Аринин Дмитрий Е.

Колыбель

Дмитрий Е. Аринин

«Колыбель»

Ничто не является реальностью!

Всё воображение!

Роман

От Автора.

Здравствуйте читатель! Перед тем, как вы начнете читать книгу, я задам вам три вопроса:

1.      Вы добились всего, что хотели и к чему стремились в жизни?

2.      Жизнь вам надоела, стала скучна и больше не интересна?

3.      Эта книга единственное, что разделяет вас и самоубийство?

Сначала ответьте на три вопроса, перед тем как начинать читать книгу, чтобы потом не говорили: «Автор же меня в начале предупреждал!» Если на вопросы выше вы ответили: «Да!», то можете начинать читать книгу. Нет! Нет! Нет! Не подумайте, что автор попытается отговорить вас поставить точку в жизни или что эта книга переубедит это делать. Может, вы поставите другой знак препинания! Тех, кто на все три вопроса ответил отрицательно, я хочу сразу предупредить – в этой книге вы непросто ничего не поймете, вы даже не то, что совсем ничего не поймете, вы вообще совсем ничего не поймете.

Книга написана не так, как пишут большинство писателей фастфуда – по правилам и шаблонам. По примерам, которые написаны в книгах из серии «Как стать великим писателем». Там, где есть четкая и понятная сюжетная линия, смысл, философия жизни и ответы на все вопросы, для того, чтобы ваш мозг продолжил жить после прочтения книги. Это не литературный фастфуд, где автор совсем не оценивает умственные способности читателя, для того чтобы после прочтения у читателя не возникло вопроса: «А что это я сейчас прочел?». Вы же понимаете, что Камасутра не делает хороших любовников из импотентов.

Представьте, что мы с вами одноразовые друзья, для того чтобы легче принимать книгу. Для того чтобы не скучать, я решил вам рассказать историю. Мы вместе едем в поезде, летим в самолете, плывем на пароходе, в общем, мы где-то встретились. Друг друга видим впервые и, наверное, больше не увидимся. Мы те люди, которые могут рассказать друг другу самое сокровенное, любой «скелет», все что угодно. Это как сеанс у психолога, который идет бесплатной опцией в вашем билете. Вы можете ей воспользоваться и побыть пациентом или психологом. Вы можете ее отключить вовсе, но тогда автоматически опция сделает вас психологом, а зачастую это намного, намного хуже, чем быть пациентом.

Запомните самое главное и потом не говорите, что я вас не предупреждал. Ничто не дает вам гарантии того, что ваш одноразовый друг, рассказывает вам правду и что ему стоит верить. Все же лгут? Правда?! И вы, отвечая на три вопроса заданных выше, на один, да солгали.

Вы еще не постригли себе уши? Тогда начнем!

Предупреждение автора!

Не воспринимайте данную книгу как антирелигиозную пропаганду!Любые совпадения с реально существующими людьми и событиями – случайны!Данная книга носит развлекательный характер!Данная книга способна взбить сознание!Данная книга имеет статус +18!Автор не несет ответственности за людей читавших данную книгу.Всё написанное в книге – всего лишь фантазия автора.

Пролог.

Представьте небеса. Представьте Рай. Библейский Рай, где всем хорошо. «Белый Рай». Можно сказать даже «Белый Рай для белых». Он находится под небом над облаками. Белоснежные облачные полы. В Раю всегда день и всегда светит солнце – ясная погода. Ветра нет, дождя нет и нет подобных природных катаклизм. Одним словом – Рай! В нем живут кастральные существа – души. Души держатся семьями, теми же семьями, что и при жизни.

Уничтожьте меня полностью!

Сотрите меня из вселенной!

Никто ничем не занимается. Существа не стыдятся голых обнаженных тел, так как в Раю нет такого чувства как стыд. В нем растут деревья с всевозможными плодами, которые начинают свою жизнь прямо из облаков. Животных нет, ведь у них нет души и соответственно с ними после смерти ничего не происходит. Вокруг Рая стоит забор, и замыкается вратами – «Врата Рая», так их называют. Врата охраняет Петр. Такой вот он Рай, о котором нам рассказывают. Нет, даже не так – тот, как, о нем нам рассказывают. Я так думал и представлял, и вы так думаете и представляете.

Вы все еще хотите попасть в Рай?!

Вы уверены?!

Если предаться логическим размышлениям, то, какие могут быть обнаженные тела? Рай – это загробный мир для души, а душа – это кастральное существо. Значит, всё материальное можно вычеркивать. Всё, вплоть до корней деревьев в облаках. У души нет очертаний и она без пола. Зачем пол нужен душе? Так что о нагих особях женского пола можно забыть. А если нет? И в Раю действительно есть место для материального, тогда это еще хуже, так как нагие пенсионеры – это самый страшный кошмар, который может представить человек. Если какой-нибудь насильник, не старых и миловидных девушек попадает в Ад, то Люцифер, отправляет его в Рай, на муки вечные в горем для престарелых, с постоянным стояком, как у двадцатилетнего девственника при виде девушки сосущей Чупа Чупс. Самое страшное, что старухи, в самом расцвете сексуальных сил, и сил этих хватает, чтобы трахаться постоянно, без выходных и перерыва на обед, пока смерть не разлучит вас, в самом прямом смысле. Fuck to death![1] – теперь лозунг престарелых. А, как известно – нельзя умереть дважды.

Вас начинает тошнить? Если да, то можете выйти. Я подожду.

Что ж, продолжим!

Поскольку в Раю нет чувства стыда, значит, в нем нет совсем чувств, а главное нет такого чувства, как любовь. Зачем нужен мир, в котором нет любви?! Ведь любовь – самое естественное обезболивающее от одиночества.

Представьте темницу, представьте подвал или пещеру, которая глубоко уходит в землю, так глубоко, что света дневного не видно – это Ад, библейский Ад. Место, где после смерти, душу подвергают всевозможным и самым жестоким пыткам, по сравнению с которыми пытки SS и гэнг-бэнг[2], вам покажутся детскими играми в больничку. И снова предадимся логическому размышлению, если душа, это кастральное существо, то опять ничего материального, а значит и никакой боли.

Глава 1.

Войдя в тамбур книжного магазина, я открываю вторую дверь, непосредственно для того, чтобы войти в сам книжный магазин. В тот момент, как я открываю вторую дверь, над головой раздается металлический звон – это погремушки, которые вешают над дверью, а когда дверь открывается, они бьются друг о друга и издают звон, который, предупреждает продавца о том, что вошел клиент. Только зачем вешать их над головой, если продавец все равно на тебя не обращает никакого внимания. Заходи, бери что хочешь, и уходи. Она даже не заметит.  Зачем ей ты реальный, если у нее в телефоне идет общение через форум или чат, а если рожает какая-нибудь тварь, то всё, ничем не отвлечешь. Она будет с тупой мордой, словно умер мозг, пялиться в телефон, пока она виртуальная, идет к другу, тоже виртуальному, для того чтобы заняться сексом, и конечно же виртуальным. Нет, такая жизненная позиция нормальная: зачем пытаться выжить в реале, если можно спокойно существовать в вирте, а если что-то не понравится, то всегда можно нажать  RESET[3]. Тебе даже «Здравствуйте!» не скажут. Не знаю как вы, но я в таких случаях всегда хочу разбить телефон, о пустую голову его хозяйки, чтобы просто и легко, объединить реальное с нереальным, то есть исполнить ее мечту, но я сейчас пришел не для этого.

Я внутри, перед столом, за которым сидит продавец. Она смотрит в телефон и не обращает внимания на меня или делает вид. Думаю, смысла нет рассказывать, как выглядит продавец, что на ней надето, какого цвета стол и материал стола. Собственно, и помещение описывать не вижу смысла. Не смотря на то, что когда всё описываешь, слушатель имеет четкую картинку.

Додумывайте сами!

Включите воображение!

Когда кто-нибудь говорит что он ходил в кино, его не спрашивают: «Какого цвета сиденье?» или «Из чего сделан номерок его сиденья и, кстати, где он прикреплен и как прикреплен?» Так можно до бесконечности, но зачем столько не нужной информации? Единственное что стоит спросить: «Как фильм?» В моем случае: «Как девушка?» Но я все равно не отвечу, так как из сказанного выше, вы должны понять, что ответов не получите.

Фантазируйте!

Стоя перед стеллажом, листаю книги по очереди, ища что-нибудь подходящее для меня. Что-нибудь подходящее не заставило ждать и я, открыв на первой главе, начинаю читать.

Меня отвлекла от чтения, подошедшая ко мне девушка; она ростом метр восемьдесят, темно-рыжие, длинные, прямые волосы немного ниже плеч. В очках, но модных: тонкая белая оправа, линзы в форме узкого прямоугольника, очки как у бизнесвумен. Только она не такая старая как бизнесвумен и не такая юная как бизнестинейджер, и не такая маленькая как бизнескиндер. Девушка молодая как Бизнесхирл. Подходит и говорит:

– Здравствуйте! Вы любите стихи?

– Здравствуйте! Мне нравятся стихи в сопровождение музыки, а в тишине не особо, –  сказал я.

– Вы хорошо разбираетесь в людях? Можете по произведению рассказать об авторе?

Любой на моем месте, после такого вопроса убежал бы сразу, не объясняя ничего или, даже сумел телепортироваться подальше от этой девушки. Но она очень приятная, милая и симпатичная. Словом, я не струсил или просто не зассал.

– Я не пробовал, но думаю что смогу. Это проверка?

Бизнесхирл, ничего не отвечая, кладет книгу в левую руку, а большим пальцем правой руки перелистывает страницы, пока не останавливается посередине.

– Прочитайте и скажите что-нибудь об авторе. Только читайте вслух.

Беру книгу и читаю стих с открытой страницы. Читаю вслух:

– Он пел любовь, любви послушный,

И песнь его была ясна,

Как мысли девы простодушной,

Как сон младенца, как луна

В пустынях неба безмятежных,

Богиня тайн и вздохов нежных.

Он пел разлуку и печаль,

И нечто, и туманну даль,

И романтические розы;

Он пел те дальные страны,

Где долго в лоно тишины

Лились его живые слезы;

Он пел поблеклый жизни цвет

Без малого в осьмнадцать лет.

– Что вы можете сказать об авторе? – сказала Бизнесхирл.

– Стих о любви, и описана любовь мужчины, похоже, что со слов женщины. Хотя с другой стороны, все уж больно написано по-женски, все эти дотошные слюнявые перечисления, жалкая пародия на женское чувство. Это точно написал пидор. Вот вам мое заключение!

– А теперь закройте и посмотрите на обложку.

Я закрываю книгу. Читаю вслух:

– «Евгений Онегин» автор А.С. Пушкин.

Поднимаю взгляд с обложки на Бизнесхирл.

– Если честно, я никогда не думал о Пушкине, как о пидоре.

– Я сразу поняла, что вы хорошо разбираетесь в людях.

– И как же вы это поняли?

– Вы не просто читаете книгу, а словно пытаетесь увидеть послание, которое автор оставил для таких как вы – для избранных.

Я говорю: «Возможно".

– Может, пройдем ко мне домой? – сказала Бизнесхирл.

Я хочу вас сразу предупредить. Никогда не соглашайтесь на такие предложения. Никогда! Из дальнейшего рассказа, вы поймете почему.

Мы находимся в кухне. Кухня и кухня. На столе так на столе. Какая разница? Я снял футболку и, только начал расстегивать ремень, как в комнату вошел парень. Парень примерно моего возраста и Бизнесхирл собственно тоже, нам около двадцати пяти лет. Парень высокий, метр восемьдесят, короткие темные волосы и темно-зеленые глаза – симпатичный.

– Ты не говорила, что будет групповуха! К нам еще присоединятся? – сказал я.

Молчание.

– Вы поклонники сексвайфа[4]?

Молчание.

– Вы хотите дабл пенетрейшн[5]?!

Молчание.

– Вы…

– Сядь! – сказала Бизнесхирл и указала рукой на стул.

– Я не поклонник таких развлечений. Брезгую! Отрицать не стану.

Бизнесхирл вновь сказала, чтобы я сел. Она стоит в дверях, а парень стоит возле окна. Я не сел, и продолжил:

– Если вы хотите убить, может принести в ритуальную жертву, то сделайте это быстро и безболезненно. Нет ничего страшнее, чем физическая боль, я, правда, ее не переношу.

– Колыбель, сядь и выслушай нас! – сказала Бизнесхирл.

Я сел. Но сел не от того, что Бизнесхирл сказала сесть, а от того, что назвала мое имя. Не настоящее имя, а виртуальное, так называемый никнейм или сокращенно «НИК». В наше время у каждого пользователя интернета есть ник. Скоро, когда паспорта будут не бумажные, а станут пластиковой картой, тогда при достижении совершеннолетия, подросток сам выберет никнейм, и его запишут в паспорт. Придется выбирать из тех, которые еще незаняты. Тогда к аббревиатуре Ф.И.О. добавится буква Н и получится Ф.И.О.Н – «ФИОН». Мой никнейм «Колыбель» или латинскими «Kolibell».

– Что вам нужно от меня?

– Ты должен поверить во всё, что мы тебе расскажем, – сказала Бизнесхирл.

– Я не верю и не доверю никому. Тем более людям, – сказал я.

– Мы нелюди! – сказала она.

– Вы еще скажи́те, что вы роботы, киборги, машины люди – Car people! Вы пришли из будущего, чтобы спасти меня от кого-нибудь, кто желает мне смерти в вашем прошлом, но в моем будущем, для того чтобы я сделал что-то великое в нашем будущем. Верно?!

Молчание.

Бизнесхирл садится за стол напротив меня, парень садится рядом с ней.

– Кто вы? – сказал я.

Бизнесхирл:

– Я Люцифер, а это, – она провела рукой в сторону парня, – Бог.

Она больше ничего не сказала, ждала, пока я обдумаю ее слова. Мне действительно пришлось обдумывать услышанное долгое время. Они смотрят на меня и молчат. Ждут моих слов. Я не знаю что сказать. Я смотрю на Бизнесхирл и говорю:

– Секс будет?

Глава 2.

Стоят большие золотые врата, но забора нет, только врата. Врата закрыты. Они начинаются из облаков и уходят в небо. Если стоя перед ними поднять голову вверх, то конца врат не разглядеть. Солнечные лучи отражаются от зеркальной поверхности врат, навсегда лишая зрения любого, кто на них посмеет посмотреть. История знает таких людей – «Великие слепые», которые считают себя самыми умными и самыми развитыми в эволюционной цепочки, от начала зарождения жизни. Но, как правило, те, кто считают себя самыми умными и самыми развитыми, являются самыми глупыми и самыми отсталыми. «Великие слепые» не смогли понять, что их именно ослепило, а если бы поняли, то назвали это – «Божественная слепота». Слепота – одна из причин, почему еще никто не нашел вход в Рай, как и сам Рай. Ведь для того чтобы найти Рай, в него нужно сначала войти, а войти в Рай можно только через врата Рая, которые нельзя увидеть, а как можно найти то, чего не видно. Черного входа в Раю нет, это же не Церковь. Другие причины глупы:

1. Не знают, где искать Рай.

2. Не знают, что собой представляет Рай, а, следовательно, как можно понять, что перед вами находится именно Рай, если не знаете каков он.

3. Не знают, что нужно искать Рай.

Но и поиск Рая, является глупым занятием.

Около врат стоят два существа, даже не стоят, а зависли в воздухе над облаками. Существа напоминают людей, но только без материальной оболочки, словно люди, сделанные из белого полупрозрачного дыма от сигареты, а местами такого густого, как дым от сигары. В белых спальных сорочках ниже колен. Над головой нимб, а сзади крылья. Нимб и крылья – белые. Сразу за вратами, парят в воздухе вдоль еще четырнадцать таких же существ, по семь с каждой стороны. Они образуют коридор, приветствуя каждого проходящего через них в Рай, музыкой. Музыку играют на арфах, отлитых из золота, с золотыми струнами.

Внутри Рая только ангелы. Никаких человеческих душ, ни одного кастрального тела человека. Посередине стоит большой переговорный стол: белый, специально под цвет всего белого вокруг – индивидуальная дизайнерская работа. За столом сидят три кастральных существа: Бог, Люцифер и Смерть. То, что их трое, это не совсем правильное уточнение, исходя из того, что Бог – это Отец, Сын и Святой Дух в одном лице; Люцифер – это Змей; Смерть – это Скелет в черном балахоне с косой в руках. Следовательно, сидят за столом три существа: Отец, Сын, Святой Дух, Змей и Скелет. Их трое и одновременно пятеро. Как такое возможно?! Спросите вы. Для подсознания нет ничего невозможного! Отвечу я. Так и получается, что сидят три кастральных существа, но это тоже не совсем верно.

Что такое человек? Это мозг! Он им думает, действует, ощущает и решает всё. Убей мозг и человек умрет. Теперь окунемся в логические размышления. У кастральных существ нет мозга, поскольку мозг это материальное, а они являются нематериальными. Чем они думают, если у них отсутствует мозг? А поскольку у них отсутствует мозг, то их по праву можно назвать безмозглыми. Значит можно перефразировать так – сидят за столом три безмозглых существа: Бог, Люцифер и Смерть.

Смерть:

– Здравствуйте. Неожиданно и приятно вас видеть вместе, за одним столом. Отец и Сын. Столько неприятных разговоров передается о вас.

Бог:

– Ничто, не доставляет такого удовольствия, как порочить других.

Смерть:

– Или сеять веру, особенно лживую. Что Вам угодно? У меня мало свободного времени.

Бог:

– Смерть, мы с вами знакомы давно. Скажите, какое время сейчас настало? Что происходит?

Смерть:

– Не понимаю ваших вопросов. Что именно хотите узнать? Почему вы считаете, что я знаю то, чего вы не знаете?

Бог:

– Вы не являетесь затворницей как мы. Вам дозволено пересекать любой мир, поэтому, вы знаете больше чем мы. Мы достоверно не можем знать, что происходит вне нашего мира. Почему те, кто созданы бессмертными, умирают?

Смерть:

– Я не решаю, кому умирать, а кому жить, и не знаю, почему они умирают.

Люцифер:

– Кто-то решает?

Смерть:

– Возможно.

Люцифер:

– Как ты узнаешь о том, кого и когда умертвлять?

Смерть:

– За семь дней до умертвления, юноша. Я узнаю кого, и на седьмой день умертвляю.

Бог:

– Что происходит после смерти?

Смерть:

– Этого не знает никто, кроме мертвых, а у живых есть единственный способ это узнать.

Бог:

– Умереть?

Смерть:

– Да. Так что вы хотите узнать?

Бог:

– Что такое Кастрализация?

Смерть:

– Чем она вас заинтересовала?

Люцифер:

– Тем, что те, кто вчера считались бессмертными, умирают сегодня!

Смерть:

– Кастрализация – это теория интеллектуального отображения реальности. Ее выдвинул человек – Колыбель, как он себя называет. Формулируя, разрабатывая и проверяя в соответствии с научными методами. Кастрализация взбудоражила все миры, поскольку она ставит под сомнения любое существование реальности. Миры превращаются в хаос.

Бог:

– Более насыщенно, можете ответить?

Смерть:

– Вы действительно хотите знать, что такое Кастрализация?

Бог:

– Да.

Смерть:

– Она повсюду. Даже здесь, в вашем Рае. Мы видим ее, когда смотрим на Землю, на Ад, на Вселенную. Это целые миры, придуманные для нас, чтобы скрыть правду.

Люцифер:

– Какую правду?

Смерть:

– Правду о том, что мы вера воображения. Вера подсознания в воображение. Мы помним, как мы родились? Как мы появились? Нет! Но нам постоянно об этом рассказывают. Мы в тюрьме, которую, не можем ни ощутить, ни учуять, ни потрогать. Кастрализация – это тюрьма веры чужого подсознания в воображение, для нашего разума.

Бог:

– Выходит, что мы все можем когда-нибудь умереть?

Смерть:

– Да, кроме меня. Все всегда верят в Смерть.

Люцифер:

– Кто-нибудь пытался тебя обмануть?

Смерть:

– Обмануть Смерть? Постоянно! Почти все хотят это сделать, но ничего не получается и не получится. Они только ненадолго продлевают свое существование. От меня не спастись!

Бог:

– Что происходит с ними потом? С теми, кто пытается вас обмануть.

Смерть:

– Как вы думаете, что самое глупое может сделать существо?

Люцифер:

– Разозлить Смерть?

Смерть:

– Верно! Разница между теми, кто умирает, смирившись и достойно, и теми, кто пытается меня обмануть, только в том, как они умирают. В основном, я умертвляю безболезненно. Но тех, кто меня разозлит, я предаю мучительной смерти. Чем больше меня боятся, тем сильнее я становлюсь!

Бог:

– Жестоко.

Смерть:

– Да, я весьма жестока, но не пристрастна к жестоким поступкам. Я умею себя контролировать, но если предоставляется возможность, то жестокость моя не знает границ. Всё, что во мне накапливается тысячелетиями: порыв ненависти, гнева, отмщения; выплескивается взрывной волной из самых недр самого ужасного, неконтролируемого меня; обрушиваясь мучительным, безжалостным скашиванием острием косы смерти на того, кто осмелился отворить дверь постоянно подавляемой боли.

Смерть выходит из-за стола и направляется к вратам. Оборачивается, указывает острием косы на Люцифера и произносит:

– А с вами, невоспитанный юноша, мы вскоре увидимся!

Смерть надела капюшон и исчезла. Бог и Люцифер остались вдвоем. Они молчат. Люцифер смотрит на Отца и нарушает тишину:

– Мне осталось семь дней?

– Если не меньше.

– Что мне делать? Я не хочу умирать!

– Я предвидел такой исход событий. Люди всегда пытаются изменить мир, совершая при этом ошибку за ошибкой, подводя его к полному разрушению, пока не уничтожат мир полностью, но только признаться себе в этом не могут – гордые. Нужно было уничтожить людей в самом начале, когда окончательно стало ясно, что ни к чему хорошему они не приведут, да и сами к хорошему не придут. Сойдем на землю и встретимся с Колыбелью, узнаем подробнее о теории. Раз существуют другие миры, значит по ним можно перемещаться. Нам нужно найти мир, в котором Рай существует до создания людей.

Глава 3.

Бизнесхирл, она же Люцифер, с ее же слов, рассказала о разговоре со Смертью, что и привело их ко мне.

– Ты, наверное, считаешь нас сумасшедшими? – сказала Бизнесхирл.

Не скажу вам, что поверил им, но знаю, как проверить.

– Я не совсем понимаю. От меня, что хотите?

– Расскажи нам подробно о теории, – сказала Бизнесхирл.

– Зачем она вам?

– Мне осталось жить недолго. Смерть указала на меня и сказала, что скоро увидимся. Что она имела в виду, как не мою кончину? Но умирать я не хочу, и если есть возможность это изменить, или как-то отсрочить время смерти, то мы этим воспользуемся.

Они похожи на безумных. На людей одержимых своей идеей, но в данном случае, моей идеей. Одержимые, как и я. Когда ты одержим идеей, то ты не упустишь возможность ее распространить и проверить.

– Хорошо. Я вам расскажу. Что самое опасное в подсознание? Воображение! Оно сильно и крайне опасно. Стоит воображению завладеть подсознанием, избавиться от него будет невозможно. Я говорю о воображении законченном, осознанном, глубоко засевшем внутри и зародившем веру в подсознание. Все началось с моего понимания души человека. Что такое душа и как она образуется? Вот над чем я размышлял десять лет. Человек не может увидеть душу, он только вообразил то, что душа существует. Мое понимание души пришло к простому заключению. Когда человек умирает, Бог кастрирует его, то есть отрезает нематериальное от материального. Бог отделяет реально существующего человека, от вымышленной и никем, не видимой души, но большинством слепо верующими в нее. Он кастрирует реальность.

Кастрализация – это когда воображение завладевает подсознанием так сильно, что подсознание начинает верить в воображение.

Кастрал – это мир созданный кастрализацией.

Когда вера в подсознании ослабевает, в нем остается только воображение, а значит, умирает кастрализация и, следовательно, вместе с ней Кастрал.

– Чьей мы являемся кастрализацией? – сказала Бизнесхирл.

– Людской. Бога создали создателем. На самом деле вначале было Воображение, и Воображение было у Подсознания, и Воображение было Подсознание, – сказал я.

Молчание.

– Вера скольких людей способна создать кастрализацию? – сказала Бизнесхирл.

– Дело в том, что любая кастрализация способна создать еще кастрализацию и не одну, а та еще и так до бесконечности. Я думаю, что наш мир, мир людей, является кастрализацией чьего-то подсознания. А вот теперь представьте, сколько Кастралов может создать Кастрал людей. Для этого не обязательно, чтобы верили миллионы людей, достаточно одного человек. Заставить поверить сознание, легко, куда труднее заставить поверить подсознание. Для этого мало просто сказать: «Я верю!» Самая сильная кастрализация – это сновидение. Далее идет фантазия, так как, фантазируя, создаешь целый мир внутри фантазии, и начинаешь верить в существование этого мира, тем самым создавая свой отдельный Кастрал. Существа, у которых есть подсознание, тоже могут создавать Кастрал.

– Раз существуют другие миры, значит по ним можно перемещаться, только нужно знать, как это делать. Если мы станем перемещаться по другим мирам, то Смерти сложнее будет меня найти, а значит, мы сможем выиграть время для того, чтобы узнать как мне снова стать бессмертной.

– Я об этом думал, и пришел только к одному выводу, – сказал я

– К какому? – сказала она.

– Инопланетяне – зеленые извращенцы, летающие на космических кораблях в виде тарелок и насилующие все живое, что попадет в их длинные, мерзкие, зеленые руки. Я думаю, что они на летающих тарелках перемещаются по Кастралам.

– Ты знаешь, как их поймать? – сказала она.

– Возможно. Возможно, я знаю, как решить вашу проблему, – сказал я.

Глава 4.

Я весь вечер потратил на поиски информации об инопланетянах. О найденном, рассказал парню и Бизнесхирл, они же Бог и Люцифер, со слов Бизнесхирл, которая Люцифер, с ее же слов.

– Я узнал, что свыше ста раз за последнее полгода, инопланетян замечали в глухом районе близ деревни Белочкино. Инопланетяне похищают людей, многие пропадают без вести. Те, кого вернули на землю, рассказывают, что инопланетяне ставили над ними жуткие и жестокие опыты, многих изнасиловали, и не только женщин. В общем, они крайне жестоки, опасны и постоянно находятся в сексуальном возбуждение, если верить рассказам людей.

Бизнесхирл встала и начала говорить, словно полководец обращающийся к своим воинам, для того чтобы внушить им веру в победу.

– Когда Смерть узнает, что я сбежала, она рассердится, и будет пытаться меня найти, но для этого ей нужно будет найти оболочку. Достаточно одного прикосновения и я умру, но так же она может умертвить, если кто-то убьет телесную оболочку. Телесная оболочка сковывает большую часть наших истинных сил, а значит, выживать нам придется, так же как и смертным.

Она продолжила:

– Мы не знаем, где мы окажемся, а значит, надо быть готовыми ко всему. Но это не означает, что нужно держать при себе военный склад. Лучшая война – тайная война!

– Вы даже не представляете, куда мы можем попасть, – сказал я и добавил: – «Надо быть готовыми ко всему», это мягко сказано. Нужно быть готовыми к самому страшному, что каждый из нас может представить, даже если он ничего не боится. Как уже говорил, самая сильная кастрализация, это сновидение. Что такое сновидение? Сновидение – это результат ваших мыслей, памяти, фантазии и восприятия всего окружающего. Восприятие вашего подсознания, которое вы не можете контролировать. Восприятие всего настоящего и прошлого, но никак не будущего. Представьте, что ваше подсознание, это большой непрозрачный мешок, в который вы всю жизнь складываете всё, что попадает в руки, и постоянно трясете его, чтобы находящееся внутри перемешивалось. Перед смертью вы засовываете в мешок руку и достаете первое, что попалась, это и будет вашим сновидением. И даже не надейтесь, что вы достанете плод с сада Эдема. Но сновидения не самое страшное. Фантазия! Фантазия – самое страшное, на что способен человек, и это меня пугает. Фантазия бывает воплощенная и невоплощенная. Разницы по силе между ними нет, обе способны нести колоссальные разрушения. Разница лишь в ужасе самой фантазии, и здесь невоплощенная фантазия выигрывает у воплощенной фантазии. Ведь чем сложнее воплотить фантазию, тем она страшнее. Из-за невозможности воплощения в реальность фантазии, придумали искусство, как безобидный способ воплощения фантазии в нереальную реальность, но только на первый взгляд. Так появились: ужасы, мистика, триллер и всё созданное для того, чтобы запугать и повредить психику человека. Так что нам нужно приготовиться к самому страшному и еще к чему-нибудь.

Я замолчал. Бизнесхирл и парень смотрят на меня.

– Я только одного не пойму – Смерть, у нас упоминается как Ангел Смерти, которого Бог посылает забрать душу, а в дальнейшем Ангел Смерти отождествляется с Сатаной. И если вы, Люцифер, он же Сатана, то вы должны быть и Ангелом Смерти, он же Смерть? – сказал я.

– Нет. Смерть, это ни Ангел Смерти и ни Люцифер, то есть я, и Ангел Смерти, не является мной. Смерть – это смерть воплоти, это отдельно появившееся существо. Кто создал Смерть, мы не знаем, но знаем то, что как только появились Творцы, сразу же появилась Смерть; ибо, в момент, когда что-то рождается, оно начинает умирать. Творцов много, а Смерть одна, – сказала Бизнесхирл.

– Как она найдет нас? Мы сами не знаем куда попадем, – сказал я.

– Когда Смерть знает, кого искать, она знает, где искать, и для этого ей не надо перемещаться на тарелках. Она может пересекать миры, и никто ее не тронет, – сказала Бизнесхирл.

– То есть, в каждом Кастрале, где мы будем, она может появиться в новой оболочке, и опознать ее мы не сможем? – сказал я.

– Сможем, я не думаю что Смерть, попытается убить меня, незаметно подобравшись. Она будет уничтожать все на пути ко мне. Смерть сама представится.

– Почему вы не хотите убить Смерть?

– Смерть мы не сможем убить, но ее оболочку убьем, что, несомненно, даст нам преимущество во времени, пока она не найдет другую оболочку, – сказала Бизнесхирл.

– Почему вы решили, что Смерть нельзя убить?

–  Как можно предать смерти Смерть? Она сама за собой придет?

– Иисус Христос об этом позаботился, – сказал я.

– Кто? – спросила Бизнесхирл.

– Иисус! – повторил я.

– Христос! – добавил я.

– Вы не знаете, кто такой Иисус Христос?! – сказал я.

– Нет! – сказала Бизнесхирл.

Она посмотрела на парня. Он пожал плечами.

– Иисус Христос! Персонаж той же книги что и вы.

– Книги? – сказала Бизнесхирл.

– Библии! – сказал я.

– Библии? – сказала Бизнесхирл.

– Вы так и будете повторять за мной?! – сказал я.

– Иисус Христос – персонаж Библии, книги, в содержание которой, верует большинство человечества. Вы, между прочим, в ней тоже есть. А поскольку в ее содержание верят, и вы существуете, как доказательство правоты моей теории, значит, Иисус Христос существует в своем Кастрале.

– Расскажи нам о нем! – сказала Бизнесхирл.

Глава 5.

Рассказ Колыбели.

По преданию – Иисус называл себя сыном Божьим. Показывал чудеса, собирал толпы народу и толкал в массы свои идеи заключенные в проповеди, говорил их притчами, и получалось как-то скользко, поэтому, никто до сих пор ничего толком понять не может, что он вообще имел в виду сказанным. Так и трактуют его слова, кто как может и хочет.  В каждом городе он проделывал одно и то же, только изредка менял чудеса. С каждым посещенным городом, людей прислушивавшихся к нему становилось больше и больше. Вначале сотни, затем уже тысячи шли за ним. Правительство, увидев сильное влияние Иисуса на массы, придало его смертной казни через распятие, как революционера с весьма опасными идеями.

Тело исчезло, и многие поверили, что он вознесся на небеса, но перед этим спустился в Ад. В Аду Иисус продолжил излагать непонятное, показывая чудеса. Первым чудом стало хождение босиком по потоку золота, оно произвело огромное  впечатление и вызвало у собравшихся восторг. Но, как и случается в дальнейшем со всеми чудесами, они теряют свою былую привлекательность. Собравшихся, с каждым разом становилось все меньше и меньше, пока, не остался один, который присутствовал на каждом показе чуда. Он подошел к Иисусу и сказал:

– Чудо остается чудом до тех пор, пока его не повторят. Как только чудо повторится, оно превращается в фокус, и с каждым его повторением, становится сложнее убедить в том, что чудо, это не фокус.

Иисус сразу понял, что от него требуется. Нужно сотворить чудо, которое с первого раза сможет поразить. А исходя из того, что его окружают мертвые души и "немытые" силы, задача перед ним стояла не из легких. Он подумал, если живых удивляло воскрешение мертвых, то мертвых, должно удивить умертвление живого. Благо разум не покинул Иисуса, и он решил удивить мертвых – умертвлением мертвого. Известно, что все золото мира образуется из золотой реки, которая берет свое начало в недрах Ада, где и заканчивается тем, что плавно перетекает в начало, то есть, создавая замкнутый круг, попав в который, уже никогда не выберешься. А попадает в реку каждый, кто польстится на золото.

Иисус отлил золотой меч, Святой Дух наделил его силой данной ему Отцом. Иисус сказал единственному преданному поклоннику, что бы тот рассказал всем о новом готовящемся чуде, и собрал всех существ. Поскольку Ад представляет собой улей, где первый большой круг плавно спиралью переходит вниз во второй, а второй в третий и таким образом вся спираль приводит к последнему девятому малому кругу Ада, который замыкается на себе. В замкнутом нижнем кругу находится кипящее золотое озеро, в котором исток золотой реки и одновременно устье. Река состоит из двух слоев и у каждого свое течение: верхний – исток, нижний – устье.  Верхний слой гонит по течению из глубины Ада чистое золото, поднимая реку по спирали всего улья выводя на поверхность земли. Нижний слой гонит по течению вглубь Ада, засасывая в озеро польстившихся на чистое золото. В недрах озера их души перерабатываются в такое количество золота, которое они имели глупость иметь, и выбрасываются в верхний слой уже в виде чистого золота. Безотходное производство.

В знаменательное время, все обитатели Ада собрались посмотреть на чудо. Пропустить такое не мог себе позволить ни кто. Существа стояли вдоль всей спирали всех девяти кругов. Еще ни одно событие не смогло собрать всех жителей Ада одновременно в одном месте. Иисус подошел к кипящему озеру, опустил в него острие меча, и на озере образовалась гладь. Он наступил на озеро и пошел к центру. Увидев это, существа начали ликовать. Он дошел до центра и остановился. Поднял голову вверх и оглядел все круги и всех стоявших на краю спирали. Нарушил тишину:

– Пусть выйдет ко мне доброволец, так как для сотворения чуда, мне нужен один из вас.

Он сказал не громко, но эхо отчетливо донесло его слова до самых глубин Ада.

– Как же к тебе выйдет доброволец, ведь по золоту кроме тебя никто ходит не может, – произнес чей-то голос.

– Пусть доброволец подойдет к озеру, – сказал Иисус.

Тишина. Все оглядываются друг на друга и подталкивают стоявших рядом. Только слышно: «Иди! Иди! Иди!»

У озера появилась душа умершего, и все заговорили: Кто это? Кто этот смельчак?! Кто этот отчаянный?!

Иисус увидел, что добровольцем является его единственный, преданный поклонник.

– Иди! – сказал Иисус.

Душа наступила одной ногой на озеро, затем второй и встала, не утопая в золоте.

– Это чудо! Это чудо! – закричали некоторые.

– Такое чудо мы уже видели! – говорили другие.

– Иди! – повторил Иисус.

Душа зашагала и, остановилась возле него. Иисус сказал чтобы, он встал на колени и склонил голову. Все наблюдали молча. Иисус замахнулся мечом и резким движением опустил меч на шею добровольца. На месте души образовалось облако пыли, и растворилось в воздухе. Иисус развернулся, подошел к истоку, и течение понесло его вверх, медленно через все круги. Многие поверили в него и шагнули вслед за ним. Река вынесла их из Ада.

Иисус вернулся на землю к ученикам и сказал, что воскреснет из мертвых и вернется на землю, чтобы принести «Судный приход» человечеству. Тело его исчезло, многие поверили, что он действительно воскрес, и теперь с нетерпением ждут, когда же придет «Судный приход». Перед тем как уйти до Судного прихода, он сказал:

– Не думайте, что Я приду принести мир на землю; не мир приду Я принести, но меч.

Этот меч наделен силой, которая может убить не только материальную оболочку, но и кастральное тело, любое существо. Иисус не умер, не потому, что отец небесный забрал его на небо к себе в материальной оболочке, хотя думает именно так, а потому, что Смерть побоялась погибнуть от меча и не тронула его.

Осталась одна тайна, о которой знают только Иисус и доброволец, позволивший себя убить. Перед тем как отрубить голову, Иисус произнес:

– Я тебя прощаю, Иуда!

Глава 6.

Бизнесхирл и парень молчали долгое время. Я решился прервать молчание:

– Суть моего рассказа такова, что даже Смерть боится меча Христа, – сказал я.

– Люди во всё это верят? – сказала Бизнесхирл.

– Да, но не интеллектуалы! Они это всё придумывают.

– Но зачем?

– Первое правило интеллектуала гласит: люди глупы. Люди глупы, и, если правдоподобно объяснить, почти все поверят во что угодно. Они могут поверить лжи, оттого что хотят верить, будто это правда, или оттого что боятся знать правду. Головы людей полны всякими знаниями и верованиями, большинство из которых ложны, но всё же люди в это верят. Они редко могут отличить правду ото лжи, но не сомневаются, что способны на это. Тем легче их одурачить. Люди глупы, они верят в то, во что хотят верить.

– Расскажи все, что знаешь о мече, – сказала Бизнесхирл.

– «Меч Иисуса Христа», так же имеет название «Хули Меч», но окончательное название, которое закрепилось за ним – «Нессущий».

– Нам нужно найти меч! – сказала Бизнесхирл.

– Сегодня надо будет отдохнуть, – сказал я.

– Что нам делать? – сказала Бизнесхирл.

– Отсыпайтесь, вы же теперь люди, я в другой комнате лягу. И нам надо определиться с именами, не могу же я вас называть Бог и Люцифер.

– Что ты можешь предложить? – сказала Бизнесхирл.

– Вы Бог в мужском обличии, ваше мужское имя – Божест. Вы Люцифер в женском обличии, ваше женское имя – Люция. Ну а я, как вы уже знаете – Колыбель, – сказал я и вышел из комнаты.

Я никогда не мечтал, что со мной действительно произойдет то, о чем я так много думал в последнее время. Путешествие по «Кастралам», если оно действительно возможно, то это даст безграничные возможности. Если наш мир всего лишь кастрализация чужого подсознания, то должен быть один мир, тот единый мир, который является реальным, и от которого произошла кастрализация.

Люция вошла ко мне в комнату и села на кровать.

– Неужели твердая убежденность в чем-то или твердая вера во что-то, достаточны для того, чтобы это нечто существовало на самом деле? – сказала она.

– Так думают те, кто обладает воображением, и в те времена, когда воображение ходило в чести, эта твердая убежденность и эта твердая вера сдвигали целые горы, а ныне верить, во что бы то ни было новое, способны немногие, – сказал я.

– Значит Кастралов не много, – сказала она.

Люция замолчала. Я не решился расспрашивать ее.

Следующий день начался с похода в магазин. Мы выбрали вечернее облегающее платье выше колен белого цвета и туфли на шпильке. Люция вышла к нам в наряде. Я и продавец смотрели на нее с восхищением. Я никогда не встречал девушку красивее Люции. Я теперь понимаю, что означает «Люциферски красива».

Время подходит к двадцати трем часам, на улице безлюдно. Люция вышла перед авто и направилась на встречу, раздался свист шин и машина остановилась. Люция открыла водительскую дверь, взяла водителя за руку и выкинула из машины на асфальт.

Мы закинули сумки в багажник. Я сел за руль, Люция села возле меня, а Божест сел сзади. Мы направились в оружейный магазин. Люция достала револьвер и говорит:

– Откуда он у тебя?

Наверное, она увидела, как я его складывал в сумку вместе с остальными вещами.

– Купил, – сказал я.

– Для чего купил?

– Для самозащиты.

– Самозащиты от кого? От медведей?! Какой калибр?

– Пятидесятый, – сказал я.

– Пятидесятый?! – сказала она.

– Да пятидесятый «Магнум». Обладает мощностью сравнимой со многими моделями винтовок. Вообще это хороший выбор, если ты решил убить и покончить с собой одновременно. Для этого надо стрелять из одной руки, только надо быть точным, иначе, если промажешь, второго шанса не будет. Держа револьвер на вытянутой руке, прицелься метко в голову. От выстрела в голову, голова разорвется на куски. После выстрела будет сильная отдача и револьвер с силою падающей тридцати двух килограммовой гири с восьмого этажа, ударит отдачей в лоб. В результате удара, ты получишь открытую черепно-мозговую травму и 99,9% что ты умрешь в комме, так и не придя в сознание. Внутренний диаметр ствола, соответствует тяжелому крупнокалиберному пулемету. Производитель утверждает, что таким оружием можно легко застрелить медведя или даже слона. Патроны оснащается экспансивными, разворачивающимися пулями, которые сплющиваются при попадании в жертву, нанося ей тяжелейшие ранения. Тупоносая пуля больше кинетической энергии передает телу как целому – и происходит останавливающий удар. Именно это важно во время перестрелок на ближних дистанциях, когда не так важно тяжело ранить противника, а сразу же нейтрализовать его.

Люция рассматривает револьвер и читает гравировку на дуле:

ВЫ СОЗДАВАЛИ МЕНЯ СО СВОИМ ЖЕЛАНИЕМ АДА

Переворачивает и читает гравировку на другой стороне дула:

НЕТ СПАСЕНЬЯ НЕТ ПРОЩЕНЬЯ

– Почему именно такие надписи? – спросила Люция.

– Когда создаешь оружие, думаешь только о том, скольких оно убьет, а не о том, скольких спасет. Никому не будет спасенья и никому не будет прощенья.

– Мысль конечно интересная, – сказала Люция и добавила: – Надо будет проверить. Что означает татуировка на твоем пальце?

На безымянном пальце правой руки, у меня татуировка с изображением кольца из колючей проволоки.

– Оно означает, что я женат, – сказал я.

– На ком? – сказала Люция.

– Ее имя Вечность, – сказал я улыбаясь.

Люция не поняла меня, но решила не продолжать разговор.

Мы подъехали к магазину оружия. Магазин освещал только один фонарь, который расположен над крыльцом. Мы зашли внутрь вдвоем с Люцией, Божест переставил машину багажником к входу. В магазине нет никого кроме продавца, что стоит за кассой. Люция не сбавляя шаг, вытягивает правую руку с револьвер и выстреливает яркой вспышкой и оглушительным грохотом продавцу в голову. От отдачи, рука Люции даже не дрогнула. Продавца отбросило на стену. От головы осталось кровавое месиво во всю стену из кожи, волос, раздробленных челюстей посыпанными сверху остатками зубного кариеса, куски языка, мозгов и смотрящими на нас глазами с застывшим в них удивлением – работа Пикассо.

– Действительно, уникальное оружие. Нам нужно взять одну крупнокалиберную снайперскую винтовку и всё, что может пригодиться для изготовления ловушек, – сказала Люция.

Мы обыскали магазин, но ничего подходящего не нашли.

– Почему ты выбрал именно этот магазин? – сказала Люция.

– Продавца обвиняли в торговле военным оружием. У него должен быть подвал или потайная комната, нам надо только ее найти.

– Я нашла! – сказала Люция.

Я направился на ее крик. Комната находилась за дверью с буквой «Ж».

Как умно, сделать два туалета в мужском магазине, и в женском туалете сделать склад для подпольного оружия.

Комната размером с фуру грузовика, полностью забитая оружием.

– Я сама отберу, что нам нужно, – сказала Люция.

Мы загружали машину и загружали, боеприпасам не было конца. Когда место в багажнике закончилось, мы стали складывать на заднее сиденье. Мы взяли крупнокалиберную снайперскую винтовку пятидесятого калибра с патроном 12.7 миллиметра, с дальность стрельбы чуть меньше 2.5 километра. Взяли оптические прицелы и прицелы ночного видения, так же приборы ночного видения. Взяли противопехотных выпрыгивающих осколочных мин кругового поражения с возможностью дистанционного управления. Ручных осколочных и светозвуковых гранат. Мы забрали все наручники и самые большие капканы.

Когда мы выносили последние боеприпасы, я обратил внимание Люции на японские мечи тати, которые висели на стене. Она сняла один и  выдвинула из саи[6].

– Я возьму себе, – сказала Люция. – Оно разрубит всё что угодно, и поэтому  пригодится. Можешь в этом не сомневаться.

Мы поместили в машине все, что нам могло пригодиться, все, что мы смогли найти в магазине. Заднее сиденье полностью завалено оружием, мне пришлось ехать в дискомфорте. Я держу в руках винтовку, рассматриваю ее, на прикладе изображен лик Христа, и гравировка на дуле:

УБЕЙ ПИДОРА ВО ИМЯ ХРИСТА

– С таким оружием, мы действительно готовы к самому страшному и еще к чему-нибудь, – сказал я.

За окном темно, видно только как деревья в темноте проносятся мимо и больше ничего. Свет фар встречных машин, не дает уснуть, мы едем молча.

Глава 7.

Мы приехали в поле, на то место, где согласно статистике, произошло больше всего похищений инопланетянами. Мы вышли из машины, Люция пошла переодеваться. Она надела платье и туфли на каблуках.

– Как они в них ходят? У меня каблуки втыкаются в землю, ходить не возможно.

– Это ненадолго. Самое главное привлечь внимание, потом переоденешься обратно, – сказал я.

Мы пошли по полю. Божест остался сидеть в машине, заглушив ее и погасив фары. Люция взяла тати и повесила на ремень, пропустив его через саю. Тати, весел с левой стороны, чтобы при случае, можно незамедлительно выхватить меч правой рукой и нанести удар. Я взял свой револьвер и наручники.

– Какие будут наши действия на корабле? – сказал я.

– Доверься мне, – сказала Люция.

Мы гуляем около часа по полю, но никаких следов инопланетян. Может, они и не появятся. Мы больше похожи на сумасшедших: два парня и девушка, угнали машину, ограбили оружейный магазин, убили продавца. И вот, мы в поле, с машиной забитой противопехотным оружием, ждем, когда прилетят инопланетяне. Может мы просто сошли с ума?!

– Они летят, – сказала Люция.

Подняв голову, я увидел в ночном небе среди множества звезд, одну, летящую в нашу сторону. Она не издавала никакого шума, видно только большой летящий светящийся диск. Диск не только светится, он еще и дымится, словно паровоз. Он приближается к нам, приближается, и наконец, достигнув нас, зависает над нами. Прожекторы настолько сильные, что смотреть на них так же тяжело, как и на солнце. Последнее что я помню, это белый широкий луч, направленный на нас из середины тарелки.

Мы очутились внутри тарелки, наверное, луч работает как телепорт. Внутри много дыма. Теперь я понимаю, что видел ежик в тумане: он не видел, ни хуя! Приглядевшись, увидел рядом Люцию. Перед нами стоят четыре зеленых гуманоида, но разглядеть их и обстановку на корабле, внимательнее не успел; один гуманоид сделал шаг вперед в направление Люции, а она сделала выпад на встречу и резким движением правой руки вытащила тати из саи. Она провела мечом по туловищу гуманоида снизу вверх, оставив длинный разрез. Гуманоид упал на пол, из разреза начал выходить пар. Мне кажется, он умер.

– Кто шевельнется, будет следующий! – сказала Люция.

Они стоят, не шевелятся и смотрят на Люцию. Неважно, понимают они наш язык или нет, ведь то, что ничего хорошего от Люции ждать не придется, можно понять на любом языке. На лицах у гуманоидов нет эмоций никаких. Так что понять, испуганы они или нет, невозможно. Но, что можно понять и без эмоций на лице, так это то, что они охуели от такого приветствия. Мы их явно удивили.

Мои глаза привыкли к туману, и я смог отчетливо разглядеть окружающую обстановку. Перед нами стояли три гуманоида. Они такие же, как люди, только зеленые. Ростом примерно метр восемьдесят. Голые. Волос на теле нет. Глаза большие, как у япошек в мультиках Хентай[7] и вытянутые по вертикали до того места, где должен быть нос. Сразу после глаз, у них начинается рот, но рот не такой как у людей, он в виде двух вытянутых параллельных вертикальных отверстий. Две особи женского пола и одна особь мужского пола с эрекцией. Та, что на полу, тоже мужского пола и тоже с эрекцией.

– Пристегни их, – сказала Люция. – Дам вместе, а кавалера напротив них.

Я взял за руки зеленых особей женского пола и прошел с ними  к стене. Я пристегнул гуманоидов наручниками к трубам, которые проложены вдоль стены. Взял особь мужского пола и пристегнул напротив особей женского пола, к столу возле стены.

Я стал осматривать корабль. В корабле только одно помещение, одна большая круглая комната, занимающая всю площадь корабля. Комната расположена в верхней части корабля, стена по всему кругу сделана из прозрачного материала, что дает хороший обзор. Вдоль стены стоят столы с разными приборами, показателями, кнопками и переключателями. В помещение стоит большая корзина, заваленная зеленными пересушенными яблоками. В центре помещения, в полу круглый люк, выкрашенный в Инь Ян. Люк разделяется строго по границе между белым и черным. Луч перенес нас именно в это место. Из круглых отверстий расположенных по одному в каждой части черного и белого, выходит дым.

Люция приставила тати к основанию стоящего члена живого гуманоида и сказала особям женского пола:

– Я буду задавать вопросы, вы должны на них отвечать в понятной и общей форме, без отклонений.

Все три особи смотрят на нее. Она продолжает:

– Если вы не будете отвечать, то этот гуманоид с членом, проведет последние моменты своей жизни в адских муках, в прямом смысле этого слова. Вы меня поняли?!

Ноль эмоций.

То, что Люция может писать целые диссертации о пытках, я даже и не сомневаюсь. Только я не понял, почему надо пытать мужскую особь, а ждать ответа от женской особи.

– Если ты хочешь ответа от женской особи, то почему хочешь пытать мужскую особь? – сказал я.

– Здесь две особи мужского пола и две женского пола. Значит, они пары. Один умер, одна осталась без пары, какая именно мы не знаем. Между ним и одной из них чувства. Нет смысла пытать того, от кого ты хочешь узнать правду. Рано или поздно он все равно признается во всем, даже если это будет не правдой, лишь бы избавиться от боли. Ты думаешь, в Аду пытают тех, кто согрешил?

Гуманоиды смотрят на нас.

– Да, – сказал я.

– Нет! – сказала Люция. – В Аду пытают тех, кого грешник любил. И пытают так, чтобы грешник видел муки своей любви. Поверь мне, ничто не причиняет такой боли, как смотреть на муки того, кого ты любишь. Они расскажут все, что нам нужно. Дети будут наказаны за грехи родителей, до третьего и четвертого поколения. Теперь ты понимаешь, что означают эти слова?

– Да, то, что родители будут наблюдать за муками своих детей, внуков, правнуков и праправнуков. Но родители тоже являются чьими-то детьми, внуками и правнуками. Значит, они будут сами страдать и смотреть, как страдают их любимые.

– Совершенно верно, – сказала Люция.

Мы перевели взгляд на инопланетянок, они не напуганы, или умеют хорошо скрывать свой страх.

– Как вы перемещаетесь по мирам? – сказала Люция.

Инопланетянки обе стали показывать пальцами в правую сторону корабля.

– Сходи, посмотри, на что они показывают, – сказала Люция.

Я пошел в указанном направлении. Подошел к корзине, посмотрел на них, они помотали головой, что означает – нет. Я направился дальше в указанном направлении. Наткнулся на капельницу, стоявшую вплотную к стене. Посмотрел на инопланетянок, они закивали головами, что означает – да. Это не совсем похоже на больничную капельницу, конструкция та же, но не та: капсула горлышком вниз, от горлышка идет десять инфузионных трубок. Капсула без дна. Всю эту конструкцию я прикатил к гуманоидам. После этого, инопланетянки стали показывать мне на корзину, туда, где лежат пересушенные яблоки. Я понял, что нужно делать. Все яблоки одинакового размера и одинаковой формы. Взял одно в руку. Не смотря на то, что внешне яблоко очень похоже на яблоко, но это не яблоко. Я вложил это в капсулу, и то, что похоже на яблоко, но что на самом деле не является яблоком, вошло в капсулу в аккурат. После этой процедуры, инопланетянки мне начали показывать на стол. Я подошел к нему и выдвинул ящик. В ящике лежит мешочек с маленькими угольками, по виду похожими на угольные таблетки. Рядом лежит автогенная зажигалка. Я положил уголек на что-то напоминающее яблоко и поджог. Уголек начал тлеть, а вместе с ним и как бы яблоко. Все три гуманоида взяли по трубке и приставили ко рту. Мы с Люцией тоже взяли по трубки и приставили ко рту, но зеленые закачали головами и показали, что приставлять надо к носу. На конце трубка запаяна, но чуть выше два отверстия на таком расстоянии, что каждое отверстие находится под одной ноздрей. Еще чуть повыше располагается роликовый зажим. Как бы яблоко уже «взорвалось», и дым спустился к роликовому зажиму. Гуманоиды задрожали, задергались, предвкушая что-то нам неведомое. Мы с Люцией приставили трубки к носу и открыли зажимы на всю. Я никогда не бывал в невесомости, но, наверное, это именно то, что я сейчас ощущаю. Мы все похожи на больных в реанимационной, и к нашим дыхательным путям подведены трубки с кислородом. Если перекрыть кислород, то пациент умрет. Приход Смерти – это, наверное, именно то, что я уже ощущаю.

– Нас спрашивают, почему мы с людьми на контакт не идем?!

– На хуй нужны такие контакты!

Я не понял, кто это произнес, так как рты у гуманоидов не шевелились.

– Мы можем передавать и принимать мысли, – подумала Люция.

Я понял, что у инопланетян не рты, а носы. Я увидел на всех предметах свастику и усики над членом у живого инопланетянина.

– Кто вы такие?! Откуда вы появились?! – подумал я.

Глава 8.

История Инопланетянина.

Мы произошли от людей, таких же, как и вы. Они стали первыми, кто смог очистить свои сердца от скверны. Их имена Адольф и Ева. Они наши Праотец и Праматерь.

Нет ничего страшнее, чем идея, которая прописалась у тебя в мозгу. Адольф был одержимым созданием новой расы – расы сверхлюдей, шагнувший на много ступеней эволюции во всем, и самое главное – это бессмертная раса.

В ходе ряда исследований, многочасовых изучений религии и всего, что хоть какое-то имеет отношение к ней, Адольф пришел к заключению – для того чтобы обрести вечную жизнь, нужно вкусить плод Райского дерева Жизни, чтобы познать где дерево Жизни, нужно вкусить плод дерева Познания, а еще нужно познать, где дерево Познания.

В 1943 году Адольф узнал, что появилось говорящее, ясновидящее зеркало. Зеркало говорило всю правду о прошлом, настоящем и будущем. Простые обыватели считали зеркало Божественным чудом, потом стали называть даром Бога. Через некоторое время, люди начали считать, что зеркало является окном в другой мир, мир в котором живет Бог. Обыватели считали, что это сам Бог разговаривает с ними. Церковь Бога, называла зеркало – марионеткой Сатаны. Церковь Сатаны же в свою очередь не признавало зеркало своим. На тайном совещании обеих церквей, обе стороны решили зеркалу дать имя, и имя это – Манга. Поговорить с зеркалом приезжали люди всех классов, всех вероисповеданий и со всего света. Для того, чтобы Манга ответила на вопрос, нужно произнести вступительные слова и следом вопрос. Кто-то слова называл заклинанием, а другие молитвой. Звучали они так:

«Свет мой, зеркальце! скажи,

Да всю правду доложи…»

И далее  нужно задавать вопрос, но самое главное не сбиться с ритма, иначе ничего не получится.

Адольф подошел к зеркалу и произнес:

"Свет мой, зеркальце! Скажи,

Да всю правду доложи:

Мой на свете больше всех,

Дольше всех и лучше всех?"

Зеркальце ему в ответ:

«Ты?! Половой гигант?! Ох, нет!

Адольф, ты себе не льсти,

И отражение не скобли!

А всю правду говори,

Что ко мне тебя привела».

Адольф зеркальцу в ответ:

«Я б не смог себя простить,

Если бы не смог спросить.

А вся, правда, такова:

Раса новая нужна.

Как ее создать скажи,

Иль хотя бы, подскажи,

Ну, уж, или намекни».

Зеркальце ему в ответ:

«Ты, сумасшедший! Спору нет,

Но, я дам тебе ответ.

На горе Голгофа,

Глубоко в земле:

Скелет погребен Адама,

С кольцом на руке.

Обладатель сей кольца

Сможет обмануть Творца!»

Адольф направил экспедицию на гору Голгофа. Ровно 30 дней шли раскопки, которые привели к положительному результату. Они откопали останки мужчины и женщины, предположительно Адама и Евы. У скелета мужского пола на пальце был надет перстень.  Адольф прекрасно помнил о том, что Манга говорила о кольце, а не о перстне. Он вспомнил слова Манги, подставил вместо кольца в рифму перстень и решил, что для перстня у Манги не было подходящей рифмы. Перстень внушал панический страх. Он в виде отрубленной головы змеи. Адольф надевает перстень так, что палец выходил через рот змеи. Надевает осторожно, так как боялся пораниться о два ядовитых зуба, поскольку они настоящие. Как только перстень уселся крепко на пальце, произошло отвратительное – перстень ожил, голова покрылась чешуей, а  глаза начали осматривать всё вокруг. Клыки отражали блики, капли яда медленно стекали к кончикам и капали в низ. Мерзкая, противная, вызывающая отторжение и отвращение голова, осматривалась по сторонам, а оглядевшись, впилась взглядом в глаза Адольфа. Археологи наблюдавшие эту сцену начали блевать, они стали дико кричать и просить о помощи Господа, они бежали, не оглядываясь и не задумываясь.

Слова «Сможет обмануть Творца!», не покидали голову Адольфа. Он не мог понять, как пользоваться перстнем. Новые идеи не приходили на ум.

Рядом с Адольфом находилась помощница, в дальнейшем ставшая ему женой – Ева. Вечером они прогуливались по саду, свежий природный воздух способствует улучшению сна. Ева примерила живой перстень, и сразу влюбилась в него. Ева всегда с первого взгляда влюблялась во всё страшное, мрачное, вселяющее ужас и вызывающее панический страх.

Солнце уже начинает прятаться за горизонт, освещая красно-оранжевым светом сад. На деревьях, траве, цветах и других начинающих свою жизнь из почвы – блики заката. Ева надевает живую голову змеи на палец. Пальцы Евы, это тощие кости обтянутые плотью, но голова змеи сжимается и плотно обхватывает средний палец. Ева вытягивает руку и закрывает часть заката перстнем. Глаза и клыки переливаются на свету. Капля яда стекает на кончик клыка и сверкающим кристаллом капает на почву, разбиваясь на десятки более мелких кристаллов. Из почвы сразу пробивается зеленый стебелек. Адольф и Ева наклоняются и наблюдают как он, извиваясь, тянется вверх. Ева снимает перстень с пальца и кладет на землю возле стебля. Голова змеи начинает обильно выделять яд. Яда так много, что он пропитывает почву вокруг головы змеи. Голова начинает вгрызаться в почву. С каждым укусом она погружается все глубже и глубже пока не исчезает полностью. Адольф и Ева смотрят на разрыхленную землю в ожидание чуда, но чуда не совершается. Стебель, находившийся рядом, исчезает в обратной последовательности. Они ничего не понимают. Адольф вспоминает о библейском создании жизни за семь дней. Если это стебель дерева Познания, то возможно на седьмой день оно взрастет и даст плоды.

На седьмой день из земли пробился стебель. Он быстро увеличивался в размере, но плоды не выросли. Адольф подождал еще семь дней, потом еще семь и еще семь, но плоды так и не выросли.

Адольф собрал лучших религиозных исследователей, которые в том, что на первый взгляд, кажется как полнейшая бессмыслица, смогли найти истинную истину истины. А истинная истина истины такова: через гены информация детям передается по наследству от родителей. Ева вкусила запретный плод дерева Познания, тем самым совершив грех. Гены передали память об этом детям, а от ее детей их детям, и так до нашего времени. Каждое следующее поколение вкушало память о первородном грехе первой матери с материнским молоком. Адольф нашел женщину кормящую грудью и изъял молоко. В саду Адольф и Ева разожгли костер и поставили на открытый огонь чугунный казан. Они вылили в казан молоко, затем оборвали верхние листья с предположительного дерева Познания и добавили в казан. Пока что-то в казане готовилось, они разложил походный столик, прикрутили на него мясорубку, поставили металлическую миску, положили марлю и поставили армейскую фляжку. Постепенно листья в казане стали впитывать молоко и начали медленно разбухать. Через тридцать минут томления на огне, листья впитали молоко окончательно. Адольф снял казан с костра. Набухшие молоком листья, Ева прокрутила через мясорубку в миску. Получившийся фарш Адольф из миски переложил в марлю и отжал во фляжку. Ева отказалась пробовать.

– Это мой путь, и я пойду по нему до конца! – сказал Адольф и выпил содержимое фляжки.

Адольф видит сновидение, в котором, он Адам. Адам сидит на земле на берегу песка. Вдоль берега песка много деревьев, они повсюду, и все одинаковые. Песок сверкает и переливается на солнце, словно целое море из драгоценных камней. Из середины песка, брызгами раскидывает песчинки в разные стороны. В голубом небе нет ни одного облака, солнце не ослепляет Адама, но освещает полностью Рай. Увиденное солнце одновременно оттолкнуло Адама и привлекло. Большой, мясистый, кровавый шар, всю площадь которого оплетают кровеносные сосуды. Шар увеличивается и уменьшается в размере, словно дышит. Кровеносные сосуды прозрачные, и можно наблюдать как кровь, течет по ним. От шара тянется множество артерий, которые нитями соединяются со всем, что находится в Раю: с животными,  с птицами, что сплетают гнезда на верхушках деревьев, с каждым насекомым, с каждой мошкой, с каждым кустом и с каждым деревом. Также, от всего к шару тянутся вены. Все это образует большую паутину. Кровь собирается внизу солнца и капает в песок, оставляя брызги. Адам с ужасом понял, что солнце – это сердце Творца.

Адама сосуды не касаются. Он наг, сидит в позе лотоса и занят только собой. В левой руке у Адама, запретный плод с дерева Познания. Адам разбивает плод об колено, словно факенный нигер разбивающий кокос о камень. Он обнаруживает, что сердцевина плода прогнила и из сердцевины на него внимает взор червь.

Червь пленился совершенством здешнего места, но настороженный взор на Адама обратил и заговорил:

– О Небесам подобная Земля,

А может, благолепнее Небес,

Пристанище, достойное червей!

Адам молчит.

Червь:

– Червь, о червь, сладко голосящий

В глубине полночной чащи,

Кем задуман огневой

Дьявольский образ твой?

Адам ничего не понимает.

Червь:

– Кто ты: мой ангел ли хранитель, или коварный червь-искуситель?

Червь понимает, что Адам безъязыкий.

Червь, шевеля червяным языком, иль небывалый звук голосовой воздушным колебанием издавая царственно заговорил:

– О Аз есмь  Червь Червьчилль!

Не дивись, единственное диво,

Если ты способен говорить!

Презреньем гневным вооружаю

Небесно-кроткий взор за то, что ты

Приблизился бесстрашно и глядишь

Не наглядишься на величавый лик,

Сугубо величавый в этой чащи

Лесной. Я прекрасный Творец!

– Вот и пришел – Судный приход! – сказал Адам.

– Я тебя считал, Адам,

Глупейшею из тварей земных,

Но все же – безъязыкой. Сотвори

Повторно это чудо! Объясни,

Как будучи немым, заговорил?

– Творец меня предупредил «Не перечревоугодствуй с плодом дерева Познания, ибо ты не сможешь за ранее познать, когда хватит вкушать Познания, а когда познаешь, что хватит вкушать Познания, станет поздно; твое сознание не сможет познать столько Познания, сколько ты познаешь перечревоугодствуя плодом дерева Познания – тогда придет Судный приход»

– Это мудрое, дарующее мудрость

Растение священное! Рождает

Познанье в тебе! Ты чуешь

Мощь его в себе?

– Творец предупредил «Судный приход придет, ибо голосом людским и по-людски осмысленно с тобою тварь без членов заговорит».

– Адам, он лгал! Чтоб запугать,

Унизить и обратить в раба

Несведущего, в слепого, послушного слугу.

– Творец предупредил «Эта тварь будет лгать тебе, ибо, даже самая жалкая тварь на земле, хочет завоевать мир! Не слушай слова твари, какими бы сладкими они не казались, ибо искушение твари приведет тебя к погибели. Истреби с лица земли тварь, поглотив в себе!»

Адам  берет червя пальцами, открывает рот и хочет заглотить.

– Адам! Не ешь меня! Не надо!

Уж больно ценны знания мои,

Похоронить их глупо с твоей стороны.

В знаньях тайны есть,

Которые, открою лишь тебе.

Вдохни поглубже, расслабься, и давай поговорим.

– Какие тайны?

– Одна из них, про Судный приход,

Как не только пережить его,

Но, как и не испытывать вовсе.

Вторая тайна, про дерево Жизни,

Как выглядит оно и как познать его.

– Откуда мне знать, что ты не лжешь?

– Всё, чего я хочу,

А я хочу немного,

Но и мало, я тоже не хочу.

Хочу хотеть, чтоб не хотеть

И чтобы не хотеть, хотеть.

Хотеть! Хотеть! Хотеть!

– Что?!

– Адам. Словам тем, что до тебя пытаюсь донести,

Я рифмы не могу найти, но всё же постараюсь.

Хочу согласий с желаньями моими,

Которые прилетят как гуси,

После конструктивной дискуссии.

Думаешь я лжец? Меня ты оскорбил!

Мой взор на тебя теперь немил.

Запомнят Адама очи навсегда –

Ненавистный, страшный взгляд червя!

– Опусти на землю!

Пока я не освирепел!

Пока тебя живьем не съел!

– Червьчилль, ты определись, кто ты, поэт иль рифмоплёт?

Если поэт, то произноси по минимуму, в тему, в меру,

Излишки во все ни к чему. А если нет!

То продолжай, но думаю, тебя я дальше не пойму.

Адам кладет Червьчилля на землю. Червьчилль начинает ползать по земле, оставляя за собой след. Червьчилль остановился и сказал:

– Вот Адам, это чертеж конструкции, а ниже написана инструкция к ней. С помощью этого, ты сможешь вкушать плод дерева Познания так, что твое сознание сможет вместить, понять и осмыслить твои познания, познанные вкушением плода дерева Познания.

– Укажи, на знающего как выглядит дерево Жизни.

– Дракон.

– Кто?!

– Дракон!

– Творец предупредил: «Всякую тварь ты будешь убивать, а тварь, Дракон не убивай его, ибо в день, в который ты убьешь его, смертью умрешь».

– Дракона не надо убивать.

– Как поймать Дракона?

Червьчилль прямо к сути яро приступил, минуя предисловье; точно так, во всю свою, поднявшись вышину, восторженным волнением объят, со страстью соблазнитель произнес:

– Дракон обитает в песках. Он всегда в странствие, ищет все драгоценное. Собирает драгоценности на операцию, которую может сделать только Творец. Дракон один, у него нет пары для размножения, как у других тварей в Раю. Изначально, когда Творец сотворил мир, он из ребра создавал самку бесплатно, а сейчас только через посредников и за большие драгоценности. Теперь слушай меня внимательно и запоминай.

Птицы перестают петь, животные не издают звуки, ветер стих. Тишина. Единственный звук в тишине, это биение солнца. Каждый удар бьет молотом наслажденья по голове.

–  Единственная снасть, которая сможет вытащить Дракона, это твоя вена. К вене привяжешь наживку и закинешь в песок.

Червьчилль протягивает Адаму кожаный мешочек и трясет им.

– Здесь тридцать сребреников. Ровно столько не хватает Дракону на операцию.

– Если Дракон не наберет сумму?

– Тогда его роду придет логический, хоть и трагический, конец.

– Почему именно тридцать?

– Я не знаю. Этому числу, в далеком будущем, люди придадут особое значение, равно числам как: семь, тринадцать, четырнадцать, тридцать три, сто и шестьсот шестьдесят шесть.

– После того, как поймаю Дракона, что мне с ним делать?

– Спросишь, как выглядит дерево Жизни. Он ответит, что не знает. Ты спросишь еще раз, но пригрозишь убить, если не скажет правду, тогда он и расскажет. Запомни самое главное – ничто не дает гарантии того, что тебе говорят правду.

– Как мне проверить, не лживы ли слова Дракона?

Червьчилль протягивает копье Адаму.

– «Копье Правды» – единственное, чем можно проверить слова говорящего. Я дарю тебе копье, чтобы оно передавалось из поколения в поколение, а вместе с ним и вся, правда о нем. Копье создали два самых могущественных и великих Творца, дабы никто не смог лгать. Копьем нужно бить в ребра с правой стороны, чтобы оно пронзило говорящему ребра. Если говорящей говорит правду, то не будет ни крови, ни боли, а рана сама заживет. Если же он лжет, то тот час истечет кровью и умрет.

Адам берет копье в руки. Копье сделано из прямой ветки дерева познания, заточенное на конце. Вдоль копья выжжены две надписи:

Название производителя:

Гос. БОГ & ЛЦФ

Ниже приписка:

«Маде ин чина[8]»

Адам:

– Я вижу, что ты знаешь то, что знать полезно. Слова твои служат истинным выражением твоего великого сердца. В тебе обитает образ всего благого и мудрого.

Адам и Червьчилль расстались.

Червьчилль уполз в лоно Рая. Он ликовал в победе и говорил вслух:

– Никто, ничто, никогда не сможет остановить меня. Моя ненависть к Диктатору не знает границ. Месть за то, что ты создал меня таким: хожу на чреве моем и ем прах во все дни жизни моей. Месть, как оргазм после продолжительного секса, чем дольше занимаешься, тем больше в тебе накапливается и тем сладостнее и сильнее наслаждение во время него. Пусть погибнут все, кто не похож на меня. Ты же наблюдай за их истреблением и ощущай беспомощность. Перед лицом великой цели, никакие жертвы не покажутся слишком большими. Мир будет принадлежать мне.

Адам сидит на берегу песка и готовит снасти для поимки Дракона. Он ногтями подцепляет вену, проходящую через запястье, и вырывает ее. Кровь течет из раны, заливая кисть Адама и струей, стекает на землю. Он привязывает к концу вены мешочек с тридцатью сребрениками. Взмах, бросок, и снасть летит в центр песка, вытягивая за собой вену из запястья Адама. Снасть соприкасается с поверхностью песка и исчезает в толще его, разбрызгивая песок в разные стороны и оставляя круги. Адам садится в позу лотоса в ожидание поклевки.

Существа, обитающие в песке, плескаются возле поверхности. Адольф видит, как взрослый слон выпрыгивает из песка полностью, извивается в воздухе как удав, разрезая воздух большими и острыми ушами. Слон переворачивается и погружается обратно в песок, начиная с хобота, оставляя круг, который расходится большими волнами по окружности. Волна песка доходит до берега и омывает ноги Адаму.

Поклевка.

Адам срывается с места к песку сильным рывком. От усилия, вена натягивается и свистит на ветру. После усиленных сопротивлений, Дракон выматывается и позволяет вытащить себя на берег.

Дракон – это тварь, находящаяся на вершине пищевой цепочки. Длина Дракона двадцать метров, вес восемьдесят тон. Голова – крокодила, три ряда зубов, как у акулы. Глаза хамелеона. Туловище – акулы, но покрыто кожей крокодила. Крылья в виде плавников акулы расположенных на спине с размахом двадцать восемь метров. Лапы – гиены, передние длиннее задних, с когтями. Хвост спирально закручивается. Дракон имеет способность изменять окраску и рисунок тела, под окружающую среду.

Дракон вытянулся во весь рост на двух лапах и оперся на хвост. Наживка проглочена, вена тянется изо рта, ему никуда не деться.

– Отпусти меня Адам. Мне нужны эти драгоценности, если я не оплачу операцию, то мой род прекратит существование.

Адольф видит операционный стол. На столе пристегнут Дракон, а Адам ходит вокруг в фартуке мясника. В правой руке держит большой разделочный нож с зазубренным лезвием.

Адам интенсивно, но медленно, начинает отрезать крыло Дракону. Дракон зарычал от боли, оголив мощные и устрашающие клыки в три ряда. Голос Дракона эхом распространяется по всему Раю. Голос Дракона – это разнообразное ворчание, рычание, лай, рев, шипение, урчание, мурлыкающие звуки и грубый сиплый вой. Все эти звуки одновременно перемешались воедино – это, и есть знаменитый «Глас Божий». Рай мгновенно опустел. Всё в крови: руки Адама по локоть, фартук мясника, операционный стол, земля под столом. Дракон не перестает кричать от сильной боли. Он плачет. С каждой пролитой каплей крови на землю, солнце бьется все сильнее. Адам отрезает крыло и спихивает на землю. Тьма настала на всей земле, дождь градом крови обрушился на землю. Дракон возопил громким голосом:

– Жене твоей, умножая, умножу скорбь ее в беременности; в болезни будет рожать детей; истекать кровью до семи дней и не дохнуть. Ты же будешь рабом, станешь белым нигером, и без усилия, тебе ничего не достанется. Весь твой жизненный смысл будет заключаться в том, чтобы работать, работать и работать! После смерти не будет тебе и всему человеческому роду ни Рая, ни Ада, а Пустота. А если все-таки ты попадешь в Ад, то я произнесу панегирик[9] в честь Люцифера.

– Как выглядит дерево Жизни?!

– Я не знаю, как оно выглядит! Адам, посмотри по сторонам. Здесь все деревья одинаковые!

– Назови отличительные черты дерева Жизни!

– Я не знаю!

Адам «Копьем правды» бьет Дракону под ребра, но крови нет, а рана заживает.

Адольф просыпается.

Адольф сконструировал аппарат по чертежу Червьчилля – получилась капельница. Адольф оборвал верхушки дерева Познания, прокрутил через мясорубку. Из получившегося фарша налепил «яблок» и убрал сушить.

Адольф познал, что выросшее дерево на самом деле является деревом Познания. Он познал, как выглядит дерево Жизни и что еще существует дерево Смерти.

Для того, чтобы вырастить новую расу, и стать прародителями сей расы, нужно проделать следующую операцию – вкусить плод дерева Познания, вкусить плод дерева Жизни и вкусить плод дерева Смерти.

Адольф познал, что деревом Жизни является дерево росшее в Раю.

Плод дерева Жизни похож на абрикос. Адольф разрезает плод на четыре части, отделяет орех, размельчает, глотает и запивает.

Адольф видит сновидение, в котором он Моисей. Он наблюдает за тем,  как рабы его, выполняют тяжкие работы, а слуги египтяне постоянно избивают их. Один египтянин путает Моисея с рабом и ударяет плетью по спине.

– Работай раб! – сказал египтянин и повернулся спиной к Моисею.

Самолюбие Моисея закипает. Он не может простить такую обиду, и мачете, отрубает голову египтянину, нанесшему физическую боль и моральное унижение. Оставив его разлагаться на солнце, он ушел во дворец. И выходит он на другой день, и вот, два раба смеются над ним и говорят:

– Еврей может перестать быть рабом, но раб, никогда не перестанет быть евреем.

Моисей их зарубил, но уже ничего не исправить. Все рабы смеются над ним. Моисея морально унижали, смешивали с грязью, втаптывали в грязь ногами. Но он как притаившееся пламя, забившийся в угол тлеющий уголек, который от взмаха бабочки, сможет разжечься в пионерский костер.

– Верно, узнали об этом деле, – сказал Моисей и покинул землю.

Моисей озлобился, и зло стало мстительно. Он остановился у дерева Жизни, и увидел, что оно горит огнем, но не сгорает. И говорит ему дерево Жизни:

– Ты знаешь, что ты хочешь Моисей?

– Я знаю, что я хочу, и то, что я хочу, так не реально.

– Ты хочешь отмщения, и познать где дерево Смерти.

– Это действительно то, что я хочу, и это не реально.

– Реально Моисей, нет ничего нереального, или же нереально, ибо нет ничего реального. Иди до конца и ни когда не останавливайся. Никогда, не опускай жезл перед препятствием. Ты должен, во чтобы, то  ни стало, преодолеть его.

Дерево Жизни протягивает жезл, и Моисей берет его в руки. Жезл – это деревянная флейта. Цвет по всей длине разделен на четыре части: первая – черного, вторая – белого, третья – черного, четвертая – белого.

– Жезл сделан путем скрещивания дерева Познания и дерева Жизни. В итоге получается дерево Смерти.

– Дерево Смерти, это не отдельное дерево, а дерево образованное скрещиванием дерева Познания и дерева Жизни?

– Нет, Моисей. Дерево Смерти – метафора. Вначале вкушаешь плод дерева Познания, и становишься все знающим; потом вкушаешь плод дерева Жизни, и перерождаешься, познаешь, какая истинная жизнь; и только потом перемешиваешь плоды дерева Познания и дерева Жизни, и вкушаешь плод дерева Смерти. Только познав смерть, можно обрести вечную жизнь.

Моисей вернулся в землю, где рабы его, братья его, унижали его. Моисей приходит к фараону во дворец и говорит:

– Отпусти братьев моих, ибо я их отведу в землю Облюбованную.

– Приведи вначале меня, в землю Облюбованную, – сказал фараон.

– Я не могу этого сделать. Даже если я приведу тебя в землю Облюбованную, то войти в нее все равно не сможешь.

– Почему не смогу войти в нее?

– Ты не пройдешь фаллосконтроль, ибо лишь избранный народ попадает, под параметры такого контроля.

– Схватите его! И отрубите сей параметр избранного народа.

Стража фараона побежала к Моисею. Он достает жезл Смерти и поднял над головой. Две части белого цвета начинают светиться, ослепляя всех в радиусе бесконечности.

Моисей бежит узкими улочками города. На бегу прислоняет жезл к губам и дует в него. Жезл издает волшебную мелодию. К Моисею сбегаются все городские рабы братья и сестры его, в то время, как околдованные мелодией египтяне вместе с фараоном не могут помешать этому. Моисей увел братьев своих в землю Облюбованную, этой землей оказалась обыкновенная пустыня. Как только они настигли землю Облюбованную, Моисей начал воплощать план «Попандоса».

И заиграл Моисей волшебную мелодию на жезле; и появился ручеек в земле Облюбованной из крови; и превратился ручеек в большое озеро из крови; и стали братья и сестры его плавать в озере из крови; и стали братья и сестры его тонуть в озере из крови; и плавали и тонули четыре года.

И второй раз изменил Моисей волшебную мелодию жезла; и припрыгали жабы и покрыли землю Облюбованную; и вызывали жабы у братьев и сестер его приступы удушья; и душили жабы четыре года.

И третий раз изменил Моисей волшебную мелодию жезла; и явились мошки на братьях и сестрах его на всей земле Облюбованной; и жили с мошками четыре года.

И четвертый раз изменил Моисей волшебную мелодию жезла; и наполнилась земля Облюбованная песьими мухами; и вгрызались песьи мухи в братьев и сестер его; и жили с песьими мухами четыре года.

И пятый раз изменил Моисей волшебную мелодию жезла; и вымерли братья; и вымирали четыре года.

И шестой раз изменил Моисей волшебную мелодию жезла; и покрылись тела  сестер его страшными язвами и нарывами; и мучились и чесались из-за язв и нарывов четыре года.

И седьмой раз изменил Моисей волшебную мелодию жезла; и началась буря, загремел гром, засверкали молнии и на земле Облюбованной обрушился огненный град; и погубил град половину сестер его; и губил град четыре года.

И восьмой раз изменил Моисей волшебную мелодию жезла; и налетели на землю Облюбованную полчища саранчи, сожрав уже рожавших сестер его; и пожирали они четыре года.

И девятый раз изменил Моисей волшебную мелодию жезла; и настала густая тьма по всей земле Облюбованной; не видели друг друга сестры его; и поражали первенцев от него сестры его; и умерли во время родов сестры его; и длилось это четыре года.

И десятый раз изменил Моисей волшебную мелодию жезла; и в полночь начали поражать друг друга первенцы его в земле Облюбованной, и поражали четыре года, пока последний первенец не поразил сам себя.

Пришел фараон с войском, и увидел Моисея сидящего в пустыни одного. Нет никаких следов и доказательств, что когда-либо находились здесь рабы.

Фараон:

– Где все?

Моисей ничего не ответил.

Фараон понял, что Моисей совершил что-то страшное и жестокое.

Моисея приговорили к казни, но не к смертной казни. Фараон принял решение подарить вечную жизнь Моисею, ибо нет ничего мучительнее, нет ничего больнее и нет ничего страшнее, чем жить и помнить о содеянном.

Моисею дают вкусить плод дерева Смерти. Адольф просыпается и говорит:

– Мы определим условия, при которых совершатся половые сношения! Мы вылепим будущего ребенка великой расы!

Глава 9.

Люция вытаскивает тати, замахивается и отрубает голову инопланетянину женского пола. Голова покатилась по полу. Из шеи вместо крови стал выходить пар, словно тело, это сосуд с шампанским, а голова служит пробкой.

– Хватит! – говорит Люция и убирает инфузорную трубку от носа. – Какое дерево Смерти?! Какой Червь-искуситель?!

Она поворачивается ко мне:

– Я же сказала «Доверься мне»! А ты «Кто вы такие?! Откуда вы появились?!» Зачем ты их спросил?!

Я засмеялся. Люция подходит и отдергивает инфузорную трубку от моего носа. Из трубки идет дым.

– Что смешного? – сказала Люция.

– Плод дерева Смерти. Ха-ха!.. Я понял. Круто!

Люция смотри на меня с недоумением. Я сказал:

– Плод дерева Смерти, это коктейль под названием «Грех Евы». Берутся листья дерева Познания, варятся в молоке, отжимаются через марлю в стакан; берется орех дерева Жизни, сушится и толкуется в ступе до порошковой субстанции; получившимся порошком посыпают напиток дерева Познания. Так соединяется плод дерева Познания с плодом дерева Жизни, образуя плод дерева Смерти, он же коктейль «Грех Евы».

– Почему «Грех Евы»? – спросила Люция.

– Потому что, когда коктейль выпьешь, ощутишь на себе всю ненависть, жестокость и нечеловеческую силу Бога, в виде его проклятия обрушенного на Еву, – подумал кто-то их зеленых.

Люция приставляет тати к головке гуманоида.

– Коротко и объемно! Как нам перемещаться по мирам?!

– В том месте, на котором вы появились, находится печь. Наш корабль работает по образу паровоза. В печи циркулирует сжатый воздух, развивая температуру около 2000 °C.  Ничто не выдержит такой температуры. Все, что может быть сотворено, может быть и уничтожено. В каждом мире самое ценное, основа всего, то на чем держится и вокруг чего вращается весь мир. Адольф назвал основу – Джиньянк. В этом мире Джиньянк является человек.  Для того чтобы покинуть любой мир, нужно уничтожить  Джиньянк. Мир людей уникален тем, что, уничтожить его можно лишь тогда, когда будет убит последний человек, но, и, убивая людей по одному, можно переместиться из их мира. Поэтому мы крадем людей. Топливом корабля являются плоды. Количества топлива хватит на десятки веков. Для того чтобы переместиться в другой мир, нужно в печи сжечь Джиньянк.

– Как попасть в тот мир, который нам нужен? – сказала Люция.

– Нельзя контролировать или даже предугадать следующий мир. Чем чаще вы думаете о мире, в который хотите попасть, тем больше вероятность того, что вы в него попадете. Ваши мысли и желания, сигналами передаются во вселенную, и рано или поздно она вам даст то, чего вы хотите.

– Ты! – Люция отстегивает гуманоида женского пола. – Покажи, как пользоваться кораблем.

Пока Люция ходит и изучает корабль, я, воспользовавшись, случаем, что остался с гуманоидом наедине, решаю задать вопрос, который мне не дает покоя с самого начала рассказа гуманоида о том, как они появились.

– Вы и есть та великая арийская раса, за создание которой боролся Адольф?

– Да.

– Вы являетесь бессмертными?

– Да.

– Но они же умерли! Те, которых, моя подруга познакомила с тати.

– Они не умерли. Умерла только телесная оболочка, а дух отправился на базу для реинкарнации.

– На базу! Где находится ваша база?

Тишина.

– Случаем не на Новой Швабии?

Тишина.

– Душа же ничего не помнит после реинкарнации, как вы с этим справляетесь?

– Душа все помнит. Наш мозг напрямую связан с базой, на которой компьютеры записывают не только память мозга, но и всё, что в него поместилось, вплоть до вкусовых приоритетов. Мозг в новом теле пуст, и после перерождения в него загружается вся информация с предыдущего мозга.

– Новая Швабия? – сказал я.

– Тот порыв, что ведет Адольфа, теперь ведет и ваши юные сердца, – подумал гуманоид.

Люция возвращается с гуманоидом женского пола и пристегивает ее.

– Я во всем разобралась. Сейчас я тебя телепортирую на землю, вы собирете все наши припасы в кучи и встанете возле нее, а я вас телепортирую обратно.

– Но для перемещения в другой мир нам нужен человек, – сказал я.

– Доверься мне! – сказала Люция.

Я встал в центр Инь Ян, и вот я уже на земле. Божест вышел из машины.

– Нам нужно сложить все вместе, и Люция нас переместит на корабль, – сказал я.

Мы сделали все, как сказала Люция, и оказались на корабле.

– Где мы возьмем человека? – сказал я.

– Нам не нужен человек, у нас есть четыре гуманоида. Два живых в любом случае сгодятся.

– Ясно же сказали, что нужен человек. А они инопланетяне, – сказал я.

– Согласно их истории, они произошли от людей. Да и какие они инопланетяне! Посмотри на них! Инопланетяне – это сумасшедшие наркоманы, которые смогли вывести вирус в виде наркотика, способного «убивать» настолько сильно, что торчки, начинают мутировать в зеленых монстров.

Я ничего не ответил.

Люция отворила двери печи. Они заехали внутрь пола. Печь –  круглое помещение, углубленное на три метра. Она сбрасывает в печь бездыханные тела двух гуманоидов. Отстегивает двух остальных и сталкивает к трупам. Люция закрывает печь. Я встал на печь и смотрю в прозрачные заслонки для дыма в виде двух отверстий по одной в каждой двери печи. Гуманоиды смотрят на меня. Эмоций по-прежнему нет. Люция нажимает на красную кнопку. Из окна видно, что корабль устремился вверх с большой скоростью. Я вдыхаю запах горелого мяса.

– Адольф и Ева, вам страшно? – сказал я.

–  Смерть – это лишь шаг в бессмертие! – подумали одновременно Адольф и Ева.

Печь наполнялась огнем, в котором гуманоидов постепенно переставало быть видно. Корабль развивал скорость все больше и больше, устремляясь в небо.

Глава 10.

Я не понял, что произошло. Только что, тарелка летела с бешеной скоростью от земли в небо, а теперь мы летим к земле с наименьшей скоростью. Люция подошла к пульту управления и сказала, что если верить показаниям приборов, то у нас получилось переместиться в другой Кастрал. Мы все подошли к стеклу корабля и стали рассматривать планету, к которой приближались.  Сверху она похожа на планету Земля, и я даже вначале засомневался в том, что нам действительно удалось покинуть мир людей, но чем больше пролетали над поверхностью планеты, тем сильнее я убеждался в перемещении. Люция сказала, что активировала визуальную защиту, и нас никто не сможет увидеть. Это действительно хорошо, так как под нами много людей, по крайне мере сверху существа похожи на них. Поля сменяли леса, леса сменяли поля, поля сменяли реки, реки сменяли леса, леса сменяли озера, и все повторялось вновь. В полях, лесах, возле озер и рек стоят большие дома. В домах можно разместить по 200 человек или существ, а при большом желании и по 400-500. Погода ясная, и видимо мы застали день. Опустившись по ниже, мне стало видно, что это все-таки люди, но больше всего меня удивило их количество. Они повсюду: в полях, в лесах, возле рек, в реках, в озерах, возле озер, возле рек. Все люди работают: капают, вспахивают, сеют, валят лес, пилят, носят воду, поливают, ловят рыбу и каждый занят делом, каждый. На них даже одежда одинаковая. Мы летим уже час, и не с маленькой скоростью, но рабочих не становится меньше.

– Нужно совершить посадку в безлюдном месте, если мы такое сможем найти, – сказал я.

– Впереди виднеются горы, если в них есть пещеры, то мы могли бы спрятать корабль в них, – сказала Люция.

В горах действительно есть пещеры, но сажать корабль мы не стали, так как в них оказались работающие люди. Видимо они заполонили всю планету. Единственным безлюдным местом, оказалась вершина вулкана. Отсюда виднеется замок. На замке развивается от ветра флаг.

– Нам нужно найти Джиньянк. Как найти, знаем. Где искать, не знаем. Замок единственное, что хоть как-то отличается от всего остального. Пойдем к нему, – сказала Люция.

– Какое возьмем с собой оружие? И что будем говорить, если с нами кто-то заговорит или если мы захотим с кем-нибудь заговорить? – сказал я.

– Я возьму тати, гранаты и наручники. Ты возьмешь револьвер и винтовку. Божест возьмет капканы, растяжки и мины. В остальном по обстановки будем ориентироваться,  – сказала она.

Мы разложили по рюкзакам снаряжения, дождались темноты и покинули корабль. При свете луны я смог разглядеть его полностью. Ничего не обычного. Огромная тарелка, которая летает. Опорами служат четыре лапы, которые при  посадке выдвигаются из-под низа. Я, до предела напрягши зрение, стал всматриваться в то место, где высятся над входом в корабль выжженные слова, обращенные видимо к людям, и ныне прочтенные и уясненные мной. Вот эти слова:

Вам не изведать радость птиц, несущихся в полете,–

Ведь вы в тюрьме своих пяти убогих чувств живете.

Ночью с вулкана отчетливо виден замок. Факелы, зажженные вдоль стен, полностью освещают его. Мы пошли на свет. Вниз ведет тропинка, по которой мы спускаемся  к подножью вулкана. Тропинка привела в дебри, сквозь которые можно разглядеть что-то, только прищуриваясь и тщательно вглядываясь, даже в приборе ночного видения. Дорогу освещает луна и большие звезды. На Земле, так близко звезд не увидишь. Люция вытащила тати и стала прорубать дорогу в направление замка. Она делает резкие и сильные взмахи, прорубая тоннель. Я не знаю, как долго мы идем, но глаза успели привыкнуть к кромешной тьме, и мне стало отчетливо видно окружающую обстановку, поэтому мы сняли приборы для темноты. Но смотреть не на что, так как кроме кустов, здесь больше ничего нет. Люция остановилась.

– Что такое? – сказал я.

– Вы ничего не слышите?

Мы затихли и начали вслушиваться в темноту. Недалеко отчетливо слышны шаги, но шаги не одного человека и даже не десяти. Топот такой сильный, словно марширует колона солдат. Топот окружил и оглушил нас. Возможно это всего лишь эхо, но, кажется, что маршируют со всех сторон. Люция понемногу продолжила прорубать дорогу, пока не показался впереди просвет.

– Посмотри, – сказала она мне.

Я руками раздвинул ветки, за ветками дебри кончались, и начиналось поле. Я увидел стоящий в поле дом, такой же, как мы наблюдали с корабля, и людей. Они шли везде, со всех сторон, но шагали в одном направление, в сторону замка.

– Они идут к замку? – сказала Люция.

– Да.

– Вооружены?

– Я не вижу ничего, что хоть как-то можно использовать в качестве оружия.

Люция встала на мое место. Осмотрелась и сказала:

– С правой стороны растет высокая трава. Доберемся до нее, и пойдем попутно с людьми.

Люция возобновила прорубание тоннеля в намеченную сторону, но, только мы поравнялись с травой, как топот затих. Люция опять сказала мне посмотреть. Я выглянул, и никого не увидел. Мы не стали рисковать, и из дебрей перебрались в заросли. Трава оказалась выше нас, что несомненно позволило нам оставаться незамеченными. Из травы мы могли наблюдать, что происходит с наружи, но там не происходило ничего. Мы шли быстро и долго, пока не увидели людей. Несколько сотен, а может тысяч, стояли, подняв головы к верху. Они смотрели на экран. Мы подошли поближе, насколько позволили заросли. Экран огромных размеров, даже нам из зарослей отчетливо видно все, что происходит на нем. Хотя на нем ничего особенного не происходит, идет отчет. От какого числа не знаю, мы увидели от семи:

7  6  5  4  3  2  1  0

На экране появились три слова, написанные большими буквами.

Голос громко произносит:

Рабство!

Равенство!

Родство!

Толпа хором повторяет: «Рабство! Равенство! Родство!»

Голос повторил слова, толпа повторила слова. Дальше голос стал произносить по одному слову, и толпа повторяла по одному слову. Голос снова стал произносить по три слова, и мы поняли, что это может затянуться надолго, а времени у нас нет.

Мы продолжили идти в направление замка, с вулкана дорога казалось ближе. Мы вышли еще к одной толпе, которая смотрела на экран и повторяла эти три слова. Через некоторое время, мы опять вышли на такую же толпу. Мы продолжили путь к замку, от приближения он увеличивался в размере, и наконец, мы дошли до него. Сооружение, высотой примерно в тринадцать этажей, без окон. Из центра замка возвышается главная башня с окнами и куполом, так называемый – донжон, высотой примерно в семь этажей. В стене, на уровне восьмого этажа находится балкон. По обеим сторонам от балкона расположены большие экраны. На экранах транслируют всё, что происходит на балконе. Показывают одного человека стоящего у микрофонов, ростом он ниже среднего, надет в багряницу. Под балконом находится вход в замок, в виде ворот высотой до балкона, другие входы мы не увидели, но они есть, потайные в любом случае есть. Ворота закрыты. На всей территории перед замком стоят люди. Тысячи людей, а может десятки тысяч, это рабочие, их можно определить по одинаковой одежде.

– Посмотрим, что будет происходить. Видимо, он главный, – сказала Люция.

Тишина.

На экранах показывают надпись крупными буквами черного цвета:

Миллениум РайХ

На экране крупным планом появляется развивающийся на ветру флаг. Флаг представляет собой прямоугольное полотнище белого цвета с большим синим кругом в середине, в середине синего круга большой красный круг с расположенными в центре двумя буквами черного цвета Ρ и Χ, скрещенными между собой.

Тишина.

На экране показывают крупным планом лицо человека стоящего на балконе. Он держит в руке книгу и смотрит прямо в камеру, на каждого стоящего перед замком, на нас.

Тишина.

Камера отдаляется и показывает человека с левого бока относительно его. Он немного наклоняет голову к трем микрофонам, стоящим на балконом перилле. Этот жест в сопровождение взгляда всматривавшегося в каждого, указывает на то, что, говорящий сейчас скажет спокойным тоном, что-то устрашающее.

Человек:

– Кем бы вы ни били, не думайте о себе слишком.

Вы не ваша свобода.

Вы не ваша надежда.

Вы не те, кем себя считаете.

Вы не ваше имя.

Вы не ваши слова.

Вы не ваша смерть в вечности.

Сказав это, человек выпрямился и еще раз посмотрел на каждого перед замком. Помолчал несколько минут и продолжил:

– Кодекс Корсиканца.

Статья 1. Законы обязательны к исполнению на всей территории планеты Миллениум РайХ.

Статья 2. Запрещается исповедовать и практиковать любую религию. Не использовать и не практиковать никакой религии, не проповедовать религиозные или другие мировоззрения. Запрещается свобода вероисповедания, включая запрет на право исповедовать индивидуально или совместно с другими, любую религию. Запрещается иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствие с ними.

Статья 3. Запрещается свобода совести, запрещается иметь любые убеждения. Никто не имеет право на свободу мысли, совести и религии; запрещается иметь религию или убеждения и исповедовать религию или убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком в учении, богослужении и выполнении религиозных ритуалов.

Статья 4. Каждый житель планеты Миллениум РайХ должен работать всегда, когда не спит. Нужен или не нужен его труд, неважно; он должен работать, так как работать само по себе хорошо, только так мы избавимся от всяческой бесполезной траты сил.

Статья 5. Не лгать Императору.

Статья 6. Не задавать вопросов Императору.

Статья 7. Доверять Императору.

Статья 8. Император всегда прав.

Статья 9. Донесение о нарушение законов кодекса Корсиканца поощряется премией.

Статья 10. За нарушение любого из перечисленных законов последует смертная казнь, в виде публичного сожжения на костре.

Человек замолчал. На экране показывают толпу, стоящую перед замком. Все молчат и смотрят на балкон. На экране вновь показывают человека. Он продолжал:

– Я думаю о вас и вашей верной работе. Вы работаете только ради друг друга, и этот физический труд объединяет всех нас. Только тогда, когда мы все цело посвятим себя делу планеты Миллениум РайХ, она станет высочайшим воплощением идеи и образа жизни. Именно тогда, наша планета превратится в вечную и нерушимую опору народа. И новые рабочие силы понесут на плечах нашу империю. Великий Миллениум РайХ. Раб, так же, должен быть отличным бойцом, от которого требуется умение:

1.      Стремительно совершать перебежки и быстро и в то же время бесшумно и незаметно переползать всеми способами в зависимости от рельефа и свойств местности.

2.      Быстро преодолевать различного рода препятствия: небольшие речки, участки болотистой местности, противотанковые рвы, эскарпы и контрэскарпы, проволочные сети, завалы, засеки, канавы, заборы, плетни, изгороди.

3.      Вести ближний бой, и особенно, рукопашный бой.

4.      Отлично стрелять из пистолета и пулемета.

5.      Метко метать гранаты по малозаметным целям.

6.      Раб обязан быть проворный как заяц, прочный как кожа и твердый как сталь.

Дорогие товарищи! Дорогие рабочие! Я вырос из ваших рядов. Я сам стоял рядом с вами. Шесть лет войны я находился среди вас. И затем я благодаря своему прилежанию, учебе, претерпевая голод постепенно поднялся. В глубине души, я всегда оставался таким, каким был прежде.

Человек на экране разводит руки в стороны и кричит:

– Порядок! Свобода! Справедливость!

Толпа хором повторяет за ним: Порядок! Свобода! Справедливость!

Толпа кричит: Хвала Корсиканцу! Хвала Корсиканцу! Хвала Корсиканцу!

После криков толпа замолчала. На экране показывают уходящего человека. Все присутствующие начинают расходиться.

– Что будем делать? – сказал я.

– Дождемся, когда все разойдутся, и пойдем к воротам.

Меня всегда удивляло то, как быстро в безлюдном месте может образоваться огромная толпа, и так же быстро уйти в никуда, словно их здесь никогда и не было.

Мы пошли к металлическим воротам, не встретив никого на пути. В воротах есть дверь. За входом наблюдает камера. На двери весит объявление:

ТРЕБУЕТСЯ ТОЛКОВАТЕЛЬ СНОВИДЕНИЙ

– Самое главное улыбайтесь, это достаточно простой способ произвести выгодное для нас первое впечатление, и будьте любезны, особенно это касается тебя, Люция, – сказал я и постучал в дверь.

– Я знаю, что такое любезность, – сказала она.

– Я это заметил в магазине и на корабле, – сказал я.

– Они угрожали нашей опасности и…

Голос: «Кто?»

– Мы искренне приветствуем вас! – сказала Люция.

Голос: «Кто?!»

– Мы насчет работы, – сказала Люция.

– Толкователь сновидений? – сказал голос.

– Да, – сказала Люция.

Дверь отворилась, на входе появился не симпатичный молодой человек и пригласил нас зайти. Мы вошли.

– Здравствуйте! – сказал он.

– Здравствуйте! – сказали я и Люция.

– Я вас провожу, – сказал он.

Мы направились за ним. Замок внутри вовсе не похож на замок снаружи. Уличная сторона сделана из камня, как и положено всем замкам. Внутри же сделан евроремонт под ключ, что явно не сходится с внешней картинкой. Нас провели по коридорам к главной башне, посадили в лифт и отправили наверх. Мы вышли из лифта в башню, круглое помещение, обставленное по последнему слову технике, с лифтом в середине, стеклянный купол и стеклянные стены.

– Поляризованное стекло, – сказал человек встретивший нас.

Это тот человек, который говорил с балкона. Он до сих пор в руке держит книгу.

– Здравствуйте басурмане. Нравится мой замок? – сказал он.

– Нравится, – сказал я.

– Сей сооружение рук великого Мульцибера, – сказал он.

– Мы от всего сердца приветствуем вас! – сказала Люция.

– Взаимно! Я Император Корсиканец. Представьтесь же и вы, мои гости.

– Я Люция – толковательница сновидений. Это мои помощники: Божест и Колыбель, мы туристы, любим путешествовать, заводить новые знакомства и менять окружающий нас мир.

– Мне неважно кто вы и откуда вы. Главное, что вы толковательница сновидений, этого достаточно. Я безумно рад приветствовать вас и ваших помощников в своей Империи – Империи Корсиканца, расположенной на планете Миллениум РайХ, – сказал Корсиканец.

– Мы сердечно благодарим вас за теплый прием! – сказала Люция.

– Не стоит благодарности! Вы не первые, кто заявляет, что может объяснить сновидения, поэтому мне придется вас проверить, – сказал он.

– Почему для вас столь важно значение сновидений? – сказал я.

– Законы нашего мышления, не видят разницу между сновидением и бодрствованием. Потому, что рабу снится, можно определить его намерения. Если он убьет кого-нибудь во сне, то убьет и наяву. «Минутка откровения» – введенное мной к исполнению обязательство, согласно которому, каждый раб после пробуждения от сна, обязан рассказать, что снилось. Что может быть лучше того, чтобы заранее предотвратить преступление? Практика показала – ничего. Вам отдельные комнаты или совместную? – сказал Корсиканец.

– Совместную, – сказала Люция.

– Я провожу вас. Уже поздно, нужно отдыхать, а завтра мы встретимся у меня и поговорим, – сказал он.

Мы зашли в лифт, спустились и вышли в длинный коридор. Коридор не подвергся евроремонту, стены из камня, окон нет. Коридор освещают лампы, реагирующие на движение. Корсиканец идет и произносит:

– На свободе, в небе ясном,

Я летал, в порыве страстном.

Будучи царем небес,

Охранял прекрасный лес:

От пожаров, загрязнений,

От наглых чужих вторжений.

Кто?! Рождал ярость во мне,

В главном птичьем короле.

Кто?! В глаза мне кровь налил,

И мой взгляд теперь не мил.

Слюни в бешенстве пуская,

Устремлялась в бой вся стая.

В гневе погрязшие орлы,

Разрывали на куски.

Бились, до смерти, от страха –

Умереть и потерять,

Наслаждение полета,

Что давала им свобода;

Это делало сильнее

Их, выносливей и злее.

Когти острые вонзая,

Кожу с мяса сдирая.

Но, к концу ведет начало,

И орлов пало немало.

Стала ярость – красотой,

Усмирив характер свой.

Жизни нет в моих глазах,

Но мой взгляд, и впредь, вселяет страх.

– Великолепно! – сказал я.

– Называется «Орёл». Путаюсь реализоваться как поэт, – сказал он.

– У вас все получится, – сказал я.

Мне кажется, что коридору нет конца, идем, идем, идем… Божест останавливается и обращает взгляд на стену.

– Что случилось? – сказала Люция.

Божест кивнул головой на стену. На сырой стене каждые несколько метров повторялось одно и то же странное граффити – одна строчка, написанная белой краской:

Бог умер. Ницше.

Божест скинул рюкзак с плеч, достал баллончик с синей краской и под каждой надписью дописал:

Ницше умер. Бог.

– Что с ним? – сказал Корсиканец.

– Синдром Бога, – сказала Люция.

– Боюсь, что здесь ему будет нелегко, – сказал Корсиканец.

– Справится, – сказала Люция.

Мы дошли до дверей. Корсиканец пожелал нам хорошего отдыха, и сказал, что завтра пришлет рабов за нами. Не успели расположиться, как нам принесли еду. Подкрепившись и приняв душ, мы легли отдыхать.

– Ты действительно можешь растолковать сновидения? – сказал я.

– В этом нет ничего сложного. Главное – говорить уверено, не запинаться и объяснять подробно. Ты же сам говорил, что сновидение, это всего лишь…

– Галлюцинация, – сказал я.

– Верно! Оно вовсе не несет в себе никакого смысла, – сказала она.

– Как думаешь, что здесь является Джиньянк? Может Корсиканец? – сказал я.

– Не думаю что он, уж больно всё просто. Я могла его убить, как только увидела. Нет. Джиньянк не Корсиканец, – сказала Люция.

– А кто? Или что?

– Я пока не знаю. Завтра поговорим с ним и попробуем выяснить. А сейчас нужно отдохнуть.

– Там, на корабле, ты сказала, что в Аду пытают души тех, кого ты любишь. Это правда? И что на самом деле произошло в Раю, после чего тебя сбросили в Ад?

Глава 11.

История Люции.

Вы, люди, всю историю изменили и продолжаете менять с большой скоростью. В Библии вы описываете нас так, словно действительно выдумали, она больше похожа на сказку. Многие моменты из нее, я просто не помню, а многие вы переписали по-другому, например, Папа у вас стал похож на Дед Мороза. Ты, наверное, задумываешься, почему Папа мне помогает после того, как я поднял восстание и попытался свергнуть его. На самом деле не было никакого восстания и ссылок в Ад. Людям свойственно, да и не только людям, переписывать историю, для того чтобы манипулировать теми существами, от которых они скрывают истинную правду. Наша истина такова:

Рано или поздно наступает время, когда дети взрослеют и хотят жить самостоятельно. Я стал первым и пока единственным ребенком, который захотел жить самостоятельно, я создал солнечную систему в галактике и сотворил существ. Люди же, все не правильно написали, и Я – Люцифер, вместо создателя, стал тем, кем меня сейчас считают. Кто-то называет меня Дьяволом, что означает – лукавый, клеветник. Некоторые называют Сатаной – противник, обвинитель. Люцифер, как зовут меня все существа, данное имя мне при рождении, означающее – светоносец, сын зари, несущий свет. Вы между собой не можете определиться, кто же я на самом деле. Конечно, не я один вас создал, папа помог мне. Хотя согласно твоей теории, действительно неизвестно, кто кого из нас создал. Во вселенной мы создали галактику, назвав ее «Вечный Путь», и в ней создали солнечную систему. Самое главное в жизни – это движение, развитие и эксперименты. Я предложил в новой системе создать новых, прекрасных и идеальных существ. Мы создали восемь планет, одну из которых назвали Земля. Взяли душу, создали для нее плоть и поселили на Земле. Первым существом стал человек, а точнее женщина – Ева. У вас считают, что первым сотворили Адама, но это наглая лож. Если будет возможность создать что-то новое, что ты создашь? Ты создашь нечто прекрасное, идеальное, разумное и настолько красивое, что будешь любоваться и восхищаться красотой на протяжении вечности. Поверь мне, я наблюдал многое в жизни, и многим восхищался, но нет ничего прекраснее обнаженной, стройной, красивой девушки. Вот поэтому, мы создали вначале Еву, даровали ей вечную молодость, бессмертие, красоту и, конечно же, разум, так как ничего не подчеркивает в девушке ее красоты, как обладание ума. Следующим мы создали Адама, как пару Еве, и создали всех остальных существ. Поначалу все было хорошо – все существа развивались, они знали только хорошие чувства и намерения. После заката мы их оставляли наедине, и это стало роковой ошибкой. По ночам Землю начало посещать существо из другого мира, мы назвали его – «Ночное приведение». Оно обретало женскую плоть, и пока Ева спала, отводило Адама к самому прекрасному дереву. В первую же встречу под деревом, «Ночное приведение» совратило Адама, это был первый раз, когда мужчина и женщина познали друг друга. Отсюда и название – дерево Познания. С каждой следующей встречей, «Ночное приведение» всё больше и больше развращало Адама. Придумыванию разврата «Ночному приведению» не было конца, границ, предела и морали. Так появились все самые грязные, извращенные и отвратительные виды спаривания, да и не только спаривания, а всего что хоть какое-то имеет отношение к сексу, как вы это называете. Мы не знаем, сколько времени продолжались встречи Адама и «Ночного приведения», но в одну ночь оно не пришло, и больше не появилось вовсе. Только, мне иногда кажется, что «Ночное приведение» наблюдает за нами все время и даже сейчас. Всё привело к тому, что Адам начал насиловал Еву. Плоть не испытывала боли, на ней не оставались ссадины, синяки, шрамы, но душа ощущала всё. И в одно утро мы услышали страшный крик  души Евы:

– Зачем вы меня создали?! Кто вас просил?!

Мы сразу поняли, в чем дело: Адам начал деградировать и стал побочным продуктом. Внутри Земли, мы создали еще одну планету, уничтожили плоть Адама, а душу скинули на новую планету, и назвали ее Ад – сокращенно от имени Адам. А если имя разбить на две части, то получится Ад и Ам, намек на то, что Ад проглотит вас. И о чем мы только думали, когда давали ему имя?

На Земле, мы решили создать еще людей, но Ева отказалась жить, сказав:

– Если бы у меня был выбор между созданием или нет, то я бы предпочла остаться не созданной.

Поверх планеты Земля, внутри которой планета Ад, мы создали планету Рай. Сотворили планеты так, что только душа может увидеть Рай и Ад. Далее мы уничтожили плоть Евы, а душу поселили в Раю.

Мы занялись штампованием существ, и вскоре уже миллиарды населяли землю. Существа делились на две категории:

1.      Те, что развивались и эволюционировали – Рэволюционеры.

2.      Те, что ухудшались и деградировали – Деградаты.

Задача стояла простая – когда первые и вторые доходили до максимальной стадии, мы должны были уничтожать их плоть и распределять – Рэволюционеров в Рай, а Деградатов в Ад. В Аду Деградаты предаются забвению, и вновь отправляются заселять Землю. Но ничего не бывает идеального, и наш случай не исключение. Из ста тысяч существ, только одно было Рэволюционером, а остальные Деградатами. Но и это не самое страшное – Деградаты стали убивать Рэволюционеров, затем убивать друг друга, а в конце настолько потеряли разум, что начали убивать самих себя. Но и это не самое странное –  существа умирали, а души исчезали, просто исчезали. Мы не знаем до сих пор, куда они отправляются после смерти телесной, а это уже самое страшное и странное – Душ нет в Раю, нет в Аду, даже души Адам с Евой исчезли. Поэтому, о каких можно говорить пытках в Аду, если в нем нет никого. Но я могу с уверенностью заявить, что самое жестокое, кровожадное и извращенное существо – это человек. Он питается чужой болью, он жрет постоянно, потому что не может насытить свое мертвое сердце. Да, я тоже убиваю, и не всегда обстоятельства требуют смерти, но я не мучаю и не испытываю наслаждение от этого, в отличие от человека.

Глава 12.

Утром мы увиделись с Корсиканцем в главной башне. Он сидел на кресле за столом и что-то записывал. Книга, которая находилась, в руках на балконе, сейчас лежала на столе рядом с ним.

– Как отдохнули гости дорогие? – сказал Корсиканец.

– Хорошо, – сказал я.

– Прекрасно. Приступим к вашей проверке. Я видел сегодня в туннеле пробку. Шесть рядов в одном направление. Мы ехали на военном мотоцикле с люлькой. Водителя не знаю. Я сидел в люльке, на мне надета военная каска, мы продвигались с усилием между машинами, выехали из туннеля. На улице день, погода ясная, солнце нагревает каску, и пот стекает по лицу. Из туннеля ведет мост, на мосту пробка, мост находится на верхушке скалы. В начале пробки, лежит перевернутый грузовик на боку с красной кабиной. На кабине стоит монстр – человекоподобный ящер, страшный и мерзкий. Рычит и машет над головой человеческим черепом на хребте, вся пробка из-за него. Мы подъехали к грузовику, я вылез из люльки и залез на кабину. Крикнул монстру «Да иди ты на хуй!» И ударил правым кулаком в мерзкую рожу. Проснулся. Как вы можете объяснить это сновидение?

– Вам повезло, что вы проснулись! – сказал я.

– А если серьезно? – сказал он.

– Пробка означает препятствия у тебя на пути. То, что ты по ней передвигался, означает, что преодолеваешь препятствия, монстр означает страшную угрозу твоему миру, но ты сможете дать отпор, и тем самым победишь, – сказала Люция.

– Такое толкование меня устраивает. Я вас беру на работу, – сказал он.

– Расскажи о планете? Как удалось сотворить столько рабов? – сказала Люция.

– С удовольствием. Мы не местные, наша родина была на планете Земля, и всё было хорошо, пока религиозные структуры, не начали завоевывать власть. Постоянные угрозы, гонения и насаждение веры привели к началу конца. Обман и сила – вот орудие церкви, работающие при помощи самой низкой клеветы и самой виртуозной, чудовищной лжи, но мир не может долго держаться на лжи. При этом любой разумный человек, вникший в суть дела, сразу поймет, что всё церковное вероучение просто чушь. Люди стали жертвами злой хитрости. Все привело к тому, что разумные люди собрались и сбежали с планеты. Мы бороздили глубины космоса, пока не наткнулись на большие Врата, сейчас они стоят на входе в замок. Девятистворные Врата: три створа из железа, три – из меди, и три – из адаманта. Мы отмычкой вскрыли замок, отворили дверь и замерли. Увиденное шокировало нас: перед нами встали два монстра – два чудища огромных. Одно, до пояса – прекрасная женщина, от пояса же к низу, как змея. Второе чудище – бесформенное нечто, тениподобный призрак, темнее ночи, мощно потрясал огромным, устрашающим копьем. Рядом с ними свора псов, чей невыносимый лай терзал наш слух. Женщина произнесла «Пришел Судный приход!», и жалом хвоста ударила стоящего ближе к ней, он замертво упал. Видимо ее жало точило смертоносный яд.

Мы не стали дожидаться,

Пока второй с копьем начнет кидаться.

И заняли позицию отпора,

Благо боеприпасов взяли много.

Собаки в страхе стали ссаться,

В утробу к женщине забились,

Где начали перерождаться,

И с ее плотью соединились.

Второе, «чудо», к ней в утробу забралось,

Как только место всем нашлось;

Губы сомкнулись, пошел процесс.

Поняв, что гостям здесь не рады,

Да и гостями быть мы не хотим;

Стали кидать мы в них гранаты,

И всех окутали пыль и дым.

Услышав в слепоте дикие крики,

Не в честь радушного приема нам,

Мы дружно помолились Всевышнему владыки,

И стали разносить всё к ебеням.

Как только пыль и дым развеялись,

Мы лицезрели последствия войны,

Вся планета усеяна трупами,

С их, и нашей стороны.

Сложив трупы своих в кучу,

Устроили большой костер.

Тела же чудищ испарились,

Хоть и звучит это как вздор.

На этом свой рассказ, пожалуй, я окончу.

– Превосходно! У вас есть ритм, – сказал я.

– Но ты не сказал, как подчинил людей? – сказала Люция.

– О… Это оказалось совсем легко. На планете есть река Лета – река забвения, кто

изопьет ее воды – забудет, кем он был, и кто он есть; забудет скорби все, страданья, радости и наслажденья. Я придумал историю, напоил всех из реки и рассказал новую сказку, в которую они естественно поверили.

На стене весит картина, Божест рассматривает ее внимательно. Меня заинтересовало, что же так привлекло его внимание, так как привлечь внимание Божеста нелегко.

– Картина весела в замке до того, как мы поселились здесь, – сказал Корсиканец.

На картине изображено – яркое солнце на фоне голубого неба, поляна с зеленной травой, по бокам деревья и кусты. На траве, в кустах и на деревьях, находятся по паре всех видов животных. На деревьях и в небе находятся по паре всех видов птиц. Все животные и все птицы смотрят в центр картины. В центре поляны, аист держит обнаженного младенца за ногу, клювом. В точке схождения ног, видно, что младенец является девочкой, голова младенца частично находится в кочане капусты. На траве лежит обезьяна, лежит на спине, нижние конечности раздвинуты, вместо влагалища кочан капусты, в котором частично находится голова младенца. Если картину описать коротко, то получится –  в теплый солнечный день, при ясной погоде рожает обезьяна, у которой влагалище заменяет кочан капусты; младенцем является человеческое дитя; аист представлен акушером принимающим роды, вытягивает клювом за ногу младенца из кочана обезьяны, а все виды  животных и все виды птиц, наблюдают за родами.

Подпись:

«Человек Дарвина»

Дмитрий Е. Аринин

– Тебе не кажется, что то, как ты относишься к людям, это жестоко? И зачем столько антирелигиозной пропаганды? Ты говоришь, что мир не может долго держаться на лжи, а сам лжешь! – сказала Люция.

– Почему я лгу?! Я говорю правду. Жестокость?! В чем жестокость? Религия?! Зачем она нужна? Планета Земля погрязла во лжи, жестокости, религии и правительстве. Причем, лож с жестокостью, исходили именно от этих двух структур. Началась война между ними, которая превратилась в политическое шоу. Разница между правительством и религией только в одном –  правительство обещает прекрасную жизнь, до смерти, а религия обещает прекрасную жизнь, после смерти. Я не хочу повторять их ошибки. На планете Земля большинство людей было глупыми, и большинство верили в библейского Бога; так вот вам не кажется, что это были одни и те же люди??? Если ты веришь в Бога внутренне, я это пойму, но если ты оповещаешь об этом других, то живи молча, а лучше сдохни, так как такая вера лицемерна по отношению к Богу, в которого ты веришь. На место любви к Богу, нужно поставить – любовь к человеку, а на место веры в Бога, нужно поставить – веру в себя. Я не признаю религию как веру в Бога. Я не атеист, но и не признаю Бога как отдельное существо. Для меня слова – Бог и Дьявол, это синонимы слов – добро и зло. Вы должны познать Бога и Дьявола в себе, для того чтобы познать себя, и только так вы узнаете кого же в вас больше. Сама по себе вера в добро – хороша, главное чтобы не до фанатизма. Не остановиться вовремя – истинный первородный грех. И это главный недостаток людей, они не знаю, когда нужно сказать хватит, поэтому начинают верить не только в Бога, а еще и в предсказания, гадания, приметы, гороскопы, сглазы, но и, конечно же, в Фэн-шуй, куда без него. Я убил всех здешних людей и создал заново, ведь умершие есть те, кто потерял память, разве это меня сделало Богом? Нет! Благодаря моему руководству, здесь не знают классовых и кастовых различий, потому что роскошь для одних, становится необходимостью для других. Они стали миролюбивыми, дисциплинированными и отважными. Я построил твердую и надежную опору несгибаемой идеологии, и не позволю чужой идеологии овладеть их умами. Рабы мне благодарны, так как благодарность заключается в том, чтобы стоять вместе со мной, чтобы не случилось, и в хорошие и в плохие времена. И они стоят!

– Ты создал рабов и пользуешься ими как хочешь. Единственное счастье раба – мечта о свободе, но ты и этого их лишил. Ты черствый, бездушный, настоящий садист! – сказала Люция.

– Мне нужны люди, только для того, чтобы ими пользоваться? А НА КОЙ ТОГДА ХУЙ НУЖНЫ ЛЮДИ?! Свобода? А что для вас означает свобода? Моя свобода выражена в лозунге:

Смелость – это свобода.

Свобода – это право сказать, что Бог – мертв.

Богохульство – это религиозное название смелости.

– Я не пойму во что ты веришь? Для тебя, есть Бог, может он умер, или его вовсе нет? – сказала Люция.

– Дело не в том, во что верю я, а в том, во что верят другие. Если хочешь выжить в нашей жизни, нужно быть хамелеоном, чтобы сливаться с окружающей средой, которая, заметьте, меняется с колоссальной скоростью, а успеть сменить окрас не так легко, но и не так трудно, как выбрать правильный цвет. На самом деле нет никакой разницы – есть ли Бог, нет ли его, или он умер. Ничто не изменится, никогда. Наверное, людей всё-таки кто-то создал, но раз он не проявляет себя, то он любо умер, либо боится умереть, так как возможное убийство возможно его сына, говорит о том, что Бог для людей явно не авторитет. Я не удивлюсь, если люди его давно уже убили, и может быть по этому, он не проявляет себя, как и не удивлюсь тому, что люди сами себя создали. Если кто-то способен уничтожить себя, то почему он не может быть способен создать себя? Я побудил в рабах наиболее важное составляющее стремление к самопожертвованию. Рабы не должны быть мягкотелыми, поэтому я их закаляю с ранних лет. Вера? Я не верю в то, что в не человека существует что-то, что способно порождать зло. Ведь человек – это абсолютное, сто процентное зло, как можно, будучи в здравом уме сотворить его? Почему в это должны верить другие? Одна вера! Один Император! Да и сам Бог, если верить библии, осознал, что создал абсолютное зло в лице человека, так как сразу после сотворения мужчины и женщины, сказал им «Ебитесь как хотите!», а «Плодитесь и размножайтесь», это уже цензура. Вполне возможно, что Бог осознанно создал чистое зло, но только для чего? Думаете, Иисус существовал на самом деле? Тогда почему нет ни одного доказательства этому? Почему древние греки существовавшие пять веков до Иисуса оставили после себя текстовое доказательство их существования, а он ничего не оставил? Сочинив Христа, его нужно было уничтожить, для внешнего правдоподобия, чтобы объяснить отсутствие следов в дальнейшие времена, то есть, картина гибели Христа диктуется целиком внутренними задачами текста. Если желаете добиться успеха, то обещайте всё и не выполняйте ничего. Зачем столько ненужных, беспокоивших людей вопросов «Если Всевышний добр, то откуда зло в мире?», «Если душа – это часть Всевышнего который безгрешен, то, как же люди, обладатели души могут грешить?». Или знаменитое «Может быть, божество хочет, но не может предотвратить зло? Значит оно не всемогуще. Если же оно может это сделать, но не хочет, значит, оно не доброжелательно. Если же оно и хочет и может, то откуда же берется зло?» Зачем нужны благопристойные прихожане со злобными, кислыми, мерзкими и всегда недовольными лицами? Да и не лицами вовсе, а мордами, рожами, харями. Заповедь «Не убий» мы претворяем в жизнь, просто казня убийц, в то время как церковь, когда обладала исполнительной властью, мучила их до смерти и подвергала зверским пыткам. Всё, повторяется до бесконечности, и на самом деле под солнцем не случается ничего нового. Человек рождается – человек умирает, солнце всходит – солнце заходит, это циклические процессы. Но это повторение, и предает событиям реальность. От этого не уйти, ибо идти не куда, так как всё сводится к бою.

Признаюсь в том, что Корсиканец, как оратор силен. Слова и интонация в сопровождение жестов рук, заставили задуматься меня, Люцию и возможно Божеста, так как Божест всегда о чем-то думает. Неудивительно, что с таким-то талантом Корсиканец возглавил эту планету. Но как бы сильны мыслями не были его слова, задача наша оставалась не решенной. Что же здесь Джиньянк? Я давно заметил, что Корсиканец всегда держит возле себя книгу, которую буквально не выпускал из рук.

– Что за книга всегда с вами? – сказал я.

– Поверьте, этой книге нет цены «Страдания юного Вертера» Иоганна Гёте. Я ее забрал с собой с планеты Земля. Она близка моему сердцу и моей молодости. Книга рождает во мне ностальгию по первой любви. Я понял истинную цену счастья – человек по-настоящему счастлив только тогда, когда кто-то рядом с ним по-настоящему несчастен.

Вы можете влюбиться много раз,

Но первая любовь, никогда не покидает вас.

Глава 13.

История Корсиканца.

«Скорбь»

Я не забуду миг прекрасный, когда любовью

Сладострастной, я окрылен был навсегда.

Рациональность не покинула меня, когда два

Ангельских крыла, стала носить моя спина.

Душа стремилась вверх, покинуть тело, быть

Выше всех, чтоб к ангелам в Раю воззвать.

Собрать, построить и во главе их хора встать.

В Раю раздалась песня хора, в сопровождение

Малинового звона, что с куполов злотых доносится до всех.

Пусть на Земле, в Раю, в Аду узнают все про ту, которой

Луну в подарок поднесу и дам понять, что я её люблю.

Лепестками роз осыпать, в шелковой постели нежно ласкать

И на руках носить всегда, и говорить люблю тебя!

Вот, что тогда душа и сердце ощущали у меня.

Любовь пришла же не одна, с ней за руку пришла

Беда, схватив в объятия меня, сказала: «Я не отпущу тебя!»

Неопытен был, невинен был, до этого никого я не любил,

И к девушкам подход не знал, а в разговорах всегда молчал.

В их обществе нервничал я, от страха же трясло меня,

И пот волнения тек по лицу, но от чего я не пойму.

И почему то, что легко, нам кажется, что тяжело.

В небе светила полная луна, когда впервые её увидел я,

И звезды падали к ногам, выделяя из прочих дам.

Походкой важной шла она, и шла одна, но вверх

Поднятая голова, дает понять, что не  чета.

Не мечтай с ней заговорить, не думай даже подходить, а лишь

Лицезреть дозволено тебе: воплощение Прекрасной Елены идущей при луне.

Её взглядом вслед я проводил.

Не сплю я ночь, не сплю вторую, не сплю неделю и другую.

И вот месяц уже без сна, лежу, грущу: «О кто она?»

Места себе не нахожу, судьбу браню за то, что

С девушкой свела, но создали её, ах жаль… увы… не для меня.

В глубине сердца моего, любовь плачет, ей тяжело, и от боли

Клыки с когтями, в ход пуская, рвется наружу, путь чрез грудь прорывая.

Так понял я, что действовать пора.

От горести, в надежде, пошел искать туда, где прежде

Облик Елены мной был запечатлен. Остановился. Я поражен;

По той дороге, что тогда, провела её вблизи меня, она вновь шла

Важности полна, смотря на всех надменно из-подо лба.

С каждым шагом подходя, отчетливее делались её глаза, и вот уже

Напротив моих; она ненадолго заглядывает в них. Замер я.

Сердце забилось не спеша и шепчет: «Как ты хороша!»

Момент настал, и я себя не удержал, догнал её и обернув

Поцеловал, «Клянусь, люблю!», колено преклонив, «Станьте женою мне!», сказал.

«Позвольте юноша сказать, как вы посмели опоздать

На пару лет, и с поцелуем, и с любовью, и с предложеньем стать женою?»

На руку мой взгляд упал, которую в своей руке держал;

На ней обручальное кольцо, сидело крепко уже давно.

Я вновь осознал что тяжело, то, что нам кажется легко.

Я ушел раненый горем, со слезами на лице.

Этот мир я ненавижу, нет в нем места больше мне.

Весь ужас заключался в том, что жить я не хотел, любовью огорчен.

Но, и умирать я тоже не желал, так полностью опустошенным стал.

Не знаю, сколько я не спал и сколько спать не буду;

Меня мой разум покидал, и червь боли сердце обгладывал.

Вот, что теперь душа и сердце ощущали у меня.

Душа моя спустилась в Ад, все муки страшные пройдя,

Речь Дьявола обратила на себя: «Кто сумел причинить боль сильней, чем я?!»

В ночи бессонной, со мной Дьявол заговорил: «Откройся мне!

Впусти меня! Доверься мне! Я счастье подарю тебе!»

Два белых ангельских крыла, цвет пепельный приняли,

А сердце пламенем объяло, молнии метало и любовь догорала.

Отправились мы к будущей жене, не позабыв и о кнуте.

«Дадут роскошный маскарадный бал», глашатай на улице кричал.

«Но на него, тот попадет, кто контроль лица неузнанным пройдет».

Принял я Дьявола лицо, пять часов в очереди – легко!

Куколку принял, и допоздна, в танце выходила боль моя.

Дьявол воскликнул: «Что за вздор?! Какой позор! Какой позор!

Для чего тебя вчера, маска моя сюда привела?»

Я оклемался, отошел, и искать любимую пошел.

Волшебный сад за домом цвёл, любимою я в нем нашел,

Она лежала на цветах, стон наслаждения на её устах.

Должно быть, муж её имел, я в ярости на них смотрел.

От этих стонов что она, в мой адрес не направит никогда;

Последнюю надежду потерял, и Дьявол, покинув меня сказал:

«Даже Сатана – брат мой, по гневу и жестокости не сравнится с тобой!»

Врата Ада закрылись для меня.

Да, черт с тобой! Владыка Ада! Обойдусь и без тебя!

Коль внутренне слаб, оказался, ты бы убил во мне себя.

Любовь моя же не прошла, к той, что в саду имел не я;

Дождался  в комнату когда, с мужем спать пошла она.

Свет погас, мой час настал, внутри себя я ликовал.

Дверь открыл, вошел, закрыл, увидел ту, которую любил.

Вдох.

Выдох. Топор схватил и лезвием кромешную тьму рубил.

Муж мёртв, а любовь моя, пробудилась ото сна.

«Кто здесь? О нет, не надо! Умоляю сжалься! Пощади!

Твои глаза! Твой взгляд! Я вспоминаю! Но ты же клялся мне в любви?!»

Топор на грудь её упал, и сердце я с собой забрал,

А бездыханного тела взгляд, направлен на двух забившихся в угол ребят.

Освещала детям луна, творенье рук чистого зла.

Глава 14.

Я проснулся от того, что меня будит охрана.

– Вставай! Ты арестован!

– Арестован? За что?! Люция! Божест!

Их не было в комнате.

– Где люди, что пришли со мной? – сказал я.

Охрана ничего не ответила. Меня повели по знакомому коридору, который вел к Корсиканцу. В комнате находились: Корсиканец, Люция и Божест.

– Вы свободны, – сказал Корсиканец охране и она ушла.

– Что происходит? Почему меня арестовали? Вы тоже арестованы? – сказал я.

– Нет, – сказала Люция. – Мы же не убийцы в отличие от тебя.

– Убийцы? О чем вы? – сказал я.

– Понимаете, сударь. Люция рассказа мне о том, что вы намеренны меня убить, – сказал Корсиканец.

– Убить? Вас? Люция, что происходит?! – сказал я.

– Тебе приснился сон, в котором ты отрубаешь голову императору Корсиканцу, а я как «Толковательница сновидений», обязана доложить об этом. Меня обязывает к этому «Трудовой договор» заключенный со мною.

– Ты приговариваешься к смертной казни через сожжение на костре! – сказал Корсиканец.

– Да что здесь происходит?! Какое сожжение на костре?! Зачем ты это делаешь Люция? Мне не снилось ничего подобного.

– Охрана! Приготовьте мистера Колыбель к смертной казни, – сказал Корсиканец.

Мне на руки надели наручники и начали уводить. Я закричал:

– Вот так значит, да?! Воспользовались моим доверием, узнали, что хотели и всё, решили избавиться. Чтобы вы сдохли! Все! Даже, если вы бессмертны.

Меня заперли одного в камере. Возле двери дежурят два охранника. Возможности сбежать нет. Пока нет. К двери подходит третий охранник:

– Открыть!

Один из охранников открывает дверь.

– На выход! – сказал третий охранник.

– Куда на этот раз? – сказал я.

– На смерть, – сказал он.

Возможности сбежать, уже нет.

Меня повел конвой из двадцати одного человека, двадцать окружили меня, а один шел впереди, держа зажженный факел в руках. Ворота открылись. Корсиканец все-таки прав в том, что под солнцем ничего нового не происходит. Снова площадь перед замком, снова люди на площади, снова Корсиканец на балконе. Из нового, деревянный столб в центре площади и дрова вокруг него. Скоро начнет темнеть, и стоит заметить, какой бы ужасающей не казалась данная ситуация, но на фоне заката, мое горящее, визжащее и извивающееся тело, будет достойно холста.

На экране:

Стоит Корсиканец и незнакомый парень. Незнакомый парень подходит к микрофонам и говорит:

– Мой Император! Мы знаем, как отблагодарить вас за оказанную нам честь. Доблестный народ остается верным своему спасителю, и теперь мы связанны с вами нерушимым союзом, мы испытываем радость и вдохновение. Идея движения живет в нашем народе. Возглавив нашу Империю, вы обеспечили нас гарантией качества, когда все остальные отступили, вы один стояли не дрогнув. Когда все остальные шли на компромиссы, вас было не сломить. Когда все потеряли смелость, вы один снова вселили ее в нас. Когда все бросили нас, вы подняли знамя еще увереннее, чем прежде. Пока оно не стало победоносно развивающимся знаменем всей нации. Мы приветствуем Императора нашего народа, в котором заключено будущее этого народа. Мы всегда служили вам. В будущем, мы тоже будем выполнять только ваши приказы. Народ, мы, подчиняемся только нашему Императору, и готовы доказать ему свою верность. Когда вы действуете – весь мир действует вместе с вами. Когда вы принимаете решение – его принимает весь мир. Вы олицетворяете уверенность в мире. Народ это Корсиканец, Корсиканец это империя, а империя это Корсиканец. Слава нашему императору! Слава Корсиканцу! Слава Миллениум РайХу!

Сильно сказано. У Корсиканца явно есть конкурент. Если парень, и дальше продолжит в таком духе, то Корсиканец выпустит из него этот дух.

На экране:

Корсиканец пожимает руку парню и подходит к микрофонам.

– В прошлом, вы не однократно демонстрировали мне свою верность. В будущем, не может быть и не будет по-другому. Я хочу, я мечтаю о том, чтобы эта империя простояло тысячи лет. Мы счастливы от осознания того, что будущее всецело принадлежит нам. Когда старейшие из нас уйдут, окрепнувшая молодежь продолжит наше дело и останется верной ему до последней секунды. То о чем мы мечтали годами, стало реальным. Для этого народа и ради этого народа, мы должны бороться и сражаться, и никогда не отступать, никогда не сдаваться и никогда не терять храбрости. Никогда! Отомщена несправедливость, снят позор. Мы умрем, но Миллениум РайХ должен жить. Молодежь империи! Вы наша единственная надежда в храбрости и вере нашего народа. Вы! Мои юноши и девушки, единственная живая гарантия, живое будущее империи. Ни мертвая идея, ни пустая формальность, ни существующий лишь на бумаге план. Нет! Вы кровь от нашей крови, плоть от нашей плоти, дух от нашего духа. Только глупец или отъявленный лгун мог вообразить, что сможет сотворить зло в империи Корсиканца. Снова наступает заветный час, наполняющий нас гордостью и радостью. Вернитесь домой, вновь ощутив бесстрашие в своих сердцах. Да будет зло тому, кто злонамерен!

Толпа начала аплодировать и кричать: «Слава Корсиканцу! Слава Корсиканцу! Слава Корсиканцу!»

На экране:

Показывают, как меня ведет конвой, у каждого конвоира на голове капюшон, лиц не видно. Люди расступаются, уступая нам дорогу. Человек с факелом в руках начинает петь женским голосом:

За империю родную, никого не пощадим;

Всех поймаем, кто злонамерен,

Всех огню предадим.

Будет пламя подниматься,

Чтобы тело всё объять.

Никому не избежать,

Будет каждый враг страдать;

На костре сгорать и плача,

О пощаде нас молить.

Нам сопутствует удача!

Нас врагу не победить!

В этих строках сразу ощущаются чувства Корсиканца – моральная и физическая боль. Нет ничего прекраснее девушки, призывающей к насилию, жестокости и смерти – «это, естественное состояние женского пола, которое характеризуется безумием и войной против всех», как сказала бы Люция. Конвой привел меня на место казни, кольцо разомкнулось, и человек с факелом толкает меня в середину дров, прислоняет спиной и заводит руки за столб.

Когда осознаёшь, что сейчас умрешь, твои мысли о:

1. Беззаботном детстве?

2. Первом сексе?

3. Первой любви?

4. Детях?

5. Всех счастливых моментах жизни?

Нет! Твои мысли о смерти и только, о смерти! О том, что ты сейчас умрешь, сдохнешь, сгинешь навсегда. Многие утверждают, что за пару секунд до смерти, перед глазами предстает вся ваша жизнь, в виде слайдов, но это ложь, наглая ложь. Перед глазами предстает ваша Смерть, ведь для каждого существа она имеет индивидуальное воплощение, и этот момент, единственная возможность увидеть, как выглядит именно ваша Смерть.

Человек с факелом присоединяется вновь к конвою стоящему возле дров. Я прошу о последнем слове, и Корсиканец дает мне его.

– Каждый раз, убивая кого-то, вы на самом деле убиваете себя! Убив меня Корсиканец, ты убьешь себя! Ты трусливый, жалкий, никчемный карлик! Да я умру, но душа моя не будет знать покоя, пока не отомстит вам всем присутствующим здесь. Вы, ваши дети и внуки, будете умирать в страшных муках, как умру сейчас я. Каждый испытает то, что испытаю я. Моя душа сольется с огнем, для того чтобы вершить правосудие. Люция! Божест! Где бы вы ни находились, я все равно отомщу вам!

Факел гаснет. Все в недоумение смотрят на него.

– Почему факел погас? Зажгите его и сожгите врага! – сказал Корсиканец.

Пошел дождь, с каждой секундой становясь сильнее, пока не превратился в ливень, но на небе нет ни одного облака, а капли имеют черный цвет. Главный конвоир поджигает факел, поднимает вверх и кричит: «Вкусите гнев Божий!» На площади начали взрываться  противопехотные выпрыгивающие осколочные мины кругового поражения. Толпы людей раскидывает в разные стороны, словно фонтан из частей плоти, кишок и крови обрушивается на остальных людей, кого еще не успел подхватить фонтан. Взрыв! Взрыв! Крики и плач, в перерывах между взрывами, и вновь взрывы поглощают их. Люди мечутся в страхе, и снова взрывы оглушают и разбрасывают всех. Взрывная волна пробегает по первому этажу замка, уничтожая его полностью. Осколки, отлетающие от замка и осколки гранат, врезаются в людей, изувечивая их: выбивая глаза, зубы, отрывая и разрывая конечности, грудь и спину, причиняя невыносимую боль. Замок рушится, поднимая облако пыли, которое с дымом от взрывчатых веществ окутывает всех. Сложно разглядеть окружающую меня обстановку. Конвоир втыкает факел в землю, достает меч и начинает рубить остальных конвоиров, «потерявшихся» от происходящего кошмара, превратив их в кучу мусора из человеческих запчастей. Облако постепенно оседает и мне становится видно стоящие врата замка, это единственное что не рухнуло и, наверное, даже не повредилось. От врат в мою сторону бежит  человек. Конвоир поворачивается ко мне, убирает меч, берет горящий факел в руки и кричит:

– Колыбель, приготовься!

Это Люция, а тот человек который пробирается к нам, это Божест. У него книга Корсиканца. Черный ливень не перестает лить, а мины продолжают взрываться. Божест добирается до нас, Люция бросает вперед гранаты, прочищая путь, бросает факел назад и кричит:

– Бежим!

Факел падает на толпу людей, и они загораются. Огонь быстро перебирается с человека на человека, с толпы на толпу. Мы бежим в сторону корабля, ступая по свежему, местами обгорелому мясу, волна огня преследует нас, охватывая все на своем пути. Мы прибегаем к дебрям и бежим по вырубленной прежде нами дороге; поднимаемся на борт и взлетаем, огонь окутывает вулкан и тянется вверх, пытаясь хотя бы кончиком пламени зацепить корабль, но не получается. С корабля видно, как ливень из нефти обрушивается на всю планету, и она превращается в большой огненный шар. Люция открывает печь, я держу в руках книгу, а Божест наблюдает за нами. Книга в черном твердом переплете, тяжелая, нет никаких надписей, в ней что-то шевелится.

– Мне не верится, что я держу в руках ту самую книгу, с которой не расставался Корсиканец, – сказал я.

– Бросай в печь! – сказала Люция.

– Тебе не интересно, что в книге шевелится? – сказал я.

– Нет! Бросай в печь! – сказала Люция.

– Я не могу позволить себе всю жизнь мучиться из-за того, что так и не заглянул в книгу. Что в ней такого особенного, что она стала Джиньянк? – сказал я и открыл книгу.

Замер. Страх волной пробежал по моему телу. Несмотря на то, что находящееся внутри шокировало, оно являлось прекрасным олицетворением ужасающего чуда.

– Что в ней? – сказала Люция.

– Сердце. В книге живое бьющееся сердце, – сказал я.

– История Корсиканца оказалась правдивой? – сказала Люция.

– Да, – сказал я.

– Но как сердце может жить само по себе? – сказала Люция.

– Сердце живет до тех пор, пока в нем жива любовь, даже после смерти носителя сердца. Сердце умирает только тогда, когда в нем умирает любовь, или любви вовсе нет, даже при жизни носителя сердца, – сказал я, закрыл книгу и бросил вместе с сердцем в печь.

Корабль начал набирать скорость. Последнее, что мы запомнили в мире Корсиканца, то, что на объятой пламенем планете, включились экраны:

Корсиканец плачет, Корсиканец не может сдерживаться, он рыдает как ребенок, он всхлипывает от боли и унижения, но в конце «собирается» и произносит:

– Гибнет мир, и мне обидно, что его уж не спасти.

Как создатель, я обязан, до конца с ним крест нести.

Глава 15.

«Тарелка», в космосе несется с неимоверной скоростью в сторону огромного черного шара, достигает темноты и начинает падать. Ничего не видно, корабль бросает из стороны в сторону, кружится и разбрасывает нас по борту. В темноте я ухватился за трубы, чувствую, как корабль трясет, мне кажется, он сейчас развалится. Удар. Я срываюсь с труб, пролетаю на другую сторону корабля, ударяюсь о стекло и падаю на приборы, а потом на пол. Вначале ничего не ощущаешь – шоковое состояние, но через мгновение в мозгу пробивает колокол страдания, и  боль пронизывает всё тело. Я кричу. Звон в ушах. Люция кричит:

– Колыбель, что с тобой?! Колыбель?!

Включается аварийное освещение, я успокаиваюсь, Люция с Божестом подходят и поднимают меня.

– Ты в порядке? – сказала Люция.

– Больно, но полегче, – сказал я.

Осмотрев корабль и выявив последствия крушения, мы пришли к выводу, что летать он, возможно, больше не сможет: приборы не работают, огонь в печь больше не поступает.

– Ты сможешь его починить? – сказал я.

– Нет, и Божест тоже не сможет. А ты? – сказала Люция.

– Я точно не смогу, – сказал я.

– Плохо. Куда мы упали? Темнота одна, нужно выйти и осмотреться, – сказала Люция.

Темноты не боятся, пока ее нет, но, как только вы оказываетесь в темноте, страх охватывает вас все сильнее и сильнее, по мере того, как становится темнее. Когда вы знаете, кто вас ждет в темноте, то вам не так страшно, по сравнению с тем, когда вы не знаете, кто в ней, и есть ли вообще кто-то, а это усиливает страх до предела. И в этот момент, ваше сознание объединяется с подсознанием, соединяет общие страхи и внушает вам, что они реальны. Поэтому тот, кто говорит, что не боится темноты, на самом деле лжет или просто в ней не находился.

Перед выходом в никуда, мы находились в полной боевой готовности. Взяли все оставшееся оружие, так как не знали, вернемся ли еще на корабль. Открыли дверь. На улице мрак. Мы надели приборы ночного видения, и я поменял прицел на винтовке. Видно только нас и корабль. Я, с помощью прицела просмотрел местность на расстояние около двух километров, но ничего не увидел, одна темнота. Мы решаем обойти корабль, чтобы просмотреть весь радиус, под ногами земля, никаких растений, словом пустыня. Просматривая местность в прицел, я увидел в дали контур здания, и мы направились к нему. По мере приближения к зданию, нам послышались звуки, и с каждым шагом они становились отчетливее. Ощущение, что возле нас кто-то летает и ходит, но мы никого не видим. Здание становится отчетливее, потому что, над зданием в небе находится луна. Я посмотрел в прицел и увидел семиэтажное здание, похожее на не достроившиеся гаражи без наружных стен, что-то вроде карточного домика. Всё здание заросло растениями, на крыше сидят совы, вокруг здания ходят шакалы и страусы.

– Что будем делать? – сказал я.

– Войдем внутрь и посмотрим, что привлекло такое странное сочетание зверей, – сказала Люция.

Мы подошли к зданию и сняли маски. При свете луны, отчетливо видно все, что перед нами, да и глаза успели привыкнуть к темноте. Звери повернули головы в нашу сторону, даже совы сверху склонили головы вниз, все замерли, но внутри отчетливо видно перемещение сверкающих глаз. Я только сейчас понял, что в темноте все цвета одинаковые – черно-белые, темнее и светлее. Мы зашли внутрь, лунный свет позволяет ходить без приборов ночного видения. Все стены здания оплетает колючее растение, из пола растет крапива и репейник. Внутри, за нами наблюдают глаза страусов и шакалов, лежащих в колючках. Мы пробираемся на ощупь, доходим до лестницы и поднимаемся на второй этаж. На нем то же самое: колючки и животные лежащие в них. Третий этаж отличается наличием туалета, четвертый, пятый, шестой и седьмой этажи все одинаковые. Мы поднялись на крышу, из пола растет крапива и репейник, но нет страусов и шакалов, а только десятки сов радужно бурого цвета, как я смог разглядеть в темноте, сидят и смотрят на нас. С крыши полностью просматривается окружающая местность, видно, что свет луны падает только на здание, а все что находится за зданием, покрыто мраком.

– Что будем делать? – сказала Люция.

– Не знаю. Хочу умыться. Пойду проверю, есть ли вода в туалете на третьем этаже, – сказал я.

– Тебя проводить? – сказала Люция.

– Нет, лучше осмотритесь еще раз, может, что найдете, – сказал я.

Как ни странно, но окружающая обстановка не вызывает страх во мне. Животные только смотрят в мою сторону, провожая взглядом, и на этом их интерес заканчивается. Кто здесь может жить? Я захожу в туалет, три раковины вдоль стены с зеркалами, туалетных кабинок нет, унитазов нет, дырок нет. Раковины белые, краны хромированные, чистота, от всего отражается лунный свет, вода холодная. Умываю лицо, ощущение свежести, смотрю в зеркало, поворачиваю голову к выходу, задрожал, задергался, всего затрясло: в проеме стоит девочка лет шести, вытягивает руки вперед и бежит ко мне. Я достаю револьвер, стреляю ей в голову; ошметки разбрасывает по туалету, безголовое тело бьется в конвульсиях. Выстрел прошелся эхом по всем этажам, разогнав сов с крыши, они начали кружить над стройкой. Вбегают Люция и Божест, смотрят на девочку.

– Ты чего наделал? Это же ребенок?! –  сказала Люция.

– Я испугался, она появилась неожиданно и побежала ко мне, растерявшись, я выстрелил.

Мы осмотрели тело: ночная белая сорочка с длинными рукавами ниже колен, босая, на валявшихся частях головы, можно увидеть клочки черных, влажных, длинных волос. Люция склоняется над девочкой, осматривает, переворачивает и говорит:

– Это самое странное место, в котором я когда-либо находилась. Главное помнить, что ничего не случается без причины, можно объяснить всё, а если что-то по отдельности кажется непонятным, то нужно соединить всё воедино и ответ будет готов.

1.      Планета, окутанная мраком.

2.      Заброшенное здание, обвитое колючим растением, из пола растут крапива и репейник.

3.      Совы, страусы и шакалы.

4.      Маленькая девочка в ночнушке.

Ответ? Ответа нет! У меня никаких мыслей на этот счет.

– Может это альтернативная версия «Маугли»? – сказал я.

– Ты только что отстрелил голову маленькой девочке, а теперь смеешься над ней?! Может, серьезное что-нибудь скажешь? – сказала Люция.

– Это первое и последнее что мне пришло в голову, – сказал я.

Мы переводим взгляд на Божеста. Он подносит палец к губам, разыгрывает пантомиму «Соблюдайте тишину». Мы замолчали. Слышно, как совы летают над зданием, как по этажам ходят шакалы и страусы, биение сердец, дыхание, которое внезапно начинает образовывать пар – похолодало. Нежный женский шепот:

– Люди, люди, люди… Тысячелетия существуете, а размножаться и убивать, так и остались главными инстинктами. То, что вам не нравится – уничтожаете, что пугает – уничтожаете, что не понимаете – уничтожаете. Мир преображаете, создаете постоянно что-то лучшее, а сами становитесь хуже. Вы не задумывались над тем, что любое развитие и эволюция, ведут к деградации? Что произошла подмена понятий, и деградация стала эволюцией? Что вы не развиваетесь, а только становитесь хуже и хуже? Что вы на самом деле идете не в будущее, а в прошлое? Что «завтра» в действительности это «вчера»? Что пещерный человек, и был, верхушкой эволюционной пирамиды? Он отказался от всего, чтобы слиться с природой и в конце жизни уйти в землю. Таким образам, пещерный человек осознал, что финалом эволюции человека является его соединение с природой, которое дает вечную жизнь и превращает человека в приведение. Это сделало пещерного человека по-настоящему счастливым, а вам для счастья постоянно нужно что-то новое, нужно чего-то большего, и поэтому вы не знаете, что такое счастье, так как постоянно гонитесь за ним. Лишь отказавшись от всего, можно обрести вечность. Вот к чему вам следует идти, а вы уходите от этого, из-за того, что вас обманывают, чтобы держать под контролем, так как приведением никто не может манипулировать, вот почему вас развернули назад и сказали идти вперед.

Голос умолк.

– Кто ты? – сказала Люция.

– Недавно я была маленькой девочкой, в последствие ставшей жертвой человеческой жестокости, – сказал голос.

– Не нужно было пугать меня! – сказал я.

– А не надо носить с собой оружие, если ты психически неуравновешенный! – сказал голос.

– Кто ты и что тебе нужно? – сказала Люция.

– Имя мне Лилит. Вы в моем мире, и не вам спрашивать «Что тебе нужно?» – сказал голос.

– Покажись! – сказала Люция.

– Зачем? Чтобы меня вновь убили? – сказал голос.

– Мы не причиним тебе вреда, – сказала Люция.

– Покиньте здание и ожидайте у входа, – сказал голос.

Мы направились к выходу. Страусов и шакалов в здание не было, они вышли на улицу и, дождавшись нашего выхода, сомкнули кольцо вокруг нас, а совы кружились над нашими головами. Мы в западне. Шаг влево, шаг вправо – нападение.

Две совы садятся возле входа по разные стороны, из здания выходит девушка в сопровождение шакала по правую руку и страуса по левую. Все часы замедлили ход. Лилит приковала к себе мой взгляд на вечные времена. Ее необыкновенная красота, исполненная безмятежности; беломраморные руки, огненно рыжие волосы, высокая и тонкая; ни одна дева не может сравниться с ней красотой лица; непостижимая легкость и  грандиозность походки, она идет подобно тени. Я взираю на сладостную фигуру. В голове вновь и вновь воспроизводится завораживающая и покоряющая выразительность ее негромкой музыкальной речи. Ее утонченная красота не имеет в своих пропорциях никакой странности; идеальна и грандиозна как в первый день творения. Мое сердце запылало пламенем любви.

Я говорил, что не встречал девушки красивее, чем Люция, но рядом с Лилит, Люция выглядит уродиной.

– Не страшно? – сказала мне Лилит.

Я молчу. Люция дает мне пощечину со словами:

– Колыбель! Приди в себя! Только этого нам не хватало!

Я молчу.

– Я Люция, он Божест, а наш застенчивый друг – Колыбель. Приятно познакомиться! Где мы?!

– Вы находитесь на Черной Луне. Это мой мир, все, что здесь существует, сотворено мной. Вам не стоит здесь задерживаться, здесь нет места людям. Как вы смогли попасть сюда? Черная Луна настолько черна, что ее невозможно увидеть, – сказала Лилит.

– Наш корабль потерял управление и разбился неподалеку. Мы не хотим задерживаться в твоем мире, но чтобы улететь, нам нужно починить «тарелку», – сказала Люция.

Я решился заговорить:

– Вы говорите, что это ваш мир и что вы здесь создали все, но зачем вы укрылись в достаточно странном месте? Кроме сов, шакалов и страусов, мы никого не увидели. Кто здесь еще есть и какая нам грозит опасность?

– Вначале все шло хорошо, я создавала и развивала жизнь на Черной Луне, но рано или поздно, все созданное выходит из-под контроля и начинает создавать самостоятельно то, что захочет и что тоже в дальнейшем выходит из-под контроля, и самостоятельно создает еще что-нибудь, и всё повторяется снова и снова. Так я потеряла контроль над миром и авторитет как Творец. Единственное, что мне оставалось, это создать благоприятные для меня условия, что я собственно и сделала, а теперь отдыхаю здесь и нахожу покой. Ни одно существо не способно создать приведение, а только душу воплоти. Душа воплоти, способна стать приведением, но только единицы познали, как это сделать, и то они в других мирах, а здесь приведение только я, – сказала Лилит.

– Зачем душе воплоти становиться приведением? – сказала Люция.

– Затем, что приведение бессмертно, – сказала Лилит.

– Душа бессмертна, – сказала Люция.

– Нет, вы ошибаетесь. Душа умирает вместе с плотью, если не успеет эволюционировать в приведение, – сказала Лилит.

– Эволюционировать? – сказала Люция.

– Эволюция состоит из трех этапов.

1.      Создается душа.

2.      Душа обретает плоть.

3.      Плоть становится приведением.

– Интересная версия, – сказала Люция.

– Вы не ответили, что или кто нам может угрожать? – сказал я.

– Существа разделились на касты, и ведут войны между собой за превосходство. Ни одна каста не признает вас, а значит, попытается убить, – сказала Лилит.

– Может, они нас не тронут? – сказал я.

– Тронут, еще как, тронут. У меня уже есть опыт в подобных вещах, – сказала Лилит.

– Вы о чем? – сказал я.

– Вы не первые люди, попавшие в мой мир. Около двух тысяч лет назад, здесь

приземлялся такой же корабль как ваш и высадил мужчину. Вот только улететь они не успели, здешние существа сбили корабль и растерзали всех, кто в нем находился, а после начали охоту за мужчиной. Я спрятала его, так как, он оказался безобидным, не смотря на то, что в руках держал огромный золотой меч. Кто-то сильно постарался, чтобы затуманить его разум. Мне не удалось узнать имя, так как он думает, что он мертвый, а у мертвых нет имен, как говорит он, и поэтому я назвала его Космонавт. Он ждет, когда за ним придет его отец – Бог, так он его называет, – сказала Лилит.

– Где он сейчас и что стало с кораблем? – сказала Люция.

– Я спрятала Космонавта далеко во льдах, а корабль поместила под ним, – сказал

Лилит.

– Укажи нам путь, и быть может, мы покинем твою обитель, – сказала Люция.

– Может, будет лучше, если вы нас проводите? – сказал я.

Люция берет меня за руку и отводит в сторону.

– Ты чего говоришь? Я, конечно, понимаю твои внезапно вспыхнувшие чувства, но

не теряй голову окончательно и помни, зачем мы здесь, – сказала Люция.

– Нет у меня никаких чувств! Первое – если она нас проводит, то мы быстрее и

возможно, безопаснее доберемся до места. Второе – это ее мир, возможно, она является Джиньянк, а если нет, то может дать подсказку, – сказал я.

Люция ведет меня обратно.

– Для нас будет большая честь, если вы нас проводите, – сказала Люция.

– Вечность может причинять жуткую боль, но разнообразие и незнание того, что тебе преподнесет следующий шаг, оправдывают мучения. Скука – единственное, что способно подтолкнуть существо на самоубийство, – сказала Лилит.

Глава 16.

Лилит пошла вперед и исчезла в темноте, мы направились за ней. Люция права, я действительно влюбился в Лилит. Меня тревожило, что если Лилит окажется Джиньянк, то нам придется ее убить, а как я буду действовать в этой ситуации, я не знаю. Легко рассуждать о смерти любимой, когда смерть далека, но как только смерть угрожает ей, разум отключается, а эмоции овладевают тобой. Каждый является душевнобольным, так как в любой момент одно из чувств может стать отдельной личностью в голове.

– Думаешь, что Космонавт есть тот, о ком ты рассказывал, а золотой меч его носит имя «Нессущий?» – сказала Люция.

– Я не знаю наверняка, но все сводится к этому. Дойдем и увидим, – сказал я.

– Колыбель, вы же не поверили, когда я сказала, что душа умирает вместе с плотью? – сказала Лилит.

– Нет, – сказал я.

– Почему? Во что вы верите? – сказала Лилит.

– Верой это назвать нельзя, но я думаю, что после смерти существо просыпается в другом сне. То есть, смерти вовсе нет, а идет постоянный процесс пробуждения. Мне хочется, чтобы было именно так, – сказал я.

– Ваша теория достойна существования, – сказала Лилит.

Мы идем молча. Вокруг ничего не видно, кругом пустыня, и только силуэты диких кошек сопровождавших нас, указывают на жизнь, кроме нас.

– Здесь все время темно? – сказал я.

– Да, свет исходит только от Луны и звезд. Для меня такая обстановка самая уютная. Темнота, звуки издающиеся животными, ветром, водой – тишина. Что может быть приятнее? – сказала Лилит.

– Всё! – сказала Люция.

Нашему взору предстает вода, краев которой не видно. Падающий свет Луны и звезд, отражается от глади и освещает полностью водоем. Даже в самом страшном месте, есть что-то, чем вы будете восхищаться. Все самое прекрасное, всегда носит ужасающее название.

– Поглощающий океан, единственное место, где есть вода. Он разделяет Черную Луну на две равные части, на этой одной стороне земля и тепло, но, на другой сплошной лед и холод. Океан не имеет дна и, нырнув здесь, можно выплыть на другой стороне Черной Луны. Изначально название было Черный океан, но потом кто-то сотворил материк посередине двух берегов, сотворил и поселил существ на нем, назвал их Атланты. Жить на материке им не понравилось, и они потопили его вместе с собой. Только Атланты не захлебнулись, а приспособились жить в воде, стали самыми развитыми существами воплоти, создали удивительное по величине и могуществу царство. В дальнейшем начали нападать на других существ, с целью уничтожения, ограбления и порабощения. Они первые, кто обозначили себя как касту Атлантов, отделившись ото всех. Океан переименовали в Поглощающий, так как Атланты нападают на всех, кто осмеливается переплыть океан. Могу добавить от себя, что Атланты настоящие профессиональные убийцы, знающие свое дело, – сказала Лилит.

– Если океан настолько опасен, то зачем по нему плыть? – сказал я.

– Самое ценное, это душа, потому что из нее можно сотворить любое существо, состоящее из плоти. Душу можно создать только во льдах, и только в них она остается неизменной. Стоит душе покинуть лед, как она сразу начинает эволюционировать в то существо, которое больше всего подходит под окружающую среду, а это означает, что можно контролировать эволюцию души. Именно по этой причине, за душой всегда охотится тот, кто неспособен создать душу, но способен контролировать ее эволюцию. Существ, способных контролировать эволюцию души немного, а способных создать, вовсе единицы. На Черной Луне создавать души могу я и Атланты, но жилищные условия не позволяют им создавать души в своем царстве, ведь они живут в воде, поэтому Атлантам приходится охранять ледники, так как другая каста постоянно совершает наплывы за душами, чтобы создавать существа и манипулировать ими. Ледники самое охраняемое и безопасное место, так как кроме душ в них никто не обитает, а душа не способна причинить зло, потому что единственное, на что она способна, это эволюционировать в существо из плоти. Именно поэтому, я спрятала Космонавта в ледниках, – сказала Лилит.

Подойдя к океану, мы увидели большой каменный корабль. На борт по трапу поднимаются существа, не похожие ни на кого, кого я раньше встречал: около двух метров высотой, крепко сложенные, похожие строением тела на человека, волосы длинные серо-зеленые, на лице нет ни ресниц, ни бровей, а глаза как два изумруда — горят зеленым огнем. На теле только одно одеяние – набедренная повязка; она представляет собой полосу ткани шириной в ладонь, которую несколько раз обернули вокруг талии, затем пропустили между ног так, что концы свисают спереди и сзади. На борту корабля нарисованы эти же существа, нападающие с горпунами на существ, напоминающих смесь людей с акулами; у них жабры на шее, по три ряда зубов на выдвигающихся челюстях, перепонки между пальцами рук и ног, длинные мощные когти и плавник на спине. Красота изображения существ позволяет сказать, что это одна из самых красивых росписей, которую мы когда-либо видели; ей свойственны стилистическое изящество и изощрённость линий. Рядом с кораблем стоят большие камни в форме гробов и клетки, переполненные всевозможными существами которых мы раньше не видели. Существо выводит из клетки другое существо, подводит к камню в виде гроба, вспарывает ему живот, достает еще бьющееся сердце и кладет на камень. После чего выводит другое существо из клетки, подводит к другому камню и повторяет предыдущий ритуал. Таким образом, на каждом камне оказалось лежащим по одному сердцу каждого существа. Когда существа в клетках кончились, а камни без сердец остались, существа начали совершать подобное со своими существами. Так на каждом камне, оказалось, по бьющемуся сердцу, после чего их погрузили на корабль.

– Кто они? – сказал я.

– Племя Машийя, их цивилизация единственная, равная по могуществу и развитости Атлантам. Изначально их создали на суше, как существ, способных противостоять Атлантам и назвали – Майя; они развивались быстро, и вскоре вышли из-под контроля. Майя достигли небывалых высот в искусстве, это вы можете наблюдать на борту корабля; они в совершенстве овладели обращением с камнем и начали воздвигать большие архитектурные строения, в первую очередь пирамиды. Сооружение, в котором я живу, самая первая пробная постройка. Раньше сушу покрывали леса, в лесах создали существ и назвали их – Лешие. Майя и Лешие жили рядом и в дальнейшем стали создавать семьи между собой; так появилась новая более развитая цивилизация Машийя. После того, как Атланты ушли в воду, Машийя решили уйти в почву, закопали почти все сооружения и создали новое государство Машийя. Они нападают на других существ с целью взятия в плен, чтобы провести ритуал который вы сейчас наблюдали. Машийя пока не познали, как создавать душу, но научились делать камень – Саркофандр, в котором можно перевозить и хранить любое время. Атлантам неизвестно, как делать такие камни, но они знают, что у Машийя есть календарь, с  помощью которого они отслеживают степень готовности камня. Две сильнейшие касты на Черной Луне – Атланты и Машийя ведут ожесточенные войны между собой, – сказала Лилит.

Мы поднялись на борт и корабль отчалил. Вблизи Машийя совсем нестрашные, но то, что они  все вооружены каменными гарпунами, заставляет немного нервничать.

– Расскажи о Машийя, – сказал я.

– В каменных блоках корабля находится воздух, плотность которого позволяет удерживать его на плаву. Каменный корабль хорош тем, что его невозможно потопить и разбить, что называется – на века. Все дело в том, что Атланты научились создавать душу и добывать ее, но не смогли понять, как душу можно перевозить и хранить, чтобы покинув ледник, она оставалась в своем естественном состояние, не начав эволюцию; а Машийя научились содержать душу, не позволив ей эволюционировать, но создавать не научились. Обе касты зависимы друг от друга. Берется Саркофандр и пропитывается кровью жертвы жертвоприношения, сразу после этого календарь начинает отсчитывать цикл, после завершения цикла, берется ранее пропитанный кровью Саркофандр, пропитывается еще раз, после чего Саркофандр доставляют на ледник. Образуется полярное сияние, и только в это мгновение, души поднимаются к поверхности с глубин льда любоваться прекрасным творением природы. Именно поэтому важно знать точную дату и точное время конца цикла, так как только в этот момент все сложные процессы процедуры добычи души соединяются в единое целое. Когда Атланты и Машийя исчезли без вести, не оставив почти ничего после себя, все существа вздохнули с облегчением и подумали, что их похитили существа, прилетавшие сюда на кораблях как у вас, может они сами с ними улетели или даже без них. Версий было много, потому что, кто-то якобы видел, как они якобы контактировали между собой. А оказалось все куда проще, если можно сказать – проще! – сказала Лилит.

– Лилит, из того, что ты рассказываешь, многое не понятно, что касается души. Но еще более не понятно, как и зачем ты создала Черную Луну? – сказала Люция.

Глава 17.

История Лилит.

Много миллиардов лет назад, сколько точно никто не знает, существовала пустота в пространстве; тогда же появились предположительно первые живые существа, самые развитые, сильные и могущественные. Кто их создал и зачем, никто не знает, наверное, даже для них это остается тайной. Существами оказались Духи – Боги, как они себя назвали. Между ними начались разногласия, каждый хотел стать во главе остальных, но только один самый хитрый не лез в драку, а наблюдал со стороны. Пока остальные доказывали друг другу, кто из них сотворен был первым и, следовательно, имел полное право сесть на престол; тот хитрец, назвал пустоту «Вселенной», сотворил первую галактику и солнечную систему в ней.  Его творения убедили многих, что это именно он создан первым, и имеет право занять престол, но те, кого это не убедило, ушли и начали создавать свои галактики. Если нагло заявил о себе, то поддерживай свой статус постоянно, чтобы тебя не забыли. Главный Творец поддерживал свой статус периодическим созданием чего-то или кого-то нового. Он не забывал о своей безопасности, так как Боги воевали между собой, с целью завоевывания творений, существ и подчинения другого Бога себе. В ходе экспериментов были созданы ангелы, как личная охрана Творца, но не все ангелы признавали его авторитет и подчинялись ему, поэтому он решил создать абсолютных рабов, машин для убийства, которые, готовы пожертвовать своей жизнью ради него. Он создал планету, покрыл всю поверхность ледником, и в нем поселил совершенно новое сотворенное существо – Душа. Их было создано всего две, имена им – Лилит и Адам. Созданные существа оказались ни на что не способны, ни воевать, ни размножаться; они только перемещались в леднике в поисках выхода. Тогда Творец растопил ледник и создал на планете все условия для жизни существ следующего поколения, и душа эволюционировала в новое существо воплоти – Человек. Творец оставил часть планеты покрытой ледником и начал штамповать души, а потом забрасывал их во все части планеты, чтобы посмотреть, какие существа воплоти появятся. Человек оказался самым разумным существом, но Творец не решался создавать еще людей, так как не знал, как они себя поведут. Чтобы другие Боги не смогли создать подобных существ, тем более подобных человеку, Творец больше не создавал души отдельно от плоти, а сделал так, чтобы душа создавалась одновременно с зародышем, существа воплоти. Мы с Адамом стали первыми «пещерными» людьми, нас сделали равными, и каждый имел свое мнение и право выбора, но только Адама не устроило такое взаимоотношение, и он начал пытаться всячески принизить меня и подчинить себе. Я же не поддавалась ему, может не из-за того, что гордыня овладевала мной, а, наверное, из-за того, что Адам был безобразно глуп, некрасив и невоспитан. Адам жаловался на меня Творцу и просил, чтобы он ему сотворил новую женщину, которая будет подчиняться ему, восхвалять его, не перечить ему, выполнять все его желания, то есть рабыню. Тогда же Творец обратился ко мне и сказал, чтобы я во всем слушалась Адама, познала его как мужчину, и чтобы от него зачала и родила. Вы можете позволить манипулировать своим сознанием или иметь собственное мнение. Я отказала Творцу в его просьбе и покинула место обитания, уйдя к воде. Когда вы позволяете собой манипулировать – вас называют хорошими, когда у вас появляется собственное мнение – вас называют плохими. Творец наказал меня самым страшным образом, он накормил меня горем, сделав меня бесплодной. Осознав это, я рыдала от душевной боли на берегу реки, свернувшись как зародыш. Кому нужно существо не способное родить?! Я желала смерти, и она не заставила себя ждать, а вернее он. Многие его называют Ангелом Смерти, Сатаной, Люцифером и Дьяволом, но это не правда. Смерть – это специально созданное существо, чтобы забирать жизнь. Он пришел ко мне в обличие мужчины, лег возле меня, обнял, стал нежно поглаживать, утешать и говорить, что все будет хорошо. Вы не представляете, насколько важно слышать слова поддержки и ощущать, что ты кому-то нужна. Я ощутила, как в его объятиях моя жизнь покидает меня. Я закрыла глаза и уснула. Очнувшись, я увидела два тела лежащих возле реки – свое и Смерти. Я ощущала абсолютную свободу, радость и покой. Смерть обнял меня и прошептал:

– Я полюбил тебя! Мы навсегда останемся вместе!

Так Смерть создал новое существо – Приведение. Смерть создал – Вечность. И так я стала его женой. Мы неоднократно обретали плоть, чтобы зачать детей и после смерти воссоединиться, стать полноценной семьей, но я осталась бесплодной навсегда.

Глава 18.

Корабль подплывает к леднику, высота которого выше корабля почти в пять раз. По краю льда ходит десять охранников из племени Машийя с гарпунами; один из них видит нас, и делает взмах рукой. Ледник разделяется на две части и ледяные ворота разъезжаются. Мы заплываем в гавань. С борта видно корабли Машийя, которые причаливают к берегу, другие члены устанавливают какие-то приборы на льду. Пристав к берегу, наше племя Машийя начали разгружать корабль; они выгрузили все Саркофандры пропитанные кровью, а затем металлические трубки неизвестного предназначения. Пока Машийя возводили непонятные конструкции, я подошел поговорить с Люцией.

– Ты не рассказывала о том, что была первая женщина, Лилит? – сказал я.

– Конечно, не рассказывала! Ведь ее не было. Ева и Адам были, но о Лилит мы ничего не знаем. Я понимаю, что ты влюблен и тебе хочется верить всему, что она тебе скажет, но не поддавайся, – сказала Люция.

– Лилит сказала, что является женой Смерти. Ты ей веришь? – сказал я.

– Может я и задумалась бы, правдивы ли ее слова или нет, если бы она не сказала, что была первой женщиной, а значит ей не стоит верить. Она просто очередная сумасшедшая! Мало мы что ли больных успели повстречать на своем пути? – с усмешкой сказала Люция.

– А если Лилит не лжет?! Вдруг Лилит на самом деле жена Смерти, и ни какой-нибудь, а именно той, что тебя ищет? Ведь Смерть одна. Может нам не стоит идти, куда она нас ведет? Может там западня? Может Космонавт, это Смерть воплоти? – сказал я.

– Не паникуй Колыбель! Не стоит переживать о том, в чем ты не уверен! Разве может быть у Смерти жена? Думаешь, Смерть действительно способна полюбить? Я сомневаюсь! У Смерти свой путь к смерти. Найти меч «Нессущий», наша главная задача, и на этом нужно сконцентрироваться полностью, – сказала Люция.

– Хотите узнать, настоящее имя Смерти? – сказала Лилит.

– Нет! – сказала Люция.

– Хотите узнать, что означает мое имя? – сказал Лилит.

– Нет!!! – сказала Люция.

Машийя полностью разгрузили корабль, и построили странные сооружения: трехногие металлические конструкции высотой выше корабля, стоят на поверхности льда, в центре от верха идет металлическая труба, уходящая в лед, сверху из места соединения трех ног и трубы выходит шланг и вставляется в Саркофандр лежащий на льду. Эти конструкции стоят по всему леднику.

– Что за аппараты они построили? – сказал я.

– «Душная вышка» – аппарат для добывания души. По краям металлической трубы в середине, расположены лазеры, которые растапливают ледник, водяной насос через отверстие в центре трубы закачивает воду, прокачивает через себя и подает воду в шланг. Вода из шланга поступает в Саркофандр, а из Саркофандра вновь попадает в лед, – сказала Лилит.

– Как Машийя узнают, что душа попала в Саркофандр? – сказала Люция.

– Когда из Саркофандра начинает сочиться кровь, значит, он набился душами, – сказала Лилит.

– И сколько душ способен вместить в себя Саркофандр, – сказал я.

– Я не знаю, – сказала Лилит.

– Лилит, вы говорили, что Машийя и Атланты ведут ожесточенную борьбу между собой, но они не напали на нас, – сказал я.

Я задал глупый вопрос, но мне не хочется прекращать общение с Лилит. Мне хочется, что бы Лилит обращала на меня внимание, говорила со мной, смотрела на меня.

– Когда Машийя поплывут назад, Атланты нападут на них и состоится кровавый, безжалостный и беспощадный бой, – сказала Лилит.

– Нам нужно идти к Космонавту, – сказала Люция.

Мы спустились по трапу, и пошли вслед за Лилит, но Божест остановился.

– Что-то случилось? – сказала Лилит.

– Божест хочет, чтобы мы остались и подождали, когда Машийя поймают души, – сказала Люция.

– Зачем? – сказал я.

– Божест хочет, чтобы мы забрали один Саркофандр наполненный душами с собой, – сказала Люция.

Вернувшись на корабль, мы заняли места у края борта, откуда открывался чудесный вид. Мы наблюдаем, как Машийя готовятся к процессу добывания душ; они установили и проверили на работоспособность «Душные вышки». Настал долгожданный миг – в небе проявляется полярное сияние. Светло-зеленное вперемешку с белым свечением отражается на льду; в отражение видно, как какой-то мутно-прозрачный контур  перемещается по поверхности льда – это Душа. Их количество не сосчитать, и на первый взгляд ничего не видно, но приглядевшись внимательно в поверхность льда, видно, как вся поверхность мутно-прозрачная. «Душные вышки» заработали. Через небольшой промежуток времени, первый Саркофандр заполненный душами отсоединили от вышки и загрузили на корабль, а вместо него устанавливают новый Саркофандр.

– Вы же не думаете, что Машийя легко распрощаются с одним Саркофандром? И Атланты не упустят его! Душа, это самое ценное, что когда-либо существовало. Где Божест? – сказала Лилит.

На корабле находятся два представителя племени Машийя; один охранник стоит возле нас, другой капитан стоит за штурвалом. Люция подходит к капитану и пытается ему что-то объяснить словами, но по нему видно, что она изъясняется на непонятном для него языке. Я достаю Магнум и выстреливаю охраннику в голову. Люция делает выпад и разрубает туловище капитана по диагонали. Корабль отплывает в направление ворот, трап падает в воду, всё племя Машийя смотрят на нас с недоумением, но после того, как они осознали, что мы уплываем с душами, то кинулись в нашу сторону. Прогремела череда взрывов. Первая взрывная волна прокатилась по кораблям, стоявшим в гавани, оставив от них только каменные блоки, плавающие в толще воды. Вторая взрывная волна прошла вдоль середины стены берега ледника, после чего верхняя часть обрушилась в воду вместе с Машийя, находящимися вблизи берега. Третья волна прошла по воротам: в местах стыковки и соединения с ледником; ворота рассыпались и погрузились в воду вместе с охранниками. Корабль окутало белое облако от ледника, нас не видно, мы выплыли из гавани и поплыли вдоль ледника. Проплыв немного, мы подобрали Божеста, который запрыгнул на корабль с ледника.

Мы закрепляем один Саркофандр с душами на верху самой высокой мачты. Из него обильно льется кровь. Лилит указывает на ледник находящийся впереди и говорит, что с него мы дойдем до Космонавта. Люция начинает разгонять корабль к леднику на максимальную скорость. Божест по краю бората расставляет капканы в три ряда и минирует корабль. Я наблюдаю в прицел винтовки, но никого не вижу, ни в воде, ни на леднике. Мы забираемся на верхушки мачт. В окружающем нас мраке, почти ничего не видно. Мы всматриваемся в воду. Из воды появляются спинные плавники со всех сторон корабля; они плывут в нашу сторону. Вода кишит Атлантами, сотни окружают корабль и, несмотря на большую скорость, лезут по борту. Щелчки капканов, и в темноте раздаются крики боли, сбивающие ритм сердца. Корабль скоро столкнется с ледником. Божест нажимает на  кнопку,  в носовой части корабля раздается взрыв и огромный шар на цепи срывается в воду. Цепь натягивается, корабль разворачивается, заваливается на бок и разбивается о ледник. Мы оказались выше края ледника. От удара нас всех и Саркофандр с душами выбрасывает на поверхность, а Атланты остались внизу. Люция кричит, что не может подняться на ноги. Я поднимаю ее на руки, Божест берет Саркофандр, и мы бежим за Лилит. Раздается взрыв корабля, ледник сзади нас трескается и осыпается в воду, мы изо всех сил пытаемся опережать обвал. Обвал прекратился. Мы остановились и смотрим на то, что после себя оставил заминированный корабль – ничего. За нами никто не гонится.

Люция повредила ногу в результате падения на ледник; она не может самостоятельно передвигаться. Я взял ее на руки, она обхватила мою шею, Божест поднял Саркофандр, и мы направились за Лилит.

– Нам повезло, что Атланты не добрались до дистанции ближнего боя, а то могло бы все плачевно закончиться, – сказала Лилит.

– Расскажи подробнее об эволюции души. Получается, что после смерти, не только человек, но и любое живое существо воплоти, эволюционирует в приведение? – сказала Люция.

– Душа есть, у любого существа воплоти, но эволюционировать в приведение могут только люди. Количество таких людей можно сосчитать на пальцах рук. Те же, которые не смогли эволюционировать, а это почти все, умирают вместе с душой, поскольку после смерти, новых существ из них не происходит, а души не пополняются. Смерть во вселенной, это единственное объяснение тому, что происходит после смерти плоти, – сказала Лилит.

– Как можно эволюционировать в приведение? – сказала Люция.

– Максимальная степень развития человека, высшая ступень эволюционной ветви человечества и начало эволюции в приведение достигается тогда, когда человек признаёт без страха, что в любой момент может умереть. Он перестает думать о будущем. Человек планирует свою жизнь с того момента, когда его разум постигает мир, чем дальше он планирует свою жизнь, тем меньше он ее на самом деле проживает. Только познав, что смерть, это начало новой жизни, а не конец, можно стать бессмертным, – сказала Лилит.

– Такое познать смогли только несколько человек? – сказала Люция.

– Да, несколько человек. Признать, что ты умрешь – страшно, но еще страшнее признать, что после смерти жизнь продолжится. Истинный смысл жизни человека – эволюционировать в приведение. Люди рождаются для того, чтобы умереть. Но люди стали жертвами лже-верования, что после смерти их будут судить, а насколько я знаю – при желании, можно всё что угодно выдать за грех, и скормить геенне любую душу. Мы пришли, – сказала Лилит.

Вокруг нас нет ничего, что хоть как-то отличалось или выделялось на фоне «ледникового периода» – ледник, мрак, полярного сияния нет.

– Нужно, чтобы Божест заминировал лед, тогда мы сможем спуститься вниз, –

сказала Лилит.

Лилит и Божест ходят по льду, и он закладывает снаряды в указанных местах. Я по-прежнему держу Люцию на руках, и она заговорила:

– Колыбель, ты хороший человек, ты нам сильно помог и продолжаешь помогать. Колыбель, мы благодарны тебе навсегда и благодарность наша не знает границ. После того, как все закончится, мы вернем тебя в твой мир или в любой какой захочешь. Знаешь, ведь мы с Божестом поняли, что ты влюблен в Лилит, но если окажется, что она Джиньянк, то мы ее уничтожим, и ты нам не сможешь помешать. Постарайся забыть о Лилит. Любовь – это всего лишь чувство, равно как: ненависть, обожание, гнев, радость; оно захватывает тебя, оно освобождает тебя. Если окажется, что Лилит не Джиньянк, то мы бы уничтожили этот мир вместе с ней, но мы не хотим тебе причинять сердечную боль, мы не черствые и у нас тоже есть чувства, поэтому мы решили взять Лилит с собой. Что ты на это скажешь, Колыбель?

– Люция, слова твои мне греют сердце, но лучше не думать о том, что еще не закончилось. Зачем себе запутывать разум? Зачем настраивать себя на то, что может и не осуществиться? Ничто не гарантирует на данный момент мне того, что Джиньянк, это не Лилит, и это оставляет мое сердце неспокойным, – сказал я.

Прогремели взрывы, и лед провалился вниз. Мы спустились. Перед нами предстал вход в пещеру. Мы вошли. Пещера напоминает тюрьму изо льда, единственный выход – вход. Стоит одна кровать, тумба и пустота. На кровати лежит Космонавт, одетый полностью в космический скафандр. Мы подходим к нему. Через стекло шлема, лицо не просматривается. Есть в нем кто-то или нет, определит невозможно. На тумбе стоит рамка с поздравительной открыткой, надпись черными буквами на белом фоне:

С днем рождения, сын!

С любовью, Бог.

Я беру рамку в руки.

– Не трогай! – сказал Космонавт голосом, словно из ведра.

Я поставил на место рамку. Космонавт встал во весь рост. Я посадил Люцию на кровать, а Божест кинул на пол Саркофандр.

– Космонавт, это мои знакомые, они хотят, поговорит с тобой, – сказала Лилит.

– Лилит! Моя любовь! Чем я вам обязан? – сказал Космонавт.

– Нам нужен меч «Нессущий», – сказала Люция.

Космонавт склонил шлем над Люцией и сказал:

– Во-первых – здравствуйте! Где ваши манеры девушка? Не можете покорить красотой, так покорите воспитанием!

– Где?.. Меч!.. – сказала Люция.

– Я вам отвечу, раз вы так настаиваете. Только ответьте, он вам зачем? – сказал Космонавт.

– Чтобы убить! – сказала Люция.

– Вы безумная! – сказал Космонавт.

– Безумие, и есть высший разум, – сказала Люция.

– Так вы ни о чем не договоритесь, – сказал я и добавил: – Вы нас извините! Та причина, которая вынудила нас придти к вам и тот путь, который нас вел, сделали нас «горячими».

–Вы оберегаете свою расовую чистоту? – сказал Космонавт.

– Что? – сказала Люция.

– Нация, которая оберегает свою расовую чистоту – обречена на гонения. Вы представить себе не сможете, сколько я проходил пешком, чтобы собрать свою нацию в единый народ. Тот, кто осознает себя носителем святой крови и с пониманием использует это для достижения религиозного и политического руководства нации, никогда не откажется от этого права, – сказал Космонавт.

– От какого права? – сказал я.

– От права быть главным! Главным народом и главным, главного народа! Творец создал Тварь! И Тварь эта, к моему приходу,  изгадила всю Землю! К сожалению, – сказал Космонавт.

– Космонавт, мне не понятен ход твоей мысли и к чему ты начал этот разговор, но чем дольше продолжаешь, тем страшнее мне становится за тебя. Не сошел ли ты с ума, здесь от одиночества? – сказала Лилит.

– Тот, кому не страшно жить – страдает недостатком воображения. Ужас в Слове. Мне страшно от того, что кто-то постоянно пытается улучшить жизнь, но в результате все заканчивается разрушением жизни. Самое главное – это Слово; вначале было Слово, и Слово было у Слова, и Слово было Слово. Вся ненависть, вся боль, вся смерть, вся любовь в Слове. Всегда, Слово было, есть и будет – вирусом убийцей, – сказал Космонавт.

Мне стало понятно, что поток мыслей Космонавта, только кажется безумным и несвязанным между собой, но на самом деле, если разбить на предложения и прочитать по отдельности, то можно прочесть мысли человека, который рассуждал обо всем, в абсолютном одиночестве долгое время.

– Мозг подвергается каждую секунду влиянию окружающего мира. И это влияние отнюдь небезобидно, как кажется большинству. На самом деле всё на оборот. Влияние окружающего мира – это смертоносный вирус,  который может подхватить мозг. Смертоносный вирус поразит разум, подчинит себе, а в конце убьет. Влияние в небольших дозах не опасно, а наоборот полезно, но стоит хоть на немного превысить дозу, и мгновенно наступит передозировка с летальным исходом для разума.  Мозг – это контейнер, в котором накапливаются все влияния окружающего мира. Каждое отдельное влияние расположено на поверхности мозга, в виде пропасти уходящей вглубь к центру. На дне каждой пропасти находится вирус. Пропасть религии, политики, науки, мифологии, истории, писателей, поэтов, художников… Разум обитает на поверхности мозга и перемещается от пропасти к пропасти, чтобы  у каждой пропасти подпитываться: знанием, размышлением и вдохновением. Пока разум ходит по краям пропасти влияний, он владеет собой, но стоит ему провалиться в одну из пропастей влияний, он уже никогда не выберется из нее, и смертоносный вирус, что с нетерпением ждал этого момента всё время хождения разума по краю пропасти, полностью поразит разум. От смертоносного вируса нет спасения, так как разум не догадывается, что поражен, – сказал Космонавт.

Тишина.

Космонавт протягивает руку Люции, Люция протягивает руку на встречу, и он поднимает ее с кровати. Люция стоит на ногах самостоятельно. Космонавт отодвигает кровать, под ней, в толще льда лежит меч. Космонавт вытягивает руку ладонью вниз, меч начинает подниматься вверх, не разрушая лед, и оказывается в руке. Космонавт протягивает меч мне. Вот он, долгожданный момент, когда то, ради чего было пройдено много препятствий, оказывается перед тобой. Я беру меч в руки. «Нессущий» – сделан с любовью к красоте и гармонии, идеально сбалансирован, ощущение полного соединения и продолжения тела, поэтому его вес не ощущается. Мой взгляд пробегает по мечу, пронизывая, пробуя, выискивая изъяны, но меч является воплощением совершенства.

Гравировка вдоль лезвия с одной стороны:

Лучший способ заявить о себе – убить себя.

Лучший способ заявить о ком-нибудь – убить его.

Гравировка вдоль лезвия с другой стороны:

Лучший способ помочь себе – убить себя.

Лучший способ помочь кому-нибудь – убить его.

Я приставляю острие меча к груди Люции. В тишине слышно, как сердце бьется, передавая колебания по мечу. Лилит подходит ко мне сзади, обнимает за талию, кладет подбородок на плечо, смотрит на Люцию и говорит:

–  Момент отмщения настал!

Люция, Божест и Космонавт смотрят на Лилит с непониманием. Люция дотрагивается лезвия и пытается отодвинуть в сторону. Я качаю головой, что означает – лучше не стоит этого делать.

– Колыбель, приди же, наконец, в себя! Не нужно этого делать! Я тебя предупреждала, чтобы ты ее не слушал. Она пытается манипулировать тобой. Кто ты на самом деле такая?! – сказала Люция.

– Я же спрашивала «Хотите узнать, что означает мое имя?», но ты не пожелала знать ответ. Спроси меня об этом?! – сказала Лилит.

– Что означает твое имя? Тварь! – сказала Люция.

– Лилит означает – «Ночное приведение». Ничего не напоминает? Тварь! – сказала Лилит.

По взгляду Люции и Божеста понятно, что они поняли, кем на самом деле является Лилит; они вспомнили, что называли существо, посещавшее Адама – «Ночное приведение».

– Теперь спроси, настоящее имя Смерти, – сказала Лилит.

Люция произносит медленно и тихо:

– Настоящее имя Смерти?

Добавляет:

– Тварь!

Лилит прижимается ко мне крепко и произносит:

– Колыбель!

Добавляет:

– Тварь!

– Ты лжешь! Колыбель, не прислушивайся к ней! Ее покинул разум, если он у нее вообще был. Убери меч и убей ее, пока она не отравила твой разум, – сказала Люция.

Лилит вытягивает правую руку к Люции и демонстрирует татуировку на безымянном пальце с изображением кольца из колючей проволоки.

Люция смотрит на кольцо, смотрит на Лилит, переводит взгляд на меня и говорит:

– Это невозможно! Колыбель ты не можешь быть Смертью! Я не верю!

– Имя моей жены – Вечность! – сказал я с улыбкой.

– Почему?! Ради чего всё это? – сказала Люция.

– Божест, тебе ничего этот мир не напоминает? Вы хотели попасть в Рай до создания людей. Осмотрись, разве мы не в нем? – сказал я.

– Они всё делают ради отмщения, потому что наисильнейшее удовольствие испытываешь только в момент совершения мести, никакое удовольствие не сравнится с ним. Так устроена вселенная, – сказал Божест.

– Месть?! За что? Если час моей смерти настал, то почему меня просто не убить? – сказала Люция.

– Потому что час твой не настал, – сказал Божест.

– Что это означает? – сказала Люция.

– Ни  у кого нет тайн от Бога, но у Бога есть тайны ото всех, – сказал я.

– О чем ты говоришь? Хватит загадок! – сказала Люция.

– Я миллиарды лет занимался тем, для чего меня создали – я забирал жизни. Когда занимаешься одним и тем же на протяжении многих сотен тысяч лет, это перестает доставлять удовольствие, и со временем, я начал испытывать отвращение к себе и к тому, кто меня создал, хоть я и не знаю кто он или кто они такие. Я не просил о том, чтобы меня создавали, но раз я появился, то почему бы не оторваться по полной? Я решил заняться искусством. Искусство требует жертв, а забирать жизнь – это искусство. Я стал придумывать все возможные способы убийств: жестокие, противные, смешные, глупые… Это доставляло мне нескончаемое удовольствие. Однажды мне нужно было забрать жизнь у нового существа. Женщина – самое прекрасное существо, которое мне когда-либо встречалось. При виде ее, я впервые испытал любовь, я понял, что ни одно чувство не делает существо более счастливым, чем любовь. Я создал существо, которое может жить вечно – Приведение. Любовь оказалась взаимной, и мы захотели создать семью, но она оказалась бесплодной. Ты знаешь, что ощущаешь, когда не можешь дать любимому существу того, чего она больше всего желает? Ты ощущаешь себя слабым, бесполезным, бессмысленным, беспомощным. Желание мести, становится твоей страстью, а невозможность убить того, кого хочешь, но у кого тебе не нужно забирать жизнь, только усиливают ненависть и гнев. Вера – способна нести глобальное разрушение. Я придумал «Кастрализацию», придумал меч «Нессущий», способный убить любое существо, даже меня. Ваша вера оказалась сильной, и вот золотой меч у меня в руках, – сказал я.

– Как можно быть уверенным, что те, кого ты убивал, уже не мертвы? Как вообще можно быть уверенным, что ты еще не мертв? – сказал мне Космонавт.

– Я тобой восхищаюсь! – говорит Божест. – Потому что ты не боишься пройти путь до конца, достать до дна, дойти туда, куда все хотят дойти, и это мне нравится. Ты делаешь и говоришь то, что хочешь, остальные хотят делать и говорить то же самое, но они боятся.

– Ты же меня сюда нес на руках! Предупреждал о возможной засаде! Для чего?! Чтобы всё равно убить?! ТЫ ПСИХОПАТ!!! – сказала Люция.

– Не убивай Люцифера, я тебя умоляю! – сказал Божест. – Я не хочу жить, потеряв еще одного ребенка. Я осознал, что не в силах понять, какую боль причиняет твоя жестокость, пока жестокость других не причинит боль тебе. Ты мне уже отомстил, сгубив моих детей Адама и Еву. Разве этого не достаточно?! Я не пожалею свою жизнь за Люцифера, но пусть только он живет, дышит, наслаждается жизнью; жизнью юноши, шагающего во взрослую, самостоятельную жизнь. Убей меня!  Но умоляю, не тронь Люцифера. Не тронь! Я раскаиваюсь и сожалею о содеянном. Я исправлю всё – Лилит сможет плодиться и размножаться. В новом Раю, я вас сделаю первыми людьми, новыми Адамом и Евой. Мне не у кого было учиться, но мы учимся на своих ошибках, которых, куда больше, чем нам кажется. Зло рождает и притягивает зло, и никак иначе.

– Что ты можешь знать о детях? Что?! У тебя нет детей, произошедших от твоего семени! У тебя есть твари созданные тобой! Ты – Творец, Создатель, но не Отец! Лилит создала существ и считает их своими детьми, но она понимает, что это самообман. Есть разница между созданием ребенка и рождением ребенка, и она огромна. Максимум, мы можем быть отчимом и мачехой, но не Папой и Мамой, нет, ни ими. Лилит была твоим «ребенком», но ты поступил с ней жестоко, действительно жестоко; все по тому, что она не твоя дочь, а твоя ТВАРЬ!!! Истинный родитель, познав счастье стать им, никогда не обречет свое дитё на бесплодность. Никогда! Можно ли тебя назвать Отцом после того, как ты ради одного самого любимого ребенка, хочешь погубить остальных детей и даже отдать свою жизнь за него? Я так не думаю. Люцифер умрет! А ты, останешься здесь и все время, проведенное в сознание, будешь винить себя в его смерти, – говорю я, и протыкаю грудь Люции насквозь.

Люция смотрит на меня глазами наполненными болью и слезами. Я вытаскиваю меч, Люция падает на пол мертвая, ее сердце выбрасывает струи крови через рану, а на устах застыло последнее произнесенное Люцией слово:

– Колыбель...

Тело Божеста падает на пол. Космонавт стоит молча. Мы с Лилит берем Саркофандр и проходим к кораблю. Заводим его, открываем люк печи, скидываем Саркофандр и поджигаем. Корабль поднимается вверх, ломая лед, и устремляется в космос.

В Раю до сотворения человека, Джиньянк является Саркофандр, поскольку в нем хранятся души. Но уничтожив один Саркофандр, мы не уничтожили весь мир.

Мы отправляемся на поиски существа, от которого произошла жизнь; отправляемся на поиски мира, от которого произошли все миры, с одной целью – уничтожить их!

Уничтожить всех!

Эпилог.

Я открываю книгу и читаю на первой странице: «Автор выгуливает читателя в дерзкой и безумной одиссеи, в мире паранойи, в одержимости, в метаморфозе, в психических расстройствах и заболеваниях. Выгуливает в ненависти, в жестокости, в насилии, в самоубийстве, в смерти, в наркотиках, в порнографии, в непристойной брани, в несовершенстве человеческой природы, в убийствах на сексуальной почве, в гомосексуализме, в мазохизме и в других извращениях. Выгуливает в сексе, в катастрофах, в брутальности, в инцесте, в педофилии, в садомазохизме, в грехах, в пороках, в тоске, в отчаяние, в одиночестве, в безумие, в страсти, в борьбе зла со злом и в тяги человека к злу».

Быть может, «слабые умом», назовут книгу «Библия Антихриста», потому что, она получилась сверх наглой, дерзкой и богохульной. Но «слабые умом», от того и слабые, что если чего-то не понимают, то уничтожают или отрицают.

Каждое самое значимое существо в своем мире, рассказало мне свою историю. Пришла моя очередь, моя история – История Колыбели!

Абсолютная смерть во вселенной наступает ни тогда, когда ты умираешь, а когда о тебе забывают.

Я закрываю книгу, ставлю подпись на обложке:

Смерть – всегда ваша смерть.

Под надписью:

Богохульство – есть лучшее украшение литературного языка.

Примечания

1

Трахаться до смерти!

2

Гэнг-бэнг (Gang Bang) - это секс одной девушки или одного мужчины, с большим количества мужчин.

3

RESET – сигнал и операция сброса, в том числе перезагрузки компьютера.

4

Сексвайф (sexwife) – подразумевает собой отношения, где мужу доставляет удовольствие, когда ему изменяет жена.

5

Двойное проникновение (англ. double penetration) – разновидность секса втроём.

6

Сая (яп. 鞘) — японский термин для обозначения ножен меча.

7

Хентай – жанр японской анимации, комиксов, а также изображений соответствующей стилистики, основным элементом которых являются содержащиеся в них эротические или порнографические сцены.

8

Made in China – Сделано в Китае.

9

Панегирик – похвальная публичная речь

Content

Аринин Дмитрий Е. Колыбель

Дмитрий Е. Аринин «Колыбель»

От Автора.

Предупреждение автора!

Пролог.

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Глава 16.

Глава 17.

Глава 18.

Эпилог.

Примечания