Ль Анна

Земли Дарвая

Анна Ль

Земли Дарвая

часть  I. Пророчество

1

«Нет,  это просто свинство с его стороны! Свалить на меня свои промахи и недоработки!  Сказать, что это я испортила уже готовые документы, за которые он даже не принимался!»   Мои злость и обида не находили выхода. Так что,  я подозревала, это было не желание отдохнуть, это был побег.

Я даже место поездки выбрала неосознанно. Совершенно не задумываясь, я купила билет и, оказалось, что моя интуиция лучше меня знает, чего мне хочется.  Тишина и безлюдность этого места казались просто невозможными после тесноты города.  В маленькой,  уютной гостинице совершенно не было людей, что, впрочем, объяснялось довольно просто, недавно здесь прошли сильные дожди. Уже через час мне не хотелось разорвать своего шефа на тысячу маленьких кусочков, а так,  просто убить. Поужинав, я сразу забралась в постель, так как на улице снова заморосил дождь, а кроме как гулять, в этой местности совершенно нечего делать.  Уснула я почти сразу, несмотря на все мои нервы.

- Только так вы спасёте свою жизнь, - сказал кто-то.  Я закричала,

когда он схватил меня за руку, увлекая в пропасть  и… проснулась.

В окно светило солнце. Я спустилась вниз с намерением хоть что-нибудь перекусить. Но хозяева меня приятно удивили, оказалось, что кухня работает, несмотря на то, что нет постояльцев, и я могу получить любой завтрак.  Омлет и кофе были так восхитительны, что я была готова расцеловать хозяйку, когда она пришла убирать со стола.

- Если хотите прогуляться, то лучше дня, чем сегодня и представить

трудно, улыбнулась она,- сходите к реке, там просто прекрасная природа.

Не знаю, хотела ли я любоваться рекой, но, поблагодарив хозяйку, я вышла на улицу.  День и правда был чудесный, и я решила последовать совету. Ступив на мокрый песок, я даже на секунду не  задумалась, в какую сторону мне податься, это казалось безразличным.  Оказалось, нет.

Я шла, но все мои мысли были далеко от этой красоты.

«Работу определённо нужно менять, ведь у меня есть профессия и вообще, сколько можно быть у кого-то на побегушках.  Бессмысленная беготня по кругу.  Хорошо бы оказаться в месте, где ты это ты, где твой ум и талант ценят, а не пытаются использовать в своих целях.  Но вряд ли такое место существует. Такое настроение, что хоть головой о камень, или как во сне, с обрыва в пропасть». И тут меня словно током ударило.  СОН!  В ушах снова прозвучали слова о спасении жизни. И ещё вдруг на секунду мне показалось, что меня кто-то зовёт. Голос был слабый, словно шёл издалека, но странно не это, а то, что звал он МЕНЯ.  Это окончательно привело меня в замешательство.  Остановившись, я внимательно огляделась. То, что я была неизвестно где, было понятно, потому что я с самого начала неизвестно куда шла, но непонятно было, кто мог меня звать. Нигде никого не было видно, местность абсолютно дикая и прекрасная в своей дикости. Но я была уверена в том, что слышала, галлюцинациями не страдаю (или это первая ласточка?). Постояв немного и ничего больше не услышав, я могла лишь пожать плечами и, либо вернуться назад, либо продолжить прогулку.

Я выбрала продолжение.

Не знаю, чем меня не устроил берег реки, или привлёк этот косогор, но, пройдя ещё немного, я полезла вверх.  Моя борьба с горой была долгой, мучительной и, на первый взгляд, абсолютно бесполезной, хотя она и доставила мне массу удовольствия. Так иногда бывает, что ненужное и бесполезное, вроде, дело приносит результат. В моём случае оказалось, что чтобы достигнуть нужного результата, надо заниматься именно ненужным и бесполезным (с точки зрения современного среднестатистического горожанина, разумеется).  Если бы кто-нибудь спросил меня в тот момент, зачем я лезу непонятно куда, я не смогла бы ответить, но мне очень хотелось забраться на гору, причём не на какую-нибудь, а именно на эту.  Меня так манила эта вершина, что это даже пугало.  Но в тот момент я об этом не задумывалась, цель была только одна – добраться.

- Ну и куда я тут залезла, и зачем собственно, и что у нас тут такого интересного, за чем стоило так карабкаться?

Этот риторический вопрос я задала, естественно сама себе.  Ответа не последовало. И вот тут опять случилось странное: я смотрела на реку, и на какой-то миг вид изменился.  Река, мутная и тихая до этого, стала широким, полноводным потоком; лес гораздо гуще, как будто между деревьями специально досадили ещё в два раза больше; а небо, по которому до этого плыли редкие облака, стало высоким и неестественно синим.  Кроме того, в вышине кружили незнакомые птицы размером с орла, но с розово-дымчатым оперением.  Я крепко зажмурилась, а когда открыла глаза, сказочное видение исчезло.  Но я твёрдо была уверена в том, что это было реально, а не мираж или галлюцинация.  Правда, непонятно почему.

Ещё раз  тряхнув головой, я осмотрелась.  Площадка, на которую я выбралась, была небольшой, шагов пятнадцать в длину и столько же в ширину, и гладкой, как стол. Делать на ней было абсолютно нечего, если не считать чудесного вида, открывавшегося с высоты, дальше начинались неприступные скалы.

Пройдясь туда-сюда, я подумала, что спуск дастся мне гораздо труднее подъёма, хотя уходить совсем не хотелось. У меня было чувство человека попавшего туда, где его давно ждут.  В моей ситуации - довольно странное чувство.  И тут моё внимание привлекла скала.  На первый взгляд совершенно обычная, если не считать, что она почти отделилась от основного массива.  Конечно, я подошла ближе,  не могла не подойти.

За скалой явно что-то было.  Нет, я не видела, не предполагала, я это ЗНАЛА!

Меня всё сильнее тянуло туда. Но куда «туда»?  Этот вопрос меня почему-то не беспокоил, просто «туда» и всё.  Несмотря на кажущуюся бесполезность моих действий, я попыталась отодвинуть скалу. Вы скажете, что это маразм?  Но она поддалась!  Да, когда я, засунув руки в щель, потянула край на себя, огромной кусок гранита с лёгкостью отодвинулся, а за ним открылся довольно просторный вход в пещеру. И это было именно то место, куда мне нужно было попасть по непонятной мне пока причине.

Внутри было темно как в… ну, в общем, очень было темно. Естественно, никакого фонарика или чего-то подобного у меня не было, но раздумывала над безвыходностью ситуации я недолго,  хотя раньше изобретательностью не отличалась. Под ветровкой, которую я надела на случай дождя, у меня была кофта, а под ней футболка, её-то я и решила использовать.  Сначала раздевшись, а затем снова одевшись, я получила верхнюю часть будущего факела. За палкой дело не стало, её я выломала из ближайших кустов, ну а зажигалка у меня просто была с собой, да, я иногда курю, и не надо на меня так смотреть. Дальше вообще всё было просто, намотав майку на сук, я подожгла её, горело, между прочим, вполне прилично, и двинулась внутрь. Страшно не было, хотя я никогда не испытывала любви к подземельям, скорее меня охватило нетерпение.

Уже через десяток шагов я поняла, что пещера не совсем естественная. Было очень чисто, будто пол специально ровняли и подметали, ни сталактитов, ни сталагмитов видно не было, а вот следы обработки камня были налицо. Вывод был очевиден: пещеру подготавливали специально. Только вот для чего?

Пол ушёл из под ног так неожиданно, что я, не то что сообразить, даже испугаться не успела.     Пока скользила вниз по каменному серпантину, мне в голову пришла лишь одна мысль, что выбраться теперь будет ой как не просто.

К счастью спуск не был чрезмерно крутым, иначе по его окончании я непременно что-нибудь себе расквасила, а так, свалившись с трёх метровой высоты, я даже умудрилась встать на ноги.  Факел я, конечно, потеряла, кажется где-то на середине этих американских горок, но он мне был уже не нужен.

Справа от меня открывался арочный проход, из которого струился зеленовато-золотистый неяркий свет. Чувство ожидания прекрасного во мне росло, давно уже я не спрашивала себя, откуда оно берётся, этот свет напоминал о чём-то очень хорошем, но давно забытом, он пригашал меня, и я не могла ему отказать, да и не хотела. Сжигаемая жгучим нетерпением, я вступила  под арку, в потоке уютного света сделала десяток шагов и, наконец, вошла под свод пещеры, куда так долго стремилась.

2

Картина открывшаяся не вызвала особого удивления, хотя и была невообразимой.  Посередине пещеры росло ДЕРЕВО!  Как положено, с живыми ветками, листьями и даже цветами. Но самым необычным был человек, спрятанный под кору этого дерева, как горошина в стручок, так что видно оставалось только его лицо и верхняя часть груди.  Казалось, юноша крепко спит.

Я подошла к дереву вплотную, чтобы рассмотреть спящего. Никаких сомнений не оставалось, это был парень лет  двадцати, не больше, очень привлекательный, с утончёнными, можно сказать, аристократическими чертами лица.  Смущали только две вещи:  зеленоватая бледность и остроконечные уши.

«Властелина Колец» я в своё время просмотрела, поэтому название необычному юноше пришло само собой - ЭЛЬФ!  Передо мной был, если не брат Леголаса, то его ближайший родственник.

- Так, теперь всё стало ясно, я просто сплю,- с этими словами я со всей силы себя ущипнула. И заголосила, больно было очень.  Значит, не сон.

То ли от звука моего голоса, то ли от крика, в пещере вдруг всё резко изменилось. Сначала в воздухе стали вспыхивать золотые и изумрудные искры, затем на дереве зашелестела листва, словно её коснулся незримый ветерок, а через секунду послышался звук, будто лёгкое касание двух хрустальных бокалов. Искры в воздухе погасли и дерево, заскрипев, словно от боли, свернуло лепестки коры, освобождая пленника. Ожидая, что он упадёт, я сделала шаг вперёд и попыталась его подхватить. Как только моя рука его коснулась, юноша открыл глаза.

Сначала глаза его были невидящими, словно слепыми, но постепенно взгляд приобрёл осмысленность. Юноша посмотрел на свод пещеры и крону дерева над головой, казалось, он понял, где находится. Потом опустил взгляд на меня, секунду всматривался в моё лицо, резко глянул на мою руку (я всё ещё придерживала его), лицо его перекосило злобой, и он отпрыгнул в сторону не меньше чем на пару метров. Надо признаться, неожиданная реакция.

Мы стояли напротив и рассматривали друг друга, молча.  Передо мной стоял парень, как я уже говорила, лет двадцати, с почти белыми волосами ниже плеч, зелёными глазами и лицом ангела. Ростом он был на целую голову выше меня, примерно метр девяносто, и одетый в куртку и штаны из совершенно изумительного материала, зеленовато-дымчатого, отливающего серебром при каждом движении. Что видел он, я могу описать лишь приблизительно, я же не вижу себя со стороны. Роста во мне метр семьдесят два, блондинка, волосы до плеч, серые глаза, нос прямой, губы средней пухлости, в общем, внешность средняя, хотя многие считают меня привлекательной.  На мне были чёрные джинсы и свитер, сверху песочного цвета ветровка, на ногах высокие ботинки со шнуровкой, подозреваю, что была довольно грязной, пожалуй, всё.

Мы по-прежнему стояли молча, изучая друг друга, молчание нарушил он.

- Кто ты? – голос у эльфа был чистый и звонкий, как горный ручей,- ты человек?

- Да. - Я  ответила твёрдо, хотя, признаться, вопрос меня озадачил,-

а почему тебя это удивляет?

На лице юноши действително читалось удивление и некоторая озабоченность.

- Как ты сюда попала?  Как ты нашла это место? Как ты вообще смогла войти в святилище?

- Стоп, не всё сразу! Это место, или, как ты говоришь, святилище, я нашла случайно.

- Это невозможно, его нельзя найти случайно! Его даже специально нельзя найти, если ты не тот, кому его найти положено!

Одним гибким движением он прыгнул ко мне и приставил к горлу нож, при этом было совершенно не похоже, что он шутит.

- Отвечай немедленно, какую силу ты использовала, чтобы проникнуть сюда!

Как в тот момент я не потеряла самообладания, для меня и самой загадка.

- Эй, я никуда не проникала, я просто вошла.  Если ты меня отпустишь, мы во всём спокойно разберёмся.

Думаю, что убедили его не мои слова, а мой уверенный тон. Подумав ещё пару секунд и с подозрением на меня посмотрев, эльф всё же опустил нож. Скажу вам честно, без ножа у горла чувствуешь себя гораздо лучше.

- Давай теперь разберёмся. – С этими словами я опустилась на пол. Отдых был мне просто необходим, поэтому я подумала, что будет лучше вести переговоры сидя, и скрестив ноги по-турецки, выжидательно посмотрела на своего визави.  Было ясно, что он меня прекрасно понял, но в его глазах откровенно светилось недоверие. Через некоторое время он, по-видимому, принял для себя какое-то решение, потому что тоже сел, хотя и отошёл на пару метров, (ему похоже нравилась именно эта дистанция, видимо её он считал безопасной), опустившись сначала на колени и откинувшись на пятки.

Разговор явно не клеился, начинать никто не хотел. Я потому, что не знала о чём говорить, а он по известным только ему причинам, главная из которых была написана у него на лице крупными буквами: недоверие.         Молчание затягивалось, постепенно действуя на нервы нам обоим, и я решилась взять на себя миссию парламентёра.

- Давай для начала познакомимся, - начала я, решив, что таким образом мне удастся установить контакт, и конечно, ошиблась. Мой собеседник не только не улучшил своего мнения обо мне, но казалось, его просто взбесило моё предложение. Словно взорвавшись изнутри, он вскочил на ноги, буквально за миг став тёмно-бордового цвета.

- Зачем тебе слышать моё имя, чтобы украсть мою силу? Или ты думаешь, что так сможешь обмануть меня, доказать что ты здесь случайно? Я наперёд знаю все твои уловки, и не попадусь на них!

Парень расходился всё больше и больше, ещё немного в таком духе и на мирных переговорах можно спокойно ставить крест.

- Так! Стоп! - мой резкий окрик подействовал на крикуна примерно как дубиной по голове, заткнулся в секунду.

- Давай так, ты перестаёшь орать и слушаешь, я рассказываю всё о том, как я здесь оказалась, после вместе пытаемся найти объяснение происходящему, идёт?

Но эльф не мог ответить. Он смотрел на меня как на то, чего не может быть. Сказать, что он был удивлён, значит, ничего не сказать.  Вероятно, он удивился бы меньше, даже если  у меня всё тело покрылось чешуёй, выросли метровые когти, и я начала изрыгать пламя. Примерно чего-то в этом роде он ждал, но не простого разговора.  И пока он не мог выдавать гневные рулады, у меня был шанс рассказать о себе без опасения, что договорить мне просто не дадут.

- Значит так, зовут меня Истрид, - и дальше я рассказала о том, что произошло с момента, как я приехала в гостиницу и до пробуждения моего нового знакомого, подробно. К концу моего повествования парень несколько пришёл в себя, не совсем конечно, но говорить уже мог.

- Приняв твои слова правдой, я должен поверить, что ты попала сюда случайно, но тогда откуда тебе известен наш язык? Ты, как ты говоришь, не видевшая никогда ни одного эльфа, говоришь на эльфите как на своём собственном языке, даже без акцента! Как это ты сможешь объяснить?

- Да ты с ума сошёл, я на этом вашем эльфите ни слова не знаю!- выпалила я и замерла с открытым ртом, поняв, что говорю на совершенно незнакомом языке.  Как это получилось, для меня было загадкой, но как доказать это подозрительному эльфу было вопросом потрудней.

Видимо моё недоумение было также откровенно написано на моём лице, как раньше недоверие эльфа на его, потому, что пристально на меня посмотрев, он вдруг спросил:

- А ты точно всё мне рассказала? Может, что-то всё-таки забыла, например, что-нибудь странное, необычное с тобой не происходило?

- Да вроде нет, ничего необычного не было,- я задумалась,- вот только голос.

- Голос?! Ты слышала голос?!

- Ну да, он меня вроде как звал.

- Что он говорил, куда звал?!- эльф от возбуждения, охватившего его, весь аж переливался, должна сказать, потрясающее зрелище.

- Ну, ничего такого, я толком  даже не поняла. Просто какой-то голос меня звал, я чувствовала что меня, но не знала кто и почему.

- И больше ничего, ну, странного, необычного?

- Нет, ну разве что сон, и ещё видение, странное надо признаться, весьма похожее на глюки.

- На глюки?  Что такое глюки?

- Ну, это когда видишь то, чего нет на самом деле.

- Расскажи мне об этом.

- Сначала я видела сон, в нём кто-то говорил о спасении жизни, толком не помню, всё как-то туманно. Потом, уже когда я нашла проход в это, не знаю, как его назвать, я увидела как река и лес изменились. Понимаешь, вроде как, лес стал гуще, река полноводней и бурливей, ах да, ещё какие-то незнакомые птицы в небе.

- Это всё?

- Ну…да.

Эльф выглядел озадаченным и кажется расстроенным, вроде как я была досадным недоразумением. Но, видимо, принял решение.

- Хорошо, я беру тебя с собой, я не вижу в тебе злых чар, и доверюсь своему чувству, но если ты попытаешься напасть…

С этими словами эльф без видимых усилий выдернул лук и стрелы из кровли дерева.

- И куда интересно ты собрался меня брать?

- К своему народу. Мне надо его найти. Раз дух леса призвал тебя, значит, время пришло!  Я принц Лондарниэль, надежда народа лесов, и пробуждение означает, что пришли злые времена, и только я могу отвести беду!

Да, самомнения у моего нового знакомого, хоть свиней откармливай.

- Ну, пошли.

Я пропустила принца вперёд, но не из вежливости, а из-за врождённой вредности.  Очень уж было интересно посмотреть, как он сначала будет карабкаться по крутому подъёму, а потом его вытянутую физиономию, когда он увидит, что земли кругом совсем не те, что он ожидал.

Однако всё получилось совсем не так.

Пройдя через коридор, мы оказались перед широкой лестницей, и ни какой горки, а поднявшись, вышли на склон холма.  В итоге, изумлённый и потерянный вид был у меня. Ни этого холма, ни леса, ни текущей внизу реки я никогда не видела.

Впрочем, нет, видела, правда, всего один миг, стоя на площадке перед входом в пещеру. Вот так номер! Что же это делается, а?

Но толком разобраться в ситуации нам не дали. С вершины холма послышался топот, заставивший нас обернуться.

В первый момент я увидела, как прямо на глазах зарастает вход в подземелье, а во второй у меня уже вставали дыбом волосы, потому, что с вершины холма на нас неслись (я не поверила своим глазам) КЕНТАВРЫ!

На приветственную процессию это походило мало, морды (или лица?) у них были злые. Я обернулась. Мой эльф, похоже, впал в ступор, такого разворота событий он явно не ожидал. Кентавры на полном скаку начали брать свои копья наизготовку, а Лон-и-как-там-дальше даже не шевелился. Пришлось брать инициативу в свои руки, пока из нас не сделали живую мишень.

Схватив остолбеневшего принца за руку, я потащила его вниз по склону, хорошо он хоть не упирался, но уже через пару сотен метров нам пришлось остановиться, перед нами был обрыв.

Что бежать нам некуда видели и кентавры, они умерили свой сумасшедший бег, и теперь, не спеша,  нас окружали. Я ещё раз глянула вниз, вода была очень далеко, но это было знакомо. Почему знакомо? Ну, конечно, сон!

Больше я не раздумывала ни секунды, схватив за руку совершенно ошалевшего принца, я ринулась вперёд.

Сколько нас несло течением, я не знаю, но вымоталась я ужасно. Постоянно приходилось вытаскивать эльфа, который, при любой попытке его отпустить, камнем шёл ко дну. Ну, просто наказание какое-то. Когда, наконец, мы выбрались на берег, принц мало был похож на надежду народа леса, гораздо больше на утопленника, а я вообще была ни на что не похожа.                                  И опять нам не дали придти в себя. Открыв глаза, я обнаружила, что мы снова окружены и снова кентаврами. Правда на этот раз они в нас не целились, просто стояли и смотрели, приятного мало, но не смертельно.

И на том спасибо. Им, похоже, было даже весело.

- Первый раз вижу эльфа, похожего на мокрую ворону,- усмехнулся один, рослый, шоколадной масти воин.

- Жалкое зрелище, - отозвался золотистый.

- А что это с ним за пугало? – вставил реплику рыжий.

Оказывается, кентавров я тоже прекрасно понимаю, вот дела. Пока кентавры перебрасывались издёвками, я смогла подняться.

Рыжий смотрел прямо на меня и ухмылялся, наглец.

- А в глаз за «пугало» не хочешь? - не выдержала я.

И тут раздался громкий хохот. Все обернулись. Хохотал крупный, цвета золы, самец, невысокий, но неимоверно широкий в плечах и торсе.

- Молодец, девочка, так его.

Кентавр сделал несколько шагов вперёд.

- Ты не робкого десятка. Я слышал о таких как ты, ведь ты человек, правильно?

После этих слов все кентавры уставились на меня, похоже совершенно забыв об эльфе, и все с немым изумлением на лицах (всё-таки лицах).

- Я Дардн, командир отряда, - он на секунду задумался, - мы отведём вас к нашему правителю, раз так случилось.

Что именно случилось, было непонятно, но спрашивать я не стала, разберёмся. Мы двинулись вдоль берега, окружённые со всех сторон, но никакой злобы люди-лошади не проявляли, только рассматривали нас с любопытством, точнее меня.

Солнце стояло ещё достаточно высоко, когда мы добрались до леса. Нас окружили вековые дубы и ели. Попадавшиеся иногда берёзы осины и липы казались детьми этих гигантов. Глянув на эльфа, я его не узнала, настолько отрешённым было его лицо, он, наконец, был дома. Да и я чувствовала себя прекрасно, мне было спокойно и уютно как никогда.

- Я смотрю, ты в лесу как дома, я за тобой наблюдал, идёшь тихо, слышишь далеко, не думал что люди такие. Рядом со мной шагал тот самый  кентавр, что обозвал меня пугалом.  Судя по голосу, он пытался сгладить свою оплошность. Но моё великодушие ушло вместе с моими силами.

- А ты что, иногда ещё и думаешь?

Среди воинов послышались смешки.

- Ну, зачем ты так?- мой рыжий собеседник обиженно прянул в сторону.

- Да она еле на ногах держится, а ты к ней с разговорами, - подошёл ближе седой кен, - ну-ка, садись. С этими словами он подогнул переднюю ногу и наклонился, чтоб я могла сесть верхом.

Лагерь для ночлега был разбит на небольшой поляне у ручья. Оказалось, наши новые друзья не тратили по пути время даром. Уже через полчаса над костром струился аппетитный дымок жареной дичи. Пристроив свои ботинки к огню, я блаженно растянулась на удивительно мягком мху. Эльф сидел под огромным дубом, подняв взгляд к вершинам деревьев, казалось, он окончательно ушёл в себя, во всяком случае, со времени нашего пленения он не произнёс ни слова.

Шевелиться мне ужасно не хотелось, но надо было поговорить с ним, разузнать, что к чему.

- Ну, ваше высочество, может, наконец, объяснишь, что тут происходит, почему нас сначала хотели убить, теперь ведут куда-то.

Эльф не изменил позы, но заговорил.

- Меня они и сейчас хотят убить.

- Почему?

- Я для них враг.

- А я значит, друг и меня они убить не хотят?

На этот раз мой вопрос остался без ответа, принц снова ушёл в себя и возвращаться не собирался. Постояв, я вернулась на свою моховую постель, мне надо было подумать. Что мы имеем? Происходящее реально, это факт.

А дальше тупик, н-да, ситуация. Мои размышления прервал тот самый кентавр, что вёз меня на спине. Подойдя, он протянул мне короткое копьё, на острие которого исходила паром какая-то жареная птица, и, получив мой благодарный кивок, лёг рядом.

- Если хочешь, я могу тебе объяснить.

Ответить я не могла, мой рот был набит мясом, но усиленно закивала, на что седовласый кен только улыбнулся.

- Ты ешь, ешь. И слушай. Много веков назад начались раздоры между народами населяющими Дарвай. Гномам не нравилось, что эльфы, кентавры и все остальные, берут у них металлы и камни. Эльфы считали своими леса, кентавры объявили своими степи, наяды решили, что им принадлежат озёра и реки.

- Но ведь невозможно жить только в лесу или только в степи!

- Именно! Так и начались первые ссоры. Отчуждение становилось всё сильнее, дело доходило до вооруженных стычек, самая серьёзная из которых закончилась гибелью принца Гарина, нашего принца. В скорби и отчаянии правитель Парник  воззвал к духу жизни, умоляя о справедливости. И во время очередной битвы дух явился. Он был разгневан глупой злобой своих сынов. В наказание королю эльфов он забрал его сына, пригрозив, что больше не потерпит бессмысленного кровопролития. Какое-то время на землях Дарвая было спокойно, хотя ни о какой дружбе между народами речь не шла, просто все боялись наказания. Но однажды один отшельник, сейчас неважно какого народа, услышал голос духа и предсказал, что принц эльфов вернётся. И когда он вернется, наступят другие времена. А теперь суди сама, уже очень давно у нас нет нападений друг на друга, мирно и спокойно. Какие-такие другие времена? Опять войны? Нет, пускай всё остаётся как есть.

- Значит, вы твёрдо решили его убить?

- У нас просто нет выбора. Не ради себя, ради всех.

- А тебе не кажется, что это больше похоже на месть?

- Месть? При чём здесь месть?

- Ну, как же, вашего принца убили, а эльфийский жив-здоров. Но вам даже в голову не пришло, что как только вы его убьёте, эльфы начнут мстить вам, а в итоге разгорится война. Потом на всех воюющих обрушится кара, и получайте новый мир. Только народов в нём будет гораздо меньше. Ну как, радужная перспективка?

- Да, об этом мы не подумали,- раздался голос сзади.

Я обернулась. Позади стоял весь отряд во главе с Дардном. Похоже, они стояли там давно и слышали весь разговор. Лица были мрачными. Но что я могу сделать, если правда редко бывает приятной.

3

Ночь прошла спокойно и с рассветом вся наша кампания снова была в пути. За утро мы сначала выбрались из леса, потом пересекли небольшую равнину и переправились через, средней полноводности, реку. К обеду мы снова вошли в лес. Но этот лес был совсем другим. Вроде тоже дубы, но какие-то приземистые, с невероятно густыми кронами, через которые почти не пробивалось солнце. И ощущение тревоги. Тревоги и взгляда в спину.

Похоже, неспокойно было не только мне, мои спутники стали ступать медленнее и тише, совершенно перестали разговаривать, и поминутно поднимали взгляд вверх, пристально рассматривая зелёный свод над головой.

Я подошла к Приму, седому кентавру.

- Что происходит?

- Тише, - он прижал руку к моим губам, - гвартаны.

Кто такие гвартаны интересно. Я хотела спросить, но не успела, нас атаковали.

По стволам деревьев головой вниз скользили паукообразные существа, явно не для дружеской беседы. По нервам ударила волна страха. Гвартаны кинулись на кентавров, и я смогла их рассмотреть. Их сходство с пауками было относительным, они двигались как насекомые, но всё же это были люди. Правда, люди необычные. Четыре ноги и четыре руки двигались с невообразимой быстротой, серо-коричневая кожа почти скрывала их на фоне древесных стволов, взгляд больших, жёлтых, с вертикальным зрачком глаз, казалось, прожигал насквозь, заставляя кровь стыть в жилах.

Как получилось, что я осталась одна в стороне и без защиты, сейчас не скажу, скорее всего, кентавры просто слишком сильно увлеклись схваткой и не обратили внимания на мою незащищённость. Зато гвартаны этого не пропустили. Один из них кинулся на меня и вцепился верхними руками в горло, пытаясь задушить, а нижними не давая мне сопротивляться.

На помощь мне врядли кто придёт, это понятно, все слишком заняты, значит надо отбиваться самой. Попробовав высвободить руки из цепких лап, я ощутила всю тщетность своих попыток, силища в них была неимоверная, а вот веса в моём противнике немного, несмотря на то, что он навалился всем телом, тяжести не чувствуется. Я сделала единственное, что оставалось, опрокинула его на спину и уселась сверху, руки на моём горле сразу разжались, и я придавила их коленями. И тут навалился страх, страх с примесью полной обречённости и ожидание смерти. Чувства были не мои, но чьи? Вдруг меня осенило, ГВАРТАН! Я чувствовала его эмоции, ну надо же! Кентавры, разогнав своих нападавших, уже спешили ко мне, кое-кто брал на изготовку копья, и тут послышался тихий свист. И было в нём столько тоски и муки, что наверно и камень бы заплакал. Уверена, что это был голос гвартана, хотя он не проронил ни звука. В ответ из густой листвы послышались ответные, очень печальные попискивания. И я поняла, что это такое. Это было прощание. Гвартан прощался со своими сородичами. И с жизнью.

НЕТ! Так быть не должно, так не будет!

- Стойте! – Кены замерли в трёх шагах и с немым изумлением наблюдали, как я поднимаюсь, освобождая пленника.

Глаза гвара, закрытые в ожидании смертного приговора, распахнулись на пол лица, и меня охватила такая буря чувств, что стало плохо. Сомнение, надежда, благодарность и удивление, сменяя друг друга, вихрем крутились у меня в голове.

- Он же сейчас удерёт, - не выдержал кто-то.

- Пускай уходит.

Обернувшись, рукой показала гвартану, что он может уходить. Он сделал неуверенный шаг назад, потом ещё один, всё время глядя мне в глаза и не обращая внимания на кентавров, а потом бросился наутёк. И только в последнюю секунду, перед тем как исчезнуть в листве, он послал мне искреннюю просьбу о прощении. Я улыбнулась, определённо, среди гвартанов теперь у меня есть друзья.

4

Привал устроили только после того, как лес остался позади. Никто на нас больше не нападал, кены успокоились, хотя лично мне казалось, что гвары где-то рядом. Дардн, прихватив с собой пятерых воинов, отправился на поиски добычи. Значит, и на ночёвку мы останемся здесь, и это здорово, потому что я за дневной переход вымоталась окончательно. В конце концов, у меня только две ноги.

Эльф подошёл ко мне, когда я уселась у костра на куче листьев, и присел рядом. Помолчали. Не то что я не хотела разговаривать с ним, но он всю дорогу держался очень обособленно, это не очень приятно.

- Скажи, почему ты отпустила его?

- Потому что не стоило его убивать, он этого не заслужил.

- Но они напали первыми, мы их не трогали!

- Они не нападали, всего лишь показывали, что будут защищать свою землю.

- Интересно откуда ты это знаешь, говорить гвартаны не умеют.

- Они умеют, это вы не умеете слушать! И думать труда себе не даёте! Если бы они действительно хотели убить, то спрыгнули бы нам на головы со своих деревьев, свернули шеи, и дело с концом, мы б и пикнуть не успели!

От возмущения я не могла больше сидеть, вскочила и пошла к ручью, протекавшему в трёх десятках шагов от стоянки. А принц так и остался сидеть, похоже, ему было о чём подумать.

- Знаешь, Дардн, эта девочка очень необычна, совсем не такая как мы, она думает по-другому.

- Да, наставник, я это заметил, тоже наблюдал за ней. Ты как всегда оказался прав, не позволив её убить.

- Хотел бы я знать кто она такая.

- Не знаю, но войну с эльфами, да и с гвартанами тоже, она предотвратила.

5

Ущелье было словно прорезано ножом в стене скал, наш путь лежал туда. Пришлось растянуться в длинную цепь всего по двое-трое в ряд. Я шла впереди, между Дардном и наставником Примом. Принц и рыжий Олл следовали чуть сзади. Было абсолютно тихо, густой скальный мох глушил шаги и стук копыт. Тем резче прозвучали хлопки крыльев над нашими головами. Прямо посередине дороги, едва не задевая стены кожистыми крыльями, перед нами приземлилось существо. На двухметровом, напоминающем по форме человеческое, но покрытом серым пухом, туловище сидела голова летучей мыши. Крылья, как и ноги, заканчивались вполне человеческими ладонями и ступнями, но со стальными, длиной сантиметров двадцать, когтями. Жуть, да и только!

Звуки, последовавшие за появлением, были потрескиванием, пощёлкиванием и поскрипыванием, тем не менее, складывающимися в слова. Говорил прибывший на кентаврийском.

- Как ты посмел явиться сюда с этим эльфом Дардн? Мы пропустили вас прошлый раз потому, что вы шли убить его и оставить порядок в землях Дарвая неименным. Но он жив! Ты обманул нас! Никто не имеет права безнаказанно лгать ШАМШАЛЛАМ! Отныне кентаврам дороги через наши скалы нет! Эльфа ты отдашь нам, мы убьём его сами, а попробуете сопротивляться, и живым никто не уйдёт.

Командир и наставник переглядывались и медлили. По их лицам было понятно, что угроза нешуточная, и они пытаются найти выход, но не получается. Кажется, придётся опять мне разруливать ситуацию. Храбро дрожа коленками, я сделала несколько шагов вперёд.

- Послушай, шамшалл, его нельзя убивать, если…

Но договорить мне не дали.

- Что?! Какая-то козявка будет нам указывать?! Запомни, ты, чему даже названия нет, никто не приказывает шамшаллам, за это мы тоже наказываем!

Гм, похоже, у крылатого явная мания величия, а меня это порядком раздражает. И «козявку» я ему  простить ну никак не могла. А когда  нервы смешиваются с обидой, признаюсь, что становлюсь довольно агрессивной. Короче, понесло.

- Слушай ты, летучая мышь-переросток, в этом мире далеко не всё решаешь ты, понял? Никого ты убивать не будешь, не хочешь пропускать нас, чёрт с тобой, найдём другую дорогу, но распоряжаться чужой жизнью я тебе не дам!

- Ты?!! Ты мне не дашь? Тогда ты умрёшь первой!

Стальные когти сверкнули у меня прямо перед носом. Да переговоры явно зашли в тупик. Следующим движением этот маньяк просто снес бы мне голову, но откуда-то со скалы, прямо между нами упала серо-коричневая тень. Ни кто иной, как гвартан, собственной персоной, защищал меня от взбесившегося шалла. Тот самый, которого я отпустила, я сразу его узнала.

Немая сцена. Все замерли, кены, кажется, даже дышать перестали. Поэтому частое стаккато шамшаллова голоса зазвучало как барабанная дробь. На этот раз он говорил на своём языке и кентавры его явно не понимали, а вот я понимала прекрасно. И не только его, но и гвара, который не произвел ни звука.

- Остановись, Оеун, ты не смеешь трогать её, неужели ты не понял кто перед тобой?  Я был уверен, что ты поймёшь это сразу, потому не вмешался раньше.

- Не говори загадками.   Ради кого ты покинул свой лес?  Это, право, должно быть что-то невообразимое, я заинтригован.

- Раскрой глаза и отпусти сердце, скованное презрением и злобой к иным!

- Ты сошёл с ума! Этого не может быть! Наверное, твои деревья нашептали тебе эти давно забытые сказки!

- Какие же они забытые, если ты прекрасно понял, о чём я говорю?

И потом, не сказки, а предсказания.

- Я не верю. Но раз веришь ты, так и быть, отпущу их живыми.

- И позволишь пройти.

- Нет! Я и так простил слишком много!

- Забудь о гордыне, Оеун, настают другие времена, и ты об этом знаешь не меньше меня, хоть и говоришь, что не веришь.

Шамшалл не ответил. Взмахнув крыльями, он взвился под облака и исчез из вида. Гвар обернулся ко мне, поклонился (с чего бы это?) и уставился прямо в глаза, словно собирался играть в гляделки. Его голос снова коснулся моего сознания, мягкий с извиняющимися нотками:

- Прошу прощения, Творящая, я должен был вмешаться раньше, просто не думал, что вождь Оеун зайдёт так далеко.

- О чём ты говоришь? Ты вмешался как раз вовремя, спасибо тебе огромное, э…

- Меня зовут Крамон, Правительница, - гвар снова поклонился, - и, если ты позволишь, я пойду с тобой, и буду охранять тебя в пути.

- Спасибо ещё раз, почту за честь. - Я поклонилась в ответ.

В глазах Крамона вспыхнуло неподдельное восхищение, и ещё что-то, словно он получил подтверждение своей правоты.

- Я буду рядом.

С этими словами гвар скрылся.

Разбирались во всём происшедшем мы только после того как покинули негостеприимные скалы. Кентавры находились в полушоковом состоянии, в глазах эльфа сменяли друг друга непонимание, удивление и заинтересованность. Гвартана видно не было, хотя я чувствовала, что он где-то рядом. И только седовласый Прим был спокоен:

- Объясни толком, почему шамшаллы отпустили принца и тебя, раз уж решили убить. Они своих решений не меняют, никого не боятся и никого не слушают. Что такое сказал гвартан, ты ведь их обоих понимала.

- Понимала, но слова, а не смысл. Они говорили намеками, им понятными, но не мне.

Подошёл Олл:

- Она же еле на ногах держится, а ты к ней с разговорами. – В его голосе явно звучал сарказм. Он пригнулся, и я влезла на широкую спину. Теперь и поговорить можно:

- Лучше ты мне ответь, Прим, почему Крамон назвал меня правительницей.

- Правительницей?

- Да, и ещё творящей.

- КАК?!!!

- Сначала творящей, потом правительницей. А что? Почему ты так удивлён? Это что-то значит?

- Это очень много значит, но этого не может быть! Хотя с другой стороны, почему не может. Тогда всё объясняется. - С каждым словом кен говорил всё тише, уходя мыслями в себя и, в конце концов, его не стало слышно совсем.

Так, опять ноль информации.

- Что с тобой, наставник, ты на себя не похож?

- Сейчас и ты не будешь похож. Знаешь, как гвар назвал нашу девочку? Творящая!

- ЧТО?! Не может быть! Этим предсказаниям тысячи лет, в них давно никто не верит.

- Кое-кто верит. Именно поэтому Оеун нас всех отпустил, гвар намекнул ему, кого он собирается убить.

- Почему тогда нам не дали пройти через ущелье, ведь дорога в обход трудна и опасна.  Возможно, даже смертельна.

- Думаю, именно поэтому. Если она действительно Творящая Судьбы, она пройдёт. И мы должны ей помочь.

- Значит, ты тоже веришь?

- Да.

Лишь на четвёртый день пути пейзаж изменился. Три дня мы шагали по степи, имея по правую руку стену неприступных скал. На четвёртый на горизонте показалась тёмная полоса леса, но моих спутников это не обрадовало, скорее наоборот. Дардн остановил отряд и собрал всех возле себя:

- Вы все знаете, что нас ждёт впереди.

- Ничейный лес, - послышались нестройные голоса.

- Да, Ничейный лес, но другого пути у нас нет. Поэтому привал устроим сейчас, завтра такой возможности у нас не будет.

Кентавры разошлись устраивать лагерь, а я подошла, к стоящему в грустной задумчивости, Приму.

- Почему все такие невесёлые, наставник? Что плохого может ждать нас в этом лесу, он же ничейный, значит, никакие неожиданные нападения нам не грозят.

Но ответа не последовало, казалось, Прим меня даже не слышит, застыв в печально-молчаливом оцепенении. Зато мне ответил подошедший Лондарниэль:

- Это лес называют Ничейным не потому, что он никому не принадлежит, а потому что он принадлежит НИЧАМ.

- И чем это нам грозит?

- Спроси у любого народа и тебе ответят одинаково: если собираешься воевать с шамшаллами – умрёшь быстро, если с ничами – страшно.

Так, кажется, прогулка перестаёт быть увлекательной, это уже не шутки. Надо срочно что-то придумать.

- Дардн, расскажи мне про этот лес и про ничей, подробно.                                 - Что можно рассказать?  Ничи кровожадные твари, сильные, быстрые, не знающие жалости и страха. Убийство для них радость. А лес, это просто их лес, в котором они хозяева.

- Значит, ты вот так просто поведёшь всех на гибель? Даже не попытавшись что-то предпринять, что-то придумать.

- Погибнут не все, возможно многие, но не все. Их лес неширок, кто-то обязательно прорвется, и ты будешь в их числе, я обещаю.

Так, совсем плохо. Наблюдается полная апатия и отсутствие желания жить.

Надо что-то делать, иначе они просто дадут этим ничам себя убить, без всякого сопротивления. Я бросилась к Приму:

- Прим, расскажи, чем опасны эти бестии, чем опасен лес, почему все их боятся до полной отключки?

- Успокойся, девочка, я расскажу. Этот лес очень древний, и существа что живут в нём тоже. По преданиям именно ничи истребили людей на нашей земле. Дардн сказал тебе всё правильно, они очень быстрые и сильные.

Лес густой, в нём много бурелома, но ничи к этому привыкли, а мы нет. Они могут нападать с любой стороны, а мы не можем защищаться, копьём там сильно не помашешь, нет места. Так мало тех, кто побывал в этом лесу и вернулся живым, что об этом не стоит и говорить.

- Но ты был там и вернулся.

- Да, был. Но мне просто повезло.

- А я уверена, что можно что-нибудь придумать.

Я стояла и смотрела по сторонам, мысли лихорадочно скакали в голове: лес можно просто обойти; нет, если бы это было возможно, Дардн так бы и сделал; выманить ничей на равнину, но как; может поджечь лес, но тогда мы сами не пройдём ближайшие несколько месяцев, такой лес будет выгорать долго. И тут мой блуждающий взор напоролся на принца Лона. Он сидел в стороне и что-то подправлял в своём луке. Вот оно!

- Лон, послушай, ведь эльфы не только хорошо стреляют из луков, но и делают их. В том смысле, что каждый может сам сделать себе лук какой захочет.

- Конечно. – Он выглядел озадаченным.

- Тогда вот что. – Я немного замялась, приблизительно подозревая, какая реакция последует за моими словами. – Нужно чтобы ты сделал луки всем нам, или хотя бы большинству. Только не такие, как у тебя, а покороче, и с короткими стрелами. Для ближнего боя, так сказать. Конечно, ты не один будешь их делать, мы тебе поможем, только скажи чем. Договорились? Ровно пять секунд тишины (я считала), и ОТВЕТ!

Опуская жестикуляцию, в виде подскакиваний и размахиваний руками, различной интенсивности; абсолютно невозможную смену цвета кожи (от естественного, бледно-салатного, и до тёмно-фиолетового); и нецензурную брань максимальной интенсивности, скажу: принц был со мной не согласен.

Совсем не согласен.

- Да в чём проблема? – спросила я, когда эльф выдохся.

- Как это в чём?! Ты предлагаешь мне передать секреты рода врагу!

Так, опять двадцать пять, врагу. Я человек терпеливый, но всё имеет предел.

На этот раз моё терпение не выдержало.

Если до этого кентавры, которые уже давно внимательно к нам прислушивались, думали что слышали от эльфа самую отборную ругань, то после моего излияния они поняли свою ошибку. Ругалась я на невообразимой смеси кентаврийского, эльфийского и человеческого языков, но кены и гвартан слушали меня с упоением.

- Ты опять за своё, так-тебя-перетак, тебя что перемкнуло? Или у тебя листья дубовые вместо мозгов? Или у тебя в голове болото стоячее, где одни лягушки квакают? Или ты лотоса объелся до одурения? Что ты несёшь? Ты с кенами сколько дней ночлег и еду делишь? Какие такие враги, чурбан ты еловый?!!!

И пробрало. Сначала он побледнел, потом с каждым моим словом всё ниже опускал глаза и, в конце концов, опустил и голову.

- Я помогу. – Он помолчал, потом поднял на меня виноватые глаза. – Только нужно дерево, лучше всего дуб.

Рядом незаметно возник Крамон. Я услышала его мысленный голос.

- Скажи, какое дерево необходимо и сколько, и через сутки оно у тебя будет, Правительница.

Я обратилась к принцу.

- Объясни, что нам необходимо, только мысленно.

Хоть Лон и посмотрел с сомнением, но задумался, и уже через полминуты гвар исчез. Нам же осталось только ждать.

6

Ничи напали на следующий день. Конечно, нападения никто не ожидал, мы ведь находились на приличном расстоянии от их леса, так что чуть было, не случилось беды.

Сначала многие просто растерялись, особенно те, кто ничей ни разу не видел, и я была в их числе.

Изготовление луков шло полным ходом. Как и обещал Крамон, к обеду следующего дня прибыли два молодых и сильных гвара нагруженные крепкими ветвями дуба и мотками жил, как потом я узнала, змеиных. Лон растолковал, что надо делать, и работа пошла. Заняты были все, поэтому никто не заметил начала атаки. Мелькнули серые тени, и первые нападающие взвились в воздух, подыскивая себе жертву.

Ничи оказались бесхвостыми лысыми волками. Конечно, отличия были, и довольно многочисленные, но первое впечатление было именно таким. Уже через несколько секунд на каждого из нас приходилось два-три нича. Казалось, что наше поражение неизбежно, но кое-что нам все-таки помогало.

Во-первых, ничи не умели драться на открытом месте, во-вторых, кентавры очень хорошо это умели, и, в-третьих, кены были гораздо сильнее серых бестий. В результате бой, казавшийся нам смертельным, уже через полчаса закончился бегством лесных убийц. На земле осталось несколько трупов нападавших, пронзённых эльфийскими стрелами. Сам принц, я и гвары отделались лёгким испугом. У кентавров были глубокие, но к счастью неопасные раны от зубов и когтей, так как они оказались основной мишенью.

Мы воодушевились, вернее воодушевлённой пыталась казаться я. Все прекрасно понимали, что в лесу нам такой лёгкой победы не видать, как своих ушей. И всё же то, что первый бой был за нами, укрепляло наши моральные силы.

Отдохнули, перекусили и снова принялись за наш арсенал. Теперь, когда все увидели действенность этого оружия против неуязвимых ничей, работа шла с явно большим энтузиазмом и усердием. В общем, уже концу дня луки были готовы для всех, и почти для всех стрелы. Между прочим, гвартанам было сделано по два лука на каждого, так как они владели одновременно и верхней и нижней парой рук, да и колчаны двойные. Так что когда они пристреливались, принц Лон только глаза таращил, но сказать уже ничего не мог.

Весь следующий день мы потратили на самые тщательные сборы. Пристрелка и подгонка луков и колчанов в принципе не составила большого труда, Лондарниэль хорошо сделал своё дело. Хотя, с другой стороны, он всё же принц, а не погулять вышел, получается ничего удивительного. Кентавры тщательно перевязывали раны, даже те, что уже подсохли, чтобы не открылись в бою и не подточили силы. Гвары, ходившие за водой, смогли найти ещё несколько подходящих для стрел деревьев, так что мы смогли значительно увеличить боезапас. Потом мы все хорошо отдохнули, и к утру наш смешанный отряд был готов к драке. Максимально, на сколько это вообще возможно.

Мы вступили под кроны деревьев плотной группой. Меня засунули куда-то в самый центр. Хотя и лук у меня был, и стреляла я, как показала практика, не хуже, а иногда и лучше, других. Рядом со мной неотступно были трое гваров (те двое парней не только пошли с нами, но и оказались сыновьями Крамона). По их поведению, по тому, как чутко и  настороженно они держались, было явно видно, что обещание гвара-отца охранять меня не было пустым звуком. Дардн это видел и вздохнул с облегчением, кены могли не отвлекаться на мою защиту. Шаг за шагом мы продвигались вперёд.

Идти действительно было очень трудно. Огромные кучи хвороста и поваленные древесные стволы попадались буквально на каждом шагу. Приходилось через всё это перебираться, стараясь не терять обзора. Но как мы не старались, атаку почти пропустили.

Первый, очень крупный самец, буквально вылетел из-за нагромождения каких-то веток откуда-то сбоку, и попытался вцепиться в горло Оллу. И наш неопытный рыжик растерялся. Зато не растерялся шедший рядом Трог, тот самый, что назвал когда-то эльфа мокрой вороной, и короткая стрела влетела прямо в раскрытую пасть. Словно в отместку за гибель своего вожака сразу трое ничей кинулись на него из кустов. С другой стороны на отряд бросилось пятеро. И началось.

Ничи нападали со скоростью камней, выпущенных из пращи. Из-за кустов, деревьев, камней, куч бурелома на нас летели серые бестии. Казалось, их были сотни, а может так оно и было в самом деле, считать было некогда. Каждая выпущенная стрела находила жертву, плотность нападавших была такова, что промахнуться было труднее, чем попасть.

Мой вклад в общее сражение оказался минимальным, меня самым строгим образом держали внутри кольца, не позволяя высунуться. Хотя мы преодолели уже довольно приличное расстояние, выстрелить получилось всего пару раз (оба раза я, между прочим, попала). Видимо, какой-то мыслящий аппарат у ничей всё же имелся, потому что они стали делать явные попытки добраться до меня. Сразу несколько особей вместе попытались пробить оборону, ещё раз и ещё, но, раз за разом, совершая одну и ту же ошибку. Они пробовали сломить защиту со стороны, где меня защищали более мелкие на вид гвартаны, считая, видимо, их слабыми соперниками. И конечно гибли один за другим, гвары были неуязвимым  многоруким ураганом.

Скорее всего, жгучее желание добраться до недоступной добычи добавило одному из ничей изобретательности. Откуда-то сверху, словно с вершины дерева (если так, то как он туда забрался?), на меня свалилось рычащее олицетворение жажды убийства. Какая сила в тот момент дёрнула меня на шаг вправо, не скажу, по-моему, это называют интуицией. Зубы, больше похожие на кинжалы, не смогли достать до моего горла и потому с удвоенной яростью вцепились в руку.

От боли и неожиданности я закричала, нет, не то слово, я заголосила не своим голосом. А следующие пару секунд прошли, словно в замедленной съёмке. Вот опускаю глаза и вижу, как на моей руке повисает взбесившаяся тварь; поднимаю глаза, в нескольких метрах от меня один из гваров отбивает яростную атаку неестественно крупной самки; на мой крик он резко оборачивается; я даже не успеваю понять кто это, так быстро он бледнеет, его явно охватывает страх, страх за меня. И снова всё встало на свои места.

События стали происходить в реальном времени, мой шок длился не долго. Бледный до синевы Дарон (младший из сыновей Крамона, теперь я это разглядела) из обоих луков, без какого-либо перерыва, всадил в нича с десяток стрел. Зубы на моей руке разжались, и к ногам упало тело больше напоминающее не нича, а большого ежа.

Кивнув моему защитнику в знак благодарности, я наклонилась, чтобы поднять выпавший лук и тут же застонала от боли, сцепив зубы. Рука не слушалась. Толку от меня и раньше было не много, а теперь никакого вообще. Мне оставалось только держаться так, чтоб не мешать тем, кто делает дело. Я оглянулась по сторонам, выбирая оптимальную позицию. Внимание сразу отметило очень важную вещь. По-прежнему шедший впереди Дардн выпустил последнюю стрелу. Нападавших не становилось меньше, и кентавр схватился за копьё, практически бесполезное в этих дебрях. Но он не просто так был командиром, и не только сила принесла ему это звание. В одно движение он переломил пополам крепкую древесину, и, укороченное в половину, копьё стало серьёзным, а главное удобным оружием.

Меньше чем через минуту уже пятеро кенов, бившихся впереди орудовали укороченными копьями.

Хотя новое оружие было довольно действенным, оно позволяло только защищаться, но не наступать. Наше движение вперёд абсолютно прекратилось, я видела это, потому что по-прежнему в шаге от меня лежало   утыканное стрелами тело нича, напавшего на меня. СТРЕЛАМИ!!!

О, древние боги, как же туго до меня доходит! Давным-давно надо было сообразить, а не болтаться без дела! Я в бешеной спешке стала выдирать стрелы из валявшихся под ногами трупов. Хорошо, что ни Дардн, ни остальные кены, оставшиеся без стрел, не бросили луков. Уже через минуту ведущая пятёрка была вновь вооружена. И дело пошло. Мне было прекрасно видно, у кого опустел колчан, тому я отдавала набранные стрелы.

7

Мы вывалились из леса, словно из бани, ото всех буквально валил пар. Кены были искусаны и исцарапаны, эльф вытирал окровавленный лоб какой-то тряпицей, левый рукав моей куртки был красным и насквозь мокрым. И только на троих гвартанах не было ни царапины (интересно, как им это удалось?).

Дардн, тяжело дыша, махнул рукой, подзывая Трога.

- Сколько наших не прошли, ты считал?

- Считал, командир, все здесь.

- Этого не может быть! Проверь ещё раз!

- Дардн, действительно все здесь, я проверил дважды.

- Но ведь Ничейный лес ещё никому не удавалось пройти без жертв. Может…ну разве что…это…

Дардн оглянулся, ища глазами Прима. Тот поймал этот взгляд, покосился на меня и утвердительно кивнул командиру отряда.

Так, опять какие-то тайны, а меня в известность никто ставить не собирается. Как передохнем, я из Прима всю душу вытрясу, но выясню что к чему. И тут подбежал (или правильнее будет, подскакал?) один из молодых воинов (его имени я к своему стыду не помнила).

- Командир, принц тяжело ранен!

Я обернулась. Лондарниэль все так же, спокойно, стоял в стороне. Через лоб его шёл тройной шрам, но кровь уже не текла. И где здесь серьёзное ранение, позвольте спросить? Но ни Дардн, ни Прим даже не глянули на эльфа. Оба, к моему величайшему удивлению, бросились куда-то в конец отряда. Естественно я поспешила за ними.

Кены, стоявшие кругом, расступились, и я, подойдя вслед за Дардном и наставником, увидела Олла. На его левой задней ноге сочились кровью две параллельных страшных раны. Никаких сомнений, какая-то недобитая тварь успела полоснуть его зубами. Значит, Олл кентаврийский принц. Однако на принцев нынче сезон.

Дардн внимательно осмотрел рану и в глазах его появились отчаяние и беспомощность. Заметила это не только я, но и Олл.

- Что, плохи мои дела, командир?

- Не говори глупостей! Ничего страшного нет.

Но ему никто не поверил, даже он сам. А кровь продолжала течь. Кто-то закричал:

- Да что вы стоите, он же сейчас истечет кровью!

То, что кричала я сама, стало понятно потому, как все резко ко мне обернулись. Просто стояли и смотрели, и даже не делали никаких попыток оказать помощь раненному другу. Не обратив на всеобщее внимание никакого внимания (каламбур, однако), я в бешеном возмущении сорвала с себя куртку. Затем выдрала из рук у первого попавшегося кена копьё и вспорола подкладку. Скрутив её, перетянула ногу Олла. Ему явно было больно, очень больно, но он терпел. И даже попытался мне улыбнуться, но вышла улыбка болезненной, полной отчаяния и неприкрытой тоски. Я видела, что что-то не так.

Прим, Дардн и ещё несколько старших воинов отошли в сторону. Они о чём-то тихо спорили, поглядывая то на близкий лес, то на своего принца, то просто опускали головы и скорбно ими покачивали. Олл видел это, как и я. Он обернулся, внимательно всмотрелся в чащу, глаза его сузились. Именно в тот момент он принял для себя решение, это чувствовалось. Решение достойное будущего короля. Он заговорил, и в голосе его не было страха, только решимость:

- Дардн! – старший кентавр подошёл ближе, - К сожалению, я больше не могу быть твоим воином. Знай, что, не смотря на исход, я очень благодарен тебе за то, что ты взял меня в отряд, для меня это было большой честью. Но я остаюсь твоим принцем, и как принц приказываю тебе, уводи отряд. Дардн молчал.

- Подождите, что значит «уводи отряд», а как же ты? – опять влезла я, куда меня не просят.

- Всё в порядке, Иста, просто мой путь заканчивается здесь, а ваш продолжается. – Голос молодого кентавра был грустным, но твёрдым.

- Ну, нет! Дардн, ты чего молчишь?! Неужели ты его здесь оставишь?!

Дардн молчал.

- Да вы что, с ума посходили? Как можно своего бросить?!

Дардн молчал.

Зато заговорил наставник Прим.

- Попытайся понять, да, это больно, но необходимо. Это единственный выход. Олл не может идти, а солнце уже садится. Если мы не уйдём сейчас, то погибнут очень многие, если не все. Поэтому, жертвуя собой, принц спасает всех нас!

- Так, теперь мне окончательно ясно, что ты, наставник, тоже  не в своём уме. Очевидно, это стресс после боя. Может, объяснишь, с чего это мы все вдруг должны погибнуть?

- А ты посмотри повнимательнее в лес.

Я стала всматриваться в чащу, где уже начали сгущаться сумерки, до рези в глазах. И я увидела. И то, что я увидела, мне совсем не понравилось. Сотни пар красных, словно налитых кровью, глаз наблюдали за нами. Иногда некоторые из них пропадали, но лишь для того, чтобы вспыхнуть в другом месте, ближе к опушке, ближе к нам. Ничи ждали время кровавой мести.

Теперь и мне стало понятно насколько быстро надо уходить. Но оставить на растерзание этим кровожадным монстрам Олла, такого милого и заботливого, весёлого и немного наивного Олла, Олла с которым за время похода мы стали друзьями? НЕТ! Этого я допустить никак не могла!

- Да, надо уходить. Но принца мы не оставим. Мы просто не имеем права его оставлять! Мы можем его нести, вернее вы можете его нести, вы же сильные, очень сильные!

- Нет, не можем. Двум кентаврам не поднять одного, а четверым не хватит места. – Голос Дардна был необычным, глухим и невыразительным. Не отрываясь, он смотрел на своего воина и принца. Он с ним прощался.

Я тоже тупо уставилась на распростёртое передо мной человеческое тело и лошадиный круп. Олл лежал, закрыв глаза, и ни что не говорило о его ранении кроме лёгкой бледности (сказывалась потеря крови). Сильные руки без движения, мощные плечи поникли. Наверное, он тогда уже считал себя покойником. Мощная грудь, широкая спина, сильные и неутомимые передние ноги и на всём этом ни единой царапины. И только задняя нога пугала чудовищными ранами. Это было несправедливо, как-то неправильно.

В голове что-то отчётливо щёлкнуло. Кажется, там зашевелилось серое вещество, которым я последние несколько минут даже не пыталась воспользоваться. Здоровые передние ноги и раненая задняя. Да, задняя ранена, но передние-то здоровы, так зачем же их нести?

- Дардн!!! Мы сможем унести Олла! Только не всего!

- ЧТО?!!! ТО ЕСТЬ КАК НЕ ВСЕГО?!!!

Моё заявление вывело из шокового состояния не только нашего командира, но и наставника и всех воинов и самого раненного. Эльф, не мигая, таращил на меня, ставшие совершенно дикими, глаза. Гвартаны спокойно ждали разъяснений, они в меня верили.

Я же не обращала на все эти взгляды никакого внимания. В лихорадочной спешке содрала с себя штаны и свитер. Итак, куртка, свитер и штаны. В свёрнутом виде это три довольно крепких жгута, которые, по моему мнению, должны были выдержать немалый вес задней части кентавра.

- Дардн, смотри, на этих носилках вы понесёте задние ноги принца, а передними он и сам сможет идти! Ведь ты сможешь, Олл, правда?

- Думаю что смогу.

В глазах и голосе его было столько радости, что в возможности осуществления моей идеи никто не сомневался. Лишь бы жгуты выдержали, а Олл сможет. И они выдержали.

8

Никого не трогало, что я продолжаю свой путь практически голая. Кентавры и гвартаны не носили одежды, а эльф, ну не знаю, возможно, думал, что девушка идущая через поле в кружевном лифчике и трусиках, и высоких ботинках – это нормально.

А шли мы уже довольно долго, не смотря на то, что на небе уже сияли звёзды. Не остановились на ночёвку мы по очевидной причине – за нами по пятам следовали ничи. Транспортировка раненного, придуманная мной, была вполне успешной, но очень медленной. До темноты мы смогли пройти совсем немного, а нам стоило уйти как можно дальше, чтобы ничи, обычно неохотно покидающие свой лес, смирились с тем, что добыча улизнула, и отказались от погони. Так что с наступлением темноты мы всё ещё продолжали путь. Передышки были настолько короткими, что возникали серьёзные опасения: сможет ли отряд, израненный в жестоком бою и измотанный долгим переходом, продержаться до утра. А именно утром ничи, возможно, оставят нас в покое, так как до сих пор они упорно следовали за нами, хотя время приближалось к полуночи.

К рассвету все были так измотаны, что когда Дардн объявил привал, просто повалились на траву. Впрочем, не совсем все. Гвартаны не повалились, они тут же разбежались в разные стороны на поиски каких-нибудь лечебных трав, Крамона беспокоила моя рука. Если честно, меня она тоже сильно беспокоила, потому что сильно опухла и приобрела какой-то синюшный оттенок. Хотя вида я конечно не показывала. Вскорости поднялся и ушёл на такие же поиски и Прим, только для Олла. Я же, как легла на траву, так и лежала, и даже не пыталась пошевелиться, у меня на это не осталось никаких сил. Честно говоря, я не знала даже как смогла без посторонней помощи, раненая и смертельно уставшая, продержаться на ногах до утра. Кроме того, ночью я ужасно замёрзла, не будем забывать, что была я почти голая.

Когда ко мне подошёл эльф, я лежала, сжавшись в комочек и дрожала всем телом. Не смотря на это, я почти заснула. Принц легко дотронулся до моего плеча, и мне пришлось открыть глаза, хотя, видит небо, как трудно мне было это сделать. Он держал в руках свою куртку и протягивал её мне, на нём же оставалось что-то вроде прозрачной майки. Я отметила про себя, как хорошо он сложён, но это была последняя мысль в то утро. Я потеряла сознание.

Когда я пришла в себя, солнце стояло уже довольно высоко, вероятно время приближалось к полудню. Рядом сидел Крамон, взгляд его был озабоченным. На меня, вместо одеяла, была накинута куртка Лона. Сам он сидел чуть в стороне, но смотрел тоже на меня и тоже с тревогой (странно, раньше он ни заботы, ни сочувствия не проявлял). Я откинула куртку и поднялась. Тут же голова закружилась так, что если бы Крамон не успел меня поддержать, я непременно упала. На мою рану уже была наложена повязка из каких-то небольших сизых листочков, перетянутых широкой, плетёной из травы, лентой. Лично я совершенно не помнила, как мне её накладывали. Пока я стояла и шаталась, подошли Дардн и Прим.

- Рад, что ты пришла в себя, мы уже начали беспокоиться, - сказал Дардн. Глаза его, тем не менее, оставались грустными.

- Что, выходим?

- Нет-нет, отдыхай, ты ещё слаба.

- Дардн, если дело во мне, то не переживай, я смогу идти. В крайнем случае, Крамон мне поможет. – На это гвар утвердительно склонил голову. – Ведь нам надо убраться как можно дальше, и из-за меня задержки не будет.

- Дело не в тебе, вернее не только в тебе. – Тон, каким это было сказано, сжал моё сердце холодной лапой тревоги.

- Что ещё случилось?

- Олл очень слаб. Настолько, что, скорее всего, не сможет дойти. – Слова звучали у меня в голове как смертный приговор. Молча опустилась я на траву, на этот раз меня покинули не только силы, но и мысли и чувства. Осталась только апатия.

9

Наверно я бы сидела так ещё долго, не видя никого и ничего вокруг себя, не заметив даже, как отошли наставник и Дардн. Из оцепенения меня вывел голос Крамона. Он пробрался в моё сознание тонким ручейком, пробудившим спящие чувства и мысли, а почувствовав пробуждение полился полноводным горным потоком.

- Правительница, прости, но неужели ты не попытаешься его спасти?

- Похоже, мой друг, здесь уже ничего нельзя сделать. Я не оправдала твоих надежд. Да и высокого звания тоже. Так что это ты меня прости.

- Ещё раз прошу прощения, но этого не может быть. Командир или наставник, конечно, могут опустить руки и принять неизбежное, на их взгляд. Но не ты. Ведь ты Творящая Судьбы. Сейчас в твоих руках судьба всех нас, а значит и судьба принца Олла. Он шёл с тобой, он стал твоим другом. Значит, он верил тебе, верил в тебя, так, как верим мы. Следовательно, он должен выжить. И он непременно выживет, если на то будет твоя воля. Ты придумаешь что нужно сделать.

Я смотрела на гвара, как говориться, во все глаза, но и тени насмешки не промелькнуло ни на его лице, ни в его мыслях. Неужели он действительно так в меня верит? Но сомнения и мысли отошли на второй план, их вытеснил зудящий звук предчувствия надвигающейся беды. Он толкал, гнал вперёд, заставлял немедленно покинуть это место. Не знаю насколько прав Крамон в том, что я смогу спасти принца, но если мы не уйдём сейчас, спасти не удастся никого, это точно. Непреодолимый страх, не за себя, за всех, бросил меня вперёд с такой скоростью, что двое младших гваров, шедших к нам с какими-то стручками, еле успели убраться с моего пути. Мне срочно нужен был Дардн.

Я нашла его рядом с Оллом. Принц уже не был бледным, он был буквально белым, но это ничего не меняло, уходить было необходимо. И всем вместе, каких бы усилий это не стоило.

- Дардн, уводи отряд, немедленно, сейчас же, и без вопросов. Просто поднимай всех и уводи. Я чую беду. – Я бросилась на колени перед Оллом. – Олл, миленький, я знаю, что ты устал, что тебе больно и трудно, но ты должен подняться, ты сможешь, я уверена. Хотя бы потому, что без тебя мы не пойдём, не оставим же мы тебя одного. Ну же Олл, принц ты или где?

Сначала он помолчал немного, но потом засмеялся. Смех был тихий, но настоящий, от души, и на лицо его стали возвращаться краски жизни.

- Ох, ну как я могу отказать, когда меня так просят, да ещё девушка.

Теперь улыбались уже все. Через минуту весь отряд продолжал путь.

10

Часа через два, которые мы провели в пути без единой передышки, на горизонте появилась какая-то зелёная стена.

- Что это, наставник? Опять какая-нибудь опасность? – спросила я. Но такого ответа не ожидала. Какого угодно, но не такого.

- Я не знаю.

- То есть, как не знаешь? Я думала, что о землях Дарвая, и народах их населяющих ты знаешь всё.

- Многое, но далеко не всё.

- Значит, сзади у нас ничи, а впереди неизвестность. Обалденная ситуация! Хотя, неизвестность всё же лучше чем ничи, я думаю. А по сему, вперёд и только вперёд!

Всю эту галиматью я выдавала в основном для принца Олла, чтобы хоть как-то его поддержать, отвлечь от грустных мыслей. Мне непременно надо было убедить его, что он дойдёт, в этом была половина его возможности действительно дойти. И, возможно, моя болтовня помогала. Все видели, что ему плохо, очень плохо, но он держался.

11

Мы всё также продолжали путь, без остановок, хотя солнце уже явственно клонилось к закату. Примерно час назад Дардн выслал разведчика, но не вперёд, а назад. Врятли это заметил кто-то кроме меня, все слишком устали. Поэтому, когда посланник вернулся, только я подошла ближе, чтобы услышать новости. Но лучше б я их не слышала, когда не знаешь об опасности, не страшно.

- Командир, ничи следуют за нами по пятам, и вся равнина просто кишит ими. Я даже не мог представить, что их может быть так много.

- Да, похоже, мы здорово их разозлили, раз они до сих пор преследуют нас. И теперь у нас только один шанс на спасение, добраться до этой зелёной стены, чем бы она ни была. Получасовой отдых и идём дальше, нам надо успеть до темноты.

12

И снова мы уставшими ногами мяли луговые травы. Вперёд, как можно быстрее, к зелёной полосе, что отделяла небо от земли. Иногда под ногами попадались какие-то вьющиеся стебли с теми самыми стручками, которые собрали для меня гвары во время стоянки, я уже знала, что они съедобны. Не останавливаясь, я срывала их и отдавала Оллу, ему нужны силы, а я могу и потерпеть, в конце концов, не так уж сильно я и ранена. Та же учесть постигла и воду, которую, довольно долго неизвестно где пропадавшие, гвартаны принесли в огромных, видимо каких-то водных, цветах. Хотя конечно принц пытался благородно отказаться. Но сейчас было не до китайских церемоний, он потерял слишком много крови и слабел на глазах. Пришлось на него цыкнуть. Послушался, выцедил всё до капли. Кому в моём мире рассказать, не поверят, я командую будущими королями! Правда, внутренний голос подсказывал, что в свой мир я больше не вернусь.

Когда солнце уже до половины скрылось за горизонтом, мы, наконец, достигли цели. Теперь стало понятно, что это такое. Это была трава, обычная трава. Вернее, могла бы быть обычной, если её уменьшить раз в тридцать-сорок. Зелёные стрелы поднимались над нашими головами метров на двадцать-двадцать пять, а ствол любой из этих «травинок» я вряд ли смогла бы обхватить руками. Но самое плохое было в том, что между ними не было никакого просвета, и как пробираться через этот исполинский травостой было совершенно непонятно.

- Ну, у кого какие идеи. – Дардн задал вопрос всем, но было понятно, что идей он ждёт именно от меня. Да где ж их взять.

- Да какие тут могут быть идеи! Нам конец, всем! Через час ничи перережут нас здесь как овец! – Голос Олла прозвучал резко, как удар кнута. Абсолютно всем было понятно, что он сейчас чувствует. Дважды он уходил от смерти, дважды рождалась в его сердце надежда на спасение, и он поверил в него, а сейчас эта вера умирала. И хотя воин не должен выказывать страха и отчаяния, на принца никто не посмотрел косо.

- А, по-моему, ты рановато нас хоронишь, братец. – Мой тон был уверенным и несколько пренебрежительным. Олл, как и все остальные, уставился на меня и явно пытался разобраться, сошла я с ума, или мне просто голову напекло. В то, что из данной ситуации может быть выход, не верил никто. Я же села на землю с видом человека, который не считает нужным объяснять на пальцах кучке неучей, что дважды два будет четыре. Примерно минут десять я сидела молча, и всё это время весь отряд не сводил с меня глаз, словно у меня рога на голове начали расти.

- Ну, хорошо, я скажу, а то вы во мне дырку глазами протрёте. Думаю, нам помогут, конец пути близко, и нас там ждут. Как говориться, явка обязательна. – Говорила я уверенно, хотя на самом деле уверенной не была. Полагаться на свою интуицию целиком и полностью я ещё не научилась. Зато гораздо спокойнее всех отреагировала на появление нежданного гостя, я-то его ждала.

Раздвинув стену травы в паре метров от меня, на нас, не мигая, смотрела большая, зелёная змеиная голова. Змеям нечем мигать, скажете вы, и конечно ошибётесь. Этой очень даже было чем. Тяжёлые веки с невероятно длинными ресницами могли в любой момент закрыть умные серые глаза. Сначала змей обвёл глазами весь отряд, и только потом обратился ко мне.

- Я рад, что вы пришли. Вас почти ждут. Я Шиом. Я ваш проводник. Следуйте за мной. – Речь гигантской змеи была странной (точнее, шипение, в  котором уже без всякого удивления я прекрасно разбиралась). Он, словно ножом отрезал каждую фразу. Ну и барук с ним, лишь бы помог (конечно, интересно бы ещё узнать кто такой этот барук). Я заговорила на кетаврийском, хотя знала наверняка, что могу говорить на любом языке, хоть мысленно, как гвартаны, хоть вообще на своём, человеческом, которого здесь никто никогда не слышал, и меня прекрасно поймут.

- Подожди, мы не можем идти, у нас есть тяжело раненый. Ты можешь помочь? – Хоть я и задала вопрос, но ответ знала заранее. Он не только мог помочь, он должен был это сделать. Для этого его и послали. Вот только кто? Этого я не знала.

Шиом качнул головой вверх-вниз, глядя при этом мне прямо в глаза, он явно отвечал не только на мой вопрос, но и на мои мысли. Просто, как будто  всю жизнь только и делала, что общалась с гигантскими змеями, я махнула Шиому рукой, и пошла к лежащему в стороне Оллу. Обернуться меня заставил возглас безмерного удивления вырвавшийся сразу у многих. Да, тут было чему удивляться. За огромной головой, на которой спокойно мог поместиться кентавр, причём лёжа, бесконечно тянулось трёхметрового диаметра тело, цвета майской травы. Когда же змей выполз на луг весь, то по моим прикидкам получалось, что в длину он метров тридцать-тридцать пять. Вот такой вот ужик. Но лично меня поразило другое: в том месте, где прополз наш пресмыкающийся друг, не осталось никаких следов, трава всё также стояла, нацелив в небо зелёные копья. Очень интересно, надо будет не забыть спросить, как он это делает.

Тем временем Шиом приблизился к нашему рыжику и сначала начал внимательно рассматривать рану. Он делал это так долго, что у некоторых кенов не выдержали нервы, послышались возгласы типа: что таращишься, раненого никогда не видел; этот червяк-переросток поможет, или будет только смотреть. Ну и дальше в том же духе. Пришлось мне (взглядом), Дардну и наставнику Приму (подзатыльниками) приводить отряд к порядку.

Но тут все не только говорить, но и дышать перестали, потому что змей открыл свою пасть и наружу высунулся огромный язык. И не змеиный, как все ожидали, а больше похожий на язык коровы размером с двуспальный матрас. Обвив им раненую ногу, Шиом снова замер. На этот раз никто даже не подумал возмущаться. Минут через пятнадцать, каждая из которых для всех нас тянулась не меньше часа, он отнял язык, и всем стало видно, что от опухоли, которая раздула ногу принца чуть ли не втрое, не осталось и следа.

Последним штрихом змей лизнул обе раны разом, и от них осталось одно воспоминание. Воспоминание и два тонких белы шрама, почти не заметных.

- Теперь вы можете идти? – Голос Шиома был по-прежнему спокоен.

- Да, конечно. Благодарю за помощь. Она пришла очень вовремя.

- А иначе, зачем она вообще нужна. – И змей направился к стене травяных деревьев.

Было заметно как гвартаны, многие из кентавров, и даже эльф попытались обратить внимание ползучего лекаря и на моё ранение, но я решительным образом пресекла эти поползновения. Сейчас главным было убраться отсюда.

Шиом ткнулся головой в зелёную стену. Затем, метр за метром, в зелёной стене исчезло и его тело. Все ожидали, что трава вновь сомкнётся, как при его появлении, но этого не случилось. Трёхметровый проход оставался за уползающим вперёд проводником. И тут на горизонте появилась серая туча. Она стелилась по траве, приближаясь с каждой секундой. Только это была не туча, это были несметные полчища ничей. Авангард нашего отряда уже входил под зелёный свод траводеревьев, но всё равно следовало поторопиться, чтобы не стать обедом. Теперь мы были в более выгодном положении и даже, наверно смогли бы дать приличный отпор, но этого не понадобилось. Как только Дардн, замыкающий, прошёл метров двадцать по зелёному коридору, трава позади него с отчётливым хрустом стала распрямляться, и через десяток секунд снова стояла неприступной стеной. На этот раз перед ничами, чьё бешеное недовольство мы слышали очень отчётливо.

Сколько мы уже шли по этой зелёной дороге я не скажу. Правда идти было легко, трава не просто лежала под нашими ногами, казалось, здесь прошёл асфальтоукладочный каток. Солнце давно село, но темно не было, светились зеленоватым светом окружающие нас стволы. Это было красиво, но сил на восхищение и любование пейзажем не осталось совсем. Я крикнула мысленно (не орать же на весь лес):

- Шиом, отряду нужен отдых.

- Я понял. Сейчас сделаю поляну. Это подойдёт?

- Конечно, - сказала я и поспешила вперёд, смотреть как можно «сделать» поляну. Успела, но ничего интересного не увидела, змей просто, как мне показалось, чихнул. Да, чихнул и трава кругом, диаметром метров в сто, из исполинской превратилась в обычную, самую обычную траву, на которой у нас пасутся коровы. Отряд стал на отдых. Без еды, без воды, но никто об этом не думал. Все были рады уже тому, что могут спокойно восстановить силы.

Мне спать не хотелось. Я очень устала, но заснуть не могла. Это нервы.

Вот и наставник не спит. Лёг, поднял голову и смотрит на звёзды. По-моему отличное время чтобы кое-что выяснить. Я подошла и прилегла рядом.

- Спрашивай, я отвечу.

- А с чего ты решил, что я пришла о чём-то спрашивать?

- Это написано в твоих глазах.

-Да? Ну ладно, сейчас не об этом. Мне, конечно, многое непонятно и многое интересно узнать, но, прежде всего только одно. Прим, скажи, за кого меня здесь принимают? Почему Крамон называет меня Правительницей и Творящей Судьбы? Почему меня беспрекословно слушаются оба принца, и Дардн, и ты. Почему, наконец, кто-то посылает мне проводника и лекаря? Кому я тут нужна?

- ВСЕМ! Ты очень нужна всем народам Дарвая! Существует предсказание, настолько древнее, что очень многие о нём даже не слышали. А те, что слышали, те всё забыли. И помнят о нём лишь единицы. Оно очень длинное, и касалось всех народов населяющих Дарвай, но тебе я расскажу лишь то, что касается тебя. – Прим опустил голову, прикрыл глаза, и я услышала тихие слова, похожие на молитву:

Раскрой глаза и отпусти сердце

Скованное презрением и злобой к иным.

Придёт Правитель, Творящий Судьбы

Потребует

Справедливости и доброты

Милосердия и понимания к тем

С кем мир твой един.

И ты увидишь, как мир станет больше

Если откроешь ты

Сердце для тех, что идут с тобой рядом

Иные, но братья твои.

- И много лет народы Дарвая ждали, что этот правитель, наконец, придёт. Потом перестали ждать, а потом и вовсе забыли о нём. Начались междоусобицы, а продолжение тебе известно.

- Нет, наставник, не думаю, что предсказание говорит обо мне. Вы ошиблись. Ведь я ничего о вас не знаю. Как же я могу от кого-то что-то требовать?

- Девочка, только так и будет правильно. Только так не возникнет никакой предвзятости. И только так ты сможешь решить по справедливости, а не из-за личных симпатий.

Я откинулась на локти и стала смотреть на звёзды, поражавшие меня с первой ночи, огромные белые звёзды, больше похожие на святящиеся цветы. Мне надо было осмыслить всё услышанное. Но как-то совсем не думалось, мысли разбегались в разные стороны, как тараканы, и упорно не хотели складываться в то, что называется мыслительным процессом. А ситуация складывалась патовая. Ну, посудите сами, какой из меня правитель? Это просто смешно. Допустим, в то, что я предсказанный правитель Дарвая верят гвартаны и кентавры (ещё не известно, все ли), а остальные? Как убедить их? А самое главное, как убедить себя? Даже поверив в свою высшую миссию, я абсолютно не представляю, как её реально осуществить. Раньше говорили, что утро вечера мудренее, может и так, высплюсь и подумаю обо всём на свежую голову. Как заснула, я не помню.

Проснулась оттого, что солнце било в глаза, прямо сквозь закрытые веки. Так, чудненько, значит солнце высоко, а я развалилась на травке и дрыхну. А ещё Правительница. Просто лежебока. Но и спутники хороши, разбудить не могли. Я открыла глаза. Ну конечно, встали уже все. И упорно делают вид, что чем-то заняты и никуда не спешат, чтоб не дай бог не потревожить мой августейший сон. Так стыдно мне ещё не было.

Через поляну ко мне шёл принц Лон с какой-то лоханкой в руках. Лишь когда, подошедший в плотную принц, наклонился я поняла что он принес скорлупу какого-то ореха, полную воды. Две вещи удивили меня. Во-первых, посудина, в неё вмещалось литров пять, не меньше. Ничего себе орешек. А во-вторых, совершенно безпрецидентная забота со стороны эльфа. Благодарно кивнув, я с лоханкой удалилась за ближайшие стволы, не умываться же мне при всём честном народе, в самом деле. А по возвращении обнаружила на своей куртке (одежду мне вернули, когда Шиом вылечил Олла, правда, в довольно потрёпанном виде) пару каких-то плодов. Сомневаться не приходилось, их тоже принёс эльф. А вот гвартанов видно не было. Принц копьём легко подрезал кожуру и разломал то, что принёс на две половинки, одну из которых протянул мне, а от второй откусил сам. По виду это напоминало волосатую дыню. По вкусу, в принципе, её же, только перезревшую. Мякоть была мучнистой, сладковатой и очень сытной. Хоть я была очень голодной, и еда была приятной на вкус, но не смогла съесть и половины предложенного мне куска. Позже, на мой вопрос «что это такое мы ели?» Шиом объяснил, что это были недозревшие зёрна этих самых исполинских трав, что окружали нас. Кстати гигантская скорлупа ореха, как я подумала, была коркой этих же зёрен, только вызревших.

Пока кены заканчивали завтрак и готовились выступить в дальнейший путь, я бездельничала. Да, я просто сидела и бездумно дёргала какие-то мелкие листочки рядом. На пальцах оставался маслянистый сок. Понюхала, запах был приятным, чуть терпковатым. Если бы кто-нибудь спросил меня, почему я решила сделать то, что сделала, ответа он не услышал бы. Я сняла повязку с руки. Хотя опухоль прошла, но раны были глубокими и не могли пройти за два дня. Просить же Шиона вылечить её я не стала по двум причинам. Он вылечил Олла и это уже много больше, чем мы могли рассчитывать, это раз. Нечестно лечить меня одну, когда ранены все, это два. Ну а просить его вылечить всех, это уже наглость. Итак, я сняла повязку, и масляным соком натерла рану. Вот зачем спрашивается? А оказалось надо. Вы не поверите, но меньше чем через минуту и следа не осталось. Конечно, сначала я не верила своим глазам, потом осторожно ощупывала руку, и только потом, закончив этот абсолютно идиотский ритуал безмерного удивлённого человека (уверена, что жители Дарвая в подобной ситуации вели бы себя более адекватно), я сообразила, что нужно сообщить о своём открытии другим.

Ага, будут они стоять и ждать когда до меня дойдёт. Конечно, никаких ран ни у кенов, ни у эльфа уже и в помине не было. Я готова была убить сама себя. Правительница? Кукиш я, пустое место, а не правительница. Мне место в интернате для умственно отсталых, а не на троне, или чём-то подобном, что там полагается для Вершительницы Судеб. Вспомнилось, как хотела я, вышагивая по берегу реки, попасть в такое место, где буду сама собой, а не плясать под чужую дудку. Пожалуйста, я именно в таком месте. И оказывается, что ни ума, ни особого таланта у меня нет, и ценить меня, собственно говоря, не за что. Я чувствовала, как краснею от обиды на саму себя. Конечно, все сделали вид, что не замечают моего, столь откровенного смятения. Отворачивались, стараясь не встретиться со мной глазами, наверно чтоб я не увидела в них насмешек. И только один взгляд был направлен на меня, взгляд нашего зелёного проводника. Ну, у этого понятно, никакого сострадания не дождёшься, змей все-таки. Сейчас подползёт и выдаст по полной программе все, что он думает о бестолковых пришлых лжеправительницах, с которыми он вынужден возиться. Что ж, попробую, хотя бы достойно принять упрёки. В конце концов, я на высокий пост не претендовала, сами вознесли. (Дешёвенькое, надо признаться, оправдание.)

Шиом действительно двинулся ко мне. Я выпрямилась, подняла голову и открыто встретила его взгляд (кто бы знал, чего мне это стоило!). Но никакой насмешки не обнаружила. Да, он улыбался, приоткрыв рот и высунув кончик языка, и глаза его улыбались, но ни о какой насмешке или упрёке тут и речи быть не могло. И голос, зазвучавший в моей голове, был мягким как котёнок:

- Вы зря занимаетесь самоедством, Правительница. Конечно невозможно всего за несколько дней научиться пользоваться всеми силами что спят в вас. Пока спят. Но все мы видим, как они постепенно просыпаются, и радуемся. Радуемся за себя, а ещё больше за своих детей, для которых домом станут все земли Дарвая, без исключения. И тому, что они не станут освобождать себе

место под солнцем с помощью войны.

- Подожди-подожди, - перебила я его. – Какие это силы ты сейчас упомянул?

- О, так вы даже не догадываетесь?! Конечно о тех, что вложил в вас Вечный Отшельник.

- А это ещё кто?

- Тот, кто позвал вас сюда! Тот, кто держал у себя эльфийского принца многие годы, пытаясь научить тому, что в вас живёт с рождения.

- Очень интересно, это чему же?

- Желанию понять ближнего. – Голос Шиома при этих словах зазвучал торжественно, как-то глубоко, что ли. Мне стало понятно, что за этими словами скрывается гораздо больший смысл.

- А…

- С вашего позволения, Правительница, давайте продолжим беседу в пути.

Отряд двинулся дальше. Теперь мне пришлось идти во главе его, чтобы разговаривать с моим ползучим собеседником. Из-за этого я  чувствовала себя неуютно, но прервать разговор и отойти в сторону не могла, слишком он был важен.

- Шиом, ты, кажется, собирался мне кое-что рассказать и объяснить. Что там про принца, про дерево, про силы?

- Пожалуй, придётся начать сначала. Когда Дух Жизни забрал принца Лона, помнишь, Прим рассказывал вам, он оставил его на попечении Отшельника с просьбой попытаться перевоспитать. Втолковать, что нельзя всё время жить в войне, ненависти и презрении к соседу, вся вина которого состоит лишь в том, что он отличается от тебя. Потом принц вернулся бы, и, по замыслу Духа, наладил мир между жителями нашей земли. Но никому не дано предугадать всего. И предсказание, о том, что вернувшийся принц принесёт с собой другой порядок, было воспринято очень агрессивно.

- Это я заметила.

- Но проблема заключалась не в этом. А в том, что принц не хотел изменять своих взглядов. Год за годом он отрицал любые доводы в пользу того, что все народы Дарвая по сути одно целое. И Отшельник решил поискать кого-нибудь другого. И не нашёл. Никто в Дарвае не допускал даже мысли о возможности сдружить все народы. Это настолько поразило его, что некоторое время он пребывал, как бы это правильнее сказать…

- В отключке. Или в ступоре.

- Да. Но он не позволил отчаянию взять над собой верх. Вспомнив старую мудрость, что в своём отечестве пророка нет, он стал искать в других землях. И нашёл вас. Что он почувствовал, не скажу, потому, что не знаю, но позвал. И вы услышали и пришли.

- Тот голос, который звал меня?

- Именно. И Отшельник отдал вам то, что копил все годы для принца. Только вы пока не умеете всем этим пользоваться. Но вы научитесь, я уверен, мы все уверены. Ведь начало уже положено, и какое начало!

- Так вот откуда я знаю эльфит и кентаврийский, и даже слышу мысли гвартанов и твои.

- И не только. Вы поймёте язык любого народа, сможете предугадывать бури, наводнения и пожары. И даже сможете со всем этим бороться. И это только малая часть.

- Ты серьёзно? – Но мне никто не ответил. Да я и не ждала ответа, итак понятно. Непонятно, почему я?

- Кое-что ещё, если позволите. Это я подсказал кентаврам и эльфу как вылечить раны. Сами они ни за что не догадались бы. Но Вы должны были. Я хотел посмотреть сможете ли. Извините.

Значит и этот меня «на вшивость» проверял. Что ж, они все имеют на это право.

Солнце уже давно покинуло зенит, когда мы закончили разговор, и я ретировалась поближе к друзьям. Здесь, в середине колонны, я чувствовала себя гораздо лучше, чем в её начале. Никто не спросил, о чём шла беседа с Шиомом, просто обрадовались, что я вернулась. Олл сразу предложил себя в качестве извозчика, на что Трог не смог промолчать и заявил, что рыжий наглец злоупотребляет своим положением (Трог имел право так говорить, так как Олл снова был лишь одним из дружины, причём младшим). Он-де тоже не против покатать меня. Начали вспоминать детали драки с ничами и случаи во время пути. Но уже со смехом и необидными подначками. Но всё это было не долго. Травяной лес кончился.

13

Пред нами, за неширокой полосой (с километр, не больше) луговой травы, стоял серебряный лес. Серебром отливали стволы, серебрилась листва, вспыхивали в лучах заходящего солнца какие-то крупные плоды, больше похожие на драгоценные камни. И этим великолепием можно было любоваться, наверное, бесконечно. Лондарниэль вскрикну как большая смертельно раненная птица, но не в голос, а как бы внутрь себя. Это был его лес.

У самого его края, возле большой, белой скалы, отливающей перламутром, нас и ждали. По тому, что все ожидавшие были разного роста, цвета и вида я догадалась, что это за собрание. Здесь собрались представители разных народов населяющие Дарвай. И если не всех, то очень многих. С некоторыми я уже была знакома. Похожий издалека на бортик надувного бассейна, лежал, свернувшись кольцом, один из соплеменников Шиома. Как гранитные монументы в стороне стояли трое шамшаллов. Двое гваров нерешительно вышли вперёд и несколько раз взмахнули руками, то ли приветствуя своих, то ли меня, а может это у них просто нервное. Эльфов я заметила не сразу, они стояли в лесу, между своими серебряными стволами. А вот кентавры были заметны очень. Верней не сами кентавры, а их количество. Если  от других народов пришло по двое-трое, то кены явились числом не менее десятка. С остальными мне ещё предстояло познакомиться.

Я стояла и разглядывала моих будущих друзей. Да, именно друзей, потому что если мы ими не станем, то хреновая из меня получится правительница. Это будет трудно, но я постараюсь.

Вот стоят трое тушканчиков размером с кенгуру. Это  кису. У них большие золотистые глаза без зрачков, но чувствуется, как они меня рассматривают. Впрочем, рассматривают меня все. И похожие на морских котиков траты, и букаа, стоящие на задних лапах тигры с львиными гривами и весёлыми глазами, и кружащие над головой сиелы, переливающиеся как радуга. И ещё не меньше трёх десятков различных (очень разных) между собой существ. Конечно, не все смотрели дружелюбно, далеко не все. Во многих взглядах читалось недоверие, в некоторых светилось презрение, а были и такие в которых явная ненависть светила чёрным светом. Но никто не проронил ни звука.

С тихим хрустом над скалой взметнулись два огромных белых полотнища. Хорошо, что в тот момент меня никто не толкнул, я бы рухнула как подкошенная. То, что я приняла за скалу, оказалось огромным ДРАКОНОМ! Это его белая чешуя отливала перламутром. Когти и зубы

сверкали алмазными гранями. Мне не надо было объяснять, что это и есть Дух Жизни.

- Рад приветствовать Творящую Судьбы Дарвая. – Дракон говорил на земном, но я была абсолютно уверена, что каждый из присутствующих слышит его речь на своём языке. – Если конечно Ты не откажешься. Это было бы очень печально для всех, но это твоё право.

- Печально это было бы далеко не для всех. – Мой взгляд упал на троих риланов, чья ненависть была заметнее всего.

- О! Не переживай, это пройдёт. Вспомни, Оеун тоже хотел тебя убить. Но прошло совсем немного времени, и ему стыдно за своё поведение. И это лучший довод в пользу того, что именно тебя народ Дарвая ждал столько веков. Раз ты смогла переубедить шамшаллов, самых заносчивых упрямцев на этой земле, то и другие поверят тебе.

- Интересно, что во мне такого, заставило их передумать?

- Твой вопрос уже есть часть ответа. В тебе нет завышенного самомнения, ты не ставишь себя над другими. С самого начала ты принимала и эльфа и кентавров и всех остальных как равных. Ты весь путь, по мере своих возможностей заботилась о других. А то, что оба принца обязаны тебе жизнью? – При этих словах и эльфы, и кентавры аж подпрыгнули, словно их укололи пониже спины. – В общем, я уверен, Отшельник не ошибся. Он сделал лучший выбор, чем я. Что поделаешь, я всего лишь строитель, а он Мудрец Видящий Жизнь. Так что вновь прошу тебя остаться.

14

Высоко, в начинающем сереть вечернем небе, мелькнула в последний раз перламутрово-алмазная звёздочка, и Дракон исчез. Дракон, построивший этот мир, и  множество других, и, наверное, продолжающий строить. А меня оставил заниматься ремонтом его строения, правда, утвердив мои полномочия. Жители Дарвая стали молча расходиться, я была им не нужна. И когда небо окрасилось ночной синью и на нём вспыхнули звёзды, большие белые звёзды, так похожие на цветы, я осталась одна. Одна среди всех этих лесов, полей, рек и гор, и что делать дальше было совершенно непонятно.

Мягко зашелестела трава и я обернулась. Ну как я могла такое подумать, конечно я не была одна. Чуть не захлестнувшее меня с головой отчаяние растаяло без следа. От стены травяных деревьев ко мне шли Крамон и двое его сыновей. Рядом с ними, не приминая травы, полз Шиом, и его умные глаза светились в темноте. С другой стороны послышался слитный топот, я обернулась туда. Из леса выходили кентавры, почти весь отряд в полном составе. Но и те, что ушли должны были вернуться, после того как повидают свои семьи, не позже как послезавтра, отчитался передо мной Дардн. Даже Олл остался. Он выглядел грустным и виноватым одновременно. А на мои расспросы «почему он не ушёл с отцом?» и «ты чего такой хмурый?» с неохотой пробормотал:

- Да ну его. И не пойду я туда. Отец говорит, что мы и без всяких там правительниц прекрасно отстоим свои земли. Я ему объяснял-объяснял, что ничего отстаивать не нужно, а он и слушать ничего не хочет. Такое впечатление, что ему нравится жить на военном положении. Я лучше в отряде самым младшим буду, над которым все подшучивают, чем спать с копьём в обнимку и ждать нападения.

Последним из-за серебряного в звёздном свете ствола ближайшего дерева вышел тот, кого никто не ожидал увидеть. Неуверенными шагами к нам приближался принц Лон. С удивлением на него смотрели все, ведь он спешил вернуться в свой лес, к своему народу. Он был довольно мрачен, ни на кого не смотрел, и я, было, решила, что он вернулся, чтоб попрощаться. Так сказать минимальное проявление элементарной вежливости. Но свет звёзд так обманчив. Эльф не был мрачен, он был смущён и растерян. Можно даже сказать, совершенно потерян.

- Лон?! А ты почему вернулся? – Моё безмерное удивление не дало мне возможности тактично промолчать. Молчание длилось так долго, что казалось, ответа не последует.

- Они долго справлялись без меня, обойдутся и теперь. – В его голосе зазвучала горечь. – Здесь я нужнее, – и как крик о помощи, – там я чужой!

- Зато здесь ты свой. – Конечно, это Дардн разрядил обстановку, найдя моментально самые нужные слова. – Вот вам и начало новых времён, эльфийский принц в кентаврийском отряде.

Не знаю, почему мы все засмеялись. Но хохотали мы от души, и над притихшим на ночь Дарваем долго ещё летало смеющееся эхо.

И замолчали мы тоже вместе, когда на горизонте вдруг показалась полоска зелёного золота. И это никак не могло быть солнце. Мы начали опускаться на землю, один за другим. А полоса всё росла и росла, пока над горизонтом во всей красе не встала огромная луна. Впервые за все ночи проведённые мной здесь.

- Истариед. – Голос Шиома, опустившего голову на траву рядом со мной, был тихим как спящий ветер. – Та, что освещает путь во тьме. Так же звучит и твоё имя на языках Дарвая.

Все уже уснули, а я всё смотрела на золотой диск с яблочным отливом. Нет, я ни о чём не думала, просто впитывала красоту неба и тишину ночи. Не жалела о своём выборе и не боялась будущего, это был мой дом. Рядом на траву опустился Лон, он, оказывается, тоже не спит. Помолчали.

- Я хотел тебе сказать…

- Говори.

- Я бы всё равно не ушёл, даже если б мой народ и не стал для меня чужим. Я не оставил бы тебя.

- Спасибо. – Я положила голову ему на плечо.

Так мы и встретили утро.

15

Ко всему выше изложенному могу добавить, что мне пришлось изрядно попотеть, осваивая премудрости использования дарованных мне способностей. Потратить немало сил и голосовых связок пока меня хоть кто-то стал слушать. И здорово потоптать ноги, знакомясь с народами Дарвая. Никто, конечно, не пытался отделаться от меня физически. Хотя моей заслуги в этом не было никакой. Просто рядом всегда были мои друзья. А кто же рискнёт затевать драку с пятью народами сразу. Почему с пятью? Да потому, что вскорости к нашей дружной компании присоединились ещё и четверо шамшаллов (неожиданно, но приятно). Они, кстати, очень быстро влились в коллектив, весь гонор с них как-то мигом улетучился, и они оказались отличными ребятами (если можно назвать ребятами большущих летучих мышей). Но попадались народы, чьё неприятие было настолько мощным, что заставляло нас буквально уносить ноги. Потом конечно и с ними был найден общий язык, только ох как не скоро. И только благодаря тому, что со своими бедами они не могли справиться сами. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Может, и об этом я когда-нибудь расскажу вам.

И ещё пару слов для тех, кто решил, что я слишком многим пожертвовала (имеется в виду личная жизнь) для спокойствия и мирной жизни каких-то там кентавров и шамшаллов. Ничего подобного. Я знаю одного эльфа, который не только никакого внимания не обращает на расовые предрассудки, но и способен мириться с моим ужасным характером. Вот так. Могли бы и сами догадаться.

часть 2. Соринка в глазу

Я больше не могу. Вот не могу и всё тут. Вы меня осуждаете? Категорически отказываетесь понимать, что собственно меня не устраивает? Объясняю.

Представьте на минуту себе раннее утро. Ладно, ладно, не совсем раннее. Вы видите последний сладкий сон, и тут вас не кисло толкают в бок. Но настроение у вас пока хорошее. Вы открываете глаза и видите у себя в спальне змею. Уже чувствуете лёгкую дрожь в районе диафрагмы? Дальше пойдём. Размером тела змея может запросто потягаться со столетней ёлкой, а про голову я вообще молчу (да, у вас большая спальня). Эта гадюка смотрит прямо на вас и облизывается. Я вижу вам уже весело? Вы в глубине души не только начинаете меня понимать, но даже поддерживаете и, где-то, сочувствуете? Тогда последний штрих: всё это происходит каждое утро, изо дня в день. Ага! Вот теперь вы меня поняли.

Это потом вы, то есть я, начинаете понимать, что никакая это не змея, а ваш друг и наставник Шиом. И облизывается он, не потому что хочет вас съесть, а потому, что только что позавтракал. Чего и вам желает (потому и будит). И заползать к вам в дом он тоже некоторое право имеет, так как сам его для вас и вырастил. И вообще, свинство это - валяться в кровати, когда двадцать с лишним человек (ну, не совсем человек, всё равно, разумных индивидуумов) ждут тебя к завтраку.

А к завтраку этому вы, между прочим, и полпальца не приложили.  Это шамшаллы разыскали сверху ночную лёжку матёрого кабана, такого чтоб на всех хватило. (Шалы одинаково хорошо видят в любое время суток, не смотря на то, что летучие мыши. Хотя и человекообразные). Это кентавры подняли его на копья (шалы с их когтищами могли и сами справиться, но у нас некоторое разделение труда). Это гвартаны натаскали столько дров, чтоб хватило зажарить этого мамонта (а раньше им ещё и воду приходилось таскать, пока я не подучилась и не соорудила рядом небольшое озерцо). Это эльфы принесли фрукты. Это всё тот же Шиом прикатил (он умеет заставлять травинки сгибаться и разгибаться таким образом, что зёрна сами катятся, куда ему надо) два десятка зёрен. А вы, в смысле я, спите. Мясо давно пожарили, зёрна испекли и ждут вас, то бишь меня. Все занимались делом, все голодные, но сидят и ждут. А вы, это в смысле я, недовольны, что вас (меня) змейка разбудила. Ну и кто вы, я имею в виду себя, после этого? Эй! Я не просила подсказывать! Сама отлично знаю.

А теперь стоп. И пять шагов назад.

Меня по утрам будит змея размером с баобаб? Кто-то ВЫРАСТИЛ для меня дом? Кентавры и эльфы готовят для меня завтрак? Зёрнышки размером с арбуз? И последний вопрос, у меня что, бред? А, ну да. Извините, это я спросонья. Это не бред, это Дарвай. И я его законная правительница. Приятно познакомиться.

1

Перед выходом я не пропустила случая ещё раз глянуть на себя в зеркало. Дикие земли дикими землями, но я всё-таки молодая женщина. Что? Вам интересно, откуда в этих диких землях (хотя, это смотря, что считать дикостью) взялось серебряное зеркало в полный рост? Хорошо я расскажу.

Моё правление только начиналось, и доверяли мне не сильно. А если совсем откровенно, то плевать они на меня все хотели. Только в четырёх народах нашла я друзей, да и то случайно. Кентавры и эльфы пояснений не требуют, а вот кто такие шамшаллы и гвартаны я объясню.

Вы когда-нибудь видели летучую мышь? А теперь увеличьте  до двух метров. Смешайте её тело с человеческим, добавьте ум. Да, именно так, в такой последовательности, ведь человек далеко не всегда разумен, согласитесь. Вот теперь вы знаете кто такие шамшаллы. О, прошу прощения, пропустила одну деталь, у шалов чудный маникюр. На руках когти сантиметров так двадцать пять, способные с лёгкостью рубить камни. Главной чертой характера является заносчивое упрямство. Только гномы во всём Дарвае могут потягаться в упрямстве с шамшаллами. Весёлые ребята? А я с ними живу бок о бок.

Теперь гвартаны или гвары. Этих, честное слово, не знаю, как описать. Мех серовато-коричневый, ног четыре, рук тоже четыре. Разумны и не злобны, но очень недоверчивы. Зато и преданность к тем, кто смог заслужить их расположение просто безгранична. Наверное, я единственное существо в Дарвае, кто смог добиться их полного доверия, и поверьте, я не хвастаю. Они лезли со мной во все неприятности, молча шли в поход ни разу не спрося, а зачем это нужно, и кучу раз спасали мою непутёвую…гм, ну, скажем, жизнь.

Кентавры (отряд Дардна не в счёт) были со мной как с правительницей, признавая мою власть; эльфы (в отряде была только молодёжь) просто искали приключений; что двигало шамшаллами, я вообще сказать не могу. И вот если вдруг завтра вернётся Дух Жизни и разжалует меня к известной бабушке, как не справившуюся со своими обязанностями, то со мной наверно останутся только гвары. Хотя, может я и ошибаюсь. Хотелось бы верить что так.

Пардон, кажется, я отвлеклась. Так вот. Многочисленные народы Дарвая плевать на меня хотели. Но гномы так всех достали со своей жадностью, что им пришлось прислать ко мне, так сказать, послов. Челом бить, чтоб приструнила этих крохоборов. Больше-то обратиться не к кому было, гномы на всех плевали так же, как все на меня. А драли они за каждую паршивую железяку как за именной клинок.

К гномам я не шла, я летела (это конечно образно, летать я научилась гораздо позже). Рада была, словами не передать, что меня признали и попросили помощи. И с гномами встретилась, и даже уговорить их пробовала. С тем же успехом я могла и на месте посидеть, ноги не топтать. И ушла бы я оттуда не солоно хлебавши. Но гномы не только упрямый, но и грубый и наглый народец. В общем, они наверно просто не знали, что нельзя меня доводить до белого каления. Затопила им изумрудные копи, развернулась и ушла, так вот. Вредности мне не занимать, как шамшаллам упрямства. Через неделю пятеро гномов стояли у моего дерева, теребили бороды и просили увести воду. Просить для гнома вообще столь непредставимое занятие, как для человека ногой спину чесать. Так что долго я их не мучила, часа три, не больше. А через месяц те же пять гномов пришли ко мне снова. Их опять затопило. Только на этот раз без моего участия, и не изумрудные копи, а серебряные рудники. На этот раз я их не мариновала, просто увела воду, без всякой ответной услуги. Вот такого они не ожидали. Уже через пять дней делегация гномов водрузила в моей спальне огромное серебряное зеркало. Как они его притащили для меня и самой загадка, весит оно пудов десять.

Что вы говорите? Откуда у меня дом? Послушайте, у меня там, между прочим, дружина с голоду помирает. Любопытство тоже должно быть своевременным. Вы всё же настаиваете? Ну что ж, это не долго, я отвечу. Это в принципе не совсем дом, это дуб. Это я морочу вам голову? Да подумайте сами, откуда в глухом лесу, где никто никогда не видел ни одного человека, вдруг возьмётся настоящий дом. Просто после моего официального назначения мне надо было где-то жить. Шиом решил эту проблему. Да, вот так просто. Взял жёлудь (или что-то очень похожее на жёлудь), бросил на землю, плюнул (а, может, кашлянул или чихнул, кто их змей разберёт) и вырос здоровенный дуб (ну, что-то вроде того). У него вообще всё просто со всем, что растёт. Такого вопроса как нужный размер или скорость роста для него не существует, вернее для него это не вопрос. Насколько этот дуб здоровенный? Ну что вы ко мне привязались, в конце концов! Там люди есть хотят! Я есть хочу! Представьте себе двухэтажный особнячок комнат на пятнадцать. Представили? А теперь превратите его в дерево. Превратили? Теперь вы знаете, как выглядит мой дом. Только комнат в нём то ли пять, то ли семь, точно не скажу. А что вы удивляетесь, дерево оно дерево и есть, оно растёт. Комнат меньше чем в особняке, зато они больше. Всё? Что? У кого там особняк в дерево не превращается? Подключи фантазию! Что значит, не умею?! Учись! А я пошла завтракать.

2

- Всем доброе утро! Никто не прибегал? Прилетал? Приползал? Нет? Пожары наводнения, землетрясения были? Лечить, мирить, спасать никого не надо? Тогда, приятного всем аппетита!

Обычно так я приветствовала свою дружину каждое утро, когда никаких неприятностей ждать не приходилось. Если намечается какая-то заваруха, а случается это довольно часто, я хмурая и не разговорчивая. Интуиция. Так что моё поведение при появлении вызвало сразу ответные улыбки, массу шуток, подначек и дружеских шпилек. Даже Шиом разулыбался.

На фоне общего веселья новички выделялись особенно чётко. Для них непонятна радость того, что боя не будет. Вот если бы пришла весточка с просьбой о помощи, они бы показали себя, ведь для этого они и пришли в отряд. Сидят пятеро или шестеро эльфов и ждут неведомых схваток, чтоб покрыть себя славой. Официально в моей дружине только один эльф, принц Лондарниэль. Именно он и ходил со мной на ничей. И вернулся героем. И эти хотят стать героями, а для этого нужны сражения и битвы. А то, что принц Лон чуть не отправился к своим венценосным предкам, никому из них и в голову не придёт. Кабы хватило ума спросить, наставник Прим или Шиом рассказали бы, а распространяться на тему « кто и где чуть не погиб» у нас в дружине не принято.

Или вот, с десяток молодых кентавров. Сидят вроде вместе со всеми, а держаться отдельно. Хотя эти должны догадываться. Наставник Прим из похода на ничей седым вернулся, а значения этому никто из них не предал, не спросил что и как. И в походы Прим с нами больше не пойдёт, я не позволю. И пусть обижается, если хочет, только ещё раз увидеть, как твоему другу распарывают живот, я не хочу. Если б на тот момент я чуть хуже разбиралась в целительской своей силе, если б Шиом меня ежедневно не натаскивал как кутёнка, несмотря на все мои протесты, не вернуться Приму живым. А теперь он даже шутит, когда говорю, что о походах он может забыть:

- А какие проблемы? Ты ж всегда меня с того света достанешь!

А кто-нибудь из дружины добавляет:

- Да, достать она может кого угодно!

Это наши шутки, молодые дружинники их не понимают. Ну да ладно, сходят в поход пару раз, тогда поймут.

Завтрак был в самом разгаре, когда из дальнего леса выскочили два тигра и стрелой помчались в нашу сторону. Но только неопытный соглядатай спутает букаа с тигром. Моя дружина неопытностью не страдала, все сразу подобрались и посерьёзнели. Уже через минуту рослые красавцы стояли передо мной в поклоне.

- Повелительница, у нас большое горе. Пропали Амрес и Тия. Это один из лучших воинов и охотников букаа и его сестра.

- Подробнее. – Голос мой в такие моменты имеет обычно теплоту айсберга, поэтому молодежь из отряда невольно попятилась назад. А опытные дружинники ничего, привыкшие.

- Они ушли на охоту пять снов назад. Когда через три сна они не вернулись, мы начали поиски. Мы обыскали всё, но нашли только оружие, они словно в воздухе растворились.

- Оружие обоих найдено?

- Да. Причём, в одном месте, вместе с поясами. В поясах тоже всё цело: и дротики, и баночки с целебной мазью, и кремни, и силочные шнурки. Мы всё проверили. Всё это настолько странно, госпожа, что мы решили рассказать вам.

- Рассказать? Я думала вы пришли за помощью.

- Нет, повелительница. Мы совершенно уверены, что помочь Амресу и Тие уже невозможно. Но решили рассказать, возможно, это поможет спасти других.

- Невозможно помочь только мертвому, а пока об их смерти свидетельств я не имею.

Я поднялась в свой дом-дерево и через десять минут вышла в походной парке и с оружием. За это время я мысленно позвала Отшельника и спросила совета. Раньше, когда моя телепатия хромала на обе ноги, приходилось каждый раз к нему ездить. Сейчас всё проще. Я села расслабилась и позвала:

- Отшельник, ты меня слышишь?

- Конечно. И не надо так кричать, я хоть и старый, но не глухой.

- Отшельник, у меня тут происходят странные вещи. Ни с чем таким мы ни разу ещё не сталкивались.

- Уже понял, можешь не продолжать. Твои мысли обгоняют сами себя. Но я не знаю чем помочь тебе.

- То есть, как это ты не знаешь? – От подобного заявления я была просто в шоке.

- В смысле, что я не знаю где искать пропавших. Я их не слышу. Но и смерти их  не чувствую. Так что в этом случае я тебе не помощник. Но дам совет в другом. Я уже сказал, что твои мысли бегут слишком быстро, помимо твоей воли. Образно говоря, ты умеешь говорить, но не знаешь, что и когда сказать. Так вот, учись контролировать их бег. Скоро, возможно от этого будет зависеть твоя жизнь. И не только твоя.

- Как можно контролировать мысли?

- Можно. Пусть Шиом тебя научит. Если успеет.

И голос Вечного Отшельника угас. Советы и подсказки старика ещё ни разу не были лишними, так что и к этим стоило прислушаться. Однако сейчас меня интересовало другое. О смерти двух букаа Отшельник ничего не слышал, но и об их жизни ничего не знает, как такое может быть, вот в чём вопрос. Отшельник слышит ВСЁ, что происходит в Дарвае! Значит ли это что букаа не в землях Дарвая? Тогда где? Существуют ли другие земли, о которых я не знаю? Раньше это мне в голову не приходило. Самое время этот туманный вопрос провентилировать.

Дружина уже ждала распоряжений.

- Всем готовиться к походу, проверить оружие. Прим, Шиом мне надо с вами поговорить.

- За принцем Лоном послать? – подал голос Дардн.

- Нет. – На это заявление все отреагировали недоумением. – У нас нет на это времени.

Я двинулась к берегу озерка. Это было первое моё самостоятельное творение при обучении управлять неживой природой. На его берегу мне всегда было как-то спокойнее. Оно было для меня, как бы, доказательством, что я что-то могу. Наставник Прим и Шиом (странно, в принципе Прим не был моим наставником, он был наставником молодых кентавров-воинов, но я всегда называла его «наставник Прим», а своего наставника просто «Шиом») шли за мной. На берегу я устроила маленькое совещание, обрисовала результат моего разговора с Отшельником и попросила высказываться. Особенно на счёт других земель.

- О каких-либо других землях я никогда не слышал.

- Я тоже. – Оба наставника были явно озадачены.

- Ладно, разберёмся. Шиом, ты понятно отправляешься с нами.

- Слушаюсь. - Змей вытянулся «по стойке смирно», и теперь напоминал вопросительный знак двадцати метровой высоты.

- Не паясничай. Но и тебя Прим я попрошу пойти. Случай слишком необычный, чтоб пренебрегать хоть какой-то возможностью разгадки.

- Конечно. Я же без отряда чувствую себя хуже, чем с ним. Даже если меня при этом убивают.

Ну где молодым понять такие шутки. И мы засмеялись.

3

Наши четверо шалов были единственными в дружине, кто не имел оружия, если не считать Шиома. Но он как бы не совсем дружинник. Когда-то, когда мы впервые все вместе шли через Дарвай, я уговорила Лондарниэля сделать луки для всех нас. Эти луки были с нами до сих пор. За время походов гвартаны обзавелись ещё и короткими метательными кинжалами, выточенными из раковин неизвестных мне моллюсков. Родным оружием любого кена было копьё. Для меня гномы выковали прекрасный обоюдоострый клинок, нарушив, правда, этим все свои запреты.

Когда я подошла вся дружина была полностью готова выступать. Оставался открытым только вопрос с молодыми. Брать или не брать?

Я видела, что им сейчас очень неуютно. Идти под предводительством такого ненормального командира как я и неизвестно куда, было страшновато. Или, если не возьмут, покрыть себя позором как недостойных. И так и так плохо.

Дардн сделал шаг вперёд, желая что-то сказать, но не успел.

В кустах на опушке послышалась возня, словно там дрались несколько рассерженных ежей и, через несколько секунд, оттуда вывалились три гнома.

- Госпожа, госпожа, у нас там…а потом…а мы пошли…а они…

- Стоп!!! А теперь ещё раз и по порядку.

- Так мы ж по порядку. Они пропали. Вот.

- Великий Дух! Кто пропал, когда и где?

- Двое наших. Пропали вчера. Нашли сегодня. Сразу к тебе, госпожа. Рассказать. Вот.

- Кого нашли?

Вперёд выступил один из гномов:

- Ни «кого», а «что». Вещи нашли. Тех, что пропали. Все вещи. Даже подштанники. Что-то ты, хозяйка, сегодня с головой не дружишь. Соображать надо. Вот.

( Я вам уже говорила, что гномы - хамы?)

- Так, значит, пропали двое гномов. Пропали вчера. Сегодня вы пошли их искать, но их самих не нашли, а нашли только все их вещи.

- Так мы тебе про это уже полчаса талдычим. Сегодня ты, хозяйка, с талдыколкой не дружишь. Вот. ( Я уже говорила кто такие гномы?)

- Вещи нашли на поверхности, а не под землёй. В одном месте, а не разбросанными.

- Хозяйка, так мы про это тебе не говорили. Как узнала? Ну и котелок у тебя, варит, когда захочешь! ( Ну, вы про гномов в курсе.)

Хоть дружина в разговор и не встревала, но слушала внимательно. Наконец Олл не выдержал:

- Иста, позволь я их в озерко макну, чтоб повежлевее были.

- Ты с ума сошёл! Мы же все там руки моем! – И дружина закатилась хохотом.

Небольшое отступление. «Иста» - так меня называют все кентавры в дружине и принц Лондарниэль. Гвары и шалы называют исключительно правительницей. Остальные как кому удобней. Мне в принципе без разницы. Ну, а официально мой титул звучит так:       Истариед. Правительница, Творящая Судьбы Дарвая.

Да, вот так высокопарно. На самом деле, я просто не позволяю, в меру своих сил, всем народам передраться. А то, что Олл влез в разговор начальства, так это не анархия в дружине. С субординацией у нас строго. Просто Олл не только дружинник, но ещё и кентаврийский принц. Представьте себе, в моём отряде три принца. Именно три. Третий принц  Ййон, сын правителя шамшаллов Оеуна. Кстати я сама об этом узнала совсем недавно.

Заявлению, что их макнут в воду, гномы испугались как самой смерти.

- Эй, хозяйка, ты скажи своему извергу, чтоб не смел нас макать.

- Считайте, что уже сказала.

- Так мы что-то не слышали.

- Это потому, что у вас уши землёй забиты. Вы же их не моете.

Дружина снова захохотала, а гномы обиделись. Ну, ничего, на мой взгляд, это им даже полезно.

- Значит так. Шиом, возьми молодёжь и шамшаллов и отправляйтесь к гномам. Ты сможешь разобраться, что там к чему.… Договорить мне помешал, вырвавшийся на полном скаку из леса, молодой кен. Я его знала, он претендовал на место в дружине. Подлетев ко мне, он бухнулся на передние ноги:

- Правительница, я от эльфов со скорбными новостями.

Видя, что моё лицо каменеет (ничего себе, молодой, никого не спрося, ушел, когда дружина собирается в поход), Дардн поспешил вмешаться:

- Это я послал его. За принцем Лоном. Ты сказала, что у нас мало времени, а он самый быстроногий из молодых. Как видишь, он успел.

В этом, безусловно, был смысл. Каждый из дружины спасал кому-то жизнь, прикрывал спину соседа. Не взять кого-либо, значит рисковать чьей-то жизнью. Дардн рассудил правильно.

- Что там у эльфов.

- Принц Лондарниэль пропал.

- То есть, как пропал?

- Я прискакал в деревню, и спросил принца. Мне сказали, что ещё утром он отправился к нам. Тут же сообразили что дело нечисто, стали прочёсывать  лес по направлению к нашему лагерю и вскорости нашли вещи принца.

- Но самого его вы не нашли, так?

- Да. Но если Вы захотите взглянуть, - осмелел юноша, - то я сказал, чтоб ничего не трогали.

А парень оказывается ещё и головой работать умеет, а не только ногами.

- Гм. Как тебя зовут?

- Ксон, правительница.

- Дардн, у нас новый дружинник. А теперь, Ксон, показывай дорогу.

Молодой кентавр вял с места в карьер и вся дружина без лишних разговоров последовала за ним.

4

Одежда Лондарниэля лежала так, словно её не снимали, а эльфа из неё вытащили. Штаны заправлены в сапоги, лук и колчан со стрелами надеты поверх куртки. Тут же, растолкав моих дружинников, вперёд вылезли гномы (и как они за нами успели, не иначе кто-то из кенов пожалел и подвёз):

- Во! И от наших, что одежда осталась тоже так лежала. Одежда есть, а хозяев в неё засунуть забыли. Вот.

Все невольно обернулись к букаа с немым вопросом.

- И у нас так, госпожа. Все вещи в полном порядке. Словно двое спали, потом тела исчезли, а всё остальное осталось на месте…

- Стоп! Как ты сказал? Всё остальное? Если сказать по-другому, осталось всё неживое! Нам теперь не нужно ехать к гномам и в деревню букаа. Вещи эльфа заберите, они ему ещё понадобятся. Мы возвращаемся в лагерь.

Меня мучила тревога. Кто знает, сколько жителей Дарвая пропало и сколько ещё пропадёт пока я не приму решение о том, что нам делать. А в том, что исчезновения ещё будут, я не сомневалась, об этом моя интуиция говорила в полный голос. Но почему она промолчала о надвигающейся опасности, вот в чём вопрос. Ответ мог быть только один. Дело в том, что предчувствие меня посещает, когда в Дарвае должно что-то случиться, какая-то беда, из-за которой могут пострадать сами дарвайцы. А если беда находиться не в землях Дарвая? Сработает ли моя интуиция? Придется потревожить старика снова, он один знает, на что способны мои силы, сам их в меня вкладывал.

- Отшельник, почему предчувствие не подсказало мне, что надвигается беда.

- О какой беде ты говоришь? Пропажа двух букаа не беда, найдутся.

- А то, что пропали гномы и принц эльфов, это как?

- Что? Как же я ничего не почувствовал. – В голосе отшельника послышалась беспомощность. Раньше такого никогда не было, мне это не нравилось. – Значит, тебе самой с этим разбираться, здесь я не подсказчик.

- Разберусь обязательно, только помощь твоя мне всё же нужна. Ответь, что находиться за землями Дарвая.

- О, за землями Дарвая находиться океан Дарвая, а над океаном и землёй находиться небо Дарвая, а…

- Оставь свой сарказм, сейчас для него не время, я тебя спрашиваю серьёзно.

- И если серьёзно, то ответ тот же. Заканчивается земля и начинается вода. Она тянется на многие дни полёта, но в коне пути ты вновь обретёшь землю под ногами. Земля эта будет землёй Дарвая, ты пойдёшь по ней и через много дней найдешь место, откуда начался твой путь.

- А нельзя было сказать просто, что на Дарвае всего один материк и нет островов.

- Я не понимаю твоих слов.

- Неважно. Важно другое. Я так понимаю, что на океан твоё всевидение не распространяется.

- Твоя прозорливость поистине поразительна.

- Я же попросила оставить сарказм. Да или нет?

- Да, но я не понимаю, к чему ты клонишь.

- А к тому, что все кто пропал должны где-то быть. В воздухе они болтаться не могут, значит надо искать в океане. Вот такая простая дедукция. Теперь меня интересует всё, что о нём известно. Факты, слухи, легенды всё равно.

- Ничего.

- Такого не может быть. Раз есть предмет, то о нём должны быть и разговоры.

- Могу сказать только одно. Племя тратов единственное, чья жизнь связана с океаном, они единственные покидают сушу на много дней. У них ты можешь что-то узнать. И только у них.

- Ну что ж, спасибо и на этом.

5

Перед рассветом Дардн поднял дружину. Меня будить не пришлось, потому что я всю ночь и так не спала. Перед походом это плохо,  тем более для командира, но у меня в голове кружилось слишком много вопросов, чтоб я смогла заснуть.

- Иста, дружина готова. Могу я узнать, куда мы отправляемся.

- Конечно. К Сладкому заливу.

- Это в смысле к тратам? Ты что-то узнала?

- Не совсем, только надеюсь узнать. – Помолчали. – Дардн, а ты как думаешь, почему и куда они все исчезли?

- Честно говоря…

- Подожди, кажется, ещё что-то стряслось.

От дружины отделились четверо кентавров. Даже издали был заметен их виноватый вид. По кентаврам вообще сразу всё видно, они не умеют скрывать свои эмоции. Вот по шамшаллам вы ничего не увидите.

- Правительница, (так, совсем плохо, раз не по имени), мы не знаем, как сказать…

- Говорите как есть.

- Из-за нас пропал Ксон.

- Что?!!! Ещё и Ксон? И почему из-за вас?

- Вчера мы подшучивали над ним. Наверно мы перегнули палку, потому что он развернулся и ушёл.

- Куда?

- Он пошёл в сторону озера. Мы его не останавливали. А сегодня мы пытались его найти, но нашли только его копьё, наручи и нагрудник.

- Где нашли?

- На берегу.

- Ну это уже ни в какие ворота не лезет! Чёрт знает что! Уж не знаю, кто это делает, но когда я его найду, я ему руки-ноги повыдёргиваю и местами поменяю!

Дружинники в восторженном шоке смотрели на меня квадратными глазами.

В разговор вмешался Дардн:

- А вчера он ушёл один?

- Один.

- Ну конечно, ОДИН! – Я вскрикнула так резко, что даже Дардн от неожиданности вздрогнул. -  Дардн, ты гений! Теперь я знаю, почему они пропали. Каждый, кто пропадал, был один.

- Но и букаа и гномов было двое. И «гений» это кто?

- Гений это ты, неважно. Сейчас я тебе объясню по поводу пропавших. Смотри. Лес, ночь, прохладно. Что сделают брат и сестра, чтоб комфортно провести ночь?

- Обнимутся!

- А теперь давай спросим гномов, зачем два их соотечественника покинули свои любимые шахты.

Одного кивка было достаточно, чтоб дружинники доставили пред мои светлые очи представителей подземного народа. На мой вопрос они стали переглядываться и толкаться:

- Ну…так мы это…мы ж часто…

- Конкретнее.

- Да просто подраться, побороться, силой помериться. В штольне-то тесновато. Вот.

- Ты понял, Дардн, «побороться». Если говорить образно, все кто пропали, были единичными целями.

- Значит, их выкрали.

- Несомненно. Причём с помощью магии. А вот кто и зачем, это нам предстоит выяснить. Поднимай дружину, наша дорога в Сладкий залив.

Вам не кажется, что для залива название «Сладкий» несколько необычно? На самом деле оно, как нельзя точнее, выражает суть. Весь небольшой залив окружён  отвесными скалами, которые заселяют миллиарды пчёл. И чувствуют себя очень комфортно. От морского ветра их надёжно укрывают глубокие пещеры, которые, в случае шторма, они наглухо конопатят воском (сама видела). И недоброжелателям не поздоровится, если надумают пожаловать, проход в залив только один. Он довольно узкий, если что, в нём его (врага) и встретят пара-тройка тысяч маленьких жужжащих воинов, от которых нет ни спасения, ни пощады. Так что в залив никто и не суётся. Никем не тревожимые, в течение многих лет, соты иногда падают под собственной тяжестью, и сладкие янтарные ручьи стекают на землю, отсюда и название. А на берегу, как перевёрнутые жёлтые миски, стоят дома тратов, сложенные из камней и отделанные всё тем же воском. Каким образом траты смогли спокойно ужиться с грозными соседями, сейчас даже они сами не расскажут.

Вся наша дружина спускалась к берегу спокойно, мы знали, что нам ничего не угрожает. Ровно до тех пор, пока никому не угрожаем мы. Я уже сказала, что врагу бы не поздоровилось, но любой дарваец не желающий причинить кому-либо вред, пройдёт совершенно спокойно. Траты считают, что их защищает сам Дарвай, за их незлобивость и беззащитность. Хотя на счёт беззащитности это правда (среди тратов вы не найдёте ни одного воина), лично я думаю что Дарвай здесь ни при чём, просто пчёлы сильно реагируют на феромоны агрессии. Хотя, кто знает.

Дом вождя ничем не отличался от других домов деревни. Траты вообще очень демократичны, например вся добытая пища распределяется поровну, без учёта возраста и заслуг. А питаются они исключительно дарами моря, начиная от рыбы и заканчивая всевозможными водорослями. Но более изысканных кулинаров вы в Дарвае не найдёте. Допустим рыбу, которую нам подали, сначала несколько дней мариновали в смеси мёда и каких-то водорослей и только потом жарили на углях. Вкус просто сказочный. Ещё копчёные устрицы и томлёные в золе крабы, салаты из водорослей и многое другое. От нашего подношения они в свою очередь тоже не отказались, печёные зёрна и холодное жареное мясо были встречены с восторгом. Траты крайне редко покидают свой залив, и наша еда была для них настоящим деликатесом.

После ужина в доме остались только я, вождь и несколько старейшин.

- Правительница, я догадываюсь, что твой приход это не простая учтивость. Позволь узнать, что же тебя привело.

- Ты совершенно прав, вождь. К сожалению не радость привела меня в твой дом. Ты, конечно, не слышал, но странная и страшная беда пришла на земли всех дарвайцев. Уже несколько племён потеряли своих. Они пропали странно и бесследно, но мы всё же попытаемся их найти.

- Прошу, не упрекай меня за незнание и за то, что моя деревня не потеряла ни одного жителя. Тратам вовсе не всё равно, что происходит. Хотя мы живём обособленно, судьба жителей Дарвая волнует и нас.

- Я вовсе не собиралась тебя упрекать. Если в моих словах ты услышал что-то, что заставило тебя так думать, значит, я выбрала не те слова. Прошу меня за это извинить. Но вот помощи я бы хотела.

- Не думаю, что есть необходимость напоминать тебе, что траты не воины. Какой же помощи ты ждёшь от нас.

- Возможно, то, что я попрошу, ваш народ хранит от чужаков многие века, и никогда прежде не нарушал этого правила.

- Что бы ты не попросила, будет твоим. Не может быть чужаком тот, кто думает обо всех прежде, чем о себе.

- Благодарю. Мне надо знать всё об океане, все, что знаете вы.

- Необычная просьба. Но ничего запретного в ней нет. Мы никогда не рассказывали об этом не потому, что это какое-то табу, а потому, что нас никто и никогда об этом не спрашивал. Так что мы с большим удовольствием расскажем то, что ты хочешь знать.

6

Спать я легла лишь под утро. Никогда бы не подумала, что обычно довольно замкнутые траты так любят поговорить. Всю ночь старейшины во главе с вождём с непередаваемым усердием исполняли мою просьбу. В том смысле, что рассказывали мне всё, что удалось узнать об океане множеству поколений их предков. Такого потока информации я в жизни своей не получала. Причём все сведения были хоть и интересными с познавательной точки зрения и мне, как правительнице, полезными, но в данной ситуации абсолютно бестолковыми. В повествовании описание тёплых и холодных течений переплеталось с повадками обитателей подводных пещер, перечисление многочисленных видов рыб и свойствами тех или иных водорослей, способы ловли морских животных, с лучшими способами их приготовления. Но перебивать разговорившихся стариков мне казалось некорректным. Признаюсь, я уже начала дремать, когда слова одного из старейшин заставили меня встрепенуться:

- …А если ты положишь свой путь между светом и тьмой (ага, это значит между восходом и закатом) то через много дней увидишь главное. Доказательство того, что Дарвай живой, ты увидишь его слёзы. Из слёз его и состоит океан.

- А нельзя ли об этом поподробнее, уважаемый. Например, как выглядят эти слёзы и как далеко нужно положить свой путь, чтобы их увидеть, и откуда они берутся?

- Неужели слёзы никогда не обжигали твоего сердца, госпожа, что ты задаёшь такие вопросы? Откуда могут взяться слёзы, как не из глаз.

- Встречный вопрос, откуда у океана глаза?

- Это и есть доказательство того, что Дарвай живой, как звери, птицы и народы, населяющие его, у них ведь есть глаза. А слёзы его, это огромные белые скалы, плывущие по океану и обжигающие холодным огнём любого, кто посмеет приблизиться к ним.

( Так, ну со слезами всё понятно, это, скорее всего айсберги, а вот глаза…)

- Скажи мне многознающий старец, а кто-нибудь видел эти глаза? Быть может это лишь легенда?

- О нет! Много поколений назад трое храбрецов отправились в ту сторону, откуда приходят слёзы. Назад, к сожалению, вернулся только один. Он был слаб и изранен, но прожил достаточно, чтоб рассказать о том, что видел.

- Но, может, он придумал свой рассказ, или видения посещали его.

- Нет, нет и ещё раз нет! Ни один из тратов не смог бы выдумать такого, и сознанием он был крепок как скалы окружающие нас сейчас.

Значит, мне предстоит искать глаза океана.

7

- Дардн, я прошу, не трави душу, мне и так не по себе.

- Но ты не можешь лететь туда одна.

- Я не одна, я с шамшаллами.

- Ой, не смеши меня. Шалы, конечно, отличные воины, но их всего четверо, а мы даже предположительно не знаем, какая опасность там притаилась. Мы должны быть вместе. Помнишь, ты рассказывала, что в твоём мире твои соплеменники строят какие-то ко-ра-бли, чтоб двигаться по воде. Так почему мы не можем их сделать? Ты рассказывала, я помню, что их делают из дерева или метала. Я не понимаю, как железо может плавать, наверно нужны особые силы, которыми твои родичи обладают в высшей степени искусно, да и гномов уговорить сделать что-либо подобное будет сложно, но деревянный ко-ра-б-ль мы соорудить, думается, сможем.

- Дардн, я очень благодарна тебе за твои переживания и заботу обо мне, но ты ведь даже не представляешь, о чём сейчас говоришь. Да, теоретически сделать это можно, Шиом вырастит необходимые деревья, сиелы смогут сплести парус. НО! Во-первых, это потребует времени, много времени, которого у нас нет. А во-вторых, из меня корабельщик как из тебя балерина.

- Кто?

- Скажу по-другому, моя попытка построить корабль, скорее всего, закончиться так же, как твоя залезть на мой дуб. Из этого ничего не получиться.

- Но что же делать?

- Мне отправляться искать глаза Дарвая, а тебя я попрошу отправиться к сиелам. Пусть они оповестят всех об опасности, и передадут мои слова, что если не хотят отправиться вслед за пропавшими, то пусть держаться вместе, не разбредаются по одному.

Двое тратов согласились проводить меня на день пути и показать направление. На день их пути. Для меня и шамшаллов это было примерно полтора-два часа полёта.

На берегу собралась вся деревня. Малышня кружила под нашими ногами и копытами кенов и от восторга с разгона плюхалась в мелкую прибрежную воду, таких интересных и таких разных существ они ещё не видели. Моя дружина откровенно печалилась, молодёжь была в растерянности и только шалы не выказывали никаких эмоций.

Много дней пути для тратов по моим прикидкам означало примерно неделю полёта. Где-то на такой срок был рассчитан запас еды, который висел за плечами у каждого из нас в сумках из рыбьих пузырей, хватит ли его можно только гадать. Но не это сейчас беспокоило меня. У шалов я научилась не показывать своих эмоций, когда это необходимо, именно такой момент был сейчас, зачем ещё больше расстраивать дружину. Понимаете, шамшаллы отличные летуны, очень сильные и выносливые. Для них продержаться неделю в воздухе не составляет никаких проблем, тем более что руки и крылья у них это разные конечности, так что есть и пить они могут, находясь в воздухе. У меня конечно тоже руки свободны, мне чтоб летать махать ими не надо, но так долго в небе я ещё никогда не была, а потому не знала наверняка, хватит ли сил, но выбора у меня не было.

Проводники-траты молча нырнули и направились к горлу залива, у них уйдёт на это минут двадцать, так что у нас было время попрощаться. Я обняла Прима, Дардна и Олла, погладила тёплую чешую Шиома (обнять его я не смогла бы при всём своём желании), поднялась в воздух и взяла курс за тратами. Через пару секунд свист рассекаемого крыльями воздуха сказал мне, что шалы тоже стартовали.

8

Это произошло на двадцатый день пути. Льдина, на которой мы остановились, была уже пятой или шестой. Но не усталость, которой я опасалась, была причиной столь частых остановок, а полное отсутствие еды. Рассчитала я почти правильно, на пятый день полёта мы увидели первые льды, небольшие по площади и тонкие как картон. За последующие дни они намного выросли, теперь каждая напоминала скорее небольшой остров, но ничего похожего на то, что можно было бы назвать глазами, нам пока не попадалось.

Еда закончилась восемь дней назад. Теперь нам приходилось останавливаться каждый день, чтоб наловить хоть немного рыбы. Лишь один раз нам повезло. На одной из льдин шалы заметили какое-то животное, очевидно решившее отдохнуть. Больше всего оно напоминало бегемота с крокодильими лапами и хвостом. Бедная скотинка даже сообразить ничего не успела, как превратилась в несколько десятков отборных антрекотов, с подобными вещами шамшаллы справляются ужасающе быстро. А вот мне предстояла задача посложнее, разжечь огонь там, где гореть абсолютно нечему. Нет, теоретически я знала, как это делается, просто надо заставить огонь сжигать самого себя, но на практике у меня это до сих пор не получалось. Только на сей раз от моих попыток зависела жизнь всех, а посему отрицательный результат был совершенно невозможен.

С каждым днём необходимость горячей пищи и тепла становилась всё очевиднее. И вот…

- Правительница, я считаю дальнейший путь бессмысленным. С каждым днём всё меньше рыбы мы добываем, и её уже недостаточно, чтоб поддерживать силы. В тот день, когда уже не сможем добыть ничего, мы будем слишком слабы, чтоб вернуться. Между тем ничего похожего на цель наших поисков не наблюдается. Мы возвращаемся.

- Ййон, это твоё право. Я продолжу путь.

- Но это просто глупо.

- Ты забываешься! Я не стану приказывать сопровождать меня и дальше, хотя и могу это сделать и имею право. Но не позволю тебе делать оскорбительные замечания! Похоже у каждого из нас свой путь и своё чувство долга. Так что желаю удачного возвращения!

Привычным прыжком я поднялась в воздух и направилась в ту сторону, откуда с высоты был едва заметен дрейф ледяных скал.

Гордо поднятая голова, прямая осанка, взгляд, устремлённый

вдаль.… Со всем этим я смогла продержаться не больше часа, а потом, когда совершенно уверилась что мои ненадёжные попутчики остались далеко позади и меня никто не увидит, просто рухнула на первую попавшуюся льдину и разревелась в голос. Предательство в моём мире вещь вполне заурядная и встречается буквально на каждом шагу, там это нормально. Но здесь я успела от такой гадости прочно отвыкнуть. В Дарвае даже если планируют убить, то не подкрадываются в темноте со спины, а говорят в лицо о своих намерениях. Так что предательство шалов (а это было форменное предательство) меня серьёзно подкосило. Не могу сказать, смогла бы я продолжить путь в одиночку в таком душевном смятении. Возможно,  и повернула бы назад, если бы не моя исключительная вредность.

Добавив к общему количеству окружавшей меня воды ещё литра полтора собственных слёз и почувствовав, что совершенно замёрзла (ещё бы, два часа на льду просидеть), я поднялась. С твёрдой, а вернее, вредной уверенностью, что и без поддержки смогу справиться.

Двое суток. Двое суток без еды, без друзей, без какой-либо надежды на успех. Впервые, за всё время, проведённое здесь, я осталась совершенно одна. С каждой минутой и каждым километром пути тоска одиночества всё сильнее сжимала сердце холодной лапой. Иногда я ловила себя на том, что плачу. Слёзы сами бежали, и замечала я их только когда они, превращаясь в лёд на моих щеках, начинали причинять боль.

Отдельные льдины уже давно превратились в ровное белое полотно, лишь изредка нарушаемое трещинами. Я слышала, что от снежного сияния можно ослепнуть, поэтому старалась держать глаза закрытыми, лишь изредка поглядывая по сторонам, чтоб не сбиться с курса. Хотя о каком курсе могла идти речь, если всё кругом одинаковое?

Перед закрытыми глазами проходили мои дни в землях Дарвая. Друзья, с которыми я шла на смерть и смеялась у вечернего костра. Их открытые переживания за меня во время уроков по управлению моими силами. Радость, если у меня всё получалось и грусть, когда наука мне не давалась. Боль разлуки, что отметила всю дружину в Сладком заливе, и ещё очень много всего, что пережили мы вместе. Только сейчас я поняла, до какой степени они мне близкие и родные, как сильно я их люблю, и что не поменяю ни за какие блага свою нынешнюю жизнь на какую либо другую.

Слёзы снова потекли. Стирая их, я открыла глаза. Что за ерунда? Горизонт впереди приблизился и поднялся вверх! Нет, это у меня явно что-то с глазами. Пока я старательно их протирала, белое препятствие приблизилось. Так, с глазами всё в порядке, просто передо мной стена. Стена из льда, в высоту километров пять, не меньше.

Поднималась я быстро, на сколько это возможно. Холод обжигал кожу, а недостаток кислорода на высоте, лёгкие, глаза я по-прежнему держала закрытыми. И вдруг тепло! От неожиданности я остановилась.

Сверху то, что я увидела, больше всего было похоже на… глаз! Огромный глаз с белыми ресницами снежных скал, синей радужкой океана и чёрным зрачком острова посередине. Я добралась до цели! Я смогла! Я молодец! Ие-ху! Где бы тут поудобней приземлиться?

А потом вспышка. Чудовищный удар в грудь. Боль. Падение. Темнота.

9

Темнота. И тишина. Хотя, нет, какой-то звук монотонно стучится в сознание, и, кажется довольно знакомый. Голова совсем не работает, надо попробовать открыть глаза. Так, глаза открыла, а темнота как была, так и осталась непроглядной, и звук не изменился. Актуальный вопрос «где я» и «что со мной». Вспомним классика «Попав в незнакомое место – осмотрись». Пожалуй, именно это мне и стоит сделать, в первую очередь определить место нахождения. Ай-а-а!

Как только я попробовала пошевелиться, тело пронзили тысячи болевых иголок. Интересно, сколько нужно пролежать, чтоб всё так затекло. Придётся немного подождать, пока не восстановится кровообращение. Страшно хочется пить. О! Ну конечно, этот стучащий монотонный звук ни что иное, как падающие капли. Пить захотелось ещё сильнее. Но пока не работает тело надо поработать головой. Последнее что я помню это вид острова с высоты птичьего полёта. Потом меня, судя по всему, банально сбили, как вражеский бомбардировщик. Чем неизвестно. А, ещё я помню, что остров явно вулканического происхождения, где-то в середине был ясно виден потухший вулкан. Финиш. Мрак. Полный абзац.

Или не совсем? Кажется, впереди что-то светится, слабо, на грани видимости. Это уже кое-что. Одно нечеловеческое усилие и я смогла подняться… на четвереньки. Первым делом на звук нашла воду. В ямке выбитой каплями в камне вмещалось не больше трёх глотков, поэтому процесс утоления жажды занял некоторое время. Зато мои руки и ноги успели придти в норму. Теперь займёмся рекогносцировкой местности.

Здесь, где я пила, скала. Попробуем двигаться вправо. Скала, скала и … скала. Теперь влево. Скала, скала и снова скала. По средствам логических размышлений можно определить, что выход там, где что-то светится. Смущает только то, что свет какой-то странный, имеющий некоторое сходство с рисунком паутины, и ещё «запах» чужой силы, уж в этом Шиом меня натаскал будь здоров.

Ага, так я и думала. Выход перекрывала решеткообразная конструкция из камней, удерживаемых с помощью какой-то магисилы, совершенно чуждой Дарваю. Наверняка я могла ликвидировать её, но не стала этого делать. Она напоминала мне спящую сторожевую собаку, которая не только мешает уйти, но и поднимает тревогу при попытке такового действия.

Глаза уже хорошо привыкли к темноте, так что не было проблемой увидеть, что за решёткой проходит довольно широкий коридор. А напортив, примерно такая же камера, только пустая. Ненужные пока камни горкой лежали у входа. Делаем вывод. Меня сбили неизвестно чем, нескольких представителей населения украли неизвестно как, я оказалась здесь, можно предположить, что их тоже следует искать здесь.

Встал насущный вопрос «как выйти». Без ложной скромности скажу, что я тоже не лаптем щи хлебаю. Сначала подошла к стене и «послушала» её. Это образно, на самом деле я, как бы это объяснить, прочувствовала саму природу скалы и очень скоро поняла, где за стеной есть пустота. Потом расплавила стену. Или рассыпала. Как вам больше нравится. В общем, часть стены как растаявший на солнце воск стекла к моим ногам, открывая проход в соседнее помещение. Которое оказалось ещё одной камерой, к счастью открытой.

Коридор уходил в обе стороны. Пусто и тихо. В правой стороне тянулся ряд камер, слева он перетекал в другой, более широкий. Конечно, хотелось бы побыстрее покинуть столь негостеприимное место, но сначала надо удостовериться, что где-то тут не томятся мои друзья.

Камеры шли систематично, одна против другой, все пустые. Значит, ребят держат в другом месте. Пора поворачивать, вот и последняя камера, слева. Впереди и справа стена. Назад, в другой коридор.

Я успела сделать только десяток шагов, как меня стукнуло. Стоп-стоп-стоп! А почему это напротив последней камеры нет её сестры-близняшки? Что у строителей запой, или магический отбойный молоток сломался? Пришлось вернуться. Ну, так и есть! На первый взгляд не заметно, но если «принюхаться» к стене повнимательнее, сразу понятно, что она искусственная. Попробуем узнать, кого это здесь замуровали. Если наших, я им самолично все их катакомбы затоплю, благо воды кругом завались.

В так заинтересовавшее меня помещение, я проникла так же, как покинула свою камеру, то есть, не трогая парадный вход, а ликвидировав боковую стену. И здесь меня банально ожидали две новости.

Начну с плохой. Конечно дарвайцев тут не было ни одного. Теперь хорошая (хотя и неожиданная). Пустой камера не была, в ней сидели около десятка…людей! Точнее это были древние старцы.

Немая сцена затянулась на целую минуту. Похоже, обе стороны были в некотором шоке. Молчание нарушило большинство.

- Ты кто?

- Гм, хотела бы задать вам тот же вопрос. Но предлагаю перенести знакомство на более позднее время в более располагающей обстановке. Короче говоря, предлагаю сначала сбежать отсюда, а поболтать можно и потом. Возражений не последовало.

Отыскать подходящее для долгой беседы место для аксакалов не составило труда, они знали пещерный лабиринт, в котором я оказалась, как свой собственный дом. Впрочем, так оно и было.

10

Стариков оказалось восемь. После примерно получасового блуждания по довольно ветвистой системе тоннелей, мы, наконец, остановились в небольшой пещерке имеющей одно неоспоримое преимущество – второй выход. За это время я смогла более тщательно рассмотреть своих попутчиков, и первое что бросилось мне в глаза, это несоответствие внешности и манере двигаться. То есть на вид дедкам можно было дать далеко за сотню, но при нашем марш-броске передвигались они с резвостью мастеров спорта по лёгкой атлетике двадцатилетнего возраста. Одежда соответствовала, не стесняла движений. Широкие штаны, что-то вроде наших водолазок, сверху жилеты с множеством карманов сильно смахивающие на военные «разгрузки». Всё однотонное, только цвет у каждого свой. Синий, серый, коричневый, чёрный, бордовый, зелёный, фиолетовый, бежевый. И хотя все цвета были темными, но мрачных ощущений не вызывали. Первым взял слово зеленый, не дав мне даже дух перевести.

- Кто ты?

- Оригинальностью ваш вопрос не блещет. И хотя это мне здесь следует задавать вопросы, я отвечу. Прошу заметить, из одного уважения к вашим сединам. – Да, я знаю, довольно грубо. Но я была уставшая, голодная и вообще вся на нервах. Можно подумать, что вы на моём месте прямо рассыпались бы мелким бисером.

– Я - Правительница Дарвая, законная, если вас это интересует. Заранее скажу, что разыскиваю здесь своих пропавших подданных. А теперь попрошу вас ответить на тот же вопрос.

Но вместо ответа резвые аксакалы начали переглядываться и перемигиваться. Ни о какой телепатии речь не идёт, её я тоже моментом фиксирую, просто ветераны понимали друг друга и без слов. Видимо, придя к какому-то общему знаменателю со своими однокамерниками, зелёный снова взял слово.

- Прошу понять нас правильно и заранее принять наши извинения…э…мы благодарны за освобождение…но…мы живём здесь уже пятнадцать лет и…

- Сколько?!! Так это вы похитили моих людей! – Видимо мой вид не обещал пенсионерам ничего радужного, потому что травянистый резко попятился.

- Нет-нет! Мы даже не подозревали, что здесь есть люди! Наш старший магистр долго наблюдал за этим миром, да и мы сами, когда прибыли, но о людях слышим впервые! По нашим наблюдениям здесь обитают только животные, пусть и обладающие некоторой долей интеллекта. Так что мы не могли никаких людей похитить!

Вот тут он меня конкретно зацепил, так что мои зубы и кулаки сжались одновременно и непроизвольно.

- Это кого, позволь узнать, ты, пионер престарелый, сейчас имел ввиду под словом «животные»? Это у кого « некоторая доля интеллекта»? Это случайно не кентавры, гвартаны, эльфы и прочие народы? Так вот, заруби на своём столетнем носу, всех обитателей Дарвая я считаю людьми, в том смысле, что каждый из них есть личность! И у кого более высокий интеллект надо ещё посмотреть! Я доходчиво объяснила?

Так как с каждой фразой я делала шаг вперёд, то к концу программы дедок оказался просто вжатым в стену, а спорить в таком положении не удобно.

- Да-да! Конечно!

- Замечательно. Теперь давайте по порядку. А именно кто, откуда и зачем. – Надо заметить, что после моего наезда только и начался деловой разговор. Вперёд вышел высокий и статный старикан, одетый в чёрное. Он «задвинул» своего приятеля куда-то в сторону.

- По-моему мы не с того начали. Прими наши извинения и не суди слишком строго, прошу. Позволь всё рассказать, и возможно ты простишь моего друга. Но сначала, пожалуй, стоит представиться, меня зовут Табриотавамиун, а моего друга Росебрипрадарон, это…

- А я-то думала, что у меня имя длинное! Прости, что перебиваю, и не сочти за грубость, но у вас у всех такие имена?

- В смысле?

- В смысле такие длинные, покороче никак нельзя? Ну, например, моё имя Истариед, но все называют Иста, так проще. – Не могла же я сказать, что мне и недели не хватит, чтоб выучить восемь подобных имён.

- Я, в сущности, не имею ничего против. И как будет звучать моё имя по-твоему?

- Скажем, Тамин тебя устроит? А твоего друга Родан?

- Да, вполне подойдёт. Тогда Алибегорситемас? (Поклонился синий).

- Агос.

- Вполне. А это тогда Билор, Фараз, Кавот, Ютал и Криар. (Бордовый, коричневый, фиолетовый, серый, бежевый). А теперь, когда наше знакомство состоялось, я начну. Насколько я понимаю, нет нужды рассказывать тебе о том, что существуют соседние миры и при определённом умении можно пройти из одного мира в другой. Именно это мы и сделали, но не из прихоти, а по необходимости, и вовсе не рассчитывали, что эта земля станет нашим домом и тюрьмой на долгие годы. – Тамин грустно вздохнул и замолчал. – Тебя что-то тревожит? – спросил он через некоторое время.

- Не совсем. Просто пока я сюда добиралась, пришлось несколько поголодать, а теперь вообще зверски есть хочется. Не обращай внимания, перетерплю.

- Ну, зачем же мучиться? Ютал, ты не сообразишь чего-нибудь?

Одетый в серое Ютал достал из кармана горсть малюсеньких крекеров, хитро мне подмигнул, подбросил их высоко вверх, щёлкнул пальцами и на колени каждого из нас упало по паре здоровенных двойных бутербродов с мясом, сыром и свежими овощами. Примерно туда же упала и моя челюсть, чем Ютал был явно доволен.

- Теперь, думаю можно продолжать. Так вот. В нашем мире примерно два десятка отдельных держав расположенных на больших и малых островах, но наше королевство самое большое и сильное. И единственное, где развитие магических возможностей поставили выше развития техники. Каждый ребёнок у нас может учиться на магистра, если хочет и имеет предрасположенность.

- И деньги.

- Нет. Ни деньги, ни происхождение роли не играют. А теперь по сути. Наш король обратился к старшему магистру с просьбой о помощи, так как за десять лет брака ребёнка у них так и не появилось. И как быть с наследником? Сельфанитрадиуп знал ответ, все мы знали. Последние годы все магистры не единожды пытались найти решение, видя беду короля, и у всех ответ получался один, ребёнка придётся усыновить. Но не какого-нибудь. Дело в том, что те, кто имеет, и способности и желание учиться долгие годы, чтоб развить их, встречаются редко. У них особый склад ума, склонный не к власти, а к познанию. Но по всем прогнозам выходило, что  на свет должен появиться совершенно особенный ребёнок, не только с неимоверной магической силой, но и с врожденными знаниями о её использовании. Такой правитель смог бы объединить все государства.

- А чем вас существующий порядок не устаивал?

- Нет. Как я уже сказал, только у нас магия взяла верх над механикой. В других странах стали изобретать и использовать технику. Это сильно отразилось на всём нашем мире, и магистры чувствовали это как никто. Наши силы напрямую зависят от природных сил земли. Только король с мудростью и силой магистра и практичностью недомага мог остановить разрушение нашей природы.

- Небольшое уточнение, недомаги это кто?

- Все люди обладают магическими силами, в большей или меньшей степени. Иногда их так мало, что они даже незаметны. Но они есть. Поэтому людей со слабовыраженным магическим потенциалом у нас называют недомагами.

- Всё понятно. Что было дальше я и сама могу догадаться. Ваша идея мира во всём мире кому-то сильно не понравилась, на вас неожиданно напали, и вам пришлось бежать. Так?

- И да, и нет. На нас действительно напали, но лишь для того, чтоб забрать малыша. Но не смена правителя беспокоила нападавших, всё гораздо хуже. Один из учеников нашёл в библиотеке способ, древний и страшный, которым можно забрать силу другого себе. Возможность вседозволенности затмила его разум. Самое странное, что мы никогда ничего подобного за ним не замечали, хотя он задумал всё давно и подготовился. Оказалось, что он смог собрать целую тайную армию, сотни недомагов и молодых магистров подчинялись ему беспрекословно. Как только мальчик оказался во дворце, началась атака. Единственным решением было спрятать ребёнка на время. Мы согласились сопровождать его. Эти земли были первыми, что показались нам хоть как-то подходящими, да и выбирать особо было некогда. Сельфанитрадиуп, наш старший магистр, должен был открыть проход, как только захватчики будут обезврежены, но что-то произошло.

- Так почему вы сами его не открыли?

- Сначала опасались за безопасность юного мага, а теперь не можем. За годы, проведённые здесь, мы сильно ослабли, ведь это не наша земля, нам неоткуда брать силы.

- А открыть проход в соседний мир не бутерброды наколдовать, – встрял Агос.

- А как же ваш малолетний вундеркинд? Ведь вы сами говорили, что у него невероятные возможности. Пусть проход откроет он.

- Это совершенно исключено. Ведь ты ещё не знаешь главного. Около трёх месяцев назад сюда смогли пройти пятнадцать молодых магистров. Они пришли за ребёнком.

- Подождите, с чего вы решили, что они враги? Да за пятнадцать лет всё могло десять раз измениться! Может их послал ваш этот Сель..и..уп, ну в общем старший?

- Почему за пятнадцать? В нашем мире прошло месяца два-три, не больше. В разных мирах не только энергия, но и время разное.

- Вот я смотрю на тебя и тихо удивляюсь, - вмешался Фараз. – Как может умная женщина делать такие нелепые предположения. По-твоему мы сами себя в камеру посадили? А твои подданные, которых ты здесь разыскиваешь, просто пошли прогуляться? А…

- Уловила твою логику, полностью согласна, потому что этот огненный шар тоже явно не сам сюда прикатился.

По проходу, по которому мы пришли, катился здоровенный огненный шар, прямо на нас. Конечно, мы сидели так, чтоб следить, нет ли погони и, конечно, мы совершенно об этом забыли. Я кувыркнулась через спину, чтоб уйти с линии огня, а вот мои старички так и остались сидеть, заворожено глядя, как на них постепенно накатывает огненный пипец. Единственное что я успевала сделать, это отбросить их к стене воздушной волной. Мне надо было сдвинуть восемь человек, быстро и сразу, так что волну я послала от души, лишь в последний момент, подумав, что, возможно, вместо того чтоб сгореть, пенсионеры расплющатся. Но они даже не крякнули! Когда огонь взорвался у противоположной стены, они дружно подпрыгнули, крикнули мне «Бежим!» и устремились в почти не заметный ход.

11

Мы вышли на склон горы.

- Бесполезно, они сейчас нас догонят.

- Ну, это вряд ли, - вредно усмехнулась я. Развернулась и наглухо замуровала выход. – А теперь старики-разбойники, не подскажите ли где здесь ближайший вход?

- Ты что хочешь вернуться?

- Фараз, вот я на тебя смотрю и тихо удивляюсь, как может такой умный мужик задавать такие глупые вопросы?

- Надо же, запомнила! – Криар хохотал. – Получи брат обратку!

- Объясняю всем кому не ясно. Да, я собираюсь обратно и как можно быстрее. Во-первых, найти нас на поверхности легче, чем внизу. Во-вторых, там мои ребята и надо их вытащить…

- Если они ещё живы. – Кавот явно не хотел смотреть мне в глаза.

- Что-что?! Что ты хочешь этим сказать?!!!

- А то и говорю. Ты видела их силу? Не интересно, откуда такая мощь? Я могу просветить! Единственное где молодой маг на чуждой ему земле может взять такую энергию это КРОВЬ!!! Да, твои единоземцы были захвачены с одной целью, забрать их кровь.

- Забрать… и что? – Кажется, от подобных заявлений я тупею.

- Да-да, ты поняла правильно, забрать и выпить. – Кажется, Кавоту было не менее тяжело всё это говорить, чем мне слушать. После последних слов он ещё больше постарел.

Примерно минуту я молчала, опустив голову. Меня не перебивали.

- Значится так. Внутрь идти всё равно надо, даже если мои ребята мертвы, там ваш мальчик. И я обещаю помочь вам его спасти и переправить на родину. Но прошу и вас помочь мне. Я знаю о шестерых пропавших, но, скорее всего их гораздо больше. Склонна считать, что существует огромная вероятность того, что кто-то выжил. Кроме того, как говорят на моей родине, я не злопамятная, просто очень злая и имею хорошую память, а значит, собираюсь представить счёт вашей бунтующей молодёжи, за каждую каплю высосанной ими крови. Итак?

- Мы поможем тебе!

Внутрь мы попали не только быстро, но и в нужном месте. Оказывается, те камеры, в которых содержали нас, были для особых пленников. Расхожий материал держали под рукой, чтоб каждый раз далеко не бегать. Практичные, засунуть их всех ничам под хвост.

Первого пленника мы нашли уже через пять минут, после того как оказались внутри. Но тут вышла некоторая неуклюжесть, им оказался огромный рилан. Риланы это что-то вроде наших грифонов, то есть тело льва, крылья орла. Только у риланов ещё и голова волчья, да и крупнее раза в полтора. Умны как восьмидесятилетний профессор университета. Я и среди людей таких редко встречала. Но на всей земле Дарвая вы не найдёте народа более, как бы помягче выразиться, негостеприимный. Да, многие у нас воевали с соседями из-за территорий, но риланы уничтожали(!) даже тех, кто случайно(!) попадал на земли, которые они считали своими. Я лишь однажды разговаривала и риланами, хватило по-горлышко. Всё общение можно свести к тому, что меня «попросили» НИКОГДА больше не приходить на их землю. Тогда я подумала, что в этом нет ничего страшного, что как только им понадобиться моя помощь они придут сами. А вот хрен мне! У них должен был случиться обвал (они живут в горах). Я знала, и они это знали. И что, они пришли, попросили? Нет! Обвал случился, множество и малышей и взрослых было ранено и ни гу-гу. И вот сейчас, когда этот рилан пропал никто и ничего. А к чему я это всё? Как мне его спасать, если он этого не хочет. Он же меня хрусь и нету. Но я всё-таки пошла.

К счастью соседняя камера пустовала, так что я использовала проверенный способ, разрушила боковую стену, чтоб не поднимать тревогу раньше времени. Рилан лежал, закрыв глаза, я тихо погладила ему нос. Он сразу очнулся. Сначала я думала, что эта минута станет последней в моей жизни, такая ярость полыхала в его глазах. А потом он узнал меня.

- Зачем ты пришла?

- Я, знаешь ли, плохо воспитана, поэтому прихожу в гости без приглашения. И вообще мне делать нечего, дай думаю спасу кого-нибудь. Вот ты попался, придётся спасать тебя, ты уж извини. – Рилан засмеялся, тихо, но от души.

- А выбора нет?

- Никакого. Это я тебе как правительница заявляю.

- Ладно, спасай, что с тобой сделаешь.

- Тогда пошли. Нужно спасти ещё кого-нибудь, а то одного спасать для меня как-то не солидно.

- Договорились.

Когда мы выбрались из камеры, магистры смотрели на меня так, словно у меня рога, хвост и ангельские крылья одновременно. Но на знакомства и другие разговоры времени не было совершенно.

- Значит так, ребята, я дико извиняюсь, но общаться будем потом.

- Ты правда плохо воспитана.

- Я предупредила, я не соврала, а это уже немало!

- Согласны! – сказали все. И я поняла, что общий язык найден.

А вот дальше так легко не проскочило. Начнём с того, что следующие шесть камер, в которых обнаружились пленники, шли подряд, причём в таком месте, где я не могла рушить стены, рухнул бы весь потолок. Открывай я камеры одну за другой, успеют набежать тюремщики. Внимательнейшим образом прочувствовав заклятье запирающее камеры, я пришла к неутешительному выводу, одновременно смогу открыть не больше двух.

- Парни, нужна ваша помощь. Сможете открыть вот эти четыре дверки одновременно со мной. Вот эти две я беру на себя.

- Хоть и трудно, но думается да, сможем.

- Тогда не будем тянуть кота за… неважно. Поехали!

Нет, этим старикам определённо нужно памятник поставить. Я в их годы самостоятельно, скорее всего, смогу только утку у медсестры попросить, да и то если не впаду в полный маразм. А эти вон бегают даже, Фараз вообще смотрит на меня как кот на сметану, облизывается, ходит кругами и улыбается, извращенец. Но, в общем, молодцы.

Когда заклятье сняли, камни рухнули и подняли дикий грохот. Надо было срочно уходить отсюда. Мы, не сговариваясь, бросились помогать освобождённым выбраться, ходить могли далеко не все. В том числе и Ксон, самый молодой мой дружинник-кентавр. Лондарниэль тоже был здесь. К счастью живой.

- Лон, ты можешь идти? Надо осмотреть остальные камеры, не оставили ли кого, и бежать.

- Нет, дальше я тебя не пущу!

- Что значит не пущу?! – Что-то в его голосе мне очень не понравилось. Я вырвалась из слабого захвата его рук. Если б он был в полной силе, мне это не удалось, а так…

Сколько я пробежала не знаю везде пустые камеры. А потом начался кошмар. Одна, вторая, третья, четвертая и тела, тела, тела. Мёртвые тела моих людей и зверей. Кое-где распотрошённые. Молодая эльфийка с вырезанным сердцем, кентавр, больше похожий на египетскую мумию, кису, с которого даже срезали куски мяса. Нет, я не плакала и не билась в истерике, я стояла и смотрела.

И запоминала. Подошёл Лон и тихонько взял меня за руку, чтоб увести. Потом рилан крыльями закрыл от меня этот пир смерти. Дальше по коридору стояли магистры, они не подошли ближе, чтоб не нарушить мою скорбь, но они её видели, понимали и разделяли. Да, надо идти, нужно думать о живых. Сзади что-то тихо вздохнуло и я так резко вырвалась, что от крыльев рилана полетели перья. Камера напротив. Труп волчицы в круге света, падающего из дыры в стене. Тело совершенно обескровлено и лежит давно, это видно. А рядом семь трупиков поменьше, они просто не выжили без материнского молока и тепла. За что отдали свою жизнь эти семь, даже не увидевших свет, малышей? Ради какой великой цели? Да разве нужна ТАКАЯ цель? Снова тихий вздох. Нет!!! Не семь мёртвых щенков! Не семь, а только шесть! Один, белый как снег, был ещё жив. Но я никак не могла услышать его дыхание, слишком тихий звук. Так может это вздохнул сам Дарвай, восхищаясь этим слабым малышом с таким сильным желанием жить? Я кинулась и подхватила щенка на руки. Он не скулил, а только тихо стал посапывать, почувствовав незнакомое тепло.

- Не бойся маленький, теперь с тобой всё будет хорошо, а поедим мы с тобой немного попозже. – Я засунула пушистый комочек за пазуху. – Уходите, живо! Билор, где ваш мальчик?

- Всё в порядке, он в другой части пещер. – Он понял меня сразу.

- Тогда бегите туда, я догоню вас.

- Иста, а ты?!!! – Похоже Лон принял меня за самоубийцу, так он заголосил.

- Идём, она просто хочет их похоронить.

Я позволила себе ещё полминуты на прощание. Представители всех народов Дарвая останутся здесь в одной могиле, вот такое объединение племён. Уверена, что каждый отныне, прежде чем поднять оружие или коготь и клык на своего соседа подумает о том, что его брат лежит здесь рядом с братом врага. А забыть не получится. Как соринка в глазу будет сидеть воспоминание, и гнать невольную скупую слезу.

Свод рухнул, как только я разрушила несколько простенков между камерами. Тёплый комочек завозился за пазухой. Придётся потерпеть, малыш. Своих я догнала через десять минут.

12

- И что это значит? – Мы стояли в тупике, проплутав по подземным коридорам около часа. – Только не говорите мне, что вы заблудились.

- Нет, конечно. – Тамин был спокоен, как всегда. – За этой стеной в специально защищённой пещере и находится наш малыш.

- Так открывайте, чего стоите.

- Мы не можем. Охранное заклятье штука крепкая, тут нужна сила.

- А как же вы раньше открывали?

- Так мы ни разу и не открывали.

- Подожди, Тамин, как это не открывали? За пятнадцать лет ни разу? А что же он там ест, пьёт, ну и всё остальное?

- Ему это не надо. Он спит.

- Пятнадцать лет?

- Уж тебе ли удивляться, у вас вон принцессы столетиями дрыхнут и ничего. – И Ютал хитро на меня прищурился, но приложил палец к губам. То ли намекая на сохранение тайны, то ли с просьбой отсрочить объяснения. Одно ясно точно, в моём мире он был. Это что же получается, а?

Разрушать заклятие, наложенное восемью магистрами, оказалось самым сложным из всего, что до сих пор мне приходилось делать. Пятнадцать лет назад магистры определённо были в хорошей форме. Пришлось действовать по принципу веника, то есть ломать не всё заклятие целиком (это было невозможно), а разобрав на составляющие части. Возилась я больше часа, но справилась. И ни кому из нас даже в голову не пришло, что по идее нас давно должны были догнать.

На самом деле нас давно догнали. Но разумно решили подождать, пока мы откроем им тайник, так как самим ни найти, ни открыть его до сих пор не удалось. Атаковали нас, как только я открыла проход. У меня даже не было времени взглянуть куда, пришлось прикрывать остальных. Десяток молодых магистров метали в меня всякую дрянь со скоростью  машинки для метания теннисных мячей. Сначала я просто отбивалась, и хотела уже хорошенько им ответить, но кто-то шепнул, прямо в ухо, что все уже внутри. Не мудрствуя лукаво, я обрушила часть потолка, и между мной и прыткой молодёжью оказался завал на трое суток ударных магиработ. Теперь можно было спокойно удалиться и посмотреть на будущего короля, а кстати:

- Слушай, Агос (оказывается, это он сообщил мне, что остальные в безопасности), а как называется ваша родина?

- Если сейчас это так важно, то планета Шадан, королевство Шаданимар.

- Попробую догадаться, Шаданимар, означает центр Шадана?

- Ты очень догадлива.

- Да, я такая. Ладно, давай посмотрим на будущего короля.

Пещера была внушительная. В ней свободно мог уместиться приличный стадион. Было даже небольшое озеро. Мне жутко хотелось прилечь и хоть немного отдохнуть, но пока это не представлялось возможным.

- Лон, помоги нашим устроиться. Билор, Кавот, Фараз, попробуйте подлечить раненых, и не мешает их покормить, если есть чем. Тамин, Родан, где ваш принц крови, надо его будить. Будем надеяться, что мальчик уже что-то понимает в магии и поможет и вам вернуться, и нам разобраться с вашими трудновоспитуемыми подростками. Почему я ни разу не придала значения тому, как ехидно похихикивает Ютал, когда я говорю мальчик, малыш или ребёнок. Повнимательнее надо быть, повнимательней.

Мы стояли у дальней стены, возле кровати будущего короля, которая, если честно, была больше похожа на корыто.

- Это кто? Это ваш мальчик? Вернее, ВОТ ЭТО мальчик? Ему же лет двадцать. – Передо мной лежал юноша. Очень милое лицо обрамляли золотые кудри, рост под два метра. Почему-то я была уверена, что глаза у него серые.

- Но ведь прошло время. Чему тут удивляться?

- А сразу предупредить нельзя было? Ладно. И как его будить?

- Мы не знаем. Заклятье сна накладывал Сельфанитрадиуп, лично.

- Весело. Значит, помощи ждать неоткуда. Надо пораскинуть мозгами, что мы можем предпринять в такой патовой ситуации.

Я привалилась к стене и вытянула ноги. Всё тело ныло. Ничего страшного, обычная отдача после частого использования сил. А если учесть какой вообще получился сегодняшний день, то удивительным можно считать что я до сих пор не развалилась на части. Измученные, избитые дарвайцы быстро засыпали, а мне не спалось совсем. Тамин принёс мне уже знакомый бутерброд и сел рядом.

- Не спится?

- Слишком много вопросов.

- Например?

- Например, как крали моих подданных? Почему я узнала об этом так поздно? Как открыть проход в ваш мир, чтоб вы могли уйти и разбудить вашего, гм, мальчика.

- С первыми двумя я, пожалуй, смогу тебе помочь. Их крали с помощью луча путешествий. Есть у нас такой магический прибор. Что-то вроде тарелки. Человек становиться на неё, произносит слово и называет место, куда хочет попасть. Через несколько секунд он там. Видимо им удалось как-то переделать луч и теперь он не отправляет, а забирает пассажиров по каким-то определённым признакам. Кстати сбили тебя, скорее всего, тоже им. Как ты только жива осталась? Сначала, видимо они крали всех подряд, а потом переключились исключительно на разумных существ. Видимо их кровь более сильная. Вот тогда это и стало заметно.

- Спасибо за объяснения. Ну а как разбудить спящего принца, не подскажешь?

- А вот это нет. Да ты вроде в подсказках и не нуждаешься. Ютал говорил, что в твоём мире это обычное дело. Значит, ты должна знать, как будить.

- Много твой Ютал понимает! У нас очарованные принцы, спящие красавицы, магия там всякая, это сказки! Люди ни с чем таким по-настоящему никогда не сталкивались!

- А вот тут ты не права! – Ага, Ютал подкрался незаметно. – Ты видимо невнимательно слушала, когда Тамин говорил тебе, что все люди обладают магией. Он ведь не сказал что нашего мира.

- Ты имеешь ввиду, что он имел ввиду…тьфу-ты…он говорил о людях вообще?

- Именно. Скорее всего, и в вашем мире раньше магия стояла довольно высоко. Потом началось тоже, что и у нас, начали использовать технику. Зачем десять лет учиться летать, когда можно за месяц построить самолёт. А когда магия отошла на второй план, о ней стали рассказывать бабушки внукам. Магия исчезла, а истории превратились в сказки. Так что давай, буди принца.

- Вы предлагаете мне его поцеловать?

- А что? По-моему он очень даже симпатичный, хотя конечно вкусы у всех разные, кому-то больше эльфы нравятся.

- Ты на что это намекаешь? Хотя, если честно, у нас были некоторые отношения. Но ничего серьёзного! Понял?!

- Понял, чего тут непонятного. Ну, пошли будить нашего «мальчика»?

13

- Он тебя не укусит.

- Ютал, отвали. Можно подумать, что я каждый день с принцами целуюсь.

- Но целовалась ведь. Лон же вроде принц.

- Я сказала, отвали. И отвернитесь оба.

- Надо же какие мы стеснительные. Что тут такого, что и посмотреть нельзя.

- Слушай, ты, престарелый извращенец, или ты сейчас отвернёшься, или будешь сам его целовать.

- А без оскорблений можно? Всю дорогу то стариком, то пенсионером, то вот престарелым называешь. Ты думаешь, что если мы молчим, то так и надо?

- А как тебя прикажешь, молодым человеком называть, что ли?

Ютал, смотрел на меня странно. Тамин вдруг начал зажимать себе рот, давясь хохотом, но, боясь всех разбудить. Через секунду то же стало твориться и с Юталом. Они корчились, давились, слёзы текли из глаз, но остановиться не могли.

- Эй, вы чего? – Но ответить мне было некому. Вертикальный брейк продолжался, собираясь перейти в горизонтальный. Первый взял себя в руки Тамин.

- Ты не наблюдательна. Разве мы двигаемся как старые люди?

- Нет. И я это заметила, но на вид вам лет по сто пятьдесят. А разве нет?

- На вид да. В сущности, гораздо больше. А если учесть что магисила позволяет нам жить как минимум в десять раз дольше обычного человека, то мы все ещё довольно молоды. Например, Юталу всего двести семьдесят.

- Это по-нашему получается где-то двадцать семь? Но на вид…

- Причём здесь вид? – Ютал обиженно нахмурился. – На Шадане я бы выглядел не хуже него, – он ткнул пальцем в спящего юношу. – А может и лучше! Вот вернусь домой, сама увидишь!

- Между прочим, ты сказала «по-нашему», а это не верно. Ты ведь тоже обладаешь силой, значит, и стареть будешь так, как мы. – Добавил Тамин.

- Слушай, давай уже буди, потом будем выяснять проблемы старения у магически грамотных слоёв населения. – Не выдержал Ютал.

Губы у юноши оказались мягкими и тёплыми. Ничего странного в этом, разумеется, не было, он ведь живой, но мне почему-то представлялось, что они непременно будут холодными. Тамин и Ютал стояли рядом и деликатно смотрели в стену. Я поняла, что побудка удалась, когда почувствовала ответный поцелуй. Отскочив как ошпаренная, я сделала вид, что ничего не произошло. Кого я пыталась провести? Даже мне было видно, какая я красная. Если бы магистры обратили своё внимание на меня, то я просто сгорела со стыда, но им было не до этого. Они во все глаза смотрели на пробуждённого, который, несколько неуклюже, выбрался из своей люльки. Юноша обвел взглядом нас троих, остановился на мне, сделал шаг вперёд и опустился на колено. Первая мысль у меня мелькнула, что ему стало плохо. В моём мире становиться перед женщиной на колени и целовать ей руку уже давно не принято, это считается архаизмом. Равноправие, феминизм и шовинизм это сколько угодно. А вот встать на колени перед женщиной, просто потому, что она женщина, этого вы не дождётесь. В общем, я просто обалдела.

- Э…а…как тебя зовут? – В тот момент я даже не задумалась, на сколько глупый вопрос я задала. Откуда он мог знать, как его зовут, если он всю жизнь пролежал здесь под заклятьем. И в каком свете я выставила себя? Хороша девушка, которая целуется с парнем, даже не зная его имени? И вот тут меня ожидал второй сюрприз.

- Я Садиррегодаван, сын Миропритраграна, внук Фримуксадлираза…

- Он внук Фараза. – Заговорил, наконец, Тамин. – Если бы не это, мы бы вряд ли смогли его вычислить.

- Назови мне своё имя, моя королева, чтоб я знал, кому отныне принадлежат мои мечты и моя жизнь.

Я никогда не слышала ничего подобного, разве что в кино. Но там это не звучало так откровенно и не предназначалось мне. Можете представить, что я чувствовала? Поверьте, не можете. Даже приблизительно. Тамин и Ютал поняли мой ступор по-своему.

- Не удивляйся, у него наследственная память, поэтому он и говорить умеет, и знает свой род, и ведёт себя как мужчина.

Да, если бы хоть один мужчина вёл себя подобным образом в моём мире, то ему, или поставили бы памятник все женщины планеты, или упекли бы в психушку.

- А откуда он знает, что я королева?

- Ты не поняла. Он имел ввиду, что ты ЕГО королева. В том смысле, что ты можешь быть хоть прачкой или уборщицей в дешёвом трактире, но для него ты королева. А теперь давай я тебя всё-таки представлю.

- Познакомься, Садан, твоя спасительница, Истариед, Правительница Дарвая.

14

Я отошла и присела в стороне, чтоб хоть немного отдохнуть. Садан остался разговаривать с магистрами. Но они тоже были изрядно измотаны, поэтому уже через полчаса оба спали. А мне вот никак не спалось, за стеной чувствовалась вибрация магии, там явно не собирались отдыхать и усердно пробирались к нам.

Садан обошёл всех спящих, присмотрелся к осунувшимся лицам, к израненным телам и присел рядом со мной.

- Кто сотворил это зверство с твоими подданными, госпожа?

- Давай без этого «госпожа», зови меня Иста. А сделали это твои соотечественники, им нужны были силы, чтоб добраться до тебя. Это те, кто выжил. И вдвое больше останутся здесь навсегда.

- Но это немыслимо, на моей земле нет войн!

- Теперь есть. Слышишь, за стеной возня? Это как раз кое-кто из них пытается до нас добраться. Сволочи, а я думала, что прилично завалила проход. Мочить таких надо в сортире! О, а это идея! – Я достала из-за пазухи спящего щенка и передала юноше. – Ну-ка подержи.

- Подожди, что ты собираешься делать?

- Я собираюсь устроить нашим «друзьям» принудительный банный день!

- Если я правильно понял, ты хочешь затопить остров. Это потребует огромных сил, я, конечно, не сомневаюсь, что они у тебя есть, но, наверное, будет лучше, ты не подумай…

- А если по существу?

- Позволь мне помочь, поддержать тебя.

- Согласна.

Садан отнёс щенка под бок к спящему рилану. Потом встал у меня за спиной, положил руки поверх моих, а подбородок на макушку и замер. От него шло мягкое тепло. И то, как он почти обнимал меня, было очень приятно. Ой-ё-ё! О чём это я думаю, ему сколько? Пятнадцать? Шестнадцать? Да в моём мире мне бы за него дали больше, чем за угон самолёта! Так, надо дело делать, а не о принцах думать, я всё-таки Правительница, а не погулять вышла.

- Садан, ты случайно не знаешь, сколько магистр может продержаться без воздуха?

- Нет, в моей памяти таких знаний почему-то нет.

- Значит, будем держать воду в тоннелях, пока хватит сил, а там как получится. – За стеной раздался взрыв. – Пора. Начали!

В себя я пришла на полу, головой на коленях Тамина. Шея ныла, тело казалось ватным и плохо слушалось. Я попыталась подняться, на меня зашикали и громче всех Фараз.

- А ну не дёргайся! Это надо было додуматься, затевать такую авантюру, никого не предупредив. Хорошо еще, что Агос проснулся первым, всё сразу понял и не позволил никому вас отвлекать. А если бы кто-то из дарвайцев? Прерванная магия так  шарахнула бы, костей бы никто не собрал!

- Получилось?

- Не знаю. Садан никого не чувствует, но возможны варианты. Они могли поставить защиту, отойти подальше, чтоб их не было слышно, вообще вернуться на Шадан за подкреплением.

- Сколько мы их продержали?

- Около трёх часов.

- А сколько прошло после этого?

- Минут двадцать.

- Значит так. – Я всё же поднялась. – Нужно срочно уходить, пока есть возможность. Если они всё-таки живы, то здесь они нас достанут, рано или поздно. Пока соберёмся, вода как раз уйдёт. Поднимайте людей. Надо будет ещё проверить тоннели. Магистры, этим придётся заняться вам, вы здесь знаете каждый камень.

Путь наружу занял почти три часа. Все магистры, кроме Кавота, который сопровождал нас, отправились проверять тоннели. Садан мысленно держал с ними связь, чтоб, в случае чего, мы могли придти на помощь. Сначала нам пришлось зайти в пещеры, где раньше жили наши новые друзья, а последнее время враги. Нужно было во что-то приодеть гнома (из четырёх похищенных выжил только один), принца Лона и двух молодых эльфиек (трое из восьми). До сих пор они красовались лишь в набедренных повязках (Криар пожертвовал свою водолазку). И стоило поискать моё оружие, в борьбе с магами оно вряд ли пригодиться, но в обычной схватке не раз спасало жизнь. Кроме того, я подозревала, что гномы второй раз клинок для меня ковать не станут, несмотря на все мои заслуги. Да и раненные, хоть их и подлечили, но они были ещё очень слабы.

Магистров мы дождались на берегу, обыск ничего не дал, никаких следов молодых кровопийц.

- Нам совершенно необходимо знать, где эти вампиры-недоучки. Нельзя позволить им застать нас врасплох, или ударить в спину. Попробую найти их сверху.

- Что ты собираешься делать? – Лондарниэль схватил меня за руку.

- Собираюсь немного полетать.

- А если тебя снова собьют? У нас же нет гарантии, что враги из тоннелей ушли, вдруг они их просто не заметили?

- Лон, что с тобой? Во-первых, я доверяю ребятам (назвать магистров стариками уже не поворачивался язык), когда они говорят что в тоннелях никого нет. А во-вторых…

- А во-вторых, мы полетим вдвоём и будем друг друга страховать. – Садан встал рядом со мной. – Сбить лучом две цели сразу невозможно в прицепе, так что не переживай.

Мы поднялись в воздух.

- Я не знала, что ты умеешь летать.

- Я и сам не знал.

- Не поняла.

- Пока ты не сказала, что полетишь, я даже не думал об этом. Но как только услышал, что такое возможно, сразу пришло чувство, что я это тоже могу. Не знаю, как это объяснить.

- Можешь не стараться. У меня было так же, я не знала ни одного языка на Дарвае, но как только слышала его, сразу начинала и понимать, и говорить сама. – Мы методично прочёсывали остров метр за метром.

- Скажи, а что дают в твоём мире за угон самолёта? У нас за кражу строго наказывают.

- Ты это о чём?

- Ну, там, в пещере, когда мы собирались затопить тоннели, ты подумала «дадут больше, чем за угон самолёта». Так вот я и спрашиваю, что дают?

- Срок дают. Тюремного заключения. Как и за… эй, ты что, читаешь мысли?

- Только при таком тесном контакте, который был у нас. – Садан явно подсмеивался, в глазах прыгали бесенята.

- Ах, ты ёшкин кот! – От негодования, охватившего меня, в руке сам собой появился огненный шарик, которым я прицельно запустила в своего обидчика. Конечно, он его с лёгкостью поймал.

- Отличный выстрел. – Юноша вдруг посерьёзнел. – Не сердись. И прости, если обидел. Просто тогда мы были одним целым, так что по-другому и быть не могло. И для меня очень важно, что ты думала обо мне как о мужчине, а не как о случайно встреченном попутчике, с которым расстанешься, и больше не вспомнишь, потому что я…

- Смотри, вот они! - На самом дальнем конце острова стояла группа людей. – Что они делают?

- Открывают проход. Видимо именно там точка контакта между нашими мирами. – Мы зависли в воздухе и следили до тех пор, пока последний не исчез в дрожащем мареве.

- Возвращаемся.

15

- Вам надо срочно уходить, пока они там не опомнились и не устроили вам «тёплую встречу».

- А как же вы, мы не можем оставить вас вот так.

- Единственное что сейчас приходит в голову, так это возможность воспользоваться вашим лучом.

- К сожалению это исключено. Агос уже смотрел его. Он сделан как ловушка. Поймать и доставить на место он может, но отправить нет.

- Всё равно уходите. Мы что-нибудь придумаем. И, пожалуйста, не дайте этим гадам снова здесь появиться.

- Я обещаю. – Вперёд вышел Садан. – И ещё, - он обернулся с немой просьбой и нас оставили наедине, - я не успел тебе сказать, там, в небе…

- Не надо. Я тоже иногда умею читать мысли. Но мы принадлежим разным мирам. Так что давай не будем говорить друг другу о том, чему не суждено случиться.

Провожать гостей пошла я одна. Магистры ушли вперёд, мы с Саданом молча брели следом. Конечно, нам было, что сказать друг другу, но в данном случае молчание было красноречивее слов. Когда мы добрались до места, он вновь опустился передо мной на колено.

- Я, Садиррегодаван, призывая в свидетели небо, землю, воду, огонь и людей клянусь силой данной мне при рождении, что буду защищать эту землю и всех существ, обитающих на ней, как свою собственную.

- Ого, - не сдержался Ютал. На него цыкнули со всех сторон.

- И ещё. Я уверен, мы обязательно увидимся. Слово короля.

- Ты так уверен, что станешь им?

- Да. И абсолютно точно знаю, кто будет моей королевой. – Садан легко коснулся губами моей руки. – А теперь извини, но мне надо помочь открыть проход.

Рядом со мной остался только один из магистров. Молчание было невыносимым.

- Знаешь, Тамин, я видела, как эти моральные уроды открывали проход. Никаких спецэффектов, молний, там, грохота, просто воздух слегка дрожал, как над костром.

- Да. В мире, если задуматься, вообще всё просто. Это люди любят всё усложнять. Если намёк получился слишком прозрачным, то я уточню. Я сейчас говорю про тебя и Садана. Ты всё усложняешь. Мне триста двадцать семь лет, я знаю что говорю.

- Ничего я не усложняю, он же ещё ребёнок.

- Ну, я бы так не сказал, двадцать два, это уже вполне зрелый молодой человек.

- Как двадцать два?! Вы же говорили, что прожили здесь пятнадцать лет!

- Ты за кого нас принимаешь? По-твоему мы оторвали бы малыша от материнской груди?

- Значит, двадцать два. Нет, всё равно, мы из разных миров.

- И что? Да с вашими способностями можно жить в десяти мирах сразу.

- Иста, иди сюда, мы хотим тебе кое-что показать, - позвал меня Фараз. – Мы думаем, что тебе надо знать, как открывается проход. Твоих сил вполне хватит, чтоб открыть его самостоятельно, если понадобиться.

- А это что? – Я сразу заметила у каждого в руках небольшую красную таблетку.

- Это концентрированная сила. Так сказать, неприкосновенный запас на крайний случай.

И вот тут меня ждало самое большое потрясение. Магистры проглотили свои пилюли и… Оп-ля. Передо мной уже стояло восемь очень красивых, молодых, сильных юношей, каждый из которых спокойно мог выиграть конкурс на звание «Самый Красивый Мужчина на Земле». Хорошо хоть одежда у них разного цвета, иначе я никак бы не отгадала, кто из них кто.

- Надеюсь, теперь ты перестанешь называть нас стариками? – Ютал откровенно веселился, видя мой шок.

- Хватит веселиться. Иста, смотри внимательно и запоминай. – Агос был сосредоточен, как хирург перед операцией.

Один за другим они исчезали в дрожащем мареве прохода. Каждый подходил и прощался со мной. Когда именно уходил Садан, я не заметила, заставила себя не заметить. В глазах стояли слёзы, скрывать их у меня  уже не было сил. Последним подошёл Ютал.

- Знаешь, а  с короткими именами действительно проще. А то пока выговоришь….

часть 3. Битва на чужом поле

Если ты думаешь, что творящееся

где-то зло тебя не коснётся,

не обольщайся…

Зачастую, у него очень длинные руки.

1

Зверь оскалился, зарычал и прыгнул. От мощного удара лапами в грудь я упала. Клыки блеснули в свете заката. Ну нет, опять…. Тёплый, шершавый язык прошёлся по моему лицу.

- Белый, перестань! Почему тебе обязательно надо меня слюнявить? Лучше бы об ужине позаботился. – Волк ещё раз лизнул меня и скрылся в кустах. Он у меня умный, просто страсть какой, только что не разговаривает.

Пока я добралась до дому, Белый уже ждал меня с добычей, большая жирная птица лежала возле костра. Букаа называют её дихту, а по мне так обычный индюк. Я запалила огонь, общипала дичь, и пошла к озеру за глиной и лопухами. За костёр можно было не переживать, Белый сумеет за ним проследить, тем более что он лицо заинтересованное, сырое мясо на дух не переносит.

Вы никогда не замечали, как хорошо думается вечером, возле костра? Вот и я думала. В углях томилась завёрнутая в глину птица, в небо иногда взлетали маленькие искры, а я думала, что уже который ужин провожу исключительно в компании с Белым. Как, впрочем, и завтрак, и обед.

После памятных событий на единственном острове Дарвая, который траты называют «Глаз», междоусобные распри совершенно прекратились. Если какое наводнение, оползень, засуха или просто заболел кто, так это я и одна могла справиться, тут мне помощники не нужны. А дружине стало совершенно нечего делать. Постепенно все они разбрелись по домам, и я осталась одна. Конечно, они меня навещают, но очень редко.

Белый лежал, положив голову на передние лапы и тоже о чём-то думал. Прошёл уже год, слепой щенок вымахал в матёрого волка, заботились о нём все, но признавал он меня одну. Позволял даже некоторую фамильярность, типа подёргивания за ухо или трёпки за шкирку. С остальными держался подчёркнуто-официально, как на дипломатическом приёме, мол, я, конечно, вас уважаю, благодарен за заботу, но не соизволите ли вы не тянуть ко мне свои руки (крылья, лапы). Думаю, он прекрасно помнит, как приехал на большую землю у меня за пазухой. Он тогда был размером с котёнка, голодный, замученный, но ни разу не заскулил, как сейчас помню…. Нет, иначе разревусь. Я зашла в дом и вынесла шкуру саджо, подарок риланов, (саджо, что-то среднее между мамонтом и белым медведем, водятся только в их горах), расстелила её возле Белого и легла, положив голову ему на спину.

- Знаешь, надо на днях тратов навестить, у нас соль заканчивается. Можно будет какими-нибудь устрицами разжиться, или рыбой, давно ничего морского не было. – Белый согласно вздохнул.

Дихту будет готова примерно через час, пока можно просто посмотреть на звёзды, большие белые звёзды Дарвая, так похожие на святящиеся цветы. Купол неба раскинулся надо мной махровым покрывалом. Когда видишь такую красоту, хочется думать стихами. Что-нибудь, вроде

Панбархатное небо надо мной,

Раскинувши привольно руки-крылья

Укутало спокойной синевой

Дневных забот простое изобилье.

Прекрасных снов седая пелена

Шлёт отдых. Перед новым пробужденьем

Появится хозяйка снов – Луна…

Ответствовать коленопреклоненьем

Ей хочется, её узрев полёт

Над призрачной Батыевой Дорогой,

Путём над Млечным,

Над Тропою Душ надвременной,

Зовущей нас, манящей, бесконечной….

Да, сегодня как-то не очень получается, настроение явно не то, тоска какая-то из нутрии сосёт. Жаль, что уже несколько дней на этом синем бархате не появлялась прекрасная золотисто-зелёная жемчужина, моя тёзка, Истариед. На языках Дарвая это означает «Та, что освещает путь во тьме». К сожалению, моя небесная подруга появляется не всегда, луна здесь блуждающая. Вот уже несколько дней, как её не было видно, и я соскучилась. А ещё стало тревожно. Отсутствие луны столь продолжительный отрезок времени говорит о том, что что-то не в порядке на вверенной мне территории. Когда на Дарвае шли междоусобные войны, её вообще несколько лет никто не видел. После моего призвания и назначения она появлялась довольно регулярно, а то вдруг исчезла. Надо будет отправиться в небольшое прогулочно-ревизионное путешествие, разузнать, не случилось ли чего.

Кажется, я задремала. Очнулась от того, что Белый глухо заворчал. Это было предупреждение для меня, что идут гости. Если бы шёл чужой, он не стал никого предупреждать, просто метнулся белой молнией и не завидую я тому чужому. Помнится от  троих ничей, решивших мною закусить, мало что осталось. Я встала. Интересно, кто это решил меня осчастливить визитом, и как раз под ужин.

Из серебряного леса, переговариваясь, вышли кентавры и принц Лондарниэль. Вот уж действительно осчастливили, без всякого переносного смысла. Я завизжала от переполнявших меня чувств, прыгнула через костёр и помчалась на встречу друзьям. Краем глаза успела заметить, как Белый демонстративно отвернулся, такое поведение он считал недопустимым вообще, и для Правительницы в частности.

Мы расположились у костра с обычными разговорами. Делились новостями, интересовались жизнью друзей и знакомых, смеялись и шутили. Кены принесли чудное мясо, маринованное в соке плодов дерева бзен. Это очень интересное дерево. Дело в том, что на вид совершенно не возможно определить, когда плоды поспели. Желтовато-зелёные как снаружи, так и внутри, формой напоминающие грушу, они пока зелёные жутко вяжут. До такой степени, что укусивший примерно сутки вообще не сможет двинуть челюстью, хоть все зубы ему повыдёргивай, ничего не почувствует. Во второй стадии поспевания плоды становятся ядовитыми, несколько капель сока способны парализовать человека на несколько дней. И только полностью созрев, они становятся съедобными. Естественно, при таких условиях определять степень спелости «на зуб» не рекомендуется. Но кентавры нашли свой способ. Они стучат сухой палкой по стволу. Обычно ствол отзывается глуховато-ватно, а вот когда звук получается звонким, это верный признак того, что можно собирать урожай. Отсюда и название. Так вот, Кены принесли мясо, и пока оно, нанизанное на прутья, жарилось, мы с упоением общались.

Но пришлось прерваться, вернее нас прервал Белый. Он подошёл и ткнулся лбом мне в плечо.

- Белый, в чём дело? – Он не двусмысленно поднял морду вверх. – Нас что, ещё кто-то решил навестить? – Волк кивнул.

Сначала я не обратила внимания на одну деталь, и только сейчас заметила, что все пришли в полном вооружении. Потому что сейчас они дружно за него схватились.

- Дардн, Лондарниэль, вы чего? С чего это вы за оружие хвататься решили?

- Мы ведь не знаем, кто именно решил нас посетить.

- Великий Дух! Да кто это может быть! Шамшаллы или риланы, больше не кому, сиелы ночью не летают.

- Как знать. – Наставник Прим явно что-то не договаривал. Но сразу выяснить, что он имел ввиду, не получилось. К костру спикировали шалы, и встреча пошла на второй круг. Но это были не все сюрпризы на сегодняшний вечер. Следом за шалами прибыл рилан Эзо со товарищи. Потом гномы, гвартаны, букаа. Бедняга Белый устал показывать, с какой стороны следует ожидать следующих гостей. В конце концов, он не выдержал, и ушёл в дом. Не то чтобы он не любит гостей, любит, только не так много и не таких шумных. В этом случае его даже разносолами не прельстишь.

А стол получился более чем богатый, особенно если учесть что все прибывшие действовали по одному принципу «самого лучшего и побольше».  Подобной компанией мы не собирались уже год как, так что было о чём поговорить. Самой общей и интересной для всех была тема «А помните как…». Причём не только вспоминающим, но и слушающим.

- А помните, как я при первой встрече Исту пугалом назвал? – Олл веселился от души.

- Прекрасно помним. Она тогда ещё предложила дать тебе в глаз, правда не дала. Ну, ничего, и сейчас ещё не поздно. – И Трог влепил развеселившемуся принцу дружеский подзатыльник.

- Эй, ты что, думаешь, если ты старше меня в дружине так руки можно распускать? Сам лучше что ли? Вот вспомнит Лондарниэль, как ты его тогда же назвал мокрой вороной, тогда посмотрим, кто с синяками ходить будет.

- Да бросьте вы. Лучше вспомните, какое лицо было у Оеуна, когда Истариед на него наехала, тогда, в ущелье. – И дальше в том же духе.

- А когда через Ничейный лес пробивались…

- А когда разнимали букаа и паспасов…

- А как Иста гномам рудники затопила…

- А как с Шиомом первый раз встретились…

- А когда люди из другого мира стали дарвайцев похищать…. – Кто это сказал, я не заметила. В любом случае, не стоило вспоминать об этом, тем более сейчас. Зачем портить такой вечер. Но слова уже были произнесены и все их услышали. Разговор сразу прекратился, светящиеся весельем глаза затуманила боль. Лично я гнала от себя мысли о «глазе» целый год. Гнала слёзы и смерть, которые видела там. И вот одна случайно брошенная фраза заставила подняться волну воспоминаний, которая накатила и захлестнула с головой...

2

…Магистры и Садан вернулись в свой мир, а я осталась на острове, посреди замёрзшего океана, в компании восемнадцати измученных дарвайцев. И совершенно не представляя, как доставить их домой.

- Что собираешься делать? – Ко мне подошёл Эзо и прилёг рядом.

- А почему что-то делать должна именно я?

- Ты же Правительница.

- Да Правительница. Правительница, а не Великий Дух. Я не могу выстроить мост отсюда и до Дарвая. А всё что могла, уже сделала. Теперь не плохо было бы вам самим что-то предпринять, я охотно окажу посильную помощь в любом проекте спасения. А то хорошо устроились, сложили лапки-крылышки и ждут, когда их начнут спасать. По-вашему я до старости вам носы вытирать должна? Ой, извини, что-то я не то несу.

- Всё в порядке. Ты просто устала, вот и психуешь. Тебе нужно отдохнуть. Кроме того, вынужденная разлука с только что обретёнными друзьями обычно тоже не улучшает настроения. Но он, вроде, обещал вернуться?

- Знаешь, давай закроем эту тему.

- Тогда вопрос остаётся тот же, что ты собираешься делать?

- Не знаю. Ничего не приходит в голову.

- Может тебе стоит спросить совета у Отшельника?

- Не получиться, я его не слышу. Не знаю почему.

- Тогда лети к нему. Может, что и посоветует дельного.

- Исключено. Не могу же я бросить вас здесь без защиты. А если кто-нибудь пожалует? Вы ведь даже спрятаться не успеете, почти все еле-еле передвигают ноги, не говоря уже о том, что бы оказать сопротивление.

- Ты, безусловно, права. Но что-то делать всё-таки надо. Отдохни, вернёмся к этому разговору позднее. Об ужине мы сами позаботимся.

Я откинулась назад, уперев локти в тёплую землю. После разговора с риланом мне стало легче. Всё-таки хорошо, когда тебя понимают и  даже на твои закидоны смотрят сквозь пальцы, с чисто философским спокойствием. Мысли в голову лезли совсем не по теме. Интересно, почему здесь тепло, хотя кругом лёд? Надо будет не забыть спросить у Отшельника, он наверно сможет это как-то объяснить. С ужином действительно никаких проблем, всякая морская живность, привлечённая теплом, буквально сама лезет на берег, а рыбу запросто можно ловить руками прямо с берега. Надо будет дать тем, кто пойдёт за дровами свой клинок, а то с пустыми руками сильно топливом не разживёшься. Интересно, а кто-нибудь запомнил дорогу к пещерам, служившим магистрам жильём? Они нам там много чего оставили. Надо будет у гнома спросить, подземные ходы это его епархия. А отдохнуть действительно надо, почти двое суток на ногах. Пусть тебя и понимают, но так срываться на тех, кто в тебя верит, просто свинство. Кроме того, сама согласилась на эту должность, никто не заставлял. Так что уж будь добра.… Где-то на этой мысли я благополучно отключилась.

Все дни после этого можно спокойно опустить. Никто ничего не делал. Мы ели, спали и любовались пейзажем. Дарвайцы чувствовали себя как на курорте и успешно выздоравливали. Для общего восстановления сил здесь вообще идеальные условия: тепло, светло, о пропитании заботиться не надо.

Единственное что, мне пришлось повозиться с ранеными. Юные камикадзе (камикадзе потому что только самоубийца мог додуматься нападать на моих ребят и при первой же возможности я им это популярно объясню) не сильно беспокоились о качестве доставки пленников. В итоге почти у всех были серьёзные травмы: вывихи, ушибы, гематомы и трещины в костях. У шамшала вообще были переломаны оба крыла.

Самое интересное, что я была совершенно спокойна и никаких попыток к возвращению не предпринимала. Конечно, дарвайцы поглядывали на меня с беспокойным недоумением, но молчали. За что я им была крайне признательна. Потому что на уже заданный мне вопрос «что ты собираешься делать», ответ у меня был только один «ничего». И вот тут они бы меня явно не поняли. А у меня, знаете ли, интуиция.

А где-то через два месяца, потихоньку встающий на крыло шамшал Еоин, заметил на горизонте четыре приближающихся точки. Это были не кто иные как шалы из моей дружины во главе с принцем Ййоном. Те самые, что бросили меня на произвол судьбы по дороге сюда.

Радость со стороны бывших пленников была бурной и всеобщей, моих дружинников знали все. А вот прибывшие выглядели как побитые собаки, чувствуя за собой немалую вину, и куда только делась вся обычная напыщенность. В дружнем празднике я не участвовала, держалась в стороне. Ййону в любом случае нужно будет со мной поговорить, возможно, он даже захочет извиниться, а это лучше сделать без свидетелей, он всё-таки принц.

Ждать не пришлось, уже через минуту, с трудом вырвавшись из дружеских рук, четверо шалов направились ко мне. Не дойдя трёх шагов, они, как по команде, опустились на колено и положили развёрнутые крылья на землю. Да, если шамшаллы решили меня убить на повал, то у них это здорово получилось. Дело в том, что подобная поза у шалов означает клятву верности, и дают они её только своему королю, и никому больше. Даже Великий Дух не получал от них подобной. За нарушение такого обета любого шала ждёт смерть, без каких-либо смягчающих обстоятельств.

- Правительница, мы так виноваты, нет, я, я виноват перед тобой. – Ййону было трудно говорить. Для любого шамшала практически невозможно признание собственной неправоты, а уж вслух произнести подобное, это что-то из области фантастики.

- Ты ни в чём не виноват. Ты поступил так, как считал нужным. Могу даже сказать, что это действительно было правильное решение, одной мне было проще. В общем, проехали и забыли.

- Ты великодушна, но мой проступок слишком тяжек. Я предал тебя, нарушил приказ своего отца и правителя, и ещё, - Ййон покосился на стоящего в отдалении Еоина, - я бросил в беде своего. Даже смерть не искупит вины.

- Знаешь, пойдите отдохните и поешьте, путь у вас был долгий. А обратный будет ещё дольше. Поговорим после. – Трое шалов поднялись и отошли к остальным, а вот Ййон остался.

- Что-то ещё?

- Правительница, - голос принца был очень тихим, казалось, каждый звук причиняет ему боль, - я не имею на это права, но всё же прошу…

- Да говори уже.

- Позволь мне остаться в дружине.

- Конечно оставайся. Хотя, я была уверена, что ты решил покинуть дружину и вернуться в родные горы (ну язва я, язва).

- В горы мне путь заказан.

- Не поняла.

- Узнав о том, что я сделал, отец выгнал меня. Вернуться я смогу, только если сумею искупить вину. Хотя вряд ли такое можно искупить.

- Сложновато конечно, но нет ничего невозможного. Поверь, отец ещё будет тобой гордиться. А сейчас иди отдыхать.

- Вот, это передал Шиом. – На когтистой ладони Ййон протянул мне два десятка кедровых орешков. – Он сказал, что ты разберёшься.

- Угу, спасибо, конечно разберусь, иди.

Разбираться особо было не в чем, обычное плавсредство типа «плот», модель «сделай сам». У меня дом той же модели, только его «делал» сам Шиом. Нужно было просто прикопать семена, добавить немного магии, вырастить таким образом деревья и сделать из них что-нибудь плавающее. И всё, путь к спасению отрыт! Просто, как всё гениальное. Это с одной стороны. А если с другой, то до сих пор я имела дело исключительно с неживой природой, вода там, земля. С подобным садоводством была знакома только в теории. А, как известно, теория без практики мертва. Ладно, утром посмотрим, Правительница я, или погулять вышла.

Утро получилось не очень приятным. Вернее само утро-то было прекрасным. Но кому доставит удовольствие, что за его неопытными пасами, то есть попыткой вырастить хоть что-нибудь из полученных семян, наблюдают двадцать с лишним зрителей? Думаю никому. А мне прям сутра такая радость. Собрались все дружненько и наблюдают. Я их не разочаровала, пришлось, конечно, постараться, но результат получился отличный, Шиом был бы мной доволен. Наверно меня надо постоянно загонять в такие ситуации, когда отрицательный результат ну ни как не подходит, и это если мягко выразиться, тогда всё будет получаться с первого раза. Небольшая роща мачтовых сосен так прекрасно вписывалась в пейзаж, что Шишкин, несомненно, захотел бы запечатлеть её для потомков. И это стоило сделать, так как уже к вечеру этот лесок превратиться в СПС (спасательное плавсредство), не весь конечно, но гармоничность ландшафта будет явно нарушена.

В общем, так мы и добрались до дома. Отсутствие плотницких инструментов успешно компенсировал мой клинок, на крепление брёвен пошла моя же куртка. Она у меня из сиельской пряжи, а это вам не какой-нибудь лавсан, её и клинком не разрубишь. Когда плот был готов, пришлось взрывать ледяные скалы, окружающие остров, устроить, так сказать, небольшой катаклизм местного значения. А потом, почти три месяца плавания, трудного, изматывающего тело и душу, но домой, домой, домой.

И за всё это время не было дня, в который бы я не вспоминала Садана. Почему малознакомый юноша так запал мне в сердце. Он случайно встретился на моём пути, пробыл рядом всего один день, но уйдя забрал всю жизнь. Почему так? Почему я вижу его во сне каждую ночь? И просыпаюсь со слезами и улыбкой? А стоит прикрыть глаза, как издалека доносятся произнесённые, кажется целую вечность назад, слова:

- Мы ещё увидимся, моя королева, Иста…

3

- …Иста, ты меня слышишь?

- А? Что? – Голос наставника Прима вернул меня домой из страны воспоминаний.

- Я спрашивал, ничего ли ты не замечала странного?

- Вроде бы нет. А что, что-то случилось?

- Нет, ничего, всё тихо-мирно. Но все мы чувствуем какую-то тревогу, беспокойство, словно за спиной стоит невидимый враг и готовиться нанести смертельный удар. Ты его чувствуешь, а предотвратить нападение бессилен. С оружием не расстаёмся, с ним как-то спокойнее. Теперь к тебе пришли. Может, ты что-то знаешь, или у Отшельника спросишь, чего нам ждать.

- Ой, а я-то, наивная, думала, что вы просто так, в гости. Решила, что соскучились или беспокоились по-дружески, как я тут одна. – После моего язвительного замечания все потупились. Но наставника кентавров-воинов так просто с нужной дорожки не собьёшь.

- Ты, безусловно, права. Мы непозволительно мало уделяли тебе внимания и заботы последнее время. Конечно, мы виноваты, это совершенно не по-дружески. Мало того, это оскорбительно для Правительницы. Ты имеешь несомненное право обижаться и сердиться на нас, но должна и понять. Мы так долго жили во вражде, спали не раздеваясь, матери рожали детей, вглядываясь в даль, в ожидании нападения, а отцы сначала ладили малышу копьё, а уж потом игрушку. Теперь, благодаря тебе, мы понемногу учимся жить спокойно, мы увлеклись, но можно ли винить нас за это.

- Ладно, Прим, хватит патетики. Тем более что я вас ни в чём не обвиняю, обижаюсь - да, с переменным успехом борюсь с одиночеством, тоже да, но не обвиняю. Любому дружиннику нужна семья и о ней он будет заботиться в первую очередь, это понятно, просто порой мне слишком одиноко. Извините все за незаслуженный упрёк. А теперь рассказывайте, что у вас там за  непонятные предчувствия.

Мы проговорили почти до рассвета. Больше ничего к уже сказанному добавить мои гости не смогли. Просто всех без исключения тяготила беспричинная тревога. Конечно, я попыталась успокоить их, сказав, что ничего подобного не чувствую, но немного кривила душой. Чувствовать-то я чувствовала, примерно весь последний месяц настроение было хуже некуда, просто до сегодняшнего общего собрания, я квалифицировала это одиночеством и бездельем. Попыталась поговорить с Отшельником, но попытка успехом не увенчалась. Видимо, не беспокоемый мной уже довольно долго, он ушёл в такие глубокие размышления, что совершенно отключился от земного. В общем, как-то так мы и посидели. А утром…

4

А утром меня разбудил недовольный голос Отшельника:

- Иста, просыпайся немедленно! Собирайся и ко мне, через час чтоб была здесь. Надо поговорить.

- Мы и так прекрасно можем поговорить, да уже и разговариваем. Зачем мне нужно лететь к тебе? Для чего ты мне подсунул телепатию, если из-за каждого разговора нужно мотаться туда-сюда? Ну, ладно, раньше, когда я не умела ею свободно пользоваться, там понятно, приходилось. А сейчас-то зачем?

- Иста, кончай разглагольствовать, жду через час.

- Нет, за час я не успею, пожалуй…. – Но меня уже никто не слушал, мыслесвязь была прервана.

Конечно, ни за какой час я не успела. Собраться, умыться, позавтракать, потому что у Отшельника поесть не удастся, (откуда у него еда, если сам он не ест, и гостей, кроме меня не приглашает), да хотя бы заставить себя вылезти из-под одеяла занимает массу времени. Потом, Белого тоже надо накормить, он ведь по-любому за мной увяжется, без присмотра ни за что не оставит. А добираться вместе с ним я буду в три раза дольше, чем одна, он ведь летать не умеет, периодически мне придётся его нести, а он тяжёлый. Отшельник всё это знает, но говорит «через час». Ему хорошо говорить, ему, что час, что год, никакой разницы, сидит веками на одном месте, знания и мудрость накапливает. Так что я добралась где-то после обеда, ближе к вечеру, пусть скажет «спасибо», что не на другой день. А могла и через пару дней. Можно подумать, что я легкомысленная. Ничего подобного. Я Правительница и всё происходящее на Дарвае касается меня в первую очередь. Так что я не только могла, но и должна была бы и шамшаллов навестить и у гвартанов побывать. А если б стукнуло в голову устроить ничам профилактическую головомойку, то и такое желание не стоило игнорировать. Так что, то, что я добралась за полдня, можно считать рекордным временем.

Холм, на котором находился вход в обиталище Вечного Отшельника, ничуть не изменился с моего последнего посещения, а его недовольную воркотню я услышала, как только ноги коснулись земли. Куча необидных упрёков на тему «Ты заставляешь себя ждать». Ничего, пусть выговориться, он же всё время один, с кем ему разговаривать.

Проход открылся тоже обычно, никаких спецэффектов, громовых раскатов, падающих на голову камней и сверкания молний. Земля расступилась, предоставляя взору прямой коридор с закруглённым потолком высотой в два человеческих роста. Белый махнул туда первым, без всякой опаски, хотя был здесь впервые, следом вошла я, и дверь за спиной вежливо прикрыли. Темнота сразу окутала меня липкой ватой, ой Отшельник, любишь ты устраивать проверки «на вшивость», на моей ладони собрался небольшой огненный шарик, не лампа дневного света, но чтоб не врезаться лбом в стену вполне хватит. Как я не осторожничала, а начало спуска пропустила, сделала очередной шаг и провалилась.

- Отшельник, е-тить тебе некуда, почему обязательно надо каждый раз меня катать? Устроил тут луна-парк, сначала пещера ужасов, потом американские горки!

- Будешь возмущаться, назад не выпущу.

- Очень хорошо, я у тебя поживу. Никакой медитации, раздумий, познания мира. Мы с тобой поболтаем, анекдоты потравим, поиграем во что-нибудь, в города там, или имена, буриме тоже неплохо. Так что будет весело! Тебя как, на час хватит?

- Ты, между прочим, лестницу могла и сама открыть. – При перспективе моего постоянного пребывании на его территории, Отшельник сразу пошёл на попятную.

- Я человек воспитанный, в чужом доме хозяйничать не могу. Свет, кстати, включи, будь добр. – Наш милый диалог состоялся, пока я скользила по каменному серпантину и шла небольшим коридорчиком непосредственно к месту пребывания моего визави.                                                                             - Да пожалуйста, хотя непонятно зачем, ты же видишь в темноте.

- Правда? А я не знала. Раньше не мог предупредить? О-ой, раньше не мог предупредить? – Повторилась я, когда засветившийся воздух озарил во всей красе громадного белого дракона. Меня ожидал не кто иной, как Великий Дух, собственной персоной. Сказать, что я была удивлена, значит сильно преувеличить мою душевную организацию, я была в шоке! Застыла посреди огромного зала (большую часть которого занимал дракон) каменным изваянием, только через минуту сообразив, как следует встречать подобных гостей.

- Приветствую тебя, Великий дух, строитель миров. – Я склонилась в поклоне.

- И я рад тебя видеть, только давай без формальностей, моё имя Кери, так и зови, мы ж не первый день знакомы. Только, это, не при посторонних.

- Кери?! Дракон-строитель многих миров с именем Кери?!

- Если ты будешь смеяться, я тебя укушу. – Белый гигант раскрыл пещероподобную пасть с рядом огромных клыков, больше похожих на частокол крепостной стены.

- Не сможешь. Проглотить – да, укусить – нет, размеры не те. А раз ты меня сюда вызвал, значит, для чего-то понадобилась. Следовательно, глотать ты меня не будешь, укусить не сможешь, а пугать попусту несолидно, К-е-р-и!

- Ты иронизируешь или просто грубишь?

- Ни в одном глазу!

- Прошу прощения за то, что прерываю вашу милую дискуссию, но, по-моему, было какое-то важное дело, которое нужно было срочно обсудить. Или я ошибаюсь? – Да, Отшельник явно не в настроении, обычно он совсем не против поболтать.

- Да, действительно. Если по существу то… Иста, мне нужна твоя помощь.

- Не умею.

- Что не умеешь? – От такого прямого заявления Кери немного опешил.

- Миры строить не умею, так что помочь не смогу, извини.

- Тьфу ты, я не об этом.

- Тогда непонятно, какая помощь может понадобиться тому, кто и так может всё! Ты создаёшь солнца, планеты, разных живых существ (ещё каких разных), а просишь помощи у меня? Это что шутка такая странная? Если да, то прими мои соболезнования, твоё чувство юмора приказало долго жить!

- Может, дашь мне хоть слово сказать, чисто для разнообразия! В одном из миров война! А она тут упражняется в остроумии!

- Всё, молчу.

- Наконец-то. Дело действительно серьёзное. Как я уже сказал в одном из миров война. В принципе, ничего необычного, люди везде люди. В любом мире им чего-то не хватает, и они пытаются взять это силой. Но на сей раз всё сложнее. Обе стороны используют магию, в этом тоже нет ничего необычного, но одна из них каким-то образом докопалась до таких знаний, которые даже я не рискнул бы использовать. Как им это удалось, сейчас значения не имеет. Важно другое, они используют их с таким размахом, что это отражается даже на других землях. Планета, как любое живое существо имеет свой лимит энергии, она не безгранична. Воюющие же черпают из этого колодца как из бездонного, не глядя. И Шадан стал тянуть силу из соседних миров, иначе он погибнет. Инстинкт самосохранения. А Дарвай, как ни крути, самый подходящий…

- Шадан? Ты сказал Шадан?!

- Ну, сказал. Ну, Шадан. И что?

А действительно что? Чем Шадан отличается от других миров? Хотя бы и для меня. Тем, что это родина Садана? Опять же, и что? Что это меняет? Только то, что у меня появится больший энтузиазм туда отправиться, так как я размечталась, что меня там ждут. А может и не ждут? Может даже совсем наоборот? Ведь за всё прошедшее время ни одной весточки, никакой попытки напомнить о себе. (Я дважды летала на остров, так что знаю, что говорю). Да он наверняка завёл там десяток подружек и благополучно забыл о моём существовании. Так, кажется, это уже заговорила не я, а ревность и глупая обида напыщенной тетки, к которой, как ей кажется, не проявляют должного внимания. Там ведь война! Значит, я должна им помочь. Без вариантов. Я подняла глаза, глядя на Кери в упор.

- Ага, вот ты и снова с нами. К какому заключению пришла Творящая Судьбы путём самокопания и логических рассуждений, можно узнать?

- Сарказм? Ну-ну. Итак, вернёмся к нашим баранам, чем конкретно я могу им помочь? Кстати, а разве тебе не проще сделать всё самому? Зачем такие сложности?

- А выражение «слон в посудной лавке» тебе о чём-нибудь говорит? Сама ведь недавно говорила о несоответствии размеров. Для того чтоб поднять одну песчинку, нужен пинцет, а не ковш экскаватора. Попробуй я там что-либо исправить так не только Шадан, но и весь тот мир разлетится вдребезги. А от этого погибнут ещё несколько десятков миров, да и остальным достанется. Так что давай уж лучше ты.

- Ладно, я так я. Приятно было увидеться, я пошла.

- А ну стой. Ты куда это намылилась?

- Как это куда? На Шадан, разумеется, путь не близкий…

- Тебе что не интересно, что там вообще происходит, чего тебе стоит опасаться. Общая ситуация, так сказать.

- Вообще-то общая ситуация мне достаточно известна, там война, а детали…. Когда я попала сюда мне не особо кто-то объяснял детали, ничего справилась. Силой меня уже наделили, пользоваться более-менее научили…

- А с чего ты решила, что тебя надели ВСЕЙ силой? – Не дал мне договорить дракон. – Для Дарвая твоего уровня более чем достаточно, но Шадан совсем другое дело. Представь, что там твориться, если даже скорость времени изменилась.

- Это как?

- Сколько, как ты думаешь, там прошло времени с момента возвращения магистров и Садана?

- Исходя из того, что пока магистры провели у нас пятнадцать лет, на Шадане прошло несколько месяцев… получается, они дома всего пару недель.

- А вот и не угадала! Почти год!!! Если бы не это, я бы не скоро узнал, что там происходит.

- Ой-ё… я извиняюсь, вырвалось. Эти молокососы совсем крышей поехали, не соображают что творят? Затронуть время, это ж… это ж… это всё равно что, не тронув ни одного кирпичика в доме, разрушить весь фундамент под ним. Какое-то время он, конечно, постоит, но вскорости всё равно рухнет, похоронив всех жильцов.

- Очень образно и по существу. Всё верно. Так вот, сил, которыми ты сейчас владеешь, как мне кажется, будет явно не достаточно. Я решил, что вполне могу доверить тебе и полный объём возможностей. Весь, какой способен выдержать обычный человеческий организм. Строить миры ты, конечно, не сможешь, а вот произвести капитальный ремонт уже готового строения вполне.

- А чего не сразу дал? Боялся?

- Не боялся, а опасался. – Наставительным тоном поправил меня Великий Дух. – Мне  надо было посмотреть, как ты распорядишься тем, что получила. Могу сказать, что увиденное мне понравилось. Пользоваться силой в личных целях ты не стала. Да и, как я уже сказал, на Дарвае такой уровень был без надобности. Так что потрудитесь получить. – В следующее мгновение я потеряла сознание.

5

В себя я пришла от прикосновения к щеке чего-то тёплого и мокрого. Потом что-то мокрое ткнулось в шею, но уже холодное. Кажется, ощущения знакомые, не помню. Голова категорически отказывалась работать, там царил серый прохладный туман. Что это со мной? И вообще, кто я? Ага, это я помню, меня зовут Истрид, нет, как-то не так. А, вспомнила, Истариед, точно! Память вернулась вся, и сразу, стоило мне вспомнить своё настоящее имя. От такого информативного удара я чуть было снова не потеряла сознание. Но на этот раз кто-то не видимый словно поддержал меня под локоток, заботливо так. А невидимый, потому что я ровным счётом ничего не видела. Как же так, я лежу, ничего не болит, Белый спокойно приводит меня в чувство, а зрения нет? Я напряглась в попытке увидеть хоть что-нибудь. Не поняла. Перед моим изумлённым взором от края до края раскинулась залитая солнцем равнина. На горизонте гордо держали головы вершины гор. Пейзаж был потрясающим по красоте и весьма знакомым, горы на горизонте – территория шамшаллов. Очень интересно. В обморок я грохнулась, как страдающая малокровием впечатлительная курсистка, помнится в пещере Отшельника. Неужели Кери вынес проветриться по сквознячку, вот стыдоба.

- Э-эй! Сфокусируй зрение на более близких предметах. А то так ты скоро луну разглядывать начнёшь. На меня посмотри, что ли. – Голос, несомненно, принадлежал дракону. И раздавался прямо у меня под ухом. Я обернулась, и равнинный пейзаж сразу исчез, я по-прежнему была в подземелье. Отшельник встревожено шевелил листьями, озабочено качал цветами и недовольно скрипел.

- Кери, ты же её чуть не убил! Нельзя было как-то постепенно всё сделать? Когда я в неё силу вкладывал, она даже не почувствовала ничего. А у тебя как мешком по голове, раз и готово.

- Ну, ты сравнил, как там, на земле говорят, Божий дар с яичницей. Есть, кажется ещё что-то, про какой-то корень и палец, не помню. В данном случае «мягкая» закладка никак не получилась бы.

- Она же просто человек. А если она такой нагрузки не выдержит? Я имею ввиду чисто физически. – Вот уж не думала, что Отшельник так за меня переживает.

- Глупости. Она прекрасно всё усвоила. Вот немного потренируется и будет просто «смерть магистрам», от зависти.

- Особенно, если кто-нибудь меня просветит, что именно требуется тренировать. Я и о тех что были не всё толком, как оказалось, знала, а мне ещё и новых натолкали. Вот, например, что это были за галлюцинации? Я же видела горы, хотя сама глубоко под землёй!

- Это просто абсолютное зрение. Ты теперь сможешь увидеть всё, что понадобится, невзирая на расстояния и препятствия.

- Понятно, что ещё?

- Ещё телепортация, чтение мыслей, телекинез…. Термины знакомы?

- Вполне.

- Ликвидация любых магиформул или, если сказать проще, заклятий, перевоплощение, создание иллюзий, как мысленных, так и зримых, временная или частичная передача своих сил другому лицу (с этим надо быть особенно осторожной), размножение…

- Стоп, стоп, стоп. Размно…что?

- Размножение, это не то, что ты подумала, это создание любого необходимого количества дублей. Не фантомов, а именно дублей. Или клонов, если так тебе понятней.

- Да мне и про дублей было понятно…

- Приятно иметь дело с таким сообразительным собеседником. – Попытался поддеть меня Кери, но я не настроена была включаться в пикировку.

- Мне непонятно другое. Всё это требует колоссальных расходов энергии. Где мне её взять?

- На. – Кери встряхнулся, как только что выбравшийся из реки бобр, и к моим ногам упала муаровая пластина с ладонь величиной. Я даже не сразу сообразила, что это такое. – Это звено моей чешуи. Своего рода генератор. Запас неограничен, срок годности – до скончания времён.

- Я так долго не проживу, – отстранённо пошутила я.

- Посмотрим, – так же отстранённо ответил мой работодатель. Оба мы в тот момент думали о другом.

Собственно, делать в подземелье Отшельника мне больше было нечего.

- Слушай, Кери, а не боишься отдавать такую силу обычному человеку? Сам же говорил «люди, есть люди».

- Мы что, пустили уже обговоренные вопросы по второму кругу? Хорошо, объясню на пальцах. Исключения тоже могут быть в любом правиле. Отшельник слал зов в десятки миров, а услышала и пришла ты одна. А это кое-чего стоит. Ладно, хватит тут разыгрывать психолога-интузиаста, у тебя три дня на сборы и тренировку. Больше дать не могу, ситуация не позволяет. На Шадане сейчас время идёт почти вровень с дарвайским, так что и три много. И ещё кое-что. Возьми с собой дружину, не всю конечно, но десяток-полтора, выбери.

- А это ещё зачем? Я конечно не против компании, скорее даже за, но к чему мне рисковать моими ребятами, если я из себя любимой могу организовать хоть целый батальон, с новыми-то возможностями.

- И любого твоего двойника вычислят в пять секунд. Почему тебе всё надо разжёвывать? От любого твоего двойника будет магией нести за километр, а вот те же кентавры, например, будут совершенно незаметны.

- Вот теперь всё ясно. Возможность такого преимущества, конечно, не стоит игнорировать, но как представлю, сколько нам придётся добираться до острова, так аж дурно делается.

- Не придётся. Через трое суток, ровно в полдень, я перенесу проход. Он будет между твоим деревом-домом и эльфийским лесом, не маленькая найдёшь. – У дракона явно испортилось настроение, видимо с шуточками я всё-таки переборщила. Поэтому, чтоб не усугублять своё положение, быстро попрощалась и ретировалась. И только после того как пулей вылетела из подземелья, я сообразила, что упадок настроения Кери вызван сильными переживаниями за меня. Что же такое там, чёрт побери, происходит?

6

Я стояла на вершине холма и в голове у меня была такая каша, что любому, рискнувшему туда заглянуть, пришлось бы вызывать неотложку. Тут была и радость от предстоящих встреч; и тихая, горькая паника на тему «а Садан вообще помнит о моём существовании»; и некоторый страх (ведь не зря Кери так нервничает); и нездоровый пессимизм по отношению к собственным возможностям; ну и, наконец, куча сомнений, опасений, размышлений по разного рода вопросам; плюс мелочи типа «кого взять с собой», «сколько» и «чем всё это может закончиться».

Белый крутился неподалёку, совершенно не мешая мне тихо паниковать. Как уже упоминалось, большую эффективность мои действия имеют там, где отрицательный результат не возможен в принципе. Так что с мыслями я собралась довольно быстро и взяла курс на самый большой розарий Дарвая. Мне нужны сиелы.

Определённо, сиелы это насекомые. А вот какие именно не  скажу. И не один энтомолог не скажет. Начнём с того, что длина тельца, покрытого каким-то перламутрово-переливающимся пухом, где-то сантиметров пятьдесят. Крыльев у них аж восемнадцать пар, причем в два ряда. Десять в верхнем и восемь в нижнем. Первые четыре пары верхнего ряда составляют крылья, весьма похожие на крылья земных бабочек, только во много раз больше, что-то около полутора метров в размахе. Остальные шесть скорее стрекозиные, но по размеру не многим уступающие бабочкиным. Нижний ряд составляют крылья мушиные, комариные и ещё неизвестно какие. Как сиелам удаётся при таком количестве крыльев летать и не путаться, я не знаю, но факт остаётся фактом, они самые быстрые летуны на Дарвае. Именно с этой целью они мне и понадобились, нужно было срочно разослать приглашения всем, кого я собиралась взять с собой. А ещё сиелы непревзойдённые ткачи. Как пауки они выпускают нить, тонкую, но чрезвычайно прочную. С её помощью они строят свои дома, больше похожие на большие коконы, занимающие порой целое дерево, и окольцовывают большие цветки, с которых собирают нектар, предохраняя от слишком быстрого оцветания.  Разумные, почти, то есть мысленное развитие на уровне земного ребёнка лет двенадцати-четырнадцати. Ко мне они пришли по довольно простой причине – любопытство. Подружились мы быстро, очень часто то одни, то другие представители этого цветочного народа навещали меня. Однажды, увидев моё минорное настроение, по поводу стремительно приходящей в негодность одежды, они предложили мне сплести новую. Им просто было интересно. Сколько у сиелов лапок, даже не предполагаю, всё равно ошибусь. Знаю, что есть строительные, для переноски личинок, для удержания на стебле цветка и на его лепестке, кроме того, для чистки крыльев, причём для каждых свои. Наверное, именно благодаря такому количеству инструмента им и удалось с горем пополам освоить новое и непривычное для себя дело. В том смысле, что первые экземпляры были, мягко говоря, не очень. Зато теперь у меня даже бельё из сиельской пряжи, очень удобное, кружевное и разных цветов. Кроме того, сиельскую пряжу невозможно ни разрезать, ни разрубить, так что теперешняя моя одежда покруче любого бронежилета будет.

Как маленькие переливающиеся ракеты класса земля-земля сиелы разлетелись в разные стороны, к старым и проверенным моим друзьям. И ни на минуту я не сомневалась, что уже завтра к утру, моя дружина будет в сборе при полной боевой готовности.

7

Меня разбудил шум. Гудело как в растревоженном улье, причём сразу в двух местах. Где-то на улице громко, и у меня в голове, как отражение, немного тише. Странно, по-моему, не могут пятнадцать-двадцать представителей разных племён, которых я велела сиелам пригласить, издавать столько шума, ну ни как. Пришлось по быстрому одеваться и разбираться что к чему.

Сначала я даже как-то не очень поверила своим глазам. (Не то чтобы я торможу, просто не выспалась, до глубокой ночи Шиом тренировал меня в новых способностях, не скажу что очень уж удачно). Единственное что пронеслось в этот момент в моей голове, это « мама дорогая, что это?». Вокруг моего дерева собралось не мение шестисот человек! Не человек, конечно, но это не важно, привыкла их так называть.

- Ши-о-о-м! – Свернувшийся кольцом змей, беседующий о чём-то с наставником Примом, обернулся в мою сторону. – Это что такое? И как это понимать?

Мой мудрый тренер не успел и рта раскрыть, как вперёд выдвинулся Дардн, командир кентавров, стоявший до этого монументальным памятником великому полководцу.

- Твоё войско собрано Правительница, готово выступить в поход, и ждёт распоряжений.

- Какое войско?! Вы что, с ума посходили?! Мне нужен мобильный отряд, а не всенародное ополчение! Что, например, здесь делают гномы? И букаа я не звала, и пас-пасов не приглашала! Отвечай, что они тут делают, раз уж вызвался. Хотя нет, просто отправь всех по домам, кроме нашей дружины, всё! Решать, кто пойдёт со мной на Шадан, будем после.

Ой, что тут началось! Не знаю, как, но меня услышали все, поголовно, и, мягко говоря, были несколько не согласны. Первыми крик подняли, конечно, гномы, известные скандалисты. Они возмущались с упоением, долго и заковыристо, но вся их речь сводилась к одному – мы пришли сами и не за плату, так как можно нас отправить домой. Весьма пламенная речь гномов почти сразу нашла живое участие и у других. Вскоре вокруг меня уже кричали все (причём многие просто за компанию), за исключением боевой дружины. Пытаться их успокоить было делом не благодарным, это я поняла сразу, лучше дать выговориться, быстрее будет.

Я просто стояла и молчала. Взгляд температуры жидкого азота, руки сложены на груди и молчу. Уже через несколько минут децибелы резко пошли на убыль.

- Ты, - я ткнула пальцем в громче всех возмущающегося гнома, - кажется, ты хочешь стать воином. Тогда возьми это, - я протянула ему свой лук, - и попади вон в ту веку. – Указанная цель была не выше как в десяти метрах.

- Так это, не умеют гномы с эти обращаться. Вот.

- Допустим, а с чем умеют?

- Так это, с киркой. С кувалдой ещё. Вот.

- И что, ты этой кувалдой будешь всех, кто не понравиться по головам бить, или как? – Шумное собрание окончательно затихло, кто-то начал догадываться к чему я веду, кто-то наоборот не понимал, но чем же закончится, интересно было всем. – Я не слышу ответа!

- Да! Буду их всех, прям по голове! Вот.

- Ну что же, замечательно. Думаю, имея таких воинов, мы победим просто и быстро. Надо будет только упросить наших врагов постоять чуточку на одном месте, пока гном им всем не надаёт, чего ж проще-то. – В тот момент можно было подумать, что началось землетрясение, так как одновременный хохот стольких здоровых организмов, это как минимум равносильно цунами. Когда все отхохотались я продолжила:

- Теперь всех прошу вернуться домой. Я понимаю вашу боль, вы хотите потребовать к ответу тех, кто убивал ваших близких. Я обещаю, что мы сделаем всё, чтобы этого добиться, но без вас. Сразу говорю, дело это не простое. А потому на Шадан пойдут только самые опытные бойцы дружины. Я не могу допустить бессмысленных жертв. И благодарю всех за то, что пришли.

Пока я говорила, никто не проронил ни звука, потом так же молча все склонили головы в знак понимания и согласия. А через полчаса у моего дома-дерева небыло никого кроме тех, кого собственно я и приглашала.

8

Я летела. Дарвай с высоты птичьего полёта это лучшее и  самое прекрасное, что я видела в жизни. Первозданная природа настолько великолепна, что ею можно наслаждаться вечно, уйдя с головой в спокойствие и чистоту, величие и простоту самой жизни. А это мне было сейчас просто необходимо, так как именно сегодня, на третий день отпущенного Великим драконом срока, нам предстояло отправиться в совершенно не знакомый мир. Уж не знаю, как там представляли себе всё это мои спутники, но внешне они все были просто олимпийски спокойны, а вот меня колотил мандраж.

Вернулась я часа за два до полудня. Вся дружина была в сборе, хотя со мной, после тщательнейшего обсуждения решено было отправиться всего десяти воинам. В первую очередь конечно Крамон и два его сына (это даже не обсуждалось), которые представляли вроде как мою личную охрану. Из кентавров должны были пойти Дардн, Трог и Ксон, но Трогу я идти не разрешила, его подруга со дня на день ждала ребёнка. Третьим упросил взять его Олл. Принц Ййон решил с собой взять Еоина. Потом решено было принять в группу, да и в дружину за одно, рилана Эзо. Конечно, невозможно даже представить какой-либо поход без Лондарниэля. Таким образом, собралось десять бойцов, проверенных, привыкших действовать сообща. А вот одиннадцатым стал ни кто иной, как… гном! Это предложение внёс Шиом, и наставник Прим его поддержал:

- Дружину ты Иста собрала правильно. Эльфы лучшие лучники, да и во всевозможных плодах и травах никто лучше них не разбирается. Кентавры не только копейщики непревзойденные, но и (пусть не обижаются) тягловая сила, в том смысле если ранит кого, то они унести смогут. И риланы, и шамшаллы не только воины отличные, но и летуны непревзойденные. О гвартанах и разговора нет, для них не стена, не скала, не дерево высокое не преграда. Ну а вот всё, что земли касается, будь то подземелье какое, или камень, или метал неизвестный, кроме гномов никто лучше разобраться не сможет.

Таким образом, в наш дружный коллектив попал шумный подкидыш – гном Прагр.

9

Солнце стояло в зените. И те, кто уходил, и те, кто оставался, молчали. Все напутствия были произнесены, все советы дадены. Теперь мы ждали открытия прохода. Кто-то осторожно тронул меня за плечо, рядом стоял Прим.

- Ты вот что, если будет трудно, пришли весточку. Не отнекивайся. Мы здесь ждать будем, если что поможем, чем сможем.

- Спасибо. – Я ткнулась носом в тёплую, мягкую шею. – Обязательно. – Конечно, я врала. И он это знал. Но так нам обоим было спокойней. Мне от сознания того, что кто-то может придти мне на помощь, ему, что может эту помощь оказать. Но это было не так, и мы оба это чётко знали. – Ты за Белым тут присмотри, ладно? – Опять ерунда какая-то. Белый сам за кем хочешь присмотрит. Но за разговором последние минуты перед уходом уже не выглядели такими мрачными. Стали обмениваться какими-то ничего не значащими фразами и другие.

Первой изменения почувствовала я, но и все дружинники, уже привыкшие чувствовать опасность кожей, не на много от меня отстали. Знакомо задрожал воздух, словно нагретый, и явственно потянуло чужой жизнью.

Вошли в чужой и новый для нас мир мы практически одновременно (правда гнома для этого Оллу пришлось взять за шкирку), никто не замешкался и не отстал. Ой, а вот об этом я как-то не подумала.… В единый миг мы перенеслись из-под голубого купола неба под высокие, но довольно мрачные своды какого-то помещения. Нет, не помещения, это слово какое-то слишком сухое, я бы сказала канцелярское, что ли. Это был замок, или дворец, или храм каких-то неизвестных богов, величественный и подовляюще-великолепный. Деревянные стены, изукрашенные искуснейшей резьбой, соседствовали с каменными и отлитыми из метала барельефами. Некоторые стены целиком были заняты мозаичными панно из драгоценных камней, сухих травинок и чего-то очень смахивающего на рыбью чешую. Изображения были самыми разными: простой крестьянский быт и коронация царей; охота и рыбная ловля; лес и подводный мир с их обитателями. Даже я, прожившая большую часть жизни в стенах города, была потрясена. Что говорить о существах, никогда не видевших ни одного кирпича? Все мои спутники были просто в шоке, и это ещё мягко сказано. За исключением, пожалуй, гнома, который тут же начал пытаться  всё общупать, всё обнюхать и что-нибудь отколупнуть. И если бы не подзатыльник Олла, взявшего на себя роль няньки, и не мой гневный взгляд, то новоиспеченный дружинник безвозвратно потерялся бы уже на первых шагах. Но главное, что никто не растерялся, не испугался незнакомого окружения, не повернул назад.

- Значит так. Ничего страшного и необычного пока нет, бояться нечего.

- А кто тут чего боится? Никто не боится. Вот.

- Олл, прошу, заткни своего подопечного. И впредь, вести себя тише воды, ниже травы. Это касается всех, мы не знаем, что нас здесь ожидает. Теперь объясняю. Мы внутри  дома, такого же, как мой, только намного больше. Я не предупредила вас, что такое возможно. Просто сама об этом как-то не подумала, меа тульпа.

- Чего? – Опять влез непоседливый гном.

- Моя вина, говорю. Теперь так, нам надо выйти отсюда, найти наших друзей-магисров и разобраться с тем, что здесь творится. Как дополнение – не нарваться на врагов раньше времени. Двинулись.... – В  тот же момент что-то резко и мощно садануло меня в правое плечо так, что я не удержалась на ногах. В то же время что-то сухо просвистело в воздухе, где-то сзади что-то глухо стукнуло, а мимо метнулась белая тень. Да-а, события стали развиваться несколько раньше, чем я предполагала. Даже осмотреться не дали, гады.

Трог помог мне подняться. Потирая ушибленное плечо, я обернулась. В каменном барельефе, изображавшем девушку с корзиной собирающую какие-то ягоды, который, пока я стояла, был у меня за спиной, торчала короткая толстая стрела без оперения. Так, теперь я чётко знаю, как выглядит арбалетный болт. Из-за угла, где скрылась белая тень, раздался короткий вскрик и глухое рычание. Я ахнула:

- Белый?

- Он самый. – Трог был спокоен и собран.

- Все остаются здесь. Крамон, со мной.

А за углом нас ждало очень интересное зрелище. На полу, в буквальном смысле слова, валяется красивая темноволосая девушка спортивного телосложения. Поставив передние лапы ей на грудь, стоит мой Белый, готовый в любую секунду, при малейшей попытке к бегству, порвать ей горло. Рядом валяется разряженный арбалет.

10

- Иста?! – Звук голоса в тиши коридора здорово рубанул по нервам. Мы, все четверо, резко обернулись, за что пленённая лучница чуть не поплатилась носом. Хорошо, что со мной был именно Крамон, он меня чувствует, иначе хана была бы пришедшему. А почему не среагировала я? Да очень просто, весь прошедший год я ждала встречи и с магистрами и с Саданом. Вот и сейчас я надеялась увидеть кого-то из них. И не ошиблась.

В глубине коридора, метрах в двадцати, от стены отделилась зеленоватая тень и направилась к нам. В абрисе фигуры, в движениях было что-то знакомое, причем полумрак ничуть не мешал, а наоборот, усиливал ощущение знакомости, это странно. Хотя нет, чего ж тут странного, когда большую часть времени нашего общения мы провели в подземных лабиринтах единственного острова Дарвая. Родан! Мы обнялись.

- Это твоя зверюга? Так ты скажи, чтоб отпустила нашу девушку.

- Эта ваша девушка, только что чуть не пристрелила меня. Если бы не Белый, ты имел бы сейчас для созерцания мой прохладный труп и десяток весьма рассерженных воинов для беседы. И для вас обоих она была бы короткой и мало содержательной, уж ты мне поверь.

- Верю. А сейчас давай быстро уходить, мы и так сильно нашумели. Все разборки отложим до более безопасного места. И прошу, не спорь. – В голосе Родана слышалось напряжение и тревога, так что спорить я действительно не стала, хотя очень хотелось, недостатки характера, знаете ли.

Крамону ничего не надо было говорить, он тут же исчез. И почти сразу послышался топот копыт, цоканье когтей по полу и шелест крыльев. Ещё было глухое мычание, потому что гном пытался бурно прояснить ситуацию, но ему не позволяли руки опытного Олла, зажавшие рот. Кроме  этих, ни одного звука, дружина строго соблюдала режим радиомолчания.

- Ого! – Одним возгласом Родан постарался высказать всё своё удивление, плюс радостное приветствие по адресу знакомых лиц, и у него это получилось, все всё поняли. – Значит так. Все за мной, молча и тихо, - он покосился на когти и копыта, - на сколько это возможно.

- О, за это можешь не переживать! – Я перехватила его взгляд. Одно небольшое проявление силы, и верхний слой каменного пола превратился в мелкий песок, совершенно гасящий звук шагов. – Белый, отпусти девицу. (Волк явно был против, но послушался). Уходим.

11

Сколько мы петляли по различным коридорам, лестницам и переходам я сказать не берусь. Ноги ныли, от крутых подъёмов и резких спусков начинала кружиться голова. От различных цветных панно на стенах и фресок на потолках рябило в глазах. Но ориентацию я не потеряла. Поэтому, как только, напряжённо прислушивающийся всё время магистр резко повернул на зад, догадалась, что он просто путает след.

Мы проходили через коридоры и залы где деревянные панели отделки были сожжены начисто. Где камень был покрыт крупными щербинами, метал коррозией и ржавчиной, а пол кучками мелкого серого праха. Что здесь творилось, сказать было трудно, но запах чужой и злой магии я чувствовала даже кожей.

Поплутав ещё какое-то время, мы, в буквальном смысле, зашли в тупик. Вырубленный в скале коридор закончился глухой стеной. И даже я не уловила, что сделал Родан, чтобы открыть прекрасно замаскированную дверь. Во всяком случае, магисилы он не использовал, это точно.

Ещё один коридор, ещё одна дверь и мы попали в большой круглый зал. Никакой отделки, ковров и шитых шёлком портьер, виденных нами раньше. Да и мебели особо не наблюдалось, если не считать довольно большого, массивного стола и двух десятков разношерстных стульев и табуретов. Так выглядит не жилое помещение, так выглядит спонтанно сбацаный схрон.

В тот же момент начали открываться различные проходы и двери, зал стремительно наполнялся народом. В основном мужчины, хотя были и женщины. Периодически мелькали знакомые лица – Фараз, Тамин, Ютал и остальные. Как сильно я, оказывается, по ним скучала.

Но того, кого я желала увидеть больше всего на свете, здесь не было.

- Фараз, где Садан?!

- И я рад тебя приветствовать.

- Ой, извини. Все извините. Всех рада видеть. (Странно, но при этих словах моя несостоявшаяся киллерша почему-то скривилась). А теперь на конкретный вопрос я хочу услышать конкретный ответ. – Фараз молчал. Но зато как он на меня смотре-е-л!

Как я не покраснела с головы до пят, как не выдала своего смущения, для меня и самой загадка. Ведь веду себя как тупая влюблённая курица. Кто здесь станет воспринимать меня серьёзно, если я стану вести себя и дальше как школьница, у которой в голове одни поцелуи и розовые банты. Так, прежде всего надо успокоиться, эмоции задвинуть подальше, до более мирных времён. Получилось, это хорошо. Но как теперь выпутаться из этого, несколько неудобного положения, вот в чём вопрос.

Выручил меня Тамин. И сделал это легко и непринуждённо, ну прирождённый дипломат. Просто подошёл и поклонился.

- Рад приветствовать Правительницу Дарвая в наших скромных стенах. Если тебя привело к нам дело, то скажи, чем мы можем быть тебе полезны. Если это дружеский визит, то прими наши извинения за то, что не можем организовать должный приём. – Вот ведь жук. Вроде ничего особенного не сказал, но по всему видно, что о моей оплошности уже все забыли. А если и не забыли, то теперь это расценивается как « у правителей свои замашки, не нам судить». – Думаю, сейчас тебе и твоим спутникам нужно немного отдохнуть. Знакомство и все разговоры пока можно отложить.

Повторять дважды не пришлось, все собравшиеся стали расходиться. Когда в зале остались только семеро, те, кого я уже знала и могла доверять, я попросила их остаться.

- Ребята, отдых это конечно здорово, но время не терпит. Первый вопрос остаётся открытым «где Садан?». Кстати это же касается и Кавота, где он? Теперь о главном. Поправьте меня, если ошибусь, но вы ведь не сражаетесь с врагом, вы от него прячетесь!

- Иста, прошу тебя, сядь. Всё очень сложно. И плохо. – Агос бы явно не в себе. Такой пессимизм вообще не свойственен магистрам.

- Знаешь, то, что всё плохо я и так знаю. Иначе меня бы здесь не было. Великий Дух не стал бы просить меня вас навестить просто так, проветриться по холодку. И дружину я не на морские купания с собой привела. Так что, пожалуйста, быстро, четко и со всеми подробностями изложите мне, что здесь произошло. Начать лучше с момента вашего возвращения.

Слово решил взять Фараз.

12

- Ты, конечно, помнишь, что мы покинули ваш мир гораздо позже, чем наши враги. Но благодаря разнице во времени, здесь мы появились практически одновременно. Сейчас мы в королевском дворце. И именно сюда был ориентирован переход между нашими мирами. Завязалась драка. Благодаря эликсиру силы, что мы приняли на острове, и конечно способностям Садиррегодавана, э-м Садана, нам удалось не только выиграть схватку, но и захватить весь дворец. К сожалению, нам не удалось спасти короля. Когда мы его нашли, он был почти мёртв. Единственное, что нам удалось, это поддержать его силы, пока он передавал права власти своему приемнику – Садану. Теперь он наш король.

- Из твоих слов могу предположить, что он жив. Это уже что-то. Извини что перебиваю, прошу, продолжай. – Тон мой был совершенно деловым, без всякого намёка на чувства, это отметили все. И насмешник Ютал не сдержался:

- Ой-ой! Кажется, кое-кому уже не судьба спокойно спать по ночам! Истариед в гневе!

- Смешно тебе?! – Фараз буквально взвился, как смерч. – Думаешь, теперь наше положение хоть в чём-то улучшиться? Ты решил, что теперь мы избежим судьбы наших друзей? Да что она может?!!! Ведь ты своими глазами видел, на что они способны! Развеселился он тут. Она же просто девчонка! И она одна! Дружина дружиной, может они и хорошие воины, но они не маги! – Тамин схватил друга за руку и Фараз сразу потух. – Прости, Иста. И вы, друзья простите. Я не хотел быть грубым и хоть в малейшей степени усомниться в вашей воинской силе, но я не хочу, чтобы с вами случилось тоже, что и с нашими друзьями и соратниками.

- Так что именно случилось? Продолжи свой рассказ, мы не в обиде. Кстати, насчёт того, что я одна ты не совсем прав. – Я подмигнула Юталу, (он такую шутку наверняка оценит), и меня уже стало пять. Ещё секунда, и я, такая вся красивая, снова в единственном числе. – Так что там дальше, Фараз.

Но магистр не мог говорить, он пребывал в ступоре. И только через минуту Тамин, кажется, спросил:

- А-а… это как? – Но объяснить я не успела. Рилан Эзо и Крамон с двух сторон стола единым движением оказались у какой-то малоприметной щели. Пролезть в неё не мог бы даже гном, так что выяснить, кто это нас подслушивал, не получилось.

Но это никого не могло застать врасплох. О продолжении беседы не могло быть и речи. Первым поднялся Криар, сдержанный, спокойный и собранный как один из богов Олимпа:

- Думаю, продолжить беседу придётся в менее комфортном, но более защищённом месте. Да и с отдыхом ничего не получится, безопасность в нашем положении должна стоять на первом месте. Тебя, Иста, это касается в первую очередь.

Возражать никто не стал. Мы поднялись и снова двинулись по узким извилистым коридорам. Одна за другой открывались двери и снова смыкались, как только мы проходили их. По дороге Фараз всё же закончил своё повествование:

- В общем, как только Садан принял корону из рук умирающего короля, началась атака. У нас же не осталось сил даже на защиту. Если бы не Садан, нас не осталось бы в живых никого. Он сумел сдержать все нападки и довести нас до этих пещер, прежде чем потерял сознание. Потом он рассказал нам, что узнал о них от короля. В этой части горы, на которой стоит королевский дворец, присутствует какая-то природная сила, защищающая владельца. По этой причине, здесь и создали укрытие, знает о котором только король. По этому и двери открываются не магически, а с помощью звукового пароля или при определённом нажатии части стены или участка самой двери. Билору удалось разослать весть о нашем возвращении. Сотни магистров и магистрир (так называли магистров-женщин), верных королю, прибыли во дворец. Им даже удалось вновь освободить замок. Но как только они решили что выиграли, началось самое страшное. Мы такой магии никогда не видели. Атаку начали всего два десятка юнцов, потому их и не приняли как серьёзную опасность. Пока сообразили что к чему не менее сотни наших превратились в ничто. Поверь, это очень страшно видеть как твой друг, в течение нескольких секунд стареет, покрывается сединами, потом превращается в скелет и тут же оседает горсткой пепла на пол. Теперь мы сидим здесь. Иногда делаем короткие вылазки чтобы разузнать обстановку и, иногда, спасти уцелевших. Но это случается всё реже. Магистры истребляются повсеместно. Насколько я знаю, им даже не предлагают стать на сторону захватчиков, просто убивают. Так же полностью уничтожаются и семьи недомагов, хоть в чём-то проявившие неповиновение. В Магитралоне, альма-матер всех нас, совершаются какие-то обряды. Вот и вся картина. – Фараз поднял на меня совершенно пустые глаза. – Ничем ты нам помочь не сможешь, лучше побереги себя и дружину. Уходи.

- Вот именно. – Голос, произнесший это, был сухим и холодным.

13

Открывшаяся дверь (мама дорогая, да сколько же их тут) вела, судя по всему, куда-то наружу. Оттуда тянуло свежим, прохладным воздухом, напитанным морской солью. На фоне темноты коридора, человек казался негативом фотографии. Нет, это не мог быть Садан. Осунувшееся, бледное до синевы лицо, пустые глаза и голос теплоты космического пространства. Это никак не мог быть тот, с кем я так мечтала встретиться. Но это был он.

- Садан?! – Я всё ещё не могла поверить своим глазам. Но он, казалось, даже не видел меня, разговаривал словно сам с собой.

- Уходи. Тебе нечего здесь делать. Это не твой мир. – Потом он просто развернулся и ушёл. Дверь за ним стала медленно закрываться.

Вот тебе, бабушка, и Юрьев день. Ни тебе здрасьте, ни до свиданья. Я обернулась с немым вопросом к магистрам, но они старательно отводили глаза. Так, значит, мне опять самостоятельно разбираться. Что ж, как говориться, не будем откладывать на завтра то, что вообще можно не делать.

Как меня дверью не сплющило, я не знаю. Когда я начала в неё протискиваться, открытыми оставались сантиметров двадцать, кажется, но мы не ищем лёгких путей. Короткий коридорчик вывел меня на некоторое подобие балкона, естественную скальную площадку, огороженную по краю кладкой из неотесанных камней. Садан стоял у самого края.

- Я велел тебе уйти. – Он не говорил, он швырял в меня словами. На какое-то мгновение обида и разочарование комом встали  у меня в горле. А потом упрямство взяло верх, не позволив банально расплакаться.

- А я могу послать тебя с твоими повелениями, знаешь куда?

- И куда же?

- В… далеко, отсюда невидно.

- Может быть. Это ничего не меняет. Уходи.

Самообладание, гордость, независимость это всё конечно хорошо, но на практике действует редко. Мне было плохо. Очень-очень грустно, очень-очень больно, и очень-очень одиноко. Ещё хотелось плакать, но я не плакала, правители, как и настоящие мужчины, не имеют на это права. Где-то в груди сильно щемило. Кругом было темно. Небо заволокли тучи и звёзд небыло видно. Где-то внизу, судя по звуку, довольно далеко, шумел прибой. А ещё было холодно. И я знала, что он не подойдёт и не согреет…

Луч солнца золотого

Тьмы скрыла пелена

И между нами снова

Вдруг выросла стена…

Я совершенно не помнила, откуда знаю эту песню. Она вдруг рванулась откуда-то из самой глубины, совершенно чётко рисуя все, что окружало нас.

Наверное, более правильных и нужных слов найти было невозможно. Я пела про себя, молча. Но уверена что Садан слышал каждый звук. Как бы он не вёл себя, но связь между нами существует прочная, её так просто не порвёшь, на почве плохого настроения. Он застыл каменным истуканом и, кажется, даже дышать перестал…

Петь птицы перестали,

Свет звёзд коснулся крыш.

В час грусти и печали

Ты голос мой услышь…

Я сделала несколько шагов и коснулась его плеча…

Ночь пройдёт, наступит утро ясное

Знаю, счастье нас с тобой ждёт.

Ночь пройдёт, пройдёт пора ненастная

Солнце взойдёт…

Садан обхватил голову руками и согнулся резко, словно переломился.

- Прости, прости меня. Я дурак, дурак. – Моя несостоявшаяся истерика теперь, похоже, собиралась вплотную заняться новоиспечённым королём. С этим надо было срочно что-то делать. Ну не по щекам же мне его хлестать, в самом деле.

- Спорить со столь очевидным фактом с моей стороны было бы недопустимой некомпетентностью и явным пренебрежением своими полномочиями, что в свою очередь может быть квалифицированно как слабоумие, а в конечном результате грозило немедленным отстранением от занимаемой должности, что ввиду сложившихся обстоятельств, считаю просто недопустимым. Принимая всё выше сказанное к сведению, вынуждена согласиться с многоуважаемым оппонентом.

- Ч-ч-то? – Ха. Я давно заметила, что длинные и малопонятные фразы иногда действуют не хуже холодного душа. Правда от удивления у Садана глаза на лоб полезли, и, кажется, заикаться начал, но я думаю, это пройдёт. – Что ты сейчас сказала?

- Я говорю, что совершенно с тобой согласна – ты дурак.

- Просто таким способом я решил заставить тебя уйти.

- И чем это, собственно я тебе так помешала.

- Помешала?! Нет, ты не можешь мешать. Не было дня, чтобы я не вспоминал о тебе, не мечтал снова увидеть…

- Садан…  – Я не сдержалась, бросилась к нему, и думайте обо мне что хотите.

- Иста, - он обнимал меня и гладил по голове как маленькую, - милая, ты ведь даже не представляешь насколько здесь опасно. А я… я не смогу тебя защитить. Лучше будет, если ты вернешься…

Ну конечно, кто ж даст спокойно поговорить? Кому есть дело, что мы год не виделись? Уж точно не убийцам. Чувство угрозы обожгло холодом затылок и стекло ручейком по спине. Я повернулась. Прямо мне в грудь летела стрела, и увернуться было невозможно. Но на последних метрах она вдруг вильнула, как изрядно подвыпившая девица облегчённого поведения, и ушла куда-то в сторону океана. Но рассмотреть я её всё же успела, стрела была эльфийская. Эльфийская???

14

Садан, кажется, даже не заметил ничего. Он всё так же просто стоял со мной в обнимку.  Наблюдается подавленность и апатия, что и рождает невнимательность и заторможенность реакций. Причины будем выяснять позднее, сейчас необходимы действия.

- Быстро наверх! – Я пулей взвилась в ночное небо. Откуда стреляли я, примерно, могла рассчитать, ориентируясь на траекторию полёта. На высоте семи-восьми метров обнаружилась небольшая площадка, едва-едва одному места хватит. На стене рядом какие-то значки. Определённо, здесь имеется дверь. О Великий Дух, и они говорят о какой-то безопасности! Да здесь ходов больше, чем в гнилом пне, изъеденном жуком-древоточцем.

- Садан, куда ведёт эта дверь…Садан? – Я оглянулась. Его не было рядом, он всё так же стоял на балконе внизу, положив руки на перила и опустив взгляд в черноту пропасти.

- Садан. – Я опустилась и взяла его за руку. Он опять был словно восковый манекен, уйдя куда-то внутрь себя.

- Я же говорил, что не смогу тебя защитить. Будет лучше, если ты уйдёшь…

- Ага, наша песня хороша, начинай сначала. Кончай здесь рассусоливать, надо выяснить, кто в нас стрелял. Стрела-то была эльфийская, но я ни за что не поверю, что это Лон. Короче, открывай дверь.

- Эльфийская?! – Садан аж передёрнулся весь. Глаза оживились. Ну, пусть так. Когда в тебя стреляют, конечно, неприятно, но если это позволяет вытащить твоего друга из состояния близкого к каталепсии, так я могу ещё и попозировать.

Мы на рысях ворвались в зал, где остались мои спутники и магистры. Оказалось, что последние дипломатично удалились, позволив нам с королём выяснять отношения без свидетелей. Правда, не забыв обеспечить команду провизией: пара здоровенных кувшинов и несколько свёртков с чем-то съестным были аккуратно складированы в уголке. А вот мои бойцы, способные, в случае необходимости, вести активные боевые действия трое суток к ряду без сна и отдыха (проверено на практике), поголовно спали. Странно. Даже Белый мирно посапывал, развалившись у стены. В стороне валялся лук Лондарниэля, стрелы были рассыпаны.

Конечно, в первую очередь я бросилась к эльфу. И трусила его как любимую грушу до тех пор, пока он не начал подавать признаков жизни.

- Немедленно просыпайся, поганка ты лесная.

- Пе-е-рес-та-а-нь ме-е-ня-а  тру-у-сить. – Я перестала. – На минуту всего глаза прикрыл.

- Да ты дрых как последний сурок!

- Ладно, признаю, заснул. – Он обернулся. – То есть заснули…. Все?!

- Вот именно! Что это за сонное царство? Отвечай немедленно! – Но Лону было не до меня. Именно в этот момент он заметил, в каком непотребном состоянии его оружие.

- Кто? Кто брал?

- Это ты мне скажи! Меня этот вопрос интересует до чрезвычайности. Особенно если учесть, что пока ты здесь изображал из себя спящую красавицу, в меня стреляли, и именно из твоего лука!

За последующими действиями принца лесов, несомненно, интереснее всего было наблюдать Белому. Лон, стоя на четвереньках, буквально, обнюхал и лук, и колчан, и стрелы. Потом такие же исследования были произведены по всей комнате. Уже через минуту мы знали, кто оказался незадачливым убийцей. Причём уже во второй раз.

- Садан, вызови ребят. И пусть прихватят её с собой. Надо, в конце концов, разобраться, за что девочка так меня не любит.

- Я не могу.

- Да что с тобой такое? То не могу, это не могу. Я, конечно, понимаю, столько смертей, силы противника велики. По неволе начнёшь комплексовать, а там и до депрессии недалеко. Но всему есть предел. Значиться так, я сама вызову магистров, а пока они будут сюда добираться, ты мне подробненько расскажешь, откуда, как говорится, у парня испанская грусть. Возражения не принимаются!

Дружину решили пока не будить, поэтому слушателей у Садана было всего двое. Да и рассказ получился более чем короткий. В один «прекрасный» день он почувствовал внутри себя нечто. И это нечто забирает его силу. Причём только тогда, когда он этой силой пользуется.

- Понимаешь, пока я ничего не делаю, и оно молчит. Но стоит мне хоть в малейшей степени попытаться использовать магию, как сила словно утекает в бездонный колодец. Оно пожирает её. Мне приходится постоянно себя контролировать, если я ошибусь, то вместе с моей силой оно сожрёт и меня самого, я это знаю.

- Понятно. Значит, в разборках крутых магических авторитетов ты не участвуешь. Опять всё самой….

- Иста, я по-прежнему советую…

- Стоп! Если ты ещё раз скажешь, что мне надо уйти, я тебя чем-нибудь стукну! А теперь помолчите, мне надо подумать.

Пока я ходила взад-вперёд и строила различные планы по поводу предстоящей кампании по обезвреживанию противника, эльф, вооружившись кувшином с водой, выводил из спячки дружину. Не придумав ничего путного (я всё-таки рассчитывала на помощь Садана, а теперь получалось  таковой не предвидится), я села в уголок. Отломила кусок пирога, плеснула в стакан из второго кувшина и стала наблюдать за побудкой. По комнате разлился аромат незнакомых фруктов и каких-то трав, весьма приятный. В тот же момент Лондарниэль втянул носом воздух, в одно движение оказался рядом, и выбил кружку у меня из рук. Я даже спросить ничего не успела, он сразу пресёк все вопросы:

- В этом напитке яд!

Как говорится, приехали!

15

Мы сели в кружок, я восемь магистров (Кавот тоже пришёл, оказывается, он был в городе, узнавал новости) и Садан. Дружина расположилась у стены. Замзанну, уже дважды стрелявшую в меня, мы оставили на балконе под присмотром Белого.  Первой слово взяла я и коротко обрисовала картину.

- Стреляла оба раза она, это точно, вопрос – почему?

- Ну, первый раз наверняка с испугу. На твоих шамшаллов только глянешь и сразу инфаркт. – Как Юталу за такой базар не попортили причёску, просто удивительно.

- Да? Что-то когда мы пришли в убежище я особо испуганных не заметила.

- Да мы столько о вас рассказывали, что любой с первого взгляда вас узнает.

- Вот именно. Но это сейчас не так важно. В конце концов, можно спросить у неё самой. Меня интересует другое. Что она вообще там делала?

- Скорее всего, она ходила за едой в город. Ну а на обратном пути решила побродить по дворцу. Что возьмешь – девчонка, ей любопытно.

- Это значит, сюда еду тоже принесла она?

- Думаешь, она вино отравила?

- Не исключено. Только зачем тогда стрелять? И зачем усыплять дружину?

- Может, чтоб не мешала.

- Ага, а потом они проснуться, увидят, что их правительница приказала долго жить, с горя решат напиться и получится большая куча трупов. Классно! – Нет, Ютал не может быть серьёзным.

- Усыпить твоих бойцов Замзанна не могла. – Криар был как всегда обстоятельно-спокоен. – Здесь чувствуется магисила, а Зана недомаг.

- Что-то я никакой магисилы не чувствую. – Встрял Ютал.

- Запах очень слабый, а ты у нас толстокожий. – Родан явно пытался реабилитировать Ютала перед шалами. Я посмотрела в их сторону. Они тоже это поняли и оценили.

- Мне думается картина вырисовывается такая: Замзанна приносит еду; узнает, что я на балконе вместе с Саданом и уходит. Так? Вы ведь ей сказали, где я? – Я обернулась к дружине. Дардн кивнул. – Дальше, она проходит наверх и наблюдает за нами. В какой-то момент он возвращается сюда. Но здесь уже все в анабиозе. Тогда она хватает лук Лондарниэля, снова поднимается и стреляет. Про отравленное питьё она скорее всего ничего не знала. Остается вопрос – зачем ей нужно меня убивать. Хотя ответ я, кажется, уже знаю.

- Отвечай, почему ты хотела смерти Правительницы Дарвая. – Голос Тамина был холоден и твёрд как камни фьорда. Но девушка не могла говорить. Она только тихо плакала и тайком поглядывала на Садана. Что впрочем, не укрылось ни от одного из присутствующих. – Если ты думаешь что король Садиррегодаван, спасший тебя однажды, придёт к тебе на помощь и сейчас, то ты глубоко ошибаешься. Ты чуть не отправила в вечный полёт ту, кого он назвал своей королевой. – Тихие всхлипы перешли в рыдания. Мне всё стало ясно.

- Оставь её Тамин. Она всё равно ничего не скажет. Я отвечу за неё.

- ???

- Причина банальная – ревность. Представь: простую девушку юноша спасает от верной смерти. В её глазах он уже герой. К тому же это король, причём довольно привлекательный внешне. Много ли надо неопытной девочке – она влюбляется. Но она недомаг, а он магистр-король. Чувства, хоть и с трудом ей удаётся держать в тайне, и бережно лелеять мечту о счастье. Конечно, она знает, что существует какая-то правительница, но ведь она далеко. Значит, шансы есть. Возможно, и по дворцовым залам она бродила не просто так, а представляя себя будущей королевой, хозяйкой замка. Но тут, почти забытая, как ей кажется, Правительница является собственной персоной, полностью руша тем самым все надежды на светлое будущее. И первое что приходит ей в голову, это моя смерть. Вот такой карамболь. Ну что, Замзанна, я случайно не ошиблась? – Девушка только выдохнула «да» и потеряла сознание.

- Ничего не понимаю. Кто-то пытается отравить тебя, Иста, и всю дружину в придачу. Но при этом усыпляет их. Для чего?

- Билор, милый, да что тут не понятного. Вы же сами сказали, что это место само защищает его обитателей. Отравитель, скорее всего, пытался колдовством вызвать ощущения духоты и жажды. Но заклятие сработало не так как планировалось.

- Но почему оно вообще сработало?

- О! А вот это и есть самое важное! Такой результат мог получиться только в одном случае – если колдовал кто-то свой!

Больше никто не проронил ни звука. Ясно было как белый день – в наши и без того не очень плотные ряды затесался враг.

16

- Ни за что! Я не пущу тебя! Это форменное самоубийство!

- Садан, прекрати. Я сама решаю, куда мне можно, куда нельзя ходить. Как ты не можешь понять, что мне просто необходимо побывать в городе. Здесь, в замке не ощущается его энергетика, а мне нужно знать, с чем придётся столкнуться, откуда грозит наибольшая опасность.

- Это я тебе и так скажу, и ходить никуда не надо. Наибольшая опасность грозит отовсюду.

- Слушай, мне некогда пререкаться. Тему закрыли! Потому что если ты продолжишь в том же духе, я решу что ты трус. И оно тебе надо?  Поверь, я ценю твою заботу. Кроме того, я иду не одна.

( Только что вы прочли краткое содержание трёхчасового утреннего спора между королём Шадана и правительницей Дарвая).

В город мы пошли в полном составе, всей дружиной. Разве что за исключением гнома, такого брать в разведку, всё равно, что буйнопомешанного без смирительной рубашки на прогулку выпускать, одни неприятности.

Улицы встретили нас пустотой и пылью. В закоулках ветер гонял разный мусор и опавшие листья, хотя до осени явно было ещё далеко. Все цветы и травы, вне зависимости, росли они в горшках на окне или на пустыре за домом, стояли сухими и серыми. Горожан тоже не было видно, а если они иногда и появлялись где-то вдалеке, то сразу спешили исчезнуть. Причём все, кого я смогла рассмотреть своим новым зрением, были болезненными, худыми и бледными. Да, здорово магистры-отступники здесь погуляли.

Проводником с собой я взяла Ютала. Он не менее опытен, чем кто-либо другой и с ним не скучно. Хотя, глядя на всё это запустение и умирание, шутить особо не хочется.

- Ютал, слушай, а вы хоть разузнали, откуда у этого мятежа ноги растут. В том смысле, что нашли организатора?

- Да сразу же! Он и не скрывался, самоуверенный, гад. Да мы все его знаем, зовут Триапекровастар. Сокращай сама, потому что когда я сокращаю, на твой манер, у меня получается название нехорошей болезни из того мира, где ты родилась. Он из младших, до звания магистра ему как черепахе до зайца. Пронырливый такой, везде норовил влезть, всюду подсмотреть. Короче, тип неприятный. Вот и залез он, куда не надо.

- Ага. Больное самолюбие плюс переизбыток гормонов и получился маньяк-революционер.

- Примерно так.

- А ваш этот, старший, Сель…тра…п, он почему не вмешался?

- Сельфанитрадиуп. Сначала не успел, всё началось слишком быстро, а потом – не знаю. Когда мы вернулись его уже не было. Мы пытались звать его, но ответа не получили. Скорее всего, он мёртв.

Именно в этом месте нашей беседы что-то сильно и больно долбануло меня под левую лопатку. Не успела я толком сообразить, что произошло, а эльфийская стрела уже ушла в небо, описала крутую дугу и скрылась за коньком крыши. Следом за ней, там же скрылся Ййон. Через секунду послышались крики. Первый, короткий и тихий, был, скорее всего, от боли. Второй, отчаянный крик, явно от страха.

Приземлившийся Ййон держал в одной руке здоровенный деревянный арбалет, а в другой тщедушного мужичка, совершенно серого от страха и боли, эльфийская стрела пробила ему плечо. Судя по всему, именно он в меня и стрелял. Да что это такое, я что, так похожа на бегущую мишень, что в меня палят кому не лень?

- Ну и чего стрелял? Причёска моя не понравилась, или проходка слишком вызывающая? – Дядька только трясся и испуганно икал. Нужна была какая-то безобидная, но действенная демонстрация. – Ййон, будь добр, сделай с этим что-нибудь, а то у меня уже развивается идиосинкразия на стрелковое оружие. – Я указала пальцем на арбалет. Намёк был понят превосходно. Шамшал легко подбросил арбалет в воздух, один взмах руки и на землю упали мелкие щепки, годные разве что на растопку самовара. Это возымело действие.

- Я… походка… причёска… нет!

- А если поконкретней?

- Они сказали, что придут чужие и всех нас убьют. Что надо убить их раньше. Наградить обещали.

- Кто «они»?

- Так магистры же! Из школы их магической. И самый главный был, молодой такой. Но сильный! Всех предупреждали.

- Давно?

- Так вчера, ближе к вечеру прилетали.

- Гм, умный мальчик. Ййон, отпусти этого снайпера. – Мужичок тут же исчез.

- Ничего не понимаю. Зачем втравливать во всё это ещё и недомагов?

- Не скажи. Я же говорю, что он хитрый и умный. Это маленький, но правильный ход. Если бы не этот костюмчик, я была бы уже мертва. Кроме того, если люди будут считать нас врагами, то нам ни еды, ни воды никто не даст. Это пусть и не на много, но усложнит наше здесь пребывание. Да и помогать нам никто не станет, очень трудно объективно отнестись к человеку, когда уже объявлено что он враг.

- И что будем делать.

- Понимаешь, меня как-то начинает утомлять быть мишенью. У меня от этого спина чесаться начинает, а я этого не люблю. Поэтому, просто необходимо быстро добраться до вашего рецидивиста-самоучки, пока он ещё чего не удумал.

- Почему рецидивиста?

- Потому что к особо опасным рецидивистам не применимы условно-досрочное освобождение и замена наказания более мягким. Где говоришь, он обитает? В  Магитралоне? Пойдем, посмотрим, что это за форт Нокс и так ли уж невозможно поганца оттуда выколупать.

17

Нам предстояло пройти через весь город, до берега, вблизи которого и находился остров магов. Ютал оказался отличным гидом, показывал достопримечательности, рассказывал истории и легенды своего мира. Словом, мы походили на беззаботных туристов, если бы не одно «но». Мы рассматривали чудеса архитектуры не для эстетического наслаждения, хотя посмотреть было на что, а для собственной безопасности, в поиске потенциальной угрозы. Правда, пригодилось это всего один раз, когда чуть не нам на головы рухнул разукрашенный вензелями балкон.

- Сейчас надо свернуть, там будет площадь, где… Ой-ё! – Уже свернувший за угол Ютал, резко сдал назад, едва не сбив меня, и прижался к стене. – Здесь нам не пройти.

- А что там? – Конечно, ответа я дожидаться не собиралась и вместе с вопросом попыталась выглянуть. Но Ютал пресёк мою инициативу на месте.

- Даже не думай! Если с тобой что-нибудь случиться Садиррегодаван превратит меня в муху, а потом будет очень долго и очень медленно отрывать лапки и крылышки.

- Красочно. А всё-таки, что там?

- Не что, а кто. Там угр!

- Да? И что? – Я всё же не удержалась и заглянула за угол. Ничего страшного не наблюдалось. Разве что несколько странно смотрелся здоровенный валун посреди площади. Я уже хотела отчитать Ютала за глупый розыгрыш, но тут он зашевелился. Не Ютал конечно, а камень. Он стал расти, расти и… ой! Я прижалась к стене рядом с магом.

- Э-это угр?

- Он самый. Почти то же, что ваш тролль, но разница всё же есть.

- Он же ростом с трёхэтажный дом!

- Бывают и побольше. Так что давайте быстренько уносить отсюда ноги, пока не заметил.

- Поздно. – Я снова высунулась из укрытия. – Уже заметил. Во всяком случае, направляется сюда уверенной походкой. Может просто, прогуляться решил?

- Значит, точно заметил.

- Скажи быстро, чем можно в него шарахнуть, чтобы он отстал.                                                      - Ничем.

- Не поняла.

- Любая магия для него еда! Чем больше он ест, тем более активен и силён.

- Ага. А насколько он разумен?

- Да в обычном состоянии это просто куча мышц и не грамма мозгов. Но проблема в другом. В своё время их всех добровольно-принудительно переправили на один из островов и если он появился в центре города, значит кто-то его сюда привёл. И ещё, если учесть, что увидеть нас он не мог, то получается что он идёт на запах магисилы. То есть он идёт по наши с тобой души!

- Слушай, а он и какой-нибудь молнией в нас садануть может? – Угр был уже в нескольких шагах. Слава богу, что при такой массе он не мог быстро двигаться.

- Ничем он в нас садануть не может. Ты, например, можешь угостить соседа отбивной, которую вчера съела на ужин?

- Могу, только вряд ли ему понравиться. – Мы хихикнули. Смех снял нервный застой мозга. – Слушай, есть идея. Дардн, когда вы идёте на охоту вы иногда используете сок бзен. Чтобы парализовать жертву, а не убить её, вы мочите в соке острия копий. А сейчас как? – Кен грустно тряхнул гривой.

- Нет. Не на охоту ведь собирались.

- У меня есть немного. Прихватил на всякий случай. – Подал голос Ксон. Я же говорила что голова у парня светлая!

- Ксон, напомни, чтобы я тебя обязательно поцеловала. А теперь, пока он будет меня ловить, макайте все, что есть и «аллюр три креста».

- Пока он будет что? Ты что задумала? – Ютал перепугался больше, чем когда увидел угра. Его можно понять, случись со мной что, и Садан точно сделает с ним что-нибудь очень неприятное. Он даже попытался меня схватить и не дать наделать глупостей. Но не получилось. И главной причиной было то, что он не знал, кого именно ему хватать. Меня уже было примерно с дюжину.

С громким визгом (не от страха, а просто так, для настроения) я выскочила из-за угла и чуть не угодила под лапу угра. Это именно я, мои копии разбежались кто куда в радиусе десяти метров. Он, конечно, пытался нас поймать, очень усердно пытался, но магией в равной степени пахло от всех. В итоге получался классический вариант погони за двумя зайцами. А если учесть что зайцев было двенадцать, то шансов у этого амбалопитека-переростка небыло никаких.

Пока я (во множественном числе) прыгали вокруг угра как цирковые блохи, моя дружина, без перекуров, метала в крупную цель всё, что было в арсенале. Мало того, после попадания того или иного оружия (а попадало всё, поскольку промазать в эту мишень было труднее, чем попасть), шалы, пользуясь медлительностью объекта, подлетали и вытаскивали стрелы и копья. И обстрел продолжался по следующему кругу.

Через какое-то время веселье прекратилось – кончился сок. Но мой гороподобный друг и не думал отключаться, он, как говорится, был живее всех живых. Надо было срочно изыскать возможность по-тихому слинять, но как по закону подлости, именно сейчас ничего не придумывалось. Ютал с каждой минутой становился всё бледнее. (Тогда я не знала, что взявший след угр будет идти по запаху пока не добьётся своего.) Наш гид, в предобморочном состоянии, стал тихо сползать по той самой стеночке, к которой прислонился в начале нашей дружеской встречи с Кинг-Конгом шаданского производства. Именно тогда я и заметила у толстолапого первые признаки неуверенности в движениях.

Но прошло не меньше получаса, прежде чем мой противник окончательно вырубился. Он грохнулся деревянной колодой, развалив при этом два дома и кожевенную лавку. Камни мостовой полетели в разные стороны как ракеты ФАУ-2. Как они никого из наших не задели для меня загадка.

- Крамон, возьми ребят, и проверьте развалины, как бы там кого не придавило. А я пока отправлю нашего недвижимого друга в места природного обитания, в городе ему делать нечего. Садан, подскажи, где именно тот остров, где соплеменники этого Голиафа строят свой нехитрый быт.

Для того, кто владеет телекинезом, нет никакой разницы, что передвигать птичье пёрышко или вот такую человекообразную гору. Так что я, не прилагая особых усилий, с лёгким сердцем, отправила угра к жене и детям (если они конечно у него есть), и мы продолжили путь.

- Еоин, Ййон, провентилируйте обстановку по курсу следования, не хочется нарваться ещё на кого-нибудь.

И нападение не заставило себя ждать. Правда, не совсем оттуда, откуда предполагалось.

18

Крик шамшала, означающий опасность услышит даже глухой. Мало того, что звук состоит из малоприятных для слуха обертонов, так еще и ультразвук в придачу. Мы дружно задрали головы вверх. Но кроме двух чёрных точек, парящих на высоте шалов и облаков, не видели ровным счётом ничего. Пришлось применить новые возможности и, наконец, с их помощью разглядеть причину тревоги. Километрах в десяти от нас появилась летящая группа людей.

- Вот те раз! Садан, я думала магистры не умеют летать.

- Не то чтобы не умеют, просто для этого требуется слишком много сил. Поэтому мы стараемся прибегать к полётам только в случае крайней необходимости.

- А эти, похоже, так не считают. А вот всё хотела спросить, да времени не было…

- А сейчас оно появилось?

- Ну когда-то должно ведь. Почему все маги носят однотонную одежду?

- Магия каждого из нас закольцована на определённый цвет. Во-первых, это позволяет не мешать друг другу, а во-вторых, так у каждого образуется своя энергетическая ниша. Ещё вопросы будут?

- Не-а. Теперь на это точно нет времени. У нас гости.

Решивших на нас напасть было аж двадцать два попугая. «Попугая» потому что более разномастно одетых мужиков я никогда не то что не видела, а даже представить себе не смогла бы. Но совершенно убийственная цветовая гамма в одежде - это цветочки! Сколько на них было украшений! Тонкой работы девичьи колечки и перстеньки соседствовали с массивными печатками. На руках - браслетов и цепочек – любая индийская танцовщица обзавидуется. На шеях целые гирлянды  из рубинов, изумрудов, топазов, оникса, граната и хризолита. А у одного вообще обнаружился громадный бриллиант, прекрасной огранки, но без оправы, висевший на простом кожаном шнурке. Честно скажу, я отвлеклась. Немного, но этого вполне хватило, чтобы чуть не расстаться с жизнью. Первый лётчик, вырвавшийся вперёд метров на десять, пульнул в меня синей как индиго молнией. К счастью стрелком он был никаким. Промазать с пятидесяти метров в совершенно ровно стоящую меня! Молния врезалась в тротуар в трёх метрах справа. Гранитные камни мостовой в радиусе метра от места попадания превратились в мелкий песок. Ой!  - Ты же мне чуть палец не поцарапал, увалень! – Я взвилась в воздух.

Бравада это конечно хорошо, но если честно, то мне было страшно. Если даже взять в расчет Ютала, несмотря на то, что летать он не сможет, то на каждого из нас приходилось по одиннадцать абсолютно безбашенных молодых головорезов. И это до неприличия много! Разделиться я тоже не могла. В противном случае, началась бы такая неразбериха из заклятий, контрзаклятий и всевозможных магических снарядов, что в разнос мог пойти весь город. Мою дружину я вообще в расчет не принимала. А зря! К счастью наши противники совершили ту же ошибку.

Я с лёту врезалась в нестройные ряды нападавших. Тактика совершенно простая: они вряд ли этого ожидают, значит, растеряются, хоть на какое-то время – это раз. И второе – когда кучей бросаются на одного не получается ничего кроме неразберихи где каждый мешает другим.

Ложная скромность рождает некомпетентность, так что обойдусь без неё. Мой план удался на все сто! Не менее десяти минут я лавировала между боевиками как пингвин меж льдинами, пока они пытались сообразить, что вообще происходит. Нет, они не совсем тупые и конечно пытались стрелять. Но больше мазали или попадали в своих. Парочка молний досталось и мне, не без этого, но это было не опасно. Естественно так не могло продолжаться до бесконечности.

Вся патовость нашей ситуации вырисовалась, как только ряды летучих гадёнышей пришли к некоторой организации. Пока я крутилась, как угорь на сковороде, Ютал успел вызвать магистров, но вряд ли они успеют. Парень с брюликом на шее что-то выкрикнул и атакующие разделились. Четверо с крейсерской скоростью бросились на мага. Он, умница, даже не пытался взлететь. Не обладая таким запасом сил, какой был у меня он не смог бы качественно обеспечить защиту себе и моим ребятам. Остальные скучковавшись попытались просто залить меня шквальным огнём. Количество и огневая мощь зарядов летевших в меня увеличивались с каждой секундой. Ещё бы чуть-чуть и я просто элементарно не успела бы отразить их все. Что произошло, даже я поняла не сразу,  тем более что-либо говорить о шаданских магах-недоучках, большинство из которых вообще ни разу не видело ни одного шамшала.

Какой-то отморозок с гадкой улыбочкой уже собирался запустить в меня парочкой шаровых молний, как у него за спиной появились большие серые  крылья. Потом что-то блеснуло на уровне его подбородка, и малолетний террорист камнем полетел вниз. За ним как два метеора летели его же молнии. Предупредить никого парень не смог, так как острые когти почти полностью перерубили горло.

Что происходило в этой небесной битве дальше, я отказываюсь рассказывать, «Кошмар на улице вязов» по сравнению с этим просто детская сказочка на ночь. Шалы вообще не отличаются милосердием, но их жёсткость не перерастает в жестокость. Вернее не перерастала до этого дня. А с учётом подключившегося минутой позже рилана (у которого такие зубки, что все аллигаторы Земли, увидев их, заработали бы неизлечимый комплекс неполноценности), шансов у молодёжи небыло. В общем, из двадцати двух прибывших, вовремя спохватились и смогли удрать только шестеро, причем четверо из них были те, кто нападал на Ютала.

Всё! Как только шестёрка потерпевших (бывших нападавших) скрылась из вида, я просто рухнула вниз. Наверняка набила бы немало синяков, если бы кентавры и эльф не успели меня подхватить. Да, магисил у меня предостаточно, генератор, подаренный драконом, работает как часы, но вот чисто физические, а главное душевные силы были на исходе.

- Ребят, давайте домой пойдём, а? – Подал предложение Ютал. И все с ним согласились. Нет, конечно, я попыталась оставить последнее слово за собой. Лёжа у Дардна на спине я начала говорить, что уже многое выяснила за сегодняшний день и…. Говорить я начала но, не сказав и пары слов, заснула как сурок.

19

Я проснулась как от толчка сразу и… в совершенно незнакомом месте. Только этого не хватало! Я лежала в небольшой пещере на каком-то пушистом ковре, под головой вместо подушки обнаружилась моя собственная куртка, свёрнутая в удобный валик. Клинок лежал рядом. Значит не в плену, что не может не радовать. В дырку в стене, которую с натяжкой можно считать окном врывался соленый ветер, грохот прибоя и свет звёзд. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что я в королевском замке, вернее, в схроне этого замка.

Хотелось есть и пить. Стоило выйти и поискать чего-нибудь перекусить, где-то здесь,наверняка, это имеется. Можно было, конечно, найти хозяев и попросить у них, но на дворе ночь, а по столь пустяковому поводу будить людей даже не прилично как-то.

Очень извилистым и не очень коротким коридором я вышла в главный зал. Конечно, никого бодрствующего здесь не обнаружилось, пришлось поисками заняться единолично. Ходить по подземным галереям долго не пришлось, из одного коридора явственно тянуло чем-то съестным.

Этот ход привёл меня в ещё одну пещеру, приспособленную под кухню.

Спиной ко мне стоял Кавот и что-то сыпал в приличных размеров котёл. Даже младенцу было понятно чем он занят.

- Проголодался? – Теплота моего голоса могла превратить озеро Байкал в ледяной каток. Кавот так вздрогнул, что уронил в жаркое мешочек, который держал в руках.

- Иста?! – Магистр обернулся.

- Для тебя я больше не Иста! Так меня называют друзья, а ты к их числу больше не принадлежишь!

- Не надо, прошу тебя, ты же ничего не знаешь!

- И знать не хочу! Я вообще не склонна относиться с пониманием к тем, кто хочет меня отравить!

- У них моя семья! – Кавот взвыл не своим голосом. – Я пытался вызволить их, и не один раз! У меня не вышло! Что, скажи, что я должен был делать?!

- Да-а. – Я задумалась. Всё настолько банально, что не знаешь, как реагировать. Вот и в моём мире, когда у человека неприятности он старается решить их сам, потому что просить помощи несолидно. И проще стать подлецом, предателем, иногда даже убийцей, чем попросить помощи у друга. Почему так? Непонятно.

- Ну, чего молчишь? Скажи! Хотя нет, я сам скажу! Ты думаешь, что мне стоило всё рассказать! А что толку? Разве чем-нибудь это помогло бы моей семье?!

- В первую очередь это помогло бы тебе. Ты не стал бы предателем, чувствовал поддержку друзей и был бы спокоен. Глядишь, и придумал бы что. А разве так ты уже помог семье? – Вся моя злость на Кавота улетучилась. Кери прав – люди везде люди. И в большинстве случаев они поступают необдуманно и просто глупо.

- Если бы я сумел тебя убить, они вернули бы их.

- Это их условия? Или инициатива лично твоя?

- Да как ты могла подумать такое?! Вот. – Он положил на стол мутный кристалл размером с кулак. – Когда я был в городе ко мне подошёл  человек и отдал это. – Кавот сделал какое-то движение пальцами и кристалл стал прозрачным. Потом в нём появилось изображение уже знакомого парня с бриллиантом на шее. Рядом с ним стояла молодая женщина и мальчик лет семи.

- Если не хочешь хоронить их, уничтожь чужеземку. – Изображение растаяло.

- Кавот, я знаю, что тебе не захочется услышать то, что я сейчас скажу, но постарайся держать себя в руках. Твоя жена и сын, скорее всего уже мертвы. – Маг не проронил ни звука, не сделал ни одного движения, но весь пошёл пятнами, пытаясь унять охвативший его гнев. Это дало мне возможность продолжить. – Смотри сам: тебе не обещали вернуть жену, она сама не сказала ни слова, твой сын стоял и не двигался, а для ребёнка это неестественно, у этого хлыща слишком гаденькая улыбка. И это только те факты которые ты можешь увидеть. Вернее мог бы, если бы у тебя был хоть какой-то опыт в таких делах. Мне это бросается в глаза, потому что в моём мире взятия заложников, вещь самая обычная. Но дело не в этом, есть ещё кое-что. Скажи, твоя жена недомаг?

- Да. А как ты узнала?

- А сын?

- Сыну передались мои возможности. К чему эти вопросы?

- А к тому, что и от женщины и от ребёнка пахнет одинаково! В магическом плане, разумеется. А всё это указывает на то, что в послании мы видели не живых людей, а фантомы.

- Откуда ты можешь это знать! – Кавот весь кипел, ему очень хотелось доказать что я не права, но у него не получалось.

- Понимаешь, за последнее время мои возможности несколько выросли. Так что поверь мне, хоть это и больно. – Магистр посмотрел мне в глаза, всё понял и опустился прямо на пол там же где стоял, ноги его не держали. Потом послышался его голос, настолько тихий и безжизненный, что я едва расслышала вопрос:

- Что ты собираешься делать?

- Думаю по утречку посетить вашу школу магии.

- Я не про то. Что ты собираешься делать со мной?

- Не поняла, в каком смысле?

- Если ты не против, то я бы предпочёл чтобы меня казнила ты сама, не рассказывая о моём позоре остальным. Я не боюсь позора, и готов отвечать, но у меня есть, и другие дети и они будут жить с этим позором…

- У тебя что, совсем чердак протекает? Я не собираюсь ничего с тобой делать, да и остальным рассказывать ни к чему. А казнь, думаю, ты и так будешь казнить себя всю жизнь. Так что всё путём, расслабься. А лучше всего, ложись спать. Увидимся утром. – Кавот безропотно поднялся и пошёл. На пороге остановился, хотел что-то сказать, даже обернулся, но потом мотнул головой и вышел, так и не проронив ни звука.

20

Как только в коридоре стих звук шагов я принялась хозяйничать. Для начала превратила яд в еде в душистый перец, это не трудно. Потом, произвела небольшую ревизию и обнаружила сыр, масло и порошок, сильно напоминающий какао. Этих продуктов на Дарвае я была лишена, оттого и решила отвести душу. Я была так увлечена приготовлением бутербродов и варкой какао, что даже не сразу заметила, что не одна.

В проходе оперевшись плечом об угол  стоял Садан.

- Для меня кусочек найдётся?

- Ты всё слышал.

- Да. Я уже давно приглядываю за Кавотом, он сильно изменился. Кроме того, вы так шумели, что даже странно, что услышал только я.

- Похоже, ты не одобряешь мои воспитательные методы.

- Не знаю, может ты и права, что простила.

- Я не прощала его. Но дала возможность ему – простить  себя. Боюсь только, что это будет не скоро.

- Ты действительно никому не скажешь?

- В этом нет необходимости, он сделает это сам. Или я ничего не понимаю в людях. – Садан подошёл и взял меня за плечи.

- Ты действительно решила завтра отправиться в  Магитралон?

- Совершенно определённо. Размениваться на мелкие стычки можно бесконечно, а планета страдает. Нужны кардинальные действия, узел надо рубить.

- И какой же ты выбрала путь?

- Прямой!

- Не понял. К замку магов из королевского дворца ведут около десятка путей. Каждый из них имеет как свои трудности, так и свои преимущества. Какой выбрала ты?

- По морю!

- У тебя с головой всё в порядке? – Садан нежно тряхнул меня. – Тебе туда молнией не попадали сегодня часом? Это же самоубийство!

- Эх, Сади, у вас даже понятия нет о такой научной дисциплине как психология. То, что я собираюсь делать, называется психологической атакой. Непредсказуемые поступки путают планы, приводят в замешательство и растерянность. А растерянный противник – наполовину проигравший противник.

- Подожди. Выходит, по твоей этой психологии, что, всеми силами пытающийся тебя уничтожить, Триапекровастар сильно растеряется, если ты сама полезешь под обстрел?

- Именно.

- Так, с головой кажется что-то у меня, во всяком случае, там теперь что-то гудит. Давай-ка мы с тобой проветримся, здесь есть балкон.

Площадка, где мы стояли, была небольшой, но очень уютной. Скорее даже это была не площадка, а ниша в скале. Ветер сюда не залетал, внизу шумело море, небо сияло и переливалось тысячами звёзд. Здесь они были похожи на драгоценные камни, разбросанные по чёрно-синему шёлку. Окружённые такой красотой, мы сразу притихли, разговаривать казалось просто кощунственно. Мы просто стояли и смотрели. Садан приобнял меля за плечи, то ли пытаясь согреть, то ли боясь, что я куда-нибудь улечу. На небо одна за другой поднялись сразу три луны. Первая, самая большая напоминала большую чёрную жемчужину. Вторая была не менее великолепной её розовой сестрой. И только последняя, самая маленькая, походила на мелкую речную жемчужинку белого цвета. Я не удержалась:

- Так красиво!

- Да.

- И ещё спокойно. Мне вдруг стало так спокойно.

- Это море. Его голос. Вот послушай, как говорят. – Садан наклонился к самому моему уху и зашептал:

Море шепчет, море видит

Как над нами ходят тучи.

Стережёт. Оберегает

От печали и сомнений.

Успокаивает шёпот

Молчаливой белой пены.

А ещё оно накатит,

Заберёт что тянет душу.

И грустят седые волны,

Ночью покидая сушу.

- Красиво, очень.

Больше, до самого рассвета мы не проронили ни звука.

21

Лодка – натуральная ладья викингов, только что без парусов – двигалась быстро и ровно. Ни единая волна не морщила водную гладь, и море походило на серебряное зеркало. Нас было девятеро – я и восемь магистров. Странно, но молодой король даже не пытался отправиться с нами. Безусловно, это правильно, но так не похоже на него. Моя дружина осталась с ним. Во-первых, им там не только нечего делать, но опасно даже просто находиться рядом, разборки магов это вам не фунт изюму, даже рикошетом, если зацепит, пиши пропало. А во-вторых, у них прибавилось работёнки по специальности, в меру сил и возможностей – пропал наш маленький неугомонный друг. Как, когда, почему и при каких обстоятельствах выяснить не удалось. Олл в итоге получил небольшой нагоняй и распоряжение на поиски.

Но если честно, то все эти мысли крутились где-то далеко, так что я их почти не слышала. А на переднем плане во всей красе торчала мерзкая мыслишка: а вдруг у меня не получиться? Тем более что цель нашего плавания находилась прямо по курсу и, надо признаться, подавляла.

В трёх километрах от берега, на каменистом острове магистры выстроили свою обитель. Стены настолько близко подходили к воде, что казалось замок растёт прямо из воды, как какое-то небывалое каменное дерево или коралл. Высоченные шпили и башни буквально пронзали небо. И от всего колосса веяло такой угрозой, что хотелось втянуть голову в плечи и бежать без оглядки, а ещё лучше, сразу утопиться.

Тамин сделал едва заметное движение пальцами, и лодка слегка повернула влево, обходя остров с запада. Вопросов я не задавала, ему виднее. Вскоре оказалось что остров, выглядевший с берега круглым, на самом деле имел кольцеобразную форму и для того чтобы попасть внутрь надо зайти в ворота находящиеся с севера. Они были раскрыты настежь, нас ждали, что уже само по себе ничего хорошего не предвещало. Но отступать было просто невозможно, либо сражаться, либо дать погибнуть и Шадану и неизвестно какому количеству других миров заодно. Решение мы приняли ещё утром, поэтому наш рулевой не задержавшись даже на секунду, направил нос ладьи точно посередине пролива. Никто из нас не мог увидеть маленькую шлюпку с единственным гребцом, следующую в кильватере.

По широким каменным ступеням, поднимающимся прямо из воды, мы добрались до циклопических дверей школы. (Зачем надо было сооружать такую громаду, может для солидности?)  Фараз легко коснулся пальцами нескольких металлических накладок и двери, как створки банковского сейфа, поползли в стороны. И тут же с грохотом захлопнулись, как только мы все оказались внутри.

Внутри замок магистров почти не отличался убранством от королевского дворца. Те же барельефы, фрески и панно на стенах, ковры на полу, ничего интересного. Мы стояли посреди большущего зала, совершенно пустого, но ощущение слежки и угрозы усилилось настолько, что трудно стало дышать.

- Ребят, – я заговорила только потому, что тишина била по нервам. – На вашей совести тыл, фронт – моя забота. Поверьте, сил у меня побольше вашего.

- Сил говоришь много, это хорошо. Ради них-то я тебя и ждал. Мне они пригодятся. – Я обернулась. Мы уже были не одни, посреди зала нарисовался представительный старикан в грязно-белом балахоне.

- Сельфанитрадиуп?! – Выдохнули разом восемь голосов за моей спиной.

22

- Он самый. А вы кого ждали? Ой, да неужели вы и вправду поверили, то всё это затеял недопесок Триапекровастар? Тогда вы ещё глупее, чем я о вас думал! Ха-ха-ха!

Пока старик хохотал, довольный собой, я его рассматривала. Если в общих чертах, то о таких обычно говорят – благообразный, если бы не глаза, злые, жестокие и подёрнутые флером безумства. Но меня больше поразило другое, всем магистрам, которых я видела, на вид можно было дать не больше сорока, дедушке же явно перевалило за семьдесят. Так сколько же ему на самом деле? Тем временем старший магистр продолжал распинаться:

- Да я специально организовал нападение на маленького Садиррегодавана и отправил вас в тот заброшенный мир. Не мог же я ждать двадцать лет, пока мальчик вырастет, сила его окрепнет и я смогу её забрать! И если бы ни эта мерзавка вы никогда оттуда не вернулись бы. Что смотришь? – я думала велеречивый маг во мне просверлит глазами дырки. – Думаешь, наверно, почему я такой старый? Да потому что мне это не нужно! А мои наложницы – ха-ха, меня и такого любят. У них просто выбора нет – хи-хи-хи.

- Знаете ребята, по-моему, у вашего старшенького острый приступ психоза. Валарьяночки ни у кого не найдётся? Хотя, что это я, тут народной медициной не отделаешься, тут брому надо, и побольше! – Говорила я тихо, но маг-пенсионер меня всё же услышал.

- Что?! Да как ты смеешь, гадина! Я сотру тебя в порошок! Ты пожалеешь, что позволила сказать хоть слово против меня! ( Если коротко, то изгалялся он ещё долго и наобещал мне столько всего и всякого, что я даже засомневалась в его магических способностях.

В общем, всё настолько банально, что не хочется даже повторять. Но вот последняя фраза меня здорово зацепила.) – Я хотел забрать твою силу и оставить в наложницах – я люблю экзотику, хи-хи-хи – но теперь ты умрёшь!

- Ага, щаз-з-з, разбежалась! Да ты явно чокнутый! И мозгов у тебя не больше чем у курицы! – С моей стороны это небыло желанием оскорбить старшего магистра, просто хотела вывести его из себя. В гневе любой, даже самый рассудительный человек, теряет контроль и способен натворить кучу глупостей на свою же голову! Давно известная истина. А дедушка так легко впадал в ярость, что грех этим не воспользоваться. Но на сей раз он, кажется, меня даже не услышал.

- О! Кого я вижу! Мастер Кавиротрикарт! – Сельфанитрадиуп сделал несколько шагов в сторону, чтобы разглядеть кого-то за моей спиной. – Кажется, ценой за жизнь твоей семьи была смерть этой вот пигалицы. Или ты решил, что она важнее, чем твой родной сын? Учти, я слов на ветер не бросаю, он умрёт, а виноват будешь ты!

- Ах ты старый душной козёл, он ведь и так уже мёртв! – не выдержала я.

- Догадалась? Что ж, это уже ничего не меняет…. – С пальцев мага сорвалась тёмно-синяя молния. Не то чтобы я совсем лахудра, и не позаботилась о защите, позаботилась, конечно, но те несколько шагов, которые магистр сделал, якобы, для того чтобы лучше видеть Кавота, позволили ему выстрелить под таким углом, что защитная стенка разлетелась вдребезги. Вот что значит отсутствие опыта. Это у меня, а у Кавота его, похоже, было достаточно, или скорее он что-то заметил во взгляде своего учителя. В общем, среагировать он успел, причём без всякой магии, он просто прыгнул, закрывая меня собой, и разряд синего огня весь достался ему. Мягко, как тряпичная кукла, он упал к моим ногам. Сельфанитрадиуп, похоже, был в восторге:

- Ой, как он тебя любит, жизни не пожалел. Наверное, я тоже полюблю тебя. Несколько раз, пока не надоешь, ха-ха-ха. – Но  старик ошибся, Кавот был жив, хотя и потерял сознание. Это конечно было хорошо, но моё терпение истощилось.

- Ребята, прикройтесь, сейчас я этого садиста буду учить хорошим манерам. – Я выпустила во всё ещё веселящегося мага несколько молний и огненных шаров подряд. Которые, впрочем, не произвели никакого эффекта. Только ещё больше его развеселили:

- А ты оказывается не так уж и сильна. Мелкая добыча, но я не привередлив. – Вот тут началась жара. Сельфанитрадиуп не давал мне ни секунды роздыху. Впрочем, это ничуть не мешало ему продолжать болтать:

- Кем ты себя возомнила? Ты решила, что твоих кустарных способностей хватит, чтобы противостоять МНЕ?! Девчонка!  Да если бы ты только могла представить, какими возможностями обладаю я! До них докопались ещё наши предки, но никто, никто из них не дерзнул использовать эти знания. Жалкие трусы! Богатство, поклонение и безграничную власть они хотели выкинуть на помойку! Но и тут им помешал страх. Как они боялись, что кто-то сумеет прибрать это всё к рукам! Тогда они не нашли ничего умнее, как спрятать все знания здесь, в Магитралоне, и охранять их. Но они ушли в века, а я пришёл. Да, мне пришлось постараться, потратить много лет и сил, чтобы добраться до всего этого. И пусть пока в моей власти только часть знаний, но и её достаточно чтобы раздавить тебя и этого новоявленного короля – Садиррегодавана. А когда ваши силы станут моими,  я раскрою тайник полностью, и не будет ни одного мира, который бы не покорился мне!

Я была так занята, что не сразу заметила присутствие в зале зрителей. На победу своего повелителя собрались поглазеть все его приспешники. Наверное, Сельфанитрадиуп ждал именно этого момента, чтобы эффектно закончить бой.

- Сейчас ты поймёшь с кем связалась, самонадеянная дура!

- Стой! – Окрик был настолько резким и властным, что магистр действительно замер. Из-за спин поклонников чёрной магии вышел Садан.

- Тебе ведь нужен был я! Что ж, я пришёл. Отпусти Истариед и остальных и я добровольно отдам тебе свою силу.

- Ага, наш король припёрся спасать свою подружку? Замечательно! Теперь вы оба мои. Право умереть первой мы предоставим даме! Не стоит забывать о хороших манерах, не правда ли? – Я думала, что снова услышу нездоровый смех, но ошиблась. Старший магистр развернулся ко мне, в глазах его словно взорвалась сверхновая, и с губ в мою сторону сорвался густой грязно-коричневый поток дыма. Что это было, я не знала. Как обороняться от того, о чём не имеешь никакого представления? Единственное что я успела сделать, это рвануть из кисета на поясе подаренный драконом талисман и выставить его перед собой, закрываясь как щитом.

Струя с такой силой ударила в руку, что я разжала пальцы. С глухим звоном костяная пластина покатилась по полу и исчезла в какой-то щели, судя по последующему всплеску, в дренажной трубе. Но всё-таки звено чешуи Великого Духа успело меня защитить, ударивший в неё дым отразился как от зеркала, изменил направление, и всей своей мощью угодил в тот самый бриллиант, висевший на шее у главного помощника мага-захватчика.

Парень вскрикнул, но скорее от неожиданности, чем от боли, потому что он даже не пошатнулся. А вот бриллиант повёл себя странно. Он, полностью поглотив дым, стал вдруг наливаться голубовато-розовым свечением, а потом, достигнув чистого утрамаринового цвета, выбросил тонкий смарагдовый луч, ударивший прямо в грудь Садана. Я просто окаменела. А вот бывший старший магистр был даже доволен.

- Гм, всё получилось не так как я рассчитывал, но я не в обиде. Возможно так даже лучше. Теперь твоя очередь красавица, кажется, ты теперь беззащитна? Это даже как-то неприлично, обижать беспомощного, тем более женщину. Ну да ничего, я не щепетилен. Может отдашь силу добровольно? В этом случае у тебя будет хоть какой-то шанс выжить. Хотя конечно гарантировать я ничего не могу, я, знаешь ли, жутко непостоянен. – Магистр веселился, наслаждаясь победой.

- Отдать силу говоришь? – Какая-то маленькая хитрая мыслишка пробежала по самому дальнему переулку моего затуманенного болью сознания. – А что, это вариант, держи! – То что я сделала, было чистой воды аферой, догадкой, импульсом подсознания, назвать можно как угодно. Вся боль потери любимого, весь ужас пережитый на дарвайском острове «Глаз», весь страх за будущее многих миров, если этот маньяк сможет победить, вся любовь к моим друзьям смешались в единое целое с подаренными мне силами где-то внутри меня. И весь этот густой коктейль я в едином порыве выплеснула на старого магистра. Этот девятый вал начисто разметал всю террористическую армию, да и главный маг был почти раздавлен, как в переносном, так и в прямом смысле. Но только почти.

23

Каким-то невероятным усилием Сельфанитрадиупу всё же удалось приподняться, схватить за грудки первого попавшегося своего прислужника и прохрипеть:

- Мой скипетр, живо! – Должна признаться, что даже в таком слабом голосе сквозило столько уверенности и властности, что никто не посмел бы его ослушаться. Парень как сквозняк исчез за какой-то дверью и вернулся почти в туже же секунду. Почему-то бледный.

- В-ваша светлость, а… а скипетра нет.

- Что значит, нет? Что ты придумал, мерзавец? Немедленно подай мне его! Я приказываю!

- Но его, правда, нет, он пропал!

- Сволочи! Я…. – Это было последнее, на что у зарвавшегося мага, пожелавшего безграничной власти хватило сил.

Мы все, и друзья, и враги просто стояли и смотрели, как уже мёртвое тело бывшего главного магистра на глазах превращается в сухую мумию. И ни у кого не было сил сделать что-то, или сказать хоть слово.                                                             Из полного оцепенения нас вывел скрип открывающейся двери. Из-за дубовой створки на нас смотрела и скромно улыбалась продувная физиономия нашего гнома.

- Ой, Правительница, а я тут нашёл кое-что. Твоё вроде. Вот. – На заскорузлой гномьей ладони лежало звено чешуи дракона – генератор силы.

- Спасибо – я чисто автоматически забрала вещицу. – Погоди, а что ты здесь делаешь?

- Ничего. Шёл я, шёл, потом смотрю вы здесь. Вот. – Говоря, гном как-то стыдливо пятился, а его куртка подозрительно топорщилась в разных местах и в особенности сзади.

- Ничего значит? А под курткой у тебя что?

- Где?

- Да везде!

- Так ведь хозяйственный я. Вот. Гляжу по сторонам, там железочка, там тряпочка какая валяется. Вот. Раз им не надо, так мне пригодиться. Вот.

- Покажи.

Ещё с начала моего правления гномы на своём опыте убедились, что если я о чём-то прошу, лучше так и сделать. Повторять дважды не пришлось. Гном нехотя складировал свои «находки» кучкой на полу. Тут были как гранёные, так и самородные камни, какие-то цепочки, колечки, пара золотых статуэток, столовые ложки, боевые кинжалы, несколько кусков ткани. И в довершение авангардной композиции, на самый верх гном водрузил богато инкрустированную металлическую палку.

- А вот и скипетр нашелся. – Ютал поднял жезл, очевидно опасаясь, что кто-то из бывших мятежников захочет им воспользоваться, но желающих не  было.

Покинуть остров магов нам никто не мешал. Как-то само получилась, что на обратном пути каждому нашлось занятие. Тамин управлял лодкой. Гном перебирал экспроприированные ценности, потому что ему разрешили всё оставить себе, забрав лишь скипетр главного магистра. Кто теперь им станет, решать предстоит на общем совете. Лично я была почти уверена, что это будет Агос. Сейчас он, с помощью остальных пытался, как можно комфортнее устроить раненых. Да, я же не сказала, Садан вовсе не погиб. Как раз сейчас Родан и объяснял мне, что же произошло, а я из последних сил пыталась не заснуть.

- Понимаешь, я ведь даже не представлял, что на острове может храниться такая реликвия. – Родан осторожно катал по ладони тот самый бриллиант, что раньше украшал шею Триапекровастара. Надо сказать, парень не совсем потерял голову, во всяком случае, камень отдал при первом же требовании и даже не пытался протестовать. -  Это так называемая слеза дракона. Она может очистить любого от привнесенного зла, если он сам этого хочет. И если он достоин. Вот он и истребил то, что поглощало магисилы Садана. А вообще, в древнейших рукописях сохранилось так мало сведений о нём, что из ныне живущих магистров вряд ли кто-то может сказать, на что он способен. По слухам он сам решает, что и как сделать. Сегодня он избавил короля от гибели, значит, Шадан оживёт.

Эпилог

Ещё несколько дней я провела на Шадане, исключительно в компании своей дружины. Ни у магистров, ни у Садана не было ни одной свободной минуты, которую они могли бы провести с нами. Со всех концов планеты в Шаданимар съезжались посланники других государств с просьбами о помощи. Причём поголовно все делегаты желали видеть Садиррегодавана своим королём. Так что мы не стали им мешать. Ушли по-английски, не прощаясь, оставив лишь короткую записку с пожеланиями счастья и всяческих удач.

А на Дарвае нас встретило голубое небо, воздух, напоенный знакомыми ароматами трав, и дружина в полном составе. Как наставник  Прим и обещал, они нас ждали. Дальше, как положено, разложили костры и всю ночь напролёт делились впечатлениями. А с первыми лучами солнца разошлись по домам.

Я проводила последних гостей и, не заходя в дом, поднялась в воздух, держа курс на обиталище Вечного Отшельника. Мы немного поболтали, я оставила ему генератор силы (на Дарвае он мне не нужен, да и вообще надеюсь больше не понадобиться, так что пусть хранится у него) и только после этого окончательно отправилась домой.

А возле моего дерева, у костра, сложив ноги по-турецки, меня ждал… Садан, собственной персоной.

- Ютал рассказал… - Садан словно продолжал прерванный минуту назад разговор. – Что в твоем мире есть такое королевство – Англия. – Я молчала, не совсем понимая, куда он клонит. – Так вот в этой Англии есть король, его все очень уважают, хотя он и не правит, а правит за него парламент. Мы решили, что вполне можем перенять их опыт. Я король – а правит магистрат.

Теперь я останусь здесь, если не прогонишь, конечно. – Лицо Садана было просительно-грустным, но глаза смеялись.

Вот теперь всё было просто непередаваемо хорошо. Тихо, спокойно, никуда не надо бежать, никого не надо спасать. Если желать ещё чего-нибудь, то это уже будет наглость. Я вздохнула полной грудью и подняла голову, чтоб утонуть в такой чистой голубизне. На небе небыло ни облачка. Хотя нет, одно, малюсенькое, всё же было. Оно, как клочок белого пуха под порывами ветра, металось по небосклону. Гм, странное облако….

Content

Ль Анна Земли Дарвая

Анна Ль Земли Дарвая

часть  I. Пророчество

часть 2. Соринка в глазу

часть 3. Битва на чужом поле