Лик Анастасия Владимировна

По воле богов

Вне времени I

Аннотация:

Кто она... сильный и жестокий воин или слабая женщина, смирившаяся со своей судьбой? В ней поровну сплелось и то и другое. Но нескончаемые войны и смертельно опасные задания остались в другом мире, а сейчас, по воле Афины, она была отправлена в Древнюю Грецию. Чужой мир, чужие люди и совершенно новая жизнь. Но какой будет эта жизнь? Найдёт ли своё место в незнакомом мире девушка из другой реальности? И какова будет плата за счастье и любовь?

Пролог

- Это она?

- Она, - ответила Афина, даже не удосужившись повернуть голову в сторону своего собеседника.

- Ты уверена? Выглядит она не слишком надёжно, - ухмыльнулся он в ответ.

Афина не стала ничего отвечать наглому гостю, так бесцеремонно появившемуся в её доме. Да и можно было понять недоверие бога вероломной войны, ту ярость и гнев, пылающие в душе девушки, отражающийся в белой дымке перед богами, не трудно увидеть. Она буквально разрывала её изнутри, рвалась наружу. Но Афине была известна причина такого состояния, она сама подвела её к этому. И теперь эта девушка готова.

- Зачем ты пришёл? - спросила богиня, мимолётно взглянув на своего давнего врага, стоявшего в центре белоснежной комнаты. Да, они воюют так давно, что причины их вражды уже затерялись в веках, и Афина была искренне удивлена, впервые увидев Ареса в своём храме.

Развеяв облако, лёгким движением руки, она прошла к своему трону, у подножья которого лежали шлем, щит и копьё, - те самые атрибуты, с которыми греки желали видеть свою любимую богиню. Но Афина не любила доспехи, да и вообще представление о ней было, мягко говоря, неточным, но её это волновало мало. Смертные могли думать всё что угодно, лишь бы вера их была крепка, а вот с этим очень скоро начнутся проблемы.

- Я помогу, - уверенно произнёс Арес и ухмыльнулся, когда на прекрасном лице Афины появилось изумление.

Разумеется, все на Олимпе знали о хитрой задумке богини войны и мудрости, и о том, что она воспитывала женщину-воина из другого мира, и даже поддерживали её, понимая, что счастливые дни Греции сочтены, она угасает. Рим начинает свой поход, очень скоро олимпийских богов забудут, и повторится судьба миров, где они стали лишь мифом. Конечно, мало кто верил, что всего одна смертная может изменить историю, олимпийцы уже неоднократно пытались влиять на судьбу... но всё было безрезультатно. Этот мир был один из последних, где им пока ещё поклонялись. Но Арес не был готов исчезнуть. Он желал остаться.

Глава 1

Мгновение... тяжело дышать. Сухой и холодный воздух, смешанный с пылью вдруг стал густым, влажным. Он словно тяжёлое одеяло упал на плечи, не позволяя сделать лишнего вздоха. И свет. Непривычно яркий свет застилал глаза белой пеленой.

Она глубоко вздохнула и закрыла лицо руками, пытаясь унять беспокойно стучащее сердце.

Надо же, а Афина не шутила. Хотя за долгие годы общения с ней, можно было бы догадаться, что богиня мудрости и организованной войны всегда говорит серьёзно, и только то, что сочтёт нужным.

Ещё один вздох и открыла глаза. Всё не так уж и страшно, как показалось на первый взгляд. Солнце действительно было ярким, но уже не вызывало болезненную резь в глазах. Оно нежно ласкало истосковавшуюся по лету кожу, а небо над головой было удивительно голубым, и без единого намёка на облака.

Чуть в стороне слышалось журчание воды и крик детей, играющих в фонтане, а посмотрев вперёд, можно было увидеть занимательную картину, - как маленький мальчик лет пяти пытался спрятаться за большой бочкой, а его друзья, в совершенно мокрых туниках, бегали вокруг и пытались уговорить друга искупаться. Брызги воды, как маленькие жемчужины, разлетались во все стороны, но прохожие не обращали на них внимания, позволяя детям резвиться в воде.

Да, было непривычно жарко, солнце, хотя и клонилось к закату, припекало довольно сильно, и искупаться в фонтане как эти мальчишки, наверняка хотели многие. Послышался свежий ветерок, и воздух уже не казался таким липким, как прежде. Нет, он был лёгким и необычайно пьянящим с пряным ароматом экзотических трав, но вместе с ним пришли странные запахи, смутно на что-то похожие. Вот только на что?

- Где я оказалась?

Полина с интересом осмотрелась вокруг, и обнаружила себя в узком переулке между двумя белыми домами в три этажа, со страшно нависающими деревянными балконами сверху. Впереди взору открывалась большая площадь с фонтаном посередине.

Девушка улыбнулась резвящимся мальчишкам и нерешительно выглянула из-за угла. Слева она увидела широкую улицу и людей... огромное количество людей спешащих по своим делам и праздно шатающихся.

- Ага, понятно, - сказала она себе под нос.

Что было понятно оставалось загадкой даже для неё.

Повернула голову на право, и обомлела. Рядом с площадью стоял древнегреческий храм потрясающей красоты. Большой, с высокими белыми колоннами и позолоченными капителями. И практически ничего общего с теми картинками, что ей показывали на уроке истории. Он был величественный, от него веяло силой. Девушка зачарованно смотрела на античное сооружение, открыв рот, а потом увидела чуть дальше ещё один, а прямо за площадью ещё. Вот это да! Какая красота! От этого зрелища у неискушённой зрительницы захватывало дух.

Постояв так несколько минут, поглазев по сторонам, Полина собралась с духом и сделала первый шаг в новый мир. В конце концов, раз Афина предложила прогуляться по Древней Греции, то почему бы не воспользоваться её любезным предложением, тем более, вокруг было столько всего интересного и красивого.

- Надеюсь, что она не шутила, когда сказала, что в случае чего вытащит меня отсюда, - пробурчала девушка себе под нос.

Выйдя на площадь, Полина вспомнила первое и самое главное правило "слиться с окружающей средой", и начала осматривать людей уже более внимательным взглядом на предмет отличительных особенностей, и открыла рот от изумления, уже второй раз за десять минут.

Да эти люди фанаты белого цвета! Одежда разная по форме, но практически вся белая. Только редкими пятнами выделялись пёстрые плащи разных цветов, явно показывающие, что это не простые горожане. Хотя нет, приглядевшись более внимательно, глаз мог заметить, что белого действительно много, точнее светлого, но люди также носят и цветную одежду. Светлых пастельных цветов и с яркими орнаментами, украшающими разнообразные платья. Очень красивые надо сказать платья, с множеством замысловатых складок и украшений.

Девушка улыбнулась. Непонятно почему, но этот факт поднял ей настроение и она начала с интересом изучать уже свой наряд. Вся белая, как свежевыпавший снег. Короткая туника и сверху надето что-то вроде юбки с большими разрезами по бокам, но при движении становится понятно, что эти два кусочка ткани на юбку никак не тянут. И широкий золотой пояс с бирюзовым орнаментом.

- Странно, не помню, чтобы я его надевала, - удивилась Полина своей находке, хотя то, как она надевала всю остальную одежду, помнила тоже не очень хорошо.

Слишком долго продолжался спор с богиней. Афина хотела одеть её в ужасно неудобное платье, а Полина решительно отказывалась, желая оставаться в брюках. Так что этот странный наряд, что-то вроде консенсуса.

На ногах обнаружились сандалии на тонкой подошве, держащихся на ноге на длинных голубых шнурках. А что самое приятное в этом обмундировании, так это то, что на поясе висел небольшой, но увесистый мешочек, говорящий о том, что с голоду она тут не умрёт.

Удовлетворившись своим видом, Полина сделала ещё один шаг навстречу новому миру, глубоко вдохнув свежий воздух, огляделась и обнаружила, что стоит не просто на дороге, а на торговой площади, от которой и исходили те самые знакомые ароматы.

По обеим сторонам от фонтана обнаружились торговые лотки, а справа сидели ремесленники, и все наперебой кричали, зазывая покупателей и расхваливая свой товар.

Нужно было решать куда идти, не всё же время стоять тут и разглядывать фонтан перед носом. На выбор было целых три стороны, справа за храмом виднелись не вызывающие доверия узкие переулки, и идти туда совсем не хотелось, не хватало ещё тут заблудиться. Прямо - продуктовые и вещевые рынки тоже были не слишком привлекательны, а вот широкая дорога слева выглядела очень симпатично.

Приняв столь сложное решение, Полина развернулась налево и решительно направилась вперёд. Но не успела она пройти и тридцати метров, как к ней подлетела женщина, едва не сшибив с ног, и упала на колени. Рефлекс солдата потянул руку девушки к кинжалу за спиной, но его, конечно же, там не оказалось, потому что Афина запретила брать с собой оружие. Хотя женщина не проявляла никакой агрессии, а что-то тараторила про своего сына и... просила его не убивать? Ничего не понятно... Полина стояла и смотрела на неё, как баран на новые ворота, а люди вокруг не проявляли никакого интереса к этой мизансцене, как будто это было в порядке нормы.

За спиной мамаши стоял мальчик, по всей видимости, тот самой сын, которого девушка должна была пощадить.

С первого взгляда было совершенно не понятно, что эта странная женщина хочет, её речь казалась бессвязной и слишком быстрой. Но среди всей тарабарщины, льющейся непрерывным потоком, Полина начала вычленять отдельные фразы "мальчик это сделал нечаянно", "он растет без отца" и "его высекут, за то, что он обрызгал водой госпожу".

- Женщина! Замолчи! - крикнула она, чувствуя, что уже готова была придушить её голыми руками. - Иди... куда ты там шла, и дай мне пройти!

- Госпожа, мой сын... - пролепетала женщина.

- Да не собираюсь я его трогать, встань, и иди отсюда! - девушка тряхнула золотыми кудряшками и поспешила покинуть площадь.

"Госпожа! Подумать только! Нужно будет потом, когда вернусь, почитать, как тут общество делится на классы, и по какому принципу".

Дойдя до угла, перед взором открылся захватывающий вид. Широкая дорога жёлтого цвета, очень, очень красивая, и она как будто дышала солнцем.

"Только Тотошки не хватает", - подумала девушка и сама себе улыбнулась, вспоминая детскую сказку и дорогу из жёлтого кирпича.

Мостовая была выложена небольшого размера камнями, отполированными до блеска, и прозрачными как стекло. Но они совсем небыли скользкими, даже удивительно. Каждый камушек имел свой неповторимый цвет - от практически белого, до густого янтарного, и словно светился солнечным светом изнутри. И смотря на это, Полина испытала почти физическую потребность нагнуться и потрогать их, убедиться действительно ли они тёплые, какими кажутся.

- Нет, ползать по дороге я не стану, как бы соблазнительно это не выглядело.

Она довольно озиралась по сторонам, чувствуя, как настроение зашкаливает за отметку "отлично", и решала в какую сторону пойти дальше. Вдоль дороги тянулась вереница явно муниципальных зданий и сомнительными переулками между ними.

"Да, этот город, по всей видимости, может похвастаться большим количеством узких улочек", - вздохнула девушка.

Но вдруг слева она заметила какое-то движение, и повернула туда голову, вглядываясь вдаль. Все люди спешно расступались по краям дороги, а на горизонте показались тёмные фигуры, - приближались пять всадников. Это были солдаты, в этом не было сомнения, они гордо сидели на лошадях, а за их спинами развивались красные плащи.

Всадники неспешно рысью скакали по брусчатке, не обращая внимания ни на кого вокруг, а в центре этой группы на чёрном скакуне был мужчина. Нет, не так - Мужчина! Он резко выделялся среди всей группы. И хотя они были пока ещё далеко, но даже отсюда его потрясающая аура зачаровывала, аура силы, аура воина.

Полина всегда могла отличить простого человека от солдата. Не известно почему, но она видела разницу. Также и в этом случае, даже издалека, не видя лица мужчины, девушка поняла, что он не простой солдат, а полководец.

Сделала пару шагов вперёд, в надежде поближе рассмотреть его, когда они будут проезжать мимо. Ей было просто необходимо его увидеть.

Максимилиан, полностью погружённый в свои мысли, двигался к дворцу. Ученья прошли, но ничего нового они не дали. Да, солдаты выполняют его приказания быстро и чётко, но этого мало! Они должны чувствовать и понимать, что делают. Но этому нельзя научить, это нужно осознать.

Дневной зной уже начал сходить, и воздух стал свежей. Всё-таки лучше проводить построения ночью, они научат чувствовать плечо солдата рядом, ощутить себя единой волной. Должны научить...

Бросил взгляд на Тиграна. Он ехал рядом, по правую руку, лучший друг и кровный брат. Единственный человек, на кого можно положиться. Тысячи раз он прикрывал ему спину и тысячи раз спасал жизнь. Невидящий взгляд устремлен вперёд, и, по всей видимости, у них схожие мысли.

"Завтра учения необходимо будет повторить, а сейчас нужно как можно скорей добраться до дворца, ополоснуться в прохладной воде, смыть песок и дурные мысли, и, пожалуй, сходить к наложницам. Да, определённо надо, - думал Максимилиан, и, посмотрев на друга, и усмехнулся. - Пора бы Тиграну уже своих наложниц заиметь, а то пользуется моими, как будто так и надо". Но как только его рука поднялась припустить коня быстрее, взгляд зацепился да одиноко стоящую фигуру справа от дороги - это была женщина, она стояла прямо и смотрела на него. Смотрела в глаза! Что да дерзость?!

Девушка стояла чуть в стороне от дороги и смотрела во все глаза на полководца. И чем ближе он приближался, тем больше деталей открывалось взору. Первым, что бросилось в глаза, это рост - мужчина был огромным как скала. Но когда он подъехал ближе, стало видно, что солдат рядом с ним был выше и крупнее, но полководец казался гораздо более внушительным.

Хорошо развитый торс был скрыт под доспехами, которые были вовсе не чёрными, как казалось ранее, а тёмно бордовыми с тонким чёрным орнаментом и чёрная туника под ними. Одно его плечо было прикрыто большим красным плащом, а с другой стороны рука оставалась открытой. Вот это рука! Сплошные мышцы! И на ощупь, наверно, как сталь. Захотелось прикоснуться к ним и проверить, действительно они такие твёрдые, какими кажутся. Вьющиеся чёрные как смоль волосы, немного не доходившие до плеч, очень гармонично завершали картину могучего воина.

Всадники подъехали ещё ближе, и рот девушки мгновенно наполнился слюной, а губы пересохли.

"Да он наверно бог!" - пронеслось в голове девушка. Такого совершенного лица она никогда не видела - высокий лоб и чётко очерченные скулы, совершенно идеальный нос и тонкие губы. Он был невозможно красив.

Полководец практически поравнялся с девушкой, и когда они встретились взглядом, его лошадь совершенно неожиданно встала на дыбы. Но надо отдать Полине должное за самообладание, она вовремя спохватилась и остановила себя, чтобы не скинуть этого мужчину со скакуна и не наброситься на него, заламывая руку. Только испугалась, чуть-чуть.

- Ой, - глупо улыбнулась она.

- Ты кто такая? - спросил Максимилиан грозным голосом.

- Я? Я Полина, но предпочитаю, чтобы меня называли просто Лина. А вы кто? Грабители?

От своего идиотского вопроса девушка заулыбалась ещё шире, но смотря в это совершенное лицо, она не могла трезво мыслить и говорила первое, что приходило в голову.

- Как ты смеешь?! Взять её! - гневно рявкнул он, и тот же миг к ней подбежал солдат из его свиты и схватил за локоть.

- Не трогай меня, если не хочешь хромать, солдат, - широко улыбалась Лина, демонстрируя всем ямочки на щеках, и продолжала смотреть на полководца.

- Да кто ты такая, как смеешь смотреть мне в глаза?

- Почему бы и не посмотреть на красивого мужчину? Кстати, вы мне так и не представились, - сказала Лина, и они открыли рты от возмущения, а у полководца почернели глаза от бешенства, и напряглась челюсть.

- Я Максимилиан, царь Греции, а ты будешь наказана за свою дерзость!

Тигран сидел рядом на лошади и еле сдерживался, чтобы не засмеяться в голос. Да, сейчас это явно было бы лишним, и полководец бы подобного не оценил.

"А эта дерзкая девчонка понравилась Максу, а то бы давно уже убил, его вспыльчивый нрав хорошо известен, и эта Лина явно не простая горожанка, одета как благородная дама, хотя и немного странно" - думал он.

Невысокая, а рядом с Максимилианом, так вообще маленькая, и крайне гармонично сложена. Тело подтянуто, хорошо развиты плечи и руки, ничего лишнего. Мягкие черты лица, длинные золотистые волосы и огромные глаза светлого голубого цвета, а пухлые чувственные губы явно могут намного больше, чем дерзить.

- Мой повелитель, прошу прощения, я вас не узнала, - пропела она, а уважения в голосе не прибавилось, и даже взгляд не опустила. Так и продолжает смотреть и улыбаться.

"Ох, девочка, чувствую, дорого ты за это поплатишься", - ухмыльнулся Тигран.

- Ты едешь с нами. Тигран, возьми её, - скомандовал Максимилиан, быстро развернулся и направил лошадь к дворцу.

Это милое создание ловко вывернулась из рук солдата и протянула Тиграну свою маленькую ручку, чтобы он помог ей сесть на лошадь, невинно хлопая глазками. Спрятав поглубже своё удивление, мужчина подхватил её и посадил перед собой, прижав к себе спиной. И только он собрался подстегнуть лошадь, как его взгляд опустился вниз, и увидел, что её платье вовсе не платье. Оно распахнулось, обнажив ножку, очень соблазнительную надо сказать ножку.

- Ну, поехали что ли, а то Максимилиан без нас ускачет, - капризно сказала девушка, и, повернувшись к Тиграну, проследила его взгляд. - Нравится?

Тот чуть не поперхнулся от возмущения.

- Ты откуда такая дерзкая взялась? - спросил он и припустил коня.

- Издалека котик, - ответила она задумчиво и начала вертеть головой по сторонам, разглядывая достопримечательности.

Тигран гневно сжал губы. Эта женщина начала его злить. Одно дело дерзить, и совсем другое позволять себе подобное панибратство, а этого он не любил.

Лина, молча, сидела на лошади, прижимаемая сильной рукой, и смотрела на дома и улицы, до которых так и не успела дойти.

"Ну ладно, познакомлюсь с местным царём, а после и прогуляюсь по городу, а если что случится, попрошу Афину вытащить меня, - думала она. Только бы лишнего не сболтнуть царю, а то неудобно получится.

Откуда я? На этот вопрос я, дорогой Тигран, ответить тебе не смогу... Я тут проездом. Афина предложила развеяться, я и согласилась. Откуда приехала? Из будущего. Я солдат специального назначения. Специального, это когда больше никто не может, а я могу... угу. Я устала убивать и после последнего задания, на котором погибли мои подруги, чтобы не было нервного срыва, меня отправили в отпуск. Афина? Дааа, мы давно знакомы. Нет, познакомить не могу, а то она убьёт меня. Я и сама думала, что она плод моего больного воображения, пока она мою шкуру не спасла. Ох, боюсь, за такое меня и повесить могут, или как они казнят тут в Древней Греции..." Лина грустно вздохнула.

- Куда её?

Резкий мужской голос грубо вырвал её из мыслей, и она подпрыгнула от неожиданности. За своими думами Лина совсем не заметила, как оказалась перед ступенями огромного здания с колоннами. За спиной была довольно большая площадь и трёх арочные ворота, видимо через которые они и приехали сюда.

Осмотревшись вокруг, она заметила множество небольших белых и серых зданий. Откуда-то справа слышались звуки боя, и Лине стало ужасно грустно, что она совсем без оружия. Может, стоило попробовать контрабандой пронести? Хотя как можно было обмануть богиню? Она же все мысли наперёд знает.

- За мной! - громко сказал Максимилиан, скрываясь за большими дверьми дворца, и Тигран резко дёрнул девушку за плечо.

Лина подняла глаза на своего конвоира и наконец, смогла рассмотреть его получше. Мужчина действительно был крупнее Максимилиана, немного выше, немного шире в плечах и с квадратным мужественным лицом. Он был больше похож на древнего варвара, нежели на грека. С тёмными каштановыми волосами чуть короче, чем у Максимилиана и суровым выражением лица.

- Котик, тебе стоит быть помягче, а то я ведь и сдачи дать могу, - дружелюбно сказала она, на что Тигран только недобро фыркнул и усилил хватку. Гад!

Максимилиан дошёл до зала и сел на трон. Его мысли не покидала эта странная дерзкая женщина. Никому не позволено так пренебрежительно разговаривать с ним. Нужно узнать кто она и с какой целью в Афинах, и убить. Или отдать солдатам...

Её привели вслед за ним и поставили прямо перед троном. Такая дерзкая и такая соблазнительная, полководец сразу обратил внимание на то, как она прекрасна, её красота была особенной, непривычной. Хорошее тело, красивое лицо и мягкие длинные волосы, светло золотистого цвета. Полина, странное имя. Может быть это сокращение от Аполлинария? Лина... Стоит, рассматривает фрески, ни на кого не обращая внимания...

- Лина, - произнёс Максимилиан и она резко дёрнулась, услышав его голос. Подняла свои ясные голубые глаза и улыбнулась. На щеках появились очень милые ямочки, добавившие ей ещё больше очарования.

- Да, мой повелитель? - её голос прозвенел как колокольчик.

- Кто ты?

Первый гнев уже сошёл и Максимилиан решил спокойно выяснить все, что желал знать.

Лина посмотрела на него круглыми удивлёнными глазами и, чуть пожав плечами, ответила.

- Женщина.

Он внутренне зарычал. Что ж, какой вопрос, такой и ответ.

- И откуда ты, женщина?

- А где восток?

- Там, - ответил Максимилиан, показав ей на дверь слева.

- Оттуда - немного подумав, она ткнула пальцем на северо-восток.

- И где это находится? Ты ведь не гречанка?

- Нет, я из России.

"Как интересно, сейчас окажется что она шпионка", - подумал полководец и начал уже более внимательно рассматривать странную гостью. Одежда на первый взгляд не вызывает лишних вопросов, но в Греции так не одеваются, и пояс...

- Откуда у тебя пояс греческой знати?

- Мне его дали, - ответила она.

Её прекрасные глаза бесстыдно смотрели на царя, а милая улыбка так и не сходила с лица.

- Кто?

- Я не могу сказать, - Лина скривила свои коралловые губы как ребёнок и обиженно посмотрела на Максимилиана, как будто он спросил что-то неприличное.

- И как давно ты в Афинах?

- Пару часов, не больше.

- И почему же ты не зарегистрировалась? - продолжил он, уже теряя терпение.

Ему ещё никогда не было так сложно разговаривать с человеком, тем более с женщиной.

- Ой, а надо было? А не знала, - сказала она и обворожительно улыбнулась.

Тигран стоял в стороне и медленно закипал. Внешне он был абсолютно спокоен, но Максимилиан его слишком давно знал... он был на грани бешенства. Да и сам полководец тоже был близок к этому.

- Ты шпионка? - задал вопрос Максимилиан.

Она серьёзно взглянула на него, и улыбка вмиг сошла с её лица.

- Я была шпионкой в своей стране, но здесь я с другой целью. А кстати как называется этот город? - добавила Лина, невинно хлопая глазками, и очень стараясь не показать своего настроения.

Ей уже начинала надоедать эта "почемучка". Она тут не для того чтобы развлекать местного царя, а чтобы развлечься самой, но первая половина дня уже прошла, а нужно было ещё что-то решить с ночлегом.

- Афины. Этот город называется Афины, - мрачно ответил Максимилиан и нахмурился ещё больше.

Лина грустно вздохнула. "Похоже, я всё-таки его достала".

Ладить с людьми она так толком и не научилась, убивать, и выводить их из себя было куда проще. А убивать эта женщина могла мастерски, хотя и старалась этим не злоупотреблять.

Лина осмотрела зал, где они находились. Жаль, что раньше история её мало интересовала. Зал был прекрасен, под высоким потолком играли солнечные лучи, образуя замысловатую игру света и тени. На высоких позолоченных колоннах высечены сцены из греческой мифологии, а на стенах были нарисованы удивительно красивые фрески. Не такие странные рисунки, как она привыкла видеть в своём мире, а пастельных цветов, нежные и воздушные. А в центре зала находился мраморный трон, с множеством красивых золотых деталей, на котором сидел Максимилиан. Он был мрачнее тучи, и взгляд был устремлён куда-то вдаль.

"Нужно уже заканчивать эту бестолковую беседу", - подумала Лина.

- Если вопросов больше нет, то я пошла, - сказала она и в наглую развернулась к двери.

Максимилиан сидел и не знал, как поступить с этой Линой... Может убить её и избавить себя от навязчивого присутствия странной женщины? Но она пока агрессии не проявляет, только дерзит, и мастерски выводит из себя всех присутствующих, и его в особенности. Или может правда солдатам её отдать, у них давно не было новых наложниц?

Но для начала нужно как следует допросить её. Эта странная Лина, не похоже что бы она врала, но так откровенно издевается!

Мысли Максимилиана мысли прервал голос Лины. Она собралась уходить? Но тут Тигран не выдержал и кинулся на неё. Он и так долго терпел, а сейчас, когда она спровоцировала его, сдержаться не смог.

"Как бы он не убил её одним ударом сгоряча. Всё-таки интересно, что за птичка попалась к нам в сети", - подумал Максимилиан, наблюдая за тем, как Тигран выхватил меч и пошёл на девушку, зверея всё больше.

- Ты никуда не пойдёшь, пока тебе не разрешат! - прорычал он, преграждая путь Лине.

- Ой, ты же не собираешься напасть на безоружную женщину? - возмутилась она и удивлённо вскинула руки, наглядно показывая, что действительно безоружна. - Может мне позволят хотя бы защищаться?

- Дайте ей меч, - скомандовал Максимилиан.

"Какая смелая девочка, на это будет забавно посмотреть. Пожалуй, даже интересней чем боевые игры, - ухмыльнулся он. - Надеюсь, что Тигран убьёт её не слишком быстро".

Девушке кинули меч, она протянула руку и поймала его, но тут же выронила. В зале раздался гогот. Максимилиан тоже не смог сдержать улыбку.

- Какой тяжёлый! - возмутилось это странное создание. - А ничего полегче нет? Вон на поясе у солдата нож, дайте мне его.

- Дайте ей нож, - махнул рукой Максимилиан, его эта ситуация начала забавлять ещё больше, она разглядела у стражника нож, как интересно.

- И ещё один, - потребовала она.

Тигран уже рычал, ему натерпелось пустить ей кровь, и он нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Да уж, его мало кто может вывести из себя, а этой женщине это удалось и довольно быстро.

- Дайте ей ещё один.

Лина взяла по ножу в каждую руку, очень умело проверила балансировку, скривила маленький носик и перехватила их поудобней.

- Этот бой, будет для вас, мой повелитель, - сказала она, поворачиваясь к царю, обворожительно улыбаясь и... поклонилась?

В это время Тигран бросился на Лину, не дожидаясь пока она развернётся к нему лицом, но девушка, как будто почувствовав его у себя за спиной, ловко вывернулась и в короткий миг оказалась за спиной нападавшего. Тигран резко развернулся, не ожидав от неё такой прыти, и махнул мечом наотмашь, но Лина в туже секунду отскочила вбок, уходя с линии атаки, и ударила его коленом в бок.

Воин зарычал от негодования и злости, попытался захватить девушку в тиски, но она быстро вывернула свободную руку и с силой ударила ручкой ножа в грудь Тиграну, дезориентируя его.

Максимилиан не верил своим глазам, эта женщина билась с его лучшим генералом на равных! И она не просто дралась, она танцевала. Ни одного лишнего движения, каждый удар был продуман и отточен. Она была потрясающе грациозна, её движения были совершенны и легки как ветер.

"Интересно, а она в постели так же хороша?" Странная мысль появилась у него в голове, и он тут же попытался отогнать её, но не мог. Эта женщина его возбуждала. При каждом движении её странная юбка распахивалась, оголяя стройные подтянутые ножки, и он понял, что сравнивать эту странную женщину-воина с мягкими и покладистыми наложницами было бы неправильно. Она была другой.

Лина очень умело злила Тиграна, ударяя его, то по спине, то по ногам, и он совершал ошибку за ошибкой. Она мгновенно прощупала его защиту, найдя слабые места, Максимилиан это заметил сразу. Очень, очень умело. Она могла убить его уже несколько раз, но не убивала, что-то задумала.

Вдруг Лина совершает неожиданный выпад, подставляя плечо под удар, в тот же миг оказываясь за спиной своего противника и сильно ударила его по ногам. Секунда и Тигран стоит у ног своего царя на коленях с ножом у горла.

- Для вас, мой повелитель, - тихо прошептала Лина, стараясь не показывать, насколько тяжело ей дался этот бой. Она глубоко дышала и смотрела на Максимилиана, пытаясь понять, понравилось ему или нет. А он всеми силами сдерживал своё изумление.

Глубоко вздохнув, девушка обошла поверженного противника и протянула ему руку.

"О боги, не хотел бы я оказаться на его месте", - подумал полководец, смотря на этот жест.

Тигран, не глядя на неё, молча, поднялся, и встал на своё место, уставившись в пустоту.

- Не злись, тигр. Я бы хотела видеть тебя другом, а не врагом, - тихо сказала Лина.

Максимилиан усмехнулся про себя, - "интересно как она себе представляет его дружбу, после того как унизила его".

Девушка повернулась к царю, сидевшему на троне. Её волосы были взлохмачены, а в глазах была неуверенность и смятение.

- Мне очень жаль. Я не должна была это делать. Мне наверно действительно стоит уйти. Не переживайте, я покину город до заката.

Лина аккуратно положила ножи у ног царя и, не обращая внимания на сочащуюся кровь на плече, развернулась к выходу. Она чувствовала себя, как нашкодивший котёнок. Пришла вся такая деловая, унизила воина, даже не подумав, что завтра её уже в этом мире не будет, а Тигран тут живёт и служит царю. А он действительно хороший воин, сильный и умелый, но её выходка могла сильно испортить ему карьеру.

Потупив взор, Лина решила, что уже достаточно натворила дел, пора домой.

- Стоять!

Голос Максимилиана прокатился по залу как раскат грома.

Девушка подпрыгнула от неожиданности и через секунду её рука вновь пыталась найти кинжал за спиной, которого не было.

- Ты ранена, - сказал он тихо.

- Это не проблема, - взглянула она на полководца, пытаясь понять, что он имел в виду под своими словами. Но по этим чёрным непроницаемым глазам сказать что-то конкретное было невозможно.

- Мы ещё не закончили, - сурово сказал Максимилиан. - Иди, приведи себя в порядок, перевяжи рану и я жду тебя обратно. Я хочу знать, кто ты и зачем приехала в Афины. И не вздумай сбежать.

- Куда ж я денусь с подводной лодки, - пробубнила Лина себе под нос, и пошла за появившимся из ниоткуда слугой в соседнюю комнату.

"Ладно, не хочет меня отпускать, не надо, - подумала она, - надеюсь только, если он вдруг решит меня казнить, я успею позвать Афину, а то придётся убить их. А не хотелось бы".

Этот Максимилиан, Лине понравился, хотя почему? Она его совсем не знала, да и к мужчинам у неё в последнее время только дружеское отношение, не более. А о том, чтобы думать о любовнике, даже речи не шло. Но Максимилиан чертовски красив, и его потрясающая аура воина завораживала.

"У нас таких мужчин нет, и никогда не будет", - грустно подумала Лина, заходя в соседнее помещение, которое оказалось совсем маленьким по сравнению с тронным залом. Вдоль стен стояли широкие каменные лавки с мягкими подушками и небольшой фонтанчик в стене. Пришли служанки, одна начала перевязывать раненную руку, другая приводить в порядок волосы. Из-за стены доносились крики Максимилиана и Тиграна. Они спорили о том кто их странная гостья.

"Ох, и наворотила я дел. Хотя Афина ничего не говорила про то, чего делать нельзя, а чего можно. Она сказала - развлекайся, вот я и буду развлекаться, а если что случится, я не виновата". На этой позитивной мысли Лина отстранилась от споров за стеной и сосредоточилась на звуке воды, выравнивая дыхание и выбрасывая из головы дурные мысли.

Служанки быстро привели девушку в порядок, и ушли, оставив её одну. Но посидев совсем немного, она поняла, что находиться тут желания не было, и решила идти к мужчинам, так жаждущим узнать её поближе.

"А полководец всё-таки потрясающе красив, на него можно просто смотреть и получать от этого удовольствие". Очередная неуместная мысль появилась в голове девушки, и она спешно её откинула. Нечего заглядываться на древнегреческих царей.

Лина улыбнулась сама себе, выходя из своей коморки, и заглянула за угол. В зале народу резко поубавилось - осталось только два солдата у двери, и сам Максимилиан. Ну и хорошо, меньше людей, меньше поводов поругаться.

В центре, перед троном, появился огромный стол на красивых резных ножках. А на столе была разложена большая карта, и Максимилиан её внимательно изучал, не обращая на свою гостью внимания. Видимо искал Россию. Лина тихо подошла к нему и встала.

- Покажи страну, откуда ты приехала, - приказал он, не поднимая на глаз. Его голос был холоден и властен.

- Её нет на этой карте.

- Тогда покажи, где она должна быть! - повысил он тон.

Лина глубоко вздохнула и, обойдя стол, встала рядом с Максимилианом. Тонкий аромат сандалового дерева приятно защекотал ноздри, и она подняла глаза на него, такого большого и сильного. Она едва доходила ему до плеча, но быстро опомнившись, переключила своё внимание на карту. Повертела головой, пытаясь сориентироваться, с картами у неё всегда были проблемы, и немного подумав, указала на верхний правый угол стола.

- И как ты добралась из такой далёкой страны? - спросил Максимилиан, и сарказм из него так и сочился.

- Не уверена, что имею право это рассказывать, - произнесла Лина как можно мягче, но Максимилиан резко выпрямился и гневно уставился на девушку.

- Ты опять дерзишь? Тебя это забавляет?

- Нет, конечно! - ответила она, смотря на него и не зная, что сказать.

- Почему ты смотришь мне в глаза? - рявкнул он и навис надо ней как скала.

- А куда я должна смотреть?

- В пол! Когда ты разговариваешь с царём, ты должна смотреть в пол и опустить голову в знак почтения! - кричал Максимилиан, и по всему было видно, что он еле сдерживал свой гнев, чтобы не выплеснуть её на девушку.

- Если бы я разговаривала с полом, я бы на него и смотрела, а так как я, разговариваю с вами, мой повелитель, то смотрю на вас! - ответила Лина, невольно повышая тон, а Максимилиан замер, разинув рот. - Позвольте мне объяснить, - добавила она.

Он коротко кивнул.

- У нас, откуда я родом, говорят "глаза - зеркало души". И при разговоре с человеком, если ты отводишь взгляд, значит, что-то скрываешь, или даже замышляешь недоброе. А не смотреть на собеседника, значит оскорбить его.

Лина задумалась, пытаясь собраться с мыслями.

- Как можно узнать мысли человека? Ты с ним разговариваешь как с другом, а в его глазах пылает ненависть. Или может он просто не слушает тебя? А если он врёт? Глаза это действительно зеркало, в них можно многое увидеть. Но мне нечего скрывать от вас. Да, есть вещи, которые я не могу сказать, пока мне не разрешат. Убивала, хитрила, провоцировала, но врать... я вру только в крайнем случае - это иссушает душу. Поэтому я и не опускаю взгляд, я так воспитана.

Максимилиан, молча, стоял, скрестив на груди руки, затем решительно повернулся к Лине и подошел вплотную. Лёгким движением дотронулся до подбородка и, подняв её лицо, пристально посмотрел в него.

- Я разрешаю тебе смотреть мне в глаза. Но это не значит, что я тебе верю, - сказал он очень тихо, - и сегодня я желаю видеть тебя гостьей в моём доме. Завтра мы продолжим разговор, а сейчас уже поздно.

Она сглотнула комок в горле от вида его завораживающих глаз, цвета грозового неба и только и смогла что прошептать, - спасибо.

Лина молча, шла за служанкой по широким тёмным коридорам. Любоваться красотой этого огромного дворца желания у неё не было. Да и уже начало темнеть, и она была рада, что проведёт ночь здесь, а не на улице Афин. Всё-таки этот город был совершенно незнаком ей, да ещё и древний. Что здесь и как, изучить возможности не было, а ночь в царском дворце это совсем не плохо.

Поднявшись на второй этаж, служанка открыла дверь, приглашая девушку войти. Комната, приготовленная для гостьи, оказалась большой и свежей. Сделав несколько шагов вперёд, Лина осмотрелась. Ну что ж, совсем не дурно для древней цивилизации. Помещение - правильной квадратной формы с двумя колоннами посередине и широким окном справа. Большая кровать напротив входа, а слева и справа вдоль стен светильники на высоких ножках.

Пока её вели по бесконечным коридорам, солнце уже успело скрыться за горизонтом, и сейчас комната играла чёрными тенями от огней в лампах, образуя замысловатые узоры на стенах. Но это не было пугающим, а скорее даже уютным.

Немного пройдясь, Лина увидела балкон справа. Не удивительно, что она его сразу не заметила, он был узкий, всего на пару шагов, с широким бортиком и двумя колоннами на них. Но не успела девушка сделать и шага в его сторону, как за спиной послышалось движение. Служанки принесли большую чашу с водой, ужин и белое длинное платье.

"Надо бы спросить, где у них принято справлять нужду, и есть ли что-нибудь посущественней корыта с водой", - думала она, скептически осматривая двух служанок, которые даже глаза боялись поднять.

Через час сытая и довольная Лина сидела на парапете балкона и смотрела на звёзды. Странно у них тут всё. Древняя Греция виделась ей как-то иначе. Нужно будет спросить у Афины, откуда в это время такие хорошие санитарные удобства. Купальня понятно, это дело не хитрое, жалко только не разрешили воспользоваться ей, но, практически не отличающийся от современного туалет, она тут увидеть ни как не рассчитывала увидеть. Да и массивная дверь с хорошим замком тоже вызывала массу вопросов.

Хотя какие могут быть вопросы? Сам факт того, что она сейчас находится здесь, в Древней Греции, дралась с древним воином и разговаривала с древним царём, заставляет задуматься о своём здравомыслии.

"А то может действительно, лежу я в какой-нибудь канаве, истекая кровью, а это всё мне мерещится, так сказать предсмертная галлюцинация", - грустно вздохнула Лина. Да, было бы неприятно.... Хотя ранение на руке кажется очень даже настоящим, и этот потрясающий царь, тоже не похож на бесплотный дух.

Свежий ветерок нахально забирался под платье и приятно щекотал кожу, вызывая мурашки по всему телу. Захотелось опять увидеть Максимилиана. Он такой грозный и такой красивый. Странное чувство родилось в груди, от которого Лина так старательно ставила барьеры всю свою жизнь, и мужчины её не интересовали уже очень давно. Старые раны были слишком болезненны... Но сейчас, эти холодные и властные глаза что-то разбудили внутри, всколыхнули, и хотелось хотя бы взглянуть на полководца ещё разок.

Она вздохнула и постаралась не думать о прекрасном, но недоступном царе, и переключить своё внимание на небо. Чистое, прозрачное, удивительно красивое и совсем другое, с другими звёздами.

Максимилиан прогуливался по саду сестры и никак не мог успокоиться. Ни посещение купальни с наложницами, ни разговор с другом не могли его отвлечь от мыслей об этой странной женщине. Хотя, пожалуй, Тигран наоборот ещё больше усугубил ситуацию, и теперь Максимилиан думал только о ней.

"Я должен её ещё раз увидеть. В конце концов, элементарное гостеприимство требует справиться о гостье". О том, что эта мысль была глупой, он старался не думать. Так же как и о том, что он, как царь, ни разу в жизни не заботился о благополучии своих гостей.

Приняв столь импульсивное решение, уже через несколько минут Максимилиан открывал двери в комнату Лины, но там её не было.

"Сбежала!" Первая мысль прошла холодной волной через всё тело. "Нужно было приставить к ней охрану! Было же видно, что она совсем так не проста, как показалось на первый взгляд". Но, немного пройдя в комнату, он заметил лёгкое движение справа от себя, и, повернув голову, увидел её. Лина сидела на балконе, забравшись с ногами на парапет, и прислонившись спиной к стене. Казалось, что она практически не двигалась и, даже не дышала, но её глаза были широко открыты и были обращены к небу.

Улыбнувшись от облегчения, Максимилиан направился к ней.

Девушка вздрогнула, заметив тёмную фигуру, приближавшуюся к ней, и быстро соскочила на пол.

- Вам не стоит так подкрадываться, мой повелитель, - тихо сказало это милое создание с упрёком. - Хорошо, что у меня нет оружия, а то я бы на вас напала.

То, что он её сильно напугал, и Лина была близка к тому, чтобы голыми руками его придушить, она распространяться не стала, а только мило улыбнулась неожиданному гостю.

Пред глазами полководца выплыли воспоминания о бое с Тиграном, как двигалось её тело, как оголялись ножки из-под странного платья, и желание обожгло его.

- Я думал, ты сбежала, - чуть хрипловато произнёс он, скрывая своё возбуждение.

Лина стояла перед ним на расстоянии вытянутой руки и была невероятно соблазнительна. Белое длинное ночное платье с тонким поясом подчёркивало каждый изгиб тела, а длинные локоны цвета солнца падали на высокую, не очень большую грудь, которая просвечивалась через тонкую ткань. В глазах потемнело от желания прикоснуться к ним губами. "Нет, нет, нет! Нужно уходить!"

Лина стояла рядом, и едва дышала. "Боже, почему это совершенный мужчина не мой? Почему я провела всю жизнь в сражениях ради неизвестных великих целей, и не могу получить, что-то для себя? Никогда, никогда у меня ничего не было своего, даже мужчины", - как будто шёпот проносилось в её голове.

Торс Максимилиана уже не скрывали доспехи, на нём была белая рубаха, запахнутая на половину, открывающая взору короткие чёрные волоски, украшающие грудь, а на ногах лёгкие штаны. "Штаны? Древние греки носили штаны?" Неуместная мысль ворвалась в сознание девушки, и тут же его покинула. Какая разница? Перед ней было совершенно безупречное тело, словно вылепленное из мрамора, с безупречными широкими плечами и красивыми сильными руками.

Он сделал шаг назад, собираясь уходить, и рука Лины сама потянулась к плечу полководца.

- Постой, - сказала она и, словно испугавшись своего жеста, одёрнула руку. - Прости, я не хотела...

Но Максимилиан мягко поймал её маленькую ладошку, и прикоснулся губами к запястью, глубоко вдыхая сладкий аромат женщины. Лина тихо застонала от необычных ощущений, но вдруг опомнилась.

- Не надо... - очень тихо прошептала она, и нерешительно забрала свою руку, на которой всё ещё чувствовались горячие губы полководца.

- Не надо? - переспросил Максимилиан, не совсем понимая её слов. Лина стояла очень близко к нему, и он отчётливо видел, как её личико раскраснелось, а дыхание участилось, явно говоря о сильном возбуждении. Но при этом она отводила взгляд, боясь смотреть на него, и это было невероятно мило.

- Я... я наверно спать пойду, - робко произнесла она, делая шаг назад, но упёрлась спиной в парапет и испуганно вздрогнула.

Но Максимилиан уже не мог остановиться, его тянуло к этой женщине, он желал её всем своим существом. Взять её силой? Нет, он никогда не поступит подобным образом, ни с рабыней, ни с наложницей, и уж тем более с этой странной гостьей.

- Я не сделаю тебе больно, - произнёс он совершенно несвойственную ему вещь и нежно коснулся мягкой щеки девушки, а Лина прежде чем смогла себя остановить, обняла его за шею, запустив пальцы в мягкие чёрные волосы, и притянула к себе.

Максимилиан поддался порыву девушки и со страстью накрыл мягкие губы поцелуем, такие желанные, чувственные, и обнял её сильнее.

Лина закрыла глаза от необычного наслаждения. Поцелуй полководца был нежным и мягким, полная противоположность твёрдому как сталь телу, а запах с тонким ароматом сандалового дерева кружил голову, и она, теряя остатки здравого смысла, прильнула к нему всем телом, ощущая его сильное желание.

Максимилиан подхватил девушку на руки, заставляя ногами обвить его торс, и занёс в комнату. Ждать было невыносимо, он хочет её, хочет прямо сейчас. Поставил на ноги рядом с кроватью и немного отстранился. Она смотрела на него немного испугано, как будто не знала, что ей делать, её голубые глаза заволокло туманом от желания, а губы немного припухли от страстного поцелуя. Она была прекрасна.

- Ты хочешь, чтобы я ушёл? - спросил он, а Лина едва заметно покачала головой.

Полководец улыбнулся, одним сильным движением притянул девушку к себе и снял с плеч лямки её платья, позволяя ему свободно упасть на пол, и нежно начал целовать нежную кожу за ушком, спускаясь вниз к шее.

- Максим, - прошептала Лина ослабевшим голосом, и впилась своими коготками в мужскую спину, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Ему понравилось, как его имя прозвучало из её уст. Он быстрым движением снял с себя одежду, опрокинул девушку на кровать и, наконец, прильнул к такой желанной груди.

Лина громко застонала, выгнув спину навстречу ласкам, ласкам, которые никогда не знало её тело, и Максимилиан глухо зарычал, почувствовав её дрожь под своими руками и свою власть над ней. Дерзкая и своенравная, она таяла в его руках от наслаждения, и он уже грубо и требовательно впился поцелуем в губы.

Лина почти не дышала, ощутив вкус полководца. Он окутал её своим жаром и страстью. Желание мужчины упиралось ей в бедро, и она попыталась высвободиться из крепких объятий, понимая, что сейчас произойдёт, но было уже поздно. Максимилиан страстно целовал её, а тело охотно отзывалось на его ласки, вызывая безумные волны наслаждения. Но нет...

- Максим, остановись, пожалуйста, - сбивчиво прошептала она, остатками разума понимая, что не должна быть тут, не должна быть с ним...

- Нет, милая, на эту ночь ты моя, - произнёс Максимилиан, одним движением раздвинул ей ноги и вошёл в такое желанное тело, и зарычал от резкого удовольствия, прошедшего через всё тело. Неожиданно сильного удовольствия.

Лина глухо застонала от наслаждения, смешавшегося с болью. Слишком долго она не подпускала к себе мужчин, слишком долго её тело было обделено подобными ласками.

Максимилиан вдруг остановился, почувствовав, что Лина под ним болезненно дёрнулась.

- Я сделал тебе больно? - спросил он.

- Нет, нет, всё хорошо, - поспешила сказать она, и притянула ногами его к себе, требуя продолжить.

Всё что было, уже давно прошло, и в этот удивительный момент та жизнь была уже не важна. Сейчас перед ней был идеальный мужчина, который дарил ей свою нежность и страсть, - это было главным. И он начал двигаться резкими толчками, крепко держа Лину за бёдра, упиваясь ей. Она была как богиня, безумно красива и грациозна. Лунный свет, пробивающейся через окно, подчёркивал каждый изгиб её безупречного тела и отражался в золотистых волосах. Максимилиан упивался необычной красотой этой женщины и тем удовольствием, что она дарила ему.

И вдруг Лина резко вскрикнула, и начала задыхаться, сдерживая крик оргазма, а Максимилиан почувствовал, как сильно пульсировало тело вокруг него и невероятную эйфорию от её наслаждения, и двумя резкими толчками присоединился к девушке, желая разделить этот потрясающий миг страсти вместе с ней.

- Моя прекрасная Лина, - прошептал он ей на ушко, как только она перестала подрагивать под ним, и почувствовал, как она улыбается. Это было так необычно, удивительно.

Максимилиан аккуратно лёг рядом с девушкой и посмотрел в раскрасневшееся и немного смущённое личико. Такая красивая, взлохмаченная, с припухшими губками, и ясными голубыми глазами, она словно боялась...

- Тебе наверно нужно в купальню? - грустно спросила она.

- Нет...

- Нет?

- Нет, милая, я с тобой только начал.

Максимилиан провёл рукой по золотистым кудряшкам, и в нём уже играло собственническое настроение. Эта странная женщина смогла подарить ему необычное удовольствие, яркое и горячее, которого не могли дать ему его опытные наложницы. И он теперь не отпустит её, пока не выпьет эту чашу до дна.

Глава 2

Глаза открывать совсем не хотелось. Во всём теле ощущалась приятная истома, а в воздухе витал дурманящий аромат сандалового дерева. Глубоко вздохнув, Лина попыталась понять своё положение в пространстве. "Я лежу... ага. Обнажённая... Обнажённая? Что дальше? Сильная мужская рука нежно прижимает меня к широкой груди, и тёплое дыхание ласкает шею. О нет! Что я наделала?!" Воспоминания о прошедшей ночи нахлынули холодной волной, мгновенно отрезвляя и отгоняя сон. Она открыла глаза, убедилась в своих опасениях, и очень осторожно выскользнула из-под мужской руки. Стараясь не смотреть на Максимилиана, подхватила платье, валявшееся на полу и, одеваясь на ходу, выбежала на балкон.

- Афина! Афина, явись передо мной в человеческом обличии! - кричала Лина, еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться. - Афина!

- Что случилось, дитя моё? Почему ты так кричишь?

Богиня появилась перед девушкой во вспышке света. Как всегда, божественно красива, в белом струящемся платье с роскошными золотисто-каштановыми волосами и пронзительно зелёными глазами. Она была явно недовольна криками Лины, но, несмотря на это, быстро пришла. И на том спасибо.

- Афина, забери меня отсюда быстрей! Я... я совершила ошибку, мне нужно уйти...

- Стой, стой, не тараторь, о какой ошибке ты говоришь? - сморщила свой изящный носик богиня.

Максимилиан проснулся от того, что кто-то рядом разговаривал. Он приятно потянулся, вспоминая проведённую ночь, и повернулся к Лине, но её рядом не оказалось. Жаль, а он рассчитывал на продолжение.... И куда она подевалась?

Поморщившись, он нехотя открыл глаза. Из окон лился тёплый солнечный свет, явно говорящий о том, что уже было утро, а на балконе стояли две женские фигуры. Максимилиан нахмурился, интересно, кто посмел войти к нему в спальню? Точнее в спальню Лины, но в данном случае это было не важно, он приподнялся и прислушался. Женщины разговаривали.

Лина боялась смотреть на Афину. Надо же было так облажаться, потерять контроль над собой.

- Я... переспала с ним...

- С кем? - непонимающе уставилась богиня на девушку.

- С Максимилианом! Афина! С греческим царём! - крикнула она, и опустила глаза.

"Ох, как же стыдно, как желторотый подросток не смогла справиться с соблазном. Больше никогда не поведусь на это, никогда".

- Я не должна была, прости...

- Ну и что? Тебе не понравилось, и ты решила сбежать?

- Нет! - возмутилась Лина, вспоминая, каким страстным и нежным он был. Как это могло не понравиться? Но это не меняло дело, ей нужно срочно отсюда уходить.

- Ну, так развлекайся на здоровье, я не против этого, - обворожительно улыбнулась богиня. - Максимилиан мой лучший полководец, и наверняка он потрясающий любовник.

Лина подняла глаза на Афину и не верила своим ушам! А она покровительственно смотрела на неё, как на ребёнка, которому разрешили покататься на лошадке, и улыбалась.

- Я хочу домой. Это место не для меня. Пожалуйста.

- В данный момент это невозможно, дитя моё, - холодно сказала богиня, и её выражение лица вмиг изменилось. Теперь она смотрела на свою подопечную строго, давая понять, что этот вопрос обсуждению не подлежит. Слишком много сил было потрачено на эту девочку, слишком много надежд... Афина сама подтолкнула её к Максимилиану, зная, что Лина сама никогда не решится на это, её сердце было закрыто. Было...

- Я настаиваю! - почти выкрикнула Лина.

- А я против! - послышался грубый мужской голос.

Резко обернувшись, Лина увидела Максимилиана, стоявшего в проёме между балконом и комнатой.

- Здравствуй, полководец, - пропела Афина и тепло улыбнулась появившемуся мужчине.

Максимилиан опустился на одно колено и склонил голову перед своей богиней.

- Встань, не пристало великому воину стоять на коленях, - покровительственно протянула ему руку богиня, предлагая подняться.

- Я хочу, чтобы эта женщина стала моей наложницей, - властно произнёс он, и уже по-свойски осматривал Лину.

- Нет! - в два голоса выкрикнули Лина и Афина. - Эта женщина свободна, и здесь чтобы помогать тебе, а не ублажать, - строго сказала богиня и мило, но холодно улыбнулась своему воину, а Лина раскрыла рот от изумления. "Помогать? Что она задумала?"

- Афина, это ведь не Древняя Греция, ведь так?

Богиня посмотрела на девушку так, как будто не понимала, о чём идёт речь.

- Я же вижу! - чуть не плача прошептала она, чувствуя подступающий к горлу липкий слезливый ком.

- Ты умная девочка, сама разберёшься. Инструкции будут позже, а сейчас мне пора.

- Афина! Забери меня отсюда! Я погибну здесь! - уже крича в пустоту, Лина упала на колени и разрыдалась. Она поняла, что хочет богиня. Да она умная девочка и всё поняла. И то, что её отсюда уже не выбраться было очевидно.

Максимилиан нагнулся к девушке, и, обняв за плечи, тихо прошептал:

- Я не дам тебе здесь погибнуть.

- Ты! - она со злостью оттолкнула его от себя и как ветер влетела в комнату. - Ты хотел сделать из меня наложницу! О чём ты говоришь?!

Лина села на кровать и спрятала лицо в руках, пытаясь привести мысли в порядок. Афина её сюда специально отправила, со своими целями, а она попалась как дурочка. "Лина, дорогая, прогуляйся по Древней Греции, развейся, там очень красиво, тебе понравится" - как сразу она не заметила подвоха? И безумно красивый и потрясающий любовник - древнегреческий царь, захотевший сделать её своей наложницей. Это ужасно!

Максимилиан стоял в стороне и молчал, но Лина чувствовала его пристальный взгляд на себе. Она попыталась успокоиться и трезво взглянуть на ситуацию. Для начала нужно до конца разобраться, что, зачем и почему. Афина сказала, инструкции будут позже, хорошо, что они вообще будут, а пока решила действовать по обстоятельствам. В конце концов, пока ничего страшного не произошло.

Глубоко вздохнув, Лина встала с кровати и отвернулась от Максимилиана, не желая показывать ему своих красных глаз.

- Прости меня полководец, ты ни в чём не виноват, я вспылила. Оставь меня, пожалуйста, мне нужно привести себя в порядок и подумать. Позже мы сможем поговорить.

- Я пришлю служанок, - ответил Максимилиан, и голос его был мрачнее некуда.

- Спасибо, - тихо сказала она, не оборачиваясь, и через секунду услышала, как закрылась дверь.

"Она хочет, что бы я помогла грекам, в этом нет сомнения, - размышляла Лина. - И это не Древня Греция, по крайней мере, не в моём мире. Отлично, а в каком же интересно? И как я могу им помочь? Как исторический источник, я полный ноль, и как носитель знаний по полезным изобретениям тоже, да и вряд ли это им нужно. - Лина бросил взгляд на совершенно прозрачное стекло в идеальной раме. Да уж. Интересно, какой у них тут век.

Им нужен солдат специального назначения. Чувствовала же где-то очень глубоко, что не всё чисто! Не было у меня никогда ничего, за что не надо было бы заплатить кровью и плотью, и не будет никогда. Это моя судьба. И вот, самая прекрасная ночь в моей жизни с самым совершенным мужчиной на земле, за это мне тоже нужно будет заплатить... осталось только узнать чем".

Пришли служанки и предложили посетить купальню. Настроение Лины начало подниматься, видимо её статус в этом доме стал более определённым и позволял пользоваться благами цивилизации. Она с радостью согласилась, и её проводили в конец коридора, который заканчивался маленькой расписной дверью. Купальня была не очень большой, но с приятной тёплой водой, и даже маленьким водопадиком. На стенах в лучах солнца играла потрясающе красивая мозаика из отполированных ярких камушков, а над головой открытое небо, - всё это создавало невероятное ощущение.

Девушка окунулась в ароматную воду, чувствуя, как остатки плохого настроения уходят. А когда опытные руки массажистки мягко размяли мышцы на спине, а после ещё и завтрак принесли, настроение было на отметке "почти счастлива".

"Ладно, раз Афина просит помочь, значит надо помочь. В конце концов, она спасала мою шкуру столько раз, что имеет право просить о чём угодно" - думала она, отщипывая кусочки от тёплой лепёшки и отправляя их в рот.

Служанки принесли одежду, если конечно это можно было назвать таковым. Они как-то очень хитро надели на тело Лины бесформенный балахон синего цвета, подпоясали его, красивым золотым поясом, и старательно принялись на всём этом делать красивые складки. Лина аккуратно рассматривала замысловатее платье, вроде бы красивое, и даже с симпатичной вышивкой, а какое-то не такое, не удобное. Нужно будет сжить другое.

- Этот пояс что-то ведь значит? Да?

- Конечно госпожа, это символ знатной дамы, - сказала служанка, удивившись глупости гостьи, и скривила лицо, как будто она спросила что-то неприличное.

"Хорошо, что осталась знатной, и не перевели в наложницы, - подумала она, - хотя Максимилиан вряд ли ослушается Афину, а она совершенно чётко дала понять, что я тут не для его развлечения".

В это время вторая служанка приводила в порядок волосы. Лина улыбнулась себе, вспоминая, как они ей достались. У неё никогда не было длинных волос, слишком хлопотно за ними ухаживать, когда ближайший душ за сотни миль. Да и неудобно, наверно, ползти в логово врага с такой копной волос. Но когда Афина предложила прогуляться в Древнюю Грецию, она в шутку сказала, что с удовольствием, если у неё будут красивые длинные волосы блондинистого цвета. Кто бы мог подумать, что это всё окажется правдой.

Когда, наконец, Лина была одета, умыта и причёсана, она выскочила в коридор, намереваясь найти Максимилиана, и вдруг поняла, что совершенно не знает куда идти.

- По всей видимости, первое время мне придётся ходить тут с проводником, - пробурчала она себе под нос, осматриваясь по сторонам, и решила, что разумней всего будет догнать служанку и попросить проводить её к царю.

Служанка посмотрела на странную гостью как на ненормальную, но перечить не стала, проводила до зала, где был полководец и очень быстро убежала.

"Ну и ладно", - хмыкнула Лина и открыла дверь.

Максимилиан с Тиграном сидели за большим столом, на одной стороне которого лежала большая карта с камушками, и блюдами с едой с другой стороны, и что-то очень активно обсуждали. Наверно строили злодейские планы по захвату территорий.

- Если мы нападём сейчас, то это нам ничего не даст, нужно подождать основные войска противника, - авторитетно заявил Тигран.

- И когда они прибудут? - задумчиво спросил Максимилиан, смотря на карту. Ему это совсем не нравилось. Ждать когда придут остальные, а что в это время будут делать те, кто уже на месте? Их нужно будет контролировать и сдерживать, чтобы они не разоряли соседние города и селения.

- Разведка говорит - через месяц.

- Хорошо, у нас будет время подготовить поле боя, - кивнул Максимилиан, но Тигран уже не слушал друга, а смотрел куда-то за его плечо, недоверчиво сузив глаза.

- Добрый день, котик.

Из-за спины полководца появилась Лина, прекрасна и свежа как цветок.

- Почему ты его так называешь? - наконец задал, уже давно назревший вопрос Максимилиан.

- Ну, его же Тигран зовут, - сказала Лина, как будто это всё объясняло.

Она медленно проплыла мимо мужчин, села на край стола и потянулась за виноградом. Настроение у неё явно наладилось и она опять начала откровенно дерзить. "Ну что за женщина?" - негодующе думал Максимилиан. Лина подняла голову, и он увидел тонкую полоску шрама на скуле. Странно раньше он её не замечал.

- Что? - спросила она, замечая недоумённые взгляды. Потом о чём-то задумалась и отправила пару виноградин в рот.

- Ах, да-а. Забыла совсем... Кстати, имя какое-то не греческое совсем, - задумчиво потянула Лина, продолжая беззаботно есть виноград.

Тигран тихо зарычал и посмотрел на Максимилиана, не понимая, почему он позволяет ей так много. Но тот проигнорировал его красноречивый взгляд. Не мог же он ему сказать, что её послала Афина.

- На моём родном языке Тигран созвучно слову тигр, а котик это уменьшительно ласкательно. Тигр - это ведь большая кошка, - ответила Лина, обворожительно улыбаясь мужчинам, забралась на стол повыше и вдруг замерла, смотря куда-то поверх головы Максимилиана. Улыбка с её лица тут же пропала, и губы явно напряглись.

Мужчины оглянулись, но ничего не увидели.

Как всегда бывает, хорошее настроение - это не к добру. Как только Лина села на стол с чётким намереньем съесть весь имеющийся виноград, за Максимилианом во вспышке света появилась Афина, и невинная улыбка, играющая на её прекрасном лице, не предвещала ничего хорошего.

- Вижу, ты уже пришла в себя, дитя моё, - её голос прозвенел как колокольчик.

Ни Тигран, ни Максимилиан не видели её, хотя и оглянулись, заметив взгляд девушки, и она поняла, что богиня явилась только ей, поэтому не стала отвечать, а лишь еле заметно кивнула.

- Передай полководцу сообщение: в Митаву через пять дней войдут римские войска.

"Отлично, теперь я буду сломанным телефоном!" Лина недовольно скривила губы, но сообщение решила передать. Как выяснилось недавно, она тут на задании, а значит нужно слушаться приказов начальства.

- Максимилиан, римские войска через пять дней войдут в Ми... Ми.... Как её там... - Лина посмотрела на Афину.

- Митаву, - улыбнулась она.

- Митаву, - повторила девушка, не понимая, о чём идёт речь.

- Откуда информация? - гневно выкрикнул Тигран, и Лина с грустью посмотрела на мужчину. Ей было стыдно за вчерашнюю выходку, довела человека, унизила перед царём, и как ей теперь исправить ситуацию, она не знала.

- Тигр, не ори на меня, сказали передать, вот, передаю.

Тигран хотел было вскочить, но Максимилиан положил руку ему на плечо и внимательно наблюдал за Лино, догадавшись, что она разговариваем с Афиной, и та благодарно кивнула ему.

Афина смотрела и улыбалась. "Ох не нравится мне эта улыбка", - думала Лина.

- Ой, совсем забыла! - добавила богиня, щёлкнула пальцами, и у неё с Максимилианом на плечах появилось по тонкому золотому обручу. Лина резко дёрнулась.

- Что это?

- Это подарок от Мойр, - сказала Афина, улыбаясь улыбкой счастливого ребёнка.

- Что ещё за Мойры? Не знаю никаких Мойр, - Лина злилась всё сильней, и уже не скрываясь, громко ругалась.

- Это брачные браслеты, дорогая, у вас три месяца, - сказала богиня и тут же исчезла.

- Афина! - крикнула она вслух и посмотрела на Тиграна и Максимилианом, в надежде найти ответы. Первый смотрел круглыми глазами и сам нуждался в разъяснение, а второй был обеспокоен так же как Лина.

- И кто такие Мойры? - ласково спросила она у мужчин.

- Богини судеб. А что? - осторожно сказал полководец.

- А это их подарок, - повертела девушка рукой. - И у нас три месяца.

Максимилиан нахмурился ещё больше.

- И что же это?

- Я, кажется, знаю брат, - тихо сказал Тигран. - Это брачные браслеты.

- И? - Лина уже начала выходить из себя. Знает он, видите ли. Каждое слово клещами вытягивать?

- У вас три месяца чтобы пожениться, иначе ты станешь бесплодной и фригидной, а Макс евнухом. Это я слышал из легенд, а вообще я не знаю.

- Что?! - Лина и Максимилиан закричали вместе. - Я на это не подписывалась!! О боже, куда я вляпалась! Нет, нет, нет... мне это снится...

Максимилиан, молча, сидел, а мысли его скакали как табун лошадей. Мойры? Брачные браслеты? "Нет, я не могу жениться! Я, конечно, сказал Афине, что не хочу её отпускать, но это не значит, что я готов приять её как жену. Она хороша как любовница, но не жена, никогда и ни за что! Нет, это ошибка, точно ошибка".

Лина резко вскочила, опрокинув вазу с фруктами на пол, и пронеслась мимо как ураган по направлению двери. Тигран пихнул Максимилиана в бок и вывел из оцепенения.

- Иди за ней, пока она глупостей не натворила.

- Да, - произнёс он и побежал за своей невестой. Уму непостижимо!

Но Тигран прав, её нужно остановить, эта женщина, когда спокойна-то, опасна, а если в бешенстве - то подумать страшно, что она может вытворить.

Выбежав из дверей дворца на площадь, Максимилиан попытался понять в какую сторону идти. Девушки нигде не было видно, и куда она ушла было неизвестно, но справа, за забором, ограждающим тренировочную площадку, послышались женские крики и поспешил туда. И чего её понесло к солдатам?

Лина стояла у деревянного истукана для тренировок и орала на какого-то солдата, толкая его в бок.

- Локоть выше держи! Почему рука дрожит? Выронишь нож - убьют в туже секунду!

Она выхватила у солдата нож, резко развернулась и всадила его в деревяшку по самую рукоять.

- Дохляк! - выкрикнула Лина, отворачиваясь от него и понеслась дальше. - Бить нужно, подумав головой, а не своими гениталиями!

Сзади к девушке подошёл другой солдат и коснулся её плеча, видимо намериваясь узнать, что она тут делает. Но Лина в туже секунду резко развернулась и ударила его ногой по рёбрам, схватила за волосы, и коленом разбила нос.

- Иначе будет так! - показала она всем присутствующим голову в крови и отпихнула его от себя.

- А если будешь думать, прежде чем бить, то так, - и двумя резкими ударами разбила две доски на щите для метания ножей.

- Лина, ты смущаешь моих солдат, - сказал Максимилиан, улыбаясь этой необычной картине. На его памяти такого ещё не было, чтобы женщина учила солдат, да ещё в такой форме. Но эти доски она разбила очень эффектно, надо отдать ей должное.

Она обернулась, как будто пытаясь понять, кого видела перед собой, и крикнула солдатам:

- Не смущайтесь мальчики, тренируйтесь, тренируйтесь!

- Пошли, - Максимилиан нежно взял её за руку и увёл с тренировочной площадки, крепко прижимая к себе, а она дрожала всем телом. Все-таки, какая странная женщина, такая сильная, и такая слабая.

Лина покорно прижалась к полководцу, а он повёл её в сад сестры. Алкмена не любила когда кто-то приходил в её оранжерею, но брату разрешала бывать здесь, если не будет ничего трогать. Это было так забавно, когда она кипятилась, увидев кого-то рядом со своими цветами. Сестра заботилась о них и очень любила, и никогда не подпускала к ним чужих. Возможно, поэтому здесь царила какое-то особенное настроение, очень приятное.

Максимилиан посадил Лину на широкую скамейку у фонтана, и она отвернулась от него, не желая разговаривать. Он сам себе ухмыльнулся. Хотя эти браслеты и стали для него неприятным сюрпризом, и поверить в это было крайне тяжело, но спорить с тем, что эта девушка была прекрасна глупо. Нежная кожа, красивые мягкие волосы, плечи... и такая необычная. Сильная и слабая.

Она уже почти успокоилась и ровно дышала, только рука немного подрагивала.

- Покажи руку, - сказал Максимилиан холодным и ровным тоном, но при этом потянулся к девушке с такой нежностью, что впервые в жизни ей захотелось не просто быть с мужчиной, а остаться с ним, и быть под его защитой. - Ты её разбила.

- Потому что не справилась с эмоциями, - поморщилась Лина.

Да, она совсем вышла из себя от такой неожиданной новости. Ну, надо же было такое придумать. И эти брачные браслеты...

- Это нужно делать с холодной головой. Ничего страшного, это только ссадина, быстро пройдёт.

Максимилиан поднёс её руку к губам и нежно поцеловал, а Лина закрыла глаза от удовольствия. Его горячие губы были невероятно мягкими и нежными.

- Максим, что мы будем делать?

- Не знаю. Нужно всё обдумать, - ответил он.

- Я не хочу замуж... Может Мойры передумают?

- Может. Я жениться не планировал.

- Ты пахнешь сандаловым деревом, - зачем-то сказала Лина.

- А ты чем-то очень сладким, - улыбнулся Максимилиан в ответ.

- А что это за сад? - спросила она, осматриваясь по сторонам. Они сидели в очень красивом саду. Высокий фонтан с золотыми рыбками тихо журчал, лаская слух и успокаивая. Вдоль стены стояли мраморные статуи, а чуть в стороне располагались несколько больших столов, заставленные цветами и неизвестными зелёными растениями.

- Здесь очень красиво.

- Это сад моей сестры, её пока нет в Афинах. Но обычно она ругается, если кто-то заходит сюда.

- У тебя есть сестра? А когда она вернётся? Я хочу с ней познакомиться.

Почему-то эта новость Лину очень порадовала. Это было так неожиданно, что у Максимилиана была сестра, и ей очень захотелось увидеть её.

- Она должна уже скоро вернуться. Надеюсь, ты с ней подружишься, хотя это будет нелегко.

- Если она похожа на тебя, то мы найдём с ней общий язык.

Полководец как-то странно хмыкнул, а Лина улыбнулась в ответ, поднялась, и немного прошлась, осматриваясь по сторонам. Сад был очень красивым, свежим.

- Максимилиан, у меня к тебе будет небольшая просьба... а можно мне образованную служанку, знающую политическое и военное положение в стране, хотя бы в целом, - попросила Лина, вдруг вспоминая о непутёвых служанках, - И чтобы не смотрела на меня как на дурочку. Я, по всей видимости, тут надолго, и мне нужно знакомиться с твоей страной, - сказала она и посмотрела на Максимилиана глазами голодного щенка.

- Я думаю, мы найдём подходящую тебе служанку, но это будет не рабыня, а служащая во дворце. Постарайся не обижать её сильно.

Обижать? Девушка аш задохнулась от возмущения.

- Полководец, это у вас тут рабовладельческий срой, а у нас все люди свободные, и я отношусь ко всем одинаково!

- Так вот откуда в тебе столько дерзости? - он игриво притянул её к себе, но глаза при этом остались холодными и властными, и сказать о чём он думал не представлялось возможным.

- Уважение нужно заслужить, - пробубнила Лина, пытаясь высвободиться из сильных рук полководца. - И если моему повелителю больше ничего не нужно, то я пойду.

Она мило улыбнулась, и убежала, оставив Максимилиана в гордом одиночестве.

Как только Лина покинула сад, первой ею мыслью было прогуляться по дворцу, разузнать, что тут да как, но сразу же её отмела, заблудиться тут ещё не хватало. Да, это было бы довольно глупо. Нужно дождаться обещанную служанку и, для начала, спросить об устройстве дворца, а то тут всё так запутано и коридоры похожи друг на друга как близнецы.

Хотя здесь конечно красиво, всё такое тёплое и светлое, но яркий свет совсем не режет глаза, а ласкает их. И при ближайшем рассмотрении белый цвет оказался не чисто белым, а просто очень светлым, содержащим в себе разнообразные оттенки серого, жёлтого, голубого и красного. И очень, очень красивый пол. Пол в этом дворце девушку из другого мира действительно потрясал. Стального цвета мрамор с какой-то замысловатой мозаикой, выполненной с удивительным мастерством. "Нет, трогать я его всё-таки не буду, может только у себя в комнате, когда никто не будет видеть", - подумала Лина.

Осталось только найти свою комнату, и немного пройдясь, она решила воспользоваться помощью стражника. Как же всё-таки тут много народу шатается, неужели все работают?

Спустя некоторое время Лина стояла на балконе, и задумчиво разглядывали пышные цветущие кусты. Это был не совсем сад, как ей казалось раньше, а скорее лужайка. Где-то журчала вода, и свежий ветер приносил приятные незнакомые ароматы.

Нужно будет потом найти этот фонтанчик, и посмотреть заодно, как эти окна смотрятся с улицы, а то вчера они с Максимилианом об этом совсем не думали. Мысль о полководце тёплой волной разлилась по телу, вызывая волнительные воспоминания прошедшей ночи. Хотя, насколько она помнила, древние греки к сексу относились проще, чем в её мире, а у римлян даже были оргии прямо на улице, а может это и не правда.

"Но Афина права, - грустно вздохнула Лина, - Максимилиан потрясающий, у меня никогда не было такого мужчины, и не будет..."

- Простите госпожа, я вас не заметила, - вдруг услышала она за спиной и обернулась на голос.

В комнате, чуть склонившись, стояла молодая девушка. Её голову украшали длинные чёрные волосы, собранные в замысловатую причёску, и такое же непонятное платье как у Лины, только короткое.

- Меня зовут Дианта, я ваша новая служанка, - она поклонилась ещё ниже, заметив настороженный взгляд новоиспечённой хозяйки.

- Это же замечательно, Дианта! - подлетела к ней Лина и обняла за плечи. Эта девушка ей с первого взгляда понравилась, и она решила взять быка за рога, как говорится. - Ты мне должна всё-всё рассказать! Тебя предупредили, что я странная?

- Да, - тихо сказала она, смущённо улыбаясь.

- Замечательно! Я в Греции совсем недавно и совершенно ничего не знаю, а когда пыталась что-то спросить у предыдущих служанок, они от меня шарахались как от прокаженной, - пожаловалась она.

- Это были рабыни, госпожа. Они вообще не привыкли, чтобы с ними разговаривали.

- Меня это категорически это не устраивает, и мне просто необходим здесь человек, с которым можно нормально поговорить.

Дианта кивнула, но продолжала смущённо смотреть в сторону.

- Только у меня есть правила: меня зовут Полина, но гораздо охотней откликаюсь на имя Лина и никаких господ. Смотреть на меня, когда со мной разговариваешь, и если я что-то делаю не так, обязательно об этом мне говорить.

- Договорились Лина, - уверенно сказала Дианта, поднимая карие глаза, и широко улыбнулась.

- Вот и замечательно, - расслабилась она, видя, что девушка вполне адекватная, и задумалась чего бы спросить первым. Вопросов было очень много, здесь всё казалось таким необычным и совершенно не похожим на ту Древнюю Грецию, о которой она читала.

- Дианта, я вчера на Максимилиане видела штаны. Я не знала, что у вас в Греции их носят.

- А что в этом такого? - тут же спросила служанка, но всеми силами старалась смягчить свой удивлённый тон, за что Лина ей была очень благодарна.

- Я всегда думала, что в Греции мужчины носят только тунику, или как там ещё называется ваши странные наряды.

- А, я поняла, что вы имеете в виду, - девушка широко улыбнулась. - Да, вы правы, штаны это не традиционная греческая одежда. Но у нас вообще очень много всего иностранного, Максимилиан с удовольствием перенимает удобные и полезные вещи у других народов, это же касается и одежды.

- Но другие мужчины одеты в... даже не знаю, как это называется. Я видела в городе.

- Наверно вы имеете в виду хитон или гиматий. Это традиционная одежда. Конечно, штаны и рубахи очень удобны и у нас их носят, но они пока ещё не слишком распространенны. Мужчины предпочитают носить хитон и гиматий поверх него. Но Максимилиан для своей армии хочет ввести штаны, как я слышала.

- Что за гиматий такой? - спросила Лина, упорно не понимая, о чём идёт речь. Но Дианта была очень терпелива и даже виду не показывала, что смущена странными вопросами и непонятливостью.

- Гиматий - это верхняя одежда, четырехугольный кусок ткани, по той манере, с которой он носится, можно судить об общем уровне культуры человека. Но гиматий носят далеко не все, он давно вышел из моды, чаще ходят просто в хитоне, и если холодно поверх надевают плащ.

- Ага... - сказала Лина и пыталась осмыслить всё сказанное служанкой, но поняла, что это всё очень сложно, и необычно. - А хитон это что?

- А хитон, это то, что надето на вас.

Она скептически осмотрела своё платье и поняла, что с этим нужно что-то делать, так жить невозможно.

- Надо же, как интересно. А этот пояс, который я ношу?

- Это знак незамужней благородной дамы, символ девственности.

- Девственности? - засмеялась Лина, уже более внимательно рассматривая его.

- Ну, это только символ, сейчас девушки очень рано расстаются с невинностью.

- Дианта, я наверно тут задержусь и мне всё интересно, например какое у вас отношение к женщинам. Я читала очень разные и противоречивые вещи о Греции.

- Общепринято считать, что в Греции есть гетеры для развлечений, любовницы для ежедневного пользования и замужние, чтобы рожать детей и вести хозяйство, но на самом деле всё очень размыто. Только разве что у гетер и наложниц определённое положение в обществе, - с готовностью ответила служанка.

- А чем отличаются гетеры от любовниц и наложниц?

Дианта задумалась, видимо ей не часто приходится объяснять такие простые истины странным гостьям, незнающим элементарных вещей.

- Гетеры - это образованные женщины, среди которых мало рабынь. Они есть только в высших слоях общества и их работа снимать не только физическое сексуальное напряжение, но и развлекать мужчин и женщин интеллектуально, причём по своему выбору. Их статус довольно высок. А вот положение любовниц очень разное. Есть женщины, являвшиеся полной собственностью хозяина, который может даже продать их, а есть такие, кто живёт рядом, на правах жены.

- А наложницы?

- Наложницы - это рабыни и они только для любовных утех царя. Есть ещё солдатские наложницы, и у правителей крупных городов, но они, конечно, совсем другие.

У Лины, почему-то в груди кольнула ревность к полководцу. У него есть наложницы для утех, надо же... Но с чего бы её это волновало? Он не принадлежал ей, и никогда не будет принадлежать. А одна проведённая с ним ночь, ничего не значит.

- А у Максимилиана много наложниц?

- Не очень, они ему быстро надоедают, и он их отдаёт солдатам.

Дианта заметила ошарашенный взгляд девушки и только смущённо пожала плечами. Мол, вот такой у нас царь.

- Ой, как у вас всё сложно.

- А у вас иначе? - заинтересованно спросила служанка.

Лина задумалась. А как, в самом деле? И поняла, насколько тяжело было рассказывать всё это Дианте. Вроде для тебя это очевидные простые вещи, а вот как чтобы рассказать непосвященному человеку...

- С одной стороны иначе, а с другой и нет. У нас, конечно, тоже есть и публичные дома с проститутками, и любовницы, но они все свободные женщины. Каждая выбрала свой путь добровольно. Кто-то, осознавая, что делает, кто-то от безысходности, но потом не уже смог выбраться. Вот только наложниц, пожалуй, у нас нет, хотя кто знает.

Почему-то наложницы Лину очень беспокоили. Она провела с Максимилианом только одну ночь. Умопомрачительную, бесподобную ночь. Он потрясающий любовник, его руки и сильные и нежные одновременно, в которых она таила. А она? У Лины опыта никакого. И если ему наложницы, знающие толк в любовных играх, быстро надоедали...

- Дианта, расскажи мне, пожалуйста, что где находится во дворце, есть же какие-то правила расположения комнат? - спросила Лина, чтобы отвлечься от грустных мыслей.

Весь оставшийся день Дианта проводила экскурсию по дворцу и его окрестностям. Он оказался не таким большим и запутанным, как Лина думала раньше, всё было достаточно логично. Правое крыло было гостевым, на первом этаже были мужские комнаты, а на втором - женские. В центре дворца находился зал для приёмов он же тронный, и не далеко от него зал поменьше с большим столом, в котором Максимилиан предпочитал проводить военные советы и обедать в компании друга. В другое крыло девушки не пошли, там были комнаты Максимилиана.

Покои принцессы нахожились в отдельной пристройке рядом с садом, в котором Лина уже была с Максимилианом, туда они тоже решили не ходить. Сестра царя, по словам Дианты, была ужасно вредной особой, и нормально общаться с ней мог только брат. Сама дворцовая территория оказалась как маленький город, и располагался он на холме - Акрополе, в пределах которого было всё необходимое - от пекарни, до казарм для каких-то особенных солдат, с небольшой тренировочной площадкой. И даже два маленьких храма Афине и Зевсу.

К концу дня Дианта предложила посетить купальню и сделать массаж, что было очень кстати, так как у Лины уже голова болела от обилия информации, а ноги гудели от длительных прогулок.

- Дианта, можно я буду тебя называть Ди? - спросила Лина, совсем расслабившись под руками служанки, и почти засыпала.

- Конечно, для друзей я Ди.

- Пошли, Ди, пока я тут не уснула. Нужно попросить у Максимилиана комнату поближе к купальне, а то далеко ходить...

Уже стемнело, Дианта ушла, оставив Лине ужин и фрукты.

"Опять мясо и мёд... Какое-то странное сочетание, они тут похоже ничего не едят кроме мяса. А как же морепродукты? Здесь же море рядом, и даже не одно. Нужно будет спросить завтра у Ди, как тут обстоят дела с рыбой", - подумала она, смотря на большой поднос.

Сон не шёл. Она пошла опять на балкон и глубоко вдохнула ароматный свежий воздух.

"Как же здесь удивительно легко дышится, а у нас даже в горах воздух не такой свежий... Видимо уже весь земной шар пропах выхлопными газами, и не осталось ни одного чистого места". Перед глазами начали выплывать воспоминая боевых действий в горах. Лину и её группу туда перебросили на вертолёте, толком не объяснив, что нужно было делать, командира убили, без карт и провизии... "нет, не хочу вспоминать те ужасные дни".

Лина принесла подушку из комнаты и уселась поудобней на парапет, окунувшись уже в приятные воспоминания, о том, как она с подругами ходила на дискотеку, и как там веселились.

Максимилиан весь вечер провёл, формируя армию в Митаву, даже не представляя, что точно требовалось делать. Не было информации ни о количестве армии противника, ни о её качестве. Разведка утверждает, что всё тихо, но Афина сказала, что римляне рядом, а это скверно... Митава стратегически важный город. Его нельзя было сдать ни в коем случае.

Полководец ходил в своей комнате, как тигр в клетке, не в силах успокоиться. Пора было уже ложиться спать, на завтра были запланированы ночные учения, и необходимо выспаться. Но сон не шёл.

Немного подумав, он развернулся и пошёл к наложницам. Да, наложницы у него хорошие, умелые, даже Тигран их ценит, пускай они поработают и снимут накопившееся за день напряжение. Он быстрым шагом дошёл до их комнат, но посмотрев на девушек, понял - нет, наложницы его совсем не интересуют, а хотел он только ту странную женщину, посланницу Афины, которая так возбуждающе выглядит с оружием в руках и такая нежная в его объятьях. Тихо зарычав от странной зависимости, он направился в гостевое крыло дворца.

Лина опять сидела на балконе, забравшись на парапет с ногами, и что-то мурлыкала себе под нос. Её золотистые волосы волнами спускались с плеч, лаская нежную кожу и грудь, а короткая туника задралась, оголяя стройные коленки. Лина отбивала какой-то ритм босой ножкой и была полностью поглощена своими мыслями.

"Интересно чем ей полюбился этот балкон?" - подумал Максимилиан, смотря на её задумчивое лицо. Нежные губы, тихо напевали неизвестную песню, и он вспомнил какова она на вкус. В глазах потемнело от желания коснуться её, ощутить мягкость кожи.

Лина чуть дёрнулась, заметив гостя, слезла с парапета и широко улыбнулась. Сердце полководца забилось ещё быстрее, видя её искреннюю радость от его появления, и он приблизился к ней практически вплотную.

- Почему ты не пришла ко мне? Я тебя ждал.

- Прости, я не знала, что ты меня ждёшь, - скривила она коралловые губки. - И ты так и не показал где твои комнаты, а служанка сказала, что мне туда ходить нельзя.

Максимилиан протянул руку и погладил её по мягким как шёлк волосам, а она невольно отшатнулась от него.

- Прости, - тут же произнесла Лина, заметив нахмуренные брови полководца. - Наверно нам не стоит... пока мы не разберёмся с этими браслетами, - неуверенно начала говорить она. - Да и моё задание мне не понятно до конца.

- Это не имеет значения, - ответил Максимилиан, изучая пальцами тонкий шрам на скуле девушки.

- Ты выглядишь уставшим. Тяжёлый день? - спросила она, желая сменить тему разговора.

Максимилиана едва улыбнулся, для него было странным видеть заботу не от сестры, а от по сути незнакомой женщины. А ведь её действительно искренне заботило его состояние.

- Да, формировал первую часть армии в Митаву. Ты уверена, что римляне будут там?

- Я даже не знаю, что это за Митава такая и где она находится, - фыркнула Лина, и Максимилиан заметил, как она хотела было потянуться к нему, но быстро одёрнула руку.

- Это небольшой город рядом с медными рудниками в полутора днях пути от Афин, - ответил он и прижал её к перилам балкона, уже не в силах совладать со своею страстью, бурлившей во всём теле, и почувствовал, её нежную руку на своей спине.

- Так близко? - Лина подняла голову и посмотрела на полководца тревожным взглядом.

- Это то и странно... Как могла римская армия так далеко дойти и не быть замеченной, - мысли полководца опять заняла Митава, странно это всё. Странная армия и странное место нападения. Может это ошибка?

- Перебросить войска дело не хитрое. Состоится бой - хорошо. Если нет - ещё лучше, - задумчиво потянула она и провела рукой по линии бровей Максимилиана, спускаясь вниз по щеке.

- Так и поступим, - сказал он и притянул её для поцелуя. Нежно прикусив нижнюю губку, Максимилиан поймал тихий стон девушки, а её сладкий вкус вскружил голову.

- Ты так напряжён, давай я сделаю тебе расслабляющий массаж?

- А ты умеешь? - Максимилиан открыл глаза и удивлённо посмотрел на неё, страстная любовница и умелый воин, уже странное сочетание, неужели это не всё?

- У меня много талантов, - хитрая улыбка легла на губы.

Лина взяла за руку полководца и повела к кровати. Он с интересном наблюдал за ней, как будто не веря, что она может помочь ему снять нервное и физическое напряжение. Улыбнувшись, Лина сняла с него рубашку.

- Ложись, - показала она ему рукой на кровать.

Максимилиан как-то странно усмехнулся и прошёл, лёг на спину.

- Да не так. Я же массаж буду тебе делать, а не то о чём ты подумал.

- То о чём я подумал, хочу тоже, - нагло заявил он и перевернулся на живот.

- Всё по порядку, мой полководец, - прошептала она ему на ушко и села сверху. Курс массажа входил в обязательную программу её обучения, так же как и искусство обольщения. Задания были разные, и нужно было уметь очень многое, например, залезть к кому-то в постель и продержаться там достаточно долго.

Откинув ненужные воспоминания, Лина сосредоточилась на прекрасной спине под руками. Раз уж она тут, и этот божественный мужчина не против её присутствия, Лина решила насладиться им полностью. Такая большая, крепкая спина с широкими плечами. Хотелось прикоснуться к ней губами, но нет, пока не время, она чувствовала, как Максимилиан устал, и ей хотелось помочь ему расслабиться.

- Сколько у тебя было мужчин? - вдруг, совершенно неожиданно спросил Максимилиан, каким-то странным голосом.

- Я не думаю, что тебе это стоит знать, - тихо ответила Лина, не желая вспоминать те дни.

- Отвечай, - холодно приказал он, тоном нетерпящим возражения.

Девушка глубоко вздохнула, вот любопытный. Эту часть своей жизни она не хотела вспоминать, а лучше чтобы её вообще стёрли из памяти. Но ладно, раз хочет знать, пусть знает и решила ничего не скрывать.

- Когда мне исполнилось семнадцать, и я закончила обучение в военном лагере, меня распределили на фронт. Мне не повезло, и это оказались восточные границы, командующий генерал которого, был очень жестоким человеком. Все о нём говорили и все боялись попасть под его руководство.

- Долго ты училась?

- Десять лет.

- И у вас много таких как ты?

- Выпускается от пяти до восьми человек раз в пять нет, в зависимости от количества выживших после обучения. Не перебивай меня, пожалуйста, мне тяжело это вспоминать.

Максимилиан замолчал, предлагая продолжать.

Картины прошлого выплывали перед глазами, вызывая холодный пот на спине. Да, их учили конечно жёстко, и даже жестоко, но Лина не жалела о тех годах, проведённых в лагере, после того как убили родителей, она другой жизни для себя не хотела.

Глубоко вздохнув, Лина собралась с духом и продолжила:

- Я приехала, разместилась в казарме, но в первый же день моего пребывания в части генерал вызвал меня к себе... Он и стал моим первым мужчиной.

- Он тебя изнасиловал? - плечи под руками Лины дрогнули.

- Да, Максимилиан! Он меня изнасиловал! Я могу продолжить?

- Да, конечно, - тихо сказал он.

- Девочки рассказывали, что таким образом практически все закончившие обучение в нашем лагере лишаются девственности, и, как правило, на этом всё и заканчивается. Но это было не боевое крещение, как у нас это называли, и почему-то одним разом не ограничилось, а начало повторяться довольно часто. И когда он меня пригласил уже пятый раз, я поняла, что это никогда не закончится и убила его.

- Убила?

- Да, зарезала как свинью, едва он заломил мне руку, чтобы закинуть на стол. Оделась, и пошла в казарму ждать когда за мной придут, и была готова к смерти. Но никто не пришёл.

Лина немного помолчала, вспоминая ту ужасную историю.

- После того случая у меня не было желания жить дальше, хотела умереть. Сама, без военного суда и публичной казни... я чувствовала себя грязной, использованной. Тогда я и познакомилась с Афиной, она помогла мне, сказала, что я солдат и должна быть сильной, что трудности в жизни должны закалять характер, а не ломать его, - произнесла Лина и нервно вздохнула, это было очень трудное время, и даже вспоминать это было больно. - Я справилась, но на мужчин как на любовников уже не могла смотреть, и даже когда меня отправляли на особые задания, я дело до секса никогда не доводила.

- Что за особые задания?

- Как бы объяснить... Я не рядовой солдат и сражаться среди всех я не умею, меня учили проникать в центр вражеской территории или укреплённого лагеря, убивать главнокомандующих, выкрадывать планы или подменять их. А иногда нужно было соблазнить и попасть в постель к противнику, чтобы убить его или отвлечь на время.

Про бомбы, прослушку и прочее Лина решила пока не говорить. Максимилиан молчал. Это хорошо, рассказывать детали этих операций девушке совсем не хотелось.

- А через три года я познакомилась с солдатом из штрафбата.

- Штрафбат?

- У вас, по-моему, такого нет, а может и есть. Это батальон провинившихся солдат. Их ставят или на передовую как щит, или отправляют в бой, когда основная армия отступает, чтобы выиграть время и покинуть поле боя. В любом случае не выживает никто, - сказала Лина, и её голос дрогнул, когда она вспомнила, как убили Артёма и как её держали за руки, не позволяя помочь ему.

- Он и стал моим вторым и последним мужчиной. Я его знала всего три дня, но он многому научил меня. Такой молодой и такой мудрый... Он не боялся идти в бой, зная, что его убьют, он радовался каждому дню. Весёлый, жизнерадостный, а его отправили на смерть за украденного в деревне гуся. Ему было всего восемнадцать.

Максимилиан лежал, молча, пытаясь осмыслить услышанное. Это казалось нереальными. Греческие солдаты тоже воспитываются в суровых условиях, и женщины воительницы встречались.... Но чтобы так? Как же их учили, что выживали не все?

И Лина... она рассказывала об этом так спокойно, как будто это было не с ней, но это только маска. Он чувствовал её боль, из-за насилия и из-за смерти того солдата. Да, возможно ему действительно не стоило это знать, и тревожить раны девушки. Глубокие раны, болезненные, такие не заживают.

Нежные руки умело гладили спину, расслабляя каждую мышцу. Беспокойные мысли уступили место покою, глаза начали тяжелеть и уже сквозь сон он почувствовал нежный поцелуй на своём плече.

- Спи, мой полководец.

Глава 3

Лина лежала на широкой груди Максимилиана, наслаждаясь запахом мужского тела с тонким ароматом сандалового дерева, а короткие волосы на его груди приятно щекотали нос. Она мягко, чуть касаясь, провела по ним рукой и улыбнулась. Полководец тоже проснулся, но не спешил открывать глаза, а нежно и крепко прижимал её к себе. В этих объятьях было невероятно тепло и спокойно, и впервые за долгое время Лина почувствовала себя в безопасности.

- Мне нужна новая комната.

- Зачем? - Максимилиан приоткрыл один глаз.

- Здесь маленькая кровать, а ты занимаешь слишком много места. И до купальни идти далеко, - капризно заявила девушка.

- Можешь пользоваться моей, - он приподнялся и нежно провёл пальцем по мягкой щеке, как будто изучая её. Чему-то довольно усмехнулся и поцеловал в губы.

- После обеда я отбуду на ученья, вернусь к утру, - сказал Максимилиан уже холодным тоном. Быстро оделся и ушёл.

Всё утро Лина пыталась объяснить портнихе, какое она хочет платье, а та упорно не понимала или думала, что не понимает, так как то, что просила хозяйка, было странным. Она принесла ткани и Лина вертела их и так и сяк пытаясь рассказать, что ей нужно, но даже Дианта стояла и просто хлопала непонимающими глазами.

В конце концов, Лина попросила принести деревянного болвана с которыми тренируются солдаты, и как на манекене развесила ткань - объясняя, уже более наглядно, отрезав и закрепив ткань в нужных местах.

- А это можно будет носить? Может, всё-таки будешь носить хитон, как все греческие женщины? Его можно повязать покороче, чтобы тебе было комфортнее.

- Ди, это ужасно неудобно, и двигаться в этих безумных складках, без риска упасть практически невозможно. Я хочу нормальное человеческое платье, - Лина осмотрела результат своего труда, и осталась довольна им. - Вот сошьём, и ты убедишься, что это гораздо удобнее и практичнее ваших обматываний тканью.

Убедившись, что её поняли правильно, Лина попросила служанку показать, где можно спокойно поговорить. Сидеть в комнате ей ужасно надоело, а хотелось всё таки узнать об этом мире побольше. Вопросов было ужасно много, и всё время появлялись новые, а их технологии удивляли. Конечно, с современным миром сравнивать не стоит, но представляя себе древний мир, как-то не думаешь о таких комфортных бытовых удобствах.

Дианта провела Лину на первый этаж и показала атриум в гостевом крыле - небольшой открытый дворик, маленький прудик посередине, и четыре удобных шезлонга по краям. Очень милое место - именно то, что требовалось.

- Ди, а сейчас какой месяц? - вдруг вспомнила Лина то, что уже давно её волновало. В её мире была глубокая зима, когда она отправилась сюда. Но сейчас в Греции было жаркое солнце и совсем не было холодно.

- Декабрь, - ответила Дианта и подняла испуганные глаза.

- И так тепло? Мне казалось, что в Греции зимой должно быть прохладнее, - Лина проигнорировала её ошарашенный взгляд и продолжила, как ни в чём не бывало.

- Да, ты права, обычно в это время гораздо прохладнее. Но уже пять дней боги радуют нас тёплым солнцем, - служанка быстро справилась со своим изумлением и говорила уже спокойно.

- Расскажи мне, пожалуйста, о вашем политической устройстве.

Лина решила что нужно начать с того что попроще, откинулась назад и приготовилась слушать. Дианта была хорошей рассказчицей, она много знала и во много разбиралась. Очень умная девушка, хотя совсем молодая, на вид ей было не больше двадцати.

- Абсолютная власть в государстве принадлежит Максимилиану. Он же главный военный полководец и любимец народа, - начала свой рассказ Дианта.

- В каком государстве?

- Греция, - ответила служанка и уставилась на Лину непонимающим взглядом.

- Постой, а разве в Греции не состоит из множеств государств? - спросила она. Нашла, что попроще, даже тут всё не так, как должно было быть.

- Нет, конечно! Греция единое государство. После заключения Македонского союза территории условно выросли, но Греция никогда не была дробной.

Получается, что отличий было гораздо больше, чем она думала. Даже не изучая историю, Лина знала совершенно чётко, что Древняя Греция в её мире никогда не была единой, а состояла из полисов - отдельных государств, со своими законами и правителями.

- Считается, что государством управляет совет мудрецов и военный совет, а царь их возглавляет, - продолжила Дианта, игнорируя изумление девушки, - но на самом деле Максимилиан управляет всем единолично и лишь иногда советуется со своими советниками по ключевым вопросам. Это всех устраивает, потому что он великий правитель, его авторитет и среди армии, и среди народа непоколебим. За двадцать два года его правления наши границы значительно расширились и укрепились, а все центральные города процветают. Его любят, действительно любят.

Дианта говорила о своём царе, как о божестве, и Лине даже стало как-то не по себе от этого...

- Вот она!

Резкий мужской голос грубо ворвался в мирную беседу девушек, и во двор ввалились шесть мужчин. - Новая игрушка полководца, - улыбнулся самый здоровый бугай и многообещающе уставился на Лину, и ей это не понравилось, совсем не понравилось.

- Пошла вон! - грубо крикнул он Дианте. Служанка подпрыгнула от испуга, что-то шепнула хозяйке и быстро убежала.

- Чего надо? - спросила Лина. Её эта ситуация начала беспокоить всё больше. Она медленно поднялась на ноги, готовясь отразить нападение, и потянулась за спину. Кинжалов там, конечно же, не оказалось. Ругнувшись про себя, Лина оценила силы противников, - их было слишком много. И это явно войны.

Двое начали приближаться к ней, очень недобро ухмыляясь.

- Дион, ты уверен, что мы можем поиграть с ней? - спросил солдат, оставшийся стоять рядом с бугаем.

- Да, Максимилиан на неё даже не смотрит, - уверенно заявил он, и уже откровенно раздевал девушку глазами. - И он был не против, когда Тигран хотел убить её.

Один мужчина зашёл сзади Лины, а второй грубо схватил её за руку. Рефлексы девушки сработали молниеносно, и она со всей силы ударила ему между ног, резко развернулась и разбила нос второму. Но уже через секунду подбежали остальные, заломили ей руки и прижали локтем горло так, что ей пришлось встать на кончики пальцев, чтобы не задохнуться. Воспоминания прошлого нахлынули на неё, сдавливая грудь. "Нет, нет, я не хочу!" Лина боролась с ними, но липкий страх сковал, не позволяя даже дышать.

- Осторожней, она горячая, - улыбнулся бугай, подходя к девушке вплотную, и провёл языком по её шее, оставляя на ней обжигающий след.

Она попыталась двинуться, но рука у горла ещё больше напряглась и в глазах потемнело.

- Горячая девочка, мы же никому об этом не расскажем, ведь, правда?

Он грубо схватил Лину за грудь одной рукой, и поднял подол платья другой, сильно прижав своим телом, а его рука поднималась её выше, обжигая ногу.

- Дашь нам сама, или мы возьмём силой? - прошептал он, кусая пленённую девушку за шею, и по всему было видно, что долго ждать мужчина не намерен.

Одним движением он расстегнул застёжку её платья на плече, и уголок ткани упал, оголяя грудь, и она уже не могла трезво думать от страха. Только не снова, нет!

- Отпустите её! - прогремел самый желанный голос в мире.

Лина сквозь черноту не сразу осознала, что произошло, наверно ей слишком сильно сжали горло, она потеряла сознание, и это ей мерещится. Но оценив своё состояние, поняла, что всё ещё в вертикальном положение, и это действительно был Максимилиан.

"Слава богу, он пришёл! Дианта позвала его", пронеслось в её голове.

Солдаты замерли и уставились на Максимилиана в дверях.

- Я сказал, отпустите её!

Железная хватка тут же исчезла, и Лина без сил рухнула на пол, не чувствуя ног. Чьи-то тёплые руки поправил на ней платье, и подняли с каменного пола. Она боялась открывать глаза. Но этот кто-то не был грубым, а даже скорее утешающим и нежно прижимал девушку к широкой мужской груди. Лина приоткрыла глаза, и, подняв голову, увидела лицо Тиграна, он, куда-то её нёс.

- Тигр, это ты?

- Я, малышка.

Сама того не осознавая того, она прижалась к нему, из последних сил сдерживая слёзы, вставшие комом в горле. "Почему это не Максимилиан? Мне бы так хотелось, чтобы это он держал меня, и прижимали к себе. Хочу ощутить его запах, - грустно подумала она. - Но он наверно остался наказать обидчиков. Нет, даже не хочу знать, что он с ними сделает".

Тигран принёс девушку в её комнату, посадил на кровать и она, тут же уткнувшись в колени, разрыдалась, дав, наконец, выйти накопившимся эмоциям. Сдерживать их было невыносимо, они разрывали её из нутрии.

- Тигран, пожалуйста, оставь меня. Я не хочу, что бы ты видел меня... - сквозь слёзы прошептала Лина, и через пару секунд услышала, как хлопнула дверь.

- Не хочу, не хочу, пожалуйста... - повторяла она, а перед глазами проносились образы прошлого и душили грязным липким страхом. - Пожалуйста...

Максимилиан подошёл к гостевой комнате, у дверей стоял мрачный Тигран. Хотя он, мягко говоря, недолюбливал Лину, после того боя, но к женщинам он относился с уважением, и ненавидел когда их брали против воли.

Из комнаты доносились тихие всхлипывания, и полководец подал знак другу, предлагая уйти. Слышать плачь девушки, было выше его сил, но она вдруг притихла.

Мужчины переглянулись, не понимая, что произошло и прислушались.

Лина пыталась успокоиться, но слёзы текли, не слушая разума. За два дня произошло слишком много событий. Незнакомый мир, необычные люди, странное и необычное задание, брачные браслеты и Максимилиан... почему, почему к нему так тянет? Так старательно всю жизнь возводимые барьеры, падали, один за другим.

Рядом вдруг вспыхнул яркий белый свет, Лина подняла глаза и увидела рядом богиню. "Ну, конечно же! Её тут не хватало!"

- Что тебе, Афина, - довольно грубо поприветствовала её она, решив, не притворяться, что всё хорошо.

- Что произошло, дитя моё? - её голос был мягок и приветлив. Как будто проходила мимо и решила зайти на чай, а тут Лина плачет. Неожиданно.

- А ты как думаешь? Меня чуть не изнасиловали! Афина, меня тут пытаются или убить, или изнасиловать! - гневно крикнула она, и разрыдалась ещё больше. - Я не справлюсь с заданием, верни меня домой, пожалуйста, - тихо попросила Лина, и посмотрела на богиню с надеждой. Но её взгляд был вроде бы и сочувственным, но при этом решительным и холодным. Только Афина могла так искусно сочетать на своём лице разные эмоции и выражать именно то, что она желает сказать.

- И Максимилиана оставишь евнухом?

Лина задумалась. Нет, она не могла так поступить с Максимом. Он хороший человек, хотя и строгий, властный, холодный... нежный, ласковый...

- А он может пойти со мной? - спросила она ещё тише, уже зная ответ заранее.

- Конечно же, нет, он нужен Греции, а ты нужна ему.

- Я не могу... Этот мир слишком жесток.

- А у тебя было иначе?

"Нет, конечно. Афина права, иначе не было и никогда не будет. Жестокость это человеческая черта, которая, не зависит ни от времени, ни от мира. Войны и насилие - это проклятье человеческого рода, пропитавшие саму кровь, саму сущность.

Мы живём, содрогаясь от страха, боясь осознать жестокую жизнь. И наслаждаемся содеянным злом, упиваясь слабостью брага. Мы можем желать избавиться от окружающей нас жестокости и всем сердцем ненавидеть, но она будет преследовать нас всегда, мы сами будем создавать её. Нет, нет, я не хочу..."

- Лина! Возьми себя в руки! Ты же воин! - строго сказала богиня.

- Нет, Афина! - выкрикнула она в ответ, вскочила на ноги и подошла к ней практически вплотную, смотря на её безупречное лицо. - Я не воин, и никогда им не была! Ты ошибалась!

- Конечно же, воин, дитя моё, ты прошла ни одну войну и не было врага, который ни склонился бы перед тобой, - богиня покровительственно коснулась плеча девушки и доброжелательно улыбнулась.

- Этот мир мне чужой. Я не хочу здесь оставаться.

- Вовольно! Мы рассчитываем на тебя. Греция должна стать великой! А не тем... что на твоей родине. Не подведи нас! - Афина, подошла к Лине и стёрла все признаки слёз с её лица. - Сейчас придёт Максимилиан, а ты ревёшь. Нехорошо, - сказала она с упрёком, и исчезла.

И тут же, через мгновение, справа от девушки появилась ещё одна вспышка света, в которой появился незнакомый мужчина.

- Ох, тут что, божественное удобрение раскидали? Ты ещё кто такой? - грубо спросила Лина, совершенно не думая о своём длинном языке, и о том, что его было бы хорошо придержать.

- Я Арес, и тебе не стоит разговаривать со мной в таком тоне, смертная, - ответил бог и гневно посмотрел на девушку. Он явно не привык к такому обращению, но молниями в неё не кидал, за что ему было огромное спасибо.

- Арес, ты пришёл угрожать мне или что-то сказать хотел? - устало спросила Лина. Ругаться ещё раз, но уже с другим богом, у неё не было ни сил, ни желания.

- Мы действительно на тебя рассчитываем.

- Ой, ну почему я? Почему нельзя перенести в этот мир две роты с автоматами, двести танков и одну боеголовку? Всех убить одним ударом и все были бы счастливы.

Арес смотрел в сторону и молчал. Лина глубоко вздохнула, понимая, что никуда уже ей не деться и действительно пора бы взять себя в руки.

- Я сделаю всё что смогу.

Арес удовлетворённо кивнул.

- Если будет нужна помощь, обращайся. Кстати, твой полководец стоит за дверью, - шепнул он на ухо Лине и исчез.

Она немного постояла, понимая, что полководец всё слышал, ругнулась про себя, и громко крикнула: - Максимилиан!

Максимилиан открыл дверь в комнату и кивнул Тиграну на коридор, давая понять, чтобы тот уходил. Он согласно кивнул, и как только за полководцем закрылась дверь, перед ним появился Арес.

- Если кому расскажешь, что услышал за этой дверью, убью.

- Я буду молчать.

Бог исчез. Оставив ошарашенного мужчину в одиночестве.

- Максимилиан, с этого момента я от тебя не отойду ни на шаг! И спать буду в твоей постели! - Лина, посмотрела на полководца грозными глазами и недовольно сжала губы.

Она уже не плакала. Глаза были сухими, а только красные веки и чуть припухшие губы выдавали её недавние слёзы.

- Ничего не имею против этого, малыш, - сказал Максимилиан и прижал её к себе, чувствуя, что ей сейчас это необходимо.

- Ты много услышал?

- Всё, - не стал ей врать он.

Да, такое услышать стоило. Лина ругалась с Афиной и с Аресом, и она действительно воин не из этого мира, сильный и беспощадный. Но при этом была удивительно нежной и слабой женщиной. И с неким заданием...

- Максим, они... они сказали, что я твоя игрушка...

- Они больше не должны тебя волновать, - строго произнёс Максимилиан, сквозь стиснутые зубы.

- Нет... послушай. Я не знаю какие правила в вашем обществе, но то, что прав у женщины не очень много я успела понять. Но я не игрушка и никогда ей не буду.

- Я знаю.

Максимилиан чувствовал, как она прижималась к нему, ища защиты, и крепче обнял, не ожидая от себя такой нежности. Почему-то об этой женщине хотелось заботиться, хотелось защищать её.

- Мне жаль, что ты видел меня в таком состоянии, обычно я справляюсь с собой...

- Шшш, молчи, - он дотронулся большим пальцем до её нижней губки. - Ничего не говори. Мне нужно на ученья, поедешь со мной, - приказал он, вспоминая, что у вообще-то дела ещё не завершены, и за стенами Афин ждёт армия.

Лина, Максимилиан, Тигран и ещё четыре солдата стояли на площади перед дворцом и ждали, когда девушке приведут лошадь. Полководец явно нервничал из-за вынужденной задержки, но молчал, и только нетерпеливо ходил взад и вперёд.

- Я надеюсь, ты ездила на лошадях? - с сомнением спросил Тигран, и озабоченно посмотрел на приведённого скакуна.

- Конечно, тигр, и не раз, - обворожительно улыбнулась ему Лина и, путаясь в складках неудобного платья, села на лошадь, обратив внимание, что ни стремян, ни седла не было и в помине, только плотная попона.

"Нужно будет при случае спросить об этом, неудобно же", - подумала она, осматривая сидалище.

Максимилиан посмотрел на Лину с явным облегченьем. По всей видимости, он уже начал переживать за способности девушки, и прикидывал, как посадить её к себе для надёжности. Или к Тиграну. Одним ловким движением он запрыгнул на чёрного коня, и они тут же понеслись из города. А Лина очень старалась не отставать от спешащего полководца, так как он, удостоверившись, что с лошади она не упадёт, гнал своего скакуна вперёд, не обращая внимания ни на кого вокруг. Все быстро разбегались с дороги царя, не успевая даже склонить голову в знак почтения, и их отряд довольно быстро покинул пределы города.

Уже начало темнеть, когда из-за деревьев показалось небольшое войско человек на триста. Они уже стояли в полной боевой готовности, и Лине стало стыдно, что их полководец задержался по её вине.

Максимилиан, не останавливаясь, поскакал дальше к своей армии, припустив коня ещё быстрее, а Лина с Тиграном и солдатами повернули в сторону холма и, взобравшись на него, остановились там. Оттуда открывался великолепный вид на армию.

- Молодец, хорошо держишься на лошади.

Тигран слез со своего коня и помог спуститься девушке. Она улыбнулась ему. Всё-таки Тигран хороший, и ей было жаль, что так получилось с тем спаррингом. Захотелось показать себя перед Максимилианом, и вот, обидела...

Кинув взор на полководца, Лина увидела, как он скакал вдоль своего войска, видимо раздавал последние указания.

- Почему ты не могла справиться с ними? - вдруг спросил Тигран.

Лина пожала плечами, говорить, что испугалась, не хотелось. Хотя конечно дело было не только в этом.

- Их было слишком много, - ответила она и, немного помолчав, добавила. - Для меня бой это искусство, а не простая драка, я вливаюсь в схватку, начинаю дышать движениями и двигаться с ударами сердца. Массовые сражения не для меня, я там теряюсь и превращаюсь в простого солдата, не более. Один два противника, три максимум. И от нападающего, конечно, многое зависит. Если тебе станет легче, то я смогла победить тебя, лишь потому, что ты недооценил меня, и мне удалось сильно тебя разозлить. Сейчас я бы не рискнула повторить тот подвиг.

Лина подняла глаза на Тиграна, он улыбался, явно удовлетворённый ответом.

- Мир? - протянула она ему руку.

- Мир, - кивнул он, мягко взяв ладошку девушки в свою огромную лапу и, едва касаясь губами, поцеловал пальчики. Лина улыбнулась, радуясь тому, что он больше не злится на неё. Ей действительно хотелось видеть его другом, он хороший человек, добрый и открытый.

Тем временем на поле наметилось движение. Армия единой волной двинулась вперёд, на ходу разделившись на три равные части. Максимилиан быстро перемещался на своём чёрном скакуне между ними, и громко выкрикивал приказания. Казалось, что он был везде сразу, и не было места в его маленьком войске, неохваченного им. Хотя воздух и был влажен, до них его приказы не доносились, но войско слушалось его беспрекословно, чётко понимая, что хочет их полководец.

Вдруг солдаты сгруппировались и подняли щиты и через секунду уже шли в атаку на несуществующего врага. Максимилиан ими командовал как большой ребёнок солдатиками, и они, казалось, читают его мысли. Это было потрясающе, Лина первый раз видела подобное. Их, конечно, было мало для настоящей армии, но всё равно это невероятное действо зачаровывало.

- Он прекрасен, - прошептала она, глядя на импровизированное поле боя.

- Да, он великий полководец, говорят, его любит Афина.

- Это правда, она сказала, что Максимилиан её лучший полководец, - сболтнула Лина, не успев подумать. - Я тебе этого не говорила, - поспешила добавить она и покосилась на Тиграна, коря себя за длинный язык.

- Конечно, - улыбнулся он в ответ и дружески обнял девушку за плечи. - Ты дрожишь? Замёрзла? - озабочено спросил он и потянулся, чтобы снять свой плащ.

- Нет, мне не холодно. Просто за спиной так темно, чистое поле и нет никакой стены, меня пугает эта пустота... я не знаю как объяснить.

- Так лучше?

Тигран встал у неё за спиной и мягко прижал к своей груди.

- Да, спасибо. Теперь главное чтобы Максимилиан нас не застукал, - сказала Лина, ощущая успокаивающую широкую грудь у себя за спиной. И хотя Тигран был видным мужчиной, крупным, крупнее Максимилиана, высоким, с красивым лицом воина, но она никакого сексуального возбуждения не чувствовала, только благодарность, благодарность другу.

Тигран тихо рассмеялся незатейливой шутке, и добавил уже серьёзно:

- Не знаю почему, но Макс верит тебе. Не смей его предать.

- Тигр, я могу быть вредной, дерзкой и мастерски бешу людей, но я не предательница. Я скорей умру, чем обману друга.

- Хорошо, - тихо произнёс он и крепче прижал девушку к себе.

- Вы с Максимилианом близкие друзья? - спросила Лина немного погодя, заворожёно наблюдая за армией и наслаждаясь невероятным и необычным зрелищем.

- Он мне как брат. Мы вместе выросли, вместе тренировались. Его отец, Деметрий, настоял на том, чтобы тренировать Максимилиана с солдатами. Конечно, это были непростые солдаты, а сыновья почётных генералов, и тренировки были совсем другими.

Он замолчал, вспоминая молодость, улыбнулся, и продолжил:

- Нас обучали углублённой истории и географии, тактикам и манёврам, многому, чего не знают солдаты. Там и познакомились. К нему все относились с предосторожностью, так как он царский сын и наследник, боялись, не общались с ним... А он очень переживал из-за этого, мы же были детьми, нам всем хотелось дурачиться и смеяться, а он был всё время один. Вот я и предложил ему свою дружбу, взяв с него обещание, что он меня не накажет за непозволительно отношение к своей особе. Помню, меня тогда отец выпорол за это, - засмеялся Тигран.

- Почему? Это разве плохо дружить с сыном царя?

- Лина, мы же были детьми, - усмехнулся он, глядя на девушку. - Наши шалости очень часто были не так безобидны, как хотели наши отцы. А Макс, он же был наследным принцем, и любое его ранение воспринималось очень остро. Отец трясся над ним безмерно, хотя это и не помешало ему вырастить достойного царя.

- Вы с тех пор воюете вместе?

- Да, мы всегда вместе, он тысячу раз спасал мою жизнь, и я его прикрывал не однократно. Он же очень увлекается, когда ведёт армию, - хмыкнул Тигран и замолчал, видимо вспоминая былые сражения. Уж больно романтическое выражение лица у него было.

- А Деметрий, каким он был?

Тигран удивлённо посмотрел на Лину, и широко улыбнулся.

- Тебе действительно это интересно?

- Конечно, интересно. Интересно, каким должен быть человек, чтобы воспитать такого сына, как Максимилиан.

- Деметрий был хорошим правителем, но я же был ещё ребёнком, и к тому же не знал его лично. Народ его любил и уважал, большего я сказать не могу. Лина, а тебе сколько лет? - совершенно неожиданно спросил он.

Она подняла на него изумлённый взгляд и робко улыбнулась, думая ответить на этот совершенно бестактный вопрос или нет.

- Двадцать шесть.

- И ты до сих пор не замужем? Почему? Мне кажется, любой мужчина был бы рад взять тебя в жёны.

- Нет, тигр, - улыбнулась она сомнительному комплименту. - Я солдат, и у меня не может быть ни семьи, ни детей, и я уже давно смирилась с этим.

- А ты давно воюешь? Твоё мастерство удивительно, ты как будто родилась с оружием в руках.

- Десять лет обучения и девять с небольшим я провела на нескончаемых войнах и заданиях. Только давай не будем это обсуждать, а то сболтну лишнего, а за это меня уж точно не похвалят, - улыбнулась Лина Тиграну и покрепче взялась за обнимающую руку, отгоняя дурные воспоминания.

Тигран и Лина, молча, наблюдали за движением армии, а Максимилиан без устали носился между солдатами, успевая везде, и замечая каждый недочёт.

- Левый фронт заваливается, - тихо произнесла девушка.

- Дааа, - задумчиво потянул Тигран. - Заваливается.

Ночь уже подходила к концу, когда Максимилиан наконец-то поднялся к ним на холм, весь взъерошенный и уставший, но довольный.

- Эй, брат, стоит мне отвернуться, а ты уже обнимаешь мою женщину? - шутливо крикнул он Тиграну.

- Я её охраняю! Вот, можешь забрать.

Максимилиан соскочил с коня и прижал Лину к себе, зарывшись носом в волосы.

- Не устала?

- Нет, это было потрясающе.

Полководец довольно хмыкнул и повернулся к Тиграну.

- Сегодня уже лучше?

- Да, полководец, намного лучше.

Уже светало, когда небольшой отряд въехал в дворцовые ворота. Солнечные лучи начали пробиваться из-за горизонта, окрашивая окружающий мир в нежные тёплые цвета. Лина зажмурилась от удовольствия, и широкая улыбка расползалась на её лице. Максимилиан быстро спрыгнул с коня, схватил девушку за руку и понёсся в свою спальню, распугивая прислугу. Он ничего не говорил, а она не спрашивала, только послушно бежала за ним, стараясь не спотыкнуться на поворотах и не запутаться в складках платья.

Он влетел как ураган в комнату, оставил её у кровати и развернулся в другую сторону.

- Я скоро вернусь, - крикнул он, скрываясь за маленькой дверью в углу комнаты.

Не совсем понимая, что произошло, Лина повертела головой, осматривая спальню царя. Здесь она была впервые, и эта комната не была похожа на остальные помещения дворца - она была тёмной. Больше гостевой раза в три, чёрный мраморный пол был потрясающе красив, серебристые стены с белёсыми и золотистыми фресками, два больших массивных каменных стола слева от входа и огромная чёрная кровать посередине. Логово страшного воина, ничего не скажешь.

Но Лина не успела толком осмотреться, как Максимилиан влетел в комнату весь мокрый и в одной набедренной повязке.

- А почему ты всё ещё одета? - он резко притянул её и начал быстро раздевать. - У нас мало времени.

Через мгновение она уже стояла полностью обнажённой.

- Мало?

Он подхватил девушку на руки, позволяя обнять его торс ногами.

- Да, в полдень у меня военный совет, - прошептал полководец, нежно, но настойчиво целуя её шею.

Глава 4

Максимилиан проснулся за час до полудня. Лина лежала рядом, уткнувшись в его плечо, и согревала своим нежным дыханием кожу. Её маленькая ручка, лежавшая на груди полководца, сжалась, как будто почувствовав, что он собирается вставать. Максимилиан улыбнулся этому странному жесту, она ещё спала, это было видно совершенно точно, но уже инстинктивно не хотела отпускать его.

Странная женщина. Сильная, самовольная, дерзкая. Максимилиану приходилось видеть женщин воительниц, но Лина была другой, она была маленькой и хрупкой, и совсем не производила впечатление грозного противника. Посланница Афины... Греция должна стать великой... как бы он этого хотел, но опытный глаз полководца видел, что римская армия развивается слишком быстро и захватывает новые территории удивительно легко... да и персы сейчас сильны как никогда.

Он аккуратно вытащил из-под неё руку, ощущая на своей коже сладкий аромат девушки, и начал быстро одеваться. Нужно было ещё успеть поговорить с Тиграном, у него были какие-то опасения по поводу плана сражения под Митавой, и он хотел сказать их лично, до военного совета.

Максимилиан оглянулся, золотые волосы Лины рассыпались по подушке, а мягкие губки чуть приоткрылись. Она казалась невероятно беззащитной, укуталась в тонкое одеяло, словно в кокон, и только маленькая ножка выглядывала из под белой ткани.

Максимилиан подошёл и коснулся её щеки.

- Ты уже уходишь? - сонно спросила она и открыла свои ясные глаза.

- Да. Тебе служанок прислать сюда или пойдёшь к себе?

- А ты не проводишь меня? - обиженно посмотрела она Максимилиана, и приподнялась на кровати.

- Милая, за дверями стража, попроси, они тебя проводят, - ответил он, быстро накинул на плечи плащ и ушёл. Его мысли уже были заняты Митавой. Должны были появиться новые сведенья от шпионов. Очень интересно, что они скажут. Неужели так и будут утверждать, что римлян рядом нет.

Тигран направлялся в спальню к полководцу. Он конечно никогда бы не увлёкся женщиной на столько, чтобы забыть о военном совете, но проверить стоило. Ведь и женщина у него сегодня была не простая.

Свернув в коридор, ведущий к комнатам Максимилиана, он увидел Лину. Она сонная и помятая, кое-как закутавшись в хитон, шла вперёд, и очень старалась не показывать своего настроения. А оно явно было не самым лучшим.

- Привет, - буркнула она, не поднимая глаз.

Тигран смотрел на неё пытаясь понять причину такого состояния. Не мог же Макс её обидеть. Он не обижает женщин... так. Тем более после того что вчера произошло с ней. И к тому же она понравилась ему, что уже странно для полководца.

Она заметила настороженный взгляд Тиграна, обращённый в её сторону, и повернулась, постаравшись улыбнуться.

- Всё в порядке тигр. До военного совета есть ещё время, проводи меня, пожалуйста, до моей комнаты.

- Конечно, - кивнул он, и они пошли в гостевое крыло, а Тигран краем глаза пытался осмотреть её. Волосы всклокочены и выглядит обиженной, но вроде бы ничего серьёзного. Этих женщин никогда не поймёшь.

- Мне нужно оружие, - вдруг сказала Лина. - Два кинжала и... ещё кое-что.

Тигран старался не показать своего удивления. Зачем это интересно ей понадобилось оружие. То, что эта женщина будет вооружена и собирается ходить по дворцу с кинжалами, ему совсем нравилось. Она и так-то опасна, и слегка неуравновешенна, а если её кто-нибудь разозлит?

Но вчера Тигран случайно стал свидетелем её спора с богами. У неё есть какое-то задание, она оказалась в непростой ситуации, и решил не отказывать. Тем более у него были опасения, что она всё равно получит, то, что ей было нужно, тем или иным способом.

- Хорошо, вечером я отведу тебя к оружейнику.

Лина коротко кивнула, но голову так и не подняла. Они, молча, дошли до нужной комнаты, и она остановилась, как будто не решаясь что-то сказать, но промедлив всего мгновение, спросила:

- Когда выступаем в Митаву?

- Ты что, собралась с нами? - спросил Тигран, не поверив своим ушам.

- Я знаю, что он меня никогда не примет. Эти браслеты... - она потёрла плечо с брачным браслетом и решительно продолжила, подняв на мужчину большие голубе глаза, в которых уже не было обиды. Только уверенность.

- Скорей всего мы в тайне поженимся, чтобы они спали, и я буду ублажать его по мере необходимости. Но я не хочу быть наложницей, - Лина взглянула на Тиграна с вызовом, как будто пытаясь понять, будет он ей перечить или нет. - Я воин, и стану солдатом Греции в армии Максимилиана.

Открыла дверь в комнату и повернулась к мужчине.

- Всё в порядке, котик, иди, тебя уже ждут, - обворожительно улыбнулась она, и упорхнула в комнату. Тигран развернулся и быстрым шагом пошёл на военный совет. Вот уж действительно женщина - загадка.

- Ты где был? - спросила Максимилиан, поднимая голову от карт, и недовольно посмотрел на опоздавшего друга.

Тигран взглянул на собравшихся в зале за столом мужчин - лучшие генералы страны стояли за столом, сосредоточенно что-то обдумывая. Аргос и Клеитос - гордость полководца и ценные советники. Провели всю жизнь в сражениях и были опытными стратегами. Пожалуй, им можно было доверить свою жизнь, они боготворят полководца и готовы на всё ради него, даже на смерть. Слева от Максимилиана Парис, ведающий всей разведкой Греции, всё время думает о чём-то своём. Он давно служит, очень давно. С юных лет он доказал свою верность и профессионализм. И Тимон, не входящий в совет, но ценен своей самоотдачей и нетрадиционным мышлением, которое очень часто ставит Максимилиана в тупик. Остальные военные генералы были разбросаны по стране.

- Нужно было кое-что сделать. Какие новости? - ответил Тигран, становясь на своё место рядом с Максимилианом.

- Плохие новости, - потянул полководец. - Разведка подтвердила приближение римской армии.

- Не очень большая, - начал Парис излагать факты. - Около трёх тысяч. В основном пешие солдаты и без боевых машин.

Парис рассказывал, что удалось узнать о состоянии римской армии и как расположены войска. Напомнил особенности местности у Митавы. Аргос двигал импровизированный солдат в виде маленьких камушков по карте, а Тимон громко доказывал, что два резерва им не нужны, нужно просто прийти и убить всех римлян.

Через два часа обсуждения картина расстановки сил была ясна, оставалось решить, когда выступать.

- Мальчики! А можно мне двух солдат... - вдруг раздался звонкий женский голосок и все резко подпрыгнули от неожиданности и уставились на девушку, бесцеремонно вошедшую в зал.

- Ой, простите, я думала, что вы уже закончили, - произнесла Лина, подлетая как ветерок к столу, и заинтересованно взглянула на карту.

- Лина, это мои советники - Аргос, Клеитин, Парис и Тимон. Тиграна ты знаешь. Генералы - это наше тайное оружие, - Максимилиан махнул рукой на девушку и усмехнулся, подумав о чём-то своём.

- Что-нибудь понимаешь? - кивнул на карту Тигран.

- Нет, тигр. Я больше по убийствам, - пропела Лина, не переставая изучать карту. Судя по всему, она понимала, и довольно много, но не желала показывать этого.

- Ты нам мешаешь, - холодно произнёс Максимилиан, не в силах решить, стоит её пригласить на военный совет, или всё же нет. Конечно это было грубым нарушением всех имеющихся правил, но ведь она призвана помочь ему и уже успела доказать, что её осведомлённость о планах врага довольно высока.

- Я со служанкой в город собралась, мне бы пару солдат для охраны и деньги не помешали бы, а то я свои потеряла, - ответила она и отвернулась от карты, всем своим видом показывая, что ей это не интересно.

Тимон прыснул в кулак, сдерживаясь чтобы не засмеяться в голос. Тигран тоже не смог сдержать улыбку.

- Тигран, - кивнул другу Максимилиан, прося дать ей то, что она хочет.

Он вышел с Линой из зала, стараясь не думать, как генералы смотрят на Максимилиана. За такое, что вытворяет Лина, он обычно убивал без промедления. И даже его любимая гетера не позволяла себе подобного, а тут промолчал, и даже дал то, что она просила. Немыслимо. Тигран усмехнулся своим мыслям и повёл девушку из дворца.

- Зачем тебе в город?

- Я так и не успела посмотреть Афины. У вас наверно очень красивый город.

- Не успела?

- Ну да, когда я сказала тогда что в Афинах пару часов, я не врала. Вы меня сцапали сразу по прибытию, - ответила она и очаровательно улыбнулась.

Они дошли до казармы, Тигран дал ей двух солдат, тех, что не болтливые, и снял со своего пояса кошель.

- Когда вернёшься, найди меня, пойдём к оружейнику, - сказал он, а девушка только беззаботно помахала ему рукой и побежала к своей служанке, уже ожидающей её у ворот.

Как только Лина вернулась в свою комнату от Максимилиана, сразу же направилась в купальню, и очень порадовалась горячей ароматной воде. Тёплые зимние дни закончились, и было ужасно холодно, а такая приятная водичка была очень кстати. Дианта пришла, когда она уже собиралась выходить из бассейна и очень расстроилась, потому что Лина её не позвала.

Служанка принесла тёплые сапожки из мягкой кожи красного цвета со шнуровкой и огромный кусок шерстяной ткани, оказавшейся гиматием. Она очень долго его надевала на Лину, а ей всё было неудобно и непривычно. Но, в конце концов, она согласилась с очередным вариантом наматывания его на тело, которых оказалось довольно много, и они вышли из дворца.

Дианта показала центр города и даже провела небольшую экскурсию. Дорога из жёлтых камней оказалась местной достопримечательностью. Её построили при отце Максимилиана в честь бога солнца - Аполлона. Она была главной и самой широкой в Афинах, и все значимые объекты располагались рядом с ней и с центральной площадью, которая оказалась не простым рынком, как казалось на первый взгляд, а являлась центром деловой жизни. На Агоре, как назвала её служанка, располагались помимо рынка, сенат, суд и самые важные храмы.

Сам город был не очень большой, но невероятно запутанный. Помимо центральной дороги было какое-то невообразимое количество узких переулков и улочек, которые строились по никому неизвестной логике и половина из них заканчивались тупиками. Во всём этом было невозможно ориентироваться, и Лина моментально заблудилась.

Девушки гуляли по городу почти весь день. Город был очень красивым и чистым, с огромным количеством храмов. Они украшали Афины, делая его как будто праздничным, нарядным, и были видны из каждого его уголка. И, немного погуляв, они вернулись на Агору. Лина заметила узкий переулок, в котором она появилась, и маленький фонтан посередине тоже был на месте. Казалось, это было так давно...

Все уступали девушкам дорогу, видя внушительную охрану, и это Лине не очень нравилось, она не любила пристальных взглядов в свою сторону, но очень стараясь не обращать на это внимания, а деловито осматривала прилавки.

- Ди! Это то, что нужно! - воскликнула она, подходя к лотку с тканями.

- Из этих тканей не шьют одежду, зачем они тебе?

- Почему? Это хорошая ткань, - удивилась Лина и начала с интересом разглядывать товар совсем испугавшейся женщины.

Ткани были совершенно разные и хорошего качества, и почему интересно они не шьют из них? Разных цветов, с красивыми орнаментами. Они также отличались по плотности и по фактуре. Просто изобилие.

- Знаешь, там, откуда я приехала, есть очень популярная одежда, а ткань, из которой она сшита, раньше считалась дешёвой, и носили её только низшие слои общества. Но через некоторое время из неё начали шить абсолютно всё, и одежду, и обувь, и даже сумки. И спустя некоторое время изделия из этой ткани стали носить даже очень, очень богатые люди. Так что всё меняется.

Дианта недоверчиво смотрела на хозяйку, явно не веря в её слова, и всё время пыталась подсунуть посмотреть те ткани, что понравились ей. Но она только улыбалась в ответ и клала их обратно.

- Мы возьмём эти, - сказала Лина, довольно сжимая в руках ворох разнообразных материалов, и уже представляла себе, как их использует.

Ди взглянула на огромную охапку, но ничего не сказала, а только глубоко вздохнула, показывая этим все, что думает об этом.

- Лина, давай возьмём хотя бы косскую ткань, посмотри.

- Она же прозрачная! Вы это носите? - воскликнула она, смотря на невесомую материю в руках служанки.

- Да, и это очень красиво.

- Но одежда же будет прозрачной, как в этом можно ходить?

- Лина, ты так говоришь, как будто собираешься выходить только в одном этом платье. Хотя многие их одевают для любовных утех.

- Я найду им другое применение. Берём.

Дианта удовлетворённо кивнула и распорядилась, чтобы это всё отнесли во дворец в гостевую комнату.

Девушки пошли дальше, а Лина с интересом вертела головой, разглядывая многочисленные прилавки, и не могла налюбоваться удивительным зрелищем. Они зашли на ту половину рынка, где продавали разнообразные продукты. Здесь в основном были оливки, виноград, пшеница и фрукты, но попадались и совершенно неожиданные товары.

- Ди, а рыбу тут вообще едят? - вспомнила она.

- Конечно. Но Максимилиан предпочитает мясо, поэтому во дворце кроме мяса ничего нет.

"Ну, вот ещё, у них тут такое изобилие, а я буду есть только мясо? Нетушки!" - думала Лина и сказала:

- Ди, пожалуйста, я очень люблю морепродукты, попроси на кухне, чтобы мне готовили их.

- Ну, не знаю даже... Максимилиан будет недоволен, он считает рыбу недостойной едой, - потянула служанка.

- Скажи, что это я тебя заставила. Ди! - вдруг вскрикнула Лина, заметив знакомые ракушки на прилавке. - Это устрицы?

- Да.

- Дорогая, это же замечательно. И их тоже обязательно включи в моё меню.

Она была просто счастлива, сегодняшний поход в город оказался крайне удачным, они не только купили хорошие ткани, но и нашли её любимые устрицы. Ммм... и Лина уже предвкушала вкусный обед.

Вернулись девушки только ближе к вечеру, покупки ждали их в комнате, но туда идти пока желания не было, и Лина, отпустив служанку, решила прогуляться по дворцу.

Она ходила по коридорам, не особо заботясь, куда идёт, и в наглую заглядывала в каждую комнату. Всё-таки тут удивительно, стены и колонны потрясающей красоты, богато украшенные позолотой высокие потолки, всё такое светлое и воздушное, лёгкое. И было прохладно и свежо, а не холодно, как на улице.

Через некоторое время, Лина обнаружила себя в том самом саду, куда её приводил Максимилиан и улыбнулась сама себе. В воздухе витали приятные ароматы цветов и хвои, фонтан весело журчал. Она подошла поближе посмотреть на рыбок, плавающих в нём, и опустила руку в прохладную воду. Не зря Максимилиан любит это место, тут действительно очень приятно находиться.

- Эй! - услышала Лина возмущённый женский оклик. - Ты кто такая?

Повернув голову, она увидела разгневанную молодую девушку невероятно похожую на Максимилиана. Сестра вернулась, та самая...

- Здравствуй. Меня зовут Лина, - дружелюбно представилась она, и улыбнулась, сделав первый шаг к мирному общению.

- А! Ты та самая сомнительная наложница?

"Кто?! Ах ты, гадина!" Лина решила не отставать от вздорной принцессы.

- А ты та самая стерва - сестра царя?

- Да как ты смеешь?! - взвизгнула она, замахиваясь на девушку, а Лина поймала руку, больно сжав её.

- Тебе не стоит трогать меня, принцесса, а то руку оторву, - улыбнувшись, сказала она и отпустила её.

- Я скажу брату, и он прикажет высечь тебя! Мерзавка! Пошла вон из моего сада!

"Да, - с грустью поняла Лина, - я действительно нахожусь в её саде, и Максимилиан предупреждал, что его сестра не любит когда сюда кто-то приходит".

Лина собралась было уже уходить, не желая слушать вопли рассерженной девушки, но увидела приближающегося полководца. Улыбка тут же расползлась на её лице, и она пошла к нему на встречу.

Максимилиан был прекрасен, как всегда, и тоже рад видеть Лину, хотя и не показывал этого.

- Ты где была? Я тебя везде ищу, - спросил он строго и недоверчиво посмотрел на девушек.

- Брат! Эта девка оскорбила меня, высеки её! - прозвенела принцесса, бросая на Лину гневные взгляды.

- Я вижу, вы уже познакомились? - ухмыльнулся полководец. - Сестра, это Лина - она наша гостья и отнесись к ней с уважением, - сказал он, тоном нетерпящим возражения.

Принцесса возмущённо вскинула руки и резко развернулась к выходу.

- Не желаю видеть её на своей половине дворца! - крикнула она и ушла.

- А как её зовут? - невинно прощебетала Лина, обнимая Максимилиана обеими руками.

- Ты с ней поругалась и даже не узнала имени? - возмутился он.

Она пожала плечами.

- Я ей представилась и первые несколько секунда намеревалась с ней подружиться, но это было до того как она начала оскорблять меня, извини.

- Её имя Алкмена, и я хочу, что бы ты с ней хотя бы не ругалась, - холодно сказал полководец, взял девушку за руку и вывел из сада.

- Тигран сказал, что ты хочешь поехать с нами к Митаве?

Лина кивнула.

- И в качестве кого, мне интересно, - спросил он, и сарказм слышался в каждом его слове, и это почему-то ужасно обидело Лину.

- Уж не в качестве твоей наложницы, это точно! - выпалила она.

- Полина! Не дерзи мне! - он резко дёрнул её за руку и прижал к стене.

Лина гневно сжала губы. "Терпеть не могу это имя, он специально меня им назвал? Какой же он..."

Она взглянула на него. Когда его глаза темнели от гнева, он становился ещё красивее, настоящий грозный воин, и она еле сдержала улыбку, которая была бы тут явно неуместна.

- Ну Максимилиан, я не решила ещё... Пока в качестве лекаря, а там разберёмся... - уже ласково произнесла Лина, убирая чёрные локоны с его глаз.

- А ты знакома с лекарским искусством.

- Конечно, я же говорила, что у меня много талантов.

- Хорошо. Выезжаем через два дня на рассвете. Тигран ждёт тебя в тронном зале, - сказал полководец холодным тоном и отстранился от девушки, показывая, что разговор окончен.

Она улыбнулась ему и побежала искать Тиграна.

Через полчаса Лина и Тигран уже были в оружейной лавке, и по пути сюда, мужчина рассказал, что у этого оружейника изготовить оружие большая честь и даже просто приобрести что-то в его лавке может далеко не каждый. Это был очень уважаемый человек в Греции, и относиться к нему нужно было с почтением.

Лина прошла в довольно тесное помещение, и увидела небольшого роста крепкого мужчину средних лет с длинным носом и светлыми волосами ниже плеч. Он стоял за столом и что-то говорил маленькому мальчику, а тот старательно рисовал углём на куске пергамента. Они были очень увлечены своим делом и не заметили появления гостей. Тигран постоял немного и прочистил горло, обозначая своё присутствие. Оружейник поднял глаза и улыбнулся.

- О! Младший полководец! Давно ты не приходил ко мне, - он сделал шаг в сторону Тиграна и отослал мальчика, с которым разговаривал. - Да ты пришёл не один, - мужчина взглянул на Лину и широко улыбнулся.

- Это, Тирей, он лучший оружейник в Греции, - представил его Тигран. - Тирей, это милое создание зовут Лина, и ей нужно изготовить два кинжала и... что тебе ещё нужно было?

Лина пихнула Тиграна в бок, за "милое создание" и невинно улыбнулась оружейнику.

- Мне нужно два кинжала, сюрикены по моим чертежам и пояс для них.

Мужчина удивлённо поднял брови, явно не понимая, о чём она говорила.

- Это что-то вроде небольших круглых метательных ножей, - объяснила Лина, а Тирей удивлённо уставился на этот раз на Тиграна, невозмутимо стоявшего в стороне.

По всей видимости, девушка не производила впечатление человека, умеющего пользоваться ими, но сейчас что-либо доказывать этому мужчине Лина была не настроена. Ей было не привыкать к таким взглядам, её всегда недооценивали, и она очень часто это использовала. Особенно в бою с врагом. А простые люди пусть думают что хотят, Лину это мало волновало.

- Госпожа.

- Лина. Пожалуйста, называйте меня Лина.

- Лина, изготовление двух кинжалов потребует времени, я могу предложить вам пока выбрать что-то из готового оружия.

- Это было бы замечательно, - отозвалась девушка и благодарно улыбнулась оружейнику. А то она уж было подумала, что так и уйдёт с пустыми руками.

Тирей пригласил своих гостей пройти в соседнюю комнату и взмахнул рукой, показывая свой арсенал. Перед взором Лины открылось просторная комната с большим количеством мечей и щитов, выстроенных в ряд, украшенных как новогодняя ёлка и совершенно пустые.

Лина никогда не видела оружейных лавок подобной этой, оружие лежало не на показ покупателю, в специальных стойках, клинками вниз, а сверху торчали только рукоятки как пеньки в срубленном лесу. Так необычно. Но её внимание сразу привлекла стена с кинжалами и короткими мечами. Для них тоже была отдельная широкая стойка, и для каждого клинка было своё место в ней. Она сделала шаг в её сторону и, увидев подтверждающий кивок оружейника, пошла выбирать себе кинжалы.

Тигран стоял рядом вспоминая как Лина поставила его на колени перед Максимилианом, но он уже не испытывал ненависти к ней. Очень странная женщина, и узнав её ближе, ему хотелось стать ей другом. Максимилиан, не особенно вдаваясь в подробности, рассказал, что ей пришлось многое пережить, и что она действительно сильный воин. Но это он и сам понял из разговора Лины с Афиной. Уму непостижимо, она разговаривает с богами...

Лина деловито осматривала оружие, на некоторые она даже не смотрела, другие брала в руку и, проверив балансировку или просто взглянув на клинок, клала обратно. И только как-то странно вздыхала. Взяла ещё один, перехватила поудобней и рассекла им воздух.

- Тирей, давайте сэкономим друг другу время, покажите мне клинки, сделанные вашей рукой. Этот же изготовили вы, я права? - спросила она и показала кинжал в своей руке.

- Вы правы, Лина, - кивнул оружейник. Он выглядел удивлённым и польщённым одновременно тем, что она нашла его работу из огромного количества оружия. - Посмотрите ещё на эти.

Тирей прошёл к краю стойки, достал три коротких меча и протянул их девушке.

Он сначала не принял девушку всерьёз, подумал, что Тигран привёл свою пассию. Хотя он конечно никогда так не поступал, но в жизни всякое бывает. Но теперь оружейник смотрел на неё иначе. Эта Лина совсем не так проста, как показалось на первый взгляд.

Тигран, не показывая виду, про себя улыбался, Тирей был не первым и не последним, кто недооценил Лину, только оружейнику это ничего не стоило, в отличие от него.

Лина приняла кринки из рук Тирея, осматривая их придирчивым взглядом, но по лицу девушки было видно, что ей они нравятся, все три.

- Вы можете мне сделать такой же, - показала она на один из них - но без эфеса и облегчить?

Тирей утвердительно кивнул.

Лина взяла в левую руку кинжал, который выбрала первым и правой проверила каждый из предложенных кинжалов.

- Я возьму эти.

Через некоторое время она определилась с выбором и выглядела крайне довольной.

- Прекрасный выбор, - кивнул оружейник, широко улыбаясь девушке.

- Ой, пока не забыла, мне ещё нужны метательные ножи, и пояс для них вот сюда, - она подняла ногу, задрала подол платья и показала на снование ноги. У Тиграна расширились глаза от удивления. Глотая слюни, он старался отвернуться от этой соблазнительно поднятой ножки, но не мог. А Тирей и глазом не повёл и начал профессионально измерять обхват ноги, уточняя детали конструкции.

- Закрой рот, котик, - мягко улыбнулась она Тиграну и с укором посмотрела на него.

Тигран обнаружил, что его челюсть действительно отвисла, и поспешил её закрыть.

- И обязательно завтрашнему вечеру, - обратилась девушка уже к оружейнику, когда он закончил все измерения.

Зачем они ей завтра вечером Тигран даже боялся подумать.

Максимилиану всегда нравились такие сильные женщины, умеющие владеть оружием, но гордость не позволяла ему с ними общаться, не сломив их, но после, они были ему уже не интересны. Но эту ему не сломить, она не такая как другие воительницы, которых он видел. Лина казалась как будто беззащитной и очень хрупкой, а рядом с Максимилианом совсем маленькой, но считать её слабой было бы заблуждением.

Они закончили выбирать метательные ножи и Лина пошла рисовать углём на столе, объясняя какие хочет кинжалы. Очень кропотливо и с множеством пометок, она чётко знала что хочет.

- Это очень важно, этот для правой руки, а этот для левой, и постарайтесь сделать его удобным, если я его возьму так, - Лина перехватила кинжал клинком назад. - Потому что этот в руке не лежит.

Она устало потёрла глаза.

- Я всё понял, не переживайте, - уже в десятый раз сказал оружейник и только терпеливо улыбался.

- Хорошо. И я вас умоляю, без камней и украшений, - сказала Лина и глубоко вздохнула. - Теперь сюрикен.

Она быстро нарисовала странные круглые ножи, сказала сколько они должны весить и как собирается ими пользоваться. - Сделайте пару штук и покажите мне.

Лина посмотрела на Тирея, внимательно слушавшего её.

- Я вас уже утомила? - смущенно улыбнулась она.

- Нет, что вы! Мне доставляет удовольствие общение с вами. Не часто встречаются знающие люди. Вы ведь не простой солдат, верно? - спросил он, смотря на девушку, и прося рассказать хоть что-то, но Лина только мило улыбнулась и коснулась его плеча.

- Вы правы, Тирей.

Тигран уже нетерпеливо посматривал на дверь, они уже закончили, и находиться тут дольше, чем нужно, ему не хотелось.

- Ну, я вроде бы всё объяснила, - задумчиво сказала Лина, как будто что вспоминая. - И пожалуйста, не забудьте, правый длиннее.

- Конечно.

- Пошли тигр, мы и так задержали господина. Спасибо, Тирей.

- Заходите в любое время, Лина. А о готовности кинжалов я вам сообщу.

Девушка благодарно кивнула оружейнику, и они с Тиграном скрылись за дверью.

Лина и Тигран вернулись во дворец, когда солнце уже почти село. Генерал ушёл, а она весь оставшийся вечер просидела со служанкой в своей комнате, разбирая покупки.

- И всё-таки я тебя не понимаю, - Дианта, наконец, отвыкла от выканья, чем несомненно радовала Лину. - Я показывала замечательные ткани. А ты выбрала это... Из этого одежды не шьют.

Она брезгливо смотрела на материал в руках девушки и не знала, как ещё ей объяснить, что это плохо.

- А я буду, - довольно улыбалась Лина. - Ди, а бельё у вас под одеждой носят? Я не могу ходить без белья.

- Ты имеешь в виду нагрудную повязку?

Нагрудную повязку? Фу. Лина недовольно скривилась.

Дианта показала, что она подразумевала под этим, и ей стало жалко этих женщин. Эта так называемая повязка была функциональной, относительно конечно, но никакой эстетики.

- Дианта, дорогая, я это ни за что не одену, неси иголку с ниткой, будем шить другую.

Через пятнадцать минут Лина объясняла ошарашенной служанке, как сшить бюстгальтер. Конечно, до полноценного аналога из другого мира ему было далеко, да и шить она толком не умела, но получилось очень мило.

- Это потрясающе, - воскликнула Дианта и радовалась как ребёнок, разглядывая получившуюся вещь.

- Сделаешь мне такое? Штук шесть.

- Конечно.

- Ди, пока не забыла, послезавтра ты мне будешь нужна на целый день.

- Хорошо, - непонимающе посмотрела она, прося разъяснений.

- И найди мне хорошего лекаря, я хочу с ним поговорить. А сейчас иди спать, поздно уже, мы с тобой уже засиделись.

- Лекаря? Лина, что-то случилось? Ты больна?

- Нет, дорогая, я в порядке, просто я собираюсь ехать на войну. Иди уже, поздно. Я завтра тебе всё объясню.

Дианта встала, не став выпрашивать подробности, бросила последний взгляд на диванчик, на котором разбирали ткани, и пошла к выходу, - добрых снов, Лина.

- Добрых снов, Ди.

И только она легла на кровать и закрыла глаза, как дверь открылась, и на пороге появился полководец. Увидев нежданного гостя в своей комнате, Лина недовольно отвернулась. "Он теперь ко мне всё время будет ходить?"

- Зачем ты пришёл? - спросила она, стараясь сказать как можно спокойней. Получилось плохо, но, похоже, что Максимилиана это не волновало.

- Пошли ко мне, у меня кровать больше, - нагло заявил он, залезая в постель к девушке и стягивая в неё одеяло.

- Не хочу, - буркнула она.

- Хочешь, я знаю.

- Полководец, иди к наложницам! - не выдержав, закричала Лина, и отталкивая руками.

- Что? Да что с тобой? Раньше ты была более сговорчива.

- Максимилиан, вчера, когда я просила у тебя помощи, ты тоже был более сговорчив. Но уже на следующее утро ты очень быстро забыл об этом.

Лина обижено засопела. Её чуть не изнасиловали, а он!

- Я же не могу тебя таскать за собой... - произнёс Максимилиан и посмотрел на девушку как на дурочку.

- Знаю, но я тут чужая и, кажется, что все меня ненавидят, хотят проверить на прочность. А я могу и убить, случайно... - сказала она уже тише и взглянула в тёмные и холодные глаза полководца, которые казались непроницаемыми. Он всё понимал, не хотел этого показывать, но понимал.

- Я могу дать тебе охрану и приказать защищать ценой своей жизни, - улыбнулся одними губами Максимилиан.

- Я постараюсь справиться сама, - сказала Лина, и хотела было отвернуться, но полководец требовательно притянул её для поцелуя, но она отстранилась от него, всё ещё не решив до конца, продолжать обижаться или всё же нет.

- Ты отказываешь мне? - недоверчиво спросил Максимилиан.

- Максим, я не твоя наложница... - начала говорить она.

- Я знаю. Потому и спрашиваю - ты мне отказываешь?

Лина не знала что ответить. С одной стороны ей вновь хотелось ощутить горячие и нежные руки полководца на своём теле, почувствовать себя женщиной. Но она ни на миг не забывала, что тут на задании и увлекаться этим мужчиной не стоит. Как же сложно... сложно останавливать себя.

- Останься сегодня со мной, - тихо произнесла она. - Просто побудь рядом.

Максимилиан сжал челюсть. "Эта женщина даже не представляет, что просит". Но кивнул. Спать одному сегодня не хотелось.

Максимилиан проснулся от шёпота Лины. Он лежал на боку, прижимая к своей груди девушку, за окном была глубокая ночь, и свет луны пробивался в комнату, лаская нежную кожу девушки, неприкрытую одеялом. А она чуть подрагивала в его руках, словно ей снился кошмар, и что-то чуть слышно шептала. Он прислушался.

- Полководец, полководец...

- Я тут, Лина, - тихо сказал он.

Девушка вдруг вздрогнула и закричала:

- Левый фланг разбит! Держи центр!

Максимилиан приподнялся на кровати, смотря на Лину удивлённым взглядом. И хотя её глаза были открыты, она явно спала.

- Что с левым флангом? - спросил она, сгорая от любопытства. Неужели ей снятся сражения, также как и ему.

Лина притихла, что-то обдумывая.

- Это было неожиданно, обман. Небольшая армия с центрального фронта отвлекала и основной удар с лева, - тихо сказала она, как будто что-то вспоминая, и тут же опять закричала, вскочив на колени.

- Полководец, перестраивай армию, если они проломят центр нам конец! Заманивай в кольцо! Максимилиан, делай же что-нибудь, нас разобьют! Митава горит!

Он вздрогнул, услышав эти слова, и посмотрел на Лину. Её колотила мелкая дрожь. Боги, что это всё значит? Что она видит?

- Лина, что с Митавой? - спросил он, грубо разворачивая её к себе, но она уже не слушала его, а только шептала:

- Держись солдат, не умирай, смотри на меня, смотри мне в глаза...

- Лина.

От прикосновения к плечу она резко выпрямилась и повернулась к нему, широко открыв глаза.

- Полководец, твой резерв слишком далеко, держи центр!

Максимилиан, не понимая, что всё это значит, прижал девушку к себе. Её трясло как в лихорадке.

- Не умирай солдат, я тебя вытащу, - шептала она.

- Шшш, всё закончилось, всё хорошо, - прижимая к себе Лину, он тихо убаюкивал её и не ожидал от себя такой нежности. Она пару раз всхлипнула и успокоилась, уткнувшись носом ему в грудь.

На следующий день

Лина попыталась открыть глаза, но они не слушались, а голова болела так, что хотелось умереть.

"Что я вчера делала? Вроде не пила... Может быть отравилась?" Лина проанализировала своё состояние и поняла, что болит только голова, и больше ничего. Опустила руку рядом с собой, в надежде найти Максимилиана, но там никого не было.

- Максим?

- Я тут, - раздался голос справа.

Усилием воли Лина разлепила веки и попыталась понять, что происходит. Села и головная боль накатила с новой силой.

- Дайте кто-нибудь аспирин, - прошептала она, зная, что никто ей его не даст и даже воды не предложит.

Максимилиан стоял за её столом, бесцеремонно сбросив купленные вчера ткани на пол, и что-то сосредоточенно рассматривал.

- Иди сюда, - приказал он холодным тоном.

Лина глубоко вздохнула и, собирая силу воли в кулак, укуталась в тонкое одеяло, поднялась с кровати.

- Иди сюда, иди туда, иди ко мне... - очень тихо бурчала она себе под нос и медленно пошла вперёд, пытаясь не упасть. Голова словно колокол звенела от ужасной боли, и оставаться на ногах было невероятно тяжело.

- Неважно выглядишь, ты в порядке? - Максимилиан, наконец, поднял глаза и посмотрел на Лину.

- Как будто слоном придавили, - призналась она, и увидела на столе карту с камушками. Ту самую, что была на военном совете. - А что ты делаешь?

- Не помнишь, что тебе снилось? Ты разговаривала во сне.

Лина попыталась вспомнить, но новая волна боли накрыла её и она болезненно сморщилась.

- Нет, только чьи-то глаза и что-то горело... кажется. Нет, не помню...

Максимилиан разочарованно вздохнул, как будто она у него отняла что-то очень вкусное.

- Посмотри, - он указал на карту с камушками. - Это наша армия, а это римляне. А если они ударят с этой стороны? - полководец палочкой указал на левый фланг и посмотрел на Лину, требуя ответа.

- Тогда они нас разобьют. Но с чего бы им так нападать? Разве что у них есть шпион и они знают, что левый фланг открыт, а резерв далеко.

Максимилиан ругнулся, заметив, что резерв действительно очень неудачно расположен при такой атаке.

- А если они нападут, а мы их возьмём в кольцо? - хитро спросил полководец, а Лина нахмурилась. "Он знает что то, чего не знаю я?"

- Это может сработать, я видела, как это делают.

- Покажи, - приказал он.

"Вот командир нашёлся, - грустно подумала Лина, - я тут еле живая стою, а он мучает меня вопросами". Она забрала у него палочку, и поудобней перехватила одеяло, чтобы не упало.

- Тут, - указала она на левую часть войска, - армия рассекается клином, впуская в себя противника, центр, - ткнула палочкой в центральные камушки, - отступает, заманивая глубже. Противник думает, что мы отступаем, а затем кольцо смыкается, атакуя врага со всех сторон. И всё, дальше начинается бойня, от туда уже никто не выйдет.

Лина потёрла глаза, головная боль не отступала.

- А с чего ты взял, что римляне нападут так? У вас нормальный план был.

- Да... Нормальный.

Полководец ушёл в свои мысли и уже никого не слышал. Лина выглянула из комнаты и попросила стражника, с недавних пор стоявшего у неё под дверью, позвать служанку и легла обратно в кровать.

Через десять минут дверь распахнулась и в комнату влетела Дианта, но увидев Максимилиана за столом Лины, резко остановилась и едва не упала от неожиданности.

- Ох, простите господин, - испугано поклонилась она и хотела выбежать из комнаты.

- Стой, - крикнула из кровати Лина. - Ди, спаси меня, а то я сейчас умру от головной боли.

Дианта прошла, низко склонив голову, и ничего не сказав, помогла девушке одеться и проводила в купальню. Она окунулась в прохладную воду и почувствовала как головная боль начала отступать. "Всё-таки тут удивительно, утром вода всегда чуть прохладная, именно то, что надо, а вечером всегда тёплая и ароматная. Интересно как им удаётся поддерживать нужную температуру?" - улыбнувшись, подумала Лина. И хотя бассейн казался совсем маленьким, не больше трёх метров с каждой стороны, он был достаточно глубоким, для комфортного плавания.

- Да, - сказала она, служанке, нежно массировавшей ей голову и плечи.

- Что да?

- Ответ на твой вопрос "Да". И да, он в постели потрясающий.

Дианта смущённо улыбнулась.

- Это не моё дело, - тихо сказала она.

- Да ладно! С кем мне ещё можно поговорить? Ты же не побежишь всем рассказывать, что видела нас вместе и скомканную постель за спиной.

- Нет, конечно! - возмутилась Дианта. - У нас не принято сплетничать на такие темы. Но и обсуждать тоже не принято, особенно со слугами.

- Ди, ты единственный человек, с кем я могу нормально общаться здесь, не отказывай мне в этой маленькой радости, - мило улыбнулась Лина.

- Это поэтому ты так скверно выглядишь?

- Нет, конечно. Я плохо спала. Снилось что-то непонятное, а я даже не помню что.

Через полчаса Лине принесли платье, которое сшили по её заказу, а Дианта заинтересованно смотрела на него, и недоверчиво кривила губы, явно не понимая, как она его собиралась одевать.

- Странное оно, какое-то. Ты уверена, что это можно носить?

- Сейчас посмотрим.

Лина натянула короткую тунику сделанную шортиками внизу, с рукавом до локтя, и шнуровкой спереди над грудью, а сверху повязала длинную юбку с запахом из лёгкой воздушной ткани и с множеством красивых складок, так любимых греческими женщинами. При движении юбка не распахивалась, а мягко струилась, оголяя ногу до колена. Очень миленько получилось, а главное удобно, не сковывает движения, хорошо пропускает воздух и она удовлетворённо кивнула.

- Ди, мне нужно таких туник несколько штук, выбери цвет на свой вкус. И пару юбок.

- Хорошо. В общем-то, неплохо получилось. Странно немного, но неплохо, - удовлетворённо кивнула служанка.

- Ой, Ди, пока не забыла. Напомни, когда будет время. Мне бы самой научиться надевать хитон, а то я один раз пыталась его на себя намотать, а получилась ерунда, - с горечью вспомнила Лина, как шла из комнаты Максимилиана в кое-как одетом странном платье, и как Тигран на неё косился. Хорошо хотя бы комментировать не стал.

- Конечно, Лина.

Максимилиан стоял над картой ещё долго, и вдруг неожиданная мысль ворвалась в его мозг. "Как я раньше не додумался до этого!"

Быстро выбежав из комнаты Лины, он бегом направился к конюшне, а уже через минуту летел по городу в храм Ареса, распугивая горожан по пути.

- Нужно было сразу сюда прийти, - недовольно ворчал он себе поднос. Влетел в храм и понёсся к алтарю, и как только на алтарь положил дары, в голове возник голос.

- "Что ты хотел полководец?"

- Сегодня Лина во сне видела битву под Митавой, - ответил Максимилиан, очень стараясь говорить спокойно, но голос предательски срывался от волнения. Никогда ещё Арес ему не отвечал, но после того, что полководец услышал, стоя за дверью комнаты Лины, впервые решил спросить совета у бога.

- "Сны Лины - это мой дар"

- Им можно верить?

- "Верить никому нельзя" - сказал Арес и тут же исчез.

Максимилиан тихо зарычал. "И что это значит? Может к оракулу сходить? Нет, оракул ещё хуже всё запутает". Он вышел из храма, вскочил на коня и поскакал обратно во дворец.

- Тигран, ты мне нужен. И хватит уже ходить к моим наложницам! - произнёс Максимилиан, недовольно смотря на девушку, слезающую с друга. Он нравился девушкам, и они с удовольствием принимали его, зная, что хозяин не будет против их любовных игр.

- Тебе жалко для меня наложниц, брат? Ты к ним всё равно не ходишь, - улыбаясь, сказал Тигран, и последний раз провёл рукой по телу девушки, покинувшей его.

- Хочешь, забирай их.

- Нет, брат, я хочу их, когда они твои, - смеялся он, надевает одежду.

Максимилиан, молча, подождал, когда Тигран будет готов, и они быстро пошли в комнату Лины. Тигран почувствовал, что друг не был настроен шутить и вмиг стал серьёзным. Это было несомненно хорошим его качеством, очень ценным. Не зависимо от ситуации он всегда мог быстро собраться, выкинув ненужные мысли из головы, трезво оценить ситуацию и начать действовать.

Максимилиан открыл дверь в гостевую комнату, предлагая Тиграну войти. Показал карту, рассказал о сне, свидетелем которого стал, и о том, что услышал в храме Ареса.

- Даже не знаю что думать, Макс. Странно это всё, - протянул он, рассматривая камни, обозначающие войска. - Конечно, тебе решать, но то, что Лина не простая девушка, это ясно, но какова её роль, и что за помощь она должна нам оказать, не известно.

Максимилиан задумался. Тигран прав, игнорировать Лину нельзя, но и слепо верить какому-то сну тоже глупо. Арес сказал, что это его дар, может это дар оракула? Но оракулы славятся тем, что их изречения можно понимать очень двояко, и часто оказывается то, что имелось в виду что-то совсем другое. Поэтому полководец к ним и не ходил.

- Мне понадобится твоя помощь, брат.

Максимилиан принял решение перестроить войска и быть готовыми к нападению на левый фланг. За основу была взята тактика, рассказанная Линой, но он внёс ряд изменений и дополнений и рассказал всё это Тиграну.

- Ты будешь стоять здесь, и управлять этим крылом. Ну? - закончив пересказывать своё предложение, он посмотрел на друга, ожидая комментариев.

- Выглядит неплохо. И даже если этой атаки не будет, мы ничего не потеряем и запросто разобьём их, - довольно ухмыльнулся он, и полководец расслабился.

- Только об этом никто не должен знать, построим армию перед боем, а Аргосу, Парису и остальным скажем уже после, - строго сказал Максимилиан. Тигран округлил глаза и в них промелькнул испуг.

- Ты думаешь у нас предатель?

- Я не знаю, но лучше не рисковать.

Да, лучше не рисковать, Лина предположила, что может быть шпион, и Арес сказал, что никому нельзя верить. Но эти странные игры и недомолвки никогда не нравились Максимилиану. Как воевать, если никому не верить?

Всю первую половину дня Максимилиан и Тигран провели обговаривая детали сражения, уж больно необычно это всё было и нужно было учесть все возможные ситуации.

- А за ножами Лине сходили? - вдруг вспомнил полководец, что вчера Тигран собирался сводить девушку к оружейнику.

- Да, сходили, - ответил он и улыбнулся, вспоминая ту забавную прогулку. - А она молодец, среди всех клинков, нашла сделанные рукой Тирея.

- Мальчики, а вы комнатой не ошиблись? - вдруг раздался голос обсуждаемой девушки. Она медленно прошла мимо мужчин и упала на кровать. - Я полежу, если вы не против.

- Тебе не стало лучше? - Максимилиан посмотрел на Лину, она лежала на спине, закрыв руками лицо, и выглядела крайне болезненно.

- Сначала стало, а потом всё вернулось.

- Чем ты занималась всю ночь, что так ужасно выглядишь? - Тигран смотрел на неё с лёгкой улыбкой.

- Спала, котик, я всю ночь спала... А теперь замолчи пожалуйста, - сказала она, перевернувшись на живот, и натянула на себя одеяло, даже не удосужившись раздеться.

Максимилиан с Тиграном уже всё обговорили, поэтому не стали оставаться в комнате Лины и оставили её одну, позволив ей отдохнуть. Весь оставшийся день они провели собирая отряд в Митаву, согласно новым планам, и уже поздно вечером Максимилиан сидел у себя в спальне и недовольно смотрел на свою кровать.

- Нет, я сам к ней не пойду, - злился он на Лину. Полководец только что вернулся от наложниц и убедился, что его никто из них не интересует. Только она, только эта странная женщина стояла у него перед глазами.

"Вот уж действительно проклятье! Или нет?"

С ней Максимилиан испытывал совершенно незнакомые ощущения, ни одна наложница не могла подарить ему подобного. С Линой наслаждение было острым, захватывающим, всепоглощающим, и в то же время таким нежным, согревающим. Хотя то, что она вчера ему отказала было скверным.

"Нет, я всё равно к ней не пойду!"

На следующий день

Тихо открыв дверь в комнату, Максимилиан увидел маленькую фигурку Лины. Было уже утро, тёплые солнечные лучи пробивались через окно, но она пока ещё крепко спала, свернувшись клубочком под тёплым одеялом. Стараясь не шуметь, он обошёл кровать, и тихо коснулся губами её плеча.

В мгновение ока Лина развернулась и схватила его. И прежде чем мужчина опомнился, она сидела верхом на нём, сжимая горло руками, и с силой вдавливала в кровать. Максимилиан опешил от этой неожиданной атаки, а она смотрела на него невидящим взглядом, и ничто не говорило о том, что она осознаёт свои действия.

- Малыш, не заставляй меня делать тебе больно, - прошипел он, не совсем понимая, что происходит. Лина пару раз моргнула, как будто отгоняя сон.

- Максим, это ты? - спросила она, посмотрев на своего пленного более осмысленно, и окончательно проснулась. - Прости, я должна была предупредить, чтобы ты не заходил ко мне со спины, особенно когда я сплю. Я... я могла убить тебя.

Лина нежно погладила шею, за которую схватила, и слезла, задев уже возбуждающиеся чресла. Это её неожиданное нападение отдалось сильным возбуждением во всём теле Максимилиана, не каждый день на него нападает такая красивая девушка.

- Покажешь свои новые ножи? - сказал он совсем не то, о чём думал.

- Да, - Лина радостно вскочила и побежала к столу. - Смотри, они отличные. Тирей действительно потрясающий оружейник.

Она протянула оружие Максимилиану рукоятью вперёд и радовалась как дитя. Он взял клинки, сделанные рукой мастера, и сам себе усмехнулся. Лина выбрала два ножа с удлинёнными лезвиями, простых, и без лишних деталей, что и отличало оружие Тирея, он не любил пустых украшений. Только если попросить заранее, он мог украсить оружие, но сам считал это излишеством.

- И что ты собираешься ими делать? - он посмотрел на Лину, а она, почему то помрачнела.

- Не знаю... Я так устала от всего этого, от войны, от смертей... Афина сказала, что я могу отдохнуть, а тут это задание...

- Но если ты воин, то не можешь без этого, - тихо сказал Максимилиан, смотря ей в глаза, которые тут же вспыхнули.

- Что ты хочешь услышать, Максимилиан? Да, это мой наркотик, это заставляет моё сердце биться чаще, и я не могу жить без этого. Но я ненавижу это! - выкрикнула она. - Ненавижу! Понимаешь?

- Не понимаю. Как можно ненавидеть то, без чего не можешь жить? - продолжал говорить полководец спокойно, никак не отреагировав на эту вспышку гнева, а Лина отвернулась и замолчала, нервно перебирая в руках белую ткань одеяла.

- Ты действительно хочешь знать почему? - спросила она и подняла глаза полные грусти, как будто надеясь, что Максимилиан откажется от своих слов.

- Да, хочу.

Лина задумалась на мгновение и, решив ничего не скрывать, повернулась к мужчине спиной.

- Смотри, - сказала она, подняла свои волосы, оголив шею со странными пятнами. - Это ожоги от взрыва, не страшные, но довольно болезненные. А тут осколочные ранения чудом меня не убившие.

Она взяла руку Максимилиана и погрузила в свои волосы, позволив ощутить шрамы на голове. Он не стал спрашивать, что это были за ранения такие, ощутить множество глубоких рубцов под пальцами было не сложно.

- Я потеряла сознание и три дня пролежала в канаве, очнулась в центре вражеского лагеря, и когда попыталась оттуда выбраться, меня поймали.

Развернулась к Максимилиану лицом и сняла одну лямку платья и оголяя верхнюю часть тела, показывая маленький шрам над левой грудью.

- Это огнестрельное ранение.

- Огнестрельное?

Лина задумалась, как объяснить что такое огнестрельное.

- Огнестрельное оружие, как маленький закрытый арбалет. Арбалеты у вас есть?

Максимилиан утвердительно кивнул.

- Конструкция, конечно, другая, но я не знаю, как ещё объяснить. Размер может быть разный, от маленького, помещающегося в руку, до очень больших. Стреляет кусочком металла - пулей и вместо тетивы алхимический взрыв, придающий большую скорость снаряду. Этот выстрел бы меня убил, если бы не Афина. Очнулась, когда меня хоронили.

Максимилиан сглотнул, представив себе это.

Лина снова развернулась к нему спиной и скинула платье. Эти шрамы полководец узнал сразу - плеть! Как он раньше их не замечал?

- Это я попала в плен. Неудачно пробралась на вражескую территорию для того чтобы выкрасть планы, но меня поймали и пытались выбить расположение нашей армии, там же мне порезали лицо. Молодая была, глупая, вот и попалась, - буркнула она, коснувшись шрама на скуле, явно недовольная той неудачей.

- Ты рассказала?

- Нет, конечно! - возмутилась она и посмотрела на полководца, как будто он в неё плюнул. - Меня избили до потери сознания и выкинули, подумав, что умерла. Афина заживила часть ран, это то, что осталось. Я вернулась к ним и всех убила.

Лина опустила платье ещё ниже и показала рваный шрам над бедром.

- А этот удар меня убил.

- Убил? - не поверил своим ушам Максимилиан.

- Да, я была три минуты мертва и стояла рядом со своим телом. Наши лекари заставили моё сердце биться и вернули к жизни. Максим, знаешь, как это умирать? - вдруг развернулась она к нему и посмотрела в глаза. - Это действительно страшно. Я не боялась пока не испытала это на себе. Страшно, потому что ты чувствуешь, как жизнь уходит из твоего тела, капля за каплей, и становится холодно, мертвецки холодно. Страшно, от того, что ты понимаешь, что это всё, больше ничего не будет. Ничего и никогда!

Она замерла и, глубоко вздохнув, взяла руку полководца в свою ладошку и положила к себе на талию.

- Тут. Чувствуешь? Сломано два ребра. Мне нужно было отвлечь вражеского генерала, чтобы выиграть время и дать войскам войти в город. Или секс или сдаться как шпионка, я выбрала второе.

- Достаточно, - оборвал её Максимилиан, не в силах больше это слушать. Он понял, что Лина имела в виду, понял, что её мир очень жесток, и он не отпустит её обратно. Она останется рядом с ним, под его защитой и будет только его.

Повернув девушку к себе, он мягко положил её на кровать. В глазах Лины, невероятно ясных и светло голубых, стояли непролитые слёзы.

- Но ты прав, полководец, я без этого не могу. Это моя сущность. Я воин также как и ты, - тихо сказала она.

А Максимилиан смотрел на неё, такую нежную и такую сильную, и не мог поверить во всё это. Тигран сказал, что ей двадцать шесть, конечно уже не девочка, но достаточна молодая. Он рассказывал, что она девять лет провела в сражениях... немыслимо. Пройдя через войну, а Афина сказала, что война была не одна, получить такие страшные ранения, пережить... но остаться удивительно мягкой и доброй девушкой.

Максимилиан гладил нежные губы, бархатную кожу, целовал раскрасневшиеся щёки, а она просто лежала и наслаждалась его ласками.

- Как так получилось, что ты встала на этот путь? Я понято, я был рождён, чтобы стать полководцем, меня с младенчества растили в сражениях, а ты? Ты же не рождена быть солдатом?

Лина грустно улыбнулась и повернулась к Максимилиану, удобно расположившись на его руке.

- Да, ты прав, я из простой семьи, не бедной, но не слишком богатой. Мама, папа собака, всё как у обычных людей.

- У вас была собака?

- Да, у нас у многих есть домашние животные, собаки, кошки, крысы, - улыбнулась она, и на щеках появились очень милые ямочки. - У соседа были змеи, представляешь, фу, ненавижу змей.

- И что случилось? - спросил Максимилиан, и Лина вмиг помрачнела, как небо перед грозой, а в глазах появились слёзы, но она их сдерживала и не плакала. - Можешь не рассказывать, если не хочешь, - поспешил сказать он, понимая, что и без того растревожил старые раны. Но её мир был так необычен, а судьба загадочна.

- Нет, я давно справилась с этим. Если тебе интересно, я могу рассказать.

Максимилиан утвердительно кивнул. Лина задумалась на мгновение и продолжила.

- А случилась беда. Мне тогда только исполнилось семь лет. У нас был загородный дом, в нашем мире так принято, жильё в городе и загородный дом подальше от городской суеты и поближе к природе, кто себе может это позволить, конечно. Так вот одним зимним днём мы решили всей семьёй туда уехать на выходные. Зима, конечно, было неудачное время, холодно и снега много.

- Снега? У вас снег на улицах? Не в горах?

- Да, зимой у нас очень холодно и много снега, поэтому никто и не ездит в загородные дома... а мы поехали, на свою голову. Доехали нормально, расположились, даже одну ночь переночевали, как говорится, ничто не предвещало беды, - Лина грустно хмыкнула, как будто неудачно пошутила.

- Но на следующую ночь к нам в дом забрались воры. Самые обыкновенные воры, обворовывавшие наших соседей, и подумав, что нас нет, залезли в наш дом. Это так банально, даже обидно. Они увидели нас, испугались, но вместо того чтобы убежать, маму и папу связали, а меня закрыли в чулане и начали думать что делать. Думали не долго...

Лина замолчала, а её губы задрожали. Видимо не до конца она с этим справилась, и ей было тяжело вспоминать то время. Но, глубоко вздохнув, всё же продолжила.

- Они два дня насиловали мою мать и заставляли отца смотреть на это, я не видела, я была всё это время закрыта. Но я слышала, крики и проклятья. Потом её убили, а когда я выбралась из чулана, не в силах уже там сидеть, увидела, как добивали отца. Ногами. Четверо здоровых мужиков просто запинали его ногами до смерти... моего отца. - Лина не выдержала и тихо заплакала, и по руке Максимилиана потекли горячие слёзы.

- Я не помню, что произошло дальше, почти месяц у меня выпал из памяти. Очнулась я уже в приюте для сирот, мне сказали, что я убила тех воров, и убила с особой жестокостью, но я не помню... А через какое то время ко мне пришли и предложили учёбу в закрытом военном лагере. Сказали, что боль уйдёт, что я стану сильной, и больше никто не посмеет меня обидеть. В чём-то они оказались правы, но вот только я женщина, и обидеть меня может каждый, - Лина тихо засмеялась и уткнулась в плечо мужчины.

- Хватит о грустном, я не хочу больше вспоминать ту жизнь, это было давно и я стала другим человеком, - сказала она, робко улыбнувшись, и притянула к себе Максимилиана, желая поцеловать его.

А он всё не мог поверить в услышанное. Такое, наверно, могло случиться и в Греции с любым человеком, но Лина лежала рядом, такая нежная и тёплая, и это воспринималось совсем иначе. Это произошло не где-то там и не с кем-то, это произошло с ней.

Она прижалась к Максимилиану, давая понять, что больше не намерена грустить, и хочет другого. И он не заставил себя ждать. Погладил мягкие волосы, поцеловал горячую щёку, чуть солоноватую от слёз и начал прокладывать дорожку из поцелуев ниже.

- А это? - просил он, увидев еле заметный шрам на шее.

- А это мне неудачно перерезали горло, - тихо засмеялась она. - Знаешь, а это сложно одним движением перерезать горло, я так не умею.

- Если хочешь, могу научить, - нежно целуя шею, прошептал Максимилиан, не ожидая, что подобные разговоры могут так сильно возбуждать.

- Нет, я хочу другого. Я хочу тебя.

Лина быстро избавилась от платья и обняла мужчину ногами, прижимая к своему телу. Дикий зверь зарычал внутри полководца, почувствовав желание девушки, и потребовал взять своё. Он отстранился на мгновение, скинул одежду и посмотрел на неё.

Страсть затуманила всё вокруг, и перед собой он видел только божественное тело, прекрасное и такое человеческое. Максимилиан нагнулся к губам, медленно, осторожно, как будто пробуя на вкус сладкий нектар, а её мягкая рука зарылась ему в волосы и притянула ближе.

"Какое же это наслаждение сжимать её в объятьях и слышать, как бьётся сердце", - думал он, сходя с ума от возбуждения. У него никогда не было такой женщины. С минимальным сексуальным опытом она дарила то, что он не мог получить даже от опытных наложниц. Не надо было гадать, как ласкать это тело, оно отзывалось на каждое касание и подаренное ей наслаждение возвращалось мужчине сполна. Лина будила странные чувства, её хотелось ощущать рядом с собой, о ней хотелось заботиться.

Максимилиан закрыл глаза, пьянея от запаха женщины, и нежными поцелуями проложил дорожку к груди, а сладкий стон, сорвавшийся с её губ, стал музыкой для его ушей.

- Максим, пожалуйста, быстрей, - прошептала она едва слышно.

- Шшш, не спеши малыш, - выдохнул он ей на ушко, получая божественное удовольствие от её необычайно яркой реакции на простые действия. Она выгибалась навстречу ласкам, вцепившись своими коготками в мужскую руку, и задыхалась от наслаждения.

Лина лежала чуть живая. Никогда, никогда она до этого не испытывала подобного. Никогда её тело не знало подобных ласк. И это пьянило, заставляя терять голову.

Глава 5

На следующий день

Лина стояла у зеркала и вертела в руках платье, пытаясь сосредоточиться и всё-таки его надеть. Максимилиан уже давно оделся и, ухмыляясь, смотрел на девушку. Ему явно нравилось то, что он видел и даже не скрывал этого.

Вдруг дверь широко распахнулась и в комнату влетела Дианта. "Интересно, а входить она умеет? Или только влетать как ветер?" - улыбнувшись, подумала Лина.

- Ох, простите, - она склонила голову, увидев перед собой царя.

- Иди, помоги Лине одеться, а то она без тебя не справится, - хмыкнул Максимилиан и скрылся за дверью.

- Ди, ты нашла лекаря? Нам сегодня нужно многое сделать.

- Так это действительно, правда, что ты поедешь на войну? - испугано спросила она, подходя к девушке.

- Правда, и буду там перевязывать раненых. По этому, мне нужно как можно больше узнать о ваших достижениях в медицине.

Дианта помогла Лине одеться и начала расчёсывать волосы, недовольно кривя нос. Она уже неоднократно пыталась сделать ей причёску, доказывая, что знатные дамы распущенными волосы не носят. Но у Лины никогда не было красивых длинных волос, и сейчас она радовалась этим золотым кудряшкам как ребёнок.

- В медицине наши учёные очень преуспели. Скоро придёт главный военный лекарь и всё расскажет, - произнесла служанка, и словно в подтверждение её слов, дверь открылась, и на пороге появился лекарь.

Им оказался молодой человек очень шустрый и энергичный. Он рассказал, что за последние двадцать лет были совершены несколько очень важных открытий, таких как сильный антисептик, обезболивающее, какой аналог перекиси водорода и ещё ряд, мало интересных, вещей.

- Это можно лить на открытую рану? - ткнула пальцем Лина в обеззараживающий раствор.

- Да, для этого он и изобретён, чтобы использовать, когда нет возможности промыть рану. Ужасно жжёт, но очень эффективен.

- Отлично. Мне таких нужно штук тридцать. Бинты есть? - спросила она.

Бинтов не оказалось, перевязывали какими то тряпками, но Лина вспомнила, что одна из тканей, купленных на рынке, была на ощупь как эластичный бинт. Конечно, не такого качества, как девушка из другого мира привыкла видеть, но гораздо лучше простой тряпки.

Полдня Лина со служанкой её резали на широкие и узкие бинты, а потом ещё полдня всё складывали. В итоге результат порадовал - целая корзина с основными запасами разнообразных баночек и большим количеством туго скрученных бинтов. Ещё Дианта сшила мягкую сумку через плечо, с двумя отделениями - то, что нужно. Служанка оказалась на редкость сообразительной и талантливой. Она быстро понимала, что хочет Лина и тут же делала это, не кривясь от странных просьб. И была приятной собеседницей, образованной и о многом осведомлённой.

Принесли три комплекта формы полевого лекаря - белая туника чуть выше колена с тремя красными косыми полосками на груди. Дианта сказала, что это на тех, кто носит эту одежду, на поле боя не нападают, теоретически конечно.

- Завтра на рассвете мы выезжаем, - грустно вздохнула Лина.

- Ой, Лина прости, пожалуйста, я совсем забыла.

Дианта вдруг вскочила с диванчика, на котором сидела, и принесла девушке метательные кинжалы и пояс для них.

- Вчера вечером принесли, но ты неважно себя чувствовала, и я не стала тебя беспокоить.

- Ничего страшного, дорогая, - утешающе погладила она служанку по плечу, которая выглядела очень расстроенной.

Надев пояс на ногу, Лина в очередной раз убедилась, что Тирей гениальный мастер, он даже такую, казалось бы, незначительную вещь, сделал великолепно.

- Ди, уже поздно. Мы уже всё необходимое сделали, иди спать.

- Хорошо, я разбужу тебя заранее и помогу собраться.

Дианта получила благодарный кивок девушки и ушла. А когда уже стемнело, Лина нашла Максимилиана, который сидел со своими генералами в его любимом зале с большим столом, и что-то вяло с ними обсуждал.

- Я пойду спать, если ты не возражаешь, - прошептала ему на ухо она, чтобы никто не услышал. Он коротко кивнул, и Лина поплелась в кровать, завтра рано вставать.

На следующий день

Лина проснулась задолго до рассвета и уже ждала Дианту, нетерпеливо меряя шагами комнату. Первый бой в этом мире её очень волновал. Насколько сильно эти сражения отличаются от войн, к которым она привыкла, было не известно. Люди, в целом, отличались не сильно, но здесь было гораздо больше настоящих воинов, больших и сильных. И за то короткое время, что она тут провела, ей не встретилось ни один мужчина слабый физически. А что будет на поле боя?

- Ой, Лина, - вдруг услышала она за спиной, обернулась и увидела на пороге ужасно расстроенную Дианту. - Я не хотела тебя рано будить и подумала, что одного часа на сборы нам хватит.

- Всё в порядке, Ди, мне просто не спится, - поспешила заверить девушку Лина.

- Тебе страшно? - тихо спросила она, подготавливая одежду. Накануне Лина попросила сшить для неё длинные широкие брюки и короткую, до середины попы, тунику. В Митаву планировалось ехать на лошадях, а сидеть с голыми ногами пусть и на попоне, но всё равно не хотелось.

- Нет, просто тревожно. Я ещё не видела ваших сражений и не знаю чего от них ожидать.

- Ты такая смелая, - сказала Дианта, завязывая на Лине тонкий, переплетённый из трёх золотых, нитей пояс.

Дианта была хорошей девушкой, доброй, мягкой и любую форму насилия воспринимала очень остро. Хотя это было странным. Как Лина успела заметить, греки были довольно воинственным народом. Не жестоким, а именно воинственным, и здесь всё время происходили стычки, то с римлянами, то с персами. И вся их жизнь очень тесно переплеталась с этим.

- Теперь волосы. Ди, ты умеешь плести косы? - спросила Лина.

- Не уверена... - с сомнением ответила она.

- Тогда я тебя научу, - широко улыбнулась ей девушка и показала, как нужно переплетать локоны волос, чтобы получилась коса. Дианта очень быстро поняла, что требовалось делать, довольно ловко принявшись за дело, и очень скоро тугая высокая коса была готова.

Она накинула на плечи Лины тёплый солдатский плащ и грустно вздохнула.

- Всё...

- Мы тебя уже давно ждём!

Максимилиан нетерпеливо стоял на площади, сложа руки на груди, и смотрел на вышедшую из дворцовых дверей Лину, очень злясь, что эту женщину приходится ждать.

- Ещё нет рассвета, - возмутилась она. - Ты сказал, выезжаем на рассвете, а я даже раньше пришла.

- А это что? - спросил он, смотря на принесённую большую корзину, которую она деловито пыталась пристроить к своей лошади.

- Это очень нужные вещи. Мне поможет кто-нибудь? - воскликнула Лина, недовольно скривив губы, и красноречиво посмотрела на солдат рядом.

"Нет, ну что за женщина! Ведёт себя совершенно неподобающим образом. И одета опять очень странно. Интересно где она берёт эту одежду?" - думал Максимилиан с интересном осматривая её странный наряд. Хотя действительно, на лошади сидеть в штанах было гораздо удобнее, и чтобы не говорили советники, он хотел ввести эту форму одежды для всей армии.

Максимилиан махнул рукой солдатам, разрешая помочь Лине, и уже через минуту она, проверив надёжность крепления, запрыгнула на коня.

- Не поехали, чего встали? - широко улыбнулась она окружающим, на что полководец только недовольно посмотрел на неё, давая понять, что ему не нравится подобное поведение. Сел на коня, и отряд быстро направились к Митаве. Дорога обычно занимала полтора дня средним шагом, но он хотел добраться быстрее.

Отряд был в пути уже пять часов, но Лина ни разу не высказала своего недовольства, просто скакала чуть позади полководца, и что-то обдумывала.

- Ты представляешь себе, куда мы едем? - задал он вопрос, чуть приостановив коня и поравнявшись с ней.

- Я видела смерть на войне, если ты об этом, - ответила она, даже не взглянув на своего собеседника, продолжая о чём-то думать.

- Мне нужно знать, что ты конкретно собираешься делать, - произнёс Максимилиан, и строго посмотрел на девушку. Он чувствовал, что Лина что-то задумала, и если сон был правдив, то это значило, что она была на поле боя, а это не входило в его планы.

Лина взглянула на полководца и слегка улыбнулась, но глаза при этом остались серьёзными, и это ему совсем не понравилось.

- Я собираюсь оказывать первую помощь раненым солдатам на поле боя, а тех, кто не сможет держать меч, выводить за линию огня.

- Ты с ума сошла! - начал кричал Максимилиан так, что на них все начали озираться. Ненормальная женщина! Ей жить надоело?! - Тебя же убьют!

- Не должны. Мне сказали, что не нападают на тех, кто в форме лекаря, - беззаботно поведала она, а он смотрел на её невозмутимый взгляд и не верил своим ушам. - И потом, я же не собираюсь лезть в самое пекло, - добавила она. - Не переживай, полководец, выполняй свою работу, а я буду выполнять свою.

- Не убьют, так возьмут в плен, - решил напугать её он, вспомнив шрамы на её теле, оставшиеся после плена. Те раны были очень болезненны, она была на краю гибели и должна была опасаться повторения того опыта.

- Надеюсь, что возьмут... - задумчиво добавила она и опять погрузилась в свои мысли, не обращая на Максимилиана никакого внимания.

- Полина! - рявкнул он на неё и еле сдерживался, чтобы грубо не схватить её. И то, что они были на лошадях, спасло эту безумную женщину.

- Лина! Меня зовут Лина! Ненавижу своё полное имя! - гневно посмотрена она на Максимилиана. - И хватит орать на меня! Я знаю что делаю, проникну в римский лагерь, разузнаю планы. Неспроста они под Митавой оказались, нужно выяснить, что им нужно и с какой целью пришли. И Максим, я не могу остаться в стороне, и ты это знаешь.

Максимилиан не знал, что ответить на это, конечно она была права, и это злило его ещё больше. В плен она собралась, уму непостижимо. Совершенно не думая, что её могут убить...

- Полководец, ты должен верить в меня, я знаю своё дело, - строго сказала Лина.

Он кинул взгляд на ножи за спиной девушки и припустил коня вперёд, не желая больше обсуждать эту тему. Эта женщина может вывести из себя кого угодно, а устраивать разборки на глазах у всех в его планы не входило.

Оставшийся путь они проделали не общаясь.

На следующий день

Время уже перевалило за полдень, но солнце было холодным и совсем не грело. Ко всему прочему поднялся сильный ветер, и казалось, что скоро пойдёт дождь, а это было очень нежелательным.

Лина посмотрела в сторону Максимилиана, желая спросить, долго ли ещё им ехать, но вдруг за деревьями показался лагерь и она облегчённо улыбнулась. Так долго сидеть на лошади, да ещё и без седла было очень непривычно, и всё тело ломило и требовало сжалиться над ним.

Едва они въехали в импровизированные ворота, Максимилиан тут же направились в штаб узнать последние новости, а Лину отослал в лазарет. "Раз уж она собралась помогать раненым, пускай сидит там", - подумал он, злясь на самовольную женщину. Но Лина не возражала, выступать планировалось за час до рассвета, и она решила поспать днём, а ночью не ложиться вовсе. Зашла в одну из палаток лекарей и улыбнулась своим мыслям.

"Максимилиан видимо желал меня наказать, отсылая сюда, но нет, я была в местах и похуже этих, и спать даже на голой земле мне будет не в новинку". Тем более палатка лекарей оказалась довольно чистой и приятной, а главное пустой. Она легла на лежанку и положила кинжалы рядом с собой. На всякий случай. И очень надеялась, что никто её не потревожит случайно, и она его не убьёт.

За два часа до назначенного часа Лина уже стояла в форме лекаря и завязывала сандалии на ногах, в надежде, что не окоченеет. Тёплые солнечные дни закончились, и на улице стояла по-зимнему холодная погода. Навскидку было градусов десять, не выше. "Ну ладно, - пробубнила Лина себе под нос, - к морозам мне не привыкать".

Кинжалы Тирея решила с собой на поле боя не брать, жалко будет, если они потеряются, и ограничилась простыми солдатскими ножами. Да и когда к римлянам пойдёт сдаваться, они выдадут её с потрохами. У простых лекарей такого оружия быть не может.

Мысли девушки не могли угомониться и скакали как бешеные кони, бесцельно перескакивая с одного на другое, а успокоиться нужно было обязательно, ей предстояло серьёзное задание. Ну может и не совсем серьёзное, но ответственное точно.

Полог палатки откинулся и вошёл полководец. Бесподобно красивый полководец. В чёрном хитоне и лёгких штанах, совершенно не свойственных грекам. Сверху была надета потрясающей красоты кираса золотого цвета, массивный боевой пояс наручи на руках и поножи на ногах. А всю эту величественную картину дополнял шлем, который Максимилиан держал в руках. Весь он светился силой и мужественностью. Огромный, как скала и страшный. Лина взглянула на него и не знала что сказать, бог во плоти.

- Ты готова? - холодно спросил он, и посмотрел на девушку так, как будто она была повинна во всех смертных грехах.

- Да, - сглотнула Лина, не в силах оторвать от Максимилиана восторженных глаз. Он и без того был красивым мужчиной, а сейчас был просто бесподобен.

Полководец подошёл ближе и притянул её к себе.

- Будь осторожна, я не смогу помочь тебе в случае чего.

- Конечно. И даже если ты что-то увидишь, не отвлекайся, хорошо? - ответила она, справившись с собой. Её очень беспокоило то, что Максимилиан пожелает её спасти, когда она пойдёт отдаваться в руки римлян, и всё испортит. А это было бы очень нежелательно.

- Хорошо, - прижал он Лину ещё сильнее и уткнулся носом в шею.

От этого у девушки побежали мурашки по всему телу, но она быстро одёрнула себя. Сейчас было необходимо собраться, а не наоборот позволять себе расслабиться.

- Есть новая информация?

- Нет, всё тоже... Даже странно, - недовольно пробурчал он.

- Ну, если ты на поле боя так же хорош как в постели, то мы одержим победу довольно быстро.

Максимилиан довольно ухмыльнулся.

- Лучше малыш, надеюсь что лучше. Пошли, уже пора. И чтобы на левом фланге я тебя не видел! Поняла?

- Конечно, мой полководец, - ответила она, взяла свою сумку и пошла на войну.

Максимилиан сел на своего чёрного коня и ускакал куда-то вперёд, а Лина осталась стоять рядом с другими лекарями, которые предусмотрительно укутались в тёплые солдатские плащи.

- Ты, правда, собралась на боле боя? - спросил молодой парень, в такой же форме лекаря как у Лины, и посмотрел как на умалишенную.

- Угу, собралась, - ответила она, решая, когда стоит идти, сейчас, или подождать ещё. - Вы тут будете?

- Нет, вон там, - показал он на низкие серые палатки, прямо за спинами солдат.

- Отлично, - кивнула Лина и решила, что пора.

Бой уже начался. Зимнее солнце то появлялось, то скрывалось за хмурыми тучами, грозящими дождём, а редкие солнечные лучи, каким-то чудом пробивавшиеся к земле, словно солнечные зайчики перепрыгивали со шлама на шлем, отражаясь в тысячах наконечников копий греческой армии. Этим зрелищем можно было бы насладиться, если бы не осознание того, что это война, и сегодня она унесёт не одну жизнь. Солдаты медленно двигались вперед, но как-то разрозненно, между ними было метра по три минимум. Это было необычно, но приглядевшись, она поняла, что все они действуют по одной, не понятной ей схеме, слушая приказы командиров, и чётко их выполняют. А командиры в свою очередь слушали Максимилиана и его генералов.

Лина, будучи не великим стратегом, а скорее исполнителем, не особо вдаваясь в происходящее, начала пробираться к центру, где уже были слышны звуки мечей и крики раненых.

- Солдат, ты как? - спросила она, наклоняясь к раненому и изучая его повреждение. Мужчина неуклюже сидел на боку и пытался встать.

- Стой, не дёргайся, дай посмотреть, - начала осматривать его девушка. Раненое бедро, но не очень серьёзно, просто глубокий порез. - Меч держать можешь?

- Да, - сквозь зубы прошипел солдат.

- Давай стяну рану, чтобы кровь не хлестала. Так лучше?

Лина перевязала его и вложила ему в руку меч.

- Ты кто такая? - вдруг заметил он странную девушку лекаря рядом с собой. Но за её спиной неожиданно возник римлянин, и она быстрым движением вспорола ему живот.

- Иди боец, некогда рассиживаться, - сказала она, как ни в чём небывало.

Лина помогла мужчине встать и, убедившись, что он может двигаться, пошла дальше, ближе к центру.

Много убитых и мало раненых, она быстро передвигалась от солдата к солдату, проверяя пульс. Молодые солдаты, совсем молодые. Лина старалась не смотреть на их смерть, не слушать их криков, не хватало ещё раскиснуть тут.

- Что с тобой? - девушка села рядом с солдатом с окровавленным плечом.

- Я умираю, - жалостливо захныкал он.

Лина нагнулась к нему, осматривая его, ранено левое плечо, но не смертельно, и даже не очень болезненно.

- Солдат, бери меч и в бой! - заорала на него она. Умирает он, с такой царапиной. Поведение этого солдата, почему-то очень возмутило её, и захотелось пнуть его ногой за такую слабость.

- Я ранен.

- С этой раной можно до Рима дойти, а ну вставай! - Лина сунула ему в правую руку меч и грубо толкнула в спину. - У тебя Греция за спиной! Сражайся! И только попробуй повернуть назад, я тебя сама зарежу!

Солдат испугано вскочил на ноги, смотря на решительно настроенную девушку, крепко ухватился за меч и пошёл в бой.

Лина гневно сжала губы, но вдруг вдалеке заметила довольное лицо Тиграна.

"Ох, я надеюсь, он не присматривает за мной. Это было бы неприятно", - подумала она, покосившись на мужчину, но её внимание привлёк упавший недалеко солдат. Римлянина, проткнувшего его, тут же убили, и она побежала посмотреть, что с раненым.

Тигран заметил Лину, когда она орала на раненного солдата и толкала его в спину. "Сумасшедшая женщина!" Он не поверил, когда Максимилиан сказал, чем она собралась заниматься, и решил удостовериться, да и сам Макс, совершенно неожиданно попросил приглядывать за ней.

Но в другой миг он услышал команду полководца о перестроении. Огляделся, оценивая обстановку. Вот оно, о чём он говорил, началось. И поспешил на своё место согласно ранее оговоренному плану.

- Солдат, ты меня слышишь? Посмотри на меня, - начала говорить Лина, подбегая к раненому.

- Меня убили? - прошептал он.

- Нет, ты жив, только смотри на меня, не закрывай глаза, - поспешила сказать юноше она, села рядом и начала изучать повреждение. Пробит бок, сильное кровотечение. Быстро обтёрла кровь, оценивая ранение, очень много крови, достала антисептик обработала и начала перевязывать, с силой стягивая рану.

- Смотри на меня солдат, вот видишь, уже лучше.

Мужчина попытался улыбнуться бледными губами, увидев перед собой девушку.

- Встать можешь? Нам нужно дойти до лазарета, - спросила Лина, поднимая мужчину на своём плече. - Ну же, помоги мне.

- Ты красивая, - прошептал солдат, вставая на ноги.

- Ты тоже ничего, здоровяк.

Его ноги еле плелись, но он очень старался идти, а не висеть на незнакомой девушке, появившейся из ниоткуда.

- Не умирай, слышишь? Не закрывай глаза.

- А ты придёшь ко мне после боя? - улыбнулся солдат.

А у него, оказывается, есть силы на шутки. Лина посмотрела на мужчину, который широко улыбался и наделся на положительный ответ.

- Приду, но только навестить, а то Максимилиан убьёт меня.

- Хорошо.

Лина дотащила раненого до лазарета и отдала в руки специалистов. Идя обратно, краем глаза заметила, что положение армии поменялось, все начали сдвигаться к левому фронту. Нужно поспешить.

Максимилиан стоял у левого фланга и сразу увидел, когда из-за скал показалась римское полчище. "Вот они! Сон Лины оказался правдив, жаль только она так мало сказала. Хотя даже этого было достаточно, чтобы не положить армию под Митавой". И уже через секунду развернул коня, намереваясь перестроить своё войско.

Он поставил с левого края опытных проверенных солдат, понимающих его с полуслова, и перед началом боя рассказал им о возможном нападении. Они тоже заметили римлян и уже ожидали приказаний своего полководца.

Вдалеке Максимилиан заметил Тиграна, он спешил к нему и на ходу раздавал указания. "Отлично, все в сборе, приступим".

Лина уже сбилась со счёта, сколько солдат вытащила с поля, и в очередной раз, выходя из палатки лазарета, она осмотрелась - бой начал уже угасать. "Пора сдаваться, пока не было поздно", - подумала она и побежала в сторону римлян, по пути проверяя раненых солдат.

Долго бежать не пришлось, её быстро сцапали и посадили на лошадь. Как она и рассчитывала, её активная деятельность на поле боя не осталась незамеченной. И уже через несколько минут, Лина ехала в сторону римского лагеря, больно прижимаемая сильной рукой римского солдата, и молилась, чтобы за ней никто не побежал. Она старательно крутила головой, запоминая дорогу, но ничего примечательного не видела - холмы, деревья, река, опять деревья.

Через пятнадцать минут скачек они въехали в римский лагерь, очень похожий на греческий. Рассмотреть его более внимательно у девушки возможности не было, она успела лишь быстро окинуть его взором, отмечая основное устройство, и где располагались загоны с лошадьми.

Пленницу довольно грубо спихнули на землю и, больно схватив за локоть, повели в большую красную палатку, по всей видимости, являвшуюся штабом.

Большое, богато украшенное помещение с большим столом посередине и пять римских генералов вокруг. Очень разгневанных генералов надо сказать. Лина внутренне улыбнулась, видимо Максимилиан отбил ту неожиданную атаку и довольно успешно. Хорошо.

Девушку грубо втолкнули, и она тут же упала на колени пред мужчинами, играя свою роль, и низко склонила голову.

- Ты кто такая? - раздался грозный голос, а Лина что-то неразборчиво пискнула и шмыгнула носом, демонстрируя свой ужасный страх перед большими и грозными начальниками.

- А ну отвечай! - подошёл один из генералов и наотмашь ударил её по лицу, и она почувствовала, как горячая кровь потекла по губам. Нос разбил, гад.

- Я... я... была наложницей генералов - прошептала Лина испугано.

- И что ты делала на поле боя в одежде лекаря?

- Я попросилась в полевые лекари, в надежде сбежать господин.

- Поднять!

Лину резко схватили за шиворот и дёрнули наверх, и она поспешила подняться на ноги. Не хватало ещё, чтобы одежду порвали, ходить тут голышом ей совсем не хотелось.

- Ты видела, как расположена греческая армия?

- Да, господин, - пискнула девушка, внутренне улыбаясь себе.

Солдат, увидев кивок генерала, больно пихнул Лину в спину, и она сделала шаг к столу с большой картой.

"О! Это то, что было нужно". Она начала быстро и незаметно её изучать. "Так, так, так, очень интересно... и совершенно неожиданно. Два огромных резерва довольно далеко от основной армии и целая куча камушков с крестиками, обозначающие, как я успела узнать, конницу. Ага..." - думала Лина, очень стараясь скрыть свой заинтересованный взгляд.

- Покажи где ваши резервы, - сильная мужская рука оттолкнула девушку от карты на столе и ей сунули под нос уже другу, пустую. Она начала вертеть её в руках.

- А где находитесь вы? - спросила Лина, прикидываясь дурочкой, решив, что пора уже уходить. Всё, что было необходимо узнать, она узнала, и оставаться здесь дольше, чем нужно, не хотелось.

- Мы тут, - показали ей.

- А в какой стороне Афины?

Какой-то генерал резко выдернул карту из её рук и обернулся к остальным мужчинам, стоящим за столом.

- Мы их итак разобьём, не тактикой, так задавим количеством. А та собака поплатится за предательство, - гневно крикнул он, схватил Лину за волосы и грубо отпихнул к двери.

"Предательство? - промелькнула в её голове... - у нас шпион!"

- Вы привели бесполезную шлюху! Отдайте её солдатам! У нас ещё пленные есть, у них и узнаем планы греков, - выкрикнул мужчина, стоявший во главе стола, и Лину в тот же миг вытолкнули из палатки.

Солдат, крепко державший её за локоть, многообещающе улыбался, отводя девушку от штаба, и уже по-свойски осматривал.

- А можно мне умыться и смыть грязь? - соблазнительно взглянула Лина на него, и он заулыбался ещё плотояднее.

Она усмехнулась про себя, - "похоже, я ему понравилась, и даже, несмотря на то, что моя туника была вся в крови, а ноги и руки в грязи, он не собирался мной делиться с другими солдатами".

- Можно, - провёл он пальцем по щеке её и облизнулся, и Лину аш передёрнуло от этого, но на лице оставила маску полной покорности, и послушно пошла за ним к бочке с водой.

Ополоснула лицо холодной водой, незаметно оценивая обстановку и обернулась к своему конвоиру.

- Хочешь быть первым, солдат? - обняла Лина солдата за талию, а второй рукой выхватила нож, висевший на его поясе, и вогнала клинок в шею.

Он не успел издать ни звука, удар, выверенный многолетними тренировками, сделал своё дело. И аккуратно, не создавая лишнего шума, Лина подхватила уже бездыханное тело и спрятала его за бочкой с водой. Сняла плащ с убитого солдата, укуталась в него и развязала завязки сандалией, наступая голыми ногами на холодную землю. Обувь могла создать лишний шум, тем более такая неудобная, как эта.

Вокруг было удивительно тихо, солнце уже успело сесть за горизонт, и солдатов в лагере почти не было, наверно пошли к себе отдыхать после тяжёлого сражения. Глубоко вдохнув свежий воздух, Лина осмотрелась вокруг и направилась вперёд, очень стараясь не шуметь. Как быстро всё успокоилось, однако, а казалось, что сражение закончилось совсем недавно, но лагерь спал, словно была глубокая ночь.

"Пленные, пленные... надо бы их выручить", - думала Лина, осматриваясь по сторонам, и вдруг из-за угла вышел солдат. Она его резко дёрнула к себе и приставила клинок к горлу, тихо шепнув на ухо:

- Тсссс. Где греческие пленные?

- Там, - показал он на огороженный кольями участок земли, виднеющейся вдалеке, и от страха едва шевелил губами.

Один удар в шею и он осел в руках девушки, захлёбываясь кровью. Она аккуратно положила уже мёртвого солдата на землю и прислонила его к дереву, прикрыв плащом.

Очень тихо, но быстро, стараясь не показывать светлую голову, Лина пересекла небольшую площадку и приблизилась к указанным кольям, перебралась через них и замерла, прислушиваясь. Отлично, она осталась незамеченной. Посмотрела перед собой, да, это действительно были греческие пленные, молодые солдаты, человек тридцать.

- Привет, мальчики, - тихо произнесла Лина, подбираясь к сидящим в центре солдатам. Все они были связанны.

- Не шевелитесь. Кто пискнет, сама прирежу, - говорила она, разрезая тугие верёвки. - Кто здесь самый смышленый?

- Я командир отряда. А кто ты такая? - спросил солдат, со светлыми длинными волосами, сидящий с краю.

- А я спасаю вас, не видно разве?

Кто-то хмыкнул, и он тут же схватил его за горло.

- Тебе сказали заткнуться, - прошипел он. За оградой послышались голоса, и Лина прижалась к земле, а солдат прикрыл её своим телом.

- Тебя как зовут? - спросила она светловолосого воина, когда всё стихло.

- Юлиан.

- Я Лина. Так, слушаем меня, там, прямо загон с лошадьми. Я сейчас пойду туда, уберу охрану и дам вам знак. Вы, очень, очень быстро, и создавая как можно меньше шума, бежите ко мне. Юлиан, ты знаешь в какой стороне наш лагерь?

- Да, - уверенно кивнул мужчина.

- Тогда ты командуешь отступлением. Раненые есть?

- Есть, трое раненых.

Лина подошла осмотреть их. Один тяжёлый и два лёгких. Хорошо, всё не так страшно, как могло бы быть.

- Этого посадите ко мне на лошадь. Других к себе возьмёте ты и ты, - ткнула она пальцами на ближайших солдат. - Вопросы есть? Вопросов нет.

Ещё раз осмотревшись, Лина тихо перепрыгнула через ограду из кольев, прошла вдоль неё, убрала солдата, охранявшего вход в импровизированную тюрьму, выпрямилась и, укутавшись посильнее в римский плащ, пошла прямо.

У загона с лошадьми находилось три солдата, они сидели на бревне и громко разговаривали, не обращая внимания ни на кого вокруг. Очень тихо, подойдя к ним сзади, Лина ликвидировала их и уверенно пошла к лошадям. Оглядевшись, начала быстро отвязывать их и свистнула пленным.

Солдаты, как стадо слонов побежали к загонам, и, конечно же, привлекли внимание.

- Быстрее! - заорала Лина.

Продолжать скрываться, уже не было смысла. Все римляне, какие только были рядом, увидели бегущих греческих пленных и поспешили остановить их. И пока все спешно рассаживались по лошадям, Юлиан и ещё два солдата отбивались от прибежавших врагов. Их было на удивление не много, видимо подняли не всех, хоть что-то хорошо. Лина села на лошадь, ей передали раненого, и она осмотрела своё маленькое войско. Кажется, все были на месте.

- Уходим, Юлиан! - скомандовала она, и мужчина, убив последнего противника, одним прыжком вскочил на лошадь и понесся к воротам, уводя их из вражеского лагеря.

И уже через минуту они летели сквозь ночь, которая была невероятно тёмной. Лина не видела ничего вокруг, а только холодный ветер, пронизывающий до самых костей бил в лицо. Как Юлиан ориентировался в этой кромешной тьме, оставалось для девушки загадкой, и она очень надеялась, что он точно знает куда скакать.

Отряд недавних пленных перешёл реку и с другой стороны, непонятно откуда, выскочили греческие солдаты с факелами.

- Лина, это ты? - услышала девушка удивлённый голос Тиграна.

- Я котик, за нами возможна погоня, спрячьтесь.

Тигран кивнул и отошёл в сторону, пропуская солдат вперёд. Лина благодарно кивнула генералу и подстегнула лошадь. Вдалеке уже виднелись огни лагеря. Ещё пять минуть безумной скачки и девушка как ветер влетела в ворота, распугивая солдат.

- Заберите раненого, - крикнула она, спрыгивая на землю, и побежала в штаб.

Максимилиан ходил вокруг стола, как дикий зверь, не в силах успокоиться, а генералы смотрели на него с опаской, боясь сказать хоть слово. Они не знали причины беспокойства полководца, а объяснять что-либо он был не намерен. Им предстояло обсудить прошедший бой, но мысли полководца были сейчас не здесь.

Сон Лины оказался правдив, и греческая армия разбила римлян с минимальными потерями, которые не ожидали получить отпор своей неожиданной атаке. И во время сражения Максимилиан очень старался не смотреть в сторону правого фланга, где находилась девушка, а отправил Тиграна, приказав не вмешиваться, а только наблюдать. И когда атака была отбита, и бой подходил к концу, он позволил себе посмотреть в её сторону.

- Лина, - прорычал Максимилиан, когда увидел вдалеке, как римский легионер подхватил знакомую маленькую фигурку и поскакал с ней в сторону римского лагеря. Она всё-таки это сделала! И ему стоило больших трудов не броситься вслед за ней. И когда сражение закончилось и все вернулись в лагерь, он послал Тиграна ждать возвращения Лины, чтобы солдаты, патрулировавшие территорию, случайно её не убили, когда она вернётся. Если вернётся.

Сейчас же нужно было обсудить прошедший бой и ту неожиданную атаку, и главное что делать завтра, но мысли всё не могли успокоиться, возвращаясь к ней.

Вдруг широко откинув полог палатки, и сбивая с ног солдат стоявших у входа, в палатку влетела Лина. Вся взъерошенная, грязная и в римском плаще.

- Быстрей, карту мне, пока я ничего не забыла, - выкрикнула она, подбегая к столу.

Аргос, не ожидавший такого поступка от неизвестной ему женщины, схватил её за руку, но Лина резко дёрнулась, и через секунду у горла генерала оказался окровавленный нож. Генерал охнул от неожиданности и открыл рот.

- Прошу прощения, Аргос, но сейчас меня не стоит трогать, - сказала Лина, убрая нож за спину, и повернулась к карте.

Максимилиан удивился, она запомнила его генерала, хотя видела его всего лишь мельком, когда ворвалась на военный совет. Надо же.

- У них два больших резерва, тут и тут, - начала быстро говорить Лина, показывая грязным пальчиком в карту. - Вот за этим холмом сам лагерь.

Она наклонилась ниже к столу, как будто пытаясь удостовериться в правильности своих слов, и ей на руку капнула кровь.

- Ах, ты... опять пошла, - буркнула она, вставая прямо. Небрежно вытерла кровь, идущую из носа, тыльной стороной руки и от этого движения у Максимилиана что-то сжалось в груди. Сейчас Лина была совсем не похожа на ту девушку, которую он знал. Ни какой смешливости или легкомыслия, сейчас она была предельно собрана, была воином и, не обращая ни на что внимания, рассказывала, что видела в лагере врага.

В полог просунулась голова Тиграна.

- Ты как? - кивнул он Лине.

- Жива, - не глядя в его сторону, ответила она, и продолжила. - А здесь основные силы, и если размерам этих камушек можно верить, то каждый их этих двух резервов по размеру как наша армия, если не больше. Основное войско довольно маленькое, как я поняла, но большая конница, - тихо сказала она и шмыгнула носом.

Максимилиан гневно сжал губы. Скверно, если это правда, то они не выстоят, римляне их разобьют как детей.

- Что за вздор! Какая-то девка, в римском плаще нам указывает что делать! - выкрикнул Аргос, явно сдерживаясь из последних сил, чтобы не наброситься на Лину. Он всё время смотрел на Максимилиана, не понимая, почему этой женщине так много позволяется. И что это всё значит?

Лина развернулась к генералу и гневно посмотрела ему в глаза. Одним резким движением сняла с себя плащ и бросила его к ногам генерала.

"Великая Афина! Она была вся в крови!" Максимилиан был не в силах отвести взгляд от девушки.

- Я рисковала жизнью, чтобы добыть эту информацию, а тебя смущает мой плащ? Можешь его сжечь, если ты так сильно боишься его! - прошипела она и гневно сжала кулаки. Глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, повернулась обратно к столу и продолжила уже спокойным голосом.

- По их разговору я поняла, что у них полная информация о нашей армии, так что друзья мои, у нас шпион, - произнесла Лина и осмотрела всех присутствующих и уже ничто не говорило о её недавней вспышке гнева.

- Кто? - выкрикнул Максимилиан так, что Лина подпрыгнула и её рука тут же оказалась за спиной. А полководец про себя отметил, что пока не стоит её злить, она явно была на взводе и плохо контролировала себя, сплошные рефлексы. Рефлексы хорошо обученного солдата.

- Имени у меня нет, но в любом случае ему недолго осталась. Римляне его убьют за неверную информацию.

Лина смотрела на собравшихся мужчин очень внимательно, как будто изучая. Все молчали.

- Могу сказать, что я думаю, - сказала она и посмотрела на Максимилиана своими ясными глазами, чуть заметно, одними уголками губ, улыбнувшись. Он ей кивнул.

Лина обошла всех генералов, всматриваясь в их лица, и через некоторое время ткнула пальцем в одного из них.

- Он.

Парис?! Максимилиан не мог в это поверить. Нет, он отказывался в это верить!

- Ах, ты стерва, - кинулся он Лине.

Но она отшатнулась от него, не позволяя даже дотронуться до себя, и с силой ударила ногой ему в пах. Тигран болезненно скривился. Это больно.

Все стояли, и смотрели, раскрыв рты, и ждали решения Максимилиана, а он просто не знал что делать. Парис, верный соратник, которому он доверял как себе, невозможно... Но это всё объясняло. Это он предоставил информацию, опираясь на которую строился план сегодняшнего боя. Он настаивал на том, что римлян у Митавы нет, а потом утверждал, что знает тактику их боя. И такая неожиданная атака. Они все могли погибнуть сегодня.

И если то, что Лина сказала о размере римской армии правда, то это однозначно предательство.

- Парис, нам придётся взять тебя под стражу, - сказал Максимилиан, кивая солдатам, и отвернулся, не желая слушать, что говорил его генерал.

- Тигр, проконтролируй, - шепнула Лина Тиграну и вернулась обратно к столу.

Он посмотрел на Максимилиана, и, увидев его подтверждение, вышел следом. Через две секунды раздался предсмертный крик, и Тигран вернулся с окровавленным мечом.

- Парис попытался сбежать, убил солдата, - мрачно сказал он.

Максимилиан зарычал от гнева. Вот и подтвердилось, он действительно был предателем, так близко к нему.

- Лина, ещё информация есть? - спросил он, очень стараясь не смотреть на окровавленные тунику и руки девушки. Но она как будто не обращала внимания на свой вид, и была полностью сосредоточенна на деле.

- В штабе у них было пять главнокомандующих, если это важно, - пожала она плечами.

- Какого цвета плащи? - перебил её полководец.

Лина наморщила лоб, вспоминая.

- Два чёрных и три красных.

- Что они тут делают? - воскликнул Аргос и ударил кулаком по столу.

Максимилиан устало потёр глаза. Полководцы королевской крови, шпион и никакой возможности победить. Не очень хороший расклад.

- Лина, это всё?

- Да, мой полководец! Извини, но это всё что я смогла узнать, - разозлилась она. - Может солдаты чего знают?

- Какие солдаты? - непонимающе уставился он на девушку, а она обиженно отвернулась, скрестив руки на груди, и что-то ворчала себе под нос.

- Она привела пленных, тридцать два солдата, - довольно улыбнулся Тигран, как будто сам командовал операцией по спасению.

- Максимилиан, давайте решать, что делать и разбежимся спать. Не знаю как вы, а я зверски устала, - негодующе воскликнула Лина.

"Да, она права, нужно решать... но что тут решать? Это смерть".

- Митаву мы не сдадим.

- Нужно подальше отвести их от резервов вот сюда, - сказал Тимон, до этого момента молчавший, и показал на трудно проходимые скалы. Это была не одна скала, а множества маленьких каменных образований с узкими проходами между ними. Идеальное место для обороны с многочисленным войском.

Максимилиан удовлетворённо кивнул ему. Молодец.

- Этого мало, нужно убить командующих, чтобы они не привели резерв и не организовали основную армию, - сказала Лина.

Она стояла в стороне, признавая первенство генералов, но слушала очень внимательно.

- Я могу попробовать это сделать.

- Что сделать? - не понял Максимилиан.

- Обезглавить их. Обезглавленную армию легче разбить. Наверное. Хотя вам виднее, конечно.

- Она права, пока живы генералы, мы не выстоим. Они легко раскусят наши планы и перестроят армию, - тихо сказал Аргос. Он внимательно смотрел на своего царя, пытаясь понять, что он думает.

- Лина, ты можешь идти, - приказал Максимилиан, не желая, чтобы она участвовала в завтрашнем сражении.

Она возмущённо открыла рот и посмотрела на него обиженными глазами, но говорить ничего не стала, молча, развернулась и ушла.

- Макс, она права, нам нужно их обезглавить.

"И Тигран туда же! Он-то должен меня понять!" - негодующе думал Максимилиан, смотря на друга.

- Мы постараемся обойтись без этого. А теперь давайте займёмся делом!

Максимилиан со своими генералами совещались ещё час, быстро разработали стратегию завтрашнего боя, разделили обязанности и все разошлись. Надо было отдохнуть.

Глубоко вдыхая густой влажный воздух, полководец шёл по спящему лагерю. Тишина оглушала. Так всегда, почему-то перед боем особенно тихо. И, кажется, стало ещё холоднее. Лину он нашёл возле лазарета, лежащей на мешках. Она смотрела на звёзды широко раскрытыми глазами, не шевелилась и как будто, даже не дышала.

- Почему ты не пошла ко мне? - тихо спросил Максимилиан, дотрагиваясь до девушки, и почувствовал её дрожь. Но на появление полководца она никак не отреагировала.

- Ты замёрзла? - спросил он, снимая свой плащ.

Что-то в груди неприятно кольнуло, Лина лежала тут одна, вся в крови, в одной тонкой тунике, почему-то босая и дрожала от холода. Но виду не показывала.

- С меня мой плащ сняли, - грустно прошептала она и даже не пошевелилась.

- Пошли, у меня есть горячая вода, - Максимилиан взял её за руку, помогая подняться, и она безропотно пошла за ним. Дошли до палатки, он отодвинул полог, предлагая ей войти. Лина зашла, смотря вперёд невидящим взглядом, и всем своим видом показывая, что она сделает всё, что ей прикажут, но без особого желания.

- Ты цела?

- Да, эта кровь не моя, - тихо сказала она и подошла к воде, начиная медленно раздеваться, и смывать со своего тела кровь и грязь.

- Ты молодец.

Она кивнула, не оборачиваясь и не поднимая глаз.

- Но я хочу, что бы ты завтра сидела здесь.

Лина, потянулась за чистой формой лекаря и ничего не ответила.

- Ты слышишь меня? Это приказ, ты нам помогла, но завтра я не хочу видеть тебя на поле боя, - почти выкрикнул Максимилиан.

Она оделась и повернулась к нему, а в глазах стояла обида.

- Почему? Я только быстренько сбегаю, убью, кого смогу и вернусь. Это вам поможет.

Максимилиан смотрел на неё, злясь, что не мог переубедить. Как можно так относиться к войне? Быстренько сбегает она!

- Это моя работа и тут я зав этим.

Но по всему было видно, что обсуждать свой приказ полководец не намерен.

Лина глубоко вздохнула.

- Пошли спать Максимилиан, скоро уже рассвет.

- А ты собираешься спать в хитоне?

- Да. И я собираюсь именно спать, - улыбнулась она. - Ложись, мой полководец, отдыхай.

На следующий день

"Всё-таки удивительно как стрессовые ситуации влияют на работу организма, - думала Лина, открывая глаза. - Проспала я всего три часа, а чувствую себя хорошо. Нельзя сказать, что замечательно, но хорошо". Перевернувшись на другой бок, она увидела безмятежно спящего мужчину рядом с собой, такого сильного, властного, прекрасного. Сейчас он был спокоен, но даже во сне был грозным полководцем.

Она улыбнулась своим мыслям, и нежно прикасаясь к его щеке губами, прошептала:

- Просыпайся полководец.

- М-м-м, всегда бы меня будили перед боем, - улыбнулся он, не открывая глаз, словно предлагая продолжить начатое.

Она нежно погладила чёрные волосы и поцеловала уголок глаза.

- Лина, сокровище моё, - прижал он девушку к себе. - Да, пора вставать, сегодня будет трудный день.

Максимилиан быстро вскочил с кровати и начал спешно одеваться, одновременно хватая хлеб с тарелки.

- Ты помнишь, где тебе быть?

- Помню, - буркнула она и отвернулась.

Максимилиан очень быстро оделся, взял шлем и меч, и пошёл к выходу, недоверчиво смотря на девушку. А Лина подождала, когда он выйдет, надела на ногу пояс с метательными ножами и взяла свои кинжалы. Она собиралась ослушаться приказа. Первый раз в жизни.

Через два часа начался бой. Лина стояла и смотрела, как римляне наступают, а греки старательно уводят их в скалы, но основное сражение её волновало мало. Вдалеке на холме стояли три тёмные фигуры.

"А вот и цель", - улыбнулась сама себе девушка. Очень скоро они поймут, что ситуация выходит из-под контроля и начнут действовать. Нужно было поспешить. Конечно, Максимилиан ужасно разозлится, но это будет потом, а сейчас нужно было спасать греческую армию от римских захватчиков.

Убедившись, что в её сторону никто не смотрит, Лина побежала в сторону холма, выбрала отбившегося из строя римского всадника и встала перед ним. Он встал перед ней. Совсем молодой парень, смотрел на девушку перед собой и явно не понимал, почему ему улыбается вражеский лекарь. Лина медленно обошла его и подошла сбоку, приставив кинжал к его паху.

- Возьмёшь меня в плен и отвезёшь к своим полководцам, - произнесла она и обворожительно улыбнулась.

Он кивнул. Лина протянула ему руку, и он помог ей запрыгнуть на лошадь. Завяла руку с клинком за спину и дала ему понять, что глупости делать не стоит.

- Поехали.

Тигран увидел, как Лина с римским легионером направлялась на холм к римлянам, и ругнулся в голос. "Макс её точно убьёт!"

Лина позволила подвезти себя практически вплотную к трём главнокомандующим, которые с интересном наблюдали за её приближением.

"Хорошо, что три, а то пять было бы многовато", - подумала она и в ту же секунду одним резким движением скинула легионера с коня, раня его в ногу, и друг за другом кинула три ножа в римлян. Каждый клинок нашёл свою цель. И, убедившись, что цели повержены, повернула скакуна, унося ноги с места происшествия, по пути, думая, как же так получилось, что они там были без охраны, и получилось их убить без особого труда. Пожалуй, ещё никогда в жизни ей не удавалось так легко ликвидировать цель и это несколько обескураживало. Или у них они сами считаются могучей силой?

Нет, всё-таки недооценивать противника это общая проблема, особенно мужчин. Это как же так? Они даже не пошевелились, когда ножи летели в их сторону.

Лина сначала хотела вернуться в палатку и сделать вид, что ничего не делала, но потом решила, что это глупо, все наверняка уже узнали о её вылазке, и решила посмотреть как там дела у Максимилиана. Со стороны всё выглядело совсем не плохо, они вполне успешно отбивались, а небольшая группа под руководством Тиграна била в спину римлян, проталкивая войска противника глубже в скалы.

Лина проскакала мимо, а он, заметив девушку, только недовольно покачал головой.

"Ну и ладно!" - подумала она и начала подбираться поближе к Максимилиану, обходя места ожесточённых схваток. Всё-таки под ней была римская лошадь, а получить стрелу в спину, было бы неприятно.

- Лина! Ты ослушалась меня! А ну быстро сюда! Встань вон там и не двигайся, - оглушающее закричал он на девушку и указал на скалу у себя за спиной. Лина грустно вздохнула и поскакала в указанное место, уже готовая принять наказание за непослушание.

Атака довольно быстро иссякла, видимо до вражеской армии дошло, что количество командиров резко сократилось, и они решили отступить.

- Аргос, иди, узнай состояние римлян и их намеренья. Если это всё, то мы сегодня же войдём в Митаву, - отдал приказ полководец.

Глава 6

К концу дня Максимилиан с небольшой частью армии вошёл в город. На центральную дорогу вышли все горожане, желая поприветствовать своего любимого царя. Он, разумеется, возглавлял процессию безумно красивый и величественный, окружённый своими генералами, медленно скакал по городу. А Лина следовала за ними на приличном расстоянии и думала, как будет оправдываться перед полководцем за непослушание. С тех пор он даже ни разу не взглянул на неё. Да, ослушаться прямого приказа генерала, а в данном случае царя, - это серьёзный проступок. Но она не жалела о содеянном, её помощь была очевидна. Осталось только убедить в этом Максимилиана.

Лина сидела на лошади, улыбаясь людям, так искренне любившим своего царя и радовавшимся ему. Они радовались освобождению своего города и возможности увидеть его. Это было так необычно, и так захватывающе. По случаю торжественного входа в город, Лина надела чистую тунику лекаря и, наконец, распустила волосы. Такие длинные локоны были очень непривычны для неё и поэтому три дня в тугой косе отзывались зудом во всей голове. Проехав почти половину города, она поймала взгляд маленького мальчика лет трёх, стоявшего среди толпы людей, и улыбнулась ему, помахав рукой. Он радостно потянул к ней маленькие ручки, но вдруг из строя выбежал солдат и грубо отпихнул его.

- Ты что, сдурел? Это же маленький ребёнок! - закричала, Лина спрыгивая с лошади, и кинулась к мальчику, обняв его. - Не плачь малыш, дядя солдат просто испугался тебя, - утешающе сказала она и погладила мальчика по голове.

Максимилиан услышал суматоху за спиной и обернулся. Лина стояла на коленях и прижимала к себе какого-то маленького мальчика. "О боги, эта женщина даже на лошади не может проехать спокойно!" - негодующе подумал он. Но сердце полководца предательски дрогнуло от этой милой сцены, Лина была бы прекрасной матерью, она так трогательно прижимала к себе ребёнка. Но он поспешил отвернуться, выкинув из головы ненужные мысли, и устремил свой взор вперёд.

- На, - мальчик протянул Лине деревянную лошадку.

- Возьми, дочка, - сказала бабушка малыша.

- Спасибо, - широко улыбнулась она и крепко обняла малыша.

- Иди дочка, а то Максимилиан недоволен, - подтолкнула Лину старушка, предлагая встать, и тепло улыбнулась ей.

Лина последний раз погладила по чёрноволосой головке мальчика и вернулась к своей лошади. Да, Максимилиана лишний раз залить не стоило.

Солнце садилось за горизонт, окрашивая площадь тёплым оранжевым светом и причудливыми чёрными тенями от домов и деревьев. Ветра не было и, кажется, даже стало чуть теплее. Горожане вернулись к своим делам, мимо прогуливались весёлые солдаты, а Лина не знала, куда ей идти и просто сидела у фонтана на центральной площади и водила пальчиками по прохладной глади воды. На душе скребли кошки, и хотелось плакать от обиды. Никогда она ещё не была в такой ситуации. "Я солдат и у меня есть обязанности. Но так, чтобы выполнять их, надо было ослушаться приказа, это у меня впервые. И ведь я права!"

- Лина, вот ты где, пошли, - послышался голос Тиграна за спиной. Он приблизился к девушке, и его мрачный взгляд не предвещал ничего хорошего.

- Куда.

- Макс хочет видеть тебя, - сказал он и помрачнел ещё больше.

Лина покорно поднялась, и Тигран повёл её через площадь в большой дом рядом с главной дорогой, и открыл входную дверь, предлагая войти.

- Всё будет хорошо тигр.

- Не уверен, - пробурчал он и, отвернувшись, ушёл.

Лина глубоко вздохнула и зашла. Максимилиан стоял в центре большой комнаты с огромным письменным столом у стены и картой на стене. Руки за спиной, голова высоко поднята, и чертовски недовольный - разгневанный полководец, ничего не скажешь. Он смотрел на девушку почти чёрными глазами и молчал.

Лина прошла в центр комнаты уверенным шагом и встала как солдат перед главнокомандующим - спина прямо, плечи назад, руки по швам и с высоко поднятым подбородком. Решила не бояться... по мере возможности конечно.

Максимилиан холодно посмотрел на неё и подошёл ближе.

- Я тобой очень недоволен, - произнёс он и его голос просто сочился злобой. - Ты знаешь, что полагается за неподчинение во время войны?

- Догадываюсь, - ответила Лина и очень постаралась, чтобы её голос не дрогнул. - Но я это сделала во благо Греции и тебя, мой полководец.

- Ты меня ослушалась! - выкрикнул он и, сделав один большой шаг, подошёл к девушке вплотную.

- Если ты думаешь, что я буду просить прощения за это, то ты ошибаешься! - не выдержала Лина и закричала в ответ.

Максимилиан вдруг резко замахнулся, и тыльной стороной руки ударил её по лицу.

Больно. А у него тяжёлая рука. Лина почувствовала, как опухает скула и из носа опять пошла кровь, и, кажется, губа разбита. Хотя нет, губу разбили ещё в римском лагере. Но она не подала виду, что ей было больно.

- Не смей со мной так разговаривать! - взревел взбешённый полководец, сдерживая себя из последних сил.

Лина стояла прямо, не шевелясь и даже не моргая. "Что ж, если он хочет меня наказать, пусть наказывает", - решила она, тем более спорить с тем, что она виновата - глупо.

- Пока ты в моей армии, ты должна выполнять мои приказы! Тебе понятно?!

Лина стояла молча.

- Я спросил, тебе понятно, солдат?! - крикнул Максимилиан ещё громче.

- Мне всё понятно, - сухо ответила она.

В горле стоял ком, и Лина из последних сил сдерживала слёзы. А он смотрел на девушку, пытаясь понять, что она думает, но на её лице была ничего не выражающая маска.

Максимилиан был готов придушить эту дерзкую и непослушную женщину. Посланница Афины... да это наказание какое-то! Взгляд его упал на руку Лины, в которой она что-то сжимала.

- Что это?

- Это... не трогай пожалуйста, - едва слышно ответила она и показала деревянную лошадку в своей руке.

Максимилиан проигнорировал слова девушки и поднял её руку, желая рассмотреть странный предмет.

- Что это? - повторил он свой вопрос.

Лина сжала зубы.

- Если я вам больше не нужна, разрешите идти, - произнесла она.

Максимилиан забрал из её рук игрушку и поставил на стол.

- Можешь идти, - в его голосе прозвучал металл. Он развернулся к девушке спиной, давая понять, что разговор окончен.

Лина развернулась и уверенным шагом вышла из здания. У выхода стоял Тигран и он, сузив глаза, внимательно посмотрел на неё, но подходить не стал.

Задыхаясь, чтобы не расплакаться, она быстрым шагом пересекла площадь и направилась к фонтану, у которого сидела днём. Подбежала к нему, и дрожащими руками стала умываться холодной водой, смывая со своего лица кровь.

"Как сложно поступать правильно, как сложно молчать..."

- Тебе не стоит обижаться на него, - услышала Лина мягкий голос рядом с собой. Подняла глаза, и увидела ту самую пожилую женщину, бабушку мальчика, с которой разговаривала во время парада.

- Откуда вы знаете? - прошептала Лина, и непослушные слёзы всё-таки вырвались на свободу.

Максимилиан был в бешенстве, как она посмела? Непослушная и дерзкая! "Если я больше не нужна" - о боги, она сейчас сбежит!

Он рванул к выходу, жалея, что не сдержался и так сильно ударил её. Сердце больно сжалось, вспоминая, как кровь потекла из её носика.

"Я хуже римлянина!" Максимилиан как ураган вылетел из дома и начал озираться по сторонам, пытаясь понять, куда Лина ушла.

- Туда, - показал рукой Тигран и полководец, ничего не говоря, понёсся через площадь и дальше по улице. Пробежав всего пару домов, он увидел её. Она сидела у фонтана и разговаривала со старухой.

- Я всё знаю милая.

- Вы ясновидящая? Или как вас тут называют - оракул? - Лина подняла голову, всматриваясь в глаза старушки.

- Можно и так сказать, меня зовут Герда.

- Как в немецких сказках? - девушка тихо засмеялась такому совпадению, а может быть от нервов. Все предыдущие дни были слишком напряжёнными, и голова отказывалась трезво воспринимать информацию.

- Да, как в сказках, - ответила она и нежно коснулась её плеча тёплой ладонью. - Максимилиан хороший человек и замечательный полководец, ты должна слушаться его.

- У меня есть задание.

- Да, и твоё задание - помогать ему.

- Вот я и помогаю, как могу! - с вызовом сказала Лина, не понимая, откуда эта женщина так много знает, и почему говорит ей всё это.

- Но ты не подчинилась прямому приказу и тебе известно, что за это полагается, - упрекнула её старушка.

- Меня полагается казнить, - тихо прошептала Лина и перед глазами возникли картины прошлого. Как смеялся Артём, как его за одну ошибку отправили в штрафбат и как его убили.

- Ты должна быть мудрее и не позволять себе совершать необдуманных поступков.

- Я не должна была идти туда? Но я же помогла, - произнесла с надеждой она и посмотрела на Герду, прося поддержки.

- Конечно! Ты нас всех спасла, нас и армию. Полководец это знает.

Лина молча сидела и водила рукой в холодной воде. Как же это всё сложно, она не привыкла играть в такие игры. Есть задание, есть цель, пришла, убила. Всё.

- Максимилиан держит на своих плечах ответственность. Огромную ответственность за всю Грецию, за армию, за свой народ. Нам никогда не понять, насколько тяжела его ноша. Он сильный, но ему нужна помощь, - взглянула Герда в заплаканные глаза девушки, взяла её за руку и тёплой ладонью провела по брачному браслету. - Помоги ему, стань для него опорой.

- Он меня никогда не примет, я это знаю. Да и как любовница я ему буду интересна ещё не долго.

Лина была слишком резка. Её пугало то, каким нежным был Максимилиан с ней наедине, и каким холодным среди людей. Она надевала разные маски только на задании, но значит ли это что и полководец с ней тоже не настоящий? Может он с ней играет, преследуя свои цели? И сейчас она увидела его настоящее лицо... или нет?

Старушка коснулась опухшей скулы девушки и тихо сказала:

- Он это сделал не со зла, ты важна ему.

Она сняла с себя плащ и отдала девушке.

- Возьми, а то замёрзнешь и прогуляйся по городу. Сегодня в Митаве спокойно.

Лина приняла подарок из рук старушки и накинула себе на плечи. Плащ оказался невероятно мягким и тёплым.

- Спасибо Герда, если вам или вашей семье что-нибудь понадобится... правда у меня у самой ничего нет, но...

- Кончено, милая, - перебила её она. - Иди, прогуляйся, сегодня воздух необычайно свеж.

И Лина, благодарно кивнув на прощанье, ушла в темноту.

Максимилиан, до этого момента не шевелившийся, сделал шаг в сторону, куда ушла девушка, желая догнать её.

- Не ходи за ней полководец, ей нужно подумать, - повернулась в его сторону Герда. - И тебе тоже.

Максимилиан замер на мгновение, осознавая, что старуха знала о его присутствии, и немного помедлив, повернул обратно к дому.

Лина шла по городу, не видя ничего вокруг. Воздух был действительно свежим и хорошо прояснял голову. Максимилиан тоже был важен ей. Важно, чтобы он был рядом, важно видеть его холодные тёмные глаза, и касаться этого безупречного тела, чувствовать его аромат. Откуда эта странная зависимость? Она в этом мире провела всего неделю, и такая странная привязанность к малознакомому мужчине.

Да, к нему тянуло, безумно и безудержно. Он был потрясающим, но это только похоть. Или нет?

"Я его ослушалась, я виновата, - шептала она себе, - но как было поступить иначе? Как можно было объяснить ему, что я не простой солдат и операции такого рода для меня не проблема, но он же не слушает меня! Упрямый как баран!"

Сама не зная как, Лина оказалась рядом с домом, где поселили Максимилиана, и пошла к нему мириться. Нашла его комнату, глубоко вздохнула и открыла дверь.

Он стоял облокотившись на стол и изучал деревянную лошадку, водя пальцами по грубо высеченным бокам, но едва открылась дверь, поднял глаза.

- Прости меня, Максим я... - начала шептать Лина, опустив взгляд.

- Молчи, не надо ничего говорить, - ответил Максимилиан. Он подошёл, нежно коснулся её разбитой губы и крепко прижал к себе.

- Я хочу домой, - сказала она капризно, уткнувшись носом в широкую мужскую грудь.

- Домой?

- В Афины.

Взгляд Максимилиана потеплел, и он широко улыбнулся, услышав эти слова.

- Завтра же отправимся малыш, - тихо сказал он и стал нежно целовать опухшую скулу, щёку, губы.

- Давай только не на рассвете? - едва слышно прошептала Лина, уже не дыша от горячих губ полководца.

- Хорошо милая.

Максимилиан снял с девушки тунику, оголяя такое желанное тело, и вспомнил об ужасных шрамах, которые остались у неё после плена. Нет, он больше не хочет, чтобы она так рисковала, не хочет видеть новых ран на этом теле, особенно после того как увидел её сегодня всю в крови, после того, как не сдержался и ударил...

Но Лина права, она выполняет задание, рискуя собой, нарушая его приказ, и он уважал её за это. Такая сильная и такая чувственная, и в его руках она была не воином, она была женщиной. Слабой женщиной, которой требовалась его защита.

Лина почувствовала на своей груди тёплую руку, и голова закружилась от нежности к этому мужчине.

- Ты такой сильный... - шептала она и погрузила пальцы в чёрные волосы, чувствуя себя маленькой и беззащитной в крепких объятиях полководца. - Обними меня, пожалуйста.

На следующий день

Едва показался первый лучик солнца, Лина открыла глаза, и сон ушёл моментально. Не известно почему, но спать нормально во время боевых действий она никогда не могла и в такие моменты организм жил своей жизнью.

Максимилиан пока ещё не проснулся и дышал глубоко и ровно. Да и слишком рано, она сама вчера попросила его выезжать не на рассвете, а попозже.

Осторожно, чтобы его не разбудить, Лина легла на бок и не смогла сдержать улыбку. Он был идеален - прекрасный мужчина, сильный воин. "Интересно, как долго ещё это продлится? Как скоро я ему наскучу, и наши встречи прекратятся? Что будет тогда? Но нам ведь нужно будет в тайне пожениться... Зачем это нужно Афине? Это ведь всё она задумала, в этом нет сомнения".

Столько вопросов, и ни одного разумного ответа. Игры богов...

Лина смотрела на прекрасного мужчину, прекрасного, но не её.

- Ты уже проснулась? - вдруг спросил он.

- Я тебя разбудила?

- Тяжело спать, когда тебя так пристально разглядывают, - Максимилиан открыл глаза и улыбнулся одними уголками рта.

- Прости, я никогда не встречала таких мужчин как ты.

Лина отвернулась от него и легла на спину, чтобы не смущать своим взглядом. Полководец ничего не стал отвечать на этот сомнительный комплимент, а только самодовольно усмехнулся.

- У тебя тут ещё есть дела? Когда мы можем отправиться в Афины?

- Дел нет, Клеитин со всем сам разберётся, прямо сейчас и отправимся, - ответил Максимилиан и в разрез своим словами, лёг на неё.

- Ну, так вставай, чего ждать? Пока снег выпадет? - весело засмеялась она и начала его отпихивать от себя, на что он только улыбался.

- Да, действительно в последние дни так холодно, что, пожалуй, снег мы можем увидеть.

Максимилиан наконец-то встал, быстро оделся и вмиг стал холодным и властным полководцем, и уже ничто не говорило о его недавней страсти. Он сказал, что не любит передвигаться с армией, и если есть возможность, то всегда едет с небольшим конным отрядом. На то, чтобы собраться и переговорить со своими генералами, ему потребовался всего час, выдвинулся к Афинам.

Довольно большой отряд был в пути уже три часа. Тигран ехал впереди, и всё время посматривал на Лину, но не решался приблизиться, и лишь спустя некоторое время, немного приостановил лошадь. Поравнялся с девушкой и, убедившись, что Максимилиан не смотрит в его сторону, подъехал ближе.

- Я думал, он убьёт тебя, - сказал он и покосился на чуть припухшую скулу.

- У него были причины злиться на меня, - улыбнулась Лина в ответ.

- Ты действительно нас спасла Лина, Макс тебе этого никогда не скажет, но мы еле отбивались, пока ты не убила тех полководцев. Скольких кстати?

- Троих.

Тигран замолчал, о чём-то задумавшись.

- Они тебе снятся? - вдруг спросил он.

Лина подняла глаза на генерала, она поняла, что он имеет в виду... убитые ею солдаты, приходят ли они к ней.

- Нет, меня научили не видеть лиц, это всего лишь цель, которую нужно убрать. Я даже не использую слово убить, а убрать или ликвидировать, это обезличивает.

- А ты опасная женщина, - серьёзно сказал он, и как-то странно посмотрел на девушку.

- Только для врагов тигр, только для врагов, - ответила она и дружески провела рукой по его большому плечу, хотя сидя на лошади сделать это было нелегко.

- А тебе?

- Да. Я не знаю почему, но я их вижу. Это не кошмары, я не просыпаюсь в поту, но они приходят ко мне и говорят, что я их убил. Всегда после сражения.

Тигран был ужасно грустным. Он ехал, смотря куда-то перед собой невидящим взглядом, и его явно беспокоило эта проблема. Лина хорошо понимала его, она много раз слышала подобные истории. Солдаты рассказывали, что к ним приходят души, людей которых они даже не знали, как они боялись засыпать. Это было ужасно.

- Я могу поговорить с Афиной, может быть она сможет избавить тебя от этих снов?

Тигран посмотрел на Лину удивлёнными глазами и нерешительно улыбнулся.

- Если ты это сделаешь для меня, я твой друг до конца жизни, - серьёзно сказал он.

- А сейчас, значит, не друг, что ли? - воскликнула она и игриво толкнула Тиграна в бок, а тот чуть не упал с лошади от неожиданности.

- Эй! - тут же возмутился мужчина и тоже толкнул её в ответ.

Так они толкались и хохотали, пока не появился Максимилиан.

- Вы чего тут делаете? - недоверчиво спроси он и осмотрел странную пару.

- Балуемся, - честно ответила Лина и широко улыбнулась полководцу.

- Тигран, если тебе скучно, иди и убей кого-нибудь нам на ужин.

Тигран обиженно вздохнул и, недовольно взглянув на не вовремя появившегося друга, ускакал к солдатам, отправившимся на охоту.

- Ты такой суровый, - улыбнулась Лина и насмешливо посмотрела на полководца, но он ехал рядом молча и, кажется не замечал ничего вокруг.

- Максимилиан, ты что-то хотел?

Он поднял глаза и посмотрел на девушку, как будто она действительно напомнила ему, что он приехал не просто так.

- Да. Расскажи мне о своём мире.

- Ну, он совсем другой, что ты хочешь знать.

- Но ты такая же, как и я, ты не отличаешься от нас, - произнёс полководец, оценивающе осматривая Лину, и как будто опасался, что она сейчас бросится на него и покусает.

- Максимилиан, я же не с другой планеты. Я из такого же мира, как и этот, только две тысячи лет спустя, или больше, я пока не поняла какой у вас тут век.

Он посмотрел на неё как на божество, открыв рот и выпучив глаза. Потом моргнул и собрался с мыслями.

- Афина что-то говорила про Грецию в твоём мире, она была недовольна ей? - спросил Максимилиан и его голос вновь стал холодным и властным.

- Да, у нас Греция это очень, очень маленькая страна с большими проблемами. Олимпийских богов у нас давно забыли, пришла другая религия.

- Маленькая? Насколько маленькая? - тут же спросил он, смотря на Лину насторожено и встревожено одновременно.

- Очень маленькая, - ответила она и задумалась. Познакомиться с этим миром и изучить местные карты, у неё возможности так и не было.

- Да она и сейчас не слишком большая.

Полководец удивлённо поднял брови, явно обидевшись за свою Грецию.

- Что? Твоя страна как горошина на большом блюде по сравнению с Россией, но тут у всех не очень большие территории, у вас всё впереди.

Полководец ехал, молча, обдумывая услышанные слова, хмурился как туча и явно был недоволен ответом Лины.

- Максимилиан, ты не должен переживать из-за этого, у вас другой мир, и у вас будет другая судьба. Я как исторический источник полный ноль, но сильные отличия между этой Грецией и той, в моём мире очевидны.

- Какие отличия? - спросил он уже более заинтересованно.

- Дианта рассказывала мне, что Греция единое государство.

- Конечно, а как может быть иначе? - ухмыльнулся Максимилиан и посмотрел на Лину, как будто сомневался в её здравомыслии.

- Ну, насколько мне известно, у нас Греция была поделена на полисы, города-госудрства, она не была единой, и у каждого города был свой правитель, своя армия. Они постоянно воевали между собой. Александр Македонский подчинил её себе и, объединив войска, взял Персию и часть Индии. Потом он умер, и всё развалилось, но ненадолго, так как пришли римляне и все дружно стали Римской империей. Очень, очень большой империей. Но я не большой знаток истории, может, в чём-то ошибаюсь. И если тебе станет легче, то у нас от римлян тоже ничего не осталось.

Лина улыбнулась и посмотрела на Максимилиана, но ему легче не стало. Он сидел как громом поражённый её скомканным рассказом, и кажется, даже перестал дышать.

- Римской... империей? Империей?!

- Полководец, ты же понимаешь, что я говорю о своём мире? У вас всё совсем по-другому. Другая страна, другой правитель. У вас даже технологии другие.

Он молчал.

- Максимилиан! - крикнула Лина.

- Я всё понимаю.

- Мне наверно не стоило это говорить, ты должен идти своей дорогой, не оглядываясь на неудачный опыт другого мира, - немного виновато произнесла она, и уже начала сожалеть о сказанном. Вечно её длинный язык говорит лишнее. Расстроила полководца.

- Жаль, что ты плохо знакома со своей историей, это могло бы быть полезным.

- Нет, не могло.

Максимилиан молчал почти час, думая о чём-то своём, а Лина ехала рядом и откровенно рассматривала его. Он был таким разным, только что властный и грозный, но через мгновение уже серьёзный и задумчивый. С ней наедине был нежным и страстным, а с Тиграном он, можно сказать, весёлый, хотя и с большой натяжкой конечно.

- Лина, - вдруг сказал он. Она даже подскочила от неожиданности.

- Что?

- Какие у вас войны?

Какие войны? Как на это ответить? Не станет же она ему рассказывать строение пулемёта или танка, да и не известно ей это...

- У нас войны в основном это сражения боевой техники, если конечно это можно так назвать. Солдаты редко идут друг на друга лоб в лоб, я такое видела всего несколько раз. У нас есть летательные аппараты, которые с неба сбрасывают взрывающиеся орудия, убивающие людей сотнями. Есть боевые машины в броне, их тяжело поразить, и они наносят довольно ощутимый урон противнику. Есть огнестрельное оружие, из которого за несколько секунд можно положить отряд солдат. А ещё есть атомное оружие, которое может одним ударом стереть с лица земли небольшую страну и оставить после себя отравленную землю, непригодную к жизни. Ничего хорошего, в общем.

- И там все, такие как ты? - немного ошарашено спросил Максимилиан.

- Нет, я такая одна на всём белом свете, - улыбнулась Лина ему и добавила уже серьёзно. - У нас люди слабы. Настоящих воинов практически не осталось, и поэтому я поражаюсь тому, что вижу здесь. Каждый мужчина силён, каждый может взять в руки меч, это так необычно. Я в твоём мире совсем недавно, но пока не встретила ни одного слабого мужчину, или нежелающего встать на защиту своей страны, а в том мире всё иначе, солдатам нужно хорошо платить, чтобы они согласились воевать, а от обязательной службы в армии отлынивают, придумывая себе болезни. Да и вообще люди разучились использовать физическую силу, больше полагаясь на технику.

- Я не хочу, чтобы ты возвращалась туда, - сказал Максимилиан очень серьёзно и посмотрел на девушку, как будто боялся, что она собралась убежать от него.

- Я тоже. Теперь я в твоей армии, полководец.

Они замолчали, Максимилиан думал о чём-то своём, а Лина о своём.

- А у вас какая армия? - вдруг спросила она.

- Лина, что за глупый вопрос? Ты два дня была на поле боя и видела всё сама, - возмутился он.

- Да ничего я там не видела, кроме раненых и римского лагеря. И не особенно присматривала, если честно, другие заботы были.

- Обыкновенная армия, конница, пешие... Здесь гейтары ещё были.

- Кто?

- Гейтары это моя дружина. Тяжеловооруженная конница, элита моей армии. Единственные солдаты, понимающие, что нужно делать без объяснений, - с гордостью ответил он.

- Их ты поставил на левый фланг?

- Да, - Максимилиан удивлённо посмотрел на девушку.

- А ещё?

- Что ещё? Я не понимаю, что ты хочешь услышать.

- Да я сама не знаю что хочу, извини. Просто для меня это всё так необычно.

Максимилиан посмотрел на Лину сочувствующим взглядом, но ничего не сказал, но ему всё равно было не понять, как это оказаться в незнакомом мире, где всё другое, чужое.

На следующий день

В Афины отряд вернулся, когда на небе светило уже полуденное солнце, хотя и зимнее, но достаточно тёплое. И если в Митаву они добирались чуть больше суток, то обратно ехали почти два дня. Лина отсидела себе всё, что только можно и уже с нетерпением ждала, когда они поднимутся на Акрополь и даже припустила лошадь быстрее. На ступенях дворца стояла Алкмена и ждала брата, чтобы поприветствовать его.

- Я рада, что ты вернулся, старший брат, - пропела принцесса, подойдя к Максимилиану, и поцеловала в щёку. - О, её не убили, как жаль, - брезгливо посмотрела она на Лину и сморщила свой изящный носик.

- Сестра, тебе не стоит так говорить, - грозно ответил Максимилиан, но она их уже не слушала. Спрыгнула с лошади и побежала во дворец.

- Я в купальню отмокать, кто со мной? - крикнула она на ходу.

За спиной несколько солдат подали голос.

- Она пошутила, - очень недовольно сказал Максимилиан и тоже пошёл к дверям, но уже в свою купальню.

Лина опустилась в тёплую ароматную воду, и усталость растеклась по всему телу, отзываясь в каждой клеточке. Немного полежав и позволив мышцам расслабиться, она с наслаждением подплыла к маленькому водопадику, радуясь, как ребёнок брызгам, разлетающимся во все стороны и голубому небу надо головой. Да, это было именно то, что нужно, улыбнулась она себе и счастливо потянулась.

Спустя некоторое время, когда с водными процедурами было покончено, Лина лежала на специальном каменном столе, предназначенном для массажа, и нежилась под руками массажистки. Рядом стояла Дианта и увлечённо рассказывала последние сплетни, а она задумчиво разглядывала красивую мозаику на стенах и на полу. Удивительно красивые узоры, было даже жалко ходить по такому великолепию.

- И она теперь ходит к солдатам каждую ночь, представляешь? И потом делится своими впечатлениями с нами, - рассказывала Ди про любовные похождения какой-то служанки.

- Жалко здесь нет Максимилиана, - мурлыкнула себе под нос Лина, разомлев под опытными руками, и вдруг её посетила безумная мысль. - Ди, помоги мне одеться, - резко вскочила она, перепугав массажистку и Дианту заодно. Быстро надела лёгкий хитон, из почти невесомой ткани, распустила волосы и побежала в купальню Максимилиана, надеясь, что её по пути не поймают.

Максимилиан сидел по пояс в воде с закрытыми глазами и наслаждался массажем. Как только он снял доспехи и погрузился в воду, нахлынула зверская усталость, накопившаяся за пять дней, и хотелось просто сидеть и не двигаться. Напротив него удобно расположился Тигран с двумя наложницами и увлечённо рассказывал о бое. Он любил вспоминать о прошедшем сражении, о том, что видел, заметил, что показалось ему занятным. Эти рассказы иногда оказывались очень полезными, но чаще просто забавными.

- И этот римский легионер, просто скакал по полю боя и ничего не делал, что-то высматривал. Я следил за ним, хотел узнать, что ему было нужно, пока наш солдат его не убил. Он его тоже заметил, но видимо решил, что мёртвый он полезней, - произнёс Тигран и тихо засмеялся. - А потом я услышал крик Лины, обернулся, и глазам не поверил. Она орала как ненормальная на какого-то раненного солдата, совала ему меч в руку и грозила, что если он не пойдёт в бой, она его прирежет. Брат, представляешь!

Максимилиан ухмыльнулся, хотел бы он на это взглянуть.

- И я тут подумал, а давай ей солдат пугать, у кого боевой дух слаб, будем про эту женщину рассказывать, дисциплина вырастит в миг, - сказал Тигран, и вдруг из-за угла появилась маленькая головка обсуждаемой девушки. Она оценила обстановку и тихо прошла в купальню, показывая Тиграну жестом, чтобы тот молчал. А он уже было открыл рот, чтобы известить друга о её приходе.

- Я не видел Тимона, где он был? - спросил Максимилиан, не открывая глаз.

Лина подошла к полководцу, взглядом отправила массажистку, сменив её. Тигран всеми силами старался не смотреть на неё и продолжил свой рассказ.

- А это очень интересно, брат. Он со своим отрядом с правого фланга нападал на римлян, а когда они группировались и отвечали, те разворачивались и делали вид что убегают. И когда римляне неслись за ними, теряя голову, они возвращались и убивали их, но уже с минимальными потерями.

- Фу, это как то слишком, - брезгливо поморщился Максимилиан.

Лина отложила мыло и взяла немного массажного масла на руки. Почувствовав знакомый аромат, она поднесла руку к носу, вдохнула, и улыбнулась. Вот значит, откуда этот аромат сандалового дерева, смешиваясь с запахом мужского тела, он становился потрясающе приятным.

- Ты должен попробовать эту наложницу, брат, это божественно, - тихо произнёс Максимилиан и застонал от удовольствия, едва руки девушки к нему прикоснулись.

Тигран покосился на Лину, мягко разминавшую плечи полководца, и даже боялся думать, что будет, если он её попробует. Лина улыбнулась ему в ответ и взглядом показала на дверь, предлагая покинуть купальню. Тот глубоко вздохнул, ну вот, выгоняют, но решил всё-таки послушаться, дав возможность другу отдохнуть. А то его ни одна наложница уже не привлекала.

- Я, пожалуй, пойду.

- Возьми её, - Максимилиан кивнул себе за спину, показывая на Лину.

- Оставь себе, брат, - усмехнулся он, и, обняв своих девушек, направился к выходу.

Как только Лина осталась наедине с Максимилианом, она мягко обхватила его руками и потянулась к нежной коже на шее.

- Я же сказал, не надо! - грубо сказал Максимилиан и убрал её руки.

- Ты уверен? - тихо прошептала она и наклонилась к его уху, игриво укусив его.

Полководец подпрыгнул от неожиданности и обернулся удостовериться, что он не обознался. О боги, это была Лина, и он предлагал её Тиграну.

- Зачем ты здесь? Тебе нужно отдохнуть, - удивлённо сказал Максимилиан.

- Я хочу отдохнуть с тобой, если не прогонишь, конечно.

- Не прогоню, твои руки божественны.

- Пошли тогда на стол, там будет удобней, - Лина потянула его из воды и повела к столу для массажа. Максимилиан улыбнулся такому предложению. Непонятно почему, но его тянуло к этой женщине, и он был рад видеть её в своей купальне, хотя ей и нельзя было тут находиться.

Он вышел из воды и требовательно прижал девушку к себе.

- Ты мокрый, - тут же возмутилась она и попыталась вырваться из цепких рук мужчины.

- Мокрый? - возмутился он, и схватив Лину на руки, плюхнулся вместе с ней в воду.

- Максим, что ты делаешь! - начала она хохотать и брыкаться.

Максимилиан отпустил свою добычу, но совершенно неожиданно нырнул под воду, и провёл рукой по её ноге.

- А-а-а! Щекотно! - Лина залилась звонким смехом и, скидывая мокрое платье, нырнула за нарушителем спокойствия, но его там уже не было. Он оплыл девушку сзади, схватил за талию и поднял её из воды.

- Попалась! - засмеялся Максимилиан и закружил Лину в воде. - Ай... - вдруг его рука ослабла, и он опустил её обратно в воду.

- Что с рукой? - обеспокоенно спросила она и быстро повернулась, осматривая его.

- Плечо выбил, ничего страшного, завтра позову лекаря.

- Полководец! Ты должен сам уметь вправлять такие раны, - возмущённо сказала она, и потянулась к плечу. - Дай посмотреть.

- Что? - негодующе воскликнул Максимилиан от такой наглости, но Лина его уже не слушала, а деловито изучала повреждение.

- Сядь, сейчас вправлю, - сказала она и потянула к краю бассейна. - Я тебе серьёзно говорю, ты должен сам уметь делать это, лекаря может не оказаться рядом.

Максимилиан не мог решить, толи ему ругаться за такую дерзость, толи позволить помочь. То, что Лина не простая девушка он уже убедился и её познания в медицине и в военном деле поражали.

- Сейчас будет больно, - предупредила она и резко дёрнула. Перед глазами полководца поплыли тёмные круги, и ему стоило больших усилий, чтобы не закричать, но уже через мгновение боль отступила.

- Сильно руку не перенапрягай и скоро пройдёт, - поцеловала плечо и потянула его к столу. - Пошли я сделаю себе массаж, ты очень напряжён. Сильно устал?

- Я в порядке, - соврал Максимилиан, но к столу пошёл.

Лина смотрела на него, и улыбнулась, он был великолепен с этими прилизанными назад чёрными волосами, черты лица идеальны, невероятно мужественный и потрясающая аура силы. Она рядом с ним чувствовала себя беззащитной, хотелось спрятаться к нему в объятья и уткнуться носом в широкую грудь.

Максимилиан прошёл в другой конец купальни, лёг на стол и закрыл глаза от удовольствия, когда почувствовал, как Лина садится на него. Её руки действительно были божественны, она не трогала повреждённое плечо и мягкими, но сильными движениями разминала мышцы, прогоняя усталость. Да и то, что она сама получала удовольствие от этого действа, его радовало. И хотя Максимилиан не желал признавать, но тот недолгий бой под Митавой был тяжёлым для него.

Он совсем разомлел под нежными руками Лины, веки потяжелели, и сквозь уже дремоту услышал, как кто-то довольно громко вошёл в купальню.

- О! Я не смотрю, - воскликнул Тигран. - Макс, хватит уже развлекаться, не знаю как ты, но я голодный как шакал.

- Мы сейчас идём.

Вставать совсем не хотелось, но Тигран прав, нужно было поесть.

Лина подождала, когда они останутся одни и слезла на пол, нежно целуя плечо на прощанье. Максимилиан тут же почувствовал пустоту, и ему захотелось вернуть её обратно и провести с ней всю ночь, или даже больше.

- Я хочу, чтобы ты была моей женой, - тихо сказал он, и притянул Лину к себе, нежно целуя в шею.

На что она только мило улыбнулась и укуталась в простыню.

- Пойду, приведу себя в порядок и присоединюсь к вам, - робко сказала она и скрылась за дверью.

Максимилиан быстро оделся и вышел из купальни, Тигран сказал об обеде, и желудок напомнил ему, что он не ел со вчерашнего дня. В зале уже сидели Аргос, Тимон и Тигран, они не стали ждать полководца и начали уже обедать. Он был доволен своими генералами, и Тимоном тоже, хотя его тактика боя и вызывает сомнения, но он прекрасный стратег. А вот Парис...

- Что будем делать с разведкой? - спросил Максимилиан, сел за стол и пододвинул к себе тарелку. Да, самый больной вопрос на этот момент - это предательство Париса и что теперь делать не понятно. После разоблачения шпиона требовалось проверить каждого из его окружения.

- Пусть Мелистей разбирается, это же его ошибка, что он не увидел шпиона у нас под носом, - сказал Тимон, задумчиво перемалывая пищу.

- Как у тебя всё просто. А сколько ещё у нас тут предателей? А может Мелистей тоже? - угрюмо произнёс Аргос и недовольно посмотрел в сторону. Он, так же как и Максимилиан не знал что делать, и этот случай заставил их искать врагов среди своих.

- Но нельзя же подозревать всех? Нам нужен надёжный человек, поручить ему проверку, и так чтобы никто не знал об этом, - сказал Тигран беззаботно и вдруг пристально посмотрел Максимилиану за спину. Тот обернулся и увидел Лину.

- Простите, я не знала что у вас совет, - сказала она, робко улыбнулась мужчинам и развернулась к выходу.

"Быстро же она привела себя в порядок", - ухмыльнулся Максимилиан, осматривая её ладную фигурку в странном коротком платье и стройные ноги, в мягких сапожках выглядывающие из-под одежды.

- Присоединяйся, - приказал полководец, и она, замерев на мгновение, нерешительно прошла и села за стол.

- А ещё Тит просит встречи, - сказал Аргос, и даже виду не подал, что был удивлён приглашением женщины за стол.

- И когда?

- Завтра.

"Ни дня покоя, опять полдня территории делить, - грустно подумал Максимилиан. - Хотя какие территории? Митава и так наша". Он посмотрел на Лину, вспоминая её выходку. Она, как ни в чём не бывало, сидела и ела какую-то траву с чем-то непонятным. Странно, Максимилиан не помнил, чтобы видел это на своём столе.

- Это рыба? - спросил он, брезгливо сморщившись.

- Да, и это очень полезная еда, особенно для мужского организма, - хитро улыбнулась она и выжила лимон в свою тарелку. Максимилиан скривился от одного этого вида.

"Нет, я это не буду есть, даже если наступит голод".

- Лина, мы не едим рыбу, когда есть мясо, - улыбнулся ей Тигран.

Полководец посмотрел на них, но обсуждать такую ерунду как еда на столе желания у него не было. Были вопросы и поважнее.

- Что с Титом? Зачем он едет? - спросил он, а Аргос почему-то помрачнел и посмотрел в сторону. Максимилиану это совсем не понравилось.

- Ну? - злился он всё сильнее.

- Эта женщина убила его младшего сына, - сказал он, а Лина поперхнулась и закашлялась, тревожно озираясь на мужчин.

- Этого нам не хватало...

Максимилиан понял, зачем он едет, просить отдать убийцу.

Лина молчала, не понимая, что происходит и почему все так встревожились. Она убила чьего-то сына. И что? Это же война, там много кто умер. И кто этот Тит такой?

- Какие были плащи на тех главнокомандующих, которых ты убила? - спросил Тигран.

- Два красных и один чёрный.

- О боги, это королевская кровь.

- Ну и что? Это же война. Что такого? - начала горячиться она. Ей никто ничего не объяснял, а только нагнетали обстановку своими мрачными лицами.

- Лина, у нас не принято убивать полководцев, да ещё таким образом, - мрачно произнёс Максимилиан, а генералы, молча, его поддерживали.

"Да о чём они говорят? Я что, должна была у него паспорт спросить, прежде чем убить?" - возмущённо думала Лина, смотря на мужчин. Резко вскочив на ноги, она перегнулась через стол и гневно посмотрела на них.

- Каким, таким способом? Я их убила не из-за угла в спину! Я им смотрела в глаза, и у них была возможность защищаться! - начала кричать она как ненормальная, совсем не думая о том, что перед ней высокопоставленные генералы и царь. - Не знаю как у вас, мальчики, но у нас говорят - победа любой ценой! Надо было сдать Митаву и отступить, узнав о королевском принце? Да?

Она с гневом выплюнула эти слова и быстрым шагом вышла из зала, чтобы не расплакаться прямо там.

"Они меня осуждают! Поверить не могу!"

Лина ходила по дворцу, не видя дороги. Она обошла его весь, и не найдя покоя пришла в сад, где совсем недавно была с Максимилианом. Тихое журчанье воды ласкало слух, а золотые рыбки приплыли к руке девушки, думая, что их будут кормить.

- Ты опять здесь? - раздался разгневанный голос принцессы.

"Ах, точно, это же её сад, - с горечью подумала Лина. - Почему бы ей опять не ухать куда-нибудь?"

- Не кричи, я сейчас уйду, - сказала тихо она, не поднимая глаз.

Алкмена подошла поближе и посмотрела на девушку. Она сидела у фонтана и была очень грустной.

- Почему ты плачешь?

- Я убила младшего сына Тита... нечаянно.

- Марка, что ли? Ну и что? На войне всё время кого-то убивают, - фыркнула принцесса и подошла ещё ближе.

- Максимилиан недоволен.

- Ой, брат всё время чем-то недоволен. А Марк был позором для своего отца, я сама это слышала. Тит его даже не любил, он наверно даже рад избавиться от этого бремени.

- Правда? - хлюпнула носом Лина и посмотрела на Алкмену.

- Правда, - улыбнулась она в ответ, села рядом, и утешающе погладила девушку по плечу.

- Завтра приедет Тит, надеюсь, что Максимилиан не отдаст ему меня.

- Нет, конечно, брат тебя очень ценит, я знаю, - уверенно заявила принцесса и пододвинулась ещё ближе.

Ей хотелось утешить эту странную и непонятно откуда взявшуюся девушку. Когда она узнала первый раз о ней от служанок, то сразу же приревновала к брату. У него, конечно, было много наложниц, но ей сказали, что к этой Лине у него особенное отношение и якобы она ему дорога. Вот и начала с ней ругаться, как только увидела её первый раз. А сейчас она совсем не казалась опасной, по крайней мере, не так, как гетера Максимилиана, которую он отослал в Олимпию.

Лина грустно улыбнулась Алкмене и благодарно ей кивнула.

- У тебя такое интересное платье, кто тебе его сшил? - вдруг, совершенно неожиданно, поменяла тему принцесса.

- Мне служанка привела швею, а я ей показала, что хочу и она сделала, - с готовностью ответила Лина. Обсуждать убитого принца не было желания, а одежда это то, что было нужно для отвлечения от плохих мыслей.

- Ой, я тоже хочу.

- Давай завтра, я скажу Дианте, она найдёт ту женщину, и мы придумаем тебе платье. У меня даже новые ткани есть, - улыбнулась она Алкмене.

- Отлично! - воскликнула она и совершенно неожиданно обняла девушку.

Когда Лина первый раз увидела Алкмену, то подумала что ей лет двадцать, чёрные волосы, узкое лицо и очень похожа на брата. Но сейчас, когда она была весёлой, беззаботной девушкой и улыбалась так по детски, то выглядела не старше семнадцати. И даже производила впечатление очень доброго человека.

Как только Лина выскочила из зала, Максимилиан хотел было пойти вслед за ней, но вовремя себя остановил. Но она, конечно, права, спорить с этим глупо, это война и им нужна была эта победа. Но что делать с Марком?

- Макс, я считаю, что Тит едет не скорбеть о сыне, а восстановить свою честь, - задумчиво произнёс Тигран.

- Объясни, что ты имеешь в виду.

- Все мы знаем, как он относился к младшему сыну. Может он его и отправил в Митаву с огромной армией и с четырьмя генералами, чтобы сделать победителем. Как-то возвысить в глазах римского народа, да и в своих глазах тоже. Но вмешалась Лина. Вот Тит и в бешенстве, бой, который они считали уже выигранным - проигран, а Тита убила женщина. Мало ему было позора в виде такого сына, а теперь такая смерть.

Максимилиан посмотрел на Тиграна, да, в его словах определённо был смысл... и снова задумался.

Аргос и Тимон ещё о чём-то поговорили и ушли, чтобы не мешать полководцу. Он очень часто погружался в свои мысли, и мог часами сидеть и молчать, что-то обдумывая, и тревожить его в такие моменты было нежелательно.

- Макс, я знаю не в твоих правилах, но Лина нам действительно помогла...

- Я знаю Тигран! - резко оборвал он друга, и Тигран понимающе похлопал полководца по плечу и вышел, оставив его наедине с собой.

Максимилиан посидел ещё около часа, обдумывая ситуацию, и решил разыскать Лину. Да, Тигран был прав, она помогла им и как бы закончилась та битва, если бы эта самовольная женщина не вмешалась, было не известно. Хотя почему неизвестно, известно... - их бы разбили и, возможно, что он оттуда бы уже не вернулся. Всё верно... её послала Афина ему в помощь, и просто информации о приближающейся армии было недостаточно. А просчитать, что было бы, если Митава пала, не сложно.

В комнате Лины не оказалось, и у него её тоже не было. Походив по дворцу, он совершенно неожиданно обнаружил её с сестрой. Они что-то обсуждали и весело смеялись, сидя у фонтана в саду. "Она всё-таки помирились с ней", - эта мысль согрела сердце полководца. У Алкмены не было друзей, и это очень огорчало его. Сестра хотя и казалась очень вздорной и капризной девушкой, но была хорошим человеком и дорога ему, и Максимилиан был бы рад, если они с Линой станут подругами.

- Брат, мы завтра с Линой будем шить мне новое платье, - заявила Алкмена, увидев Максимилиана заходящего в сад, и счастливо улыбнулась ему.

- Лина завтра будет занята.

Принцесса обидчиво скривила губки, от чего стала очень похожа на ребёнка.

- Но освободится к вечеру, - покровительственно улыбнулся сестре он, и та засветилась как огонёк в ту же секунду.

- Отлично! Тогда до завтра, - воскликнула Алкмена, подбежав к Лине, обняла её, и быстро скрылась за поворотом.

Максимилиан смотрел на них и его сердце радовалось. Он давно не видел, чтобы сестра так беззаботно и искренне улыбалась.

- Пошли, - потянул он руку Лине.

- Зачем я тебе завтра нужна?

Максимилиан вывел девушку из сада и повёл по коридору, не спеша отвечать на вопрос.

- Я хочу, что бы ты присутствовала на завтрашнем приёме с Титом, - сказал спустя некоторое время он тоном, нетерпящим возражения.

- Хорошо.

Они дошли до атриума, Лина замешкалась и остановилась, не решаясь сказать.

- Максим, а можно сегодня я буду спать с тобой? - спросила она тихо, и подняла глаза, боясь, что он откажет.

- Можно, - ответил Максимилиан, не понимая такой смены настроения.

- Мне ещё нужно в храм Афины сходить, у вас ведь принято приносить дары, если что-то просишь?

- Да, принято.

- Если у тебя больше нет дел на сегодня, проводи меня, пожалуйста, - ещё тише прошептала она и опустила глаза.

- Пошли.

Максимилиану была непонятна такая странная просьба, но Лина вела себя так, как будто чего-то очень боялась, и он не стал ей отказывать. Они сходили к ней в комнату, забрали заранее приготовленную Диантой шкатулку, и Максимилиан повёл девушку в храм. Он находился на территории дворца и был не очень большой, но необычайно нарядный. Греки любили Афину, и у неё были одни из самых красивых и богато украшенных храмов.

- Я быстро, - оставляя полководца у двери, она направилась к алтарю.

- Что ты хотела, дитя моё? - перед глазами возникла Афина. - О! ты мне что-то принесла? - она заинтересованно подошла ближе и посмотрела на алтарь.

- Я подумала, тебе это должно понравиться, ты же женщина, хотя и богиня, - улыбнулась Лина и открыла шкатулку, показывая жемчуг.

- Какая прелесть.

Шкатулка с алтаря тут же исчезла.

- Что ты хотела? - уже более благосклонно спросила богиня.

- Я хотела попросить за Тиграна, - неуверенно произнесла Лина, и Афина удивлённо подняла брови, предлагая продолжить. - Он хороший воин, но его мучают сны... солдаты, которых он убил, являются к нему.

Богиня задумалась на мгновение.

- К сожалению, не в моих силах это изменить, но я поговорю с Гипносом.

- С кем?

- Лина, пора бы уже выучить наш пантеон, - сказала Афина с упрёком.

- Ты же знаешь, что для меня существуешь только ты, - ответила она, и богиня польщёно улыбнулась.

- А о себе ты не просишь?

- Нет, я справлюсь.

- Хорошо, - сказала Афина и исчезла.

С чувством выполненного долга Лина подбежала к Максимилиану и обняла его.

- Я всё, пошли?

Он довольно усмехнулся и по-свойски притянул девушку к себе, предлагая идти обратно ко дворцу. Солнце почти скрылось за горизонтом, и когда они приблизились к дверям, в коридорах уже царил мрак. Лина напряглась, о нет, она надеялась, что это закончилось! У неё было предчувствие, что сегодняшняя ночь может напомнить ей о прошедшем бое, и поэтому попросила Максимилиана быть рядом, но она не думала, что это будет так... сильно.

Полководец решительно пошёл вперёд, а Лина, сделав несколько шагов, замерла, прислушиваясь к звукам вокруг, и сама того не осознавая достала кинжал из-за спины.

- Ты что делаешь? - Максимилиан схватил её руку.

- Там кто-то есть, полководец, где твой меч?

- Нет там никого, - прислушался он. И потянул девушку за руку. - Лина! Ты вся дрожишь!

"Там никого нет, там никого нет, повторяла как мантру она. Это просто тени".

- Да, всё в порядке, - сказала Лина, но кинжал из руки не выпустила.

- Лина, посмотри на меня. Что с тобой? - повысил голос Максимилиан и прижал её к стене.

Она нервно вздохнула, начиная немного успокаиваться, почувствовав опору за собой, и посмотрела на полководца. Он требовал ответа, но ей совсем не хотелось рассказывать о своей слабости.

- Лина! - настаивал он, увидев её мысли.

- Врачи... лекари говорят, что это откат боя. Всё в порядке, я сейчас справлюсь с этим.

- Что ещё за откат?

Лина недовольно отвернулась, не желая отвечать.

- Милая, скажи мне, что это за откат, и почему ты с кинжалом в руке? - уже мягче повторил он.

Но ей самой эта проблема до конца была не ясна, и думала, что это всё давно закончилось. Да и рассказывать об этом полководцу не хотелось, но он требовал ответа.

- Когда я иду на задание или на войну, не важно, для достижения высокого результата отключаю все эмоции, и внутренние резервы организма как будто просыпаются. Грубо говоря, конечно.

- Такое возможно?

- Да, возможно. Мне неизвестно, как это работает, но все чувства обостряются. Я не слышу криков раненых солдат, но я слышу, как бьётся сердце врага. Это как транс, но я осознаю свои действия.

Максимилиан вспомнил, как тогда, когда она только вернулась от римлян, и Аргос схватил Лину за плечо, она в секунду выхватила нож, и сказала что сейчас её не стоит трогать. Это было впечатляюще.

- Но страх не уходит до конца, он возвращается. Иногда, - продолжила она. - Я справлюсь, просто я совсем не ожидала этого. Сражение для меня было не сложным, и операция у римлян прошла легко, не знаю, но почему-то это вернулось. Максим, ты только побудь со мной, чтобы я не перебила всю стражу. И на, забери, - тихо сказала Лина и протянула ножи Максимилиану. Он забрал их и прижал девушку к себе. Она вся дрожала. Такая сильная, такая нежная.

Странное беспокойство родилось в груди. У него никогда не было чувств к женщине, для удовлетворения плотского голода - наложницы, а когда он решит продолжить свой род - уже выбрана женщина. Но Лина вошла в его жизнь как ураган, снося все преграды, и теперь он хотел заботиться о ней.

- Я с тобой малыш, - тихо сказал Максимилиан, поцеловал её в макушку, и крепко взяв за руку, повёл к себе в спальню. Лина временами практически справлялась с дрожью, но потом всё возвращалось с новой силой, но она шла, молча, не сбавляя шага. Пока не открылась дверь в спальню. Она вдруг замерла на пороге, боясь войти в комнату.

- Там никого нет, - уверенно сказал Максимилиан.

- Знаю.

Но Лина так и стояла на пороге, дрожа всё сильней.

- Я защищу тебя.

- Я сама могу себя защитить! - выкрикнула она и попыталась отнять свои кинжалы.

Но Максимилиан не позволил ей дотянуться до своего пояса, на котором покоились ножи девушки, а схватил её, крепко прижав спиной к своей груди, и не отпускал, пока она не перестала вырываться.

- Я в порядке, убери кинжалы подальше, чтобы я их не видела, - сказала тихо Лина через некоторое время. Сильные руки, обнимающие её, странным образом успокаивали, и она уже могла трезво мыслить.

- Пошли, - Максимилиан взял её за руку и провёл к кровати.

Каждый шаг ей давался с трудом, но она всеми силами боролась с наваждением. Он быстро разделся и скинул с Лины платье. Её тело в лунном свете было прекрасно, и он прижал её к своей груди, наслаждаясь мгновеньем.

- Моя маленькая девочка, - тихо прошептал Максимилиан и положил её на кровать, крепко прижав напряжённое тело к себе. - Расскажи мне как ты раньше жила, - попросил он, желая отвлечь её, и надеясь, что это поможет.

- Я почти всё время была или на войне, или на заданиях. Отдыхала только месяц в году.

- Расскажи, как ты отдыхала.

- Мы с девочками купили квартиру на окраине города и всегда приезжали туда. В центре всё понимали, и нас отпускали в отпуск одновременно.

Максимилиан ничего не понял из сказанного, но решил не переспрашивать, позволив Лине окунуться в воспоминания.

- В первый же день мы всегда шли есть мороженное, а потом в кино. Мы могли там сидеть весь день, и объедаться попкорном. Или катались на американских горках. Все вокруг кричали от страха, а мы смеялись как ненормальные, было так забавно. А однажды мы с девочками пошли гулять по ночному городу, и нам пришла в голову бредовая идея поиграть в салки в фонтане. Четыре профессиональных убийцы носились по фонтану все мокрые, представляешь? Это было так смешно. Но появились полицейские, и нам пришлось прекратить наши сомнительные игры, чтобы нас не арестовали за хулиганство, нам ведь раскрываться нельзя было ни при каких обстоятельствах.

Лина говорила и говорила, она совсем перестала дрожать и, в конце концов, уснула.

Максимилиан прислушался к ровному дыханию девушки, нежно поцеловал в плечо, позволив себе насладиться сладким ароматом нежной кожи, и закрыл глаза. Какой странный мир. Он совсем другой. Лине, наверно тут очень тяжело, всё кажется непонятным, также как и ему было ничего непонятно из сказанного ей.

Глава 7

- Лина, вставай, - услышала она грозный голос Максимилиана и открыла один глаз.

- Я сплю.

- Через два часа я тебя жду в тронном зале. Твоя служанка сейчас придёт и принесёт одежду. Можешь воспользоваться моей купальней, - холодно сказал Максимилиан, быстро развернулся и ушёл. А буквально через мгновение дверь широко распахнулась и в комнату влетела Дианта.

- Лина, вставай скорей! Тебе нужно подготовиться к приёму, - начала кричать она с порога.

- А чего готовиться, я и так неплохо выгляжу, - пробурчала Лина, натягивая одеяло повыше, очень радуясь, что у них в Греции есть такое хорошее постельное бельё и тёплые одеяла. Жаркие дни, которым девушка так радовалась, пока не вернулись, и ночью было особенно холодно.

- Лина! Вставай!

- Да, да, уже встаю, - глубоко вздохнула она.

Всего час на сборы и Лина уже была готова и стояла одетая в длинное струящееся платье светло-голубого цвета, с множеством красивых складок и украшений, а служанка, удовлетворившись видом одежды, начала старательно укладывать волосы, сооружая какую-то немыслимую причёску.

- Ди, что ты делаешь? - спросила Лина, с сомнением осматривая себя в зеркале. Дианта собрала основную часть волос на затылке в виде огромного пучка с завитушками, поддерживаемого снизу и сверху широкими металлическими обручами золотого цвета. И из всей копны золотых кудряшек осталось только несколько больших прядей спускающихся под этим странным сооружением.

- Я тебе уже неоднократно говорила, что у нас не принято ходить с распущенными волосами, пусть даже и такими красивыми как у тебя.

- Почему? Это же и удобней и практичней чем целый час тратить это ерунду.

- Это не ерунда, - тут же возмутилась Дианта и негодующе покачала головой. Сама она очень старательно следила за своими чёрными волосами и всегда собирала их в причёску.

- Лина, тебя не правильно поймут, если ты будешь так носить волосы.

- Что значит, не правильно поймут?

- Ну, чётких правил на этот счёт у нас, конечно, нет, но распущенными волосы носят в основном или жрецы, или нищие. Но последние чаще их подстригают очень коротко.

- Бред. Ни Максимилиан, ни Тигран мне ничего не говорили о том, что я выгляжу неподобающим образом. На одежду, да, внимание обращали, а на волосы нет. И, по-моему, им даже нравится.

- Конечно, нравится, такого цвета волосы у нас очень редки, а у тебя они ещё и красиво вьются, но это не значит, что их нужно носить распущенными, - строго сказала Дианта, и Лина поняла, что спорить с ней бесполезно, тем более причёска получилась очень даже симпатичной.

- А это ещё зачем? - спросила она, смотря на красный плащ, лежащий на стуле.

- Видимо Максимилиан хочет видеть тебя в качестве военного советника, - сказала Дианта, застёгивая на девушке широкий золотой пояс, и накинула на плечи указанный плащ.

- Странное у вас какое-то цветовое деление плащей.

- Ничего странного - красный у военных, коричневые и голубые плащи у жрецов и белый у Максимилиана.

"Надо бы спросить у Афины, здесь есть хоть что-то общее с Древней Грецией в моём мире?" - думала Лина, осматривая себя.

- А красные у военных, они же тоже как-то отличаются друг от друга?

- Конечно, они отличаются и по размеру, и по качеству ткани, и по форме застёжки, скрепляющей его. А на генеральском плаще присутствует золотой орнамент.

- Ди, ты мне расскажешь эти отличия? Что бы я генерала с солдатом не спутала.

- Хорошо, потом я всё расскажу, а сейчас иди, ты можешь опоздать.

Дианта последний раз осмотрела свою работу, довольно кивнула и открыла дверь.

Тит уже давно прибыл и с нетерпением ожидал, начала приёма. В это время в зале все суетились. Собралось много советников и солдат, и сейчас они все спешно вставали на свои места согласно статусу и тихо обсуждали неожиданный визит римлянина.

Лина тихонько зашла, испуганно окинула взором огромный зал и нерешительно подошла к Тиграну, стоящему рядом с троном.

- Где мне встать?

- Тут, - ответил Тигран и показал на место рядом собой.

Максимилиан сидел на своём троне и был погружён в свои мысли, но вдруг услышал, что вокруг стало тише, и головы всех присутствующих повернулись к входу. Значит, Лина пришла, наконец-то, и усмехнулся. Да, для всех это было шоком, что женщина будет присутствовать на этой встрече, да ещё и в качестве военного советника.

Он старался не смотреть на девушку, когда она появилась в зале, в то время как Лина не могла оторвать взгляда от Максимилиана. И если раньше она видела потрясающе красивого мужчину, на поле боя талантливого полководца, то сейчас перед ней сидел царь Греции, великий и грозный, рядом с которым просто находиться было страшно. На его голове красовался массивный золотой венок с золотыми листьями и белый плащ за спиной, добавляющие ему ещё больше величия.

Все встали на свои места, и Максимилиан махнул рукой, разрешая начинать.

Тит зашёл. Лина его сразу узнала, и он её тоже. Они уже встречались в римском лагере под Митавой. Сузив глаза, вскользь взглянув на девушку в ряде военных советников, он прошёл в центр зала и встал перед троном.

- Приветствую тебя, великий правитель Греции.

- Приветствую тебя римский правитель. Я слушаю, что ты хотел мне сказать? - произнёс Максимилиан, и голос его был холоден как лёд.

- Мне нужна она, - сказал Тит прямо и кивнул в сторону Лины.

- Зачем? Тебя твои солдаты уже не устраивают, и ты хочешь моего? - спросил Максимилиан всё тем же ледяным тоном, но с лёгкой усмешкой. Он был готов к такой просьбе, Тит для этого и ехал, ему нужна кровь Лины, но то, что он так открыто скажет об этом стало неожиданностью. Римский правитель славился своей выдержкой и обдуманными поступками, а такая просьба его дискредитировала.

- Она убила моего сына! - яростно выкрикнул он и сделал выпад в сторону девушки.

Лина резко дёрнулась и как будто проснулась.

- Ты куда послал сына? На поле цветочки собирать или на войну? - крикнула она, прежде чем поняла что делает.

- Что?! - взревел Тит, чернея на глазах.

- Молчать!

Лина взглянула в пылающие огнём глаза Максимилиана и поняла что натворила. Она, промедлив всего секунду, молча, вышла из ряда военных советников, и под пристальным взглядом всех собравшихся в тронном зале подошла к царю.

- Прошу простить меня, мой повелитель. Я готова понести наказание за свою дерзость, - сказала она, вставая на колени перед ним, и низко склонила голову, в знак полной покорности.

Максимилиан не мог поверить, что Лина это сделала... она встала перед ним на колени. И ему стоило больших трудов сохранить невозмутимое выражение лица.

- Можешь встать.

Лина очень осторожно, чтобы не запутаться в складках длинного платья, поднялась с колен и вернулась на своё место.

- Молодец, девочка, - тихо шепнул ей Тигран. Лина и сама знала что молодец, потому что ещё неделю назад, она убила бы любого, кто поставил бы её на колени.

- Это всё, что ты хотел мне сказать, римлянин?

- Нет, не всё.

Тит замолчал, давая понять, что разговор не для всех.

- Все свободны, Тигран останься, - махнул рукой полководец, отсылая всех собравшихся, и зал тут же опустел.

Максимилиан остался сидеть на троне и смотрел на Тита, требуя объяснений.

- Отдай её мне, и я отдам тебе Никополь.

Максимилиан удивлёно поднял брови. Это было более чем щедрое предложение. Сам Никополь не был стратегически важным городом, но римляне, взяв его, лишили греков удобного прохода к Керкире. Тигран выглядел таким же удивлённым. Он поднял глаза и внимательно наблюдал за полководцем, ожидая его решения.

- Тит, она останется у меня. Но я могу пообещать, что никто не узнает о том, что Марка убила эта женщина.

- Об этом и так уже все знают!

Римлянин был на грани бешенства и сдерживал себя из последних сил.

- Это только слухи.

Тит посмотрел в холодное, но уверенное лицо Максимилиана, и благодарно кивнул.

- Договорились.

Как только Максимилиан всех выгнал из зала, Лина, не переодеваясь, тут же направилась к Алкмене. Сестра полководца оказалась очень милой девушкой, и как только она признала в Лине равную, с ней стало легко общаться.

"Интересно, почему она меня признала? - думала она. - Может быть, ей тут совсем грустно одной, а вокруг только служанки, которые были явно ниже по статусу, да и она сама не подпускала к себе никого. Ведь совсем не похоже, чтобы у неё было много друзей".

- Он меня не отдал римлянам, - весело заявила Лина, входя в сад Алкмены.

- Лина, ты действительно думала, что Максимилиан способен на это? - изумилась принцесса.

- Ну, вдруг у него было плохое настроение, - улыбнулась она, очень стараясь шутить, хотя в душе ей хотелось разреветься.

- Брат хороший человек, - произнесла Алкмена, всерьёз обидевшись за Максимилиана, и с упрёком посмотрела на девушку.

- Знаю, прости. Просто я очень переживаю из-за этого.

- Не переживай, ты очень нравишься ему, я уверена в этом, - сказала она, утешающе погладив Лину по плечу, и предложила ей виноград.

Она улыбнулась этому жесту, Алкмена запомнила, что он её очень нравится, и если видит его на столе, то съедает весь без остатка, независимо от количества.

- Он ни к кому так не относился до тебя.

- Да, только это отношение дальше постели никогда не зайдёт, - грустно улыбнулась Лина, стараясь не думать о том, что она никогда не выйдет замуж, и у неё никогда не будет детей. - А сколько тебе лет? Почему ты не замужем? - спросила она, желая сменить тему.

- Мне только восемнадцать, время выбрать мужа ещё есть.

- Ты будешь сама выбирать? Я думала, что в твоём случае это будет политический брак.

- Да, конечно, брат хочет отдать меня Валерию Македонскому, но я его ещё не видела, он сейчас воюет с персами. А вдруг он страшный? - испугано подняла глаза девушка. - Его младший брат мне совсем не понравился.

- А кого бы ты хотела?

- Не знаю, я слышала, принц Фракии очень хорош собой, но брат говорит, что римляне собираются взять их, и вообще их союз с нами пока под вопросом.

Лина пыталась вспомнить лекцию служанки про Фракию, но всё о чём она рассказывала, перемешалось в голове.

- А Фракия не Римская территория?

- Нет, конечно! - Алкмена посмотрела на Лину как на слабоумную. - Эта территория условно наша, пока они там чего-то там не подписали.

- Да, дорогая, я очень странная, - засмеялась она в ответ и обняла девушку.

Алкмена улыбнулась и погрустнела.

- Я вижу, как солдаты жмутся по углам со служанками, как Максимилиан и Тигран ходят к наложницам, но я не хочу так, - грустно сказала она, гладя пальчиками какое-то растение. - Как это любить мужчину как мужчину, а не как брата?

Лина задумалась. Вечный вопрос - что такое любовь. У каждого своё видение этого чувства, а кто-то вообще не верит в его существование. Но она верила. Верила, потому что в этой жестокой жизни должны быть такие светлые чувства, ради которых хочется жить.

- Думаю, что в основе любви лежат страстное увлечение и уважение к человеку. И если эти чувства беречь и заботиться о них, то подобно прекрасному цветку рождается любовь, крепкая и сильная. Но если пренебрегать ими, то всё увядает и исчезает без следа. Любовь, как пламя, оно может пылать ярко и горячо, обжигая собой. Может быть маленьким тёплым огоньком, согревающим твоё сердце. Но любое пламя может исчезнуть, если его не беречь.

- Ты любишь Максимилиана? - спросила Алкмена, поднимая тёмные серьёзные глаза, и стала невероятно похожа на брата.

- Я не знаю. Мы же встретились совсем недавно... а я всегда считала что нельзя полюбить малознакомого человека, потому что ты не можешь знать каков он на самом деле. Сущность человека открывается только в экстремальных ситуациях, когда маски падают, и ты видишь голую душу. А Максим... так получилось, что за короткий срок мне удалось его увидеть с разных сторон, но я не могу понять, какой он настоящий.

Лина подняла глаза на Алкмену, она слушала её очень внимательно и серьёзно, словно от этого зависела её жизнь.

- Там, откуда я приехала, не принято беспрекословно подчиняться мужчинам. Есть начальник, есть подчинённый, и не важно, кто из них мужчина, а кто женщина. А тут... тут всё иначе.

Лина замолчала на мгновение, боясь сболтнуть лишнего. Её пугало то, что она чувствовала, пугала строгость и властность Максимилиана. Конечно, ей было не привыкать подчиняться, девятнадцать лет службы научили её покорности, но рядом с ним она чувствовала себя не солдатом, а женщиной, женщиной, которая могла возражать.

- Я никогда не встречала таких мужчин. Он такой холодный и в то же время нежный. Когда мы ругаемся, мне хочется плакать, а когда я его вижу, мне хочется прижаться к его груди и кричать от счастья. Это так странно. Я не знаю, дорогая, любовь ли это...

Спустя четыре дня

Максимилиан стоял за большим столом и смотрел невидящим взглядом на свитки, разложенные перед ним. Он был погружён в государственные дела, которых накопилось несметное количество, и проводил целыми днями в тронном зале. Уже четыре дня, как Максимилиан не видел Лину, а она старалась не попадаться ему на глаза, думая, что он злился на неё за то происшествие во время приёма. И закончив с советниками решать насущные вопросы, он решил её разыскать.

Она нашлась в саду сестры. Девушки весело болтали сидя у фонтана, а Алкмена над чем-то звонко смеялась, не обращая ни на кого внимания. Сестра так веселилась только с Линой, за короткий срок она стала ей хорошей подругой, и ранее вздорная девушка стала как будто другим человеком, весёлым и беззаботным. И только за это Максимилиан хотел расцеловать Лину. Алкмена была дорога ему. Они вместе выросли, и всю жизнь она была рядом и поддерживала в трудные времена, и из родных у него осталась только она, больше никого.

Лина подняла глаза, заметив гостя, и широко улыбнулась, искренне радуясь его появлению. "Какая же она красивая, такая нежная", - думал Максимилиан и остро ощутил четыре дня воздержания.

- Я завтра отправляюсь в Византий.

- А я? - немного обижено спросила Лина, подходя к полководцу вплотную, и её сладкий аромат вскружил ему голову.

- Поедешь со мной, и сегодня я жду тебя у себя, - шепнул он ей на ушко, заметив краем глаза, что сестра ушла и они остались одни.

- Я соскучилась. Ты злился на меня?

- Нет, малыш, у меня было много дел.

- Хорошо, - задумчиво потянула она и запустила свои пальчики в его волосы.

А Максимилиан не мог трезво мыслить, когда Лина была так близко, и решил, что до вечера ждать не стоит, поднял её на руки, позволив обвить себя ногами, и прижал к стене. Она тут же выгнулась ему на встречу, требуя ласк, и Максимилиан отметил про себя, что эти странные платья, которые она носит, очень удобны и нисколько не сковывают её движения.

- Максим, - задыхаясь от возбуждения, прошептала Лина, и сладкий стон сорвался с её губ, когда почувствовала поцелуй на шее.

- Макс, тебя судья ждёт, - услышал Максимилиан за спиной, и тихо зарычав от досады, обернулся. В дверях стоял довольный собой Тигран, который, не стесняясь, смотрел на них.

Ах, да, судья, он совсем забыл о нём.

- Иду, - ответил Максимилиан. Тигран не сдвинулся с места. - Я иду. Пошёл вон!

Тот довольно хмыкнул и повернул к выходу.

- Я жду тебя вечером у себя, - сказал он, опуская девушку на ноги.

Лина робко улыбнулась, и чуть касаясь губами, нежно поцеловала его в щёку.

Максимилиан ушёл, а Лина уже через несколько минут сидела в своей комнате на балконе, и радовалась пускай и прохладному, но солнышку. Дианта не понимала её любви к этой части комнаты, но с удовольствием составляла компанию. Вот и сейчас она лежала в удобном шезлонге, который по ширине был примерно таким же, как и балкон, смотрела на цветущие кусты, а Дианта расчёсывала ей волосы и что-то напевала себе под нос.

"Надо же, как я дожила до такой жизни, что лежу тут, наслаждаюсь жизнью, и даже личная служанка есть, с ума сойти можно", - думала Лина и улыбнулась своим мыслям. Захотелось расцеловать Афину за такой подарок. То, что она обманом заманила её сюда, надела брачный браслет и дала сомнительное задание, Лину сейчас не волновало. Ей было хорошо, и плевать на всё.

- Ди, мы с Максимилианом завтра едем в Византию, только я забыла спросить, можно ли мне взять тебя с собой. Кстати, ты свободна сейчас? Занятий в университете нет?

- Я до конца месяца свободна, но брать меня нет необходимости, в Византии хороший дворец и, наверняка, множество хороших служанок.

- Но мне там будет скучно... Ты бы хотела поехать со мной? - спросила Лина и посмотрела на служанку жалостливым взглядом, боясь, что она не захочет сопровождать её.

- Да, это действительно было бы очень интересно, - улыбнулась Дианта, и она вздохнула от облегчения. Осталось только полководца уговорить.

- Ди, давай ты будь готова к завтрашнему отъезду, а сегодня вечером я спрошу у Максимилиана.

- Хорошо, - смущённо улыбнулась она, и по её взгляду Лина поняла, служанка была рада этому предложению и очень хотела бы поехать.

- Ди, а Византия какой город?

- Правильно называть не Византи?я, а Виза?нтий. Я там не была, только знаю что это крупный город с обширными прилегающими к нему землями. Они считаются Греческой колонией и там очень большая армия, так как персы и римляне постоянно пытаются их захватить. Но тебе лучше спросить у Максимилиана, я слышала, что у него большие виды на этот город.

- Да? Спрошу обязательно. А дорога туда сколько занимает?

- Я не знаю, - сказала Дианта и подняла виноватый взгляд. - Я же там не была. Морем, может дня два, три. А вы надолго собираетесь? Мне нужно собрать вещи.

- Ой, Ди, я забыла спросить... - скривила губы Лина, понимая, что уж это-то узнать было необходимо. - Давай я сейчас сбегаю к Максимилиану, спрошу. Наверно он уже освободился.

Она быстро встала и побежала искать полководца, ругая себя за забывчивость. Хотя конечно известие о поездке свалилось как снег на голову, да и расспросить, как-то не было возможности. Максимилиан собирался встретиться с судьёй, а значит, скорее всего, он должен быть в тронном зале, и Лина направилась туда.

Вошла... вот ведь, он оказывается ещё не закончил... да и судья был не один, а вместе с ним было ещё как минимум десять человек. Лина нерешительно замерла в дверях, не зная, что делать. Наверно всё-таки зря она пришла, судя по сосредоточенным лицам мужчин, они обсуждали какие-то серьезные вопросы.

Лина уж было повернула назад, как Максимилиан поднял на неё глаза.

- Что ты хотела? - спросил он, и казалось, что его тон мог заморозить море.

Девушка нервно сглотнула и пошла к трону, на котором сидел царь. Все провожали её недовольными взглядами, но молчали. Подойдя к нему вплотную, она чуть нагнулась, чтобы лишние уши не услышали её слов.

- Прости, я не знала, что ты ещё занят. Мне нужно знать, как долго продлится наша поездка в Византий.

- Дней десять, не больше.

- А можно я возьму с собой Дианту?

Максимилиан поднял удивлённый взгляд.

- Зачем? Там будет достаточно слуг и рабов.

- Я не хочу рабов, я хочу свою служанку, - недовольно пробурчала Лина.

- Хорошо, - и уже громко добавил, сменив тон на властный и холодный. - Можешь идти.

Лина легонько, одними уголками губ улыбнулась и, поклонившись, ушла.

Фух! Выдохнула она, как только оказалась за дверью и пошла скорей к Дианте, сказать чтобы та готовилась. Настроение приблизилось к отметке "счастлива" и хотелось петь и танцевать.

Глава 8

На следующий день

Солнце едва показалось из-за горизонта, а Лина уже стояла на причале и с интересом разглядывала судно, на котором им предстояло плыть. Оно было необычным. Нет, даже не так. Оно было крайне необычным и доверия у девушки из двадцать первого века не вызывало. Корабль хотя и стоял довольно далеко от берега, но даже издалека было видно, как сильно он раскачивался на волнах.

- А он не потонет? - скептически спросила Лина.

- Почему он должно потонуть? В Греции делают самые лучшие корабли в мире, - уверенно произнесла Дианта, и Лина немного успокоилась. В конце концов, Максимилиан не станет плыть на дырявом корыте.

Служанка вдруг встрепенулась, низко поклонилась, и через мгновение к ним приблизился полководец. Лёгок на помине.

- Ты не опоздала, надо же, - хмыкнул он.

Но Лине было всё равно, пускай усмехается, она первый раз в жизни видела море и была счастлива. Красивое, голубое, бескрайнее. От этого зрелища захватывало дух и хотелось кричать от радости. Первой мыслью, конечно, было вбежать в воду и поплескаться как ребёнок, но она вовремя себя остановила, окружающие не поняли бы такого поступка. И хотя сегодня было гораздо теплее, чем в предыдущие дни, но всё равно холодновато, - зима ещё не кончилась. Вот только качающаяся на волнах посудина немного смущала.

Максимилиан прошёл в шлюпку стоящую у пристани и направился к своему кораблю.

- Ой, Ди, нам тоже нужно поторопиться, пока полководец без нас не уплыл.

- Лина не шути так, - почему-то испугалась служанка и покосилась на хозяйку. - Вот наша шлюпка, пошли.

Солдаты помогли девушкам сесть в сильно качающуюся лодку, и на лице Лины расползлась счастливая улыбка от неожиданных и необычных ощущений, окруживших её. В первые несколько секунд ей даже показалось, что она в невесомости.

К ним присоединились ещё несколько солдат, и шлюпка отчалила от берега. Мужчины проворно заработали вёслами, искоса посматривая на девушек, а Лина, сидела и смотрела вдаль, пытаясь разглядеть приближающийся корабль, очень надеясь, что морской болезни у неё нет. Да, это было бы очень обидно...

Минут через пятнадцать они были уже на месте, и Лина уже более внимательно начала изучать судно. Да, оно было явно военным. Многоярусный корабль в длину метров сорок. По бокам свисали вёсла, что делало его похожим на сороконожку, а огромный квадратный парус очень гармонично завершал необычную картину.

- А это что такое? - спросила Лина, кивая на какой-то странный изгиб на носу корабля.

- Таран, - ответил солдат, сидящий рядом, и удивлённо поднял брови. Вроде бы знатная дама, а не знает, как выглядит таран. - Это же военный корабль.

- А, ну конечно... - кивнула она и задумчиво подала руку мужчине, что бы тот помог ей встать, и, путаясь в складках платья, начала подниматься на борт.

- Ди, а ты не могла предупредить меня об этих неудобствах? Я бы не стала надевать длинную юбку, - недовольно пробурчала она едва её нога ступила на борт, и принялась осматривая себя на наличие повреждений, ей отчётливо слышался какой хруст, когда карабкалась сюда.

Максимилиан стоял, скрестив руки на груди, и явно наслаждался происходящим, а Лина, увидев плотоядный взгляд в свою сторону, ужасно сильно хотела показать ему язык, но вокруг было слишком много свидетелей, и поэтому ограничилась милой улыбкой.

- Ну, показывайте... Что тут у вас, - повертела головой она, когда убедилась в целостности хитона.

- Что показывать? - не понял Максимилиан.

- Каюты.

- Что? - ухмыльнулся он. - Каюты? Лина, это военный корабль, тут нет кают.

Максимилиан с интересом наблюдал за реакцией девушки. Он не стал брать транспортный корабль, на котором у него имелась личная комната, да и вместимость была гораздо больше, чем тут, а решил, что скорость важнее удобств, и сейчас ему было очень интересно, как Лина отреагирует на новость, что спать придётся вместе со всеми. Говорить, что на корабле была отдельная комната для главнокомандующих, он не стал.

- Да? Ну ладно... а своя лежанка то у меня будет? Или мне спать в обнимку с солдатами? - беззаботно спросила она.

Мужчина, каких-то нереально больших размеров, стоящий рядом, громко засмеялся.

- Максимилиан, это твоя новая гетера? А она острая на язычок.

Лина посмотрела на весёлого здоровяка и не смола сдержать улыбку. Он был с очень добрым и располагающим к себе лицом, короткими чёрными волосами и ясными глазами. И одет этот мужчина был также как и полководец в штаны и рубаху с длинным рукавом, только синего цвета, а не чёрного.

Хотя Дианта и говорила, что в Греции достаточно часто встречаются мужчины, поддерживающие царя в его странных пристрастиях к нетрадиционной одежде, но Лине пока не приходилось видеть её на ком-то ещё, кроме Максимилиана. И даже Тигран носил традиционный хитон, не очень длинный, примерно до колена и с широким военным поясом.

- Нет, это новый солдат моей армии, - как-то нехорошо улыбнулся Максимилиан, и Лине совсем не понравилось такое представление. Хотя она же и есть солдат Греции, сама ведь хотела им стать, и решила на него не обижаться. И так как настроение было просто замечательным, согласилась сегодня играть эту роль.

- Добрый день господин...

- Агатон, - широко улыбнулся здоровяк.

- Лина.

Мужчина с интересом рассматривал странную девушку, приветливо улыбающуюся ему. До него доходили слухи, что рядом с царём появилась женщина, позволявшая себе слишком много, и вроде как она была воином, но ничего конкретного он не знал. Да, эта девушка была крайне хорошо сложена, невысокая и красивыми волосами, Максимилиану нравятся такие. Но она была уже не молода, и это было странно, так как даже наложницы у полководца были не старше двадцати лет.

- Это ваш корабль?

- Да, мой, - мужчина гордо окинул взором судно.

- У вас тут мило... И такооой большой таран.

Тут Максимилиан не выдержал и засмеялся в голос, правда, очень тихо.

- Так, знакомство закончили, Агатон, отправляемся.

- Ого! - Лина повернула голову и заметила, что их корабль был не единственный. С ходу она насчитала ещё пять военных судов, но их могло оказаться и больше.

- Они тоже мои, - гордо заявил здоровяк и выпятил вперёд грудь, проследив взгляд девушки. - И все с таранами.

- Агатон! Иди! - приказал Максимилиан, и быстро развернувшись, ушёл с палубы, оставив девушек в одиночестве. Если конечно можно было остаться в одиночестве на военном судне, полном солдат.

- Ди, ты раньше была на подобных кораблях.

- Нет, только на торговых.

Лина вздохнула и огляделась. Её переполняла какая-то непонятная эйфория, она первый раз была в открытом море, и ничто не могло испортить её потрясающего настроения. Рядом суетились матросы, или солдаты, кто был кем с ходу не понятно. Где-то кричал Агатон, отдавая приказания.

- Уважаемый, - обратилась Лина к отдельно стоящему мужчине. Он явно был не рядовым солдатом или матросом, а начальником. Кроме хитона на нём был надет ещё довольно большой нагрудник, с виду медный.

"Интересно, это просто форма такая, или тут на корабле действительно имеет смысл защищать грудь?" - подумала она.

- Покажите нам, пожалуйста, где у вас располагаются солдаты.

Мужчина поднял удивлённые глаза на женщину, обратившуюся к нему. Она разговаривала с ним так, как будто имела на это право. Судя по одежде знатная дама, и со служанкой.

- Вы меня слышите? Отвлекитесь от своей работы и проводите меня на место пребывания солдат, - громко сказала Лина, повысив тон, и грозно посмотрела на мужчину.

- Да, госпожа. Идите за мной, - мужчина чуть заметно кивнул и прошёл к лестнице, чтобы спускаться вниз к гребцам.

- Это рабы? - спросила она, смотря на мужчин на вёслах.

- Нет, это солдаты. Рабы на нижнем ярусе, - изумлённо ответил мужчина, обернулся и нахмурился, пытаясь понять, как можно было спутать солдат с рабами, и что эта женщина вообще имела в виду.

Он прошёл немного вперёд и открыл маленькую дверь, приглашая войти. Лина решительно прошла внутрь и окинула взглядом обстановку. Большое помещение с лежаками и гамаками, довольно мило и чисто, и много солдат, большинство из которых бодрствовали. Все как один повернули головы на вошедшую девушку.

- Здравствуйте, мальчики, - улыбнулась она им, и обернулась к мужчине за спиной. - Мне нужно где-то разместить мою служанку, у вас есть женщины на судне?

- Лина? Ты собираешься остаться здесь? - ужаснулась Дианта.

- Да, ты же слышала Максимилиана, я солдат, а значит, жить я буду здесь с солдатами. Ну, так что с женщинами? - спросила она у мужчины.

- Нет.

Лина взглянула на Дианту.

- Ди, со мной останешься, хорошо?

- Да, - испугано прошептала она, осознавая весь ужас происходящего.

- Дорогая, не бойся, всё в порядке, - ободряюще сказала Лина, обнимая подругу, и повернулась к мужчине рядом. - Вы можете идти, спасибо.

И он тут же скрылся за углом.

Солдаты продолжали смотреть на девушек, кто-то начал уже плотоядно улыбаться.

- Мальчики, предупреждаю сразу, кто прикоснётся ко мне или мой служанке, умрёт очень быстро, - сказала она и обворожительно улыбнулась. - Мы на время путешествия составим вам компанию.

- А ты кто такая? - спросил молодой мужчина, сидевший на дальнем лежаке.

- Я? Я солдат греческой армии, незаметно, что ли? А это моя служанка.

- Я её знаю, - сказал кто-то, и Лина удивлённо посмотрела на мужчину, подавшего голос. - Лина, верно?

- Верно... - потянула она, с интересном разглядывая говорившего солдата, пытаясь вспомнить его. Нет, этот мужчина был ей не знаком.

- Я видел её рядом с Максимилианом под Митавой, а ещё говорят, что тот бой мы выиграли благодаря ей.

- Так, мальчики, - оборвала она его. - Обсуждать то сражение я не намерена, покажите мне лучше свободные места.

Максимилиан наблюдал за удаляющимся берегом и радовался, что у него есть такой друг, как Тигран, на которого можно было оставить Афины. "Может всё-таки стоило взять свой корабль?" - грустно подумал он и уже начал жалеть об отсутствии отдельной каюты. Он хотел добраться до Византия как можно скорее, но то, что ему придётся воздерживаться от Лины, он как то не учёл. Кстати о Лине...

- Солдат, женщина, с которой я поднялся на борт, где она?

- Она внизу с солдатами, - ответил мужчина и поклонился своему царю.

С солдатами?! И Максимилиан тут же полетел к ней, распугивая всех на своём пути, открыл дверь и изумлённо замер на пороге.

- И тогда я ему говорю "Господин, вы меня неверно поняли, я не хочу вас убивать!" - воскликнула Лина и схватила рядом стоящего Агатона за локоть и положила ему свою маленькую ручку на плечо.

Они стояли в центре, а вокруг сидели солдаты и с интересом смотрели на них.

- "Я пришла поговорить", музыку, - скомандовала она и заиграла флейта. Лина обняла Агатона и повела в танец, но он не был настроен танцевать, и она просто кружилась вокруг него, держась за руку.

- "Вы знаете, где моя армия?" Спросила я у него. А он, - ткнула она пальцем в ошалевшего от счастья Агатона, - говорит "моя леди, я знаю всё, и положение ваших войск и то, что твой генерал мёртв".

Лина плавно двигалась в такт музыки, не соблазняюще, а просто грациозно, наслаждаясь музыкой. Её золотые локоны падали на лицо, а длинное платье шло волнами, в такт лёгким движениям, подчёркивая формы девушки.

- Он очень умело пытался соблазнить меня, но не на ту напал! - продолжала свой рассказ Лина. - Я чётко помнила своё задание и уже видела цель, - на столе за его спиной лежали нужные мне письма. Но было ещё рано, мой отряд должен проникнуть во вражеский лагерь, и я ждала условленного сигнала, - сказала она и обняла за плечи Агатона. - Но вдруг я замечаю, как он тянется к оружию. Тянись, - толкнула она партёра, и он опустил руку. - И тут я понимаю! Он раскусил меня и хочет убить! Нет дорогой, думаю я, тебе это не под силу, - улыбнулась Лина и в тот же миг одним движением повалила на пол Агатона и села на него сверху.

Максимилиан начал глотать воздух от этой сцены.

- Всё, враг повержен, - заявила Лина, повернувшись к зрителям. - Но убивать его задания не было. Что же делать? - она встала на ноги и протянула руку мужчине, лежавшему на досках. - Не было, значит, не убью, и говорю ему "А как же потанцевать? Я думала мы друзья!"

Все громко засмеялись, услышав эту странную шутку.

- Он встаёт и подаёт мне руку, предлагая продолжить. И тут я слышу условный сигнал и одним движением вырубаю его.

Лина взмахнула рукой, показывая, как она это сделала.

- Поворачиваюсь к столу, а писем нет! Я глазам своим не поверила! - сказала Лина и звонко рассмеялась. - А потом замечаю, что его штаны значительно увеличился в размере, заглядываю в них, а они там! Хитрый гадёныш!

Все дружно засмеялись и захлопали в ладоши странному рассказу, но тут Лина поднимает глаза и замечает в дверях Максимилиана и её широкая улыбка становится робкой и неуверенной.

- Агатон! Тебе заняться больше нечем? - прогремел голос полководца, и все солдаты вмиг развернулись к царю и склонились перед ним. - Лина, за мной! - сказал он и резко развернувшись, вышел из дверей.

- До вечера мальчики, - обратилась она к солдатам. - Агатон, вам отдельное спасибо.

Лина подбежала вслед за Максимилианом, но догнать его смогла лишь на корме.

- Что это было?

- Мы с солдатами веселились, - улыбнулась она ему, но остановилась на расстоянии вытянутой руки. Его грозный взгляд ей совсем не нравился.

- С солдатами? А почему не с рабами? - спросил он и сарказм из него так и сочился.

- Если бы я была рабыней, веселилась бы с рабами, но я солдат, - сухо ответила Лина, понимая, к чему он клонит. А чего он хотел? Что бы она бегала за ним и просила предоставить укромный уголок, подальше от грязных мужиков?

Максимилиан тихо зарычал.

- Я могу идти?

- Нет! - выкрикнул он и грубо притянул девушку к себе, не обращая внимания на довольно большое количество народу вокруг. Солнце почти скрылось за горизонтом, но это не повлияло на активность на палубе. - Я не хочу, что бы ты общалась с солдатами.

- Почему? Я ничего плохого не делала.

Полководец прижал её к перилам ещё сильнее, и Лина уже начала переживать, что может упасть в море.

- Максим, извини, я думала, что раз я солдат, то... - начала тихо шептать она, но он оборвал девушку, дернув за руку.

- Пошли я покажу, где мы будем спать.

- Я хочу остаться там.

- Лина!

- Там Дианта, ей страшно одной. Максимилиан, пожалуйста, - попросила Лина и подняла на него умоляющие глаза. Он сжал челюсть, всем своим видом показывая, что думает об этом.

- Хорошо, но чтобы больше я этого не видел! - грозно сказал он, сделал шаг назад и посмотрел на ноги девушки. - А почему ты босиком?

- Мне нравится чувствовать тёплые доски под ногами, это так здорово. И на корабле довольно чисто.

Максимилиан обречёно вздохнул, взял Лину под локоть и куда-то повёл.

- Куда мы идём?

Он не стал ничего отвечать, а только шёл вперёд, и, пройдя мимо двери ведущей к солдатам, зашёл в следующую. Лина осмотрелась, это видимо было место опочивальни главнокомандующих, точно такое же помещение как у солдат, только гораздо меньше и три лежанки поприличней.

- Если ты передумаешь, я буду спать тут, - показал он на матрац слева.

- Хорошо. Я пойду? - спросила Лина, мысли которой уже занимала Дианта. Она бросила её там одну...

- Иди.

Она поцеловала полководца в щёку, но он вдруг развернулся и пылко впился поцелуем в губы девушки, прижимая её к себе сильными руками. У неё тут же закружилась голова от его страсти, но он неожиданно отстранился.

- Можешь идти.

- Да, могу, - улыбнулась Лина, пока не придя в себя от поцелуя, и выскочила за дверь.

Через минуту она уже входила к солдатам. Дианта сидела в окружении пяти мужчин и что-то им доказывала.

- Эй! А ну кыш! - возмущённо произнесла Лина. - Только прикоснитесь к ней, и я убью любого.

Кто-то у неё за плечом хмыкнул, она повернулась к нему, удостовериться, что ей не показалось. Перед ней стоял солдат и с вызовом смотрел на неё.

- Ты сомневаешься? - спросила Лина и сделала шаг в его сторону.

- Я не дурак, чтобы спорить с любовницей полководца, - тихо сказал он и отвернулся. Все тут же повернули голову в его сторону, соглашаясь с ним.

- Любовницей? - недобро улыбнулась Лина. - Иди сюда солдат. Сейчас на мне нет сомнительных титулов, я такой же солдат, как и ты. Ты хочешь поспорить со мной?

- Ничего я не хочу, я не дерусь с женщинами.

"Ах ты гад! Да за кого он меня принимает!" - гневно подумала она.

- А ну иди сюда! - крикнула Лина ему. - Выбирай, на мечах или голыми руками?

Он довольно сузил глаза и изогнул губы в улыбке.

- Голыми руками, до первого падения на пол.

- Хорошо, у тебя три попытки повалить меня, - хмыкнула она в ответ, и конечно, не смогла обойтись без пафоса.

Вокруг них тут же образовалась толпа.

- Только Максимилиану ни слова! - обратилась она к собравшимся.

Солдат уже принял боевую стойку и довольно улыбался.

- Давай дружок, попробуй хотя бы коснуться меня, - произнесла Лина, и он тут же кинулся в атаку, а она резко ушла с линии удара, чётко видя его выпад, и уже через секунду оказалась с боку. Один сильный удар под ноги и он падает.

- Вставай, у тебя ещё две попытки.

- Что тут происходит? - вдруг послышался голос Агатона.

- Я демонстрирую твоим солдатам технику рукопашного боя, - широко улыбнулась Лина ему. - Ты ведь не скажешь об этом Максимилиану?

- Не скажу.

- Агатон, раз ты тут, скажи своим солдатам, что мою служанку им трогать нельзя, а то мне они не верят, - обижено нахохлилась Лина и посмотрела на уже успевшего подняться на ноги солдата.

- Все слышали? - громко сказал он окружающим. - Этих женщин не трогать!

И повернулся к девушке. - Дианта может остаться, Лина пошли со мной.

Она взглянула на подругу, и та согласно кивнула, давая понять, что она может спокойно идти.

- Мне жаль, что так получилось, Максимилиан сильно ругался? - спросила Лина, догоняя Агатона.

- Нет, он не ругался вообще, - усмехнулся он. - Что у вас там с солдатами произошло?

- Один солдат не принял всерьёз мои угрозы, а мне страсть как захотелось кого-нибудь побить... - засмеялась она и повернулась к мужчине. - Я серьёзно, присмотри за моей служанкой, чтобы её не обидели, а то я тут всех переубиваю и ты расстроишься.

- Всех? - ухмыльнулся Агатон, явно сдерживая смех.

- Можешь не сомневаться, не впервой, - ответила она серьёзно.

- Хорошо. Не переживай. Если что, обращайся.

- Спасибо.

Агатон пошёл по своим делам, а Лина грустно вздохнула. Солнце уже село, и голубое море приобрело почти чёрный цвет, поднялись волны, и это было удивительно красиво. Она сходила к Дианте, можно сказать, что уложила её спать и вернулась на палубу. Корабль сильно качало, а сильный ветер обдавал холодом. Она прошла на нос корабля, вспоминая сцену из Титаника, и улыбнулась. Нет, при такой качке, да ещё и ночью подобный подвиг повторять глупо. Хотя очень хотелось. Прислонилась спиной к столбу и закрыла глаза, наслаждаясь удивительным мгновением. Хотелось кричать от счастья, это было потрясающе - сильный ветер бил в лицо и при каждом движении корабля холодные брызги долетали до неё мелкими капельками, вызывая мурашки во всём теле. Но не от холода, нет, от эйфории. Звуки моря оглушали. Где-то рядом были солдаты, дежурившие ночью, их тихие разговоры долетали до ушей бессвязными обрывками, но никто не обращал внимания на странную девушку. А может и обращал... ей было всё равно.

Неизвестно как долго Лина так простояла на палубе, ей хотелось впитать в себя этот солёный воздух весь без остатка, и сердце колотилось как бешеное. Уже давно было пора идти спать, но спать одной не хотелось. И надеясь, что Дианта на неё не обидится Лина прошла мимо нужную дверь и вошла в следующую.

- Тс-с-с, это я, - шёпотом сказала она, ложась рядом с Максимилианом.

- Лина, ты вся мокрая и дрожишь от холода, - также тихо ответил он и прижал к себе девушку, накрывая её одеялом, и пытаясь согреть своим телом. - Ты где была?

Максимилиан очень старался не разбудить Агатона лежавшего на лежанке у соседней стены, но судя по его дыханию, он уже не спал, хотя и лежал тихо.

- Спи полководец, - тихо прошептала Лина, мягко целуя обнимающую её руку, и закрыла глаза от удовольствия, окружившего её, горячего, сильного и нежного.

На следующий день

Пробивавшиеся через маленькое окошко солнечные лучи, освещали мягким тёплым светом доски, которыми были оббиты стены небольшой комнатки, и пора было уже вставать, но желания не было. Максимилиан смотрел на девушку, спящую в его объятиях, и гладил её золотые волосы, вдыхая сладкий аромат, а Лина прижималась к нему, словно боялась отпустить.

Агатон проснулся едва начало светать, быстро оделся, и, не сказав ни слова, и даже не взглянув в сторону полководца, вышел и закрыл за собой дверь.

Он был хорошим человеком, не болтливым, и талантливым генералом. Максимилиан не пожалел ни на секунду когда практически отдал ему Афинский флот. Таких преданных и умелых воинов у него было не много.

- Ты уже проснулся? - сонно прошептала Лина.

- Да.

- Я тебя задерживаю. Лежу на тебе и никуда не пускаю, - произнесла она и перекатилась на грудь мужчины, показывая наглядно, как сильно его держит.

Максимилиан улыбнулся от этого милого жеста.

- Мне спешить некуда.

- Это хорошо, - прошептала она, требовательно его целуя, и почувствовав выросшее желание под собой, села сверху.

Максимилиан зарычал от неожиданного удовольствия, пронзившего всё тело, и сжал ягодицы девушки, перехватывая инициативу.

Эта женщина совершенно непредсказуема, как шторм. Ясное и лучезарное настроение может в миг смениться гневом, и так же быстро закончиться, не оставив после себя и следа.

- А мне можно общаться с Агатоном? - спросила Лина, недовольно рассматривая свой мятый хитон.

Она пришла ночью вся мокрая и легла, даже не раздевшись. Максимилиан усмехнулся, вспоминая этот странный поступок. Но рядом спал Агатон и Лине действительно не стоило раздеваться. И где она интересно была? Не купалась же, в самом деле.

- Объясни, что ты имеешь в виду по словом "общаться".

- Ну, с солдатами ты мне запретил разговаривать, а этот генерал вроде бы неплохой человек. С ним интересно проводить время, и он наверняка знает много историй, - сказала она и обезоруживающе улыбнулась.

- Можешь, но у него на судне много дел, и я не уверен, что он найдёт время на болтовню, - ответил Максимилиан. Агатон был очень деятельным человеком, мало спал и много работал, хороший генерал.

- Посмотрим... а плыть нам долго?

- Завтра во второй половине дня должны приплыть уже. Возможно к вечеру.

Лина грустно вздохнула, толи из-за услышанных слов, толи из-за мятого платья и развернулась к двери.

- Пойду Дианту найду, а то ходить в этом как-то слишком, даже для меня, - сказала она и скрылась за дверью.

Максимилиан лёг обратно, ощущая запах Лины на своём теле и захотелось вернуть её. Нет, хватит. Нужно обдумать предстоящую встречу. Тиберий хочет расширить свои территории, собираясь идти на восток, просит армию, но его положение и без того не стабильно. Персы нападают, чуть ли не каждый месяц, им нужен был Византий. Очень уж удачно он расположен и, взяв его, они крепко обоснуются на этом берегу.

Но Тиберий хитёр, когда ему удобно он считает себя Греческой колонией, но на самом деле мечтает о независимости. Такому правителю нельзя давать много власти, и хотя он уже стар, но сына вырастил достойного себе, - такой же скользкий, неоднозначный, хотя и трусливый. В случае чего, он скорее приползёт к греческому царю, прося защиты, чем ударит в спину... а может и нет. С этой семьёй ничего нельзя сказать наверняка.

У Максимилиана в Византии было много шпионов, и практически все высшие военные чины занимали его люди, но они ничего кроме как "всё под контролем" не говорили. Возможно, действительно всё под контролем, но нужно убедиться самому.

Полководец оторвался от своих мыслей и встал с лежанки. Да, хватит разлёживаться. Время уже давно перевалило за полдень, и он вышел на палубу, желая посмотреть, чем занят Агатон, что-то ему говорило, что Лина отвлекает его от работы.

Так и было, вот только он себе представлял это несколько иначе. Лина хотела послушать истории, а Агатон очень любил поговорить о былых подвигах и сражениях, и Максимилиан рассчитывал увидеть девушку, сидевшую и внимательно слушавшую старого морского волка, но ни как ни наоборот.

Агатон сидел на лавке и, открыв рот, смотрел на стоявшую перед ним Лину... с ножами в руках. Она что-то увлечённо рассказывала, а Агатон весело смеялся.

- Я пропустил что-то интересное? - недоверчиво спросил он.

- Максимилиан, эта женщина бесподобна!

Полководец довольно усмехнулся, это да, она действительно бесподобна.

- Так что вы тут делаете?

- Это удивительно! - радостно воскликнула Лина - У вас нет мифов о легендарных похождениях Геракла, и я исправляю эту оплошность в вашей истории.

- И что за мифы?

"У Лины было романтическое настроение и уже второй день она рассказывает истории, надо же" - ухмыльнулся сам себе Максимилиан.

- Это миф о великом воине, рождённого земной женщиной, от верховного бога Зевса. Но Гера, разумеется, его невзлюбила и жил он на земле как простой смертный, совершая бессмертные подвиги. Но он же был сыном бога, а значит, обладал удивительно силой и мог поднять скалу одной рукой. Вот и ходил он по славной земле Греции, убивая разных чудищ и прославляя своё имя и имя отца.

- Как интересно. Расскажи.

Лина широко улыбнулась и низко поклонилась своим слушателям.

- Для вас, мой полководец. Я расскажу вам о втором подвиге великого героя, жившего в греческом городе, царём которого был трусливый Еврисфей. Он и посылал нашего героя на испытания, одним из которых стало убийство Лернейской Гидры. Это была громадная змея с девятью головами, из которых средняя была бессмертна.

Лина начала свой удивительный рассказ о герое, неизвестном в этом мире, и это было удивительно, - греческие имена и греческие города, но чужой герой. Лина рассказывала необычайно ярко и эмоционально, словно сама переживала испытания, и этот незамысловатый сюжет захватил полководца с головой.

- ...И вот! Крепко наступил на неё Геракл ногой, но она обвилась вокруг неё своим длинным хвостом, вместе с гигантским раком, выползшим откуда-то ей на помощь. Ударом дубины убил рака Геракл и начал рубить одну за другой шипящие головы Гидры. Но лишь только срубал он одну - две новые появлялись на ее месте.

Лина начала наглядно показывать, как герой убивал чудище, довольно опасно махая своими ножами, и прижала своей босой ножкой невидимого противника.

- ...Геракл срубил и её и похоронил возле дороги, навалив на нее тяжелую скалу, - громко сказала она, последний раз взмахнув кинжалом, и Максимилиан зааплодировал прекрасному рассказу, а генерал и вовсе радовался как дитя.

- Лина, это действительно очень занимательно, - довольно улыбнулся полководец, и заметил в стороне робко стоящую служанку, она что-то хотела, но не решалась приблизиться. Он кивнул ей, разрешая подойти.

- Лина, ты сегодня даже не завтракала, хотя уже обед прошёл. Может быть, вы прервётесь ненадолго, а после продолжите, - еле слышно прошептала она, боясь даже смотреть в сторону царя.

- Да, - сказал Максимилиан. - Поесть не мешало бы. Вели подать обед, - махнул он рукой служанке, и та убежала в туже секунду. Через минуту перед ними уже стоял стол с едой.

- Лина, ты куда? - посмотрел он удаляющуюся фигуру девушки.

- Не буду вам мешать.

- Можешь присоединиться к нам, - произнёс Максимилиан и заметил краем глаза, как Агатон открыл рот от удивления. Но ему было всё равно. Пусть в Греции и принято, что женщин за столом быть не должно, но сейчас полководец желал видеть её рядом с собой.

Лина тепло улыбнулась и подошла к столу, с интересом изучая его содержимое.

- А рыба есть?

Агатон громко рассмеялся, и дружески похлопал полководца по плечу.

- Максимилиан, похоже, в этой стране только ты и Тигран едите исключительно мясо.

На что он недовольно скривился. По его мнению, рыба была недостойной пищей.

- Византий, какой он? - обратилась Лина к Максимилиану, несколько минут спустя.

Он пожал плечами, как рассказать какой он?

- Город как город. Довольно большой, торговый. Храмов практически нет.

- Торговый город? - спросила Лина и подняла удивленные глаза.

- Среди прочего да. Он и его довольно обширные территории считаются Грецией, и постоянно подвергается нападениям. У него очень сильный флот, сильная армия. Что тебя конкретно интересует.

Лина задумчиво молчала, явно что-то вспоминая, и Максимилиану было очень интересно что.

- А он был когда-нибудь римской территорией?

- Нет, конечно. Он всегда был только моим, - ответил он, настороженно смотря на девушку. Она спрашивала очень осторожно, боясь сболтнуть лишнего, и полководец недовольно покосился на Агатона. Да, при нём она точно ничего не скажет.

- Мне пора уже, я и так задержался, - поспешил сказать тот, заметив взгляд в его сторону. Максимилиан благодарно кивнул своему генералу, всё-таки он был удивительно проницательным человеком.

- Лина, спасибо за потрясающий рассказ, - поклонился он и ушёл.

- Что ты хотела сказать? - спросил полководец, едва Агатон скрылся из виду.

- Я не знаю, наверно это не важно, ведь это всё было в другом мире.

- Говори.

- Я не помню города с названием Византий, зато я знаю, что была у нас Византийская империя, образовавшееся вследствие раздела Римской империи. Помнишь, я тебе говорила, что римляне захватили всё и вся?

Максимилиан кивнул, хорошо помня тот рассказ.

- Ну, вот Византия стала Восточной Римской империей, с центральным городом Константинополем. Одно время он даже был столицей, и официально переименован в "Новый Рим", - произнесла Лина, а полководец не верил своим ушам. Это не может быть!

Лина не знала дат происходящего, и те знания, которыми она иногда делилась, тоже были далеки от точности. Да она и сама не однократно говорила, что не понимает какое здесь сейчас время, но Максимилиан даже боялся подумать, что эти все ужасные рассказы могут быть возможным будущим его страны. Его Греции.

"Нет, я не допущу на свою землю римлян!"

Лина заметила перемену настроения полководца и нежно коснулась его руки.

- Максим, я уже второй раз совершаю эту ошибку, мне не следует тебе рассказывать это. У тебя будет другая судьба.

Он поднял глаза на Лину и увидел её виноватый взгляд. Да, он тоже очень надеялся, что его Грецию ждёт другая судьба.

- Всё в прядке, я понимаю.

- Ты хороший царь, и у тебя прекрасная страна, какой в том мире никогда не было, - сказала она, погладив его по руке, и тепло улыбнулась.

- Да, а ещё у меня есть ты. Посланница богов.

- Ой, когда ты так говоришь, мне самой становится страшно, - девушка звонко рассмеялась и вернулась к своей тарелке, став уже серьёзной. - Это задание... Афина, Арес... они же не говорят ничего конкретного, а я ничего не понимаю.

- Лина, нам не стоит это обсуждать, - строго сказал Максимилиан. Да, разумеется им никогда не понять игр богов, а требовать объяснений глупо и опасно, но после сражения под Митавой он был готов верить любимой богине безоговорочно. Чтобы она не сказала, чтобы не потребовала...

Лина ещё немного посидела с Максимилианом, пытаясь отвлечь его от мрачных мыслей, и в очередной раз корила себя за длинный язык. Через некоторое время, когда полководец выглядел вполне довольным жизнью, она ушла искать Дианту. Лина вчера обещала ей, что будет рядом, а сама оставила её одну с солдатами, а для неё это должно быть суровое испытание.

- Дорогая, прости, я не пришла сегодня ночью... Ты как?

Подруга нашлась на своей лежанке, она сидела, поджав ноги и что-то шила. Интересно, где она нашла здесь иголку?

- Я в порядке, и всё понимаю, - улыбнулась она. - Только непривычно спать на качающемся корабле, а в остальном всё отлично.

- К тебе никто больше не приставал?

- Нет, солдаты ведут себя хорошо, не переживай.

- Хорошо, - кивнула Лина, присела рядом с подругой и с интересом наблюдала за её работой.

- Лина... - послышалось рядом. Она обернулась, рядом стоял молодой мужчина, и как будто боялся что-то спросить.

- Что ты хотел солдат.

- Расскажи нам легенду о непобедимом Геракле, - неуверенно попросил он.

Лина удивлённо подняла глаза и заметила, что все солдаты, кто не спал, смотрели на неё, ожидая утвердительного ответа.

- Мальчики, я не могу... Максимилиан запретил мне, - ответила она и с сожалением посмотрела на мужчин.

- Ладно, - он робко пожал плечами, но с места не сдвинулся.

- Что ещё?

- Ты ведь не простой солдат, верно?

- Верно, но обсуждать мне это тоже не следует, потому что наказать меня могут, так же как и тебя.

- Извини, - виновато произнёс мужчина, опустил глаза и пошёл на своё место.

Лина посмотрела на солдат, в сущности, они были ещё детьми. Все молодые, не больше двадцати пяти, хотя и очень сильные.

Ах, да, они же сидят на вёслах. Агатон говорил, что у них две смены. Когда одни гребут, вторые отдыхают. Или спят или драят палубу, или готовят еду. В общем, всё что угодно, только не на вёслах. Интересно, как того солдата, который её узнал, занесло под Митаву, всё таки это разные войска, на военном корабле и на суше.

Хотя известие, что под Митаву идут римляне, было очень неожиданным, и возможно, что в Афинах не было достаточного количества войск, вот Максимилиан и позаимствовал их у флота...

Ох, сложно это всё, и простому солдату, как Лине, это не понять. Ну, пусть не совсем простому, но все эти стратегии и тактики были для неё как туман, вроде и видно что-то, но ужасно смутно и ничего не понятно.

- Ди, я сегодня ночью не оставлю тебя и буду спать рядом с тобой.

- Лина, это совсем не обязательно, честно, - поспешила сказать служанка, отвлекаясь от своей работы.

- Спасибо, - улыбнулась она. - Но я постараюсь всё же прийти сюда.

Лина встала и пошла на палубу, уже завтра к вечеру они прибудут в пункт назначения, а ей очень хотелось, чтобы это морское путешествие длилось подольше, хотя бы чуть-чуть. Пусть без элементарных удобств и с сомнительными санитарными условиями, но это было невероятно захватывающе. Корабль сильно качался на волнах, конечно, это "сильно" было только для неё, остальные считали, что море было спокойно, но Лина с наслаждением стояла, облокотившись на перила, и вдыхала влажный солёный воздух. Голова кружилась от потрясающего и необычного ощущения невесомости, и она растворялась в них.

- Лина, пошли спать, - голос Максимилиана вырвал её из мечтаний. Она открыла глаза и увидела, что уже темно, и на водной глади лишь тонкой красной полосой отражалось заходящее солнце. Надо же, как быстро пролетело время.

- Я пока не хочу, можно я побуду здесь?

- Ты странно себя ведёшь, с тобой всё в порядке? - спросил полководец и посмотрел на девушку, не понимая, что с ней происходит. Вчера она пришла к нему вся мокрая, а сегодня полдня простояла тут, не двигаясь, и смотря в одну точку.

- Да, просто я впервые на корабле, первый раз вижу море. Это так захватывающе, не могу оторваться от этого прекрасного вида.

Максимилиан удивлённо поднял брови. Как можно было не видеть моря? Ладно, если у неё на родине его не было, хотя ему, рождённому и выросшему на берегу этого было не понять. Но ведь Лина не один день провела в Афинах, а море тут было совсем рядом.

- Хорошо, только постарайся вернуться сухой, - усмехнулся он и отвернулся, чтобы уйти.

- Максим... - остановила она его. - Спасибо.

Максимилиан улыбнулся одними уголками губ и погладил золотые локоны девушки.

- Я тебя жду.

- Может мне сегодня стоит остаться с солдатами, и не смущать Агатона?

- Он не смутится, и это не обсуждается, - сказал он, и быстро развернувшись, ушёл.

Лина осталась стоять одна, но настроение уже было не тем, что раньше, и она уже пожалела что вчера пришла к Максимилиану, или то что дала слово Дианте быть сегодня ночью рядом с ней... пока ещё не решила.

- Ди, ты уже спишь? - Лина тихо прошла к лежанке подруги.

- Нет.

- Прости, я нарушу своё обещание спать сегодня тут.

- Не говори глупости, иди, делай что хочешь. Тут служанка я, а не ты, - тихо засмеялась она и Лина пошла к своему полководцу.

На следующий день

Погода радовала тёплым солнцем и свежим ветром. Дышалось удивительно легко, и Лина весь день пребывала в прекрасном настроении и развлекала Максимилиана и Агатона неизвестными им рассказами мифов и легенд Древней Греции. Вокруг было необычно многолюдно, солдаты уже сотый раз драили палубу и точили свои мечи, и обязательно в той части судна, где Лина рассказывала необычные истории. А уже ближе к вечеру она стояла на палубе рядом с Максимилианом и вглядывалась вдаль.

- Что это?

- Это военные корабли.

- Бог мой, сколько их там? - воскликнула она, смотря на множество тёмных пятен на горизонте.

- Агатон, сколько сейчас кораблей у Византия?

- Пятьдесят, может немного больше.

- Ого! И они все, такие как этот?

- Большинство, - ответил Агатон. - Но есть ещё и биремы.

- Кто? - спросила Лина и непонимающе уставилась на мужчину.

- Биремы, это вид корабля. От триеры отличается тем, что он более широкий, менее манёвренный, менее скоростной и всего два яруса гребцов.

- А тут сколько? Я видела тоже два...

- Нет, тут их три, но третий мы используем только во время сражения.

- Почему?

- Скорость увеличивается незначительно, а солдаты выдыхаются очень быстро.

- И у них тоже есть таран? - спросила Лина, широко улыбаясь здоровяку.

- Конечно, и даже два, - ответил Агатон и гордо поднял голову, как будто эти тараны были его личным достоинством.

- Лина, иди, переоденься, мы скоро прибудем, - повелительно сказал Максимилиан, не удостоив девушку даже взглядом.

Сам Максимилиан стоял уже одетый в доспехи цвета золота и белый плащ, символизирующий царскую власть. Потрясающе красивый и величественный, и даже здоровенный Агатон мерк рядом со своим царём.

- Дианта, дорогая, ты мне должна срочно помочь! - крикнула Лина, влетая как ураган к солдатам, и перепугала всех вокруг.

- Что случилось? - подпрыгнула она, испугано смотря на хозяйку.

Лина смущённо огляделась, все повернули головы в её сторону и с интересом наблюдали.

- Ди мы уже прибываем к Византий, - сказала она уже тише. - Мне нужно переодеться, а ещё я вдруг поняла, что совершенно не знаю как себя вести.

- Я не понимаю тебя.

- Ну, рядом с Максимилианом, и рядом с их правителем. Я же считаюсь просто солдатом, а значит должна проявлять уважение к ним. Это в Афинах я вела себя, как попало, а тут я должна не опозорить полководца. Наверно.

- Лина, если честно, то мне не совсем ясен твой статус рядом с царём, - очень, очень тихо сказала Дианта. Вокруг все затихли и пытались расслышать хоть слово из того что говорили девушки.

- И что мне делать? Я тоже не понимаю. Агатон, когда первый раз меня увидел, подумал что я гетера, давай так и будем считать... - предложила Лина и тоскливо посмотрела на Дианту. Быть этой сомнительной личностью ей совсем не хотелось, но других вариантов она не видела.

- Давай... - потянула служанка. Она разделяла сомнение Лины, но согласилась. Как иначе представить её она тоже не знала.

- Если ты гетера Максимилиана, но можешь даже не приветствовать правителя Византия, если не захочешь, конечно. Но это желательно.

- И как я должна его поприветствовать?

- На твой взгляд, можешь поклониться, можешь склонить голову или просто поприветствовать словами. Но с Максимилианом ты должна быть почтительна.

- На сколько почтительна?

- Даже хорошие гетеры, свободные и образованные должны проявлять уважение к царю. Низкий поклон и полная покорность обязательны, - строго сказала Дианта. Лина глубоко вздохнула и посмотрела на служанку, которая деловито копалась в сундуке, принесённом ещё вчера вечером, и выбирала подходящее платье.

- А у меня служанка может быть?

- Конечно, может.

- Ясно.

Лина осмотрелась, солдаты уже занимались своими делами, поняв, что девушек не подслушать и вроде бы даже не обращали внимания на их разговор.

- И как мы будем переодеваться? - задала вопрос Дианта и улыбнулась.

- Мальчики, всем отвернуться! - громко сказала Лина. - Кто повернётся, получит ножом в пах. И я отсюда не промахнусь, поверьте мне на слово.

Все начали отворачиваться, а она несколько секунд понаблюдала за ними и, удостоверившись, что на них не смотрят, повернулась к служанке.

- Если кто посмотрит в нашу сторону, скажи.

Дианта довольно быстро сняла с неё хитон и одела другой.

- Всё мальчики, можете расслабиться, - повернулась Лина к солдатам. - Ди, а пояс мне не полагается?

- Нет, пояс это символ невинности, а ты как гетера, не можешь быть невинной, - широко улыбнулась она.

- А как тогда я буду отличаться от всех остальных?

- Такие богатые платя простые горожане не носят. Ещё в Афинах гетеры любят носить золотистые накидки, что-то вроде плащей, но у нас её нет. Не переживай, даже слепой увидит в тебе благородную даму.

Лина осмотрела себя, да, платье действительно было красивым, нежного красного цвета с красивой белой вышивкой, очень хорошо подчёркивающей множество складок. Да и вообще она обратила внимание, что гречанки испытывали странную слабость к красивым складочкам на своей одежде и очень старательно драпировали ткань.

Удовлетворившись своим видом и немного успокоившись, она вышла на палубу, встречать берег.

- Ого! Ничего себе крепость!

Византий был совсем не таким, как Лина ожидала его увидеть. Это был огромный город, окружённый крепостной стеной. И в комплекте с военными кораблями за спиной, впечатление он производил сильное.

Рядом с девушками появился Агатон, и она улыбнулась ему.

- А этот Византий крепкий орешек, да?

- Да, он очень хорошо укреплён. Его постоянно пытаются взять, и византийская армия всегда мобилизована.

Корабль пристал к причалу, и в отличие от Афин, он подошёл вплотную к берегу.

Максимилиан в гордом одиночестве подошёл к встречающему его правителю Византия, а это был он, в этом не было сомнения. Тот ему низко поклонился и они удалились, а Лина с Диантой благоразумно стояли в стороне, и очень надеялись, что про них не забудут, и проводят во дворец.

И в подтверждение её мыслей к девушкам подошёл мужчина и с слегка склонил голову.

- Госпожа Лина? - спросил он. Она кивнула ему. - Прошу идти за мной, я провожу вас до дворца и покажу вам ваши комнаты. О вещах я уже распорядился.

Лина внутренне порадовалась этому факту, а то солнце уже начинало садиться и стоять тут в темноте и ждать неизвестно чего ей совсем не хотелось. Но её лицо осталось беспристрастным, и она только кивнула мужчине, благодаря его.

- Вам нужны будут служанки, госпожа? - покосился он на Дианту.

- Ди, тебе нужна будет помощь?

- От одной я бы не отказалась, я же не знаю тут ничего. Только не рабыню, если можно.

- Можно... - как-то странно потянул мужчина, скептически её осматривая.

До дворца девушки добрались быстро, по сторонам смотрели мало, решили завтра выйти в город погулять и посмотреть достопримечательности. А сейчас уже было темно. Мужчина провёл их на женскую половину дворца и показал две комнаты, большую для Лины и поменьше для служанки рядом.

- Ди, а у нас во дворце тоже есть женские комнаты?

- Конечно, у нас ты живёшь в гостевом крыле, которое тоже делится на женскую и мужскую части, - с готовностью ответила она.

Лина нахмурилась, вроде бы Дианта говорила, что подобное деление принято повсеместно, и даже в простых домах горожан есть женская и мужская половины, но ту лекцию помнила плохо.

- Интересно, тут всё как в Греции? Порядки, устои...

- Я конечно точно не знаю, но думаю что отличий довольно много. Например, тут у тебя есть отдельная купальня, - улыбнулась она.

- Да? А что же мы тогда тут сидим? Пошли скорее.

Через несколько минут Лина уже нежилась в ароматной воде, думая, что делать дальше. Завтра хотелось бы выйти в город, погулять, поглазеть. Полководец сказал, что Византий торговый город, а значит, тут продают много всего интересного.

Но мысли Лины прервала Дианта, которая вдруг опустилась на колени.

Максимилиан встретился с Тиберием, они быстро наметили планы на завтра, решив сперва оговорить важные моменты, а затем уже собирать основной совет, чтобы не тратить время на мелочи.

По традиции правитель города сам показал царю его покои и быстро удалился, предложив наложниц. Но полководец решительно от них отказался. Тиберий ничуть не смутился этого, ему было известно, что Максимилиан привёз свою, но только почему-то одну. Хотя все знали, что царю угодить очень тяжело и даже опытные наложницы у него не задерживались. Он быстро сходил в купальню и лёг в кровать. Завтра тяжёлый день, и нужно было спать, но тело требовало нежных рук Лины, и тихо зарычав от этой странной зависимости, он пошёл её искать.

Лина нашлась в купальне, она сидела в воде почти по шею, но заметив движение девушки, обернулась и тепло улыбнулась, увидев полководца.

- Я жду тебя к себе.

Максимилиан очень старался говорить спокойно, не выдавая своего сильного возбуждения, но Лина была невероятно соблазнительна с мокрыми волосами и нежной улыбкой на устах. Она всегда так искренне радовалась, видя его, и это удивительным образом волновало греческого царя.

- Я скоро приду, мой полководец, - пропела она.

Максимилиан коротко кивнул и вышел.

- Давай одеваться... - вздохнула Лина. - Уже и помыться не дают.

Дианта робко улыбнулась и протянула девушке хитон. Она благодарно кивнула ей, вытерлась и быстро оделась. На самом деле ей тоже уже не терпелось оказаться в горячих объятиях Максимилиана.

- Ди, тебе бы тоже ополоснуться, тут очень приятная вода. Помойся и ложись спать.

- Лина, мне нельзя тут, - воскликнула тут же она. - Для слуг купальня в другом месте.

- Ой, Ди, куда ты сейчас пойдёшь, на ночь глядя? Я не буду возражать, если ты воспользуешься этой водой. А завтра я зайду к тебе, и мы пойдём в город.

- Хорошо, спасибо, - произнесла Дианта и неуверенно улыбнулась. Лина была очень странной хозяйкой, но хорошей и доброй. Такого отношения она не видела ни от кого больше, как будто к равной, совершенно не беспокоясь об общественном мнении. Это было очень необычно.

Лина быстро оделась и побежала искать комнату Максимилиана, но найти её собственными силами не представлялось невозможным, дворец был просто огромным. Но благодаря помощи стражника уже через десять минут, она стояла перед дверью, верней перед скрещенными копьями, а дверь была за ними.

- Сюда нельзя, - сказали охранники.

- Мне можно.

- Нет.

- Это ведь комната Максимилиана? - спросила Лина и на мгновение засомневалась, может быть, стражник, указавший ей дорогу, ошибся, и это чужая спальня.

- Да, но он не желает видеть наложниц.

- Я не наложница! - возмутилась она. - Пошли вон!

Но они не сдвинулись с места.

- Максимилиан! - заорала Лина ещё громче, и тут же была прижата к стене грозными мужчинами. Но начинать знакомство с Византием и его правителем с драки во дворце ей совсем не хотелось, и она послушно отдалась в руки охранников.

Дверь открылась, и на пороге появился злой царь, по-другому и не скажешь.

- Что тут происходит?

- Они не пускают меня к тебе, - пожаловалась Лина и дёрнулась, наглядно показывая, как крепко её держат.

- Отпустите её, - рявкнул он и, развернувшись, вернулся обратно в комнату.

Железная хватка ослабла, и девушка тут же впорхнула в спальню вслед за полководцем.

- Какая у тебя серьёзная охрана, - засмеялась она.

- Да, - коротко ответил Максимилиан, прижимая к себе Лину, одним движением снимая с неё платье.

- У меня в Византии много дел, и я буду занят ближайшие дни, но завтра вечером я жду тебя к себе.

Максимилиан лежал на боку и изучал тонкий шрам на скуле девушки, мягко водя подушечками пальцев по нежной коже, а Лина закрыла глаза от удовольствия и чуть изогнула припухшие от поцелуев губы в улыбке.

Уже была глубокая ночь, и пора было уже спать, но сон не шёл, и Максимилиан просто наслаждался рядом лежащей девушкой и тем теплом, что она дарила.

- Если только меня пустят.

- Пустят, - уверенно сказал он. - Лина, ты сегодня была странно одета. Почему?

- Странно? - непонимающе спросила она и приоткрыла один глаз.

- Мы прибыли в Византий, и когда я сказал тебе переодеться, я предполагал что ты оденешься подобающе официальному приёму.

Лина нахмурила брови, а потом поняла, что он имеет в виду.

- Ну, на самом деле я долго думала в качестве кого я рядом с тобой. Вариантов было не так много... Я не наложница, и солдатскую форму я одевать тоже не хотела. Вот и подумала, что тебе будет комфортней видеть меня рядом с собой в качестве гетеры, - ответила она, а Максимилиан открыл рот от удивления и привстал на локтях, желая убедиться, что она не шутит.

- Лина! Что за бред?

- Мне нужно было надеть солдатский хитон?

- Нет, конечно - возмутился он.

- А как? Просто как женщина благородного происхождения? И как бы ты меня представил Тиберию?

- Лина, я не обязан отчитываться Тиберию о своих спутниках! - ответил он, прекрасно понимая, чем руководствовалась Лина. Она думала о нём и о его чести.

- Максимилиан, ты даже представить себе не можешь как всё это тяжело. Я до сих пор не понимаю своего статуса. Кто я? В Афинах, конечно, было так же, но там вроде как все свои. А здесь мне нужно как-то соответствовать, а соответствовать чему? - пожаловалась Лина.

Полководец смотрел в грустные глаза девушки, конечно, он всё это понимал, но пока сам ещё не определился с этим сложным вопросом.

- Малыш, не думай об этом, - произнёс Максимилиан и поцеловал недовольно скривившиеся губки. - Можешь носить что хочешь, но завтра я представлю тебя Тиберию, и хочу видеть на тебе традиционный хитон и пояс.

- Зачем меня ему представлять? - пробурчала Лина.

- Мы тут пробудем достаточно долго, и ты будешь ходить по его дворцу, а у меня будет слишком много дел, чтобы следить за тобой.

- Не надо за мной следить, я не маленькая, - недовольно фыркнула она.

Максимилиан тихо засмеялся и лёг на спину, притягивая Лину к себе.

- Давай спать. У тебя завтра тяжёлый день, - предложила она, нежно обняв его ногами, и поцеловала в уголок глаза.

- Успею. Иди ко мне.

- Ты мой ненасытный полководец, - шепнула она ему на ушко, и села сверху.

На следующий день

Лина почувствовала, что вдруг стало холодно, и открыла глаза. Максимилиан стоял рядом с кроватью и спешно одевался, и по его нахмуренным бровям было видно, что он уже весь в государственных делах. Из окна пробивались солнечные лучи, лаская мускулистое тело полководца, и она зажмурилась от удовольствия, вспоминая его сильные и нежные руки на своём теле.

- Ты уже уходишь?

- Да, и тебе пора вставать, - холодно сказал он, даже не смотря в сторону кровати.

Лина глубоко вздохнула и, кутаясь в одеяло, встала. Опять холодный и властный...

- Я сегодня с Диантой хочу сходить в город.

- Сходи, Византий очень отличается от Афин, тебе будет интересно, - повернулся он к Лине. - Через час я тебя жду в тронном зале, представлю Тиберию и можешь идти.

- Как мне себя вести с ним? - спросила она. Вопрос о её поведении рядом с правителем Византия остался открытым.

- Уважительно.

- Ладно... - пожала плечами Лина, быстро натянула платье и побежала в свою комнату. Нужно ещё успеть переодеться и привести себя в порядок.

Вот почему Максимилиан всегда выглядит бесподобно? Независимо ни отчего он всегда выспавшийся и хорош собой, как будто сошёл со страниц глянцевого журнала? Даже обидно.

Она влетела в комнату как ураган, перепугав Дианту. Хорошо, что та уже не спала, хотя у Лины было такое ощущение, что эта девушка всё время бодрствует и всегда занята работой.

- Ди, скорей помоги мне одеться, у меня мало времени.

В положенный час Лина стояла у входа в тронный зал и опять видела перед собой скрещённые копья.

- Не, ну они издеваются надо мной! - пожаловалась она Дианте, недовольно кривя губы. - И что прикажите делать? Опять кричать и звать Максимилиана?

Стражники не ответили. Стояли как скала и всем своим видом показывали, что пройти ей не удастся.

- Идите, что ли, скажите, что я пришла.

Они продолжали молчать. В голове Лины уже выплыли несколько вариантов, как можно пройти этих суровых воинов, например за спиной мирно покоились кинжалы, но доставать их тут не хотелось.

- Мальчики, если вы меня не пропустите, я вас покалечу, и вам будет стыдно, что вас побила женщина, - произнесла она, но стражники не двигались, и, кажется, даже не дышали.

- Ди, отойди назад, - глубоко вздохнув, попросила Лина.

Дианта отошла на три шага, и она одним сильным ударом в солнечное сплетение вывела из строя первого солдата, стоящего слева, через секунду удар ногой в бок второго и резко вывернула ему руку. Он с рыком поверженного льва упал на пол, а Лина коленом с силой прижала его к полу.

- Что тут... - послышался незнакомый мужской голос.

Лина подняла глаза и увидела перед собой ошарашенного правителя Византия. Она глупо улыбнулась ему, прекрасно понимая, как выглядит со стороны. Да, не очень приятная ситуация для первого знакомства.

- Ой, простите, - произнесла Лина, поднимаясь на ноги и отпуская своего пленника на волю. - Солдаты не хотели пускать меня, и мне пришлось принять меры.

Он смотрел на неё, выпучив глаза, но за его спиной очень вовремя появился Максимилиан. Лина как подобает, поклонилась ему.

- За мной, - рявкнул он и вернулся в тронный зал. Туда же пошёл правитель и девушка вслед за ним, надеясь, что ругать её будут не очень сильно.

- Что ты там устроила? Тебя уже ни на минуту нельзя оставить! - прогремел он и посмотрел на Лину, а она, спрятав неуместную улыбку, слегка поклонилась ему.

- Простите меня мой повелитель. Вы хотели меня видеть, но стражники отказались пропускать. Я не решилась ослушаться вашего приказа, и осмелилась ликвидировать преграду.

С боку раздался нервный смешок правителя Византия. Максимилиан смотрел на Лину холодными глазами, и узнать о чём он думал, не представлялось возможным.

- Тиберий, это Лина. Она прибыла со мной, позаботься о том, чтобы, подобная ситуация больше не повторилась. Пока она не перебила всю твою стажу, - добавил он уже тихо, но Тиберий его хорошо расслышал и округлил глаза от удивления.

Лина повернулась к мужчине и, широко улыбнувшись, кивнула ему.

- Прошу простить меня за это происшествие, я постараюсь, больше не бить ваших стражников.

- Максимилиан, мне сказали, что она твой солдат? - сказал Тиберий, нагло рассматривая девушку.

Лина тоже его разглядывала, и даже не скрывала этого. Уже пожилой мужчина, с седыми волосами и бородой, невысокий, коренастый и с цепким взглядом.

- Да, и довольно неплохой, - ответил он и повернулся уже к девушке. - Лина, можешь идти.

Она ещё раз поклонилась Максимилиану, кивнула Тиберию и развернулась к выходу.

- Ой, забыла... - быстро вернувшись к полководцу, она наклонилась к его уху. - Мне нужен плащ, а я не знаю где его взять.

- Зачем? - поднял он на неё изумлённый взгляд.

- Спрятать кинжалы за спиной. Не хочу выходить в город без них и светить их тоже не желательно.

- Больше ко мне с такой ерундой не обращайся, - очень тихо и очень недовольно произнёс Максимилиан, встал и пошёл к дверям. Открыл, за ними стояли побитые девушкой охранники. Максимилиан, ничего не говоря, снял с одного из них плащ и отдал Лине. Быстро развернулся и ушёл, хлопнув дверью.

Солдат с паникой в глазах смотрел на свой плащ в руках девушки и похоже был готов расплакаться от этой потери.

- Не бойся боец, всё в порядке, - похлопала она его по плечу и повернулась к служанке. - Ди, пошли.

Девушки вышли из дворца и направились осматривать незнакомый город. Он был необычный. Нет, даже не так. Он был странным. Из курса истории Лина хорошо помнила, что Византия считалась венцов изящества и роскоши, была украшена величественными сооружениями и всяческими произведениями искусства, для исполнения которых в этот город отовсюду стекались лучшие художники. Но город который они видели перед собой, не вызывал восторгающих охов и ахов. Здания были непривычно высокими, особенно муниципальные и совсем не нарядные. Они удивительным образом сочетали в себе греческий стиль и... не греческий. Причём снизу во многих местах были колонны, но заканчивались строения куполами, плоскими или высокими. Окна были тоже высокими и узким, и это всё выглядело как-то странно. Жилые дома были по большей части двух этажными, как и в Греции, но и они были тоже другими. Но несомненным плюсом были широкие просторные улицы, и никаких маленьких и запутанных улочек как в Афинах, и большие площади.

Лина с Диантой решили сегодня ничего не покупать, только прошлись по рынку и разглядывали диковинные вещи, продающиеся там. Максимилиан сказал, что они тут надолго, и бегать, как угорелые сметая всё с прилавков, желания не было. Город был действительно удивительным, и хотелось прогуляться по нему, почувствовать его.

Византий обладал каким-то особенным духом. И гуляя по этим улицам и опуская руки в многочисленные фонтаны, он как будто шептал - "Добро пожаловать, гости дорогие, кушайте, пейте, но не шалите. Ибо гнев мой будет страшен". Да, он определённо был приветлив, но суров.

Девушки нашли недалеко от центра даже небольшой ресторанчик. Удивительно, но в Афинах Лина такого не видела. Не харчевня, и не трактир, а именно ресторан. Это было очень неожиданно. И сейчас они с удовольствием сидели в нём и делились своими впечатлениями.

- Это так здорово, - взволновано говорила Дианта. - Я никогда не была в таких городах, настолько сильно отличающихся от Афин.

- Да, тут необычно.

Лина пила сильно разбавленное вино и глазела по сторонам, любуясь необычной и непривычной глазу архитектурой. Византийское вино сильно отличалось от того, что она пила во дворце. Оно было ещё приторней и ещё более крепким, чем во дворце Максимилиана, и если обычно Лина его разбавляла один в пяти, хотя было принято один к трём, то здесь, по мнению официанта, пила одну воду.

Но вдруг где-то вдалеке послышался странный грохот и весёлые крики людей, и девушки заинтересованно переглянулись.

- Уважаемый, - обратилась Лина к молодому мужчине, собиравшему тарелки за соседним столиком. - Что там за шум?

- Это начинается аукцион рабов, госпожа, - низко поклонился он.

- Здесь продают рабов?

- Да, госпожа, Византий крупнейший центр по продаже рабов.

Мужчина ничуть не смутился странному вопросу, видно путешественников тут бывает много и каждому приходится объяснять местные особенности.

- Ди, пошли, посмотрим, я ни разу не видела, как продают рабов.

Дианта брезгливо скривилась, но послушно поднялась из-за стола. Она была хорошей служанкой, и Лина очень радовалась тому, что познакомилась с ней. Все глупые вопросы, которые она задавала, и ещё более глупые поступки Дианта воспринимала, молча, как будто, так и должно быть, и эта девушка стала ей хорошей подругой в этом незнакомом мире.

Лина расплатились за обед, и они поспешили на большую площадь, где уже собралась довольно большая толпа. И как только девушки приблизились к ней, Лину очень грубо отпихнули в сторону.

- Отойди с дороги, солдат! - услышала она.

Этот грубиян прошёл мимо и вдруг оглянулся, видимо почувствовав, что толкнул не здоровенного мужчину, а хрупкую девушку. Он смотрел на неё, хмуря брови, а Лина на него. Не очень высокий мужчина, примерно её возраста, может немного старше, с каштановыми короткими волосами и правильными чертами лица. Его можно было бы назвать красивым, но такой типаж девушке не нравился. Он был одет в, казалось бы, традиционный греческий хитон, но уж больно сильно украшенный яркими вышивками и подпоясанный массивным золотым поясом, а на плечах такой же плащ, как у Лины, только бляшка спереди, держащая его, была золотой. По крайней мере, в Афинах это значило, что плащ носил генерал. Это и ещё тонкий золотой орнамент по краю.

Мужчина с интересом разглядывал девушку перед собой, задержал взгляд на её поясе, символизирующем невинность, и оценивающе посмотрел на Дианту.

- Ты кто такая? - довольно грубо спросил он.

- Тебе представиться нужно? Или сказать, откуда я приехала?

Этот хам Лине совсем не понравился. Он вёл себя так, как будто имел на это право. Да даже если имел, то нормы приличия нужно соблюдать в любом случае.

- Судя по одежде, ты из Афин.

- Молодец, угадал.

Он сузил глаза, наверно пытаясь понять, это его похвалили или всё же оскорбили?

- Откуда у тебя военный плащ византийца?

- Мне его дали.

- Кто?

- Максимилиан, - нагло улыбнулась Лина, видя, что он уже начал выходить из себя.

- Ты его украла!

- Нет. У тебя всё? Иди куда шёл, - грубо ответила она, уже начиная уставать от этого идиотского диалога и от самодовольного типа.

Он сделал шаг к Лине и ещё раз взглянул на Дианту.

- Я забуду об этом происшествии и не буду тебя наказывать, если ты отдашь мне свою служанку, - довольно улыбнулся он и уже по-свойски осматривал Дианту. Девушка испуганно ойкнула и спряталась за спину хозяйки.

- Она не рабыня.

- Это легко исправить.

- Нет, она останется со мной. Иди, купи себе шлюху и развлекайся с ней, - ответила Лина.

Глаза мужчины-грубияна потемнели от гнева, и он махнул рукой, подзывая солдат. Вот ведь! Он был не один! Лина осмотрела подошедших мужчин, в общем-то, справиться с ними не составит труда, но не в центре чужого города и не на глазах народа.

- А ты кто такой?

- Я Грациан, - довольно усмехнулся он, как будто хотел напугать.

- И это должно мне что-то сказать?

- Я сын Тиберия, если ты не знаешь.

Лина широко улыбнулась. Какая неожиданность.

- Ой, только не говори, что ты нас сейчас во дворец поведёшь.

- Именно так я и сделаю. Взять их! - скомандовал он, и девушек тут же схватили солдаты.

- Ди, не бойся, нас же во дворец ведут, а не на плаху, - улыбнулась Лина служанке, видя панику в её глазах.

Дианта сидела в углу камеры и тихо всхлипывала. Она никогда не думала, что окажется в подобной ситуации, а Лина стояла в центре, и выглядела совершенно спокойной. "Ей хорошо, она сильная и бесстрашная, и у неё есть Максимилиан", - грустно думала девушка, смотря на серые камни под ногами, хотя она на её месте, давно бы уже ломилась в дверь, требуя его позвать. Но Лина, только стояла и о чём-то думала.

- Ди, успокойся, всё в порядке, я вытащу нас отсюда, - сказала она в очередной раз подруге. На самом деле Лина тоже не рассчитывала оказаться тут, в закрытой камере, и надеялась, что по пути во дворец повстречает или Максимилиана или Тиберия. Но их провели через боковые ворота и тут же посадили в темницу.

- Ну, так вытащи... - всхлипнула служанка ещё раз.

- Дорогая, я не хочу тут никого убивать, - ответила она и очень порадовалась, что кинжалы остались с ней, надёжно прикрытые плащом, а обыскивать их почему-то не стали. Да, потерять кинжалы Тирея было бы очень обидно.

В окне уже давно светила яркая луна, и свежий воздух пробивался через окно, и становилось довольно холодно.

- Почему ты не хочешь позвать Максимилиана?

- Ди, его не позовут, - Лина утешающе погладила подругу по руке, которая оказалась очень холодной. - Держи, - она сняла с себя плащ и накинула его на плечи девушки.

- Спасибо. А тебе не холодно?

- Нет, мне не холодно, - улыбнулась Лина, решив не рассказывать про суровые будни своего обучения в военном лагере, и как они спали на холодном полу зимой, прикрываясь тонким куском ткани.

Она с тоской посмотрела на луну и уже представляла себе, как будет ругаться Максимилиан.

- Ди, рано или поздно к нам зайдут, - начала тихо говорить Лина, подходя к подруге. - И после этого нужно будет действовать очень быстро. Плана у меня нет, буду действовать по обстоятельствам, но ты, пожалуйста, не бойся и делай всё, что я скажу. Быстро и не задумываясь, договорились?

- Да, - уверенно сказала Дианта.

Грациан посадил женщин в тюрьму, а сам пошёл на встречу с греческим царём, который приехал ещё вчера, и сегодня вечером отец почему-то хотел, чтобы он присутствовал на ужине. Ну, раз надо, то придётся идти, хотя смысла в этом он не видел. Завтра будет большой военный совет, и все вопросы будут решаться там, и зачем был нужен этот ужин, ему было не понятно.

Полководец сидел во главе стола и был погружён в свои мысли. Грациан его видел только три раза, первая их встреча состоялась, когда они оба были ещё детьми, но даже тогда Максимилиан производил сильное впечатление, он буквально сочился силой и властью. А сейчас, когда он стал царём, о его мастерстве как воина и таланте полководца ходили легенды, и как бы он не уважал отца, рядом с Максимилианом он был никем.

Солнце уже давно зашло и зал освещали лишь масляные лампы, расставленные вдоль стен, но полководец сидел молча, и о чём-то думал, и никто не решался его потревожить.

- Можете идти. Тиберий останься, - вдруг сказал он, не поднимая головы.

Грациан встал из-за стола, скрывая свою радость по этому поводу, поклонился царю и пошёл к себе. Но его мыслей не покидали женщины, которых он запер в камере. Изначально он собирался подержать там их всю ночь, чтобы на следующий день они стали более сговорчивы, но он хотел эту служанку, и не привык, что бы ему отказывали.

В ней, честно говоря, не было ничего примечательного, милое лицо, хорошие формы, которые нравились молодому принцу, очень чувственные губы, таких было миллион, но он хотел эту, и прямо сейчас. И ближе к концу ночи, он не выдержал, встал с кровати и пошёл в тюрьму взять её. Взять силой.

Дверь открылась и Дианта тут же поднялась с пола, чётко помня наказания Лины. В камеру зашли два солдата и довольно ухмыляющийся Грациан вслед за ними.

- Возьмите её, - показал он пальцем на служанку, и Лина тут же возникла перед ними. Она быстро оценила обстановку, солдаты были не вооружены и справится с ними, не составит труда. Главное не убить никого.

- Не подходите, - тихо сказала она. - Предупреждаю первый и последний раз.

Солдаты, конечно же, не послушались и Лина, в два удара обездвижила их, в один шаг оказалась рядом с замешкавшимся принцем и приставила клинок к его горлу. Очень вовремя, так как в дверях показались стражники, прибежавшие на звуки боя.

- Не подходить, а то я его убью, - громко произнесла она, осматривая подкрепление. Скверно, слишком много, и вооружены. Но все солдаты замерли на месте, боясь сделать лишний шаг.

- Ди, за мной, - скомандовала Лина и тихо начала продвигаться к выходу. - Скажи им, чтобы зашли в камеру, - приказала она Грациану, но он от страха стоял ни живой не мёртвый, чувствуя холодный металл на своей шее.

- Ну! - она надавила на горло рукой.

- Заходите, - прошептал он.

- Живо, пока я его не убила!

Солдаты начали неуверенно заходить в камеру, а Лина с Диантой по дальней стене пошли к выходу. Когда все солдаты уже были в камере, Лина закрыла дверь и чертыхнулась, увидев, что она закрывалась на ключ, которого, разумеется, у неё не было. Но идти по дворцу с наследным принцем в заложниках чревато неприятностями...

- Ди, встань там, - указала Лина на дальнюю стену, и, убедившись, что коридор пустой, а служанка адекватно себя ведёт, резко втолкнула принца в камеру, хлопнув дверью, и драпанула к выходу.

- Бежим! - крикнула она, хватая её за руку, и дёрнула за собой. - Быстрее Ди!

Лина уже слышала за спиной погоню. Разумеется, они не стали сидеть в камере и ждать когда дерзкие женщины скроются, а тут же кинулись за ними.

Они быстро выбежали из тюрьмы, не встретив по пути охраны, видимо к ним в камеру сбежались все, кто был рядом, и выскочили на дворцовую площадь. Но побежали не в город, как следовало бы ожидать, а во дворец, распугивая всех на ходу. Однако Грациан был слишком увлечён погоней, чтобы задуматься о странном поведении женщин, он должен был поймать их, поймать любой ценой!

Лина неслась как ураган, крепко держа подругу за руку, а та очень старалась не отставать и не упасть на очередном резком повороте. Нужно было найти хоть кого-нибудь знакомого. Пробежав парадный коридор дворца, Лина вспомнила, что из тронного зала есть дверь на мужскую половину, а там можно пройти к Максимилиану. И уже через несколько секунд она влетела в него, радуясь, что у входа не было стражников, но вдруг резко остановилась, увидев тёмную фигуру в центре зала. Дианта была не готова к этому и с разбегу упала на подругу, но каким-то чудом умудрилась устоять на ногах.

- Лина! Ты где была? Максимилиан мне сейчас весь дворец разнесёт! - послышался разъярённый голос. Тиберий стоял в тронном зале, и тёмные тени от факелов, расставленных по краям, зловеще играли на его встревоженном лице.

"Да уж, не очень приятная картина", - подумала девушка, разглядывая его, а через секунду в двери влетел принц со своей свитой.

- Грациан, что ты тут делаешь? - тут же спросил Тиберий.

- Да, Грациан, расскажи отцу, что ты тут делаешь, - улыбнулась Лина. Она, наконец, отпустила руку перепуганной служанки, прошла к правителю Византия и встала рядом с ним.

- Её ловлю, - как-то совсем глупо сказал он.

Тиберий начал чернеть на глазах и яростно сверлить сына глазами.

- Она отсутствовала по твоей вине? - взревел он.

- А ты её знаешь? - спросил Грациан и сделал шаг назад, осознавая, что крупно влип.

- Да! И ещё её знает Максимилиан!

- Но... но она не говорила, что знакома с ним... - испугано, пролепетал он, даже боясь подумать, кто эта странная женщина.

- Да ладно! А ты в этом уверен? - улыбнулась Лина, а Дианта смотрела на неё ошарашенными глазами и не могла понять, как можно после всего случившегося быть такой спокойной и ещё чему-то радоваться.

Грациан нервно сглотнул, вспоминая, что она действительно говорила об этом, вот только он ей не поверил. Не поверил, хотя прекрасно знал, что Максимилиан прибыл с женщиной, и он её не видел... О боги, мог бы догадаться!

- Это его наложница?

- Нет, - зарычал Тиберий, и через секунду дверь в тронный зал распахнулась так, что буквально чудом осталась висеть на своём месте. В зал влетел разгневанный Максимилиан, и казалось, что даже воздух затрещал от напряжения.

- Лина! Ты где была? - орал он как ненормальный. - Что тут происходит?

Полководец подошёл к девушке и схватил её за руку, сильно, но нежно дёрнув к себе, требуя ответа.

- Я тебе всё расскажу, но только если ты никого не убьёшь, - широко улыбнулась Лина и поймала благодарный взгляд Тиберия.

Максимилиан недовольно сжал губы и кивнул.

- Я была тут во дворце. Мы с Грацианом повздорили немного, и он, не опознав во мне ээээ, ну, в общем, не знал, что я прибыла с тобой, и заключил под стражу. Но он извинится, - сказала Лина и многозначительно посмотрела на онемевшего от ужаса принца.

- Грациан! - заорал на него отец. - Извинись перед Линой и Максимилианом!

Принц моргнул, осознавая весь ужас происходящего, и опустился на колени.

- Прошу меня простить, я поступил необдуманно, это больше не повторится.

- Максимилиан, мой сын будет наказан, - уверенно произнёс Тиберий, понимая, что эта женщина не просто солдат, и не наложница, и даже не гетера. Полководец был готов убить за неё.

- Хорошо, я прощу его, - ответил он и осмотрел всех присутствующих - Грациана с тремя солдатами, Дианту и задержался на Тиберие. - Но если информация о сегодняшнем происшествии выйдет за пределы этой комнаты, убью.

И по его холодному тону было ясно, что ослушаться его, было бы большой ошибкой.

Максимилиан крепко держал Лину за руку и быстро шёл в свою спальню. Он был взбешён. Сам не понимая почему, но исчезновение девушки сильно перепугало его.

Солнце уже садилось, но она из города так и не вернулась. И после совета, и после ужина её по-прежнему не было. Странное и незнакомое чувство беспокойства за свою женщину обуревало его. Где она может быть? Почему задерживается? Почему не взяла с собой охрану? И куда опять могла вляпаться?! Она не может и дня прожить, чтобы не влезть туда, куда влезать ей не следовало. И когда солнце уже давно скрылось за горизонтом и стало ясно, что что-то случилось, он пошёл к Тиберию с приказом найти её. Конечно, Тиберий перепугался, так как Максимилиан не просто приказал, а орал на него, требуя объяснить, почему за два дня Лина два раза столкнулась с его стражниками, и сейчас это закончилось её исчезновением. Почему в его городе небезопасно свите царя и его спутники пропадают.

Тиберий поставил на уши всю стражу, и весь город прочёсывали, разыскивая спутницу Максимилиана, но она как будто сквозь землю провалилась. В городе её многие помнили, но никто не знал где она сейчас.

Максимилиан открыл дверь в спальню, зашёл, и, не отпуская руки девушки, гневно уставился на неё, требуя объяснений.

- Мне больно, - прошептала она, совершенно не характерное ей слово. Что-что, а боль Лина могла терпеть очень долго, но сейчас ей совсем не хотелось быть сильной.

Максимилиан замер на мгновение, осознавая услышанные слова, и ослабил железную хватку. Опустил взгляд вниз и увидел огромный синяк, красовавшийся на маленькой ручке Лины. Он был зол, очень зол, за то, что она пропала, за то, что так отреагировал на это, и проявил слабость, и вся его злоба вылилась на нежной коже девушки.

Лина стояла и пыталась понять мысли полководца, по его глазам невозможно было что-либо сказать. Он был недоволен, это факт, но не более.

- Прости, что так получилось... я не хотела, честно, - произнесла она.

Но Максимилиан, не отрываясь, смотрел на маленькую ручку, и перед глазами выплывали картины недавнего прошлого, как он ударил её по лицу, и из маленького носика полилась кровь, как она показывала свои боевые ранения, и как она стояла перед ним на коленях, показывая полную покорность. В его груди пылал огонь, но был ли это огонь гнева или огонь боли, он не знал, и сам того не осознавая, поднял её руку и нежно поцеловал запястье.

Лина закрыла глаза от невероятного и неожиданного ощущения горячих губ и второй рукой зарылась в чёрные волосы полководца.

- Ты из этой комнаты больше не выйдешь, - произнёс он, поднимая холодные глаза.

- Почему?

- Потому что я так сказал!

Лина сжала губы, стараясь не расплакаться от обиды. Да, она виновата, хотя в чём конкретно она провинилась, так и не поняла. Хотя ладно, виновата, значит виновата, но это же не повод запирать её тут. Но сейчас Максимилиану что-то доказывать было бесполезно, он стоял как скала, и не желал ничего слушать.

- Как скажете мой повелитель, - низко поклонилась Лина. - Что-нибудь ещё желаете?

- Я желаю лечь спать, через четыре часа у меня совет. Можешь воспользоваться моей купальней, - сказал он и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Она, молча, развернулась и ушла в купальню.

Полководец зарычал от гнева. Это было невыносимым. Раньше у него не было таких проблем. Были наложницы, которые его интересовали до тех пор, пока не надоедят, была гетера, которая стала слишком навязчивой, и он её отослал в Олимпию. И никто его так не беспокоил как эта странная женщина. Подарок Афины. Да это не подарок, а наказание какое-то! Всё к чему она прикасается, меняется до неузнаваемости, и везде где она появляется, что-нибудь, да происходит.

Максимилиан разделся и лёг в кровать, пытаясь выкинуть из головы лишние мысли. Лина была в купальне уже довольно долго, и он уже хотел сходить и узнать, что опять у неё могло сучиться, но делать этого не стал.

- Эта женщина, сведёт меня сума, - буркнул он себе под нос, закрывая глаза, и уже сквозь сон почувствовал нежный поцелуй на своём плече.

- Спи мой грозный полководец, - тихо прошептала Лина и провела рукой по спине мужчины.

На следующий день

Максимилиан уже проснулся, но глаз не открывал, а Лина лежала на боку и рассматривала его идеальный профиль. "Красивый мужчина, талантливый полководец и великий царь... нет, он никогда не станет моим, - грустно думала она. - Сейчас он делит со мной постель, но только до тех пор, пока я ему интересна, а продлится это не долго. Я всё понимаю, я не глупая девочка, и не питаю иллюзий по этому поводу".

Да вот только эти браслеты... Её взгляд упал на его плечо. Захотелось погладить его, ощутить сильные мышцы и мягкую тёплую кожу. Нет!

От этого хотелось плакать, и проклинать Афину за то, что она позволила познакомиться с Максимилианом. Позволила увлечься им. "Лучше бы мне было остаться в своём мире и умереть на очередном задании, как и подруги".

Предательская одинокая слеза покатилась по щеке и, как по закону подлости, Максимилиан открыл глаза.

- Лина? - нахмурил он брови.

Надо же какой внимательный, девушка недовольно отвернулась.

- Ты плачешь?

- Нет, - ответила она и сделала попытку встать.

- Посмотри на меня, - потребовал он, хватая Лину за руку. Она подняла на него уже сухие глаза.

- Полководец, я не буду сидеть в этой комнате, как собака на привязи.

- Хорошо, но чтобы за пределами дворца я тебя не видел, - сказал он и встал с кровати. - Что вчера произошло?

Максимилиан начал одеваться и даже не смотрел в сторону Лины.

- Мы столкнулись с Грацианом на площади, ему не понравилось что на мне плащ византийского солдата, подумал, что я его украла. Он взял нас под стражу и привёл во дворец, а мы сбежали. Я честно пыталась никого не убивать, - изложила она суть дела.

- Ты сбежала из византийской тюрьмы? - Максимилиан поднял удивлённые глаза и улыбнулся одними уголками губ.

- Да, а что тут сложного? Вот не убить никого при этом, было гораздо сложнее, - ответила она, а полководец хмыкнул.

- Что ты думаешь о нём.

- О ком?

- О Грациане.

- Избалованный, вздорный и трусливый. Мне он не понравился.

Максимилиан внимательно посмотрел на Лину, и задумался о чём-то своём.

- Он ведь займёт трон после смерти отца?

- Да... займёт... - потянул он, явно не довольный этим фактом.

- Давай убьём его, и ты сможешь посадить на его место верного тебе человека, - ляпнула Лина, не подумав, но полководец посмотрел на неё очень внимательно. Он явно тоже думал об этом, и не раз.

- Это не так просто как кажется.

- Я могу это сделать для тебя.

- Нам не стоит это обсуждать здесь.

Максимилиан накинул белый плащ и вышел за дверь, а Лина улыбнулась. Это было очень непривычно, видеть на нём не красный плащ военного генерала, а белый, подчёркивающий статус царя. Но в Византии он носил именно его, и только перед народом и своей армией он желал представать как военный полководец.

Спустя семь дней

Всю следующую неделю Лина с Диантой скучали в стенах дворца, а Максимилиан даже думать не желал, чтобы пересмотреть своё решение. Но служанка, похоже, только рада была. Для неё это маленькое приключение было суровым испытанием, и она теперь боялась даже нос высунуть из дворца.

Девушки исходили всё, что только можно, и побывали во всех комнатах дворца. После произошедшего инцидента Тиберий боялся что-либо сказать, и они бесцельно шатались по бесконечным коридорам. Дворец был большим, гораздо больше, чем в Афинах, хотя не так богато украшен.

- Лина, собирайся.

Максимилиан заглянул в комнату, где сидели девушки и тут же скрылся. Они открыли удивлённые рты и уставились на закрытую дверь. Лина тут же подскочила и побежала за полководцем, пока тот далеко не ушёл.

- Максимилиан, - поймала она его за руку. - Куда собираться?

- Через три часа мы отбываем в Афины, - ответил он, явно недовольный непонятливостью девушки.

- Ура! - тут же закричала она, повиснув на шее у полководца, и почувствовала обнявшую её руку. Захотелось прижаться к нему ещё сильнее, поцеловать, но они были не одни, а стояли в центре оживлённого коридора.

- Я побежала собираться, - улыбнулась Лина и ускакала в комнату обрадовать Дианту.

Максимилиан остался стоять поражённый такой импульсивности девушки и лишь негодующе покачал головой. Но она тут действительно засиделась. А Тиберий хотя и старался молчать, но уже несколько раз намекал ему, что Лине не стоит разгуливать по мужской половине дворца, но заставлять её сидеть в комнате, было бы слишком жестоко. И пусть он уже пожалел, что таким образом наказал её, но своего решения отменять не собирался.

Через три часа все уже стояли на причале, а Лина скептически осматривала сундуки и мешки, лежавшие перед ней.

- Что это?

- Это подарки от Грациана. По его вине вы не смогла посетить наши базары, и он решил таким образом загладить свою вину, - ответил Тиберий и икоса посмотрел на Максимилиана, не будет ли он ругаться за этот поступок. Но он молчал, и видимо был доволен, хотя по его виду никогда нельзя сказать что-то определённое.

- Он решил? - спросила Лина, недоверчиво посмотрев на правителя Византия, а он только отвернулся, явно недовольный проницательностью девушки.

- Спасибо, конечно, но боюсь, что мы не сможем увести всё это, мы прибыли на военном корабле и там нет столько свободного места, - сказала она и с жалостью посмотрела на подарки.

- Нет, я взял у Тиберия его корабль, обратно мы поплывём на нём. Там достаточно место, - поведал Максимилиан, и Лина еле сдержалась, чтобы не расцеловать его прямо здесь.

Какое счастье, они будут спать как белые люди на кроватях и в отдельном помещении, а не на лежанках с солдатами. Дианта, стоявшая рядом тоже повеселела, и хотя она и не жаловалась, но те ночи на корабле, запомнятся ей надолго.

Максимилиан и сам был рад, конечно, Лина его приятно удивила, она ни словом, ни жестом не показала своего стеснения, хотя на маленькой лежанке они вместе явно не помещались, и спала она на досках, он не привык просыпаться с женщиной, когда рядом кто-то был. Агатон пусть и был его хорошим другом, но всему есть предел.

- Агатон, мы поплывём на другом корабле, - Лина грустно посмотрела на подошедшего мужчину.

- Я уже знаю, это конечно неприятно для меня, но вам там будет удобней.

- Очень жаль, мне понравилась ваша компания. Вы замечательный слушатель, но надеюсь, что мы с вами ещё встретимся. Передайте от меня солдатам, что они отличные ребята, все кроме Самона, он надутый индюк.

Агатон громко рассмеялся, но заметив недовольный взгляд Максимилиана, быстро успокоился. Ему не нравилось, что отбытие затягивается, но пока молчал.

- Я тоже очень надеюсь с вами ещё встретиться, дорогая Лина.

Тиберий наблюдал за необычной сценой с интересом. Эта странная женщина всех вокруг превращала либо в друзей, либо во врагов. И так свободно разговаривает с генералом полководца... да и с самим Максимилианом она вела себя довольно распущенно. Все эти поклоны и якобы почтительное обращение, были напускными, обычно она себя так не ведёт. Его опытный взгляд это заметил сразу.

Очень, очень странная женщина, и очень опасная. Её положение рядом с Максимилианом оставалось загадкой. А ещё ему не давали покоя одинаковые тонкие браслеты на их плечах. Он давно слышал старую легенду... но это не могло быть правдой, они не могли быть связаны богами.

- А это кто? - Лина скептически смотрела на девушек, заходивших на корабль.

- Наложницы. Не видишь? - ухмыльнулся он, прекрасно понимая, о чём сейчас думает Лина.

Она ничем не показала своего удивления, и доброжелательная улыбка осталась на мете, но её нижняя губка предательски дрогнула, и это не осталось незамеченным. Максимилиан заставил себя отвернуться, какая разница, что думает Лина, ему нужны были наложницы. Те в Афинах не вызывали в нём желание уже давно, а в то что Лина теперь будет единственной его женщиной он отказывался верить. Нет, определённо нет...

Лина смотрела на красивых девушек, и сама не знала, почему так расстроилась из-за них. То, что у Максимилиана всегда было много наложниц, и то, что она была далеко не первой и не последней женщиной в его постели, а одной из многих, было известно и без того. Но подлые кошки начали скрести на душе, и она поспешила уйти отсюда.

- Кто главный на этом корабле? - спросила она бесцветным тоном.

- Главк, - полководец махнул рукой на мужчину, стоящего в стороне.

- Главк, покажите мне мою комнату, пожалуйста, - Лина пошла к кораблю, но вспомнила, что ни с кем не попрощалась и повернулась к правителю Византия.

- Тиберий, была рада с вами познакомиться, - улыбнулась она.

- Я тоже, Лина.

Она кивнула ему и пошла на корабль.

Глава 9

В небольшой комнате был полумрак, и только бледные лучи заходящего солнца, пробивавшиеся в маленькое окошко, разрежали темноту. Максимилиан лежал на широкой кровати в своей комнате, и ярость пылала в его груди словно огонь.

- Пошли вон! - прогнал он наложниц.

Это было невыносимо! Они оказались такими же, как и остальные. Он чувствовал опытные руки и мягкие губы на своём теле, они знали, как доставить удовольствие мужчине, но они были чужими, пресными. Перед глазами стояла только Лина, и в ожидании её нежных ласк ныло всё тело.

"Нет, я не пойду к ней! Конечно, она мне не откажет. Ничем, не показав, что расстроилась, она весь день была мила, приветлива и... холодна".

Лина обошла корабль уже несколько раз. Он был раскошен. Не очень большой, но удобный. Шёл он гораздо медленнее военного судна, это было видно невооружённым взглядом и, по всей видимости, в Афины они доберутся ещё не скоро. Она с тоской посмотрела на корабль рядом, наверно Агатон был на нём, или на том, что позади, или том, что слева... они все были похожи как близнецы.

- Нужно было ехать с солдатами, - пробурчала она себе под нос, но Максимилиан ни за что не разрешил бы ей этого.

Мимо неё прошли три наложницы, и зашли в комнату царя, и Лина зарычала от безысходности. Захотелось переодеться в солдатскую форму и переселиться в казарму, чтобы у него даже желания не возникало. И у неё тоже...

Это было словно проклятье и противиться этому не было сил.

Лина отошла от комнаты Максимилиана, боясь услышать хоть звук оттуда. Мысль о том, что он сейчас там с ними развлекается, что они ласкают его тело, что он их обнимает и целует, была невыносима.

Она гуляла по кораблю, но раз за разом обнаруживала себя рядом с ненавистной дверью.

- Пошли вон! - послышался гневный голос Максимилиана и через секунду из его комнаты выбежали очень расстроенные девушки, на ходу расправляя свою одежду.

Лина сглотнула комок в горле. Он их прогнал. И в ту же секунду рука сама потянулась к двери.

"Нет, я не пойду к нему", - и повернулась обратно к перилам напротив. Но спорить с собой глупо, она весь день сторонилась Максимилиана, а ссора с ним была равносильна пытке. Решительно развернувшись и открыла дверь.

- Пошли вон, я сказал! - не оборачиваясь, крикнул Максимилиан.

Лина замерла, не зная, что делать. Может она зря пришла. Может у него плохое настроение, и он не хочет никого видеть. И вполне возможно, дело было не в наложницах.

Постояв немного, она нерешительно развернулась, сдерживая слёзы из последних сил.

- Лина?

- Я уже ухожу, не ругайся, - прошептала она, сквозь ком в горле.

- Стой, я думал это наложницы.

Полководец подошёл к ней и запустил руку в золотые волосы, ощущая их мягкость.

- Почему ты здесь?

Максимилиан не мог поверить, что она тут, пришла к нему сама, он думал, что ему не растопить тот лёд, который он видел. И вот, Лина тут. Такая желанная.

- У меня кровать неудобная, - сказала она первое, что пришло ей в голову. Она чувствовала себя дурой... слабой и безвольной. Всю свою жизнь её учили быть сильной, учили быть воином... а сейчас? Нет, сейчас она желала быть женщиной в сильных руках Максимилиана.

Он довольно усмехнулся и притянул её к себе сильней, вдыхая сладкий аромат, и почувствовал нежные ручки на своей спине. Да, именно их он желал больше всего на свете. Лина дрожала от его ласк, её тело искренне реагировало на него, никакого притворства. Она радовалась всему, что он делал, и ему это нравилось.

Максимилиан не мог больше себя сдерживать, зверь внутри требовал взять своё, и быстро скинув с девушки платье и положив девушку на кровать, он с силой вошёл в неё, а сладкий стон сорвавшийся с её губ, усилил и без того острое удовольствие. Он начал медленно двигаться в ней, затем быстрее. Все быстрее. И еще быстрее. Лина задыхалась от темпа его ударов, и безумного и безудержного наслаждения, окружившего её.

Максимилиан упивался видом прекрасного обнажённого тела, извивающегося под ним, и больше ни с кем другим он не чувствовал подобного.

- Лина, сокровище моё, - тихо прошептал он ей на ушко, облокотившись на одну руку и нежно поцеловав в шею.

- Максим... - затрепетала она под ним, почувствовав, как его рука скользит по животу вниз, и зашипела от разрывающего её удовольствия и выгнулась навстречу.

Максимилиан торжествовал, видя наслаждение своей женщины, она страстно отвечала на его действия, цепляясь ногтями в его руку, призывая не прерывать ласки, но уже скоро она вскрикнула от накатившей волны оргазма.

Полководец стиснул зубы, пытаясь продлить потрясающий миг, но это было тяжело, прекрасное тело Лины не оставило ему шансов и через мгновение яркое наслаждение пронзило его, а нежные, но сильные ножки, обнимавшие ещё больше усилили его.

Максимилиан нежно целовал закрытые веки, коралловые губки, пока она медленно скользила ногами по его телу, словно благодаря, и улыбнулся. Нет, ни одна наложница не способна подарить ему подобное. Только Лина.

На следующий день

Лина резко проснулась от сильного грохота, доносившегося буквально отовсюду, и подпрыгнула на кровати, судорожно ища свои кинжалы. Она пыталась сориентироваться в пространстве, но все её чувства говорили об одном - корабль тонет!

Максимилиан тоже быстро вскочил и начал спешно одеваться, не говоря ни слова, но, заметив перепуганный взгляд девушки, прервался на мгновение.

- Не бойся малыш, у меня хороший флот.

- Чего? - не поняла она.

- Я говорю, что мы отобьёмся.

- Мы не тонем?

- Нет, конечно, одевайся, посмотришь, - усмехнулся он.

Лина боялась пошевелиться, но всё-таки взяв себя в руки, встала и дрожащими руками начала надевать хитон. Спасибо Максимилиану, он её дождался, хотя явно забавлялся перепуганным видом. Они вышли из комнаты, а Лина лихорадочно пыталась вспомнить, умеет ли она плавать. Вроде бы умеет, но не в открытом море...

Выйдя на палубу, она замерла отрыв рот.

- Бог, мой! Что это?

Лина смотрела за борт и совершенно не понимала что происходит. Три греческих корабля полукругом, стояли перед ними, смотря носом вперёд, а впереди были ещё корабли, много кораблей.

- Персы, - тихо сказал Максимилиан. - Главк! - заорал он так, что у Лины заложило уши.

Капитан судна появился в туже секунду и поклонился Максимилиану.

- Доложи обстановку.

- Пять военных персидских кораблей появились на горизонте. Я так понял, Агатон принял решение атаковать их.

- Хорошо, - плотоядно улыбнулся Максимилиан. Видимо, если бы они прошли мимо них полководец был бы недоволен.

А Лина смотрела перед собой и всё пыталась понять, что там происходит. Но её неопытный взгляд никак не мог понять, кто есть кто, и что за сложные манёвры были за бортом. Казалось, что такие большие корабли не могут так проворно двигаться, но они двигались, и за считанные секунды разворачивались и...

- Они таранят их? - округлила глаза она.

- Конечно, а зачем, по-твоему, ещё нужен таран? - довольно улыбнулся полководец, явно наслаждаясь боем.

- А эти три перед нами, почему они стоят?

- Они прикрывают нас, это же не военный корабль, и мы даже защищаться не можем.

Лина начала вглядываться вдаль и заметила, что корабль не просто таранил противника, а перед этим как-то хитро разворачивался, нанося скользящий удар. При этом, во время прохождения вдоль борта вражеского корабля, гребцы проворно втягивали весла. После чего веслам неприятеля с одного борта наносился ощутимый урон, и уже через мгновение корабль очень быстро отплывал, выходил на позицию и наносил таранный удар в борт обездвиженного противника.

Так вот откуда этот шум! Лина видела уже два поверженных персидских судна. Один медленно тонул, лёжа на подбитом боку, а от второго вообще мало что осталось, видимо его протаранили особенно жестоко.

Она прислушалась, бой проходил по музыку?

- Мне кажется, или я действительно слышу флейту?

- Да, - ответил Максимилиан, с интересом смотря на Лину. - У себя хороший слух. На каждом военном корабле есть флейтист, он задаёт ритм гребцам.

А Лина заворожёно смотрела на этот удивительный бой, бой под музыку флейты и не могла поверить, что это всё происходит на самом деле. Потрясающе. Немного успокоившись, поняв, что их корабль в целости, она начала смотреть на поле боя, если так можно было выразиться, более внимательно. Греческие корабли выстраивались, на первый взгляд казалось, что в ряд, но приглядевшись, увидела, что они стоят немного со смещением, и из группы выплывали корабли, проводили свой манёвр и возвращались в строй. Это всё было необычно, захватывающе и страшно. От осознания того что они в открытом море и тут она совершенно беспомощна, и в случае чего она не сможет даже постоять за себя, у Лины появлялась дрожь во всём теле.

Это были бои гигантов, совсем не похожие на муравьиные сражения на земле, и ей захотелось прижаться к Максимилиану, ощутить сильную и успокаивающую грудь за спиной, но рядом стоял Главк, и она осталась стоять неподвижно. Не стоит давать лишней пищи для размышления, тем более этот человек ей не понравился. Нужно будет понаблюдать за ним.

- Что это? - воскликнула Лина и глазам не поверила, в Древней Греции не было огнемётов, в этом она была уверенна совершенно точно, но то, что происходило перед её глазами, говорило об обратном. Греческий корабль, проплывая совсем близко с вражеским, выплюнул струю огня и поспешил отплыть подальше. Гребцы работали слаженно и быстро, по первой команде дав задний ход.

- Греческий огонь, - с гордостью поведал Максимилиан, как будто он сам его изобрёл.

- Это что? Нефть? - спросила Лина, с интересом смотря, как солдаты на вражеском корабле пытались тушить огонь, но он продолжал гореть даже в воде. Это был последний персидский корабль, и он был обречён.

- Ты знаешь состав Греческого огня? - прищурил глаза полководец. - Это тайна, за которую убивают.

- Нет, не знаю. Но я знаю, как горит нефть, - поспешила она успокоить его, видимо этот огонь был их тайным оружием. Да уж, очень страшным оружием.

Максимилиан недоверчиво осмотрел девушку, явно прикидывая, как много ей известно, а она улыбалась ему самой невинной улыбкой.

- Хорошо если так, - недоверчиво сказал он и повернулся к мужчине рядом. - Главк, правь к Агатону.

- Максимилиан, а Главк твой главнокомандующий? - спросила Лина, дождавшись, когда капитан скроется за углом.

- Что ты имеешь в виду?

- Ну, он твой человек? Ты веришь ему?

- Лина, говори прямо, о чём ты? - начал злиться Максимилиан, он терпеть не мог, когда она юлила вокруг да около. Но Лина не знала, как сказать прямо, у неё не было ничего конкретного, только мысли и женское чутьё.

- Ну, Агатон, например, мне понравился, он открытый человек, с ним легко общаться, и скрывать от него что-либо нет желания, в нём есть какая-то уверенность. А Главк... Я не знаю, как объяснить, он какой-то скользкий, всё время рядом, как будто шпионит. Я понимаю, что это его корабль, но вчера он весь день был рядом со мной, и дышал в затылок. Мне пару раз даже хотелось его прирезать.

- Нет, он человек Тиберия, - задумчиво сказал Максимилиан, и уставился невидящим взглядом на море.

- Максимилиан, наверно будет лучше, если он не будет видеть нас вместе. Или отдай ему своих наложниц, и ему будет не до нас, - добавила Лина и улыбнулась, на что он только довольно хмыкнул.

- Нет, наложниц я отдам Тиграну. Хотя ход твоих мыслей мне нравится.

- Я серьёзно. Тиберий не простой человек. Не знаю как тебе, но я даже представить себе не могу, о чём он думает. И Главк тоже...

- Лина, даже если ты и права, я не буду скрываться, как будто нашкодивший ребёнок, - недовольно сказал он и отвернулся.

- Не ты, мой полководец, а я. Отнесись с пониманием, к моему поведению.

Она убрала непослушный чёрный локон с его глаз, и мягко поцеловала в губы. Конечно, ей и самой не хотелось себя вести, как жмущиеся по углам подростки, но этот тип определённо был странным. Максимилиану не привыкать быть холодным и чёрствым, а она потерпит. Пусть даже в этом главнокомандующем ничего такого и не было.

- Хорошо, но ночью я жду тебя к себе, - согласно кивнул Максимилиан.

- Всё что ты пожелаешь, - улыбнулась она и, заметив краем глаза приближающегося Главка, сделала шаг назад и низко поклонилась. - Я вам ещё нужна мой повелитель?

- Нет, иди, - ответил он, и казалось, что его тон мог заморозить солнце.

Лина улыбнулась, ей эта игра начала нравиться, холодный и властный царь днём, и нежный любовник ночью. Она поднялась и ушла, оставив мужчин одних. Через минуту Лина уже заходила в комнату Дианты. На этом корабле нашлось отдельное помещение даже для служанки, чему она несказанно радовалась.

- Ди, привет, ты как?

- Я-то хорошо, я вот тебе не мешало бы переодеться, - ответила она, осматривая девушку, и недовольно скривила губы.

- Да, я так перепугалась этого боя, что одевалась очень быстро, - засмеялась Лина, осматривая свой кое-как надетый хитон и радуясь, что у неё есть такая замечательная служанка.

- Потери есть? - Максимилиан сидел напротив Агатона и тот отчитывался перед ним о прошедшем бое.

- Один корабль потерял вёсла, и несколько рабов захлебнулось, так что можно сказать, что нет.

- Хорошо. Куда они плыли?

- Куда-то в сторону Лесбоса, не могу сказать точнее. Их было всего пять, и без транспортного корабля, вряд ли они что-то серьёзное планировали, - с готовностью ответил Агатон, но Максимилиан уже его не слушал, а погрузился в свои мысли. Лесбос был давней головной болью, большой остров, и лакомый кусок для персов. С него каждый месяц приходили донесения об очередном нападении, и нужно было эту проблему как-то решать. Решать раз и навсегда.

- Максимилиан, я могу идти? - прервал его мысли Агатон.

- Иди, и командуй отправление. Некогда тут задерживаться, и так еле ползём.

Уже ближе к вечеру, Максимилиан нашёл Лину на палубе, опять стоящей у перил. Она закрыла глаза и наслаждалась звуками моря и лёгкими волнением корабля, а на лице её играла романтическая улыбка.

- Лина, - сказал он, а она подпрыгнула от неожиданности, и через секунду в её руке был кинжал.

- Максимилиан, не пугай так, я могу тебя поранить.

Лина очень боялась за свои рефлексы, выработанные годами, они могли сыграть злую шутку с незнающими людьми. Огляделась, хорошо, что рядом практически никого не было, и убрала клинок обратно за спину.

- Пошли.

- Рано ещё, - засмеялась она, понимая, что он имел в виду.

- Я хочу услышать рассказ о великом герое Геракле.

- Здесь или у тебя в комнате?

Максимилиан задумался, с одной стороны ему, конечно, хотелось, чтобы Лина рассказывала только для него одного, но понаблюдав сегодня за Главком, он тоже заметил его усиленное внимание к Лине. Он ходил за ней буквально по пятам, и будет не очень хорошо, если он будет стоять под дверью и слушать. Пусть лучше будет на виду.

- Здесь.

Лина посмотрела за спину Максимилиана и низко поклонилась, увидев подходящего к ним главнокомандующего корабля.

- Всё что вы пожелаете мой повелитель. Располагаетесь удобней, и я вам расскажу о бессмертных подвигах великого героя.

Главк подошёл практически вплотную и полководец тоже его заметил.

- Присоединяйся, - обратился он к нему. - Лина довольно занятно рассказывает истории.

- Благодарю, - мужчина кивнул и сел рядом с бесстрастным лицом.

Девушка осмотрела своих зрителей, и решила не обращать внимания на Главка, а то весь настрой собьётся, а на корабле, у неё почему-то, было настроение рассказывать легенды. Греческие легенды.

- Я расскажу вам об очередном подвиге великого и непобедимого Геракла, прошедшего уже всю Грецию, освобождая земли от злых тварей и прославляя своё имя, - начала Лина свой рассказ и Максимилиан в очередной раз поразился умению так складно говорить. В Греции этот талант очень ценился. Странно, что он раньше этого не замечал.

Вдруг он вспомнил ещё, как она двигалась в танце с Агатоном, когда что-то рассказывала солдатам. "О боги, она же ещё и танцевать умеет". Эта мысль прошла горячей волной через всё тело, вызывая острое желание. Нет, сейчас не время.

- ... и когда Геракл вернулся из этой поездки, ему пришлось выполнить девятую задачу, возложенную на него злым и жестоким Еврисфеем. Он должен был отправиться в страну амазонок и достать пояс царицы амазонок, Ипполиты, пояс, который она получила в подарок от самого бога войны, Ареса.

Голос Лины журчал как ручей, лаская слух, и даже Главк открыл рот, заслушавшись незамысловатым рассказом. Да, история действительно не отличалась оригинальным и неожиданным сюжетом, но из уст девушки она была необычайно яркой, как будто живёшь с этим героем.

- ... но так легко вернуться в Грецию ему не удалось и на обратном пути его ждало новое приключение на троянском берегу. Там находилась прикованная к скале дочь царя Лаомедона, Гезиона, предназначенная на съедение морскому чудовищу. Некогда Посейдон выстроил для её отца стены вокруг города Трои, но Лаомедон обманул его и не отдал условленной платы. Тогда разгневанный Посейдон послал ужасное морское чудовище, которое до тех пор опустошало троянский берег, пока отчаявшийся Лаомедон не отдал ему свою дочь.

Лина топнула босой ножкой, демонстрируя зрителям, каким грозным было чудище, выхватила кинжал из-за спины и рассекла им воздух, убивая невидимого противника, на троянском берегу.

- Еврисфей, получил требуемый пояс, но не дал герою ни минуты отдыха и сейчас же послал его выполнять следующее задание. Но это уже совсем другая история.

Девушка низко поклонилась, давая понять, что рассказ закончен и пожалела, что рядом не было Агатона. Его бурные аплодисменты были бы сейчас весьма кстати.

- Прекрасно, Лина, - благосклонно улыбнулся Максимилиан и символически похлопал. - Главк, тебе не понравилось? По-моему эта женщина весьма талантлива.

- Она действительно прекрасна, я никогда не слышал подобного, - с готовностью ответил Главк. Он казался очень смущённым и не знал, как реагировать в подобной ситуации.

- Я рада, что вам понравилось, а теперь позвольте мне удалиться.

- Можешь идти, - повеливающе махнул рукой Максимилиан, и Лина тут же скрылась из виду.

Максимилиан проводил её довольным взглядом, интересно, сколько ещё она скрывает сюрпризов, и повернулся к сидевшему рядом мужчине.

- Главк, византийские наложницы оказались не так хороши, как я рассчитывал, если хочешь, можешь взять одну понравившуюся тебе.

Мужчина открыл рот от такого предложения. Царь Греции, тот самый грозный, властный, беспощадный и несокрушимый как скала, предлагает ему свою наложницу.

Максимилиан смотрел на ошарашенное лицо Главка и в очередной раз убеждался, что Лина, на первый взгляд, ничего не смыслившая, ни в политике, ни в стратегиях, оказывается хорошим тонким игроком.

- Почту за честь, - тихо сказал он.

Спустя два дня

- Когда мы прибудем в Афины? Мы уже три дня в пути... - тихо спросила Лина.

Она лежала на плече своего полководца, медленно гладя его торс и наслаждаясь тем, как короткие чёрные волоски приятно щекотали подушечки пальцев.

- Ещё пару дней. Этот корабль движется гораздо медленнее, чем военный.

Максимилиан задумчиво изучал золотистый локон, накрученный на свой палец, и мысленно был где-то далеко, а Лина млела от ощущения его сильной руки под собой, от лёгкой истомы во всём теле, после прошедшей ночи, и первый раз в жизни захотелось признаться в любви. Но нет, говорить Максимилиану, что она его любит, это было бы глупостью.

- Не терпится вернуться в Афины?

- Не знаю даже, мне тут нравится, - ответила она и прижалась к сильной груди. - Но я уже соскучилась по Алкмене и Тиграну. Да и у тебя наверно полно дел.

- Это да... дел действительно очень много, - потянул он.

- Может, стоило плыть с Агатоном, а этот корабль отправить следом?

- Нет, - ответил Максимилиан, задумался на мгновение и серьёзно посмотрел на девушку в своих объятиях. - Лина, ты поклоняешься только Афине?

Она изумлённо подняла брови. Он первый раз поднимал тему богов, и как ответить на этот вопрос не знала.

- Нет, почему ты спрашиваешь?

- Я неоднократно слышал от тебя, как ты говоришь "Бог мой", не боги, а бог. И я подумал, что для тебя есть только Афина, и других ты не признаёшь.

- Нет, всё несколько иначе... - изумлённо ответила Лина.

- Как? - спросил он серьёзно.

- Я исповедую другую религию, в которой один бог.

- Лина, как ты можешь? Разговаривая с Афиной, ты молишься другому богу, она знает об этом? - Максимилиан начал возмущаться так, что ей даже стало неудобно. Конечно, со стороны подобное выглядело странно.

- Мы не обсуждали эту тему с ней, но я думаю, что она догадывается, - ответила Лина, подняла глаза на негодующее лицо полководца и продолжила. - Максимилиан, в моём мире олимпийские боги давно забыты, они считаются не более чем мифом. У нас другая религия, другой бог, но сейчас... я даже не знаю, кому я поклоняюсь, наверно уже никому. Афина для меня больше наставник, нежели богиня, а моего бога в этом мире нет.

Она вдруг замолчала, осознавая весь трагизм ситуации, и Максимилиан нахмурился, увидев её испуганный взгляд.

- А если я умру, куда отправится моя душа? Я надеюсь Афина не оставит её, и пристроит куда отходят души в вашем мире.

- Лина, я думаю, что тебе не стоит об этом думать, - осторожно сказал Максимилиан.

- Ага, тебе легко говорить, ты тут свой, а я? Вернёмся, схожу к Афине, узнаю, а то будет неприятно умереть насовсем, - сказала она и легла обратно на грудь полководца. Его тёплые нежные руки, перебирающие её волосы, странным образом успокаивали, и дурные мысли ушли окончательно.

Полежав так ещё полчаса, Лина почувствовала желание полководца встать и, переборов себя, последний раз поцеловала его плечо, поднялась.

Максимилиан начал спешно одеваться, всё-таки странная у него привычка, всё делать быстро. Здесь ведь спешить некуда. Лина осталась лежать в кровати, вставать совершенно не хотелось, и, натянув на себя одеяло, удобно устроилась на подушках. Да, тут было определённо удобнее, чем на военном корабле, а полководец одевался и как-то странно смотрел на неё, и о чём он думал было загадкой.

- Я так ужасно выгляжу? - не выдержав, спросила Лина.

- Что? - не понял он и посмотрел на неё более осмысленно.

- Ты на меня так смотришь, как будто у меня что-то не так с лицом.

- Нет, ты прекрасна, как всегда, - усмехнулся он, но взгляд остался холодным и как будто изучающим.

Ну и ладно. Понять, что было в голове у этого мужчины, задача из ряда невыполнимых. Она откинулась на подушки и широко улыбнулась ему, показывая ямочки на щеках.

Максимилиан довольно ухмыльнулся и вышел из комнаты, оставив после себя пустоту. Продолжать лежать в кровати одной резко расхотелось и Лина, глубоко вздохнув, решила тоже вставать и одеваться. Зеркала рядом не было и оставалось надеяться, что она была не очень сильно взлохмаченной и помятой.

Через две минуты она уже выходила из дверей, но тут же столкнулась с Главком. Это было странным, так как комната полководца находилась немного в стороне ото всех остальных, и если на пути кто-то встречается, значит, что этот кто-то шёл именно сюда.

- Максимилиана там нет, - сказала ему Лина, и хотела пройти дальше, но он остался стоять на месте, преграждая путь.

- Я знаю, - ответил Главк, и ей это совсем не понравилось.

- Чем я могу вам помочь? - холодно спросила она, поднимая на него глаза.

- Мы можем поговорить?

Лина коротко кивнула, не совсем понимая, что он от неё хотел.

- Пошли в мою комнату, чтобы нам не помешали, - предложил Главк.

- Это не очень хорошая идея, Максимилиан будет недоволен, если увидит меня там, - ответила Лина, понимая, что продолжать скрываться уже не имеет смысла. Раз он тут, значит, знает, что она провела ночь с полководцем. - Пошлите ко мне.

Через пять минут Лина уже стояла, облокотившись на свой стол, и ждала. Чего ждала, неизвестно, Главк молчал.

- Ели на этом всё, то я, пожалуй, пойду, - встала она.

- Стой, - повеливающе махнул он рукой. - Лина, наверно мне не следует знать, но Максимилиан мой царь и я беспокоюсь о его благополучии, - издалека начал он.

- Я понимаю, о чём вы говорите. Но вам не стоит беспокоиться, я скорее умру сама, прикрывая его своей грудью, чем позволю его благополучию нарушиться, - сказала Лина, а мужчина удивлённо понял брови и продолжил.

- Мне говорили, что ты солдат.

- Да, верно.

- Но не простой?

- Это тоже верно.

Он замолчал, не зная, что сказать дальше, а Лина смотрела на мужчину перед собой, пытаясь понять, о чём он думает. За то недолгое время, проведённое на корабле, Лина поменяла своё мнение о Главке. Да он пристально следил за ней, наблюдал, но он не был злым человеком. Замкнутым и неразговорчивым, но в сущности порядочным. Если конечно можно сказать что-то конкретное о человеке, с которым ты не разговаривала и вообще знакома с ним всего три дня.

- Главк, давайте не будем ходить вокруг да около, а поговорим прямо, - предложила Лина.

Он недоверчиво сузил глаза, но кивнул.

- Тиберий попросил вас понаблюдать за мной и Максимилианом в неофициальной обстановке, так сказать, и сейчас, когда наше путешествие близится к концу, вы не знаете что ему сказать. Так?

Главк округлил удивлённые глаза.

- Не совсем, - произнёс он и немного помолчав, продолжил. - Я ни разу в жизни не видел Максимилиана. Слышал, но не видел. У нас многое говорили. Плохое и хорошее, это не важно. Сейчас я счастлив, что мне удалось узнать царя лично.

Он отвернулся от девушки и прошёлся по комнате.

- И теперь я понимаю солдат, которые боготворят его.

Лина смотрела на Главка и ей были не понятны его мысли, он собирается петь дифирамбы полководцу?

- Лина, - вдруг резко сказал он и развернулся к девушке. - Я не хочу рассказывать Тиберию, что увидел тут.

- А что ты тут увидел? Что я сплю с Максимилианом? Тиберий это и сам знает. То, что я позволяю себе слишком много и веду неподобающим образом? Так это тоже не тайна.

- Нет! То, что он любит тебя, - произнёс он, а Лина открыла рот от неожиданности. С чего это он это взял? Но он смотрел на девушку полными уверенности глазами, как будто знал, о чём говорит.

- Бред!

- Нет, дорогая Лина, - Главк навис над ней как скала. - Ты это видишь и сама, но не осознаёшь. Он любит тебя, и ты его тоже. Но я не хочу говорить это Тиберию, так же как и то, что ты будешь его женой.

Лина неосознанно потрогала браслет на плече, и невыносимая боль пронзила грудь.

- Главк, вы ошибаетесь, эти браслеты ничего не значат. Как вы, верно, заметили, Максимилиан великий царь, его любит народ и боготворит армия. Мне не место рядом с ним и я это понимаю.

- Я говорю не о браслетах, которыми вас наградили Мойры, - отмахнулся он, - я говорю о судьбе.

- В этом мире, как я посмотрю, очень много дрянных пророков! - взвилась она. -

Каждый, кому не лень, будет учить меня!

- Лина, я не пророк...

- Хватит! Я не желаю обсуждать это! Вы хотели сказать мне только это?

- Нет, - ответил он уже гораздо спокойнее. - Я хочу остаться в Афинах. Ты имеешь влияние на полководца, и я хотел, что бы ты попросила его за меня.

- И зачем мне это делать? - посмотрела она на него злыми глазами. Лезет не в своё дело, и ещё смеет просить о чём-то.

Главк отвернулся, ему нечего было предложить взамен.

- Просить я его не буду, но предложу. Пусть сам решает, - холодно сказала Лина.

- Спасибо, - благодарно кивнул он и развернулся к выходу.

- И Главк, - остановила девушка его. - Тот бред, что вы говорили, оставьте при себе.

- Конечно.

Хотелось реветь в голос от раздирающей боли. "Ты будешь его женой", иш ты, проницательный какой! "Только я буду не женой, а... я даже не знаю кем, - горько подумала Лина. - В тайне пожениться, и иногда ночью ходить к нему, а в остальное время смотреть, как он будет развлекаться с наложницами, или спать с законной женой. Нет, лучше умереть..."

- Лина, ты что плачешь? - послышался голос служанки. Подняла глаза, рядом стояла Дианта. Провела рукой по щеке, нет, глаза вроде бы сухие.

- Что ты хотела, Ди?

- Максимилиан хочет тебя видеть, он на корме.

- Я сейчас приду.

Служанка кивнула и скрылась за дверью. Лина встала и с гневом вспомнила Главка. Вот гад, испортил настроение. Теперь весь день насмарку.

Морские путешествия отличались крайне скучными днями, длинными, жаркими днями. Особенно когда понимаешь, что дела копятся с невероятной скоростью, и ещё два дня бездействия на корабле, выльются четырьмя работы. Но делать нечего, и Максимилиан бесцельно ходил по палубе. Хорошо, что с ним была Лина, способная его развлечь и днём и ночью. Он внутренне улыбнулся, вспоминая её мягкие руки, способные подарить божественное наслаждение, и босые ножки. Странно, почему же она ходит тут босиком.

- Вы хотели меня видеть, мой повелитель?

Максимилиан обернулся, перед ним стояла Лина, очень, очень мрачная Лина. Он пригляделся, нет, глаза не красные, значит, не плакала.

- Что произошло?

- Не понимаю о чём ты, - сухо ответила она и отвернулась.

- Как хочешь.

Желания спорить с ней у полководца не было, а вот послушать истории о Геракле, было.

- Расскажи мне легенду о герое Греции, помнится, мы остановились на десятом подвиге.

- У меня нет настроения, - ответила Лина. Ей очень хотела уйти и посидеть одной, а ещё лучше постоять на палубе и посмотреть на море, и желательно тоже в одиночестве.

Максимилиан недовольно сжал губы.

- Лина, расскажи мне, что случилось с твоим настроением, мы это исправим, и я получу то, что хочу.

Девушка подняла глаза на полководца. Правда ли то, что говорил Главк? Нет, этого не может быть, она для него интересна, только до тех пор, пока удовлетворяет его потребности. И больше никак.

- Обними меня.

- Обнять?

- Да, я хочу, чтобы ты меня обнял, - произнесла она, а в глазах появились непролитые слёзы.

- Я не буду этого делать, - холодно сказал он.

- Тогда сам себя развлекай! - выкрикнула она и, тряхнув золотыми кудряшками, быстрым шагом пошла в свою комнату, очень стараясь не бежать.

- Лина! Что происходит! - Максимилиан влетел следом за девушкой и с силой захлопнул дверь.

Полководец был вне себя от бешенства. Когда он видел её в последний раз, она буквально светилась хорошим настроением и была настроена провести весь день в кровати. Он уже давно заметил у Лины странную любовь к постели, в которой они провели ночь, и вытащить её оттуда было делом не из лёгких, но что могло произойти за столь короткий срок?

- Ничего.

- Лина! - Максимилиан подошёл вплотную. - Ты хотела, чтобы я обнял тебя? Иди сюда, - сказал он и резко притянул её к себе.

- Максимилиан, отпусти меня, а то я тебя ударю, - уже сквозь слёзы сказала она и попыталась вырваться из железной хватки.

- Малыш, успокойся, - произнёс он и крепко обнял девушку, чувствуя под руками подрагивающее тело.

- Прости меня... - прошептала Лина, уткнувшись в широкую грудь, и почувствовала знакомый аромат, уже успевший стать ей родным. В сильных руках Максимилиана ей было плевать на всё, главное, что он сейчас рядом, так близко.

- Что случилось?

- Я не хочу об этом говорить, пожалуйста.

Полководец дотронулся до её подбородка и поднял лицо. Она попыталась отвернуться, не желая показывать свои слёзы, но руки Максимилиана были настойчивы. Он погладил красивый изгиб брови, мокрую щёку, и мягкие губки.

- Хорошо.

Он не привык утешать женщин, и эта роль была необычна для него. И ещё более необычно было ощущение, которое он испытывал при этом.

Спустя два дня

Корабль приближался к Афинам, а Лина так и не поговорила с Максимилианом про Главка. Да и не хотелось ей это делать. Но надо.

Она повернулась к полководцу, он задумчиво смотрел на тонкую полоску берега на горизонте, и мысленно был уже в государственных делах, но заметив взгляд девушки, слегка улыбнулся.

- Мы наконец-то прибываем.

- Да. И это меня радует, - счастливо произнесла она. - Максимилиан, я хотела поговорить с тобой.

- Я тебя слушаю.

- Главк хочет остаться в Афинах под твоим руководством.

- Это он тебе сказал? - недоверчиво спросил полководец и посмотрел на Лину, явно не веря, что Главк говорил с ней. За всё путешествие, он при Максимилиане сказал ей не больше десяти слов.

- Да. Мы говорили, и он долго восхищался тобой и сказал, что не хочет служить Тиберию, а мечтает быть рядом с тобой.

Максимилиан нахмурился, и молчал он довольно долго.

- Что ты думаешь? - спросил он.

- Главк мне по-прежнему не нравится, но он много знает. Этот человек оказался на редкость проницательным, и я бы советовала тебе держать его рядом с собой. Не подпускать близко, но контролировать. Может быть он действительно окажется ценным игроком, а может, и нет. По крайней мере, свои знания он не увезёт в Византий, - сказала Лина, на что Максимилиан только самодовольно усмехнулся.

- Лина, тебе нужно переодеться, - послышался голос Дианты за спиной.

- Не пойду, я и так неплохо выгляжу.

- Лина! - возмутилась служанка. - Так нельзя.

- Ди, мы дома, в Афинах. И если я захочу, то буду ходить тут голой, - заявила она, на что получила одобрительный взгляд Максимилиана, а Дианта негодующе вскинула руки и ушла.

- Главк! - рявкнул Максимилиан и оглушил Лину на одно ухо.

- Вы хотели меня видеть?

Он тут же появился рядом, что доказывало, то, что он ошивался где-то неподалёку. Хотя тут везде было неподалёку, корабль был совсем небольшим.

Максимилиан развернулся и надел маску грозного царя.

- Ты хочешь служить в Афинском флоте?

- Да, я бы это хотел.

- На каком корабле? - спросил Максимилиан таким тоном, что рядом с ним просто стоять рядом было страшно.

- Я бы хотел служить на вашем корабле, но военной триере тоже буду рад, - сказал он и низко поклонился.

- На свой корабль я могу тебя взять разве что вёсельником, хотя мне и вёсельник не нужен, я хожу на военном корабле, и мой Икар стоит в порту уже три года. Или ты хочешь остаться на земле?

- Нет. Я родился в море, там и умру, - тут же ответил Главк.

- Хорошо, - сказал он и отвернулся.

Главк остался стоять и смотрел уже на Лину, прося ответа. Видимо так и не поняв, какое решение было принято полководцем. Она ему незаметно кивнула и первый раз на лице этого мужчины увидела улыбку.

Уже после полудня небольшая процессия ехала по главной дороге в сторону Акрополя. Лина вдыхала знакомые ароматы и радовалась как ребёнок жёлтым камушкам под копытами лошадей, глазея по сторонам. Она действительно успела полюбить этот город, и успела по нему соскучиться. Лошади шли медленно, позволяя народу поприветствовать любимого царя. Максимилиан ехал первым на своём чёрном скакуне, а все остальные следовали за ним. Горожане искренне радовались ему и выкрикивали его имя, это было необычно и захватывающе.

Процессия въехала в дворцовые ворота. Максимилиан спустился с коня, поприветствовал сестру, которая ждала его у ступеней дворца, и тут же удалился со своими генералами. Лина ухмыльнулась, вполне возможно он, даже не переодеваясь, засядет в тронном зале на неделю, не отвлекаясь на еду, сон и прочие плотские нужды.

- Лина, дорогая, я так соскучилась, - подбежала к девушке Алкмена и обняла её.

- Ох, Алкмена, а как я соскучилась. Я сейчас быстро схожу в купальню, переоденусь и приду к тебе.

- Хорошо, я буду ждать тебя, и велю подать обед, - с готовностью ответила принцесса. Лина, улыбнулась. Она, наконец, чувствовала себя дома. Алкмена и Тигран были такие домашние, родные. Хотелось петь и танцевать от счастья.

- Ди, я справлюсь сама, - сказала Лина, заметив стоящую в стороне служанку. - Иди, отдыхай, если хочешь, можешь и завтра тоже не приходить.

- Спасибо. Я бы действительно не отказалась от отдыха. К сожалению, я не такая крепкая как ты, - робко улыбнулась она.

Лина смотрела на удаляющуюся девушку, и ей стало жалко её. Да, действительно, с такой хозяйкой как она, не соскучишься, а Дианта, простая девушка, скромная и нежная, как и большинство гречанок.

Последний раз, по-свойски окинув взором площадь, Лина пошла к себе, в родную купальню с ароматной водичкой.

- Ах, дорогая, я же тебе самого главного не рассказала!

Уже через час Лина сидела у Алкмены в саду и увлечённо рассказывала занимательные истории про своё маленькое путешествие.

- Я познакомилась с Грацианом. Помнишь, ты рассказывала мне истории про красивого византийского принца?

Алкмена неуверенно кивнула, смутно припоминая, что вроде бы рассказывала сплетни о его любовных похождениях.

- Так вот я познакомилась с ним довольно близко, - звонко засмеялась Лина, уже немного опьянев от вина.

- Насколько близко? - охнула принцесса, разумеется, подумав о самом плохом.

- Очень! Я держала кинжал возле его горла.

Алкмена округлила глаза и открыла от удивления рот.

- Ты представляешь! Мы с Диантой гуляли по Византию, никого не строгали, а тут мимо пролетает этот хам, толкает меня, а потом ещё и попросит отдать ему мою служанку, а иначе он меня накажет.

- А ты ему не сказала, что приехала с Максимилианом? - спросила Алкмена.

У неё всегда было одно решение на все случаи жизни - сказать, что она сестра царя, и все вокруг тут же были готовы сделать для неё всё возможное и невозможное.

- Сказала, только он не поверил, взял нас под стражу и посадил в тюрьму, - смеялась Лина, вспоминая эту забавную историю. - И когда мы сидели в темнице, он опять пришёл за Диантой, кстати, я так и не поняла, чем она его так зацепила. Ди конечно милая девушка, но у этого избалованного принца опытных наложниц ни счесть. Ну, так вот, он заходит к нам в камеру, я беру его в заложники, и, прикрываясь им как щитом, вывожу нас на волю.

- Лина, ты ненормальная женщина! Только ты могла прикрываться наследным принцем, - охнула Алкмена и негодующе покачала головой.

- Ну а что было делать? Но я никого не убила и этим горжусь! Ой, Дианта страху натерпелась.

- Конечно! Любой бы на её месте в обморок упал от страха, - авторитетно заявила принцесса.

- Ой, Алкмена, дорогая, это же весело, я уже давно так не веселилась. Ты бы видела нас, как мы бежали ночью по дворцу. А потом мы встретились с Тиберием, и он кричал на своего непутёвого сына, а потом пришёл Максимилиан и уже кричал на всех. Но все остались живы и относительно здоровы.

- Относительно?

- Да... меня же наказали за это. Хотя я и была не виновата, но мне было запрещено покидать замок, - грустно поведала Лина подруге, вспоминая ужасные дни заточения. - Но зато мне дали гору подарков. Так сказать моральная компенсация. Завтра мы с тобой в них покопаемся.

- Да? - тут же оживилась принцесса. Она очень любила подарки, а возможность покопаться в византийских дарах, ей понравилась. - Как здорово! А этот принц, он действительно очень красив?

- Ну как мужчина он мне не понравился, не в моём вкусе.

- Ну, это-то понятно, - засмеялась Алкмена. - После Максимилиана любой мужчина покажется уродом.

Принцесса искренне считала своего брата самым красивым мужчиной на свете, самым умным, сильным и вообще самым лучшим, и спорить с этим было глупо.

- Это да... ой, дорогая, я как-то сразу не подумала. Максимилиан же запретил говорить об этом, - вдруг вспомнила Лина, как полководец грозился убить любого, кто вынесет эту историю за пределы дворца. - Так что это тайна.

- Конечно, я никому не скажу, - серьёзно сказала Алкмена, и Лина благодарно посмотрела на подругу. Она всегда знала, когда шутить не стоит, это было её, несомненно, сильным качеством.

Глава 10

Спустя пять дней

Едва нога Максимилиана пересекла порог дворца, на него навалились государственные и военных дела, которых накопилось несметное количество. Пока он был в Византии, Тигран с советниками старались делать что могли, но всё равно дел оставалось слишком много, и полководец с ужасом вспоминал те времена, когда он уезжал на год или больше. "Нужно найти какого-нибудь смышленого советника, не боящегося принимать решения. А то вроде бы дела делают, а утвердить что-то боятся", - думал он.

А ещё нужно было ехать в Спарту.

Максимилиан последний раз посмотрел на стол, заваленный свитками и на утомлённых советников, ну что ж, можно сказать, что все важные дела решены, остальное можно было проучить мудрецам. Вспомнил о Лине и пять дней воздержания остро напомнили о себе. Нужно заканчивать этот совет, всё уже решили, и сейчас уже пошёл разговор ни о чём.

Максимилиан нашёл Лину в саду с Алкменой, они увлечённо разговаривали, не замечая ничего вокруг, и весело смеялись. Немного постояв, и полюбовавшись этой милой картиной, он вошёл в сад.

- Завтра я отправляюсь в Спарту, - сказал он, а Лина подняла глаза, услышав голос Максимилиана, и широко улыбнулась.

Она несколько раз пыталась подойти к нему за эти дни, но Максимилиан был слишком занят и практически не выходил из тронного зала, где предпочитал решать все государственные вопросы, но Лина ни словом, ни жестом не показывала своего недовольства, а только мило улыбалась на очередной его отказ.

- Без меня? - грустно спросила она, поднимаясь с удобного шезлонга, и её больших голубых глазах промелькнула обида.

- Нет необходимости, я только проверю армию и новые боевые машины, - ответил он, и кивнул сестре, которая помахала им рукой и ушла.

- А Спарта отличается от Афин? Как там? - вдруг спросила Лина, совсем не то, о чём думал Максимилиан.

- Конечно, почему ты спрашиваешь?

- Помнишь, я тебе рассказывала, что в том мире, откуда я пришла, Греция была поделена на полисы.

Он утвердительно кивнул, помня тот странный рассказ.

- Ну, так вот Спарта отличалась от всех остальных городов тем, что воинская обязанность там была поставлена как культ. И дети с младенчества воспитывались воинами, решительными и преданными, которые всю жизнь жили под оружием. Это было делом государственной важности. А у женщин в Спарте была только одна роль - рожать новых воинов.

Максимилиан слушал очень внимательно и не перебивал. Ему было интересно всё о той, другой Греции, жаль только Лина не обладала должными знаниями и редко что-то рассказывала.

- Я бы хотела посмотреть на эти лагеря. Меня учили в похожем, в котором за основу взята спартанская система воспитания, а мне интересно как это было на самом деле.

- Нет, у нас нет такого. Хотя идея таких лагерей мне нравится, в Спарте она действительно может прижиться. Позже ты мне расскажешь, как в вашем мире вас воспитывали, и какова была система, какие занятия.

Да, определённо эти военные лагеря, где она воспитывалась, были очень интересны, и Максимилиан хотел знать о них всё. Такие сильные воины как эта женщина ему были нужны.

Лина недовольно скривила губы, услышав эти слова, но промолчала, надеясь, что "позже" наступит ещё не скоро.

- То есть у вас Спарта простой город? - уже разочарованно спросила она.

- Нет, это больше военный город. Там действительно практически каждый мужчина сильный солдат, множество военных академий, и народ несколько другой, с другим мышлением, но не более.

- С каким мышлением?

- Если у нас быть солдатом просто почётно, то там не быть им - позор для семьи. Учёные разрабатывают военные машины, а философы рассуждают о войне. Но отношение к женщинам там такое же, как и в Афинах.

- Понятно, - потянула Лина, запустила свои маленькие пальчики в волосы Максимилиану и притянула его для поцелуя. - Я очень соскучилась, ты уже закончил?

В его глазах тут же потемнело от желания немедленно оказаться в постели с этой женщиной, и ждать уже не было сил.

- Да, малыш, пошли ко мне.

На следующий день

- Почему они все так любят выезжать на рассвете? Почему нельзя отправиться в путь, хорошо выспавшись и нормально позавтракав. Куда так торопиться? Можно подумать от лишних трёх четырёх часов что-то изменится, - ворчала себе под нос Лина.

Она недовольно смотрела, как Максимилиан садится на коня и хмурила брови. Потрясающе красив и невероятно величественен. Как он мог так хорошо выглядеть после ночных любовных игр и раннего подъёма?

Полководец, не глядя ни на кого, развернул коня и поскакал к дворцовым воротам. Через секунду он уже скрылся за ними.

- Я спать, - сказала Алкмена, зевая, и поспешила удалиться.

Для принцессы встать так рано было подвигом, но она старалась всегда провожать брата в дальние поездки и практически всегда встречала его. У них были очень тёплые отношения, и хотя, что один, что другой не афишировали этого, но всё равно было заметно.

На площади остались стоять только Лина и Тигран, и настроение девушки было близко к минусовой отметке. Свежий утренний воздух был слишком холодным, а зимнее солнце слишком ярким.

- Тебя тоже не взяли? - обижено спросила она, посмотрев в сторону, куда ускакал Максимилиан, и скривила губы, всем своим видом показывая, что об этом думает.

- А что мне там делать? Макс сам всё проверит и вернётся.

Тигран осмотрел девушку насмешливым взглядом, но вдруг стал серьёзным и, о чём-то задумавшись, замолчал.

- Я тебя так и не поблагодарил.

- За что? - подняла на него глаза Лина, и пыталась вспомнить, что она сделала. Или не сделала...

- Сны. Я вижу только хорошие сны, - ответил Тигран и засветился как светлячок, а в его глазах появилась благодарность.

"Ах, точно! С этой поездкой в Византий я совсем забыла спросить у него про сны" - вспомнила Лина.

- Правда? Я очень рада. Афина сказала, что со снами это не к ней и обещала поговорить с Гипносом, - улыбнулась в ответ она, а Тигран изумлённо посмотрел на девушку, и она поняла, что свой длинный язык опять не удержала. - Ой, я надеюсь, они меня не убьют за то, что я их тут обсуждаю.

- Тебе действительно стоит думать, что говоришь.

Рядом с Тиграном возник Арес. Божественно прекрасный и крайне недовольный.

- Но он всё знает, так что не страшно. Кстати, передай ему, что персы идут к Талинии и их больше чем они думают.

- Насколько больше? - тут же спросила она, а Тигран насторожился, но молчал.

Он проследил взгляд Лины, оглянулся, но, разумеется, никого не увидел и просто наблюдал.

- В два раза, - сказал Арес и исчез.

Лина недовольно сжала губы. Она ненавидела, когда они так поступают, раз и нету, а до свидания сказать тяжело? Перевела взгляд на Тиграна и улыбнулась. Он сузил глаза, ожидая от девушки комментариев.

- К Талинии персы идут, - беззаботно поведала она.

- Я знаю, - усмехнулся он и сложил руки на груди, демонстрируя свои безупречные бицепсы.

- И их в два раза больше чем вы думаете, - добавила Лина, и Тигран тут же перестал улыбаться и помрачнел как грозовое небо.

- Мне стоит спросить, откуда информация?

- Арес казал.

"Лина!" - возник в голове голос бога.

- Чего Лина? Ты же сказал, что ему можно! - крикнула она в пустоту, точно зная, что бог её услышит.

"Я передумал!" - буркнул он, и пропал.

- Не могу сказать, откуда информация, информатор недоволен, - сказала Лина и обворожительно улыбнулась.

Максимилиана нет, Тигран всё время проводил где-то за городом в казармах, собирал армию и тут же отправлял её к Талинии. Алкмена с Диантой увлечённо копались в византийских подарках, а Лине было скучно, и она ходила из угла в угол не находя себе места. И в очередной раз, проходя мимо казарм, вдруг вспомнила о солдате, которого она спасла под Митавой и обещала, что навестит его. На душе стало как-то светлее, от воспоминаний о том смешном молодом воине.

"Надеюсь, что он остался жив, его рана была очень тяжёлой", - подумала Лина, немного повеселев, и остановила мимо проходившего мужчину.

- Где лазарет для солдат?

- Вон там, у подножья Акрополя, напротив храма, госпожа, - показал он рукой и слегка поклонился.

Лина благодарно кивнула ему, и уж было повернулась к воротам, но одной идти почему-то не хотелось. Что же делать? И немного подумав, решительно повернула к маленькому строению возле дворцовых ворот, где Тигран ей брал солдат для охраны. С компанией всё веселее.

Солнце вроде бы и светило, но грело мало, и Лина уже пожалела, что вышла из стен дворца. "Ну и ладно, схожу быстренько и вернусь к Алкмене, посмотрю, что она там интересного нашла в сундуках", - решила она и получше укутавшись в плащ, пошла к упомянутому белому домику.

- Лина! - послышался радостный крик, показавшийся ей смутно знакомым.

- Юлиан? - изумлённо спросила она, оглянувшись на голос, и увидела светловолосого солдата, с которым бежала из римского плена. Он шёл к ней и широко улыбался.

Точно, это он! В простом коротком хитоне, серого цвета, который носили все солдаты, высокий и широкоплечий.

- А я тебя сразу не узнал, без крови и грязи, - смеялся он. - У тебя очень красивые волосы.

Волосы? А, точно, у неё же была короткая коса. У Юлиана оказывается хорошая память, ведь тогда она действительно выглядела не лучшим образом. Лина смотрела на его улыбающееся лицо и подумала, а зачем ей солдаты?

- Юлиан, ты мне нужен, - нагло заявила девушка.

- Нужен? Лина, Максимилиана нет всего день! - возмутился он, смеясь ещё больше.

- Даже не думай! Он тебя убьёт только за одну мысль об этом. Ты мне нужен как сопровождающий. Где твой начальник, я с ним договорюсь.

- Сегодня я свободен. И куда ты собралась, что тебя сопровождать надо? - спросил Юлиан недоверчиво, явно прикидывая, можно ли отказаться или нет. Он хорошо помнил Лину в римском лагере, да и слух о её выходке с убийством трёх генералов, тоже до него дошёл.

- В военный лазарет, навестить одного солдата, если он жив, - ответила Лина.

Он удивлённо поднял брови, но спрашивать, зачем ей в лазарете сопровождающий благоразумно не стал.

- Ну, пошли.

Они вышли за ворота, спустились с Акрополя, и Юлиан повёл девушку к низкому строению рядом с храмом, стоящим у подножья холма. Зашли, и Лина нерешительно замерла на месте. Нет, нужного солдата ей тут никогда не найти. Здание со стороны было просто большим, а в нутрии оказалось неимоверно огромным, и находилось тут какое-то нереальное количество солдат.

Лина стояла на входе, ошарашено осматривая бесконечные лежанки, а Юлиан понимающе усмехнулся.

- Здравствуйте, госпожа. Вы кого-то ищите?

К ним приблизилась пожилая женщина в тунике лекаря.

- Да ищу, и буду очень признательна, если вы поможете мне. Я не знаю, как зовут этого солдата, его ранили под Митавой. У него было пробит бок и сильное кровотечение.

- А как он выглядит?

Лина попыталась вспомнить, но это было сложно, в тот момент было не до разглядываний.

- Он высокий и крепкий, на вид лет двадцать. Чёрные короткие волосы и зелёные глаза. А ещё он смешной, - улыбнулась она. - Этого наверно мало, чтобы помочь мне?

Лина уже начала понимать, что эта затея ничем не закончится, но женщина не выглядела смущённой столь туманными объяснениями.

- Мне кажется, я знаю, о ком вы говорите. Пошлите, я провожу вас, возможно, это Тихон, - сказала она и повела гостей в дальний угол зала.

Это огромное помещение было разделено на небольшие секции соломенными перегородками и льняными низкими шторками, но всё хорошо просматривалось. Встав на ноги, можно было увидеть всех вокруг. Гулял свежий ветерок, медикаментами совсем не пахло и, несмотря на большое количество раненных солдат, было похоже, что они тут скорее отдыхают, нежели лечатся.

- У вас тут очень неплохо, чисто.

- Да, мы следим за этим. Сюда, пожалуйста.

Женщина свернула за угол и показала на молодого человека, лежавшего на боку. Это был он. Лина его сразу узнала, и камень с её души с глухим стуком упал, оказывается, он там был.

- Привет солдат, - широко улыбнулась она мужчине.

Он поднял голову, уставился на девушку, и открыл рот от изумления. Он её тоже узнал.

- О боги! Ты настоящая? А я думал, ты мне привиделась, - ошарашено произнёс он.

Юлиан стоял, рядом хмурясь, не понимая, что происходит.

- Юлиан, этого солдата я вытащила с поля боя, когда его подбили, - сказала Лина и присела рядом с раненным мужчиной. - Я рада, что ты жив.

- Она как богиня появилась передо мной, сразу же, как только меня ранили, перевязала и практически на руках отнесла в лазарет, - произнёс Тихон, смотря на Юлиана, и как будто не верил, что Лина была рядом, и нуждался в подтверждении этого факта.

- И когда ты всё успела? Ты же в плену была?

- Ну, в плен я пошла только ближе к вечеру, а до этого солдатам помогала, - недовольно пробурчала Лина, не желая вспоминать тот момент, и повернулась к солдату. - Тебя Тихон зовут?

- Да.

- Как твоя рана? - спросила она и мягко провела рукой по перевязанному боку, и он счастливо засветился от этого незамысловатого движения.

- В порядке и меня скоро отпустят, - ответил солдат и многообещающе посмотрел на девушку. Вот наглец, подумала про себя Лина и улыбнулась.

- Молодец, поправляйся, - сказала она, проигнорировав его взгляд. Дружески погладила по плечу и поднялась, собираясь уходить.

Ей было как-то не по себе от того как он смотрел, как будто действительно видел богиню.

- Спасибо, что спасла меня, и не забыла навестить, - поднял он свои глаза, и посмотрел, словно сейчас умрёт.

- Береги свою жизнь, солдат.

Они пошли обратно к выходу, а на душе девушки было тепло. Она была рада, что Тихон жив. Хороший юноша и такой смешной. Ей всегда нравились такие люди, умеющие шутить в любых ситуациях.

- Много солдат ты вынесла с поля боя? - спросил Юлиан, смотря невидящим взглядом куда-то вперёд.

- Я не помню. Может десять, может двадцать...

- Ты и меня спасла, - задумчиво спросил он, двигаясь прямо и не поднимая глаз, словно боялся посмотреть на Лину. До этого момента он не думал о своём спасении, и только сейчас осознал, что тогда был на краю гибели, так же как и Тихон.

- Юлиан, давай не будем это вспоминать, тот бой был трудным, но он уже прошёл и впереди у нас будут ещё, и не один.

Они, молча, дошли до выхода и Юлиан нерешительно остановился.

- Больше никого не будешь навещать?

- Я бы хотела, но я их не помню. Тихон был первым, и такой смешной. Представляешь, он умирал у меня на руках и шутил, - ответила Лина и отвернулась, пряча слёзы. Почему-то этот солдат вызывал у неё странные чувства, он напоминал Артёма. Она всегда будет помнить, как его батальон штрафников отправили в бой, и то, что эта атака была обречена. Только она не смогла его спасти, ей не позволили и он умер у неё на глазах.

- Проводи меня, пожалуйста.

- Конечно.

Он хотел было утешающее обнять девушку за плечи, почувствовав её тоску, но быстро одёрнул руку.

- Ой, прости.

- Да ладно, потрогать можно, я не рассыплюсь, - сказала Лина и схватила его под локоть. Юлиан широко улыбнулся этому жесту, покрепче прижал руку к себе, и ей грустить сразу же расхотелось.

Он проводил Лину до дворца и указал на дальнюю казарму в ряде небольших строений.

- Сейчас я живу вот вон там. Если что будет нужно, обращайся в любое время.

- Эй! Лина! - вдруг раздался грозный возглас за спиной. Она обернулась и увидела Тиграна. Он быстро к ним приближался и был крайне недоволен. Юлиан тут же выпрямился, по стойке смирно.

- Что здесь происходит, солдат?

- Тигр, ты чего раскричался? Я попросила Юлиана проводить меня до лазарета.

- И поэтому ты с ним обнимаешься?

Юлиан заметно напрягся, пряча за спину руку, за которую девушка недавно держалась, а Лина посмотрела на него, и ей стало ужасно обидно. Он наверно он уже пожалел, что дотронулся до неё.

- Ну, хочешь, я тебя тоже обниму? - спросила она и дружески прижалась к руке Тиграна. - Тигр, ну чего ты ругаешься? Ты наверно не помнишь, Юлиан меня, и свой отряд из римского плена вывел. Он хороший. И вообще, я не обязана тебе отчитываться о своих друзьях! - начала злиться Лина.

"Почему его вообще это волнует? Это моё личное дело".

- Я не хочу, чтобы ты обнимала солдат. Хорошо, что Макс в отъезде, а то убил бы не глядя.

Лина глубоко вздохнула, да, полководец действительно был бы не очень рад видеть это. Ну что здесь за дурные порядки?

- Хорошо тигр, я больше не буду никого обнимать, только тебя и Юлиана, договорились?

Тигран осмотрел на почти не дышавшего солдата, пытаясь понять, что Лину в нём заинтересовало, но та только невинно хлопала глазами. У неё в этом мире было мало друзей, можно сказать, что не было совсем, и она была рада знакомству с Юлианом. Он был хорошим человеком и хорошим солдатом. Да, конечно, помимо всего он был ещё и красивым мужчиной, но он не интересовал её с этой стороны, и она его, кстати, тоже.

- Хорошо, - сдался Тигран, и Лина улыбнулась, но вдруг она совершенно неожиданно вспомнила одну вещь, которую уже давно хотела спросить.

- Тигран! - крикнула она, и он даже подпрыгнул с перепугу. - Ой, извини. Я просто тут вспомнила...

Юлиан всё ещё стоял, боясь дышать, и Лина погладила его по руке.

- Расслабься, тигр не будет больше ругаться.

На что Тигран недовольно сжал губы.

- Так чего ты вспомнила?

- А, да... когда у вас тут планируются Олимпийские игры? Страсть как хочется посмотреть.

- Какие игры? - спросил Тигран, и посмотрел на Юлиана, ища у него ответ. Тот только пожал плечами, тоже не понимая, что Лина имеет в виду.

- Ой, только не говорите, что их у вас нет! - испуганно посмотрела она на мужчин. Легендарные Олимпийские игры просто обязаны тут быть. - Спортом вы тут занимаетесь? Бег, борьба, метание копья?

- Конечно, спорт у нас очень любят, и даже устраивают соревнования, но какое отношение это имеет к Олимпу?

- Нууу... - Лина недоверчиво посматривала на Юлиана, и думала, как бы ей не сболтнуть лишнего. - У нас, откуда я приехала, говорили, что в Греции раз в четыре года проходят спортивные игры, посвящённые верховному богу Зевсу. Проходят они в Олимпии, и поэтому так и называются - олимпийскими. Это великий священный праздник, очень красочный, в честь которого прекращались все войны и кровопролития. И даже на путников, направлявшихся на Олимпийские игры, запрещалось нападать. Празднование длилось несколько дней, во время которого мужчины соревновались в разных видах спорта. А потом судья награждал победителей венками из дикой оливы. Выиграть эти состязания было очень почётным. Ой, мальчики, только не говорите что у вас этого нет.

- Мне жаль... но нет... - ответил Тигран и выглядел он очень расстроенным. А Лина смотрела на него как голодный щенок на котлету, и просто не могла поверить в Грецию, пусть и в другом мире, но без Олимпийских игр. Хотя в Грецию без знаменитых легенд о Геракле Лина тоже не могла себе представить, однако вот, она есть.

- А давайте сделаем? А?

- Что? - не понял Юлиан.

- Как что? Нужно... нет. Вам просто необходимо сделать Олимпийские игры!

- Дорогая, Макс приедет, предложи ему, может он согласится.

- Тигр, Юлиан, вы же понимаете что это здорово? - спросила Лина и с сомнением посмотрела на мужчин. Они молчали, явно не разделяя энтузиазма девушки, но боялись её обидеть.

- А что? Я бы поучаствовал, в борьбе я весьма неплох, - улыбнулся Юлиан. Тигран как-то странно хмыкнул, глядя на него, и образовавшееся ранее между ними напряжение начало уходить. Лина улыбнулась. Пока не друзья, но уже не враги.

- А Гимнасий тебя не устраивает? - спросил Тигран.

- Кто? - заинтересованно подняла глаза она. Может всё-таки Олимпийские игры есть, но называются иначе? Об этом Лина не подумала. - Я хочу посмотреть.

Мужчины вдруг заулыбались и эти улыбки девушке совсем не понравились. Плотоядные какие-то.

- Ты хочешь посмотреть? Но женщинам туда нельзя.

- Как нельзя? Совсем?

- Ну не совсем, тебе можно. Наверно. Хотя я и не уверен, - добавил Тигран и отвёл взгляд. - Но смотреть там нечего.

- Я так понимаю, речь идёт о спорте...

- Да.

- Ну, тогда Юлиан, пошли, покажешь ваш гимназий.

- Не гимнаЗий, а ГимнаСий, - поправил девушку Тигран и недовольно скривил губы, уже пожалев, что заикнулся об этом. Снял свой плащ и отдал его Лине.

Она непонимающе взяла его и уставилась на него в немом вопросе.

- Одень, тогда тебя пропустят. Я, пожалуй, пойду, мне ещё много чего нужно успеть сделать. Не обнимайтесь тут.

Тигран помахал рукой и ушёл, а Лина грустно вздохнула. Бедняга, после новостей о персидской армии, он всё время проводил, формируя войска, и очень злился, что было мало времени и приходилось довольствоваться теми солдатами, что были в Афинах и близь лежащих городах.

- Лина, а почему ты его тигром называешь? - вдруг спросил Юлиан.

- Ну, Тигран такой большой и сильный, прямо как настоящий тигр, - обезоруживающе улыбнулась она. - Ну пошли? И что такого в этом Гимнасии? У нас, откуда я родом, любой может смотреть на тренировки спортсменов.

- Да? Пошли тогда. Посмотришь...

Они уже час шли по городу, а никакого Гимнасия видно не было.

- Далеко ещё? Нужно было предупредить, что идти придётся через весь город, лошадей бы взяли.

Лина начала уже жалеть о своей затее. Что она спортсменов не видела? А ярко светившее солнце, хотя было довольно прохладным, припекало сильно.

- Извини, я как то не подумал, что ты можешь взять лошадей, - виновато произнёс Юлиан. - Уже недолго осталось. Наш афинский Гимнасий считается самым большим в Греции, в нём целых два зала для физических занятий юношей, и эфебов и большая площадь для соревнований.

- Кто такие эфебы? - спросила она.

- Лина, откуда ты приехала?

- Это имеет значение? - недовольно спросила она. Юлиан, сначала казался не слишком любопытным, и Лина уже много чего успела спросить у него, а он просто отвечал, не заботясь о природе её необразованности, и вот, нате. Даже обидно.

Но Юлиан на грубость никак не отреагировал и спокойно продолжил:

- Нет, конечно. Эфебы - это юноши, достигшие совершеннолетия, в Греции это шестнадцать лет, и ставшими военнообязанными. Куда ты хочешь пойти сперва?

- А что есть ещё что-то кроме зала для занятий?

- В Гимнасии учат не только эмоционально-физическму общению между мужчинами, но и чтению, письму, пению, правильной речи. Ещё есть бани. Их ты тоже хочешь посмотреть? - улыбнулся он.

- Нет, Юлиан, бани меня не интересуют. А спортивные соревнования там же проходят?

- Да, на открытом дворе. Но сейчас там скорей всего проходят только тренировки по метанию копья.

Они уже почти дошли до огромного здания с колоннами, стоящего в стороне ото всех, как к ним на встречу выбежали двое решительно настроенных солдат. Лина, не сбавляя шага, шла вперёд, но один из них грубо схватил её за руку, желая остановить, и уже через секунду в её руке был кинжал.

- Не трогай меня, а то без руки оставлю.

- Женщинам сюда нельзя! - заявил он, ничуть не испугавшись, и продолжал настойчиво отталкивать её с пути.

- Ты это кому-нибудь другому скажи, а мне можно. Пошёл вон! - рявкнула Лина на него и оттолкнула. Солдат отпрянул от девушки, заметив на её плечах плащ Тиграна, а она, не обращая на него внимания, решительно направилась к входу, не совсем представляя, где он находился, зато эффектно.

- Юлиан, а почему тут такая дискриминация по половому признаку?

- Чего?

- Почему женщин не пускают? - повторила свой вопрос Лина, недовольно нахмурившись.

- Это место для мужчин.

Она подняла на него глаза, тоже мне ответ. Но по его виду было понятно, что он считает свой ответ исчерпывающим.

- Ну, показывай ваше место для мужчин, я уже сгораю от любопытства.

Юлиан повёл девушку через колонны в самый центр. Это был очень красивый открытый двор с мраморными полами, фресками, статуями и даже фонтан имелся в наличии. На полу, собравшись в круг, сидело несколько небольших групп юношей, разных возрастов и чем-то сосредоточенно занимались.

- Здесь обучают чтению и письму, - махнул рукой Юлиан на собравшихся. - В соседнем зале учат пению, но, судя по всему, сегодня занятий нет. Пошли дальше.

- Ты тоже сюда ходишь? - спросила Лина, осматриваясь по сторонам.

- Раньше ходил.

- Бог мой! Юлиан! - воскликнула она, едва они прошли двойные колонны и оказались в зале для физических занятий. - Они голые!

- Конечно.

- Конечно? Почему они без одежды?

Лина смотрела во все глаза на бегающих, прыгающих и борющихся между собой юношей и не могла поверить глазам. Они все были голыми! И нагота их ничуть не смущала.

- Чтобы воспитать в молодежи "греческий дух", а для этого необходимо эмоционально-физическое общение между мужчинами, - деловито сообщил он.

- Да вы гомосексуалистов воспитываете, а не солдат!

Она не могла оторвать глаз от нагих тел молодых мужчин, очень красивых тел, надо сказать, и, кажется, перестала дышать. Они же трогают друг друга, смотрят... Что в голове у того мальчика, который пытается подхватить своего противника за бедро и повалить его?

Юлиан недовольно отвёл взгляд, видимо Лина попала в точку, вспомнив про однополую любовь. Она подняла на него глаза.

- Ты...

- Нет! - резко ответил он.

Ну, слава богу, он традиционной ориентации. Улыбнувшись, она начала уже более внимательно осматриваться. Помещение было тщательно украшено произведениями искусства с алтарями и статуями богов. Тот зал в центре, в котором они были, тоже не был пустым, но тут было гораздо помпезнее, что ли.

"Это они юношескую наготу воспевают что ли"?

- А спортивные соревнования проходят тоже голышом? - спросила Лина, справившись с изумлением.

- Да.

- Это ужасно... Юлиан, я правильно понимаю, что однополая любовь в Греции считается нормальной?

- Да, а ты что-то имеешь против? - с вызовом спросил он.

Лина открыла рот от таких слов.

- Не то чтобы я была против, верней я вообще ничего не имею против, это ваше личное дело, но это ведёт к вымиранию нации...

- Как? - непонимающе спросил Юлиан и посмотрел на Лину.

- Юлиан, он любви мужчины к мужчине детей не бывает, - посмотрела она на нахмурившегося мужчину. - А ты? Ты поддерживаешь это?

- Я? Я не знаю... Больше половины солдат предаются такого рода любовным утехам, хотя любая женщина была бы рада разделить с ним постель.

- А ты пробовал?

- Да, но с женщиной мне нравится больше, и давай не будем это обсуждать.

- Конечно, извини, - поспешила сказать Лина и погладила друга по плечу. Он примирительно улыбнулся в ответ.

Они ещё немного прогулялись по Гимнасию, посмотрели, как такие же красивые голые юноши метали копьё и бегали наперегонки.

"Да уж... наверно мне этого не понять", - грустно подумала Лина. Но, как говорится, со своим уставом в чужой монастырь не лезут. Вот и она, удовлетворив свой интерес, подхватила Юлиана под локоть и пошла во дворец.

Они шли молча, а мысли Лины скакали перепрыгивая с места на место, и никак не могли успокоиться.

- Юлиан, мне нужна помощь... - начала неуверенно говорить она.

- Какого рода помощь?

- Мне нужен учитель.

- Лина, изъясняйся конкретней, что тебе нужно. Я тебя не понимаю, - улыбнулся он девушке.

- Я в Греции совсем не давно и, по всей видимости, тут задержусь, а я совсем ничего не знаю ни об армии в которой служу, ни о солдатах... ничего, в общем. Мне нужен грамотный человек, который не станет осуждать меня и сможет ответить на мои странные вопросы.

- Я могу помочь тебе в этом. Конечно, я простой солдат, но довольно хорошо осведомлён о структуре нашей армии, - тут же ответил Юлиан.

- Если честно, то я и сама не знаю, что меня интересует. Когда я спросила у Максимилиана об этом, он сказал - конница, пешие, обыкновенная армия, а какие конкретно пешие, и что за конница не сказал. Понимаешь меня? - спросила Лина, и посмотрела на Юлиана глазами побитого щенка.

- Понимаю, - широко улыбнулся он и на мгновение задумался. - Пеших можно условно поделить на лёгких, средних и тяжёлых.

- Это по типу брони и вооружению, я так понимаю.

- Да, - удивлённо сказал он. - Как правило, по положению солдата в армии можно судить и о его социальном статусе.

- Как это? - не поняла она и даже замедлила шаг, прислушиваясь к словам Юлиана.

- Ну обмундирование же у всех разные, у простых копейщиков только плотная суконная жилетка, а у тяжёловооружённого полный комплект медных доспехов.

- Юлиан, я не понимаю... причём тут это? Нищий не может надеть броню что ли?

- Нет, он не может себе этого позволить. Каждому солдату нужно оплатить половину стоимости своих доспехов и оружия. Кроме простого копейщика, ему оплачивается всё - и обмундирование, и копьё, и щит, - ответил Юлиан.

- А ты кто?

- Я служу в средних войсках, но мог бы быть и тяжеловооружённым вином, но не хочу.

- Ага... - сказала Лина, понимая, что ничего не понимает.

Юлиан улыбнулся, видя её смятение.

- Конечно, есть исключения, если ты себя хорошо проявишь, то тебя могут повысить и оплатить дорогостоящие доспехи, но у меня, например, отец кузнец и он делает мне всё необходимое.

- Ладно, будем считать, что с этим мне всё ясно, а чем конкретно отличаются лёгкие войска от остальных?

- У копейщика по сути даже брони нет, просто плотная туника, иногда кожаная, самое простое копьё и щит. Солдату средних войск полагается уже довольно добротная кольчуга и медный нагрудник. Из оружия копьё, меч и большой щит. А у тяжеловооруженных войск полный комплект медных доспех и оружие лучшего качества, чем у остальных. Но это, в общем, конечно, ты можешь сам себе приобрести любое оружие и сражаться им.

- Ох, Юлиан, как это всё сложно...

- Это только так кажется, на самом деле всё достаточно просто, - улыбнулся он девушке.

Лина благодарно кивнула ему и подняла глаза, замечая, что они дошли уже до дворца.

- Давай на этом пока закончим нашу лекцию, иди, отдыхай, а то я у тебя выходной день украла.

- Ничего страшного, я хорошо провёл время, обращайся в любое время.

Лина благодарно улыбнулась Юлиану и направилась к себе. Эта прогулка её утомила, и она планировала просто посидеть на балконе и насладиться вечером.

Спустя восемь дней

Максимилиан ехал по главной улице Афин и любовался ею. Солнце уже садилось за горизонт, и дорога приветливо переливалась всеми цветами солнца. Он любил свой город, прекрасный и величественный, и эта золотая дорога, дань любимому богу Аполлону, каждый день радовала глаз не только царю, но и простому горожанину, и уставшему путнику из далёкой страны. Афины, без сомнения, были лучшим городом в мире.

Въезжая в дворцовые ворота полководец надеялся увидеть Лину и сестру, но почему-то его встречал его только Тигран.

- Что случилось, брат? - спросил Максимилиан. Подъезжая ближе, он увидел, что Тигран чем-то очень недоволен, и явно ожидал его уже давно.

- Начать с персов или с Лины?

- С персов, - сказал полководец. Первая мысль была про девушку, но сказал он другое.

- Пошли, по пути расскажу.

Максимилиан слез с лошади, и они вошли в двери дворца. Тигран молчал, что-то обдумывая.

- Рассказывай, не тяни.

- К Талинии идёт армия персов больше в два раза, чем мы думали. Я выслал ещё три отряда, тебе нужно будет отправиться послезавтра.

- Тигран, что с разведкой? Всех поубивать надо, - недовольно поморщился Максимилиан.

Уже который раз сведения о противнике, мягко говоря, не соответствуют действительности, и это было скверным. Он немного помолчал, обдумывая информацию. Тигран молодец, достойный генерал, и в том, что он хорошо организовал армию, Максимилиан не сомневался.

Они зашли в комнату.

- Что с Линой?

Тигран замолчал, не зная, что сказать. Ему и саму было неизвестно, что происходит с девушкой, и возможно, что ничего страшного, но Максимилиан будет недоволен, если узнает, что он умолчал, да и сам Тигран переживал за неё.

- Ты просил говорить, если что случиться. Она не спит две ночи. Точней она спит, но кричит во сне и... уже два дня ходит еле живая. Я не знаю что с ней, лекарей она к себе не подпускает.

"Кричит во сне и на утро еле живая, это как в прошлый раз, перед боем под Митавой", - подумал Максимилиан и очень надеялся, что пророческий сон ещё повторится. Это наверняка было что-то очень важное.

- Где она сейчас?

- У Алкмены наверно.

Максимилиан благодарно кивнул другу и, не раздеваясь, тут же пошёл к ней.

Девушки сидели в саду в широких шезлонгах, Алкмена о чём-то увлечённо рассказывала, сильно жестикулируя руками, а Лина сидела, закрыв глаза, и держала чашу с вином, прислонив её к голове.

- Дорогая, ты конечно права, но ты же не можешь просто прийти и сказать "привет, я сестра Максимилиана, посмотрите на меня красивую", тебя не правильно поймут.

- Почему не могу? Я могу! - воскликнула Алкмена, подняла глаза, и заметила Максимилиана. - Брат! Ты вернулся, - произнесла она и тут же подбежала обнять его. - Фу, ты грязный, я тебя потом поприветствую.

Лина открыла глаза и тепло улыбнулась полководцу, и в тот же миг его сердце растопило нежностью к этой женщине. Это было необычным чувством, она ждала его, и была рада видеть. Не сестра, не друг, не советники со своими проблемами, нет... его ждала женщина.

Лина встала и крепко обняла его, уткнувшись носом в грудь.

- От него же пахнет, - возмутилась Алкмена. - Брат, я тебя, конечно, люблю, но, сколько дней ты был в пути?

- Дорогая, это запах мужчины, - улыбнулась Лина и прижалась к нему ещё сильнее, не желая отпускать. - Я соскучилась.

- Ты неважно выглядишь, - сказал Максимилиан.

- Плохо спала.

- Ну, я пойду, пожалуй, - махнула рукой принцесса и ушла, оставив их одних.

- Я рад, что вы дружите.

Максимилиан гладил нежную щёку Лины и смотрел в красивые, но очень болезненные глаза. Она была прекрасна, его Лина. Он тоже скучал, хотя и не желал признавать это.

- Алкмена очень милая, - улыбнулась она и задумалась на мгновение. - Я очень ценю дружбу Алкмены и Дианты, и Тиграна... у меня ведь там никого не осталось...

- У тебя же были подруги, с которыми ты отдыхала.

- Их больше нет. И обсуждать я это не хочу. Пожалуйста, - сказала Лина прежде, чем Максимилиан открыл рот, и вновь обняла его, показывая, что есть дела поважнее пустых разговоров.

- Хорошо. Я в купальню и спать, ты со мной? - шепнул ей на ушко полководец, опускаясь к нежной шее, и вдохнул сладкий аромат.

- Ммм, это всё очень соблазнительно, но я к тебе присоединюсь во второй части программы, а сейчас я пойду и упаду на твою на кровать в ожидании тебя.

Максимилиан, взяв за руку девушку, быстро повёл её по коридорам своего дворца, буквально за пару минут оказался в своей спальне и тут же начал раздеваться.

- Почему у тебя в кровати так удобно? Я хочу себе такую же, - сказала Лина, ложась на ложе царя, и сладко потянулась.

Полководец усмехнулся, она уже давно просила новую кровать, а у него всё руки не доходили до этого. Хотя зачем ей она, ведь спит Лина по большей части у него.

- Я скоро вернусь.

Максимилиан быстро ушёл в купальню, оставив Лину одну, и наконец-то окунулся в тёплую воду, чувствуя накатывающее желание. Нужно поторопиться с купанием, перед глазами уже стоял образ обнажённой девушки, ожидающей его, её нежные руки...

- Пошла вон! - вдруг услышал он крик Лины и открыл глаза. Ну что там ещё? Максимилиан оглянулся на дверь и увидел заходящую в купальню девушку.

- Я прогнала твою наложницу, - хмуро заявила Лина.

- Зачем?

- Мне её вернуть? - спросила она, сощурив глаза. И он понял, что если скажет да, то рискует спать один.

- Малыш, иди в кровать, я сейчас вернусь, - улыбнулся он.

Максимилиан вдыхал свежий влажный воздух, доносящийся из окна, и наслаждался сладкой усталостью, разливающейся во всём теле. Сон не шёл. Лина лежала на его плече и глубоко дышала, лаская своим дыханием кожу. Да, пожалуй, сегодня он её утомил, хотя она сама словно ненасытная тигрица готова была заниматься любовью всю ночь, несмотря на плохое самочувствие.

Максимилиан посмотрел на маленькую ножку, обнимающую его. "Да и от продолжения я бы не отказался", - ухмыльнулся он. Погладил и почувствовал, как она прижалась к нему ещё сильней. "Моя маленькая Лина, страстная и необыкновенно чувственная2.

Нужно было что-то решать. Время уходит, и она должна стать его женой. Решать... но что?

Вдруг Максимилиан почувствовал, что дыхание Лины изменилось, став более резким, и беспокойно заворочалась. Он прислушивался, но она молчала, только иногда вздрагивала, как будто ей снился кошмар.

"Ну же, милая, что ты видишь?" И вдруг она резко села, открыв глаза.

Максимилиан насторожился.

- Лина? - тихо произнёс он, боясь её напугать, и мягко коснулся плеча. Не похоже чтобы она проснулась, глаза смотрели куда-то вдаль и явно видели не просто тёмную комнату, а что-то другое.

Услышав вопрос, она повернулась.

- Бой закончился?

И что на это ответить? Только он открыл рот сказать что да, закончился, как Лина напряглась.

- Я их уберу, прикрой меня! - крикнула она, резко дёрнулась, и уже через секунду замерла, обхватив свой живот руками.

- О нет! Нет, нет, только не снова! - вдруг закричала она и начала задыхаться.

- Лина, что случилось? - дотронулся Максимилиан до её плеча.

- Максим, пожалуйста, я не хочу снова умирать, - испуганно прошептала она и начала тихо плакать, оседая в руках полководца, а он, не понимая, что происходит, прижал её к себе.

- Лина, ты должна мне сказать что случилось.

- Засада, они заманили меня и ударили в спину. Максим, почему ты не прикрыл меня? - спросила она, горько заплакав, и задрожала ещё сильней. - Я не хочу умирать, только не снова. Нет, только не сейчас, пожалуйста.

Её дыхание стало сбиваться всё сильней, а она жалась к Максимилиану всем телом и хватала его за руку дрожащими пальчиками.

- Максим, держи меня крепче, не отпускай, пожалуйста, держи, - шептала Лина задыхаясь и плача одновременно. - Холодно, опять холодно, я не хочу. Максим держи меня...

Вдруг тело Лины обмякло в его руках и стало оглушающее тихо.

Максимилиан сидел в шоке и не знал что делать. Что произошло?

- Лина? Лина!! Очнись!!! - начал трясти её он, пытаясь разбудить, но она не дышала.

- Малыш, открой глаза.

Он целовал её веки, щёки, солённые от слёз, волосы, гладил холодные губы. О боги, она была холодная! Паника начала подступать к горлу липким комом от осознания того, что Лина умерла на его руках, но вдруг она задёргалась, пытаясь вырваться из крепких объятий, однако руки полководца как будто онемели и плохо слушались, не желая отпускать девушку.

- Максимилиан, ты что делаешь? Ты хочешь задушить меня? - возмутилась она и начала отпихивать от себя мужчину. - А почему так холодно?

- Иди ко мне, я тебя согрею.

- Только если душить не будешь, - недоверчиво сказала Лина, прижимаясь к нему.

Максимилиан крепко обнял её, боясь отпустить. Что это был за кошмар? Она увидела свою смерть?

На следующий день

Солнце уже давно встало, а его тёплые ласковые лучи, пробивавшиеся через окно, ласкали нежную кожу девушки, неприкрытую одеялом, но открывать глаза не хотелось. Максимилиан крепко прижимал к себе нежное тело и наслаждался им.

"Никогда бы не подумал, что так приятно иметь одну женщину и просыпаться с ней утром в одной постели, - сам себе ухмыльнулся он. - Обычно мне наложница надоедала уже через три дня, но Лина совсем другая, из другого мира, и таких женщин в Греции нет. Сильная и в то же время слабая и нежная".

Нужно было вставать, но тревожить девушку ему не хотелось, особенно после прошедшей ночи.

- Тебе уже пора? - сонно прошептала она, как будто прочитав мысли полководца, и приоткрыла один глаз.

- Да.

Она на мгновение прижалась к мужской груди, подарив нежный поцелуй, и отстранилась.

- Тебе Тигран рассказал про Талинию?

- Да, рассказал, - ответил Максимилиан, взглянув на Лину. Видимо информация о размере армии была от неё.

- Когда выезжаем? - спросила она, а её большие голубые глаза были уже серьёзными, и он всё понял. О боги, её убьют под Талинией! Лину нельзя брать с собой. Но как ей это сказать?

- Полководец? Когда выступаем? - переспросила она, заметив смятение на его лице.

- Не знаю, сегодня военный совет, решим, - ответил Максимилиан. Но он уже всё решил. Оставить Лину в Афинах под контролем Тиграна, и сегодня же после совета уехать.

Лина ещё понежилась в большой кровати. Да, здесь спать ей определённо нравилось больше, чем в гостевой комнате, может потому что бельё ещё хранило запах Максимилиана? Или может, потому что вся его комната была пропитана аурой грозного полководца и нежного любовника? Да это было не важно, он вернулся из Спарты и сейчас был с ней.

Голова болела сильно, но не так как предыдущие два дня, и Лина порадовалась, что Максимилиан разрешил ей пользоваться своей купальней. Видимо ей удалось растопить его холодное сердце. Улыбнувшись этой мысли, она пошла к маленькой двери в углу комнаты.

Купальня Максимилиана была в два раза больше той гостевой, куда она обычно ходила, с хорошим глубоким бассейном. Такие же красивые камушки на стенах и под ногами, на которые жалко наступать и с такой же ароматной водой.

Эта купальня была только для царя, но после сражений, они с Тиграном всегда проводили здесь время вместе, и с наложницами. Это стало уже традицией.

Лина позвала свою служанку и после хорошего массажа головная боль окончательно прошла. Оделась и отправилась искать Максимилиана. Совет уже должен был закончиться, и ей хотелось побыть с ним хоть немного вместе, и узнать, когда готовиться в поход. Но его нигде не было... Она уже несколько раз обошла дворец и его территорию, но полководец словно испарился. И Тигран вместе с ним.

Проходя в очередной раз мимо конюшни Лина случайно услышала их голоса, и совершенно счастливая влетела в помещение, но тут же замерла на месте. То, что она увидела, ей совсем не понравилось.

- Максим, а ты чего? - глупо спросила она, смотря на его доспехи и коня за спиной.

Уже сейчас она вспомнила, что у ворот видела небольшой отряд, явно собравшийся в путь, и они кого-то ждали... ждали своего полководца.

Максимилиан ругнулся про себя.

- Ты... ты уезжаешь?

- Да, - сухо ответил он.

- А куда? - спросила Лина, хотя ответ ей уже был известен. Он собрался в Талинию, в этом не было сомнения.

Максимилиан молча запрыгнул на своего коня и повернул к выходу.

- Полководец, а я? Я с тобой!

- Нет.

Его тон был холоден как лёд.

- Почему?

- Лина, ты остаёшься, и это не обсуждается.

- Но почему? - не унималась она.

- Ты мне не нужна, - сказал он и, развернув своего вороного коня, ускакал.

Не нужна? Лина смотрела в спину полководцу и еле сдерживала слёзы. Что могло произойти за столь короткий срок? Только что Максимилиан был в прекрасном расположении духа, и вдруг... не нужна...

Глава 11

Тигран смотрел на Лину и не знал что делать. Она уже несколько часов сидела в конюшне не двигаясь. Эта женщина и без того была неуравновешенна, а в таком состоянии могла наделать глупостей и это пугало.

- Куда он поехал? - вдруг спросила Лина, и по голосу стало понятно, она намеренна отправиться вслед за полководцем. - В Талинию? Где она находится?

- Тебе нельзя с ним, - тут же сказал Тигран, делая шаг в сторону девушки, и преграждая ей путь к лошадям.

- Ты не сможешь мне помешать, - угрожающе прошептала она и в тоже мгновение увидела рядом с собой вспышку белого света.

"Афина. Ну разумеется, кто же ещё", - гневно подумала Лина, сверля глазами богиню.

- Ты никуда не поедешь, - произнесла она, даже не пытаясь быть приветливой.

Тигран нерешительно замер на месте, заметив перемену настроения девушки и её взгляд, обращённый куда-то в сторону.

- Он поехал к Талинии, там состоится сражение, - сквозь зубы прошипела Лина.

- Да, но ты останешься здесь.

- Ты сама сказала, что я тут на задании... что изменилось? - сказала она, очень стараясь подбирать слова.

- Ничего. Но Максимилиан осведомлён об этом и принял решение отправиться один. Не забывай, что ты всего лишь солдат, - холодно произнесла Афина, а Лина ошарашено открыла рот. Солдат??

- Тогда сними с меня этот брачный браслет! - уже сквозь слёзы выкрикнула она и вскинула руку.

- Следи за своими словами, Полина, и выполняй приказ, - сказала богиня и исчезла, но только для глаз Лины. Она осталась стоять в стороне и наблюдала за тем, как душа Лины металась, не находя себе места. Всё верно. Привязанность и уважение, которое сейчас она испытывала к полководцу, были лишь первым шагом, она должна его полюбить. А разбудить любовь у этой женщины, сердце которой очерствело, тяжело. Конечно, Лина кажется беззаботной и весёлой женщиной, и с окружающими она действительно такая, но её душа закрыта от чувств, и Афина сама сделала её такой.

И когда богиня уж было собралась уходить, удостоверившись, что Лина выполнит её приказ, увидела рядом с собой Ареса.

- Тебе нельзя ехать с ним, - дружелюбно произнёс бог, обращаясь к девушке, сидящей на стоге сена, - Тебя там убьют.

Афина сжала губы. "Тоже мне помощник, - думала она. - Как бы не испортил весь план". Но решила не мешать.

- Как убьют? - сквозь слёзы прошептала Лина.

- Ножом в спину, - невозмутимо ответил он.

- И откуда Максимилиан это узнал?

- Приедет, расскажет.

Аресу явно уже наскучил этот разговор, и он нетерпеливо посматривал куда-то в сторону.

- И отпусти Тиграна, он там нужнее. Пусть передаст ему, чтобы не искал шпионов за каждым углом, их там нет.

- Хорошо.

Бог удовлетворённо кивнул и исчез, и Афина вслед за ним. Пусть будет так.

Лина немного посидела, обдумывая услышанные слова, глубоко вздохнув, она подняла глаза. Тигран стоял и явно очень беспокоился. Он стал свидетелем её ссоры с Афиной, а потом, по всей видимости, разговора с Аресом... и это всё было так странно. А сейчас она сидела перед ним невероятно грустная, вся в слезах, но быстро успокаивалась

- Ты передумала ехать за Максом? - осторожно спросил Тигран.

- Передумала, - буркнула она и отвернулась. - Тигр езжай к нему, ты ему нужен.

- Тебе можно верить?

- Тигр, я не самоубийца! Езжай и передай, чтобы не волновался, шпионов рядом нет.

Лина вышла из конюшни, села на горячий песок и опустила лицо на колени. На душе скребли кошки, и хотелось выть от тоски. Она чувствовала себя брошенной, преданной... То, что ей стала известна причина этого поступка, нисколько не утешало. Солдат... всё верно, она была всего лишь солдатом и должна выполнять приказы. Приказы: сражайся, слушайся, не пререкайся и стань наложницей Максимилиана. То, что её называют иначе, не имело значения... она тут, чтобы ублажать греческого царя и это очевидно.

Тогда почему так больно сжимается сердце? Почему болит душа?

Тигран сел рядом и, чувствуя грусть Лины, погладил её по спине. Он хотел что-то сказать, но не знал что.

- Надолго он уехал?

- Дней на десять, не меньше.

Лина застонала, как долго. Так и с ума можно сойти. Ей было так грустно, так обидно. "А вдруг я ему и, правда, не нужна? Вдруг всё это обман? А я глупая возомнила себе... а впрочем, какая разница, сама повелась на всё это, отдалась..." - грустно думала она. Просто хотелось посмотреть в его глаза, объясниться с ним. Хотя просить об этом глупо... Максимилиан был царём... а она - солдат.

- Езжай, тигр, всё хорошо. Привези мне его целым, - подняла Лина голову и попыталась улыбнуться.

- Хорошо, малышка. Не обнимайся с солдатами тут без нас.

- Только с Юлианом.

- Зачем он тебе? - Тигран вдруг задал давно волновавший его вопрос.

- Тигр, это мой друг, их у меня не так много, не трогай его, пожалуйста.

- Хорошо, - он поцеловал девушку в макушку и встал. - Я потороплюсь, попробую догнать Макса.

У Лины сжалось сердце, она тоже хотела догнать его, и ударить за то, что бросил одну. За то, что произнёс такие обидные слова.

- Поцелуй его за меня.

- Ни за что на свете, - засмеялся он и ушёл, оставив девушку одну.

Лина легла и закрыла глаза. Тёплое солнце ласкало кожу, а горячий песок приятно согревали спину. Ветра практически не было и в воздухе стол аромат каких-то пряных трав и соломы. Хотелось лежать так целый день, не думая ни о чём. Хотелось забыться.

- Лина! Что с тобой? - услышала она испуганный голос. Открыла глаза и увидела Юлиана, лёгок на помине. Его взволнованные глаза смотрели на Лину, как будто она лежала тут и стекала кровью.

- Всё хорошо, я прилегла отдохнуть, - ухмыльнувшись, ответила она, и протянула руку, чтобы он помог встать.

- На голой земле у конюшни странное место для отдыха.

Юлиан поднял девушку и скептически осмотрел, явно ища повреждения.

- Юлиан, пожалуйста, отстань. Пошли лучше погуляем, ты свободен?

- У меня сегодня построение, - сник он. - Но вечером я буду свободен, и мы сможем погулять, если Тигран не будет против этого.

- Он уехал с Максимилианом, - ответила Лина, очень старалась не выдать своей обиды на них, и улыбнулась.

Но Юлиан почувствовал её настроение и погладил по спине, утешая. И от этого захотелось уткнуться ему в плечо и разрыдаться, но делать этого она, разумеется, не стала.

- Где мне тебя найти?

- На тренировочной площадке, знаешь, где это?

- Да. Я там один раз на каких-то солдат напала, когда была не в духе, - засмеялась Лина, вспоминания, как она кричала на бедолаг, и Максимилиан увёл её от них подальше.

- Так это была ты? - громко засмеялся он. - У нас потом все казармы гудели, обсуждая тот случай. Ой, мне пора уже, - спохватился Юлиан и, помахав девушке рукой, убежал.

Весь день Лина провела с Диантой в атриуме, изучая карту Греции. Тилиния оказалась ужасно далеко, а Римские территории не такими большими, как она думала. Всё было ужасно скучным и от этого становилось опять грустно.

- Ди, а ты замужем?

- Нет, - почему-то печально ответила она. - Я много учусь и работаю, у меня нет времени на личную жизнь.

Лина посмотрела на свою служанку, и в её голове тут же возник коварный план.

- Ди, у меня есть друг, он солдат, и если он свободен, я могу представить вас друг другу. Он очень хороший человек, и красивый мужчина, - сказала она, невинно улыбаясь, и очень стараясь говорить спокойно, чтобы её голос не выдал пылающего внутри азарта.

- Лина, от твоих затей, обычно ничего хорошего не получается, - смущённо улыбаясь ответила Дианта, и опустила глаза.

- Нет, на этот раз ничего дурного, обещаю. Мы сегодня встречаемся с ним, и я всё разузнаю, - сказала она и Дианта покраснела ещё больше.

Когда солнце уже почти зашло, Лина решила, что пора уже идти к дворцовой тренировочной площадке. Дианта уговорила её хотя бы иногда надевать традиционный греческий хитон, а не то, в чём она обычно тут ходит. Лина, скрипя сердцем, согласилась, вспоминая, что Дианта, любимая служанка, когда они ездили в Византий, не взяла в ту поездку ни одного нормального платья, а только традиционные наряды, и она ужасно злилась по этому поводу.

Лина накинула на плечи серый плащ, подаренный Гердой и оказавшийся очень удобным и невероятно уютным, пристегнула за спину на пояс обязательные для неё кинжалы и вышла из комнаты. Без оружия почему-то она чувствовала себя голой. Тем более, сегодня будет её первый выход в ночной город... хотя он, конечно же, был совсем не страшным, но Лина всё равно продолжала чувствовать себя тут чужой. Как будто все знали кто она, и не хотели видеть её на своей территории. Разумеется, это было глупо, и Лина это понимала, но ничего поделать с этим не могла.

Юлиан и ещё человек шесть ожесточённо колотили мечём деревянных истуканов на тренировочной площадке.

- Привет мальчики, - поздоровалась она с мужчинами, незаметно подходя к ним со спины, и один из них подпрыгнул от неожиданности, выронив из рук меч. - Держи крепче своё оружие, солдат, - буркнула она на него. Ей всегда было неприятно, когда роняли оружие, это расценивалось как слабость.

- Женщина, иди отсюда, - совершенно по-хамски ответил солдат.

На Лине не было отличительных знаков высокородной госпожи, и он позволил себе такое отношение, но есть же какие-то нормы приличия? И в мгновение ока в руке девушки оказался кинжал, и он был у горла солдата, лежащего на земле.

- Ты ещё не дорос спорить со мной, сопляк! - шепнула она ему и, чуть помедлив, встала, а потом заметила недовольного Юлиана стоящего рядом.

- Прости Юлиан, я не подумала. Это твои друзья? - виновато спросила Лина, уже приготовившись к тому, что он с ней уже никуда не пойдёт, по крайней мере, при этих солдатах. Но он лишь как-то странно хмыкнул и повернулся к своим товарищам.

- Знакомьтесь, это Лина - новый генерал Максимилиана, - представил он девушку и они от удивления открыли рты. И Лина вместе с ними.

- Пошли Юлиан, - потянула она его за руку, оставляя вытянувшихся по струнке солдат за спиной. - С чего это я генерал то?

Юлиан недоуменно уставился на девушку.

- А разве нет? Ты свободно разговариваешь с Максимилианом и Тиграном, и когда мы вернулись в лагерь от римлян, ты первым делом побежала в штаб и была там очень долго.

Лина пыталась осмыслить услышанное. Она конечно и раньше задумывалась о своём статусе, но даже названной солдатом, вела себя как хотела, ну почти как хотела... а в таком свете всё выглядело иначе.

- Я не уверена, что я хоть кто-то Юлиан, - грустно сказала Лина и подхватила мужчину под локоть. Думать об этом сейчас совсем не хотелось. На душе и без того скребли кошки, и очень хотелось отвлечься, а не усугублять проблему.

Они вышли из дворца, спустились с Агоры и пошли по главной дороге Афин, выложенной камнями цвета солнца. Желающих прогуливаться было не много, а зря. Вдыхать свежую опьяняющую прохладу, опустившуюся на вечерний город, было невероятно приятно. Когда дневной зной уходил, в воздухе появлялись удивительные ароматы и свежесть. Воздух становился прозрачным, и звёзды на небе начинали светить необычайно ярко.

Они шли, молча, наслаждаясь прогулкой.

- Ты часто гуляешь так? - вдруг спросил Юлиан.

- Нет, в Афинах я вообще редко выходила из дворца, а в прошлом у меня было не слишком много свободного времени. А ты?

- Я люблю гулять, но одному это делать как-то странно.

- Ты не женат? - спросила Лина, внутренне уже ликуя и вспоминая Дианту, и решила приступить к реализации своего коварного плана.

- Нет, свою жену я пока не встретил.

- А женщина есть?

Юлиан посмотрел на Лину, пытаясь понять, природу её интереса, но убедившись, что она просто интересуется, ответил:

- Постоянной нет.

Лина замолчала, думая как предложить ему дружить с Ди. Это было так странно, она никогда не занималась сводничеством, и как это делается, совершенно не знала.

- Юлиан, может быть с моей стороны это будет не красиво, но у меня служит одна девушка, Дианта, она очень хороший человек, умная, добрая, и, на мой взгляд, очень привлекательна.

- Мне ещё никто не предлагал, таким образом, женщину, - ответил Юлиан усмехаясь.

- Юлиан, если ты её обидишь, я убью тебя! Всё, забудь, что я говорила, ты просто мужлан! - обиженно воскликнула Лина. Она ему о серьёзных отношениях, а он думает, что ему её предлагают. Фу!

- Лина, что ты подумала? Я никогда не обижу женщину, - возмутился он.

Она посмотрела на него, Юлиан выглядел оскорблённым и начала успокаиваться, видя его искренность. Всё-таки этот мужчина, будучи хорошим солдатом и сильным вином, совершенно не умел скрывать свои эмоции, и все его переживания и радости были написаны на лице.

- Просто она действительно очень хорошая девушка, учится в университете... а ты сказал что я тебе её предлагаю. Не предлагаю, а хочу познакомить, и если она тебе понравится, может быть, вы будете общаться. Она так много работает, а я хотела бы, чтобы у неё появилась личная жизнь.

Юлиан широко улыбался.

- Я с удовольствием с ней познакомлюсь.

- Юлиан, я серьёзно, если ты её обидишь, я тебя если не убью, то покалечу.

- Лина, за кого ты меня принимаешь? - спросил он и негодующе покачал головой.

- Хорошо, я завтра пошлю её к тебе передать чего-нибудь или спросить, посмотришь на неё. Где и когда тебя найти?

- В полдень у казармы, Дианта верно?

Лина удивлённо взглянула на него, надо же, запомнил.

Юлиан шёл рядом, гордо держа Лину под руку, и ей было очень приятно, вот так прогуливаться по городу с другом. Ни в его жестах, ни в словах не было ни единого намёка на сексуальное влечение, и ей это очень нравилось в нём, это и то, что он был не против её компании.

- Юлиан, почему ты стал солдатом? - спросила она.

- А кем я должен был стать?

- Профессий много разных и не таких опасных как эта.

- Нет, я воином родился и не вижу себя никем другим. Это в моей крови. И потом это почётно.

- А солдаты уважают полководца? Дианта мне говорила, что он почитаем, но интересно услышать, что думает сам солдат.

- Максимилиана не просто уважают, его боготворят. Я думаю, что не было никогда у Греции такого царя и полководца как он, и никогда больше не будет, - гордо сказал он, и в его словах чувствовалось, что он был счастлив служить ему и готов был отдать жизнь за своего предводителя. Это было удивительно... удивительно приятно и захватывающе.

Юлиан задумался на мгновение.

- Лина, а какой он?

Она поняла, что он имеет в виду. Солдаты его видят только как военного полководца и иногда как царя, а какой Максимилиан на самом деле никто не знает.

- Он потрясающий, - улыбнулась она, вспоминая Максимилиана. - Сильный, грозный, строгий, властный и удивительно нежный. Он уехал, так надолго, и мне кажется, что я умру, пока дождусь его.

Лина еле сдерживала слёзы, а голос предательски дрожал, а Юлиан обнял её за плечи и, утешая, провёл рукой по плечу. Она улыбнулась. Надо же, никогда не думала, что будет плакаться мужчине, но Юлиан был хорошим и добрым человеком, и ей было нужно его утешение. Особенно после произошедшего сегодня.

На следующий день

Утром Лина проснулась и ещё долго нежилась в постели, не желая вставать. Интересно сколько времени? Почему здесь не изобрели нормальных часов?

В комнату вошла Дианта, и, как всегда, прямо с порога начала рассказывать про замечательный день и про то, как Лина бессовестно его просыпает.

- Сегодня в полдень пойдёшь знакомиться с Юлианом, - нагло заявила она, сладко потягиваясь в постели.

- Как? - Дианта замерла. Она думала, что Лина пошутила, когда говорила о друге солдате.

- Как как, вот так. В полдень пойдёшь к казарме, он там должен быть и скажешь, что я просила узнать его ближайшие свободные дни. Если не понравится, скажешь мне, и мы всё забудем.

- Я, я не хочу... - испуганно произнесла Дианта и затеребила платье в своих руках.

- Ты девственница? - спросила Лина, уже коря себя самовольство. Можно было бы и подумать, что Дианта могла быть невинной девушкой, а она сводничеством занялась.

- Нет, но это как-то не правильно, - смущённо ответила служанка, совсем раскрасневшись, и принялась нервно разбирать одежду.

- Дорогая, я не собираюсь тебе навязывать его, он хороший человек, хороший солдат и мой друг. Ты только посмотри на него, если ты скажешь нет, значит нет.

Дианта задумалась, смущённо смотря в пол. Конечно, это всё было не правильно, но её отцу было плевать на свою дочь и чтобы найти ей хорошего мужа речи не шло. А сама она не решалась заводить длительных отношений. Ей хотелось мужа, а не любовника, и такого, чтобы он хотя бы уважал её. О любви просить было глупо.

- Полдень через полчаса, - тихо сказала Дианта.

- Давай тогда быстрее помоги мне и иди. Я буду у Алкмены.

Служанка помогла Лине одеться, вышла из дворца и нерешительно пошла к казармам. И с каждым шагом уверенность, которой было и без того мало, исчезала окончательно.

- Это всё так глупо и не правильно, - ворчала она себе под нос, стараясь не поднимать глаз.

Дианта подошла ближе, а у нужной ей казармы оказалось очень многолюдно. Солдаты разговаривали, смеялись и просто сидели, отдыхая. Дианта была симпатичной девушкой и на неё многие обращали внимание, так и сейчас несколько солдат заметили её, а один так вообще смотрел во все глаза. Очень красивый широкоплечий мужчина, с красивыми и мужественными чертами лица.

- Нет, он не Юлиан, надеюсь, - прошептала она себе под нос и, собравшись с духом, подошла к ближайшему солдату.

- Прошу прощения, мне нужен Юлиан, как я могу его найти.

- А я тебе не подойду, малышка? - нахально улыбнулся он и потянул руки к девушке.

- Нет, не подойдёте, - сделала она шаг назад.

Солдат встал. И сердце у Дианты ушло в пятки. Она всегда уважала солдат, уважала и боялась.

- Я могу вам помочь? - послышалось за спиной.

Девушка обернулась и подняла глаза на подошедшего мужчину, того самого который на неё смотрел не отрываясь. "О боги, теперь их двое. Лина, куда ты меня отправила!"

Юлиан ждал Дианту и немного волновался. Он никогда с девушками не знакомился таким образом, и было очень интересно. Всё-таки Лина странная женщина, она странно себя ведёт, и методы знакомства у неё были соответствующие. Но она была хорошей, доброй, и её хотелось оберегать. Да и защитники у неё были те ещё, - Максимилиан и Тигран. И как его угораздила попасть в эту компанию? Юлиан сам себе усмехнулся под нос. Да уж... но Лина похоже была не против общаться с ним и как будто даже была рада их странной дружбе.

Ровно в полдень у казарм появилась девушка, Юлиан её несколько раз видел во дворце и уже тогда обратил на неё внимание. Невысокая, с чувственными формами. В Греции ценили высоких и стройных, и как говорили, грудь, чтобы помещалась в мужскую руку, но ему больше нравились поменьше и попышнее, как эта милая девушка.

Юлиан внимательно наблюдал за ней, и когда она подошла ближе, поймал её испуганный взгляд, но не смог заставить себя отвернуться, неужели это Дианта? Она нерешительно повертела головой и подошла к какому-то солдату и что-то спросила у него, но через мгновение тут же отшатнулась и сделала шаг назад.

"Что-то не так", - подумал Юлиан. Красивым девушкам вообще не стоит подходить к солдатам на их территории. Конечно они не звери, но люди и ситуации разные бывают, и понял, какую он совершил ошибку, предложив это место для встречи. Он быстро встал и поспешил узнать, что там происходит.

- Я могу вам помочь? - спросил Юлиан.

Девушка подняла зелёные глаза и испугалась ещё больше.

- Нет, я уже ухожу, - испугано прошептала она.

- Ты Дианта, верно?

Она посмотрела на мужчину более осмысленно и чуть приоткрыла губки.

- Да. Мне нужен Юлиан.

- Это я. Я напугал тебя? Прости, - ответил он, стараясь как-то исправить ситуацию и говорить спокойно, но она смотрел на него глазами загнанной дичи и кажется, даже не дышала.

- Лина просила узнать, когда у тебя будут свободные дни в ближайшее время, - выпалила она на одном дыхании.

- Завтра я свободен целый день, - с готовностью сказал Юлиан.

- Хорошо, я передам, - испуганно пискнула Дианта, быстро развернулась и ушла.

Юлиан грустно вздохнул, похоже, что знакомство прошло немного не по плану. Нужно будет попросить Лину извиниться перед Диантой за него.

Едва Дианта вернулась во дворец, сразу же пошла к Лине рассказать, как она её подставила. Это же надо было придумать такое! И ведь знала, что это добром не кончится. Знала, и всё равно пошла у неё на поводу.

Девушки сидели у фонтана и разговаривали, но когда Дианта почти подошла к саду, Алкмена подскочила, обняла Лину и в мгновение ока убежала. Сестра Максимилиана была очень импульсивной девушкой, Дианта поражалась ей, и она всегда казалась ей вздорной стервой, но Лина сказала, что она просто эмоциональная, а на самом деле очень хорошая и добрая.

- Лина! Это было ужасно! - воскликнула Дианта, влетая в сад и намереваясь высказать всё, что думает.

- Что ужасно? Только не говори мне, что он был настолько отвратителен! - испугалась Лина.

- Нет, - немного смущённо произнесла служанка, вспоминая Юлиана, сказать, что он отвратителен она не могла ни в коем случае, скорее прекрасен. - Но ты меня послала в солдатские казармы, совсем не подумав!

- Ой, прости дорогая, я правда не подумала, - виновато сказала Лина, и у неё было такое жалостливое лицо, что обида сразу же вся прошла. - Тебя кто-то обидел? Хочешь, я убью его?

- Нет! - возмутилась Дианта, как ей в голову пришло кого-то убивать? - Юлиан был рядом... в общем он свободен завтра целый день, - закончила она и отвернулась.

- Так ты видела его? Ну что? Рассказывай.

- Ну а чего рассказывать? Не думаю, что я его заинтересую после того что произошло.

- А он тебе как? Юлиан вроде бы красивый мужчина, и у него светлые волосы, как тебе нравится, - улыбнулась Лина.

- Да, но он слишком хорош для меня, - тихо прошептала Дианта и опустила глаза. Да, он был очень хорош, большой, сильный, красивый. У таких мужчин куча женщин, таких же красивых и идеальных.

- Что за глупости? Я сегодня схожу к нему и аккуратненько всё разведаю, - сказала Лина и погладила подругу по руке. - И прости, я правда не подумала про казармы. Тебя точно никто не обидел?

- Да, всё в порядке. Я тебе ещё нужна?

- Нет, на сегодня ты свободна, и завтра тоже. Если что понадобится, я найду тебя.

- Хорошо.

Служанка ушла, а Лина сидела и обдумывала свои злодейские планы. "Вот что бывает, когда девушку бросают одну - она начинает заниматься всякими глупостями. Интересно, что же у них там произошло?"

- Всё! Вечером нам принесут новые ткани! - крикнула Алкмена, влетая как ветер, с разбегу плюхнулась на шезлонг и схватила гроздь винограда.

- Молодец, значит, будем шить новые платья.

Алкмена радостно подпрыгнула и совершенно по-детски обняла Лину, а она улыбнулась ей в ответ, всё-таки принцессе тут было очень скучно, и их дружба стала для неё как глоток свежего воздуха.

Настроение приближалось к отметке отлично, а мидии на столе ещё больше его улучшали. Какое же это наслаждение есть их, а не мясо, так почитаемое Максимилианом. Алкмена, по большому секрету рассказала, что тоже хотела бы есть морепродукты, но брату перечить не решалась, и сейчас с радостью разделяла с подругой каждый обед и ужин.

В дверях появилась служанка принцессы и, не обращая внимания на Лину, повернулась к Алкмене.

- Госпожа, пришёл мальчик от оружейника и просил передать госпоже Лине, что её заказ готов, - произнесла она, и Лина тут же подпрыгнула от радости.

- Ура! Алкмена пойдёшь со мной?

- К оружейнику? Нет, - брезгливо поморщилась она.

Лина поцеловала принцессу в щёку и побежала скорей за своими кинжалами. Вылетев как ветер из дворца, решила по пути заглянуть к Юлиану, узнать, что у них там произошло с Диантой, и заодно попросить проводить.

- Ты чего, так и не уходил с этого места? - спросила она и насмешливо посмотрела на мужчину, сидевшего у казармы.

- Лина, как хорошо, что ты пришла, я хотел зайти к тебе, но не знал, могу ли, - взволнованно сказал он, вставая с каменных ступеней.

- Можешь, конечно, почему нет? Ты мне лучше скажи, что ты с Диантой сделал.

- Ничего! Честно! Она пришла сюда и подошла к солдату, а тот проявил к ней интерес. Ну, она и испугалась.

Лина смотрела на Юлиана, пытаясь понять, какова во всём этом его роль, но он стоял такой расстроенный, что ей стало его жаль.

- Извинись, пожалуйста, перед ней за меня, я хотел ей помочь, но, по-моему, напугал ещё сильнее. Наверно она теперь на меня даже смотреть не хочет, - грустно добавил он.

- А она тебе как?

- Лина, я тебе очень благодарен, но она такая... - начал неуверенно говорить он, и Лина уже расстроилась. Видно не получится из неё сводница.

- Не понравилась, так и скажи. Ничего страшного.

- Нет! Она чудесная, красивая, милая, но она слишком хороша для меня, - сказал Юлиан, и Лина открыла рот от возмущения. Не, ну они издеваются! Детский сад развели.

- Пошли, я иду к оружейнику, составишь мне компанию. Если не занят, конечно.

- У меня есть три часа, - с готовностью ответил он.

- Знаешь где лавка Тирея? А то я плохо помню. А в Афинах заблудиться очень легко.

- Ты у Тирея сделал меч? - воскликнул Юлиан и вытаращил на девушку удивлённые глаза.

- Не меч, я мечом не умею. Показывай дорогу.

Они вышли из дворцовых ворот, и пошли в город.

- Юлиан, я не хочу быть сводницей, но вы как будто маленькие дети, - начала говорить Лина, когда они спустились с холма, и мужчина нахмурился. - Ди, прибежала вся взъерошенная, говорит, что ты слишком хорош для неё. Ты тоже - она слишком хороша. Ну, смешно. Вы как хотите, конечно, я не буду допытываться, что да как, но у Дианты завтра выходной. Решай сам.

- Она злится на меня?

- Нет, она злится на меня, - ответила Лина, и Юлиан заулыбался, о чём-то задумавшись, видимо уже видел себя рядом с Ди, уж больно романтическое настроение у него было.

Они, наконец, дошли до уже знакомой девушке лавки, и она облегчённо вздохнула.

- О, вот она. Когда я была тут в прошлый раз, то не запомнила дорогу.

- Да, его можно найти, только если точно знать куда идти. Обычно кузнецы и оружейники держат лавки в квартале неподалёку от храма Гефесту, но Тирей почему-то не пожелал быть как все.

Лина усмехнулась этому странному факту, да, талантливый оружейник мог позволить себе быть оригинальным. Юлиан открыл дверь, и они зашли в прохладное помещение.

- Ой, простите господин Тирей, я зайду позже, - сказала Лина, увидев, что Тирей разговаривал с клиентом.

- Лина! Что вы! Заходите, конечно, и какой я вам господин? Скажете тоже. Мы уже закончили, проходите, прошу вас.

Лина с Юлианом зашли, клиент тут же поспешил скрыться за дверью, а девушка, сделав пару шагов вперёд, увидела свои кинжалы. Они лежали на дальнем столе, на котором она их рисовала углём на пергаменте, и посмотрела на оружейника.

- Это они?

- Да.

Она прошла вперёд и взяла их в руку. Да, это они, легли в руку как влитые. Два великолепных кинжала с позолоченными ручками и удлинёнными лезвиями. Их можно было бы назвать короткими мечами, очень короткими с узкими изящными клинками, но ей больше нравится считать их кинжалами.

Она пару раз взмахнула рукой, чувствуя, что каждый кинжал был словно продолжение руки.

- Тирей, они великолепны. Спасибо, - повернулась Лина к польщенному оружейнику. - Что я вам должна за них?

- Ничего, Тигран уже позаботился обо всём.

- Юлиан, посмотри, они бесподобны, - протянула она клинки другу, радуясь как ребёнок. У неё никогда не было личного оружия, сделанного специально на заказ. Лина могла выбрать наиболее подходящее, но только сейчас поняла как это, когда оружие сделано для её руки. С ними даже дышать было легче.

Юлиан взял их, и хотя рукоять была явно мала для его огромной лапы, он посмотрел на них как профессионал, явно способный достойно оценить работу мастера, и протянул обратно девушке.

- Да, они прекрасны.

- Постараюсь их не потерять, - тихо сказала Лина, и от одной этой мысли ей стало дурно.

- Я рад, что вам понравилось, - широко улыбнулся Тирей и лукаво улыбнулся. - Лина, метательные ножи вам ведь пригодились, я прав?

- Да, пригодились, и они весьма хорошо летели в цель, можете быть довольны своими помощниками, сковавшими их, - засмеялась она, поняв, что Тирей знает, о чём говорит.

- Если что-то ещё будет нужно, заходите в любое время.

- Тирей, я наверно должна вернуть эти кинжалы, вы сделали мне новые.

Лина достала из-за спины клинки и ощутила, насколько была огромна разница. Как будто взяла в руку бревно, хотя она выбирала их очень тщательно, и они были весьма хороши.

- Нет, оставьте их себе, - сказал оружейник, и она широко улыбнулась ему.

Кивнув напоследок, она пошла к выходу, чувствуя, что её десятое "спасибо" подряд будет лишним, да и не нужны они были Тирею. Он так явно наслаждался её реакцией, что Лина даже начала смущаться этого.

- Поверить не могу, он сделал тебе ножи, - произнёс Юлиан, с завистью смотря на девушку, и ей даже стало неудобно, что повела его сюда. Это было, как медведю показать мёд, а потом отнять. А Юлиан был ценителем, это было видно невооружённым взглядом.

- Да, это Тигран помог мне. Пошли, а то тебе пора уже.

Они быстро дошли до казарм, Юлиан повернул к себе и тут же вылетел обратно.

- Что случилось?

- Они ушли раньше, мне пора, - взволнованно ответил он и убежал в сторону тренировочной площадки. Лина нахмурилась, чувствуя, что подставила друга и решила проследовать за ним, разузнать, что случилось. Так и было, на тренировочной площадке выстроились солдаты, а Юлиан, по всей видимости, опоздал и сейчас получал выговор от начальника. Он стоял к девушке спиной, вытянувшись по струнке, и покорно слушал, какие наказания ему положены за грубое нарушение дисциплины.

Лина подошла поближе, и взгляд его начальника упал на неё, и, по всему было видно, что он её узнал.

"Вот и отлично, не нужно будет опять ругаться", - улыбнулась она сама себе.

Инструктор солдат выпрямился, видя, что девушка идёт в его сторону и его взор стал более сосредоточенным. Лина подошла к нему совсем близко, чтобы лишние уши не слышали её слов.

- Не ругайте этого солдата, пожалуйста, он отсутствовал по моей вине. Я постараюсь в дальнейшем учитывать ваши тренировки, - сказала она и обворожительно улыбнулась. Мужчина кивнул. Лина подошла к нему ещё ближе и продолжила уже тихо.

- Завтра у него свободный день, он мне будет нужен, не забирайте, его.

- Конечно, - кивнул он.

- Благодарю вас, - улыбнулась она и, развернувшись, пошла во дворец.

Спустя два дня

Практически всё утро девушки провели в комнате Алкмены и придумывали для неё новые наряды. Принцесса радовалась, как ребёнок возможности самой решать каким будет платье, изобретать новые фасоны и подбирать ткани, а Лину смешила столь бурная реакция, на такую простую вещь. Но на самом деле она была счастлива. Этот незнакомый мир, так недружелюбно принявший её сперва, сейчас начал радовать. Она была тут совсем чужой, и очень нуждалась в поддержке, а дружба Алкмены и Дианты для неё была как глоток свежего воздуха. Конечно, вопрос с Максимилианом оставался открытым, да и слова Афины не давали покоя, но об этом не было желания.

Ближе к полдню пришла Дианта. Очень довольная Дианта. Лина уставилась на неё, ожидая объяснений.

- Спасибо Лина, - смущённо сказала она, не поднимая глаз.

- И это всё? Ну ладно, не хочешь не говори, - улыбнулась она. - Ты мне хотя бы скажи, всё хорошо?

- Да.

Лина удовлетворённо вздохнула, радуясь своей удачной афере. Хоть у кого-то всё хорошо. А она будет без Максимилиана ещё долго, да и что будет после того, как он вернётся не известно. Что-то ей подсказывало, что ничего хорошего.

Все следующие дни Лина сидела с Алкменой в её саду, обсуждая всех кого только можно в Греции и не только, гуляла по городу с Диантой, хотя та всё чаще отсутствовала и очень смущалась этого, изучала карты Греции и наконец, ознакомилась с пантеоном Олимпа. Афина должна быть ей довольна.

Через неделю Лине стало скучно, и в голову пришла ещё одна бредовая мысль - сходить к наложницам Максимилиана. Она примерно знала, где их комнаты во дворце и направилась туда.

Спустя двенадцать дней

Десять дней прошли... Прошли и двенадцать, но Максимилиана всё не было и Лине хотелось выть от тоски. Она уже несколько раз думала сходить к Афине, но каждый раз останавливалась на пороге её храма. Нет, разговаривать с ней, желания не было. Да и вряд ли она что-то скажет. Боги в этом отношении неразговорчивые.

Было уже утро, а может быть даже полдень, Лина открыла глаза, перевернулась на живот и вдохнула еле уловимый аромат сандалового дерева. За двенадцать дней он уже успел выветриться, а она всё продолжала приходить в спальню Максимилиана. Хотя и редко, конечно.

Хотелось плакать, но нет... за то небольшое время, проведённое в этом мире, она пролила слёз больше, чем за всю прошлую жизнь.

Последний раз потянулась и встала. Пора одеваться... Но зачем? Эта размеренная тихая жизнь убивает. И как Алкмена не закисла от ничегонеделания? Лина, собравшись с духом, оделась, поправила постель и замерла, почувствовав за спиной движение.

- Ты кто такая? - услышала она приятный женский голос. Обернулась и увидела в дверях не менее приятную девушку.

- Могу задать тебе тот же вопрос, - осторожно сказала Лина.

- Я Мильто, а где Максимилиан?

- Он с персами воюет, - ответила она, разглядывая девушку. Очень красивую надо сказать девушку. Высокая, стройная, с абсолютно правильными пропорциями лица и тела. С большими синими глазами и длинными чёрными волосами.

- А ты Лина, надо думать? - слегка отстранённо произнесла Мильто, но изучала Лину с не меньшим интересом, как диковинную зверушку. Да, ей определённо было очень интересно, что за странная женщина появилась рядом с Максимилианом. И едва это известие дошло до Олимпии, где она находилась, сразу же направилась в Афины.

- Надо думать... - потянула Лина в ответ, и никак не могла решить как ей себя вести, и кто это за Мильто такая.

- А Максимилиан знает, что ты бываешь в этой спальне в его отсутствие?

- Можешь ему сказать, я уверенна, что он не сильно расстроится, - усмехнулась она.

- Ты его плохо знаешь.

- А ты видимо хорошо.

- Да, достаточно хорошо... - задумчиво потянула странная гостья. - А Тигран тоже с ним?

"Она ещё и Тиграна знает, и видимо тоже достаточно хорошо", - изумлённо подумала Лина. Эта дамочка уже начала её злить. Нужно будет обязательно узнать кто она такая.

- Конечно, они неразлучны, ты разве не знаешь? - съязвила Лина, уже не стараясь быть приветливой.

- Знаю... А с Тиграном ты тоже спишь? - подняла она на девушку заинтересованные глаза.

- Нет, только с Максимилианом, - ответила Лина, и от такой наглости захотелось её пнуть ногой, но она только улыбнулась. Ей даже стало интересно, что будет дальше.

- Зря, он весьма неплох. Почти так же хорош как полководец... советую попробовать.

- Мильто, ты зачем пришла? - спросила она и улыбнулась гостье своей самой доброжелательной улыбкой в своём арсенале.

- Когда Максимилиан вернётся? - проигнорировала Мильто вопрос, но Лина не собиралась играть по её правилам.

- Я тебя спросила, зачем ты пришла? - чуть громче произнесла Лина, с всё с той же улыбкой на губах.

- Зачем я пришла, это моё личное дело. Моё, и Максимилиана, - холодно сказала она и в её взгляде появилось высокомерие.

- Ну, так его тут нет, так что можешь идти. Ты мне мешаешь, я ещё собиралась посетить купальню, - и многозначительно посмотрела на маленькую дверь в углу комнаты. На самом деле в купальню Лина идти не собиралась, но позлить эту самодовольную стерву очень хотелось.

- Максимилиан тебя убьёт, когда узнает.

- Можешь сама лично ему об этом сказать, а теперь проваливай! - уже грубо сказала она, но доброжелательную улыбку с губ так и не сняла.

Мильто сузила глаза, и на мгновение в них промелькнул гнев, но надо отдать ей должное, она быстро с ним справилась, и пошла к выходу. У самого выхода остановилась и чуть повернула голову.

- Передай полководцу, когда он вернётся, что я приехала и очень соскучилась, - сказала она и ушла, тихо закрыв за собой дверь. Лина зарычала от гнева. Нужно срочно узнать кто эта Мильто.

Через пять минут она уже была в спальне у Алкмены. Принцесса только просыпалась и была очень удивлена видеть у себя подругу.

- Дорогая, что-то случилось? - приподнялась она на кровати, и Лина в очередной раз отметила, насколько она была огромна. Почти такая же, как у Максимилиана, только там им вдвоём там было просторно, а Алкмена спала одна, и терялась на этом необъятном ложе.

- Ты знаешь кто такая Мильто?

- Она вернулась? Да? - спросила Алкмена, сочувственно смотря на подругу, и это ей совсем не понравилось.

- Да. Кто она?

- Это гетера брата.

- Наложница? - брезгливо поморщилась Лина, хотя прекрасно знала, в чём разница.

- Она не наложница, - ответила Алкмена, подползла к краю кровати, на котором сидела Лина, и взяла её за руку. - Максимилиану она нравится. Эта Мильто... говорят, она очень хороша и в интеллектуальном развлечении мужчин и в постели божественна.

Лина нахмурилась от этой новости, и Алкмена видя её настроение, поспешила утешить:

- Но это ничего не значит. Брат же её в Олимпию отослал полгода назад, может она уже не имеет на него прошлого влияния...

"Влияния? Бог мой, да она на него ещё влияние имела. Вот и закончилась моя романтическая история с греческим царём и не помогут мне брачные браслеты, - грустно подумала она. - А что я хотела? Права была Афина, я простой солдат и тут на задании. Глупо... как же это всё глупо..."

- А Максимилиан очень расстроится, если узнает, что я спала в его постели, когда его не было? - тихо спросила Лина, уже представляя его гнев.

Алкмена хотела было улыбнуться, но увидев настроение подруги, передумала.

- Я думаю, за это на тебя он злиться не будет, - мягко улыбнулась она и обняла Лину.

Глава 12

Спустя три дня

- Он едет!

В комнату вбежала Дианта, а Лина, даже не спрашивая, кто едет, вскочила с парапета балкона, на котором сидела, и побежала скорее встречать. Пятнадцать дней, она его не видела пятнадцать дней. Сердце колотилось так, что казалось, сейчас оно вылетит из груди.

Максимилиан въехал на площадь и первым что увидел, как двери дворца распахнулись, едва не слетев с петель, и оттуда выбежала Лина. Её золотистые волосы развивалось на ветру, а странное белое платье струилось белым шлейфом, оголяя прекрасные ножки. Она неслась к Максимилиану словно ветер, и едва его ноги коснулись земли, она бросилась к нему на шею, прижимаясь к мужской груди.

- Максим, наконец-то ты вернулся, - услышал полководец, и его сердце воспылало. Его встречала женщина, она его ждала. Ждала с войны. Он обнимал её нежное тело, по которому успел соскучиться, и вдыхал сладкий аромат, зарывшись носом в мягкие волосы.

А Лина прижимала Максимилиана к себе, не желая больше отпускать, никогда. Она чувствовала его биение сердца под щекой и такое родное тёплое дыхание на шее.

- Малыш, полегче, - прошептал он ей на ушко.

Лина испуганно отстранилась, вдруг осознавая, что Максимилиан обнимал её только одной рукой.

- О боже, ты ранен! - воскликнула она, начиная ощупывать перевязанное плечо и осматривая его на наличие других повреждений. Но он был в доспехах, и ничего не было видно. - Пошли, мне нужно посмотреть, - потянула его к дворцу Лина, желая поскорей убедиться, что с ним всё в порядке.

- Ничего страшного, это не смертельно, а вот если я в ближайшее время не почувствую твоих божественных рук на своём теле, то умереть, пожалуй, могу, сказал Максимилиан, требовательно притягивая обратно к себе девушку здоровой рукой и поцеловал в нежное место за ушком.

- Пошли мой полководец, - улыбнулась Лина и убрала с его глаз чёрные локоны, вдруг вспоминая о Тигране. - Ой, Тигр, вы с Максимилианом обычно вместе посещаете купальню после возвращения с войны... Если ты присоединишься к нам, я буду не против, - сказала она и взглянула на полководца, ища подтверждения.

- Я тоже, - кивнул он.

Максимилиан был и рад, что Лина предложила это, позволив соблюсти традицию. Его друг выглядел таким же ошарашенным этим предложением, но довольным.

В дверях дворца показалась Алкмена и тут же побежала к Максимилиану.

- Здравствуй, старший брат, - поцеловала она его в щёку. - Лина, не обнимай его, пока не помоется.

- Вот ещё, я его слишком долго ждала, и теперь не отпущу, - заявила она и прижалась к полководцу ещё больше, всем своим видом показывая, как сильно соскучилась.

Максимилиана переполняло счастье. Всю дорогу в Афины он представлял себе сцены гнева этой вспыльчивой женщины, или как она обидится на него и перестанет разговаривать, за то, что он так поспешно уехал, обидев её. Но такая встреча стала для него полной неожиданностью. Очень, очень приятной неожиданностью.

Алкмена улыбнулась, такому напору Лины и предложила проводить их до комнат Максимилиана.

Полководец никогда не испытывал подобного, он всегда возвращался с войны, шёл в купальню, затем к наложницам, обедать и спать. Один. А сейчас его обуревали странные чувства, какая-то эйфория от осознания того, что у него есть женщина, к которой он вернулся. Она шла рядом и держалась, за него, как будто боялась отпустить.

Алкмена проводила их и, поцеловав на прощанье подругу, со словами "передай брату", ушла.

Лина зашла с Максимилианом в комнату и начала его раздевать. Нетерпеливо, но очень медленно и осторожно, чтобы не повредить руку. Такая красивая, она радовала взгляд уставшего полководца. Она очень внимательно на него смотрела, чуть приоткрыв коралловые губки. Скинула плащ, и начала изучать кирасу.

- Она цельная?

- Нет, из двух частей, по бокам кожаные ремни, - чуть хрипловато произнёс Максимилиан, но даже не пошевелился, чтобы помочь. То, что женщина снимала с него доспехи, было невероятно приятным и необычным. Она быстро разобралась, как снять кирасу, опустилась перед ним на колени и принялась расстёгивать поножи.

Полководец зажмурился от потрясающего ощущения её нежных рук, она почти не касалась его, но это дарило божественное удовольствие. В тоже время хотелось поднять Лину с колен, но она была очень увлечена своим действом и, по всей видимости, наслаждалась этим так же, как и он.

Закончив с доспехами, Лина попыталась аккуратно снять хитон, но поняв, что потревожит руку, достала кинжал из-за спины, чтобы его разрезать. Полководец улыбнулся, это всегда удивляло его, она практически всегда носила с собой оружие, и только за спиной. Ему это казалось ужасно неудобным, но для Лины не существовало другого места, для её любимых кинжалов, кроме как там.

- У тебя новые ножи?

- Да, - улыбнулась Лина, радуясь тому, что Максимилиан заметил. - Я их тебе потом покажу, а сейчас не двигайся, - сказала она, аккуратно разрезая ткань и снимая с тела. Её нежные пальчики начали разматывать бинты, бережно касаясь тела полководца, и у него закружилась голова от невероятных ощущений. Он поймал маленькую ручку и нежно поцеловал запястье.

- Я соскучился.

- Я тоже очень соскучилась. Не оставляй меня больше одну, - посмотрела она на Максимилиана. Он наконец-то вернулся к ней, раненый. И хотелось плакать от радости и от желания прикоснуться к этому телу, ощутить его сильные руки, но пока ещё не время.

- У меня не было выбора.

- Я знаю, - ответила Лина и нежно погладила его плечо.

- Откуда знаешь? - настороженно спросил он, уже готовый разозлиться на друга. Больше никому он не говорил о снах Лины.

- Арес сказал... Он же сказал, что Тигран должен был ехать к тебе.

- А я его чуть не убил, когда увидел, - хмыкнул Максимилиан. - И всю дорогу боялся, что ты поедешь за нами. Всё время оглядывался, чтобы не получить удар в спину.

- Неужели я такая страшная? - Лина игриво прижалась к полководцу и заглянула в тёмные глаза.

- Ты даже не представляешь на сколько.

Лина улыбнулась, вспоминая свои мысли в тот момент, да пожалуй, она действительно могла быть очень страшной и опасной. И закончив развязывать бинты, стала уже серьёзной.

- Вроде бы не страшно, рана глубокая, но кость не задета, - сказала она, изучая повреждение. - Давай обработаем, а после купальни я перевяжу. Иди пока, только рану не мочи, я схожу за бинтами и медикаментами. Тиграну позвать наложниц?

Максимилиан удивленно поднял брови.

- Было бы хорошо.

Лина кивнула и скрылась за дверью, а полководец, довольно улыбаясь своим мыслям, пошёл в купальню. Тигран уже был там и сидел мрачнее тучи.

- Брат, я конечно рад быть здесь, но ты подумал, каково мне будет смотреть на вас? - грустно спросил генерал. Он уже представлял себе эротические сцены, и от этого становилось тошно.

- Лина сейчас позовёт тебе наложниц, не переживай брат, - усмехнулся Максимилиан и опустился в купальню, чувствуя, насколько сильно тело истосковалось по горячей воде.

- Да? И я её не буду... кхе... смущать?

- Раз она сама предложила, то наверно не будешь, - ответил он и закрыл глаза, осознавая острую необходимость в руках Лины. - Я хочу сделать её женой, - добавил он уже серьёзно.

- Официально?

- Да.

- Смело... - тихо сказал Тигран.

Да, это было смело и наверно глупо, но Максимилиан не мог иначе, не хотел. Он уже долго думает об этом, очень долго...

Пришли наложницы Тиграна, одна осталась у него за спиной и начала разминать его уставшие плечи, а вторая опустилась в воду, медленно обтирая тело воина. Тигран тут же повеселел и уже по-свойски начал их обнимать.

- Я тебя поддерживаю, брат, - сказал он.

- А я вот не уверен, пока...

Пришла Лина с корзиной. Она успела уже переодеться в лёгкий короткий, чуть выше колен, хитон из лёгкой, но непрозрачной ткани и собрать волосы, оголив плечи и шею.

- Максимилиан, я же сказала, не мочить рану. Привет, - кивнула она девушкам.

Максимилиан приоткрыл один глаз, он подумал, что ему показалось, но сидевшие у Тиграна наложницы, кивнули в ответ, приветствуя её.

- Ты знакома с моими наложницами? - недоверчиво спросил он.

Лина не ответила. Максимилиан приподнялся из воды.

- Ты к ним ходила? - спросил он, и эта мысль обожгла его словно раскалённый меч.

- Да, - невозмутимо ответила она, деловито копаясь в корзине.

- Зачем? О, нет, я не хочу это слышать.

О боги, Лина, его Лина, ходила к его наложницам. Пока он был на войне, и каждую ночь думал о ней, грезил о её мягких руках, голубых и ясных как небо глазах... А она в это время... Нет, он даже не хотел думать об этом.

- Я этим, о чём ты подумал, не занимаюсь! - резко ответила она. И добавила уже совсем тихо: - Я к ним ходила, чтобы узнать, что тебе нравится.

Максимилиан повернулся и недоумевающе уставился на девушку разбирающую бинты. Неужели она ходила к ним, чтобы узнать это? Она, которая одним своим касанием, могла вознести его наверх блаженства, хотела знать, как доставить ему удовольствие.

- Малыш, лучше быть уже не может, - очень тихо произнёс Максимилиан.

- Пожалуйста, я не хочу это обсуждать. Покажи мне плечо.

Лина молча, подошла к полководцу, обработала рану, перевязала и, удобно устроившись сзади, начала разминать плечи, смазав руки сандаловым маслом. Максимилиан застонал от удовольствия и закрыл глаза. Её руки были действительно божественны, мягкие и тёплые, сильные и нежные. Хотелось целовать каждый её пальчик, даривший ему неземное наслаждение.

- Тигр, не обращай на меня внимания, если хочешь, я могу отвернуться, - сказала она.

- Лина, ты прелесть, я тебя люблю.

Максимилиан открыл один глаз.

- Как сестру, - поспешил добавить Тигран, заметив взгляд полководца.

- Я тоже тебя люблю, тигр, - улыбнулась Лина другу. - Расскажи, как там было.

Она знала, что Тигран любил уже после боя, в купальне, вспоминать прошедший бой, особо интересные моменты сражения. Как будто смотреть со стороны, анализировать. И ей будет интересно узнать, как всё было, и Тигран расслабится.

Лина мягко делала массаж и нежно целовала шею и плечи разомлевшему Максимилиану. А Тигран рассказывал, как проходило сражение под Талинией, как персы удивились неожиданно большой армии, как ранили полководца и как они победили. На самом деле, то сражение даже войной назвать было нельзя, так, небольшой конфликт. Максимилиан рассказывал, что войны тут могут тянуться не один год.

Лина спустилась в воду и начала мыть тело Максимилиана, нежно лаская упругие мышцы, а полководец наслаждался мягкими руками девушки, отодвинув возбуждение подальше.

Что могла узнать Лина от наложниц? Её движения итак совершенны, нежные, ласковые. Она сама получала удовольствие, дотрагиваясь до него, и это было потрясающим.

Максимилиан услышал слабый стон Тиграна, и, приоткрыв один глаз, увидел как наложница села к нему на колени.

- Давай малышка, - шептал он. Послышалось тихое рычание мужчины, и вода пошла лёгкими волнами.

Лина не смотрела в их сторону, а была сосредоточенна на нём. Платье намокло, и сквозь него просвечивались напряжённая грудь, а нежные, чуть приоткрытые губки словно просили поцелуя. Нет, он не будет заниматься этим здесь, только не с Линой, она только для него.

Максимилиан вспомнил, что Тигран говорил о каком-то солдате, с которым подружилась Лина, и дурные мысли обожгли его.

- Лина, кто такой Юлиан? - тихо, чтобы не мешать Тиграну, спросил он.

Она улыбнулась, и ревность запылала ещё сильней.

- Это солдат, он помог мне и своему отряду выбраться из римского лагеря, там, под Митавой. Тебе не стоит ревновать, он просто мой хороший друг и любовник моей служанки, - ответила Лина, радуясь, что у них всё получилось. Хотя Дианта и стала реже у неё появляться, она была счастлива.

- Хорошо, - ответил Максимилиан расслабляясь. - Малыш, никогда не сомневайся в себе, ты лучшая женщина, которая была у меня, - тихо сказал он, совсем разнежившись под руками Лины, и забыл что он грозный и холодный царь.

- Я рада это слышать, потому что я хочу, что бы тебе со мной было так же хорошо, как и мне с тобой.

Полководец только ухмыльнулся этим странным словам. Он никогда не слышал подобного от Лины, видимо она, также как и он, из-за долгой разлуки готова была говорить совсем не свойственные ей вещи.

- Максимилиан.

- М? - тихо промычал он.

- В твоё отсутствие я иногда спала в твоей кровати, - сказала Лина, решив, что лучше расскажет сама в подходящий момент, чем гетера преподнесет это так, как ей будет удобно.

- Почему? - чуть улыбнулся он, но глаз не открыл. Это было хорошим знаком, и Лина облегчённо вздохнула.

- Я скучала. Тебя так долго не было, а там мне казалось что ты был рядом со мной. Прости, я не должна была...

Максимилиан открыл глаза и притянул девушку к себе, мягко её поцеловав.

- Можешь спать в моей постели в моё отсутствие, я разрешаю, - сказал он, и Лине захотелось прижать к себе полководца, и никогда не отпускать, но она не стала это делать, а только тихо сказала - Спасибо.

Звуки со стороны утихли, Тигран мирно сидел, наслаждаясь руками наложниц, и кажется, даже задремал.

- У тебя хороший друг.

- Да, он мне как брат, - немного помолчав, ответил Максимилиан и пошутил. - Я даже наложниц ему отдаю.

- Ещё раз вспомнишь о наложницах, и я тебя укушу.

- Укусишь?

- Да, - сказала Лина и игриво укусила Максимилиана за шею, а он от неожиданности резко её схватил и повалил в воду.

- Ааааа, Максим! - громко засмеялась Лина, начиная брыкаться и вырываться из цепких рук. Но Максимилиан был слишком сильным, он уже вошёл в роль и начал усиленно, но очень нежно топить девушку.

Тигран перепугано подпрыгнул и начал озираться по сторонам, не понимая, что произошло.

- Ой, тигр, прости, мы побеспокоили тебя, - виновато произнесла Лина и попыталась сесть. - Может, хватит на сегодня водных процедур? Пошли я перевяжу тебя, - погладила она по раненому плечу Максимилиана и потянула его на выход.

- Да, пошли. А то терпеть уже невозможно.

На следующий день

Было уже утро. Из-за окна слышались щебетания птиц и тихое журчание фонтанчика. Лина нехотя открыла глаза, но Максимилиана рядом не оказалось. Зато была Дианта. Всё-таки удивительно, она приходит в комнату царя, а он ей разрешает это. Как много изменилось с тех пор, как она первый раз здесь появилась.

Лина сладко потянулась, вспоминая проведённую ночь с полководцем, и ощутила его запах на своём теле. Жаль, что его нет рядом. Интересно, куда он успел уже уйти.

- Ди, где Максимилиан? Я надеюсь, он не уехал опять?

- Нет, к нему кто-то пришёл, и он в тронном зале его принимает.

Лина сама себе улыбнулась. Неутомимый полководец. Только вчера вернулся с войны, да ещё и после ночного марафона, а утром ни свет, ни заря встал и теперь занимается государственными делами. Он прекрасный царь.

- Хорошо, а то я думала, что опять меня бросил. А у тебя как дела?

- Юлиан замечательный, и мне так стыдно, что я мало времени посвящаю работе, - виновато произнесла она.

- Ди, ты не рабыня, занимайся своей личной жизнью столько, сколько хочешь, я не беспомощная. Хитон ты меня научила одевать, так что в случае чего, справлюсь. Ты мне только скажи, как он в постели? Хорош?

- Лина! - возмутилась Дианта.

- Чего Лина? Мне интересно же, - нахально заявила она.

- Да, он очень хорош, - смущённо ответила служанка. - Такой сильный, горячий и нежный.

Лина встала с кровати, счастливо улыбаясь сама себе, и пошла в соседнюю комнату. В отсутствие Максимилиана она успела туда перенести часть своего гардероба, очень надеясь, что он не будет ругаться, когда узнает об этом.

Осмотрев свою одежду, решила сегодня надеть необычное платье, сшитое уже давно, но ни разу даже не мерянное. Очень откровенный наряд. Верхняя часть платья состояла из двух полосок ткани, спадающих с плеч, и оставляющие обнажёнными тело от шеи до пупка, и спину до копчика. Эти полоски ткани, по сути прикрывающие только грудь, были скреплены между собой нитками жемчуга, две нитки спереди, и пять сзади. И из жемчуга же был сделан низкий, на бёдрах, пояс. Длинная струящаяся юбка с двумя разрезами по бокам очень удачно завершили ансамбль. "Порадую Максимилиана", - подумала Лина. Если конечно он этому порадуется.

- Ну как?

- Очень откровенно, но потрясающе красиво, - с готовностью ответила Дианта.

- Насколько откровенно?

- В меру, всё лишнее скрыто. Мне нравится, - кивнула она, и Лине стало спокойней. Если такая зануда, как Ди сказала, что ей нравится, значит, всё действительно бесподобно.

- Только ты замёрзнешь, платье совсем открытое.

- Не замёрзну, - улыбнулась она служанке. Конечно, зима ещё не закончилась, и было довольно холодно, градусов пятнадцать, не больше, но на небе светило яркое солнце и кутаться в тёплые одежды девушке совсем не хотелось. Так что она ограничилась только тёплыми мягкими сапожками, которые ей очень полюбились. Даже удивительно, на сколько они были удобными... а она всегда считала, что в древнем мире хорошей обуви не было.

- Я очень рада, что у вас всё получилось с Юлианом.

Удовлетворившись своим отражением в зеркале, Лина повернулась к подруге, только она была какая-то не очень весёлая.

- Я тоже, но мне кажется, что он хочет меня бросить, - грустно сказала Дианта и отвернулась, принявшись разбирать вещи.

- С чего ты это взяла?

- Он какой-то задумчивый стал, отвечает невпопад. Мне кажется, он просто боится мне сказать...

- Ди, может у него проблемы какие-то, или его призывают на войну, и он не знает, как тебе сказать об этом, - предположила Лина, подходя к подруге, и погладила её по плечу. Какие же они сложные с Юлианом, с вечными предрассудками. А ведь так сильно любят друг друга.

- Может, - глубоко вздохнула она, поправила и без того идеальную юбку и передала девушке её кинжалы.

Лина вышла из своей комнаты, и решила разыскать Максимилиана, надеясь, что он успел уже закончить свои государственные дела и мог принять её. Она улыбнулась этой мысли, надо же, "принять её".

Во дворце бурлила жизнь, все куда-то бежали, что-то делали. Стало даже скучно, ей была непривычна такая размеренная жизнь, хотелось движения. Максимилиан прав, она воин, и не может без этого.

"Нужно срочно напроситься на войну, а то закисну". С этой мыслью Лина нашла полководца в центральном атриуме. Он лежал в удобной широкой лежанке, рядом с ним рабыня играла на арфе, а напротив полуголая Мильто лежала на подушках и что-то рассказывала. Её хорошо поставленный голос лился как ручеёк, звонкий и лёгкий, и Лине стало стыдно за те свои рассказы на корабле, грубые и импульсивные. Теперь она видела разницу, слишком большую разницу, и понимала, почему Мильто так ценится царём.

Гетера заметила застывшую в дверях девушку и прервала свой рассказ.

- Почему ты остановилась? - спросил Максимилиан, и тон с которым он это сказал Лине совсем не понравился.

- Эта история только для тебя мой полководец, - пропела она.

- Мне уйти? - сквозь ком в горле спросила Лина, очень стараясь не выдавать своих эмоций.

- Да, - холодно сказал Максимилиан, даже не повернув голову, и в глазах Мильто промелькнуло превосходство.

Лина развернулась и ушла, не сказав ни слова.

Через час она обнаружила себя у ворот дворца, и смутно осознавала, что вроде бы хотела пойти погулять в город. Но обида и злость застилали всё вокруг, не позволяя трезво оценивать ситуацию.

- Лина?

Рядом на лошади проскакал Тигран, он резко остановился и, спустившись на землю, подошёл к девушке.

- Ты плачешь?

- Нет, - тихо ответила она.

- Что случилось? Почему ты такая... мрачная?

- Тигр, а то ты сам не знаешь! - ответила Лина и отвернулась от любопытного друга, стараясь действительно не расплакаться.

- Это из-за Мильто? - понимающе спросил Тигран и увидел немое подтверждение на лице Лины. - Тебе не стоит беспокоиться по поводу неё. Она больше не имеет того влияния что было раньше.

- Ты её защищаешь, чтобы я её не убила ненароком? Да? И тогда тебе не удастся попробовать её ещё раз?

Лина плохо соображала, что говорит, и обидные слова слетали с губ быстрее, чем следовало бы.

- Что?..

- Что что? Она сказала, что ты весьма неплох в постели, даже предлагала попробовать, и не говори мне, что она тебе не понравилась! - гневно выкрикнула она.

- Лина, - Тигран взял её за плечо, но в ту же секунду в её руке был кинжал. Но мужчина, быстро среагировал на этот выпад, резко вывернув её руку, и крепко прижал спиной к своей груди.

Лина вдруг осознала, что сделала и тихо заплакала, освобождая всю обиду и горечь, накопившуюся за утро. Тигран ослабил хватку и позволил девушке уткнуться носом в его грудь. Он крепче прижал её к себе и погладил по спине.

- Не плачь малышка. Я серьёзно говорю, Мильто для Максимилиана очередная наложница и она ему больше не интересна.

- Тигр, они там... - всхлипывала Лина уже успокаиваясь. - Я видела...

- Что ты видела? Как она его соблазняет? Или то, как она рассказывает ему истории? На большее она рассчитывать не может.

- Я ему не нужна. Он же сам мне это сказал... я солдат. Зачем он держит меня подле себя?

- Нет, малышка, ты не права. Макс ценит тебя, ты нежна ему.

- Правда? - спросила Лина, поднимая глаза на Тиграна, и улыбнулась, увидев его утвердительный кивок.

- Тигр, прости. Я тут сырость развела... - тихо сказала она. Успокоившись, ей стало стыдно за такую слабость, и за то, что напала на него. Но эта женщина рядом с Максимилианом вызывала чудовищную ревность, и от понимания своей беспомощности было ещё хуже.

- Я всё понимаю и никому не скажу, - засмеялся он.

- Спасибо, ты настоящий друг.

Через два часа Лина нашла Максимилиана в главном зале, где он сидел в одиночестве и пытался пообедать. Она нерешительно замерла на пороге, но быстро собралась и, решив делать вид, что ничего не было, прошла к нему.

- Максимилиан, не напрягай руку, - нежно погладив раненное плечо, сказала Лина и присела рядом. - Дай помогу.

Взяла кусок мяса, обмакнула в соус и положила в рот мужчине.

- Я не ребёнок, - тут же разозлился он и попытался отстраниться.

- Нет, конечно же, не ребёнок. Ты раненый полководец, и я хочу позаботиться о тебе, -улыбнулась она и положила ещё один кусочек ему в рот, позволив облизать свои пальцы. Нагнулась и мягко поцеловала, чуть прикусив нижнюю губу. - Вкусно?

- Да, - чуть хрипловато ответил он.

- Максимилиан, откуда ты узнал о моей возможной смерти? - вдруг, совершенно неожиданно, спросила Лина.

Он посмотрел на неё недоумённо.

- Ты же знаешь...

- Нет, я знаю только о... ну ты понял, а о том, как ты узнал Арес не сказал.

Максимилиан задумался, он не знал, стоит ему говорить или нет. Может быть, если ей положено было знать, Арес рассказал бы сам. Или возможно это была его задача?

- Скажи мне, - попросила Лина, видя смятение на его лице.

- Хорошо.

Он попытался собрать мысли воедино. Это всё было так странно, необычно.

- У тебя бывают сны, в них ты видишь будущие сражения. Помнишь - на утро ты просыпалась с сильной головной болью?

Лина утвердительно кивнула, хорошо помня эти ужасные дни. Она не часто болеет, организм был хорошо закалён, а те безумные боли стали неприятным сюрпризом.

- Ты видела Митаву и предупредила меня, что римляне нападут с левого фланга и нас разобьют. И ты увидела свою смерть под Талинией, - сказал полководец и вмиг помрачнел, а глаза потухли.

- Как увидела?

- Ты умерла у меня на руках, во сне, и это было так по настоящему, твоё тело было холодным, я никогда этого не забуду, - сказал Максимилиана и голос его предательски дрогнул, но глаза оставались строгими и холодными как всегда.

Лина смотрела на него, пытаясь понять, что же он пережил тогда? Наверно это было ужасно, и, судя по всему, это сильно его впечатлило. Да, поэтому он так быстро собрался и уехал. Чтобы не дать ей умереть.

- Тогда, наверно, я должна поблагодарить тебя? - ответила Лина, вставая из-за стола.

Мысли скакали как бешеные кони, и ей необходимо было пройтись по залу. Она посмотрела на цветущие сады за большими окнами, голубое небо. Быть на краю гибели и даже не подозревать об этом. А Максимилиан зная, что она разозлиться на него и не захочет остаться в Афинах, в тайне уехал. И оставил Тиграна присматривать за ней...

- Лина, мне нужно поговорить с тобой, - серьёзно произнёс Максимилиан и решительно встал из-за стола.

Она отшатнулась от него, чётко помня, что ничего хорошего эта фраза не приносит.

- Ты меня пугаешь, - недоверчиво сказала она, смотря на решительно настроенного Максимилиана.

Он быстро подошёл к девушке вплотную и посмотрел в испуганные голубые глаза.

- Лина, я хочу, чтобы ты была мой женой, - строго и властно одновременно произнёс Максимилиан. Его слова не подлежали обсуждению, это был приказ.

Она задумалась на мгновение и провела рукой по плечу, успевшему стать ей таким родным, взор упал на его брачный браслет. Максимилиан уже говорил об этом, но его слова были не серьёзными, и она знала. Да, те слова были импульсивные, навеянные или обстоятельствами или какими-то внутренними переживаниями, но сейчас было совсем иначе. Он требовал. Действительно, уже прошло почти два месяца, совершенно незаметно, и ждать дальше было уже нельзя, пора было решать этот вопрос.

- Да, конечно. Ты уже придумал, как мы это всё скроем? - ответила Лина и отвернулась, скрывая свою боль в глазах и очень стараясь не расплакаться.

- Нет, я хочу признать тебя своей женой официально, - серьёзно сказал Максимилиан и посмотрел на девушку, а та недоверчиво подняла глаза. Он хочет её признать? Этого не может быть.

- Максим, мы можем пожениться в тайне, я не против этого.

- Я против! - резко сказал он, и сейчас перед ней стоял великий и величественный полководец, и грозный царь Греции, которого все боялись и все боготворили. - Я много думал над этим, и я решил.

Он замолчал, собираясь с мыслями. Это было тяжело, никогда он не говорил подобных вещей, но спорить с собой было глупо, эта женщина была нужна ему, нужна как воздух, и она должна об этом знать.

- Я хочу видеть тебя рядом с собой всегда, независимо ни от чего! Ты должна быть моей правой рукой, моей опорой и на войне и в правлении Грецией. Тогда, когда приезжал Тит... я больше не хочу тебя видеть на коленях, никогда. Слышишь, никогда!

Он коснулся её подбородка и поднял лицо, смотря в прекрасные голубые глаза.

- Когда ты умерла на моих руках, моё сердце остановилось, я умирал вместе с тобой, а когда я вернулся с войны, и увидел, как ты бежала ко мне, что ты ждала меня, моя душа воспарила. Я люблю тебя, Лина, и хочу, чтобы ты была со мной всегда и родила мне мальчика и девочку.

У Лины задрожали губы, и она отвела взгляд, изо всех сил пытаясь сдержать подступающие слёзы.

- Максим, ты должен знать, у меня не может быть детей. Серьёзное ранение... лекари сказали, что я не смогу...

На Максимилиана как будто вылили ведро холодной воды. Лина, его Лина бесплодна! У него не будет наследника, он никогда не станет отцом. Но это ничего не меняет, она будет его, и только его, и он дотронулся до коралловых губ.

- Ничего не говори, малыш, это не важно, я люблю тебя, и хочу видеть тебя рядом с собой. Ты согласна?

Лина смотрела на своего полководца и не верила в то, что это происходит на самом деле. Слёзы сами полились из глаз, а руки сами обняли такое родное лицо.

- Конечно, согласна, я тебя тоже люблю больше всего на свете, - дрожащим голосом ответила она.

Максимилиан достал из-за пояса широкий серебряный браслет и надел на руку девушки, нежно касаясь губами маленьких пальчиков, а она не верила своим глазам, он признает её, и он давно об этом думал. Это действительно не спонтанное предложение, и даже подготовился заранее.

- Это наш родовой браслет, его носят все женщины нашей семьи, когда мы поженимся, рядом будет ещё один.

- А Алкмена? Это наверно принадлежит ей, - тут же спросила Лина.

Максимилиан улыбнулся этим словам, она беспокоится его сестре. Эта удивительная женщина смогла подружиться с ней, и это было очень важно для него. У Алкмены был сложный характер, и она почти никого не хотела видеть рядом с собой, но Лина смогла войти в её жизнь, и стать ей хорошей подругой.

- Нет, эта вещь принадлежит правящей ветви, а Алкмена мне не родная сестра, хотя и очень дорога мне.

- И я могу не скрывать... если кто спросит... - нерешительно спросила Лина, не в силах поверить в происходящее. Она рассматривала широкий серебряный браслет на своей руке, и красивый геометрический орнамент ласкал кожу её пальцев.

- Лина, ты можешь рассказать кому хочешь, - произнёс Максимилиан, уже начиная злиться такому неверию, хотя прекрасно понимал её. Она знала, что он не сможет её принять. Знала и смирилась с этим, готова была скрывать, что они будут женаты, он ценил это и уважал.

- А Мильто?

Максимилиан понимающе усмехнулся. Да, приезд Мильто стал полной неожиданностью. Она была весьма искусной гетерой, и хорошо знала своё дело. Могла развлечь полководца и светскими беседами и историческими хрониками, а в искусстве любви ей нет равных. Раньше не было. Сегодня он с увлечением послушал рассказы о великой Олимпии, куда он её отослал, но сексуального желания она не вызывала.

Максимилиан обхватил рукой лицо Лины и провёл большим пальцем по тонкому шраму на скуле. Нет, никакая гетера не сравнится с этой женщиной, и только она способна подарить покой не только его телу, но и душе.

- Моя маленькая ревнивая Лина, эта гетера больше не должна тебя волновать.

- Хорошо. Тогда я побегу к Алкмене расскажу новость, - радостно подпрыгнула Лина и обняла Максимилиана. - Или тебе нужна помощь с обедом?

- Нет! Иди, Лина, - сказал он и как будто что-то вспомнив, остановил её за руку. - Стой!

Он изучающее осмотрел странный наряд, только что заметив его, и провёл двумя пальцами по ложбинке между грудей и спустился к животу. По его взгляду ничего нельзя было сказать, и Лина ждала комментариев, боясь, что он осудит столь откровенный наряд.

- У тебя новое платье?

- Да, тебе нравится?

- Оно необычное, но да, мне нравится, - сказал он и плотоядно улыбнулся, продолжая изучать мягкий животик девушки, думая о чём-то своём.

- Ну я пойду... к Алкмене, - произнесла Лина.

Хотя она была рада такой реакции, и тому, что её старания не пропали даром, но от нежных касаний Максимилиана уже начал расходиться огонь в низу живота, а заниматься любовью тут на столе в её планах не было. Да и натерпелось поделиться с Алкменой радостной новостью.

- Иди.

Лина поцеловала полководца в щёку и убежала.

Максимилиан глубоко вздохнул. Он это сделал, сделал и не думал, что почувствует такое облегчение. Оказывается, это его тянуло и беспокоило, словно камень на душе. Столько было мыслей и сомнений. Конечно, ему было известно, что им нужно будет пожениться, перечить богам он бы не осмелился, но ни в коем случае официально, а в тайне, и потом скрывать это всю жизнь. Неизвестная, безродная, странная женщина из другого мира.

У него уже была выбрана жена, достойная стать матерью его детей, а Лина могла стать любовницей, и она была согласна. Согласна... Нет, только она будет его женой, и он будет гордиться ей. Но без детей, без наследника. Это стало очень, очень неприятной новостью, но это ничего не меняет.

И только Максимилиан сел обратно за стол, как раздался крик Лины. "Боги, ну что опять случилось у этой женщины?" - пронеслось в его голове.

- Убью любого, кто к ней притронется, - рычал полководец себе под нос, выбегая в коридор и озираясь по сторонам. За следующим поворотом у выхода из дворца он увидел Лину. Ужасно перепуганная, она стояла рядом с дверьми. В её руках был окровавленный кинжал, а у ног лежал мёртвый солдат. На крик уже начали сбегаться все, кто был рядом. Даже инструктор солдат стоял у стены и с интересом рассматривал тело.

- Максимилиан, я убила твоего солдата. Нечаянно... - испуганно произнесла Лина, поднимая встревоженные глаза, и сделала шаг назад. Полководец нахмурился, и она, заметив это, перепугалась ещё больше.

- Как это нечаянно?

- Он подошёл ко мне со спины. Он не должен был так делать! - вдруг разозлилась она, и со злостью посмотрела на тело у своих ног.

Тигран подошёл и нагнулся, осматривая его.

- Он мёртв.

- Конечно, мёртв! Ты думаешь, я не могу убить одним ударом? - выкрикнула Лина. Она была очень встревожена и поэтому злилась ещё сильнее.

- Не кричи. У него нож, он хотел убить тебя, - громко сказал Тигран и поднялся на ноги.

Максимилиан посмотрел на тело, действительно, рядом с его рукой лежал нож. "В моём дворце ходит убийца в форме солдата! И он собирался убить мою жену!" - и гнев начал застилать всё вокруг, мешая ему трезво мыслить.

- То есть я молодец? - голос Лины вывел полководца из оцепенения. Она тут же успокоилась, деловито подошла к несостоявшемуся убийце, с интересом рассматривая его. Аккуратно наклонилась и двумя точными движениями вытерла кровь со своего кинжала об его одежду. Осмотрела себя и, убедившись, что платье осталось чистым, широко улыбнулась, показывая очень милые ямочки на щеках.

Удивительная женщина, ухмыльнулся сам себе полководец.

- Да уж, хороший удар, - довольно громко прошептал инструктор солдат и проследил за тем, как Лина спрятала нож за спину. Наверняка ему, так же как и Максимилиану, это место показалось странным и не удобным, но девушка уже не обращала внимания на окружающих.

- Ну, я пошла тогда, - сказала она и решительно развернулась, собираясь уходить, но сделав пару шагов, обернулась. - Чего столпились? Вам заняться больше нечем?

Из-за угла вылетела встревоженная Алкмена и, сильно махая руками, побежала к подруге.

- Лина, дорогая, что случилось? Это ты кричала?

- Всё в порядке, пошли, я тебе кое-что покажу.

И девушки, обнявшись, пошли по коридору и скрылись за поворотом. Через несколько секунд Максимилиан услышал радостный визг сестры. Его сердце запело, сестра приняла Лину. Хорошо.

Лина показала браслет Алкмене, и она была вне себя от радости. Этот нежданный приезд Мильто очень встревожил её, и она уже начала думать, что Максимилиан воспылает к ней прежней любовью. А Мильто была очень хитрой женщиной и могла добиться всего чего хотела. Но вместо того чтобы реветь в углу, как поступила бы сама принцесса, Лина абсолютно счастливая ходит по дворцу и демонстрирует ей этот браслет. Невероятно, Максимилиан хочет сделать её женой.

- Лина, это здорово! Брат очень любит тебя, и я рада, что он решился на этот шаг.

- Я тоже, только до сих пор не верится, - согласилась она, погладив пальцами холодный металл, и странная смесь счастья и нерешительности переполняла её.

- Алкмена, Максимилиан сказал, что это ваш родовой браслет, и я предположила, что он должен быть твоим...

Полководец как обычно был не слишком разговорчив, и кроме того, что этот браслет для правящей ветви ничего толком не сказал.

- Нет, мы не родные брат и сестра. У нас общий отец, но моя мать была служанкой у отца и я по сути безродная, - поведала принцесса беззаботно.

Лина округлила глаза. Вот это да, Алкмена назвала себя безродной. И что теперь должно случиться? Ледники растаять?

- Как? Отец ведь был царём?

- Да, но это не имеет значения. Он был хорошим человеком, и по-своему любил мою мать и не бросил меня, хотя мог бы. Мы с Максимилианом росли вместе как брат и сестра.

- Это здорово.

- Да, после смерти отца я боялась, что брат прогонит меня, моё происхождение для него не было секретом, но мы только сблизились. Он хороший и я его очень люблю, - улыбнулась Алкмена.

- А сколько лет Максимилиану? Дианта говорила, что он правит Грецией уже двадцать два года... Но он же ещё молодой, получается, что он взошёл на престол совсем ребёнком? - спросила Лина вдруг осознавая, что не знает сколько лет полководцу. Выглядел он не на много старше её самой, а спрашивать о его возрасте, как-то не было причин.

- Да, ты права, он очень рано стал царём. Отец умер, когда Максимилиану только-только исполнилось девять.

- Ого!

- Но он повзрослел очень быстро, взял правление страны в свои руки, и уже через год весь народ Греции и армия боготворили его, и никто не осмеливался назвать его ребёнком. Сейчас ему тридцать один и он великий правитель. Нам повезло, что у нас есть Максимилиан. Нам всем.

Глава 13

Лина ещё некоторое время посидела с Алкменой, пообедала с ней и решила найти Юлиана. У Максимилиана наверняка было много государственных дел, и беспокоить его было бы неразумно, а ей было интересно, что там за проблемы возникли у её подопечных.

Конечно, она обещала больше к ним не лезть, но они как дети малые, ей богу!

Молодой человек обнаружился в казарме среди других солдат и готовился к тренировке, а по его хмурому виду мало что можно было сказать, кроме того что он расстроен.

- Привет, - вяло поздоровался Юлиан, не поднимая глаз.

- Пошли на улицу, - предложила Лина, осматривая довольно мрачное помещение. Она впервые была тут, и ей это место не очень понравилось. Чисто и довольно мило, но как-то тесно и серо. Особенно после обилия белого вокруг. И солдатские казармы в целом вызывали у неё смешанные чувства, навивали воспоминания о прошлой жизни.

- У меня тренировка скоро, - мрачно сказал Юлиан, и всем своим показывал, что его не следует отвлекать. Но Лина не обращала внимания на его попытки её спровадить, что ж зря пришла?

- Десять минут-то у тебя есть для меня? - обворожительно улыбнулась она и решительно потянула его за руку.

- Конечно, - обречённо сказал Юлиан, не в силах сопротивляться этой женщине. Они вышли из прохладного помещения и сели на горячие каменные ступени перед казармой.

- Как дела? - задала глупый вопрос Лина, не зная как подступиться к интересующей ей теме.

- Жениться хочу...

- На ком?

- Лина, а как ты думаешь? На Дианте конечно! - ответил он и тут же опять нахмурился.

"Ого, быстро они", - подумала она. И в чём интересно проблема, что Ди думает, что он её собрался бросить. Хотя он действительно какой-то странный, обычно такой весёлый, а тут...

- Ну и?

- Что и? Я солдат, я не хочу оставить её вдовой. Не хочу, чтобы она страдала.

Юлиан сидел ужасно грустный, теребил край своего хитона и смотрел невидящим взглядом на землю под ногами, а Лина не знал что делать.

- Юлиан, но ты ведь не обязательно умрёшь. Возможно сейчас ты откажешься от своей любви и так проживёшь всю жизнь один, жалея о содеянном.

- Да, я ещё ничего не сделал, а уже жалею.

- Ты ей предложи, скажи, что думаешь, и пусть она сама решает, - погладила Лина его по плечу и пододвинулась ближе. - У вас одна проблема на двоих - вы всё скрываете друг от друга, боитесь сказать. Но ведь когда человек любит, он замечает все изменения в настроении друга. Если ему плохо или что-то тревожит, всё становится видно. И какая первая мысль, если ты видишь, что твой любимый ходит угрюмый и хмурый, но тебе не говорит причины? Первая мысль - я что-то не так делаю, он меня хочет бросить или другая подобная ерунда. Это не твоя проблема, Юлиан, это проблема ваша общая с Диантой, вы вместе должны принять решение.

Он поднял глаза, широко улыбаясь девушке, но вдруг резко выпрямился, и опустился на колено, низко склонив голову.

Лина обернулась, посмотреть, кто его так переполошил, и увидела приближающегося к ним Максимилиана. Просто бесподобно красивого и грозного, а на его плечах был развивающийся на ветру большой красный плащ, что добавляло ему ещё больше величия.

И когда он успевает переодеваться? Хотя он вообще очень быстрый мужчина.

Максимилиан подошёл к Лине и притянул её для поцелуя, при этом сохраняя на лице суровое выражение лица.

- Я на ученья, ты со мной.

- Когда?

- Через час.

- Хорошо, я буду готова, - ответила Лина и обняла Максимилиана, радуясь, что может делать это свободно, а он прижал её к себе ещё сильнее.

Максимилиан провёл рукой по плечу девушки, но потом как будто заметил солдата рядом с собой, и нахмурил брови.

- Это тот о ком я думаю? - сурово спросил он.

- Да, это Юлиан, - ответила Лина, стараясь ничем не показать, что испугалась за друга и говорить спокойно.

- Встань, - властно произнёс он. Юлиан встал. - Посмотри на меня.

Максимилиан говорил и смотрел на солдата так, что можно было подумать, что тот был повинен во всех смертных грехах и собирался казнить его за них прямо тут на месте. Но Юлиан держался молодцом, и от страха не падал.

- Это правда что ты помог Лине и своему отряду выбраться из плена.

- Да.

- Сколькими солдатами ты управлял?

- Пятьдесят.

- Больше можешь?

- Да.

- Ты был на ученьях? Знаешь, что нужно делать? - продолжал спрашивать Максимилиана и тон его был холоден и властен.

- Да.

- Через час будь готов, поедешь с нами. Лина, твоя одежда в комнате.

Полководец развернулся и зашагал прочь, а Юлиан расслабленно вздохнул и с благоговением посмотрел на удаляющуюся фигуру.

- А ты справишься? Там человек двести, если не больше, и он ведь поставит тебя управлять ими, - спросила Лина, вдруг понимая, что Максимилиан собрался сделать.

- Постараюсь, я очень постараюсь, - немного ошарашено произнёс он и перевёл взгляд на девушку, которая уже начала переживать за друга. У неё даже проскользнула мысль, что она его подставила. Но Юлиан был уверен в себе, она улыбнулась такому настрою, и решила поделиться с ним своей радостью, довольно продемонстрировав ему руку с браслетом.

- Смотри. Я невеста.

- Чья? - спросил Юлиан и округлил глаза от удивления.

- Максимилиана, чья же ещё? Он признал меня, представляешь. Я поверить не могу.

- Поздравляю, - расплылся он в улыбке. - Это действительно здорово.

- Юлиан, только не говори пока никому, я хочу, чтобы солдаты узнали об этом от него самого, - тут же сказала Лина.

- Конечно, я никому не скажу.

- Хорошо. Иди, готовься, я предупрежу твоего инструктора, что тебя не будет, - сказала она, погладив друга по плечу, а Юлиан благодарно кивнул и пошёл в казарму.

Лина, глубоко вздохнув, поспешила на тренировочную площадку, нужно было ещё успеть переодеться. Солдаты на площадке уже выстроились в ряд и получали указания начальника.

- Прошу прощения, - обратилась она к инструктору, подходя к нему вплотную. - Юлиан сегодня не сможет присутствовать на ваших занятиях, Максимилиан забирает его на ученья.

Мужчина смотрел на девушку, открыв рот, но она не стала дожидаться согласия и развернулась, чтобы уйти.

- Лина, постойте, - окликнул её инструктор. - Я бы хотел попросить вас, если это возможно... - начал нерешительно говорить он, но замолчал.

- Говорите быстрей, мне собираться нужно, - сказала Лина, смотря в сторону дворца.

- Ваша техника боя так необычна, вы не могли бы дать несколько уроков моим солдатам?

Она уставилась на него как баран на новые ворота. Уроков?

- Я не могу, я не умею учить, и Максимилиан будет против этого.

- Максимилиан сказал, что если вы согласитесь, то он не возражает, - тут же сказал мужчина.

Вот ведь, он уже успел поговорить с полководцем. Какие они все тут быстрые, однако.

- Я, правда, не умею учить, я всех ваших солдат переубиваю или покалечу.

- Лина, пожалуйста, попробуйте провести одно задание, а потом вы решите, будете продолжать или нет.

Она грустно вздохнула. "Ох, не хочу я этим заниматься. Не умею и не хочу".

Но этот господин так на неё рассчитывает, и смотрит как будто она его последняя надежда, а иначе все вокруг умрут. Хотя если подумать, это может оказаться интересным, и новое развлечение будет.

- Хорошо, но если я убью какого-нибудь непутёвого солдата, я не виновата, - буркнула Лина, и мужчина довольно заулыбался. - Завтра, через три часа после полудня, двадцать человек.

- Я отберу солдат посмышлёней, - благодарно кивнул инструктор.

- Как вас зовут?

- Хрис.

- До завтра Хрис, - кивнула Лина, развернулась и быстрым шагом пошла одеваться. Время поджимало, и она уже сильно опаздывала, полководец опять будет ругаться.

И зачем интересно Максимилиану потребовалось, чтобы она переоделась?

Лина дошла до своей комнаты, но ничего там не обнаружила и пошла в спальню царя. На душе стало тепло, и нежность к Максимилиану прошла через сердце. Он оставил ей одежду в своей комнате. Улыбаясь такому поступку, Лина начала осматривать, что ей полагалось одеть. Длинное платье с традиционным широким поясом, символизирующим невинность, и красный генеральский плащ. Вот так вот... Видимо теперь ей придётся соответствовать новому статусу.

- Нужно будет поговорить с Максимилианом, я не могу это носить постоянно, - ворчала она себе под нос, застёгивая плащ, оказавшийся удивительно тёплым и уютным.

Все уже собрались на площади перед дворцовыми воротами, и опять ждали только Лину.

- Мне не нравится, что ты опаздываешь, - грозно сказал полководец, едва она вышла из дверей.

- Прости, я постараюсь больше не опаздывать, - тихо ответила она, быстро села на лошадь, и они поехали из города.

Максимилиан ехал впереди, Лина с Тиграном вслед за ним, и Юлиан с солдатами замыкали процессию.

- Поздравляю, - тепло улыбался Тигран и посмотрел на девушку довольными глазами.

- Спасибо, - поблагодарила она друга. Её настроение мгновенно поднялось, и рука невольно потянулась к браслету, удостовериться, что он всё ещё на месте.

- Я не верю, что он решился на это.

- Да, это стало неожиданностью даже для меня, - согласно усмехнулся мужчина.

- Тигран, я боюсь, как все это воспримут.

- Объясни, что ты имеешь в виду? - нахмурился он.

- Максимилиана любит его народ, его боготворят его солдаты... а я? Я никто. Не стоит нам официально жениться.

- Лина, ты не права. Любое слово Максимилиана - закон. Он желает видеть тебя своей женой, значит, все это примут как должное. Не думай об этом, - очень строго ответил он.

Но Лина не могла не думать. То, что полководец решился на этот шаг, говорило о многом. И, конечно, она безумно рада любить его открыто, но народ её не признает, а солдаты возненавидят. Да, Тигран прав, об этом не стоит думать, а то тошно становится.

Они доехали до места. До заката было ещё далеко, наверно Максимилиан решил, что ночных построений недостаточно и добавил к ним ещё и вечерние.

- За мной, - скомандовал полководец Юлиану, и они отправились к уже ожидавшей их армии.

Лина очень переживала за Юлиана, хотелось, чтобы Максимилиан не разочаровался в её друге, но это была жёсткая проверка, а он всего лишь солдат, пусть и хороший. А на этих учениях полководец гоняет всех довольно сильно и даже опытные командиры не всегда всё делают верно, ошибаются, на что он очень злился, Максимилиан не любит, когда его не понимают.

Лина с Тиграном поднялись на зелёный холм, и девушка огляделась. При свете дня она его ещё не видела. Он был высоким, гладким, с низкой ярко-зелёной травой и невероятно свежим. Казалось, что он дышит. А впереди открывался потрясающий вид на небольшую армию.

Они спешились, и Тигран, отведя лошадей в сторону, встал за спиной Лины и прижал к своей груди. Она улыбнулась этому действию, он вспомнил, как в прошлый раз прикрывал ей спину. Это было так мило. Тигран был хорошим. Максимилиану повезло, что у него есть такой друг, и Лина очень надеялась, что он был и её другом тоже.

- Тигран, я не понимаю, а мне никто не объяснил каков мой статус, - тихо сказала она. Этот вопрос волновал её уже давно, но спросить было некого. Максимилиан ничего не говорил, Ди и Алкмена сами ничего не знали... а сегодня он оставил эти вещи и всё окончательно запуталось.

- Я и сам до конца не понимаю, но судя по плащу, Макс повысил тебя до генерала, - хмыкнул он.

- Мне обязательно это носить? Это так неудобно. Я имею в виду хитон.

- Я думаю постоянно не обязательно, но полководец будет рад видеть тебя в этом, - серьёзно сказал он. - Хотя платье, в котором ты была сегодня, мне нравится больше.

Лина посмотрела на поле, там наметилась активность. Армия зажила под командованием Максимилиана и начала очень быстро двигаться и перестраиваться. Это завораживало, какая власть, сила. Складывалось ощущение, что он управлял своими солдатами одной мыслью.

Ночью это всё выглядело совсем иначе, было плохо видно. Только как тёмные пятна армии растекались волнами, а сейчас всё было всё чётко. Солдаты как будто чувствовали своего полководца и дышали с ним в одном ритме. Потрясающе.

Лина пригляделась и увидела, что правый фланг немного отстаёт от остальных.

- Максимилиан поставил его справа?

- Заметила? - удивился Тигран.

- Да, - ответила она. Хотя заметить это было действительно тяжело, так как всё быстро менялось.

- Да он отстаёт, но для первого раза он хорош, очень старается, - кивнул Тигран, и девушка улыбнулась, радуясь за друга.

Юлиан, не известно почему, нравился ей. Не как мужчина, нет, как человек. И хотя они были мало знакомы, ним было удивительно легко общаться.

- Максимилиан великолепен, я наверно никогда не устану смотреть на это, - тихо прошептала Лина, наблюдая за полководцем, он как-то очень сложно перестраивал войска и без устали носился по полю, не обращая внимания на своё ранение. Солнце уже успело скрыться за горизонтом, а солдаты всё равно двигались чётко и слажено, и, смотря на это, она испытывала благословенный трепет, перед его властью.

- Да, Греции повезло, что у неё есть Максимилиан.

- Тигр? - вдруг спросила Лина.

- М?

- А каким Максимилиан был с наложницами?

Тигран удивлённо поднял брови и даже немного отстранился, чтобы посмотреть на девушку, и, как будто желая прочесть её мысли.

- Что ты имеешь в виду?

- Ну, ты же его близкий друг, ты видишь, что с тобой один, во время сражения другой, а когда сидит на троне третий. А каким он был с наложницами? Нежный, страстный?

- Зачем это тебе?

- Не хочешь не отвечай! - разозлилась Лина на него. Упрашивать ещё, больно надо...

Тигран задумался, и молчал почти минуту.

- Холодный, - ответил он немного погодя.

- Холодный?

- Да, пожалуй, это слово будет ближе всего. Может, конечно, ему кто-то и импонировал, но я этого не заметил ни разу. И они все ему очень быстро надоедали. Мильто отличалась ото всех, и Макс её выделял среди прочих, но ни страсти, и уже тем более нежности я за ним не замечал ни разу.

Лина улыбнулась. Максимилиан был её, и только её мужчиной.

Уже ближе к ночи, когда всё закончилось, полководец поднялся на холм. Уставший и весь взъерошенный, он соскочил с лошади, подошёл к девушке, ожидавшей его, и уткнулся в шею. Она нежно обняла его, вспоминая, что когда он устал, всегда зарывается к ней в волосы и целует шею. За последнее время Лина очень привыкла ко всему этому, к нежности Максимилиана, его объятиям, к ласкам, и за всю свою жизнь, она, наконец, чувствовала себя женщиной, а не солдатом.

- Мой полководец, - шепнула она ему на ушко, прижимая чёрноволосую голову к себе, и почувствовала его улыбку.

- Поехали, - отстранился он от девушки и сел на лошадь.

Максимилиан поддался мимолётной слабости, но быстро опомнился и вновь превратился в грозного полководца. И если раньше её это пугало, то теперь умиляет, потому что он был потрясающим, и только с ней он был нежным.

Максимилиан с Тиграном ехали впереди и что-то обсуждали. Лина чуть позади них, и радовалась сегодняшнему дню - Максимилиан сделал ей предложение, Юлиан тоже надумал жениться и, может быть, продвинется по карьерной лестнице. Она радовалась свежему ароматному воздуху и ярким звёздам на небе, солдатам которые охраняли их и вообще жизни в этом мире. Нужно будет поблагодарить Афину, всё действительно складывалось крайне удачно.

За своими мыслями девушка не заметила, как они вернулись во дворец.

- Лина, ты идёшь, или тут решила заночевать? - голос Максимилиана вырвал её из размышлений. - О чём задумалась?

- О тебе, мой полководец, - улыбнулась она.

Максимилиан помог Лине спуститься с лошади, и она прижалась к нему всем телом.

- Пошли, - вдруг сказал он резко, схватил её за руку, и потащил к себе в спальню, распугивая всех вокруг. Они чуть ли не бежали к комнатам Максимилиана, а Лина очень старалась не запутаться в этом ужасно неудобном платье и не упасть.

- В купальню пойдёшь? - быстро раздеваясь, спросил он.

- Я тебя тут подожду.

Максимилиан кивнул и скрылся за маленькой дверью в углу комнаты.

Даже будучи очень уставшим или еле живым, он не ляжет грязным в свою кровать с женщиной, хотя Лина и не воротила от него нос как сестра. Это вызывало странный трепет в его груди. Она его любила, любила любым, и даже после долгого пути прижималась к нему, даря свою нежность. Нет, она не неряха, Лина была очень аккуратной девушкой и Максимилиан ни разу не видел её неопрятной или грязной, кроме того случая под Митавой, разумеется.

Быстро ополоснувшись, он поспешил вернуться к женщине, мысли о которой не давали ему покоя. Она лежала в его кровати на животе, рассматривала браслет, и, изучая его, водила пальчиком по орнаменту.

- Нравится? - спросил Максимилиан, ложась сверху на горячее тело, и Лина откинула голову, тихо застонав. Ей нравилось чувствовать его тяжесть на себе, такого большого и сильного.

- Да, очень. Максим, если ты передумаешь, я пойму.

- Я не передумаю, - прошептал он, нежно целуя шею и прокладывая дорожку поцелуев по спине.

Дыхание девушки участилось, и она перевернулась на спину.

Максимилиан гладил её грудь, живот, бёдра, наслаждаясь мягкой кожей, а тело Лины отзывалось на каждое движение. Она закрыла глаза и затрепетала в его руках.

Ей было самой уже смешно от своего неверия. Но в голове не укладывалось то, что этот грозный царь и великий полководец ласкает её, сводя с ума. Целует и любит, но не просто так любовницу, он целует её как жену.

Тело Лины дрожало и горело, требуя ещё и ещё. Кусая губы, она видела, как её наслаждение отражается в глазах Максимилиана. Нет ни милейшего сомнения, ни один мужчина не сможет подарить ей тоже самое. Он был для неё всем.

Максимилиан захватил ртом грудь, нежно лаская вторую рукой, и Лина выгнулась навстречу, раздвигая ноги шире и приглашая продолжить уже там. Такая горячая, такая страстная. Она заставляла животное внутри Максимилиана торжествовать, чувствуя свою власть над ней.

- Максим, ты сведёшь меня с ума, - задыхаясь от возбуждения, прошептала она и уже более явно показала что хочет.

- Моя маленькая Лина такая нетерпеливая. Ты когда-нибудь позволишь мне насладиться тобой полностью? - тихо засмеялся Максимилиан.

Он удобно расположился между ног девушки и погладил внутреннюю часть бедра.

- С тобой я ни в чём не уверенна, но я буду стараться, - прошептала она, прижимая ногами бёдра мужчины к себе.

Максимилиан тихо засмеялся, нежно входя в тело девушки, и поцеловал, поймав стон удовольствия. Он мягко и ритмично двигался, в своей женщине. Жене, теперь уже почти жене, такой желанной и нежной. Она разбудила в нём странное чувство. Любовь. Нет, он не хотел больше никого, только её одну.

Лина, сильно закусив губу, подалась к нему, медленно и настойчиво, перехватывая инициативу. Максимилиан приподнялся позволяя ей продолжить. Мягко, нежно. Она наслаждалась им, и хотела подарить такое же наслаждение ему.

- Моя маленькая Лина, хочешь больше? - нагнулся он к ней и тихо, едва касаясь губ, поцеловал.

Она подняла затуманенный взгляд.

- Да, мой полководец.

Максимилиан, улыбнувшись, взял её руки и завёл к изголовью кровати, разводя своими ногами бёдра девушки шире.

- Доверься мне, - прошептал он за секунду до того, как снова войти.

Лина задохнулась от глубины проникновения и выгнулась всем телом. Она упёрлась руками в стену и громко вскрикивала от каждого глубокого сильного толчка. Её полководец, её мужчина, сильный, страстный, любимый. Больше никаких наложниц, никто не прикоснётся к нему.

Максимилиан рычал от удовольствия, упиваясь своей властью над этой женщиной. Он сжал рукой грудь Лины, второй придерживая её ноги. А она с силой прижимала его к себе и упиралась руками в стену за головой, встречая каждое его сильное движение громкими стонами.

Её сладкий голос ласкал его слух и заставлял ликовать от счастья, и от того удовольствия, которое дарила ему только Лина. И когда она достигла вершины, её оргазм был настолько сильным, что она буквально закричала.

Максимилиан удовлетворённо засмеялся, чувствуя, как сильно пульсировало тело девушки вокруг него, и, не останавливаясь, усиливая её удовольствие, присоединился к ней. С последним толчком он глубоко вошёл в неё, и в глазах потемнело от наслаждения.

Лина, глубоко дыша, легла на грудь своего мужчины, требуя объятий, и он прижал к себе разгорячённое её тело. Она становится такой беззащитной и особенно нежной после секса, как будто благодарила за подаренные ей мгновения, и это каждый раз умиляло его.

- Максим, а нам нужно просто официально пожениться или есть какой-то обряд, чтобы спали браслеты? - спустя некоторое время спросила Лина, мягко водя рукой по груди.

- Я не знаю, малыш, скорей всего потребуется обряд, спроси у Афины завтра, - ответил Максимилиан и улыбнулся тому, как обыденно это прозвучало. Кто бы мог подумать, сходи к Афине спроси. Он лежал и задумчиво гладил её волосы, наматывая на палец золотой локон, и от её нежной ладошки ласкающей его опять просыпалось желание.

- Максим, если ты после обряда меня бросишь, я умру.

- Лина! Как тебе это в голову могло прийти? - воскликнул он, приподнялся на кровати и посмотрел на неё.

- Прости, - прошептала она. - Я до сих пор не могу поверить в это.

Максимилиан провёл большим пальцем по тонкому шраму на скуле и мягко поцеловал губы.

- Не сомневайся в этом. И я больше не желаю это обсуждать.

Лина улыбнулась и легла обратно на его грудь. Он будет её мужем, кто бы мог подумать...

- Хрис попросил меня тренировать его солдат.

- Хрис уважаемый человек и был хорошим генералом, я бы хотел, чтобы ты помогла ему.

- Хорошо.

На следующий день

Максимилиан стоял у кровати и негодующе качал головой, смотря на Лину. Он давно уже проснулся и успел сделать несколько дел и принять градостроителя, а она так и не встала.

- Лина, нельзя так много спать, - авторитетно заявил он.

- А я не сплю.

- Тогда вылезай из кровати! - полководец нависал над девушкой как скала, а она только плотнее куталась в одеяло, из-под которого выглядывали одни глаза.

- Максимилиан, какой ты вредный, - пробурчала она в ответ и посмотрела на грозного мужчину. - Я наслаждаюсь, наконец наступившей мирной жизнью, хотя бы временной. Кстати, я тебе так и не показала их.

Лина быстро вскочила и побежала к столу. С этой гетерой и неожиданным предложением Максимилиана, она совсем забыла... да и вообще предыдущие два дня были очень суматошными.

- Смотри, - протянула она ему свои новые кинжалы и замерла, ожидая одобрения полководца.

Максимилиан взял клинки с нестандартной рукоятью, сделанные специально под маленькую ручку Лины и начал осматривать их. Тирей был прекрасным оружейником, а на этот раз он превзошёл даже себя. Ножи были великолепны с изящным удлинённым лезвием, но Лина почему-то предпочитает их называть кинжалами.

- Они бесподобны, правда?

Лина взяла их в руки и взмахнула, рассекая воздух. Вид обнажённой девушки с ножами в руках возбуждал полководца, и возбуждал не только как мужчину, но и как воина. В Лине соединились два потрясающих качества, сила и слабость. Вот и сейчас она стояла перед ним обнажённая и беззащитная, но с опасным оружием в руках, и она умели им пользоваться.

- Это ты бесподобна, - ухмыльнулся он и прижался к девушке. - А с этими ножами, ещё лучше.

- Максимилиан! - вдруг вскрикнула Лина, от поразившей её идеи.

Он испугано отстранился, не зная чего ждать от этой женщины. Она смотрела на него, широко раскрыв глаза, как будто первый раз увидела.

- Что?

- Как на счёт спарринга? - спросила она и взглянула на полководца с такой надеждой, что отказать ей было невозможно. Только осталось выяснить, что она просит.

Максимилиан нахмурился.

- Ну, пожалуйста.

- Лина, я тебя не понимаю.

Она пару раз моргнула, понимая что "спарринг" сказала по-русски, не найдя в греческом языке похожего слова.

- Ой, у вас нет такого понятия. Спарринг - это тренировочный бой, один на один. Лёгкий, без травм.

Максимилиан широко улыбнулся, осознав, что она ему предлагает.

- Ты хочешь сразиться со мной? - недоверчиво спросил он. Полководец думал об этом неоднократно, часто вспоминая её бой с Тиграном, и ему хотелось самому сразиться с таким умелым воином как Лина, ощутить на себе её силу, но это были лишь мысли.

- Да, очень. Но когда твоя рана заживёт, конечно, - тут же добавила она.

- Сегодня вечером, - довольно заявил Максимилиан, уже предвкушая хороший бой.

- Я не буду с тобой драться, пока ты не поправишься, - возмутилась Лина и посмотрела на довольно болезненную рану. Она видела её и знала, что это не просто царапина, а глубокий порез.

- Я одинаково хорошо владею и правой рукой и левой. Встретимся сегодня вечером, - ответил Максимилиан и выглядел при этом он крайне довольным. - Или ты хочешь прямо сейчас и голышом?

- Нет, я уже одеваюсь и вообще у меня дела, - смеясь, отстранилась от него Лина, и убрала кинжалы. - Но ведь, правда, Тирей молодец, - добавила она, решив сменить тему, а то Максимилиану могла понравиться идея драться голышом, а на это Лина не была готова.

- Да, он необычайно талантлив, жаль его ученики не такие. Они умелые, но не более.

Лина пошла одеваться, увидела вчерашнюю одежду и глубоко вздохнула.

- А мне обязательно это носить?

Максимилиан посмотрел на Лину суровым взглядом, и она уже приготовилась к доказыванию своего права на удобное платье.

- Я бы хотел видеть на тебе такую одежду, но если ты хочешь, традиционный хитон можешь одевать только на официальные приёмы.

- А плащ?

- Выходя из дворца, он должен быть на тебе, - строго сказал он тоном, не терпящим возражений.

- Хорошо, - послушно ответила Лина и полководец расслабился. Он думал, что будет сложнее уговорить эту упрямую женщину.

- Когда у тебя первое занятие с солдатами? Я хочу посмотреть.

- Через три часа после полудня. Но я не уверена что справлюсь с этим, я не умею учить, - глубоко вздохнув, ответила Лина. Она так и не решила до конца, нравится ей эта идея с тренировками, или всё же нет.

- Но тебя же научили.

- Максимилиан, по большей части меня не учили, в меня вбивали эти знания, я не хочу учить так же.

Она отвернулась и пошла к выходу, не желая продолжать этот разговор. А то ещё вспомнит про Спарту, и про желание ознакомиться с тем, как проходили её занятия в военном лагере.

- Забыла спросить, как тебе Юлиан? - уже в дверях спросила Лина и обернулась.

- Он ещё очень неопытен, но потенциал весьма неплох. Мне понравился этот солдат и его желание быть сильным.

- Хорошо.

Лина вышла из комнаты Максимилиана и пошла к себе переодеть платье на более удобное. "Нужно будет сшить покороче, а то в основном с длинными юбками, удобными конечно, но длинными, - грустно думала она. Интересно, а мне можно носить короткие платья? А то может Максимилиан не возражает, пока длина приемлема?"

Лина зашла в комнату и замерла на месте. Там были Дианта с Юлианом, пока одетые, но уже близкие к обратному.

Девушка сидела на большом столе, а Юлиан стоял у неё между ног и страстно целовал.

- Ди! - воскликнула Лина, а мужчина от неожиданности резко подпрыгнул и, кажется, перестал дышать.

- Лина! Что ты тут делаешь? - спросила с перепугу Дианта.

- Я тут живу, а ты?

- Ой, прости, пожалуйста, мы... просто... - начала нервно говорить она, спохватившись, мягко оттолкнула мужчину от себя и слезла со стола. А Лина стояла, широко улыбаясь, не в силах спрятать неуместную улыбку. Юлиан заметил её плащ за спиной и округлил глаза от удивления, тут же выпрямился и стоял неподвижно, как скала, словно готовясь принять наказание.

- Да мне-то всё равно, честно, но если Максимилиан узнает, убьёт не задумываясь, - сказала Лина, глядя на испуганную девушку, которая была намерена умереть от стыда прямо тут.

Дианта тут же вскочила и принялась приводить себя в порядок и убирать следы своего присутствия, а Лина стояла и еле сдерживала смех, наблюдая за этой милой сценой.

- Я честно не против этого, но только если вы уверенны, что вас тут не застукают.

- Максимилиан сюда не заходит, - тихо прошептала девушка.

- Хорошо, если так, а то мне будет обидно потерять двух друзей за раз.

Юлиан и Дианта посмотрели на Лину, открыв рты. Хорошие отношения одно, но назвать простого солдата и служанку друзьями, совсем другое.

- Ди помоги мне переодеться, и можете продолжать, - сказала она и пошла в ту часть комнаты, где хранила одежду. Юлиан вдруг спохватился и отвернулся.

- Ты, правда, не против? - смущённо спросила Дианта, помогая Лине завязать юбку.

- Ди, конечно, только я вас умоляю, не попадитесь Максимилиану.

Она застегнула пояс, расправила юбку и Лина закрепила за спиной свои кинжалы.

- Ох уж этот плащ... мне его теперь надо носить, представляешь, - пожаловалась она подруге, но на самом деле он ей нравился. Плащ был большим, в него можно было полностью укутаться, или сложить и повесить на одно плечо. Из хорошей плотной ткани и очень лёгкий. Последний раз осмотрела себя и повернула к двери.

- Лина, стой, - окликнул её Юлиан. - Ты не правильно надела плащ.

- А его можно надеть неправильно? - с сомнением спросила она и ещё раз посмотрела на себя.

- Плащ должен закрывать левое плечо, а не правое, это самая уязвимая часть тела и она должна быть прикрыта.

- Ой, Лина, прости, я не знала... - тихо сказала служанка и принялась перевешивать обновку на плечах девушки.

- У меня нет уязвимых мест, - улыбнулась Лина и поймала недоумённый взгляд солдата. - Ладно, я пошла. Кстати, Юлиан, ты понравился Максимилиану. Постарайся оправдать его ожидания.

- Конечно! - тут же засветился он.

- И на кровати гораздо удобней. Честно, я пробовала, - улыбнулась Лина друзьям, развернулась и ушла.

До тренировки было ещё время, и она хотела позавтракать в компании Алкмены.

Через три часа после полудня Лина стояла на тренировочной площадке и разглядывала своих учеников. А за спиной стояла ещё толпа солдат. Очень большая толпа, надо сказать.

По спине поползли предательские мурашки, и стало как-то не по себе. Мало того, что придётся заниматься не свойственной ей вещью, да ещё такое внимание со стороны.

- Хрис, это вы специально всех привели, чтобы я тут от страха провалилась? - шёпотом спросила она инструктора.

- Нет, конечно, просто всем интересно.

- Я не традиционный учитель и не уверенна, что вы останетесь мной довольны. Ладно, приступим, - глубоко вздохнула Лина, решив не затягивать и начинать занятие, пока руки не начали трястись от такого количества глаз. Она сняла плащ и отдала его Хрису. А он очень аккуратно перекинул его себе через руку, стараясь не задеть им землю.

Мужчина с благоговением смотрел за эту странную женщину. Он уже давно не воевал, но опытный глаз мог отличить талантливого молодого воина от напыщенного смутьяна, каких в греческой армии было с избытком. Но эта Лина, кажущаяся маленькой и беззащитной, совсем не проста. Очень опасный противник, опасный и жестокий. Она была одета в один тонкий хитон и странную юбку, едва прикрывающие ноги, но её ничуть не смущал зимний ветер, в отличие от солдат, которые, хотя и старались не показывать того, но тряслись от холода. И сегодня на её руке появился этот браслет и генеральский плащ на плечах. Да, Лина будет достойной женой Максимилиану.

- Господа солдаты, вы собрались здесь для того, чтобы овладеть нетрадиционным для вас методом боя. Вы все сильные войны, но очень часто в бою сила не главное, гораздо важнее знание. Я постараюсь вам рассказать, на мой взгляд, важную информацию и как её грамотно использовать в сражении, - громко произнесла Лина, начиная занятие.

Глубоко вздохнула и осмотрелась. За толпой солдат стоял Максимилиан и Тигран. Но она постаралась отстраниться от зрителей и, повернувшись к своим новоиспечённым ученикам, продолжила.

- Мечу я предпочитаю кинжалы, - сказала Лина и достала из-за спины клинки. - И я предпочитаю ими убивать, а не ранить. Так как один хороший удар лучше десяти плохих, после которых враг встанет и убьёт тебя.

Девушка взяла за руку одного из солдатов и вывела в центр.

- Все мы знаем, что если врага пырнуть мечом, то пойдёт кровь, также все мы знаем, что раны бывают разные, смертельные и не очень. Сегодня я вам покажу моё любимое место, легкодоступное и опасное.

Лина клинком показала на шею солдата чуть левее его подбородка.

- Вот тут находится сонная артерия, перерезав которую человек умирает очень быстро. Лекари конечно должны знать о таких вещах, но я предлагаю вам использовать эти знания в бою с врагом.

- А перерезать горло не проще? - спросил какой-то солдат, и девушка недовольно скривилась, посмотрев на него.

- Перерезать горло одним движением и так чтобы человек умер, довольно сложно. Для этого нужно занять определённую позицию.

Лина обошла солдата сзади и взяла его за волосы.

- И иметь немалый опыт в этом деле. Не говоря о том, что вашими здоровенными мечами это практически невозможно сделать.

Лина отпустила солдата, встала рядом и грозно оглядела всех.

- Почему я вам рассказываю об этом? Потому что меня попросили, и если кому не интересно, можете быть свободны!

Все остались стоять на своих местах и заметно напряглись.

- Итак, найдите эту артерию у своего соседа. Запрокиньте голову и немного наклоните, - Лина показала на своём солдате как это сделать. - Чувствуете, как бежит кровь?

Она прошлась и посмотрела, все ли правильно прощупывают артерию.

- Да не тут, а тут, - поправила она солдата и положила его руку в нужное место. - Вот она, пульсирует. Девяносто из ста убитых мною, были убиты именно таким образом. Почему? Потому что, во-первых, удар ножом в это место практически всегда смертелен, и противник не встанет тебя добить, и, во-вторых, если вам не нужно шуметь, он умрёт тихо, относительно конечно.

Лина вернула солдата на место и продолжила.

- Теперь как правильно наносить удар.

Она подошла к соломенному чучелу и всадила ему под голову клинок.

- Тут тоже важен угол удара, вы должны пробить артерию и дыхательное горло одним ударом, резким и коротким.

Лина показала, как нужно стоять по отношению к цели для достижения лучшего результата.

- Ну, приступайте, - махнула рукой она на тренировочные чучела и пошла смотреть, как их начали колотить солдаты. Да, для них биться простым ножом было непривычно, и это было видно. Они даже держать его толком не умели.

- Я сказала короткий, - взяла она руку солдата и показала, с какого расстояния нужно наносить удар. Потом развернулась ко всем. - Короткий удар, это очень важно. Замахиваясь, вы открываетесь и даёте возможность противнику атаковать вас, - громко сказала Лина.

- Мягче, солдат, ты не дубину держишь, ты должен бить, двигая запястьем и локтем, а не плечом, - сказала она, схватила за руку солдата, встав сзади, и продолжила его движение. - Да расслабь ты руку, двигай, ну же, резче! - уже начинала злиться Лина. Так и знала, что ничего из этого не получится, не умеет она учить.

- Лина, подойди сюда, - окликнул её Максимилиан.

Она недовольно покосилась на стоящего в центре полководца, но подошла.

- Лина, он не может расслабиться, когда ты его так лапаешь, - доверительно шепнул он ей на ухо.

- Я не лапаю, а показываю, как нужно держать нож.

- Милая, он сейчас кончит он этих показов.

Она сначала не поняла, что имеет в виду Максимилиан, а потом посмотрела на напряжённого солдата, вот ведь, а она не заметила. Интересно, и много тут солдат, которые смотрят на неё как на женщину?

- Ой, и, правда. Из меня плохой учитель, да? - грустно спросила Лина, и уже была готова всё бросить. Ей сразу эта затея не понравилась, и ещё опозориться, тут не хватало.

- Нормальный, только с солдатами не обнимайся.

Лина вздохнула и вернулась к своим ученикам. Что тут скажешь? Она посмотрела на солдат, усердно колотящих соломенные чучела, вроде бы остальные были в порядке, относительно конечно. Им всем явно было непривычно слушаться женщину.

- Свободен, - повернулась она к возбуждённому мужчине и продолжила занятие. Солдаты очень плохо себе представляли, что они делают. Были несколько сообразительных, кто понял, о чём говорила Лина, но в основном они просто колотили чучела в области шеи.

- Не туда бьёшь. Смотри, - она подвела его соседа для примера. - Место удара очень важно, артерия крайне мала, и в неё нужно попасть. Если ты бьёшь с этой стороны, то удар должен идти так.

Лина резко замахнулась и приблизила клинок к горлу мужчины.

- А если с другой, то ты бьёшь, уже развернув руку вот так, - сказала она, опять замахнулась на горло солдата и остановила клинок в миллиметре от его кожи.

Солдат, на котором она показывала, стоял белее снега и боялся даже вздохнуть, ощущая холодный металл у своего горла.

- Понял? Покажи. Да не на нём, на чучеле покажи, - сказала девушка и вернула испуганного мужчину на место.

- Лучше, но это нужно делать гораздо быстрее. Так, закончили! - обратилась ко всем она. - Плохо! Медленно и бьёте, как попало. Кто захочет продолжить, будем тренироваться потом. Следующее, на что я хочу обратить ваше внимание, это рукопашный бой. На поле боя я неоднократно видела как солдат, роняя меч, становился беспомощным.

- Что можно сделать руками против брони? - выкрикнул кто-то, и Лина недовольно сузила глаза, пытаясь понять, не тот ли это выскочка, что первый раз подал голос. Вроде он...

- Иди сюда! - крикнула ему она. - Надевай, свою броню.

Солдат послушно пошёл одеваться.

- Живее!

Через пять минут он прибежал в полном комплекте тяжёлой брони и подошёл.

- Бери меч и нападай.

Солдат замешкался, осматривая перед собой беззащитную женщину.

- Ну!

Но он не привык спорить с приказами старшего по званию и замахнулся мечём. Лина одним сильным движением руки ударила его в грудь так, что он отлетел на два шага и сложился пополам. Резко развернувшись, она схватила его за волосы, коленом разбила нос и вывернула руку, с силой вдавив в землю. Солдат задыхаясь, сидел на колеях и весь в крови. Это всё заняло не больше трёх секунд.

- Ваше главное оружие это ваши руки. Меч или нож это помощник. Научитесь сначала владеть руками, а потом уже беритесь за меч! - крикнула Лина и оттолкнула поверженного солдата.

Когда с него сняли доспехи, на груди красовался огромный кровоподтёк.

- Позже я и господин Хрис составим расписание занятий. Я предлагаю разделить их на бой с оружием, рукопашный и теоретические занятия, на которых я буду рассказывать обо всём по чуть-чуть, - о первой помощи и как правильно оценить своё ранение, о том, как добраться до жизненно важных органов врага и правильно их поразить. Эти занятия будут редкими, для тех, кому интересно. Все тренировки будут проходить помимо основных занятий.

Лина осмотрела солдат, на лицах которых была странная улыбка, и попыталась понять это они рады, потому что занятие закончилось или тому, что это занятие оказалось не единственным.

- Это было ознакомительный урок, все свободны, - махнула рукой, развернулась и направилась к Хрису.

- Я же говорила, что из меня плохой учитель, вряд ли это кого-то заинтересует, - сказала Лина, забирая у него свой плащ. Она была недовольна собой, недовольна, что было много зрителей, и вообще жалела, что согласилась на эту затею, теперь не отвертеться.

- Вы прекрасно провели первый урок. О предварительных желающих я сообщу позже, и мы составим расписание, - уверенно сказал Хрис. Похоже, что он, был счастлив, и недовольство девушки нисколько не разделял.

- Если вообще будут желающие, Хрис, если они будут, - грустно ответила Лина и уже развернулась, собираясь уходить, но Максимилиан вдруг одёрнул её.

Как он так быстро оказался рядом, для девушки осталось загадкой.

- Стой, здесь собрались почти все, я хочу сделать заявление.

- О нет, Максимилиан, я и так чувствую себя ужасно глупо.

Но он её уже не слушал, а взял за руку и повёл в центр площадки. Все тут же развернули головы.

- Солдаты! Я хочу всем вам представить мою невесту и будущею жену Лину, - громко сказал он. Всё вокруг затихло, и даже ветер перестал дуть, как будто прислушиваясь словам царя. - Любите и уважайте, - добавил Максимилиан таким тоном, что стало понятно, что если любить и уважать не будут, то он всех убьёт.

А уже через мгновение все начали опускаться на одно колено, склоняя голову. Лина стояла еле живая, и почти не дышала. Наконец Максимилиан удовлетворённо кивнул и увёл её с площади.

- Это было ужасно, на меня никогда так не смотрели, - ошарашено произнесла она.

- Привыкай, - коротко сказал Максимилиан и, ничего не говоря, потащил её дальше по коридору.

Лина послушно плелась за своим полководцем, даже не пытаясь спрашивать, куда они идут. Максимилиан привёл её в зал, где он обычно обедал и проводил все военные советы и сел, о чём-то задумавшись. Девушка, молча, стояла рядом и ждала.

- Лина, - вдруг заговорил он. - Через два месяца состоится наша свадьба, на ней среди прочих будет Валерий Македонский, я представлю ему Алкмену, она должна выйти за него замуж, и я хочу, чтобы ты поговорила с ней об этом.

Лина погрустнела, подруга уже несколько раз говорила о Валерии и о том, как она боится этой встречи, но Максимилиан был настроен очень решительно и даже не хотел слушать капризы сестры.

- А если он ей не понравится?

- Лина, и ты туда же! - недоумевая воскликнул он.

- Максимилиан, Алкмена моя подруга и я не буду подговаривать её, я могу лишь попросить не ждать от этой встречи плохого и быть более благосклонной.

- Хорошо, - удовлетворённо кивнул Максимилиан и собрался уходить.

- Максим, стой. У меня к тебе тоже просьба, - робко сказала Лина и дотронулась до его плеча. У Максимилиана был такой строгий вид, что ей стало неудобно об этом говорить, но решила всё-таки не затягивать.

- Я не хочу большую свадьбу.

- Это невозможно. Наша свадьба станет главным событием в мире.

Лина отвела взгляд.

- Как скажешь, - тихо сказала она, развернулась и ушла.

Максимилиан остался стоять на месте, не понимая, что могло расстроить эту женщину.

Лина бесцельно ходила по дворцу и пыталась разобраться в своих чувствах. Несомненно, она была счастлива. Счастлива любить. Ей было давно известно, что у неё никогда не будет ни мужа, ни семьи, ни детей и смирилась с этим, а тут такой подарок судьбы. Или Афины... да это было не важным... ей было страшно.

Пройдя мимо спальни Максимилиана, она вспомнила, что брачные браслеты всё ещё на своих местах и повернула к храму Афины. Разговаривать с богиней настроения не было, особенно после последней ссоры, но нужно было узнать, что делать дальше и Лина обречённо вошла в двери храма и пошла к алтарю.

- Что привело тебя, дитя моё? - покровительственно улыбнулась Афина, явившись перед девушкой.

Лина подняла глаза. Ей хотелось кричать и требовать у богини разъяснения, что за игры она устроила. Чужой мир, странное задание и Максимилиан, в которого она влюбилась без памяти. Очевидно, что это всё было планом Афины, а она лишь пешка в играх богов, и по её взгляду было видно, что она прекрасно видит смятения в душе девушки. Но вместе с тем у неё появилась жизнь. Жизнь, в которой нашлось место любви к мужчине, друзьям, миру...

- Максимилиан сделает меня своей женой официально, - сказала она совсем не то, что хотела.

- Это замечательная новость. Но почему ты не рада?

- Я рада, но я не хочу большой свадьбы.

- Лина, - строго сказала Афина. - Ты должна смириться с этим и принять, так же, как Максимилиан принял тебя. Он царь Греции, любимый народом и почитаемый армией, а ты станешь его женой. Ваше бракосочетание - это великое событие.

- Я поняла, Афина. Я приму это. Постараюсь принять.

- Молодец. Но ты пришла с другим вопросом?

- Да, конечно... чтобы снять брачные браслеты, нужен какой-то ритуал? - спросила она.

- Разумеется. Запоминай внимательно - ты должна сама ввести его в своё тело, без его участия и произнести: "Я Полина, принимаю тебя Максимилиан в свою жизнь и своё сердце, клянусь вечно идти с тобой рядом, и в жизни и после смерти" и он должен вернуть тебе эту клятву.

- И всё?

- Да.

- Ага, спасибо, - кивнула Лина и побежала к Максимилиану.

Она нашла его сидящим за большим столом с Тиграном и неизвестным ей генералом, и они опять изучали какие-то карты, а девушка, влетевшая в зал как ветер, стала для них полной неожиданностью. Она схватила Максимилиана за руку и потащила его за собой.

- Я его скоро верну, - крикнула она на ходу.

- Лина! Ты что делаешь? - спросил полководец.

Он ей не сопротивлялся ей, но что она задумала?

- Я узнала ритуал, пошли быстрей, пока не забыла.

Они вбежали в спальню Максимилиана и Лина начала спешно раздевать своего жениха.

- Для этого нужно раздеться? - улыбнувшись спросил он.

- Ну, в общем-то, не обязательно, но я не люблю заниматься этим в одежде.

Максимилиан удивлённо поднял брови.

- А ты уверенна, что всё правильно поняла?

- Сейчас проверим, - сказала она и, уложив его на спину, села сверху. - Я должна всё сделать сама не двигайся.

Она мягко ввела его в себя и еле сдерживалась, чтобы не начать двигаться и, судя по сжатым губам, Максимилиан разделял её чувства.

- Я сейчас произнесу клятву, и ты должен будешь вернуть мне её, - взволнованно произнесла Лина и он кивнул.

- Я Полина, принимаю тебя Максимилиан в свою жизнь и своё сердце, клянусь вечно идти с тобой рядом, и в жизни и после смерти.

- Я Максимилиан, принимаю тебя Полина в свою жизнь и своё сердце, клянусь вечно идти с тобой рядом, и в жизни и после смерти, - произнёс он и в то же секунду их тела взорвались в сладком оргазме. Лина немного качнулась, усиливая его, и затуманенным взором посмотрела на своего мужа, с которым она разделила это потрясающий миг. Он был на вершине блаженства, так же как и она, вместе, теперь навсегда. Браслеты с их рук исчезли.

- Всё, теперь я твоя жена, - тихо сказала Лина.

- Да, моя! - ответил Максимилиан, крепко обнял её и прижал к себе. - Только моя.

Она легла на грудь мужа, уже мужа, и потёрлась щекой о короткие волоски, вдыхая родной аромат сандалового дерева.

- Ой, тебе нужно идти. Давай заканчивай свои дела, а я пойду, переоденусь, вечер уже скоро, - грустно сказала Лина, вспомнив, что солнце пока ещё не село, и она забрала Максимилиана с наверняка очень важного совета и поднялась с мужской груди. - Всё в силе?

- Конечно, встретимся на тренировочной площадке.

- Ты хочешь это сделать у всех на глазах?

- А почему нет? - довольно усмехнулся он, понимая, что она имеет в виду. - Неужели ты думаешь, что сможешь победить меня?

- Даже если я почувствую, что могу это, я этого не сделаю, - серьёзно сказала она. - Мне просто очень хочется попробовать и эту часть тебя тоже.

Лина лукаво улыбнулась и открыла дверь, предлагая выйти.

Максимилиан был поражён этими словами, он, конечно, был уверен в себе, но то, что эта гордая женщина по доброй воле может поддаться ему, чтобы сохранить его честь, говорило о многом.

Лина вышла из спальни полководца и направилась в свою комнату, очень надеясь, что там никого нет. Тихонько заглянула, чисто. Хорошо. Этот спарринг с Максимилианом был волнительным для неё, у него было болезненное ранение, да и у неё самой внутри всё колотилось, не позволяя успокоиться. Но, в конце концов, что может страшного произойти? Максимилиан опытный боец и наверняка хорошо контролирует себя и не ранит её.

Лина начала копаться в одежде думая, что надеть. Это ужасно неудобное платье, которое так любит видеть на ней Максимилиан, не подойдёт однозначно. Выбрала самую удобную тунику и символическую юбку из двух полосок. Широкий пояс одевать не стала, ограничилась тонкой полоской мягкой кожи. Накинула на плечи обязательный плащ генерала, взяла кинжалы и пошла. Время ещё было достаточно много, но ждать тут в комнате было невыносимо. Лучше там постоять. Нужно сосредоточиться перед боем. Убить, он, конечно, не убьёт, но и опозориться тоже очень не хотелось бы.

На площадке было многолюдно, солдаты неустанно колотили своими здоровенными мечами соломенные чучела, а неутомимый Хрис кричал на них. Заметив девушку рядом, он тут же подошёл к ней и склонил голову. Лина грустно вздохнула. Видимо действительно нужно будет привыкать, теперь каждый будет ей кланяться. Ну, хотя бы не падать на колени, как перед Максимилианом, и то хорошо.

- Лина, я могу вам чем-то помочь? - спросил Хрис и мельком осмотрел странную одежду девушки, задержав взгляд на выступающих по бокам юбки ногах, но на этот счёт ничего говорить не стал.

- Нет, я тут постою, если вы не против.

- Нет, конечно. Как я могу быть против? - слегка улыбнулся он и, ещё раз поклонившись, вернулся к своим обязанностям.

Лина ждала Максимилиана примерно час и смотрела на тренирующихся солдат. Холодный зимний ветер приятно холодил кожу и очень кстати остужал разгорячённое тело, и к тому моменту, когда полководец пришёл, девушка уже успокоилась и была готова к бою. Думала, что готова, пока не увидела его.

Максимилиан надел боевые доспехи и был просто дьявольски красив и опасен. Он шёл к ней, улыбаясь одними уголками рта, а в глазах блестели озорные огоньки.

- А доспехи зачем? Я не собираюсь тебя убивать, - пошутила Лина, и Максимилиан тепло улыбнулся ей в ответ.

- Я не привык биться голым.

Он осмотрел платье девушки, довольно хмыкнул и повернулся к солдатам, которые уже успели опуститься на колени.

- Можете встать, но близко не подходить!

Обернувшись, Лина увидела, как все, кто был рядом, расползаются по краям площадки, но уходить даже не думали, видимо у них будут зрители. И Тигран пришёл, конечно, куда же без него. Но сейчас это всё было не важно. Она сделала шаг назад и сняла плащ, вытащив из-за спины кинжалы, уже в предвкушении хорошей схватки.

Максимилиан тоже сиял как светлячок и левой рукой выхватил меч. Короткий облегчённый, для одной руки. Он встал в позицию, а глаза стали очень серьёзными. Лине на мгновение стало стыдно, он ранен, а она буду биться с ним, но Максимилиан был уже готов, и ждал наступления девушки.

Всё вокруг затихло. Солдаты, открыв рты, наблюдали за ними.

Лина последний раз осмотрела Максимилиана и без предупреждения сделала первый выпад в его сторону. Он с лёгкостью отбил его и тут же направил удар на девушку, и отпрыгнув в последний момент от его меча, она получила восхитительное удовольствие от происходящего. Максимилиан действительно был сильным противником, и гораздо сильнее, чем она предполагала ранее. Это захватывало, возбуждало.

Лина старалась не бить в правое плечо, но он, не заботясь ни о чём, бил сильными чёткими ударами. Его мастерство потрясало, отточенное бесконечными боями, и, пожалуй, она понимала солдат, боготворивших его.

От его неожиданно сильного натиска у Лины сразу же начало сбиваться дыхание, но быстро собравшись, она начала попробовать пробить его оборону, но она была безукоризненна. Максимилиан всю жизнь провёл в боях, и свои движения выверил до мелочей, ни одного лишнего взмаха мечём. Лина внутренне улыбнулась себе, почувствовав эйфорию, никогда у неё не было такого противника, сильного физически, умелого во владении мечём, и потрясающе красивого.

Максимилиан очень умело отбивал все удары и прощупывал защиту. Лина совершила ложное отступление, в надежде оказаться сбоку от него и атаковать, но он предугадал этот манёвр, закрыв его для неё, и даже успел улыбнуться ей одними уголками губ. Полководец одним движением отводил все хитрые выпады, и у Лины не было практически никакой возможности сделать хоть какой-то манёвр, чтобы поразить его.

Но вдруг, на мгновение полководец открылся, и она, воспользовавшись этим, нанесла удар ногой в левый бок, в надежде отвлечь его. Но он ловко увернулся, перехватив её, и через секунду девушка лежала на земле прижимаемая довольным Максимилианом.

- Ты обманул меня! - возмутилась она, поняв, что он открылся специально, спровоцировав её на этот выпад.

Максимилиан широко улыбнулся такой догадливости и, чуть помедлив, встал, протягивая девушке руку.

- Милая, ты прекрасна.

Она дала ему руку, и он с силой поднял её и прижал к себе.

- Ещё хочу, - произнесла Лина и посмотрела на своего полководца.

- Ещё?

- Как твоё плечо? - вдруг опомнилась она и погладила его по перевязанному плечу.

Он тихо засмеялся и сделал два больших шага назад.

- Защищайся! - как-то уж очень пафасно кинул полководец и бросился в атаку.

Лина быстро отскочила, и через секунду уже нападала.

Солнце уже давно зашло, и они сражались в темноте, только где-то недалеко на стенах дворца горели факелы, а звуки от столкновения клинков отражались от каменных стен. Максимилиану с трудом удавалось побеждать эту женщину. Её движения были грациозными, быстрыми и продуманными, и он получал истинное наслаждение от этой схватки. Лина серьёзный противник, очень серьёзный, но она обходила раненное плечо полководца, тем самым ослабив себя.

Вдруг она совершает ряд стремительных выпадов, но среди них Максимилиан заметил один обманный и сам себе усмехнулся. Клинки Лины со свистом рассекли воздух и он, видя её движение, перехватил руку, уходя от удара, и дёрнул к себе, страстно поцеловав горячие губы.

Она звонко рассмеялась, запрокинув голову назад, и обняла мужчину за шею. Лина была бесподобна, в этой насквозь мокрой тунике с горящими глазами. Она тяжело дышала, и удивительно искренне радовались очередному своему поражению. Вокруг собралось много зрителей, они смотрели на них затаив дыхание, но Лину это не волновало. Впервые в жизни она не обращала внимания на такое пристанное внимание к своей персоне, полностью отдавшись сражению, и получала непередаваемое удовольствие от него. Также как и Максимилиан.

- Макс, Лина, вы не устали? - послышался голос Тиграна.

Полководец оторвал взгляд от раскрасневшегося лица прекрасной девушки и оглянулся, Тигран, довольно улыбаясь, стоял в углу тренировочной площадки, не решаясь подойти ближе. Да, действительно, когда они сражались, казалось, что на поле играют два смерча, один маленький и резвый и второй более медлительный, но сильный, и стоять рядом было опасно.

- Да, уже пора спать, - грустно сказала Лина, проводя рукой по щеке Максимилиана. - Я тебя совсем загоняла.

- Спать? Милая, даже не надейся, - усмехнулся он и, поймав её за запястье, поцеловал.

Лина только многообещающе улыбнулась, и он уже начинал закипать от нетерпения оказаться в постели с этой женщиной. Она была невероятно разгорячённой, и уже предвкушал её страсть.

- Да, видимо после этого ни один солдат не захочет ходить на мои тренировки, - уныло сказала Лина, когда они подошли к Тиграну. Он тоже заинтересованно рассматривал её мокрую тунику и взлохмаченные волосы, и улыбался от необычного зрелища.

- Дорогая! Да после этого они на тебя молиться будут, - засмеялся Тигран, но она явно ему не поверила.

Но Лина действительно была очень сильна, и её техника боя необычна. Максимилиан помнил, как она билась с Тиграном, и знал, что в настоящем сражении Лина действует иначе, она очень умело злит и выводит из равновесия противника, заставляя совершать его ошибки. Будучи слабой физически, она брала хитростью и скоростью. Сейчас же она щадила раненное плечо полководца и просто наслаждалась боем, поэтому и была повержена.

На следующий день

Лина стояла перед зданием конюшни и думала, а по адресу ли она пришла. Первой мыслью было поговорить об этом с Максимилианом, но он как всегда буквально с первыми лучами солнца проснулся и засел в тронном зале за государственными делами. Да и не стоило к нему с такой ерундой обращаться.

- Лина? Я могу вам чем-то помочь? - из-за угла появился инструктор солдат. Он уже давно наблюдал за девушкой, которая стояла перед конюшней и как будто не решалась туда войти.

- Доброе утро Хрис. Возможно, можете, потому что у меня есть одно пожелание, но я не знаю к кому с ним обратиться.

- Какого рода пожелание? - заинтересовался мужчина.

- Ездить на лошади без седла и стремян я считаю ужасно неудобным... - немного обиженно произнесла она и с упрёком посмотрела на лошадей, как будто это они были в этом виноваты.

- Что? - не понял Хрис.

- Я это видела за пределами Греции, и мне это показалось очень удобным. Стремя это... такая принадлежность, помогающая всаднику сесть на коня и сохранять равновесие во время езды. А седло это приспособление, которое надевается на лошадь, для более комфортного расположения всадника на спине животного, и для его защиты. И благодаря ему лошадь может поднять больший вес не повредив спину.

- Да? Это может быть очень интересным. Вы говорили об этом Максимилиану?

- Нет, он занят, и беспокоить его я не хочу, - недовольно скривилась Лина. - Хрис, вы сказали, что можете помочь.

- Простите, конечно. Кто может изготовить эти... вещи?

- Стремена кузнец наверно, но к ним потом нужно будет кожаные ремни приделать, а седло, даже не знаю...

- А из чего оно сделано? Из какого материала?

- Ох, Хрис, я не знаю. Ткань, кожа... возможно, там будет присутствовать ещё дерево и металл...

- Лина, если вы сейчас свободны, то я мог бы проводить вас к одному моему другу, он на все руки мастер, и может сделать всё что угодно, - улыбнулся девушке Хрис, и она наконец-то расслабилась. А то уж было подумала, что эта затея ничем не закончится и так придётся ездить без седла.

- Да, это было бы замечательно, только за плащом схожу, а то я его забыла, а Максимилиан будет ругаться, если узнает, что я вышла из дворца без него.

Через пятнадцать минут Лина и Хрис уже выходили из дворцовых ворот.

- Хрис, скажите... я, конечно, не приглядывалась, но, по-моему, под Митавой было не очень много конных.

- Да вы правы. Но позволить себе содержать лошадь может далеко не каждый, и в коннице служат только солдаты из обеспеченных семей. Хотя Максимилиан сейчас очень активно вводит конницу в свою армию.

- А вам не нравятся солдаты верхом? - спросила Лина. Хрис говорил о коннице, как будто это было чем-то недостойным.

- Я родом из Спарты, а там в почёте тяжёлые копейщики и никто из уважающих себя граждан не будет сражаться верхом.

- Это считается слабостью?

- Да, - ответил Хрис и поднял глаза на девушку, удивлённый тем, что она поняла его. - Вы со мной согласны?

- Нет, дорогой Хрис. Боюсь, что меня мало кто поддержит, но я за победу любой ценой, и ради неё мне не раз приходилось поступать недостойно. Обманывала, хитрила и била в спину, всё что угодно, чтобы спасти свою жизнь и выполнить задание.

- В этом нет ничего плохого, - поспешил заверить Лину он, поняв, о чём она говорит, и возможно даже оскорбил её.

- Может и нет, а может и есть... Но это вы сильные воины, а я слабая женщина, и порой мне приходится поступать таким образом, если нет не другого выбора конечно.

Лина посмотрела на своего спутника, пытаясь понять, осуждает он её или нет, однако по его лицу нельзя было что-либо сказать.

- Хрис, а насколько эффективна конница в бою.

- Лина, я первый раз встречаю женщину, интересующуюся такими вещами, - улыбнулся он. - Конница в целом не эффективна против пехоты, сохраняющей строй, но если ряды противника расстроены, то она превращается в страшное оружие. У Максимилиана на этой основе разработано множество тактик ведения боя. А в основном, конечно, её ставят прикрывать фланги и тыл.

- Да? Как интересно. Я вас наверно уже утомила этими вопросами? - улыбнулась Лина мужчине. Он шёл задумчивый, но уставшим вроде бы не выглядел. Хотя у Хриса было столько энергии, что любой молодой мужчина позавидовал бы ему.

- Нисколько, мне очень приятна ваша компания и то, что вас интересуют такие, вещи меня радует, - ответил он.

Конечно, ему самому очень хотелось расспросить девушку про её прошлую жизнь. Кем была эта странная женщина, появившаяся рядом царём, оставалось для всех загадкой, и где она так мастерски овладела необычным видом боя тоже. Но спросив про это у Максимилиана, и получив совершенно чёткий приказ не лезть не в своё дело, он опасался даже заводить этот разговор с Линой.

Через некоторое время они всё-таки дошли до лавки друга Хриса, и Лина с облегчением вздохнула, путь оказался не близкий, но говорить об этом она, разумеется, не стала.

- Хрис! Друг! Наконец-то ты нашёл время дойти до моего дома! - воскликнул очень милый невысокий, но коренастый мужчина средних лет.

- Да ты не один? - удивился он и тут же замолк, увидев плащ за спиной девушки.

- Архип, это Лина.

- Госпожа, - нервно сглотнул он, вдруг понимая, кто перед ним. Слух о невесте Максимилиана уже облетел все Афины.

- Добрый день Архип, - Лина дружелюбно улыбнулась перепугавшемуся мужчине. - Хрис сказал мне, что вы прекрасный мастер, и можете помочь мне.

- Конечно, я сделаю всё, что в моих силах, - тот же оживился он и даже повеселел. Когда дело касалось работы, он моментально преображался и был готов к действиям.

- Это конечно хорошо, но проблема в том, что я сама не совсем себе представляю, что хочу. Верней представлять-то я представляю, но как это должно быть сконструировано я не знаю. Вы меня понимаете?

- Нет, - счастливо сказал Архип и широко улыбнулся.

- Лина, нарисуйте углём, что вы имеете в виду, - предложил Хрис.

- Да, пожалуй, это будет лучше всего, - согласилась она и принялась рисовать седло.

В лошадях она разбиралась не очень хорошо, но надеть на лошадь снаряжение могла и потому знала, как оно было устроено.

Почти целый час девушка рисовала и объясняла строение седла.

- Смотрите, основание, наверно нужно сделать из металла, но я не уверенна, может из дерева. Но оно должно быть твёрдым, а остальные детали или из кожи или из плотной ткани.

Мужчины очень внимательно слушали и внимали каждому слову.

- Крепится это всё ремнями, вот тут, - показала она пальцем на брюхо нарисованной лошади. - И по бокам стремена.

- Лина, это гениально, - удивлённо улыбался Хрис и не мог оторвать взгляд от рисунка.

- Ну это же не я придумала... Ой, мне пора уже, а то Максимилиан будет недоволен моим отсутствием. Я же не предупредила его. Архип, вам всё понятно?

- Да, я сейчас же займусь изготовлением первого седла, - довольно заявил мужчина, и уже нетерпеливо потирал руки.

- Хрис, наверно Архипу нужно дать лошадь для примерки изделия?

- Я позабочусь об этом, - кивнул он.

- Хорошо. Давайте тогда поторопимся, а то я наверно и вас от дел оторвала.

- Ничего страшного, мои солдаты никуда не денутся, а провести день с такой очаровательной женщиной это лучшее, что может быть.

Лина улыбнулась такому откровенному комплименту и вышла на улицу. Хрис ей нравился, он был удивительно располагающим к себе человеком. Строгим и мудрым, он не спрашивал ничего о том кто она, хотя она прекрасно знала, что он сгорал от любопытства, так же как и все.

Глава 14

Спустя два месяца

Лина закрыла глаза, пытаясь успокоиться, но всё равно внутри всё продолжало колотиться и бушевать. Она очень старалась не думать о предстоящей свадьбе, так как только одна эта мысль вводила её в состояние паники, и большую часть свободного времени посвящала тренировкам с солдатами. Они должны били отбить беспокойные мысли и снять напряжение.

Желающих ходить на занятия Лины оказалось довольно много, несмотря на то, что она срывалась на каждом непутёвом солдате, и травмированных учеников становилось всё больше.

- Солдат! Если ты ещё раз выронишь нож, я тебя убью! - закричала она на испуганного мужчину. - Куда ты бьёшь? Считать не умеешь? Сердце находится здесь, - ткнула она солдату в грудь. - Третье четвёртое ребро ближе к центру. Если ты ударишь сбоку, ты его не достанешь! - и она наглядно показала, как бить не надо, с силой ударив кулаком вбок солдата, попавшего под горячую руку.

- Лина.

- Что?! - рявкнула она, обернулась и увидела стоящего в стороне Максимилиана. - Прости, что ты хотел? - Лина подошла ближе.

- У тебя всё в порядке?

- Конечно, - чуть откашлявшись, ответила она. - А что?

- Солдат жалко, - потянул он.

- Я пока ещё никого не убила, - ответила Лина и посмотрела на пострадавших. Солдаты, как ни в чём небывало, продолжали тренироваться.

Да, действительно, она всё хуже справляется со своими эмоциями. Ни медитация с дыхательными упражнениями, ни разрядка на тренировках не помогают. И даже редкие бои с Максимилианом только на короткое время приводили её в порядок.

- Афина сказала, что я должна принять это, но я не такая сильная как ты, Максимилиан, мне нужно время. Я постараюсь, - тихо прошептала она и опустила взгляд, не желая показывать свою неуверенность.

Максимилиан, не обращая внимания на окружающих, притянул девушку к себе и поцеловал. Он сначала не понимал такого поведения, ведь Лина хотела стать его женой, она искренне радовалась этому. Но почему тогда чем ближе свадебный обряд, тем больше она переживала из-за этого? С ним она была по-прежнему нежна, и с подругами разговаривала нормально, но остальные очень страдали от её выплесков эмоций и порой неконтролируемой ярости.

Но потом он вспомнил, как она хотела маленькую свадьбу, и понял её. Он царь, его растили и воспитывали как царя. Власть у него в крови, но Лина другая, она скромная и ранимая, хотя и является грозным воином, которого все боятся. Она не любит внимания, но она любит его.

- Когда ты заканчиваешь?

- Уже всё, подожди секунду, - сказала она и вернулась к солдатам.

- Ты цел солдат? - Лина провела рукой по рёбрам мужчины. - На сегодня всё. Ты и ты, - поймала она двух перепуганных учеников. - Молодцы. Все свободны.

Лина вернулась к Максимилиану, прижалась к своему мужчине и положила голову ему на грудь.

- Я вся твоя, мой полководец.

Он её обнял и повёл с площадки к дворцу.

- Через два дня прибудут последние гости, среди них будет Валерий Македонский, ты поговорила с Алкменой?

- Да, она, конечно, отказывается что-либо обещать, пока его не увидит, но уже не так категорична.

- Хорошо, - удовлетворённо кивнул полководец.

Он долго думал, кому отдать Алкмену в жёны и решил, что Валерий станет хорошей партией для неё. Македонская армия сильна и территории очень обширны. И хотя Валерий считает себя подданным Греции, это необходимо было закрепить.

- А он хотя бы симпатичный этот Валерий? - спросила Лина, и Максимилиан удивлённо поднял брови.

- Я не большой специалист в мужской красоте, но он хороший воин и будет великим правителем.

- Ясно... А куда мы идём?

- Тебе нужно померить платье, а все боятся к тебе подходить, даже Тигран, - рассмеялся Максимилиан. - Моя маленькая грозная Лина.

Спустя три дня

Лина боялась открывать глаза. Ещё чуть-чуть и первые солнечные лучи появятся из-за горизонта. Пора... и Дианта с огромным количеством служанок уже давно суетились рядом.

- Лина! А ну вставай! - уже десятый раз подряд кричала она.

- Ди, я не могу... - тихо ответила она.

Ей было дышать тяжело, не говоря о том, что бы встать.

- Можешь! Живо вставай!

Лина открыла глаза и увидела рядом с собой взбешённую Дианту и не могла поверить, что это день настал.

- Ладно, деваться всё равно некуда, - обречённо произнесла она, собралась с силами и встала, позволив себя отвести в купальню. Её начали очень, очень быстро мыть, натирать каким-то маслом и делать замысловатую причёску, оставляя волосы распущенными.

"Наверно я действительно слишком долго лежала в постели, и они теперь навёрстывают упущенное время", - грустно подумала Лина, смотря на всё это безумство.

За долгое время она первый раз спала без Максимилиана и совсем не выспалась. Толи от волнения перед предстоящим событием, толи потому что не чувствовала рядом ставшего родным привычного дыхания, да это было и не важно. Ноги её не держали, а руки тряслись.

Уже как в тумане Лину нарядили и куда-то повели. Она смутно осознавала происходящее, но хорошо помня данные ранее инструкции, действовала чётко как часы. Отвечала правильные слова, и улыбалась, когда было нужно.

После небольшого мероприятия по знакомству жениха с невестой их посадили в странную помесь кареты и колесницы, и они поехали в город.

Сквозь пелену Лина помнила, что приносили какие-то дары, каким-то богам, помнила улыбающуюся Афину, и она вроде бы тоже улыбалась ей в ответ. Посетив все крупные храмы, они вернулись во дворец, и там уже была пышная церемония бракосочетания, с каким-то нереальным количеством людей и пиром на весь мир после.

- Ты молодец.

Голос Максимилиана вывел девушку из транса, и вдруг она совершенно чётко осознала что происходит. Она сидит на троне рядом с царём, он держит её за руку, а вокруг люди, много людей.

Максимилиан увидел испуганный взгляд Лины и недоумённо уставился на неё.

- Что случилось?

А она смотрела на него, такого прекрасного, и только сейчас увидела его, величественного и счастливого. Это был царь Греции, и она была рядом с ним. У Лины затряслись руки и она начала часто дышать, пытаясь успокоиться и сдержать подступающие слёзы.

- Малыш, тебе плохо? - обеспокоенно дотронулся до лица девушки он, и ей стоило огромных усилий, чтобы не расплакаться.

- Мы можем выйти сейчас ненадолго? - дрожащим голосом спросила Лина.

- Да, пошли.

Они встали и пошли через зал. Все гости склоняли голову, а Лина старалась не смотреть на это и быстрее тянула мужа вперёд.

- Максим, обними меня, пожалуйста, - прошептала она, едва они покинули зал, и он, ничего не говоря, крепко прижал к себе жену, нежно целуя её в макушку.

Чувствуя такие родные сильные руки, обнимающие её, твёрдую широкую грудь Максимилиана под щекой, Лина начала успокаиваться. В его объятьях она всегда чувствовала себя в безопасности.

- Что случилось? Ты весь день вела себя идеально и радовала меня.

- Я вдруг всё осознала и испугалась. Я сейчас справлюсь.

- Ты очень странная женщина, - шепнул он ей на ушко и нежно поцеловал.

- Я тебя люблю, Максимилиан.

Лина уже пришла в себя и немного отстранилась от мужа, чтобы посмотреть ему в глаза. В них было столько нежности, и, не смотря на то, что он продолжал оставаться грозным и холодным царём, с ней он был мужчиной, её мужчиной.

- Я тоже тебя люблю, малыш.

- У меня белый плащ? - спросила она, начиная уже более осмысленно себя осматривать. Какое-то замысловатое платье, даже на платье непохожее, а скорее на огромный кусок ткани белого цвета, хитро обмотанный вокруг тела скреплённый роскошными застежками на плечах и с множеством золотых украшений. Жёлтый полупрозрачный кусок ткани, перекинутый через плечо и спускающийся через грудь вниз вместе с платьем к полу, и белый плащ на плечах...

Лина вспомнила, как Дианта говорила, что белый плащ разрешается носить только Максимилиану.

- Да, и я бы хотел, чтобы ты его носила три дня, пока идут празднования.

- Хорошо. А эта жёлтая тряпочка? - показала она на странный кусок ткани полководцу и увидела улыбку на его лице.

- Эта как ты выразилась тряпочка, священная накидка моей матери, символизирующая солнце, жизненную силу и власть.

- Ой, прости, - поспешила добавить Лина, отмечая для себя, что нужно будет при случае у него спросить о родителях. - Мне её тоже нужно носить три дня?

- Нет, только сегодня, - терпеливо ответил он, смотря на жену, и совсем не злился её непонятливости.

Лина протянула руку и к его голове, на которой красовался массивный и очень красивый золотой венок, и слегка дотронулась до холодного металла кончиками пальцев. Лина видела его всего раз в жизни, во время встречи с Титом и уже тогда ужасно сильно хотела потрогать его.

- Почему ты его редко надеваешь? Он только для официальных церемоний?

- Нет, не только, мне кажется неудобным всё время его чувствовать у себя на голове. Но свой ты можешь носить хоть каждый день, - улыбнулся он ей ещё теплее.

- Свой? - переспросила Лина, коснулась своей головы и обнаружила на ней такой же венок как у Максимилиана, только поменьше. - Я подумаю над этим, может и буду... он мне нравится.

Ей очень захотелось найти где-нибудь зеркало и посмотреть, как он смотрится на её голове, и вообще посмотреть на себя, но, как говориться, нужно было раньше думать, и не впадать в беспамятство от страха, а наслаждаться своей свадьбой.

- А покажи мне Валерия Македонского, - вдруг вспомнила Лина, уже окончательно приходя в себя. Первый шок уже прошёл, и она могла вполне трезво мыслить.

- Ты же видела его... Я вас представлял друг другу.

- Я не помню, покажи ещё раз, - сказала она и настойчиво потянула его обратно в зал. Ей было ужасно интересно посмотреть на будущего мужа Алкмены. Вдруг и, правда, страшный, тогда нужно будет разрабатывать план по спасению подруги.

Они вернулись обратно в зал, прошли через склоненные головы, и Максимилиан повёл Лину к столам стоящим возле их тронов. Как она помнила из усиленного месячного курса этикета, эти места были для высокопоставленных гостей.

- Алкмена, дорогая, я успела соскучиться по тебе, - произнесла она, подходя к подруге, и обняла её. Рядом сидел мужчина, очень даже симпатичный, и у него на лице было написано, что он был могучим и страшным воином. Высокий, широченная грудь, огромные руки и широкое лицо с ярко выраженными скулами. Длинные прямые тёмные волосы и зелёные глаза очень гармонично удивительную завершали картину. А Алкмена рядом с ним казалось очень маленькой и невероятно хрупкой.

- Вы позволите мне похитить вашу даму на некоторое время? - обратилась Лина к здоровяку.

- Конечно, - склонил голову он, а она взяла за руку девушку и отвела чуть в сторону. Максимилиан остался стоять на месте и мужчины тут же начали активно что-то обсуждать.

- Это Валерий? - задала Лина глупый вопрос подруге, когда они отошли от них на достаточное расстояние.

- Да, ты же видела его, - уставилась на неё принцесса непонимающим взглядом.

- Я мало помню из того что было ранее, всё как будто в тумане, - грустно пожаловалась та. - Ты мне лучше скажи как он тебе? Он вроде бы очень неплох.

- Я не хочу это обсуждать, тем более, здесь, - смущённо сказала Алкмена, отводя взгляд, и Лина поняла, что всё у них в порядке.

- Ладно, пошли тогда верну ему тебя, - усмехнулась она.

Максимилиан и Валерий о чём-то увлечённо спорили, верней Максимилиан что-то доказывал, а Валерий смиренно его слушал. "И когда успели? Нас не было одну минуту" - усмехнулась Лина, подходя к мужчинам, и коснулась плеча полководца, прерывая их разговор.

- Я возвращаю вам Алкмену, но своего мужа мне придётся забрать, - обворожительно улыбнулась она.

У Валерия на лице появилась тень улыбки.

Максимилиан обнял жену, прижимая к себе, и она невольно положила ему голову на грудь.

- А он вроде бы понравился Алкмене.

- Да, я заметил, - хмыкнул он, нежно гладя по плечу Лину.

Она улыбнулась в ответ, и начала осматривать праздник уже осмысленно. Много народу, очень много. Богато нарытые столы, красиво украшенный зал, танцовщицы в центре зала... Танцовщицы?

- Максимилиан, а что голые танцовщицы делают на нашей свадьбе? - изумлённо спросила Лина.

- Развлекают гостей, и они не голые, - усмехнулся он и посадил жену на почётное место рядом собой, а она нахмурившись, смотрела на представление, только сейчас заметив этих... девушек. Они очень соблазнительно танцевали под звуки арфы, а окружающие очень этому радовались. И её возмущению не было предела.

- Они голые, - уверенно сказала Лина, так и не рассмотрев на них одежду.

- Нет, на них надет пояс. И что тебе не нравится? Это знаменитые фессалийские танцовщицы.

- А, конечно... это меняет дело.

Девушки закончили танцевать, и ушли в соседние комнаты с самыми расторопными гостями, успевшими сцапать их. На смену им вышли практически нагие акробатки, на которых были символические прозрачные одежды, в которой Лина узнала косскую ткань, так старательно рекламируемую Диантой. Девушки прошлись перед гостями, демонстрируя себя, и начали исполнять опасный танец с мечами и другие рискованные трюки, вроде выдувания пламени изо рта.

- Полководец, а культурных развлечений не будет? Или только обнажённые девушки?

- Будут ещё обнажённые мужчины. Это же красиво, у них красивое тело и они хорошо двигаются, тебе это не нравится?

Максимилиан выглядел удивлённым и явно не понимал, почему Лину это смущает.

- Всё в порядке, наверно. Я просто не привыкла к таким развлечениям. И, что, они все... для гостей?

- Нет, только фессалийские танцовщицы, - довольно хмыкнул Максимилиан и отвернулся от жены, продолжая наслаждаться зрелищем.

"Однако тут крепкие мужчины, способные на это смотреть и просто наслаждаться акробатическими номерами и красивым телом", - ухмыльнулась Лина.

Ей очень хотелось положить голову мужу на плечо и закрыть глаза, отстранившись от этих действ, но наверно это было бы нарушением этикета, поэтому она лишь позволила себе погладить его плечо, и он тут же сжал её руку и коснулся горячими губами запястья.

- О! Наш старый друг Тиберий, - сказала Лина, замечая среди гостей правителя Византия. - Пошли, поприветствуем его.

- Лина, ты его уже приветствовала. С тобой всё в порядке? - очень недовольно ответил Максимилиан.

- В порядке, - обижено ответила она. - Просто мне казалось, что я могу поприветствовать интересующих меня гостей два раза. Нет, значит, нет.

- Конечно. Ты можешь делать всё, что сочтёшь нужным, - повернулся он к жене и серьёзно посмотрел ей в глаза.

- А где Тигран? - спросила она, решив не развивать эту тему, и осмотрела зал, но народу было слишком много, и найти его среди этой толпы делом было не из лёгких.

- Слева, в центре зала столы для генералов, возможно, он там. Можешь подойти к нему.

- Я лучше посижу с тобой, не хочу смущать тебя, - тихо сказала Лина. Она уже отошла от шока и этот шумный праздник начал ей даже нравиться.

- Милая, смущать ты меня никогда не будешь.

Лина посмотрела в его честные глаза, и на душе стало теплее. Конечно, она осознавала, что со стороны выглядела странно и задавала странные вопросы, но, похоже, что Максимилиан очень старался это не воспринимать близко к сердцу, и она была очень благодарна ему за это.

- Тогда я, пожалуй, прогуляюсь, сил моих нет, сидеть тут и смотреть на голых девок, - улыбнулась Лина мужу и пошла к указанным столам.

Окружающие склоняли голову в знак почтения, когда жена царя проходила мимо, а она им мило улыбалась.

- Добрый вечер господа.

Генералы, до этого оживленно разговаривающие, тут же все выпрямились и поклонились.

- Тигран, составь мне компанию, - обратилась она к другу.

- Всё что вы пожелаете, - широко улыбнулся он и под завистливые взгляды они отошли от мужчин.

- Котик, Максимилиан мне не говорит, скажи хоть ты, если я захочу пообщаться с гостями, это не будет противоречить правилам?

- Нет, ты можешь делать всё, что сочтёшь нужным.

- Все вы так говорите... - пробурчала она. - Пошли тогда к Тиберию, он, кстати, один приехал? Я не вижу тут его сына.

- Да, он прибыл без Грациана.

Они прошли через зал, и Лина направилась к столу правителя Византия. Он сразу заметил приближение девушки и встал, не обращая внимания на свою спутницу.

Лина присмотрелась... Мильто! Однако как тесен мир. Интересно, что она тут делает.

- Тигр, а Мильто тут с какой целью? - тихо спросила она.

- Она прибыла с Тиберием.

- Да? Как интересно, - плотоядно заулыбалась Лина.

Тигран не стал ничего отвечать, они подошли к гостям уже вплотную.

- Я рада вас видеть, Тиберий, - поприветствовала она мужчину и подарила ему свою самую доброжелательную улыбку, не обращая внимания на Мильто.

- Я тоже рад, - низко поклонился он. - И особенно рад видеть вас в новом статусе.

По его лицу мало что можно было сказать, но говорил он очень приветливо, и вроде бы даже искренне радовался вниманию жены царя. Хотя сказать что-то наверняка с этим человеком было нельзя.

- Спасибо. Жаль, что Грациан не смог почтить нас своим присутствием. Я надеюсь с ним всё в прядке? - обеспокоенно спросила Лина.

- Он в порядке, но, к сожалению, я вынужден был оставить его в Византии в качестве временного правителя. Оставлять город без главы на такой длительный срок непозволительная роскошь.

- Да, вы правы. Я надеюсь, он уже забыл то недоразумение, возникшее между нами. Передайте ему, что я нисколько не злюсь, а вспоминаю то занятное приключение с улыбкой.

Тиберий, услышав эти слова, заметно расслабился и широко улыбнулся.

- Обязательно передам.

- Мильто, я смотрю, и ты прибыла на наш праздник, - произнесла Лина, делая вид, что только что заметила её и очень удивилась этому.

- Да, - сухо сказала та, не проявляя ни грамма уважения.

- Мне кажется, или она должна поклониться мне? - спросила Лина у Тиграна.

В принципе, ей было всё равно, но очень уж сильно хотелось позлить эту стерву, да и то, что она была рядом с Тиберием, было скверным.

- Не кажется, проявление уважения к жене царя обязательно для всех, - согласился он и холодно посмотрел на гетеру.

Мильто сжала зубы, поднялась и чуть склонила голову, а в глазах пылала ярость.

- Дорогая, не стоит так злиться, - дружелюбно сказала ей Лина. - В конце концов, у тебя уже новая жертва.

Тиберий отрыл рот от возмущения, но быстро его закрыл, боясь сказать хоть слово жене царя, а она увидела это и, повернувшись к нему, состроила виноватый вид лица.

- Ох, извините, я сказала, совсем не подумав. Просто с этой гетерой у нас произошёл занятный случай.

- Я могу спросить какой? - спросил Тиберий, очень стараясь говорить спокойно, и это у него почти получалось.

- Она попыталась дискредитировать меня в глазах Максимилиана, но как видите, не преуспела в этом, - с готовностью поведала Лина, улыбалась самой невинной улыбкой в своём арсенале, и сделала шаг, подходя к к правителю Византия вплотную. - А если серьёзно, я вам советую быть более осторожным с этой женщиной. Она очень искусна не только в постели. Это мой совет вам как другу, - очень тихо, чтобы лишние уши не услышали, произнесла она.

Тиберий сузил глаза и мельком взглянул на Мильто, и Лина поняла, что её удар нашёл свою цель.

- Позвольте мне вас покинуть, а то Максимилиан будет недоволен моим длительным отсутствием. Если вам что-нибудь понадобится, обращайтесь в любое время.

- Спасибо, - низко поклонился Тиберий. Гораздо ниже, чем позволял его статус.

Лина с Тиграном развернулись, и он повёл её обратно к Максимилиану.

- А ты опасная женщина, Лина, - тихо усмехнулся он.

- Сама в шоке, котик. Просто эту... суку, извини за грубость, я ненавижу.

Тигран проводил её до трона, низко поклонился царю и ушёл. А Лина, молча села рядом с мужем и приняла отрешённый вид лица.

- Рядом с Тиберием женщина, это Мильто? Я не ошибаюсь? - не оборачиваясь спросил он.

- Не ошибаешься, - спокойно сказала Лина, и полководец заметно напрягся, начиная сверлить их глазами. - Но я думаю, что она рядом с ним недолго продержится. По крайней мере, я приложила к этому массу сил.

Максимилиан удивлённо посмотрел на жену, не зная, что сказать.

- Разреши мне убить её, - подняла она на него глаза, но одобрения на его лице видно не было. - Она опасна.

- В Греции много опасных людей и ты не можешь убить их всех.

- А давай проверим!

- Лина, дорогая, почему она тебя так беспокоит? Это простая гетера, таких сотни. И они все интриганки и стервы.

- Я не знаю... Мне знакомы все твои наложницы, но они не вызывают во мне такой ярости как Мильто. А когда я вижу её, я как будто вижу тебя с ней. Мне известно, что тебе было с ней хорошо, я знаю, что ты ценил, а может и продолжаешь ценить её. Это невыносимо. Невыносимо знать, что ты целовал её губы, ласкал тело... - тихо сказала Лина, стараясь не смотреть на полководца. От этих мыслей было так горько и противно, что даже думать не хотелось. Но сказав это, она сама поняла, что тревожило в этой женщине.

- Лина, - Максимилиан строго посмотрел на неё. - Выброси это из головы. Теперь ты моя жена, и только тебя я люблю.

- Хорошо, я постараюсь, - покорно кивнула она.

- У меня для тебя есть подарок, - вдруг сказал он и улыбнулся.

- Подарок?..

- Да, пошли.

Максимилиан резко встал, взял Лину за руку и повёл её через зал. Через пять минут они уже были на улице, полководец махнул рукой какому-то солдату, тот быстро убежал, и через секунду привёл белую лошадь.

- Теперь она твоя, - гордо заявил он.

- Ой, Максимилиан, у тебя чёрный, а у меня белый, это так мило, - улыбнулась Лина белой лошадке.

- Лина! Это лучшая лошадь в Греции, а тебя волнует её цвет? - возмутился он и недовольно покосился на жену.

- Максимилиан, я в лошадях совсем не разбираюсь, но верю тебе на слово. Спасибо, - сказала она и крепко обняла мужа, радуясь, что они были одни. Конечно, если не считать лошадь и солдата держащего её под узды.

На следующий день

Лина лежала на груди своего мужа и наслаждалась ароматом его тела, а солнечные лучи, уже добравшиеся до кровати, мягко согревали тело, неприкрытое одеялом. Максимилиан задумчиво перебирал золотистые волосы девушки и пробовал их кончики на вкус.

- Максим...

- М-м-м?

- Ты чувствуешь, что я теперь твоя жена?

- Я это чувствовал когда одел тебе на руку обручальный браслет.

Лина подняла руку и погладила холодный металл серебряного браслета, рядом с которым был ещё один, гораздо скромнее первого, просто золотая полоска металла с тонкими нитками орнамента. Уже соседнего в два раза, но он ей нравился больше.

- Ты никогда не рассказывал мне о своих родителях, какими они были?

- Отец был сильным вином и хорошим правителем, он многому научил меня, и я надеюсь, что когда-нибудь буду так же хорошо управлять страной, как и он. А мать я почти не помню, когда мне было три года, она умерла родами.

- Максимилиан, тебе нужен наследник... - начала говорить Лина.

- Я не хочу сейчас это обсуждать, - резко оборвал он её. - Сейчас мне нужна только ты, а дальше будет видно.

Лина мягко провела кончиками пальцев по брови полководца, спустилась к скуле, к губам, и увидела, как холодный лёд в его глазах начал таять. Последний раз, коснувшись его губ, она задумчиво встала и потянулась к одежде.

- Ты уже уходишь?

Лина моргнула, как будто прогоняя сон, и взглянула на Максимилиана, недовольно смотревшего на неё.

- Да, хочу сходить к Афине, поблагодарить за такого хорошего мужа, - сказала она, нагнулась и поцеловала его в губы, а он тут же обхватил её шею, перевернув на спину, и углубил поцелуй, обдавая своим жаром и страстью.

- Поблагодари её и от моего имени тоже, - сказал Максимилиан.

- Обязательно.

Звать служанок не хотелось, поэтому Лина сама надевала традиционный греческий хитон под пристальным взглядом полководца, который явно наслаждался зрелищем, довольно быстро справилась со складками, накинула обязательный белый плащ на плечи и вышла из комнаты.

По пути она решила заглянуть в свою старую комнату, в надежде застать там Дианту с Юлианом. Это конечно будет не очень красиво к ним войти, тем более Дианта предупредила, что они проведут там всю ночь, но уж очень сильно хотелось. Лина шла, улыбаясь своим мыслям, но проходя мимо атриума до её ушей донеслось знакомое имя. Она остановилась и прислушалась.

- Если она тебе надоест, отдай её мне, брат. Говорят эта Алкмена горячая, - сказал незнакомый голос.

Не думая ни секунды, Лина влетела в комнату как ветер и одним ударом повалила говорившего мужчину на пол, и с силой вдавила колено ему в спину, не позволяя даже вздохнуть. Схватила за горло голыми руками и сдавила. Хорошо кинжалы остались в комнате.

- Если ты обидишь Алкмену, или хотя бы подумаешь об этом, я убью тебя, - гневно прошипела она.

Лежавший не двигался и молчал.

- Ты меня понял?! - крикнула она и усилила хватку.

- Да, - прокряхтел мужчина.

Лина, чуть помедлив, встала и осмотрелась. Рядом с ней стоял Валерий, готовый вступиться за брата, но боявшийся навредить жене Максимилиана или может быть опасался эту странную женщину.

- Валерий, если твои намерения относительно Алкмены не чисты, то тебе не стоит подходить к ней. Я убью любого.

Лина стояла взбешённая как мегера.

- Это не так Лина, мой младший брат глуп, - уверенно произнёс Валерий.

- Я постараюсь тебе поверить, - сказала она, повернулась, широко махнув белым плащом, и пошла к выходу, стараясь как можно быстрее покинуть атриум. В голове уже выплывали сцены убийства этого наглого мужлана, а убивать брата будущего мужа подруги было бы неосмотрительно.

- Лина! - крикнул Валерий, догоняя её уже в коридоре. Он остановил девушку, и встал перед ней, преграждая путь. - Я не причиню ей вреда, честно.

Лина удивлённо подняла глаза на македонца, он догнал её, чтобы это сказать? И красноречиво посмотрела на него, требуя объяснений этому странному поступку.

- Как я могу увидеться с ней?

- В каком смысле, увидеться?

- Я вчера вечером хотел пойти к ней, но она не пустила меня, хотя на протяжении всего дня была очень мила.

Она побелела от гнева, когда поняла, что он хотел, но постаралась успокоиться. У них тут совсем другое отношение к сексу, чем она привыкла, вот только Алкмена не такая.

Лина посмотрела на воина, он был расстроен и как будто растерян.

- Пошли, - позвала она его за собой и повела к своей комнате. Валерий насторожился, но молча, последовал за девушкой.

Она заглянула за дверь, там никого не было, и пригласила его войти.

Валерий нерешительно зашёл, озираясь вокруг. Комната Лины была не типичной, всюду лежала одежда и ткани, банки на столах. Она медленно пересекла комнату, облокотилась на один из столов, заваленный тканями и строго посмотрела на мужчину. Он стоял в центре и как будто не решался пройти дальше.

- Я тебя не знаю, Валерий, и ты меня тоже...

- Я наслышан.

Лина сощурила глаза, пытаясь понять, что он имеет в виду. Но решила на этом не заострять внимание и продолжила.

- Максимилиан считает тебя хорошим и благородным воином, великим правителем, поэтому я буду с тобой откровенна, сказала она и Валерий благодарно кивнул. - Но ничто тобой услышанное не должно покинуть эту комнату, - увидев согласие мужчины, Лина продолжила. - Валерий, ты понравился Алкмене. Конечно, вы знакомы только один день, но ты ей понравился, но она не ляжет с тобой в постель.

Услышав эти слова, мужчина недовольно скривился.

- Она девственница и бережёт себя для мужа, - тихо сказала Лина, а Валерий удивлённо раскрыл рот. Он много слышал об Алкмене, что она прекрасна, но стервозна и крайне капризна, хотя за ней он этого и не заметил. Но в восемнадцать лет быть девственницей...

- И по этому, если ты к ней притронешься, я тебя убью, это понятно? - грозно спросила она.

- Максимилиан обещал её мне в жёны, - довольно грубо ответил Валерий.

Лина глубоко вздохнула и попыталась справиться с гневом. Обещал он, видите ли.

- Валерий мы сейчас говорим об обещании полководца или о твоём отношении к Алкмене?

Он недовольно отвернулся и молчал.

- Если она тебе понравится как женщина и как человек, то женись на ней, и владей. Но если ты хочешь её, потому что тебе это обещали, то советую даже смотреть в её сторону.

Валерий хмурил брови. Для него такая постановка вопроса была непривычна. Лина заметила это, уже смягчив тон, продолжила.

- Я уважаю решение Максимилиана и признанные традиции. Я также понимаю, что положение и определённый статус принцессы обязывают, и не ей решать за кого выходить замуж, - Лина помолчала немного и продолжила. - Но Алкмена хорошая девушка, добрая и наивная, иногда вздорная, но она моя подруга и я хочу, чтобы она была счастлива. И если ты хочешь получить её, то тебе, полководец, придётся завоевать её сердце, - нажала на больное Лина. - Сможешь?

Валерий смотрел на эту женщину, странную и дерзкую. Он много слышал о ней, что она появилась из ниоткуда и прочно обосновалась рядом с царём, позволяя себе слишком многое. Что она хороший воин и битва под Митавой была выиграна благодаря ней. Подробности этого боя усиленно скрывались, но то, что у Лины была ключевая роль в этом сражении, было известно достоверно. И вот теперь Максимилиан взял её в жёны, неизвестную никому и безродную. А она явно уже не молода.

Но как быть с Алкменой? Она понравилась ему, очень. Он хотел её, хотел прямо сейчас, и не привык, когда ему отказывают. У него всегда было столько женщин, сколько он желал и все были счастливы разделить с ним постель. А тут такой вызов.

- Да, - решительно ответил мужчина.

- Хорошо. Я ей передам, что ты желал её видеть.

Валерий благодарно кивнул.

Лина глубоко вздохнула, когда дверь за македонским правителем закрылась.

Ох, какие же они все сложные. Сложные люди, странные порядки, и всё такое непривычное. Такое ощущение, что тут все даже думают иначе, через какую-то призму стереотипов. И порой общаться с такими людьми, было невероятно тяжело.

А может это она не такая как они? Всё-таки это их мир, с другими правилами и устоями...

Но Максимилиан с Тиграном, и Дианта с Алкменой, и даже Юлиан старались не замечать её странностей и поддерживали. А иногда даже подстраивались под девушку из другого мира.

Лина улыбнулась своим мыслям и вышла на балкон, на котором так приятно было лежать на парапете и смотреть на звёзды. Это было совсем недавно... и так давно.

- Афина? - тихо позвала она богиню, надеясь, что она ответит.

- "Что ты хотела, дитя моё?" - возник голос богини у неё в голове.

- Я хотела сказать тебе спасибо.

Арес неспешно ходил по комнате и с интересом рассматривал комнату Лины. Да, эта женщина оказалась весьма эксцентричной особой. Провёл рукой по недошитому странному платью, развешанному на тренировочном чучеле, как на манекене, бросил взгляд на золотые украшения, небрежно разбросанные на столе... и только жемчуг, лежал в отдельной шкатулке.

Бог усмехнулся. Интересно, чем так полюбился ей этот минерал? Хотя у этой женщины всё не как у нормальных людей и золото, так почитаемое греками, ей не полюбилось.

Ну что ж... первый шаг сделан, и довольно неплохой. К чему приведёт хитрая задумка Афины, конечно, пока не ясно, но плоды уже видны...

Только бы не ошибиться. Впереди трудный путь.

Content

Лик Анастасия Владимировна По воле богов