Один шанс из миллиона

The Frenchman's Plain-Jane Project

Глава 1

Отказываться от своих планов Этьенн Гавар не собирался, хотя и сам был готов признать, что его затея малоперспективна. Тем не менее, он вознамерился довести дело до конца.

– Не хочу разочаровывать, но едва ли вам удастся уговорить Мэг работать с вами, потому что... Нет, простите, не имею права об этом рассказывать, – сказал ему один из бывших коллег Мэг Лейтон.

И никакой информации Этьенн добиться от него не сумел. Теперь ему предстояло побеседовать с девушкой лично. Ради этого он перелетел через океан и сейчас ехал по пользующемуся дурной репутацией району Чикаго. Мэг Лейтон необходима ему как ассистентка в его нелегком деле, и только с ее помощью од способен выполнить взятые на себя обещания.

Этьенн остановил «порше» около обветшалого дома, где, судя по адресу, и жила мисс Лейтон.

– Вот ты и на месте, – мрачно сказал он себе и огляделся.

И что его сюда занесло? Впрочем, Этьенн прекрасно знал ответ на этот вопрос. На календаре – первое июня, а это означает, что остается шесть недель до очередной годовщины самого страшного дня в его жизни, когда погибли его жена и их не рожденный ребенок. Последние два года, как только наступало лето, он замыкался в себе и стремился почаще напиваться, да так, чтобы не думать ни о чем. Хватит! Пора прекращать искать забытье на дне бутылки. Если в этом году ему удастся продержаться два самых трудных летних месяца, то потом...

В надежде, что работа отвлечет его от тягостных воспоминаний, Этьенн решил взяться за сложное дело и провести лето с пользой, помогая другим людям. Гавар считался одним из лучших специалистов в мире по спасению разоряющихся компаний и сделал на этом целое состояние.

Для того, чтобы снова не заниматься саморазрушением, Этьенн выбрал компанию, дела которой шли из рук вон плохо. Он понимал, что от него потребуется приложить титанические усилия для того, чтобы вдохнуть жизнь в эту умирающую фирму. Вот и славно, значит, все его мысли будут заняты работой, и это не позволит ему сорваться в очередной раз.

Первый шаг уже сделан: он купил компанию за бесценок.

Однако для успешной работы ему требовался помощник, чтобы на первых порах вникнуть в проблемы компании. Обычно Этьенну не составляло труда найти человека, заинтересованного в спасении бизнеса и знавшего всю его специфику.

Однако на этот раз – с таким сложным случаем ему никогда еще не приходилось сталкиваться – в компании, как назло, работали сплошные пессимисты, у которых уже давно опустились руки. Один из тех, кто желал Гавару успеха, подсказал ему, что идеальным помощником могла бы стать мисс Лейтон. Однако оказалось, что она некоторое время назад уволилась с работы, и почему-то никто в компании не желал обсуждать причины ее ухода.

Этьенн посмотрел на обшарпанный дом, где жила мисс Лейтон, и неподстриженный газон вокруг него. По всем приметам ему будет легко добиться от нее согласия поработать с ним, хотя все и твердили, что Мэг будет долго упираться, если вообще захочет его слушать.

– Они меня плохо знают, мадемуазель Лейтон, – пробормотал Этьенн, решительно вылезая из машины. – Вы мне нужны, Мэг. Очень. Так что я не отступлюсь.

Во-первых, ему нужно спасти разваливающийся бизнес. Он не просто купил компанию, но и взял на себя обязательства перед работающими в ней людьми. Он не мог подвести их! Во-вторых... начиналось лето, и необходимо срочно сконцентрироваться на работе.

Любого человека можно уговорить, надо лишь узнать его слабые места. Так что проблема заключалась в том, чтобы половчее выяснить, какие слабые места есть у Мэг Лейтон. Пора приниматься за дело!

– Молния, встречай гостей, – произнесла Мэг, поворачиваясь к своей кошке. – К нам собирается зайти высокий, голубоглазый и, по замечанию моей подруги Эди, чрезвычайно привлекательный мужчина. Да... и вдобавок ко всему он француз. Значит, болтун и бабник.

Кошка зевнула и выгнулась, вытянув вперед лапы.

– Согласна. Кому это интересно? Никому! Симпатичные французы к нам так и шастают. – Мэг пожала плечами. – Ладно, не будем притворяться, мужчин в нашей с тобой жизни, прямо скажем, маловато. Впрочем, нам они с тобой не очень-то и нужны.

А еще Эди рассказала ей о цели предстоящего визита незнакомца. Подруга осталась работать в компании «Филдман» и иногда сообщала Мэг новости оттуда. По ее словам, новый владелец компании собирался убедить Мэг вернуться в офис и помогать ему. Абсолютно исключено! Она не имела ни малейшего желания возвращаться!

Были времена, когда в офисе компании она чувствовала себя как дома. Мэри Филдман взяла ее к себе на работу, когда ей было всего шестнадцать и она считалась проблемным подростком. Хорошее было время! Просто повезло! Но смерть Мэри все перевернула с ног на голову. Ее пребывание в фирме закончилось позорным унижением, и рана саднила до сих пор. Все ее теплые чувства к компании оказались вытеснены болью и гневом на себя саму за то, что она позволила так с собой обращаться.

Теперь ей предстояло дать отпор новому владельцу компании и отклонить все его предложения вернуться. Мэг закрыла глаза и сосчитала до десяти. Она не могла снова работать в компании после того, что произошло.

– Не о чем волноваться! – прошептала Мэг, пытаясь успокоить себя. – Нужно будет твердо дать ему понять, что в мои планы не входит возвращение в «Филдман» и что мое «нет» – окончательное и бесповоротное. Один шанс из миллиона, что я поддамся на его уговоры!

Воспоминания о том, как Алан Филдман бросил ее, после чего выкинул на улицу, заставили Мэг покраснеть. Больше всего ей было стыдно за то, что она не смогла достойно воспринять ситуацию и не сдержала эмоций. Ладно... все это осталось в прошлом, и у нее нет ни малейшего желания оглядываться назад. Даже ради голубоглазого француза.

Мэг услышала, как стукнула входная дверь, и сердце ее учащенно забилось: сколько времени ушло на то, чтобы забыть эту мерзкую историю, а сейчас француз обязательно примется копаться в причинах, заставивших ее уйти с работы. И неприятных вопросов никак не избежать. Француз конечно же будет интересоваться причинами, по которым она уволилась, ее отношениями с начальником... Визит Этьенна Гавара обещал быть крайне неприятным, но придется перетерпеть.

– Ну и ладно! Рано или поздно этот француз уйдет! – решительно воскликнула Мэг, быстрыми шагами подходя к двери и открывая ее.

Она даже не стала дожидаться звонка. Какая разница, если француз уже поднимается по лестнице! Однако тот уже стоял на ее лестничной площадке. Мэг нервно сглотнула, когда увидела перед собой высокого мужчину. Эди не обманула: Этьенн Гавар действительно был привлекательным... и голубоглазым. А еще он приятно улыбался.

– Мистер Гавар? – спросила Мэг, приложив все силы, чтобы вопрос прозвучал непринужденно.

– Да, мадемуазель Лейтон. Я – Этьенн Гавар. Вижу, вы меня ждали, – произнес он, слегка изогнув бровь.

– Мне звонила Эди, – смущенно объяснила Мэг. – Она очень милая девушка и очень верная подруга. Разумеется, после разговора с вами она тотчас мне перезвонила.

– Понятно. Верность – вещь хорошая.

От проникновенного взгляда мужчины у Мэг по спине побежали мурашки. Он смотрел на нее так, будто знал о ней все, даже те потаенные эмоции, которые она в себе подавляла. Что же это такое происходит? Мэг охватила паника. Еще не хватало, чтобы она вернулась в компанию только потому, что ее новый владелец умеет изящно выгибать бровь и заглядывать в душу.

– Но я не Эди. Эди – женщина особенная.

Улыбка Гавара сделалась шире, и появились ямочки на щеках. Потрясающие, чувственные ямочки. Мэг уже почти ненавидела своего гостя. От него исходила непоколебимая уверенность в себе, а перед его обаянием трудно устоять. Какой ужас! Отец всегда говорил, что она чересчур откровенна. Ну и еще полноватая, с бросающимся в глаза шрамом на щеке. Хотя теперь он стал почти незаметен. Родители всегда ругали ее за несдержанность и прямоту, из-за которых Мэг вечно попадала впросак.

– Рад, что после нескольких секунд нашего знакомства вы уже готовы поделиться со мной этим столь важным наблюдением, но... Я правильно понял, что сами вы верностью по отношению к Эди не отличаетесь?

– Что вы! Как я могу подвести Эди! Конечно же нет!

Гавар довольно кивнул:

– Вот и отлично! Ведь Эди теперь – одна из моих сотрудниц. Я должен думать об ее благополучии. Приятно слышать, что и вы о ней печетесь. А верность – хорошее качество не только в друзьях, но и в работниках. Я бы хотел, чтобы вы тоже стали моей сотрудницей.

Мужчина наклонил голову и внимательно посмотрел на Мэг. Ей вдруг показалось, что она слишком легко одета. Только этого не хватало!

– Боюсь, это невозможно, мистер Гавар. Буду с вами откровенна. Я понимаю, что вы очень занятой и влиятельный человек. Мне льстит, что вы хотели бы видеть меня в компании и лично приехали ко мне, но... Я не вижу смысла тратить ваше драгоценное время на меня.

– Что вы, мисс Лейтон... Не говорите так!

Мэг не удержалась и подняла голову. Когда их взгляды встретились, она сразу же пожалела о своем безрассудстве. Такие мужчины, как Гавар, всегда заставляли ее нервничать. Она уже давно велела себе по возможности избегать общения с ними. Особенно после истории с Аланом Филдманом. Зачем ей знать, какие у этого мужчины ямочки и где у него родинка? Он все равно уйдет через пару минут, и они никогда больше не встретятся.

– Мадемуазель Лейтон, я понимаю, что моя просьба... скажем, нестандартная. Но, дело в том, что компания находится в очень непростом положении. Я не уверен, насколько Эди и другие сотрудники понимают сложность создавшейся ситуации... Может быть, мы присядем и поговорим? – предложил он. – Простите, что напрашиваюсь в гости, но все-таки: мы можем поговорить? Вас это не затруднит?

– Нет, что вы, только... я не вижу смысла в продолжении нашего разговора. Даже не представляю, зачем вы хотите взять меня на работу. Эди сказала, что вы ищете специалиста по делам фирмы. Боюсь, что я вам ничем помочь не могу.

– А кто может? – спросил Этьенн, продолжая внимательно разглядывать лицо Мэг.

Ей было сложно игнорировать его взгляд, да и сердце принялось стучать громче. Как и всегда в присутствии такого красивого мужчины у нее плохо получалось держать себя в руках.

Мэг растерялась, не зная, что ответить. Тем более, что думать становилось все труднее и труднее, потому что голубоглазый красавец снова вопросительно изогнул бровь. Как у него это вообще получается?

Она изо всех сил старалась не обращать внимания на свое внезапное волнение и на очаровательный французский акцент мужчины. У нее всегда была голова на плечах, а вот выдержки и самоконтроля не хватало. Ей давно уже хотелось выработать в себе характер, чтобы забыть об ошибках прошлого и стать сильной, независимой женщиной.

– Еще раз приношу извинения за неожиданное вторжение, мадемуазель Лейтон, но мне правда нужна ваша помощь. В компании царит полный беспорядок. Взять хотя бы офис: папки с делами валяются как попало, простите, но даже мыла в туалетной комнате нет. Я уж не говорю о гораздо более важных проблемах. И никто ничего не знает.

– На складе в третьем ряду четвертая полка снизу. – выпалила Мэг. – Вернее, мыло там всегда хранилось, когда я работала в компании.

Француз улыбнулся:

– Вот видите. Вы многое знаете.

– Нет, – возразила Мэг, стараясь не поддаться на его очевиднейшую попытку потешить ее самолюбие. – Я знаю о том, как работала компания, когда являлась ее сотрудницей. Но я ушла оттуда год назад. И мне мало верится в то, что такие познания, как, где найти мыло, могут вам хоть чем-то помочь.

– Руки тоже надо мыть, – заметил француз вкрадчивым голосом. – Но вы правы. Я ищу человека, готового взяться за рискованный проект в надежде помочь людям.

Мэг покачала головой:

– Очевидно, вас дезинформировали, мистер Гавар. Я ни на что подобное не способна. И... – Она вздохнула.

Наступило молчание, и Мэг решила, что француз ждет, когда она подберет подходящие слова. Это еще больше смутило ее.

– Почему вы не хотите вернуться на работу в компанию? – неожиданно спросил Гавар.

– У меня уже есть работа. Я почти сразу нашла ее после ухода из компании «Филдман», – сказала она, выбрав наиболее простой ответ.

– Эди говорила, что вы работаете в офисе местного овощного рынка.

– И иногда на самом рынке, по мере необходимости, – призналась Мэг. – Меня все устраивает. Работа в «Филдмане» для меня в далеком прошлом.

Оставалось только надеяться на то, что ее слова прозвучали убедительно и Гавар попрощается и уйдет. Однако француз не шевельнулся. Его глаза сузились и пробежались по ней с головы до ног. Мэг не тешила себя иллюзиями и понимала, что мало чем может заинтересовать такого мужчину, как Этьенн Гавар. Он видел перед собой чересчур высокую, полноватую и не слишком красивую женщину. У нее были широкие бедра и несколько маленьких шрамов возле губ.

Когда взгляд Гавара остановился на ее руках, Мэг с трудом поборола желание спрятать их за спиной. Она вспомнила о сломанных ногтях из-за того, что ей приходилось вскрывать коробки с консервами. Ну вот... Руки – единственное, чем Мэг втайне гордилась, считая их красивыми. Но не с такими же ногтями! А француз, к несчастью, именно на них и обратил свое внимание.

– Понимаю. Вам нравится на новой работе. Это, конечно, важно, но вы все-таки подумайте. Может быть, вы согласитесь помочь мне, избежать банкротства компании и сохранить рабочие места для ваших коллег?

Мэг замерла, напрочь позабыв обо всех своих переживаниях.

– Ситуация настолько ужасная? – прошептала она, обеспокоенная за будущее своих друзей.

Гавар даже не стал отвечать на ее вопрос: все было видно по его озабоченному лицу.

– Я видел товары, которые компания производила раньше. Я знаю, что Мэри Филдман была очень талантливой руководительницей и умела находить нужных людей. Думаю, благодаря ее работе бизнес успешно развивался, пока она не умерла.

– Верно. – Голос Мэг дрогнул.

Она всегда гордилась Мэри Филдман, и до сих пор ей не хватало поддержки и понимания, которые она нашла у пожилой женщины.

– Эди рассказала о том, что... у вас с ней были хорошие отношения. Вы работали у Мэри помощницей с шестнадцати лет. Я не ошибся? Все говорят, что она вас высоко ценила и советовалась по многим вопросам.

Мэг покачала головой.

– Опять Эди.

– Это не так?

– Все так. – Она пожала плечами. – Но на самом деле Мэри не нуждалась в моих советах. Она сама прекрасно знала, что необходимо делать. Ее цель состояла в том, чтобы предложить клиентам высококачественные товары, благодаря которым имя Фридман должно было ассоциироваться со вкусом и изысканностью.

– Вы видели, что предлагала компания в последнее время?

Мэг снова покачала головой.

– Эди упоминала, что в каталоге произошли некоторые изменения. Я ими не интересовалась. Мы с ней обычно не обсуждаем дела фирмы.

Гавар достал из кармана пиджака и протянул ей буклет на глянцевой бумаге. Мэг нерешительно взяла его, быстро пролистала и нахмурилась:

– Что это? Шутка? Коалы, домовые с круглыми глазами и щенки с розовыми ленточками на обивке для мебели? Этого не может быть!

Однако выражение лица Гавара говорило об обратном.

– Как я понимаю, у Алана Филдмана имелись свои представления о развитии компании. Он захотел поменять клиентуру компании, обратившись к людям помоложе.

Мэг тяжело вздохнула. Проблема Алана заключалась в том, что он всегда желал взбунтоваться против матери, но боялся лишиться наследства. Тогда Алан решил приложить все усилия, чтобы компания досталась ему, а не брату, и не погнушался ради этого использовать людей, в том числе и Мэг. Видимо, он не только плохо представлял, как управлять фирмой, но даже не знал, что нужно потенциальным клиентам, раз компания оказалась в таком плачевном состоянии.

– Мэг, помогите мне возродить компанию, – вдруг произнес Гавар.

Она забыла об ужасных пингвинах на подушках, которые увидела в каталоге, и посмотрела на него. Какие же у него голубые глаза!

– Вы не понимаете, – прошептала Мэг, делая шаг назад, чтобы увеличить расстояние между ними, потому что его взгляд как магнитом притягивал ее к Гавару.

– Так объясните мне.

– Я не просто уволилась из компании. Меня уволили за нарушение субординации. Это был большой скандал. Вернее, я устроила скандал. Я боролась. Устроила некрасивую сцену. Даже кричала. И все это видели.

– Понятно.

Что он мог понять? Его там не было, и Гавар не знает, как все произошло: безобразно и унизительно. Повторение того, чего она стыдилась, вспоминая свое детство. Никакого хладнокровия и сдержанности!

– То есть вы понимаете, почему я не самый лучший кандидат для ваших целей?

Этьенн покачал головой.

– Вы сказали, что боролись. Это очень важно. Я бы сказал, вы только усилили мою уверенность в том, что подходите мне.

– Вы... Нет, вы не понимаете... – растерялась Мэг. – Я даже что-то кинула в Алана.

Ей показалось, что Гавар едва сдержал улыбку. Неужели он находил ее историю забавной?

– Спасибо, что предупредили. Давайте сразу договоримся, что в меня вы ничего бросать не будете.

– Я...

Решительность Мэг таяла с каждой секундой. Она долгое время пыталась направить свою жизнь в спокойную колею. Постоянно твердила, что надо радоваться тому, что есть, и перестать жить несбыточными мечтами. Ну почему, когда она уже смирилась со своим положением, к ней является этот потрясающий мужчина и напоминает ей о прошлом? Мэг вздохнула, стараясь собраться с мыслями.

– Зачем вам все это? – внезапно вырвалось у нее. – Я хочу спросить... С первого взгляда видно, что вы богаты. Почему тогда решили приехать в Америку и купить компанию на грани банкротства?

Ну и вопрос! Нашла о чем спрашивать своего возможного начальника! Впрочем, сейчас было не до тактичности. Предложение Гавара казалось слишком заманчивым и вместе с тем странным. Ей нужны факты, чтобы принять верное решение. Сколько раз из-за своей неосторожности она попадала в глупые ситуации! Нет, надо быть осторожнее и сначала во всем разобраться, а не бросаться с головой в очередной омут.

Мэг заметила, как в глазах мужчины промелькнуло что-то похожее на боль, но он быстро моргнул и покачал головой.

– Я приехал сюда, чтобы... Нет. Лучше прямо сказать, что дело тут не в деньгах. Хм... для меня конкретно, разумеется. Я занимаюсь тем, что спасаю разоряющиеся фирмы. Это моя профессия и то, что у меня неплохо выходит. Обычно я преуспеваю.

– Но не всегда?

– Нет, Мэг, к сожалению, не всегда. Буду честен, даже если вы согласитесь мне помогать, достаточно велик шанс того, что на этот раз у меня ничего не получится.

Значит, Эди и другие сотрудники потеряют работу! Что они будут делать, оставшись без денег? Мэг с ужасом подумала о будущем своей подруги и бывших коллег. Если подумать, то она сама частично была виновата в разорении компании. Невинные люди пострадают из-за того, что Алан стал генеральным директором, к чему она была, так или иначе причастна.

Мэг поняла, что не может оставаться в стороне. Если есть хоть какая-то возможность помочь сохранить фирму, то она должна сделать все, что в ее силах для этого. Эди же ее лучшая подруга! Другой вопрос: что она может сделать? В состоянии ли она помочь?

– Почему вы так уверены, что я могу вам пригодиться?

Гавар неопределенно пожал плечами:

– Я не уверен. Ничего нельзя гарантировать. В жизни может случиться все, что угодно. – Он опять помрачнел и отвернулся от нее на несколько секунд. – Я знаю одно: если ничего не предпринять, компанию ждет неизбежное закрытие и люди потеряют работу. Поэтому, что еще я могу сделать, чтобы убедить вас присоединиться ко мне в нелегком деле по спасению компании? Чего бы вам хотелось?

Разве она могла отказаться? Нельзя было не принять его предложение, потому что от нее зависела судьба Эди и других людей. Вот только... Мэг внимательно разглядывала Этьенна Гавара. По всему было видно, что это успешный влиятельный мужчина, который никогда бы не вляпался в историю наподобие той, в которую она попала в «Филдмане». Он хорошо разбирается в жизни и производит впечатление человека, знающего, как достичь желаемого. С его мнением нельзя не считаться. Мэг еще раз вспомнила свои обещания не возвращаться в «Филдман», но она не могла отказать Этьенну в просьбе.

Он, кажется, спросил, чего ей хотелось? Ну что ж, ее тайной мечтой было иметь дом, в котором бы царила любовь и гармония и бегали дети. Француз никак не мог исполнить это желание. Но того, кто мог бы его исполнить, не существует вообще. Мэг уже давно смирилась с этим. Если только...

– Я бы хотела... Как и все люди, я хотела бы благополучия. Дом, который бы принадлежал мне. Работу, с которой бы меня не выкинули по чьей-то прихоти. Я была бы рада построить успешную карьеру, чтобы со мной считались и уважали. Вы могли бы мне в этом помочь? Научить меня, как добиваться успеха? Если мы будем вместе спасать компанию, можете поделиться со мной своими знаниями?

– Только скажите, и я постараюсь сделать из вас выдающуюся бизнес-леди, – мгновенно ответил Этьенн, хотя она была уверена в том, что он никак не ожидал от нее такой просьбы.

– А что будет, когда все закончится?

– Решение останется за вами. Если вы будете готовы и захотите остаться в компании, я с радостью продлю с вами контракт и со спокойной душой уеду во Францию. Если вы останетесь только до того момента, когда мы уладим проблемы, то вы получите причитающееся вам за работу вознаграждение и займетесь тем, чем захотите. Обещаю, что если увижу, что мои советы вы усвоили, то я вас порекомендую в приличную компанию на высокую должность.

Все происходило слишком быстро, чтобы Мэг могла трезво оценить ситуацию, и это пугало ее. С одной стороны, она была готова согласиться прямо сразу и не просить времени на размышление, поскольку ее родной компании грозило банкротство. С другой стороны, Мэг по своему опыту знала, что из-за скоропалительных решений она всегда наживала себе головную боль. Всякая разумная женщина на ее месте взяла хотя бы несколько часов на обдумывание, чтобы, прежде чем соглашаться, сначала проанализировать ситуацию.

– Я прямо сейчас должна принять решение? – спросила она, но Этьенн лишь улыбнулся в ответ. – Что такое?

– Рад слышать, что вы уже готовы подумать. Это гораздо более хороший ответ, чем тот, который вы мне дали в начале нашего разговора.

– Вы умеете убеждать. И все-таки когда? Вы пока не ответили на мой вопрос.

При других обстоятельствах это могло быть опасным, но, к счастью, между ними будут только деловые отношения. Хорошо бы еще убедиться в том, что она не в его вкусе. В любом случае она никогда не должна забывать, что француз – ее начальник.

– Скажем, завтра. Чем раньше, тем лучше.

– Потому что компания разваливается?

– Да. Стремительно.

– Черт... – Мэг вздохнула и, забыв обо всем, согласно закивала – Я не могу закрыть глаза на то, что Эди и другие могут лишиться работы. Если я могу, хоть чем-то помочь... Честно говоря, не понимаю, что вас привело ко мне, но я постараюсь и сделаю все, что в моих силах.

– Отлично. Значит, мы договорились, – сказал Этьенн и протянул руку.

Мэг искоса глянула на его длинные пальцы и заколебалась. Чем она рискует? Будет глупо с ее стороны надеяться на развитие романтических отношений между ней и французом. Даже смешно думать об этом!

Она пожала руку Гавару и сразу же пожалела об этом. Прикосновение вызвало в ней неожиданно сильные эмоции, которые трудно поддавались описанию. И как она теперь будет думать об Этьенне только как о боссе? Интересно, все ли французы такие очаровательные?

– Увидимся завтра утром, Мэг. Я за вами заеду в восемь.

– Я помню, как ехать в офис, мистер Гавар.

– Этьенн. Зовите меня Этьенн, и предлагаю перейти на «ты». Нам предстоит совместная работа по спасению фирмы. Мы будем много времени проводить вместе, особенно если учесть, что я обещал поделиться с тобой своим опытом. Я за тобой заеду. До завтра. Это твоя кошка? – вдруг спросил Этьенн, меняя тему разговора.

Мэг рассмеялась:

– Я бы не назвала ее моей кошкой. Молния очень независимая особа. Так что мы с ней скорее соседи.

– Молния? Выглядит она какой-то вялой.

Этьенн не ошибся, Молния в действительности была одной из самых апатичных кошек, которые у нее жили. Однако в ее поведении Мэг удивило другое. Кошка с интересом подошла к французу и принялась к нему ластиться.

– Она обычно не любит мужчин, – удивленно пробормотала Мэг.

– Правда? Может быть, ты не с теми мужчинами ее знакомила раньше? – заметил Этьенн, и Мэг, не удержавшись, рассмеялась. – Что такого смешного я сказал, Мэг?

– Ничего, прости.

На самом деле француз и в этот раз не ошибся. Помимо Алана у Мэг было еще несколько неудачных романов с представителями противоположного пола. Обычно мужчины бросали ее и уходили к более красивым женщинам. Хватит с нее разочарований и неприятных воспоминаний! Не зря же она дала себе обещание – больше никаких мужчин! Впрочем, Этьенн – босс, и это не считается.

– Как-нибудь в другой раз я попрошу все-таки объяснить причину твоего смеха, – заявил Этьенн и попрощался.

Когда он ушел, на лестничной площадке стало как-то пусто, и она показалась огромной. Мэг заметила свою кошку, которая сидела на лестнице и смотрела вслед французу. Неужели, по мнению Молнии, этот мужчина заслуживает доверия?

– Забудь о нем, Молния. Такой мужчина не про нас. И нам с тобой не следует этого забывать. Через пару месяцев он улетит из Америки и продолжит очаровывать европеек. Нам с тобой опасно к нему привязываться. Запомни! Между нами возможны только деловые отношения.

Однако Мэг почему-то захотелось присоединиться к Молнии, сесть на лестнице и смотреть туда, где только недавно стоял француз.

Этьенн лежал на кровати своего президентского номера в гостинице и у него из головы не шли встревоженные карамельные глаза. «Зачем я настаивал на том, чтобы Мэг Лейтон вернулась в компанию? – думал Этаьен. – Было же очевидно, что у нее, поначалу не было ни малейшего желания возвращаться. Разве можно ее в чем-то винить?»

Увольнение Мэг, по всей видимости, было не самым приятным воспоминанием, да и братья Филдман производили впечатление не только людей без деловой хватки, но и без совести.

Почему все-таки Алан уволил Мэг?

Хотя какое это имело значение! Этьенн уже составил свое впечатление о мисс Лейтон и не сомневался, что она умна и готова учиться. Одни книжные полки в коридоре, которые ему удалось рассмотреть, говорили о том, что хозяйка квартиры – человек любознательный.

Она не растерялась в разговоре с ним и даже пыталась устоять под давлением на нее с его стороны. Нехорошо было использовать беспокойство девушки о благополучии ее друзей, чтобы получить согласие. Чем он лучше Алана Филдмана?

Возможно, ничем. Однако он хорошо знает свои недостатки. Сейчас у него были добрые намерения помочь людям, в том числе и Мэг с ее карьерой. Будет здорово, если все они начнут улыбаться к тому времени, когда ему придет время возвращаться во Францию.

Ему почему-то вспомнились губы Мэг. Ее глаза и губы казались Этьенну какими-то особенными. Когда девушка улыбалась или прикусывала губу, он чувствовал странное возбуждение и никак не мог отвести взгляд от нее.

– Прекрати! – приказал Этьенн себе самому. – Не забывай правила! Всегда двигаться дальше! Помог, взял деньги на следующий проект, и все. Только деловые отношения! Ничего личного!

Глава 2

Недоумение появилось на лице Мэг, когда она оглядела пустой офис.

– А где народ? – вырвалось у нее. – Рабочее же время!

– Я дал всем выходной, – ответил Этьенн.

Сквозь давно не мытые окна в большую неубранную комнату пробивался свет. Голубой ковролин местами был блеклым и потертым. На стенах кое-где облупилась краска. Хотя здесь работали люди, офис выглядел непрезентабельным, если не сказать заброшенным.

– Прости? Не верю своим ушам!

Она резко повернулась к нему. Глаза ее были широко распахнуты от удивления. Этьенн нахмурился. Его беспокоило то, что всю дорогу к зданию «Филдмана» он пытался мысленно раздеть Мэг. На ней было какое-то довольно странное красно-белое платье, однако ему не давали покоя изгибы ее тела, которые платье плохо скрывало.

– Я освободил всех от работы сегодня, – объяснил Этьенн. – С сохранением зарплаты, разумеется. Не волнуйся. Мэг. Конечно, они получат деньги, ведь это было мое решение.

– Я... Я не это имела в виду... Я не собиралась обвинять тебя в чем-либо. Прекрасно понимаю, что опять-таки нарушаю субординацию. Просто меня удивило, что компания разваливается, а никто не работает. Почему? Извини, что спрашиваю, но я не понимаю, почему ты дал всем выходной?

Неожиданно Этьенн улыбнулся:

– Мэг! Вот видишь, какая ты потрясающая помощница! Мы только приступаем к работе, а ты уже задаешь вопросы о моих методах. – Он заметил, что после его слов девушка покраснела. – Что ты! Нечего смущаться из-за того, что ты сомневаешься в правильности принятых мной решений. Наоборот, это очень хорошо.

– Ничуть я не смущаюсь, – опустив голову, пробормотала Мэг.

– Ты покраснела.

– Я никогда не краснею!

Но щеки у нее уже горели. Этьенну это показалось очень милым. Ему было забавно наблюдать за тем, как краска постепенно заливает лицо Мэг.

– Ну конечно! Как будто я не вижу. Если мы собираемся работать вместе, то нужно доверять друг другу. Правдивость тоже не помешает.

Мэг непроизвольно поднесла руку к щеке и потрогала горящую кожу, будто до конца не верила, что покраснела. Этьенн заметил, что на фоне румянца стал виден небольшой шрам, который шел от уголка ее губы в сторону уха. В этом было что-то... соблазнительное, из-за чего ему захотелось прикоснуться к нему губами и поцеловать, а потом провести языком вдоль тонкой белой полоски.

Этьенн мысленно выругался и быстро отогнал от себя все эротические мысли, которые навязчиво появлялись, когда он смотрел на Мэг. Да, что с ним такое происходит? Одежда у нее совсем не предназначена для соблазнения, да и туфли удобные, а не из тех, что должны подчеркнуть ее стройные ноги. И все равно мысли у него движутся не в том направлении! Или, наоборот, в том? Почему? Хватит! Забыть и сосредоточиться на работе. Этьенн кашлянул и отвернулся к компьютеру, чтобы включить его. Скоро в комнате раздалась музыка загрузки операционной системы, и только тогда он осмелился снова посмотреть на Мэг.

– Я не обманывала... и не притворялась скромной. Я, правда не из тех, кто краснеет, – начала оправдываться она.

– Рад слышать. Все рано или поздно бывает в первый раз. Следующие несколько месяцев мы будет заниматься разными новыми вещами. Вот только надеюсь, не на этих древних компьютерах!

– Ты уже установил временные границы нашего сотрудничества?

– У меня есть цель: не только восстановить компанию, но и вывести ее на международный рынок. Через два месяца в Париже состоится выставка, в которой наша компания должна принять активное участие. Если произведем впечатление, получим много заказов из разных уголков мира. Так что к ней нужно подготовиться. Если хочешь – это и есть наша временная граница. К началу выставки производство должно быть восстановлено на сто процентов.

– Ты это серьезно? Всего два месяца? Так скоро? Не то, чтобы я сомневалась в том, что ты сможешь добиться результата за этот срок. Ты же гений Ля Дефанса.

Этьенн удивленно выгнул бровь при последних словах Мэг:

– Гений Ля Дефанса? И где ты услышала об этом?

– Хм... разве не ты сам мне сказал об этом?

Она смотрела на него невинным взглядом и в этот раз не покраснела, хотя Этьенн прекрасно помнил, что никогда не упоминал о прозвище, которое ему дала французская пресса.

– Мэг... – сурово сказал он.

На лице у нее появилось смущение, и она виновато пожала плечами:

– Ладно... я посмотрела в Интернете. Забила твое имя в поисковик. Прости, что сую нос туда, куда не следует. Просто... Я тебя совсем не знаю. Мне хотелось убедиться, что ты... настоящий.

Этьенн едва сдержал улыбку после ее признания, да и тон у нее был жалостливый. «Настоящий»... Вот только упоминание Интернета заставило его напрячься. От веселости сразу не осталось и следа.

Он был из известной семьи, а сейчас входил в число самых влиятельных бизнесменов Франции. Конечно, в Интернете имелось множество статей о нем. Там, разумеется, писали и о смерти Луизы, а обсуждать гибель жены ему сейчас совсем не хотелось. Прошло три года, но боль и чувство вины до сих пор не утихли.

– И что ты узнала? – спросил Этьенн, стараясь говорить спокойным тоном.

– Я обнаружила, что... ты существуешь на самом деле, – ответила Мэг многозначительно и сделала паузу. – Ну, хоть ты и такой гений, возможно ли возродить компанию «Филдман» всего за два месяца? Удастся ли нам так быстро добиться положительных результатов?

По сути, она ничего не сказала, но Этьенн почувствовал облегчение от того, что Мэг не затронула тему о Луизе. Ему не пришлось давать уклончивые ответы, чтобы не выдать своей боли. Если Мэг и наткнулась на информацию о случившемся с Луизой – а она должна была прочитать, хотя бы одну статью, – говорить об этом не стала. Этьенн с интересом изучал ее, боясь, что Мэг все-таки вернется к теме о его прошлом. Однако он ничего не увидел на ее лице, и только сцепленные пальцы выдавали то, что девушка немного нервничала.

Мэг, скорее всего, знала его историю, но предпочла промолчать. Ему следует быть ей благодарным за это и поступить так же.

– А что нам еще остается? – сказал Этьенн, прогоняя от себя все лишние мысли, кроме работы. – У нас впереди много дел. Когда компания начинает разваливаться, важно не только остановить процесс, но и как можно скорее начать развиваться. По опыту знаю, что нельзя просто вернуться к прежнему ведению дел до начала проблем. Конечно, надо разобраться с бухгалтерией, но это не поможет привлечь внимание клиентов к нашей продукции. Нам нужны радикальные перемены, которые не пройдут незамеченными. Нечто, что заинтригует клиентов и вдохнет в сотрудников уверенность. Дополнительная реклама нам не помешает. Что такое?

Он прервал свой монолог, потому что заметил на лице Мэг улыбку.

– Предполагаю, что ты говоришь не о тех изменениях, которые ввел Алан, – съязвила она.

Этьенн рассмеялся:

– Ну... я думал о кроликах. Например, с морковками? Правда, занимательный декор? В глаза будет бросаться.

– Все ясно. Все-таки тебе нужна моя помощь, – в свою очередь засмеялась Мэг. – Никаких кроликов и морковок!

Он напустил на себя вид, будто обижен на ее слова:

– А жаль... И что ты тогда предлагаешь? Может быть, ангелочки, сидящие, свесив ножки, на месяце?

– Прекрати, Этьенн! – В глазах ее появилось удивление. – Как я понимаю, ты не хочешь возвращаться к тому дизайну, который был при Мэри?

Этьенн кивнул:

– Мы должны учитывать современные потребности. Время идет, и все меняется.

Ему надо почаще об этом напоминать самому себе. Он всегда двигался вперед, останавливаться нельзя. Прошлое никак не изменить. Оставалось только идти дальше.

– Ты по всему миру ездишь благодаря работе, да?

– Я все время в движении. Хорошо, что я не женат, так легче. Я и не собираюсь жениться в принципе. Думаю, это было бы нечестно по отношению к женщине. Меня никогда не будет рядом.

Может быть, он был чересчур откровенен с Мэг? Не важно, он давно пришел к выводу, что всегда лучше сразу же расставлять все точки над «i».

Мэг даже не моргнула и лишь слегка улыбнулась:

– Я тоже о семье не думаю. И вряд ли когда-нибудь выйду замуж.

«Это означало только одно: кто-то поступил с ней непорядочно. Бедняжка», – промелькнуло у Этьенна в голове.

– Конечно, я хочу детей, – продолжила Мэг. – Однако пока у меня их нет, и я могу полностью посвятить себя работе. Я свободна и готова помогать тебе.

Дети... Сердце Этьенна болезненно сжалось. Было время, и он хотел иметь сына, наследника. Воспоминания о разговорах с женой обрушились на него. Луиза не хотела детей, но уступила ему, поддавшись уговорам. И что? Из-за трудно протекающей беременности и проявившихся на ее фоне проблем с сердцем она умерла...

Так... очевидно, что ему не удалось скрыть свои переживания. Мэг смотрела на него с беспокойством, удивленная его странной реакцией на ее слова. Этьенн покачал головой, прогоняя от себя воспоминания. Он ошибся. Уже ничего не изменить, а из-за него Мэг явно начала нервничать. Этого нельзя допустить!

– Но, что это мы стали говорить о моих личных планах, – пробормотала Мэг. – Нам нужно обсудить планы по спасению компании. Я понимаю, что ты хотел сказать. Однако не вижу смысла отказываться от того, что вывело компанию на высокий уровень. Ты же не собираешься напрочь забыть о разработках Мэри? – спросила она, напряженно смотря на Этьенна. – Разве не ради моих знаний о них ты нанял меня на работу?

Мэг нервно облизнула губы, отчего пульс Этьенна тотчас участился. Он не мог не признать, что нервно реагирует даже на такой, казалось бы, невинный жест. Внезапно, когда взгляд его был прикован к сочным губам девушки, Этьенн задумался над тем, зачем, в самом деле он взял ее на работу.

У нее была не фотомодельная внешность. Некоторые наверняка к красавицам ее не причисляли, однако в ней было что-то такое, что не давало ему покоя. Блеск в карамельных глазах? Пухлые губы, которые будто взывали о поцелуе. Опять он думает не о деле, поддается искушению. Боже, его поведение недопустимо. Он рассматривает ее, как будто собирается сделать то, о чем и речи быть не могло.

Этьенн молча выругался. Довел себя воздержанием до полного сумасшествия. Все это оттого, что он давно избегал тесного общения с женщинами. Без сомнения, ему следует вести себя осторожнее с Мэг Лейтон. Кстати, о Мэг... Кажется, она ждала ответа на свой вопрос.

– Да, ты можешь поделиться информацией о том, что именно производила компания при Мэри и что принесло ей успех. Нам останется только все немного подкорректировать в соответствии с потребностями современного рынка.

– Что-то, с одной стороны, классическое, но, с другой стороны, современное и... свежее?

– Свежее и привлекательное, – согласился Этьенн.

– Может быть... – Вдруг Мэг опять покраснела.

– Что?

Она опять покраснела от смущения:

– Нет. Я лучше хорошенько обдумаю свои предложения, прежде чем их выдвигать. У меня ужасная привычка все делать и говорить не подумав. Плохая привычка, но я с ней стараюсь бороться.

– Это не всегда уж и плохо, – заметил Этьенн. Мэг тяжело вздохнула и усмехнулась:

– Что касается меня, то это плохая привычка. Я бы тебя попросила помочь мне бороться с моей несдержанностью. Научи меня, пожалуйста, как держать язык за зубами и не делать того, о чем я потом жалею или из-за чего могу смутиться.

– Приведи примеры, пожалуйста. Что такого ужасного ты делала или говорила не подумав?

– Забудь! Я ни с кем не делюсь своими историями! Хватает того, что они имели место. Я чего только не перепробовала. Столько курсов посещала раньше. И как кататься на лыжах и на роликах, и как правильно вести себя в обществе. Теорию знаю прекрасно. Училась даже навыку падать правильно. Только когда дело доходит до практики, мне ничего не помогает. Если попадется банановая кожура, то упаду так, что все будут смеяться до слез. Или когда в комнате все замолчат, я обязательно скажу что-то неуместное. Честно говоря, уже давно боюсь, что кто-нибудь меня снимет на камеру в один из таких моментов. И стану очередной звездой Интернета, над которой все будут потешаться. – Мэг беспомощно развела руками. – У тебя, случайно, телефон не с камерой?

Этьенн не удержался от тихого смешка:

– С камерой... Но, Мэг, обещаю, я не буду ею пользоваться в твоем присутствии. Я не такой бесчувственный, как тебе могло показаться.

Она внимательно посмотрела на него:

– А! Так ты джентльмен? Не из тех мужчин, с которыми я сталкиваюсь ежедневно.

«Интересное замечание, – подумал Этьенн, – однако оно не проливает свет на ее отношения с мужчинами».

– Итак... насчет идей... Что ты думаешь о коже?

Он едва не поперхнулся. Вот то, о чем Мэг ему говорила. Она действительно мало думала о том, как слушатели воспримут ее слова. Теперь ему проблема ясна. Однако это только придавало Мэг еще больше очарования. Эта женщина удивительна, и он никак не мог об этом не думать. Взять хотя бы то, что Мэг встретила его в штыки, но сейчас полностью погрузилась в работу.

– Натуральная кожа? – переспросил Этьенн, напоминая себе, что они говорят об обивке для мебели, а вовсе не о коже Мэг. – Мне нравится эта идея. Кожа всеми ценится.

– Вот и отлично. Я это запомню. К завтрашнему дню подготовлю штук десять предложений.

– Как использовать кожу?

Они шли по направлению к кабинету директора, но Мэг вдруг остановилась. Она развернулась к нему, и ее глаза оказались на уровне подбородка Этьенна. В следующее мгновение взгляд Мэг устремился вверх.

– Ты издеваешься надо мной, Этьенн? – спросила она тоном учительницы, разговаривающей с нашкодившим учеником.

Нет. Он получал удовольствие от того, что дразнил ее. Огромное удовольствие. Хотя в глубине души Этьенн понимал, что ведет себя неразумно и еще пожалеет об этом. Но только потом.

– Мог бы, – признался он. – Однако в данном случае это скорее проявление моего восторга. Я думаю, ты просто уникальный человек. Поражаюсь и восхищаюсь ходом твоих мыслей.

«А ведь именно в этом и есть корень прошлого и будущего успеха компании». – Этьенн чуть по лбу себя не ударил, когда его озарила эта мысль. Всегда существует ключ к успеху, вот только найти его оказывается не всегда легко. Ему повезло, и Мэг Лейтон стояла прямо перед ним. Эта девушка поможет ему так, как еще никто не помогал.

– Что такое? – спросила Мэг. – Почему ты так странно на меня смотришь?

– Странно?

– Ну не знаю. Как будто... Ты улыбаешься во весь рот. А я знаю, что не сказала ничего смешного или чудного. Что случилось? С моей одеждой что-то не так? Я что-то задела и запачкалась?

Она озабоченно посмотрела на свое платье, и на ее лбу появились морщинки.

О да! Мэг – это то, что нужно для компании. Однако Этьенн не хотел ее пугать и перекладывать на нее всю ответственность. Кроме того, она снова пробудила в нем мужские желания, но ей об этом знать не следует. Это было бы нечестно по отношению к ней. Нельзя предлагать то, что ты не можешь дать. Ему надо подавить свои желания, которые могут в будущем привести к проблемам.

– Все в порядке. Мне пришла мысль, которая многого стоит. Это будет очень важная часть нашего плана по спасению компании.

– Здорово! Что это за часть?

– Ты.

– Я? Не понимаю! – Мэг напряглась. – Я ведь уже согласилась помогать.

– Нет, я не об этом. Компании нужен свежий, новый и притягательный образ. Ты вчера просила помочь набраться опыта в ведении бизнеса. Практика – самое лучшее средство для обучения. Давай ты станешь новым лицом компании.

Даже если бы они пошли в кино на фильм ужасов, такого страха в глаза Мэг он бы не увидел. Она прямо-таки побледнела.

– Ни за что! – воскликнула девушка, пошатнувшись. – Это будет ужасной ошибкой.

– Нет. Все будет в порядке. Мэг, посмотри на меня.

Она послушалась. У Этьенна даже сердце сжалось от ее испуганного взгляда.

– Я не обижу тебя, – тихо сказал он, но по лицу понял, что Мэг не поверила его словам. – Никогда. Поверь мне. Раньше я причинял людям боль, но теперь стараюсь избегать этого. Изо всех сил.

– Ты не понимаешь, о чем меня просишь! Ты хочешь, чтобы я выступала перед людьми.

– Да. Я хочу, чтобы ты стала новым символом компании.

– Я не могу. Я уже была один раз центром повышенного внимания. Больше не хочу. У меня проблемы с этим.

Этьенн сдержал улыбку, потому что видел, что Мэг действительно напугана.

– Что еще?

– Еще я не доверяю мужчинам, – выпалила она.

– Ясно. Тогда не буду просить тебя поверить мне, однако скажу следующее: я всегда буду рядом, когда ты будешь выступать или встречаться с людьми, когда тебя будут фотографировать для газет. Ты никогда не останешься без моих советов и поддержки. Если что, я защищу тебя. В случае каких-либо осложнений я тебя заменю. Давай договоримся: если тебе становится сложно, ты просто уходишь.

– Даже если это повредит компании?

– Даже тогда.

Мэг глубоко вздохнула:

– И ты думаешь, твоя идея способна помочь нам?

– Я уже говорил, что не могу гарантировать успех. Но я знаю, что делаю, Мэг. Личность привлечет гораздо больше внимания, чем любая обивка для мебели. Как я понимаю, Мэри и была той личностью, которая привлекала людей, что обеспечило компании расцвет. Кто-то должен занять ее место, и ты для этого подходишь идеально. Ведь ни кто иной, как ты, была протеже Мэри Филдман. Думаю, мы можем поставить на тебя и спасти компанию.

Какое-то время Мэг колебалась, но потом обреченно вздохнула:

– Ладно. Если ты думаешь, что это поможет, я согласна. Буду считать, что это часть моих обязанностей.

– Слушай, это плохо, если ты будешь относиться к этому как к обязанности. Ни к чему хорошему это не приведет.

Ему ли не знать! Однако надо быть самому осторожнее в выборе слов. Мэг стала еще внимательнее изучать его лицо. Неудивительно, если она увидит боль, которую ему раньше удавалось тщательно маскировать.

– Предлагаю рассматривать твою работу официального представителя компании, как часть наших с тобой занятий, – сказал Этьенн.

– Согласна. Хорошо. Ладно... Что будем делать теперь?

– Начнем...

– С меня?

И снова эти невинные глаза. Еще удивляется, что у нее проблемы с мужчинами! Конечно, некоторые могут легко запутать и обидеть Мэг. Он этого делать не будет!

– Давай начнем со здания. Устрой-ка мне экскурсию по офису.

Это его немного отвлечет от девушки. Лучше рассматривать стены и полы, покрытые протертым ковролином, чем пухлые губы Мэг. Этьенн был уверен, что сделал правильный выбор. Однако быстро в нем разочаровался. Ему приходилось идти вслед за Мэг, и соблазнительно покачивающиеся бедра девушки не оставляли его в покое. Она что-то щебетала и периодически указывала рукой на какие-то предметы, при этом Этьенн думал только о звуке ее голоса и смотрел на красивые пальцы.

Поняв, что не может сконцентрироваться на работе, Гавар нахмурился. Он еще раз напомнил себе, зачем приехал в Америку и каковы принципы его работы. Только деловые отношения, никаких привязанностей!

Внезапно Мэг остановилась. Вздохнув, она повернулась к нему. Лицо у нее выглядело озабоченным.

– Состояние офиса, все эти книги, буклеты... спасение компании будет для тебя сложной задачей? – спросила она, обеспокоено глядя на него своими карими глазами.

– Не волнуйся. Я справлюсь, – ответил Этьенн, больше отвечая на свои внутренние размышления, чем на вопрос Мэг. Он не перейдет грань деловых отношений с ней, чтобы в дальнейшем не причинить Мэг боль!

– Ты уверенный в себе человек, – заметила Мэг, снова улыбаясь.

– Нет, просто настойчивый, – сказал Этьенн, не сводя глаз с ее губ.

Поэтому он добьется успеха и уедет отсюда! Ему надо думать о работе, а не стараться заставить Мэг улыбаться. Хотя если быть откровенным, ему хотелось не столько видеть Мэг улыбающейся, сколько почувствовать вкус ее губ.

«Однако работа с Мэг обещает быть сложнее, чем я думал», – промелькнуло у Этьенна. Ее улыбка, губы... Все указывало на то, что спокойно поработать у него не получится. Она будет постоянно отвлекать его.

Глава 3

Следующий день оказался еще более длинным. Они осмотрели каждый уголок здания компании, затем перебрались к компьютеру и к файлам с документацией.

Когда Мэг копалась в столе Алана Филдмана, она наткнулась на свою фотографию, которую когда-то ему подарила. Там же лежала и фотография Полы Эвери, очень красивой, но совершенно некомпетентной женщины, которую Алан нанял, а через три недели назначил на место Мэг. Рядом были фотографии еще двух женщин.

Воспользовавшись тем, что Этьенн ничего не заметил, Мэг засунула все фотографии обратно в ящик и задвинула его. Алан обвел ее вокруг пальца. Он видел, что мать ценит Мэг и считает своей правой рукой, поэтому бессовестно использовал ее, чтобы подлизаться к матери. А она, Мэг, ему позволила это сделать. Поверила и пошла у него на поводу, решила, что и вправду интересует Алана. Как же это глупо и наивно! Хорошо еще, что эта страница ее жизни уже перевернута. Теперь она стала умнее и осторожнее и больше никогда не проявит подобной слабости.

Особенно в том, что касается Этьенна Гавара. И почему ей пришла именно эта мысль? Он сам четко дал понять, что не собирается заводить никаких романтических отношений. Некоторые женщины могли бы обидеться на столь откровенное предупреждение, однако Мэг была рада, что Этьенн недвусмысленно определил свою позицию. Такой мужчина, как он, не для нее. Ей даже не стоит о нем мечтать!

– Вот и хорошо! С этим всем мы, Мэг, вроде бы разобрались, – сказал Этьенн, и его слова вернули Мэг к реальности.

– Ты был прав. Ситуация близка к катастрофе.

– Тебе стало не по себе? Жалеешь, что ввязалась?

В глубине души Мэг и вправду сожалела. Слишком давила мысль о том, что от нее зависит будущее многих людей. Во время обеденного перерыва к ней присоединилась Эди, которая была очень напугана, и это еще больше заставило Мэг нервничать.

– Не хочу, чтобы мои друзья страдали, – сказала Мэг, вспоминая заплаканные глаза Эди. – Муж Эди потерял работу в прошлом году и до сих пор никуда не устроился. Зарплата Эди – единственный источник их доходов. И не только у нее одной такая ситуация. Сотрудники компании... они хорошие люди.

– Однако они не заступились за тебя перед Аланом, когда он решил тебя уволить.

– У них дети, пожилые родители. Я же, в отличие от них, одна. Не стоит их винить за это. Что они могли сделать? Не в их силах было повлиять на ситуацию. Да я и сама виновата в произошедшем.

Этьенн что-то пробурчал сквозь зубы, и Мэг решила, что он выругался по-французски.

– Не поняла, что ты сказал, Этьенн.

– Вот и отлично. Тебе ни к чему знать такие слова, та cheri.

Почему-то ей было приятно, что он обратился к ней на своем родном языке. Однако Мэг сразу же вспомнились ее размышления минуту назад о непозволительности надежд на романтические отношения с Этьенном. Она не должна об этом забывать! Этьенн настроен по-деловому, а ей надо поскорее выработать иммунитет против французских словечек, порой срывавшихся с его уст. Главное – не сморозить какую-нибудь очередную глупость, которая привела бы к неловкой ситуации.

– Этот Алан... Он был не самым порядочным мужчиной. Тебе не следует позволять такому, как он, влиять на свою жизнь. Твоя самооценка не должна зависеть от чужого мнения, – недовольно взмахнул рукой помрачневший Этьенн.

– Что ты, я это понимаю... – пробормотала Мэг, зная, что обманывает саму себя.

Этьенн еще не знал о том, как она пыталась изменить отношение к себе родителей, которые были убеждены в том, что рождение дочери испортило им жизнь. Теперь все это в прошлом. Сейчас перед ней стояла важная цель, и ей следовало думать только о будущем.

– Рад слышать, – с улыбкой отреагировал Этьенн, и Мэг показалось, что в его голубых глазах появились радостные искорки. – Вместе мы обязательно поможем твоим друзьям. Ты не одна. Груз ответственности лежит не на тебе, а на нас двоих. Я бы ни за что не переложил на тебя все проблемы, – сказал он и осекся.

Мэг сразу вспомнила статьи, на которые она наткнулась в Интернете. Этьенн знал, о чем говорит. Безусловно, ему было тяжело потерять жену и не рожденного ребенка, которым он оказался бессилен помочь. У него имелись веские причины путешествовать по миру и работать, избегая тесного общения с женщинами.

– Спасибо, – прошептала Мэг, чувствуя, что у нее на глаза навернулись слезы.

– Вот я должен выразить свое восхищение тобой, – продолжил Этьенн. – Ты изумительно расшифровываешь бухгалтерские бумаги. Поверь, я много их перевидал на своем веку, но до сих пор всегда с трудом в них разбираюсь.

Мэг пожала плечами:

– У Мэри была своя система. Сейчас я бы сказала, что не самая лучшая.

– Слава богу, с бухгалтерией покончено. Одно дело сделано. Теперь перейдем к следующему.

Она моргнула и удивленно уставилась на него. Они уже и так провели в офисе десять часов.

– Следующему? И что это?

– Не что, а кто. Ты.

– Я? – Сердце ее учащенно забилось.

– Не забыла еще о нашем уговоре? Ты помогаешь мне, а я помогаю тебе.

– А! Ты собираешься изменить меня в лучшую сторону. Подготовить меня к роли официального представителя компании, который знает свое дело.

– Ты и так знаешь, что делать, так что изменять тебя мы не будем. Мы только добавим лоска и кое-что отшлифуем.

– Думаю, все сложнее, чем тебе кажется. – Мэг заметила, что Этьенн нахмурился, но решила не обращать на это внимания. – С чего начнем?

– Я собираюсь приодеть тебя, – заявил Этьенн, и ей показалось, что глаза у него немного потемнели.

Мэг нервно сглотнула, почувствовав, как вдруг накалилась атмосфера в комнате. Он собирается ее приодеть, а не раздеть! Ей не о чем беспокоиться! Вот только она совсем не думала о таком повороте, когда обратилась к Этьенну за советами. Все это было слишком... интимным, а потому нервирующим. Однако Этьенн встречался со многими бизнесвумен и знал ключи к успеху, ей следует лишь ему довериться.

– Хорошо, – медленно произнесла Мэг. – Давай этим займемся. Мое сегодняшнее платье все равно не самое любимое.

– От него нужно поскорее избавиться.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь.

– Ни в коем случае. Мэг, посмотри на себя. Оно скрывает... изгибы твоего тела. А ты должна демонстрировать свою женственность.

– Спасибо. Как это ты хорошо выразился: «женственность». Так звучит гораздо лучше, чем лишний вес.

– С чего ты взяла? Какой у тебя лишний вес? У женщины должны быть формы. Вот здесь. – Он сделал движение в сторону ее груди и едва не прикоснулся к ней. – И здесь.

Теперь его руки оказались на уровне бедер Мэг. С большим трудом девушка умудрилась продолжать дышать.

– Формы просто необходимы, – сказал Этьенн. – N'est-cepas? He так ли?

Раньше у нее и в мыслях такого не было, но...

– Ты много знаешь о женщинах, и тебе виднее, что... в них обращает на себя внимание. Что хорошо во внешнем виде, а что не очень...

– Кто-то заставил тебя стесняться твоей внешности, чувствовать себя неуверенной в себе?

Говорить об этом у Мэг не было никакого желания. Ей не хотелось, чтобы Этьенн подумал, будто она жалеет себя или любит жаловаться.

– Нет! С чего ты взял? – быстро ответила она. Однако Этьенн улыбнулся, из чего Мэг сделала вывод, что он догадался об ее лжи.

– Хорошо, потому, что ты должна гордиться своей внешностью. У тебя очень...

Он запнулся в поисках слова. Мэг понимала, что разговор принимал опасный оборот. И если она удержалась от того, чтобы отреагировать на его движения в сторону ее груди и бедер, то вряд ли выдержит дальнейшее описание своей анатомии.

– Этьенн! Я сильная, не нужно вести себя со мной обходительно. Меня устраивает моя внешность, и я уже научилась при необходимости замаскировывать шрам на щеке так, что он становится почти незаметным. – Мэг автоматически поднесла руку к лицу.

– О да, шрам я заметил, Мэг. – Этьенн произнес слова так, будто считал шрам ее главным украшением. – Откуда он у тебя?

Еще одна тема, которую Мэг не хотелось затрагивать.

– Упала. Ничего интересного, – нарочито спокойно ответила она, хотя в детстве этот шрам вызывал много эмоций и проблем.

Ее мать постоянно твердила, что Мэг никогда не станет такой красивой, как сестра. Энн была старшей дочерью Лейтонов, желанным ребенком, которую родители холили и лелеяли. В то время, как рождение Мэг считалось ошибкой, недоразумением, из-за которого они не смогли развестись и были вынуждены поддерживать видимость семьи, отказавшись от своих планов.

Да и ей вдруг стало сложно вспоминать подробности, когда француз смотрел на нее так, будто собирался поцеловать, а потом провести языком вдоль шрама.

Мэг попыталась прогнать от себя странное ощущение и сосредоточиться на том, что они обсуждали раньше.

– Ты приехал недавно и, думаю, не знаешь здесь никаких магазинов, так что я это беру на себя, – сказала она, пытаясь вернуть разговор к основной теме, и перечислила магазины, где обычно подбирала одежду для себя.

– Я думал о чем-то более классическом и стильном, – возразил Этьенн.

У Мэг глаза раскрылись от удивления, когда он назвал несколько бутиков, находящихся в районе офиса.

– Ты же только что приехал из Парижа. Откуда ты знаешь местные магазины одежды? Тем более – женской одежды?

– Это часть работы.

– Ты часто покупаешь женщинам одежду?

– Не только женщинам. Я стараюсь по необходимости ориентировать на местности всех клиентов, у которых возникли непредвиденные потребности. Это важное правило. Где бы ты ни работал, нужно знать местные хорошие рестораны, театры и магазины. На тот случай, если клиент обратится к тебе за советом. Ты всегда сможешь помочь ему. Очень важно, чтобы у клиента осталось после визита в фирму хорошее впечатление.

– Я это запомню, но... Не могу себе позволить покупать одежду в названных тобой бутиках.

– Можешь. Я же тебе хорошо плачу.

От названной им суммы у Мэг раскрылся рот.

– Это слишком много! Я думала, у меня будет моя прежняя зарплата, ну или чуть больше.

Этьенн улыбнулся. Вот опять Мэг излишне откровенна и даже бесцеремонна, но все равно очаровательна...

– Ошибаешься. Это достойная зарплата, и твоя работа стоит этих денег. Ты представляешь компанию. По тебе все будут составлять свое мнение о компании. И здесь и за границей.

Решительность Мэг поубавилась. Ей всегда было не по себе, когда она оказывалась в центре внимания.

Конечно, нужно бороться со своими страхами, и разве Этьенн не обещал помогать ей? Мэг напомнила себе, что несколько часов назад согласилась стать лицом компании. Теперь поздно отказываться, тем самым она подвела бы Этьенна и своих коллег.

– Но ты тоже будешь в центре внимания? Правда? Ты же новый владелец фирмы! – спросила Мэг, все еще чувствуя ужас от мысли, что на нее будут оценивающе смотреть люди.

– Разумеется, но я уже к этому привык. Я живу так почти всю жизнь. Для тебя же всеобщее внимание пока в новинку. Так что нам надо заняться твоей подготовкой, выбрать, что носить, и научить производить приятное впечатление. Считай это частью твоих обязанностей как моего помощника.

– Ладно! Но когда я просила тебя мне помочь и сделать из меня бизнес-леди, у меня и в мыслях не было, что ты будешь помогать мне, покупать одежду.

– А что я должен был делать?

– Учить меня.

– Обязательно.

– Направлять...

– Я, кажется, уже начал давать тебе советы. Разве не так? Обещаю, что на этом не остановлюсь.

Решив не задумываться над тем, что имеет в виду Этьенн, Мэг поспешила за ним на улицу, где их ждала его шикарная спортивная машина. Скоро они уже припарковывались у бутика, мимо которого она раньше всегда только с завистью проходила.

– Нам нужен деловой гардероб для женщины, – сказал Этьенн подошедшей к нему менеджеру магазина. – Что подчеркивает фигуру, но ничего кричащего... ничего тусклого и темного тоже. Желательно светлые цвета.

– Откуда ты знаешь, что я люблю именно светлые тона? – спросила потрясенная Мэг,

– Я рассматривал твой коридор и гостиную, когда мы разговаривали вчера. Прямо скажем, они необычны.

Она рассмеялась:

– Какой ты вежливый! Даже Эди меня отругала и сказала, что я слишком увлеклась желтым и оранжевым.

– Она в чем-то права, но эти цвета тебе подходят. Они подчеркивают твои глаза.

– У меня обычные карие глаза.

Этьенн снова изогнул бровь:

– Да вы, мадемуазель, оказывается, даже не знаете, какие у вас глаза! Никакие они не обычные!

Он говорил и при этом смотрел ей в глаза, будто они были одни. Мэг, однако, страшно смутилась, вспомнив о продавщице. Что она о них подумает? Решит, что Этьенн выбирает одежду для своей любовницы?

– Ладно, договорились, у меня потрясающие глаза, – поддакнула она. – Что посоветуешь мне купить?

– Вот это. – Этьенн показал на изумительный кремового цвета костюм и протянул ей блузку в тон ему. – Примерь для начала их.

Примерка продолжалась не менее часа. Некоторые из костюмов Этьенн отвергал.

– Этот не подчеркивает твои ноги, – заявлял он, как будто ее ноги нужно было непременно подчеркивать.

Однако... в кремового цвета костюме и голубом облегающем платье ноги Мэг на самом деле смотрелись по-другому. Стройнее!

– У вас потрясающий вкус, – заметила продавщица.

Мэг почувствовала в голосе женщины зависть. Той определенно хотелось быть на ее месте, она была бы не прочь познакомиться с Этьенном поближе.

Откуда продавщице знать, что между ними чисто рабочие отношения. Мэг хотелось сказать ей, что примерку они устроили не для того, чтобы она покрасовалась перед Этьенном. У них сугубо деловые цели. С другой стороны, женщина права. Этьенн действительно разбирается в одежде. Наверное, не одну женщину принаряжал. Не следует об этом забывать. И даже если он намерен с кем-то встречаться, пока будет в Чикаго, то только не с Мэг Лейтон.

– Его я не буду примерять! – воскликнула она, когда Этьенн протянул ей маленькое черное платье без бретелек. – Это же вечернее платье, оно мне не пригодится.

– Ошибаешься, – возразил он. – По крайней мере, один раз здесь или даже в Париже тебе будет нужно именно вечернее платье. Уверен.

Мэг охватил страх. Что она делает? Мэг Лейтон... некрасивая, неловкая девушка, лицо которой когда-то случайно изувечила мать. Сколько раз ее родные повторяли, что она ничего не добьется, если не похудеет, не скроет шрам и не станет совсем другим человеком. Зачем она примеряет элегантное вечернее платье, будто собирается его носить?

Нахмурившись, Мэг отложила платье в сторону. Заметив ее колебание, Этьенн взглядом услал продавщицу из примерочной и подошел к Мэг. Когда он взял ее за руку, та вздрогнула от неожиданности и странного тепла, которое мигом разлилось по телу.

– Мэг, пожалуйста, примерь его, – тихо сказал Этьенн, наклоняясь к ней. – Ты должна это сделать. Алан был идиотом.

Глаза ее расширились, и Мэг резко вздернула голову:

– Что?

– Ты думаешь, я не знаю, что этот... придурок подорвал в тебе веру в себя, когда позволил тебе уйти?

– У меня никогда не было уверенности в себе... По крайней мере, в том, что касается моей внешности. Я согласна, что могу работать головой, но... как личность...

– Бред какой-то! Ты только посмотри на себя в зеркало. Мэг! – Он повернул ее лицом к одному из зеркал в примерочной. – Посмотри на свои шикарные скулы.

Он стоял сзади, и Мэг чувствовала его дыхание на своей шее. Его пальцы пробежались по ее коже, отчего у нее перехватило дыхание.

– Я... У меня шрам, – напомнила она ему.

– Да, но я, кажется, уже объяснил, как это соблазнительно.

– Думаю, ты просто слепой.

– У меня всего лишь минус один.

Если бы она не была потрясена его близостью, то наверняка бы рассмеялась из-за той серьезности, с которой ответил Этьенн. Однако в тот момент Мэг едва дышала.

– Представь себя в этом платье. Твои волосы можно убрать вот так. – Он скрутил ее длинные волосы и поднял их, оголив шею.

Тут Этьенн замер.

– Что с тобой? Что случилось? – обеспокоено спросила Мэг, пытаясь развернуться к нему лицом.

– У тебя очень красивая шея. Тебе об этом кто-нибудь говорил? – В ответ Мэг только нервно засмеялась. – Я сказал что-то смешное?

– Чудесные слова! Это, конечно, не правда, но очень приятно слышать. Определенно мне пора ехать в Париж знакомиться с французами. Они все такие, как ты?

В зеркале она видела его глаза, которые были потемневшими, но серьезными, даже грустными. Мэг нахмурилась.

– Пара комплиментов. Пара честных замечаний о твоих достоинствах, – раздраженно произнес Этьенн. – И ты хочешь встречаться чуть ли не со всей мужской половиной Парижа. А как же я? Ты спросила, похожи ли они на меня? Что ты имела в виду?

– То, что ты умеешь делать комплименты. Ты так сказал, будто моя шея действительно уникальная.

– Так... Все ясно: тебе нужна не только помощь в деловой сфере. Тебя кто воспитывал, что ты не привыкла к комплиментам?

Мэг покачала головой.

– Мои родители... они не были хорошими родителями для меня. Но не только они. Толстые маленькие девочки со шрамом на лице редко когда слышат комплименты. Если только они не очень умные. Тут есть проблема, в итоге всегда побеждают умные и красивые...

– В этот раз победа будет за тобой. Ты очень привлекательная, – сказал Этьенн, и Мэг показалось, что он чем-то рассержен на нее.

– Пожалуйста, отправьте все покупки по этому адресу. – Этьенн положил на прилавок листок с адресом Мэг и свою кредитную карточку. – И еще понадобится нижнее белье. Разное. Шелковое. Много белья. Мэг...

Однако Мэг начала краснеть, и в этот раз даже она сама понимала, что сделалась пунцовой.

– Ты не должен покупать мне белье! Я не такая женщина, которая...

– О чем ты? Ты что, Мэг, не носишь белье?

Мэг услышала, как кашлянула продавщица, но постаралась забыть об ее присутствии. Она с удивлением посмотрела на Этьенна, но по нему было видно, что он не шутил.

– Иногда нет, – заявила она и прикусила губу, сама смущенная собственной ложью.

Ей должно быть все равно. Все эти разговоры, что она красивая... Надо было сразу понять, к чему он клонит. Как можно было забыть, что ей надо остерегаться мужчин? Алан тоже много приятного ей говорил, но все его слова оказались лживыми.

Мэг еще раз взглянула на Этьенна и поняла, что переборщила. Его глаза потемнели, а взгляд стал чувственным и раздевающим. Вот тогда Мэг окончательно растерялась. Она никогда раньше не вызывала такой реакции у мужчины и не знала, как себя следует вести в подобной ситуации. Ей определенно нужно быть осторожнее с Этьенном Гаваром.

Мэг повернулась к продавщице и на листочке с адресом магазина нацарапала несколько цифр – свои размеры. У нее язык бы не повернулся сообщить размер своего бюстгальтера в присутствии Этьенна. После этого она решительным шагом направилась к выходу, чувствуя, как все продавщицы следят за ней.

Через несколько секунд Этьенн догнал ее и взял под руку.

– Прости меня, – прошептал он.

– За что?

– Я поставил тебя в неловкое положение.

– Ты не издевался надо мной, правда?

– Я дразнил... потому что мы... потому что ты мне нравишься. Я не смеялся над тобой.

Его слова успокоили Мэг и даже оказались ей приятны.

– Но ты шокировал бедную женщину. Ты видел ее лицо?

– Она наверняка подумала, что мы с тобой спим друг с другом. Вернее, думала до тех пор, пока ты не сообщила, что иногда не носишь нижнего белья. Мужчина должен знать о таких вещах, если спит с женщиной.

Между ними ничего подобного не будет! Они с Этьенном станут только друзьями, как бы она ни реагировала на его прикосновения. Это было очевидно с самого начала! Никаких сожалений и надежд!

– Этьенн, кстати, а зачем мне новое белье? Его никто же не увидит, кроме меня! – воскликнула Мэг, потому что слова Этьенна напомнили ей о причине их спора.

– Тебе должно быть стыдно за такие заявления. Тебе в любом случае нужно чувствовать себя привлекательной и сексуальной женщиной. Сегодняшний день показал, что нам придется не только реанимировать компанию, но и научить тебя воспринимать себя суперженщиной. Я, оказывается, не до конца оценил сложность ситуации. Ну, ничего, и с этой задачей мы справимся. Отныне мужчины будут за тобой бегать толпами, а женщины – восхищаться и завидовать.

Мэг рассмеялась, услышав его оптимистичные заявления. Удивительно, как этот мужчина неожиданно ворвался в ее жизнь, а теперь еще и обещает полностью все изменить. Этьенн преисполнен энтузиазма и уверенности в себе. Он казался полной ее противоположностью.

Прощаясь, она не удержалась и задала вопрос, над которым думала во время всего пути к своему дому:

– Ты ко всему относишься с такой страстью?

– Ты о чем?

– Я имею в виду... работу и меня тоже. Я, конечно, сама попросила тебя о помощи, но ты так рьяно взялся за дело. Понимаю, что должна соответствовать своей позиции в компании, но... Ты такой уверенный во всем, целеустремленный и настойчивый. У тебя когда-нибудь возникают сомнения? Вопросы?

Мэг смутилась собственной смелости и подхватила на руки Молнию, которая неожиданно не стала даже сопротивляться и позволила себя приласкать.

– У меня бывает много вопросов, на которые я никак не могу найти ответы. Ты себе и представить не можешь, – тихо ответил Этьенн. – Я делаю много ошибок, о которых потом жалею. Каждый день у меня появляются сомнения, но я честен и говорю то, что думаю. Мэг, ты правда удивительная, необыкновенная женщина.

– И откуда ты это знаешь?

Этьенн улыбнулся и взял ее за подбородок.

– Потому что ты вернулась в компанию, хотя тебе совсем не хотелось этого делать. Ты перешагнула через свои страхи, чтобы помочь друзьям. А еще я это знаю, потому что мужчина и у меня есть глаза.

Сказав это, он нагнулся и нежно поцеловал Мэг в губы. В следующее мгновение Этьенн уже спускался вниз по лестнице, а она смотрела ему вслед, не в силах пошевелиться.

– Увидимся завтра утром, Мэг, – крикнул Этьенн снизу.

Глава 4

Этьенн оглядел всех сотрудников компании «Филдман», которые пришли на созванное им собрание. У всех на лицах были написаны двойственные чувства: надежда и настороженность. Ничего удивительного: они впервые встречались со своим новым боссом и не знали, чего ожидать. Его никто не знал, но от него зависело их будущее.

Однако когда в комнате появилась Мэг, все сразу заулыбались, а лица радостно засветились. Со своего места поднялась маленькая Эди и, подойдя к подруге, крепко ее обняла:

– Добро пожаловать домой.

Люди зааплодировали, и посыпались поздравления. Мэг помахала всем рукой, и неожиданно в офисе наступила тишина, которую нарушило тихое замечание одного из мужчин. Все, что уловил Этьенн, было пожелание того, что новый владелец не обманет Мэг, как Алан Филдман. Его соседи зашикали, а Эди снова поднялась со своего места, обвела всех присутствующих суровым взглядом, потом повернулась к Этьенну.

– Мы очень рады, мистер Гавар, что вы купили компанию. Я уверена, что вы станете хорошим начальником для всех нас, – сказала она и обвела рукой аудиторию, давая понять, что выражает общее мнение.

Затем Эди посмотрела на мужчину, отпустившего неосторожный комментарий, и тот виновато потупился. Этьенн бы рассмеялся в любом другом случае, однако разговор об обмане заставил его напрячься. Ему сообщили, что Алан уволил Мэг. Теперь он узнал, что Филдман еще и обманул ее.

Этьенн благодарно кивнул Эди, но про себя продолжал обдумывать новую информацию об отношениях между Мэг и Аланом.

– Я очень хочу помочь каждому из вас. Обещаю, лгать не буду.

Мэг закатила глаза.

– Не позволяй никому руководить тобой, – прошептала она, и многие с настороженностью посмотрели на нее.

Видя испуганную реакцию сотрудников, пораженных, что Мэг осмелилась давать ему советы, Этьенн едва сдержал улыбку. Он благодарно посмотрел на Мэг, показывая ей, что ценит ее желание помочь ему. На ней было одной из облегающих платьев, которые они купили. Из-за этого Этьенну было сложно полностью сосредоточиться на работе, и он то и дело вспоминал, как поцеловал ее. После поцелуя она ничего ему не ответила, однако теперь снова пришла в себя, и это несколько успокоило Этьенна. К его облегчению, Мэг, поприветствовав собравшихся, быстро ушла в кабинет заниматься бумагами, так что он смог сконцентрироваться на общении с работниками компании.

– Мэг у нас бойкая девушка, – пробормотал Этьенн больше для себя, чем для окружающих.

Оказалось, что эта черта ему в ней очень нравится.

– И очень хорошая, – продолжил мужчина, сидящий в углу.

– Это я тоже заметил, – согласился с ним Этьенн.

– Что требуется от нас, мистер Гавар? – спросила нахмурившаяся Эди. – Мы знаем, что дела у компании идут не очень хорошо. Мистер Филдман не стал бы избавляться от нее, если бы все было в порядке. Он так сильно хотел получить компанию в наследство от своей матери, что делал для этого все возможное. А готов он был на многое.

Эди снова нахмурилась, и Этьенну осталось только догадываться, насколько глубоко уходили проблемы с Аланом. Во-первых, у того, конечно, отсутствовала деловая жилка и управлять компанией он не умел. Во-вторых, едва ли он с уважением относился к своим сотрудникам, а тем более ценил их. Скорее всего, у него отсутствовал здравый смысл и он был слеп к талантам окружающих. Уволить Мэг мог только недальновидный человек, однако из всего сказанного Этьенн пришел к выводу, что Алан умудрился еще и каким-то образом обидеть Мэг. Именно из-за этого некоторые из присутствующих были настроены по отношению к новому начальнику настороженно.

– Мне бы хотелось доверия с вашей стороны и спокойствия, – сказал Этьенн, посмотрев на взволнованное лицо Эди. – Я понимаю, что прошу многого. Главное, помните: компания – это ваша работа, ваша жизнь, и мы должны все вместе обеспечить ей будущее.

– Вы хотите сделать ее прибыльной? – спросила Эди.

– Да, – ответил он, хотя его самого деньги интересовали мало. Ему требовалось занятие, которое отвлекло бы от мучительных переживаний. – Я люблю добиваться успеха. Но сейчас важно, чтобы каждый из вас продолжал делать свою работу так, как он это умеет делать, верил в будущее и прислушивался к советам, которые мы с Мэг будем вам давать. Прошу вас решительно пресекать любые слухи о возможном банкротстве компании. Подобные слухи нам ни к чему, тем более что, как я уже сказал, компанию ждет расцвет. Пусть об этом знают все. Мы – команда, поэтому мне будут нужны ваши поддержка и понимание.

– Значит, мы преодолеем кризис? – осторожно спросила одна из сотрудниц.

У Этьенна сжалось сердце. Ну и работенку он себе выбрал!.. Брать на себя ответственность за жизнь других людей, которые находятся в отчаянном положении и им не остается ничего другого, как доверить ему свою судьбу? Почему бы не заняться чем-нибудь другим, более спокойным?

– Могут возникнуть сложности. Я буду давать вам порой странные задания. В рамках закона, разумеется, – добавил Этьенн, увидев испуг на лице одного из мужчин. – Придется урезать траты и экономить, чтобы нормализировать ситуацию. Никаких временных работников и помощи со стороны. Все будет зависеть только от нас. Придется иногда работать больше, чем обычно, заменять заболевших коллег. Предупреждаю, что многие из моих методов нетрадиционны. Но вы должны помнить, что скоро компания будет принадлежать только вам. Когда все уладится, я оставлю компанию вам и уеду в Европу. Однако пока все, что здесь происходит, – моя основная забота. Легко нам не будет.

В комнате стало шумно, и один из мужчин поднялся со своего места.

– Значит ли это, что мы можем вас уволить, если нам не понравится ваша работа?

Этьенн рассмеялся:

– Не торопитесь! Пока не можете. Да у вас и не появится причин меня увольнять. А когда ситуация наладится и пойдет на улучшение, я сам уволюсь.

– А Мэг? Что с ней будет, когда вы уедете? – спросил кто-то.

Этьенн сам задавал себе этот вопрос, но ответа на него не знал. Это его почему-то беспокоило. Мэг – очаровательная женщина, но в его жизни все было временным. Только то, что он держался от всех людей на расстоянии, помогло ему пережить последние три года.

– Все будет зависеть от решения самой Мэг, – в конце концов, ответил Этьенн, но и его самого интересовало, какое решение она примет.

После собрания Этьенн и Мэг уединились, чтобы обсудить дальнейшие шаги и действия, направленные на то, чтобы привлечь клиентов и сделать продукцию компании конкурентоспособной. Мэг склонилась над столом, чтобы посмотреть на свои предложения по новому дизайну, которые держал в руках Этьенн.

– Мне больше всего нравится вот эта твоя идея по обивке для диванов, – сказал он. – Думаю, с нее мы и начнем. Я уже связался с текстильной компанией, которая обещала предоставить нам скидки, если мы будем размещать ее рекламу в буклетах со своей продукцией. Как только будут готовы контрольные экземпляры мебели, мы пошлем образцы на ярмарку, устроим фотосессию и интервью с тобой в местных газетах. Мэг, позволь мне помочь тебе. Ты должна верить в себя и ничего не бояться. Постараешься?

Мэг похолодела и испуганно на него посмотрела. Однако у него был такой успокаивающий и подбадривающий голос, что она в итоге вздохнула и кивнула. Ее снова начинало тянуть к нему, но Мэг понимала, что должна контролировать себя, иначе она способна совершить ошибку, о которой потом пожалеет.

– Спасибо, – мягко сказала она. – Я подготовила для сотрудников описание некоторых их новых обязанностей в связи с предстоящими изменениями.

– Хорошо. Главное, чтобы все понимали, что их усилия будут оплачиваться дополнительно. Я не бедный человек, и к тому же я учредил фонд для сбора средств на реструктуризацию компании.

– Спасибо, – еще раз поблагодарила его Мэг. – Многие из них годы работают здесь. Тут их второй дом.

Как когда-то для нее... До появления Алана Филдмана.

– Они тебя любят, – неожиданно произнес Этьенн, когда их взгляды пересеклись.

– Они знают меня, вот и все. Знают, что я забочусь о людях, которые мне не безразличны.

– Они о тебе тоже заботятся. И некоторые опасаются, что я могу тебя обидеть чем-то.

Мэг потянулась за стаканом, в котором стояли ручки и карандаши. Она старалась не смотреть на Этьенна.

– Я поговорю с ними. Они не должны так к тебе относиться, – наконец сказала Мэг.

Тогда Этьенн взял ее за руку, и Мэг, вздрогнув, выронила стакан. Карандаши с шумом разлетелись по полу, но Этьенн не отпустил ее, продолжая крепко держать за руку.

– Оставь, потом соберем. Мэг... Прошу тебя ни о чем с ними не говорить. Хочу сам выстроить отношения с людьми. Поверь мне, я умею это делать. Я многое умею, но одного не могу точно. Не могу читать мысли. Уверен, мне необходимо знать, что случилось до твоего увольнения. Все знают, только я один пребываю в неведении.

– Это не имеет значения.

– Имеет. Это как-то влияет на то, что люди думают о тебе и обо мне. И сказывается на твоей работе.

– Я не буду тебя обманывать! И стараюсь изо всех сил!

– Знаю, но ты можешь осторожничать и себя контролировать.

– Вот и хорошо. Я давно хотела работать над самоконтролем.

Этьенн улыбнулся:

– Всему есть свое время и место. Конечно, не очень хорошо отчитывать начальника перед его подчиненными.

Мэг склонила голову:

– Ну вот... я опять была неправа.

– Ничего, – усмехнулся Этьенн. – Алан критиковал твои идеи?

«Итак... мы снова обсуждаем Алана», – напряглась девушка.

– Почему ты спрашиваешь?

– Твои друзья... Они беспокоятся о тебе из-за Алана. Я понимаю их, потому что именно он уволил тебя. Но я не понимаю, почему это произошло.

– Он хотел, чтобы я ушла из компании. – Мэг ну очень не хотелось вдаваться в подробности.

– Логично.

– Такое случается. – Она не собиралась отходить от своей тактики.

– А вот и нет, – покачал головой Этьенн. – У меня большой опыт... Я вижу, как ты работаешь. Сказала, что к утру у тебя будут новые идеи. Пожалуйста, одна лучше другой. И ты сама описала их сильные и слабые стороны. Ты умеешь наладить работу, правильно распределив задания между сотрудниками. Ты понимаешь запутанную бухгалтерию Мэри. Мэг! Ты знаешь эту компанию, как никто другой. Ты последний человек, которого надо было увольнять из нее. Что произошло, Мэг?

– И это единственная причина?

– Нет, не единственная. Мне не нравится, когда с людьми плохо обращаются, не ценят их. Конечно, я бы не стал допытываться и давить на тебя, но мне, правда нужно знать, что произошло между тобой и Аланом. Он был руководителем компании, а ты – ее сердцем и мозговым центром. Тебя уволили, значит, в компании были какие-то трения, может быть, секреты, внутренняя борьба...

Мэг закрыла глаза на секунду, потом тяжело вздохнула.

– Все это уже осталось в прошлом, – прервала она его. – Вся внутренняя борьба закончилась с моим увольнением. Алан и его брат путешествовали по миру и не имели к компании никакого отношения. Три года назад они вернулись в Чикаго. Алан обратил на меня внимание, и... мы начали встречаться. Он подарил мне кольцо и объявил всем о нашей помолвке. Вот только дату свадьбы мы так и не назначили. Потом умерла Мэри, и компанию она завещала именно ему, а не брату. Вскоре Алан нанял одну женщину, которую потом назначил на мое место, а меня уволил. Я ему была уже не нужна, так как он добился своей цели.

– Ты хочешь сказать, что он встречался с тобой только потому, что Мэри любила тебя?

– Да. Потому что я была ее правой рукой и наша свадьба давала ему возможность стать со временем генеральным директором компании. Он соревновался с братом. А я об этом даже не подозревала.

Этьенн нахмурился и выругался по-французски.

– Неудивительно, что твои друзья с подозрением ко мне относятся.

– Но это я виновата. Я была наивной и позволила...

Новый поток французских ругательств прервал ее.

– Прости меня, Мэг. Как ты не понимаешь, что ни в чем не виновата! Этот человек – подлец и скотина. Он совсем тебя недостоин!

– Но, тем не менее я собиралась выйти за него замуж. Но это все в прошлом. И сейчас я в порядке.

Конечно, она далеко не в полном порядке, но Этьенну этого не следует знать. Предательство Алана стало для нее жестоким ударом. Ведь ей казалось, что после всех унижений, которые она вынесла в детстве, жизнь налаживается и у нее будет семья и любимый человек рядом. Ее наивность не знала границ!

– Надеюсь, что мы добьемся успеха, и тогда ты докажешь Алану, как он ошибся. Иногда мужчинам не следует доверять.

– А тебе? – удивленно спросила Мэг.

– Святых людей раз-два и обчелся. Я тоже не святой. Но я, конечно, не лгу тебе, как Алан, и не даю обещаний, которые не могу выполнить. И женщинам в том числе. Однако я не льщу себе мыслью, что я лучше всех. Даже в деле всегда возможны непредсказуемые ошибки. Я верю в то, что мы справимся, но не могу дать гарантий. Некоторые вещи мы не в силах изменить.

Мэг был уверена, почти на сто процентов, что он говорил о гибели жены и ребенка, но спросить его об этом не решилась. В его словах ей послышалось предупреждение быть осторожнее и не пытаться сблизиться с ним, и она была благодарна Этьенну за напоминание. Хотя для нее все казалось очевидным с самого начала. Мэг знала, что Этьенн исчезнет из ее жизни так же быстро, как и появился. Их дороги больше никогда не пересекутся после того, как он уедет во Францию. Существует лишь один шанс из миллиона, что их судьбы соединятся!

– Мне пора вернуться к работе, – заметила она. Этьенн остановил ее:

– Говоря о женщинах, я ничего особенного не подразумевал. Я не имел в виду, что ты можешь думать обо мне... как о мужчине. Это было бы самонадеянно с моей стороны.

Он провел рукой по волосам, и Мэг рассмеялась.

– Что?

– Ты смешной. Этьенн, ты смотрел на себя в зеркало? Вся женская половина офиса сейчас больше всего обеспокоена своими прическами и наверняка поправляет помаду на губах. Они были рады видеть меня, но тебя – еще больше. У меня нет таких широких плеч и французского акцента. Я уверена, что тебе не за что извиняться, если ты честно предупреждаешь женщин, что у них нет никаких шансов.

– Может, ты и права. Все равно это звучит самонадеянно.

– Это лучше, чем позволить им надеяться на романтические отношения с тобой.

– Ты советуешь мне табличку на себя повесить?

Мэг ухмыльнулась:

– Было бы весело, но делать это не обязательно. У нас штат небольшой.

– А ты надеешься, что слухи быстро распространятся? И кто же их запустит?

– На сей раз, – со смехом отозвалась Мэг, – я могу взять на себя эту неприятную работу.

– Мэг Лейтон распускает слухи?

– Правду, – поправила она. – Трудная работа, но кто-то должен за нее взяться.

– Ты потрясающая женщина! – вдруг сказал Этьенн.

– А! Еще одна порция комплиментов. Продолжай. Мне они нравятся, – подразнила его Мэг.

Где этот мужчина был раньше? И где он будет через два месяца? Исчезнет из ее жизни! И ей не следует об этом забывать!

Глава 5

Следующие несколько дней прошли в кропотливой работе. Этьенн был в восторге от энтузиазма Мэг и усидчивости остальных сотрудников. Они старательно выполняли все поручения и не жаловались. Он составлял план действий и передавал его Мэг, а та передавала все его поручения сотрудникам, кроме того, она помогала ему разбираться с бумагами и находила время для того, чтобы обдумывать ремонт в самом офисе.

Когда Мэг в очередной раз появилась в кабинете Этьенна, он сразу заметил, что она чем-то смущена.

– Какие-то проблемы? – спросил он.

– Я... Я по поводу краски для офиса. Ты, конечно, не сочтешь это проблемой. Ты не мог бы помочь мне выбрать краску? Я в этом вопросе себе не доверяю. Ты знаешь, меня привлекают яркие цвета.

Этьенн про себя улыбнулся, заметив, что она теребит угол красного платка, накинутого на плечи. Ему нравилась любовь Мэг к ярким цветам, но тут она была права: офис должен выглядеть по-деловому.

– Ладно, поедем за краской.

Мэг покачала головой:

– Что ты! В этом нет необходимости. Я вчера заехала в магазин и отобрала несколько образцов. Сегодня еще раз оценила все свежим взглядом, некоторые забраковала. Остальные ждут твоей оценки в соседней комнате на стене. Я решила, что так будет легче принять решение, а потом мы все закрасим. Так что все, что от тебя требуется, указать на наиболее подходящий колер.

Действительно, она подвела его к стене с четырьмя полосами: бледно-голубой, темно-синей, васильковой и цвета электрик.

– Последний на бумаге выглядел получше, – застенчиво пробормотала Мэг. – Даже я могу сказать, что он не подойдет. Он слишком... слишком яркий.

– Ничего себе, – послышалось за их спинами. – Так можно и ослепнуть. Ну и цвет ты выбрала, Мэг.

Это к кулеру с водой, стоявшему неподалеку от них, подошел один из сотрудников.

Мэг смущенно улыбнулась ему и заметила, что Этьенн почти вплотную пододвинулся к ней.

– Его зовут Джеффом? Верно? – прошептал он ей на ухо. – Чем он занимается?

– Что? Прости? – тоже шепотом спросила Мэг.

– Над чем он сейчас работает?

– Если не ошибаюсь, над платежными ведомостями.

– Вот и славненько. Спроси его, когда он их подготовит и принесет тебе. Скажи это спокойно, но твердо, – проинструктировал ее Этьенн.

– Тебе срочно это нужно узнать? Почему не спросишь сам? Вот же он стоит.

– Но и ты здесь, – возразил Этьенн. – Тебе нужно знать, как женщина добивается положения в деловом мире. Давай!

Мэг некоторое время внимательно смотрела на Этьенна, затем глубоко вздохнула и, быстро кивнув ему, обернулась к Джеффу. Тот собирался уходить к себе, уже наполнив чашку водой.

– Джефф, подожди. Скажи мне, как скоро будут готовы платежные ведомости, над которыми ты работаешь? Я бы хотела, чтобы они были на моем столе уже сегодня. С ними нельзя затягивать.

Неуверенная женщина, – а Этьенн еще несколько секунд назад видел волнение в глазах Мэг, – как по мановению волшебной палочки превратилась в спокойную и уверенную в себе деловую леди. Мужчина бросил на нее удивленный взгляд, потом на Этьенна. Однако Этьенн сделал вид, что рассматривает цвета на стене, так что Джеффу пришлось посмотреть на Мэг:

– Сегодня?

Сначала Мэг слегка заколебалась, но потом мягко сказала:

– Я знаю, что ты можешь все подготовить. Я верю в тебя Джефф.

Мужчина благодарно закивал:

– Спасибо, Мэг... мисс Лейтон. Без проблем, сделаю. – Мэг улыбнулась ему. – Через час. Они будут у вас на столе через час.

Если у Джеффа раньше были сомнения в своей работоспособности, то теперь любые сложности стали ему по плечу.

– Это было бы замечательно, Джефф. Благодарю тебя за желание работать. Твое знание дела и старание очень нам помогают.

Этьенн дождался, когда мужчина уйдет, а потом повернулся к Мэг:

– Ну и для чего, та cheri, я тебе нужен? Я хотел, чтобы ты показала ему, кто здесь начальник, а кто подчиненный. А ты? Прямо-таки покорила его и превратила в своего раба!

– Он был прав по поводу цвета, – возразила Мэг и поморщилась, посмотрев на стену.

– Возможно, но сейчас он зависит от тебя. Джефф – твой подчиненный, и он должен знать, что, если у него возникнут проблемы, ты придешь ему на помощь. Однако тебе следует показывать и то, что ты здесь начальница. Когда меня не будет, кто будет направлять работу всех сотрудников? Тут важно дать всем понять, что в случае возникновения проблемы ты всегда готова помочь, и они могут обращаться к тебе.

Мэг с благодарностью посмотрела на него. Он беспокоился о том, что комментарий Джеффа мог задеть ее! Если бы Этьенн знал, сколько критики в свой адрес ей пришлось выслушать за свою жизнь.

– Запомню и этот совет. Постараюсь ему следовать, – кивая, сказала она, чтобы успокоить Этьенна.

– Ты справишься, потому что любишь эту работу.

– Это ты очень хороший учитель, Этьенн. Но мы до сих пор не решили главную проблему.

– А, краска! Давай остановимся на темно-синей. Когда ее привезут, займемся покраской сами.

– Сами? О!

Этьенн не был уверен в том, что правильно ее понял. Что она хотела сказать своим возгласом? Что это ниже ее достоинства? Ее брали на работу не для того, чтобы красить стены?

Однако неожиданно для него Мэг широко улыбнулась, заставив при этом сердце Этьенна пропустить удар.

– Не смотри на меня так. Я просто очень люблю красить. И поэтому твое предложение... я в восторге!

Она сказала это так, что ей нельзя было не поверить.

Через несколько дней сотрудники офиса переквалифицировались в маляров. С покраской стен офиса они совместными усилиями справились гораздо быстрее, чем ожидала Мэг. Когда работа подошла к концу и все разошлись, в офисе остались только она с Этьенном.

Мэг была смущена тем, что первый раз за их знакомство она видела Этьенна не в белой рубашке с галстуком, а в джинсах и майке. Француз выглядел потрясающе не только в деловых костюмах, но и в самой обычной одежде. Однако сама Мэг тоже была одета в простые джинсы и белую майку, но вот только уже разорванную на плече. Хуже того – она ее всю перепачкала краской в самых невообразимых местах. Огромное пятно на груди так и притягивало к себе внимание.

– Все смотрится отлично. Согласен? Здорово, что мы сами занялись покраской, – сказала Мэг, стараясь не смотреть на Этьенна. – Весело поработали. Иногда нужно расслабиться и подурачиться.

– Ты права. Должен заметить, что мне понравилось наблюдать за тем, как ты дурачишься. – Голос у него вдруг стал более глубоким, отчего у Мэг перехватило дыхание, но Этьенн быстро сменил тему. – Все отлично поработали. Кроме того, это сплотило коллектив. Когда я уеду... я хотел бы оставить тебя за главную. Как я говорил, в перспективе компания будет принадлежать сотрудникам, и, я надеюсь, они поддержат мой выбор. Люди больше сил вкладывают в собственное предприятие. Вот сегодня каждый из них приложил руку к улучшению облика офиса. Нам всем есть чем гордиться.

– Тебя будет не хватать... – тихо сказала, не удержавшись, Мэг.

– Я еще несколько недель с вами. И у нас впереди много работы... Включая сегодняшний день.

– Новый урок для меня? – с энтузиазмом спросила Мэг.

– Не совсем. – Этьенн протянул руку к одной из выбившихся прядей. – У тебя некоторые волосы светлее других. А еще у тебя на волосах краска. Так что мы идем к стилисту.

Мэг сглотнула. Никто никогда не говорил с ней так: в голосе Этьенна чувствовалась забота.

– Ты хочешь меня подстричь? – нервно уточнила она.

«Почему я испугалась? Ничего страшного не случится, если немного подровнять волосы. Уж мою-то простую прическу испортить нельзя», – попыталась успокоить себя Мэг, удивившись своей странной реакции. У нее обычные каштановые волосы, и слегка их подстричь всегда можно.

– Если ты сама этого хочешь, можешь и подстричься. Я предложил пойти к стилисту, чтобы придать волосам форму и убрать с них краску, а дальше тебе решать. Согласна?

Мэг понимала, что Этьенн просит ее довериться ему, хотя тот ни слова об этом не сказал. Ей хотелось ответить «да». Может, работать малярным валиком она любила, однако это было легким занятием по сравнению с приведением своих волос в порядок. Ей никогда это не удавалось. Мэг хорошо помнила, как ее неуклюжие попытки уложить какую-нибудь особую прическу вызывали раздражение отца.

Довериться Этьенну? Сердце ее сжалось. Разве не из-за доверчивости она всю жизнь сталкивается с неприятностями? Когда она начнет учиться на собственных ошибках? Ей хотелось, чтобы Этьенн помог ей построить карьеру, однако нельзя было полностью отдаваться в руки малознакомого человека.

– Я сама поговорю со стилистом! – отважилась наконец Мэг.

Она ему доверяет, но все равно последнее слово должно быть за ней.

– Конечно, – кивнул Этьенн. – У тебя есть самый любимый стилист?

– У меня... у меня нет стилиста... вообще.

– Все ясно. Тогда я знаю, куда мы поедем.

Он отвез ее в дорогой салон, там Мэг сразу усадили, однако первый же вопрос стилиста о предпочтениях вызвал у девушки панику.

Мэг тяжело вздохнула и повернулась за помощью к Этьенну:

– Я понятия не имею... Я даже не знаю, что сказать...

Этьенн усмехнулся:

– Не беспокойся, ты будешь следить за процессом, если что-то тебе не понравится, ты всегда можешь остановить Даниэля.

– Нет! – возразил стилист. – Я творец. По указке не работаю. И не могу же я останавливаться на полпути?

– Это понятно, но вы должны учитывать пожелания клиентов. Не хочу, чтобы Мэг потом сожалела о решении подстричься.

– Обещаю, она не пожалеет.

На лице у Мэг застыла маска ужаса, когда Этьенн посмотрел на нее.

– Уберите краску и подровняйте кончики, – пришел ей на помощь Этьенн. – Придайте форму, не надо много срезать.

Осознание того, что он всегда придет на помощь, вдохновило Мэг.

– Нет, вы можете их чуть подкоротить. До плеч, – смело сказала она.

– Хорошее решение, – согласился Даниэль. – Вам пойдет, если волосы будут обрамлять ваше лицо. Это добавит женственности и мягкости. Давайте я еще сделаю вам челку. Мало кому идет челка, но вас она украсит.

– Этьенн, как ты считаешь?

Ну вот, его комплименты слегка вскружили ей голову, раз она всерьез размышляет, пойдет ей челка или нет. Как будто челка может сделать из нее красавицу!

– Думаю, что Даниэль – специалист в своем деле и нам следует ему довериться.

Мэг посмотрела на высокого худого мужчину, нетерпеливо ожидающего ее ответа.

– Простите меня за нерешительность, но поймите: речь идет о поворотном моменте в моей жизни. Челку так челку, – вздохнула Мэг, поудобнее устраиваясь в кресле.

Даниэль воспользовался ее разрешением и сделал Мэг челку, при виде которой она пришла в восторг. Когда они вышли из салона, Мэг не удержалась и остановилась, чтобы рассмотреть свое отражение в витрине. Ей челка и вправду прибавила женственности.

– Ты выглядишь потрясающе, – поддержал ее Этьенн.

– Спасибо. Спасибо, что отвел меня к Даниэлю. Ты удивительный человек, Этьенн, – выдохнула Мэг.

Никто раньше не заботился о том, как она выглядит, уложены ли у нее волосы. Конечно, все это было частью их соглашения, которое они заключили. Однако Этьенн мог ограничиться парочкой советов, а не заниматься ее превращением в уверенную и независимую от чужого мнения женщину. Мэг уже действительно чувствовала себя совершенно по-другому.

Глава 6

Этьенн начинал нервничать. Он понимал, что должен быть с Мэг осторожнее, поскольку та с каждым днем все больше благодарила и восторгалась им. Еще немного, и она станет думать о нем гораздо лучше, чем он того заслуживает.

Это будет катастрофой. Годовщина смерти жены приближалась, и ему становилось сложнее справляться с собой. Ему-то известно, что он за человек, а Мэг видела в нем хорошего парня. Велика вероятность того, что он сорвется и разочарует Мэг...

Но этого допустить нельзя ни в коем случае! Поэтому Этьенн с головой ушел в работу, пытаясь всеми способами реанимировать компанию и наладить производство. Он и Мэг занимались ведением дел в офисе и уборкой в здании. Кроме того, Этьенн взял на себя покупку новой техники, ремонт фасада дома и замену вывески компании.

Потом он организовал встречи с представителями текстильной фабрики и проведение в офисе фотосессии, когда в рекордные сроки были подготовлены новые образцы обивки мебели, которые они с Мэг выбрали для новой линии.

Не доверяя себе, Этьенн старался избегать Мэг или, по крайней мере, не оставаться с ней наедине, хотя в глубине души и понимал, что не в силах бегать от нее вечно. Да и Мэг могла заметить его странное поведение и наверняка расстроиться.

В один из дней, дождавшись, когда все уйдут, Этьенн заглянул в кабинет Мэг. Она сидела за столом и что-то настукивала на клавиатуре, внимательно глядя на экран. Он кашлянул, давая знать о своем присутствии, и этим напугал ее.

– Прости! Я хотел поговорить с тобой, – пробормотал Этьенн, когда Мэг прямо-таки подпрыгнула на стуле.

– Да, слушаю, – ответила она, поднимаясь ему навстречу.

На ней была белая блузка и простая синяя юбка – строгий деловой вид, если бы не болтающиеся на руке три красных браслета и того же цвета носок у темно-синих туфель. Мэг очень любила красный цвет, и он ей определенно шел. Красный хорошо смотрелся на фоне ее нежной бледной кожи. Тут Этьенн решил остановиться в своих размышлениях, чтобы не зайти слишком далеко.

– Прости, что испугал! Мне нужно с тобой кое о чем поговорить.

– Да, конечно. Слушаю, – ответила Мэг.

– Я должен извиниться перед тобой.

– За что?

– У нас назначена встреча с журналистами из местных газет... – Этьенн посмотрел на часы. – Минут через сорок пять.

Ее глаза распахнулись.

– Этьенн!.. Ты знаешь, что я к этому не готова! – Голос у нее задрожал от волнения.

– Готова! Ты в курсе всех наших планов. Послушай, когда я уеду... если ты останешься, то тебе придется общаться с прессой. Ты лицо компании, Мэг! Ты справишься. Я буду рядом. Все эти недели у тебя проблем же не было?

– Ну, это другое. Здесь все свои. Они уже не обращают внимания на мою неловкость. Они только слегка улыбаются, когда я в очередной раз обо что-то стукаюсь или надеваю что-нибудь чересчур яркое. И никто из них не будет писать в газетах о моих ошибках, чтобы люди об этом читали за утренним кофе.

Этьенн подошел к ней ближе и взял за руку:

– Мэг, посмотри на меня.

Она послушно подняла голову, и он с ужасом увидел, что ее глаза блестят.

– Ты... Мэг! Ты плачешь? Я... Черт! Я решил не говорить тебе заранее, чтобы ты не волновалась. Черт! Теперь ты так испугалась, что даже плачешь! Мэг! Прости...

Ему стало не по себе.

– Не извиняйся! Я в порядке. Я не буду плакать. – Она смахнула слезы и прикусила губу. – Это глупо, по-детски. Я не плачу. Уже давно не плачу.

Сердце у Этьенна сжалось при этих словах. Из-за него Мэг расплакалась впервые за долгое время. Он довел ее до слез. Однако было видно, что она приложит все усилия, чтобы остановить их.

– Мэг, прости! – воскликнул Этьенн, обнимая ее за талию и прижимая к себе. – Я думал, что мои слова вселят в тебя уверенность и все будет хорошо. Но я не буду рисковать тобой, если ты не готова.

Ему хотелось посмотреть Мэг в глаза, чтобы она понимала, что он был серьезен, как никогда. Однако она спрятала лицо у него на груди, и Этьенн не смог увидеть ее реакцию. Скорее всего, Мэг растерялась и не знала, что ей делать.

– Что я буду за бизнесвумен, если спрячусь в кусты при первой же сложностях? Я попросила тебя о помощи, а сама... При первой же по-настоящему стрессовой ситуации я начинаю канючить и жаловаться. Это ты прости меня, Этьенн, что так глупо себя веду, – сказала Мэг, подтверждая его опасения. – Я должна держать себя в руках. Просто... я неловко себя чувствую при публичных речах и при общении с незнакомыми людьми. Я еще недостаточно готова к подобным вещам.

– Но со мной у тебя никаких проблем не было.

– Ты – другое дело.

– Почему?

– Ты... это ты.

Этьенн улыбнулся ее признанию и еще крепче обнял ее. Ему нравилось обнимать Мэг, но вдруг она отстранилась от него и посмотрела ему в глаза. Ее глаза блестели, но слез уже не было видно.

– Правда, прости меня, что я расплакалась, – твердым голосом начала Мэг. – В свое оправдание могу сказать только одно. Я не была желанным ребенком. Родители уже были в возрасте, у них была взрослая дочь. На самом деле они планировали развестись, но им пришлось поддерживать видимость семьи из-за того, что появилась я. Отец был бы не против сына, мама... она бы была довольна, если я была бы красивой, как сестра. Потом... в один из редких дней, когда мама играла со мной... она катала меня на качелях, и я упала. С тех пор у меня шрам. Для нее и для отца он стал символом ошибки, которую они совершили... И они предпочитали большую часть времени игнорировать мое существование. Я много читала и сидела около телевизора, ну и потолстела к тому же. В школе, как я уже говорила, дети меня не очень-то жаловали. Замкнутая, стеснительная и полноватая девочка никому не нравилась. Так что у меня не было возможности научиться общению с людьми. Только Мэри помогла мне, взяв на работу...

– Мэг! Перестань критиковать себя! – прошептал Этьенн, гладя ее по голове.

Она покачала головой:

– Не надо... Я тебе это рассказала не для того, чтобы ты жалел меня.

– Знаю... Ты особенная.

– Я... одним словом, это трудно для меня – стать публичным человеком, но я хочу учиться. Я сама попросила тебя помочь, так что все в порядке. Сейчас успокоюсь и соберусь с мыслями. Дай мне пару минут.

Он должен был предупредить ее, чтобы дать время подготовиться к пресс-конференции! А еще ой должен был знать больше о жизни Мэг... Иначе ей не пришлось бы извиняться перед ним за своих родителей, которые не имели права так обращаться с дочерью! У многих возникает страх перед публичными выступлениями, но Мэг пришлось еще и извиняться перед ним за это. Он поставил ее в сложную ситуацию, а она просит у него прощение!

Этьенн наклонился и посмотрел в глаза Мэг. Он заметил, что она раскрыла рот, чтобы снова успокаивать его и убеждать, что скоро будет готова к встрече с журналистами.

Это уж слишком! Этьенн прижал ее крепко к себе и закрыл рот поцелуем, не дав ей сказать ни слова. Мэг сразу расслабилась в его объятиях, и ее руки обвились вокруг шеи Этьенна. Ему нравился ее вкус, о котором он не мог забыть с их первого поцелуя. В этот раз он дал ей возможность ответить на поцелуй, что, к его удовольствию, Мэг и сделала.

Она слегка застонала, и волна желания обладать ею захлестнула Этьенна. Он раздвинул ее губы языком и проник внутрь. Сколько часов, нет – дней, он подавлял свое желание. Но что, если кто-нибудь вернется?.. Люди, которые помнят, как другой мужчина обидел ее...

Этьенн замер и мгновенно отстранился от Мэг. Она замерла, не понимая, что происходит.

– Прости! – прошептал он, еще больше отодвигаясь от нее.

– Пожалуйста, не извиняйся.

– Я должен.

– Нет! Не говори мне ничего.

Он не дал ей отступить назад, когда понял, о чем она думает.

– Я не притворяюсь. И поцелуй... мне действительно хотелось поцеловать тебя. Прошу прощения за то, что не могу остаться. Не хочу тебя обманывать. Прости меня, потому что я не должен был начинать того, что... того, у чего нет будущего.

Она слегка улыбнулась, и Этьенну захотелось снова сжать ее в объятиях. Однако потом Мэг вдруг опять помрачнела:

– Все эти переезды... Я... Это не мое дело... Я не имею права спрашивать, почему ты...

– Ее звали Луиза, – начал он. – Мы с ней были знакомы с детства. Когда умер мой отец, я остался единственным наследником, и моя мама возложила на меня все свои надежды на продолжение рода и так далее. Я сделал то, что был обязан сделать: взять на себя все обязанности, создать семью. Мне не хотелось, но мать переживала и давила на меня. Женившись на Луизе, я понял, что она меня любит, но в основном оставлял ее с матерью в Париже, проводя много времени в деловых поездках.

Мэг прикусила губу. Лицо ее выглядело озабоченным.

– Этьенн, ты можешь мне ничего не рассказывать...

– Наверное, ты должна все знать. Я приехал, чтобы спасти компанию, но я не такой хороший человек, каким тебе кажусь. Понимаешь?

– Нет, ты хочешь, чтобы я думала о тебе хуже, чем ты есть на самом деле!

Этьенн покачал головой. Он бы улыбнулся, если бы не знал, к чему привело его отношение к жене.

– Нет. Я использовал Луизу, чтобы добиться поставленных передо мной целей. Мне нужна была жена из уважаемой семьи. Потом мне оказался необходим наследник. – Этьенн сделал паузу. – Она не хотела детей, но потом понадеялась, что родившийся ребенок заставит меня больше бывать дома. Но, ни во время ее беременности, ни из-за возникших в ходе нее проблем я не стал отказываться от поездок. Меня не было рядом, когда она умерла...

Он не мог продолжать говорить. Ему хотелось вернуть время вспять, чтобы исправить все свои ошибки. Его бесило то, что он не в силах ничего изменить.

Мэг дотронулась до руки Этьенна.

– Как ты мог знать? – мягко проговорила она. – Этьенн, я знаю, что ты бы сделал все, чтобы спасти их, если бы мог.

Этьенн не мог ничего ответить. Он предал Луизу. Она страдала от одиночества, но его это не волновало. А после смерти Луизы он разбил сердце своей матери, заявив, что отказывается от семейного бизнеса и больше не собирается жениться. Извинения и обещания подумать не помогли: мать все равно чувствовала себя ответственной за то, что он страдал. И она умерла, считая, что у семьи Гавар нет будущего.

Он разочаровал их, но должен сделать все, чтобы не причинить боль Мэг. Только не ей!

Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, как она расстроена и огорчена.

– Этьенн... Вот я опять не сдержалась и... Разбередила старые раны... Прости! Я не должна была все вот так тебе выкладывать. Прости, что вмешалась не в свое дело.

Этьенн покачал головой:

– Нет, тебе следовало все давно узнать обо мне, Мэг. Теперь ты понимаешь, что я не имею права заводить отношения. Не хочу обидеть тебя. Когда уеду, я буду скучать по тебе, но остаться не могу. Я выполню свое обещание и помогу тебе, но не хочу давать тебе напрасные надежды. Я не могу остаться. Не могу.

Мэг не моргнула, не отступила назад, а через какое-то время даже придвинулась ближе.

– В таком случае у нас мало времени, – сказала она. – Так что мне пора учиться быть независимой и уверенной в себе женщиной, которая может возглавлять компанию. Согласен? Хочу, чтобы ты был доволен результатами своей работы со мной. Я тебя не подведу. И под твоим внимательным оком я буду рада встретиться сегодня с журналистами и постараюсь выполнить все твои задания.

Он никогда так не гордился ею, как в тот момент. Она стояла перед ним высокая, красивая и элегантная, и в ней уже чувствовалась растущая уверенность в себе. Однако Этьенн с грустью думал о будущем. Уехать и никогда больше не видеть ее будет трудно... Однако иначе и быть не могло. Нет смысла думать о том, чтобы остаться рядом с ней. Нельзя рисковать благополучием Мэг. С ним она станет несчастной и, может, даже возненавидит его со временем, когда он разочарует ее.

Глава 7

Когда они вошли в конференц-зал и Мэг увидела десяток репортеров, в основном женщин в черных костюмах, ей захотелось развернуться и уйти в свой кабинет.

Однако она этого не сделала и даже не посмотрела на Этьенна, хотя понимала, что тот в любую минуту готов поддержать ее. Что бы он сказал, если бы узнал, какие ужасные оценки ей ставили порой в школе, потому что она смущалась и забывала слова, когда выходила к доске?

Не важно! Зачем ему знать об этом? Ей нужно было сделать все, чтобы не подвести Этьенна и всех сотрудников компании. Особенно Этьенна. Его и так мучило чувство вины, и Мэг не собиралась усугублять ситуацию. Пусть у него не возникнет ощущения, что и ей он не смог помочь. Хоть она и являлась лицом компании по предложению Этьенна. однако владельцем оставался именно он. Если дела у фирмы не пойдут в гору, то вся ответственность падет на него. В ее силах было помочь ему и всем сотрудникам компании «Филдман». Она справится. Мэг молилась только об одном: только бы не показаться журналистам некомпетентной.

Сегодня ей представился шанс показать себя бизнесвумен, хорошо знающей свое дело. Только научившись держаться перед незнакомыми людьми и производить благоприятное впечатление, она сможет стать достойной ученицей Этьенна. Главное – не думать о его потемневших голубых глазах, когда он целовал ее менее часа назад.

Мэг обошла стол и встала лицом к журналистам. Она судорожно пыталась вспомнить все советы, которые давал ей Этьенн, пока они шли в конференц-зал, и названные им цифры, которые нужно было упомянуть. Все, что ей приходило в голову, это его последние слова: «Будь собой, Мэг».

Она обвела глазами собравшихся и открыла рот, не зная, что ей говорить. Все повторялось: как когда-то в школе, из головы вылетела вся нужная информация. Тут ее взгляд остановился на Этьенне, который улыбался. В его глазах она не увидела ни капли озабоченности. Он верил в нее.

– У меня самая лучшая работа в мире, – начала Мэг, хотя они обговаривали совсем другое начало. – Потому что мне повезло, и я счастлива работать с такими чудесными людьми. Я работала в компании «Филдман» с шестнадцати лет. Год назад мне пришлось уйти из компании, но мистер Гавар пригласил меня обратно несколько недель назад. Мы... партнеры, и с активной помощью всех сотрудников мы намерены реорганизовать компанию «Филдман». Клиенты будут заинтересованы нашими предложениями. Кроме того, мы по мере сил постараемся помогать бороться с экологическими проблемами. Мебель и аксессуары нашей компании будут удобными, экологически безопасными и эксклюзивными. Мы уже начали реорганизацию и хотим поделиться с вами нашими успехами.

Она раздала проспекты с новыми образцами, которые они с Этьенном разработали, чтобы компания «Филдман» выделялась среди множества подобных фирм.

– Наша мебель будет ручной работы. Мы будем использовать только натуральные материалы.

– Это разве не накладно?

– Дорого, поэтому мы благодарны мистеру Гавару за то, что он купил компанию и вложил в нее деньги. Хотя он и намеревается в будущем продать свои акции сотрудникам компании.

– Мистер Гавар, что вы нам скажете обо всем этом? Мы хотели бы узнать подробности, – произнесла одна журналистка, которая так и пожирала Этьенна глазами.

– Это пресс-конференция Мэг Лейтон. Сегодня все ваши вопросы к мисс Лейтон.

– Вашему... партнеру. А он на самом деле только ваш партнер? – спросила женщина, разворачиваясь к Мэг.

Мэг сглотнула. Как ей реагировать на такой бестактный вопрос? Советы Этьенна промелькнули у нее в голове, и ей удалось подавить свои эмоции.

– Мисс Баннер, – улыбаясь, сказала она, – соглашусь с вами, что мистер Гавар привлекает внимание женщин к себе. Однако посмотрите на меня. Мне, конечно, к лицу моя новая стрижка, но все-таки уверена, что такой мужчина, как мистер Гавар, может с легкостью найти себе более достойную пару, нежели я. Знаете, думаю, ни одна женщина не сможет устоять перед ним.

Этьенн скрестил руки на груди.

– Я бы хотел напомнить, что наша конференция посвящена компании «Филдман», – произнес он.

Женщины рассмеялись, а мужчины усмехнулись.

– Намек понят, – сказал кто-то.

– Думаю, ваши идеи помогут оживить компанию, – сказал кто-то другой. – Ваша продукция наверняка привлечет внимание на предстоящей выставке.

– Вот и напишите об этом, пожалуйста.

– Обязательно.

Мэг улыбнулась и стала отвечать на следующий вопрос. Когда пресс-конференция закончилась и все разошлись, Этьенн подошел к ней.

– Это была одна из самых неформальных пресс-конференций из тех, что я видел, – сказал он.

Она опустила голову и принялась крутить пуговицу своего жакета.

– А ты на многих присутствовал, да?

– Тысячах.

– И такой не видел? Хм...

– Я не услышал никакой статистики.

– Я увлеклась и забыла о ней.

Он подошел еще ближе.

– Никакой информации о расписании выставок.

– И об этом тоже забыла.

– Ты ничего не сказала о своей предстоящей поездке в Париж и международной выставке, которая привлечет клиентов из Европы.

– В следующий раз... Я обязательно об этом упомяну.

Этьенн обнял Мэг и прижал к стене. Он поцеловал ее так, что у нее подогнулись ноги. Обхватив девушку за талию, Этьенн снова приник губами к ее губам.

– Эта пресс-конференция стала для меня пыткой. Я едва сдерживался, когда ты смотрела на меня так, будто хочешь утащить меня в постель. Ну и представление ты устроила! А теперь поцелуй меня, Мэг!

И она это сделала.

– Ты удивительная, – прошептал он. – Никогда так больше не делай.

– Не целовать тебя? – спросила она, дразня его, хотя сама вся пылала от желания снова почувствовать его губы.

– Не дразни меня, когда на нас смотрят люди. Я был близок к тому, чтобы броситься на тебя и уложить прямо на стол... А это было бы неправильным.

– Согласна, потому что журналистки потом разорвали бы тебя на части.

– Ты сводишь меня с ума.

– Ты тоже сводишь меня с ума, но...

– Знаю, – сказал Этьенн, проведя пальцем по ее щеке. – Мы не должны этого делать. У тебя есть все для того, чтобы покорять сердца людей. Ты только раньше этого не знала и не пользовалась своими чарами. У тебя все будет отлично. Ты справишься.

Она знала, что он говорил о том времени, когда его не будет рядом. Этьенн много раз повторял, что ничего нельзя гарантировать, но Мэг была уверена на сто процентов, что он уедет в Париж, как только производство наладится. Благодаря ему, у нее стало получаться держаться уверенно на людях. Однако придет день и Этьенн улетит во Францию. Тогда она останется одна. Навсегда.

Нужно перебороть свою тягу к нему. Самым лучшим выходом стало бы постараться сохранять между ними дистанцию. Ну, может быть, не прямо сейчас.

Глава 8

Сейчас она позволяет себе таять в объятиях Этьенна, но придет время, и они с Молнией останутся вдвоем. Ей нужно было морально готовиться к тому дню, когда Этьенн упакует свои вещи и уедет в аэропорт. Совершенно бесполезно и опасно для ее психического здоровья надеяться на то, что Этьенн будет с ней дольше, чем несколько следующих недель. Ужасно, что с каждым днем ее мечты становятся все более яркими и все менее реальными.

Чтобы избегать мыслей об Этьенне, Мэг решила посвятить себя работе над своим будущим. Она занялась чтением и купила все рекомендованные Гаваром книги по ведению бизнеса, стала проводить больше времени с сотрудниками компании. Наблюдая за их работой, Мэг училась относиться к ним не только как к друзьям, но и как к подчиненным и решать возникающие проблемы не по-приятельски, а как опытный руководитель. Погружаясь в насущные дела, она старалась не замечать присутствия Этьенна. Тот, казалось, тоже с головой ушел в работу.

У него каждый день были деловые встречи, количество которых только выросло после публикации в газетах статей о компании. Мэг заметила, что он избегал ее, но не стала винить его ни в чем.

Она подозревала, что у него имеются на это веские причины. Этьенн не упоминал дату смерти жены, но Мэг все равно ее знала. В одной из статей, которые она нашла, муссировались слухи, что Этьенн заперся в гостиничном номере на целых две недели в прошлом году. Годовщина неумолимо приближалась. Очевидно, он работал с таким рвением для того, чтобы забыться либо наказать себя. Все это могло сказаться на здоровье Этьенна, и Мэг, как его партнер и друг, чувствовала себя обязанной помочь ему.

Нельзя было оставлять Этьенна наедине с чувством вины. Его следовало поддержать.

Решительно отложив бумаги, которые просматривала, Мэг направилась в офис Этьенна. Она застала его и Энди, компьютерного дизайнера, за обсуждением рекламных постеров.

– Посмотри, Мэг. Что думаешь? – спросил Этьенн, заметив, что она вошла.

Мэг мгновенно подумала о том, что никто, кроме Мэри, никогда не обращался к ней с просьбой высказать свое мнение. Ей стало приятно, оттого что оба мужчины выжидательно смотрели на нее.

– Я думаю, все выглядит так, как нужно. Отражает новый этап развития компании...

– Но... – помог ей Этьенн.

Мэг посмотрела на Энди.

– Говорите, босс, – сказал тот. – Мне важно услышать ваше мнение.

– Шрифт кажется слишком...

– Я так и знал! – воскликнул Энди. – Несерьезным, да? Как в детских мультиках... Надо еще над ним поработать.

Машинально Мэг положила руку ему на плечо:

– Ничего. В целом все выглядит отлично. Этот шрифт еще может пригодиться – в рекламе детской мебели например. А сейчас ты можешь подобрать какой-нибудь более простой? Ну, чтобы люди не обращали внимания сначала на буквы, а потом на мебель.

– Да... верное замечание. Надо подумать... Я тогда кое-что изменю и принесу вам показать, хорошо? И вам, мисс Лейтон, тоже.

Мэг вздрогнула, потому что никак не могла привыкнуть, что к ней все стали обращаться по фамилии.

– У вас меткий глаз, мисс Лейтон. Мы с мистером Гаваром никак не могли понять, что тут не так. Пойду дорабатывать.

И Энди вышел из кабинета, как будто ничего необычного не случилось, а Мэг с изумлением смотрела ему вслед.

– Знаю, это глупо, но я не чувствовала раньше, что мой совет может кому-то помочь, – призналась она, поворачиваясь к Этьенну.

– Ты шутишь? Да ты лучше всех работаешь.

– Не лучше тебя.

– Лучше! У тебя столько энергии. – Он улыбнулся, и у него на щеках появились ямочки, которые по ночам не давали Мэг покоя.

Ей пришлось на некоторое время сконцентрироваться на дыхании, чтобы Этьенн не заметил, как на нее действует.

– Это оттого, что когда я волнуюсь, все делаю быстрее. Говорю быстрее, хожу быстрее.

– Главное, не переусердствуй. Мы работаем в меру наших сил. Не доведи себя до истощения, пожалуйста.

– Вот и я тоже за тебя беспокоюсь, – сказала Мэг, вспомнив о цели своего прихода.

– Я в порядке, – ответил Этьенн, заметив, что она решительно вздернула подбородок.

– Ты перерабатываешь.

– Вредная привычка, – согласился Этьенн.

– Это нехорошо.

– Почему?

– Потому что. – Она скрестила руки на груди.

– Хорошая причина, – усмехнулся он.

– Я попытаюсь придумать что-нибудь потом... Слушай, ты уже в Чикаго несколько недель, а город так ведь и не видел. Нет же? Ты хорошо знаешь, что где находится, но посмотреть на наши достопримечательности у тебя возможности так и не было. Ты все это время только и занимался тем, что помогал мне и компании.

– Ясно, ты за меня волнуешься. Не беспокойся, Мэг. Мне нравится заботиться о тебе.

При этих словах ей захотелось прижаться к нему, да и Этьенн как-то по-особому смотрел на нее. С трудом Мэг поборола свою слабость и напомнила себе, что не должна привязываться к Этьенну, а тем более показывать свое отношение к нему.

– Это очень мило с твоей стороны... Но пришло время мне позаботиться о тебе.

Он изогнул бровь.

– Не делай этого.

– То есть?

– Ты знаешь. Бровь не выгибай. Или ты пытаешься отвлечь мое внимание от темы разговора?

– Не знал, что могу этим отвлечь твое внимание, – удивленно сказал Этьенн.

Она хитро улыбнулась ему, а про себя подумала, что нужно внимательнее следить за словами. Ему не следовало знать, какую власть над ней имеет.

– Ты вводил меня в деловой мир, теперь я хочу быть твоим гидом, – вернулась Мэг к теме разговора. – У тебя будет свободное время после работы?

– Для чего?

– Для осмотра достопримечательностей. Тебе нужно подышать свежим воздухом, полюбоваться Чикаго. А то ты целыми днями с нами тут нянчишься.

– Ты приглашаешь меня?

Она покраснела. И почему ей раньше казалось, что она никогда не краснеет? Может, потому, что только в присутствии Этьенна щеки ее начинали пылать? И в чем же причина? Впрочем, лучше не думать об этом!

– А что такого в том, если один друг приглашает другого посмотреть город? – спросила она, еще больше задирая подбородок.

– Ничего. И я буду рад иметь тебя в качестве гида, – усмехнулся Этьенн.

Они улыбнулись друг другу. Зазвонил телефон, и Мэг решила, что ей пора возвращаться к работе.

– Боюсь, это абсолютно невозможно. Когда вы продавали мне бизнес, я специально оговорил, что покупаю все целиком, – раздался за спиной голос Этьенна, и Мэг не смогла больше сделать ни шага. – Вы прекрасно знаете, что не имеете больше никакого отношения к компании и не можете ни на что претендовать. Я не только не собираюсь продавать вам компанию обратно, но вы даже одну акцию от меня не получите. Можете не стараться. И никогда не пытайтесь связываться ни со мной, ни с другими сотрудниками. Да и еще – не звоните сюда больше!

Сердце Мэг тяжело билось. Она повернулась к Этьенну. Глаза у нее, наверное, расширились от ужаса. Скорее всего, по ее лицу даже можно было заметить, что ей страшно, но Мэг это не волновало. Она не могла не заметить, что, несмотря на спокойный голос, Этьенн сжал свободную руку в кулак.

– Он тебе и раньше звонил? – выдохнула она.

– Один раз. Я едва удержался от того, чтобы не назначить ему встречу в темной аллее и не набить морду. Он заслужил это тем, как обошелся с тобой. Но такие, как он, не боятся придавать огласке даже свои мерзости. Мэг... Он не причинит тебе больше вреда. Никому в компании! Я исключил все возможности, и у него ничего нет, чтобы предъявить права на «Филдман». Если он осмелится... обратиться к тебе, сразу же звони мне. Не думаю, что он будет так глуп, но все же. Нет, я верю в тебя, но... я сам лучше разберусь с этим мерзавцем.

– Спасибо, – пробормотала Мэг с облегчением. Этьенн покачал головой и ободряюще улыбнулся.

– Не за что. Это теперь моя компания, и я просто обязан защищать всех вас, – сказал он. – Ну и какие у нас планы? Кажется, мы собирались сбежать с работы и хорошенько отдохнуть?

– Верно, я что-то в этом роде тебе пообещала.

Несколькими часами позже они стояли под «Бобом», как местные жители прозвали главную скульптуру парка «Миллениум».

– Удивительная скульптура. Мне больше нравится ее настоящее название «Ворота-Облако», – сказал Этьенн, рассматривая их с Мэг отражения на поверхности огромной капли металла. – Что она с нами сделала, посмотри!

– Этьенн! – покачала головой Мэг и шутливо погрозила ему пальцем. – Ты обещал, что сделаешь из меня привлекательную женщину, а не это чудовище, которое на нас смотрит. Что ты со мной сделал, злодей?

Подростки, стоящие неподалеку, косо посмотрели на них, так что Этьенн развел руками и наигранно тяжело вздохнул.

– Она слишком много работала, – сказал он им, и Мэг не смогла сдержать смех. – Видите, так измотана, что с катушек начинает сходить.

– Да, с головой у нее что-то не в порядке, но у твоей подруги классные ноги, – заметил один из тинейджеров.

– Верно подмечено, – усмехнулся Этьенн.

– Они считают, что мы странные, – прошептала Мэг, когда они углубились в зеленую часть парка.

– И любовники, – добавил Этьенн.

Мэг сразу же помрачнела. Ей не хотелось, чтобы он понял, как она привязалась к нему. Нельзя было привязываться к Этьенну, который собирался вернуться до конца лета в Париж.

– Ну, мы-то знаем, что мы только деловые партнеры.

– И друзья, – напомнил он ей.

– Ага. И мне есть, что еще показать другу.

Был четверг, а это значило, что позднее в павильоне будет концерт классической музыки, но до этого они могли сходить посмотреть на фонтаны Крауна – две стеклянные башни, на которые проектировались лица разных людей, а по сторонам которых время от времени стекали потоки воды.

– Детям нравится, когда из открытого рта начинает бить струя воды. Смотри! – воскликнула Мэг и стала снимать туфли.

Взяв их в руки, она побежала по воде между башнями.

– Когда ты говорила о достопримечательностях, я думал о чем-то более...

– Изысканном?

– Точно.

– Музее? Театре?

– Ну, да.

– А не о беготне босиком по воде?

– Вот именно.

– Но тебе нравится?

– Это ужасно весело. Именно то, что мне было нужно. Немного расслабиться.

Через некоторое время до них донесли первые ноты «Фонтанов Рима» Отторино Респиги. По ее плану они должны были вернуться к павильону Прицкера. Музыка оттуда доносилась чарующая, однако Мэг почувствовала, что у нее уже начинают слипаться глаза.

Этьенн подвел ее к скамейке и усадил.

– Что ты делаешь? – спросила Мэг, когда он нагнулся к ее ногам.

– Надеваю на тебя туфли.

– Я сама справлюсь.

– Поздно, я уже надел одну.

У нее слегка закружилась голова, когда она почувствовала его руки на своей пятке, а потом и на второй. Усталость исчезла без следа.

– Мэг, вставай, я отвезу тебя домой, – сказал он выпрямляясь.

– Я хочу еще многое тебе показать, – запротестовала Мэг. – Пирс, колесо обозрения.

– В другой раз. Ты устала.

Внутренний голос подсказывал ей, что другого раза не будет. Приближалось открытие выставки, которую она должна была посетить, рекламируя продукцию компании. Появлялись заказы. Работа набирала оборот. Они и оглянуться не успеют, как придет время, ехать на международную выставку в Париж. А потом... потом его уже в Чикаго не будет.

– В другой раз, – согласилась Мэг, опуская голову.

Когда она открыла дверь в свою квартиру, зазвонил телефон.

– Ответь, – сказал Этьенн, и Мэг побежала в гостиную.

Возвратившись, она застала его сидящим на диване и играющим с Молнией.

– Я думал, у тебя одна кошка.

– Ага.

– Хм. А почему мне тогда мерещится мяуканье из той комнаты?

Мэг улыбнулась:

– А! Это Кейт и Лео. Они из приюта. Попросили взять на некоторое время. Им сложно найти хозяев, потому что они пара. Еще они оба застенчивые. Со временем они выйдут к нам.

Она достала из шкафа еду и принялась раскладывать ее по мискам.

– И кошки уживаются втроем? – спросил Этьенн.

– Сейчас это моя семья. Члены семьи обычно не дерутся между собой. Особенно если я вовремя вмешиваюсь, – добавила она.

– Есть еще кто-то?

– На данный момент только трое, но наша семья всегда готова к прибавлению. Мне звонят из местного приюта для кошек, если у них появляется животное, которому я могу помочь и взять его на некоторое время к себе.

– Ты как-то сказала, что хочешь детей. – Они переглянулись, и оба отвели взгляд. – Однако ты говорила, что вряд ли выйдешь замуж. Как ты планируешь тогда завести детей?

В комнате повисло напряжение, и Этьенн, который до этого гладил Молнию по голове, вдруг замер.

– Я пока не знаю, – ответила Мэг, посмотрев ему в глаза. – Сначала я должна заработать деньги и обеспечить будущее себе и ребенку. Может быть, усыновлю... или обращусь в банк спермы.

– То есть... отца не будет?

– Нет. Мужа искать не буду.

Конечно, потому, что мужчины плохо обходились с ней всю ее жизнь. Этьенн сжал зубы, его охватила ярость, что кто-то позволил себе обидеть Мэг.

Наступило молчание, которое прервала пробравшаяся в комнату рыжая Кейт. Мэг подхватила ее на руки и приласкала.

– Я буду хорошей матерью, – задумчиво сказала она. – Я буду заботиться о своих детях.

– Не сомневаюсь в этом.

– Ты не одобряешь мое решение?

– Что ты? Это не мое дело. Я просто... Ты заслуживаешь того, чтобы у тебя была поддержка верного и заботливого мужчины.

Этьенн зачарованно смотрел, как пальцы Мэг скользят по гладкой шерсти кошки.

– Я справлюсь, – сказала Мэг.

Она не добавила «как всегда», ей и не надо было этого говорить.

– Уверен, что у тебя все получится.

Мэг наклонилась, чтобы выпустить кошку на пол. Когда она выпрямилась, то Этьенн заметил, как несколько кошачьих волосков пристали к ее губам. Не подумав, он протянул руку и смахнул их. Его пальцы прикоснулись к губам Мэг.

Посмотрев на ее полуоткрытый рот, Этьенн еще раз провел пальцем по губам девушки, а потом наклонил голову. Их губы не успели сомкнуться, как сбоку послышалось грозное мурлыканье. Повернув голову, Этьенн увидел недовольные глаза Молнии.

– А у тебя, оказывается, есть телохранитель.

– Да нет. Ты ей нравишься.

У него возникло странное желание уточнить у Мэг, нравится ли он ей. Вопрос чуть не слетел у него с языка, но он вовремя одумался. Нельзя то говорить девушке, что скоро уезжаешь, то спрашивать, есть ли у нее к тебе какие-либо чувства. Разве ему не хватает того, что он уже причинил столько боли своей жене, которая всю себя посвятила ему?

– Несмотря на это, у меня такое ощущение, что мне не поздоровится, если я что-то сделаю не так.

Ему не следует целовать Мэг, даже думать об этом нельзя.

– А ты собирался сделать что-то не то? – вдруг спросила Мэг.

Этьенн не выдержал и, наклонившись, быстро поцеловал ее.

– Да. Мне очень нравится целовать тебя. И... я бы хотел большего, нежели поцелуи. Глядя на тебя, я... В общем, мне нужно поблагодарить Молнию за ее вмешательство. Я пойду, пока не натворил того, о чем мы потом оба будем жалеть. Кроме того, тебе надо отдохнуть. Завтра у нас много работы. И урок.

– Урок? На какую тему?

– Очень важную. Вино и еда, как правильно пользоваться столовыми приборами и так далее. Урок этикета, одним словом. На тот случай, если тебя пригласят на деловой ужин. А тебя точно на него будут приглашать не раз.

– Будет интересно. И предупреждаю сразу, я быстро пьянею.

– О! Тогда завтра будет очень весело. – Сказав это, Этьенн ушел.

Глава 9

Урок показал, что Мэг совсем не умеет пить. Весело не было, потому что после первого же бокала она начала засыпать. Этьенну оставалось только наблюдать за тем, как она пытается подавить зевок и не дать глазам слипнуться. Все это значительно сократило время урока. Зачем объяснять, какое вино лучше и как его выбирать, если Мэг обречена пить во время деловых встреч только минеральную воду? Однако Этьенн все равно был озабочен. Их разговор после прогулки не шел у него из головы Он все время возвращался к мыслям о планах Мэг. У него не было никаких сомнений в том, что Мэг – заботливая и любящая женщина. Одного взгляда на то, как она относится к своим домашним питомцам, было достаточно, чтобы это понять. Да и то, что у нее возникла мысль помочь ему развеяться, и Мэг удалось отвлечь его от работы, говорило о многом. И конечно, тот факт, что она согласилась вернуться в компанию. Без сомнений, эта женщина думала о благополучии других людей.

Однако окружающие не отвечали ей тем же. Взять хотя бы ее жестокосердных родителей, которые не видели, какая замечательная у них растет дочь. Потом ей повстречался этот мерзавец Алан! Мэг много времени потратила на то, чтобы найти путь к сердцам людей, у которых нет ни сердца, ни совести. Ну, кошки не считались! Их симпатию завоевать легко: за ушком почеши, покорми, и готово. Вот тебе и друг! Теперь Мэг собиралась воспитывать ребенка в одиночку.

Это неправильно. Конечно, у нее было все для того, чтобы справиться с этим нелегким делом, но...

Почему она никогда не может положиться на кого-то еще?

Мысль об этой несправедливости мучила Этьенна. Вот только он ничего не мог поделать. В конце концов, он ничем не лучше других. Сейчас он наслаждался временем, проводимым с ней, даже посмел поцеловать ее несколько раз... Ему нравилось обнимать Мэг... слишком нравилось. И его мучило желание обладать ей. Однако разве он не собирался уехать и оставить ее одну? Как и все остальные... Может, из-за этого ему так тяжело?

Зазвонил телефон. Секретарь сообщила, что к нему пришла женщина по имени Пола Эвери. Дора назвала имя так, словно оно должно было быть ему известно. Оно на самом деле показалось знакомым, но Этьенн так и не смог вспомнить, откуда его знает.

Когда Пола Эвери появилась у него в кабинете, он все еще гадал, кто она и с какой целью пришла. Только когда женщина нервно заговорила, постоянно оглядываясь через плечо, до Этьенна начало доходить, кто такая Пола Эвери.

– Вы хотите сказать, что работали в компании, – переспросил он, сжимая руки в кулаки.

– Да, недавно.

– Кто вас нанял?

– Алан Филдман, – ответила Пола.

Этьенн нахмурился. Он не мог подавить свое раздражение, хотя оно и должно было предназначаться скорее для Алана, чем для его протеже.

– Кем вы работали? – продолжил Этьенн, выдержав небольшую паузу.

– Офисным менеджером.

Он опустил глаза и пробежался по ее резюме. Его подозрения подтвердились. Именно эту женщину Алан нанял, а потом назначил на место Мэг. Еще Этьенн прочитал, что Пола проработала в компании почти до того момента, когда Алан продал компанию ему. Значит, он не ошибся.

Его охватил гнев, который ему с трудом удалось подавить. Этьенн вспомнил, сколько Мэг сделала для создания положительного образа компании, особенно в прессе, которая теперь благожелательно относилась к фирме благодаря очарованию Мэг. Купить у них мебель становилось престижным, и все хотели быть похожими на Мэг. Она заслуживала уважения за все то, что сделала за последнее время. Если он накричит на эту женщину, то испортит имидж не только свой, но и Мэг. Этьенн постарался успокоиться, и годы тренировки помогли ему совладать с собой.

– Простите, но, боюсь, мы не можем ничего вам предложить, миссис Эвери, – сказал он спокойным голосом, восхищаясь собственной выдержкой.

– Вы уверены? Пожалуйста! Я не ожидаю той должности, которая у меня была. Но после того, как Алан меня уволил... я не могу найти работу. Я... У меня дети.

В этот момент в кабинет заглянула Мэг. Наверное, она проходила мимо и услышала знакомый голос. К удивлению Этьенна, выражение ее лица было не таким изумленным, как он мог бы ожидать.

– Вы ищете работу? – сказала она, заходя в комнату.

Женщина побледнела:

– Я... Я не подумала... Я решила, что если Алан ушел... Простите. Я пойду. Уже ухожу.

Руки ее задрожали, плечи опустились, и она поднялась из кресла.

– Пола, подождите, – мягко сказала Мэг. – Я слышала, вам нужна работа.

Пола с подозрением и страхом посмотрела на нее:

– Я ходила на собеседования, но... Алан не дал мне рекомендаций. Он обвинил меня в том, что у компании плохо пошли дела.

– Почему вы пришли сюда? В компанию, откуда вас уволили? – спросил Этьенн, а потом испуганно покосился на Мэг.

Какой же он идиот! Он же сам упрашивал Мэг вернуться туда, откуда ее вышвырнули. Она показалась ему усталой и грустной, но в ней была еще какая-то доброта и смирение. Этьенн даже, к своему удивлению, не заметил никакого напряжения, которое предполагал увидеть.

– Я знаю, это звучит глупо... но я узнала, что вас взяли обратно... Я согласна на любую работу. Мне очень нужны деньги, и я приму любое ваше предложение, – сказала Пола, переводя взгляд с Этьенна на Мэг.

Этьенн мог поклясться, что доброе сердце Мэг подскажет ей нанять мисс Эвери на работу. Однако он был изумлен, когда услышал ее предложение.

– Если я не ошибаюсь, вы по специальности дизайнер. У нас есть вакантное место в дизайнерской группе, но эта позиция предполагает испытательный срок. Вам это будет интересно?

– Да, – пробормотала женщина.

Выглядела она так, будто собиралась броситься Мэг в ноги и начать их целовать.

– Вы должны меня ненавидеть, – продолжила она, явно озадаченная.

Мэг вздохнула:

– Не вы меня увольняли. В мои обязанности входит нанимать сотрудников. Меня заботит только то, чтобы вы были хорошим работником, который принесет вклад в успех компании. Приходите завтра и приступайте к работе.

Женщина благодарно кивнула и, собрав свои вещи, вышла из кабинета.

– Ей нужна была работа, – как бы извиняясь проговорила Мэг, посмотрев на Этьенна.

Он долго молча изучал ее и наконец обратил внимание на то, что Мэг нервно теребит красный ремешок своих часов. Значит, она все-таки не была такой спокойной, какой казалась.

– Тебе нужно было показать, что ты лучше Алана? – спросил Этьенн.

Глаза Мэг вспыхнули.

– Я действительно лучше, чем он! – выпалила она.

Этьенн рассмеялся:

– Мэг! Удивительная и потрясающая Мэг! Я полностью с тобой согласен. Вопрос в том... сможешь ли ты работать с этой женщиной? Ее присутствие разве не будет раздражать тебя? Я знаю, что сознательно ты ей мстить не собираешься, но все-таки... на уровне подсознания, не будет ли тебе больно при виде Полы.

– Ну... немного, – призналась она. – Но не так сильно, как мне раньше казалось. В конце концов, у нас с ней есть много общего. Думаю, мы обе не слишком любим Алана например. Конечно, она мне будет напоминать о том, что случилось. Но все уже в прошлом.

– Все же... Ты сейчас показала, что можешь быть великодушной и умеешь прощать. Однако тебе не избежать вопросов, которыми тебя закидают твои друзья.

– Знаю... Уже слышу, как они там начали перешептываться за дверью. Будь я на их месте, то тоже бы переживала, – сказала Мэг, открывая дверь.

Когда она ушла, Этьенн тяжело вздохнул. Он понял, что, предложив Мэг стать лицом компании, невольно приговорил ее к одиночеству. Раньше она была одним из сотрудников, теперь на ней лежала ответственность за принятие решений. Он сам учил ее относиться к своим друзьям как к подчиненным и не забывать о дистанции между ними. Ему ли не знать, как тяжело занимать высокую должность. Иногда приходится делать вещи, которые тебе самому не нравятся, но, что хуже, ты можешь оказаться в одиночестве.

Этьенн выругался по-французски. Пока Мэг и так была одна. Конечно, у Мэг были ее кошки. У нее будет ребенок. Сможет ли какой-нибудь мужчина завоевать сердце Мэг и заставить поменять отношение к браку? Есть ли вообще мужчина, который был бы достоин Мэг?

Нет! Однако это не значило, что в ее жизни совсем не будет мужчин. Этьенн нахмурился. Ему не стоило думать о Мэг! Он уже испортил жизнь одной женщине, так что не мог вмешиваться в жизнь Мэг, чтобы не разочаровать и ее.

Одна женщина доверилась ему. Она любила его всю свою жизнь, но он оказался недостоин такой любви.

Нельзя повторять старых ошибок. Так что же ему делать?

Работать, чтобы помочь Мэг добиться успеха и спасти компанию, где работали дорогие для нее люди.

Ему нужно так изменить ее жизнь, чтобы после его отъезда она смогла приступить к воплощению своей мечты.

С чего бы ему начать? «Может быть, с поцелуев и ласк?» – неожиданно возникло у него в голове. Хватит! Мэг Лейтон определенно сводила его с ума.

Ему хотелось получить то, от чего отказался Алан. Какие еще требовались подтверждения того, что Филдман был глупцом. Как он мог бросить такую женщину? Этьенн со вздохом подумал о том, что по ночам он даже просыпался в поту из-за притягательной Мэг Лейтон.

«Что я наделала?» – думала Мэг через пару часов, сидя у себя дома на диване. Пола Эвери была молодой, красивой и привлекательной женщиной. Ее выбрал Алан, когда искал себе женщину, а не способ получить наследство матери. Из-за Полы он расстался с ней.

Теперь Пола Эвери будет каждый день приходить в офис на работу. Конечно, Этьенн сказал, что не собирается связывать себя отношениями, но вряд ли такой мужчина, как он, отказывал себе в сексе. Его поцелуи были слишком страстными и требовательными, чтобы предположить, что его совсем не интересует эта сторона отношений между мужчиной и женщиной.

Зачем она наняла женщину, которая умеет соблазнять мужчин? Чтобы наказать себя за то, что продолжает думать об Этьенне?

– А еще потому, что ты все время стараешься быть лучше, добрее, внимательнее, – пробормотала она себе под нос.

Ясно было только одно. Этьенн сказал, что уедет. Наверняка были женщины, которые пытались его удержать, но у них ничего не вышло.

«Пожалуйста, выкинь ты Этьенна из головы! И не смей вспоминать о его поцелуях!» – приказала себе Мэг.

Однако ночью Мэг снова проснулась из-за воспоминаний об их с Этьенном поцелуях.

Нужно было действовать решительно, если она хотела вернуть их отношения в деловое русло.

Глава 10

С интересом рассматривая зеленый мешок, который Мэг волокла по коридору, Этьенн спросил:

– Мэг, что ты делаешь?

– Кое-что хочу организовать, – ответила она, поднимая на него глаза. – Видишь ли, мне показалось, что все взвинчены до предела. Ситуации накаляется, ведь мы столько сил вложили в реорганизацию компании, и у всех появилась надежда на успех. А впереди еще много дел, от которых и будет зависеть окончательный успех.

Он усмехнулся:

– Absoiument, Мэг. C'est vrai. Конечно. Ты права.

Ей захотелось застонать. Она ненавидела, когда он говорил с ней по-французски. Надо отдать должное Этьенну, тот всегда переводил все для нее, за исключением тех моментов, когда ругался. И слава богу! Однако от этого Мэг легче не становилось. Надо было признать, ей до безумия нравилось слышать французские слова из его уст. Проблема была в том, что она не могла спокойно реагировать на них. У нее начинало биться сердце каждый раз, и это ее пугало.

– Но я все равно так и не понял, что ты делаешь, – сказал Этьенн, кивнув в сторону мешка.

– Это очень просто. Все напряжены. Мы уже начинаем огрызаться друг на друга, – объяснила Мэг.

– Не слышал, чтобы ты огрызалась на кого-то.

Она покраснела. Ладно, в ее словах было некоторое преувеличение. Придется еще и солгать.

– О! Я пока только про себя ругаюсь, – объяснила она и быстро замахала рукой. – Этьенн! Я прошу тебя, ни при каких обстоятельствах не изгибай бровь! Пожалуйста!

Этьенн удержался от смеха, но хмыкнул при этом. От его улыбки у нее все равно перехватило дыхание, потому что на щеках появились обожаемые ею ямочки.

– Ладно. Ну и почему ты ругаешься про себя, Мэг?

Ей пришлось поднапрячься, чтобы придумать ответ.

– Не могу вспомнить сейчас, – в конце концов, выпалила она. – Впрочем, это и не важно. Дело в том, что мы все на нервах. До выставки осталось две недели, и на нас давит ответственность. Думаю, неплохо будет выпустить пар. Вот я и притащила это.

Она показала на мешок, который поставила на пол.

– Понятно, – сказал Этьенн. – И что же в нем?

Мэг вытащила из мешка бейсбольную биту.

– Я знаю, что во многих компаниях есть свои команды по разным видам спорта. И я предлагаю завтра во время перерыва сыграть в... бейсбол. У нас как раз неподалеку от офиса есть площадка. Игра поможет нам сплотиться и почувствовать себя одной командой... хотя нам нужно будет разделиться на две команды... В любом случае... мы выпустим пар.

– Ясно. Ты часто в бейсбол играешь, Мэг?

– Нет, – призналась Мэг.

В школе ей не давалась ни одна из игр, но, по крайней мере она знала основы бейсбола да и экипировку легко достать. Ее на эту идею подтолкнули разговоры между мужчинами в офисе о спорте. Еще втайне Мэг надеялась, что игра поможет ей относиться к Этьенну как к другу.

– Я подумала, что ты и я... мы могли бы быть капитанами команд. Посмотрела в Интернете... знаю, бейсбол не очень популярен во Франции. Я думала о футболе тоже... Но решила, что лучше остановиться на неконтактном виде спорта, чтобы все могли принять участие.

– А разве в бейсболе не нужно мешать игроку добраться до базы?

– У нас будут перчатки. И нужно сначала мяч поймать. Я надеюсь, получится весело, – пояснила Мэг, но в ее голосе уже послышалось сомнение.

Когда идея пришла ей в голову, то показалась превосходной. Сейчас она уже начинала сомневаться в этом. Спорт и она – понятия несовместимые. Очередной ее ляп...

– Отличная идея, – сказал Этьенн неожиданно, словно прочитав ее мысли. – Должен с тобой согласиться, люди немного устали. Так что давай завтра устроим матч.

– Я повешу сегодня объявление, чтобы все принесли спортивную одежду. Нужно еще будет обговорить, сколько времени будем играть. И некоторые правила.

У Мэг отлегло от сердца. Этьенн одобрил, значит, дело оставалось за малым – все организовать. А это у нее всегда хорошо получалось.

– Мэг, ты молодец. Думаю, что игра также поможет и в ситуации с Полой.

Ей не надо было даже уточнять, что он имел в виду. Как бы Мэг ни разговаривала с людьми, они не принимали Полу в коллектив, и той приходилось нелегко.

– Думаю, они считают, что если станут с ней дружелюбными, то этим предадут меня.

– А я их понимаю.

– Знаю, – опять сказала Мэг. – Они считают, что она меня обидела и мне до сих пор больно. Я возьму ее в свою команду, чтобы развеять подобные глупые мысли, согласен?

Смешно, но у нее не осталось никаких чувств к Алану. Однако Пола все равно действовала ей на нервы, потому что постоянно заглядывалась на Этьенна. Если учесть, что Пола была гораздо стройнее и привлекательнее, чем она... Ревность не входила в планы Мэг, но у нее не получалось побороть себя. Она возьмет Полу в свою команду и постарается наладить с ней отношения.

– Она твоя, – согласился Этьенн. – И Мэг...

– Да?

– Спасибо! Я никогда не играл в бейсбол, но чувствую, что это будет чем-то незабываемым.

У нее было такое же ощущение.

Команда Этьенна выигрывала, но он никак не мог расслабиться. Игра оказалось простой. У него получалось и подавать, и принимать. Проблема заключалась в Мэг.

Во-первых, ей очень шли джинсы и красная майка, а во-вторых, она изо всех сил старалась сделать так, чтобы всем было весело, особенно ему. И конечно, ее отчаянные попытки хоть как-то помочь своей команде оканчивались плачевно.

Этьенн заметил, что он был не единственным на поле, кто желал Мэг добиться победы. Джефф стоял на подаче, бил он без подкрутки, и мячи летели прямо в район биты Мэг, но она все равно промахивалась.

– Джефф, все в порядке. Это игра, – сказала Мэг, опустив биту.

Этьенн догадывался о том, что Джеффа беспокоит совсем не то, что Мэг может его уволить. Все, кроме нее, попадали по мячу, и мужчина хотел помочь ей хотя бы один раз принять его подачу.

– Давай, – тихо проговорил Этьенн, надеясь, что только Джефф услышит его.

Его план сработал.

– Ты уверена, Мэг? – спросил Джефф, одновременно посылая мяч прямиком в биту Мэг. Мяч отскочил в поле, что означало прием подачи.

– Бегите, мисс Лейтон! – воскликнула Пола.

Никто не двинулся за мячом, хотя Лили, которая была принимающей, могла легко дотянуться до него.

Мэг взглянула на свою биту, на мяч и побежала. Она обежала три базы под радостные крики членов своей команды.

Этьенн почувствовал, что Лили без подсказки не собирается поднимать мяч, и тогда сам побежал в его сторону. Он бежал так, чтобы дать Мэг добраться до «дома» первой. Ему было приятно наблюдать за ней: лицо ее раскраснелось, а волосы развевались на ветру.

Когда Этьенн подобрал мяч, то оглянулся посмотреть, где Мэг. В этот момент она влетела в него со всего размаха, стараясь избежать столкновения с Лили. Удар был неожиданным, но потом Этьенн увидел, что Мэг падает, и попытался подхватить ее. Он не сумел сгруппироваться, и она упала на землю. Ругаясь на всех известных ему языках, Этьенн бросился к ней:

– Мэг! Ma cheri! Ты в порядке?

Он опустился на колени рядом с ней и быстро принялся ощупывать ее, проверяя, не сломала ли она что-нибудь.

– Мэг! Скажи, с тобой все нормально? Ничего не болит?

Она посмотрела ему в глаза и моргнула:

– Я... Я не видела тебя. Прости. Ты не ушибся?

Этьенн закрыл глаза и с облегчением вздохнул.

– Я?! – улыбнулся он, снова посмотрев на нее.

Он заметил, что она пытается сфокусироваться.

– У меня получилось?

Пола вдруг тоже встала на колени перед Мэг.

– Я... У меня есть опыт работы медсестрой. Знаю, что сейчас вам кажется, будто все в порядке, мисс Лейтон. Но иногда это бывает от болевого шока. Но я вижу, что сотрясения у вас нет, – констатировала Пола, поднимаясь.

– Думаю, игра окончена, – сказала Мэг, когда он помог ей встать. – Я всегда ненавидела спорт, но сегодня было очень весело.

– Но, Мэг. Ты не можешь сейчас сдаться. Твоя команда все еще отстает на одно очко! – воскликнула Эди.

Мэг посмотрела на Полу и других членов своей команды, которые выглядели растерянными.

– Вы хотите продолжить?

– Мы просто хотим, чтобы вы выиграли, при всем уважении к вам, мистер Гавар.

– Без обид, – улыбнулся Этьенн.

– Но я уже счастлива. Я одержала свою маленькую, но победу.

– Точно! – поддержала ее Пола. – Она обежала все базы.

Все зааплодировали, и каждый посчитал своим долгом потрепать Мэг по плечу.

– Спасибо, – прошептала Мэг Этьенну.

– За что? – настороженно спросил он.

– Ты никогда не играл в бейсбол, но согласился претворить в жизнь мою сумасшедшую идею.

– Я же сказал, что это была отличная мысль.

Так оно и было. Мэг была права, думая, что в коллективе назревают конфликты, но на поле всех объединило желание помочь самой Мэг. Даже Пола внесла свою лепту.

– У тебя много скрытых талантов, Этьенн, – отметила Мэг и присоединилась к уходящим Эди и Поле.

– Мэг, я теперь знаю, каково это, – услышал Этьенн удаляющийся голос Полы. – Я никогда в жизни не поступлю так глупо и жестоко. Особенно с вами. Он полностью ваш.

И хотя они уже отошли на порядочное расстояние, ему показалось, что он разобрал ответ Мэг:

– Не мой.

Этьенн посмотрел на мяч в руке и, нахмурившись, дал ему упасть на землю.

– По крайней мере, мы выиграли. Поздравляю, – сказал Джефф, который собирал биты по полю.

Почему-то Этьенн не чувствовал себя победителем, хотя ему не на что было жаловаться. Между ним с Мэг наладились именно те отношения, которые он мог себе позволить. Надеяться на что-либо другое нельзя было с самого начала.

Глава 11

Рабочий день заканчивался, оставалось менее двух часов до его завершения, когда Этьенн появился на пороге кабинета Мэг. Она с удивлением посмотрела на него.

– Собирайся, мы уходим, – сказал он.

– Куда?

– Сначала заедем к тебе домой, чтобы ты переоделась, а потом в ресторан.

– У нас деловая встреча? Я ничего не слышала о ней.

– У нас будет ужин. Только ты и я.

Она наклонила голову, изучая его:

– Что-то случилось, Этьенн?

– Нет. Да. Ты сегодня сильно ушиблась. И несмотря на все твои заверения, что ничего не случилось... Все заметили, что ты прихрамываешь. Я мог бы отправить тебя домой в постель, но ты вроде как сопротивляешься, да? Однако не хочу тебя принуждать...

– Потому что ты учишь меня быть независимой и чувствовать себя здесь главной. И это может испортить мой имидж?

– Скажем так.

– Поэтому ты приглашаешь меня в ресторан?

– Да. Это даст мне возможность потом отвезти тебя домой, и к семи часам ты будешь уже в кровати.

– Какой коварный план!

– Не без этого. Жаль, что я не умею тебе врать.

– Знаешь, не так это и плохо.

Этьенн пожал плечами:

– Идем, Мэг?

Он подал ей руку. Как она могла отказаться?

Мэг протянула ему руку. Почему каждый раз, когда он до нее дотрагивается, ей не хочется, чтобы Этьенн отходил, а желание оказаться в его объятиях становится все сильнее и сильнее? Ей придется нелегко после его отъезда. Мэг не сомневалась, что будет тяжело переживать расставание с Этьенном, но задумываться об этом не собиралась. Сейчас он был рядом, так что надо было наслаждаться моментом.

– Я твоя, – сказала она и заметила, как глаза Этьенна потемнели и он странно посмотрел на нее. – Образно выражаясь.

Сейчас еще она и раскраснеется от своей очередной неловкой фразы. Почему она никогда не задумывается о том, как могут интерпретироваться ее слова?

– Так я и подумал, – улыбнулся Этьенн.

Он отвез ее домой, где Мэг переоделась. Она выбрала белое платье, которое, ей показалось, больше подходило по настроению для наступающего вечера, чем все яркие платья. Еще Мэг не хотелось, чтобы Этьенн подшучивал весь вечер над ее тягой к бросающимся в глаза цветам.

Что случилось? Что подтолкнуло Этьенна пригласить ее в ресторан? Наступающая годовщина смерти его жены? Или она плохо усваивает то, чему он так старательно ее обучает?

Каждый день Этьенн уделял ей по два часа после работы. Удивительно, как хорошо он знал все особенности ведения бизнеса в Америке. Она пыталась запомнить всю информацию о налогах, основах безопасности, пенсионных делах, страховании сотрудников и многих других вещах, которыми он делился с ней. Вечером Мэг изучала рекомендуемые им книги и некоторые файлы, которые Этьенн давал ей. Времени прочитать, просмотреть и повторить все, о чем они говорили, у нее не было. Еще она волновалась за будущее...

– Тебя что-то беспокоит? – спросила она, когда они вышли из машины неподалеку от ресторана. – Скажи мне.

Ну, вот опять она суется не в свое дело! Однако Этьенн этого, казалось, не заметил.

– Из-за меня ты упала. Я должен был быть внимательнее. А если бы ты ударилась головой? Если бы я упал на тебя и придавил своим весом? Я бы... – Он повернулся к ней и взял за руки. – Мэг, прости, я все время давлю на тебя. Ты стараешься доказать, что способна на многое и... ты заботишься обо всех окружающих людях. Но тебе не надо заставлять себя играть в бейсбол, если тебе этого не хочется. Я вынудил тебя вернуться в компанию, и ты все время пытаешься показать мне, что справишься с работой. Я слишком много ответственности возложил на твои плечи. Боже, ты все еще хромаешь!

У него был раздраженный голос, но Мэг понимала, что он сердится не на нее, а на себя. И она подозревала, что причины кроются в трагедии, которую ему пришлось пережить. Его до сих пор мучила совесть за то, что он не спас жену и ребенка.

Чем она могла ему помочь? Мэг встала на цыпочки и, обхватив Этьенна за шею, поцеловала его. Когда она оторвалась от его губ, Этьенн выглядел изумленным и... возбужденным.

– Мэг, больше так не делай, – предупредил ее Этьенн. – Сегодня мне будет сложно сдержать себя.

– Мне тоже, – призналась она. – Так что я послушаюсь твоего совета. Просто хотела тебе показать, что со мной все нормально. Этьенн, тебе не нужно меня спасать. Правда. Со мной ничего не случится.

Она отвернулась, испугавшись своей прямоты и откровенности. Бедный Этьенн! Он старался помочь другим, но не смог помочь своей жене. И это угнетает его!

– Прости, что ты сказал?

Углубившись в свои размышления, она даже не услышала того, что у нее спросил Этьенн.

– Мы пришли. Ты хочешь сесть внутри или на террасе? Обещали дождь, но пока тучек не видно, – остановившись, повторил свой вопрос Этьенн.

Мэг предпочла сесть на террасе. Был прекрасный летний вечер, который хотелось провести на воздухе. Она никогда не заходила в ресторан, который выбрал Этьенн, и с интересом оглядывалась вокруг. Еда была великолепной, что признал даже знающий толк в кухне француз. Однако Мэг больше думала о том, как показать Этьенну, что она довольна жизнью, чем о том, что ела.

– Ну и поразительная ты женщина, Мэг! Умеете вы доводить человека до белого каления, мисс Лейтон, – с улыбкой сказал Этьенн, когда они покидали ресторан.

– Доводить? Мне казалось, я, наоборот была внимательной и чуткой за ужином.

– Exactement. Такой наигранной радости я давно не видел. Даже человек, тебя не знающий, заметил бы, как ты переигрываешь. А я-то тебя знаю.

– Правда? – прикусила губу Мэг.

– Ага. Ну, может быть, это было не так заметно, как я описал. Но тем не менее. Ты пыталась меня отвлечь от моих переживаний. Я прав?

Она не могла соврать ему.

– Немного.

– Кстати. Почему ты сегодня во всем белом?

– Под настроение, – пожала плечами Мэг. Этьенн нахмурился:

– Мэг, никогда этого не делай: не пытайся подстроиться под чье-то настроение.

– Куда мы идем? Ты не тут оставил машину.

– Знаю. Но я видел, что здесь есть... Вот.

Он становился перед цветочным магазинчиком и, выбрав букет карминово-красных роз, протянул его ей. Довольно разглядывая Мэг, прижавшую букет к себе, Этьенн улыбнулся:

– Теперь все в порядке. Красный цвет, как ты: страстный, насыщенный и возбуждающий.

Мэг рассмеялась:

– Там за моей спиной нет другой женщины? Мне таких эпитетов никто никогда не давал.

– Ты их заслуживаешь. Я говорю правду.

Они уже шли по направлению к машине, как вдруг начался дождь, который за считанные секунды превратился в ливень. Этьенн обхватил Мэг за плечи и быстро подвел под ближайший тент.

– Жди меня здесь, – сказал он.

– Этьенн! Ты промокнешь! – закричала Мэг, но Этьенн уже бежал по улице.

Он нырнул в ближайший отель и обратился с каким-то вопросом к портье. Мэг видела, как Этьенн достал из кармана кошелек и протянул мужчине деньги. Обратно он вернулся с распахнутым зонтом.

– Спорю, что он не имел права продавать тебе зонт для постояльцев отеля! – воскликнула пораженная Мэг. – Сколько ты ему заплатил?

– Мэг, – сказал Этьенн, обнимая ее за талию и притягивая к себе. – Ты подшучиваешь надо мной?

Мэг остановилась и покачала головой:

– Совсем нет! Мне нравится, как быстро ты решил проблему. Да вы просто волшебник, топ cheri. Я правильно сказала?

– Нет, моя Мэг, я не волшебник, а обычный мужчина. Я поступил, как должен был. А еще я как мужчина, не могу не сделать этого.

Он притянул ее еще плотнее к себе и поцеловал. Мэг свободной рукой обвила его за шею, отвечая на поцелуй. Поцелуи Этьенна становились все более требовательными, и она с удовольствием откинула голову. Ей не хотелось, чтобы этот миг заканчивался. Она могла бы бесконечно целоваться с Этьенном под этим зонтом, не думая ни о чем другом.

Однако звуки улицы разрушали атмосферу, напоминая о реальности. Сомнений в том, что Этьенн хотел этого поцелуя, не было, но нельзя было забывать о том, что он не искал длительных отношений с женщинами. А ей нельзя забывать, какое хрупкое у нее сердце. Этьенн легко мог разбить его, если только она не будет вести себя осторожнее.

Он обязательно поймет, что причинил ей боль, и будет переживать. Этого не должно произойти.

Мэг мягко отстранилась от него:

– Было очень хорошо... У тебя прекрасно получается... Очень эффективный урок.

Этьенн нахмурился:

– Это был не урок! Ты это прекрасно знаешь, – проворчал он недовольно.

– Ты не думал, это вышло само собой. Теперь я знаю, что должна научиться, как бороться с искушением, если я хочу вести дела с воротилами делового мира.

Он выглядел рассерженным и сначала ничего не сказал.

– Да, надо уметь избегать соблазнов, особенно которые ни к чему хорошему не ведут.

Мэг поняла, что у нее нет сил притворяться сильной и отстраненной, как бы ей ни хотелось спасти Этьенна от переживаний. Она положила руку ему на грудь:

– Этьенн... Я... Ты так много сделал для меня, я ценю твою помощь. И... Но все это... в итоге нам обоим будет больно... Я не хочу, чтобы ты страдал.

– Черт возьми, Мэг! Это я должен говорить, а не ты. Я тебя втянул во все это. Мне следует тебя оберегать.

Приложив палец к его губам, Мэг покачала головой:

– Тебе не нужно быть моим защитником, Этьенн. Я хочу, чтобы ты радовался, когда ты со мной.

– Я радуюсь. И буду радоваться, – обещал Этьенн.

– Ну, вот и отлично. У нас еще осталось немного времени. Давай пройдемся пешком. Дождь, цветы, огромный зонт. У нас все есть для хорошей прогулки под дождем.

– Заманчиво, но как же твоя нога? Мне кажется, ты уже находилась за день.

– Все прошло. У меня ничего не болит, – улыбнулась Мэг.

Это было правдой. Сейчас ей не хотелось думать о будущем, она собиралась насладиться обществом этого потрясающего человека, который изменил всю ее жизнь. И кто знает, что принесет завтрашний день?

Глава 12

Этьенн понимал, что дела его плохи. Он не мог держать себя в руках, когда дело касалось Мэг. Почему-то рядом с ней у него из головы вылетали все его правила и принципы, что становилось с каждым днем все опаснее и опаснее. Конечно, он был успешным бизнесменом, но в личной жизни успел наделать столько ошибок, что больше рисковать не следовало.

Яркая, красивая Мэг заслуживала любви, счастья. Ей нужна семья, любящий муж и дети, бегающие по большому дому, который наполнен радостью и гармонией. Он возненавидит себя, если причинит ей боль. Нужно прекратить искать ее общества и постоянно думать о ней. Но легко сказать, а как это сделать?

«Будь сдержанным! – велел себе Этьенн. – Держись в рамках и помни, что между вами должны быть деловые отношения». Этого хотела Мэг, неужели это так сложно сделать ради нее?

Целую неделю Этьенну удавалось бороться со своим желанием снова почувствовать вкус губ Мэг. Он даже ни разу не прикоснулся к ней за все это время. Однако как же ему было тяжело! Этьенну не хватало Мэг. Он сходил с ума без ее голоса и улыбки и даже почти забыл о приближении годовщины смерти жены. Этьенну хотелось ворваться в кабинет Мэг и просто смотреть на нее, находиться рядом. Только чудовищные усилия позволили ему сохранять дистанцию и держаться от нее на расстоянии. К концу недели у Этьенна даже появилась надежда, что он наконец-то взял себя в руки.

Мэг ее разрушила в одно мгновение, неожиданно появившись в его кабинете.

– Мэг, что случилось? – спросил Этьенн, вскакивая из-за стола и подходя к ней.

Он озабоченно взял ее за руки и внимательно посмотрел в обеспокоенные глаза.

– Ты... – Она заколебалась.

– Я? Что я не так сделал?

– Этьенн, ты перерабатываешь. Так ты измотаешь себя вконец. Ты в офисе и днюешь, и ночуешь. Смотрел на себя в зеркало? У тебя измученный, изможденный вид! Я, конечно, понимаю, что на кону не только благополучие всех сотрудников компании, однако ты должен беречь себя.

– Что ты имеешь в виду? Что еще? – нахмурился он.

– Ты, твоя репутация, вернее. Ты ради нас так стараешься, что не думаешь о себе. Даже не намекнул нам, что от нас... от меня зависит и твоя репутация. Из-за одной ошибки мы можем тебя подвести. Ты поэтому такой расстроенный последнее время?

Ее беспокойство умилило Этьенна.

– С чего ты взяла, что я расстроен, та cheri.

Мэг недовольно скрестила руки на груди.

– Ты обещал меня не обманывать.

– Помню. Правда в том, что я совсем не думал о своей репутации.

Он улыбнулся ей, отчего Мэг еще больше нахмурилась:

– И в чем же тогда причина твоего плохого настроения?

– Я не говорил, что был расстроен.

– Этьенн! Как будто я могла этого не заметить! Ты был чем-то озабочен всю неделю, все время хмурился и... твои глаза.

– Что мои глаза?

Мэг опустила взгляд и покраснела:

– Ладно, забудем о них. Но что-то с тобой не так. Я знаю!

Что ему ответить? Этьенн не хотел признаваться в своих беспокойствах, что он может обидеть или разочаровать Мэг в будущем. Он дал обещание, что они будут друзьями и бизнес-партнерами. Тот факт, что ему нелегко давалось держаться в рамках дружеских отношений с ней, было его личной проблемой.

– Или... Этьенн? Я знаю, что не имею права вмешиваться, но... Как я уже говорила, я посмотрела о тебе в Интернете. Уверена, что этот период года для тебя очень тяжелый. Не хочу показаться нечуткой. Если тебе нужно время, чтобы побыть одному, скажи. Обещаю, мы все вместе поработаем и за тебя тоже. Этьенн, ты нам так облегчил жизнь! Я бы хотела хоть чем-то помочь тебе сейчас...

Голос ее осекся. Этьенн посмотрел на нее и заметил, что Мэг нервно теребит пуговицу своей блузки. Он снова взял ее за руки и крепко их сжал:

– Мэг! Я не хочу, чтобы ты беспокоилась из-за меня.

– Но...

– Это мои проблемы. Не волнуйся. Я привык решать их. Это моя работа.

– Может быть, но ты же человек! И думаю, что ты хотел бы взять выходной на восемнадцатое июля, разве нет?

Этьенну стало не по себе, когда она решительно назвала пугающее его число. Однако его восхитили смелость Мэг и то, что она продолжала настаивать на том, чтобы он подумал о себе.

– Это приказ, Мэг?

Она вздернула подбородок:

– Нет. Это совет друга.

Он никогда этого не делал. Этьенн крепко сжал ее пальцы и притянул Мэг к себе.

– Не все так просто, Мэг. Я был плохим мужем для Луизы. Ребенок был нужен мне, а не ей. Она хотела порадовать меня, подарив наследника. Если бы я думал о ней, а не о своих обязанностях, то мы могли бы узнать о ее проблемах с сердцем и избежать ненужного риска. И потом я сгоряча переложил часть ответственности за смерть Луизы и ребенка на свою мать. Мне надо было не допускать ошибок, пока они были живы. Сейчас ничего исправить уже нельзя. В любом случае, Мэг, тебе не нужно обо мне волноваться. Работа, с одной стороны, разрушила мою семью, но, с другой стороны, это единственное, что позволяет мне жить дальше. – Тут он заметил, как по щекам Мэг скатились две огромные слезы. – Ты же говорила, что не плачешь никогда?

– Это правда, – выпалила она, смахивая слезы. – Я не плачу. Я просто очень сердита.

– На кого?

– На тебя. Почему ты считаешь, что должен быть идеальным и ответственным за все и всех? Это неправильно! Люди сами должны отвечать за свое счастье, но... Нет, я больше ничего не буду говорить. Я не имею права тебя учить жить, тем более что мне трудно представить, как я чувствовала бы себя на твоем месте. Ну почему я никогда не могу держать язык за зубами!

– Я всегда рад, когда ты говоришь, что думаешь.

Мэг покачала головой:

– Знаю. Но я считаю, что мне нужно научиться время от времени уметь прикусывать язык. Пока это трудно.

– Не беспокойся обо мне, Мэг. Все нормально. Вот только... Ты сама знаешь, что меня тянет к тебе. Я не хочу уезжать.

– Ты все еще волнуешься, что можешь причинить мне боль? Как я уже сказала, мое эмоциональное состояние – это моя проблема! Ты не можешь отвечать за меня! Мы договорились, что ты будешь учить меня, а не подкладывать все время солому и сдувать с меня пылинки.

– Ты уже знаешь достаточно, чтобы самостоятельно руководить компанией.

– Есть что-то еще, что мне нужно знать? Не так уж и много.

– Возможно... тебе не помешает урок танцев.

Глаза ее широко распахнулись.

– Ты шутишь? Мне нужно уметь и танцевать? Не вижу в этом смысла! Когда мне это может пригодиться? Мы будем танцевать в Париже?

Этьенну не хотелось лгать ей...

– Обязательно, – отозвался он.

Что-нибудь придется организовать. Сейчас было самое время заняться танцами, чтобы расслабиться после напряженной недели. И ему не терпелось почувствовать Мэг в своих объятиях.

– И когда мы начнем?

– Прямо сейчас. Пойдем.

– Прямо на глазах у всех?

– Они могут к нам присоединиться.

Мэг откинула голову и рассмеялась:

– О! Им это понравится! Вот только ты сам будешь объяснять им, что урок танцев входит в их прямые обязанности.

– Да ладно, Мэг, – прошептал Этьенн. – Скажу, что тебе очень захотелось отвлечься от работы. Они сделают все, о чем бы ты их ни попросила.

– И о чем бы ты их ни попросил тоже. Ага, не удивляйся. Ты, может, не заметил, но они тебе доверяют и относятся как к своему.

Ее замечание заставило Этьенна занервничать. Что бы ни говорила Мэг, он нес ответственность за компанию и ее сотрудников, а самая главная выставка была впереди.

– Ты хочешь сказать, они не обратятся в профсоюз с жалобой на меня, если я заставил их танцевать танго на рабочем месте?

– Думаю, они будут приятно поражены твоим нетрадиционным методом работы с коллективом. Вот только нам нужна музыка! Что мы будем делать?

Все оказалось легче, чем сначала показалось Мэг. У Джеффа в машине обнаружился вечно там валяющийся МРЗ-плеер с маленькими колонками. После долгого поиска среди записей хип-хопа и джаза были найдены несколько песен, под которые можно было танцевать бальные танцы.

– Давайте расчистим место, – скомандовал Этьенн, и мужчины занялись стоящими в центре комнаты столами.

Когда все было готово, он огляделся по сторонам и увидел полные нетерпения лица сотрудников.

– Давайте так. Ваш сосед по правую руку будет вашим партнером. Встаем в пары. – Этьенн проигнорировал раздавшиеся смешки. – Начнем с самого простого: с вальса. Партнеры смотрят на меня и повторяют. Мужчина кладет руку на талию партнерши. А вы, дамы, положите одну руку партнеру на плечо. Вот так.

Сам Этьенн с удовольствием обнял Мэг за талию и взял ее за руку. Он мгновенно отметил, что сердце его забилось сильнее. Быстро дав последние наставления, Этьенн закружил Мэг по импровизированному танцполу. Он быстро забыл о своих учениках, все его мысли сосредоточились на партнерше и ее бездонных глазах.

– Ты хорошо танцуешь, – прошептала она так тихо, что Этьенн даже был вынужден наклониться к ней.

– Много практиковался, – ответил он, отметив про себя, что никогда раньше не получал такого удовольствия от танца.

Однако, к его сожалению, музыка быстро закончилась.

– Меняемся партнерами, – объявил Джефф и направился прямиком к Мэг.

Этьенн на секунду напряг руку на талии девушки, не желая уступать свое место, но потом, все же уступил место другому мужчине. Он не мог не заметить, что Джефф неравнодушен к Мэг. Может быть, с ним она найдет свое счастье, когда он уедет во Францию? Но сегодня... Сегодня Этьенн хотел быть рядом с ней. Показав основные движения нескольких других танцев, он объявил танго:

– Последний танец. И в этот раз Мэг танцует со мной.

Он посмотрел Джеффу в глаза и заметил, что тот недоволен его притязаниями на Мэг. Этьенн почувствовал себя виноватым перед ним. Ведь тот даже не мог возразить ему, поскольку считал своим боссом. Однако он не мог позволить Джеффу станцевать с Мэг и танго. Последний танец останется за ним!

– В Париже нам, возможно, придется танцевать, – объяснил он Джеффу, уводя у него партнершу.

Этьенн кривил душой, прекрасно зная, что едва ли им придется танцевать танго, но ему хотелось воспользоваться шансом, исполнить танец с Мэг.

– Если я тебе на ногу наступлю, ты обещаешь меня простить? – спросила она. – И кричи, пожалуйста, не очень громко.

– Я обещаю, что буду наслаждаться каждой секундой танца с тобой.

Конечно, Мэг усмехнулась, чем всегда заставляла его нервы напрягаться. Заиграла музыка, и Этьенн начал свой последний урок. Мэг танцевала танго первый раз в жизни и держалась зажато. Было видно, что она стесняется своей неуклюжести и неопытности. Однако Этьенну Мэг все равно казалась очаровательной.

Они двигались по комнате, не обращая внимания на остальных, и не отводя глаз друг от друга.

– Теперь ты откидываешься на спину, – прошептал Этьенн, опуская Мэг вниз, в то время как он сам нагнулся над ней. – Теперь вверх.

Музыка затихла, и вокруг раздались аплодисменты.

– Вы устраиваете подобное в каждой компании, которую возглавляете? – поинтересовалась Эди, и все рассмеялись.

– Это все Мэг, – улыбнулся Этьенн.

Больше он подобным заниматься не будет. Через неделю его работа в компании и увлечение Мэг станут частью прошлого. И ему не следует об этом забывать. Другого пути нет.

Глава 13

Время до их отъезда пролетело незаметно. Все в компании развили бурную деятельность, чтобы подготовиться к выставке в Париже. Работа шла полным ходом, теперь фирму можно было сравнить с налаженным механизмом, а не с машиной, потерявшей колесо.

Мэг сама удивлялась своему спокойствию. Раньше бы она беспокоилась о шраме, своей неуклюжести, несдержанности. Ее главные принципы состояли в том, чтобы избегать всеобщего внимания к своей персоне и держаться в стороне. Она старательно скрывала недостатки внешности и старалась не выделяться из толпы. Однако благодаря Этьенну у нее откуда-то появилась вера в свои силы. Он заставлял ее чувствовать себя уникальной и неповторимой. Так ли это было на самом деле, Мэг не интересовало, главное, что она чувствовала в душе.

Конечно, перспектива выступать перед интернациональной публикой все еще вызывала в ней некоторый трепет, но она была морально готова к этому.

Мэг была бесконечно благодарна Этьенну за то, что он изменил ее жизнь, если бы не одно но.

– Что ты будешь делать, когда он уедет? – как-то задала ей вопрос обеспокоенная Эди.

– Что ты имеешь в виду? – переспросила ее Мэг.

– Мэг! Я твоя подруга! Я тебя прекрасно знаю. Ты же влюбилась в него. Ты от него глаз оторвать не можешь!

Мэг открыла было рот, чтобы возразить. Нет, от Эди ничего не скроешь.

– Не важно. Он не из тех, кто заводит семью и все такое. Этьенн не хочет детей. Да и с моими кошками ужиться трудно, так что... Нет, я с самого начала все знала и понимала... В такого мужчину, как он, влюбляться нельзя.

– Но все равно влюбилась.

– Нет. Ну... Самую малость, – призналась Мэг. – Я знала, что должна быть осторожной. Но я буду по нему скучать.

Ужасно скучать! И еще она будет переживать, потому что видела, как Этьенн изводит себя. Он считает себя виноватым перед другими и не понимает, что тоже является жертвой.

Этьенн, скорее всего, собирался найти очередную компанию, которой нужна его помощь. Может, там его ждала встреча с другой женщиной. Однако он все время оставался одиноким. Мэг понимала, что Этьенн специально долго не задерживался на одном месте, чтобы у него ни с кем не возникало близких отношений. Он не позволял себе привязываться к другим людям.

Конечно, это был его выбор, Этьенн сам хотел такой жизни, и ей следовало относиться к нему с уважением. Насколько можно было сделать вывод о жизни Этьенна, раньше ему приходилось жить так, как этого требовало его положение, учитывая пожелания своей семьи. Он женился, решил завести детей, потому что так хотела мать. От него многое требовалось, и Этьенн пытался оправдать ожидания, вот только все его попытки привели к тому, что он причинил людям боль. При этом пострадал и сам Этьенн, однако признавать этого не хочет.

Мэг видела, что он с болью вспоминает о прошлом. Так что если переезды ради спасения компаний и их сотрудников делали Этьенна счастливым, то ей не стоило пытаться изменить это. Все, что она хотела, – чтобы он был доволен жизнью. Сама бы она не смогла жить так, поскольку думала о том, чтобы завести детей, и одиночество пугало ее.

Пока он был рядом, нужно было радоваться и не думать о ноющей боли в сердце.

Этьенн с улыбкой посмотрел на ерзающую в кресле самолета Мэг.

– Ты представляешь, что мы с тобой летим в Париж? – спросила она.

– Ага.

– Кого я спрашиваю? Ты ведь уже весь мир несколько раз облетел, наверное, – усмехнулась Мэг. – Но я-то никогда нигде не была, а тем более во Франции.

– Надеюсь, тебе понравится.

– Иначе и быть не может. – Она похлопала его по руке и снова заерзала в кресле.

– Ты волнуешься? Мэг! Не волнуйся! Все пройдет великолепно. Я уже много раз говорил тебе, что ты всех их покоришь. Поверь мне, так все и будет.

– Говорил.

– И что тогда?

– Ты столько усилий в меня вложил... Ты не думаешь, что ты предвзято ко мне относишься?

Этьенн нахмурился и развернулся всем телом к ней:

– Что ты, Мэг! Ты сама по себе потрясающая, и я тут ни причем!

– Будем надеяться, я их и вправду потрясу, – рассмеялась Мэг.

«И все те, кто придет на выставку, поймут, что Мэг удивительная», – добавил про себя Этьенн. Он никогда не прикладывал столько усилий, чтобы спасти компанию. Однако, помогая компании «Филдман», он преследовал свою главную цель – обеспечить для Мэг счастливое будущее, такое, каким она его представляла. Компания была для нее домом, и ее успех вселит в Мэг уверенность в себе и поможет реализовать мечты. У нее, конечно, будут дети. Не только потому, что так нужно, а поскольку ей хотелось быть матерью. Может быть, она даже встретит мужчину, которого полюбит. Джефф был тем мужчиной, который ее не обидит и приложит все силы, чтобы сделать ее счастливой.

На какое-то мгновение Этьенна охватило сожаление, но он прогнал странное чувство. Сейчас речь шла не о нем, а о будущем Мэг и ее счастье.

– Ты их всех покоришь, – заверил он Мэг.

– Обещаю постараться, – сказала Мэг, и Этьенн насторожился.

«Ведь она это все делает не только ради него? Так ведь?» – подумал он.

– А где Молния? – через некоторое время поинтересовался Этьенн, когда убедил себя не волноваться.

– Ее взяла к себе Эди, а за Кейт и Лео согласился присматривать Джефф.

– Джефф... Он хороший парень. Уверен, что он заботится об окружающих его людях и всегда им помогает.

Этьенн подумал о том, что Джефф наверняка станет ухаживать за Мэг, когда та вернется из Парижа. Оно и к лучшему. Мэг нужен такой мужчина, как Джефф. Хотя Мэг и говорила, что собирается в одиночку воспитывать детей, она, конечно, передумает, когда встретит своего мужчину, который возьмет на себя ответственность за семью. Джефф мог стать таким мужчиной, поэтому Этьенн не собирался вставать у него на пути. Он пообещал себе, что будет радоваться за Мэг, что рядом с ней появится заботливый и любящий муж. Но это потом... Пока она рядом с ним, и он мог наслаждаться ее улыбкой и смехом.

Поэтому на следующее утро после прилета Этьенн заехал к Мэг в отель. Вечером он дал ей отдохнуть после длительного перелета.

Мэг широко улыбнулась, открыв дверь и увидев его на пороге. На ней было облегающее красное платье до колен.

– Я что-то не помню этого платья, – сказал Этьенн, оглядывая ее с головы до ног.

– Я сама его купила. Эди меня похвалила, но я надеялась, что мне удастся услышать твое мнение. Я правильно сделала, что купила его, или мой вкус меня опять подвел?

Этьенн провел пальцем по глубокому вырезу декольте и вздохнул.

– Абсолютно правильно! Оно идет тебе, – произнес он одобрительно.

– Какое облегчение – слышать это из уст такого эксперта, как ты! Проходи, – сказала Мэг, пропуская его в свой номер, и принялась расчесывать волосы. – Сам понимаешь, хотя Эди и сказала, что все хорошо, я все-таки сомневалась. Ей всегда нравится то, что я ношу, так что у нее вкус от моего мало отличается. Ты же сразу можешь все оценить по достоинству.

– Я не во всем хорошо разбираюсь, – возразил Этьенн, заворожено наблюдая за движением руки Мэг и за тем, как ложатся ее волосы.

– Например? – спросила она, развернувшись к нему.

– Кошки. Вообще домашние животные.

– У тебя были домашние животные в детстве?

– Нет, – ответил Этьенн, чувствуя по ее голосу, что в Мэг снова просыпается желание помочь и спасти его от самого себя.

Еще больше его беспокоил упавший ей на лицо локон, который Мэг не торопилась убирать. Ему пришлось приложить усилия, чтобы не убрать его самому. Однако тогда бы ему захотелось и поцеловать Мэг в шею, что было бы уже слишком.

Этьенн прокашлялся, чтобы отвлечься от созерцания ее нежной кожи, и подавил в себе желание прикоснуться к Мэг. Ему даже удалось улыбнуться.

– Мэг, в этом не было ничего страшного. – Он постарался успокоить ее. – Я не знал, чего теряю. Моей маме не нравилась перспектива шерсти на мебели в доме Гаваров.

– Ничего себе! А дом большой?

– Дом огромный. Он расположен в живописной местности на холме.

– Ты, наверное, скучаешь по нему, когда путешествуешь?

Глаза ее стали снова грустными.

– Мэг, я тебе не котенок. Ты не можешь меня спасти. И меня не надо спасать! В принципе дом слишком большой для одного человека, да и был я там два-три раза после смерти матери.

– А когда она умерла?

– Почти два года назад. Там есть целый штат людей, которые следят за домом и прилегающей к нему территории. Можем туда съездить, если хочешь?

– Правда? Если ты не хочешь... Не надо изображать радушного хозяина, если тебе не хочется туда ехать... вспоминать о неприятных моментах.

Этьенн и сам думал об этом. В последний раз он покидал дом в расстроенных чувствах. Без матери дом казался еще более пустым.

– Я не жил там с Луизой. Ей там не нравилось. Дом подавлял ее своими размерами. А вот моей матери всегда было приятно, когда люди восхищались ее домом. Думаю, она была бы рада, что тебе интересно туда поехать. Но...

– Ну вот, я так и знала, что есть-таки проблема. Не нужно мне было просить тебя.

– Прекрати, Мэг, – сказал Этьенн и пригрозил ей пальцем. – Просто я подумал, что до начала выставки осталось всего два дня. И ты тогда не увидишь Париж. Тебе не хватит одного дня.

– Я всегда смогу вернуться в Париж. Сюда миллионы туристов приезжают, а побывать в фамильном доме Гаваров могут не все. Я хочу видеть место, где ты вырос.

– Почему?

Мэг смутилась:

– Ты очень интересный человек... Думаю, что и дом у тебя особый.

– Все, уговорила, я с удовольствием покажу тебе свой дом. Поехали. Разве можно устоять перед лестью и такой женщиной, как ты, Мэг?

Этьенн взял Мэг за руку, а потом, не удержавшись, убрал выбивающийся локон ей за ухо. Она вздрогнула, и он едва не потерял над собой контроль. Еще чуть-чуть, и Этьенн был готов снова ее поцеловать! Предстоящие дни обещали быть сложнее, чем он думал, хотя и незабываемыми. Главное, что от него требовалось, – сделать так, чтобы после их расставания Мэг ни о чем не жалела и была бы счастлива.

Поездка в дом Гаваров была не такой уж плохой идеей. Он все-таки любил это место, несмотря на все неприятные воспоминания, связанные с ним. Оно всегда успокаивающе действовало на него. К тому же Мэг могла бы там спокойно подготовиться к выставке. Она хорохорилась и уверяла, что не волнуется, но Этьенн прекрасно понимал, что ей не по себе. Один вопрос о том, идет ли ей новое платье, показал ему, что Мэг до сих пор чувствует неуверенность. Перспектива выступать перед толпой незнакомцев не могла не заставлять ее нервничать. Ведь на выставке только его лицо будет ей знакомо, а ей придется там работать целых два дня и постоянно общаться с клиентами, даже выступать с трибуны.

Оставалось надеяться, что день отдыха поможет Мэг расслабиться. Значит, перед ним стояло две задачи: помочь ей хорошо провести предстоящий день и не распускать руки.

Никаких поцелуев и прикосновений. Как бы, не было трудно! Ведь когда Мэг улыбалась или смеялась, ему так хотелось приникнуть к ее губам.

Мэг быстро соображала, что ей делать. Завтра будет годовщина смерти жены Этьенна. Наверное, это было не самое хорошее решение, ехать накануне этой даты в его родной дом. Что бы там ни говорил Этьенн, наверняка у него с ним были связаны печальные воспоминания.

Просмотрев многочисленные статьи о Гаваре в Интернете, чтобы узнать побольше о человеке, который собирается помогать ее друзьям, Мэг представляла, каким ударом стала для него смерть жены и ребенка. Судя по тому, как расширился его бизнес после трагедии, было несложно догадаться, что он весь ушел в работу, чтобы забыться. Да и личный опыт подсказывал Мэг, что в тот момент, когда что-то беспокоило его, Этьенн уходил с головой в решение деловых вопросов.

С другой стороны, она знала, что он специально организовал их поездку так, чтобы до выставки у нее было время. Они приехали за два дня до открытия и теперь могли прийти в себя после полета и отдохнуть, даже немного отвлечься от работы.

Однако то, что было хорошо для нее, не очень подходило Этьенну. Его следовало отвлечь от грустных мыслей. Решено: в следующие два дня она сделает все, чтобы не дать Этьенну думать о прошлом. Она убедится в том, чтобы у него не было времени на это. И будь что будет. Никто, кроме нее, не мог позаботиться об Этьенне в этот тяжелый для него период.

Надо будет по пути в дом Этьенна продумать список вопросов и тем для разговоров и обязательно вечером подготовить активную программу на следующий день. Благо в Париже полно интересных мест, а времени у нее, чтобы увидеть все, на самом деле немного.

Глава 14

Подготовить список оказалось сложнее, чем она думала. Этьенн приехал на лимузине с шофером и всю дорогу сидел рядом с ней на заднем сиденье. Мэг делала вид, что записывает его советы и интересные мысли, а тем временем заносила в блокнот собственные идеи.

Внезапно по лицу Этьенна она поняла, что они приближаются к цели их поездки. Он выпрямился и замер. Появившийся в конце аллеи трехэтажный белокаменный дом вызвал у Мэг восторг.

– Это... Как красиво! Я не думала, что дом такой огромный! – воскликнула Мэг. – Ты говорил, что есть люди, которые следят за домом? Могу я с ними познакомиться? Какие изумительные клумбы, кусты! Ты покажешь мне весь сад потом? И... рядом с домом есть пруд?

Этьенн заметил, что Мэг заглядывает в свой блокнот, и взял его у нее из рук.

– Отдай! – вскрикнула она, но было уже поздно, он уже пробежался глазами по ее записям.

– Что это, Мэг? Я же пообещал тебе, что покажу все! Ты мне не веришь?

– Верю, – закивала Мэг.

– Тогда зачем тебе этот список?

Вместо ответа она подняла подбородок и сжала губы. Этьенн понял, что ему придется постараться, чтобы получить честный ответ на свой вопрос. Мэг определенно что-то снова задумала.

– Я просто... люблю списки.

– В этом нет ничего плохого, но этот ужасно длинный. Боюсь, что нам и месяца будет мало, чтобы охватить все перечисленные тут пункты.

– Я записывала не только места, куда хочу пойти, но и темы для разговоров.

Этьенн рассмеялся:

– Это еще зачем? Нам с тобой что, нечего обсудить уже? Вроде как у нас никогда не возникало таких проблем. Да и мне точно будет что сказать о семейном доме, где я вырос, и о таком городе, как Париж.

Мэг смущенно опустила ресницы:

– Конечно... Я ничего такого не думала, Этьенн! С тобой очень интересно разговаривать.

– Тогда, Мэг, что это? – мягко спросил он, возвращая ей блокнот.

– Я хотела сегодня и завтра... занять тебя. Отвлечь от разных мыслей. Вот и все.

– Понятно.

– Ты не должен был видеть список... Я хотела быть разговорчивой и... интересующейся.

– Это мне нравится. Спрашивай, что тебя интересует, Мэг? Сегодня я выполню все твои просьбы, – пообещал Этьенн.

Однако Мэг замерла, и у нее в глазах появился испуг.

– Не могу, я даже подумать не могу, – прошептала она в конце концов, потому что все мысли вылетели у нее из головы, когда Этьенн посмотрел на нее.

Он вдруг положил руку ей на шею и привлек к себе.

– Тебе не нужно думать, Мэг. Я знаю, какое сегодня число, но не нужно пытаться меня развлекать. Только ты и я, хорошо? Мы никуда не будем спешить. Я покажу тебе свои любимые места. Мы будем говорить, когда захочется, и молчать тоже. Не нужно волноваться из-за меня, Мэг. Мне нравится проводить время с тобой. И поверь мне, ты сама по себе отвлекаешь меня от всех неприятных мыслей. Пойдем, мы приехали.

Она молча кивнула.

Когда они вышли из машины, Мэг взяла Этьенна за руку и позволила повести себя туда, куда он хотел. Вначале они отправились осматривать дом.

Мэг все это время была необычно молчаливой и задумчивой. Так что к концу осмотра дома Этьенн начал за нее беспокоиться.

– Все в порядке? – спросил он, не выдержав.

– Я должна была развлекать тебя, а вместо этого... Я не хотела тебе напоминать... А что получилось? Мы только подъезжали к дому, а ты уже меня раскусил и заставил во всем признаться. Я ничего не могу от тебя скрыть, – нахмурившись, призналась Мэг.

– Ты очаровательна, Мэг, – ответил Этьенн, и почему-то ее слова оказались ему приятны.

– Ты шутишь?

– Правда очаровательная. – Он позволил себе поцеловать Мэг в нос. – А теперь пойдем со мной. Хочу показать тебе место, куда я обычно ходил, когда мне нужно было побыть одному.

Он взял Мэг за руку и провел мимо беседки, где ему сообщили о скорой смерти отца и тех обязательствах, которые ему предстояло взять на себя. Сердце Этьенна сжалось при воспоминании и своем разговоре с матерью в том же месте, когда он перечеркнул все ее надежды на то, что он будет достойным продолжателем рода Гаваров.

Этьенн постарался сконцентрироваться на мыслях о Мэг, а та, словно почувствовав его беспокойство, вдруг посмотрела на него и одарила такой широкой улыбкой, что он мгновенно обо всем забыл. И эта женщина решила составить план! Зачем? Одной ее улыбки достаточно, чтобы завладеть всеми его мыслями. Но в этом была вся Мэг: заботливая и чуткая. Если он обидит ее... Нет! Он этого не допустит!

Они подошли к пруду, и Этьенн быстро нашел лодку, которая была спрятана в кустах.

– Пруд мелкий, – сказал он, протягивая Мэг руку, чтобы помочь ей забраться в лодку, а потом забрался сам. – Мне нравится это место тем, что никто никогда не искал меня здесь. Родители не очень любили пруд. Ну и как ты собиралась меня развлекать? Расскажи!

Мэг сердито посмотрела на него:

– Мне нечего стыдиться.

– Конечно. Мне приятно, что ты подумала обо мне и хотела помочь.

– Ты столько сделал для меня. Я ценю твою помощь. – Она опустила глаза.

Его тянуло поцеловать Мэг, но он пытался сохранить спокойствие.

– И что же все-таки было в списке?

– Разное. Сначала, естественно, тур по дому, потом по саду и окрестностям. В запасе был разговор с поваром о твоих любимых блюдах, участие в их приготовлении и дегустация. Еще я собиралась попросить тебя познакомить меня со всеми людьми, которые тут работают. После этого мы могли бы съездить в ближайший город. Ну и в крайнем случае я готова была пойти осматривать твой гараж.

– Тебя интересуют машины?

– Нет... Но главное, что они у тебя есть и ты бы мог мне о них рассказать.

– Хорошо, что я не дал тебе реализовать твой план, – улыбнулся Этьенн. – Мэг, ты бы не стала уверять меня, что и кататься на лодке тебе нравится, правда?

– Ну... – Мэг глубоко вдохнула воздух и потупилась. – Обычно нет, но сегодня я готова почти на все.

– То есть... тебе не нравится кататься на лодке по пруду?

– Я не очень хорошо плаваю, но тут мне нравится.

– И почему же?

Мэг пристально посмотрела ему в глаза:

– Потому что я в лодке с тобой.

Больше у Этьенна не было сил сдерживаться.

– Прости, Мэг, – прошептал он. – Но я просто не могу не поцеловать тебя теперь.

Отложив весла, Этьенн наклонился и поцеловал ее в губы. Она незамедлительно ответила ему, и его сердце учащенно забилось. Не самое лучше место он выбрал! Он себе никогда не простит, если она упадет за борт.

Этьенн медленно выпрямился и улыбнулся девушке:

– Мэг!

– Да? – Голос у нее был тихий, а взгляд затуманенный.

– Тебе прекрасно удается отвлекать меня. Может, еще раз повторим, только в другом месте?

Предполагалось, что его замечание должно разрядить атмосферу и насмешить Мэг, однако та даже не улыбнулась.

Теперь Этьенн понимал, что ему придется еще тяжелее. Он судорожно стал подсчитывать, сколько времени им осталось провести вместе. Выдержит ли он? Да и что будет делать потом, когда Мэг уедет к себе домой?

Нельзя было позволять себе прикасаться к ней, а тем более целовать! После этого ему стало хотеться большего. Порядочный мужчина не должен так поступать, если не собирается строить с женщиной отношения. Он не имел права даже прикасаться к Мэг! Однако при взгляде на нее его охватывал огонь желания, который сложно было подавить.

Время летело быстро. Еще один день, и начнется выставка. Потом она уедет домой.

Ее первый день во Франции прошел лучше, чем Мэг могла предположить. Этьенн показал ей дом, сад, вечером они пообедали в ресторане поблизости. Однако у нее все время не шел из головы их поцелуй в лодке.

Утром на следующий день Этьенн снова заехал за ней.

– Хочу, чтобы ты запомнила этот день.

– Этьенн! Это Париж! Это будет незабываемый день по определению!

– Тогда поспешим, нам надо все успеть увидеть.

Они прошлись по набережной Сены и по Елисейским Полям. Зашли в собор Нотр-Дам, поднялись на Триумфальную арку. Побывали на Монмартре. Вечером вернулись в центр, в парк Тюильри.

Если обычно более разговорчивой была Мэг, вернее, она почти никогда не умолкала, то в этот раз говорил в основном Этьенн. Он старался рассказать ей как можно больше обо всем, что они видели.

Когда солнце начало заходить, они стояли около фонтана напротив пирамиды Лувра, Мэг, как зачарованная, наблюдала за игрой цвета на небе. Рядом с ними отец играл с двумя детьми, а их мать сидела на скамейке и наблюдала за ними с улыбкой. Мэг вдруг страшно захотелось оказаться на ее месте. Париж, заходящее солнце, дружная семья – это было ее мечтой, которая не могла осуществиться. Мэг тяжело вздохнула и посмотрела на Этьенна:

– Спасибо тебе за все. За то, что показал Париж и фамильный дом, – тихо сказала она.

– Хотелось бы, чтобы у нас было больше времени, – покачал головой Этьенн.

Мэг подняла руку и позволила себе прикоснуться к его щеке.

– Я и этого не ожидала. До встречи с тобой я даже не думала, что побываю в Париже.

Он осторожно обнял ее, притянул ближе и поцеловал в волосы.

– Это не только моя заслуга, Мэг. Я никогда никого не привозил в Париж раньше.

– Почему нет? – спросила она, отстраняясь.

– Потому что ты – особенная. И не заставляй меня это повторять еще раз.

Вместо этого Мэг стала на цыпочки и поцеловала его в нос. Этьенн провел рукой по ее волосам и поцеловал, на этот раз в губы. Застонав, он провел языком по шраму на щеке Мэг и опустил голову к шее девушки.

Вдруг раздался кашель, и Мэг замерла.

– Этьенн, на нас смотрят дети, – прошептала она.

Он мгновенно выпустил ее из объятий и взял за руку.

– Я отвезу тебя в отель, – решительно сказал он, направляясь к тому месту, где их ждала машина.

Открыв дверь номера, Мэг повернулась к Этьенну и широко улыбнулась.

– Теперь мы одни, и никто на нас не смотрит, – сказала она.

Он рассмеялся и поцеловал ее. Его руки оказались у нее на талии, а потом стали подниматься вверх. Мэг не хотела, чтобы он останавливался, поэтому она обвила его за шею и со всей страстью ответила на его ласки.

– Давай зайдем, Этьенн, – предложила она.

Он оторвался от ее губ и озабоченно посмотрел ей в глаза:

– Мэг, я не хочу использовать тебя.

Мэг остановилась, и сомнения охватили ее.

– Ты не хочешь меня?

– Я боюсь причинить тебе боль. Я хочу тебя, но я не сумасшедший.

– Ты прав, я тоже не хочу причинить тебе боль. Не хочу заставлять делать то, чего ты не хочешь делать и о чем потом пожалеешь. Не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным целовать меня или...

Этьенн подхватил ее на руки и не дал договорить. Он внес ее в номер, закрыл дверь ногой и донес до кровати.

– Ты пытаешься манипулировать мной, Мэг?

Она без страха посмотрела в его потемневшие глаза. Мэг знала, что он никогда сознательно не сделает ей больно. Сейчас она должна была соблазнить Этьенна, постараться заставить его забыть о своих страхах.

– Я... Да. Вернее, не совсем... Не знаю. Я хочу тебя, Этьенн, но тоже не хочу использовать тебя. Я хочу, чтобы наши последние дни вместе были счастливыми. Я хочу, чтобы мы занялись любовью, только если наши желания совпадают. Но если ты в моей постели только из-за того, что мне удалось тобой, как ты говоришь, манипулировать, то... я предлагаю остановиться.

Голос у нее был грустным, даже извиняющимся. Мэг ненавидела себя за свою слабость и с раздражением постаралась сесть на кровати. Однако Этьенн не пошевелился.

– Твое предложение остановиться заинтриговало меня. Значит ли оно, что ты меня больше не хочешь, топ petit lapini – прошептал он, наклоняясь к шее Мэг.

Когда он снова посмотрел на нее, она уже плохо могла думать, но что-то подсказало ей, что Этьенн ждет ответа.

– Я не знаю, что значит топ petit lapin, – прошептала она.

Этьенн улыбнулся и поцеловал ее в кончик носа.

– Как бы это перевести... моя маленькая зайка. Звучит не так нежно, как по-французски. Ты думала, я ругаюсь, лежа в кровати с женщиной, которая сводит меня с ума одним прикосновением?

– Кто тебя знает, Этьенн... Но «моя маленькая зайка» этот как-то несексуально, – сказала Мэг и начала медленно расстегивать пуговицы на рубашке Этьенна.

Сразу стало видно, как тяжело Этьенн дышит.

– Это не важно, потому что ты ужасно сексуальна. Невероятно сексуальна.

Он провел рукой по ее телу, и Мэг изогнулась навстречу ему.

– Я очень долго ждала этого момента, Этьенн, – призналась Мэг. – Но я хочу, чтобы никто из нас не сожалел о том, что случится. У нас есть только сегодняшняя ночь. Согласен?

Этьенн внимательно посмотрел ей в лицо и задумался.

– Пообещай мне, – наконец сказал он. – Пообещай, что потом, когда мы расстанемся, ты не будешь ругать себя, что позволила мне прикасаться к себе.

– Никогда!

– Хорошо, потому что иначе я был бы вынужден остановиться, и... Мэг...

Она положила руки на его грудь, а потом стянула с него рубашку.

– Что, Этьенн?

В этот момент он расстегнул ее платье, и его взгляд скользнул по телу Мэг.

– Нет, я не буду останавливаться, Мэг, – сказал Этьенн, продолжая раздевать девушку. – Если только ты не попросишь об этом. Я надеюсь, что ты этого не сделаешь.

– Нет, я прошу тебя заняться со мной любовью, Этьенн, – прошептала Мэг.

Этьенн улыбнулся и, скинув с себя одежду, обнял Мэг.

– Ты самая потрясающая женщина, Мэг.

Она прижалась к нему всем телом и вздрогнула от приятного прикосновения к разгоряченной коже Этьенна.

– А ты самый потрясающий мужчина, Этьенн. Пожалуйста... возьми меня.

Мэг не пришлось долго его уговаривать. Этьенн сделал все, чтобы доставить ей наслаждение: последовали поцелуи и ласки, и только когда они оба не могли больше терпеть, их тела соединились. Мэг забыла обо всем на свете, кроме его губ и темных глаз, которых Этьенн не сводил с нее.

Потом, когда они лежали уставшие и сонные, Этьенн обнял ее и прошептал на ухо:

– Не скучай по мне, когда мы расстанемся, Мэг.

В ответ она поцеловала его в лоб:

– А ты обещай не волноваться за меня.

Но когда настало утро и Этьенн вернулся к себе, Мэг поняла, что они оба ничего не ответили друг другу. Почему? Потому что она не могла не скучать по Этьенну, а он обязательно будет переживать за нее.

Изменить себя Мэг не могла. Как она могла забыть человека, которого любила всем сердцем? Конечно, ей будет его не хватать!

Однако она могла постараться убедить Этьенна, что ему не нужно о ней беспокоиться. Не дай бог, он решит, что подвел еще одну женщину, это его убьет. Она сильная и сможет позаботиться о себе. Нужно показать Этьенну, что Мэг Лейтон – независимая женщина, которая твердо стоит на ногах. Он должен поверить, что может с чистой совестью отпустить ее в Америку одну. И еще ему не следовало знать, что сердце у нее разбито.

Глава 15

Странное поведение Мэг начинало беспокоить Этьенна. После ночи, проведенной с ним, она, казалось, избегала его. Когда же они были вместе, Мэг излучала уверенность в себе. Она всегда улыбалась, иногда ободряюще похлопывала по плечу и время от времени целовала в щеку, как своих друзей в компании «Филдман». Как будто она заботилась о нем и волновалась о его самочувствии. Ее постоянно хорошее настроение вызывало у Этьенна недоумение.

Он никогда за всю жизнь не видел человека, вот так же постоянно излучающего энергию. У него закрались подозрения, что она беспокоится за него и пытается как-то успокоить.

Мэг знала о нем все. Тот факт, что у него не было от Мэг секретов, привел Этьенна к выводу, что она что-то скрывает от него. Скорее всего, предположил он, дело заключалось в том, что ей было известно о его больном месте: неудачах в отношениях с женщинами.

Его удивляло не только то, что Мэг относилась к нему по-дружески, но и то, что она ни слова не сказала о ночи любви с ним. Ни сожаления, ни радости, никаких чувств! А это было совсем не похоже на всегда эмоциональную и открытую Мэг. Этьенн не сомневался, что проведенная с мужчиной ночь имеет для нее большое значение и не может забыться наутро.

Взвесив все, Этьенн пришел к странному для себя выводу: Мэг боялась, что он подумает, будто она влюбилась в него и ограждала его от угрызений совести.

Вот это уже было больше похоже на Мэг. Его открытие не могло не взволновать Этьенна. Но разве она могла влюбиться в него? Она сначала четко дала ему понять, что мужчина ей не нужен. Мэг даже не собиралась искать отца для детей, которых так хотела. Если бы он думал, что существует вероятность того, что у нее возникнут к нему чувства, он бы... Что бы он сделал?

А что бы почувствовал, если бы Мэг в него влюбилась? Сердце его гулко стучало, но потом Этьенн почувствовал болезненный укол. Какая разница, чтобы он почувствовал? Он не подходил Мэг. Она хотела семью, детей и заслуживала любящего мужа, который всегда будет рядом с ней. Он же мог только разочаровать ее, как бы ему ни хотелось этого избежать. Вот и сейчас она беспокоилась за него, а значит, и из-за него!

А момент для беспокойства был не самый подходящий, слишком много стояло на кону у Мэг. Нельзя забывать о том, что ей предстояло выступить несколько раз на выставке, потом одной вернуться в Чикаго, чтобы руководить компанией. На нее ляжет ответственность за судьбы всех сотрудников. Вот только ей не придется волноваться за Этьенна Гавара. Мысли о нем не должны расстраивать Мэг.

Как он мог ей это объяснить? Попросить перестать беспокоиться? Сказать, что он не беспокоится за нее? Нет, он волновался, потому что...

Потому что любил эту женщину. Этьенн нервно сглотнул. Он любит Мэг! Он всегда будет беспокоиться о ней, но ей не нужно этого знать.

Ее карьера шла в гору. У нее начиналась та жизнь, о которой она мечтала. Такой мужчина, как он, ей не нужен. Он помог Мэг найти себя, теперь ему надо уйти с ее пути.

Придется позволить Мэг вести начатую игру и даже подыгрывать ей, как бы ему это ни было ненавистно и тяжело. Ее подбадривающих дружеских похлопываний и улыбок ему недостаточно. Он хотел всего. И навсегда.

Однако ей нельзя в этом признаваться. Мэг только расстроится. А он был готов пожертвовать всем, лишь бы ее сердце не страдало.

Был последний день выставки, и все шло, как запланировано. Встречи с людьми, улыбки, шутки. Мэг старательно выполняла обязанности лица компании и пыталась привлечь внимание клиентов к компании. Иногда ей приходилось выступать с презентациями их продукции. Однако, по сообщениям Джеффа, в офисе с каждым днем прибавлялось заказов, что не могло ее не радовать и не вдохновлять.

Только все мысли Мэг были сосредоточены на Этьенне, хотя она старалась не показывать ему, что происходит у нее на душе, и продолжала работать, как ни в чем не бывало.

Порой Мэг поглядывала на часы, чтобы проверить, сколько еще времени осталось до отъезда, потому что с нетерпением ожидала того момента, когда сядет в самолет и сможет наконец расплакаться. Ей надоело улыбаться, в то время как сердце ее обливалось кровью при мысли, что она больше никогда не увидит Этьенна.

Ей предстояло выполнить еще два трудных дела: провести еще одну презентацию и поцеловать Этьенна на прощание. Пусть она избегала его все эти дни, но не могла же уехать, не почувствовав вкуса губ Этьенна! Последний поцелуй, который останется в ее памяти на всю жизнь!

Она шла к месту презентации, думая о том, как поцеловать Этьенна так, чтобы он не понял, какие чувства переполняют ее. Мэг настолько углубилась в свои мысли, что забыла об осторожности. Поднимаясь по лестнице, она споткнулась о последнюю ступеньку, ведущую на трибуну, и упала.

Впервые в жизни Мэг удалось упасть так, что она быстро вскочила на ноги и принялась поправлять одежду. Все ее мысли были о том, что падение не могло не укрыться от Этьенна, а значит, он видел, как она снова подвела его. Надо было привести себя в порядок и собрать бумаги до того, как он придет ей на помощь.

– Мэг! Ma belle! Ты в порядке? Что я говорю! Ты не могла не ушибиться. Посмотри на меня! Ну, вот синяк на скуле. Лучше сядь!

Мэг потянулась было к нему, но тут заметила в глазах Этьенна беспокойство. Медленно она покачала головой и улыбнулась:

– Этьенн, не волнуйся. Все в порядке. Я наконец-то научилась падать... грациозно.

Этьенн даже не улыбнулся. Он был побледневший, испуганный.

– Мэг! Ты чудесная, но... у меня чуть не случился сердечный приступ из-за тебя. Я был так далеко от тебя, ты упала так быстро... я не мог тебя поймать. Я боялся, что ты ударишься головой, сломаешь ногу. Мэг! Мэг...

Она не могла больше сдерживаться и, обхватив его лицо руками, поцеловала Этьенна.

– Этьенн! Я...

– Я не могу расстаться с тобой, – вдруг сказал он. – Это слишком... Ты слишком... Мэг, я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.

Мэг не знала, кто из них был больше изумлен повисшими в воздухе словами. На какую-то секунду ее сердце забилось от радости и она была готова прошептать свое согласие, но... Его предложение было только следствием того, что Этьенн волновался за нее. Оно вырвалось у него, поскольку Этьенн перепугался за нее и почувствовал свою ответственность. Сколько времени он учил ее тому, как держаться в обществе, и вот она показала ему, что не готова к полной самостоятельности. Увидев ее падение, Этьенн наверняка вспомнил о жене и о том, что не оказался рядом, когда той была нужна его помощь. Он предлагал выйти замуж только потому, что почувствовал себя ответственным за нее и хотел защитить.

Мэг всегда знала, что Этьенн стремится помогать людям. Но кто спасет Этьенна от него самого? Она должна была это сделать!

Покачав головой, Мэг еще раз поцеловала его.

– Спасибо, но я не могу выйти за тебя замуж, – прошептала она. – Это было бы... неправильно.

Подняв сумочку, Мэг пошла к выходу из выставочного комплекса. Так и не проведя последней презентации, она поехала в отель, откуда, быстро собрав вещи, направилась в аэропорт. Ей удалось найти силы только для того, чтобы позвонить Эди и попросить подругу встретить ее по прилете в Чикаго.

Несколько дней Мэг не могла прийти в себя. Ей никого не хотелось видеть. Она сидела дома и плакала. Иногда она бездумно смотрела телевизор или заставляла себя лечь в постель, чтобы поспать.

Из оцепенения ее вывел телефонный звонок. Сначала Мэг молча посмотрела на телефон и только когда через некоторое время звонок повторился, сняла трубку. Она собиралась сразу же положить ее обратно, однако услышала расстроенный голос Эди:

– Не вешай трубку, Мэг! – Ее подруга была в панике. – Мэг, приезжай поскорее в офис, пожалуйста. Тут Алан, он всем угрожает. Он довел Полу до слез.

Мэг резко выпрямилась и крепко сжала трубку.

– Конечно. Уже лечу, – выпалила она и бросилась переодеваться.

По дороге в офис Мэг мысленно ругала себя за то, что забросила работу и оставила своих друзей и сотрудников одних. Кто, кроме нее, мог им помочь? Ведь уже рядом не было Этьенна, который мог решить любую проблему. Ей нужно было срочно вспомнить все то, чему он научил ее. От нее требовалось дать достойных отпор Алану, и благодаря Этьенну она сможет это сделать.

И впервые за неделю Мэг слегка улыбнулась.

Этьенн нарушил множество дорожных правил, пока мчался на своей машине в офис компании «Филдман» после звонка Джеффа. Алан посмел явиться в компанию и терроризировал сотрудников! По словам Джеффа, Эди удалось связаться с Мэг, которая до этого целую неделю не выходила ни с кем на связь. Это означало, что Мэг тоже едет в офис. И если Алан чем-то ее обидит, то...

Как вовремя он приехал в Чикаго, чтобы начать процесс продажи компании сотрудникам! Главное – доехать до офиса быстрее Мэг.

Боже, как сложно быть влюбленным! В Париже он от страха сделал Мэг предложение, неуместное и обидное для нее. Теперь сердце его билось при одной мысли, что Алан может причинить Мэг новую боль.

Въехав на парковку, Этьенн нахмурился, потому что увидел поспешно припаркованную машину Мэг. «Значит, я опоздал», – подумал он и, чертыхаясь, направился к центральному входу, но потом, подумав, оросился к запасному.

В офисе раздавался голос Алана:

– Ситуация изменилась, потому что Гавар передает контроль сотрудникам компании. Теперь решение только за вами. Я делаю очень щедрое предложение. Каждый получит по приличному куску.

Этьенн хотел было броситься к Мэг, но увидел ее лицо и остановился. На лице Мэг не было страха, а только решимость и сосредоточенность. Потом она недоверчиво изогнула бровь и снисходительно посмотрела на Алана.

– Видел? – прошептал Этьенн Джеффу, который оказался рядом с ним. – Удивительная женщина!

– Ага! Я боялся, что после недели, проведенной у себя взаперти, она будет выглядеть немного... сумасшедшей. Но она даже красивая, – прошептал в ответ Джефф.

Этьенн напрягся. Мэг и вправду была красивая, но...

– Моя Мэг сидела дома целую неделю?

– Да, что вы ей сделали? – спросила Эди. – Я так и не поняла ничего из того, что она говорила в аэропорту, потому что она все время плакала.

– Я сделал ей предложение, – ответил Этьенн, сжав кулаки при упоминании о слезах.

– О! Вы сказали, что любите ее?

– Нет, не сказал! – Этьенн отрицательно покачал головой.

Эди взглянула на него:

– Ну, тогда это все объясняет. Если вы ее не любите, то не стоило делать предложение. Она говорила что-то о том, что не хочет быть для вас бременем. Мэг была ужасно расстроенной.

Что он опять натворил? Как мог довести прекрасную Мэг до слез? Но разве не ту же ошибку он собирается совершить сейчас? Мэг должна быть сильной, чтобы уметь защищать себя. Люди будут пытаться показать, что она слабая, но он, как человек любящий, должен видеть ее сильные стороны и поддерживать, а не защищать от всего.

Этьенн посмотрел на полное решимости лицо Мэг и не стал вмешиваться, чтобы дать ей возможность самой отстоять себя и компанию перед Аланом. Он придет ей на помощь, если только она обратится к нему за этим.

– Если я не ошибаюсь, тебе было неоднократно сказано, чтобы ты здесь не появлялся и не пытался давить на сотрудников компании, – сказала Мэг. – Ты переступил черту дозволенного, Алан.

– А мне кажется, дорогуша, что раз компания теперь принадлежит сотрудникам, то не тебе принимать решение за них. В тебе говорит обида на меня за то, что я отверг тебя и уволил.

Джефф и Эди успели схватить и остановить Этьенна, потому что тот мгновенно попытался броситься на Алана. Он сразу же пришел в себя и немного успокоился, но все-таки тихо выругался.

Мэг посмотрела в его сторону, их взгляды встретились, и она улыбнулась:

– Думаю, тебе будет трудно в это поверить, Алан, но существуют мужчины гораздо лучше тебя. И к счастью, с некоторыми из них я знакома. Так что тут ты ошибаешься.

– Ладно. Послушайте все, – сказал Алан, оборачиваясь к работникам. – Я вам заплачу больше, чем Мэг. Гораздо больше.

– Это правда, Мэг? – спросила Пола.

– Не знаю. Честно говоря, сомневаюсь, но кто знает. Но вы, в самом деле хотите работать на такого придурка, как он?

– Хм... Нет. Но я бы не отказалась запустить в него чем-нибудь тяжелым, по правде говоря.

– Верно! Он обидел Мэг! – крикнул кто-то. – Какие бы он деньги ни предлагал, с ним лучше не связываться. Как заставить его уйти?

– Предлагаю посоветоваться с мистером Гаваром, – сказала Мэг, неотрывно глядя на Этьенна.

– Есть много вариантов. Можем обвинить его во вторжении и привлечь за это к ответственности.

– У вас ничего не получится! – воскликнул Алан.

– Мне кажется, я с Мэг разговариваю, – заметил Этьенн. – Пока это, может быть, и не поможет, но мы создадим прецедент на тот случай, если он сюда снова явится. В следующий раз это будет вторая жалоба, и вот тогда суд будет уже на нашей стороне. Его могут даже арестовать.

Мэг кивнула:

– Мне нравится это предложение. Идея Полы мне ближе, но все-таки она предполагает нарушение закона.

– Еще можно вызвать службу по эвакуации. Я заметил на парковке машину, которая не должна там находиться. У ее владельца нет разрешения на парковку.

Алан выругался и занервничал.

– Алан, что за выражения, – осудила его Мэг. – В этом офисе нельзя использовать такую лексику... Только по-французски изредка можно... Поддерживаю: вызываем эвакуатор.

Алан еще раз выругался и устремился к двери. Раздались аплодисменты и радостные возгласы. Все заулыбались.

Этьенн подошел к Мэг и обнял:

– Я знаю, что это непрофессионально, но не могу этого не сделать, потому что ты прекрасна, топ соиеиг.

Когда он почувствовал ее губы, сердце Этьенна учащенно забилось. Она была нужна ему, но он не мог не отпустить Мэг.

Глава 16

Когда Этьенн повернулся, чтобы уйти, у Мэг перехватило дыхание. Она протянула к нему руку:

– Спасибо, но... Что ты сейчас сказал, Этьенн? Как ты меня назвал?

– Сердце мое, – с грустной улыбкой ответил он.

Слова застряли у нее в горле, однако Мэг понимала, что Этьенн собирался уйти. Если он уйдет...

– Я еще не поблагодарила тебя. Спасибо.

– За это? Ты все сама сделала, – отозвался Этьенн.

– За предложение, которое ты сделал.

– Мэг! Прости меня за него. Я не хотел тебя обидеть.

– Знаю. Ты волновался за меня. Ты хотел защитить.

– Но сегодня тебе не нужна была моя помощь.

Сердце у нее ныло, но Мэг все равно рассмеялась:

– Иногда я бы от нее не отказалась. Мне было страшно. И сначала я настолько рассердилась на Алана, что не могла спокойно подумать. У меня все получилось, потому что я вспомнила твои советы. Ты дал мне понять, что я могу быть собой и это хорошо.

– Рад слышать!

– Сегодня... ты ничего не предпринял... с Аланом. Не похоже на тебя...

– Я хотел, – усмехнулся Этьенн. – Меня удержали Джефф и Эди. И потом я понял, что тебе не нужна моя помощь. Совсем. Тебя не нужно было спасать. Мэг, я должен признаться... я всегда буду пытаться защитить тебя. Всегда. Ничего не могу с собой поделать. Но вот постараюсь помогать только в том случае, если ты сама попросишь меня об этом. Мое предложение...

Мэг пожала плечами, делая вид, что она спокойна.

– Ты почувствовал, что должен его сделать. Оно вырвалось спонтанно.

Усмешка пропала с его лица, а глаза потемнели.

– Мэг! Посмотри на меня! Я люблю тебя! Мое предложение было неожиданным, но не спонтанным! Просто я не мог его не сделать. Когда мужчина испытывает к женщине чувства, как я к тебе... Я люблю тебя, Мэг. Ты перевернула всю мою жизнь. Я так сильно люблю тебя. – Слеза покатилась у Мэг по щеке. – Мэг, топ соиеиг, ты снова плачешь из-за меня. Ты же никогда не плачешь.

– Я знаю.

– Но почему? Я обидел тебя чем-то?

Она покачала головой.

– Ты думаешь... Я уверена, что мой отказ был ударом по твоей гордости, но... Я имею в виду... Я люблю тебя, Этьенн. Очень сильно люблю. Мне было так трудно сказать «нет», когда...

Он притянул ее к себе.

– Когда я был тут в прошлый раз, я купил землю. Раньше я не знал, что с ней делать, но теперь... Я подумываю о большом доме, похожем на дом Гаваров во Франции. Я построю дом, заведу кошку... Если я еще раз попрошу тебя выйти за меня замуж, ты расстроишься?

Мэг поцеловала его, а потом посмотрела в глаза:

– Этьенн, я бы хотела услышать от тебя эти слова. Я знаю, что ты будешь много ездить по работе. Конечно, я буду скучать, но я сильная и справлюсь. Или я буду ездить с тобой. Тебе не нужно строить дом, заводить кошку... ничего... только люби меня.

– Я люблю тебя и буду любить всегда. Я буду просить тебя столько раз, сколько понадобится, чтобы услышать твое согласие. Выходи за меня замуж, Мэг! И мы вместе построим дом. Ты, может быть, и справилась бы с разлуками, а я нет. Мы найдем людей, которым не сидится на одном месте, а сами создадим семью. Ты согласна, Мэг?

– И мы будем ездить из Парижа в Чикаго и обратно?

– Куда ты захочешь, любимая. Мой дом – рядом с тобой.

– Моп petit lapin, – прошептала Мэг сквозь слезы. – Моп соиеиг.

– Смотрите-ка! Мэг говорит по-французски! – сказал кто-то удивленно.

– Да они еще и целуются, – рассмеялась Пола. Этьенн и Мэг переглянулись и о чем-то стали перешептываться, потом Мэг повернулась к сотрудникам:

– Этьенн и я, мы хотим объявить сегодняшний день выходным, но с сохранением зарплаты, разумеется.

Все зааплодировали.

– Отличное место работы! – воскликнул кто-то. – Этьенн, поцелуйте ее еще раз.

– Обязательно. И не один раз. Ведь я люблю тебя, Мэг, и буду любить toujours, всегда!

Content

Один шанс из миллиона

The Frenchman's Plain-Jane Project

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16