов она потеряла место в больнице и стремилась найти хоть какую-нибудь работу.

— Когда это случилось? — спросил Джейк, небрежно бросив куртку на первый попавшийся стул.

— Три недели назад, — ответила Кэрол, чувствуя, как участился ее пульс и стараясь не смотреть на стройную фигуру Джейка, одетого в яркую клетчатую рубашку и синие джинсы, тесно обтягивающие бедра.

— Почему мне не сообщили об этом? — недовольно спросил он.

Джейк как будто забыл, что весь последний месяц работал в Бостоне под прикрытием. Секретный агент ФБР Сандерсон получил задание ликвидировать преступную группу, занимавшуюся контрафакцией — подделкой товаров.

— Лучше спроси об этом доктора Эдвардса, — посоветовала Кэрол, едва не проговорившись, что врач предлагал сообщить Джейку о несчастном случае, но Майкл категорически запретил делать это.

— Как все произошло?

— Он упал с лестницы в своем магазине, — объяснила Кэрол.

Отец Джейка владел супермаркетом, находившимся на главной улице Гленвилла. Магазин Сандерсона считался достопримечательностью этого маленького провинциального городка, поскольку являлся одним из первых открывшихся здесь торговых предприятий.

— Зачем, черт возьми, ему понадобилось влезать на эту проклятую лестницу! — с негодованием воскликнул Джейк. — У него что, служащих не хватает?! — Он провел ладонью по темным волосам, слегка взъерошив их. Небрежность в прическе делала его еще более привлекательным. — Он сильно ушибся?

Джейк в упор взглянул на Кэрол, и та, несмотря на холодок, пробежавший по ее спине от пристального взгляда Джейка, постаралась не отводить глаз.

— Довольно сильно. Пришлось делать серьезную операцию, но твой отец прекрасно ее перенес.

Кэрол умолчала о том, что Майкл, выйдя из больницы неделю назад, наотрез отказался выполнять предписания врачей и, похоже, потерял всякое желание когда-либо снова встать на ноги.

— Но почему он так рано выписался из больницы?! — воскликнул Джейк и осекся. — Впрочем, что за дурацкий вопрос… С тех пор как отец узнал о диагнозе, который врачи поставили моей матери, он возненавидел все больницы.

Джейк хорошо понимал отца, поскольку сам всего лишь два дня назад сбежал из бостонской больницы.

— Чтобы заставить моего отца остаться в больнице, следовало бы, пожалуй, связать его или колоть ему постоянно снотворное.

— Ты прав, — согласилась Кэрол, — вот почему я здесь. Доктор Эдвардс пригрозил твоему отцу, что, если тот не возьмет в дом кого-нибудь, кто мог бы присматривать за ним, его до конца дней продержат на больничной койке.

— Понятно.

Джейк хотел еще что-то спросить, но на лестнице послышались шаги. Джейк и Кэрол обернулись.

— Мама, с кем ты разговариваешь? Это кто такой?

Босая девочка в пижаме, на которой были изображены персонажи популярных мультфильмов, спустилась в холл.

— Дорогая, говорить так со взрослыми невежливо, — пожурила ее Кэрол.

Девочка подошла к матери. Кэрол положила руку ей на плечо и настороженно посмотрела на Джейка, с интересом разглядывавшего ребенка. Внезапно Джейк нахмурился, и сердце Кэрол упало. Ей вдруг захотелось схватить дочь и бежать куда глаза глядят.

Неужели Джейк заметил сходство? Неужели обо всем догадался? Может быть, Джейк и приехал сюда из-за Элен? Вопросы роились в голове Кэрол, и ей трудно было унять охватившую ее дрожь беспокойства.

Элен была очень похожа на отца, но ни Джейк, ни малышка, кажется, не догадывались о своем кровном родстве. И Кэрол не собиралась раскрывать им правду. Единственным человеком, который знал тайну рождения Элен, был Сол, муж Кэрол и сослуживец Джейка. Сол погиб два года назад в авиакатастрофе.

— Тебя, должно быть, зовут Элен, — ласково сказал Джейк и широко улыбнулся девочке.

Элен смущенно посмотрела на мать, потом снова перевела взгляд на Джейка и теснее прижалась к матери.

— Откуда вы знаете, как меня зовут?

— Я хорошо знал Сола, твоего отца… — Джейк заметил, что при упоминании о погибшем отце глаза девочки потемнели, и она тут же спрятала лицо в фартук матери.

— Она у меня очень робкая, — сказала Кэрол и нежно погладила дочь по темноволосой головке. — Дорогая, это Джейк, сын мистера Сандерсона, — объяснила она. Слова матери немного успокоили вцепившуюся в нее изо всех сил девочку. — Ну, что говорят в таких случаях? Как я тебя учила?

— Очень приятно, мистер Джейк, рада познакомиться с вами, — еле слышно сказала Элен, не поворачивая головы.

— Зови меня просто Джейк, без всяких церемоний. Уверен, что мы скоро подружимся.

— Я как раз собиралась подавать завтрак твоему отцу, — сказала Кэрол, стараясь отвлечь внимание Джейка от Элен. — Ты не хочешь отнести ему поднос? Думаю, это поможет растопить лед отчуждения между вами.

— Пожалуй, ты права, — поразмыслив, согласился Джейк.

Какой бы прием ни ждал его в родном доме, теперь уже не было смысла откладывать встречу с отцом.

Почерк неизвестного автора письма, сообщавшего, что мистеру Сандерсону необходимо увидеться с сыном, показался Джейку как будто знакомым, но Джейк так и не вспомнил, кому он мог принадлежать.

Однако известие пришло как нельзя кстати и послужило прекрасным поводом съездить домой. Домой! В последнее время Джейк довольно часто вспоминал родительский особняк и отца. Возможно, причиной тому явилось недолгое пребывание Джейка в госпитале и случай, приведший его на больничную койку. Кроме того, до рождественских праздников оставалось всего несколько недель: самое время помириться с близкими и забыть старые обиды! Джейк очень надеялся, что сумеет достучаться до отца, что пропасть между ними еще не стала непреодолимой.

— Я уже собрала поднос, — продолжала Кэрол. — Кофе успел остыть, а ты знаешь, что Майкл терпеть не может холодный кофе. Пожалуй, я лучше налью ему новую чашку.

И она отправилась в кухню, увлекая за собой Элен. Джейк двинулся следом за ними.

Подойдя к стойке, на которой стоял поднос, Кэрол выплеснула остывший кофе из чашки в раковину и снова наполнила ее из кофейника.

— Вот держи. — Кэрол подала поднос с завтраком Джейку.

— Это и все, что он съедает по утрам? — удивился тот, глядя на половинку грейпфрута и два тоненьких тоста, лежавших на подносе. Как это было не похоже на обильные завтраки, которые готовила мать для него и отца.

— К Майклу еще не вернулся аппетит, — объяснила Кэрол, чтобы как-то подготовить Джейка к тому, что он, несомненно, и сам заметит, — к перемене, произошедшей со стариком.

Когда Джейк брал поднос из рук Кэрол, их пальцы соприкоснулись, и молодую женщину охватил трепет возбуждения, заставивший ее вздрогнуть. Их взгляды встретились, и Кэрол заметила, как в глазах Джейка на мгновение вспыхнул яркий огонь. Что это было, что чувствовал он в эту минуту, Кэрол так и не сумела себе объяснить.

Она отвернулась, взяла губку и начала тщательно вытирать стерильно чистую раковину. Через некоторое время, набравшись смелости, Кэрол обернулась и увидела, что Джейк уже ушел. Она облегченно вздохнула.

Кэрол пришлось признаться себе, что она совершенно не умеет контролировать свои эмоции, когда дело касается ее отношений с Джейком. Так было всегда, а началось все в то далекое лето, когда ей пошел семнадцатый год и младший Сандерсон, только что закончив спецшколу ФБР, приехал к родителям в Гленвилл.

В то время Кэрол как раз устроилась работать кассиршей в супермаркет Майкла Сандерсона. Она до сих пор хорошо помнила день, когда в торговом зале внезапно появился Джейк. В джинсовых шортах и в белой футболке, подчеркивавшей внушительный разворот его мускулистых плеч, Джейк выглядел просто потрясающе, а приветливая улыбка, которой он одарил Кэрол, проходя мимо нее, сразу обезоружила девушку и заставила трепетать ее сердце.

В нем было что-то первобытное, в нем чувствовался самец, и это делало его совершенно не похожим на тех парней, которых Кэрол знала. Она сразу же влюбилась в Джейка, и это чувство не сумели заглушить ни годы, ни расстояния.

Прошло несколько лет, Кэрол поступила на курсы среднего медицинского персонала при Бостонском университете и стала мечтать о том, что однажды столкнется где-нибудь в городе с Джейком Сандерсоном. Но тогда она и представить не могла, что встреча с ним повлечет за собой цепь событий, которые перевернут всю ее жизнь.

— Мама, можно мне овсяной каши? — Вопрос Элен вывел Кэрол из задумчивости.

— Конечно, дорогая, можно, — бодрым голосом ответила она, доставая пакет из шкафа.

— Мама, посмотри, снег снова пошел! — восторженно заговорила девочка. — Неужели у нас будет настоящее Рождество?

— Да, похоже на то. — Кэрол выглянула в окно, за которым медленно падали крупные белые хлопья.

Снег шел уже третий день, и пейзаж за окном преобразился, стал похож на картинку с рождественской открытки. Сколько Кэрол помнила, на Рождество Гленвилл всегда утопал в сугробах. Наверное, так будет и на этот раз. Кэрол с матерью прожили в Гленвилле целых пять лет, это был наиболее длительный срок, на который они когда-либо останавливались на одном месте. Кэрол полюбила этот маленький городок, с которым у нее было связано много приятных воспоминаний. Поэтому она и решила вернуться сюда. Кэрол хотела, чтобы и Элен испытала здесь счастье, чтобы она жила в городе, где сохранились еще такие человеческие ценности, как семья, где еще силен дух соседской общины. Ей хотелось, чтобы дочь на всю жизнь сохранила в памяти воспоминания о счастливом детстве. Поэтому Кэрол решила сделать все для того, чтобы первое Рождество Элен в Гленвилле стало самым радостным ее Рождеством.

— Мама, а школьный автобус не застрянет в снегу? — В голосе Элен слышалось беспокойство. — Миссис Ликриш хочет провести сегодня с нами репетицию рождественского представления, она надеется, что все выучили свои роли.

Кэрол улыбнулась: с тех пор как Элен поручили сыграть одного из волхвов, девочка только и говорила о предстоящем выступлении.

— Не беспокойся, с автобусом все будет в порядке, — постаралась она успокоить дочь.

Неделю назад они поселились здесь, в старом доме Майкла Сандерсона, расположенном в четырех милях от Гленвилла, и Элен должна была каждый день добираться до школы в город и обратно на большом школьном автобусе, останавливавшемся в конце подъездной дорожки, ведущей к дому.

Элен очень любила эти поездки, и Кэрол нарадоваться не могла, видя, как изменилась дочь, с тех пор как они переехали в Гленвилл. Элен подружилась с одноклассниками, с некоторыми каждый день ездила на школьном автобусе. Кэрол видела, как Элен постепенно начинает понимать, что мать была права, настояв на переезде в город, в котором сама когда-то была счастлива. Девочка больше не замыкалась в себе, не избегала людей.

Неожиданный приезд Джейка стал для Кэрол сродни грому среди ясного неба. Ей оставалось лишь надеяться, что он не задержится в Гленвилле и скоро уедет.

Девять лет назад в Бостоне в дождливую ночь, которую Кэрол никогда не забудет и о которой никогда не пожалеет, они с Джейком предались охватившей их страсти. Тогда-то и была зачата Элен, которую Кэрол любила так же горячо, как когда-то любила ее отца. Однако Джейк внезапно порвал с Кэрол отношения, и ей пришлось самой решать, что делать и как поступать с тем, что явилось последствием их роковой встречи.

Приближающиеся шаги вывели Кэрол из задумчивости, и она внутренне собралась, зная, что это возвращается Джейк.

— Вот уж беда так беда, — произнес Джейк, переступая порог кухни. Он подошел к стойке и налил себе кофе.

— Представляю, что это была за встреча. Радостной ее, во всяком случае, не назовешь, — отозвалась Кэрол.

— Интересно, как ты догадалась? — с сарказмом осведомился Джейк. — Отец совсем не изменился, все такой же старый упрямый… — Джейк не договорил, вспомнив, что рядом находится ребенок.

Выдвинув стул, он сел рядом с Элен, которая с интересом разглядывала его.

— Мистер Майкл вас не любит? — спросила девочка.

— Ты попала в точку.

Джейк отнюдь не ожидал, что отец примет его с распростертыми объятиями, но он надеялся, что старик хоть немного смягчится, увидев сына после долгой разлуки. Однако суровый взгляд отца нисколько не потеплел, когда Джейк вошел в комнату, и на лице лежащего на кровати старика сын не заметил и тени улыбки. Но самое сильное беспокойство вызвал у Джейка внешний вид отца. Некогда крепкий и здоровый мужчина, теперь он выглядел дряхлым стариком. Майкл как будто усох и стал меньше ростом.

— Не забывай, что твой отец совсем недавно перенес серьезную операцию, — попыталась Кэрол смягчить то неприятное впечатление, которое, как она видела по лицу Джейка, на него произвела встреча с отцом.

Джейк со вздохом кивнул.

— Да, ты совершенно права.

Он удивился, какое благотворное воздействие оказывают на него ее слова. Джейк подумал, что иметь дело с отцом ему гораздо труднее, чем противостоять преступникам.

До болезни матери у него были близкие доверительные отношения с обоими родителями. Но, как только врачи сообщили, что у миссис Сандерсон неизлечимая форма рака, все в жизни их семьи пошло кувырком. Отец воспринял роковое известие со страхом и горечью. Это был настоящий шок для него. Что касается Джейка, то он как будто оцепенел, внешне никак не реагируя на трагические события, происходившие в семье, и отец в своем горе и отчаянье истолковал отсутствие у сына реакции как полное равнодушие. Свалившееся на Сандерсонов горе вместо того, чтобы сплотить семью, привело к разрыву отношений между отцом и сыном.

— А почему мистер Майкл вас не любит, сэр? — спросила Элен.

— Детка, нельзя задавать подобные вопросы, это невежливо. — Кэрол нахмурилась, недовольно глядя на дочь.

— Ничего страшного, — спокойно возразил Джейк. — Кстати, крошка, называй меня по имени.

— Сэр, вы… Джейк, ты перед ним в чем-то провинился? — продолжала допытываться девочка. Должно быть, эта тема ее очень волновала.

— По крайней мере, мой отец так считает, — отозвался Джейк.

Майкл никогда не церемонился с ним и открыто выражал свое недовольство всякий раз, когда ему казалось, что сын поступает неправильно. Джейк уже не в первый раз спрашивал себя, не теряет ли он зря время, пытаясь помириться с отцом.

— Мой отец тоже… — начала девочка.

— Элен! — оборвала ее Кэрол. — Вот-вот приедет школьный автобус. Ты бы лучше отправилась в свою комнату и оделась. — Кэрол старалась говорить спокойно, но ее сердце тревожно билось в груди. — Что ты возьмешь сегодня в школу на завтрак? Сделать тебе бутерброд с арахисовым маслом?

Кэрол пыталась переключить внимание дочери на другой предмет. Она знала, что Элен хотела сказать: «Мой отец тоже не любил меня». И это была чистая правда, Сол никогда не скрывал своих чувств.

— Да, пожалуйста. — Элен облизала ложку и встала из-за стола. — Ты на меня не сердишься, мамочка?

— Конечно, нет, дорогая. И не забудь почистить зубы! — крикнула Кэрол вдогонку дочери, которая, сорвавшись с места, выбежала из кухни. — А ты будешь завтракать? — спросила она Джейка, испытывая облегчение оттого, что ей удалось предотвратить очень неприятный разговор, который мог повлечь за собой новые беды.

— Да, но ты вовсе не обязана мне прислуживать.

Джейк приподнялся, но Кэрол остановила его.

— Нет-нет, сиди. Мне это совсем нетрудно. — Она стремилась любой ценой избежать сближения с Джейком. — Тебя устроит овсяная каша быстрого приготовления?

— А разве в этом доме есть что-нибудь другое? — Джейк откинулся на спинку стула, спрашивая себя, в чем причина нервозности Кэрол и почему она резко оборвала Элен.

Задумавшись, он медленно перевел взгляд на суетившуюся у плиты женщину. Джейк отметил, что Кэрол сильно изменилась: ее бедра пополнели, грудь стала пышной и еще более соблазнительной. Внезапно его охватило желание близости с этой новой, похорошевшей Кэрол, Джейку захотелось вновь проникнуть в тайные уголки ее тела, разбудить страсть, которая пылала в них той ночью, девять лет назад, когда, потерянный и обезумевший от горя, он искал и нашел спасение в ее объятиях.

Следующая их встреча произошла лишь через несколько месяцев. Джейк к тому времени уже знал, что Кэрол выходит замуж за Сола Уоллеса, его однокашника и извечного соперника, служившего в одном из подразделений ФБР. Они с Солом вместе учились в спецшколе, но никогда не питали друг к другу симпатии. Сол не скрывал торжества, сообщая Джейку новость. Потрясение Джейка было тем более велико, что Уоллес до этого распространял грязные сплетни о Кэрол.

— Вот и завтрак. — Кэрол поставила на стол тарелку с горячей кашей.

— Спасибо, — рассеянно поблагодарил Джейк, думая о том, что воспоминания девятилетней давности все еще имеют власть над ним.

Кэрол кивнула и достала из висевшего рядом с раковиной кухонного шкафчика коробку, в которой давала Элен завтраки в школу.

— Сколько лет Элен? — неожиданно спросил Джейк.

У Кэрол перехватило дыхание. Она почувствовала, как кровь отхлынула от лица, и ощутила во рту привкус горечи.

— Ей… ей скоро будет восемь, — запнувшись, промолвила она и испугалась, что Джейк поинтересуется датой рождения девочки.

— Восемь… — задумчиво повторил Джейк. — Значит, ей не исполнилось и шести лет, когда погиб Сол. Впрочем, девочка была уже достаточно большой, чтобы сохранить воспоминания об отце.

Кэрол чуть не выронила нож, который достала из ящика кухонного стола. Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди.

— Да, она помнит его немного. — Она старательно подбирала слова, пытаясь сохранять спокойствие.

Джейк окончил спецшколу ФБР, где его учили не только хорошо стрелять, но и внимательно наблюдать за реакцией собеседника, чтобы поймать того на лжи. Сделав глубокий вдох, Кэрол сконцентрировала все внимание на своем занятии — она старательно намазывала на хлеб арахисовое масло.

— Мама, мой завтрак готов? — разорвал воцарившуюся в кухне напряженную тишину голосок Элен.

— Почти готов, дорогая.

Кэрол сделала бутерброд с ловкостью умелой хозяйки и аккуратно завернула его в вощеную бумагу. Еще она положила в коробку банан, яблоко и пакетик с соком.

— Надень куртку и сапожки. Я провожу тебя до автобуса.

— Ой, я совсем забыла, — вдруг спохватилась Элен, — мистер Майкл просил тебя подняться к нему.

— Если хочешь, я могу проводить Элен до автобуса, — предложил Джейк.

— Нет! — Кэрол ответила, пожалуй, слишком торопливо, во всяком случае, по лицу Джейка пробежала тень. — Спасибо, Джейк, — продолжила она, стараясь говорить ровным голосом, — но в этом нет никакой необходимости. Элен вполне может сама дойти до автобуса.

— Да мне это вовсе не трудно, — возразил Джейк. — И потом, мне очень хочется посмотреть, кто сегодня сидит за рулем школьного автобуса.

— Нашего водителя зовут миссис Холлингзхед. — Элен старательно выговорила трудную фамилию. — Но мы называем ее просто миссис Холли.

Джейк улыбнулся.

— В таком случае, решено: я иду с тобой к автобусу, — заявил он. — Если Сью проведает, что я был дома и даже не вышел поздороваться с ней, она мне этого никогда не простит.

Кэрол ничего другого не оставалось, как с вежливой улыбкой принять предложение Джейка. Дальнейшие возражения могли вызвать у него подозрение. Она проводила Элен в прихожую и помогла ей надеть куртку и сапожки.

— А давай наперегонки! — воскликнул Джейк, распахнув дверь. — Кто последний добежит до автобуса, тот поганка.

Элен засмеялась, и сердце Кэрол сжалось от боли при виде радостного удивления на лице дочери, вызванного шутливым предложением Джейка немного порезвиться. Сол, которого все считали отцом Элен, демонстративно не замечал девочку с того самого момента, когда Кэрол принесла ее домой из больницы. Кэрол не могла простить себе, что стала послушной игрушкой в руках Уоллеса и позволила уговорить себя стать его женой. Разве этот брак можно было назвать настоящим?

— Мама, пока! — крикнула Элен и, схватив коробку для завтраков, бросилась бежать вслед за Джейком по заснеженной дорожке.

— Пока! — Кэрол почувствовала, как глаза застилает туман набежавших слез. Только что она увидела, какие на самом деле должны быть отношения между отцом и дочерью.

Выходя замуж, Кэрол мечтала о взаимопонимании в семье, она хотела дать Элен отца, мужчину, который воспитал бы ее честным, порядочным и добрым человеком. Это неправда, что девочки меньше привязаны к отцу, чем мальчики. Кэрол по собственному опыту знала, как трудно расти в неполной семье, как это затем сказывается на психике человека. Лишенная в детстве того, что необходимо каждому ребенку, — отцовской любви, она всю жизнь испытывала чувство незащищенности. Ее отец бросил мать еще до рождения Кэрол. Кэрол в детстве ждала и надеялась, что однажды отец вернется в семью и скажет дочери о том, как сильно ее любит. Но он все не возвращался. А мать вместе с Кэрол колесила по всей стране, переезжая с места на место и нигде долго не задерживаясь. С тех пор Кэрол возненавидела кочевую жизнь и поклялась, что ее ребенок будет расти в уюте и тепле, в семье с двумя любящими родителями.

Однако, стремясь создать домашний очаг, Кэрол совершила самую большую ошибку в своей жизни: вышла замуж за Сола. От ее опрометчивого шага в первую очередь пострадала Элен, и поэтому Кэрол до сих пор не могла простить себе свое легкомыслие. Очень скоро Кэрол поняла, что внешность Сола обманчива, что он скрывал от нее свой дурной характер, что по натуре он собственник, ревнивый и завистливый. Но первое время Сол старался быть таким, каким она хотела видеть его, он умело играл на ее страхах и чувстве незащищенности в тот момент, когда Кэрол особенно нуждалась в поддержке.

Упрекнув себя, что опять вспоминает о прошлом, Кэрол смахнула слезы и постаралась выкинуть из головы мысли о Соле. Она успокаивала себя тем, что Сол уже никогда не сможет обидеть ее. Все беды остались позади. Теперь Кэрол прилагала все силы к тому, чтобы их с Элен жизнь в Гленвилле текла спокойно и размеренно и никто не нарушал мир и покой, которые они с дочерью обрели в этом городке.

Отбросив прочь все сомнения, она поднялась наверх. Майкл, должно быть, уже недоумевает, куда запропала его сиделка. Кэрол было любопытно, что скажет — если вообще что-нибудь пожелает сказать — старик о неожиданном приезде сына.

Подойдя к полуоткрытой двери, она легонько постучала и вошла в комнату.

— Ты не торопишься, — недовольно проворчал Майкл.

— И вам тоже доброе утро, — с улыбкой поздоровалась Кэрол, не обращая внимания на сарказм старика.

Подойдя к кровати Майкла, чтобы убрать поднос, она с удовлетворением заметила, что ее подопечный все съел.

— Может быть, выпьете еще чашечку кофе?

— Да, спасибо, с удовольствием. А… он все еще здесь?

— Кто? — спросила Кэрол, хотя прекрасно поняла, о ком идет речь.

Она заметила, что впервые с тех пор, как Майкл Сандерсон вернулся домой из больницы, в его глазах появилась искорка живого интереса к окружающему миру.

— Перестаньте играть со мной, юная леди. — Майкл грозно сдвинул брови, однако Кэрол видела, что он только притворяется сердитым. — Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю. Джейк все еще здесь?

— Да, он все еще здесь.

— Он не говорил тебе, как долго пробудет у нас? — спросил Майкл и замолчал, нервно теребя пальцами простыню.

Кэрол и сама хотела бы знать ответ на этот вопрос.

— Нет, он ничего не говорил о дате своего отъезда, — сказала она, взбивая подушки больного и поправляя его постель.

— Гм. Пять лет о нем не было ни слуху ни духу и вдруг он является. Ну не наглость ли? Не сомневаюсь, что он завернул сюда по дороге, направляясь по делам службы. — В голосе Майкла слышалась горечь. — Его интересуют в жизни только проходимцы, которых он ловит. Пустая трата времени, скажу я тебе, потому что и глазом моргнуть не успеешь, как эти подонки уже снова разгуливают на свободе. Что хорошего в таком бесполезном занятии?

Кэрол не ответила. С тех пор как они с Элен поселились в доме Сандерсонов, старик впервые выглядел оживленным. Приезд Джейка вывел Майкла из апатии. Кэрол надеялась, что теперь наконец ее подопечный забудет о депрессии.

Внизу раздались голоса, затем на лестнице послышались шаги и через некоторое время в дверях комнаты появился Джейк в сопровождении доктора Эдвардса, одного из лучших врачей Гленвилла.

— Доброе утро, Майкл. Смотри-ка, на кого я набрел, гуляя среди сугробов. — Доктор Эдвардс с улыбкой указал на Джейка. — Он слегка исхудал и осунулся, ты не находишь? До чего доводит жизнь в большом городе! — начал он подтрунивать над младшим Сандерсоном, похлопывая того по спине. — Доктор подошел к кровати пациента и поставил свой черный чемоданчик на стеганое одеяло. — Я сказал Джейку, что дела у тебя идут на поправку и скоро ты встанешь на ноги, с помощью костылей, конечно.

— Я уже говорил тебе, что мне и так неплохо, — сердито возразил Майкл.

— В том-то и беда. Тебе слишком понравилось валяться в постели. — Эдвардс никогда не лез в карман за словом. — Однако покой явно пошел тебе на пользу, у тебя понизилось давление.

— Давление? Разве у отца гипертония? — удивился Джейк.

— Год или два назад у Майкла были серьезные проблемы со здоровьем, — объяснил доктор Эдвардс. — Я его предупреждал, что повышенное давление — следствие напряженной работы: он все еще управляет магазином, забывая, что уже не молод, что нельзя все время полагаться на собственные силы. Пора наконец уйти на покой. Но твой отец не хочет меня слушать. Он просто старый упрямец.

— На покой! Вот еще! Если я удалюсь от дел, магазин закроется через шесть месяцев! — с негодованием воскликнул Майкл.

Доктор Эдвардс пожал плечами.

— Ты понимаешь, о чем я говорю? — обратился он к Джейку. — Надеюсь, ты еще побудешь здесь, ведь должен же кто-то заставить этого упрямца взяться за ум.

Джейк грустно улыбнулся.

— А почему вы решили, что он станет меня слушать, док?

— Все равно у тебя слишком мало времени, чтобы сделать то, о чем просит Боб, — тихо заметил Майкл, чтобы уязвить сына.

Его слова задели Джейка за живое.

— Мне жаль, отец, но я должен разочаровать тебя, — заявил он.

— Разочаровать меня? Что ты хочешь этим сказать? — Майкл вопросительно взглянул на сына, и в его глазах вспыхнула надежда.

Кэрол с замиранием сердца смотрела на Джейка, испытывая смешанное чувство страха и радостного ожидания.

— Я не собираюсь возвращаться в Бостон… по крайней мере в ближайшее время, — спокойно сказал Джейк.

Кэрол почувствовала, как сердце ее упало, а затем бешено забилось в груди.

— Как это ты не собираешься возвращаться в Бостон? — не поверил Майкл. — А твоя работа?

— Прости, отец, но в суматохе, связанной с приездом, я совсем забыл сказать, что получил отпуск. Так что вам придется терпеть меня здесь по крайней мере до Нового года, — с улыбкой сообщил Джейк.

2

Доктор Эдвардс отреагировал первым.

— Надеюсь, ты хорошо проведешь время в родительском доме.

В глазах Майкла Сандерсона застыло изумление. Джейк взглянул на Кэрол и вздрогнул. Такой реакции на свои слова он не мог предвидеть: женщина съёжилась от страха, ее лицо стало бледным как мел. Что с ней происходит? — подумал Джейк. Он видел, что все это время Кэрол сильно нервничала, постоянно находилась в напряжении, была с ним неестественно холодна и сдержанна. Джейк не мог понять, в чем дело. Может быть, он неправильно ведет себя?

Кэрол тем временем старалась справиться с собой: судорожно сжимая кулаки, чтобы подавить охватившую ее дрожь, она пыталась улыбнуться, чувствуя, что Джейк смотрит на нее.

— Простите, но мне надо работать, — выдавила она из себя и, подхватив поднос, быстро вышла из комнаты.

Лишь оказавшись в кухне, Кэрол дала волю эмоциям: она закрыла лицо руками и разрыдалась. Джейк будет жить с ней под одной крышей! Даже мысль об этом повергала ее в ужас. Все ее старания забыть этого человека пошли насмарку, все попытки наладить свою жизнь и жизнь маленькой Элен могли в одночасье потерпеть крах. Джейк приносит ей одни несчастья!

Кэрол решительно тряхнула головой, прогоняя горькие мысли. Нет, ей нечего опасаться: Джейк никогда не догадается, что Элен — его дочь. А сама Кэрол ему об этом никогда не скажет.

Немного успокоившись, Кэрол села у окна и глубоко задумалась. Что же ей теперь делать? Она никогда не сумеет изгнать Джейка из своего сердца — это ясно. О нем ей каждый день напоминает маленькая дочурка. Неужели Джейк так никогда и не заметит своего поразительного сходства с Элен? Настанет день, и кто-нибудь обязательно раскроет Джейку глаза. Может быть, это будет мистер Сандерсон: у старика вещее сердце.

Кэрол решила, что ей остается только одно: до поры до времени препятствовать сближению Элен и Джейка, следить, чтобы отец и дочь как можно меньше общались. Кэрол знала, что ей тоже следует держаться подальше от Джейка: она боялась, что не сможет совладать со своими чувствами, если он будет постоянно у нее на глазах.

— У тебя остался кофе?

Кэрол вздрогнула при звуке голоса Джейка и тут же отругала себя за неумение контролировать свои эмоции.

— Да-да, конечно, — рассеянно отозвалась она.

Кэрол ничего не могла поделать с собой. Как только в поле ее зрения попадал Джейк, кровь начинала гулко стучать в висках, а сердце неслось вскачь.

— Я сам налью.

Она пожала плечами и принялась старательно мыть посуду, делая вид, что присутствие Джейка вовсе не мешает ей заниматься обычными делами.

— Это не для меня, а для отца. Он просил у тебя еще чашечку кофе. Ты забыла? — Джейк вплотную подошел к Кэрол и остановился у нее за спиной.

— Ах да… действительно.

Неожиданное заявление Джейка о том, что он пробудет в родительском доме по крайней мере еще несколько недель, выбило Кэрол из колеи, она позабыла обо всем на свете. Кэрол порывисто обернулась, чтобы вытереть руки полотенцем, которое, как она помнила, висело на спинке стула. И тут же наткнулась на Джейка.

Джейк замер от неожиданности и инстинктивно обнял Кэрол за плечи, чтобы сохранить равновесие. Их глаза встретились. Мокрые руки Кэрол застыли на его груди. Ей показалось, что она коснулась оголенного провода. Кэрол боялась пошевелиться и, всматриваясь в глаза Джейка, тщетно пыталась понять, что в эту минуту он испытывает. Однако его лицо оставалось непроницаемым. Неужели ничего не дрогнуло в душе этого человека? Неужели он не вспомнил о минутах близости, о той ночи, которую они провели вместе?

Он выпустил Кэрол из объятий, но и не подумал отойти. Так они и продолжали стоять — лицом к лицу, не сводя глаз друг с друга. Кэрол чувствовала, как у нее подгибаются колени, ноги сделались словно ватные. И, как будто поняв, что она вот-вот упадет, Джейк снова крепко обнял ее и прижал к груди. Ресницы Кэрол дрогнули, она медленно закрыла глаза, предвкушая то, что сейчас произойдет: она ждала поцелуя…

Резкий звонок телефона разорвал тишину. Джейк и Кэрол отпрянули друг от друга, как два подростка, застигнутые за неприличным занятием. Кэрол бросилась к надрывающемуся аппарату.

— Алло, я слушаю! — Кэрол удивилась, что ее голос прозвучал спокойно и уверенно, ведь она ощущала себя натянутой струной, которая — только тронь — тут же порвется.

— Привет, Кэрол. Это Мэгги Уилсон. Как дела?

— Прекрасно, миссис Уилсон, — соврала Кэрол. — А что у вас новенького?

Мэгги Уилсон, подруга и компаньон Майкла Сандерсона по бизнесу, жила неподалеку и часто навещала старика. Женщина властная и энергичная, она любила давать советы и часто совала нос не в свои дела.

— Слава Богу, у меня все по-старому. Послушай, милочка, я только что узнала, что Джейк вернулся домой. Неужели это правда, дорогая?

— Да, он действительно здесь. Хотите с ним поговорить?

— Конечно. Передай ему трубку.

— Это Мэгги Уилсон, она хочет, чтобы ты подошел к телефону, — сказала Кэрол, прикрыв рукой мембрану.

Джейк ответил ей недоуменным взглядом и вдруг его осенило: он понял, что именно Мэгги, близкая приятельница его покойной матери, написала ему анонимное письмо с настоятельным советом срочно приехать в Гленвилл. Он быстро подошел к Кэрол, и той стоило немало усилий, чтобы не выдать охватившего ее волнения. Кэрол передала Джейку трубку и, когда их пальцы случайно соприкоснулись, ее рука предательски дрогнула.

— Здравствуйте, Мэгги. Как поживаете?

Слушая, как Джейк разговаривает по телефону, Кэрол налила в чашку кофе и поставила ее на поднос.

— Спасибо. Да-да, непременно…

Кэрол вышла из кухни и, поднявшись по лестнице, остановилась перед дверью в комнату Майкла. У нее кружилась голова, ноги не слушались. Она приходила в ужас от мысли, что еще мгновение — и Джейк мог бы ее поцеловать. Что произошло бы тогда? Желание близости с Джейком не оставляло Кэрол, и она боялась выдать свои чувства, боялась, что не сумеет совладать с собой, если он еще раз обнимет ее.

Ведь я же взрослая женщина, мне тридцать лет, неужели я способна потерять голову от одного прикосновения его рук, от одного поцелуя? — досадовала на себя Кэрол.

Воспоминания о роковой ночи вновь нахлынули на нее. Девять лет назад — наивная, влюбленная и доверчивая — она отдалась на волю чувств. Она внушила себе, что Джейк любит ее. Но заниматься любовью и любить — не одно и то же. Кэрол поняла это наутро, когда, проснувшись, увидела, что Джейк бесследно исчез. Он ушел, не сочтя нужным даже попрощаться с ней! И вот она вновь готова растаять в объятиях этого человека…

Вздохнув, Кэрол переступила порог комнаты Майкла.

— А вот и кофе! — воскликнул старик, и подобие улыбки появилось на его осунувшемся лице. — Не составите мне компанию, доктор?

— Спасибо, но мне надо идти. — Доктор Эдвардс закрыл свой черный чемоданчик. — Я зайду к вам завтра. Если, конечно, погода позволит мне выйти из дома. Я слышал прогноз по радио, завтра ожидается сильный снегопад. Говорят, наметет такие сугробы, что остановится транспорт.

— Эти синоптики чаще врут, чем говорят правду, — хмыкнув, проворчал Майкл. — Судя по тому, как ноет моя спина, нас ожидает настоящее светопреставление, непролазными сугробами дело на этот раз не обойдется. Помяните мое слово.

Доктор Эдвардс усмехнулся.

— Значит, ты больше доверяешь своей спине, чем прогнозам погоды?

— Хочешь верь, хочешь нет, но моя спина еще ни разу не ошиблась.

— В таком случае я вряд ли смогу добраться до тебя завтра. Так что не нарушай постельный режим, будь благоразумным. — И, попрощавшись, доктор Эдвардс вышел из комнаты.

Кэрол проводила его до входной двери.

— Если правы синоптики и Майкл, непогода продлится несколько дней. Будьте осторожны, — предупредил доктор Эдвардс, надевая пальто. — Я рад, что Джейк вернулся: молодой сильный мужчина в доме поможет вам продержаться в трудное время.

— Майкл скрывает свои чувства, но я вижу, что он очень рад приезду сына, — промолвила Кэрол. Она никак не могла свыкнуться с мыслью, что ей придется какое-то время жить под одной крышей с Джейком, но ее радовала перемена, которая произошла со стариком.

— Да, пришло время им помириться. Сколько можно дуться друг на друга? Рут вряд ли одобрила бы их поведение: они ссорятся, как мальчишки, не поделившие мяч. — Доктор Эдвардс покачал головой. — Надеюсь, им удастся наладить отношения. Присутствие Джейка в доме благотворно сказывается на состоянии здоровья Майкла. Он вышел из депрессии. Его бедро быстро заживает. Теперь нам необходимо добиться, чтобы он встал и начал ходить.

— И каковы будут ваши предписания на этот счет? Может быть, заложить в его постель хороший заряд динамита? — спросил Джейк, спускавшийся в этот момент по лестнице.

При звуке его голоса сердце Кэрол замерло в груди.

— Сказать по правде, я сам не знаю, что делать, — признался врач. — Впрочем, это ваши проблемы. Мне надо идти, меня ждут пациенты.

— Я провожу вас до машины. — Джейк распахнул дверь и пропустил доктора Эдвардса вперед.

Кэрол отправилась в кухню. Слова доктора Эдвардса о надвигающейся снежной буре не шли у нее из головы. Заносы на дорогах могут на несколько дней отрезать их от города, поэтому надо запастись продуктами. Кэрол вспомнила, как, приехав сюда впервые, обнаружила, что холодильник и кухонный шкаф совершенно пусты. Майкл Сандерсон вел холостяцкий образ жизни, нисколько не заботясь о хлебе насущном и порядке в доме. Кэрол пришлось целый день чистить, мыть и убирать. А затем она составила список необходимых продуктов и отправилась за покупками в город. Однако теперь съестные припасы подходили к концу, и их просто необходимо значительно пополнить, учитывая, что в доме появился еще один обитатель.

— В каких комнатах вы с Элен разместились? — спросил Джейк, входя в кухню.

— Я сплю в самой последней по коридору комнате, а Элен — в маленькой спальне, расположенной рядом с моей.

— Прекрасно. В таком случае я займу свою прежнюю детскую.

— Я недавно убрала и проветрила эту комнату. Постельное белье лежит в стенном шкафу.

После смерти Рут дом находился в полном запустении, и Кэрол пришлось изрядно потрудиться, чтобы навести элементарный порядок. Ей нетрудно было догадаться, какая из комнат принадлежит Джейку: на полке в его спальне стояли спортивные кубки, полученные за победы в соревнованиях по легкой атлетике. Джейк, отличный спринтер, выступал в команде города на крупных состязаниях.

Кэрол вспомнила, как с опаской впервые переступила порог его спальни. Комната порой может очень много рассказать о живущем или жившем в ней человеке, а Кэрол вовсе не хотелось знать секреты юного Джейка. Однако, кроме спортивных трофеев, в спальне не оказалось ничего примечательного.

— Я сейчас на минутку поднимусь к себе, — продолжал Джейк, — затем поеду в автосервис, надо проверить двигатель. Тебе что-нибудь привезти из города?

— Ты не мог бы заехать в супермаркет за продуктами? Если доктор Эдвардс прав, непогода может продлиться не один день, а наши припасы кончаются. Правда, список, который я составила, довольно длинный…

Джейк поморщился — поручение было ему явно не по душе.

— Послушай, может быть, ты лучше съездишь со мной?

— Нет-нет, я не могу! — всполошилась Кэрол, представив, что ей придется провести целый час в тесной кабине пикапа рядом с Джейком. — Я сама съезжу за покупками после обеда.

Джейк удивленно взглянул на нее.

— Кэрол, в чем дело? Поедем вместе, я тебя не съем.

— Я… я не хочу быть тебе обузой. Мне еще нужно собраться.

— Мне некуда спешить, я подожду. Кроме того, если ты поедешь во второй половине дня, на обратном пути тебя наверняка застигнет буря.

Кэрол кляла себя за то, что заикнулась о проклятых продуктах. Ее молчание затягивалось.

Джейк нахмурился. Почему Кэрол нервничает, что ее беспокоит? Он вспомнил, как совсем недавно здесь, в кухне, она прильнула к нему всем телом и замерла в его объятиях. Если бы не телефонный звонок, Джейк не удержался бы и поцеловал ее.

— Думаю, ты прав, — наконец сказала Кэрол. — Я поеду с тобой.

— Вот и отлично. Через полчаса жду тебя в машине.

Кэрол собралась быстро. Она отнесла Майклу термос с горячим бульоном и булочки, чтобы он мог поесть, если проголодается в ее отсутствие.

Сев в машину, Кэрол сосредоточила все свое внимание на дороге. Джейк тоже молчал, время от времени посматривая на хмурое, затянутое стальными тучами небо на горизонте. Кэрол подумала, что буря, пожалуй, разразится раньше, чем предсказывали синоптики.

Первые снежинки уже кружили над шоссе, и Джейк включил дворники. Кэрол бил озноб, и она зябко куталась в толстое шерстяное пончо. Джейк, заметив, что Кэрол мерзнет, включил отопление.

Когда пикап въехал в город, Кэрол набралась храбрости и украдкой посмотрела на Джейка. Он не отрывал глаз от дороги. Сердце Кэрол дрогнуло. Этот мужественный профиль она вот так же украдкой разглядывала девять лет назад, лежа в постели рядом с Джейком. Она хорошо помнила шрам над правой бровью и ямочку на подбородке — точно такая же была у Элен.

Страстный неутомимый любовник, Джейк превзошел все ожидания Кэрол, которая до этого очень мало знала об интимных отношениях мужчины и женщины. О такой любви она разве что читала в женских романах, которыми всегда увлекалась. Но в отличие от сюжетов этих книг ее историю не венчал традиционный счастливый конец. Наутро ее постигло жестокое разочарование — Джейк растаял, словно ночной призрак, даже не поцеловав ее на прощание.

Напрасно она ждала, что он позвонит. Дни проходили за днями, а Джейк не давал о себе знать. Через несколько месяцев Кэрол потеряла всякую надежду, что когда-нибудь снова увидит Джейка. И тут в ее жизни снова появился Сол.

— Скажи честно, что тебя заставило вернуться в Гленвилл? — Голос Джейка вернул Кэрол к действительности. — Я думал, что после гибели Сола ты останешься в Атланте, где живут его родители.

Осведомленность Джейка о местожительстве семьи Сола удивила Кэрол. Хотя ее муж служил в одном ведомстве с Джейком, они никогда не были близкими приятелями.

— Мать Сола умерла несколько лет назад, — объяснила Кэрол. — А в прошлом году его отец снова женился. Они обзавелись новым домом в Атланте.

— Очень жаль. Элен некому баловать, ты увезла ее слишком далеко от дедушки и новой бабушки.

— Как знать, как знать… — задумчиво промолвила Кэрол.

— И все же ты не ответила на мой вопрос: почему ты вернулась в Гленвилл? Мне кажется, этот провинциальный городишко не соответствует твоему темпераменту. Здесь слишком тихо, серо, уныло.

Кэрол нахмурилась: что он имеет в виду, говоря об ее темпераменте? Куда клонит Джейк? На что намекает?

— Я была уверена, что смогу хорошо воспитать свою дочь именно здесь, в тихом провинциальном городке. Бостон всегда пугал меня.

— Гленвилл, конечно, не сравнить с Бостоном, но в одном я согласен с тобой: если бы у меня были дети, я воспитывал бы их здесь, в этом маленьком городе.

Сердце Кэрол упало, она почувствовала себя настоящей преступницей: кто дал ей право скрывать от Джейка тайну рождения Элен? Но она постаралась отогнать тяжелые мысли. В конце концов, Джейк сам во всем виноват.

В кабине машины установилась напряженная тишина. Джейк упорно молчал. Кэрол смотрела в окно, стараясь не выдать волнения.

— А ты? Ты-то зачем вернулся сюда? — наконец не выдержала она: молчание становилось гнетущим.

Джейк искоса взглянул на нее.

— Кто его знает, сам не пойму, — честно признался он. Джейк не скрывал от себя, что анонимное письмо было для него лишь долгожданным поводом, чтобы вернуться в отчий дом. Его давно тянуло в родные места.

В последние годы Джейк, секретный агент ФБР, жил в постоянном напряжении. Он устал от бесконечных переездов, слежки, погонь, угрозы разоблачения. Пора было что-то менять в жизни. Джейк больше не видел романтики в своей профессии. Изнурительная работа опустошала душу и больше не приносила ему удовлетворения.

Он видел всю тщетность своих усилий надежно упрятать преступников за решетку, надолго изолировать их от общества. Рискуя жизнью, он ловил наркоторговцев, фальшивомонетчиков, содержателей притонов, чтобы те наконец предстали перед судом. Однако правонарушителей не становилось меньше. Многие, пользуясь незаконно нажитым состоянием, откупались от наказания и только посмеивались над представителями правопорядка.

Джейк остановил пикап у светофора и усмехнулся, подумав, как символично, что он стоит сейчас на дорожном перекрестке. Джейк чувствовал, что в его жизни грядут великие перемены.

— Честно говоря, у меня была масса причин, чтобы вернуться сюда, — снова заговорил он, когда зажегся зеленый свет и пикап тронулся с места. — Прежде всего я решил, что настало время помириться с отцом. Представляешь, он до сих пор отказывается верить, что я был в больнице у мамы в ту ночь, когда она умерла. Он настаивает на том, что ни на минуту не отходил от ее кровати и не видел меня в больнице. — В голосе Джейка слышались боль и горечь.

— Но ты же там действительно был! — воскликнула Кэрол. — Ведь именно той ночью…

Она осеклась. Нет, не в ее интересах напоминать Джейку о том, что произошло девять лет назад.

— …Именно той ночью ты пожалела меня, — закончил он ее фразу с таким ожесточением, что Кэрол недоуменно взглянула на него.

— Я тебя пожалела? — растерянно переспросила она. Чувство, которое Кэрол тогда испытывала, вряд ли можно назвать жалостью.

Джейк в упор взглянул на нее. На его скулах заходили желваки.

— Именно так ты сказала Солу. Или будешь отрицать это?

Вопрос повис в воздухе. Кэрол задохнулась от пронзившей ее острой боли, она была не в силах говорить.

Джейк нажал на газ и вновь сосредоточил все внимание на дороге. Его поразила реакция Кэрол на заданный им вопрос: в глубине ее глаз отразились горечь и обида. Она явно растерялась, не зная что сказать.

Нет, ей больше не удастся одурачить меня, подумал Джейк. Он не сомневался, что та ночь ничего не значила для Кэрол. Иначе как могла она всего лишь через пару месяцев выйти замуж за другого? Той ночью она лгала и умело притворялась, изображая страсть.

Встретив Кэрол в доме отца, Джейк был сильно раздосадован. Опять эта женщина встретилась на его пути! Однажды он поддался чарам ее завораживающих синих глаз и теперь боялся вновь совершить ту же ошибку. Ее обман и притворство оставили в его душе горький осадок. Девять лет прошло, а сердце Джейка все еще кровоточило от боли.

3

— Если не возражаешь, я высажу тебя у магазина отца и заеду за тобой, скажем, через сорок минут. — Джейк подрулил к супермаркету.

— Прекрасно.

Кэрол обрадовалась, что он не собирается ходить с ней по магазинам. В его присутствии она чувствовала себя очень скованно. Слова Джейка о том, что она в ту памятную для них обоих ночь не испытывала к нему никаких чувств, кроме жалости, обидели ее. У нее из головы не выходила также фраза Джейка о том, что Майкл до сих пор не верит ему: отец полагал, что сын так и не пришел в больницу проститься с умирающей матерью. Может быть, мне надо разубедить старика? — подумала Кэрол.

В ночь, когда умерла Рут, она дежурила в больнице и видела мечущегося по коридорам потерянного Джейка. На нем лица не было, он не мог смириться с мыслью о том, что Рут умерла. Кэрол читала историю ее болезни и хорошо знала, что мать Джейка была обречена. Рак в конечной стадии — таков был диагноз. Долгая мучительная борьба Рут с болезнью подходила к концу. Кэрол никогда не забыть полные слез глаза Джейка.

Машина наконец остановилась, и Кэрол поспешила отстегнуть ремень безопасности, не дожидаясь, пока Джейк поможет ей.

— Пока!

— Встретимся в полдень. — Дверца машины захлопнулась, и Джейк отъехал от тротуара.

Войдя в супермаркет, Кэрол начала набирать продукты в тележку, время от времени заглядывая в составленный ею список необходимых покупок. Ей сразу бросилось в глаза, что проходы в супермаркете слишком тесные, полки — полупустые, а оборудование устаревшее. Магазин имел запущенный неприглядный вид. Поразительно, но ничто не напоминало здесь о надвигающемся Рождестве. Раньше в это время года в супермаркете Сандерсона уже шла оживленная торговля елками, мишурой, Санта-Клаусами, игрушечными снеговиками, сластями, хлопушками. Кэрол всегда нравилось, как работал Майкл. Она любовалась этим энергичным предприимчивым мужчиной, который всегда был полон новых идей. Майкл гордился своим детищем, которому отдавал почти все время и силы.

Процветающий некогда супермаркет без хозяйского глаза быстро пришел в запустение. Интересно, кто сейчас исполняет обязанности управляющего? — подумала Кэрол. Кто бы ни был этот человек, он явно не на своем месте. Всего за три недели развалил все дело. Если бы Майкл знал, в каком состоянии его магазин, то страшно расстроился бы и наказал нерадивых работников.

Сколько помнила Кэрол, в супермаркете всегда царил образцовый порядок. Вскоре после переезда в Гленвилл она заходила сюда за продуктами, но, занятая своими мыслями, не обратила тогда внимания на окружающую обстановку.

Толкая тележку, Кэрол направилась к одной из восьми касс супермаркета. Здесь она услышала разговор, свидетельствовавший о том, что многие постоянные покупатели тоже заметили перемены к худшему. Несколько человек обратились к кассирам с жалобами на ассортимент и качество товара.

— Мне очень жаль, миссис Даун, но в этом году мы не берем заказы на свежих индеек, — сказала кассирша в ответ на претензии одной из раздосадованных покупательниц.

— Безобразие! — возмущалась та. — Майкл Сандерсон всегда привозил к Рождеству свежих индеек с фермы Петерса. Я не желаю покупать замороженных. Что же мне делать? Неужели в этом году я останусь без рождественской индейки? — Пожилая дама чуть не плакала от расстройства.

— Мне очень жаль, но я ничем не могу вам помочь, — огорченно ответила кассирша.

— Кто сейчас управляет магазином?! — не унималась миссис Даун. — Я хочу поговорить с этим человеком!

— Могу ли чем-либо вам помочь, миссис Даун? — услышала Кэрол голос Джейка.

Он вошел никем не замеченный в магазин и остановился рядом с группой недовольных покупателей. Услышав вопрос, все присутствующие обратили взоры на Джейка. Кэрол ощутила пустоту в желудке, как будто взглянула с крутой скалы в пропасть. Присутствие Джейка страшило и волновало ее.

— Смотрите, кто к нам пожаловал! — изумленно воскликнула миссис Даун, и улыбка озарила ее лицо. — Неужели это Джейк Сандерсон?

— Собственной персоной, — подтвердил Джейк, улыбаясь старой знакомой.

— Какими судьбами? Что ты здесь делаешь?

— В данный момент пытаюсь успокоить одну из самых давних и достойных клиенток моего отца. — В шутливом тоне Джейка проскальзывала озабоченность. — Почему бы вам не оставить тележку здесь, в торговом зале, миссис Даун, и не пройти со мной в кабинет отца? Я хочу подробно расспросить вас о том, что вызвало ваше недовольство, что вам не нравится в работе супермаркета. Если кто-то из вас, господа, хочет подать жалобу, милости просим, следуйте за мной, — обратился он к покупателям.

Спокойный доверительный тон Джейка успокаивающе подействовал на всех. Кэрол не могла налюбоваться им: Джейк держался уверенно, ему удалось удивительно быстро разобраться в непростой ситуации и взять ее под контроль.

Джейк тем временем быстро окинул взглядом помещение и нахмурился, сразу заметив царящий здесь беспорядок. От былого великолепия, которым всегда отличался супермаркет отца, не осталось и следа. В сопровождении миссис Даун и еще нескольких покупателей Джейк направился в служебные помещения. В кабинете миссис Даун уселась в кресло у стола, за которым устроился Джейк. Остальные покупатели заняли стулья и небольшой кожаный диванчик.

— Твой отец все еще не встает с постели, я слышала, — сказала миссис Даун. — Его неважное самочувствие является единственной причиной того, что никто не хочет поднимать скандал и сообщать ему обо всех творящихся здесь безобразиях. Но если бы Майкл увидел, в каком состоянии находится его магазин, то пришел бы в ужас. Всего лишь месяц назад он с увлечением рассказывал мне, как собирается украсить торговый зал и витрины к Рождеству. Праздник уже на носу, а в супермаркете Сандерсона нет ни одного праздничного товара, ни одной елки или гирлянды! Это неслыханно! — Миссис Даун задохнулась от негодования и замолчала, переводя дух.

— При твоем отце в это время года магазин обычно ломился от новых высококачественных рождественских товаров, — посетовал пожилой покупатель. — А нынче их днем с огнем не найдешь.

— Пожалуй, в этом году мне придется где-нибудь в другом месте поискать рождественские украшения и хлопушки, — вступила в разговор еще одна постоянная покупательница супермаркета, которую Джейк с детства хорошо помнил.

— Нет, вы только подумайте! Магазин Сандерсона не принимает заказы на свежих индеек! — Миссис Даун никак не могла успокоиться, ее возмущению не было предела. — Уму непостижимо!

— Ваши упреки совершенно справедливы. — Джейк встал и прошелся по кабинету. — Если вы мне доверяете, я обещаю навести здесь порядок, по крайней мере, во всем разобраться. Выяснить наконец, что здесь происходит.

Внезапно дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появился худощавый невысокий человек, одетый в темно-синий, сшитый по последней моде костюм. Увидев в помещении людей, он застыл от неожиданности.

Джейк окинул его с ног до головы оценивающим взглядом. Растерянность на лице незнакомца, который, по всей видимости, был в настоящее время хозяином кабинета, тем временем сменилась досадой.

— В этот кабинет вход посторонним строго воспрещен, — заявил он. — Прошу покинуть помещение.

— Насколько я понимаю, именно вы в данный момент исполняете обязанности управляющего? Или я ошибаюсь? — Джейку стоило большого труда сдержать себя, еще немного — и он схватил бы этого лощеного щеголя за отвороты пиджака и выкинул за дверь.

— Да, я управляю магазином.

— Здесь собрались покупатели, которые жалуются на ассортимент и обслуживание в супермаркете.

— Жалуются? — насмешливо переспросил щеголь.

— Вот именно. — Служащий начинал действовать Джейку на нервы.

— В таком случае, обращайтесь со своими жалобами непосредственно к владельцу супермаркета мистеру Майклу Сандерсону.

— Вы это серьезно? — Джейк чувствовал, что еще немного и его терпение лопнет. — Вы разве не знаете, что мистер Сандерсон перенес тяжелую операцию и до сих пор не встал на ноги?

— Само собой разумеется, я знаю об этом.

— И тем не менее вы считаете, что эти люди должны отправиться к нему со своими жалобами? — В голосе Джейка звучали металлические нотки. — Кстати, как вас зовут?

— Дейв Маккинли. А вы, черт возьми, кто такой?

— Джейк Сандерсон, сын Майкла Сандерсона. — Джейк с удовлетворением заметил, что его слова произвели впечатление: Дейв побледнел. — Если на вас возложено руководство супермаркетом, то почему вы не желаете выслушать жалобы покупателей? Кроме того, будьте добры, объясните нам, почему на полках нет рождественских товаров? И как вам удалось за столь короткое время довести некогда процветающий магазин до жалкого состояния?

— Да… наш ассортимент не так широк, как хотелось бы… — пробормотал Дейв, с которого мигом слетела спесь. — Ваш отец собирался нанять на время праздников дополнительный обслуживающий персонал, но не успел.

— А почему вы сами не наняли новых работников, если в этом была необходимость? Кстати, если людей не хватает, почему бы вам самому не взяться за метлу и не навести порядок в магазине?

— Это не входит в мои обязанности, мистер Сандерсон. — Дейв совсем растерялся. — У меня очень много работы, оформление документов и… и тому подобное… — Дейв кивком указал на стол, заваленный бумагами.

— Вы действительно очень заняты? — насмешливо спросил Джейк.

— А вы как думаете? Управлять супермаркетом не так-то просто. У меня нет времени бегать с метлой по торговому залу или вытирать с полок пыль. — Дейв постепенно приходил в себя, и румянец вновь заиграл на его щеках. — Впрочем, мне некогда беседовать с вами. Попрошу освободить кабинет.

— Нет, мы отсюда не уйдем. А вот вы сейчас же покинете помещение и закроете двери с той стороны.

— С какой это стати? — Дейв усмехнулся. Обычная самоуверенность вернулась к нему.

— Вы уволены!

Комнату огласили одобрительные возгласы присутствующих, с напряженным интересом следивших за разгоревшейся перепалкой.

— Вы не можете уволить меня без достаточных на то оснований, это незаконно, — уверенно возразил Дейв. — Кроме того, вы не являетесь владельцем супермаркета.

— Я сын владельца и в его отсутствие могу уволить любого наемного работника. — Джейк старался не горячиться, но Дейв смертельно надоел ему. — Если вам обязательно нужно знать причину увольнения, то пожалуйста: в торговом зале очень грязно, ассортимент товаров слишком мал для такого крупного магазина, а кроме того, вы отказались выслушать жалобы покупателей. Достаточно? Даю вам ровно одну минуту на то, чтобы собрать свои личные вещи и убраться отсюда.

Дейв Маккинли пришел в ярость. Джейку показалось, что он вот-вот накинется на него с кулаками. Но Дейв взял себя в руки и, сделав вид, что проглотил обиду, криво усмехнулся.

— Да пошли вы все к черту! Кому нужен ваш дрянной супермаркет! — Дейв схватил свой кейс и направился к выходу.

— Если не возражаете, я провожу мистера Маккинли до машины, — обратился Джейк к сидящим в кабинете покупателям.

— Я знаю дорогу, — бросил на ходу Дейв.

Тем не менее Джейк последовал за ним. Они миновали служебное помещение и вышли в торговый зал. Кэрол в это время как раз расплачивалась за покупки. По мрачному выражению лица Джейка она поняла, что события разворачиваются драматично. Что произошло? — забеспокоилась она.

Дейв внезапно остановился перед выходом из супермаркета и, резко обернувшись к Джейку, заявил:

— Я подам в суд за незаконное увольнение!

— Как вам будет угодно. Но у вас нет никаких шансов выиграть дело.

— Скажите это моему адвокату. В любом случае этот магазин — настоящая дыра, он приносит одни убытки. Старик давно бы уже продал его, но где найти покупателей?

Дейв явно старался вывести Джейка из себя, но тот хранил олимпийское спокойствие.

— Расчет я пришлю вам почтовым переводом. Чтоб вашей ноги больше не было в этом супермаркете, — процедил Джейк сквозь зубы.

— Мы живем в свободной стране, и я вправе ходить в любой магазин, — вскинув голову, нагло парировал Дейв. Он круто повернулся на каблуках и вышел на улицу.

Джейк проводил его презрительным взглядом. Что еще мог он предпринять? Не арестовывать же этого Маккинли в самом деле. Ведь тот не совершил никакого преступления: за лень и работу спустя рукава за решетку не сажают.

— Что произошло? — спросила Кэрол, слышавшая последние слова Дейва Маккинли.

— Я его уволил. — Джейк был немногословен.

— Уволил?

— Да, ты не ослышалась. Не понимаю, как можно принять на работу проходимца, да еще держать его на руководящей должности! — Джейк умолк: какая-то мысль, по-видимому, не давала ему покою. — Послушай, Кэрол, отец никогда не говорил, что собирается продать магазин?

Кэрол нахмурилась.

— С чего ты взял? Он ни разу не обмолвился об этом. По крайней мере, в моем присутствии. Думаю, это просто нелепые слухи.

— Надеюсь, ты права.

Джейк не ожидал, что слова Дейва о планах отца относительно супермаркета произведут на него столь сильное впечатление. Он был искренне огорчен этим известием: сколько Джейк себя помнил, его семья всегда владела этим крупным магазином, которым город мог по праву гордиться.

— Я закончила с покупками, — сказала Кэрол. — Мы можем ехать.

— К сожалению, у меня еще есть дела. Мне надо отдать несколько распоряжений служащим супермаркета и поговорить с покупателями, которые ждут в кабинете. Послушай, Кэрол, бери мой пикап и возвращайся домой. А я, когда улажу все дела, попрошу кого-нибудь подбросить меня.

— Может быть, мне лучше остаться с тобой?

Джейк покачал головой и протянул Кэрол ключи от машины.

— Пикап припаркован на площадке перед магазином. Передай отцу, что я задержусь в городе. Увидимся вечером. — И, не дожидаясь ответа, Джейк зашагал в сторону служебных помещений.

Кэрол ничего другого не оставалось, как подчиниться. На улице дул резкий пронизывающий ветер, нагонявший снеговые тучи. Скоро должна начаться метель. Кэрол открыла дверцу запорошенного пикапа, погрузила продукты и села на промерзлое сиденье. Из ее рта валил пар. На улице заметно похолодало. Кэрол включила зажигание и, пока прогревался мотор, наблюдала за потоком покупателей, входящих и выходящих из стеклянных дверей супермаркета.

Без сомнения, неблагоприятный прогноз погоды заставил многих горожан совершить незапланированный поход по магазинам, чтобы запастись всем необходимым. Майкл подождет, решила Кэрол. Чем больше она размышляла о положении дел в супермаркете Сандерсона, тем отчетливее понимала, что не должна бросать Джейка в трудную минуту. Много лет назад, работая здесь кассиром, она хорошо изучила распорядок рабочего дня магазина и расположение помещений. Кэрол не боялась черной работы. Она была готова, взяв в руки веник и швабру, навести чистоту в торговом зале. Ей это ничего не стоило.

Кэрол решительно выключила зажигание, вышла из машины и заперла дверцу.

В супермаркете было многолюдно, занятые своим делом кассиры не заметили возвращения Кэрол. Она не стала искать Джейка, зная, что тот будет недоволен ее самовольством, а сразу же прошла туда, где находились складские помещения. Она знала, где хранятся моющие средства и все необходимое для уборки. Безошибочно найдя нужную дверь, Кэрол скинула пальто и, вооружившись шваброй и мешком для мусора, вышла в торговый зал.

Она принялась тщательно наводить порядок, подметая один проход за другим. Справившись с этой задачей, Кэрол взяла тележку и, курсируя между складскими помещениями и торговым залом, начала выставлять товары на пустующие полки магазина, выстраивая аккуратными рядами банки, коробки, пакеты и бутылки. Несколько раз с ней заговаривали покупатели, интересуясь качеством того или иного продукта. Кэрол с готовностью давала советы и подводила к нужной полке.

Дверь в кабинет управляющего была распахнута настежь. И каждый раз, с замиранием сердца проходя мимо нее, чтобы попасть на склад, Кэрол украдкой бросала взгляд на сидящего за столом Джейка. Но тот с головой ушел в документы и не замечал ее.

Кэрол не хотела мешать ему. Справившись с неотложными делами, он выйдет на улицу, увидит пикап на стоянке и сразу поймет, что я не уехала и жду его где-то в магазине, решила она.

В очередной раз переступив порог склада, она заметила на верхней полке одного из стеллажей большие коробки, на которых было написано: «Елочные украшения». Кэрол установила стремянку и взобралась на нее, чтобы взглянуть на их содержимое.

Джейк вышел из кабинета и направился в торговый зал. Он с удивлением заметил, что кто-то успел чисто подмести пол, убрать мусор и навести порядок на полках с товарами. Джейк озадаченно огляделся. Кассирши не могли заниматься уборкой, так как в магазине было слишком много посетителей. Значит, это сделал кто-то другой, по-видимому, один из остальных двенадцати служащих супермаркета. Джейк направился в служебные помещения, чтобы разыскать и поблагодарить этого человека за проявленную инициативу.

Открыв дверь склада, он, к своему изумлению, увидел взбирающуюся по стремянке Кэрол. У Джейка перехватило дыхание при виде ее стройной фигуры. Под тонким свитером угадывалась тонкая талия, синие джинсы обтягивали длинные ноги и округлые бедра, золотистые волосы рассыпались по плечам.

Джейку хотелось дотронуться до Кэрол, вновь ощутить вкус ее губ, шелковистую мягкость волос, но он взял себя в руки, вспомнив, что поклялся никогда больше не поддаваться обаянию Кэрол, этой притворщицы, умело использующей минутную слабость мужчины.

— Кэрол! Что ты здесь делаешь?! — раздраженно спросил Джейк, недовольный тем, что она ослушалась его приказа вернуться домой.

Внезапный окрик испугал Кэрол, она резко обернулась, ее нога заскользила на металлической перекладине лестницы, и женщина начала стремительно терять равновесие. Реакция Джейка была мгновенной: он в два прыжка преодолел отделявшее его от Кэрол расстояние и успел подхватить ее на руки.

— Зачем тебе понадобилось влезать на эту проклятую лестницу?! — с негодованием спросил он, крепко прижимая ее к груди.

Кэрол попыталась высвободиться, но не тут-то было: Джейк не выпускал ее из своих сильных рук. У Кэрол перехватило дыхание. Сжав кулачки, она забарабанила ими по широкой груди Джейка. Но тот только молча ухмыльнулся. Их взгляды встретились. Кэрол замерла в ожидании. Казалось, их губы вот-вот сольются в поцелуе. Напряженная тишина повисла в помещении. Пауза затягивалась. На мгновение лицо Джейка исказила гримаса боли. Кэрол видела, что он борется с собой. Сама она была уже не в силах сопротивляться своим чувствам.

— Я же сказал тебе, чтобы ты ехала домой, — хрипло проговорил Джейк.

Все в этой женщине, трепещущей сейчас в его объятиях от затаенного желания, возбуждало его, и он боялся снова, как девять лет назад, потерять голову.

— Да, сказал, — еле слышно проронила Кэрол.

— Тогда почему ты все еще здесь? — Джейк наконец отпустил ее и отступил на шаг, втайне опасаясь, что не совладает с собой: его как магнитом тянуло к Кэрол.

— Я хотела помочь тебе. Ты, конечно, забыл, но когда-то в юности я работала здесь, и мне не безразлична судьба супермаркета.

— Ничего я не забыл. Ты сидела за четвертой кассой. — Выражение лица Джейка смягчилось. — Так это ты подмела пол в торговом зале… — Судя по тени неудовольствия, пробежавшей по его лицу, Джейк был неприятно удивлен этим открытием.

— Новый товар на полках — тоже дело моих рук, — заявила Кэрол, обиженная тем, что Джейк, по всей видимости, не желал, чтобы она ему помогала.

— Мой отец нанял тебя не для того, чтобы ты подметала магазин. Ты должна ухаживать за больным. — Тон Джейка был намеренно резким.

Кэрол почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, и часто-часто заморгала, стараясь не расплакаться.

— Ты абсолютно прав. Никто не просил меня заниматься уборкой магазина. Прости. Если не возражаешь, я сейчас же поеду домой, к твоему отцу.

Кэрол отвернулась, чтобы скрыть слезы, и направилась к выходу. Джейк обругал себя последними словами, он видел, что Кэрол чуть не плачет, и ему стало жаль ее.

— Слушай, подожди! — крикнул он, но она даже не оглянулась. — Кэрол, прости меня. Я был слишком резок.

Эти слова нелегко дались Джейку. Он, конечно, понимал, что повел себя несправедливо по отношению к Кэрол, но боялся вновь оказаться во власти этой женщины, и грубость была своего рода защитной реакцией.

Кэрол замерла на пороге, все еще не решаясь повернуться лицом к Джейку.

— Я был не прав, — продолжал он. — Я не имел права срывать на тебе свое раздражение. Но, пойми, события сегодняшнего дня выбили меня из колеи. Голова кругом идет. Надо срочно принимать меры, чтобы навести порядок в супермаркете. На самом деле я очень благодарен тебе за все, что ты сделала.

Кэрол наконец обернулась к Джейку.

— Я принимаю твои извинения. Но ты совершенно прав. Твой отец нанял меня ухаживать за ним. Поэтому будет лучше, если я как можно скорее вернусь домой.

— Ты хочешь есть? — вдруг спросил Джейк.

— Да. А в чем дело? — Кэрол была застигнута врасплох. Она не понимала, почему он сменил тему разговора.

Джейк взглянул на часы.

— Сейчас всего лишь половина второго. Перед отъездом ты, помнится, отнесла отцу ланч, так что, думаю, он не умрет с голоду по крайней мере в ближайшие два часа. Поэтому я приглашаю тебя перекусить в каком-нибудь уютном кафе.

— Нет, не беспокойся. Не стоит… — Кэрол окончательно растерялась. Теперь она очень сожалела, что поддалась душевному порыву и вернулась в супермаркет.

— Знаешь, я голоден как волк. Так что не ломайся, — решительно сказал Джейк.

По правде говоря, его поташнивало и голова слегка кружилась. Пять дней назад, когда он выписывался из госпиталя в Бостоне, врачи предупредили его, чтобы он не перенапрягался и избегал эмоциональных стрессов. Кроме того, Джейку были предписаны постельный режим и усиленное питание. Овсяную кашу, которую он съел сегодня за завтраком, вряд ли можно отнести к разряду калорийной пищи.

На этот раз Кэрол не стала возражать, она понимала, что взрослому мужчине давно пора подкрепиться. Спустя пять минут они уже сидели в небольшом бистро, расположенном по соседству с супермаркетом Сандерсона.

— Должно быть, это заведение открылось совсем недавно, — заметил Джейк, осматриваясь.

— Ты прав, это новое кафе, его владелец приехал с юга, дела у него, говорят, идут великолепно.

Джейк просмотрел меню и снова окинул цепким взглядом обстановку. Ему понравились царящая в бистро атмосфера, со вкусом подобранные картины на стенах, таинственно мерцавшие в уютном полумраке светильники на столах, драпировки на окнах.

Официантка приняла у них заказ. Кэрол выбрала томатный суп и блинчики с черничным вареньем, а Джейк кроме супа заказал сырную запеканку и сандвич с тунцом. Кэрол заметила, что Джейк чем-то сильно озабочен, и догадывалась о причине его беспокойства.

— Ты узнал что-нибудь новое о планах отца продать супермаркет?

— Нет. Все это время я изучал бумаги — счета, планы и отчеты, составленные Маккинли. Ты не поверишь, но этот парень понятия не имеет, что такое финансовый отчет. Не понимаю, как мог отец взять его. — Джейк глубоко вздохнул. — Для работы на складе нам нужны крепкие парни. Я собираюсь нанять пару грузчиков.

— Правильно! — горячо поддержала его Кэрол.

— Надеюсь, что скоро все образуется, дела в супермаркете должны наладиться. Честно говоря, я до сих пор теряюсь в догадках, что могло произойти с поставкой рождественских товаров. Где они?

— Я видела на складе несколько коробок с надписью «Рождественские товары». Чтобы добраться до них, я и полезла на стремянку: коробки стояли на верхней полке стеллажа.

— Понятно. Ну что ж, несколько коробок лучше, чем ничего. По крайней мере, мы сможем украсить торговый зал, — бодро сказал Джейк. — Отец всегда стремился создать праздничную атмосферу в магазине к Рождеству. Нынешний жалкий вид супермаркета разрывает мне сердце. Так уныло, серо и убого он еще никогда не выглядел.

— Как я понимаю тебя!

— У супермаркета всегда была репутация лучшего торгового предприятия города. И отец по праву гордился этим. Он отдавал работе все силы. Мать порой жаловалась, что он проводит больше времени в своем магазине, чем дома. — Джейк улыбнулся, вспомнив теплую атмосферу, царившую в родительском доме, когда его мать была здорова. — По вечерам он порой задерживался и частенько опаздывал на ужин. Но в таких случаях он всегда приносил маме роскошный букет цветов.

Слыша, с какой нежностью Джейк говорит о покойной матери, Кэрол чувствовала, как у нее сжимается сердце и к горлу подкатывает ком.

— Тебе до сих пор очень недостает ее, — тихо заметила она.

Глаза Джейка подозрительно блеснули.

— Да, мне очень не хватает ее, — признался он и вдруг замолчал.

— Джейк, с тобой все в порядке?! — встревожилась Кэрол, заметив, что его лицо внезапно сделалось белым как мел.

— Не беспокойся, я себя прекрасно чувствую. — Он попытался улыбнуться, но у него получилось плохо.

Официантка принесла тарелки с горячим ароматным супом. После нескольких ложек густого варева Джейк почувствовал себя лучше.

— Я позвонил сегодня на ферму Петерса, чтобы узнать, почему в этом году нам не поставили индеек, — начал рассказывать он. — Отец всегда получал их к Рождеству с этой фермы. Однако сначала он собирал заявки своих постоянных клиентов, а затем уже делал заказ. Миссис Даун принадлежит к числу таких клиентов, но она пожаловалась, что в этом году супермаркет не принял ее заявку.

— Как же так?! — возмутилась Кэрол.

— Мистер Петерс сказал мне по телефону, что он звонил Маккинли и справлялся, будет ли супермаркет Сандерсона заказывать в этом году индеек, однако исполняющий обязанности управляющего отказался от поставок с фермы, заявив, что уже заказал мороженых индеек. Мистер Петерс сказал, что был очень удивлен этим обстоятельством, но не стал беспокоить моего отца, поскольку знал, что тот серьезно болен.

Джейк с аппетитом доел суп. Его щеки порозовели.

— Проанализировав документы, я убедился, что Дейв отъявленный лентяй, — продолжил он, отодвинув пустую тарелку. — Отец, по всей видимости, постоянно подгонял и контролировал его. Но, когда Маккинли оказался во главе большого торгового предприятия, да еще без присмотра отца, он много возомнил о себе и начал на свой страх и риск принимать непродуманные решения. По правде говоря, мне жаль его. Человек оказался не на своем месте. На него обрушалась масса дел, Дейв был просто не в состоянии справиться с ними и пошел по пути наименьшего сопротивления: махнул рукой на то, что близится Рождество, отказался принимать заявки покупателей, перестал следить за внешним видом торгового зала. В общем, запустил работу.

— Он развалил бы все дело, если бы ты вовремя не остановил его.

— Да, пожалуй. К счастью, еще не поздно поправить положение. Рождественские праздники — самое напряженное время для любого торгового предприятия. Будем надеяться, что постоянные клиенты останутся нам верны в трудное для супермаркета время. — Джейк нахмурился. — Мне необходимо переговорить с отцом. Я должен рассказать ему все, что сегодня произошло. Насколько я его знаю, он не останется равнодушным к тому, что натворил Маккинли.

— Возможно, тревога за судьбу супермаркета всколыхнет его, заставит встать с постели.

— Дай то Бог. В любом случае я не могу больше ничего предпринимать без его санкции. — Джейк встал из-за стола.

— Ты куда? — удивилась Кэрол. — А твой сандвич, а запеканка? Я думала, ты голоден. Официантка уже несет наш заказ.

— Не могли бы вы все это завернуть нам с собой? — обратился Джейк к подоспевшей официантке, держащей уставленный тарелками поднос.

— Конечно, сэр. — Она направилась к стойке.

Джейк взял свою куртку со спинки стула и хотел надеть ее, но острая боль пронзила его левый бок. Он зашатался и, чтобы не упасть, оперся о стол. Боль не проходила. Должно быть, рана опять начала кровоточить, подумал Джейк.

Чертыхнувшись про себя, он стиснул зубы и осторожно вдел левую руку в рукав куртки. Врачи бостонского госпиталя не хотели выписывать его, и Джейк понимал, что они не без оснований опасались за состояние его здоровья.

Кэрол тайком наблюдала за ним. Она поняла, что причиной его бледности было недомогание. Джейк испытывал приступы боли, он был явно нездоров. Кэрол видела, каких усилий ему стоило надеть куртку.

По дороге к автостоянке Кэрол не спускала с него глаз. Джейк шел медленно, на его лице застыла напряженная гримаса, дыхание было затрудненным. Кэрол не хотела задавать лишних вопросов. Она молча села на свое место и пристегнула ремень безопасности.

— Кэрол, пересядь, пожалуйста, — услышала она слабый голос Джейка. — Ты поведешь машину.

Она удивленно взглянула на Джейка. На его лице не было ни кровинки. Внезапно он закрыл глаза и, упав головой на руль, потерял сознание.

4

— Джейк! Джейк! — всполошилась Кэрол. — Очнись!

Дрожащими пальцами она пыталась отстегнуть ремень, но у нее не сразу получилось. Наконец она смогла поближе придвинуться к Джейку. Осторожно приподняв его голову, Кэрол откинула безжизненное тело Джейка на спинку сиденья и похлопала его по щекам, чтобы привести в чувство. Ей с трудом удавалось сохранять спокойствие. Но Кэрол знала, что не имеет права поддаваться панике. Джейку нужна ее помощь. Кэрол, дипломированная медицинская сестра с большим опытом работы, никогда не терялась в подобных обстоятельствах. Но факт, что ее пациентом на этот раз был Джейк — человек, которого она любила, мог помешать Кэрол справиться со своими профессиональными обязанностями.

Она расстегнула на Джейке куртку и приложила ладонь к его сердцу. Услышав ритмичное биение, Кэрол облегченно вздохнула. Что явилось причиной его внезапного обморока? Она терялась в догадках.

— Джейк, очнись!

Она вновь похлопала его по щекам. Джейк с трудом приподнял веки. Через несколько мгновений его взгляд стал более осмысленным. К Джейку возвращалось сознание. Какое-то время он недоуменно смотрел на Кэрол, не понимая, что происходит.

— В чем дело? — наконец спросил он глухим срывающимся голосом.

— Ты внезапно потерял сознание. Я не знаю, что с тобой. Мне необходимо отвезти тебя в больницу.

— Ни в коем случае! — Голос Джейка окреп. — Со мной все в порядке. — Он похлопал Кэрол по руке, успокаивая ее.

— Джейк, ты, наверное, ранен. Если это так, тебе необходима медицинская помощь.

— Не беспокойся, я уже был у врачей, они мне сказали, что я в полном порядке. И это действительно так. — Джейк будто убеждал самого себя в том, что с ним не произошло ничего страшного, и даже попытался шутить: — Надеюсь, ты сможешь справиться с пикапом и довезешь меня без приключений.

— Ты был у врачей? — удивилась Кэрол.

Джейк кивнул.

— Да, пару дней назад в Бостоне. Я получил удар ножом в левый бок, потерял много крови, меня не сразу нашли, а сам я не мог встать на ноги. Словом, мне наложили швы, так что теперь я практически здоров.

Холодок пробежал по спине Кэрол. Будучи медиком, она понимала, насколько серьезна рана Джейка и как легкомысленно он относился к своему здоровью.

— Ничего страшного, просто царапина, — уверял Джейк, видя, что Кэрол озабоченно нахмурилась. — Мне просто надо отлежаться. Отвези меня, пожалуйста, домой.

Джейк чувствовал, как тошнота вновь подступает к горлу. Он мысленно поклялся больше никогда не нарушать предписаний врачей. Напряжение сегодняшнего дня сказалось на его самочувствии.

Кэрол не сводила с него глаз. Она понимала, что Джейк недоговаривает и скрывает серьезность своего ранения. На сером от усталости лице Джейка не было ни кровинки. Инстинкт подсказывал Кэрол, что ей следует отвезти Джейка в больницу, но она не могла пойти против его желания. Джейк никогда не простил бы ей этого.

— Ну что, поехали? — с наигранной бодростью спросила она.

Джейк с облегчением вздохнул: он опасался, что Кэрол заупрямится и станет уговаривать его поехать в больницу.

— Если хочешь, чтобы я вела машину, нам надо поменяться местами. Я выйду из машины, а ты осторожно перебирайся на пассажирское сиденье.

— Хорошо, — пробормотал Джейк и неуклюже перелез на соседнее сиденье.

Кэрол обошла капот, села за руль и включила зажигание. Из головы у нее не шли слова Джейка о полученной им ножевой ране. Она живо представила, как какой-то негодяй всаживает нож по самую рукоятку в тело Джейка.

Выехав со стоянки, пикап покатил в сторону шоссе. Кэрол думала о том, как не похожи были Джейк и ее муж Сол, хотя оба работали в ФБР, подвергались опасностям и рисковали жизнью. Но Джейк говорил об этом как о чем-то обыденном, само собой разумеющемся, а Сол всегда подчеркивал, что, ставя на кон свою жизнь, имел право распоряжаться жизнями других людей по своему усмотрению.

Сол не уставал повторять, что находится «па передовой», как он выражался, и поэтому требовал от близких особого внимания и уважения. Вскоре после того как Кэрол вышла замуж, она заметила, что ее супруг всегда стремится унизить ближнего, использует свою должность для того, чтобы самоутвердиться. Солу доставляло удовольствие запугать человека, взять его за горло, заставить заискивать перед ним.

Кэрол испытала все это на себе. Сол шантажировал и запугивал ее. Он ловко заманил ее в ловушку, а затем завладел ее телом и волей. Кэрол подкупило то, что Сол обещал относиться к ребенку, которого она носила под сердцем, как к своему собственному. Но Уоллес обманул ее. Черствый и самолюбивый, Сол не любил детей, и Кэрол раскаивалась, что вышла за него замуж.

Она постаралась отогнать неприятные воспоминания и, украдкой бросив взгляд на Джейка, облегченно вздохнула. Джейк совершенно пришел в себя и, судя по живому блеску в глазах, чувствовал себя лучше. Он хранил молчание, по-видимому, что-то сосредоточенно обдумывая.

Тем временем ветер усиливался, поднимая снежную поземку вдоль дороги. Ведя машину по скользкому шоссе, Кэрол молила Бога, чтобы их не занесло в кювет.

Однако, несмотря на непогоду и первые признаки бурана, они благополучно добрались до дома.

— Приехали, — промолвила Кэрол, останавливая пикап у дома Сандерсонов.

Она вышла из автомобиля, обогнула его и открыла дверцу, чтобы помочь выйти Джейку. Холодный воздух заставил его очнуться.

— В чем дело? — пробормотал Джейк.

— Мы дома, Джейк, давай выходи из машины.

— Уже приехали? Так быстро? — Джейк с трудом выбрался из пикапа.

— Обопрись о мое плечо, — предложила Кэрол.

— Не надо. Я сам справлюсь. — Однако, сделав шаг, Джейк зашатался и чуть не рухнул в сугроб. — Черт возьми! — пробормотал он, досадуя на свою беспомощность.

— Не упрямься, я помогу тебе.

Кэрол подставила свое плечо, и они медленно поднялись по ступенькам. Помогая Джейку переступить довольно высокий порожек, Кэрол поняла, что сейчас им предстоит самое трудное: подняться по лестнице. Он совсем ослабел, прерывисто дышал, на его лбу выступили капли холодного пота.

Кэрол стиснула зубы и, напрягая остатки сил, втащила Джейка, который еле переставлял ноги, на второй этаж.

— Я помогу тебе снять куртку, — сказала она, когда Джейк уже сидел на кровати в своей комнате.

— Нет, спасибо, — вежливо, но решительно отказался он. — Ты и так слишком много сделала для меня. Я ей-богу себя неплохо чувствую. — И, сказав это, Джейк упал головой на подушку, скорчившись от нового приступа невыносимой боли.

— Неправда, тебе нехорошо, — возразила Кэрол. — Не забывай, что я медицинская сестра. Я не отвезла тебя в больницу только потому, что решила заняться твоим лечением дома. Я должна взглянуть на твою рану.

— Не стоит. Прошу тебя, Кэрол, не беспокойся обо мне.

— Я в состоянии оценить, стоит или не стоит беспокоиться по поводу твоего здоровья, — решительно возразила Кэрол.

Их взгляды встретились, и Джейк понял, что сопротивление бесполезно.

— Ну хорошо. Дай мне пару минут прийти в себя, а потом делай со мной что хочешь, — сдался он.

— В таком случае я пока пойду проведаю твоего отца, занесу продукты в дом, а потом, учти, вернусь.

Заглянув в спальню Майкла, Кэрол убедилась, что тот спит. Оставленный сандвич был съеден, термос с бульоном опустошен наполовину. У Майкла явно улучшился аппетит. Это не могло не радовать Кэрол.

Накинув пальто, она вышла на улицу, чтобы выгрузить из пикапа купленные продукты. Быстро портящиеся были сразу же уложены в холодильник, а остальные она оставила на кухонном столе, решив заняться ими попозже. Разобравшись с этим, Кэрол заварила крепкий чай, налила в большую кружку и положила в два раза обычного больше сахара. Затем, взяв аптечку и кружку с чаем, она поднялась к Джейку.

Тот уже успел раздеться по пояс и с закрытыми глазами лежал на кровати.

Кэрол обдало жаром при виде его обнаженного мускулистого торса. И тут же ей стало стыдно: как может она думать о чувственных удовольствиях, когда Джейку угрожает опасность? Ругая себя, Кэрол отвела взгляд от лежащего на кровати мужчины. Она попыталась убедить себя, что перед ней обычный пациент, а не человек, перевернувший всю ее жизнь и до сих пор заставлявший трепетать все ее существо.

Глубоко вздохнув, Кэрол снова взглянула на Джейка. Она заметила рану на его боку чуть ниже левой подмышки, залепленную большим ватно-марлевым тампоном и лейкопластырем. Тампон порозовел от пропитавшей его крови, но она не сочилась по телу, это было хорошим знаком: значит, швы не разошлись и кровотечение не было обильным. Однако во избежание инфекции необходимо сделать перевязку.

Кэрол подошла к кровати и, стараясь не разбудить Джейка, начала осторожно отдирать лейкопластырь. Джейк тут же открыл глаза, и их взгляды встретились. Кэрол инстинктивно отпрянула.

— Прости! Тебе больно? Как ты себя чувствуешь? Я принесла тебе сладкого чаю.

— Спасибо, я не хочу пить. Я очень ослабел, меня клонит ко сну, — признался он.

— И все же постарайся сделать хоть несколько глотков, прежде чем заснешь. Пока ты будешь пить чай, я перевяжу тебя и посмотрю, не разошлись ли швы.

— Хорошо, делай перевязку, а чай я выпью позже. — Джейк закрыл глаза, внутренне приготовившись к процедуре, которая могла оказаться болезненной.

Кэрол склонилась над ним, и Джейк почувствовал аромат нежных цветочных духов. Пряди ее волос щекотали ему грудь, пробуждая сладостные воспоминания о единственной ночи, проведенной ими вместе. Мягкие нежные прикосновения Кэрол были для Джейка, пожалуй, более суровым испытанием, чем приступы боли. В его душе проснулось давно забытое желание близости с Кэрол.

Джейк напрягал все силы, чтобы побороть вспыхнувшую страсть, и судорожно вцепился в простыню. Хотя глаза Джейка оставались закрытыми, он ощущал каждое движение Кэрол. Когда ее теплое дыхание коснулось его груди, по спине Джейка забегали мурашки, дыхание участилось. Джейк боялся, что Кэрол догадается об охватившем его желании.

— Швы, слава Богу, не разошлись, — услышал он деловитый голос Кэрол. — Но шрам влажный от сукровицы.

— Я искренне рад, — выдавил из себя Джейк.

Он молил Бога, чтобы она быстрее закончила перевязку и отошла от него. Если бы не плохое самочувствие, оказавшееся в этой ситуации его союзником, Джейк давно бы уже сжал Кэрол в объятиях и повалил на постель.

— Потерпи, сейчас может быть больно. — Голос Кэрол доносился будто издалека.

Джейк тут же почувствовал острую боль: Кэрол снимала остатки тампона, прилипшие к ране.

— Ну все, самое страшное уже позади, — успокоила она своего пациента.

Долго ли еще я смогу выносить эту пытку? — подумал Джейк, имея в виду вовсе не боль в боку. С его стороны было огромной ошибкой позволять Кэрол делать перевязку, да и вообще дотрагиваться до его раны. Запах ее тела будоражил воображение Джейка и возбуждал плоть.

Той ночью, девять лет назад, Кэрол, казалось, отвечала ему со всей страстью, на которую только была способна. Их сердца бились в унисон, их чувство было взаимным. Во всяком случае, так думал Джейк. Но вскоре он узнал от Сола Уоллеса, что вовсе не был единственным мужчиной в жизни Кэрол, с которым она охотно делила постель. Это известие повергло его в отчаяние. Джейк отказывался понимать Кэрол. Почему она так поступила с ним? Что толкнуло ее на этот шаг? Зов плоти? Или жалость к нему, убитому горем?

Тем временем Кэрол заканчивала перевязку. Рана не гноилась, что свидетельствовало об отсутствии инфекции. Хирурги очень аккуратно наложили швы. Кэрол ужаснуло то, что лезвие ножа прошло в нескольких сантиметрах от жизненно важных органов. Джейк находился в смертельной опасности, и только чудо спасло его. Холодок пробежал по спине Кэрол при мысли, что Джейк мог погибнуть. Она как бы невзначай провела ладонью по его мускулистому предплечью и по груди, ощущая гладкость кожи и тепло тела мужчины, который когда-то открыл ей мир чувственных удовольствий.

— Ты закончила? — сквозь зубы процедил Джейк.

Кэрол в испуге отдернула руку, будто обожглась. Краска стыда залила ее лицо. Она смущенно взглянула на Джейка, ожидая, что увидит в его глазах презрительную насмешку, но его веки были крепко сомкнуты.

— Да, я все сделала. — Кэрол начала торопливо укладывать не использованный перевязочный материал в аптечку. — Выпей чаю и постарайся уснуть.

Джейк не промолвил ни слова. Кэрол прислушалась к его дыханию, оно было ровным и спокойным. Она заботливо укрыла его стеганым одеялом, вышла на цыпочках из комнаты и закрыла за собой дверь. По дороге Кэрол еще раз заглянула к Майклу. Тот все еще спал.

Спустившись на первый этаж, Кэрол отнесла аптечку в ванную комнату, а затем прошла в кухню, чтобы заняться лежащими на столе продуктами. Разложив пачки, банки, пакеты и коробки по шкафам, Кэрол взглянула на часы. Меньше чем через час из школы должна вернуться Элен. Кэрол принялась за приготовление ужина. Сегодня она хотела испечь апельсиновый кекс, который особенно любила девочка.

Замешивая тесто, Кэрол вновь мысленно возвратилась к событиям сегодняшнего дня. Она признавалась себе, что теряет голову в присутствии Джейка. Ее неудержимо тянуло к этому мужчине, несмотря на то, что девять лет назад он оскорбил ее своим поведением. Ночь любви была для него всего лишь случайным приключением, он не испытывал к ней глубокого искреннего чувства, лишь вожделение двигало им. Удовлетворив свою мимолетную страсть, он ушел и даже не попрощался.

Говоря о жалости, будто бы проявленной Кэрол к нему в ту роковую ночь, Джейк только подлил масла в огонь: эти слова оскорбили ее до глубины души. Кэрол поклялась себе никогда больше не впускать в свое сердце Джейка. Однако для этого необходимо было держаться от него на безопасном расстоянии, потому что он мог легко снова вскружить ей голову. В этом Кэрол убедилась сегодня.

Ставя форму с кексом в духовку, она услышала звук открывающейся входной двери и звонкий детский голосок:

— Мама! Я вернулась!

Девочка вбежала на кухню, и Кэрол улыбнулась ребенку. Свежее личико Элен, ее розовые щечки и сияющие глаза сразу же вернули Кэрол хорошее расположение духа.

— Апельсиновый кекс? Класс! — с восторгом взвизгнула Элен.

— Да, милая. Я пеку твой любимый кекс. Как дела в школе?

Кэрол достала из холодильника пакет молока, наполнила стакан и поставила его перед Элен, которая уже уселась за кухонный стол.

— Сегодня мы репетировали рождественский спектакль, — взволнованно сообщила девочка. — Это было так здорово! Правда, Кейт, моя подружка, наступила на подол своего длинного платья и чуть не упала со сцены.

— Надеюсь, с ней все в порядке?

— Все обошлось. Знаешь, мама, миссис Ликриш приготовила для меня чудный золотистый костюм. Просто супер!

Кэрол взглянула на часы и достала кекс из духовки.

— Сейчас немного остынет, и я отрежу тебе кусочек, — сказала она дочери.

Элен захлопала в ладоши.

— А ты не забыла положить изюм?

— Нет, дорогая, не забыла. — Кэрол ласково погладила Элен по темноволосой, как у отца, головке. — Что еще было на репетиции?

— Еще мы разучивали псалмы. Миссис Ликриш сказала, что в конце представления публика начнет подпевать нам, и мы закончим его, как она выразилась, «на хорошей ноте».

— Она права, это будет чудесным завершением рождественского представления.

Кэрол нарезала кекс, и Элен тут же взяла кусочек.

— Можно еще молока?

Кэрол передала дочери пакет.

— Мама, а где Джейк? — внезапно спросила девочка, и у Кэрол защемило сердце.

Несколько мгновений она молчала, наблюдая, как льется молоко в высокий стакан, и наконец ответила:

— Он отдыхает.

— Отдыхает? — удивилась Элен, беря еще кусочек кекса.

— Да. Как там, на улице, снег все еще идет? — спросила Кэрол, чтобы сменить тему разговора. Ей не хотелось говорить с дочерью о Джейке.

— Еще как идет! Уже намело большие сугробы. Мама, а Джейк говорил тебе, что проиграл мне сегодня утром? Я первой добежала до остановки автобуса!

— Нет, не говорил, дорогая.

— Ну что же он! — обиделась Элен, но тут же оживилась. — Миссис Холлингзхед страшно удивилась, увидев его. Она выбежала из автобуса и бросилась ему на шею. Все ребята смеялись над ней. — Элен расхохоталась, вспомнив эту сцену.

— Пей молоко и не болтай, а то подавишься.

— Джейк сказал мне, что учился с миссис Холлингзхед в одном классе. Она сидела впереди него, и он любил дергать ее за косички, — тараторила Элен, не обращая внимания на замечание матери.

— Правда? А я и не знала. — Кэрол не нравилось, что Элен так много говорит о Джейке. По всей видимости, девочка уже без ума от него.

— Можно я поднимусь к Джейку? Он, наверное, уже отдохнул! — Элен торопливо допила молоко.

— Нет! Он спит. Мы не должны тревожить его.

Элен недоуменно взглянула на мать, удивленная ее резким тоном.

— Хорошо, мама. Сколько кусочков кекса я еще могу взять? — Рука Элен снова потянулась к тарелке.

— Не больше трех. Я должна отнести кекс Майклу к вечернему чаю.

— А можно четыре? — умоляющим голосом спросила Элен.

— Ну хорошо, но за это ты помоешь посуду.

Взяв поднос с чаем и нарезанным кексом, Кэрол поднялась наверх.

— А-а, вы уже проснулись! Вот и хорошо. Сейчас будем пить чай с кексом, я его только что испекла, — сказала она, переступив порог спальни Майкла и увидев, что ее подопечный уже не спит.

— Честно говоря, я давно уже слюнки глотаю, — проворчал старик. — Из кухни доносятся такие аппетитные запахи… Спасибо, Кэрол.

Майкл сел на кровати и, приняв поднос из рук Кэрол, поставил себе на колени.

— А где Джейк? — поинтересовался старик.

— В своей комнате. — Кэрол была немногословна.

— Как идут дела в супермаркете? — продолжал Майкл. — Надеюсь там все в порядке? Мне так хочется увидеть магазин в праздничном убранстве!

Кэрол подняла упавшую на пол подушку и положила ее на постель. Майкл нахмурился и выжидательно посмотрел на нее.

— Итак, в супермаркете тебе что-то не понравилось. Что там случилось? Отвечай!

— Ничего страшного, уверяю вас, — сказала Кэрол, пряча глаза.

— Во всяком случае, пока не произошло ничего непоправимого. — Это был голос Джейка, внезапно появившегося на пороге комнаты.

Обернувшись, Кэрол с радостью заметила, что Джейку, по всей видимости, намного лучше. Об этом свидетельствовали цвет его лица, осанка и довольно бодрый голос.

— Что ты хочешь этим сказать? — встревоженно спросил Майкл, переводя взгляд с Кэрол на Джейка. — Что произошло в супермаркете? Маккинли знает, что делать. Я оставил ему подробные инструкции, в любой ситуации он сумеет принять адекватные меры.

— Значит, ты не все предусмотрел. — Джейк старался говорить спокойно, чтобы не волновать отца, но его предосторожность оказалась тщетной: лицо Майкла пошло красными пятнами.

— Не говори загадками, мой мальчик! — раздраженно сказал Майкл. — Выкладывай все начистоту. Что натворил Маккинли?

— Ничего. В том-то все и дело. Он и пальцем не пошевелил. Поэтому я его уволил.

Майкл изумленно взглянул на сына.

— Что? Ты его уволил?

— Да, — подтвердил Джейк. — И мне очень интересно, отец, почему ты вообще взял этого парня на работу и, более того, сделал своим заместителем?

— А мне интересно знать, когда это я тебя уполномочивал принимать столь ответственные решения? Почему ты распоряжаешься в моем супермаркете? — Майкл приподнялся на постели, его лицо побагровело от гнева.

Кэрол, видя, что мистер Сандерсон не на шутку разошелся, решила вмешаться.

— Майкл, прошу вас, успокойтесь. Джейк сделал то, что было необходимо. Будь вы на его месте, поступили бы точно так же. Ваш супермаркет выглядит в эти предпраздничные дни уныло. Нет ни гирлянд, ни разноцветных огней, ни другого убранства. Ничего. 3 продаже рождественских товаров тоже не отыщешь. Ваши постоянные покупатели выступили с жалобами на ассортимент и обслуживание в магазине…

Майкл недоверчиво взглянул на Кэрол.

— Мой супермаркет не украсили к Рождеству? Не может этого быть. Не понимаю…

— Прости, отец, но я хочу, чтобы ты выслушал меня до конца. Я хотел поговорить по душам с группой постоянных покупателей и вместе с ними отправился в твой кабинет, то есть в кабинет управляющего. Мы начали беседу, и тут ворвался Маккинли и заявил, что я вмешиваюсь не в свои дела. Словом, он не оставил мне выбора: я его уволил.

Майкл откинулся на подушку и, закрыв глаза, что-то напряженно обдумывал.

— Я знал, что Маккинли лентяй, — наконец заговорил он, — но я и подумать не мог, что он поведет себя подобным образом. — Майкл взглянул на сына. — Я принял его на работу, потому что… потому что в этом городишке нет особого выбора.

Майкл горько усмехнулся и принялся за кекс, будто не замечая Джейка и Кэрол. В комнате воцарилось напряженное молчание.

— Я понимаю тебя, отец, — заговорил Джейк. — Одна голова хорошо, а две лучше, как говорится. Может быть, мы вместе что-нибудь придумаем? Во всяком случае, я уверен, что все уладится.

Майкл молча пил чай.

— О, совсем забыла! — Кэрол всплеснула руками. — Я же поставила второй кекс в духовку, он, наверное, уже подгорел. Я оставлю вас, если не возражаете. Ужин будет готов через час.

Спускаясь по лестнице, Кэрол думала о том, что, несмотря на разногласия и лед недоверия, отношения между отцом и сыном начали восстанавливаться. Их сближала общая обеспокоенность за судьбу супермаркета.

Когда Кэрол вошла в кухню, Элен там уже не было. Достав из духовки форму со вторым кексом, Кэрол поставила туда противень с разделанными цыплятами, чтобы запечь их на ужин. Она с удовлетворением заметила, что посуда вымыта. Кроме того, Элен накрыла стол к ужину, поставив три столовых прибора и разложив салфетки. Судя по всему, мечта Кэрол вырастить из дочери хорошую хозяйку, близка к осуществлению.

Из гостиной доносились звуки включенного телевизора — Элен смотрела свою любимую детскую программу.

Кэрол подошла к окну. Снег валил крупными хлопьями, за его сплошной пеленой не было видно ограды и растущих за ней деревьев. Прогноз синоптиков оказался верным. Несколько часов такого снегопада — и всю округу укроют глубокие сугробы.

Поставив тушиться овощи на плиту, Кэрол воспользовалась выпавшей свободной минуткой и приняла душ. Высушив волосы феном, она надела шерстяное трико сиреневого цвета и белый свитер, который очень шел ей, и вернулась в кухню.

— Как здесь аппетитно пахнет!

Кэрол вздрогнула от неожиданности и обернулась. В дверях стоял улыбающийся Джейк. Как всегда в его присутствии, трепет волнения охватил Кэрол.

— Садись. Ужин будет скоро готов. — Она старалась говорить ровно и спокойно, но румянец смущения выдавал ее. — Я уже собрала поднос для мистера Сандерсона.

— А где Элен?

— Моет руки.

Джейк окинул взглядом Кэрол и отметил про себя, что она вымыла голову и переоделась. Белый свитер мягко облегал ее стройную фигуру, подчеркивая нежную округлость груди. Джейку тоже захотелось принять душ и переодеться. Но он вспомнил о незажившей ране и, вздохнув, отказался от своего намерения.

Он был доволен только что состоявшимся разговором с отцом. Впервые за много лет они обсуждали различные вопросы обстоятельно и спокойно, не повышая голоса, не стараясь в чем-то уличить друг друга, не ища подвоха со стороны собеседника. Отец и сын говорили о супермаркете и о проблемах, возникших по вине Маккинли. Но, когда Джейк попытался вернуться к событиям девятилетней давности, поговорить о ночи, когда умерла мать, Майкл тут же насторожился и замкнулся в себе. Он явно не хотел касаться больной темы.

— Привет, Джейк! — воскликнула вбежавшая Элен и тут же уселась за стол.

— Привет, малышка! Как дела?

— Отлично!

— Элен, подойди сюда, возьми тарелку с овощным рагу и поставь ее на стол, — строго велела Кэрол, стараясь сократить до минимума общение дочери и отца. — А я отнесу поднос с ужином мистеру Сандерсону.

Возвращаясь в кухню, она услышала дружный смех, и у нее защемило сердце. Элен и Джейк сидели напротив друг друга и о чем-то весело болтали. Их внешнее сходство в этот момент было поразительным, и Кэрол испугалась, что тайна, которую она свято хранила, внезапно раскроется.

— Что случилось? — встревоженно спросил Джейк, увидев застывший на лице Кэрол испуг.

— Нет-нет, ничего… — Кэрол постаралась справиться с собой. — Я… я забыла отнести хлеб твоему отцу.

— Давай я отнесу. — Элен вскочила из-за стола.

— Сядь, дорогая, — остановила дочь Кэрол. — Думаю, мистер Сандерсон не обидится на нас, он обычно не ест хлеб на ужин.

За столом Джейк и Элен не умолкали. Кэрол с невольной радостью наблюдала за тем, как дочь, всегда робкая и застенчивая с малознакомыми людьми, свободно и раскованно ведет себя с Джейком:

— Ты говорил, что работал с моим отцом, — напомнила Элен. — Значит, ты тоже служишь в ФБР?

— Да, мы с твоим папой вместе учились в спецшколе.

Кэрол удивленно взглянула на Джейка. Сол всегда говорил ей, что плохо знает Джейка, что они какое-то время работали вместе в штаб-квартире ФБР, а затем их пути разошлись.

— А что такое спецшкола? — заинтересовалась Элен.

— Это нечто похожее на школу, в которую ты ходишь, — начал объяснять Джейк. — Но там обучают не читать и писать, а стрелять, управлять разными видами транспорта, задерживать преступников, преподают законоведение и много других нужных для агента ФБР предметов. Твой отец наверняка об этом тебе рассказывал.

Элен покачала головой.

— Нет, он никогда…

— Сол не любил говорить о работе, — поспешно перебила ее Кэрол, опасаясь, что Элен скажет что-нибудь лишнее.

Джейк озадаченно замолчал, его удивило выражение панического страха, мелькнувшее в глазах Кэрол. Чего эта женщина боится?

— А у тебя есть форма и оружие? — не унималась Элен.

— Оружие есть, а форму я не ношу.

— Почему? — удивилась девочка.

— Потому что я секретный агент, и преступники не должны догадываться, что я из ФБР. — Джейк почувствовал легкое раздражение. Казалось, что вопросам девочки не будет конца.

— Секретный агент — это значит шпион? — Элен широко раскрыла глаза от удивления.

Джейк кивнул.

— Можно и так сказать.

— А за кем ты шпионишь? — Любопытство Элен было неистощимо.

— За преступниками.

— А тебе бывает страшно среди бандитов? — Девочка, затаив дыхание, ждала ответа.

— Бывает, и нередко.

— Значит, твоя жизнь похожа на боевик! Все как в кино! — с восхищением воскликнула она.

— Нет, моя жизнь вовсе не похожа на кино. — Джейк улыбнулся наивности Элен. — Ты, наверное, тоже хочешь служить в ФБР, когда вырастешь?

Джейк решил, что мечта пойти по стопам отца явилась причиной расспросов ребенка. Но слова Джейка странным образом подействовали на девочку. Огонек любопытства в глазах Элен сразу же потух, улыбка исчезла с ее личика. Она погрустнела и замолчала. У Джейка сжалось сердце. В кухне повисло неловкое молчание.

— Элен, дорогая, сбегай наверх и узнай у мистера Сандерсона, не нужно ли ему еще чего-нибудь? — пришла Кэрол на помощь дочери.

Кэрол чувствовала, что Джейк не сводит с нее глаз, но сама старалась не смотреть в его сторону. Элен отодвинула свою тарелку, встала из-за стола и вышла из кухни.

— Прости, я вовсе не собирался расстраивать твою дочь. Так вышло, — промолвил Джейк извиняющимся тоном, когда шаги Элен затихли. — Она, по всей видимости, до сих пор болезненно переживает потерю отца.

Кэрол едва сдержала истерический смех, рвущийся из груди.

— С ней все в порядке. Это сейчас пройдет. — Кэрол встала и начала убирать посуду.

Джейк отнес свою тарелку в раковину и подошел к Кэрол.

— Элен чудесный ребенок. Сол, должно быть, гордился своей дочерью, — сказал он.

Кэрол отвернулась, делая вид, что занята хозяйственными делами. При воспоминании о том, как Сол третировал девочку, на глаза Кэрол навернулись слезы. Что она могла ответить Джейку? Кэрол не хотела лукавить и выдавать желаемое за действительное.

Внезапно наверху послышался шум.

— Что там происходит?! — встревожилась Кэрол. — Пойду посмотрю.

Она быстро вышла из кухни. Джейк проводил ее взглядом. Каждый раз, когда упоминалось имя Сола, Кэрол начинала заметно нервничать. Черты ее лица будто каменели. Джейк сделал вывод, что Кэрол все еще любит своего мужа и не может смириться с его утратой.

Вздохнув, Джейк привычным жестом взъерошил волосы. Ему припомнился тот день, когда Сол, самодовольно ухмыляясь, подошел к его письменному столу и сообщил, что женится на медицинской сестре Кэрол Майлз. Джейку стоило большого труда скрыть потрясение, которое он испытал, услышав эту новость.

Это случилось наутро после первой и последней ночи, которую он и Кэрол провели вместе. Джейк, не дожидаясь, когда его возлюбленная проснется, поспешил в отдел, чтобы представить начальству рапорт о ходе операции по задержанию фальшивомонетчиков, орудовавших в штате. Три месяца Джейк, внедренный в преступную группу, работал на нелегальном положении, когда узнал, что умирает его мать. Он благодарил Бога, что успел проститься с ней, услышать слова материнского благословения и прощания. Отчитавшись, он собирался вернуться к Кэрол, чтобы вновь заключить ее в свои объятия.

И вот оказалось, что эта женщина лгала ему, разыгрывала страсть, ее нежность тоже была притворной. Чувства Джейка ничего не значили для нее. Она любила другого человека. Кэрол всего лишь пожалела его, раздавленного горем, она приласкала Джейка, но не собиралась связывать с ним жизнь. Через несколько месяцев Сол и Кэрол действительно поженились.

К удивлению Джейка, рана, которую нанесла ему эта женщина девять лет назад, до сих пор не зажила и причиняла нестерпимую боль.

5

На следующее утро Кэрол разбудил взволнованный голос Элен, забравшейся к ней на кровать.

— Мама, вставай! Посмотри в окно. Ты не поверишь своим глазам.

— Что случилось, крошка? — сонным голосом спросила Кэрол, догадываясь, что Элен поразило обилие снега, выпавшего за ночь.

— Кругом белым-бело, как на Северном полюсе, — продолжала девочка, захлебываясь от восторга. — Нас совсем замело. — И, соскочив с постели, Элен подбежала к окну. — Иди скорее сюда! Ты такого еще в жизни не видела! — торопила она, будто опасаясь, что снег, словно наваждение, вдруг исчезнет без следа и мать не успеет разделить ее восторг.

Кэрол улыбнулась, понимая нетерпение дочери, для которой все впервые увиденное казалось настоящим чудом, откинула одеяло, встала и прошлепала босиком по холодному полу к окну. Открывшаяся перед ней картина действительно поражала воображение. Всю округу укрыл сплошной белый ковер. Деревья стояли по пояс в сугробах, их сучья ломились под тяжестью налипшего снега. Кэрол никогда не видела ничего подобного.

— Правда, красиво? — спросила Элен. — Сегодня, наверное, я не поеду в школу. Как ты думаешь, сумеет школьный автобус добраться до нас?

Элен была явно огорчена тем, что не увидится со своими друзьями, но красота зимнего пейзажа за окном заставляла ее забыть об огорчении.

— Нет, милая, по такому глубокому рыхлому снегу до нас не только автобус, но и вездеход не доберется. Мы услышим по радио, состоятся ли сегодня занятия в школе. Оденься потеплее.

Кэрол снова подошла к окну и замерла, зачарованная красотой нетронутого снежного покрова, укутавшего землю. На небе не было ни облачка, и его яркая голубизна контрастировала с ослепительно белым снегом. Было удивительно тихо, ничто не нарушало покоя зимнего утра — ни человек, ни животное, ни машина.

Мысленно Кэрол вернулась к разговору, который состоялся вчера за ужином. Она давно заметила, что Элен мрачнеет и замыкается в себе от одного упоминания о Соле, и поэтому поклялась никогда не упоминать при девочке о бывшем муже. Джейк неправильно истолковал реакцию Элен на свои слова об Уоллесе, решив, что девочка до сих пор болезненно переживает смерть отца. Но все обстояло совсем иначе.

Сол, который уверял Кэрол, что любит ее не рожденное дитя и будет относиться к нему, как к собственному ребенку, совершенно не обращал внимания на Элен, а порой даже третировал ее. Впечатлительная и ранимая девочка скоро поняла, что ей нечего ждать любви и заботы со стороны человека, живущего с ними под одной крышей. И, хотя Сол никогда и пальцем не тронул Элен, он причинял ей глубокие страдания. Психическая травма, которую он нанес девочке в раннем детстве, давала о себе знать до сих пор.

Кэрол старалась уделять дочери больше внимания, относиться к ней с особой нежностью, чтобы Элен меньше страдала от безразличия, а иногда и от скрытой враждебности человека, которого считала отцом. Это неправда, что девочки нуждаются в отце меньше, чем мальчики, часто думала Кэрол. Она знала по своему опыту, как дочерям не хватает мужской поддержки, как тоскуют они по чувству защищенности, которое может дать только отец.

Элен инстинктивно тянулась к Джейку, который обладал тем, чего недоставало Солу: любовью к детям, открытостью, обаянием. Кэрол подозревала, что не последнюю роль в установлении теплых отношений между Элен и Джейком сыграло их кровное родство.

Может быть, махнуть рукой на гордость и обиду, взять и сказать Джейку правду? — мелькнула в голове Кэрол шальная мысль. Интересно, как он воспримет ошеломляющую новость о том, что Элен его дочь? Что станет делать? Кэрол тряхнула головой. Нет, я ему ничего не скажу, твердо решила она.

— Мама, в моем туалете нет света, — пожаловалась Элен.

— Это потому что отключено электричество.

Кэрол вздрогнула и обернулась. В дверном проеме ее спальни стоял Джейк, одетый в синие джинсы и в черный свитер. Сердце Кэрол учащенно забилось. Не переступая порога, Джейк молча смотрел на нее.

— Мама, ты все еще не оделась? — удивленно спросила Элен.

И только тут Кэрол осознала, что стоит перед Джейком в почти прозрачной ночной рубашке. Ее лицо залила краска стыда.

— Система отопления тоже вышла из строя. Я разожгу камин в гостиной, — сказал Джейк, заметив, что смутил Кэрол своим неожиданным появлением.

Ее грудь под тонкой сорочкой взволнованно вздымалась и опускалась, глаза лихорадочно блестели. Кэрол была так хороша в своем смущении, что Джейк невольно залюбовался его.

— Если электричество не дадут в ближайшие несколько часов, — продолжал он, — в доме сильно похолодает, одного камина не хватит, чтобы обогреть все комнаты. Пойду проверю, есть ли у нас сухие дрова. Но, насколько я знаю отца, запас топлива заготовлен на зиму в достаточном количестве. Он всегда заботился о том, чтобы в случае отключения электроэнергии можно было воспользоваться камином.

— Можно, я помогу тебе разжечь огонь? — робко спросила Элен.

— Конечно, крошка. — Джейк одобряюще улыбнулся ей. — Но сначала мы отправимся с тобой в сарай за дровами.

Элен вприпрыжку побежала вслед за Джейком. Когда их шаги затихли на лестнице, Кэрол в изнеможении оперлась рукой о подоконник. У нее подкашивались ноги. Переведя дух, она заперла дверь и оделась.

Через несколько минут Кэрол уже стояла на пороге спальни Майкла.

— Доброе утро, мистер Сандерсон.

— Доброе утро, Кэрол. У нас, по всей видимости, отключили электричество.

— Да, так оно и есть, — подтвердила Кэрол. — Джейк хочет разжечь в гостиной камин.

— Прекрасная мысль, — одобрил Майкл намерение сына. — В сарае заготовлены дрова. Я запасся в прошлом месяце, поскольку зимой у нас из-за снегопадов постоянные перебои с электроэнергией.

Кэрол улыбнулась.

— Джейк так и думал, что в доме должен быть запас сухих дров. Он хорошо знает, что его отец рачительный хозяин.

— Правда? — В глазах Майкла мелькнуло самодовольство. — И он совершенно прав. Я всегда зимой держу в сарае поленицу сухих дров. Как там на улице? Много снега выпало?

— Немало. Дом замело по верхнюю ступеньку.

— Ого! Значит, я был прав. Моя спина предсказывала настоящий буран, а ее не обманешь.

Кэрол улыбнулась.

— Вам надо взять лицензию и зарабатывать деньги метеопрогнозированием, — пошутила она, поправляя постель больного. — Вам тепло? Может быть, принести еще одно одеяло?

— Не нужно. Мне совсем не холодно.

— В таком случае я пойду на кухню и приготовлю вам… — Кэрол замолчала. Электричества нет, следовательно, не работает и плита. Они остались без горячей пищи. — Майкл, нет ли у вас случайно походной плиты?

— Есть, — с готовностью ответил старик. — В прежние годы, когда была жива Рут, мы любили ходить в походы всей семьей. Правда, этой плитой давно уже никто не пользовался, но она цела и должна быть в исправности. Поищи ее в чулане на верхней полке. Эта штуковина довольно тяжелая, поэтому попроси Джейка помочь тебе.

— Спасибо, я сама справлюсь.

Кэрол избегала Джейка. Его присутствие повергло ее в смятение. Она полностью теряла контроль над собой. Кроме того, Кэрол постоянно опасалась, что раскроется тайна рождения Элен и это перевернет всю их спокойную налаженную жизнь. Мне бы только пережить эти несколько недель, пока Джейк будет гостить в доме отца, с надеждой думала Кэрол, а потом я предприму меры, чтобы никогда больше не видеть этого человека.

Она спустилась в чулан. Открыв дверь, Кэрол повернула выключатель, и только тогда вспомнила, что электричества нет. Что же делать? Как отыскать походную плиту в темном помещении, уставленном стеллажами с консервами, пустыми банками, упаковками с мылом, порошком и всякой всячиной, которой обычно набиты чуланы и кладовые? Кэрол переступила порог, сделала шаг вперед и тут же наткнулась на что-то. Она поняла, что ей необходимы свеча и спички. Но где их держит Майкл?

— Тебе помочь? — раздался за ее спиной голос Джейка.

Сердце Кэрол упало. Джейк приблизился к ней совершенно бесшумно, как призрак. Она замерла, боясь обернуться.

— Майкл сказал, что где-то здесь можно найти походную плиту, — сделав над собой усилие, пробормотала Кэрол.

— Совершенно верно. Здесь же хранятся спички и свечи, они нам понадобятся, если неполадки на линии электропередачи не устранят в ближайшие несколько часов. Мама очень любила порядок: по ее глубокому убеждению, каждая вещь всегда должна лежать на своем месте. Для удобства на случай отключения электроэнергии она держала здесь, в чулане, справа на нижней полке жестяную коробку со свечами и спичками. Протяни руку, мне кажется, они до сих пор лежат там.

Джейк сделал еще шаг и теперь стоял вплотную к Кэрол. Она чувствовала его дыхание и боялась пошевелиться. Широкоплечий высокий Джейк закрывал собой дверной проем, сквозь который в чулан проникал дневной свет, и в помещении стало совсем темно. Впервые в жизни Кэрол испытала приступ клаустрофобии.

— Внизу справа? — переспросила она дрогнувшим голосом, моля Бога, чтобы случилось чудо и неожиданно зажегся свет.

— Да, справа.

Джейк протянул руку и в темноте случайно коснулся груди Кэрол. Голова у нее пошла кругом, она прерывисто задышала. Близость Джейка, его нечаянные прикосновения настолько возбуждали Кэрол, что у нее не хватило бы сил противостоять искушению, если бы он вдруг попытался овладеть ею. Дрожа всем телом, она отчаянно боролась с обуревавшими ее чувствами. В эту минуту Кэрол радовалась, что в помещении темно и Джейк не видит, что она совершенно утратила контроль над собой.

— Вот то, что мы ищем! — воскликнул Джейк и слегка отстранился от Кэрол.

В следующее мгновение она почувствовала прикосновение жестяной коробки к своей груди и взяла ее в руки, словно щит, который мог спасти ее от соблазна броситься в объятия Джейка.

— Насколько я помню, — снова заговорил он, — где-то слева должны лежать электрические фонарики и батарейки к ним.

Он снова придвинулся вплотную к Кэрол, но она сделала шаг в сторону, насколько позволял узкий проход, и, протиснувшись между Джейком и стеллажами, выбежала из чулана, бросив на ходу:

— Не буду тебе мешать.

Яркий свет зимнего утра, освещавший холл сквозь широкие окна, на секунду ослепил ее. Но Кэрол, не останавливаясь, быстро прошла в кухню. Если бы это было возможно, она убежала бы от Джейка на край света.

Оказавшись в относительной безопасности, Кэрол подошла к окну, выходившему во двор, и долго стояла, устремив в даль невидящий взор. Придя в себя, она заметила, что все еще крепко прижимает к груди жестяную коробку со свечами и спичками.

Что за наваждение, думала она, почему этот человек имеет такую власть надо мной; почему одного его прикосновения достаточно, чтобы огонь страсти загорелся в моей крови? Кэрол вспомнила, что в ту роковую ночь события тоже развивались молниеносно. От одного поцелуя Джейка ее голова пошла кругом, и Кэрол отдалась ему со всей страстью, на которую была способна, забыв обо всем на свете. Ураган чувств подхватил ее и унес далеко от земли.

— Мама? Вот ты где! — воскликнула Элен, вбегая в кухню. — Я никак не найду свои сапожки. Ты не знаешь, где они?

— Они в прачечной. — Кэрол старалась говорить спокойно, чтобы дочь не заметила ее смятения.

К счастью, Элен было не до матери, она тут же выбежала из кухни в подсобное помещение, где стояли стиральная машина и гладильная доска.

Кэрол облегченно вздохнула, но тут же снова напряглась, услышав приближающиеся шаги Джейка. Кэрол постаралась придать своему лицу выражение холодного безразличия.

— Я нашел и плиту, и фонарики, — радостно сообщил Джейк, переступив порог кухни.

— Очень хорошо. Как ты думаешь, когда аварийные службы закончат ремонт линии и возобновится подача электроэнергии?

— Трудно сказать. Ты умеешь обращаться с походной плитой? Или тебе помочь? Если ты никогда не имела дела с подобными плитами, тебе трудно будет разобраться в ее устройстве.

— Спасибо. Я уверена, что справлюсь, — решительно сказала Кэрол, хотя и не представляла, как приготовить завтрак для четверых на одной-единственной крохотной газовой горелке.

— Я готова! — донесся звонкий голос Элен из прихожей, и через секунду девочка появилась на пороге кухни. На ней были куртка, вязаная шапочка, зимние сапожки и варежки.

— Молодчина, — похвалил ее Джейк, широко улыбаясь, и обратился к Кэрол: — Мы с Элен расчистим дорожку к сараю и принесем дров, чтобы растопить камин в гостиной.

— Отлично, — промолвила Кэрол, пряча глаза. — А я пока приготовлю чай и тосты.

— Неплохая идея.

И Джейк с Элен вышли из кухни.

Электроэнергии не было почти весь день. К счастью, Кэрол сумела приготовить завтрак — чай и тосты — на маленькой походной плите. На ланч она сварила суп, что, как оказалось, не так уж трудно было сделать.

Элен ушла в свою комнату послушать сообщение по радио о погоде, об обстановке в городе и занятиях в школах. Телефонные провода и линии электропередачи повреждены обильным снегопадом. Заносы на дорогах, с которыми не справлялась снегоуборочная техника, препятствовали движению транспорта, поэтому занятия в школах отменили.

В конце дня в сети вновь появился электрический ток, и Кэрол воспрянула духом. Она напекла пирожков с мясной и овощной начинкой и приготовила большую кастрюлю тушеного мяса. Если электроэнергию снова отключат, все это можно будет быстро разогреть на походной плите и подать к столу.

Элен весь день ходила за Джейком по пятам. Они расчистили еще одну дорожку — ту, которая вела от крыльца дома к гаражу, затем слепили во дворе большую снежную бабу. Несколько раз Элен поднималась к Майклу проведать его и сообщить ему новости.

Кэрол смирилась с тем, что Элен и Джейк подружились. Так лучше, думала она, их водой не разольешь, значит, у меня меньше шансов остаться наедине с Джейком. Отныне Кэрол чувствовала себя в большей безопасности и у нее полегчало на сердце.

На следующий день вновь пошел снег, и обитатели особняка Сандерсонов еще двое суток безвылазно провели дома. Похоже, больше всех этому обстоятельству радовалась Элен.

Кэрол, видя с каким обожанием ее дочь смотрит на Джейка, успокаивала себя тем, что скоро их жизнь вернется в прежнюю колею: дороги расчистят, возобновятся занятия в школе и у Элен не будет свободного времени, чтобы общаться с Джейком. Однако внутренний голос подсказывал ей, что не все так просто, что отношения, сложившиеся между девочкой и человеком, который являлся ее отцом, имеют более глубокие корни и могут наложить свой отпечаток на всю дальнейшую жизнь ребенка.

6

— Поторопись, Элен, быстрее надевай пальто и сапожки, автобус вот-вот подъедет. Ты ничего не забыла?

После трехдневного перерыва возобновились занятия в школе, и Кэрол, как всегда, провожала дочь, давая ей последние напутствия.

— Нет, мама!

Кэрол повязала девочке шарф.

— До свидания, дорогая.

— Пока, мама. Джейк, до свидания!

— До встречи! — отозвался Джейк, спускаясь по лестнице.

Дверь за девочкой закрылась. Кэрол молча повернулась и направилась в кухню.

— Послушай, Кэрол…

Она остановилась и, полуобернувшись, вопросительно взглянула на Джейка. Он стоял у подножия лестницы, опершись на перила. Джейк недавно принял душ, и его аккуратно зачесанные волосы еще не успели высохнуть. Темные круги под глазами, свидетельствовавшие о плохом самочувствии, исчезли. Одетый в синие джинсы и в голубой спортивный джемпер, Джейк выглядел чертовски привлекательным. У Кэрол даже захватило дух.

— Я еду в город, надо проверить, как идут дела в супермаркете, — сказал Джейк. — Будут какие-нибудь поручения?

— Купи молока, пожалуйста. Да, и еще батарейки к фонарикам, старые сели. — Кэрол обрадовалась, что он уезжает. Запах его крема после бритья щекотал ее нервы.

— Постараюсь ничего не забыть. Пока.

Джейк прошел в переднюю, надел куртку и, не застегиваясь, вышел из дома.

Он долго сидел в машине, не трогаясь с места. Пока прогревался двигатель, Джейк задумчиво смотрел в окно на заснеженную округу и перебирал в памяти события прошедших дней, проведенных под одной крышей с Кэрол и с отцом. Странно, но все это время на душе его царили мир и покой. Он вспомнил, что существуют такие понятия, как «домашний очаг» и «уют».

Джейк постепенно набирался сил после ранения, его самочувствие значительно улучшилось. Прежняя жизнь с ее треволнениями, постоянным напряжением воли и стрессами казалась ему теперь далекой. Он признавался себе, что ему не хочется возвращаться в Бостон. Ему на удивление было комфортно в доме отца. И даже сам старик вел себя с ним иначе, чем во все последние годы, Майкл относился теперь к сыну теплее и сердечнее. Джейк ценил эту перемену в своих отношениях с отцом, как ценил и дружбу маленькой Элен.

Он видел, что девочка привязалась к нему всей душой. Джейк и не подозревал, что с таким увлечением может придаваться детским играм и забавам. Он соорудил во дворе качели для девочки, играл с Элен в мяч, вылепил с ней снеговика, которого они потом вооружили палкой и назначили охранять поленицу дров. Этот часовой в старой бейсболке Майкла до сих пор стоял у сарая. Джейк улыбнулся. Он тоже привязался к Элен.

Малышка напоминала Джейку о собственном детстве: он в ее годы был столь же любознательным и доверчивым. Джейк и Элен понимали друг друга с полуслова, как будто прожили вместе не один год. Для Джейка это было тем более удивительно, что Сол Уоллес, которого он считал отцом Элен, был одним из тех его немногочисленных знакомых, к кому Джейк относился с откровенной неприязнью.

В спецшколе ФБР, где Джейк был на хорошем счету, между ним и Солом разгорелось соперничество. Сол всегда стремился выслужиться перед начальством, доказать, что он лучше всех, однако так и остался вторым номером на курсе. Первым был Джейк. Когда в спецшколе подвели итоги двухлетнего обучения курсантов и Джейка признали лучшим из выпускников, Сол затаил обиду.

Через неделю Джейка приняли на службу в штаб-квартиру ФБР, и вновь они встретились с Солом лишь через пять лет. И, хотя при встрече Сол с улыбкой пожал руку Джейку, тот прекрасно видел, что его бывший сокурсник до сих пор не простил ему своего поражения. Честолюбивый и злопамятный, Сол, пожалуй, выместил бы на Джейке свою затаенную обиду, если бы имел такую возможность.

Однако они работали в разных отделах и их пути редко пересекались. Если бы Джейк знал, что Кэрол помолвлена с Солом, он, конечно, не принял бы ее приглашение выпить чашечку кофе в ту ночь, когда умерла Рут. Кэрол ни словом не обмолвилась о своих отношениях с Уоллесом. А позже поползли слухи, что Кэрол неразборчива в связях с мужчинами. Распространял их Сол.

Джейк горько усмехнулся. Она обвела его вокруг пальца, как мальчишку. И если слухи о легкомысленном поведении Кэрол были верны, то он был не первым и не последним мужчиной, нашедшим утешение в ее объятиях.

Джейк отогнал от себя неприятные мысли, выжал сцепление и направил пикап в сторону шоссе.

— Джейк скоро вернется? — За последние полчаса Элен уже в третий раз задавала этот вопрос.

— Скоро, дорогая, — вздохнув, успокоила Кэрол девочку.

За окном начало смеркаться. Внезапно стукнула входная дверь, и Элен, тут же сорвавшись с места, бросилась в прихожую.

— Привет, крошка, как дела в школе? — раздался веселый голос Джейка.

— Все в порядке, Джейк, где ты был так долго? Я соскучилась, — жалобно сказала Элен.

— Не грусти! Зато мы весь вечер проведем вместе.

Разговор, доносившийся из прихожей, до слез растрогал Кэрол. Она быстро-быстро заморгала, чтобы не расплакаться, и начала энергично тереть сыр.

— Чем это так аппетитно пахнет? — поинтересовался Джейк, переступая порог кухни. — Предупреждаю, у меня волчий аппетит…

Кэрол заметила, что он вернулся в хорошем расположении духа.

— Скоро будем ужинать. Сегодня у нас спагетти с тертым сыром.

— Звучит заманчиво.

Кэрол грустно улыбнулась, подумав, что Джейк похож сейчас на отца семейства, вернувшегося к домашнему очагу после рабочего дня.

Элен с надеждой заглянула Джейку в глаза.

— Может, сыграем пока партию в шашки?

— Я не против, но сначала мне нужно проведать отца. Он наверняка с нетерпением ждет моего возвращения, чтобы узнать, как идут дела в супермаркете.

На личике девочки появилось разочарованное выражение.

— Не расстраивайся, крошка, мы сыграем в шашки после ужина. — И Джейк ласково погладил Элен по темноволосой головке.

— Хорошо, — сразу же воспрянула духом девочка.

Верный своему слову, Джейк после ужина отправился в гостиную, где Элен уже ждала его за игровой доской.

Кэрол тем временем не спеша убрала со стола, покормила ужином Майкла и вымыла посуду. Ей не хотелось идти спать. Она с интересом прислушивалась к голосам, доносящимся из гостиной, и перебирала в памяти события недавнего прошлого. Уйдя в свои мысли, Кэрол не заметила, как в кухню вошел Джейк.

— Должно быть, уже поздновато спрашивать, нужна ли тебе моя помощь? — Он обвел взглядом чисто убранное помещение.

Кэрол вздрогнула от неожиданности, услышав его голос.

— Я думала, ты все еще играешь в шашки с Элен.

Взяв кувшин с водой, она принялась поливать комнатные растения, стоявшие на подоконнике. Кэрол чувствовала, что Джейк разглядывает ее, и ей было не по себе.

— Элен вдруг вспомнила, что сейчас идет интересная передача по телевизору, и мы перенесли не доигранную партию на завтра.

— Ах вот оно что…

— Я пришел попросить тебя об одном одолжении.

— Попросить об одолжении? — удивленно переспросила Кэрол и обернулась.

Их взгляды встретились, и по ее спине пробежал холодок.

— Сегодня меня весь день беспокоила рана. Может быть, нужно сделать перевязку? Ты не посмотришь?

Кэрол встревожилась. Опять ей предстояла опасная борьба с собой, и неизвестно, чем она на этот раз закончится. Но ничего не поделаешь, Кэрол не могла отказать Джейку в медицинской помощи.

— Конечно, — вздохнув, сказала она. — Я только возьму аптечку.

Кэрол радовалась, что у нее в запасе есть несколько минут, чтобы собраться с духом.

Когда она вернулась в кухню, Джейк уже стоял обнаженным по пояс. У Кэрол перехватило дыхание при виде его широких мускулистых плеч, и желание близости с этим мужчиной вспыхнуло в ней с новой силой. Сердясь на себя за безволие, Кэрол стиснула зубы и подошла к Джейку. Он внимательно взглянул на нее: на лице Кэрол застыла маска холодного безразличия.

— Тампон отклеился, — деловито сообщила она, разглядывая красновато-коричневый шов.

— Я старался не намочить рану сегодня утром, когда принимал душ, но, по всей видимости, все же сдвинул тампон или вода попала на лейкопластырь.

Обнаженный Джейк в душевой — эта картина на секунду предстала перед мысленным взором Кэрол, и кровь гулко застучала у нее в висках. Она покраснела до корней волос, стыдясь своих фривольных фантазий, и быстро отвернулась к столу, сделав вид, что роется в аптечке.

Немного успокоившись, Кэрол тщательно осмотрела рану. Руки ее чуть заметно дрожали.

— Похоже, твои дела идут на поправку, — промолвила она, не поднимая глаз на Джейка. — Думаю, пора снимать швы.

И, вооружившись специальными ножницами, Кэрол с ловкостью опытной медсестры быстро удалила хирургическую нить. Ее прикосновения были столь легкими и нежными, что Джейк ничего не почувствовал.

— Спасибо, — искренне поблагодарил он.

До него доносился аромат цветочных духов Кэрол. Ее склоненная голова слегка касалась его предплечья, и Джейк боролся с искушением дотронуться губами до мягких шелковистых волос, которые щекотали его левый сосок.

— Я снова заклею рубец. Нескольких слоев марли будет достаточно, на этот раз обойдемся без ватной прослойки.

Кэрол стоило огромного напряжения сил казаться спокойной. Достав из аптечки упаковку марли, она попыталась вскрыть ее, но руки не слушались. Слезы отчаяния выступили на глазах Кэрол.

— Давай я помогу, — предложил Джейк.

Он протянул руку, чтобы взять упаковку, и слегка коснулся пальцами тыльной стороны ее ладони. Кэрол вздрогнула, словно через нее пропустили электрический ток, и выронила пакет. Она наклонилась, чтобы поднять его, то же самое одновременно с ней сделал и Джейк. Они столкнулись головами.

— Прости, Кэрол. Я так неловок. Тебе не больно? — заботливо спросил Джейк, и, поддерживая ее за локоть, помог подняться.

— Нет, все в порядке, — заверила Кэрол, потирая ушибленный лоб.

У нее слегка кружилась голова, перед глазами плыли круги. Кэрол взглянула на Джейка и увидела, что он пристально смотрит на нее, как будто хочет проникнуть взглядом в сокровенные уголки ее души. Его теплое дыхание касалось волос Кэрол. Она опустила веки и почувствовала, что его губы медленно приближаются к ее губам.

У Кэрол не было сил сопротивляться. Казалось, их поцелуй длился целую вечность. Земля ушла из-под ног Кэрол. Она обхватила руками сильную шею Джейка и прижалась к нему всем телом. Стон блаженства готов был вырваться из ее груди.

Джейк понимал, что поступает неправильно, но, охваченный порывом страсти, уже не владел собой.

— Мама, ты здесь?

Голос Элен подействовал на них, как ведро ледяной воды. Кэрол выскользнула из объятий Джейка и, сделав глубокий вдох, постаралась восстановить дыхание.

— Передача закончилась, — сообщила Элен и, остановившись у кухонного стола, стала с удивлением разглядывать разложенные на нем перевязочные средства. Затем ее внимание привлек рубец на боку Джейка. — Что случилось? Джейк, ты ранен?

— Ничего серьезного, малышка. — Джейк говорил спокойно, стараясь потушить в себе пламя неутоленной срасти.

— Кто тебя ранил? Тебе накладывали швы? — Захлебывавшаяся от волнения Элен сыпала вопросами, не дожидаясь ответов.

— Да, было дело, — подтвердил Джейк.

— В тебя, наверное, стреляли! — В глазах девочки отразился ужас. — Ты чуть не погиб?

— Перестань, Элен. Эта рана не опасна. Меня просто пырнули ножом.

Девочка широко раскрыла глаза. Джейк опустился перед Элен на корточки и положил руку ей на плечо.

— Я понимаю, крошка. Гибель отца произвела на тебя столь сильное впечатление, что тебе теперь за каждым пустяком мерещится угроза смерти. Поверь мне, я знаю, как тяжело терять тех, кого любишь.

— Я вовсе не… — начала Элен, но Кэрол оборвала ее.

— Элен! Тебе пора спать! Немедленно иди в свою комнату.

И она подтолкнула удивленную ее резким тоном дочь к двери.

— Спокойной ночи, Джейк, — обернувшись, попрощалась Элен и покорно вышла из кухни.

— Спокойной ночи, малышка! — крикнул ей вслед Джейк.

Он уже заметил, что каждый раз, как только речь заходит о Соле, Кэрол впадает в панику. Что все это может значить? Джейк недоуменно пожал плечами.

Однако не это вызывало у него сейчас серьезное беспокойство: Джейка прежде всего тревожила та легкость, с которой он поддался искушению и поцеловал Кэрол. Его поразило, что эта женщина все еще имеет над ним безграничную власть.

7

Когда Элен ушла в свою спальню, Кэрол почувствовала облегчение. Она не хотела, чтобы Джейк знал о непростых отношениях в ее семье. Это навело бы его на мысль о том, что Сол — не родной отец Элен, а дальше до разгадки тайны рождения девочки оставался лишь шаг.

Кэрол спрашивала себя, почему во что бы то ни стало стремится сохранить эту тайну. Ответ на этот вопрос всегда причинял Кэрол боль: ею двигали чувства вины и стыда. Она была виновата перед Элен в том, что девочке в раннем детстве пришлось претерпеть столько обид от человека, который считался ее отцом. Она стыдилась того, что позволила Солу обмануть ее и стала послушной игрушкой в его руках. Лишив ее собственной воли, он делал с ней, что хотел. Я буду до конца своих дней жалеть о том, что вышла замуж за Уоллеса, не раз говорила себе Кэрол. Однако ничего уже нельзя было изменить в жизни, и главную свою задачу Кэрол теперь видела в том, чтобы уберечь Элен от новых потрясений и невзгод, обеспечить ей счастливое беззаботное детство.

Джейк отправился наверх проведать отца. Оставшись одна, Кэрол вскипятила молоко для Элен и добавила в него ложку шоколадного порошка. Она всегда давала дочери на ночь этот напиток.

Размешивая шоколад в горячем молоке, Кэрол думала о своих запутанных отношениях с Джейком. В том, что произошло между ними полчаса назад, она винила только себя. Кэрол вспыхнула от смущения, вспомнив, с какой страстью отвечала на его поцелуй. Только в его объятиях она испытывала настоящее, ни с чем не сравнимое блаженство, только Джейк, как ни один другой мужчина, способен был доставить ей физическое наслаждение.

Но влечение и любовь — далеко не одно и то же. Став старше, опытнее и мудрее, Кэрол хорошо усвоила эту простую истину. Ее сердце навсегда закрыто для Джейка — так она думала. Он мог владеть ее телом, но над душой ее был не властен. Слишком горька оказалась нанесенная им обида.

Девять лет назад наивная и доверчивая Кэрол плохо разбиралась в искусстве любви. У нее был небольшой опыт интимного общения с двумя-тремя друзьями юности, ее сверстниками, такими же неумелыми в любовной игре, как и она. Увлечения Кэрол быстро проходили, и она без сожаления расставалась с очередным возлюбленным. Когда же Кэрол начала учиться на курсах подготовки младшего медицинского персонала, у нее просто не оставалось времени на парней. Кэрол очень серьезно относилась к учебе.

Ее не смущало то, что у нее уже несколько лет нет друга. Она совершенно равнодушно относилась к сексу, поскольку никому так и не удалось разбудить в ней женщину. Если мужчина пытался поближе познакомиться с ней или даже начинал ухаживать, Кэрол сразу же недвусмысленно давала понять, что в ближайшее время не намерена обзаводиться любовником. Все разговоры о том, какое наслаждение приносит женщине физическая близость с мужчиной, казались ей глупыми выдумками. Кэрол, как и всякая девушка, мечтала о большой настоящей любви, и секс не привлекал ее.

Кэрол познакомилась с Солом в Бостоне в отделении скорой медицинской помощи больницы, в которой тогда работала. Он сопровождал своего напарника, у которого был перелом ключицы и вывих плеча. Когда Сол пригласил Кэрол на чашку кофе, та неожиданно для себя согласилась. Скорее всего причина ее уступчивости заключалась в том, что Сол был одет в форму ФБР — такую же, какую в то время носил Джейк.

Они очень приятно провели вечер. Проводив Кэрол до дома, Сол поцеловал ее у ворот на прощание. Это был дружеский поцелуй.

Через несколько дней Сол снова позвонил и предложил сходить в кегельбан. Кэрол приняла приглашение. Но, когда он в третий раз выразил желание провести с ней время, Кэрол решительно заявила, что очень занята.

Неделю спустя в коридоре больницы она неожиданно столкнулась с Джейком, который бесцельно ходил из угла в угол. Находившийся на грани отчаяния, он не сразу узнал ее. Кэрол напомнила ему свое имя и заметила, что Джейк обрадовался, встретив здесь хоть кого-то из знакомых. Когда он сообщил ей о смерти своей матери, у Кэрол сжалось сердце. В эту минуту она просто не могла уйти, оставив Джейка один на один с его горем.

Он не стал возражать, когда Кэрол заявила, что ему необходимо выпить чашку кофе и что-нибудь съесть. Но, поскольку кафетерий находился слишком далеко — в другом конце здания, она пригласила Джейка к себе, в свою маленькую служебную квартиру, находившуюся совсем рядом с хирургическим отделением.

Пока они спускались по лестнице и пересекали двор, Джейк упорно молчал, но, оказавшись в уютной гостиной Кэрол, начал расспрашивать ее о том, как ей живется, нравится ли ей в Бостоне, устает ли она на работе. Затем разговор зашел о Гленвилле и общих знакомых. Вскоре, однако, и эта тема была исчерпана.

Когда Джейк встал, чтобы проститься и уйти, Кэрол еще раз выразила ему соболезнования. Он поблагодарил ее за кофе, за сердечность, доброту и отзывчивость к чужой боли, и Кэрол, растрогавшись, погладила его по щеке. Джейк поймал ее руку, крепко сжал и, испытывая глубокую признательность, поцеловал на прощание.

Это было сделано в порыве дружеских чувств. Но, как только их губы слились, все переменилось. Обоих поглотила страсть, заставившая забыть обо всем на свете…

Где-то наверху хлопнула дверь, и этот звук вывел Кэрол из задумчивости. Она дотронулась до чашки и покачала головой: напиток уже остыл. Кэрол совсем утратила чувство времени, предавшись воспоминаниям о давно минувших событиях. Она вновь вылила содержимое чашки в кастрюлю и поставила ее на плиту.

В ту ночь Джейк владел не только ее телом, душа Кэрол тоже принадлежала ему. Всем своим существом она отвечала ему на каждый поцелуй, на каждое прикосновение, на каждую ласку.

Но оказалось, что она и ее любовь ничего не значили для Джейка. Он ушел, даже не простившись. Никто никогда не относился к Кэрол с таким пренебрежением.

Налив подогретый шоколад в чашку, Кэрол поднялась в комнату Элен. Девочка, переодевшись в пижаму, сидела на постели.

— А кекс? — спросила Элен, когда Кэрол поставила чашку на столик у кровати.

— А этого разве мало? — вопросом на вопрос ответила мать, доставая из-под подушки завернутый в салфетку большой кусок кекса, припрятанный девочкой. — Сладкоежка.

Элен засмеялась.

— Ты у меня самая замечательная мама в мире!

— Я знаю. — Кэрол улыбнулась дочери. — А ты у меня… ты у меня такая же очаровательная, как…

Кэрол запнулась. У нее чуть не вырвались слова «твой отец». Но Элен не знала, что Кэрол имеет в виду вовсе не Сола, а Джейка. Поэтому подобное сравнение обидело бы ее. Девочка вовсе не хотела походить на человека, который считался ее отцом.

— Как кто? Как кто, мама? — настойчиво допытывалась Элен, недовольная тем, что мать умолкла на полуслове.

— Как… Белоснежка из диснеевского мультфильма, — нашлась Кэрол.

Элен разочарованно вздохнула. Она, по всей вероятности, ожидала, что мать сравнит ее с кем-то другим.

— Почитай мне перед сном, — попросила девочка, съев кекс и допив шоколад.

— Хорошо, дорогая.

Спустя полчаса, поцеловав дочь и пожелав ей спокойной ночи, Кэрол вышла в коридор и направилась к лестнице. Проходя мимо двери Майкла, она замедлила шаг и прислушалась, но за Дверью было тихо. Значит, Джейк уже отправился спать.

Но она ошиблась. Переступив порог кухни. Кэрол увидела Джейка. Он сидел за столом и пил чай.

— Элен уже спит? — спросил он.

— Засыпает.

Кэрол подошла к раковине и вымыла чашку, из которой дочь пила шоколад.

— Я заварил чай. Налить тебе чашечку?

Сердце Кэрол упало. Сейчас она, как никогда, боялась Джейка. Ее первым желанием было отказаться и немедленно уйти из кухни. Но, заметив выражение задумчивости и печали на лице Джейка, она заколебалась.

По крайней мере, она может сделать еще одну попытку наладить с ним ровные, ни к чему не обязывающие отношения. Кэрол достала чашку из кухонного шкафа и налила себе чаю.

— Что-нибудь случилось? — спросила она, присаживаясь за стол.

Джейк долго молчал, и Кэрол уже решила, что он, уйдя в свои мысли, не слышал вопроса. Но внезапно Джейк заговорил.

— Я был у отца и пытался поговорить с ним начистоту. Однако он и слышать ничего не хочет… — Джейк покачал головой.

— Новые проблемы в супермаркете? — Кэрол не совсем понимала, о чем Джейк собирался поговорить с отцом и что Майклу не понравилось в словах сына.

— Нет, о делах в супермаркете мы можем говорить часами и всегда в конце концов приходим к взаимопониманию. Он внимательно слушает меня, дает советы и чаще всего одобряет мои планы и задумки. Но, как только я заговариваю о матери, отец сразу же замыкается. Он не желает, чтобы я обращался к этой теме.

В голосе Джейка слышалась боль.

— Может быть, со временем… — начала было Кэрол, но Джейк с досадой перебил ее.

— О чем ты говоришь! Прошло уже девять лет! Сколько времени еще надо, чтобы перестать упрекать сына в грехах, которых он не совершал? — Джейк замолчал и, немного успокоившись, виновато взглянул на Кэрол. — Прости, я вспылил, не обижайся на мою горячность. Просто у меня сдают нервы.

Кэрол пожала плечами, стараясь сохранять спокойствие и оставаться безучастной к проблемам Джейка.

— Вы девять лет не говорили о Рут, поэтому твоему отцу так трудно, когда речь заходит о ней. Кстати, сколько лет твои родители были женаты? — спросила Кэрол, полагая, что беседа о матери поможет Джейку облегчить душу.

— Она умерла накануне тридцатилетней годовщины их свадьбы. Мама очень любила отмечать семейные праздники — дни рождения, юбилеи, годовщины важных событий. Помню, какое торжество состоялось у нас по поводу юбилея дня закладки нашего дома. Родители всегда мечтали иметь свое гнездышко. Матери особенно нравилась их супружеская спальня на первом этаже. Она сама выбирала обои и мебель для этой комнаты и гордилась, что все в ней подобрано со вкусом.

— А-а, теперь я понимаю, почему… — промолвила Кэрол и замолчала.

— Что — почему? — насторожился Джейк. — Договаривай.

— Дело в том, что, выписавшись из больницы, твой отец настоял на том, чтобы его положили в комнате на втором этаже, в то время как внизу есть прекрасная просторная спальня. Но он и слышать ничего не хотел о ней. Более того, Майкл запретил мне переступать порог этого помещения. Теперь я понимаю, что это и есть супружеская спальня, которую с такой любовью обставляла Рут.

— Да, по всей видимости, он ни разу не входил туда с тех пор, как умерла мама, — грустно заметил Джейк.

— Очень жаль, что он обосновался наверху, — продолжала Кэрол, — если бы он занял комнату на нижнем этаже, то смог бы передвигаться на инвалидной коляске, обедать с нами в столовой, смотреть телевизор в гостиной, проводить, в конце концов, все свое время в нашем обществе.

— Думаю, что с супружеской спальней у отца связано слишком много воспоминаний, которые причиняют ему боль, поскольку его любимой женщины больше нет на свете. Я рассказывал тебе уже, что, когда врачи сообщили нам о близкой кончине матери, отец не хотел в это верить. Я никогда не видел его в таком состоянии. Он был в бешенстве, отказывался понимать, как можно говорить о том, что человек умирает, и ничего не делать, чтобы спасти его.

— Вообще-то такая реакция родных и близких находящегося при смерти больного совсем не редкость, — тихо сказала Кэрол, вспоминая подобные случаи из своей профессиональной практики.

— Я знаю, но отец не смирился с приговором врачей. Он показывал мать разным специалистам, возил по больницам, приглашал светил медицины, которые, по его мнению, могли бы вылечить ее или, по крайней мере, сказать, что мама не обречена, что все поправимо… — Джейк в сердцах стукнул кулаком по столу, и Кэрол вздрогнула от неожиданности. — Черт возьми! Ему следовало привезти ее домой, в привычную обстановку. А он заставил мать в последние дни ее жизни скитаться по больницам.

Сердце Кэрол разрывалось от жалости к Джейку. Она положила руку на его сжатый кулак.

— Не надо, Джейк, успокойся.

— Я же говорил ему, чтобы он взял маму домой, она умерла бы здесь среди родных и близких. А он обвинил меня в том, что я не хочу ее выздоровления, что я в конечном счете хочу ее смерти.

Джейк замолчал и закрыл глаза. Кэрол чувствовала, как напряглась его рука, как пульсирует его кровь. Слезы готовы были брызнуть из глаз Джейка. Однако он взял себя в руки и, откинувшись на спинку стула, продолжал:

— За неделю до смерти мамы я был очень занят на работе: расследовал очередное дело, работал под прикрытием. Отец пытался дозвониться до меня. И однажды, когда я вышел на связь, мне сообщили об этом. Я нашел возможность связаться с ним по телефону, и он мне сухо сообщил, что мать умирает в больнице…

Джейк на мгновение закрыл лицо руками. Затем, немного успокоившись, снова заговорил:

— Я позвонил в отделение, где она лежала, однако приятный женский голос ответил мне, что моя мать чувствует себя неплохо и сейчас отдыхает. Отец больше не отвечал по телефону, я не мог до него дозвониться! И я вернулся к своей работе. Что еще мне оставалось? Не мог же я все на свете бросить и ринуться в эту проклятую больницу! Думаю, что именно эти обстоятельства дали отцу серьезный повод обвинить меня в равнодушии к семейному горю. Позже у меня не было возможности связаться с ним, операция находилась под угрозой провала.

Джейк тяжело вздохнул. Кэрол удивленно взглянула на него.

— И все же ты нарушил конспирацию и пришел в больницу.

— Да, я не мог поступить иначе. Я должен был увидеть маму. Однако меня чуть не уволили из-за этого.

— Чуть не уволили?! — ужаснулась Кэрол.

— Я же сказал, что работал под прикрытием. Я не имел права появляться в больнице, меня могли разоблачить, я нарушил все инструкции. — Джейк опустил голову. — Но я не мог поступить иначе. Я взял такси и попросил повозить меня по городу, чтобы убедиться, что за мной никто не следит. Около полуночи я вышел у больницы, в которой лежала моя мать. Никем не замеченный, я прошел в ее палату. Отца там не было. Мне показалось, что мама спит. Я присел на стул у кровати и взял ее руку в свои ладони.

Голос Джейка стал хриплым от волнения, и Кэрол почувствовала, как на ее глаза наворачиваются слезы.

— Я ждал, что в палату вот-вот войдет отец, — продолжал Джейк, — но так и не увидел его той ночью… Минут через двадцать мама открыла глаза. От слабости она не могла говорить, но на ее губах появилась улыбка, и она легко пожала мне руку. А потом… потом она умерла… — Джейк с трудом произнес последнее слово, как будто в его горле застрял комок, мешавший ему говорить.

— Она ждала твоего прихода, — тихо сказала Кэрол.

Долгое время проработавшая в больнице, она по опыту знала, что такое часто случается: лежащие при смерти пациенты умирают на руках родственников, после того как попрощаются со всеми родными и близкими.

— Ты действительно так считаешь?

— Конечно. Я убеждена в этом.

Кэрол заметила, что от ее слов Джейк приободрился, и вздохнула с облегчением. Ей было больно видеть, как он сокрушается.

— Когда мама… навсегда закрыла глаза, я вышел в коридор, чтобы позвать отца или медсестру. Дальше в моей памяти провал. Я помню лишь, что встретил тебя и… Прости, но я так и не успел поблагодарить тебя за проявленное участие.

В кухне повисло неловкое молчание. Зачем он заговорил на эту тему? — с досадой подумала Кэрол. Ей казалось, что в словах Джейка есть нечто оскорбительное для нее. По сути он извинялся за то, что не сказал ей спасибо за проведенную с ним ночь.

— Не стоит благодарности, — ответила она довольно резко. — Что было, то было.

Джейк удивленно взглянул на Кэрол, не понимая, чем мог обидеть ее.

— Послушай…

— Не надо, Джейк. Знаешь, я очень устала и хочу спать. Спокойной ночи. — И, не дожидаясь ответа, Кэрол встала и вышла из кухни.

Джейк огорченно посмотрел ей вслед. Сегодня ему как никогда нужен был собеседник, который внимательно выслушал бы его. Джейку хотелось выговориться, рассказать кому-нибудь о сложных взаимоотношениях с отцом. Он до сих пор испытывал вину перед Майклом, поскольку не смог поддержать его в трудную минуту, оставил один на один с тяжелым горем.

Джейк отдавал должное умению Кэрол слушать. Это редкое качество он особенно ценил в людях. Джейк снова вспомнил ту ночь, когда умерла его мать и он внезапно обрел в Кэрол родственную душу. Она сумела понять и утешить его, вселила в его душу покой.

Она дала ему силы жить.

Сегодня вечером Джейк вновь ощутил невидимую связь с Кэрол. Он больше не мог обманывать себя: эта женщина прочно вошла в его жизнь.

Кэрол еще долго не ложилась спать. Она сидела перед зеркалом в своей комнате, расчесывала волосы и размышляла над словами Джейка о том, что его чуть не уволили за самовольное посещение больницы. Джейк говорил также, что в это время работал под прикрытием и после смерти матери еще два месяца жил на нелегальном положении. Два месяца! Значит, он все это время вынужден был разыгрывать взятую на себя роль, находясь среди преступников. Кэрол замерла, пораженная этой мыслью. Может быть, именно поэтому Джейк не позвонил ей. И тем более не мог с ней встретиться, потому что и так уже нарушил все инструкции, явившись в больницу к умирающей матери.

А что, если бы я дождалась его возвращения? — вдруг подумала Кэрол. Если бы не запаниковала, узнав, что беременна, и не поддалась на уговоры Сола выйти за него замуж? Возможно, моя жизнь сложилась бы совсем иначе…

Кэрол отчаянно хотелось поверить в то, что Джейк вовсе не собирался поступать с ней жестоко, что только работа помешала ему встретиться с ней. Но Кэрол тут же припомнила полные пренебрежения слова Джейка о том, что она всего лишь пожалела его той ночью, и горько усмехнулась. Как далек он был от правды! Джейк придумал себе оправдание, чтобы не связывать с ней свою жизнь.

Выйдя на следующее утро из спальни, Кэрол почувствовала аромат кофе. В кухне она увидела Джейка.

— Ты сегодня что-то рано встал, — вместо приветствия промолвила она и подошла к шкафу, чтобы достать себе чашку.

— Я хотел поработать с документами, просмотреть кое-какие счета, прежде чем снова наведаться в супермаркет. Кстати, если я не ошибаюсь, сегодня у Элен премьера.

— Да, она, наверное, очень волнуется.

— Ты не будешь возражать, если я заеду в школу и побуду на представлении? Мне очень хочется увидеть выступление Элен.

— Конечно, не буду.

Джейк встал, чтобы отнести свою чашку в раковину, и Кэрол, пряча глаза, отошла в сторону, давая ему дорогу. Ей не нравилась идея Джейка. Сходство отца и дочери прямо-таки бросалось в глаза, и кто-нибудь из учителей вполне может обратить на это внимание. Пойдут сплетни, которые в конце концов дойдут и до Джейка, недовольно думала Кэрол. Но у нее не было причин, чтобы запретить ему отправиться на школьный спектакль. Она подозревала, что Джейк нашел удобный повод уехать на весь день из дому, чтобы меньше видеться с отцом после их недавней размолвки.

— Доброе утро, мама! Привет, Джейк! — раздался звонкий детский голос.

— Доброе утро, крошка! — откликнулся Джейк. — Ты, наверное, волнуешься, ведь сегодня вечером у тебя премьера.

— Да, есть немного. — Элен уселась за стол.

— Я только что сказал твоей маме, что хочу посмотреть представление.

Глаза Элен засияли от радости.

— Ты хочешь сказать, что поедешь вместе с нами в школу? — с восторгом спросила девочка.

Джейк не ожидал столь бурной реакции и немного смутился.

— Если вы не против, разумеется, — осторожно сказал он, взглянув на Кэрол.

— Конечно нет! Мы можем поехать в одной машине!

— Отлично. Я предлагаю отправиться в город на моем пикапе, он лучше справится с заснеженной трассой, чем ваш «форд».

— Мы согласны, — заявила Элен, прежде чем Кэрол успела раскрыть рот.

— Великолепно. А сейчас мне надо идти. Увидимся позже. — И Джейк вышел из кухни.

— Как ты думаешь, мама, он не передумает? — с тревогой спросила Элен.

— Думаю, что нет, — успокоила Кэрол дочь.

Она понимала, что девочка воспринимает проявленное Джейком внимание как чудо. От Сола она не видела ничего, кроме глухого безразличия или раздраженных окриков. Он не посетил ни одного из утренников, в которых принимала участие Элен. Факт, что Джейк проявил интерес к ее делам, укрепило доверие девочки к нему.

Кэрол опасалась, что еще немного — и Элен начнет боготворить человека, который являлся ее отцом.

Часов до трех Джейк пробыл в супермаркете. Когда он вернулся домой, Кэрол чистила картошку, а Элен писала письмо Санта-Клаусу. Услышав, как хлопнула входная дверь, девочка тут же отложила ручку и побежала в прихожую.

— Привет, малышка! — Джейк потрепал Элен по щеке. — У тебя все готово к вечернему представлению?

Неплохо было бы вот так каждый день возвращаться с работы домой, где тебя ждут жена и дочь, неожиданно для себя подумал он.

Элен с беспокойством взглянула на Джейка.

— Ты не передумал? Ты действительно поедешь с нами в школу?

— А почему я должен был передумать? — Джейк улыбнулся. — Во сколько начинается представление?

— В половине восьмого. Но я должна быть в школе не позже семи часов, потому что мне надо успеть переодеться и подготовиться к выступлению.

— В таком случае выезжать надо в половине седьмого, за полчаса мы доберемся до школы. Что ты по этому поводу думаешь, Кэрол? — спросил Джейк.

— Я согласна с тобой. — Кэрол была очень расстроена тем, что Джейк едет с ними в школу, но старалась не показывать виду.

— У нас сегодня была генеральная репетиция. Все прошло как по маслу, — похвасталась Элен.

— Я с нетерпением жду твоего первого выхода на сцену, крошка. Что это ты тут писала? Делала домашнее задание? — заинтересовался он, увидев на кухонном столе исписанный листок бумаги и ручку.

— Нет, я пишу письмо Санта-Клаусу, — сообщила Элен.

— И правильно делаешь. Чем раньше ты напишешь ему, тем больше у тебя шансов получить все, о чем мечтаешь, на Рождество. Кстати, о чем ты просишь Санта-Клауса в этом году, если не секрет?

— О кукольном домике, — ответила Элен, снова усаживаясь за стол. — Я видела его в витрине магазина игрушек в городе. Он двухэтажный, со всей обстановкой и даже с садиком. В нем зажигается свет, в кухоньке стоит посуда, окна и двери открываются, как настоящие.

— Да, это, по всей видимости, просто потрясающий кукольный домик, — одобрил Джейк выбор девочки.

— Элен, дорогая, будь добра, сбегай к мистеру Сандерсону и принеси поднос с посудой, — вмешалась в их разговор Кэрол. — Я. забыла убрать его после обеда.

— Хорошо, мама. — Элен тут же вскочила со стула и выбежала из кухни.

— Санта-Клаус принесет Элен кукольный домик? — спросил Джейк, подходя к столу и заглядывая в письмо, которое писала девочка.

— Непременно, — заверила Кэрол. — Надеюсь, их не раскупят до Рождества.

— Как самочувствие отца? Доктор Эдвардс был у него сегодня? Я встретил его машину сегодня утром на шоссе, когда направлялся в город.

— Майкл чувствует себя хорошо. Доктор заезжал к нам, он привез твоему отцу костыли.

— Костыли… — Джейк покачал головой. — И как отнесся к этому старик?

— Совершенно спокойно. Мистер Эдвардс сумел уговорить Майкла, что ему необходимо вставать и заново учиться ходить.

— Правда? — изумился Джейк. — И как ему это удалось?

— Очень просто. Доктор пригрозил, что, если мистер Сандерсон не будет пользоваться костылями и не начнет вставать, его снова отвезут в больницу.

Джейк засмеялся, и у Кэрол дрогнуло сердце: его смех был таким заразительным, что она невольно улыбнулась.

— Отличный ход, браво, доктор! — воскликнул он. — И что было дальше?

— Майкл поворчал немного и смирился. Он встал на костыли и прошелся сначала по комнате, а потом по коридору. Мне показалось, что он сам приятно удивился своим достижениям.

— Отлично. Спорю, ему самому надоело валяться в постели, иначе доктору не удалось бы стронуть его с места. Старик чертовски упрям.

Джейк пробежал глазами письмо, в котором Элен делилась с Санта-Клаусом сокровенными желаниями. Перечень действительно открывала просьба получить в подарок на Рождество кукольный домик. Но одна строка приковала к себе внимание Джейка. «Больше всего на свете я хотела бы иметь настоящего папу», — писала девочка. Джейк решил, что маленькая Элен неправильно выразилась: она наверняка хотела сказать «нового папу».

— …Так что ты в любое время можешь заехать в больницу и забрать ее, — услышал он конец фразы Кэрол. Начало Джейк пропустил мимо ушей.

— Прости, я задумался. Что ты сказала о больнице? Я не понял.

Кэрол удивленно взглянула на Джейка, она никогда не замечала за ним рассеянности.

— Я сказала, что доктор Эдвардс достал инвалидную коляску для Майкла и ты можешь в любое время заехать за ней в больницу.

— Хорошо, я это непременно сделаю.

— Мама, вот поднос. Мистер Майкл съел весь обед. У него сегодня хороший аппетит, — радостно сообщила вернувшаяся в кухню Элен. — Ужин готов?

— Еще нет, но ждать осталось недолго. Я только отварю картошку.

— Можно, я пока посмотрю телевизор? — спросила девочка.

— Хорошо. Но сначала убери со стола письменные принадлежности. Здесь им не место.

Элен, схватив недописанное письмо, ручку и бумагу, задорно подмигнула Джейку и вприпрыжку убежала.

К шести часам все трое, поужинав и переодевшись, были готовы к отъезду.

Кэрол поднялась наверх, чтобы проведать Майкла.

— Вам что-нибудь принести? — спросила она, поправив постель больного.

— Нет, спасибо, мне ничего не нужно. Я себя прекрасно чувствую.

В комнату вошла Элен, и старик с улыбкой взглянул на нее.

— Я думал, ты будешь в театральном костюме, — сказал он.

— Я переоденусь в школе.

— Джейк тоже в детстве выступал на сцене…

— Да, я играл облако, — подтвердил Джейк, переступая порог спальни.

— Облако? — удивленно переспросила Элен и засмеялась. — Во что же ты был одет, изображая облако?

Джейк смущенно улыбнулся.

— Мама придумала мне костюм. Она очень хорошо шила. Правда, отец?

При упоминании о Рут в глазах старика появилась боль. В комнате повисла напряженная тишина. Кэрол хотела что-то сказать, чтобы разрядить, атмосферу, но сдержалась. Затаив дыхание, она ждала, что произойдет дальше.

Через несколько мгновений, показавшихся Джейку вечностью, Майкл откашлялся и заговорил:

— Да, твоя мать была отличной портнихой. — Эти слова с большим трудом дались старику. — Насколько я помню, она сделала тебе театральный костюм из простыни и ватных шариков.

— Точно, — подтвердил Джейк, обрадовавшись, что отец пересилил себя и заговорил о матери. — И ты был еще очень недоволен, что она потратила на мое одеяние все ватные шарики, которые нашлись в магазине. Помнишь?

Губы Майкла дрогнули и сложились в подобие улыбки.

— Да, все до одного. И в результате, поскольку вата все время щекотала тебе нос, ты постоянно чихал на сцене.

Элен залилась смехом, представив Джейка в костюме из ваты, Кэрол присоединилась к дочери.

Это мгновение было незабываемым для Джейка. Наконец-то отец просто и свободно начал говорить о покойной жене. Джейк праздновал маленькую победу. Однако он отдавал себе отчет, что это случилось благодаря присутствию в комнате Кэрол и Элен. Если бы не они, возможно, Майкл так и не нарушил бы запрет, который сам наложил на темы, связанные с Рут.

— Нам пора, — напомнил Джейк, прерывая веселье.

— Желаю приятно провести вечер, — промолвил старик и, видя, что Кэрол еще что-то хочет сказать ему, опередил ее: — Да-да, не беспокойся, телефон у меня под рукой и я знаю номер, по которому следует позвонить в школу в случае необходимости.

Всю дорогу, пока они ехали в город, Элен не умолкая говорила о предстоящем спектакле. Оставив машину на заднем дворе школы, отведенном для парковки, все трое направились к парадному входу.

В вестибюле Элен рассталась с матерью и с Джейком. Она спешила в классную комнату, чтобы переодеться в театральный костюм.

— Встретимся после представления, — сказала Кэрол. — Не волнуйся, малышка, у тебя все получится. — И она поцеловала Элен в щеку.

— Удачи тебе! — крикнул вслед девочке Джейк.

Повернувшись, чтобы идти в актовый зал, Кэрол и Джейк оказались лицом к лицу с Мэгги Уилсон.

— Привет, Кэрол! Здравствуй, Джейк! — обрадовалась она. Рядом с ней стояли ее сын Джошуа и невестка Кейт, которая была, по всей видимости, на последнем месяце беременности.

— Когда ожидаете прибавления в семействе? — поинтересовалась Кэрол.

— К самому Рождеству, — с улыбкой ответила Кейт.

— Замечательно. — Кэрол видела, что женщина сияет от радости, и по-хорошему позавидовала ее безоблачному семейному счастью.

— Пойдемте в зал, — поторопила их Мэгги, — надо успеть занять места в первых рядах. Знаете, дорогая, мы очень волнуемся, сегодня наш Фил в первый раз в своей жизни выйдет на сцену.

Фил, внук Мэгги и сын Джошуа и Кейт, учился в одном классе с Элен.

— Элен тоже выступает сегодня, — с гордостью сказала Кэрол.

Они направились в актовый зал. Два первых ряда были уже заняты, и им с трудом удалось найти свободные места в третьем ряду. Когда празднично убранное помещение было заполнено зрителями, свет погас и представление началось. Вцепившись пальцами в подлокотники кресла, Кэрол внимательно следила за всем, что происходит на ярко освещенной сцене, боясь пропустить хоть слово. Когда из-за кулис вышла Элен в золотистом костюме волхва, который очень шел ей, комок подкатил к горлу матери, она растрогалась до слез. Впрочем, в зале не было зрителей, оставшихся бы равнодушными к разворачивающемуся театральному действию: они то восторженно аплодировали, то украдкой смахивали слезинки, а то разражались смехом, например, когда один из волхвов не удержался и со сцены помахал рукой родителям.

Кэрол не замечала, что по ее щекам бегут слезы, и опомнилась, лишь когда кто-то вложил в ее руку носовой платок. Это был сидевший рядом Джейк. Кэрол поблагодарила его улыбкой и высморкалась.

Когда представление закончилось и занавес опустился, зрители долго аплодировали, вызывая юных артистов на сцену. Через несколько мгновений занавес вновь поднялся, и публика увидела школьный хор и инструментальный ансамбль. Зазвучала музыка, и вступили звонкие детские голоса. Хор исполнял рождественские песнопения, зрители встали и дружно подхватили мелодию. Глаза Кэрол вновь наполнились слезами от переполнявших ее чувств.

Джейк легонько пожал ее руку. Она слышала его низкий глубокий голос, и ее сердце сжималось от грусти. Почему мы не можем быть вместе, почему так несправедливо устроена жизнь? — с горечью думала Кэрол.

Когда отзвучал псалом, которым детский хор закончил выступление, поднялся шквал аплодисментов. Оглядевшись, Кэрол заметила, что глаза многих родителей влажны от слез.

Успевшая переодеться Элен спрыгнула со сцены и бросилась в объятия матери и Джейка.

— Вам понравилось?! — Глаза девочки сияли подобно двум ярким звездочкам.

Вместо ответа Кэрол расцеловала дочь в обе щеки. Быстро попрощавшись с Мэгги и с ее семейством, они направились к месту парковки. По дороге Элен не переставая теребила Джейка за рукав и спрашивала:

— Джейк, а почему ты молчишь? Тебе не понравилось? Скажи, тебе не понравилось представление?

— Я просто потрясен, крошка, — наконец заговорил Джейк. — Ты была великолепна, спектакль удался на славу!

Выехав со стоянки, пикап влился в вереницу машин, отъезжавших от школы.

— Мне понравилась сцена, в которой животные заглядывают в ясли и любуются младенцем, — делилась своими впечатлениями Элен.

— А мне понравилось все. Все без исключения, — сказала Кэрол. — Особенно волхвы.

Она обняла дочку и прижала ее к себе. От включенного обогревателя в кабине скоро стало тепло, и уставшую Элен сморил крепкий сон. Пикап выехал на шоссе.

Кэрол, перебирая в памяти события сегодняшнего вечера, вспомнила, как Джейк внезапно нежно пожал ее руку. Сердце Кэрол учащенно забилось. Она устремила невидящий взор на дорогу, боясь выдать свое волнение. Она знала, что никогда не забудет этот замечательный вечер. Взглянув на ясное звездное небо, Кэрол, как в детстве, загадала желание, которое, по поверью, обязательно должно сбыться на Рождество.

— Кэрол, мы уже приехали, — будто издалека услышала она голос Джейка и тут же открыла глаза.

— Прости, я задремала, — смущенно сказала она. — Элен, дорогая, просыпайся, мы уже дома.

Кэрол никак не удавалось растормошить дочь. Элен что-то бормотала во сне и не могла проснуться. Наконец девочка подняла тяжелые веки и сонно взглянула на мать.

— Иди сюда, крошка. — Джейк успел обойти машину, распахнуть дверцу и теперь стоял, протягивая к Кэрол и Элен свои сильные руки. — Передай мне ее, Кэрол. Я отнесу ребенка в дом.

— Хорошо.

Кэрол легонько подтолкнула сидевшую у дверцы Элен к Джейку. Тот подхватил девочку на руки и понес к дому. Кэрол быстро вышла из кабины, обогнала их и открыла входную дверь.

У лестницы Джейк осторожно поставил Элен на ноги. Она сонно зевнула.

— Надеюсь, крошка, ты теперь сама доберешься до комнаты, — ласково сказал он, опустившись перед девочкой на корточки.

Элен с улыбкой кивнула.

— Сегодня вечером ты была на высоте, — похвалил Джейк. — Твой отец гордился бы тобой.

Улыбка вмиг исчезла с лица Элен, она попятилась, энергично мотая головой.

— Нет. Это неправда.

Джейк был удивлен реакцией девочки.

— Ты ошибаешься, дорогая. Твой отец непременно гордился бы тобой, будь он жив, — мягко повторил он.

— Нет, это неправда! Неправда! — громко выкрикнула Элен, в ее голосе слышались слезы. — Он не стал бы гордиться мной, потому что вовсе не был моим отцом! Он сам сказал мне об этом!

И Элен бросилась вверх по лестнице.

8

Джейк поднялся и несколько мгновений с удивлением смотрел вслед Элен. Затем он повернулся к Кэрол и увидел ее искаженное ужасом лицо. Женщина была не в силах вымолвить ни слова.

— Кэрол, в чем дело? — растерянно спросил Джейк, а в голове его вертелась лишь одна мысль: если отец ребенка не Сол, значит… значит…

Кэрол наконец нашла в себе силы сдвинуться с места, она медленно подошла к лестнице, намереваясь подняться в комнату дочери, чтобы успокоить девочку. Но Джейк преградил ей путь.

— Подожди. Признайся, Элен сказала правду? Сол действительно не был ее отцом? Но если это так, то кто же, черт возьми…

Джейк замолчал, видя, какую боль причиняют Кэрол его расспросы. Он мысленно вернулся к событиям девятилетней давности и начал догадываться об истинных причинах нервозности и скрытности Кэрол. Итак, Элен было восемь лет, но Джейк не знал точной даты ее рождения. Когда девочка родилась, Кэрол была уже замужем за Солом Уоллесом, и у Джейка не возникло и тени подозрения, что Кэрол забеременела от него самого, а не от мужа. Кто мог подумать, что Кэрол поступит так опрометчиво, заключив брак с человеком, который не был отцом ее ребенка!

Только теперь Джейк понял, почему Кэрол испугалась в тот момент, когда увидела его на пороге дома Сандорсонов.

— Кэрол, я имею право знать правду, — заявил он тоном, не терпящим возражений.

Кэрол опустила голову, всхлипнула и закрыла лицо руками. Это был крах всей ее жизни. Только что произошла катастрофа, предчувствие которой не покидало Кэрол все эти дни — с тех пор, как Джейк вернулся в Гленвилл. И теперь следовало спасать самое дорогое, что было в ее жизни, — Элен.

— Хорошо, — сказала Кэрол. — Подожди меня в кухне, я скоро вернусь. Нам надо поговорить.

Джейк молча посторонился, давая Кэрол дорогу.

Она застала дочь в слезах. Увидев мать, Элен упала на кровать и зарылась лицом в подушку.

— Не надо, дорогая, не плачь, — начала успокаивать ее Кэрол, гладя по голове.

Она испытала настоящее потрясение, узнав о подлости бывшего мужа. Оказывается, Сол сказал Элен, что он не ее родной отец. Какой жестокостью надо обладать, чтобы нанести травму психике ребенка! Гнев душил Кэрол. Сол демонстративно не замечал Элен, избегал ее, никогда не заговаривал с ней. И вдруг выясняется, что он открыл девочке тайну, которую поклялся хранить до своего смертного часа!

— Он не был моим настоящим отцом, да? Это правда, мама? — прорыдала Элен, оторвав голову от подушки.

У Кэрол сжалось сердце от жалости к дочери, она чувствовала свою вину перед ней.

— Да, малышка, не он твой настоящий отец.

Элен облегченно вздохнула.

— Прости меня, Элен, — прошептала Кэрол, еле сдерживая слезы. — Сол обижал тебя.

— Не плачь, мама. Со мной все в порядке. Честное слово! — Девочка обхватила Кэрол за шею и прижалась к ее груди.

Кэрол горько раскаивалась в том, что не ушла от Сола даже тогда, когда раскусила этого человека. Но, по правде говоря, ей очень трудно было сделать это. Она потратила все свои сбережения на учебу, а когда стада дипломированной медицинской сестрой и начала работать, то оказалось, что ее оклада хватает лишь на питание и на квартплату.

Став женой Сола, она переселилась в его двухэтажный коттедж. Сол сказал ей, что сам будет обеспечивать семью и Кэрол не о чем беспокоиться. Это тронуло ее, и по настоянию мужа она бросила работу. Но вскоре Кэрол поняла, что совершила глупость: отныне у нее не было денег, которые она могла бы тратить по своему усмотрению.

Постепенно она начала понимать, что за человек Сол. Ни с кем не советуясь, он распоряжался семейным бюджетом и тем самым определял весь уклад жизни в доме. Без его разрешения Кэрол не могла и шагу ступить. Сол прекрасно знал, что у Кэрол нет денег на банковском счете, как нет и родственников, которые могли бы дать ей средства к существованию помимо тех, которые он ей выделял. Кэрол попала в полную зависимость от мужа, и это постоянно угнетало ее. Если Кэрол нужны были деньги, ей каждый раз приходилось идти к Солу на поклон. И он упивался своей властью, обходился с женой, как с узницей.

Кэрол гладила Элен по голове, шептала ей ласковые слова, пока девочка не уснула. Осторожно раздев дочь, она укрыла ее одеялом и, плотно закрыв дверь за собой, вышла в коридор. Кэрол заглянула в комнату мистера Сандерсона в надежде, что тому нужна ее помощь и неприятный разговор с Джейком можно будет отложить еще на некоторое время, но, к ее разочарованию, Майкл крепко спал.

Собравшись с духом, она медленно спустилась в холл. Переступая порог кухни, Кэрол чувствовала, как тревожно бьется ее сердце. Джейк стоял у окна, спиной к Кэрол, и смотрел куда-то в ночную тьму.

— Я уже собирался сходить за тобой, — промолвил он, услышав ее шаги, и обернулся. — Я налил себе бренди. Ты не хочешь выпить?

Тон его был спокойным, но Кэрол видела, как напряжен Джейк и каких сил ему стоит держать себя в руках.

— Элен — моя дочь? — спросил он без всяких предисловий, сразу переходя к сути дела.

Кэрол лишилась дара речи и почувствовала, как ее начинает бить мелкая дрожь. Не в силах произнести ни слова, она просто кивнула. В глазах Джейка на мгновение вспыхнула радость, но он тут же отвел их в сторону.

— Ты уверена? — ледяным тоном спросил он. — Ходили слухи, что ты…

Джейк осекся, заметив, как удивление на лице Кэрол сменилось гримасой боли.

— Элен — твоя дочь, — с трудом вымолвила Кэрол.

Ее душили слезы. Она была потрясена, что Джейк сомневается в своем отцовстве, что верит грязным сплетням, которые кто-то злонамеренно распространял о ней. Кэрол начала догадываться, кто и зачем пустил слухи о ее ветрености. Это, несомненно, Сол — он окружал ее ложью, чтобы крепче держать в своих руках.

— Почему ты не связалась со мной? — продолжал допрос Джейк. — Черт возьми, Кэрол, я имел право знать правду! И почему, нося под сердцем моего ребенка, ты все же вышла замуж за Сола Уоллеса?!

Джейк даже не пытался сдержать негодование. Он не понимал эту женщину, сыгравшую с ним злую шутку и превратившую в кошмар первые годы жизни его ребенка. Но Кэрол не желала взваливать всю вину на себя.

— Почему я не связалась с тобой? — зло переспросила она. — А как, по-твоему, я могла это сделать? Ведь ты убежал, будто ночной вор, даже не попрощавшись со мной! Я ждала твоего звонка. Но ты все не звонил. И тогда я…

Голос Кэрол задрожал, и она замолчала, пытаясь сдержать слезы.

— Я не мог позвонить тебе, — угрюмо сказал Джейк. — Я участвовал в операции, работал под прикрытием. Меня и так чуть не уволили за то, что я ездил в больницу к матери.

— Но я ведь не знала об этом! — с горечью воскликнула Кэрол. — Если бы ты мне все рассказал, если бы оставил записку…

Она сокрушенно покачала головой. Кэрол понимала, что теперь уже ничего не исправишь и нет смысла бросать друг другу в лицо обвинения.

— Когда я узнала, что беременна, я запаниковала, — продолжила она.

— И сразу же побежала к Солу. — Джейк криво усмехнулся. — Конечно, почему бы и нет? Ведь ты с ним встречалась.

Кэрол задохнулась от обиды.

— Да, я несколько раз встретилась с ним, но…

— В таком случае, как ты можешь утверждать, что Элен — моя дочь?

Повисла напряженная тишина. Кэрол зажмурилась и застыла, словно получила пощечину. Из того, что она встречалась с Солом, Джейк автоматически сделал вывод, что она спала с ним. Какого же он низкого мнения обо мне! — ужаснулась Кэрол. Чем я заслужила это? Внезапно она поняла, что Джейк хочет во что бы то ни стало обелить себя и переложить вину за все происшедшее на ее плечи.

— Потому что я не спала с Солом.

Кэрол посмотрела Джейку в глаза. И он не выдержал ее прямого открытого взгляда.

— А Сол знал, что это мой ребенок? — спросил он, отворачиваясь к окну.

— Да, знал. — Кэрол решила, что теперь уже бессмысленно запираться, и говорила все начистоту.

Она вспомнила, как глаза Сола полыхнули злобой, когда он узнал, от кого беременна его будущая жена.

— Ты нашла возможность связаться с Уоллесом, но так и не позвонила мне. Почему? — сердито сказал Джейк.

— А ты разве оставил мне свой номер телефона? Или просил позвонить тебе? — огрызнулась Кэрол, которую начал раздражать этот бессмысленный разговор.

Джейк, однако, действительно пытался понять Кэрол и поэтому задал следующий вопрос:

— Почему ты вышла замуж за Сола?

— Я была беременна и остро переживала свое одиночество. Сол оказался в это время рядом со мной.

Однако все было не так просто, как обрисовала Кэрол. Теперь она корила себя за то, что поддалась на уговоры Сола. У нее была возможность обратиться за советом к адвокатам больницы, в которой она работала. Однако Кэрол не сделала это. Охваченная паникой, она не могла рассуждать здраво и последовательно. Она ухватилась за Сола как утопающий за соломинку.

Кэрол спрашивала Сола, знает ли он Джейка, тот отвечал, что они знакомы, не более того, и что Джейк работает в другом отделе. Сол предлагал поговорить с Джейком о положении, в котором оказалась Кэрол, но та решительно воспротивилась, давно уже решив для себя, что Джейк не испытывает к ней никаких чувств.

Сол постоянно лгал ей, но Кэрол была тогда не в состоянии разглядеть его истинное лицо. Вскоре он сделал ей предложение выйти за него замуж. Кэрол до глубины души тронуло его участие. Она поблагодарила Сола и… отказалась. Но он настойчиво уговаривал ее, приводя все новые аргументы в пользу замужества. Наконец он заявил, что если Кэрол не сможет содержать себя и ребенка, то новорожденного у нее просто-напросто заберут. Подобная перспектива повергла Кэрол в ужас.

Это была очередная ложь, но Солу удалось запугать бедную женщину. Кэрол согласилась стать его женой, наивно полагая, что своей нежностью и преданностью сможет отблагодарить Сола.

В постели он оказался нетерпеливым и эгоистичным партнером. Сол стремился удовлетворить свою страсть, не заботясь о том, что чувствовала и переживала в момент близости Кэрол. Ему не нужна была ее нежность. Когда беременность Кэрол стала более заметной, интерес Сола к жене начал угасать. После рождения ребенка Сол совершенно охладел к Кэрол и завел любовницу. Причем его пренебрежение к Кэрол было столь велико, что он даже не особенно скрывал свою связь с другой женщиной. Когда Кэрол вызвала его на прямой разговор, он не стал отрицать факт супружеской измены. Кэрол, которая к тому времени уже поняла, что совершила большую ошибку, выйдя замуж за Сола, предложила оформить развод. Однако Сол и думать не хотел о расторжении брака. Он заявил, что Кэрол — его жена и останется ею, что бы ни случилось.

Тогда Кэрол переселилась в комнату Элен, не желая больше спать с Солом в одной постели. Однако он силой принудил ее выполнять супружеские обязанности, когда ему это было угодно, и играть роль верной добропорядочной жены.

Ненавидя и проклиная мужа, Кэрол не снимала с себя вины за то, что позволяла ему дурно обращаться с собой и с ребенком.

— Черт возьми, Кэрол, тебе надо было все рассказать мне. — Джейк подошел к столу, взял свой стакан и залпом допил остатки бренди.

Он все еще никак не мог привыкнуть к мысли, что у него есть ребенок. Дочь! Кровь от крови, плоть от плоти. Как обрадовалась бы Рут, узнав, что у нее есть внучка! Джейк не сомневался, что Кэрол говорит правду. Он видел, как трудно она далась ей. Несмотря на сложность и запутанность ситуации, сердце Джейка ликовало: малышка Элен — его дочь!

— Почему ты не пришла ко мне после смерти Сола и не рассказала правду? Почему, Кэрол?

Но она молчала. Ее губы пересохли от пережитого волнения, Кэрол смертельно устала, ей хотелось уйти, чтобы прекратить этот разговор.

— А ты поверил бы мне? — наконец заговорила Кэрол. — Думаю, вряд ли. Поэтому я ничего не сказала тебе. Я посвятила всю себя Элен и решила всегда действовать только в интересах ребенка.

На этот раз настала очередь Джейка помолчать и подумать над ее словами. Он признался себе, что Кэрол права. Если бы после смерти Сола она явилась к нему и сообщила, что Элен — его ребенок, Джейк ни за что не поверил бы ей.

— Что ты собираешься теперь делать? — В голосе Кэрол слышалась тревога.

— Не знаю. Пока не знаю, — задумчиво проронил Джейк, уставившись в одну точку.

Кэрол вздохнула.

— Я страшно устала. Пойду лягу.

Джейк молча проводил ее взглядом. Первое впечатление от полученной ошеломляющей новости улеглось, радость от осознания, что Элен — его дочь, тоже не была теперь такой острой и всепоглощающей. Настала пора все спокойно обдумать и, сверившись со своими мыслями и чувствами, принять взвешенное решение, как дальше жить.

Работа часто требовала от Джейка молниеносной реакции, порой он действовал по наитию, доверяясь интуиции или инстинкту самосохранения. Но сегодняшняя ситуация требовала совершенно другого подхода. Джейк понимал, что стоит на перепутье и от того, какую дорогу он изберет, зависит не только его жизнь, но и жизнь дорогих ему людей. Джейк опустил голову на скрещенные на столе руки и глубоко задумался. Он вернулся мысленно к событиям девятилетней давности, в ту памятную ночь, которую они с Кэрол провели вместе в ее маленькой уютной квартирке при больнице.

Выйдя из палаты матери, Джейк метался по больничному коридору, не в силах справиться с охватившим его отчаянием. Он ничего не видел вокруг и не сразу узнал хорошенькую медсестру, которая остановила его и. поглаживая по плечу, начала ласково о чем-то говорить. Медсестра напомнила ему о том лете, которое они оба провели в Гленвилле: она работала кассиршей в супермаркете, а он гостил у родителей после окончания спецшколы ФБР.

Боясь одиночества, Джейк принял приглашение Кэрол выпить чашечку кофе и неожиданно для себя, оказавшись один на один с ней, разговорился. Он расспрашивал Кэрол о ее жизни, о друзьях, о работе, пытаясь заглушить боль в сердце от невосполнимой утраты. Кэрол помогла ему забыться, она говорила не умолкая. Они не затрагивали лишь одну тему: смерть Рут Сандерсон. Встав наконец из-за стола, чтобы попрощаться и уйти, Джейк заглянул в глаза Кэрол и увидел в них столько нежности и сочувствия, что у него перехватило дыхание. Он был до глубины души тронут участием, которое эта женщина проявила к его горю.

Заметив состояние Джейка, Кэрол ласково погладила его по щеке. Ему захотелось по-дружески поцеловать ее в знак признательности. Но, как только их губы слились, Джейк понял, что означают слова «внезапно вспыхнувшая страсть». Впервые в жизни его охватил огонь всепоглощающего желания.

Джейк проснулся, когда за окном забрезжил рассвет. Он взглянул на мирно спящую рядом с ним женщину, и ему вновь захотелось обнять ее, ощутить вкус ее губ, разбудить в ней страсть и утолить ее. Но он не мог позволить себе остаться еще хотя бы на четверть часа. Осторожно встав, Джейк оделся и на цыпочках вышел из комнаты. Замок входной двери негромко защелкнулся за ним.

Разумеется, Джейк догадывался, какое впечатление произведет на Кэрол его внезапный уход. Но он не имел права поступить иначе. Джейк во что бы то ни стало должен был выполнить задание, завершить операцию, которая по его вине рисковала оказаться под угрозой срыва.

Он думал, что освободится уже через несколько дней, и собирался сразу же связаться с Кэрол. Но его расчеты не оправдались. Выполнение задания растянулось на долгих два месяца, молниеносного завершения операции не получилось.

Да, на мне лежит часть вины за то, что случилось с Кэрол и с Элен, вынужден был признаться себе Джейк. Я ушел с головой в свою работу, ничего, кроме нее, для меня в то время не существовало.

Воспоминания о ночи, проведенной с Кэрол, сразу же отошли на второй план. Джейк выслеживал главарей преступного мира, расставлял на них ловушки, старался перехитрить, заманить в западню. Такая жизнь увлекала его. И лишь теперь он с горечью осознал, какую боль причинил Кэрол. Джейк представил, как она проснулась утром и обнаружила, что он ушел, не сказав ни слова, не оставив даже записки. Краска стыда залила его лицо. Джейк искренне раскаивался в содеянном.

Он подумал о той роли, которую в судьбе Кэрол сыграл Уоллес. Сол знал, кто отец ребенка, но ни словом не обмолвился об этом Джейку. Он женился на беременной Кэрол и выдавал Элен за свою дочь. Почему он так поступил? Из-за любви к Кэрол? Джейк, как ни старался, не мог представить Сола в роли благородного рыцаря, готового ради дамы сердца на самопожертвование. Нет, завистливому, самовлюбленному и беспринципному Солу были совершенно чужды порывы великодушия.

Джейк встал и начал расхаживать по кухне. Они с Солом никогда не питали особой симпатии друг к другу. А с тех пор как Джейк стал лучшим выпускником спецшколы ФБР, их отношения ухудшились.

Неужели все это время Уоллес, затаив злобу, искал лишь повод, чтобы отомстить мне? — задавался вопросом Джейк и не находил ответа. Неужели Сол был настолько злопамятным, что решился использовать беззащитную Кэрол в качестве орудия мести?

Джейк припомнил тот день, когда Уоллес объявил ему о предстоящем бракосочетании с Кэрол. Его появление в отделе, где работал Джейк, было, мягко говоря, не совсем обычным: до этого дня Сол ни разу не заглядывал сюда. Джейку сразу же бросились в глаза самоуверенность и даже некоторая развязность в поведении Сола. И лишь теперь он понял, почему взгляд Сола был исполнен торжества.

Но, может быть, я не прав? — подумал Джейк, тряхнув головой. Может быть, Уоллес хотел помочь Кэрол без всяких задних мыслей?

Однако интуиция подсказывала Джейку, что именно Сол затеял эту грандиозную интригу, жертвой которой стали в первую очередь Кэрол и маленькая Элен.

Известие о том, что Кэрол выходит замуж за Сола Уоллеса, потрясло Джейка. Если бы избранником был кто-нибудь другой, Джейк, несомненно, пришел бы поговорить с ней, узнать, уверена ли она, что сделала правильный выбор.

И все же я должен был увидеться с ней перед свадьбой, упрекал себя Джейк. Однако он отлично понимал, что бесполезно винить себя в прошлых ошибках. Главное — суметь избежать их в будущем. Самым важным человеком на свете была теперь для него Элен, его дочь. Но как искупить свою вину перед ней? Как поступить в этой сложной запутанной ситуации, чтобы не наломать дров? Как жить дальше?

У Джейка голова шла кругом от этих непростых вопросов.

9

Кэрол провела бессонную ночь. Она гадала, что предпримет Джейк, как поведет себя.

Стоя утром под душем, она вспоминала вчерашний разговор. Джейк не сумел скрыть радость, когда узнал, что Элен — его дочь. Может быть, если бы Кэрол не запаниковала и не бросилась очертя голову в объятия Сола девять лет назад, ее жизнь сложилась бы совсем по-иному, более счастливо и благополучно.

Во всяком случае, Кэрол не могла отрицать, что именно Джейк был мужчиной ее мечты. Как ей хотелось вновь почувствовать его прикосновения, оказаться в его крепких объятиях, заснуть на его груди!

Но, несмотря на непреодолимое влечение к Джейку, Кэрол все еще сохраняла решимость отстаивать свою независимость и избегать связей с мужчинами, которые рассматривали ее как свою собственность. Обжегшись на молоке, дуют на воду, напоминала она себе. Сол преподал ей хороший урок, который она запомнила на всю жизнь. Им с Элен никто не нужен. Кэрол поклялась впредь быть осмотрительнее и не доверять пустым обещаниям.

Она выключила воду, завернулась в большое махровое полотенце и вышла из душа. Если Джейк захочет официально признать Элен своей дочерью и оформить соответствующие документы, я не стану ему мешать, думала Кэрол.

Ее беспокоило психологическое состояние дочери. Теперь, когда девочка удостоверилась, что Сол не был ее отцом, она начнет задавать матери вопросы о том, кто же ее настоящий папа. Элен имеет право знать правду. Истина поможет ребенку забыть обиды, причиненные Солом, залечить душевную травму, нанесенную отчимом в раннем детстве.

Элен наверняка обрадуется, узнав, что Джейк ее отец. Но что будет дальше? В ближайшем будущем девочку ждет страшное разочарование: после праздников Джейк вернется в Бостон, к своей работе. Кэрол со вздохом призналась себе, что не только маленькая Элен будет скучать по Джейку.

Надев черные брюки и желтый вязаный свитер, Кэрол отправилась в кухню. В раковине лежала грязная посуда, свидетельствующая о том, что Джейк уже позавтракал. Взглянув в окно, Кэрол увидела, что пикапа нет на обычном месте. Значит, Джейк уехал, с облегчением подумала она.

— Как прошло представление? — первым делом спросил Майкл, когда Кэрол принесла ему поднос с завтраком.

— С большим успехом. — Кэрол грустно улыбнулась, вспомнив свое волнение, когда Джейк взял ее за руку. — Элен прекрасно справилась с ролью.

— Элен просто молодчина, — от души похвалил Майкл. — Твоя девчонка почему-то сильно напоминает мне Джейка в детстве.

Кэрол вдруг захотелось рассказать старику правду, но она не знала, с чего начать, и решила отложить трудный разговор.

— Как вы себя чувствуете? Может быть, попробуем сегодня спуститься в гостиную? — спросила Кэрол, увидев костыли, стоявшие в углу комнаты.

Майкл проследил за ее взглядом и усмехнулся.

— Вряд ли они мне понадобятся, я уже неплохо держусь на ногах.

— Вот и отлично.

Майклу наскучила роль инвалида. Кэрол испытывала смешанное чувство радости и грусти: с одной стороны, хорошо, что мистер Сандерсон быстро идет на поправку, но, с другой стороны, как только он окончательно встанет на ноги, Кэрол потеряет работу.

— Джейк уже уехал? — поинтересовался Майкл.

— Да. Вам еще что-нибудь подать?

— Нет, мне ничего не надо. Я думаю, Джейку не следовало уезжать, хотя завтра воскресенье, супермаркет закрыт… Да, именно завтра можно заняться тем, о чем мы с ним говорили.

— Я не совсем понимаю, о чем идет речь, — недоуменно промямлила Кэрол.

— Видишь ли, наш дом давно уже не оглашался детским смехом… Впервые за многие годы под этой крышей живет ребенок, для которого Рождество — настоящее чудо. Вот я и подумал, что Джейк мог бы отправиться с тобой и с Элен на ферму Петерса, чтобы выбрать там хорошую рождественскую елку.

Кэрол растрогалась до слез.

— Великолепная идея! — поддержала она старика, и тот покраснел от удовольствия. — Элен будет в восторге, она так ждет праздника!

— Я уже давно не ставлю елок на Рождество. — Майкл вздохнул, и Кэрол вдруг поняла, как он страдал все это время от одиночества. — На чердаке хранятся украшения, Джейк может достать их. Кстати, где Элен? Я не слышу ее голоса и беготни.

— Она еще спит. Вчерашний вечер принес ей столько волнений, девочка очень устала. А теперь вам надо поесть. Не буду мешать. Приятного аппетита. Я заберу поднос попозже.

Закрыв за собой дверь, Кэрол направилась в комнату Элен. Девочка еще не проснулась. Кэрол надеялась, что сон пойдет дочери на пользу и сотрет из детской памяти неприятные воспоминания о размолвке с Джейком.

Выпив чашку кофе, Кэрол подошла к окну полюбоваться зимним пейзажем. Все эти дни держалась минусовая температура и снег не таял. Кэрол долго наблюдала за птичкой, весело перелетавшей с ветки на ветку.

— Доброе утро, мама! — В кухню вошла Элен, одетая в пижаму и еще не причесанная.

— Доброе утро, дорогая. Ты, наверное, очень хочешь есть?

Девочка кивнула и уселась за стол.

— Джейк уже уехал? — В голосе Элен слышалась тревога.

Кэрол внимательно взглянула на дочь. — Он отправился в супермаркет, у него там много работы.

— Он, наверное, страшно сердится на меня? — спросила Элен затаив дыхание.

— Ну что ты, нисколько. Успокойся и не думай о плохом. Он очень тебя любит. Положить тебе овсяной каши?

— Положи, — рассеянно отозвалась Элен, о чем-то напряженно размышляя. — Мама, скажи мне… — наконец снова заговорила девочка после непродолжительного молчания, — скажи, что случилось с моим папой?

У Кэрол упало сердце. Она понимала, как много сейчас зависит от ее ответа, и благодарила Бога, что Джейк уехал. В его присутствии она не смогла бы поговорить с дочерью по душам.

— С ним ничего не случилось, дорогая, — собравшись с духом, ответила Кэрол. — Просто у нас не сложились отношения.

Кэрол не могла прямо сказать дочери, что ее отец Джейк Сандерсон, потому что не знала, какое решение он принял, как собирается поступить, найдется ли в его дальнейшей жизни место для Элен.

— А почему не сложились? — Девочка нахмурилась, недовольная тем, что мать, по всей видимости, не хочет более подробно рассказать ей об отце.

Кэрол села рядом с дочерью и обняла ее за плечи.

— Твой отец не любил меня. — Каждое слово этой исповеди давалось ей с трудом. — Когда я поняла, что у меня будет ребенок… то есть родишься ты, дорогая, я почувствовала себя на седьмом небе от счастья. — Кэрол погладила дочь по щеке. — Но я не знала, удастся ли мне прокормить тебя, сумею ли я найти средства к существованию, и поэтому сильно испугалась. — Все, что она говорила, было истинной правдой. Кэрол не хотела лгать девочке. — И в этот момент Сол Уоллес протянул мне руку помощи. Некоторое время спустя он сделал мне предложение выйти за него замуж, и я подумала, что у нас сложится хорошая семья, что Сол будет любить тебя, что он окружит нас с тобой заботой. Но я ошибалась. Прости меня, Элен, я очень виновата перед тобой. Этот человек постоянно обижал тебя… — Кэрол не смогла продолжать, ее душили слезы.

— Не надо, мама, я вовсе не хотела, чтобы ты расплакалась. — Элен прижалась к груди Кэрол.

— Все в порядке, дорогая. — Кэрол попыталась улыбнуться. — Это сейчас пройдет… Мы ведь сумеем быть счастливы вдвоем, как ты думаешь?

Она с надеждой взглянула на Элен. В эту минуту ей отчаянно нужна была поддержка дочери. Элен кивнула, но в серых глазах ребенка затаилась грусть, и сердце Кэрол сжалось от боли: девочке нужен был отец.

— Я хочу испечь сегодня печенье, — наигранно бодрым тоном сказала Кэрол. — Ты поможешь мне?

— Конечно, мама.

— А сейчас тебе надо поесть. — Кэрол поставила перед Элен тарелку с овсянкой.

— Мама, можно, я позавтракаю у телевизора?

— Можно, дорогая. — Кэрол ласково улыбнулась дочери. — Давай я отнесу тарелку в гостиную, каша очень горячая.

Элен удобно устроилась в кресле, и Кэрол, пожелав ей приятного аппетита, поднялась наверх. Войдя в спальню Майкла, она с удивлением увидела, что тот сидит на краю постели, свесив ноги на пол. Чтобы продемонстрировать свои успехи, Майкл поднялся и прошелся по комнате, стараясь не хромать. Кэрол захлопала в ладоши, и старик самодовольно усмехнулся.

Тем не менее она решительно уложила старика в постель, заявив, что ему нельзя переутомляться, и принесла ему чашку горячего кофе.

Остаток дня Кэрол и Элен провели в кухне, увлеченно выпекая рождественское печенье. Когда начало смеркаться, Кэрол занялась приготовлением ужина, то и дело поглядывая на часы. Джейк запаздывал, и это тревожило Кэрол.

Элен напряженно вслушивалась в звуки, доносившиеся с шоссе, и, как только мимо их дома проезжала машина, бросалась к окну и вглядывалась в сгущающиеся сумерки. Девочка с нетерпением ждала Джейка. В семь часов вечера Кэрол охватило сильное беспокойство: Джейк обычно возвращался из города не позже половины шестого. Помешивая ложечкой готовившийся на плите соус, она представляла страшные картины автокатастрофы: окровавленное тело Джейка, лежащее на обочине дороги, перевернутый искореженный пикап.

Однако вскоре Элен издала вопль радости, а затем из прихожей послышался голос Джейка. Кэрол облегченно вздохнула. За неделю пребывания Джейка в родительском доме в жизни Кэрол и Элен очень многое переменилось. Майкл тоже стал другим с тех пор, как вернулся сын, и Кэрол чувствовала, что очень скоро Сандерсоны найдут общий язык и окончательно помирятся.

— Прости, я сегодня задержался в городе, — сказал Джейк, переступив порог кухни. — Грузовик сломался, и мне пришлось самому развозить товары клиентам.

— Ничего страшного. — Кэрол улыбнулась, ей было очень приятно, что Джейк извинился за опоздание.

— Мистер Сандерсон несколько раз прошелся сегодня без костылей по коридору! — радостно сообщила Элен.

— Правда? Это хорошая новость. — Джейк потрепал девочку по щеке. — А чем ты сегодня весь день занималась?

— Сначала мы с мамой пекли печенье, а потом я дописала письмо Санта-Клаусу и сыграла с Майклом несколько партий в шашки. Я выиграла два раза, а он только один.

Джейк вымыл руки и сел за стол.

— Похоже, ты чудесно провела сегодняшний день, — заметил он и обернулся к Кэрол. — Соус пахнет так аппетитно, что у меня просто слюнки текут.

Кэрол улыбнулась.

— Потерпи еще несколько минут, скоро я подам ужин.

Джейк откинулся на спинку стула и закрыл глаза. «Семейный уют», «домашний очаг» — эти слова больше не были для него пустым звуком. Сегодня, занимаясь неотложными делами в супермаркете, он несколько раз вспоминал Элен, и его охватывала радость: у него есть дочь!

Обдумывая сложившуюся ситуацию. Джейк не спал всю ночь. Он корил себя за легкомыслие и недальновидность, строил догадки о том, что было бы, если бы девять лет назад он все же разбудил Кэрол и хотя бы вкратце объяснил ей причину своего поспешного ухода. Но почему она не позвонила ему, когда узнала, что беременна?!

Каждый раз, задавая себе трудные вопросы. Джейк вспоминал Сола Уоллеса и неприглядную роль, которую этот человек сыграл в жизни Кэрол и Элен. Ах если бы на следующий день после выполнения задания Джейк забежал сначала к Кэрол, а не в свой отдел, где Уоллес уже поджидал его, чтобы сообщить о предстоящей женитьбе! Джейк горько сожалел об упущенных возможностях и о собственных просчетах, ведь вся его судьба могла сложиться иначе, если бы… Если бы не подлость Сола Уоллеса! Джейк сжал кулаки от бессильной ярости при воспоминании об этом человеке.

Через несколько мгновений он взял себя в руки и попытался успокоиться. Гнев — плохой советчик, надо рассуждать логически, подумал он. Даже если бы Кэрол призналась, что беременна от него, Джейк мог не поверить ей в то время. Увлеченный своей работой, он вряд ли захотел бы обзаводиться семьей. А если бы, почувствовав свою ответственность, сделал предложение, Кэрол могла отказаться связать свою судьбу с человеком, который постоянно рискует жизнью и редко бывает дома.

Возможно, брак Кэрол и Сола вовсе не был случайностью. Джейк не мог простить Уоллесу только одного — жестокости по отношению к ребенку. Зачем Солу понадобилось признаться Элен в том, что он не ее родной отец? Уоллес намеренно нанес девочке глубокую душевную травму. Он вел себя как садист. Джейк стиснул зубы, представив, какое впечатление произвели на ребенка слова Сола.

Почему Уоллес третировал девочку, почему нарушил свое обещание относиться к ребенку, как к своему собственному, и всегда заботиться о нем? Неужели этот подлец женился на Кэрол лишь из мести к нему, Джейку? Лишь ради того, чтобы иметь возможность измываться над его ребенком?!

10

— Ты не мог бы отнести Майклу поднос с ужином?

Голос Кэрол вывел Джейка из задумчивости. Но прежде, чем он успел ответить, зазвонил телефон.

Джейк подошел к аппарату, снял трубку и поздоровался. Кэрол поняла, что звонит Кейт, невестка Мэгги Уилсон. Бросив взгляд на Джейка, Кэрол увидела, что тот увлекся разговором, и, вздохнув, взяла поднос, чтобы отнести его наверх. Когда через несколько минут она вернулась в кухню, Джейк все еще стоял у телефона.

— Еще раз спасибо, Кейт. Увидимся в пятницу вечером. Пока. — Он повесил трубку.

— Кто такая Кейт? И почему ты хочешь встретиться с ней в пятницу? — ревниво спросила Элен.

— Элен! — одернула Кэрол дочь, ставя на стол блюдо с макаронами, посыпанными тертым сыром.

— Кейт — это тетя, которую мы с твоей мамой встретили перед рождественским представлением в вестибюле школы, — терпеливо объяснил Джейк. — Она мама Фила Уилсона из твоего класса. Знаешь такого?

— Конечно! — Элен улыбнулась и протянула Кэрол свою тарелку.

— Вот и отлично. — Джейк положил себе макароны и обильно полил их горячим соусом. — Кейт и ее муж Джошуа в пятницу хотят устроить званый ужин и приглашают меня и твою маму.

Кэрол удивленно посмотрела на Джейка.

— А можно, я тоже пойду с вами? — спросила Элен.

— Прости, но вечеринка только для взрослых. Тебе будет там очень скучно. Представь, мы сядем за стол и целый вечер будем есть и разговаривать.

— Я, пожалуй, позвоню Кейт, чтобы поблагодарить ее за приглашение, — сказала Кэрол. — Однако я вряд ли смогу принять его…

Джейк недовольно нахмурился.

— А в чем дело, Кэрол?

— Я не могу оставить Элен одну. — Кэрол понимала, что ее аргумент звучит слишком неубедительно, и старалась не смотреть на Джейка.

— Но она не останется одна, — возразил он. — Ты забыла, что в доме есть еще Майкл.

— Нет, я, конечно, помню об этом. — Кэрол не отрывала взгляда от своей тарелки с макаронами. — Но не могу же я превращать больного человека в няньку!

— Мама, я уже большая девочка и мне вовсе не нужна нянька, — обиделась Элен.

— Я знаю, милая, и все же… — Кэрол растерялась, видя, что дочь поддерживает Джейка.

— Мама, ты обязательно должна сходить в гости, — сказала Элен категоричным тоном. — Ты никогда никуда не ходишь: ни на вечеринки, ни в кино, ни к знакомым. Мать Полли, моей подружки, постоянно развлекается, ее по вечерам никогда нет дома. Полли говорит, что у ее мамы нет отбою от поклонников. Они назначают ей свидания. А вечеринка и свидание — это одно и то же? — Вопрос был обращен к Джейку.

— Почти, — ответил он, пряча улыбку.

Бросив взгляд на Кэрол, Джейк с удивлением заметил, что ее щеки залил румянец.

— Мама, а ты пошла бы на свидание с Джейком? — спросила Элен, не подозревая, какую бурю эмоций вызвал ее вопрос в душе матери.

Кэрол на мгновение замерла.

— Знаешь, милая… — начала было она, но умолкла, не в силах продолжать: комок подступил к ее горлу. Однако Кэрол не могла и молчать, видя, с каким вниманием смотрят на нее две пары серых глаз, ловя каждое ее движение. — Ну конечно, я непременно пошла бы на свидание с нашим Джейком. — Кэрол улыбнулась дочери.

Она сдалась, понимая, что сопротивление бесполезно. Кроме того, честно говоря, Кэрол очень хотелось хоть на несколько часов сменить обстановку, развлечься, отойти от повседневных забот, забыть на время о своих проблемах.

Несколькими часами позже, лежа в постели, Кэрол обдумывала, в чем же ей пойти в гости. Теперь она очень жалела, что опрометчиво уступила Элен и Джейку. За два последних года, с тех пор как погиб Сол и она вынуждена была в поте лица зарабатывать на хлеб, в ее гардеробе не появилось ни одного нового наряда. Все деньги уходили на питание, квартплату и одежду для подраставшей Элен.

У Кэрол было единственное выходное платье, которое она сшила себе четыре года назад. Их с Солом пригласили как-то на встречу Нового года, и муж вынужден был раскошелиться на обновку. Однако Кэрол до сих пор так ни разу и не появилась на людях в этом открытом черном платье. В тот год накануне праздника, договорившись с соседкой, что та побудет с Элен до утра, Кэрол, которая несколько недель с нетерпением ждала предстоящую вечеринку, надела новый наряд и вышла во двор. Сол должен был заехать за ней на машине, чтобы вместе отправиться в гости. Через несколько минут Уоллес действительно появился, однако мрачно заявил Кэрол, что дежурит этой ночью и их визит к друзьям отменяется. Кэрол охватило отчаяние, но она знала, что с Солом спорить бесполезно.

Теперь это черное вечернее платье могло ей пригодиться. Однако Кэрол сомневалась. Что будет чувствовать себя в нем комфортно — глубокое декольте и открытая спина казались ей слишком нескромными. Не сочтет ли Джейк ее наряд вызывающим?

Кэрол вновь поймала себя на том, что Джейк неизменно вторгается в ее мысли, о чем бы она ни думала. Он будто приворожил ее, навсегда завладел ее душой и телом. Воспоминание о недавнем поцелуе повергло Кэрол в дрожь.

Она со страхом и надеждой ждала пятницы, словно в этот день в ее жизни должно было произойти нечто важное.

Проснувшись на следующее утро, Кэрол взглянула на часы и с ужасом поняла, что проспала. Быстро встав, она оделась и поспешила в кухню, откуда доносился аромат кофе.

— Доброе утро, — приветствовал ее Джейк.

В воскресенье, когда не надо было спешить в супермаркет, он решил заняться приготовлением завтрака.

— Доброе утро, — ответила Кэрол. — Прости, я проспала, а твой отец…

— Все в порядке, я уже накормил его. Садись. Будешь яичницу с беконом?

— Да, но… — Кэрол чувствовала себя провинившейся школьницей, не выполнившей домашнее задание.

Джейк не дал ей договорить.

— Никаких «но». Одно яйцо или два?

— Одно, — машинально ответила Кэрол. — Но тебе не следовало…

— И тосты? — снова перебил он.

— Да, спасибо.

У Кэрол потеплело на душе. Она вдруг подумала о том, что ей, пожалуй, никто никогда не готовил завтрак. Она так привыкла сама заботиться о себе и о своем ребенке, что чужое участие способно было растрогать ее до слез. Кэрол отвела глаза, чтобы Джейк не заметил обуревающих ее чувств.

— А Элен еще не встала? — справившись с собой, спросила она.

— Уже давно на ногах, а сейчас смотрит телевизор. Она хотела разбудить тебя, но я запретил ей. Мне хотелось, чтобы ты хорошенько выспалась. Давай садись. Завтрак почти готов.

Кэрол села за стол, и через несколько минут Джейк поставил перед ней тарелку с яичницей и с хрустящими тостами.

— Спасибо, — с улыбкой поблагодарила Кэрол.

— Кстати, учти, я обожаю готовить завтраки, — сообщил Джейк и украдкой взглянул на Кэрол, чтобы узнать, какую реакцию вызвали его слова.

Кэрол сделала вид, что сосредоточенно ест яичницу.

— Отец просил, чтобы мы втроем — я, ты и Элен — съездили сегодня утром на ферму Петерса и выбрали там рождественскую елку позеленее и попушистее. Как ты на это смотришь? — снова заговорил Джейк.

— Да, я знаю, Майкл говорил мне об этом вчера. Думаю, что Элен с удовольствием отправится с тобой в лес.

— А ты? Разве ты не хочешь поехать с нами? — удивился Джейк.

Кэрол с сожалением покачала головой.

— Нет, я должна остаться с Майклом. Ему понадобится моя помощь. Я считаю, что он должен активнее двигаться, но, конечно, под моим наблюдением. В общем, мне необходимо уделять больше времени моему пациенту.

— Ну хорошо, — немного разочарованно согласился Джейк.

Он очень надеялся, что вместе с ним на ферму поедут Кэрол и Элен. Это была семейная традиция: каждый год перед Рождеством Майкл, Рут и Джейк отправлялись на ферму Петерса, где самый младший из Сандерсонов выбирал елку по своему вкусу. Джейк рассчитывал, что в этом году традиция будет возобновлена. Он решил, что Кэрол отказалась ехать на ферму, чтобы дать возможность отцу и дочери пообщаться наедине и сдружиться еще крепче.

После завтрака Джейк и Элен уехали. Убрав со стола и вымыв посуду, Кэрол поднялась в комнату Майкла. Старик в халате и в тапочках сидел на кровати.

— О, я вижу, вы готовы прогуляться по дому, — с улыбкой сказала Кэрол.

Майкл вздохнул.

— Да, мне чертовски надоело сидеть в четырех стенах.

Он действительно делал успехи и довольно уверенно прошелся по коридору на глазах у Кэрол.

— Вы просто молодчина, — похвалила она. — Если дело так дальше пойдет, очень скоро я окажусь в этом доме не у дел. — Кэрол постаралась произнести последние слова веселым тоном, но в ее голосе слышалась тревога.

— Нет, я не готов расстаться с вами. Я очень привязался к тебе и к Элен. Джейк, несомненно, скоро снова бросит меня, работа всегда стояла у него на первом месте. Я когда-то мечтал, что он женится на какой-нибудь милой девушке и подарит мне внуков, но он женился на своей работе и оставил меня одного.

Сердце Кэрол сжалось от боли. Ей хотелось открыть старику, что Элен его внучка, но она сдержалась. В конце концов Джейк сам должен решить, говорить или не говорить отцу правду. Устраиваясь на работу в дом Сандерсонов, Кэрол втайне надеялась, что Элен и ее дел найдут общий язык и подружатся, пусть даже не подозревая о своем родстве.

— Сегодня я чувствую себя значительно лучше, — сказал Майкл, переводя дыхание. — Завтра надо попробовать спуститься по лестнице. Думаю, у меня получится.

— Давайте отложим эксперимент на несколько дней.

— Может быть, ты и права, — проворчал старик, снова укладываясь в постель. — Я совсем выбился из сил, мне надо вздремнуть.

— Здравая мысль, я зайду попозже. — Кэрол вышла из спальни и направилась в кухню.

Она почистила овощи, мелко нарезала их и поставила тушиться. Кэрол любила готовить, но сегодня делала это без души. Ей не давала покою мысль о том, что будет с ней и с маленькой Элен, когда Майкл окрепнет и прочно встанет на ноги.

Благодаря щедрости мистера Сандерсона, хорошо платившего Кэрол за услуги, она арендовала в городе большую квартиру, в которую могла переехать в любой момент. Но у Кэрол не было сбережений и, потеряв работу в доме Майкла, ей пришлось бы срочно подыскивать другое место.

— Мама! Посмотри, какую елку мы привезли! — раздался звонкий детский голос в прихожей.

Кэрол вышла из кухни и увидела раскрасневшуюся Элен с сияющими глазами.

— Ну и где же елка?

— Она еще в кузове пикапа. Знаешь, мама, Джейк говорит, что ее макушка будет доставать до самого потолка! Ты когда-нибудь видела такое большое рождественское дерево?! — щебетала девочка.

— Нет, дорогая. У нас в этом году действительно будет замечательная елка. Тебе понравилось на ферме?

Элен кивнула.

— Джейк сказал, что я могу сама выбрать елку, какую захочу! — возбужденно рассказывала она. — А потом он срубил дерево. Это было не так-то просто. Правда, Джейк?

— Конечно, малышка, — ответил он, входя в дом.

— Давайте прямо сейчас установим и украсим елочку! — предложила Элен, переводя взгляд с отца на мать.

Джейк улыбнулся, вспоминая собственное нетерпение в детстве, когда они с Майклом привозили зеленую красавицу из лесу домой.

— Сначала надо, чтобы она обсохла, это займет пару дней, — сказал Джейк и, видя, как улыбка сходит с лица девочки, добавил: — Но мы можем затащить ее в дом и установить. Поднимемся на чердак, крошка, там ты увидишь потрясающие елочные украшения и поможешь мне отыскать подставку для дерева.

— Здорово! — Элен снова воспрянула духом.

— Как ты думаешь, не покататься ли нам на санках после обеда? — неожиданно спросил Джейк, хитро прищурившись.

Девочка застыла, с широко раскрытыми от изумления глазами.

— А… а у тебя есть санки? — спросила она, не веря своему счастью.

— Конечно, в этом доме все есть. — Джейк засмеялся. — Они стоят в сарае и давно уже ждут, когда мы о них вспомним. К сожалению, на них много лет никто не катался, поэтому днище надо натереть воском. Это — тобогган, у него нет полозьев. Итак, после обеда мы отправимся на Оленью гору!

— Ура-а! — в восторге завопила Элен. — А где находится Оленья гора?

— Для того чтобы попасть туда, нам надо перейти поле, миновать перелесок, перебраться по мостику на другой берег реки — словом, это настоящий поход. Оленья гора находится на землях, принадлежащих семейству Роудов, но в это время года доступ в их владения открыт для всех. В детстве я каждую зиму бегал туда с ребятами, чтобы покататься на санках. Я уверен, тебе там очень понравится.

— А ты пойдешь с нами? — обратилась Элен к матери.

Кэрол не знала, что ответить. Она хорошо помнила, как захватывает дух, когда несешься на санях с крутой Оленьей горы, стараясь не врезаться в деревья и не перевернуться в сугроб.

— Ну, пожалуйста, мама, пойдем с нами, — начала упрашивать Элен, видя, что Кэрол колеблется. — Будет так весело!

— Элен права, — поддержал девочку Джейк. — А кроме того, тобогганом легче управлять, когда едешь втроем. Ну если ты, конечно, боишься, то другое дело…

Кэрол удивленно взглянула на Джейка, он явно подтрунивал над ней. Это был вызов, и она не могла не принять его.

— Когда мы отправляемся? — спросила Кэрол наигранно бодрым тоном.

— Я же сказал, сразу после обеда, — с улыбкой ответил Джейк.

Он искренне обрадовался, что Кэрол идет с ними кататься на санях. Во время поездки на ферму Петерсов Джейк ощущал отсутствие Кэрол, ему ее не хватало. Рождество и все, что с ним связано, — дело семейное, а поскольку Кэрол мать его ребенка, значит, она член семьи Сандерсон.

— Пойдем. Элен, на чердак поищем подставку для елки.

И Джейк, взяв девочку за руку, направился к лестнице.

Вернувшись в кухню, Кэрол занялась приготовлением обеда. Ее беспокоили отношения Элен и Джейка. Дружба отца и дочери с каждым днем крепла, привязанность девочки к Джейку росла. Кэрол слышала веселый смех и обрывки фраз, доносившиеся сверху, и невольно сравнила Джейка с Солом. Оба они работали в одном ведомстве, закончили одну спецшколу, но совсем не походили друг на друга. Джейк с избытком был наделен теми качествами, которых не доставало Солу, чтобы создать настоящую семью и наладить отношения с ребенком. Кэрол понимала, что обязана открыть Элен имя ее настоящего отца. Но Кэрол останавливало одно обстоятельство: Джейк слишком любит свою работу, он приехал в Гленвилл на несколько недель и скоро уедет. Что будет тогда с Элен? Кэрол не хотела, чтобы ее дочь опять страдала.

После обеда Элен и Джейк отправились в сарай за санками, а Кэрол наведалась в комнату Майкла, отнесла ему термос с горячим шоколадом и спустилась вниз.

Элен надевала в прихожей теплые сапожки.

— Где твоя вязаная шапочка? — с беспокойством спросила Кэрол, увидев, что на девочке нет головного убора.

— Она здесь, мама. — Элен достала ее из кармана и надела на голову: — Ты уже видела этот… как его?.. тобогган? Посмотри, он стоит во дворе! Просто чудо!

Кэрол выглянула из окна прихожей и увидела утонувшие в снегу большие деревянные индейские сани.

— Да уж красивы на загляденье. — Кэрол улыбнулась, представив, как они все втроем помчатся на них с горы.

— Ну что, собрались? — спросил Джейк, входя с улицы в прихожую и окидывая взглядом Кэрол и Элен.

— Конечно! Мы готовы, правда, мама?

Кэрол с улыбкой кивнула и вышла на крыльцо. Замерев, она сунула руки в карманы своей лыжной куртки и всей грудью вдохнула свежий, бодрящий, слегка морозный воздух. На душе у нее было как никогда светло и спокойно.

— Ну что? Вперед! — скомандовал Джейк, закрывая дверь дома.

Элен подбежала к саням и, схватив веревку, потащила их по снегу. Джейк пристроился рядом и, стараясь сдерживать шаг, помогал девочке волочить неуклюжий тобогган. Кэрол шла за ними, испытывая беспричинную радость.

Когда Кэрол очутилась на вершине Оленьей горы и взглянула вокруг, у нее захватило дух от великолепия расстилавшегося перед ней зимнего пейзажа. Долина реки, перелесок, холмы — все было укрыто белоснежным ковром, контрастировавшим с ярко-синим безоблачным небом. Здесь уже катались взрослые и дети, оглашая округу смехом и радостными криками.

Элен пришла в неописуемый восторг. Она быстро села в сани и, продвинувшись к переднему краю, вытянула ноги.

— Мама, садись за мной! — нетерпеливо воскликнула девочка.

Кэрол помедлила в нерешительности, но все же устроилась позади дочери. Джейк уселся за спиной Кэрол, обняв ее за талию. Кэрол смутилась, когда он сжал коленями ее бедра. Но тут сани начали движение и через несколько мгновений набрали скорость. Кэрол казалось, что тобогган не скользит, а летит по воздуху. Она в страхе прижала дочь к груди.

— Держитесь крепче! — прокричал Джейк.

Элен в ответ издала восторженный вопль.

Щеки Кэрол раскраснелись. Страх и подавленность, преследовавшие ее последние дни, бесследно исчезли. Она безбоязненно откинулась всем туловищем, ощущая сзади надежную опору — широкую грудь Джейка.

Когда сани, скатившись с горы, замедлили ход и остановились. Элен повернула голову к матери и восхищенно воскликнула:

— Вот это класс! Правда, мама?

— Правда, дорогая, — подтвердила Кэрол, хотя голова у нее немного кружилась.

Элен вскочила на ноги и схватила веревку саней.

— Давайте еще раз прокатимся!

— Не возражаю, — согласился Джейк, стряхивая налипший на его теплые спортивные брюки снег.

Он подал Кэрол руку, чтобы помочь ей встать на ноги. Однако, поднимаясь, она не удержала равновесие, и, чтобы не дать ей упасть, Джейк подхватил Кэрол под мышки и прижал к груди. Кэрол взглянула в глаза Джейка, и ее сердце учащенно забилось. Отстранившись от него, она сделала шаг назад.

— Мама, Джейк, ну пойдемте же быстрее наверх! — прервал неловкое молчание возглас Элен.

Джейк тут же подхватил веревку и, увлекая за собой девочку, потащил сани вверх по склону. Кэрол поспешила следом за ними, успокаивая себя тем, что не случилось ничего страшного.

Добравшись до вершины горы, Элен тут же уселась на переднюю часть тобоггана.

— Мама, ты где? Садись! — Девочка повернула голову в сторону Кэрол и нетерпеливым жестом указала ей на место за своей спиной.

— Пожалуй, я немного отдохну, — пробормотала Кэрол, не поднимая глаз.

Ни Элен, ни Джейк не стали ее уговаривать. И Кэрол даже немного обиделась на них. Джейк быстро сел позади дочери, обхватил ее за плечи, и санки понеслись с горы. Кэрол проводила их завистливым взглядом.

Дожидаясь, пока они снова вскарабкаются на гору, Кэрол перекинулась парой слов со своими знакомыми, тоже оказавшимися здесь в этот день.

— Мама! — окликнула ее Элен. Обернувшись, Кэрол увидела, что глаза дочери сияют счастьем, и комок подступил к ее горлу.

— Ну как тебе понравилось на этот раз? — Кэрол улыбнулась, чувствуя, как ее взгляд заволакивает пелена слез.

— Мы с Джейком в конце упали с саней прямо в сугроб! — восторженно сообщила девочка и звонко рассмеялась. — Знаешь, мама, я встретила здесь Ника, моего школьного товарища, он предложил мне прокатиться вместе на его санях. Ты позволишь, правда? Ты не будешь возражать?

Элен умоляюще смотрела на мать. Кэрол знала, что Ник — школьная симпатия дочери, и не могла отказать ей в просьбе. Но, когда девочка была с Джейком, она не беспокоилась за нее. Однако мысль, что Элен спустится с горы на санках вместе со сверстником, несмышленым безответственным мальчишкой, вселяла в Кэрол тревогу.

— Я даже не знаю… — Кэрол с сомнением покачала головой.

— Обещаю, что буду очень осторожной, — продолжала упрашивать ее Элен.

— Не беспокойся, все будет в порядке, — поддержал дочь Джейк.

— Ну хорошо, — наконец сдалась Кэрол.

Элен радостно захлопала в ладоши и побежала к ждавшему ее Нику.

— Если хочешь, мы можем скатиться с горы вслед за ними. — Джейк развернул тобогган и установил его в начале трассы.

Кэрол озабоченно взглянула па Элен и Ника, которые уже готовы были начать спуск.

— Хорошо, — сказала она и села впереди.

Джейк тут же занял место у нее за спиной, крепко обхватил руками талию Кэрол, и через мгновение их сани уже неслись по склону горы. Холодный ветер сорвал шапочку с головы Кэрол, и теперь ее волосы развевались, щекоча лицо Джейка.

Кэрол закрыла глаза и откинулась на грудь Джейка. Но вот тобогган сделал крутой вираж, сошел с трассы и, врезавшись в сугроб, остановился. Кэрол и Джейк упали в снег и кубарем покатились по склону. Кустарник на обочине трассы задержал их движение, и когда через несколько мгновений Кэрол пришла в себя, то увидела рядом с собой Джейка. Склонившись над ней, он озабоченно вглядывался в ее лицо.

— С тобой все в порядке? Ты не ушиблась?

— Нет, все хорошо, — ответила Кэрол.

Джейк осторожно стряхнул снег с ее волос. Его теплое дыхание коснулось лица Кэрол, и у нее закружилась голова. Джейк был так близко, взгляд его серых глаз завораживал Кэрол. Она чувствовала, как пылают ее щеки. Он тронул губами прядку ее волос, мочку уха, подбородок. И наконец, не в силах сопротивляться охватившему их чувству, они слились в поцелуе. Жаркая волна желания накатила на Кэрол. Внезапно она ясно осознала, что любит этого мужчину. И всегда любила, несмотря на все попытки забыть его, изгнать из своего сердца, обмануть себя. Эта мысль словно отравленная стрела пронзила ее душу. Почувствовав перемену, произошедшую с Кэрол. Джейк прервал поцелуй и удивленно взглянул на нее. В глазах Кэрол стояли слезы.

— Что с тобой, Кэрол? Я сделал что-то не так?

— Мама! Мама! — совсем близко раздался голос Элен. И через мгновение девочка появилась из-за кустов. На ее лице застыл испуг. — Мама! Я видела, как вы упали. Как ты себя чувствуешь?

Джейк быстро поднялся на ноги и повернулся лицом к Элен.

— С твоей мамой все в порядке, — сказал он, хотя сам не был уверен в этом. Джейк так и не понял, отчего Кэрол заплакала. — Мы с твоей мамой упали с саней точно так же, как до этого с тобой. Это забавно и совсем не страшно.

Джейк протянул Кэрол руку, но на этот раз она встала сама, не воспользовавшись его помощью.

— С тобой правда все в порядке, мама? — допытывалась Элен дрожащим от волнения голосом.

— Переломов, слава Богу, нет. Просто у меня слегка кружится голова. — Кэрол попыталась улыбнуться дочери. — А где наш тобогган?

— Он там, за сугробом. — Элен махнула рукой в ту сторону, где из-под снега виднелся край саней.

Пока они вновь поднимались по склону, Кэрол старалась собраться с мыслями. Только что сделанное открытие неприятно поразило ее. Она всегда сопротивлялась тому сильному чувству, которое испытывала к Джейку. Но пришло время признаться в своем поражении. Кэрол была подавлена. Ее больше не радовал чудесный зимний день. Однако, чтобы не портить настроение Элен и Джейку, она притворилась веселой и настояла, чтобы они еще раз спустились на санях с горы.

На обратном пути Элен не умолкая делилась впечатлениями от катания на тобоггане, и болтовня дочери на время отвлекла Кэрол от грустных мыслей.

Переступив порог дома, Кэрол под предлогом, что ей необходимо переодеться, сразу же удалилась в свою комнату. Оказавшись наедине с собой, она рухнула как подкошенная на стоявший у стены стул и закрыла лицо руками.

Кэрол вновь принялась внушать себе, что не любит Джейка, что не может любить человека, который разбил ее сердце. Но на этот раз ей не удалось обмануть себя.

11

Приняв горячий душ и вымыв голову, Кэрол завернулась в махровое полотенце и села на кровать. Больше всего на свете ей хотелось забиться под одеяло и провести остаток дня в постели.

Тяжело вздохнув, она взяла второе полотенце и обмотала им голову. Кэрол не знала, как ей теперь вести себя с Джейком. Осознание того, что она любит и всегда любила его, удручало ее. Сумеет ли она и дальше притворяться, делая вид, будто ничего не произошло?

Через четверть часа, высушив волосы феном и надев брючный костюм из мягкой фланели, Кэрол спустилась в холл и прошла в кухню. К ее огромной радости, Джейка здесь не было, за столом сидела Элен и акварельными красками рисовала рождественскую елку. Кэрол облегченно вздохнула.

— А где Джейк? — поинтересовалась она.

— Он поднялся наверх, чтобы принять душ.

Значит, ему надо будет сделать перевязку, подумала Кэрол, но тут же отогнала эту мысль. В конце концов он взрослый человек и самостоятельно может научиться накладывать бинт на рану и закреплять его лейкопластырем.

Кэрол поставила на огонь кастрюлю с картошкой, которую заранее начистила, и начала накрывать стол к ужину. Через минуту на лестнице раздались шаги, и сердце Кэрол учащенно забилось. Джейк тоже переоделся: дымчатый свитер плотно облегал его широкие плечи. Пригладив рукой еще влажные после душа волосы, он молча сел за стол.

Разговор за ужином не клеился. Кэрол отвечала невпопад, украдкой посматривая на Джейка. Сегодня он был как никогда хорош. Кэрол не могла наглядеться на него, любовалась правильными чертами его мужественного лица, иссиня-черными густыми волосами, выразительными серыми глазами. Она ругала себя за слабость, но ничего не могла поделать с собой.

Необычно молчаливая Элен вяло ковыряла вилкой салат. Забеспокоившись, Кэрол присмотрелась к девочке и заметила лихорадочный блеск в ее глазах. Она тут же пощупала лоб дочери и сильно встревожилась.

— По-моему, у тебя жар, дорогая.

— Меня знобит, — пожаловалась девочка и отодвинула тарелку: у нее не было аппетита.

— Хочешь, я вызову по телефону доктора Эдвардса? — В голосе Джейка слышалось беспокойство.

— Думаю, в этом нет необходимости, — ответила Кэрол. — Элен просто сильно устала сегодня. Надо пораньше уложить ее в постель, сон пойдет ей на пользу.

Кэрол хорошо знала своего ребенка: у Элен нередко повышалась температура после напряженного дня или от обилия новых впечатлений.

— Пойдем, дорогая, я потеплее укрою тебя и дам аспирин.

Элен безропотно встала и пошла за матерью.

— Спокойной ночи, крошка. Надеюсь, к утру все пройдет! — крикнул ей вслед Джейк.

Переодевшись в пижаму и приняв аспирин, Элен забралась под одеяло, и Кэрол заботливо подоткнула его.

— Мама, как ты думаешь, я смогу завтра поехать в школу? — сонным голосом спросила девочка.

Кэрол кивнула.

— Я уверена, что завтра утром ты встанешь как ни в чем не бывало.

Элен едва заметно улыбнулась.

— Хорошо бы. Завтра миссис Ликриш соберет наши письма к Санта-Клаусу и отнесет их на почту.

— А, вот почему ты не хочешь пропускать занятия! — Кэрол улыбнулась.

— Знаешь, мама, я так хочу, чтобы Санта-Клаус исполнил все-все мои желания. Может такое быть?

Видя, с какой надеждой дочь смотрит на нее, Кэрол перестала улыбаться и присела на край постели.

— Понимаешь, милая, если ты составила слишком длинный список желаний, то, боюсь, Санта-Клаусу будет очень трудно исполнить их все до одного.

— Нет, список вовсе не длинный! Но у меня есть одна заветная мечта, которая непременно должна сбыться на Рождество.

— Ты имеешь в виду кукольный домик? — Кэрол ласково провела ладонью по горячему, слегка влажному лбу ребенка.

— Да, я очень хочу кукольный домик, но… — Элен замолчала и опустила глаза.

— Что, милая? Продолжай.

— Но еще больше мне хочется, мне хочется… — Девочка закусила нижнюю губу и опять умолкла, явно не желая договаривать.

Кэрол удивила скрытность дочери, у которой раньше никогда не было от нее секретов.

— Интересно, что это может быть? — задумчиво промолвила Кэрол, вызывая дочь на откровенность.

— Это очень необычное желание, мама, — грустно сказала Элен. — Пусть оно останется для всех тайной, о нем будем знать только я и Санта-Клаус. К нему, наверное, еще никогда не обращались с подобными просьбами.

— Ну хорошо, не тревожься. Санта-Клаус обязательно прочтет твое письмо и постарается, чтобы все твои мечты сбылись на Рождество.

Кэрол надеялась, что за оставшиеся до праздника дни выведает секрет Элен.

— Если он исполнит мое заветное желание, это действительно будет самое счастливое Рождество в моей жизни, как ты и обещала, мама, — сказала Элен.

— Надеюсь на это, крошка. — Кэрол наклонилась и поцеловала дочь. — Спи спокойно. Я зайду попозже посмотреть, как ты тут. Постарайся уснуть, завтра силы вернутся к тебе.

Элен кивнула и закрыла глаза. Кэрол заглянула к Майклу и немного поболтала с ним. Видя, что у старика слипаются глаза, она забрала поднос, на котором приносила ужин, и, пожелав старику спокойной ночи, вышла из комнаты. Вздохнув, она начала медленно спускаться по лестнице, стремясь хотя бы еще на несколько секунд оттянуть встречу с Джейком.

Джейк, закатав рукава, мыл посуду.

— Как Элен? — озабоченно спросил он.

— Немного лучше. Она переутомилась: сначала поездка на ферму за елкой, потом катание на санях. Слишком много впечатлений для одного дня. Мне следовало учесть это. — Кэрол старалась говорить легко и непринужденно, но на душе у нее скребли кошки.

Джейк заметил, в каком состоянии находится Кэрол, и подумал, что причиной тому недомогание Элен. Он принялся молча мыть посуду, стоявшую на подносе, который Кэрол принесла из комнаты Майкла. А Кэрол, взяв полотенце, стала тщательно вытирать тарелки и кружки, принимая их из его рук.

— Расскажи мне об Элен. — прервал молчание Джейк.

Кэрол вздрогнула от неожиданности и искоса взглянула на него. Лицо Джейка осталось непроницаемым.

— Что именно ты хочешь знать о ней?

— Все. Я хочу знать о своей дочери абсолютно все. — На скулах Джейка заходили желваки.

— Все… — словно эхо, повторила за ним Кэрол.

Она вдруг в полной мере осознала свою вину перед Джейком. Скрыв от него существование дочери, она лишила Джейка радости отцовства, приятных забот и волнений, связанных с уходом за младенцем, наблюдением за тем, как он растет. Все это было невосполнимо.

— У тебя есть фотографии девочки? — спросил Джейк, видя, что Кэрол растерялась и не знает, с чего начать.

Кэрол задумалась. Конечно, у нее были снимки дочери, но они находились в ее квартире в Гленвилле.

— К сожалению, у меня нет с собой этих фото. Впрочем, подожди… я вспомнила, у меня же в бумажнике есть снимки Элен! — обрадовалась она.

— Можно мне взглянуть на них? — оживился Джейк.

— Конечно. Минутку, я сейчас вернусь. — Бросив полотенце на спинку стула, Кэрол быстро вышла из кухни.

Джейк домыл посуду, поставил чайник на огонь и достал из шкафа две фарфоровые чашки, которые особенно любила его мать. Он грустно улыбнулся, вспомнив, как, возвращаясь в юности домой за полночь, частенько заставал маму в кухне — за чаепитием. Рут всегда с улыбкой говорила, что вовсе не поджидает его, а просто ей не спится, и приглашала сына к столу.

Ах, мама, как мне сейчас тебя не хватает! — с горечью подумал Джейк. Во время ночных посиделок он делился с ней своими планами, рассказывал, что хочет стать агентом ФБР, чтобы защищать честных граждан от обнаглевших преступников. Рут всегда поддерживала сына в его начинаниях, она бесконечно верила в него.

Джейк очень дорожил дружбой с матерью, с отцом у него в ту пору тоже были прекрасные отношения. Как хорошо, когда ребенок растет в полной семье, когда у него двое любящих родителей, подумал Джейк и внезапно вспомнил об Элен. Девочка была лишена отцовской любви и заботы.

Майкл играл в жизни сына заметную роль, Джейк не мог отрицать этого. Прежде они всегда находили общий язык. Единственным камнем преткновения была профессия Джейка. Отцу категорически не нравился выбор сына. Майкл мечтал, что Джейк пойдет по его стопам и в свое время возглавит супермаркет. Рут защищала сына, спорила с мужем, стараясь убедить его в том, что Джейк на правильном пути. Однако Майкл считал, что именно служба в ФБР ожесточила Джейка, превратила его в равнодушного к бедам близких, неотзывчивого человека.

Возможно, отец был в чем-то прав, часто думал Джейк. Действительно, когда мать слегла и стало ясно, что она умирает, Джейк мог взять отпуск, чтобы больше времени проводить с ней и поддерживать отца в его горе. Однако Джейк не сделал это, а, напротив, с головой ушел в работу, чтобы забыть о несчастье, свалившемся на его семью. Теперь Джейк расценивал свое поведение как трусость. Он больше не упрекал отца в том, что тот отвернулся от него после смерти Рут. Оставленный один на один со своим горем, старик имел право обвинять сына в жестокосердии.

Джейка мучили угрызения совести. Он раскаивался во многих поступках, совершенных за последние годы. Но, главное, жертвами его эгоизма и легкомыслия стали Кэрол и Элен. Некоторые ошибки еще можно было исправить. Однако Джейк не хотел принимать поспешных решений. Теперь самым важным для него было благополучие Элен, его дочери.

— Прости, что я заставила тебя долго ждать, — прервала его размышления Кэрол, вернувшись на кухню. — Майкл попросил принести ему что-нибудь почитать, и я перерыла весь книжный шкаф, подыскивая книгу поинтереснее. А вот и фотографии.

Кэрол положила на стол пять снимков Элен, которые всегда носила в бумажнике.

— Спасибо. — Джейк принялся внимательно разглядывать их. — Какой очаровательный ребенок…

— Да, здесь ей три месяца, — прокомментировала Кэрол, заглядывая через плечо Джейка. — А на этом снимке нам уже исполнился год…

— Какая грусть в ее глазах… Эту малышку не назовешь счастливой, — задумчиво проронил Джейк.

Его слова ранили душу Кэрол.

— Я старалась быть хорошей матерью, — с обидой в голосе сказала она.

— Прости. Я не имею права упрекать тебя. — Джейк ласково похлопал ее по руке, и у Кэрол отлегло от сердца.

Джейк налил ей чаю, и они еще долго сидели в кухне. Кэрол вспоминала смешные и драматические случаи из жизни дочери: проказы, шалости, болезни, увлечения… Джейк с жадностью ловил каждое слово.

Случайно взглянув на часы, Кэрол всполошилась: близилась полночь, время пробежало незаметно.

— Я поднимусь к Элен, посмотрю, как она там, — сказала Кэрол, вставая.

— Да, конечно, огромное спасибо, Кэрол! — искренне поблагодарил ее Джейк и вновь стал перебирать разложенные на столе фотографии дочери.

На душе Кэрол потеплело, она растроганно посмотрела на Джейка. Ах, если бы не Сол! — в который уже раз подумала она. Если бы не его уговоры не звонить Джейку, не говорить ему о ребенке, может быть, наша жизнь сложилась бы совсем по-иному и у моей милой крошки был бы любящий отец.

— Ты можешь оставить себе эти снимки, — сказала Кэрол, видя, что Джейк не хочет с ними расставаться. — У меня на городской квартире много фотографий Элен.

— Может быть, когда-нибудь мне удастся их тоже посмотреть…

— Может быть, — сухо сказала Кэрол и вышла из кухни.

Джейк задумчиво посмотрел ей вслед. Странно, но за весь вечер Кэрол ни разу не упомянула о Соле, словно этот человек не существовал в ее жизни. По всей видимости, Уоллес полностью игнорировал ребенка, не проявлял к девочке ни малейшего интереса, и это было жестоко с его стороны. Маленькая Элен не могла не задаваться вопросом, почему человек, которого все называют ее отцом, демонстративно не замечает ее? Чем она заслужила его нелюбовь?

Джейк подозревал, что Сол ненавидел Элен, зная, чья она на самом деле дочь. Что же теперь делать? — эта мысль не давала Джейку покою. Он отдавал должное преданности и заботливости Кэрол по отношению к ребенку. Он признавался себе, что эта женщина до сих пор волнует его. И внезапно Джейка осенила блестящая идея… Он понял наконец, что должен предпринять в сложившейся ситуации.

Но прежде всего следовало уговорить Кэрол.

Как и предсказывала Кэрол, на следующее утро Элен проснулась совершенно здоровой. Спрятав письмо Санта-Клаусу в портфель, девочка побежала к остановке, чтобы ехать в школу. Джейк отправился в супермаркет, а Кэрол занялась обычными домашними делами.

Зайдя проведать Майкла, она увидела, что он разгуливает по своей комнате.

— Я ждал тебя, Кэрол! — обрадовался старик ее приходу. — Поменяй мне, пожалуйста, эту книгу. В книжном шкафу в гостиной когда-то стоял толстый том «История Второй мировой войны», ее написал мой однофамилец Джозеф Сандерсон. Будь добра, принеси мне его.

— Конечно, я сейчас схожу. — Кэрол улыбнулась, довольная, что в Майкле вновь проснулся интерес к жизни. Он всегда увлекался историей и много читал до того, как попал в больницу.

Однако найти указанную стариком книгу оказалось непросто. Кэрол перерыла весь книжный шкаф в гостиной, но ее поиски были безрезультатными. Тогда она решила заглянуть в еще одну комнату, расположенную на первом этаже, — в бывшую супружескую спальню Майкла и Рут.

Открыв дверь и войдя в полутемное помещение. Кэрол почувствовала себя настоящей преступницей, нарушившей запрет хозяина дома. Вздохнув, она подошла к окну и отдернула тяжелые шторы. Яркий солнечный свет залил комнату. Подойдя к книжным полкам, она пробежала глазами по корешкам, нужной Майклу книги здесь тоже не оказалось, однако тут было много любовных романов, которыми всегда зачитывалась Кэрол. Увидев несколько знакомых названий, она взяла с полки полдюжины книг и, удобно устроившись на покрывавшем пол пушистом ковре, углубилась в чтение.

— Кэрол? Ты здесь?

Кэрол вздрогнула от неожиданности, услышав голос Майкла, и сразу же вскочила. Старик стоял на пороге спальни.

— Майкл? Как вы спустились по лестнице? Простите… Я подумала… простите меня, я не хотела причинять вам боль. — Кэрол виновато взглянула на него.

— Пустяки. — Майкл видел, как переживает Кэрол, и ему стало жаль ее. Он прошел к окну и, сев в старое уютное кресло, обвел глазами комнату. — Рут так любила эту спальню.

— И я ее хорошо понимаю. Здесь очень красиво! — с искренним восхищением отозвалась Кэрол.

— Она сама подбирала мебель, покупала обои, заказывала шторы, — словно не слыша ее, продолжал Майкл.

Внезапно он замолчал и ушел в себя. Поняв, что надо оставить старика наедине с его воспоминаниями, Кэрол тихо вышла из комнаты и бесшумно закрыла за собой дверь.

Она решила позвонить Джейку и попросить его привезти из больницы инвалидную коляску, на которой Майкл мог бы передвигаться по первому этажу, устав ходить. Кэрол набрала хорошо знакомый ей номер телефона.

— Супермаркет Сандерсона. Джейк Сандерсон у телефона.

— Джейк, это Кэрол.

— Кэрол? Что произошло?! Что-то случилось с отцом?! — встревожился Джейк.

— Все в порядке, не волнуйся, — поспешила успокоить его Кэрол. — Майкл прекрасно чувствует себя. Сегодня он самостоятельно спустился по лестнице на первый этаж.

— Что? — Джейк не поверил собственным ушам. — Что ты сказала?

— Майкл спустился вниз. Сейчас он находится недалеко от меня, а я говорю из кухни.

— Так он в кухне вместе с тобой?

— Нет, — терпеливо объяснила Кэрол. — Ты, возможно, не поверишь, но твой отец сейчас сидит в спальне на первом этаже.

Молчание на другом конце провода свидетельствовало о том, что Джейк потрясен новостью.

— Так ты утверждаешь, что с ним тем не менее все в порядке? — наконец вымолвил он.

— Да, он в прекрасном самочувствии.

— Теперь я вижу, его дела действительно идут на поправку.

— Я хотела попросить тебя заехать в больницу и забрать инвалидную коляску для Майкла.

— Да, конечно, я заеду.

— Спасибо. — Кэрол уже хотела положить трубку, но почувствовала, что Джейк еще хочет что-то сказать.

И она не ошиблась.

— Подожди, Кэрол, нам с тобой надо кое-что обсудить. Это касается Элен.

У Кэрол упало сердце.

— Значит, ты принял решение. — Она удивилась спокойствию, с которым произнесла эти слова.

— Да. И мне нужно серьезно поговорить с тобой. Наедине.

— Тогда сегодня вечером после ужина мы можем снова посидеть в кухне за чаем.

— Хорошо. Меня это устраивает, — сразу же согласился Джейк и повесил трубку.

Кровь гулко стучала в висках Кэрол. Она медленно отошла от телефона, стараясь успокоиться. Напрасно гадать, как именно решил поступить Джейк. Кэрол тряхнула головой, отгоняя тяжелые мысли, и направилась в комнату, где сидел Майкл.

— Мистер Сандерсон! — негромко окликнула она, переступив порог. — Как вы себя чувствуете?

— Превосходно, — отозвался старик. — Мне уже давно следовало бы сделать это. — Майкл сокрушенно вздохнул.

— Что сделать? — не поняла Кэрол.

— Прийти в эту комнату. Но мне было нелегко. Слишком живы воспоминания о моей незабвенной Рут. — Голос старика сорвался, Майкл с трудом сдерживал слезы.

Кэрол ничего не сказала, понимая, что утешения сейчас бесполезны. После долгого молчания, взяв себя в руки, Майкл продолжил:

— Я должен был прислушаться к совету Джейка и привезти Рут домой, в родные стены. Но мое проклятое упрямство…

Сердце Кэрол разрывалось от жалости к старику.

— Вы же хотели сделать, как лучше, — пыталась она утешить его.

— Нет, я никогда не прощу себе… — Майкл закрыл лицо руками. — Она умерла в полном одиночестве. Меня не было с ней в последние минуты ее жизни. Все ночи напролет, пока Рут лежала в больнице, я проводил рядом с ней, сидел у ее кровати, держал за руку, ловил каждый ее взгляд, каждое слово. И лишь в ту ночь, когда она умерла, меня не было в ее палате. Как такое могло случиться? Мысль о том, что она испустила последний вздох всеми покинутая, не дает мне покою.

— Вы ошибаетесь, Майкл, Рут не была одна в последние минуты жизни. Рядом с ней находился Джейк.

Майкл вновь опустил руки на подлокотники кресла и недоверчиво взглянул на Кэрол.

— Я знаю, он это утверждает, но я ему не верю. Его никто не видел в больнице в ту ночь. Ни один человек!

— Неправда, Майкл. Я — свидетель того, что Джейк приходил к матери в ночь ее смерти. Было уже за полночь, мое дежурство как раз закончилось и я собиралась идти домой, когда столкнулась в коридоре с вашим сыном. На него было больно смотреть, он метался по больнице, сам не свой от горя. Зная, в каком состоянии находится Рут, я поняла, что случилось. Я не могла оставить его одного и пригласила к себе на чай. — Кэрол почувствовала, что ей пора остановиться, поставить на этом месте в своем рассказе точку и замолчала.

Майкл облегченно вздохнул.

— Значит, все же Джейк был с матерью в ту ночь. А я не хотел верить ему… Я не хотел снимать с себя вину за то, что оставил Рут один на один со смертью.

— Вы ни в чем не виноваты! — горячо принялась убеждать его Кэрол. — Ваша жена знала, как сильно вы ее любите. И я думаю… я уверена. Рут не позволила бы вам так долго быть в ссоре с сыном. Вы должны окончательно помириться с Джейком.

Майкл глубоко задумался.

— Да, ты права, пришло время забыть старые обиды.

Кэрол радостно улыбнулась.

— Я сварила ваш любимый фасолевый суп на ланч, сейчас я принесу вам костыли, и вы сможете самостоятельно добраться до кухни.

То, что окончательное примирение отца и сына не за горами, согревало ее душу, но Кэрол не мог не беспокоить предстоящий разговор с Джейком, от которого зависела ее собственная судьба и судьба ее ребенка.

12

Пока Майкл ел. Кэрол навела порядок в спальне на первом этаже. Все спорилось в ее руках, и Майкл, когда снова вошел в комнату, восхищенно присвистнул. Кэрол проветрила помещение, сняла чехлы с мебели, вытерла пыль, почистила ковер, перестелила постель. Похоже, мистер Сандерсон не желал больше покидать эту спальню. Он прилег на большую двуспальную кровать, чтобы немного вздремнуть, а Кэрол вернулась в кухню.

Перемыв и убрав в шкаф посуду, она занялась приготовлением ужина.

Внезапно в прихожей хлопнула дверь, и Кэрол удивленно взглянула на часы. Ни Джейк, ни Элен никогда не возвращались в это время.

— Мама, это мы! — раздался детский голос.

— Почему так рано? — Кэрол вышла в прихожую, где Элен и Джейк уже снимали верхнюю одежду.

— Джейк подвез меня домой на пикапе, — сообщила девочка. — Иначе мне пришлось бы еще сорок минут ждать школьный автобус.

— Я сегодня пораньше уехал из супермаркета, захватил по дороге инвалидную коляску и, проезжая мимо школы, увидел Элен. Как отец?

— Он отдыхает здесь в соседней комнате.

— А это правда, что мистер Сандерсон сегодня самостоятельно спустился с лестницы?

— Да, дорогая. — Кэрол улыбнулась дочери, еще не догадываясь о причине ее любопытства.

Девочка погрустнела.

— Это плохо… — сказала она и тут же спохватилась. — То есть хорошо, конечно, что дела мистера Сандерсона идут на поправку, но ведь когда он совсем выздоровеет, то уволит тебя, мама. А мне так нравится жить в этом доме с тобой, с мистером Сандерсоном и с Джейком…

— Элен! — Кэрол вспыхнула от смущения. — Как бы тебе ни хотелось остаться здесь, рано или поздно мы должны будем уехать. Запомни это и не болтай больше глупостей.

Кэрол повернулась и пошла в кухню, слыша, как Джейк и Элен шушукаются за ее спиной.

Через некоторое время девочка появилась в кухне и с восторгом сообщила матери, что после ужина они с Джейком решили нарядить рождественскую елку.

— Прекрасно, дорогая, — с улыбкой сказала Кэрол. — Но прежде ты должна помочь мне приготовить салат.

Элен кивнула. Тем временем Джейк заварил чай для отца и вызвался отнести ему сервированный поднос. Кэрол понимала, как важно сейчас для Майкла и Джейка остаться наедине друг с другом, чтобы наконец-то поговорить по душам, и поэтому молча поставила на поднос вторую чашку. Джейк сразу же понял, о чем подумала Кэрол, и благодарно улыбнулся.

Через полчаса отец и сын Сандерсоны появились в кухне. По выражению их лиц Кэрол поняла, что важный разговор состоялся и мир в семье восстановлен.

После ужина все обитатели дома собрались в гостиной. Кэрол устроилась с вязаньем в кресле. Джейк устанавливал елку, Элен разбирала елочные украшения, а Майкл наблюдал за ними, сидя у камина. Снова тепло и уют вернулись в этот дом, подумал старик, и его глаза увлажнились.

— Смотрите, что я нашла! — воскликнула Элен, доставая из ящика с елочной мишурой шерстяной чулок с рождественской символикой.

— Его связала Рут для Джейка, когда он был примерно в твоем возрасте, — сказал Майкл с улыбкой и подъехал поближе к девочке, ловко управляя инвалидной коляской.

— Прекрасный чулок. — Элен окинула свою находку оценивающим взглядом. — Здесь поместится уйма подарков.

Майкл засмеялся.

— То же самое сказал и маленький Джейк, когда впервые увидел его.

— Как бы мне хотелось иметь такой же… — полным сожаления голосом сказала девочка.

— Прекрати, Элен! — строго одернула ее Кэрол. — У тебя уже есть рождественский чулок.

— Но он не такой вместительный!

Джейк присел на корточки перед готовой расплакаться дочерью и потрепал ее по щеке.

— В таком случае возьми его себе, — сказал он с улыбкой.

— Правда? Ты не шутишь? — изумилась такой щедрости Элен.

— Нет, крошка, не шучу.

Девочка в восторге обняла его за шею. Ласка ребенка до слез тронула Джейка. Внезапно он почувствовал такую сильную любовь к этому маленькому хрупкому существу, какой не испытывал пи к одному человеку на свете.

Он поцеловал Элен в лоб, и она, разжав объятия, обернулась к Кэрол.

— Мама, а куда мы его повесим?

— Я прибил здесь, в гостиной, специальный крючок для этого чулка. Видишь? — спросил Майкл.

— Здорово!

— Ну вы, молодежь, как хотите, а я пойду спать, — сказал старик.

— Я помогу тебе, отец. Ты ляжешь в спальне на первом этаже?

— Да, конечно, так будет удобнее для всех, — отозвался Майкл.

— Спокойной ночи, мистер Сандерсон, — сказала Кэрол и повернулась к дочери. — Тебе тоже пора идти спать, дорогая.

Девочка не стала возражать. Когда через несколько минут Кэрол зашла в ее комнату, Элен уже лежала в постели.

— Мама, мне хочется навсегда здесь остаться, — грустно сказала девочка.

Кэрол подавила тяжелый вздох.

— Знаю, милая, но это невозможно.

Когда она вернулась в кухню, Джейк уже ждал ее, сидя за столом.

— Элен уснула? — спросил он.

— Нет еще. Я пришла, потому что ты хотел поговорить со мной.

— Садись. — Джейк явно не знал с чего начать.

— Итак, я жду, — усевшись напротив него, сказала Кэрол.

— В таком случае я без предисловий перейду к главному. Я решил, что мы должны пожениться.

Кэрол широко раскрыла глаза и несколько мгновений молчала, не в силах справиться с изумлением. Ей показалось, что она ослышалась.

— Что… что ты сказал? Повтори!

— Я сказал, что нам следует пожениться. — На этот раз в голосе Джейка слышалось раздражение.

— Ты это серьезно?

— Совершенно. — Ошарашенный вид Кэрол действовал Джейку на нервы, и он начинал сердиться. — Я много думал и пришел к выводу, что это единственно правильное решение.

Джейк хранил ледяное спокойствие, и это смущало Кэрол. Разве предложение руки и сердца делают с каменным лицом?

— Почему ты решился на столь отчаянный шаг? — Она вглядывалась в лицо Джейка, стараясь отгадать его мысли, но оно оставалось непроницаемым.

— Из-за ребенка. Девочке нужен отец.

Кэрол опустила глаза. Джейк готов совершить ту же ошибку, какую сделала она девять лет назад: ради блага ребенка он решил вступить в брак с нелюбимым человеком. Она не сомневалась, что Джейк не испытывает к ней никаких чувств, кроме, может быть, простого физического влечения. Кэрол горько усмехнулась. Во второй раз в жизни ей предлагают вступать в брак, называя это «единственно правильным решением» и ни слова не говоря о любви. В этом Джейк недалеко ушел от Сола. Но Кэрол уже испытала на себе, что значит жить под одной крышей с мужчиной, который не любит тебя. Однако она вспомнила Элен, ее привязанность к Джейку и не смогла сразу произнести «нет».

— Давай попробуем жить вместе, — настаивал Джейк, видя ее замешательство. — А вдруг у нас получится?

— Как ты представляешь себе нашу совместную жизнь? — наконец заговорила Кэрол. — Я не могу переехать с Элен в Бостон, девочке нравится здесь. Мы оба любим этот городок.

— Я разве говорил о переезде в Бостон? — удивился Джейк. — Я подам в отставку, вернусь в Гленвилл и возглавлю супермаркет. Отцу пора на покой. Кстати, это его заветная мечта: достигнув преклонного возраста, передать магазин в мои руки и отойти от дел. Он всегда хотел этого.

— А чего хочешь ты, Джейк? — с горечью спросила Кэрол.

По рассказам Майкла она знала, что младший Сандерсон всем сердцем предан работе и отставка для него подобна смерти. В этом, по крайней мере, был убежден его отец, всегда ревновавший сына к службе.

— Я хочу быть рядом со своим ребенком, я хочу каждый день видеть дочь, — глухо ответил Джейк. — Чтобы достичь этой цели, я должен жениться на тебе. Вот и все.

Если в глубине души Кэрол и питала еще какие-то иллюзии, то теперь она их окончательно утратила.

— А как же я?! — вырвалось у нее. — Как же мои чувства и желания?!

Кэрол было больно осознавать, что она для Джейка всего лишь средство достижения заветной цели — жить под одной крышей с дочерью.

— Если ты хочешь спросить, будет ли наш брак фиктивным или настоящим, то на этот вопрос я могу ответить: мы будем выполнять все без исключения супружеские обязанности.

Кэрол онемела. Джейк внезапно резко встал, подошел к ней и, наклонившись, припал к ее губам. Кэрол всем своим существом устремилась навстречу его ласке. Этот поцелуй нужен был ей сейчас, как воздух: холодность Джейка на протяжении всего разговора, его безучастный взгляд убивали ее.

— Так каков же будет твой ответ? — спросил Джейк, отстраняясь.

Он в упор смотрел на Кэрол, и она теперь отчетливо видела, что Джейк находился в состоянии, близком к панике. Джейк смертельно боялся услышать «нет» из ее уст.

— Я не знаю…

— У тебя есть время подумать, — быстро перебил он ее и отошел к окну. — Я тебя не тороплю. Но, учти, от твоего решения зависит судьба Элен. Да и не только ее…

Голос его едва заметно дрогнул, но Джейк тут же справился с волнением.

— Хорошо, я подумаю, — пообещала Кэрол.

Прошло несколько дней, приближалось Рождество, а Кэрол все не давала ответа. Джейк больше не напоминал ей о своем предложении и не вызывал на откровенный разговор. Это немного беспокоило ее. Оба вели себя так, словно забыли о главной проблеме.

В пятницу Кэрол надела черное открытое платье и отправилась вместе с Джейком в гости к Уилсонам. Они прекрасно провели время. Кейт все еще не разрешилась от бремени, но, несмотря на то что была на сносях, чувствовала себя бодро. За столом собрались родственники и близкие друзья семьи. Разговор, как всегда в таких ситуациях, шел о погоде, о детях, о планах на лето, о делах в родном городке.

Кэрол удивительно легко чувствовала себя: Джейк много шутил, был к ней очень внимателен, заботливо опекал ее, приглашал танцевать. Кейт любовалась ими и несколько раз громко, так чтобы все слышали, воскликнула:

— Боже, какая красивая пара!

В конце вечера Кейт отвела Кэрол в сторонку и задала неожиданный вопрос:

— Надеюсь, ты знаешь, что Джейк безумно влюблен в тебя?

Кэрол покраснела до корней волос.

— С чего ты взяла?

В ответ Кейт загадочно улыбнулась и молча отошла к другим гостям.

Они вернулись домой в хорошем расположении духа. Кэрол, усталая, но довольная, хотела уже пожелать Джейку спокойной ночи и подняться к себе, но он остановил ее, взяв за руку.

— Кэрол, пора дать ответ. Я предоставил тебе достаточно времени на размышление, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

— Как?! — всполошилась Кэрол. — Прямо сейчас?

— Прямо сейчас. Мы больше не можем откладывать.

У Кэрол комок подступил к горлу. Она растерянно взглянула на Джейка.

— Послушай, но так же нельзя! Ты выбрал не самое подходящее время, согласись. Если бы решалась только моя судьба, но мой ребенок…

— Элен — не только твой ребенок, но и мой. Не забывай об этом. Завтра сочельник. Надеюсь, ты хочешь счастья нашей дочери. Ты не будешь препятствовать исполнению ее заветного желания?

— Что ты имеешь в виду?

Кэрол нахмурилась, вспомнив недавний разговор с дочерью. Элен не захотела посвящать мать в свою тайну. Неужели с Джейком она была более откровенной?

— Каюсь, я прочитал список желаний в письме нашей дочери, обращенном к Санта-Клаусу. Одна из ее просьб была жирно подчеркнута…

У Кэрол от волнения пересохло во рту.

— И о чем она просила?

— Ты не догадываешься?

— Говори! — потребовала Кэрол, чувствуя, что ее нервы напряжены до предела.

— Элен хочет, чтобы к ней вернулся ее родной отец.

Кэрол закрыла глаза и, чувствуя, что силы покидают ее, села на ступеньку лестницы. В холле воцарилась напряженная тишина.

— Прости, Джейк, но я не могу выйти за тебя замуж, — еле слышно сказала она и закрыла лицо руками.

Когда она отняла руки и вновь взглянула на Джейка, то вздрогнула, увидев, какой удар нанесла ему. Он побледнел, его лицо осунулось, на скулах играли желваки. Сердце Кэрол сжалось от жалости к нему: точно таким же несчастным и потерянным Джейк выглядел в ночь, когда умерла Рут.

— Почему? — с трудом выдавил он из себя.

— Потому что… — Кэрол замолчала, пряча глаза. — Потому что… Да какое это, собственно, имеет значение?! — Она чувствовала, что вот-вот расплачется.

— И все же, Кэрол, мне надо знать причин твоего отказа. Пойми, это очень важно для меня, — настаивал Джейк.

Кэрол тяжело вздохнула.

— Я уже однажды выходила замуж, поддавшись уговорам. Сол тоже доказывал, что брак принесет пользу в первую очередь моему ребенку. Но я поняла, что вовсе не разум лучший советчик в делах, касающихся супружеских отношений… Если нет любви, не будет и семейного счастья. Я твердо убеждена в этом.

— Так ты не любила Уоллеса? — Джейк не скрывал своего волнения: слишком многое зависело от ответа Кэрол.

— Нет, я не любила Сола, — честно призналась она.

— Так почему же ты вышла за него замуж?

— Потому что ждала ребенка и боялась одиночества. Потому что Сол буквально преследовал меня и был красноречив. — Кэрол душили слезы. — Потому что он сумел втереться ко мне в доверие! Потому что… потому что я была настоящей дурой!

Кэрол все-таки разрыдалась. Потрясенный Джейк молчал, не в силах произнести ни слова. Он протянул ей свой носовой платок. Кэрол высморкалась и. немного успокоившись, продолжала:

— Я знаю, что ты души не чаешь в Элен, и это единственное, что заставило тебя сделать мне предложение. Обещаю, что не буду препятствовать твоим встречам с дочерью. Но пойми, в брак вступают не потому, что это правильное решение, а потому, что люди любят друг друга.

Джейк, присел рядом с Кэрол и вновь взял ее руку в свои ладони.

— Ты не права. Я сделал тебе предложение не только потому, что мне нужна Элен. Ты тоже далеко не безразлична мне.

Кэрол посмотрела ему в глаза. Неужели он хочет обмануть ее? Нет, это было бы слишком жестоко.

— Если ты пытаешься добиться своего с помощью лжи, то у тебя ничего не получится, — предупредила Кэрол, однако слова Джейка уже зародили в ней надежду.

— Нет, Кэрол, я не лгу ни тебе, ни себе. — Джейк крепко сжал ее руку. — Я давно люблю тебя, люблю с той самой ночи, когда была зачата наша дочь. Но я не был готов и не желал признаваться себе в этом.

Джейк отбросил всякое притворство, он больше не старался казаться сдержанным и суровым. Перед Кэрол сидел взволнованный мужчина, не сводивший с нее влюбленных глаз.

— Ущипни меня, — прошептала она. — Все это, наверное, происходит во сне. Мне послышалось, будто ты сказал, что любишь меня. — Кэрол встала, выжидательно глядя на Джейка.

— Нет, и я сейчас докажу тебе, что это вовсе не сон.

Он тоже встал и сжал ее в своих объятиях. Их поцелуй, казалось, длился целую вечность. Нежность его горячих губ растопила остатки льда в душе Кэрол. Их сердца отныне бились в унисон. Джейк, шепча нежные слова, осыпал ее лицо и шею поцелуями. У Кэрол кружилась голова от счастья.

— Прости меня, Кэрол, — попросил Джейк, глядя ей прямо в глаза, — прости за то, что меня не было с тобой тогда, девять лет назад. Я бесконечно люблю тебя и прошу стать моей женой, обещаю заботиться о тебе и о малышке Элен. Ты увидишь, я буду носить тебя на руках, и, может быть, когда-нибудь ты тоже полюбишь меня…

В глазах Джейка блестели слезы. Кэрол погладила его по щеке.

— Джейк, неужели ты не видишь, что я схожу с ума от любви к тебе? Все это время я… — Голос Кэрол дрогнул, и она замолчала, не в силах продолжать.

Джейк, потрясенный услышанным несколько мгновений не мог проронить ни слова. Когда он снова заговорил, его голос звучал хрипло от еле сдерживаемых эмоций.

— Повтори… повтори, что ты сказала.

Кэрол улыбнулась сквозь слезы.

— Я люблю, я люблю, я люблю тебя!

Казалось. Кэрол могла бесконечно повторять это признание, но поцелуй Джейка заставил ее замолчать.

— Джейк. — Кэрол немного отстранилась, чтобы видеть его лицо.

— Да, милая? — Он не хотел выпускать ее из своих объятий.

— Если хочешь, мы с Элен переедем к тебе в Бостон. Я не могу допустить, чтобы ты жертвовал ради нас любимой работой, а потом сожалел бы о…

Джейк приложил палец к ее губам.

— Мое решение выйти в отставку окончательное и обсуждению не подлежит, — ласково сказал он, поражаясь великодушию этой женщины. — Для меня период службы в ФБР остался в прошлом. Я не хочу возвращаться в Бостон, и это вовсе не жертва.

— Но ты уверен, что сможешь жить в Гленвилле и работать в супермаркете? Ведь это маленький провинциальный городишко. Не будет ли тебе скучно здесь, не потянет ли…

— Нет, нет и нет, — решительно перебил ее Джейк. — Знаешь, я сам удивлен, что чувствую себя здесь так хорошо. Мне все нравится, я всем доволен, я окружен близкими и друзьями, мне тепло и уютно в этом городе. Только теперь я начинаю понимать родителей, проживших здесь всю жизнь. Чтобы загладить свою вину перед отцом, я решил продолжить семейную традицию и возглавить предприятие, которое основал еще мой дед. Тем более что работа в супермаркете пришлась мне по душе.

— Я все еще не верю, что это мне не снится. — Кэрол с улыбкой покачала головой. — Элен будет на седьмом небе от счастья. А когда мы ей расскажем обо всем?

Кэрол сгорала от нетерпения, представляя, как обрадуется малышка.

— Ну конечно, в Рождество. Потерпи еще один день. Девочка должна верить в чудеса. Пусть думает, что это Санта-Клаус выполнил ее самое заветное желание.

— Знаешь, мне кажется, дело действительно не обошлось без него. — Кэрол тихо засмеялась и прижалась к груди Джейка.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Марта Поттерс
Запретный плод

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12