Джуди Кристенбери

Столичная штучка

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Джейсон Уэлборн внимательно всматривался в молодую особу, которая регистрировалась у гостиничной стойки. И то, что Джейсон видел, совсем не совпадало с тем, что он ожидал увидеть.

На всякий случай насупившись, Джейсон подошел к ней и довольно сурово произнес:

— Мисс Уотсон?

— Да? — доброжелательно отозвалась женщина, обернувшись.

Но блеск в ее взгляде мгновенно померк, стоило ей увидеть хмурое лицо мужчины.

— Джейсон Уэлборн. Партнер вашего отца. У него утром встреча, которую нельзя пропускать. По просьбе Сэма я прибыл встретить вас и отвезти на ранчо. Он рассчитывает управиться с делами к вашему приезду…

— Хорошо. Я сейчас зарегистрируюсь…

— Нет, мисс Уотсон, — тотчас пресек ее намерения Джейсон Уэлборн. — Сэм хотел, чтобы вы поселились на ранчо. — И, заметив настороженность во взгляде молодой женщины, добавил уже более мягко: — Если у вас нет иных планов, конечно…

Она задумалась, посматривая на угрюмого собеседника. Отойдя от стойки портье, сделала глубокий вдох и наконец решилась:

— Вот что, мистер Уэлборн. Так и быть. Только я поеду сама, за вами. Дело в том, что я уже взяла в аренду автомобиль.

Джейсон озадаченно воззрился на приезжую. Сэм, вероятно, не предвидел такой возможности — про арендованный автомобиль и речи не шло. Предполагалось, что Джейсон доставит гостью из города на своей машине. Наконец он кивнул, соглашаясь с планами мисс Уотсон.

Она направилась к выходу, и он пошел следом, но опередил у двери, распахнул ее и, повернувшись, заглянул в лицо приезжей.

Дженнифер Уотсон была весьма миловидной молодой девушкой. Забранные в простенький хвост на затылке волосы. Чистенькое личико. Безупречная дорожная одежда на ладненькой фигурке. Синие глаза определенно достались ей от отца, это Джейсон приметил еще при первом взгляде на Дженнифер. Если же в прочем она пошла в свою мать, то, памятуя о рассказах Сэма, такой особы следует остерегаться.

Когда приезжая заняла место за рулем новенького седана, Джейсон Уэлборн взобрался в кабину своего видавшего виды внедорожника и пустился вниз по узкой сельской дороге к ранчо своего друга и партнера Сэма Сандерса.

С Сэмом он познакомился десять лет назад. Тот уже долгое время был одинок после того, как его жена Лоррейн Уотсон, забрав малышку Дженни, оставила его и уехала жить в Нью-Йорк. Ко времени их с Джейсоном знакомства Сэм уже успел сделаться горьким пропойцей, безотрадно влачащим жизнь на заброшенном ранчо.

Опрокинув очередной стакан, Сэм тут же пускался в повествование о том, как в одну из ночей ушла его так опекаемая им половина, забрав с собой любимую доченьку. За этими рассказами в баре они и познакомились. Изрядно набравшись, Сэм вознамерился порулить до ранчо, но Джейсон, прежний партнер которого погиб по той же причине в автомобильной аварии, настоял на том, чтобы сопроводить нового знакомого. Доставил его до места обитания и ужаснулся запустению, царившему на этих когда-то, судя по всему, благодатных угодьях. Поразился Джейсон и тому, как трепетно этот бывалый мужчина переживает уход своей супруги. В результате он так и не сумел отстраниться от судьбы Сэма Сандерса. С той ночи они сделались близкими друзьями.

И вот теперь, по прошествии восемнадцати лет, «любимая доченька» из Нью-Йорка наконец соизволила явиться! Конечно, винить дочь в стародавнем поступке матери не было никаких причин, тем более у Джейсона Уэлборна. Однако Джейсон, считая это дело в некоторой степени своим, сразу преисполнился недоверием к преуспевающей элегантной горожанке, так ловко маневрирующей сейчас вслед за ним по ухабистой сельской дороге на новеньком арендованном седане. Джейсон рассудил, что в связи с ее появлением Сэм сильно рискует душевным спокойствием. Желая ли того или нет, но она вновь разобьет своему отцу сердце!

Джейсон остановил свой внедорожник на площадке с видом на коровник. Дженнифер Уотсон лихо подъехала и остановилась рядом. Она вышла из машины, не дожидаясь, пока этот хмурый деревенщина распахнет перед ней дверцу. На лице у молодой женщины был неподдельный восторг, и она эмоционально воскликнула, осторожно ступая ножками в изящных туфельках:

— О, да! Насколько я могу помнить, здесь все по-прежнему. Ничего не изменилось… Почти ничего…

Джейсон Уэлборн в первый момент испытал желание резко возразить в назидание, но своевременно осекся и ограничился лишь тем, что проворчал:

— Рейчел вас ждет.

Дженнифер вопросительно посмотрела на него. Джейсон не знал, говорит ли приезжей о чем-нибудь произнесенное им имя преданной экономки Сэма Сандерса.

— А как вы думаете, па… Сэм уже вернулся со своей встречи? — спросила она.

— Не думаю, — хмуро отозвался Джейсон, оглядевшись, и зашагал к дому, жестом призвав гостью следовать за ним.

— Да-да, я сейчас. Только сумку свою возьму, — засуетилась горожанка.

Джейсон резко остановился, нервно выдохнул, обреченно вспомнив о правилах джентльменского поведения, и, вернувшись, взял из багажника ее автомобиля увесистую сумку. Наверняка набита модными тряпками и прочей бесполезной дребеденью!

— Теперь мы можем идти, мисс Уотсон? — сурово спросил он молодую женщину.

— Простите. Да… Конечно, я уже иду, — зачастила извиняющимся тоном Дженни, семеня за ним по дорожке.

Она предусмотрительно надела туфли на невысоких каблучках. И одежда ее была скорее практичной, нежели вызывающе городской. У Дженнифер не было никакого желания поразить здешних жителей. Поэтому она терялась в догадках, чем именно вызвана суровость этого мужчины. Возможно, подобная предвзятость вызвана поступком ее матери? Но при чем здесь она, Дженнифер? В разлуке с отцом не было ее собственной инициативы.

Сначала она была слишком мала, чтобы самостоятельно поддерживать с отцом хоть какую-то связь, а мать не считала нужным способствовать этому. Став старше, Дженни успела позабыть раннее детство на ферме. Затем она вступила в суетливую пору юности, когда ни до кого, кроме себя, нет дела. Но стоило пройти этому беспокойному периоду, как вопрос об отце впервые встал настолько остро, что Дженнифер сама решилась написать ему.

И вот теперь она дома.

Навстречу ей вышла Рейчел. Верная, добросовестная, надежная, степенная, справедливая и безгранично терпеливая женщина. Джейсон, зная это, пустил их встречу на самотек.

— Рейчел! — воскликнула Дженнифер Уотсон, впорхнув с крыльца в дом и распахнув объятья.

— Дженни, — нежно проговорила домработница, тепло обняв хозяйскую дочь.

После первого приветствия Рейчел отступила и оглядела Дженнифер.

— Ты стала совсем взрослой дамой, — проговорила экономка.

— Надеюсь на то, — отозвалась Дженнифер. — Мне уже двадцать шесть.

— Уже, — поддразнила ее Рейчел. — Как же я рада видеть тебя, девочка.

— А он уже вернулся? — сдавленным шепотком спросила Дженнифер.

— Нет еще… Проходи.

— Не терпится увидеть его! Как он?

— Был в порядке, пока не получил ваше письмо, — опередил Рейчел с ответом Джейсон.

Обе женщины резко обернулись. Рейчел посмотрела на него с упреком, Дженни — с испугом.

— Я отнесу ваш багаж в комнату, — предпочел ретироваться мужчина.

— Нет! — резко остановила его молодая женщина. — Оставьте здесь. Быть может, хозяин дома пожелает, чтобы я уехала.

— Да что ты такое говоришь, милая! — На сей раз упрек от Рейчел достался Дженнифер. — Сэм никогда ничего подобного не пожелает.

Дженни ответила кроткой улыбкой.

— И все же будет правильнее дождаться его личного приглашения.

— Тогда пока выпей чая со льдом, — предложила Рейчел.

— С удовольствием.

— От чая со льдом и я бы не отказался, — объявил Джейсон, который, как показалось приезжей, чувствовал здесь себя как дома.

— Конечно, Джейсон, сейчас принесу. Займи пока Дженни… Детка, я испекла к твоему приезду твое любимое печенье, — добавила домработница, удаляясь.

— Овсяное, с изюмом и орехом пекан?! — восторженно воскликнула Дженнифер Уотсон.

— Именно, дорогая! — охотно ответила ей Рейчел. — Удивительно, что ты помнишь. Ты была тогда совсем еще крохой.

Джейсон с негодованием наблюдал за этой встречей, не понимая, как Рейчел может быть столь любезной, более того — искренне дружелюбной с девчонкой, которая восемнадцать лет избегала общаться с собственным отцом.

— Я многое помню, Рейчел, — эмоционально произнесла Дженнифер, но тут же смолкла, заслышав звук подъезжающего к дому автомобиля.

Джейсон посмотрел на приезжую. Он предполагал, что молодая женщина сорвется с места навстречу отцу, но та словно остолбенела.

— Твой папа приехал, — сказала Рейчел, видя ее состояние.

Дженнифермедленно приподнялась с дивана в гостиной, где успела удобно расположиться, болтая с экономкой. Она нетвердо направилась к входной двери и застыла на полпути в тревожном ожидании.

Дженнифер стояла в холле сельского дома и смотрела на входную дверь. Она вспомнила, в каком состоянии восемнадцать лет назад покидала отцовский дом… Тогда она плакала, словно предчувствуя, что не скоро вернется сюда. Маленькая Дженни отказывалась понимать, почему мама решила, что им с отцом будет лучше врозь, с годами же примирилась с маминым объяснением. Лоррейн всегда была непреклонной и последовательной в своих капризах женщиной, которую ничто не могло сбить с пути. Мать как-то сказала, что Сэму нужен был сын, а не дочь, которой, как и ей, не место среди коров. И эти ее небрежно брошенные слова запали глубоко в душу маленькой девочки. Она поняла их так, что отец просто не хотел ее…

Уже годы спустя Дженнифер сообразила, что это была не более чем экспансивная реплика, обычная для ее матери в приступах раздражения. Но неприятное чувство осталось. Дженни рассудила, что если бы она действительно была нужна отцу, он бы изыскал способы видеться с ней. Так что в конечном итоге мать оказалась права — врозь им жить лучше.

Мужчина, назвавшийся отцовским партнером, был всего несколькими годами старше Дженнифер. Вероятно, этот молодой человек сумел стать Сэму сыном, поэтому тот и не писал ей. И лишь после смерти матери Дженнифер все же решила самостоятельно разобраться, почему же так произошло.

Дверь отворилась, и они оказались лицом к лицу. Дженни и в многолюдной толпе узнала бы этого человека, своего отца. Он немного отяжелел, стал более сутулым, да и морщин прибавилось… Увидев дочь, он тут же прищурился, и знакомые лучики в уголках глаз глубже, чем прежде, прорыли заветренную смуглую кожу.

Дженни застыла, уставившись на отца. Он прошел в дом, посматривая на нее. Она ждала, что отец скажет ей что-то, распахнет свои объятья или улыбнется хотя бы. Но ничего этого он не сделал.

— Сэм, Дженни вернулась домой, — настойчиво проговорила Рейчел, не меньше дочери изумленная такой холодностью.

— Ранчо не было ее домом восемнадцать лет, Рейчел, — сухо парировал хозяин.

Дженнифер Уотсон взяла себя в руки. Она была готова к худшему, поэтому тихо сказала:

— Здравствуй, Сэм.

Эту фразу она заготовила на случай, если отец не будет проявлять особого желания общаться с ней.

— Привет, — небрежно отозвался тот, располагаясь на диване в гостиной.

— Я очень ценю твое приглашение остаться здесь. Это более чем великодушно… — церемонно начала приезжая, не садясь в указанное ей хозяйским жестом кресло. Сэм кивнул, продолжая молча смотреть на нее. — И все же я предпочитаю вернуться в гостиницу, после того как мы… поговорим…

— Нет! Ты останешься здесь! — грубо перебив ее, раздраженно прикрикнул Сэм Сандерс. — Не хватало еще, чтобы в городе про нас судачили!

Дженнифер тяжело вздохнула и присела на краю кресла, что стояло напротив дивана, занятого хозяином ранчо. Рейчел и Джейсон продолжали наблюдать встречу со стороны.

— Будешь чай со льдом, Сэм? — старательно сохраняя ровный тон, спросила его Рейчел.

— Да, пожалуй, — кивнул Сэм, не сводя испытующего взгляда со своей дочери.

Рейчел вышла из комнаты, а Джейсон так и остался стоять у двери гостиной, сложив руки на груди.

— Как ты, Дженнифер? — прохладно спросил ее отец.

— Отлично, — ответила она и, приложив заметные усилия, почти непринужденно добавила: — Я была удивлена тем, что здесь почти ничего не изменилось.

— Не могу с этим согласиться. Мы стараемся быть в струе, — деловито объявил Сэм и радушно посмотрел на своего молодого друга. — Однако должен предупредить тебя сразу, я уже не так состоятелен, как до развода. Поэтому, если ты приехала просить у меня денег…

— Я приехала не за этим! — обиженно вспылила горожанка. — Я лишь подумала, что настало время… поговорить для начала… мы не чужие друг другу люди. Но если ты так не считаешь, я уеду в ту же секунду, как ты мне скажешь об этом.

— Отлично, — бесстрастно отозвался Сэм Сандерс на ее взволнованную речь. — Я должен переодеться. И… у меня еще много неотложных дел сегодня. Располагайся. Рейчел даст тебе все, что понадобится.

Лишь пригубив чай, который принесла ему экономка, Сэм решительно поднялся и вышел. Джейсон последовал за ним.

И только когда мужчины вышли, Рейчел проговорила:

— Не смей плакать, Дженни! Просто пойми, каково ему было, когда вы его оставили. Он переменился в одночасье. Хоть и прошли годы, но рана, как видно, свежа. Не рассчитывала же ты, что он станет вести себя как ни в чем не бывало!

— Я понимаю… Просто не уверена уже, стоило ли мне сюда приезжать. Может, правильнее будет уехать прямо сейчас, Рейчел? Как думаешь? — взволнованно попросила совета Дженни.

— Если ты уедешь сейчас, девочка, возврата уже не будет. Ты должна это четко осознавать. Потерпи, дай ему время… Когда тебе вновь нужно быть в Нью-Йорке?

— Нет особой нужды. После смерти мамы я уволилась. Мне всегда казалось, что я вернусь сюда однажды…

— Это хорошо. И что бы ни говорил Сэм в запальчивости, здесь твой дом, Дженни. Пойдем, я помогу тебе обустроиться в твоей комнате, — сказала Рейчел и взяла багаж гостьи, которая пыталась перехватить тяжелую сумку из рук экономки. — Просто следуй за мной! — не позволила ей этого сделать Рейчел.

Дженнифер Уотсон послушно направилась за экономкой.

Рейчел привела ее в небольшую уютную комнату. Это была ее детская, но преобразившаяся до неузнаваемости. Теперь здесь преобладал голубой цвет, и комната была словно уже обжитая.

— Мне очень нравится, как ты здесь все устроила! — воодушевленно воскликнула Дженни.

— Мы достаточно долго оставляли все неизменным. Но когда стало ясно, что ты домой не вернешься, я решила обновить обстановку… Отец твой… Понимаешь, он очень страдал от этих напоминаний. Его постоянно тянуло сюда, и, всякий раз побывав в твоей комнате, он погружался в такую страшную тоску… Ну, в общем, я решила, что будет правильнее комнату твою переделать.

— Он скучал без меня? — чуть не с удивлением спросила Дженнифер.

— А как же, милая! — воскликнула Рейчел. — Не просто скучал, а горевал до отчаяния. Стал приходить в себя, лишь когда появился Джейсон. Если бы не он, не знаю, был бы твой отец жив сейчас…

— А… этот Джейсон… — осторожно проговорила Дженни. — Они очень близки?

— Да, девочка… — закивала Рейчел. — Знакомство с Джейсоном пошло на пользу твоему отцу. Он словно воспрянул. И прямо тебе скажу, если хочешь поладить с Сэмом, не вставай между ними.

— Да я и не собираюсь, Рейчел. Вообще сомневаюсь, что это в моих силах, — уверила экономку молодая женщина. — Учитывая то, как Сэм меня встретил…

— Почему бы тебе не звать его просто папой? Глядишь, и он переменится, — ненавязчиво посоветовала экономка.

— Даже не знаю, Рейчел… Словно мешает что-то, как ком в горле. Он даже и не прикоснулся ко мне!

— Да и ты тоже, насколько я заметила, — поддела ее Рейчел.

— Мне и неловко, и страшновато, — призналась Дженни.

— Вам обоим нужно время, милая моя, — подытожила зрелая женщина. — Я помогу распаковать вещи?

— Я сама, спасибо.

— Спускайся, когда обустроишься. Поболтаем.

— Спасибо, что ты так добра ко мне. Я очень скучала…

— А как же иначе? Я тоже скучала без тебя, милая, — сказала Рейчел и крепко обняла гостью.

Сэм Сандерс, оказавшись в своей комнате, медленно осел на постель. Опершись локтями в широко расставленные колени, он сцепил руки в замок и уставился перед собой. Дверь в комнату приотворилась, и в образовавшийся проем заглянул Джейсон.

— Сэм, ты в порядке?

— Да, — коротко ответил тот.

Джейсон тихо вошел и прикрыл за собой дверь.

— У тебя красивая взрослая дочь, — ободряюще констатировал он.

— Да, — вновь согласился Сэм.

— Думаешь, она здесь из корысти? — (Сэм посмотрел на друга, но ничего не ответил.) — Можешь не таиться от меня. Я считаю, ты имеешь все основания подозревать ее в этом. Лучше быть во всеоружии. Ты можешь попросить ее уехать… Если хочешь, я сделаю это вместо тебя.

— Нет. Не надо. Я обязан попытаться, Джейсон. И у меня нет никаких причин подозревать девочку в корысти. Когда-то она была доброй и ласковой. Другой и ее не знал, — сглатывая ком, сипло проговорил пожилой мужчина. — Я обожал ее, свое дитя… Лоррейн не имела права так поступать со мной… с нами. Ради Дженни я готов был на все.

— Ты уверен, что выдержишь очередное испытание? — обеспокоенно спросил Джейсон.

— Должен, — коротко ответил Сэм.

— Будь осторожен.

— Она моя дочь! — воскликнул пожилой человек. — Почему я должен остерегаться ее?!

— Она не только твоя дочь, но и дочь Лоррейн. Поэтому будь осторожен, — повторил свое напутствие Джейсон. — Не торопись с выводами, ни с обнадеживающими, ни с дурными. Пусть все идет своим чередом.

— Да… — апатично согласился с ним Сэм и отвернулся, демонстрируя желание побыть одному.

Джейсон вышел из его комнаты.

Сэм Сандерс слишком поздно понял, что практичная женщина Лоррейн Уотсон стала его женой только ради финансового благополучия. Молодая женщина была весьма разочарована, когда оказалось, что любящий муж не собирается безоговорочно расточать деньги на все ее капризы, предпочитая вкладывать их в развитие хозяйства. Она бы ушла от Сэма и раньше, но оказалась беременна.

Когда родилась Дженнифер, Лоррейн почти не приходилось заниматься дочерью. Уход за ребенком, как и ведение домашнего хозяйства, взяла на себя сердобольная Рейчел. Супруги прожили вместе еще восемь лет, после чего Лоррейн объявила, что намерена взять Дженни с собой в Нью-Йорк, показать девочку бабушке. Они уехали и не вернулись.

Даже если этот брак и можно было назвать ошибкой, то рождение дочери, которую Сэм обожал, было для него счастьем. Поэтому он сел на самолет и полетел в Нью-Йорк. Он был намерен привезти дочь назад в Оклахому. Но Лоррейн встретилась с ним на нейтральной территории, отказалась отдать дочь, отмела все его требования. Сэм вернулся на ранчо в удрученном состоянии, из которого сумел выбраться лишь много лет спустя, встретив Джейсона Уэлборна.

Незаметно для самого себя он пристрастился к выпивке, забросил хозяйство, и ранчо постепенно стало погружаться в запустение. Попытки Рейчел вернуть его к жизни оказывались безуспешными.

И тут Бог послал Сэму Джейсона. Парень оказался удивительно чутким и предприимчивым. Он вошел в долю, поднял хозяйство, помог избавиться от опасного пристрастия в выпивке, стал настоящим другом для измученного отчаянием, раньше времени постаревшего Сэма.

Теперь Джейсону Уэлборну официально принадлежало сорок девять процентов от ранчо. Сэм слукавил перед Дженнифер, объявив, что уже не столь богат, как в прежние времена. Это не соответствовало действительности, так как, владея лишь половиной доли столь успешного хозяйства, он уже владел средствами намного большими, чем когда был женат, и к тому же ежегодно повышал свой достаток.

Да, он подстраховался. Ему нужно было знать наверняка, что дочь вернулась не ради денег.

Дженнифер сосмешанными чувствами обустраивалась в своей прежней детской. Стены под новыми обоями казались родными, но от них исходила прохладца, как от отцовского прищура.

Она присела на край кровати и, усмиряя свои эмоции, рассудила, что не следует сокрушаться о пролитом много лет назад молоке. Нужно решать, что делать теперь.

За эти годы разлуки Дженнифер научилась быть сильной, научилась владеть своими чувствами. Восемнадцать лет назад ее никто и не спросил, ей просто не дали выбора, и она вынуждена была смириться. Теперь все иначе. Она не обязана следовать примеру своей матери, больше всего любившей светскую жизнь и мишуру, сопряженную с нею. Но матери уже нет…

Все, что Дженни помнила о своем городском детстве, — это няня, издерганная претензиями ее матери и бабушки. Заботам этой чужой женщины девочка и была вверена, когда они приехали в Нью-Йорк. Мама не находила времени заниматься дочкой — ей надо было блистать в обществе. С матерью и бабушкой Дженни пересекалась лишь за ужином, который, из-за ритуальной обязательности и церемонности, превращался для живого и непосредственного ребенка в своего рода пытку, после которой, впрочем, Дженни опять передавалась в руки все той же няни.

Это было непростое для девочки время. Там, в Нью-Йорке, она вспоминала свою жизнь на вольных просторах Оклахомы как что-то нереальное. Вспоминала, как, одетая маленьким ковбоем, слушала отца, объяснявшего будущие ее обязанности ранчеро. Отец обещал научить малышку ездить верхом, и, помня об этом, Дженни постоянно твердила о лошадях. В Нью-Йорке, вынужденная внимать просьбам дочери, мать отдала ее в школу верховой езды, куда Дженни водила по субботам няня. Но это было все не то. Лишь прикрыв глаза, девочка могла представить, как правит конем на полях Оклахомы…

Дженнифер спустилась в кухню к ленчу, за приготовлением которого и застала Рейчел.

— Тебе помочь? — кротко спросила она женщину.

— Нет необходимости, детка. Просто составь мне компанию, — ответила та столь мило и непринужденно, словно Дженнифер никуда не уезжала, не пропадала все эти долгие годы в далеком и загадочном городе.

Дженни вновь ощутила себя маленькой девочкой.

— Признаться, я неплохо умею готовить, — смущенно проговорила она. — Мамин повар меня многому научил. Мне будет приятно помочь тебе.

— Мамин повар? — недоверчиво переспросила Рейчел. — И он учил тебя? Это, должно быть, очень интересно — учиться у профессионального повара. Но ленч не предполагает изысков. Я справлюсь.

— Ты всегда все делала с легкостью, Рейчел. Так, словно любое, даже самое сложное, дело не составляет для тебя ровным счетом никакого труда. Дом огромный, жильцы в нем требовательные, и тем не менее всегда довольные.

— Такова уж моя работа, дорогая, — скромно отозвалась экономка.

— Но поскольку я здесь, то обязана помочь тебе, — решительно подытожила молодая женщина. — Что ты можешь мне доверить?

— Почисть для начала картошку, — столь же решительно ответила Рейчел.

— Отлично! — охотно засучила рукава Дженнифер. — Как думаешь, позволит мне Сэм однажды прокатиться с ним верхом?

— Ну, не знаю, детка… А ты ездишь верхом?

— Да, я каталась по субботам в Центральном парке. В английском седле, конечно, не как здесь принято. Но мне бы очень хотелось скакать на здешних лошадях, привыкших к просторам, — доверительно сообщила Дженни.

— Вот твой отец удивится, когда узнает, что у тебя есть такое желание! Помню, твоей матери не правилось твое увлечение сельскими забавами, — нейтрально констатировала мудрая женщина.

— Да. Я знаю. Мне пришлось отстаивать мое желание заниматься лошадьми. Маме ничего иного не оставалось, как уступить. Я тогда еще думала, что мама устанет в этом городе и согласится вернуться на наше ранчо. Но моим надеждам не суждено было свершиться, — с сожалением произнесла она, укладывая очищенную и помытую картофелину на блюдо. — Представляешь, она заявила, что никогда и ни при каких обстоятельствах не вернется в Оклахому!

— Бедная девочка…

— Под Рождество я проплакала несколько дней, узнав, что не смогу повидаться с папой на праздник… Тогда-то мама и сообщила, что не собирается с ним воссоединяться. Поэтому в качестве компенсации мне и было позволено регулярно брать уроки верховой езды.

— Быстро ты справилась, — отметила домработница, приняв полное блюдо очищенного картофеля. — Сделаем на обед пюре… Хочешь, я сама спрошу у твоего отца, не пожелает ли он прокатиться с тобой? Уверена, идея ему придется по душе.

— Спасибо огромное, Рейчел! — обрадовалась Дженни. — Боюсь, без твоего участия нам не наладить отношений, — признала она. — А мне бы так хотелось узнать Сэма поближе.

— Думаю, это желание у вас взаимно… да и мне будет только проще, если ты обоснуешься здесь. С возрастом все тяжелее справляться с таким большим хозяйством. Еще одна пара женских рук в доме не помешает…

ГЛАВА ВТОРАЯ

Сэм и Джейсон вошли в кухню прежде, чем женщины успели еще что-либо сказать.

— Дженни, что это ты делаешь? — спросил хозяин дома работающую над разделочной доской молодую женщину.

— Помогаю Рейчел готовить ленч, — просто ответила она, обернувшись к отцу и попытавшись улыбнуться.

— Ты не обязана, — раздраженно проговорил он.

— А по-моему, дело похвальное. Рейчел слишком загружена, — вмешался Джейсон Уэлборн.

— Именно так мы и рассудили, — подвела под дискуссией черту Рейчел. — Я возражала, но Дженни настояла. Она ловко справляется. Не думаю, что ее так уж затруднило почистить картофель для пюре.

— Нисколько не затруднило, — подтвердила Дженнифер. — Меня бы больше затруднило болтаться без дела.

Сэм Сандерс, которому не понравились все эти речи, покинул кухню. Джейсон тотчас вышел вслед за ним.

— Очень сожалею, что из-за моего каприза вышла такая сцена, — тихим голосом повинилась перед экономкой Дженнифер.

— О чем ты говоришь, деточка? Я давно привыкла к его ворчанию. Приходится признать, что твой отец стареет. А мне тоже без общества не сладко. С тобой хоть словом перемолвиться могу, а то весь день в заботах и мыслях… Тяжело, — откровенно призналась Рейчел.

— Ты так давно у Сэма… Как вообще такое возможно?

— Сэм нанял меня, женившись, когда Лоррейн забеременела тобой. Я была тогда совсем девчонкой. Лоррейн была не в восторге от жизни на ранчо со всеми ее хлопотами. Она оказалась не приспособлена для такой тяжелой работы. Это и понятно… А как обстояли у нее дела в Нью-Йорке? — осведомилась экономка.

— У нас было несколько домработниц и повар.

— А чем занималась Лоррейн?

— Ну… — протянула Дженнифер и запнулась. — Мною занималась моя няня. Она с утра поднимала меня, собирала и отводила в школу, забирала из школы, проверяла уроки, укладывала спать. Свободное время я проводила на кухне — мне так там нравилось! Наш повар колдовал у плиты, кругом аппетитно пахло… А у мамы было много важных знакомых, в обществе которых она проводила большую часть времени. Как и моя бабушка. Их объединяли общие интересы. Думаю, другой жизни они себе не представляли. Тем более что деньги позволяли жить на широкую ногу. После смерти бабушки ее состояние полностью перешло в мамино распоряжение…

— Свободное время на кухне — неужели это был весь твой досуг? — изумилась Рейчел, умело скрывая негодование.

— Еще няня водила меня в парк, — добавила Дженни.

— А домработницы и повар все еще функционируют в твоем нью-йоркском доме? — осведомилась Рейчел.

— Я дала им расчет после маминой смерти и… продала дом.

— Ты продала дом в Нью-Йорке? — еще более изумилась Рейчел.

— Да. Такая жизнь не для меня, — нехотя призналась Дженни.

— Так у тебя теперь нет дома? — уточнила экономка, сосредоточенно вглядываясь в молодую женщину.

— Ответ на этот вопрос меньше всего зависит от меня. Надеюсь, в самом скором времени эта проблема как-то решится, — дипломатично проговорила Дженнифер Уотсон.

— Да-да, я тоже очень на это надеюсь, — задумавшись, пробормотала Рейчел. — Значит ли это, что ты можешь оставаться на ранчо сколь угодно долго?

— Если хозяин позволит, — пожала плечами хозяйская дочь.

— Дай ему время, — в очередной раз повторила свою магическую фразу мудрая женщина.

— У Дженни, как оказалось, золотые руки. Она очень помогла мне с приготовлением ленча, — проговорила Рейчел, подавая на стол.

— Очень любезно с ее стороны, — процедил хозяин.

— Это меньшее, что я могу сделать, находясь в этом доме, — отчеканила Дженнифер.

— Означает ли это, что ты планируешь здесь остаться? — громко спросил Сэм Сандерс.

— Да, — коротко и честно ответила она. — Мне бы очень хотелось, если ты не станешь возражать.

— С чего бы мне возражать? Оставайся сколько хочешь, — небрежно бросил отец.

— То есть… ты… А ты мог бы проехаться со мной верхом по окрестностям после обеда? — смело спросила она отца.

— У меня сегодня много дел. Буду занят до самого ужина, — сухо ответил он.

— Я мечтала об этой прогулке все годы, что занималась верховой ездой, — призналась Дженни.

— Как твоя мать допустила верховую езду? — искренне удивился Сэм.

— У нее просто не было выбора, — чуть ли не с гордостью заявила дочь.

— Мне всегда казалось, что Лоррейн — кремень.

— Я тоже не слабого десятка, — вызывающе отозвалась Дженнифер.

— И все же как тебе это удалось?

— Я рыдала, упрашивая ее вернуться домой… в Оклахому, — честно ответила гостья.

— Понятно. Значит, ты мечтала об этой прогулке верхом много лет? Что ж, ничего не поделаешь, придется составить тебе компанию, — с мнимой неохотой проговорил Сэм.

— Спасибо.

В продолжение всего обеда Джейсон Уэлборн хранил молчание. Поведение Дженнифер казалось ему вызывающим, поэтому согласие Сэма прокатиться с дочерью ошеломило молодого человека. Он был уверен, что та бесстыдно играет чувствами отца. Убежденный, что, наигравшись, эта городская особа вернется в свой респектабельный нью-йоркский особняк, Джейсон не мог понять, зачем она обнадеживает старика. К концу обеда он не выдержал:

— Скажите, мисс Уотсон, у вас есть работа в Нью-Йорке?

— У меня есть профессия, — уклончиво ответила она. — Я специалист по информационному обслуживанию.

— Что это значит? — заинтересовался Сэм, нахмурившись.

— Так, офисная работа с компьютеризированными информационными системами. Кабинетная рутина. Откровенно говоря, я терпеть это не могу.

— Интересно, — заметил Джейсон. — И как же вы справляетесь с вашей работой?

— Я уволилась после маминой смерти. Трудно было совмещать такую работу с теми обязательствами, которые появились… — еще более туманно пояснила Дженнифер Уотсон. — Ну а теперь я четко понимаю, что к прежней работе вернуться уже не смогу.

И Джейсон передумал задавать следующий вопрос, лишь пробормотал, потупившись:

— Приношу свои соболезнования в связи с кончиной вашей матери.

Дженни кивнула, принимая слова сочувствия.

— Как это случилось? — глухо спросил Сэм Сандерс.

— Автомобильная авария. Мама всегда гоняла как сумасшедшая… Конечно, мама погибла по собственной вине, но от этого разве легче? Мне ее очень не хватает… — созналась Дженни.

— Она больше не вышла замуж? — решил идти до конца отец.

— Ты же знаешь… Любвеобильной она никогда не была, — проговорила дочь..

— Это точно, — горестно согласился Сэм, отставив пустую тарелку.

— Иди, Дженни, переоденься для верховой прогулки, — материнским тоном велела ей Рейчел. — Отец подождет тебя, — заверила она, собирая со стола посуду.

— Я помогу тебе, Рейчел, — вызвался молодой мужчина.

— …И мне нечего сидеть без толку, — проговорил хозяин дома, поднимаясь из-за стола.

— Я готова! — торжественно произнесла Дженнифер, спустившись.

Она была похожа на картинку из журнала. В бриджах кремового цвета и короткой темной курточке наездницы, в сапожках из тонкой кожи с высокими голенищами, в жокейском шлеме….

— Вы куда так вырядились? — откровенно пренебрежительно спросил ее Джейсон Уэлборн.

— Я всегда так одеваюсь для выездки… У меня нет джинсовых брюк, к сожалению, — пробормотала Дженни, словно оправдываясь.

— Все нормально. Одежда не изменит ее намерений, — проговорил Сэм, храня бесстрастность — как при блистательном появлении прекрасной наездницы, так и при довольно грубой реакции своего молодого друга.

Но Джейсона это не удовлетворило. Криво ухмыльнувшись, он покачал головой и покинул общество.

— Так ты готова? — поторопил ее Сэм.

— Да, но если ты настаиваешь на том, чтобы я переоделась… — конфузливо проговорила Дженни.

— Ни на чем я не настаиваю, — отрезал отец.

Дженнифер подошла к Рейчел и, поцеловав ее в щеку, проникновенно произнесла:

— Спасибо за ленч и вообще…

— Спасибо, Рейчел, — присоединился к благодарности хозяин дома.

Дженнифер не смотрела на Джейсона Уэлборна, но была уверена, что издевательская усмешка по-прежнему змеится на его лице. Высокомерный провинциал беззастенчиво издевается над ее нью-йоркскими привычками, хотя ни Сэм, ни сама Дженни не видели ничего дурного в ее безупречной жокейской амуниции. Девушка, конечно же, догадывалась, что ковбойское седло — не английское, что сельские кони норовистее тех, с какими ей приходилось иметь дело, а головокружительные просторы Оклахомы — не чета дорожкам Центрального парка Нью-Йорка. Но при этом она не могла понять, чем повредит ее аристократическая униформа зелени местных лугов и вольной рыси лошади.

Молодая женщина считала нужным именно теперь продемонстрировать этим мужланам, что и в седле она органична, и сельским бытом ее не напугаешь, что она не пасует ни перед зверем, ни перед человеком, пусть даже с хмурым взглядом и ядовитой ухмылкой.

Горожанка довольно ловко положила седло на спину указанной ей гнедой лошади и даже управилась с подпругой прежде, чем это сделал отец.

— Не слишком ли ты быстро? — спросил Сэм и пристрастно проверил ременные крепления. — Не перетянула ли?

— Уверена, все в полном порядке, — решительно проговорила гостья из Нью-Йорка и, нежно проведя ладонью по крупу лошади, заметила: — Вижу, она хорошо тренирована.

— Да. Джейсон занимается этим, — ее отец кивнул на своего партнера, что стоял в отдалении, предпочитая не вмешиваться в общение отца и дочери.

— Он помогает тебе? — тихо спросила дочь.

— «Помогает» — неверное слово для того, что он для меня уже сделал и продолжает делать. Когда мы познакомились, я был на грани банкротства. Много пил, о будущем и не думал. Все казалось упущенным, потерянным. Я был жалок, — с обезоруживающей прямотой признался Сэм Сандерс. — Познакомились мы в баре. Он тогда привез меня мертвецки пьяного домой. И помог. Остановил меня в этом саморазрушении. Я перед ним в неоплатном долгу.

— Очень благородно с его стороны, — смущенно проговорила дочь, шокированная этой исповедью.

— Именно. Твой отец был горьким пьяницей, Дженнифер. Но ровно до того дни, как познакомился с этим парнем. На следующее утро, когда я протрезвел и мог кое-как соображать, он серьезно поговорил со мной. Его предложения были сугубо практические и касались управления ранчо, но я наконец почувствовал доброе человеческое участие, которое было мне необходимо. Так Джейсон поселился на ранчо… — Сэм вздохнул. — В данный момент он владеет сорока девятью процентами собственности. И по заслугам. В свое время он окончил университет штата. Этот парень много смыслит, много умеет. Неустанно и тяжело работает, совершенно не пьет, наученный горьким опытом других бедолаг вроде меня. Да и его родители… они погибли в аварии, столкнувшись с машиной, за рулем которой был пьяный водитель. Джейсон верно говорит, что человек добровольно превращается в идиота, злоупотребляя зельем, — доверительно тихо сообщил изумленной дочери Сэм. — Ну что, едем? — вмиг воодушевившись, спросил он.

— И куда мы отправимся? — спросила, вскочив в седло, молодая женщина и дружелюбно погладила холку гнедой лошадки.

— На северные пастбища, — ответил хозяин, кивнув вдаль. — Это не прогулка. Следует разделить гурт и сопроводить половину стада на другой участок для выпаса. Как думаешь, сможешь поучаствовать в этом деле?

— Буду стараться, — бесстрашно отозвалась Дженнифер.

Отец оценивающе посмотрел на нее и сказал:

— Может, и справишься! — И пустил своего коня рысью, задав направление и темп.

Дженнифер уверенно поскакала за ним, отслеживая повадки и норов своей лошадки. Через пару минут ладного бега Дженни нагнала Сэма и спросила:

— Каким образом ты узнаешь возраст коровы?

— Сейчас я уже не задумываюсь над этим, ответ приходит сам собой — спасибо опыту, интуиции и элементарному знанию. Но есть конкретные признаки, по которым любой острый взгляд отличит теленка от взрослой особи… Слушай внимательно, Дженни. Твоя задача — огибать стадо, — чтобы коровы не разбредались, пока мы с Джейсоном и другими парнями будем разделять их.

— Сделаю, — ответила Дженни.

Сэм удовлетворенно кивнул и поскакал дальше, но резко приостановился и крикнул дочери:

— Дженни, я забыл предупредить — твоя лошадь натренирована на жесткое обращение, мягкотелого седока может и сбросить, так что, если хочешь добиться от нее полного послушания, дай почувствовать свою волю!

— Хорошая работа, Дженни! — с гордостью крикнул Сэм, когда две группы работников разбили одно стадо на два и повели каждое к новому выпасу.

— Так эта молодая леди и есть малышка Дженни? — раздался хрипловатый голос одного из работников.

— Это Бастер, — тихо сказал отец дочери.

— Неужели ты Дженни? — изумленно спросил Бастер, приблизившись к Дженнифер Уотсон. — Как дела?

— Лучше с каждой минутой! — отозвалась воодушевленная пастушескими успехами молодая наездница. — Пусть вас не смущает мой внешний вид, — шутливо прибавила она, заметив внимательный взгляд Бастера.

— Да, в джинсах было бы попривычнее, — проговорил тот.

— Для кого? — смеясь, спросила Дженни.

— А что, все нью-йоркцы так выглядят?

— Только те, кто занимаются конным спортом.

— Не боишься заскучать на ранчо?

— Только не я. Здесь не скучнее, чем в городе.

— Как же давно это было… Не узнаю в тебе той крохи, какой ты когда-то была.

— Восемнадцать лет прошло, — проговорила молодая женщина.

— Да, годы… — глубокомысленно протянул Бастер. — С возвращением, Дженни!

Джейсон Уэлборн не спускал глаз с Дженнифер Уотсон в течение всего дня. Как наездница она держалась неплохо. Но, на его пристрастный взгляд, слишком непринужденно общалась с работниками патриархального ранчо. Джейсон был уже склонен усмотреть в этом определенную нарочитость, игру.

Девушка правила кобылкой, которую тренировал он. Управлялась с ней ловко, без проблем, несмотря на весьма агрессивный и своенравный характер животного. Джейсон не ожидал от городской дамочки такого очевидного успеха, отчего еще больше насторожился.

С самой Дженнифер он предпочитал не переговариваться. Ему нужно время, чтобы во всем разобраться. Он был уверен, что его друг Сэм использует любой мало-мальский повод, чтобы подружиться со своей вновь обретенной дочерью. Пожилой мужчина тщательно скрывал свой восторг от поведения дочери. Она прекрасно скакала верхом, с азартом и без колебаний бралась за поручаемые ей дела по перегону скота. И Джейсон догадывался, что любое сказанное в противовес ей слово лишь негативно отразится на их с Сэмом дружбе.

Наблюдать за Дженни и вправду было одним удовольствием. Она определенно умела держаться в седле, причем делала это с грацией истинной амазонки. Невзирая на свое предвзятое мнение, Джейсону пришлось признать, насколько изумительно смотрится молодая женщина в этом своем жокейском костюмчике, как выделяется в окружении простых ковбоев. Уже не говоря о том, что Дженнифер Уотсон была просто очень красивой женщиной…

Приближались сумерки, и наездники пустили лошадей галопом к конюшие. Поднялся ветерок, небо окрасилось интенсивными брызгами теплого вечернего солнца.

Дженнифер Уотсон вдыхала свежий воздух, широко развернув плечи, решительно придерживая поводья, пришпорив бока капризной лошади. Именно этого момента ждала много-много лет. Вот она скачет по бескрайним просторам, вот впереди показывается дом, ее дом…

У конюшни наездники спешились. Джейсон ловко перехватил поводья из рук Дженнифер и спросил, дерзко заглядывая под козырек жокейского шлема:

— Понравилась прогулка?

— Да, очень! — эмоционально ответила Дженни. — Сэм сказал, что вы занимались лошадью. Отличная работа, мистер Уэлборн! Мне кажется, мы с ней поладили. — И она огладила лошадиную холку.

— Седлайте ее всякий раз, когда надумаете прокатиться, — неожиданно для себя галантно предложил молодой человек и повел под уздцы ее и свою лошадей в денники.

— Спасибо. Вы очень любезны, — церемонно ответила Дженнифер, совсем не ожидавшая от Джейсона такого великодушия.

— Я не предлагал бы, будь вы плохой наездницей, — сделал ей своеобразный комплимент Джейсон Уэлборн. — Но не подумайте, что я отдаю кобылу вам. Это перспективная лошадь, требующая особого ухода. Я намерен продолжить занятия с ней, — сурово добавил ковбой.

— А я и не претендую, — просто отозвалась молодая женщина. — В любом случае весьма вам признательна.

Дженнифер приняла освежающий душ и переоделась к ужину. Широкие темные брюки из шелковистой ткани и легкая светлая блузка лишь добавляли ее облику городского лоска. Как всегда, она собрала густые волосы на затылке. Ей не нужно было прилагать больших усилий, чтобы выглядеть хорошо.

Когда Дженнифер спустилась в столовую, Рейчел встретила ее словами:

— Поставь рулеты в духовку, если тебя это не затруднит, дорогая. Они как раз должны поспеть к десерту.

— Могу и чай заварить, — отозвалась Дженнифер.

— О, очень меня обяжешь, — благодарно проговорила экономка. — Как тебе понравилась прогулка? — полюбопытствовала она, когда Дженнифер вернулась из кухни в столовую, где уже расположился хозяин дома.

— Встретила Бастера.

— Ты помнишь его? — удивилась домработница.

— Еще бы! Он часто возился со мной! — воодушевившись, громко ответила Дженнифер.

— Что было, то было, — несколько угрюмо пробормотал Сэм.

— Что случилось? — обеспокоенно поинтересовался Джейсон Уэлборн, спускаясь к столу.

— Все в порядке. Садись, — проговорил Сэм Сандерс.

— У нас сегодня на ужин стейки на косточках, — обрадовала собравшихся за столом ценителей своего кулинарного творчества Рейчел. — Как прошел день? — спросила она, раскладывая мясо по тарелкам.

— Отлично! — отозвался хозяин. — Перегоняли скот на свежий выпас.

— Дженнифер оказалась хорошей наездницей, — констатировал Джейсон Уэлборн.

— Я не сомневалась, — отозвалась Рейчел.

— Ты поедешь с нами завтра утром? — обратился Сэм к своей дочери.

— Утром? Если ты не возражаешь, утром я хотела бы провести время с Рейчел… — тактично отказалась та.

— Не возражаю, — спокойно воспринял ее отказ Сэм.

К концу ужина Дженнифер по-хозяйски направилась на кухню.

Достав из духовки подрумяненные и пышные рулеты, она выложила их в плетеную корзинку, сервировала поднос чайными приборами и со всем этим великолепием направилась в столовую.

После десерта, когда Рейчел принялась за посуду, а Сэм удалился в гостиную, Дженнифер спросила:

— Рейчел, тебе не показалось, что Сэм чем-то расстроен?

— Не знаю, не заметила… — проговорила Рейчел, собирая со стола с помощью Дженни и Джейсона посуду.

— А я почти уверена… — задумчиво пробормотала Дженнифер.

— Почему? — спросил ее Джейсон.

— Трудно сказать. Быть может потому, что я упомянула Бастера?

— А при чем здесь Бастер?

— Он много времени проводил со мной, когда я была маленькой. Я хорошо помню его. Возможно, Сэм обиделся… Не знаю… — неуверенно проговорила Дженни.

— Пойду попытаюсь выяснить, в чем дело, — озабоченно отозвался Джейсон и направился в гостиную.

— Ты-то сама как? — спросила Рейчел.

— Я в порядке, — удрученно произнесла молодая женщина. — Только чувствую себя так, словно хожу по яичной скорлупе. Очень уж все зыбко…

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Утром в доме царили мир и согласие. За завтраком мужчины обсуждали планы на день. Если и случились какие-то обиды вчера, казалось, они были забыты. Во всяком случае, Сэм был бодрый и словоохотливый.

Рейчел, собранная и находчивая как всегда, с самого утра предложила гостье собираться в город, где бы они могли походить по магазинам в свое удовольствие. Пора приобрести для Дженни столь необходимые на ранчо вещи, как джинсы и ботинки.

— Да, конечно, отличная идея, — тотчас отозвалась Дженнифер Уотсон.

— А поскольку мы не привыкли оставлять дом неприбранным, предлагаю перед поездкой навести повсюду чистоту. Я займусь уборкой комнат и поменяю постельное белье, а ты уж позаботься о стирке, деточка, — шутливо распорядилась Рейчел.

— Заметано! — охотно воскликнула Дженни, поднимаясь из-за стола, улыбнулась и побежала наверх…

— Дженни! Ты скоро? — позвала Рейчел, в полной готовности ожидая девушку в коридоре.

— Бегу-бегу! — отозвалась сверху Дженнифер, а вскоре появилась и сама.

Первым пунктом у дам был намечен магазинчик, в котором Дженни быстро и толково купила все, что требовалось. Было приобретено четыре пары разнофасонных джинсовых брюк, несколько пар крепкой обуви, щегольская ковбойская шляпа, кипы рубашек разных расцветок, стопочки носков, и рабочих перчаток, а также кожаный жакет — все, чтобы довершить безупречный облик королевы ранчо.

— Основательно отоварилась! Мне импонирует твой выбор. Донести бы все до машины, — прокомментировала Рейчел, помогая Дженни забирать с прилавка бумажные пакеты с покупками.

— Донесем… Куда теперь?

— За провиантом! — объявила экономка.

Когда они вернулись домой, стирка заложенного перед выходом белья была успешно завершена, и Дженни загрузила в барабан свои обновки.

— Так не терпится поскорее вырядиться в обновки? — посмеялась над ее спешкой Рейчел. — Будешь отменно выглядеть. Любой признает в тебе прирожденную пастушку.

Очаровательная личико Дженни расплылось в улыбке.

— В детстве я грезила стать ковбоем. Признаться, мне действительно не терпится. А пока длится стирка, я пойду к себе и отправлю несколько электронных сообщений. Надо сообщить некоторым, что я жива и здорова.

— Ты много друзей оставила в Нью-Йорке? — с ноткой сочувствия спросила ее Рейчел.

— Да… Хотя, живя там, я чувствовала себя одинокой… А вот теперь понимаю, что меня окружали хорошие люди и надежные друзья.

— Они были близки тебе?

— Некоторые — очень, другие — в меньшей степени. Маму всегда окружали толпы людей, и я наблюдала разные странности их поведения. Поэтому сама всегда старалась быть более разборчивой.

— А кто-то особенный есть у тебя в Нью-Йорке? — деликатно поинтересовалась Рейчел.

— Да, хотя… Ну, вроде того… — нетвердо ответила молодая женщина. — Однако я считала себя обязанной вернуться в Оклахому, поэтому пришлось принять и озвучить это решение.

— Не тяжело было расставаться? — проникновенно произнесла экономка.

— Я знала, что буду скучать по Нью-Йорку и всему, что с ним связано, по этот город, пусть и большая часть моей жизни, но только часть. Меня всегда тянуло сюда, домой. Когда не стало мамы, уже никто и ничто не могло удержать меня там.

— Значит, все серьезно, Дженни? Это не короткие каникулы, после которых ты вернешься к прежней жизни? — взволнованно спросила Рейчел.

— Не знаю, смогу ли я что-либо гарантировать… Разве только то, что постараюсь определиться с будущим, найти себя, — серьезно проговорила Дженнифер.

— У меня к тебе просьба: ты, конечно, ищи себя, но при этом постарайся не разбить своему отцу сердце, — обеспокоенно сказала Рейчел.

Джейсону Уэлборну было ясно: храня напряженное молчание, Сэм думает о дочери. Он, как и прежде, трудится, производит привычные действия, но по временам выпрямляется и застывает, вскидывая голову. И его лицо осеняется каким-то таинственным светом. А вот присутствия Джейсона Сэм словно не замечает. Такое поведение казалось по меньшей мере не присущим Сэму. Если бы Джейсон не знал своего умудренного жизнью друга, то решил бы, что тот размечтался. Возможно, так оно и было…

Фактически за прошедшие полтора дня Дженнифер нельзя было ни в чем упрекнуть. Но лишь время испытывает твердость намерений. Джейсон за свою жизнь наблюдал и куда больший энтузиазм дилетантов фермерской жизни, который вскоре разбивался о рутину. Не многие способны проявлять должную степень постоянства в этом нелегком деле, они-то и составляют узкий круг избранных.

Каждодневный монотонный тяжелый труд от рассвета и до заката — это так далеко от полудетских представлений избалованной горожанки, что разочарование и скука не замедлят явить себя — вот в чем был уверен скептически настроенный Джейсон Уэлборн.

При этом он должен был великодушно признать, что вины Дженнифер в этом не будет, поскольку далеко не каждый в силу известных причин создан для фермерской жизни. Вот только бы возмечтавший Сэм не лишился почвы под ногами, когда дочь вновь покинет его, возвращаясь к привычной беспечности городской жительницы. Это и было главным объектом почти сыновних тревог Джейсона Уэлборна.

Неожиданно Сэм Сандерс резко выпрямился и скомандовал:

— Время обеда. Бросай все, идем в дом!

Джейсон молча последовал его примеру, и они одновременно вышли из коровника.

— Как думаешь, Дженни захочет прокатиться до пастбищ после обеда? — не скрывая свои переживания от молодого друга, спросил Сэм.

— Ну откуда мне это знать? — смущенно проговорил Джейсон. — Спроси ее… Дженни показалось, что ты расстроился вчера вечером. Тебя огорчило то, что она упомянула о Бастере?

— Как тебе сказать… В некоторой степени это так. Ясно, что Дженни многое помнит о своем детстве на ранчо. Помнит тех, кто был с ней добр и заботлив. Она скучала по этим людям… И когда это ясно сознаешь, мне, ее отцу, кажется обидным ее молчание в течение всех этих лет…

— Каким она помнит тебя и как к тебе относится, ты сможешь выяснить, только общаясь с ней, — сдержанно отозвался Джейсон Уэлборн.

— Удачно съездили в город? — осведомился у дочери Сэм, войдя в дом.

— О да! — радостно воскликнула Дженни. — Я не буду в тягость, если я после обеда присоединюсь к вам? — спросила она, посмотрев сначала на отца, затем на его спутника.

— Думаю, это никому не помешает, — заверил ее отец.

— Спасибо. А чем займемся сегодня?

— Поскачем на пастбища, проверим ограждения. Мы не делали этого с прошлой недели, так, Джейсон?

— Да. Но мы не только проверяем ограду, но и чиним ее в случае необходимости. А это дело не женское.

— Может быть, но есть такая поговорка: не попробуешь, не узнаешь. Не так ли? — обратилась к скептику Дженнифер.

— Это не самая лучшая идея, как мне кажется, Дженни, — строго проговорил отец. — Мне бы не хотелось, чтобы ты возилась с колючей проволокой. Ты можешь ненароком пораниться.

— Сэм, Дженнифер не кажется неуклюжей. Я думаю, ничего дурного не случится, если она лично убедится в том, что это работа не для женских рук… — попытался возразить напарник.

— Джейсон, ты слышал, что я сказал? — неожиданно резко отозвался хозяин дома. — Я не хочу, чтобы Дженни поранилась. И хватит разговоров!

— Джейсон прав. Все будет в порядке. Я же не бестолочь. Смогу разобраться, что опасно, а что нет.

В этот момент зазвонил телефон, и Рейчел, подойдя, ответила:

— Ранчо «Джей-Эс». Я вас слушаю.

Дженнифер, услышав это, невольно улыбнулась. Отец сменил прежнее название ранчо на ее инициалы — Джей Эс, когда маленькой Дженнифер Сандерс исполнилось два года. Он постоянно шутил, что они живут на ранчо ее имени. Вот только теперь Сэм Сандерс был не единственным владельцем угодий, а делил собственность с ДжейсономУэлборном.

Рейчел протянула телефонную трубку Сэму.

Сэм внимательно слушал, время от времени что-то отвечал, но кратко и односложно. Предмет разговора сложно было понять.

— Кто звонил? — поинтересовался Джейсон, когда Сэм вернулся к обеденному столу.

— Я должен срочно ехать на ферму Дейва Кэмпиона. Жеребится его кобылка. Роды сложные. Просил подъехать, помочь.

— Не беспокойся и езжай. Я займусь ограждениями, как и планировали, — уверил его Джейсон.

— Возьми Дженни. Вдвоем вы ловчее управитесь. Но только помни — отвечаешь за нее головой!

Сэм поспешно доел свой обед, собрался и вышел, после чего все услышали удаляющийся звук мотора его пикапа. Рейчел взяла со стола грязную тарелку и отправилась на кухню.

— Вы действительно не станете возражать, если я проедусь по границам пастбищ вместе с вами? — тихо спросила Дженни. — Если вы против, я могу остаться дома.

— Не возражаю. Вдвоем мы справимся быстрее, — сдержанно и деловито проговорил молодой мужчина.

В конюшне, среди множества других лошадей Дженнифер Уотсон тотчас различила вчерашнюю гнедую и, подойдя к ней, ласково погладила ладонями ее большеглазую морду.

— Я так и не спросила, как зовут эту красавицу! — обратилась к спутнику Дженни.

— Ее зовут Рэд.

— Не самое интересное имя, — заметила женщина.

— Мы готовим ее не для Бродвея, — буркнул Джейсон.

— Долго же вам пришлось ждать повода, чтобы меня поддеть! — резко отозвалась Дженнифер.

— Надо же, вы сегодня нормально оделись, — проигнорировав ее предыдущее высказывание, нахально произнес Джейсон.

— Да. Как вам известно, прошлась по магазинам.

— И здешние магазины вас не разочаровали?

— Я родилась в Оклахоме, мистер Уэлборн. Что вы хотите сказать своими тенденциозными ремарками? — прямо спросила она.

— А ваши шикарные нью-йоркские друзья знают, откуда вы родом? — не унимался он.

— Конечно, знают.

— Интересно, и кто им об этом сказал?

— Я никогда и не скрывала, где родилась. А почему вы спрашиваете?

— Должно быть, очень гордитесь собой, — усмехнулся мужчина.

— Прекратите, Джейсон! Мне неприятен ваш тон. Вы ничего обо мне не знаете! — гневно произнесла Дженнифер.

— Зато я многое знаю о вашей матери. И мне не нравится то, что я о ней слышал, — вызывающе дерзко проговорил совладелец фермы.

— Я — это не она! — бросила Дженни, седлая Рэд.

— А велика ли разница, мисс Уотсон?

— Не вам судить, мистер Уэлборн! — резко ответила она. — Вы считаете возможным предъявлять мне претензии, упрекать в том, что вас не касается. Очень рада, что вы с Сэмом нашли друг друга и так поладили. Это лишь в очередной раз подтверждает слова моей матери, сказавшей, что Сэм не горит желанием видеться со мной, поскольку был разочарован рождением дочери, ведь хотел-то он сына… Он даже на мои открытки не отвечал, — с обидой проговорила Дженнифер, взобравшись на Рэд.

— Вы станете утверждать, что Сэм не писал вам, не хотел видеть?! Когда мы познакомились, он рассказывал, что летал к вам в Нью-Йорк, и недели не проходило без того, чтобы он вам письма не отправил…

— Это ложь! — бросила женщина на скаку, вырываясь вперед.

Она не была готова показать незнакомому мужчине свои слезы.

— Дженни, вы понимаете, что я вам только что сказал? Можете спросить у Рейчел, она подтвердит. Сэм летал в Нью-Йорк, чтобы повидаться с вами, вернуть вас домой. Что именно произошло, мне не известно. Знаю лишь, что поездка была неудачной, именно после нее он и стал сильно пить. А так как вы утверждаете, что не видели отца с тех пор, как ваша мать увезла вас с фермы, следует предположить, что именно она позаботилась о том, чтобы вы не встретились больше и его письма не доходили до вас, а ваши — до него, — доходчиво подытожил Джейсон Уэлборн. — В любом случае вам следует все это обсудить лично с Сэмом… Он вам лгать не станет. Можете ему верить.

— Да… пожалуй, вы правы. Но… неужели не было иной возможности? Ведь мы обладали юридическими правами — нам разрешалось видеться. Почему Сэм не предпринял всего необходимого, чтобы это право защитить? Не мне же, ребенку, было заниматься этим! — сокрушалась она.

— Дженни, это вы сможете выяснить, только поговорив с отцом лично, — тихо ответил Джейсон, осознав, что не все так просто, как он склонен был видеть в самом начале.

Дженнифер Уотсон задавала вполне резонные вопросы, высказывала закономерные сомнения. То, что ее отец запил, избавив себя этим от необходимости действовать, что-то предпринимать, бороться, вовсе не обеляло его на фоне деспотического поведения Лоррейн Уотсон. Вникая в детали, Джейсон уже готов был отказаться занять чью-то сторону в этом недоразумении. Жертвами оказались оба — и Сэм, и Дженнифер. Но у Сэма действительно были юридические права, которыми он почему-то не сумел воспользоваться.

— Дженни, прошу вас, успокойтесь, — проникновенно проговорил молодой человек. — Вы все сможете выяснить, но чуть позже. Больше того, что мне известно, я вам все равно сказать не смогу. Но мне несдобровать, если Сэм узнает, в какое состояние я вас привел своей безответственной болтовней.

Проговорив эту тираду, Джейсон осекся, не уверенный, что Дженнифер восприняла его слова. Судя по выражению ее лица, она пребывала в странном состоянии смятения и отчужденности.

Сэм Сандерс возвращался домой в приподнятом настроении. Он был доволен собой и своей работой. Вместе с соседом они отлично справились, принимая у измученной тяжелыми родами кобылки проблемного жеребенка, которого пришлось подвинуть в материнской утробе, чтобы кобыла смогла разродиться.

Он возвращался домой, полагая, что его вновь обретенная дочь и его лучший друг уже вернулись из своей поездки вдоль огороженных границ ранчо. Как все прошло у них? Сэм не без оснований опасался, что Джейсон, прямолинейный и резкий, позволит себе лишнее в общении с девушкой, ведь у него такие бескомпромиссные суждения! Он знал Джейсона как самоотверженного и справедливого друга, правдивого человека, но тому определенно не хватало элементарного такта. Парню все представлялось однозначным и несомненным.

Сэм оставил свой пикап и вбежал в дом, где Рейчел уже накрывала к ужину.

— Рейчел, все в порядке? — поспешил справиться хозяин.

Но не успела экономка и рта открыть, как послышался голос Джейсона:

— Все в порядке, босс…

— Не в порядке! — перебила его Дженни. — Джейсон поранился. Он рассек себе руку, мы тотчас поспешили домой. Я настаиваю на том, чтобы он принял болеутоляющее. Но он упирается. Папа, сделай что-нибудь! — взволнованно обратилась она к отцу, когда тот появился на пороге кухни, заслышав голос дочери.

Нежное слово «папа» впервые сорвалось с ее губ. Сэм не мог этого не заметить и внимательно посмотрел на Дженнифер.

— Я вообще считаю, что следует вызвать врача. Рана не шуточная. Боюсь, одними домашними средствами тут не справишься, — вмешался суровый голос Рейчел.

— Рейчел права, — подытожил Сэм. — Вызывай доктора! Как тебя угораздило, Джейсон? Никогда ничего подобного не случалось! — воскликнул он.

— Так… отвлекся, — сцепив от боли зубы, небрежно проговорил Джейсон и бросил на Дженнифер загадочный взгляд.

— Что сказал врач? — спросил Сэм удочери.

— Сказал, что все будет в порядке, однако Джейсону необходимо сохранять полный покой день-два.

— Это просто смешно, — пробормотал Джейсон, которого слегка знобило от большой дозы обезболивающего.

— Больной у нас вообще несговорчивый тип, — ласково прокомментировала последнюю реплику молодая женщина.

— Могу я вам чем-нибудь помочь? — спросила Рейчел.

— Нет… Сейчас я отведу его в спальню, помогу раздеться и лечь в постель, — сказал Сэм.

— Я не инвалид! — воспротивился Джейсон.

— Я лишь помогу тебе разуться и снять верхнюю одежду. Ты не должен натруждать руку.

Несколько минут спустя Сэм Сандерс вновь был на кухне. Вид Дженнифер насторожил его. Девушка явно была встревожена, что вполне объяснимо, и одновременно витала в неведомых сферах — она даже не заметила появления отца!

— Ты весь вечер какая-то тихая, Дженни… — мягко проговорил Сэм. — Спасибо тебе, что позаботилась о Джейсоне.

— Пап, почему ты не стал менять название ранчо?

— И не собирался. Я назвал его в твою честь.

— Тогда почему от тебя столько лет не было вестей? Я слала тебе открытки…

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Я не получал их.

— Но я писала каждую неделю, когда мы только переехали в Нью-Йорк. И потом еще несколько лет тоже часто писала. Но ни разу не получала ответа, ни единого…

— Единственное письмо, которое я от тебя получил, это то, в котором ты выразила желание приехать на ранчо.

— Сэм говорит правду, — вступила Рейчел. — Оно и понятно. Лоррейн была решительно настроена разлучить вас. И ей это отлично удалось.

— Вы смеете предполагать, что мама изымала все мои письма?! — возмутилась Дженнифер.

— Ты ведь не опускала их в почтовый ящик, насколько я понимаю? — спросила ее Рейчел.

— Нет, я клала их вместе с другими письмами, мамы и бабушки, на столик в прихожей, откуда их забирали наши работники, чтобы отнести на почту, — проговорила Дженни.

— Разве это не объясняет тот факт, что до нас твои письма не доходили? — отозвалась Рейчел.

— Да, возможно, вы правы… Только я не верю, что мама могла так поступить. Она лично уверяла меня в том, что папа не пишет просто потому, что я ему не нужна…

— Какая подлость! — воскликнул отец. — Я регулярно писал тебе!

— Поэтому Сэм и отправился тогда в Нью-Йорк, чтобы забрать тебя, — внесла ясность Рейчел.

— Мне об этом ничего не известно…

— Ты была в школе, я говорил с Лоррейн, требовал, чтобы она отпускала тебя домой хотя бы на каникулы. Она сказала, что ты почти не вспоминаешь про ранчо и не следует тебя тревожить ненужными переживаниями. Якобы ты отлично прижилась в Нью-Йорке, у тебя разнообразный и интересный досуг. Уверяла, что со временем ты совершенно отойдешь от фермерских воспоминаний и незачем тебе навязывать чуждый образ жизни. Это то, что я от нее услышал.

— Но это все неправда! Я тосковала… Я никогда не чувствовала себя в Нью-Йорке своей, даже в бабушкином доме я себя своей не чувствовала, — пробормотала, расплакавшись, Дженнифер.

— А я боялся, — прокашлялся Сэм, — что родительские распри навредят тебе, поэтому не стал выяснять отношения с Лоррейн. Не хотел лишать тебя того будущего, которое ты заслуживаешь. Я поверил ей, что в городе тебе хорошо, что Нью-Йорк даст тебе те перспективы, которых никогда не будет в Оклахоме. Я сдался… Мне очень жаль, Дженни… Теперь сознаю, что поступил опрометчиво. Предался унынию, наделал много глупостей, а когда опомнился, поздно было что-то менять. Прошли годы, ты выросла. Я считал, что потерял свое место в твоей жизни.

— А я думала, ты забыл меня…

— Нет, девочка моя… Скажи, что не все потеряно, — попросил отец.

Дженнифер вытерла слезы льняной салфеткой и сдержанно проговорила:

— Джейсону нужно отдыхать, поэтому завтра я поеду с тобой вместо него.

— Я один справлюсь, дочка. Ты не обязана.

— Я так хочу, папа, — твердо проговорила она.

— Хорошо, Дженни. Будь по-твоему, — согласился он.

— Пойду в постель. Мне о многом нужно подумать. Не все еще укладывается в моей голове. Я сознаю, что мама была своенравной и эгоистичной, но не думала, что она была способна на такую подлость. Я все еще не знаю, как к этому относиться…

— Не мучь себя, милая. Прошлого не изменишь, — проговорила Рейчел.

— Спокойной ночи, дочка, — пожелал отец и обнял ее.

Дженни поцеловала Сэма в щеку и отправилась к себе.

Услышав, как дверь в ее комнату затворилась, Рейчел обратилась к Сэму:

— Не думаю, что она удовлетворится этим объяснением.

— Да… Почему она должна относиться к своей матери хуже, чем ко мне? Ведь это Лоррейн вырастила ее, а не я. И неплохо вырастила. Дженни не похожа на мать, она другая, но моей заслуги в этом нет. Я не сделал для дочери всего, что должен был.

— Только не кори себя — ни к чему. Дженни вернулась, несмотря ни на что. А это главное.

— Мы оба оказались беспомощными перед ложью и деспотической волей Лоррейн. Но Дженни была ребенком и не могла верно оценить ситуацию, заложницей которой стала. А я… Я просто потерял право на ее любовь и доверие, когда ударился в пьянство, — печально проговорил пожилой мужчина.

— Конечно, все так, — развела руками Рейчел. — Но правильно лишь то, что во благо. А это запоздалое самобичевание никому на пользу не пойдет. Поэтому иди-ка ты тоже спать, Сэм. Утро вечера мудренее, — трезво рассудила она.

— Рад, что ты сегодня в хорошем настроении, Дженни, — улыбнулся утром за завтраком Сэм Сандерс, когда дочь спустилась и поприветствовала его и Рейчел поцелуями в щеку.

— Да, сегодня я чувствую себя гораздо лучше, чем вчера, — сдержанно подтвердила Дженнифер. — И мне бы очень не хотелось возвращаться к обсуждению вчерашней темы, по крайней мере пока.

— Отлично, мне тоже. Как верно заметила Рейчел: прошлого не изменишь. Но, я думаю, можно поменять отношение к нему. Полагаю, правильнее будет считать все произошедшее уроком на будущее и испытанием наших отношений. Ты так не считаешь, Дженни? — спросил отец.

— Это очень ценная мысль. Я подумаю над твоими словами, — прохладно отозвалась она.

Дженнифер дурно спала ночью. Она то и дело мысленно возвращалась к состоявшемуся вчера разговору, который, с одной стороны, все прояснил, с другой же — не принес ей желаемого облегчения.

— Кто-нибудь знает, как там поживает раненый? — полушутя спросила она, в надежде разрядить обстановку.

— Я навестила его рано утром. Утверждает, что в порядке, что боли почти не чувствует, — откликнулась на ее вопрос Рейчел. — Говорит, что удалось поспать, но чувствует некоторую слабость. Навести его сама, пока не села завтракать. Позови к столу.

— Хорошо, — ответила молодая женщина и отправилась наверх.

Она тихо постучала и, услышав «войдите», приоткрыла дверь и, смущенно улыбаясь, проговорила:

— Джейсон? Спускайся в столовую.

Джейсон Уэлборн улыбнулся в ответ, кивнул и поманил ее рукой к себе.

Он был полусонный. Ясно, что Дженни разбудила его.

Она подошла к его постели и присела на край, внимательно всматриваясь в молодое, но хмурое лицо. Он смотрел на нее из-под тяжелых век.

Между молодыми людьми теперь была маленькая полудетская тайна. Поранившийся накануне о разорванную проволоку ограждения, чего с ним прежде никогда не случалось, Джейсон, чрезвычайно сконфуженный присутствием волнующей его молодой женщины, внезапно дотронулся своими губами до ее рта, когда, испуганная кровоточащей раной, Дженни спешила перетянуть его руку своим носовым платком. Он сказал, что такова его благодарность. Но слова не всегда убедительно объясняют некоторые наши импульсивные поступки. И теперь оба мечтали забыть этот мимолетный эпизод, это случайное прикосновение губ. Но оба так и не смогли забыть…

— Привет, Джен, — тихо проговорил он.

— Спустишься в столовую? — нежно спросила она.

— Думаю, да.

— Может быть, тебе нужна моя помощь?

— Предлагаешь мне свое дружеское плечо?

— Обопрись на меня, — подтвердила Дженни.

— С радостью, — откликнулся он, поднимаясь с постели, в которой лежал, одетый по-домашнему.

Неторопливо они сошли вниз. В ее помощи не было никакой нужды, но молодым людям было приятно заметить, что напряженность и подозрительность, бывшие между ними все эти дни, сегодня отступили. Не последнюю роль в сближении сыграл и тот мимолетный поцелуй…

Поцелуй, который лишил Дженни всяких мыслей, не хранил в себе ни искушения, ни страстности, ни особых чувств. От него веяло теплотой, юношеской порывистостью, простодушием. Он запечатлелся в памяти Дженни, как лучшее из всего, что случилось с ней с тех пор, как она вернулась на ранчо своего имени.

— Ты как под хмельком, — сказал напарнику Сэм.

— Да, — сознался Джейсон. — Это после болеутоляющих лекарств. Голова кружится, в ушах шумит и слабость во всем теле.

— Действительно, в таком состоянии без помощницы лестничный пролет не одолеть, — поддел молодого друга Сандерс.

— На завтрак запеканка по рецепту моей бабушки! — торжественно объявила Рейчел, когда все расселись за обеденным столом.

— Великолепно! — воскликнул хозяин дома.

— Пахнет изумительно. Перепишешь мне рецепт? — заинтересовалась Дженни, потянув носом и почувствовав потрясающий аромат.

— Ваш повар не готовил такое? Не удивительно. Моя бабушка владела многими секретами, этот рецепт — один из них, — гордо проговорила Рейчел.

— Повар? — удивился Сэм.

— Да… У Уотсонов был собственный повар. Представь себе, — объявила экономка.

— А тебе-то откуда это известно? — хмуро спросил хозяин дома.

— От Дженни. Она много чего порассказала о своей жизни в Нью-Йорке.

— И ты молчала?! — шутливо возмутился Сэм Сандерс.

— Ты считаешь, я обязана обо всем тебе докладывать? Увы, — мягко возразила ему экономка.

Дженнифер внимательно следила за их беззлобной перепалкой. Ее догадка постепенно перерастала в уверенность. Это не было общение работника и нанимателя. Молодая женщина была уверена, что это любовь. Давняя, тихая и настоящая… Не только привязанность, вызванная привычкой, но и глубокое искреннее чувство.

— Думаю, после обеда я приду в норму и смогу поехать с тобой, — обратился к Сэму Джейсон.

— Ты спустился к завтраку, держась за Дженни, а теперь утверждаешь, что способен работать?

— Ну, через пару часиков я буду в порядке. Я это чувствую, Сэм.

— Джейсон, если ты тревожишься о том, что у Сэма не будет напарника, то напрасно. Я поеду с папой вместо тебя, — заявила Дженнифер. — Считай, что это твой законный выходной. Отдохни.

— Верно, сынок. Поваляйся, посмотри телевизор, полистай газеты. Пришел свежий номер скотоводческого журнала.

Джейсон кивнул, обойдясь без споров. Несмотря на рану, он весь сиял. В доме вновь воцарился покой, и он был счастлив не менее остальных.

Дженнифер спешилась и подошла к ограде загона для молодняка. Ее внимание привлек молоденький теленок. Он был неуклюж и вместе с тем комически напорист. Дженни облокотилась на ограду. Она тихо смеялась, наблюдая за упорным крохой.

— Чему ты радуешься? — спросил отец.

— Посмотри на этого малыша. Он такой забавный.

— Они растут очень быстро, дочка. Вот увидишь, скоро, встретившись с ним, тебе будет не до смеха.

— Это верно. Он уже и сейчас ведет себя довольно грозно, несмотря на то, что еще сосунок.

Сэм Сандерс тоже подошел к ограде и встал возле дочери.

— Расскажи, как тебе жилось в Нью-Йорке, — тихо попросил он ее.

— Да рассказывать, собственно, и нечего. Пять дней в неделю я работала в офисе за компьютером. Домой возвращалась усталая. Уикенд проводила с друзьями или дома. В общем, все утомительно однообразно.

— Не поверю, что у такой красавицы нет поклонников.

— Поклонники? — рассмеялась Дженни. — Это громко сказано. Близкий друг, конечно, был.

— Был?

— Можно сказать, что я с ним окончательно рассталась, вернувшись сюда.

— Понятно… Значит, он не смог тебя остановить?

— Меня бы никто не смог остановить, папа. Я так долго стремилась сюда…

— Дженни, я должен объясниться с тобой, — Сэм Сандерс повернулся к дочери лицом. — Считай, половина ранчо принадлежит Джейсону, хотя, когда ты родилась, я рассчитывал, что однажды ты станешь на этой земле полноправной хозяйкой. Но ты должна понять следующее… — взволнованно проговорил отец. — Если бы не этот парень, ранчо вообще могло не быть. Джейсон многое сделал для его нынешнего процветания. Сейчас, глядя кругом, ты и представить себе не можешь, в каком запустении было хозяйство десять лет назад…

— Папа, ты ничего не должен мне объяснять. Джейсон получил свою долю по заслугам. Я благодарна ему за то, что все эти годы он был рядом с тобой. Пусть я знаю его не так хорошо, как ты, но он кажется мне достойным человеком… Папа, могу я спросить тебя о личном?

— Спрашивай, — удивленно проговорил Сэм.

— Какие у тебя отношения с Рейчел?

— Хорошие, — ответил отец.

— Это понятно… Я хотела знать, какие чувства ты к ней испытываешь?

— Я не понимаю тебя, Дженни, — смущенно пробормотал мужчина.

— Ну как же так, отец? Рейчел — она ведь почти как член семьи. Вы так долго знаете друг друга. Она была с тобой и в лучшие, и в худшие времена. Неужели тебе никогда не хотелось связать с ней свою жизнь, сделать ее своей супругой, полноправной хозяйкой ранчо? Ведь Рейчел — идеальная супруга фермера!

— Да, но… — неуверенно проговорил Сэм. — Откровенно говоря, я никогда не думал о ней… в таком смысле.

— Но она нравится тебе?

— Безусловно. Рейчел хорошая женщина. Заботливая, верная, честная. Она — мой друг.

— Вы оба заслуживаете счастья. Что мешает вам пожениться? — прямолинейно спросила Дженнифер.

— Пожениться?! — чуть не с ужасом воскликнул Сэм.

— Да, именно пожениться! По-моему, твой неудачный брак с Лоррейн должен лишь способствовать такому решению. Ведь по сути своей Рейчел — полная противоположность моей мамы. И я, как твоя дочь, буду только счастлива, если ты обретешь заслуженное счастье именно с ней.

— Мне кажется, ты ошибаешься, Дженни. Никогда в поведении Рейчел не подмечал ни намека на любовь. Да и куда нам жениться после всех этих лет? Это для молодых, не для нас.

— Брось, отец! Не так уж ты и стар. Седина тебе только солидности прибавляет. А что до Рейчел, так она и внешне почти не изменилась за то время, что меня здесь не было.

— Дженни, к чему ты завела этот разговор? — строго спросил отец.

— Вы любите друг друга, пап. Я же вижу, сколько в вашем общении взаимной нежности. И мне не понятно, почему вы до сих пор не открылись друг другу. Разве возможно игнорировать такое чувство? Да это просто непозволительно в мире, в котором так мало любви! — назидательно подытожила молодая женщина.

Оставшись дома, Джейсон очень скоро заскучал без дела. Он доплелся до кухни, где с энтузиазмом трудилась Рейчел, готовя обед на увеличившееся семейство. Она тотчас поставила перед ним чашку свежего чаю и присела передохнуть.

— Ты тоже считаешь, что Джен решила остаться? — спросил Джейсон без предисловий.

— Не знаю, Джейсон. Пока она выглядит счастливой и довольной. Но она молодая женщина, выросшая в большом городе…

— Полагаешь, есть вероятность, что Дженни решит уехать?

— Не следует исключать. Но это же не смертельно! Разве главное не то, что дочь и отец наконец-то встретились и устранили все недоразумения?

— Безусловно, — согласился молодой человек.

— Тогда что тебя тревожит? Многие селяне перебираются в город, но не порывают с родиной окончательно. Вот и Дженни, я в этом уверена, решив вернуться в Нью-Йорк, не перестанет навещать отца…

Телефонный звонок помешал их доверительной беседе.

Джейсон Уэлборн протянул руку и снял трубку.

— Слушаю.

— Могу я поговорить с Дженнифер Уотсон? — спросил уверенный мужской голос.

— Ее сейчас нет. Оставьте сообщение, я ей передам, — проговорил Джейсон.

— Скажите ей, что звонил Шейн Паккард. Пусть она перезвонит мне, как только сможет.

— Передам обязательно, — заверил звонившего Джейсон и, вооружившись карандашом и блокнотом, сказал: — Диктуйте свой номер.

— Она его знает, — ответил Шейн Паккард. — Спасибо.

Джейсон Уэлборн положил трубку.

— Кто это? — осведомилась Рейчел.

— Некий Шейн Паккард. Хотел переговорить с Дженнифер Уотсон. Она не упоминала этого имени?

— Шейн Паккард? Нет, не упоминала, я бы запомнила, — отозвалась Рейчел.

— Хочет, чтобы она перезвонила, говорит, что ей известен его номер.

— Значит, друг, — рассудила экономка.

— М-да… — буркнул Джейсон и в глубокой задумчивости покинул кухню.

Дженнифер Уотсон тихо пробралась на кухню, беззвучно приблизилась к Рейчел со спины, и та чуть вздрогнула.

— Рейчел, признайся, что ты любишь Сэма, — прошептала ей на ухо Дженни.

— Что ты такое говоришь, девочка? Мы — двое престарелых ворчунов, знаем друг друга, считай, целую жизнь — твою жизнь. Любовь — это не про нас. Вот Лоррейн он действительно любил. Твоя мать была леди. А я — кухарка.

— Сколько ненужных слов, Рейчел. Ты любишь Сэма, и это единственное стоящее признание.

— Я уважаю твоего отца, Дженни, — строго сказала экономка. — А потом, не думаю, что Сэм после предательства твоей матери способен кому-то доверить свое сердце.

— Даже если он и считает себя старым и неспособным полюбить, это не так. Я уже достаточно наблюдала ваши с ним отношения, чтобы сделать такой вывод, — убежденно проговорила молодая женщина.

Щеки Рейчел сделались пунцовыми от этих слов.

— Ты ошибаешься, милая. Мы дружески, почти по-родственному близки с твоим отцом, но не более того.

Дженни ничего больше не сказала, а только хитро улыбнулась и вышла.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Джейсон, как самочувствие, как настроение? — спросил своего молодого друга Сэм, находившийся в необыкновенно приподнятом настроении.

— Нормально, — нехотя ответил Джейсон, отвлеченный от тихих дум. — Не могу я так. Завтра же вернусь в седло, что бы там ни говорил доктор.

— Успокойся, сынок. Не должен человек так зависеть от привычки, — наставнически проговорил Сэм Сандерс.

— Это не привычка, это моя жизнь, Сэм.

— К счастью, только малая часть ее. Ты молод. Не загоняй себя в столь узкие рамки, не отмежевывайся от внешнего мира, не обосабливайся…

— Что на тебя нашло? — не удержался от вопроса напарник.

— Ничего. Просто хочу, чтобы мои близкие были счастливы, — просто ответил Сэм, к изумлению Джейсона.

— Кстати, о близких, — деловито проговорил Джейсон. — Дженнифер вернулась? Я должен ей кое-что передать.

— Да, вероятно, она сейчас с Рейчел… Что именно ты намерен ей передать, если не секрет? — настороженно поинтересовался отец.

— Звонил один человек, просил передать, чтобы она непременно ему перезвонила… А вот и она! Джен, тебе звонил человек, назвался Шейном Паккардом, просил с ним связаться, утверждает, что его номер тебе известен! — исчерпывающе проинформировал ее ковбой.

— Да, спасибо, Джейсон. Я обязательно ему перезвоню, — тихо отозвалась Дженнифер.

— Позвони сейчас, не то забудешь, — посоветовал он, снедаемый любопытством.

— Сначала пообедаем в спокойной обстановке, а ближе к вечеру я непременно свяжусь с ним, — сухо отозвалась она.

— А вдруг это что-то важное и неотложное? — не унимался он.

— Шейн так сказал? — сдержанно уточнила молодая женщина.

— Нет, он ничего не говорил, кроме того, что я тебе передал.

— Значит, дело не срочное, — рассудила Дженнифер.

— Дженни, а кто это? — вмешался отец.

— Так… Друг из Нью-Йорка.

— Кто-то, кто тревожится о тебе? — откровенно взволнованно предположил Джейсон.

Дженнифер от удивления вздернула брови и вопросительно посмотрела на Джейсона, окончательно смутив его.

— Волноваться за друзей — это нормально, разве не так? — усмехнулась она.

— Да, конечно, но…

— Этот Шейн, он твой молодой человек? — прямо спросил отец.

— Это что, допрос? — возмутилась молодая женщина.

— Просто интересуемся, — ответил отец.

— Это совсем не интересно, — заверила их Дженнифер.

— Как скажешь, — мирно отозвался отец в тот момент, когда в столовой появилась Рейчел, несущая главное блюдо.

— За стол! — скомандовала она, и все разом расселись.

— А как у тебя прошел день, Рейчел? — спросил экономку Сандерс.

Экономка внезапно зарделась.

— Хорошо, Сэм. Спасибо, — проговорила она, засуетившись, раскладывая еду по тарелкам, лишь мелком взглянув на главу дома.

— Замечательно, — отозвался тот. — А ты, Джейсон, чем занимался, пока нас не было?

— Болтался без дела, — пробурчал молодой человек, не поднимая глаз от своей тарелки.

— В смысле отдыхал? — уточнил Сандерс.

— Я порядком устал от такого отдыха, — объявил партнер.

Обед протекал не как обычно. Каждый был занят своими мыслями, разговоры быстро обрывались. А после обеда, когда Рейчел, как всегда, раньше всех поднялась из-за стола, чтобы собрать посуду, а Дженнифер по уже заведенной привычке поспешила ей помочь, Сэм поймал дочь за руку и громогласно заявил:

— Дженни сегодня мне очень помогла. Будет правильно, если мы дадим ей отдохнуть! Позволь, дочка, я сам помогу Рейчел…

Дженнифер уже собралась пуститься в возражения, но тут ее осенило, и она столь же декларативно произнесла:

— Да, папа, ты прав. Я действительно немного устала, должно быть, с непривычки.

— Что это? — шепотом спросил ее Джейсон Уэлборн, когда Рейчел и Сэм удалились с грязными тарелками на кухню.

— Им нужно поговорить, — шепотом же ответила его Дженни.

— О чем это? — полюбопытствовал тот.

— Не наше дело, — назидательно произнесла молодая женщина.

— Странное что-то творится в этом доме, — заметил ковбой. — Давай хоть телевизор включим.

— Ты включай, а я должна позвонить Шейну. А то и впрямь забуду.

— Там телефон, — указал Джейсон на аппарат возле дивана в гостиной.

— Я позвоню из своей комнаты, чтобы не мешать тебе своей болтовней.

Джейсон с видимым равнодушием пожал плечами, рухнул на диван и включил телевизор.

— Рейчел, — осторожно начал Сэм Сандерс. — Дженни, она такая умница! Я ею так доволен…

— Знаю, Сэм. Твоя дочь — замечательный человек, — отозвалась Рейчел.

— Верно… — сказал мужчина и смолк, глядя на свою экономку, которая привычно хлопотала на кухне. — Мы с ней сегодня говорили обо мне, старике. Так приятно сознавать, что дочь тревожится за меня, тем более после всех тех лет, что мы были в разлуке.

— Да, — согласилась с ним Рейчел.

— Но я ведь никогда не был одинок. Мне грех жаловаться на жизнь. У меня есть Джейсон, который тоже беспокоится обо мне, хоть он мне и никто. Но главное — это ты, Рейчел. Ты всегда со мной.

— Это так, Сэм. Мы ведь с тобой друзья, — отозвалась женщина.

— Верно, друзья, — согласился Сэм. — А Дженни, со своим свежим взглядом, убедила себя, что я недостаточно тебя ценю. Но это не так, Рейчел. Я хочу сказать, внести ясность… — взволнованно проговорил он. — Я люблю тебя. И даже не за то, что ты делаешь для меня изо дня в день, а за то, что ты такая, какая есть.

— Ты это серьезно, Сэм? — отчасти испуганно, отчасти недоверчиво спросила экономка.

— Совершенно серьезно. И говорю я то, что давно должен был тебе сказать, потому что это правда, — осмелев, уверил ее мужчина. — Я люблю тебя, Рейчел.

Она с надеждой посмотрела на него, на человека, с которым были неразрывно связаны последние двадцать шесть лет ее жизни. Рейчел медленно подошла к нему и, взяв его лицо в свои руки, прижалась своей увлажнившейся щекой.

— Я тоже очень люблю тебя, Сэм, — прошептала Рейчел.

— Мы столько лет под одной крышей, — изумленно констатировал он, прижав женщину к себе. — И до сих пор ни словом, ни делом не выдали того, что могло изменить нашу жизнь!

— Я заботилась о тебе, милый, — проговорила Рейчел.

— Да, и я принимал твою заботу как должное, — тяжело вздохнув, отозвался он.

— Нет, ты всегда был очень добр и великодушен.

— Страшно представить, что если бы не появилась Дженни и не сняла бы шоры с моих глаз, я так бы и не понял, какое счастье упускаю…

— Страшно представить, что малышка Дженни могла так и не вернуться в нашу жизнь, — прибавила Рейчел, впервые оказавшаяся в объятиях любимого.

— К счастью, этого не случилось, дорогая. Мы с ней снова вместе, как в прежние времена… Рейчел, сокровище, как ты отнесешься к моему предложению руки и сердца? — воодушевившись, спросил Сэм Сандерс.

— А не торопишься ли ты? — усомнилась в благоразумии такого поступка Рейчел.

— Ты считаешь, я тороплюсь? — рассмеялся мужчина. — Или просто мои слова тебя не убедили? — рассудил он и горячо поцеловал свою верную подругу.

— Боже! — пылко отозвалась женщина. — Сначала девочка возвращается, теперь еще наша помолвка… Жизнь иногда преподносит сюрпризы…

— Определенно, — подтвердил Сэм и, стиснув любимую в объятьях, возобновил прерванный поцелуй.

— Да, это я, Шейн, — задорно проговорила в трубку Дженнифер Уотсон.

— Вот, ждал от тебя вестей, не дождался, решил позвонить и не застал… — вкратце изложил последовательность событий обстоятельный Шейн Паккард. — Ты в порядке?

— Да, все как нельзя лучше. Мы с отцом помирились, хотя никогда и не ссорились, — шутливо заметила Дженни.

— Рад слышать это. Значит, теперь вы восполняете пробелы?

— Именно, — подтвердила молодая женщина.

— Но это занятие не бесконечное. Когда ты наметила возвратиться домой? — осведомился ее приятель.

— Не могу ничего сказать с полной определенностью, Шейн… Я буду здесь столько, сколько смогу.

— Дженнифер, дорогая моя, смею напомнить, что мои родители пригласили нас обоих на семейное торжество, до которого осталось две недели. Что они подумают, если я явлюсь без тебя? Если ты не вернешься до намеченного срока, мы упустим исключительную возможность официально объявить родне о помолвке. А это будет означать, что свадьба опять будет отложена на неопределенный срок…

Дженнифер слушала его, затаив дыхание. Ей казалось, что теперь, когда она уехала из Нью-Йорка, этот этап ее жизни остался далеко позади. Она дала понять Шейну всю серьезность своих намерений осесть в Оклахоме, но, видимо, он не воспринял ее слова всерьез и ждал обратно, уверенный, что между ними все по-прежнему. Теперь уже и сама Дженни сомневалась, насколько она к месту на ранчо своего имени. Хоть все и шло лучше, чем она могла предположить, но предназначена ли она именно для этой жизни?

— Дженни, дорогая, почему ты молчишь? Мы же все это миллион раз обсуждали!

— Да, обсуждали. Но не уверена, что ты меня слушал. Шейн, я не знаю, когда я вернусь в Нью-Йорк и вернусь ли вообще. Мой дом здесь. И я точно не смогу присутствовать на вашем семейном сборе. И мы не объявим о нашей помолвке. И мы не сможем пожениться так скоро, как ты этого хочешь, — деликатно отказала ему Дженнифер Уотсон.

— Дженни, прошу тебя, не принимай опрометчивых решений! Неужели двух недель на ферме тебе мало? Вот увидишь, через пару дней ты уже будешь паковать вещи.

— Я ничего не могу обещать тебе, Шейн. Прости, — тихо проговорила она.

— По-моему, ты просто упрямишься, Дженни! — вспылил Шейн Паккард. — Решила показать мне свой характер? Я знаю, он у тебя есть. К чему все эти капризы?

— Шейн, это не конструктивный разговор. Все, что могла сказать, я тебе уже сказала. Извини. Приходится попрощаться, здесь кое-кому нужен телефон, — слукавила Дженнифер Уотсон.

— Как поживает Шейн Паккард? — сразу спросил ее Джейсон, убавив звук телевизора, когда после утомительного разговора Дженни спустилась в гостиную.

— Поживает, — нехотя отозвалась она и села возле Джейсона на диван.

— Скучает?

— По-своему, — многозначительно проговорила она.

— А что это ты такая уклончивая?

— А что это ты такой любопытный? Ты даже не знаешь, кто это такой — Шейн Паккард! К чему все эти вопросы? — раздраженно напустилась на него Дженнифер.

Джейсон остался равнодушен к ее эмоциональной вспышке, продолжая всматриваться в экран. Он лишь сказал:

— Я просто уверен, что ты мне скажешь, кто он для тебя. Да, собственно, это и так понятно. Этот… Паккард хочет, чтобы ты поскорее вернулась. Я не прав?

— Прав и не прав одновременно! — резко проговорила молодая женщина.

— Как такое может быть? — изумился Джейсон, выключив телевизор и повернувшись к ней.

— Может, — заверила его Дженни. — Он говорит, что ждет меня и хочет моего возвращения. Но я-то знаю, что ему нужна не я, хотя он этого еще не понимает. Мой дом здесь.

— Ты в этом уверена? — тихо спросил ее Джейсон Уэлборн.

— У меня такое чувство…

ГЛАВА ШЕСТАЯ

На следующее утро после завтрака Рейчел попросила Сэма задержаться. Лучшее, что в этой ситуации могли сделать Дженнифер и Джейсон, отправиться работать без Сэма. Так они и поступили, оставив Рейчел и Сэма наедине и направившись в коровник.

— Папа и Рейчел собрались пожениться, — доверительно прошептала, выйдя за дверь, Дженнифер.

Я знаю, — буркнул Джейсон. — Сэм мне сказал.

— Вот как? Судя по тону, ты против. Интересно знать, почему? — вскинулась Дженни.

— Спешка до добра не доведет, — скептически отозвался молодой ковбой.

— О какой спешке ты говоришь? Они знают друг друга двадцать шесть лет! Ты просто ревнуешь, вот что я тебе скажу! — объявила она.

— Ревную?! Что за глупости! — фыркнул он.

— Это же очевидно. Ты все эти годы был Сэму единственным близким другом. А теперь опасаешься, что он станет меньше в тебе нуждаться. Именно по этой причине ты настороженно относишься ко мне и не одобряешь его идею жениться на Рейчел.

— Леди, вы спятили! — фыркнул молодой человек. — Я одинаково хорошо отношусь и к Сэму, и к Рейчел. И я буду только рад за них, если они соединят свои жизни. Но только делать это надо осмысленно, а не впопыхах. Очевидно, что на них сильно подействовало твое возвращение. Оба пребывают в эйфории, и обоим кажется, что это очень правильное и закономерное решение. А теперь представь, как изменится жизнь нашего дома, когда они поженятся, а ты уедешь. Что будет их связывать тогда помимо бытовой рутины? Жизнь под одной крышей и супружеская жизнь — это разные вещи. А если их решение — ошибка? В таком случае они рискуют разрушить свои многолетние дружеские отношения… Признайся, Джен, только говори начистоту, ты подбила их на это?

— Даже мой отец в свои пятьдесят два года не такой трус, как ты! Позволь ему просто почувствовать себя счастливым без этих занудных размышлений, — возмутилась молодая женщина, заходя вслед за Джейсоном в коровник.

— Ты живешь одним днем. Возомнила себя этакой соединительницей сердец, а что будет потом, тебя уже не волнует. Конечно, ты же можешь в любой момент вернуться в свой Нью-Йорк! А последствия такого безалаберного шага придется расхлебывать кому-то другому, — жестко возразил Джейсон.

— Хочешь сказать — тебе? — сказала она и усмехнулась.

— Да, мне. Как и десять лет назад!

— Отлично, вернулись к тому, с чего начали! — воскликнула Дженни.

— Вы, оба, чего тут раскричались? Коровам вряд ли пойдет на пользу наблюдать ваши склоки! — пресек, вошедший в этот момент в коровник, Сэм Сандерс.

— С Рейчел все в порядке? — спросила Дженнифер.

— С ней-то — да. Но у Рейчел есть некоторые сомнения. Она считает, что Джейсон не одобрит эту идею, — отчеканил Сэм.

— Имеется в виду ваша свадьба? — уточнила дочь.

— Да! — подтвердил Сэм, бросив испытующий взгляд на своего молодого напарника.

— Не знаю, почему она так решила… — пробормотал Джейсон.

— Не лги, — прошипела на него хозяйская дочь.

— Она не сказала этого прямо. Но, тем не менее, я ее понял, — вздохнул Сэм. — Что касается меня, то я заверил Рейчел, что женюсь на ней, как бы кто к этому ни относился. Так у нас будут с этим проблемы?

— Я желаю вам только счастья, — угрюмо проговорил Джейсон Уэлборн.

— У нас будут с этим проблемы? — настойчиво повторил свой вопрос Сэм.

— Нет! — твердо ответил его молодой друг.

— Именно это я и хотел услышать, — удовлетворенно подытожил Сэм Сандерс.

— Значит, так тому и быть. Я рад, что вы оба полны решимости, — отозвался Джейсон.

— Спасибо. Ценю твою заботу, — сказал старший и принялся за работу.

Работали все молча и сосредоточенно, а приблизительно за час до обеда Сэм Сандерс свернул свои дела и вышел из коровника, ничего не сказав ни дочери, ни напарнику.

— Куда это он пошел? — спросила Дженни.

— Представления не имею. Наверное, домой, — предположил Джейсон. — Присядь, отдохни.

Та вздохнула и села на скамью. Джейсон присел рядом.

— Расскажи мне о своей семье, — обратилась она к Джейсону.

— Я был единственным ребенком. Мама очень мечтала родить еще, но у нее были проблемы со здоровьем. Она беременела, а выносить не могла, отчего очень страдала.

— Печально, — отозвалась Дженни.

— Да… Страдала не только она, отец тоже, ну и я, конечно. Очень хотел брата или сестру. Родители у меня были замечательные! А я был не самым лучшим сыном…

— Брось!

— Говорю тебе… Но я их очень любил. Мы были дружной семьей. Они погибли очень молодыми. Произошла авария по вине пьяного водителя.

— Ты до сих пор тоскуешь по ним?

— И еще как! Благодаря Сэму и Рейчел у меня снова появилась семья… Ты пойми, Джен, я не против их свадьбы! Я лишь боюсь, как бы это не разрушило наш уклад, — доверительно произнес Джейсон.

— А я считаю, надо пробовать, даже если это рискованно. И нельзя забывать, что человек имеет право на ошибку. Просто нельзя отчаиваться и по возможности исправлять то, что вышло не совсем удачно.

Джейсон Уэлборн внимательно пригляделся в Дженнифер. Похоже, она действительно верила в то, о чем говорила. Он провел рукой по ее волосам, перехваченным на затылке. Этот жест получился как-то сам собой, и Джейсон на секунду замер, но, судя по всему, Дженни не возражала.

— Идем домой? — тихо спросил он.

— Идем, — в тон ему ответила Дженни.

Вернувшись в дом, Дженни побежала в душ, освежиться после грязной работы и переодеться к обеду. Молодые люди одновременно спустились в столовую.

— Заставляете ждать, — недовольным тоном констатировал Сэм, который был уже за обеденным столом вместе с Рейчел.

— Ты знаешь, я обед ни за что не пропущу, — воодушевленно проговорил его напарник.

Обед, как всегда, был сытным. Помимо ароматного овощного супа Рейчел приготовила горячие бутерброды, которые ждали своей очереди в духовке.

Сэм посмотрел в окно, за которым сначала стал накрапывать, а затем вовсю полил дождь.

— Сыграем в домино после обеда? — предложил хозяин фермы.

— Без меня, — отозвалась его дочь. — Не уверена, что я хороший игрок.

— Полагаю, всех присутствующих это вполне устроит. Кто-то же должен проиграть, — резонно заметил Джейсон, шутливо подпихнув соседку по столу локтем.

Сэм и Рейчел глубокомысленно переглянулись, чего молодые люди не удосужились заметить.

— Дженни толковая, она быстро учится, — объявил Сэм. — Дженни, разве ты не помнишь, мы с тобой постоянно играли в домино?

— Помню, но это же было так давно. Я наверняка все позабыла.

— Невелика наука. Вспомнишь, — убежденно проговорил он.

Пообедав под ритмичный аккомпанемент все усиливающегося ливня, семейство собралось за кофейным столиком в гостиной, и Сэм по-хозяйски роздал домино. Джейсон добровольно взял на себя миссию консультировать Дженнифер. Он наклонялся к ее уху и нашептывал правила, давал рекомендации, подтрунивал, Неожиданно, положив очередную костяшку домино на стол, Джейсон Уэлборн в голос спросил:

— Рейчел, вы уже назначили дату бракосочетания?

— Нет… Мы еще не определились, — смутилась обычно выдержанная Рейчел и потупилась.

— Полагаю, мне стоит поспешить отдать свой костюм в чистку. Не хочу ударить лицом в грязь в окружении прекрасных дам… Хоть это несколько неожиданно для меня, что вы решили пожениться, но считаю, это решение верно.

— Что-то я сомневаюсь, — тихо проговорила Рейчел, не поднимая глаз.

— Ты сомневаешься в моей искренности? — прямо спросил ее Джейсон.

— Нет, я сомневаюсь в правильности этого решения, — призналась женщина.

Сэм Сандерс молча, но вместе с тем крайне неодобрительно покачал головой. Дженнифер бросила недоуменный взгляд на Рейчел.

— Не понимаю… — Джейсон взялся выяснить все до конца. — Сэм любит тебя. Он даже меня, презренного скептика, убедил в том, что вы — идеальная пара и он решительно намерен создать с тобой семью. Ты казалась такой воодушевленной… В конце концов, вы любите друг друга, что очевидно. А разве это не главное?

— Все изменится, — тихо проговорила Рейчел.

— Все и должно измениться, — согласился Джейсон.

— А если все изменится не в лучшую сторону? — робко предположила экономка, избегая смотреть на Сэма.

Сэм Сандерс громко вздохнул, Дженнифер всплеснула руками, а Джейсон Уэлборн хлопнул ладонями по коленям и произнес:

— Вот что, дорогие мои, скажу вам по секрету: все у вас будет хорошо!

— Это только слова, Джейсон, — резко отозвалась Рейчел. — Я просто представила, что будет, когда Дженни вернется к привычной жизни. У нас тоже все станет по-прежнему. Так уж пусть все так и остается…

— И почему вы все меня спроваживаете?! — Настало время для негодований Дженнифер. — Только и слышу: когда ты уедешь, если ты уедешь… Словно ждете с нетерпением, когда это произойдет. Признайтесь откровенно, кому я здесь мешаю? Кто хочет, чтобы я поскорее уехала? — спросила она и требовательно оглядела присутствующих. Но все молчали, никто даже не счел нужным ей возразить. — Если вы все-таки соберетесь пожениться, — продолжила она, — то настоятельно вас прошу, думайте при этом только о себе. А присутствую я на ранчо или отсутствую — к делу, по-моему, совершенно не относится!

— Джен права, — объявил Джейсон Уэлборн. — Если вы любите друг друга, в чем я не сомневаюсь, то женитесь, и любые перемены будут во благо.

Сэм откашлялся и строго сказал:

— Вы двое, оставьте нас на некоторое время, пожалуйста.

Джейсон и Дженнифер настороженно переглянулись, но тотчас встали, вышли и закрыли за собой дверь.

Сэм взял руки Рейчел в свои теплые ладони и заглянул ей в глаза.

— Милая, скажи прямо, что тебя действительно волнует? Я согласен с Дженни — наше решение никоим образом не должно быть связано с ее присутствием или отсутствием. Я знаю тебя уже двадцать шесть лет, восемнадцать из которых Дженни здесь не было… И я хочу взять тебя в жены не потому, что моей дочери пришла такая безумная идея. Вовсе не поэтому. Просто благодаря Дженни я смог посмотреть на тебя другими глазами и понять, что ты — моя судьба. И мне очень жаль, что это понимание пришло только теперь…

— Тогда, может, и не стоит ничего менять? Мы прожили долгую жизнь под одной крышей. Просто будем жить дальше, как и раньше…. — просительно произнесла Рейчел, окончательно оробев.

— О, сокровище мое! До сих пор мы делили только заботы и тревоги, позволь мне разделить с тобой счастье, — проговорил Сэм и стал целовать се.

Поцелуи Сэма были бурными. В них он вкладывал всю копившуюся многие годы ласку, любовь, страсть. У Рейчел обрывалось дыхание и кружилась голова, когда Сэм сжимал ее в своих объятьях. Все эти годы она кротко любила его, сострадала, заботилась о нем. Она не мыслила себе другой роли, кроме как его преданной помощницы. Рейчел хотелось лишь одного: провести всю свою жизнь с Сэмом под одной крышей. Она так привыкла довольствоваться тем, что всегда было с ней, — добрым отношением Сэма. Начисто лишенная эгоизма, Рейчел предпочитала одаривать заботой любимого, ничего не требуя взамен.

— Двух недель на подготовку тебе хватит? — деловито спросил ее Сэм.

— Две недели… А это не мало ли? Дженнифер уже столько нафантазировала…

— Пусть Дженнифер фантазирует над собственной свадьбой. Я спрашиваю тебя, ты успеешь за две недели? — требовательно спросил Сандерс и для убедительности вновь поцеловал будущую жену.

— Вот видишь, к чему приводят твои бестолковые оговорки? Молодец, ничего не скажешь! — сдавленным шепотком напустилась на Джейсона Дженни.

— Благодарю за понимание, мисс Сандерс, хоть ты и не мисс Сандерс! — ляпнул он.

— И что бы могла значить эта ремарка? — возмутилась Дженни.

— Ты так стыдишься своего происхождения?

— Да, я ношу фамилию матери. Таков был выбор моей родительницы, и я не вправе его осуждать. И отец, и мать для меня равноценны. Странно, что ты придрался к этой детали. Очень странно! — подытожила Дженни Уотсон.

— Зовись как хочешь! — махнул на нее рукой Джейсон.

— Даже от собственного отца я не слышу никаких претензий по этому поводу! Так по какому же праву ты мне их предъявляешь? — возмущению Дженни, казалось, не было конца.

— Просто Сэм слишком деликатен, чтобы их озвучивать, — бесхитростно пояснил молодой ковбой.

— Тебя-то уж точно деликатным не назовешь, — тотчас заметила Дженнифер.

— Раз уж мы заговорили начистоту, ответь мне честно, Джен, зачем ты приехала?

Дженнифер Уотсон хмуро посмотрела на Джейсона, но тут же разразилась хохотом.

— Конечно, разве желание восстановить отношения с родным отцом может явиться достойным поводом для возвращения домой? Интересно, какой мотив ты усматриваешь в моих действиях? Полагаю, это именно ты внушил папе, что я приехала по сугубо корыстным соображениям.

— Я лишь хотел предостеречь его! — Джейсон и не думал скрываться и хитрить. — Это вполне могло оказаться правдой. Да и какая разница, почему ты здесь? Не сегодня-завтра тебе наскучит на ферме, и ты поспешить в свой Нью-Йорк, выйдешь за этого своего Шейна Паккарда и забудешь о каком-то старике из Оклахомы!

— Ты все сказал?!

— Теперь все!

— Очень хорошо, — подвела черту Дженни. — Теперь мне доподлинно известно, что ты за человек, Джейсон Уэлборн! Ты сам-то знаешь, что будет с тобой завтра? Что тебе дает право требовать от всех исчерпывающего отчета об их жизни? Я, например, допускаю, что со мной может произойти все, что угодно. И я не боюсь этого, потому что постараюсь справиться. Но вот чего я никогда не буду делать, так это клясться в чем-либо, потому что ты так захотел! Я уже неоднократно говорила, что была бы счастлива поселиться здесь, на ранчо. И всегда чувствовала в себе такое желание. Но, возвращаясь сюда из Нью-Йорка, я и предположить не могла, что теперь здесь живет такой предвзятый тип, как ты! И это обстоятельство действительно идет вразрез с моими намерениями. Поэтому если я однажды и решу отсюда уехать, то не потому, что мне тут наскучило, а по той лишь причине, что кто-то уж очень старается, чтобы именно так и произошло! — И с этими словами Дженнифер резко развернулась и поспешила к двери.

Джейсон догнал ее и остановил, схватив за локоть.

— Ладно сказано! Только не говори, что предполагаешь обосноваться здесь на всю жизнь, выйти замуж за фермера…

— Да, о замужестве я и не думаю!

— Конечно, зачем тебе муж? Ты скачешь, как ковбой, готовишь, как опытный повар, препираешься лучше любого юриста… Тебе вообще никто не нужен! Ни здесь, ни в любом другом месте! А что же Шейн Паккард? Этот тип уже знает о твоих намерениях или он только один из длинного списка ожидающих? — нахально спросил ее Джейсон.

— Что за беспардонная манера совать свой нос в чужую личную жизнь? — пренебрежительно отозвалась Дженнифер.

— Ты вероломная и коварная, как все столичные штучки!

— И многих из них ты знаешь? — рассмеялась Дженни, даже не посчитав нужным обидеться, слишком уж по-детски вел себя Джейсон.

— Уверен, ты так и не отказала этому своему Шейну!

— Шейн исчерпывающе проинформирован обо всех моих планах! — сухо возразила она.

— Но «нет» ты ему все-таки не сказала. Я имею в виду прямое, четкое, категорическое «нет».

— А почему, собственно, тебя это так волнует? — холодно осведомилась Дженни, выпрямившись в струнку перед Джеймсом.

Молодой человек так и не нашел что сказать, лишь открыл рот и тут же закрыл его. Дженнифер Уотсон широко улыбнулась.

В этот момент дверь в комнату, которую они недавно покинули, распахнулась, и перед ними предстал счастливый и разрумяненный Сэм Сандерс.

— Через две недели состоится церемония нашего бракосочетания! — церемонно и громко объявил он.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

— Я бы очень хотел, чтобы они прибыли вовремя, а лучше даже и заранее, потому что я слишком стар для этих ожиданий, — взволнованно пробормотал Сэм Сандерс в комнатке для жениха при местной церкви.

Джейсон поправил пышную бутоньерку в его петлице. Он тоже не находил себе места от волнения. Сэм же в сотый раз выправил манжеты белоснежной рубашки.

— Уверен, Джен позаботится о том, чтобы Рейчел была готова к сроку. Не о чем волноваться, — неубедительно произнес Джейсон.

— Рейчел показалась мне колеблющейся, — заметил Сэм.

— Возможно, все женщины таковы. Почем нам знать? — отозвался Джейсон, сосредоточив взгляд на своем отражении в большем зеркале.

Он тоже счел нужным оправить костюм. Роль шафера требовала безупречности в той же степени, что и роль жениха.

— Учти, у нас два огромных свадебных торта. Такие практичные хозяйки, как Рейчел и Джен, не позволят пропасть добру, — резонно заметил Джейсон.

— Не хотелось бы становиться мужем только из соображений экономии, — парировал Сэм Сандерс.

— Прости… — пробормотал молодой человек.

— Не извиняйся. Я сейчас на взводе. Скорее бы это закончилось… И прошу, не заговаривай больше о еде, мне что-то дурно становится. Даже стыдно собственного малодушия… — посетовал Сэм.

— Дыши глубже, — Джейсон Уэлборн положил руку на плечо своего друга и напарника. — Ты же знаешь Рейчел. Ты когда-нибудь встречал более обязательную женщину? По-моему, нам не о чем тревожиться.

— Все это я знаю, но почему-то не в состоянии унять эту дрожь, — признался Сэм и вытянул вперед обе мелко подрагивающие кисти, демонстрируя, как он волнуется.

— Вероятно, именно это состояние и называется любовной лихорадкой, — насмешливо предположил Джейсон.

— Бред какой-то… — пробормотал себе под нос жених.

— Это так ты называешь собственную свадьбу? — желая растормошить друга, вновь поддел его молодой ковбой.

В дверь постучали, вошел пастор.

— Невеста приехала. Через некоторое время мы сможем приступить к церемонии. Вы готовы? — как бы между прочим спросил он, обращаясь не к жениху, а к шаферу.

Сэм Сандерс громко выдохнул.

— Да, мы готовы, — четко ответил шафер.

— В таком случае прошу следовать за мной.

Джейсон пропустил жениха вперед.

Зазвучал орган, сначала очень тихо, но аккорды становились все громче с каждым шагом жениха, выстраиваясь в оптимистичный и воодушевляющий музыкальный ряд.

Сэм Сандерс приблизился к алтарю. Джейсон Уэлборн остановился в некотором отдалении, оба они повернулись вполоборота к нарядным гостям, расположившимся на скамьях, украшенных лентами и цветами, по обе стороны от прохода.

Торжественная органная музыка сменилась нежно журчащими переборами. Все услышали легкое шуршание и обернулись. В проходе появилась Рейчел в подвенечном наряде.

Женщина, которая никогда не была невестой и даже не готовила себя к этому, преобразилась до неузнаваемости. Кроме того что несказанно помолодела, выглядела Рейчел просто сказочно в свадебной пене кружев. Возглас изумления застыл в гортани жениха. Пронзительное чувство, переполнившее его в этот миг, вызвало необычную резь в глазах, взгляд словно наткнулся на какую-то пленку. Что это, слезы?

Рейчел вышагивала стройно и неспешно, она смотрела прямо на Сэма, ее лицо было строго и серьезно, взгляд поражал ясностью. Казалось, она не испытывала сомнений, и Сэм, придя в себя, тотчас ободрился.

В руках невесты был пышный букет, а за спиной ее тихо ступала хрупкая и прекрасная подружка невесты…

Настало время обменяться кольцами. Рейчел вложила свой букет в руки Дженнифер. Два тонких золотых ободка заняли свои места на пальцах новобрачных.

— Объявляю вас мужем и женой! — торжественно подытожил пастор.

Сэм взволнованно приподнял край миниатюрной фаты, что таинственной дымкой скрывало лицо новобрачной, и трепетно приник к губам своей избранницы под одобрительный шепоток собравшихся.

Поцелуй был одновременно и пылок, и долог — настолько, что некоторые принялись сдавленно похихикивать.

Молодожены смущенно посмотрели на гостей. Джейсон похлопал друга по плечу, Дженнифер вернула мачехе букет.

— Не останови их, они бы так и целовались, — проговорил на ухо подружке невесты шафер.

— Что ж тут удивительного? Они так любят друг друга, — отозвалась она.

Выйдя из церкви, согласно заранее прописанному плану, гости и новобрачные рассредоточились на ступенях паперти, и фотограф сделал несколько групповых снимков. Затем деловито и собранно приступили к съемке семейного портрета, портрета новобрачных. Сэм опять принялся целовать жену ко всеобщему восторгу окружающих.

Казалось, Сэм и Рейчел больше ничего не замечают. Словно движимые какой-то волной, они оказались на месте торжественного банкета. В их честь поднимались тосты, говорились восторженные речи, но эти двое были заняты только друг другом и лишь смущенными улыбками общались с гостями свадьбы.

Небольшой местный оркестр взял первые ноты. Сэм протянул руку жене и повел в центр зала. Они встали в церемонную позу и, исполненные серьезности, заскользили в первом вальсе. Дженнифер заметила слезы у многих женщин, да она и сама не была исключением в этом сентиментальном обществе.

Так, под благоговейное молчание собравшихся, под звуки вальса новобрачные танцевали свой первый танец семейной жизни. А когда оркестр заиграл следующий мотив и Сэм и Рейчел продолжили свое кружение, к ним присоединились пары из гостей. Дженнифер непроизвольно огляделась в поисках Джейсона, но безуспешно. Пришлось простоять и этот вальс, по завершении которого Сэм трепетно сопроводил жену до стола и потянул в танцующую толпу дочь.

— Лучше бы ты танцевал с Рейчел, — сказала она, подчинившись.

— Хочу поговорить, — объяснил отец, прижав Дженни к груди. — Скажи, Рейчел уже собралась для свадебного путешествия?

— Да, я помогла ей. Багаж в холле, — ответила Дженнифер. — Но она тревожится. Ты до сих пор не сказал ей, куда собираешься ее везти.

— Потому что это сюрприз, — пояснил отец.

— Из-за твоего сюрприза ей пришлось поломать голову над тем, что брать, поэтому она наверняка повезет с собой лишнее, не взяв необходимое. Ты мог сказать хотя бы мне. И еще вопрос: когда вы планируете вернуться?

— К четвергу. А почему ты спрашиваешь?

— Хотела дня на два слетать в Нью-Йорк, уладить там некоторые дела.

— Ясно. Но ты вернешься?

— Обязательно… если ты не возражаешь.

— О чем речь? Здесь твой дом. Если придется жить на ранчо в наше отсутствие, постарайся лишний раз не пересекаться с Джейсоном, — предупредил Сэм дочь. — Стоит вам столкнуться лицом к лицу, тотчас дым коромыслом. Не ладите вы что-то.

— Так получается, — отозвалась Дженнифер. — А почему только до четверга? Не слишком ли короткий медовый месяц?

— Нам хватит… Только ты непременно возвращайся, Дженни. Мы всегда тебя ждем.

— Конечно, папа, я вернусь. Обязательно! — пообещала она, — Хотя Джейсон уверен, что я легкомысленная… нет, я вероломная и коварная столичная штучка!

— Не задевай его, Дженни. Он хоть и чудаковат, но человек хороший. В этом парне все основательно — и убеждения, и заблуждения. Но он добрый и честный.

— Однако теперь, когда у тебя есть любящая жена, ни я, ни Джейсон тебе уже не нужны, — шутливо заметила дочь.

— Это не так. Ты моя дочь, Джейсон — друг… А Рейчел… Она сегодня выглядит восхитительно, тебе не кажется? — взволнованно переменил он тему, взглянув в сторону жены.

— Рейчел всегда была яркой и интересной женщиной. Странно, что ты не замечал этого прежде. А сегодня она действительно великолепна! — подтвердила Дженни, посмотрев в ту же сторону, что и отец.

— Я всегда воспринимал ее иначе. Когда она, только появилась в нашем доме, то сносила все капризы Лоррейн, нянчила тебя и терпела меня, когда я был невозможен… Она всей душой приняла Джейсона. И Рейчел всегда ждала тебя…

— Самое главное — она твоя половина, отец! — серьезно проговорила Дженни.

— Верно, — кивнул он. — А теперь еще и твоя мачеха.

— О лучшей и мечтать не приходится. Вторая мама…

Музыка стихла, пара остановилась. Сэм прижал дочь к своей груди и поцеловал в высокий лоб.

— Пора разрезать торт. Присоединюсь к своей половине, — сказал он.

Обе руки взялись за нож и торжественно сделали символический разрез огромного и богато украшенного свадебного торта под возгласы и аплодисменты. Пышные куски торта легли на тарелки, гости рассредоточились, наслаждаясь лакомством. Джейсон, пропадавший где-то все это время, появился с тарелкой в руках возле Дженнифер, словно вынырнувший из ниоткуда.

— Все в порядке? — спросил он.

— Безусловно, — подтвердила Дженни. — Как ты? Пережил неизбежное?

— Ты имеешь в виду свадьбу?

— Именно.

— Они любят друг друга. Я искренне надеюсь, что у них все будет хорошо. Они заслужили счастье, — проговорил Джейсон.

— Вот и не омрачай его своими неуместными сомнениями, — сухо велела ему Дженни.

Джейсон возмущенно посмотрел на нее, но промолчал.

— Не беспокойся, долго терпеть меня не придется. Пока Сэм и Рейчел будут в отъезде, я слетаю в Нью-Йорк.

— Можно подумать, ты собираешься еще вернуться, — буркнул молодой человек.

— Представь, что не только собираюсь, я действительно вернусь, — дерзко отозвалась Дженни.

— Тогда вот тебе мое напутствие, Джен, чтобы было о чем вспомнить, — загадочно произнес он, обнял молодую женщину и поцеловал.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

В следующие дни в хозяйском доме на ранчо «Джей-Эс» оставался только Джейсон Уэлборн. Он работал, обедал с другими ковбоями, но вечер проводил в одиночестве — после работы возвращался домой, отправлялся в душ, смотрел телевизор и шел спать.

Вечер среды он выделил на то, чтобы подготовить дом к возвращению новобрачных.

Зазвонил телефон. Джейсон взял трубку. Голос звонившего он узнал тотчас.

— Добрый вечер, я могу переговорить с Дженнифер?

— Джен сейчас нет, — небрежно отозвался Джейсон, втайне радуясь, что напыщенный тип из Нью-Йорка в этот миг тоже одинок.

— Где же она может быть в такое время? — вспылил тот.

— Точно не здесь, — съязвил пастух. — Подозреваю, вы хотите оставить ей сообщение. Что ж, я готов передать ей все, что вы скажете.

— Передайте, что опять звонил Шейн Паккард. Я жду ее звонка. Ей необходимо в ближайшее же время появиться здесь… в Нью-Йорке, — нервозно уточнил Шейн.

— Можете не сомневаться, я ей все передам… как только она появится. Когда же это произойдет, мне, к сожалению, не известно, — самодовольно проговорил Джейсон, одновременно заинтригованный тем обстоятельством, что Шейну ничего не известно о местонахождении Дженнифер Уотсон.

Паккард поспешно попрощался с Джейсоном, и разговор закончился. Джейсон повесил трубку и крепко задумался.

Вплоть до этого звонка он был уверен, что Джен теперь с Шейном или неподалеку. И как следует отнестись к новым обстоятельствам? Либо он переоценил значимость Шейна Паккарда для Дженни, либо она не ограничивалась этим типом и морочила ему голову так же, как и многим другим.

Из задумчивости его вывел очередной телефонный звонок. Джейсон Уэлборн тотчас снял трубку.

— Джейсон, как ты там, сынок? — раздался откуда-то издалека голос Сэма Сандерса.

— Сэм, привет! Все прекрасно! А вы как?

— Оба чувствуем себя превосходно. Тебе там не тоскливо?

— Справляюсь, — отозвался Джейсон.

— От Дженни не было вестей? — спросил отец.

— Нет… пока. Хотя открылось одно странное обстоятельство… — раздумчиво пробормотал молодой человек.

— Не темни, парень. В чем там дело? — обеспокоенно проговорил Сандерс.

— Помнишь, ей звонил некий Шейн Паккард?

— Ну…

— Так вот, он звонил только что снова. Хотел поговорить с Джен. Создалось впечатление, что этот Шейн не знает о том, что она в Нью-Йорке.

— Но ты ему сказал, что она там? — спросил отец.

— Не стал… Он просил передать, чтобы она с ним связалась. Я пообещал, на этом разговор и закончился.

— Будем считать, что у Дженни есть свои причины, чтобы не выходить на контакт с этим Шейном Паккардом. Мы даже не знаем, кто он такой. Ты правильно сделал, что не стал снабжать его сведениями. Не бери в голову, сынок. Все прояснится, когда Дженни вернется, — убежденно проговорил Сэм.

— Ты так уверен, что она вернется…

— Прекрати, Джейсон. Дженни вернется… В свое время — обязательно, я в этом не сомневаюсь.

— Ну а ваши планы на возвращение остаются неизменными? — осведомился Джейсон, поспешно переменив тему. — Во сколько мне вас ждать?

— Готовь сытный ужин, сынок. Обещаем прибыть голодными, — хвастливо проговорил молодой супруг.

— Для меня это задача не из легких, но я постараюсь.

— До встречи!

Джейсон выключил телевизор и с легким сердцем отправился спать.

— И действительно, вкусно пахнет! Сразу понимаешь, что нас ждали, дорогая, — проговорил Сэм Сандерс, пропуская супругу вперед.

Джейсон вышел им навстречу. Хозяева вернулись как раз к ужину.

— От Дженни есть известия? — тотчас осведомился отец.

— Нет, пока никаких. Быть может, этим вечером позвонит. Она же знает, что вы должны вернуться.

Сэм и Рейчел поднялись к себе.

— Мне кажется, Джейсон очень о ней тревожится, — тихо заметила Рейчел.

— Мне тоже так показалось, — отозвался ее муж. — А я-то думал, они не поладили… Их не поймешь.

— Что же тут непонятного? Между мальчиками и девочками часто так. Не могут жить вместе, не могут и врозь. Молодые еще.

— Он считает, что Дженни не вернется, — печально проговорил Сэм.

— Дорогой, если она сказала, что вернется, нужно ей верить! А Джейсон пусть считает так, как ему угодно. У него всегда были странные представления о людях и жизни, — сухо произнесла Рейчел.

— Это так, — согласился с ней супруг. — Ты голодна?

— Безумно… Помоги Джейсону накрыть на стол, я скоро спущусь, — ласково попросила жена.

— За поцелуй, — выдвинул свое условие Сандерс.

Рейчел нежно поцеловала мужа.

— Может быть, Джейсону пора поселиться отдельно? Что ему с нами, стариками?

— Не будь смешным, дорогой! Ты скучал по нему не меньше, чем по Дженни. Пусть живет здесь.

— А мы не смутим его своими утехами? — подмигивая своей жене, спросил Сэм.

— Он взрослый мальчик, — отозвалась Рейчел, к губам которой вновь прильнул супруг.

В первые минуты ужина Джейсон Уэлборн дотошно выспрашивал супругов об их свадебном путешествии. Рейчел обстоятельно рассказала о пребывании на острове Падре, оставляя промежутки для красноречивых ремарок Сэма, который взахлеб делился своими впечатлениями о приключениях в Мексиканском заливе, о бесконечных песчаных пляжах, где после прилива можно обнаружить уникальные старинные предметы с затонувших кораблей. Правда, самим им что-то не посчастливилось, но ведь об этом все говорят, и нет причин не верить тамошним сказителям и их легендам.

— Сэм на пляже выглядел презабавно! — объявила любящая жена. — Я впервые увидела его в плавках и ластах. Такой очаровательный утенок! А как он рассекал волну…

— Прекрати потешаться! Я тоже впервые увидел тебя в купальнике. Такая роскошная дама в широкополой шляпе! Я взял и еще раз влюбился.

— Вот как! Дама, значит? А готовить эта дама нам будет? — нарочито шутливо обеспокоился Джейсон. — А то из меня, сами видите, кулинар никудышный.

— Буду я вас, мальчики, кормить, как и прежде. Такие труженики нуждаются в сытной и вкусной пище.

В этот вечер они долго не выходили из-за стола. Поев, болтали, шутили, смеялись. Джейсон Уэлборн постоянно прислушивался, но телефон так и не зазвонил. Он даже не мог поделиться своими тревогами, поскольку ни Сэм, ни Рейчел больше не говорили о пропавшей Дженнифер.

Может быть, завтра? — подумал Джейсон, ложась в постель.

Рейчел вновь надела свой старый передник и хлопотала на кухне, готовя мужчинам обед, когда раздался телефонный звонок. Каким-то шестым чувством женщина ощутила, что это Дженни, и оказалась права.

— Как ты, девочка моя? Мы еще вчера ждали от тебя звонка.

— С возвращением, Рейчел! Собиралась позвонить, но не получилось. Я задержалась дольше, чем планировала. Сегодня собираюсь вылететь в Оклахома-Сити.

— Скажи, какой рейс? Я встречу тебя в аэропорте, — предложила мачеха.

— Нет необходимости. Я задержусь в Оклахома-Сити. Хочу купить машину. Не помешает собственный транспорт. Буду дома ближе к вечеру, тогда обо всем и поговорим. А сейчас я спешу.

— Спасибо, что позвонила, милая. Жду встречи. Отец будет счастлив, я тоже.

— Пока, Рейчел, — попрощалась Дженнифер.

Рейчел Сандерс положила трубку и, вздохнув с облегчением, вернулась к стряпне. За обедом она сказала мужу:

— Звонила Дженни, сегодня вечером она будет дома.

Сэм понимающе кивнул. Он принял весть так, словно ни минуты не сомневался в скором возвращении дочери.

— Что еще она сказала? — встрепенулся Джейсон.

— Сказала, что купит машину в Оклахома-Сити, на ней и приедет домой.

— Мы бы могли встретить ее, — обиженно проговорил молодой человек.

— Дженни считает, что ей нужен собственный транспорт.

— Она права. Это подтверждает серьезность ее намерений, — сказал отец.

— Но на ферме хватает машин, — заметил Джейсон.

— А ей нужна собственная! И это правильно, — объявил Сэм Сандерс. — Мне кажется, она очень независимая девочка. Как считаете?

— Моя падчерица точно знает, чего хочет, — гордо отозвалась Рейчел Сандерс.

— Или она просто привыкла сорить деньгами, — продолжал упрямо возражать Джейсон Уэлборн.

— Насколько я понимаю, тратит она свои деньги, и ей виднее, как ими распорядиться, — назидательно проговорила мачеха.

— А не слишком ли вы идеализируете человека, которого почти не знаете? — пробормотал Джейсон.

— Это ты ее не знаешь, сынок. А нам известно достаточно, чтобы делать выводы, — терпеливо отозвался отец.

— Как знаете. Я вас предупредил, — пожал тот плечами.

— То, что Дженни возвращается на ранчо, — это хорошо. А самое главное, она не будет одинока в этом огромном городе теперь, когда не стало ее матери. Теперь мы — ее семья. Кроме нас у девочки никого нет, — рассудила Рейчел и посмотрела на мужа, — Но не забывайте: она молодая современная и независимая женщина, и это прекрасно!

— Полностью с тобою согласен, любовь моя! — воскликнул Сэм и прильнул с поцелуем к своей жене.

Джейсон Уэлборн хмуро посмотрел на них. По его подсчетам, они не целовались уже минут пять…

После обеда Рейчел нетерпеливо ожидала Дженнифер. Чем бы она ни занималась, каждые полчаса подбегала к окну и смотрела на дорогу.

Наконец на бетонной площадке рядом с другими автомобилями припарковался незнакомый новенький внедорожник, и из салона показалась Дженни.

Рейчел Сандерс стремительно выбежала из дома и воскликнула:

— С возвращением, родная! Отличный выбор! — похвалила она новый автомобиль своей падчерицы.

— Спасибо, Рейчел. Надеюсь, я не слишком задержалась?

— Все в порядке. Мальчики сейчас в поле. Давай помогу тебе занести багаж в дом, — сказала Рейчел, подхватив первые сумки в обе руки.

— А багаж в этот раз большой. Я привезла с собой все, что не продала в Нью-Йорке.

— Окончательно переселяешься? Умница, девочка! — воскликнула Рейчел и поцеловала Дженнифер в щеку. — Я выделю для твоей одежды большой шкаф. Просто нужно перебрать вещи и избавиться от старья.

— Спасибо… Рейчел, ты исключительно выглядишь. Медовый месяц пошел тебе на пользу. Это южное солнце или любовь тебя так преобразила?

— Полагаю, и то и другое, — смущенно ответила Рейчел.

— Как Сэм? — хитро прищурившись, спросила Дженни.

— Твоему отцу тоже все очень понравилось…

— Нет. Я имела в виду, как тебе Сэм?

— Бесстыдница! — покраснев, бросила взрослая женщина. — Пошли в дом.

— Ты надевала тот купальник, который мы выбрали?

— Да. Сэму понравилось… Как ты провела время в Нью-Йорке? Удалось встретиться с друзьями, Повеселиться?

— Нет, я даже задачи такой перед собой, честно сказать, не ставила. Просто улаживала свои дела, чтобы иметь возможность окончательно сюда перебраться.

— Джейсон сказал, что на днях опять звонил этот Шейн Паккард, хотел поговорить с тобой, просил перезвонить при первой же возможности.

— Надеюсь, Джейсон не сказал ему, что я в Нью-Йорке? — обеспокоенно уточнила Дженнифер.

— Джейсон ему вообще ничего не сказал, кроме того, что здесь тебя нет.

— И правильно сделал. Вообще, я должна была вас предупредить. Я не хочу, чтобы Шейн знал, где я.

— Почему? — поинтересовалась Рейчел Сандерс, ставя вещи Дженни в холле и направляясь вместе с ней за оставшимися в машине чемоданами и сумками.

— Потому что он создает для меня трудности. Я много раз объясняла ему, что не останусь в Нью-Йорке, что вернусь в отцовский дом, что намерена обосноваться в Оклахоме. Но нет! Он словно меня не слышит. Пойми, Рейчел, у меня с Шейном очень хорошие отношения, мы могли бы быть друзьями, но он вбил себе в голову, что мы непременно должны пожениться. Теперь он хочет объявить всем о нашей помолвке. И не понимает того, что я не собираюсь становиться его женой…

— Тебе виднее, дорогая, — внимательно выслушав Дженнифер, отозвалась Рейчел. — Только предупреди Сэма с Джейсоном, чтобы они в случае чего знали, как отвечать на его телефонные звонки… Кстати, о Джейсоне. Мне кажется, он ждал тебя с не меньшим нетерпением, чем твой отец, хоть и скрывал это.

— Он странный. Ты знаешь, он поцеловал меня… Дважды, — шепотом призналась мачехе Дженнифер.

— Кто? Джейсон? Не может быть! Представь, я не считала его способным на такой поступок. Всегда думала, что его круг — коровы, лошади и другие ковбои, — шутливо заметила Рейчел.

— Не жалуешь ты его! — рассмеялась Дженни. — Мне он тоже не очень нравится.

— Дженни, ты не права. Джейсон — хороший парень, но зануда, сноб и ханжа.

— Полностью с тобой согласна, — отозвалась Дженни. — И все-таки приходится признать, что что-то в нем есть. Только не знаю пока, что именно…

— Так узнай! Они скоро вернутся. Быть может, даже раньше, чем обычно. Ведь я предупредила их, что ты будешь к вечеру… Милая, — сказала Рейчел, когда багаж Дженни был полностью перенесен в дом. — Я так и не поблагодарила тебя за помощь в подготовке моей свадьбы. Ты была самой лучшей подружкой невесты, — проговорила женщина и крепко обняла свою падчерицу.

— О! Хорошо, что напомнила. У меня для тебя свадебный подарок, — сказала та и принялась рыться в своей сумочке, из которой через некоторое время достала небольшую коробочку, перехваченную атласной лентой. — Я купила их для тебя в Нью-Йорке.

Рейчел аккуратно развязала ленточку и открыла крышечку миниатюрного футляра. В нем на шелке жемчужного цвета покоились серьги с крупными бриллиантовыми вставками, идеально повторявшими форму камня кольца, подаренного Рейчел Сэмом при помолвке.

Крупные слезы показались в глазах женщины. Она прижала подарок к груди одной рукой, другой обняла свою падчерицу, которая была-растрогана не меньше.

— Рейчел, скажи мне, ты счастлива? Ни о чем не сожалеешь?

— Что ты, милая! Я по-настоящему счастлива, настолько, что выразить не могу. Я даже не предполагала, что такое может однажды случиться со мной, — созналась новая хозяйка дома.

— Недурственная машина, — пробормотал Джейсон Уэлборн, столкнувшийся с женщинами в холле.

— Спасибо, мы не слышали, как ты вошел, — ответила Дженни.

— Значит, вернулась… — небрежно констатировал он.

— Как видишь. И уже знаю, что ты ждал меня с большим нетерпением, чем кто-либо в этом доме.

— Просто хотелось знать, чего стоит твое слово, — нисколько не смутившись, парировал он.

— Опять препираетесь? — повысил голос Сэм, войдя в дом. — Здравствуй, дочка. Джейсон, лучше бы отнес вещи Дженнифер в ее комнату, чем пререкаться… Сущие дети, — добавил он, обратившись к жене, на что та, хитро улыбнувшись, шепнула:

— Я бы так не сказала…

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

И вновь вся семья собралась за большим обеденным столом. Ужин был праздничный, поводов для этого нашлось предостаточно.

— Не желаешь после ужина прогуляться до конюшни и поздороваться с Рэд? — обращаясь к Дженни, спросил Джейсон.

— Приглашаешь меня прогуляться? — открыто флиртуя, спросила его бывшая жительница Нью-Йорка. — Нет, Джейсон. Не сегодня. Я очень устала. Этот перелет с багажом отнял у меня много сил и нервов. Я предпочитаю пораньше отправиться в постель, чтобы завтра начать новую жизнь с новыми силами, — серьезно ответила она.

— Да… Твой дружек звонил, когда ты была в отъезде, — сообщил Джейсон.

— Шейн? Я знаю. Рейчел уже сказала мне.

— Ты уже связалась с ним? Он очень просил…

— Нет, и не собираюсь. Кстати, прошу не сообщать ему, где я.

— Почему?

— Потому что такова моя просьба. Разве одного этого для тебя недостаточно? — заметно раздражаясь, проговорила Дженнифер. — Я сама позвоню Шейну, когда посчитаю нужным. Но должно пройти время. Я хочу, чтобы он понял наконец, что в Нью-Йорк я не вернусь, — заявила она. — Такое объяснение тебя удовлетворяет?

— Вопрос: удовлетворит ли такое объяснение Шейна Паккарда?

— Не слишком ли ты за него радеешь, Джейсон? Поверь, он не нуждается в твоем участии и сочувствии.

— Ладно, ребята, завязывайте с пустословием, — пресек очередную распрю Сэм Сандерс. — Дженни, ты поедешь завтра со мной на пастбища?

— Конечно, пап! А что нужно делать? — охотно отозвалась дочь.

— Завтра нам не помешает лишний загонщик. Начнем подсчет и клеймение скота, пасшегося прошедшей зимой на воле.

— В таком случае поеду обязательно, — азартно проговорила Дженни.

— Моя дочь! — самодовольно объявил Сэм Сандерс.

— Можешь рассчитывать на дочь каждый раз, когда во мне возникнет необходимость. В остальные дни я намерена помогать Рейчел по дому.

— Это ты верно рассудила, дочка, — одобрил отец.

— Но я ввожу в этом доме новое правило. Прошу выслушать его внимательно и неукоснительно соблюдать! — объявила Дженнифер.

Когда все внимание собравшихся за семейным столом было обращено на нее, она продекларировала:

— Раз в неделю женщины этого дома обязаны отправляться в Оклахома-Сити для того, чтобы реализовать свое законное право на шопинг и посещение салонов красоты. Теперь, когда глава дома обзавелся женой, он обязан холить и лелеять ее. И я лично прослежу за тем, чтобы именно так и было!

— Потрясающая идея. Я полностью ее поддерживаю, детка! — воскликнула Рейчел.

— Любимая, тебе это действительно нужно? — с сомнением спросил жену Сэм.

— Я что же, не женщина? — переадресовала ему вопрос супруга.

— В таком случае я безоговорочно принимаю условие Дженни, — тотчас согласился глава семьи.

— Джейсон, что с тобой? — спросил Сэм своего напарника, который мрачно следил за разговором.

— Не знаю, должен ли я об этом говорить… Или… — неуверенно пробормотал он.

— Просто скажи, как есть, — потребовал Сэм, чуя неладное.

— Я поцеловал твою дочь! — выпалил Джейсон Уэлборн.

— Ты целовал Дженни?! Когда это ты успел, сынок? — сурово спросил Сэм, но долго изображать разгневанного строгого отца не смог и рассмеялся.

— Даже дважды, — уточнила Рейчел. — Во всяком случае, так мне Дженни сказала.

— Первый раз — это было нечаянно, — оправдался Джейсон. — Но во второй раз я… сделал это нарочно, — отчаянно признался он.

— Негодник! — пошутил Сэм Сандерс.

— Пап, не слушай его! — махнула в сторону Джейсона, раскрасневшегося от смущения, Дженни. — Это было на вашей свадьбе. Шампанское, тосты за новобрачных… Я считаю, оба раза это были случайные поцелуи, — скептически проговорила молодая женщина.

— Два случайных поцелуя — это уже закономерность, — резюмировал Сэм.

— Дорогой, не знаю, для чего Джейсон нам это сказал, но считаю, что пусть все останется исключительно их личным делом, — обратилась к мужу Рейчел.

— Но ты-то уже знала о поцелуях, а теперь мне стало любопытно. Я просто хочу знать, о чем думал скептик Джейсон, целуя мою дочь. Итак, сынок, что скажешь:

— Да ни о чем я не думал, в том-то и дело! — сокрушенно воскликнул тот. — Повел себя как дурак. А все потому, что она красивая.

— Это точно. Моя дочь красавица! — гордо подтвердил отец.

— Странный разговор, — констатировала Дженнифер.

— Пойдем разбирать твои сумки, — предложила выход из положения Рейчел.

Джейсон тоже хотел подняться из-за стола, но Сэм предусмотрительно остановил его:

— Я хочу поговорить с тобой.

Дженнифер хихикнула и, выходя из столовой, бросила через плечо:

— Сам виноват. Меньше болтать надо!

Рейчел деликатно прикрыла дверь.

— Ты влюбился в мою Дженни? — доверительно спросил друга Сэм.

— Это ошибка какая-то, — пробормотал смущенный Джейсон. — Я даже не уверен, что она мне нравится…

— Как можно было дважды поцеловать женщину, которая тебе даже не нравится? — задался резонным вопросом отец.

— Я этого не сказал. То есть нравится, но… черт, совсем запутался… — сокрушенно пробормотал ковбой.

— Да, сынок, ты определенно запутался. А все дело в том, что ты все время отождествляешь Дженни с Лоррейн. Из-за этого и все ваши распри. Это неправильно. Конечно, Лоррейн — мать Дженни. Они похожи внешне, но и только. У Дженнифер другая душа. Относись к ней без предубеждения. Только тогда сможешь разобраться в собственных чувствах. И, если ты мне еще друг, держи меня в курсе.

— Это я тебе обещаю, Сэм, — сказал Джейсон, уважительно выслушав старшего друга.

— А теперь скажи, Рейчел, — вкрадчиво начала падчерица, — медовый месяц не разочаровал тебя?

— Ну, что ты, дорогая! Как такое возможно? Все прошло безупречно. Этого просто не описать… Все оказалось намного чудеснее, чем я могла предположить.

— Я счастлива за вас. Я знаю, что папа — классный парень… Но теперь у вас качественно иные отношения. В браке много своих нюансов, это подтверждает его так и не сложившаяся семейная жизнь с моей мамой…

— Да, брак предполагает нюансы, но Сэм — это все, что мне нужно. Мне не высказать, как я благодарна судьбе, Дженни. И в наше короткое путешествие Сэм показал себя таким чутким и обходительным… Он постоянно справлялся о моих желаниях, стремился угодить. Еще никто со мной так не обращался, дорогая. Он задаривал меня всяческими милыми безделушками, несколько вечеров мы ужинали в ресторане…

— А после? — хулигански перебила ее Дженни. — Что было после ужина в ресторане?

— Мы вдоль берега возвращались в отель… Несколько раз Сэм заказывал роскошный ужин прямо в номер…

— Ладно, больше никаких вопросов, — скромно отступила Дженнифер Уотсон.

— Об одном я жалею, милая… — тихо произнесла Рейчел.

— О чем же? — сосредоточенно воззрилась на мачеху молодая женщина.

— О том, что это не случилось годы назад, когда мы оба так нуждались в любящем человеке. Мы жили рядом и были одиноки и близоруки. Сэм сокрушался о потерянной семье, а мне не хватало смелости и ума дать ему знать о своих чувствах. Впрочем, я ведь до последнего времени и не отдавала себе отчета, что Сэм — мой единственный. Просто считала своим долгом быть рядом, когда ему так плохо, разделять его переживания и заботы. Я справлялась с этим исправно, да только моя преданность ему мало помогла тогда, когда он так нуждался в любви и ласке. Думаю, поэтому он запил, не сумев справиться с одолевавшим его чувством потери. А ведь восемнадцать лет назад мы оба были молоды и могли дать друг другу значительно больше, чем теперь, на закате жизни. Время упущено, Очень жаль…

— Мне сложно судить, Рейчел, но, думаю, не стоит скорбеть о времени, как и не стоит думать о закате жизни. Вы и теперь полны сил. И неожиданно обретенное счастье вы будете хранить как зеницу ока, чего могло и не быть много лет назад, — в утешение Рейчел философски заметила Дженнифер.

— Здесь ты права, детка. Должна с тобой согласиться. И не стану пенять на то, что мне не посчастливилось иметь своих детей, ведь ты мне все равно что родная дочь. Я нянчила тебя грудную, видела, как ты растешь, болела за тебя всей душей. Так что в моей жизни было все, теперь есть и любовь… — растроганно проговорила Рейчел, трепетно обнявшись с падчерицей. — А что же у вас с Джейсоном помимо этих случайных поцелуев?

— Неразбериха какая-то, — коротко ответила девушка, зардевшись. — Но мне бы хотелось знать, что будет дальше. Он ведь пригласил меня прогуляться до конюшни… Думаю, хочет целоваться, — насмешливо предположила молодая женщина.

— А ты сама-то этого хочешь? — спросила ее Рейчел.

— Я? Вообще-то да! — весело ответила Дженни. — Но не хочу, чтобы он знал об этом. Пусть поборется за меня.

— Ох, дочка… — проговорила мачеха.

На следующее утро, рано проснувшись, Дженнифер спустилась в кухню, помочь Рейчел с приготовлением завтрака.

— Не стоило так рано подниматься, дорогая… — заметила Рейчел.

— Я больше не гостья, — объявила Дженни.

— Но ты сегодня должна выехать в поле с отцом. Не следует переутомляться, побереги энергию. Садись-ка, детка, я сварю тебе кофе, — настоятельно проговорила мачеха.

— Ты больше не домработница, Рейчел. Ты теперь в этом доме хозяйка. И я намерена разделять с тобой все обязанности по содержанию дома.

— Я это ценю, радость моя. И все же присядь, выпей кофе для бодрости, — настояла та.

Дженнифер улыбнулась и подчинилась. Рейчел сварила кофе и наполнила кружку падчерицы, после чего поморщилась и отвернулась.

— Что-то не так? — насторожилась Дженни.

— Сегодня меня раздражает запах кофе.

— Это бывает, если пьешь натощак. Перекуси чем-нибудь, — посоветовала она и продолжила излагать свои реформаторские идеи: — Если мы будем готовить завтрак в четыре руки, ты можешь подниматься утром минут на пятнадцать позже.

— Я сомневаюсь, что это разумно, детка. Теперь Сэм не встает до тех пор, пока не поднимусь я, хотя прежде у него с Джейсоном был несколько иной распорядок. До завтрака они успевали сходить в коровник. А теперь… Ты понимаешь, о чем я… Боюсь, Джейсон этого не поймет. Пусть все будет как прежде.

— Вот как! Джейсон не поймет!.. — возмутилась Дженни. — Это не аргумент.

— Но спальни рядом, и я все время беспокоюсь, что Джейсон услышит… — смущенно прошептала Рейчел.

— Я вижу только одно решение. Джейсона нужно женить. Найдите ему хорошую невесту из местных, — шутливо предложила Дженнифер Уотсон.

— Идея хорошая, но, боюсь, этот дом не выдержит еще одну хозяйку, — отозвалась Рейчел.

— М-да… — раздумчиво протянула Дженни. — Явный перебор с хозяйками… Что же нам с ним делать, с этим привередливым Джейсоном? — задалась она вопросом.

Рейчел отреагировала на тон падчерицы коротким смешком и проговорила:

— Джейсон хороший. Он такой же порядочный, как и твой отец. Вот только упрямый немного…

Быть может, это и лучше, потому что, проявив упрямство, он спас твоего отца… И к нему, как и к твоему отцу, нужен особый подход…

— Я понимаю, Рейчел, к чему ты клонишь, — серьезно отозвалась Дженни. — Но он мне категорически не подходит! Видишь ли, Джейсон вызывает во мне то откровенный смех, то недоумение. Согласись, мы с ним слишком разные.

— Но еще вчера ты сказала, что хотела бы прогуляться с ним до конюшни, — шепотком напомнила ей мачеха.

Дженнифер рассмеялась, а когда успокоилась, то наклонилась к Рейчел и тихо произнесла:

— Флиртовать и быть супругами — это не одно и то же. Я не настолько терпима и великодушна к человеческим странностям и слабостям, как ты, Рейчел. Не хватало только мне искать к мужчинам подход!

— Это потому, что ты еще молода и чувствуешь, что у тебя вся жизнь впереди и выбор огромен. Это пройдет, поверь мне, дорогая, — улыбнулась Рейчел.

— Возможно, — спокойно согласилась Дженнифер. — Это значит, что время компромиссов для меня еще не настало… Знал бы Джейсон, о чем мы сейчас говорим, — шепотом добавила она и опять рассмеялась.

— Что тут у вас происходит? — спросил появившийся на кухне Сэм Сандерс.

— Обычная женская болтовня. Отправляйся в столовую и зови Джейсона. Завтрак почти готов, — строго сказала мужу Рейчел Сандерс.

— Здравствуй, Рэд, — поприветствовала Дженнифер Уотсон гнедую лошадку, проведя ладонью от холки до покатого крупа.

Джейсон Уэлборн поднес к лошади седло и, взвалив его ей на спину, сказал, обращаясь к Рэд:

— Я звал Джен вчера, но она идти отказалась. Не спешила поздороваться с тобой. Имей это в виду: можешь ли ты верить ее сладким словесам после такого?

— Видишь, Рэд, сколь велико человеческое коварство! — подхватила этот шутливый разговор с лошадью Дженнифер. — Некоторым ничего не стоит дурно истолковать весьма обыденные и безобидные вещи. Сам недолюбливает меня и хочет, чтобы и другие относились ко мне так же.

Джейсон нахмурился и молча отступил назад. Дженни вывела Рэд из конюшни и легко взобралась в седло. Отец уже ждал ее и Джейсона с группой наемных ковбоев. Затем из ворот конюшни появился хмурый Джейсон со своим жеребцом. Сэм перевел взгляд с улыбчивой Дженни на своего молодого напарника и тотчас помрачнел.

— Много работы сегодня! Поспешим! — скомандовал он, разворачивая своего коня.

Джейсон нагнал Дженни.

— Семейная жизнь воодушевляет отца. Он выглядит моложе и бодрее. Тебе так не кажется? — спросила она Джейсона.

— Пожалуй, — мрачно ответит тот.

— Они счастливы, разве нет? — не отставала от него Дженни.

— Во всяком случае, так утверждают, — буркнул Джейсон.

— У тебя и в отношении их есть сомнения? Разве некоторые звуки из их спальни недостаточно подтверждают эти слова?

— Не знаю, мой сон крепок, — сконфуженно ответил ковбой.

— В тебе говорит одиночество. Женись! — призвала его женщина.

— Все почему-то считают брак обязательным… — проворчал Джейсон.

— А порой он даже жизненно необходим, — заметила Дженни.

— Думаешь, если мы поженимся, то будем счастливы так же, как и они? — без обиняков спросил ее Джейсон.

— Сомневаюсь, что такое возможно, — насмешливо отозвалась наездница.

— Тогда к чему этот разговор?

— Помимо меня есть много достойных женщин! — воскликнула Дженни и, пришпорив Рэд, резко вырвалась вперед, оставив Джейсона в полном недоумении.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Домой они возвращались уже в вечерних сумерках. Джейсон сравнялся с Дженни.

— Ты созвонилась с Шейном Паккардом? — осведомился он.

— Нет еще, — ответила молодая женщина. — Ты до сих пор не ответил мне, почему тебя это так волнуешь? Думаешь, уличив меня в нечестном отношении к Шейну, проявишь таким образом мужскую солидарность?

Она откровенно насмехалась над ним, но Джейсон ничего не мог с собой поделать.

— Просто он передал эту просьбу через меня…

— Ты должен был передать мне его слова, и ты это сделал. Все, что после, к тебе отношения не имеет! — продолжала издеваться Дженни. — Если тебя это успокоит, скажу ему, что ты исправно выполнил свое обещание. Но это произойдет только тогда, когда сочту нужным связаться с ним. Не теперь, — бесстрастно проговорила Дженнифер Уотсон.

— А если он тревожится о тебе? — предположил Джейсон.

— Я-то думала, что ты всех нью-йоркцев подозреваешь в эгоистичности! — задорно воскликнула Дженнифер. — Видимо, незнакомец вызывает в тебе куда больше симпатий, чем я. Что ж, приму к сведению. Интересно, реабилитирует ли меня в твоих глазах то, что я созвонюсь с глубокоуважаемым мистером Паккардом этим вечером? — безжалостно продолжала поддевать его наездница.

— Это смотря что ты намерена сказать ему… — отозвался Джейсон.

— Вот как! Снова условие! С тобой тяжело иметь дело, Уэлборн. Вот только не знаю, с какой стати мне отчитываться перед тобой?

— Мне кажется, Джейсон таким образом рассчитывает выяснить, что с глубокоуважаемым мистером Паккардом у тебя все кончено, — насмешливо пояснил Сэм Сандерс, который все это время гарцевал рядом с молодыми людьми и вслушивался в их диалог.

— Полагаю, мистер Уэлборн не сочтет возможным поверить мне, даже если я поклянусь на Священном Писании! Так чего ради мне перед ним распинаться? — обратилась к отцу Дженнифер.

— Джейсон, у тебя есть что сказать на это Дженни? — тоном арбитра спросил своего напарника Сэм.

— Я знаю, что Дженни всех убедила и даже, возможно, внушила себе, что обоснуется на ранчо. Однако мне хотелось бы знать, сознает ли она, что за жизнь ждет ее здесь, если она реализует свое намерение? Ведь скотоводческая Оклахома — это не Манхэттен с его магазинами и увеселительными заведениями, с шикарной светской жизнью и веселыми вечеринками. Здесь мы каждый день вкалываем до седьмого пота. Полагаю, она догадывается об этом, поэтому и не рвет с Паккардом окончательно, водя его за нос, — на тот случай, если ей придется вернуться к прежней жизни, — детально изложил свои умозаключения Джейсон.

— Я и не догадывался, парень, что ты настолько недоверчив, — озадаченно заметил Сэм Сандерс.

— Нет, Джейсон, я в Нью-Йорк не вернусь! — возразила Дженни. — Просто потому, что жить мне там не нравится. Однако это не означает, что я не собираюсь бывать в Нью-Йорке. Там остались мои друзья, с которыми я намерена поддерживать отношения. И с Шейном окончательно рвать я тоже не стану именно по этой причине! Меня с ним многое связывает, и поэтому я хочу остаться с ним в дружеских отношениях. Ему лишь нужно дать время осознать серьезность моих намерений, чтобы он перестал надеяться на мое скорое возвращение. Вероятно, в этом ты на него похож, Джейсон. Шейн тоже отказывается внимать доводам, если прежде убедил себя в обратном… Так ты все еще хочешь, чтобы я позвонила ему этим вечером, Джейсон? Обязуюсь поступить так, как ты скажешь, — полушутливо пообещала Дженнифер.

— Да, Джен, мне бы очень хотелось, чтобы ты сегодня же связалась с ним, — буркнул Джейсон.

— А меня больше волнует, что Рейчел приготовила нам на ужин, — явно устав от их пикировки, мечтательно произнес Сэм Сандерс.

— Могу предположить, что это будет нечто восхитительное. Рейчел знатная кулинарка, — отметила Дженнифер.

— Полностью с тобой согласен. Но не она одна. Мне доводилось отведывать и твою стряпню, дочка.

— Но если Рейчел мечтала о тебе, Сэм, пока готовила, боюсь, нам достанутся на ужин только головешки, — ляпнул Джейсон Уэлборн.

— Не знаю, как это бывает с мужчинами. Возможно, их любовь и делает безнадежными дураками, но нас, женщин, сильные чувства вдохновляют и делают лучше. Так что ужинать сегодня мы будем, как короли! — гордо проговорила Дженнифер.

— Браво, доченька! L — поддержал ее отец. — Браво!

— Папа, мне кажется или Джейсон действительно страшный ревнивец?

Сэм усмехнулся в ответ, но промолчал. Они уже подъезжали к конюшне.

Сэм Сандерс спешился прежде всех и, стремительно водворив коня в денник, поручил его заботам одного из работников, а сам чуть ли не бегом направился к дому.

— Спешит поцеловать свою любимую, — многозначительно заметила дочь явно пораженному таким неожиданным маневром Джейсону.

— Мне кажется, Сэм все еще не привык к своей новой роли и очень смущается, хоть и старается не показать виду, — проговорил он.

— Папа такой милый, — растроганно произнесла Дженнифер, умиленно глядя вслед отцу.

— Я тоже хотел бы, как он… после рабочего дня, — чистосердечно признался молодой ковбой.

— Не думаю, что Рейчел поймет тебя, сунься ты к ней с поцелуями, — поддела его Дженни.

— А она-то тут при чем? — возмутился он нелепому предположению, подхватив Рэд под уздцы.

Он галантно помог Дженнифер спешиться и прижал к себе. Дженнифер без малейшего сопротивления прильнула к нему, положив ладони на его грудь и привстав на цыпочки.

Он поцеловал ее осторожно и посмотрел в ее глаза. Дженни ждала. Тогда он поцеловал ее более пылко. Когда поцелуй стал неистовым, молодая женщина вырвалась, смеясь.

— Будет вернее распрячь лошадей и принять душ, а после подкрепиться… И не забывай, мне еще звонить Шейну, как ты этого хотел, — дразняще прошептала Дженнифер.

— Если бы можно было ужин обменять на поцелуй, я бы сделал это, — смущенно произнес он, вновь притянув ее к себе за руку.

— Договорились, еще один поцелуй, и я скажу Рейчел, что ты не голоден, от ужина отказываешься.

— Прекрати дразнить меня! — буркнул Джейсон.

— Я не дразню. Лишь хочу убедиться, что ты тверд в своих намерениях, — проговорила Дженни, обнимая его за шею.

— Не верю. Ты просто играешь со мной, — ответил он, целуя ее снова и снова.

— Ты прав, — шутливо отозвалась она.

Они тихо вошли в дом, держась за руки. Было слышно, как Сэм говорит на кухне Рейчел:

— Бедняга Джейсон просто ревнует Дженни к этому Паккарду;

— Вот и напрасно, — ответила Рейчел. — Не думаю, что Паккард имеет влияние на нашу девочку.

— Она миллион раз дала ему это понять. Но нашему упрямцу всего мало, — раздраженно проговорил Сэм.

— Не беспокойся об этом, — ласково проговорила Рейчел. — Уверена, они во всем разберутся.

Джейсон и Дженни тихо прокрались на кухню, когда Сэм, нескромно обхватив бедра любимой, целовал ее.

— Что за безобразия творятся на кухне! — шутливо воскликнул Джейсон Уэлборн.

Дженни не удержалась от хохота.

Сэм и Рейчел вздрогнули от неожиданности. Рейчел моментально залилась румянцем, да и Сэм чувствовал себя словно нашкодивший школьник.

Заливистый смех Дженнифер пресек телефонный звонок. Рейчел протянула руку и взяла трубку.

— Дженни, это снова тебя. Шейн Паккард.

— Я поговорю по телефону в папиной комнате, — сказала Дженни и удалилась.

— Привет, — дружелюбно проговорила Дженни, взяв трубку, а в ответ услышала:

— Дженнифер, настало время поговорить начистоту… Почему ты мне не перезвонила?

— Прости, Шейн. Была занята. Но я бы тебе обязательно перезвонила.

— Занята? Интересно, чем? Странно, как это твой отец без тебя справлялся все эти годы? — негодовал ее приятель.

— По-моему, последнее замечание было совершенно неуместным, — тотчас прореагировала Дженнифер.

— Прости… И все-таки!.. Похоже, ты просто избегаешь меня, Дженнифер.

— Шейн, я занята не потому, что без меня тут ничего не делается, а потому, что мне приятно проводить время вместе с отцом на природе, — терпеливо проговорила Дженни.

— Я хочу знать, когда ты возвращаешься? — отчеканил мужчина.

— Шейн, мне кажется, я уже много раз говорила, что уехала из Нью-Йорка не для того, чтобы вернуться. Я хочу обосноваться здесь, в Оклахоме, на своем ранчо.

— Это просто смешно! Никто так не поступает накануне свадьбы! — в очередной раз возмутился Шейн.

— Не понимаю, о какой свадьбе ты говоришь? О той, которую спланировала Лоррейн? Никакой свадьбы не будет, не обессудь. Я не давала тебе согласия, просто обещала подумать. Я подумала и твердо говорю «нет». Мы не поженимся, Шейн.

— Но почему? — искренне изумился мужчина.

— Очевидно, потому, что мы не созданы друг для друга. Тебе нужна женщина со схожими интересами, которая не грезит фермерской жизнью. И это, увы, не я.

— Дженнифер Уотсон, ты совершенно сдурела, от деревенского смрада у тебя помрачился рассудок! — воскликнул Шейн.

— Не возводи напраслину на деревню, здесь свежий и чистый воздух. Просто прими мои слова как данность и смирись…

— Дженнифер… — нервозно проговорил Шейн. — Даже не знаю, что тебе сказать, чтобы ты одумалась.

— Пожелай мне всего наилучшего и попрощайся, — предложила женщина.

— Это не может быть твоим окончательным решением. Не может все так вот кончиться! Я в это не верю, Дженнифер…

— Всего доброго тебе, Шейн, — мирно прервала его Дженни и положила трубку.

Она могла понять Шейна Паккарда и его недоумение. Он был из тех, кто планирует свою жизнь на годы вперед. Шейн был любимчиком ее матери. Именно Шейна Лоррейн прочила в мужья своей дочери. И он полностью разделял эти замыслы, уже видя себя мужем Дженнифер Уотсон, которая представлялась ему идеальной партией.

В общении Шейн был приятен, обходителен, образован, честолюбив. Но между ними никогда не было не только страсти, но даже и влюбленности. Шейном владел прагматизм даже в интимных делах. Для Дженни такой союз представлялся невозможным.

Закончив разговор, Дженни вернулась к своей семье и встретила внимательные молчаливые лица. Все ждали от нее откровенности.

— Что? — спросила она чуть обиженно.

— Что ты ему сказала? — выпалил Джейсон Уэлборн.

— Не твое дело! — резко ответила она.

— Что он сказал тебе? — упрямо переиначил свой вопрос молодой ковбой.

— Простите меня, конечно, но это был личный разговор!

— Ну, ты можешь хотя бы сказать…

— Отстань от моей дочки! — потребовал Сэм Сандерс, не дав договорить своему молодому другу.

— Спасибо, папа, — сказала она и села ужинать. Но и за столом Джейсон молчал недолго.

— Ты не собираешься за него замуж?

— Нет, — четко ответила Дженнифер.

— Он что, беден?

— Нет, Шейн Паккард очень состоятелен. Но, как мне кажется, это не причина выходить за него замуж.

— Ты говоришь так, потому что у тебя состоятельный отец?

— Я говорю так, потому что я так думаю. Есть еще вопросы?

— Тебе что, не нужны деньги? — не унимался Джейсон Уэлборн.

— Деньги нужны всем. Мне они нужны в той же степени, что и всем остальным. Однако вряд ли меня можно назвать нуждающейся.

Джейсон не нашел больше, что спросить. Остаток ужина прошел в молчании, разрываемом единичными репликами Сэма и Рейчел…

После ужина, взволнованная разговорами, Дженнифер вышла на крыльцо подышать ночным воздухом. Минут через пять позади нее скрипнула дверь. Она оглянулась и увидела Джексона.

— У меня к тебе дело, — прошептал он.

— Какое? — удивленно спросила Дженни.

Джейсон обхватил талию девушки и приблизил свое лицо к ее лицу. Дженни улыбнулась ему, и их губы встретились. Так они и простояли, целуясь, пока не устали.

— Как ты так можешь? — спросила Дженни. — Сначала нападаешь, потом ластишься. Разве это правильно?

Джейсон тяжело вздохнул, и они стали целоваться снова.

— Может, и неправильно, но приятно… — легкомысленно ответил он.

Он попытался вновь поцеловать Дженни, но она нахмурилась и оттолкнула его от себя.

— Куда ты? — бросил ей вслед Джейсон.

Дженни даже не обернулась, и дверь закрылась за ее спиной.

Он грузно сел на ступеньки.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Почти все работники фермы в этот день работали на дальних пастбищах. Дженнифер поехала вместе с отцом. Погода была прекрасная, настроение приподнятое. Однако к вечеру навалилась неимоверная усталость. Клеймение требует большого напряжения нервов и сил, идеальной согласованности в работе, а еще ковбои были голодны. Поэтому все с удовольствием повернули домой.

Именно в это время к дому подъехал автомобиль, и незнакомый человек, взошедший на крыльцо, постучал в дверь.

Ему открыла Рейчел Сандерс, он назвал себя. В сущности, таким она и представляла горожанина Шейна Паккарда. Дженни называла этого человека своим другом, поэтому у Рейчел не было причин не пускать его на порог.

Шейн вошел и спросил, где Дженни. Рейчел пригласила его располагаться и подождать.

Шейн Паккард был высок, красив, безупречно одет, в костюме, галстуке, в сияющих ботинках, идеально пострижен, в поведении сдержан, в речи конкретен. Но Рейчел не представляла его рядом с Дженни, слишком много разительных противоречий было в них двоих.

— Где ваши вещи? — спросила его Рейчел. — Если в машине, несите их сюда. Уже поздно, заночуете в комнате для гостей. Уверена, Дженни обрадуется вашему приезду.

— Да, конечно, — отозвался Шейн и сделал так, как хозяйка ему предложила.

Рейчел проводила его в комнату для гостей.

— Я помогу вам, — сказала женщина.

— В доме нет горничной? — изумился гость.

— Нам горничная не нужна. Мы справляемся, — просто ответила Рейчел.

— В таком случае я сам разложу все вещи, — сказал Шейн, озираясь.

— Как хотите. Как закончите, спускайтесь в кухню. Я сварю для вас кофе. Когда вернутся все, сядем ужинать.

Шейн кивнул в ответ и остался один. Его охватило уныние.

Он глянул в окно и увидел пожилого мужчину, усталой походкой приближавшегося к дому. Это и есть отец его девушки?

— Слушай, Сэм… Иди предупреди Дженни, что Шейн Паккард здесь, — прошептала мужу на ухо Рейчел, встретив его на крыльце.

— Хорошенькое дельце, — проговорил пораженный Сэм и, выйдя из дому, направился к конюшням.

Шейн спустился, рассчитывая представиться отцу невесты, но того уже не было. Гость прошел в кухню.

— Вообще-то я рассчитывал вывезти Дженнифер поужинать в городе.

— Возможно, Дженни и согласится, но сами представьте, в каком она будет состоянии после рабочего дня, — кротко проговорила бывшая экономка.

— Она согласится, — убежденно проговорил Шейн Паккард, приняв из рук Рейчел чашечку кофе.

— Вот как? — резко отозвалась она, вздернув одну бровь.

— Дженнифер часто работает с отцом? — деловито поинтересовался гость, присев в небольшое кресло.

— В последнее время каждый день, — ответила Рейчел, отправляя в духовку пирог.

Разговор на этом закончился. Шейн допил кофе и, поблагодарив хозяйку, вышел из кухни. Рейчел грустно посмотрела ему вслед и покачала головой.

— Рейчел просила тебя предупредить, приехал твой Шейн. Я его не видел, но сама Рейчел показалась мне расстроенной, — озабоченно отчеканил отец.

— Нашли из-за чего расстраиваться! — бросил Джейсон Уэлборн, насыпая овес своему усталому жеребцу.

Дженнифер, собираясь с мыслями, хранила молчание.

— Скажи откровенно, Дженни, у нас будут с этим человеком проблемы? — обратился Сэм к дочери.

— Не думаю. Шейн знает, как себя вести, — осторожно проговорила она.

— Тогда иди в дом! — велел отец.

— Я должна позаботиться о Рэд. Она хорошо поработала сегодня.

— Поручи это кому-нибудь и иди в дом! — безапелляционно потребовал Сэм Сандерс.

Джейсон проводил ее взглядом. Он передал своего жеребца заботам работника и поспешил вслед за Сэмом и его дочерью. Ковбой нагнал их у самой двери, и они втроем вошли в дом.

Дженнифер поспешила в кухню, надеясь там, в обществе Рейчел, и застать своего нью-йоркского знакомого. Но Шейна там не оказалось.

— Где он? — спросила Дженни у мачехи.

— Не знаю, — ответила та, пожав плечами, и тихо добавила: — Он выпил кофе и ушел. Постучи в комнату для гостей.

— Ладно, — отозвалась Дженни и уже было вышла из кухни, как Рейчел окликнула ее.

— Он сказал, что хочет вывести тебя в город, поужинать там… — сказала Рейчел.

— Возможно, он прав. Там мы сможем поговорить с глазу на глаз. Но я так устала… А для выезда в город надо не только душ принять, но и выглядеть соответственно… Ладно, справлюсь, — решила Дженнифер. — У меня к тебе просьба, Рейчел. Если он появится, а я еще буду у себя, скажи ему, что я переодеваюсь.

— Хорошо, детка.

Дженни отправилась к себе, а к Рейчел приступил со своими расспросами Джейсон.

— На кого он похож?

— Да я его толком-то не разглядела, — слукавила женщина.

— Ну он хоть… приятный?

— Как сказать… — замялась Рейчел.

— Почему никто не говорит начистоту? — возмутился Джейсон. — Он что-нибудь сказал?

— Ничего такого… Мне показалось, он остался несколько разочарован, — предположила она.

— Ишь ты! — просиял ковбой.

— А может быть, он просто расстроен. Такое ведь тоже нельзя исключать, учитывая то, что Дженни решила с ним порвать…

— Уверен, он рассчитывает переубедить ее, — тревожно проговорил Джейсон.

— Мне кажется, это настоящий мужской поступок — приехать в такую даль, чтобы повидать свою подругу, — сухо проговорил Сэм Сандерс.

В вечернем наряде Дженнифер Уотсон выглядела чересчур экстравагантно даже в лучшем ресторане Оклахома-Сити. Странно, но у нее, привыкшей чуть ли не каждый вечер ужинать в ресторанах Нью-Йорка, теперь не было сил выносить взгляды всех этих заинтересованных глаз.

— До чего же убогое место выбрала ты себе, Дженнифер! Не иначе как от скуки, — высокомерно рассудил Шейн Паккард.

Дженни устало улыбнулась в ответ и нехотя произнесла:

— Что ты знаешь, Шейн? Ты судишь предвзято. Расслабься, смотри проще.

— Расслабиться? Ты советуешь мне расслабиться? — с трудом сдерживая возмущение, процедил он. — Извини, но это несколько затруднительно в сложившихся обстоятельствах.

Дженнифер вздохнула и пригубила вина.

Они познакомились еще очень юными в Центральном парке Нью-Йорка, где оба по выходным ездили верхом. Шейн ей сразу приглянулся. Он великолепно смотрелся в седле. Молодые люди подружились, и вскоре их общение вышло за пределы Центрального парка…

— Зачем ты приехал?

— Потому что мой друг в беде, — строго ответил он.

— Речь обо мне? — усмехнулась Дженни.

— О ком же? Тебя спасать надо, если ты всерьез решила обосноваться в этой глуши. Если же нет, то, вероятно, таким способом ты хочешь отделаться от меня? Это очень неприятно, но придется смириться. Хотелось бы только знать, что заставляет тебя так поступать со мной?

— Шейн, мною движут два не зависящих друг от друга мотива, — отозвалась Дженни. — Это не глушь, а моя родина. И чувствую я себя здесь превосходно. Что же касается наших отношений… это отдельный разговор.

— Все верно, дорогая. Именно поэтому я здесь, — воодушевился Шейн.

Он извлек из кармана пиджака коробочку. Можно было не гадать, что в ней.

— Не делай этого, — попыталась остановить его Дженнифер прежде, чем Шейн успел эту коробку открыть.

Но он открыл ее, и бриллиант в короне кольца засиял множеством граней. Дженнифер печально кивнула.

— Да… Моей маме оно непременно понравилось бы.

— Возвращайся со мной. Тебе не придется работать целыми днями в душном офисе. Тебя с радостью примут в моей семье. Ты будешь сотрудничать с моей матерью в благотворительных фондах. Если хочешь, поселимся отдельно…

— Остановись, Шейн. Оставь эти напрасные фантазии. Все, что ты говоришь, — прекрасно, но не для меня. И это все!

— Почему, дорогая? Тебе не нравится идея собственной резиденции в Хамптонсе? Ладно, подыщем себе что-нибудь другое… — примирительно проговорил он и, вынув кольцо из бархатного ложа, протянул его Дженнифер.

— Шейн, ты совершенно не слушаешь, что тебе говорят! — отчаявшись от его упорного нежелания понять ее, воскликнула женщина. — Я не вернусь в Нью-Йорк, я не стану твоей женой! Разве не этими же словами я закончила наш последний телефонный разговор?

— Что ты такое говоришь, Дженнифер! Это просто немыслимо! Не пройдет и месяца, ты одумаешься, захочешь сбежать из этой пустоши, из этого болота. Я же предлагаю тебе реальный шанс начать новую жизнь!..

— Не называй Оклахому пустошью, а мой дом — болотом, — строго проговорила Дженни. — И новая жизнь, которую ты предлагаешь мне, ничем не отличается от старой. Я задыхаюсь в Нью-Йорке! Я чувствую себя там несчастной! Как ты этого не можешь понять?

Дальнейший их разговор был нудным и бессодержательным. Шейн искренне удивлялся выбору Дженни, она же не находила слов, чтобы убедить его.

Уже поздно вечером, подъехав к ранчо, Шейн проговорил:

— Если ты не возвращаешься со мной, я сейчас же погружу свои вещи в машину и вернусь в Оклахому-Сити, переночую в отеле и вылечу первым же рейсом в Нью-Йорк.

— Полагаю, это мудро, — сдержанно отозвалась Дженни.

— Это все, что ты мне можешь сказать? — вновь возмутился он.

— Еще желаю тебе счастливого пути и удачи, — охотно добавила молодая женщина.

Джейсон поймал ее, когда Дженни пробиралась в свою спальню. Весь дом спал, и она старалась не шуметь. Проводив Шейна, Дженни хотела только одного — забыться сном. Бодрствование Джейсона стало для нее полной неожиданностью.

Заключив ее в объятья, Джейсон шепотом спросил:

— Ты отослала его?

— Мы расстались.

— Ты не выходишь за Шейна?

— Нет!

— А он предлагал?

— Он привез с собой кольцо с огромным бриллиантом.

— Значит, отказала? — спросила Джейсон и, не дожидаясь ответа, припал к ее губам.

Его прикосновения становились пугающе интимными. Дженнифер попыталась освободиться.

— Джен, я так боялся, что ему удастся тебя уговорить…

В этот момент в коридоре вспыхнул свет. Появился полусонный отец, разбуженный разговором.

— Все в порядке? — спросил он Дженни.

— Да, папа, я вернулась, а Шейн уехал. Завтра утром он вылетает в Нью-Йорк, — отчиталась она.

— А что вы тут делаете? Чего спать не идете?

— Мы тут… беседуем, Сэм, — нахально ответил Джейсон.

— Смотрите у меня! — пригрозил тот и вернулся в свою спальню.

— Беседуем, — передразнила Джейсона Дженни, когда они вновь остались одни.

— Нужно было сказать, что целуемся? — шутливо спросил он.

— Спать пора! — объявила женщина.

— Еще один поцелуй… — попросил он.

Поцелуи длились и длились, и не менее получаса прошло, прежде чем молодые люди разошлись по комнатам.

Сон к Дженни никак не шел, потому что невозможно было не думать об этих сладостных прикосновениях… Удивительно, она никогда не томилась бессонницей из-за мыслей о Шейне.

А Джейсон вот уже которую ночь спал плохо — да и как было заснуть, если его мучили любовные грезы!

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

На следующее утро Дженни проснулась позже обычного. Прошедший день стал для нее особенным. Она вновь могла сказать, что начинается новая жизнь. Таких приятных и многообещающих событий выдалось в последнее время немало, стоило ей только вернуться домой.

Приоткрыв глаза, на призрачной границе сна и бодрствования, Дженнифер первым делом подумала о Джейсоне, и воспоминание о его поцелуях расцветило румянцем ее лицо. Она еще понежилась какое-то время под покрывалом, и перед мысленным взором встало его вечно хмурое лицо. Дженни захотелось дотронуться до него, обхватить руками сильную шею…

Когда она спустилась в столовую, все уже поднимались из-за стола.

— Простите, сегодня я припозднилась, — смущенно проговорила она.

— Главное, что выспалась, — сказала Рейчел. — Садись, буду тебя кормить. — Она по-матерински обняла падчерицу и поцеловала в щеку.

— Я голодна, — призналась молодая женщина.

— Этот мужчина не покормил тебя вчера? — хмуро спросил отец.

— Нет, блюда он заказал потрясающие, вот только аппетит у меня очень скоро пропал, — посетовала Дженнифер. — Шейн спятил раньше, чем мы успели поужинать. Сделал предложение в скоростном режиме и так же быстренько получил отказ. Мы вернулись сюда за его вещами, и он уехал. Такой вот бестолковый был у меня вчера выход в город, — рассказывала она. — Теперь мне немного не по себе. Я его, конечно, обидела. Но что мне еще оставалось? Ведь он отказывался понимать намеки.

— Опиши кольцо, — неожиданно попросил Джейсон.

— Кольцо красивое, очень большой бриллиант, такой сияющий.

— Ну, теперь-то хоть он понял, почему ты его отшила? — небрежно спросил ее молодой ковбой, хмурясь.

— Трудно сказать. Шейн отбыл в полной уверенности, что я сумасшедшая.

— Не удивительно, дорогая. Он ведь знал тебя городской девочкой, — проговорила Рейчел. — Да и сам он городской. В отличие от тебя, у него нет детских воспоминаний о сельской жизни.

— Он убежден, что мама правильно поступила, увезя меня отсюда. Его даже не смущает то обстоятельство, что Лоррейн не гнушалась лгать мне все эти годы… Я бы не смогла жить с таким человеком, как Шейн, — подытожила Дженнифер.

— Значит, Нью-Йорк позади? — спросила Рейчел.

— Да, теперь с Большим Яблоком меня ничего не связывает! — торжественно объявила она.

На следующее утро Дженни вновь превратилась в раннюю пташку. Спустившись в кухню в самом приподнятом настроении, она застала там Рейчел и… испугалась — присевшая на край стула, та обхватила голову руками.

— Боже, что случилось? — воскликнула Дженни, подлетев к мачехе.

— Ничего… так… недомогание, — через силу проговорила та.

— Иди приляг. Я управлюсь… Рейчел, ты так бледна. Мне страшно.

— Ничего, детка. Сейчас пройдет… Накатывает, понимаешь?

— Возвращайся в постель, — строго велела падчерица. — Я обо всем позабочусь.

— Нет, я уж лучше здесь побуду. Не хочу, чтобы Сэм видел меня в таком состоянии, — заупрямилась Рейчел.

— Тогда приляг в гостиной; — настаивала Дженнифер.

— Ничего не говори, милая. Они уже идут, — предупредила ее Рейчел и выпрямилась как ни в чем не бывало.

— Привет, доброе утро всем! — провозгласил Сэм Сандерс, явно в хорошем настроении. Он поцеловал жену. — Любимая, ты сегодня бледна…

— Тебе показалось.

Дженни поспешно готовила омлет на четверых.

— Дженни, едешь сегодня с нами? — спросил отец, поцеловав дочь.

— Я вам нужна? Мне хотелось кое-что сделать по дому, — сказала она, мельком посмотрев на Рейчел.

— Тогда оставайся. Особой надобности в тебе нет, — заверил ее Сэм. — А что за дела? — осведомился он.

— Да так, всякие мелочи, которые тоже должны быть сделаны. Не стоит говорить о них.

Рейчел устала крепиться и медленно опустилась в кресло.

— Что с тобой, дорогая? — тотчас обеспокоился супруг.

— Устала, только и всего. Провожу вас, прилягу.

— Я провожу тебя в постель. Дженни, я хочу, чтобы ты вызвала доктора.

— Не нужно, — попыталась возразить Рейчел.

— Дженни, ты меня слышала?

— Да, папа! — отозвалась она.

— Миссис Сандерс, вы беременны.

— Но… как это возможно? — изумилась и испугалась одновременно Рейчел.

— Почему нет?

— Ну во-первых, я стара… А во-вторых, у меня менопауза…

— Не так уж вы и стары. Вам сколько? Сорок три? Вы зрелая женщина, и только-то. И это не менопауза, а самая настоящая беременность.

— Беременна! — восторженно воскликнула Дженнифер и всплеснула руками.

— Нормальное жизненное явление, — пожал плечами врач. — Сейчас это даже становится модным — рожать после сорока.

— Боже, как на это отреагирует Сэм? — обеспокоилась Рейчел.

— Обезумеет от счастья! — заверила ее падчерица.

Дженнифер непрерывно улыбалась своим мыслям, полностью заменив в хозяйственных делах Рейчел. Она приготовила брокколи, нарезала сыр, разложила на тарелке свежие овощи, поставила в духовку яблочный пирог — так, в представлении Дженни, и должен был выглядеть здоровый рацион беременной женщины — и отправилась кормить мачеху, которая все еще пребывала в состоянии шока.

Затем Дженни отправилась в коровник и потребовала, чтобы отец вернуться в дом. Она уже предвкушала, что в скором времени у нее будет сестра или брат, возможно, даже не один…

А на обед она запланировала приготовить цыплят.

Жизнь потихоньку налаживалась.

— А где Рейчел и Сэм? — перед обедом спросил Джейсон.

— Гмм… — загадочно протянула Дженни. — Мама с папой сейчас разговаривают, — поведала она ему.

— Все в порядке? — тревожно произнес тот.

— Лучше и не придумаешь, — сдерживая восторг, отчеканила она.

— Странно как-то все, — хмуро заметил ковбой.

— Как сама жизнь, — глубокомысленно заметила Дженни, распираемая желанием открыть Джейсону великую тайну.

Джейсон посмотрел на Дженни, еще больше нахмурился и потребовал все ему рассказать.

— Ты сам понимаешь, что я не должна говорить тебе об этом. Но ты все равно скоро все узнаешь. А все дело в том, что Рейчел беременна!

Джейсон сделал большие глаза.

— Беременна?.. — недоверчиво переспросил он, опускаясь в кресло. — Не может быть… Ты шутишь?

— Вот и она так же говорила! — рассмеялась молодая женщина. — Но нет, доктор убежден… Это ведь восхитительно!

— Но они такие старые… — неожиданно пробормотал Джейсон.

— Кто старые? Сэм и Рейчел старые?! — возмутилась Дженни. — Ш-ш-ш, — прошипела она, услышав звуки шагов.

— Джейсон! — сказал появившийся отец. — Ты наверняка уже знаешь, что Рейчел беременна? — предположил он гордо.

— Ммм… да, знаю. Дженни намекнула, — пробормотал он, поднимаясь навстречу Сэму. — Поздравляю. Это ведь чудесная новость, не так ли?

— Безусловно, новость чудесная! — воскликнул отец. — Какие тут могут быть сомнения, сынок! — добавил он и обнял напарника.

— Я всегда хотела братика или сестренку, кого-нибудь маленького и родного! — растроганно прошептала Дженни.

— Но появились проблемы. Рейчел не сможет, как прежде, заниматься домом, — озабоченно сказал Сэм.

— Я смогу, — тотчас, не раздумывая, — отозвалась дочь.

— Изо дня в день? Дженни, ты не обязана. Я могу нанять кого-нибудь…

— Не нужно. Изо дня в день… Да я с радостью! И, можешь быть уверен, твоя Рейчел в надежных руках! — заверила она отца.

— А когда станет известно, мальчик это или девочка? — поинтересовался Джейсон.

— О, это еще не скоро, сынок. Подождать придется. Да и важно ли? Я буду рад в любом случае. Главное, чтобы ребенок родился здоровым, — рассудил Сэм Сандерс.

— И нянечка у вас уже есть! — предвкушала Дженни, расточая восторженные улыбки.

— На меня тоже можете рассчитывать, — поддавшись ее восторгам, проговорил Джейсон, которому эта новость все еще казалась фантастической.

В этот вечер после ужина Сэм и Рейчел отправились к себе раньше обычного. Оба были тихи и задумчивы.

— Что это они так рано? — недоуменно спросил Джейсон.

— Как это что? — воскликнула Дженнифер. — Сам подумай, сколько им нужно обсудить. Кто мог предположить, что такое возможно? Только на днях я говорила с Рейчел. Она была уверена, что с Сэмом ее ждет лишь совместная старость. А тут такая новость, Джейсон! И не смей думать, что они стары. Человек не может быть стар для счастья. А это счастье и Рейчел, и Сэм заслужили всей своей жизнью.

— А ты хочешь ребенка, Джен? — спросил прямолинейный Джейсон Уэлборн.

— Да… В свое время, выйдя замуж, непременно… Но сейчас мне важнее ребенок Рейчел и Сэма. Мы должны приложить все усилия, чтобы беременность прошла успешно и роды были легкими, потому что поздняя беременность предполагает многие осложнения.

— И ты считаешь, что это твоя миссия — печься об их ребенке? Ведь ты могла бы иметь своего, — проговорил Джейсон.

— Вот тебе бы действительно стоило об этом задуматься! Тебе уже тридцать, — заявила Дженнифер.

— Думаю, мы могли бы совместить решение этих двух проблем…

— Каким образом? — хитро прищурилась Дженнифер..

— Мы могли бы начать с поцелуя и постепенно двигаться дальше… — предложил Джейсон Уэлборн.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Они с трудом сумели оторваться друг от друга, и Дженнифер нехотя отправилась в свою комнату — грезить о собственном младенце от Джейсона Уэлборна.

Проснувшись поутру, она все еще помнила их забавный разговор и, конечно же, их сладостные поцелуи — единственное занятие, которое не вызывало между ними соперничества и распрей.

Дженнифер начинало нравиться, какой Джейсон, в сущности, мальчишка, хоть и старше ее. Его явная неопытность в любовных делах умиляла Дженни. Он был пылким в ласках, дерзким и прямолинейным, но совершенно не умел вести любовную игру, которую Дженни непроизвольно пришлось освоить в большом городе. Джейсон пока что только целовался и наверняка пошел бы дальше, если бы его не останавливало чувство ответственности перед отцом Дженни. При этом он категорически не понимал, что она за человек, и даже не прилагал усилий, чтобы узнать ее поближе. Он жил в замкнутом и узком мире собственных представлений, который, вероятно, сформировался еще при жизни его добрых родителей, а после их смерти лишь оброс страхами, сомнениями и разочарованиями.

Джейсон теперь виделся Дженни трогательным и беззащитным перед большим миром реальной жизни. Она испытывала желание открыть ему многие стороны своей женской сути. Доказать, что ее тяготение к красоте и некоторой легкомысленности вовсе не враждует с его цельностью и благородством, что ее желание жить вольной и простой жизнью приближается к его приверженности строгим фермерским устоям. Дженни больше не видела существенного противоречия в их восприятии жизни. А может, она была просто влюблена в этого хмурого и чересчур серьезного чудака?

Утром она спустилась на кухню очень рано, поскольку было оговорено, что теперь мужчин кормит завтраком она, и удивилась, увидев на кухне предмет своих грез.

— Ты что так рано? — спросила она, потрепав Джейсона по голове.

— Проснулся помочь тебе.

— Как мило, — заметила она.

— За поцелуй я сделаю все, что ты мне скажешь, — задорно объявил он.

— Ты что, торгуешься? — рассмеялась Дженни.

— А ты возражаешь? — спросил он.

— Джейсон, сейчас не время, ты не находишь? — сдержанно заметила она.

— Я поцелую тебя, когда пожелаю! — дерзко заявил он.

И Джейсон нежно взял в ладони ее лицо, окунулся взглядом в синеву ее глаз, ставших родными, пристально всмотрелся в рисунок милого лица, в плавный изгиб бровей, в зовущую припухлость губ. Он уловил ее трепет на выжженных солнцем золотистых кончиках ресниц, вобрал в себя воспламененный его взглядом румянец на щеках. Ласково отвел темные пряди волос над высоким лбом, коснулся кончиком носа ее лица, обдал жаром и, припав к ее рту, забылся поцелуем.

И вновь шаги в тишине заставили обоих вздрогнуть и разорвать объятья.

— Ну все, прекращай! — строго шепнула ему Дженни., — Отец проснулся… Доброе утро, папа! — громко проговорила она.

— Утро доброе, ребята… Рано ты сегодня, сынок, — обратился он к Джейсону, лукаво сощурившись.

— Хотел помочь Джен с завтраком, — объяснил тот.

— Куда ж она без тебя, — поддел его старший.

— Рейчел уже проснулась? Как она? — сменила тему Дженнифер.

— Проснулась. Но я запретил ей вставать, — гордо сообщил Сэм Сандерс. — У меня появился план. Как вам известно, один из наших новых ковбоев, Скотт, женился. Я хочу предложить его молодой жене поработать у нас. Нас становится все больше, нужна помощь по хозяйству.

— Как ее зовут? — спросила Дженни.

— Салли.

— Пусть приходит, — спокойно отозвалась дочь.

— Значит, ты не возражаешь? — уточнил отец.

— Отлично! — объявил Джейсон. — Джен снова сможет выезжать с нами.

— Не так быстро. Поскучай немного, — дразняще проговорила молодая женщина.

Дженнифер нужно было собраться с мыслями, да и Рейчел тоже не следовало оставлять без помощи. Поэтому девушка не спешила вернуться к ковбойским занятиям, которые, в свете известных событий, несколько потеряли для нее свою притягательность.

Теперь жизнь не казалась ей милой игрой.

Рейчел и Сэм каждый вечер стремились поскорее скрыться в своей спальне. У них началась своя, скрытая ото всех жизнь.

И эти полудетские нежничанья с Джейсоном не давали Дженни всего того, о чем она мечтала. Девушка становилась все более и более задумчивой, погруженной в себя.

В новой роли хозяйки она и встретила Салли, юную и энергичную.

Молодая семья нуждалась в деньгах, поэтому супруг Салли пошел в ковбои, а его жена искала работу по дому.

Дженнифер справилась о навыках Салли. Ей понравилось, что Салли с серьезностью выслушивает все, что ей говорят. Дженни проводила ее к Рейчел, после чего поинтересовалась мнением мачехи. Обе решили принять Салли на работу.

Первое время Дженнифер помогала новой домработнице, одновременно это был и ненавязчивый контроль. Затем стала постепенно отходить от домашних хлопот, возвращаясь к верховым выездам.

А вечером, когда Салли возвращалась к своему супругу, Сэм и Рейчел спешили в свою спальню, она оставалась с Джейсоном. Ее тянуло к нему и отталкивало одновременно. Джейсон, к ее ужасу, оказался человеком привычки, а поцелуи по расписанию Дженнифер вовсе не привлекали. В общем, она захандрила:

— Садись, посмотрим телевизор, — небрежно позвал ее Джейсон.

— Не хочу, — сухо ответила она. — Спокойной ночи.

— Может, покажут что-нибудь интересное. Каналов много…

— Нет, Джейсон. Я иду спать, — резко отозвалась Дженни.

— Поиграем? — спросил он.

— В смысле? — уточнила женщина.

— В карты, в лото, в слова…

— Уж лучше в салочки или пятнашки, — поддела она его. — Чего ты хочешь, Джейсон?

— Побыть с тобой, — чистосердечно ответил он.

— Мы и так целый день вместе.

— Это другое.

— А чего бы тебе хотелось? — настаивала женщина.

— Сыграть с тобой во что-нибудь и выиграть.

— Деньги? — насмешливо спросила она.

— Нет… поцелуй, — сконфуженно ответил Джейсон Уэлборн.

— Бедный, бедный ребенок, — проговорила Дженни и присела возле него на диване. — Давай будем считать, что ты выиграл. Я тебя сейчас поцелую и пойду спать. Хорошо?

— Ты уверена?

— Абсолютно, дурашка, — сказала она и нежно приникла к его губам.

Спать Дженнифер отправилась с тяжелым сердцем.

С того вечера Джейсон Уэлборн стал по-детски ухаживать за Дженнифер. Седлал для нее Рэд, был невероятно уступчив, справлялся о ее желаниях, вызывал прогуляться/заводил разговоры о разном, даже не нападал ни с обвинениями, ни с поцелуями, что казалось ей совсем уж невероятным.

Однажды, во время одной из выездок в поля, Сэм спросил его:

— У тебя нет желания сделать предложение моей дочери?

— Ты думаешь, что я позволю себе лишнее? — спросил Джейсон.

Дженнифер рассмеялась, поскольку разговор происходил в ее присутствии — так уж в семье было заведено.

— Джейсон, видимо, не считает, что мужчина, взявший замуж твою дочь, может быть счастлив.

— Я так не думаю, милая. Просто Джейсон из тех, кого следует подталкивать… Мне ли этого не знать? Сам из таких, — добродушно проговорил отец.

— По-моему, мы его смущаем, — шутливо предположила Дженнифер.

— Ладно, пусть зреет фрукт, — отозвался Сэм Сандерс.

— Так сыграешь со мной сегодня в карты? — спросил ее Джейсон за ужином.

— Чтобы ты выиграл? — рассмеялась Дженнифер.

— Почему бы нет?

— А ты не допускаешь, что могу выиграть я?

— Тогда у меня будет повод для реванша, — заявил Джейсон.

— Нет, уволь. Я не в настроении, — пресно отозвалась Дженни и ушла спать пораньше.

Наутро она прошла к Рейчел и поделилась с той своей бедой.

— Как только вы с Сэмом уходите к себе вечером, я остаюсь с Джейсоном.

— Это проблема? — удивилась мачеха.

— Не это, а то, как он проводит время. Нет-нет, ничего плохого, только все одно и то же.

На это Рейчел лишь тяжело вздохнула и печально посмотрела на падчерицу. И Дженни решила больше не напрягать беременную женщину своими пустяшными заботами.

В то утро Джейсон отозвал Сэма в сторонку. Он заметно нервничал, и это беспокойство тотчас передалось старшему напарнику.

— Сэм, надо поговорить, — пробормотал Джейсон.

— Что стряслось, сынок?

— Ничего… Разговор касается Джен.

— А что с ней не так?

— Да все нормально, Сэм. Я хочу на ней жениться, — наконец произнес Джейсон.

— А с ней уже говорил?

— Н-нет, — запнулся ковбой.

— Чего так? — удивился Сэм.

— Так ты не против? — спросил Джейсон.

— Одобряю, — коротко ответил отец. — Если ты любишь ее, а она тебя, я только «за»!

— Я ее люблю, — пробормотал Джейсон Уэлборн.

— Вот и скажи ей это, сынок! — напутствовал его старший товарищ, дружески хлопнув по плечу.

Весь день Джейсон томился как неприкаянный, за столом забывал есть и прятал глаза. Сэм и Рейчел усиленно делали вид, что этого не замечают. Дженнифер не знала что и думать, но вопросов не задавала.

Вечером, когда старшие удалились на покой, он сказал:

— Ну наконец-то!..

— Наконец ты сможешь посмотреть телевизор, — насмешливо поддела его Дженнифер.

— Не в этом дело, — раздраженно проговорил он. — Просто я рассчитывал сделать тебе предложение без свидетелей.

— Предложение чего, простите? — спросила она, явно заинтересовавшись.

— Ну как? Я решил, что пора и нам пожениться, — пояснил молодой человек.

— Свежо, а главное, романтично, — заметила она.

— Я не романтик, ты знаешь. Я просто хотел поцеловать тебя и сделать предложение, — обрисовал он свои намерения.

— Отличный план. Приступай, — одобрила Дженнифер.

— А какой будет ответ? — спросил Джейсон.

— Ну, ты и чудак! — воскликнула женщина и рассмеялась.

— Это ерунда, — заверил ее Джейсон. — Главное, теперь я точно знаю, что люблю тебя, — добродушно признался он.

Через две недели еще двое с ранчо «Джей-Эс» сочетались браком в местной церквушке. А после была их ночь, потрясающая и незабываемая.

ЭПИЛОГ

На столе стояли две чашки травяного чая и тосты на тарелке. В прихожей дожидались собранные вещи.

Рейчел и Дженнифер решили присесть перед тем, как ехать в больницу.

Уже в больнице у Рейчел отошли воды.

— Отец, ты должен приехать! — позвонила Дженнифер домой.

— Ты-то сама как? — спросил ее Джейсон, прибывший вместе с Сэмом.

— Я в порядке. А Рейчел сейчас трудно приходится, — ответила она. — Через какую-то пару месяцев это буду я…

— Слушайте, мы с Рейчел никак не можем определиться с именем для сына, — обратился к ним взволнованный Сэм — Джеймс Сэмюель или Майкл Александр?

— Джим или Майки? — весело спросила Дженнифер. — Какой сложный выбор!

Content

Джуди Кристенбери
Столичная штучка

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ЭПИЛОГ