Агата Кристи

Смерть мисс Роуз Эммот

В субботу утром сэр Генри Клиттеринг, экс-комиссар Скотленд-Ярда, спустившись к завтраку, чуть не столкнулся в дверях с хозяйкой дома, миссис Бантри. Она выбежала из столовой возбужденная и расстроенная.

Полковник Бантри сидел за столом, лицо его было краснее обычного.

– Доброе утро, – приветствовал он Клиттеринга. – Замечательный день. Прошу. Распоряжайтесь сами…

Сэр Генри сел. Ему была приготовлена тарелка с почками и беконом.

– Долли немного расстроена сегодня, – пояснил полковник.

– Я так и понял, – тихо сказал сэр Генри. Состояние миссис Бантри несколько озадачило его.

Она была спокойной женщиной, не поддававшейся унынию. Сэр Генри знал за ней только одну страсть – сад.

– Ее расстроила новость, которую мы узнали утром. Девушка из деревни – дочка Эммота, который держит «Синий кабан», – сказал полковник.

– А, знаю, знаю.

– Да-а, хорошенькая девушка. И вот такая беда… – задумчиво проговорил полковник. – Обычная история. Я даже повздорил с Долли из-за этого. Глупо с моей стороны. Разве женщина может понять? Долли была полностью на стороне девушки. Вы знаете, как это у женщин: мужчины – скоты, все как один… И пошло-поехало. Но все не так просто, как может показаться, не те времена. Девушки знают, на что идут. Парень, соблазнивший девушку, не обязательно злодей. Вероятность пятьдесят на пятьдесят. Мне, например, нравится молодой Сандфорд. Скорее этакий простак, чем донжуан.

– Так этот Сандфорд и есть виновник всех бед?

– Вроде бы он. Сам-то я точно не знаю, – признался полковник. – Все сплетни, болтовня. Так вот, точно не знаю ничего и не собираюсь, как Долли, торопиться с выводами и разбрасываться обвинениями. Черт побери, надо же думать, что говоришь. Знаете, ведь следствие и всякое такое.

– Следствие?

Полковник Бантри посмотрел удивленно:

– Да. Разве я не сказал? Девушка-то утопилась. Вот из-за чего шум.

– Неприятное дело, – нахмурился сэр Генри.

– Конечно, неприятное. Несчастная! Такая была хорошенькая, плутовка. Отец ее, конечно, тяжелый человек.

– Где она утопилась?

– В речке. Ниже мельницы, там довольно быстрое течение.

Полковник Бантри развернул газету, решив отвлечься от неприятных мыслей.

Сэра Генри не слишком тронула деревенская трагедия. После завтрака он расположился в удобном кресле на лужайке, надвинул на глаза шляпу и принялся созерцать неторопливое течение местной жизни.

Около половины двенадцатого на лужайку прибежала горничная.

– Простите, сэр, пришла мисс Марпл и хотела бы вас видеть.

– Мисс Марпл?

Сэр Генри встал и поправил шляпу. Визит удивил его. Он прекрасно знал невозмутимый характер этой дамы, ее удивительную проницательность. Он мог припомнить дюжину неразрешимых и гипотетических случаев, которым эта типичная «провинциальная старая дева» находила единственно правильные объяснение. Сэр Генри питал глубокое уважение к мисс Марпл. Он был озадачен: что привело ее к нему?

Мисс Марпл он нашел в гостиной. Она была взволнована.

– Сэр Генри… я так рада! Такое счастье, что я нашла вас! Надеюсь, вы простите меня…

– Очень приятно, – сказал сэр Генри, беря ее за руку. – Боюсь, миссис Бантри вышла.

– Да, я видела, как она разговаривает с Футитом, мясником, – подтвердила мисс Марпл. – Генри Футита вчера задавила машина, вернее, его собаку. Такого гладкошерстного фокстерьера, довольно плотного и злобного. У этих мясников всегда, кажется, такие.

– Да, – согласился сэр Генри.

– Я рада повидаться с вами именно в отсутствие миссис Бантри, – продолжала мисс Марпл. – Я хотела поговорить с вами по поводу этого печального случая.

– С Генри Футитом? – спросил сэр Генри в некотором недоумении.

Мисс Марпл бросила на него осуждающий взгляд:

– Нет-нет, с Роуз Эммот. Вы, конечно, уже знаете?

Сэр Генри кивнул:

– Бантри мне рассказал. Весьма печально.

Он был слегка озадачен. Почему мисс Марпл понадобилось увидеть его по поводу Роуз Эммот?

Мисс Марпл села. Сел и сэр Генри. Когда мисс Марпл заговорила, лицо ее стало очень серьезным.

– Быть может, вы помните, сэр Генри, как мы приятно проводили время, обсуждая загадочные случаи и находя им объяснение. Вы были столь любезны, что отметили некоторые мои успехи…

– Да вы нас всех превзошли, мисс Марпл, – отозвался сэр Генри. – Вы проявили прямо гениальные способности добираться до истины. И вы всегда, насколько я помню, приводили какой-нибудь случай из деревенской жизни, который давал вам ключ к разгадке.

– Ваши слова дали мне смелость прийти к вам сейчас. Я чувствую, что, если что-то скажу вам, вы по крайней мере не будете смеяться надо мной.

Сэр Генри понял, что ей не до шуток.

– Конечно, я не буду смеяться.

– Сэр Генри, эта девушка, Роуз Эммот… Она не утопилась… Ее убили… И я знаю, кто ее убил.

Сэр Генри в полном изумлении секунды три безмолвствовал.

– Это достаточно серьезное заявление, мисс Марпл, – заметил сэр Генри.

– Знаю-знаю, вот почему я и пришла к вам.

– Но, дорогая мисс Марпл, вы обращаетесь не по адресу. Теперь я просто частное лицо. Если вы располагаете сведениями такого рода, вам надо идти в полицию.

– Думаю, что не могу этого сделать.

– Почему же?

– Видите ли, у меня нет никаких на то оснований.

– Выходит, это только ваша догадка?

– Если угодно, можете считать так. Но на самом деле это совсем не так. Я знаю. Я уверена, что знаю. Но если я приведу свои доводы инспектору Друитту, он просто посмеется. И, пожалуй, я не стала бы его винить за это. Очень трудно предугадать, как вы отнесетесь к своего рода особым свидетельствам.

– Например?

Мисс Марпл лукаво улыбнулась:

– Ну вот, если я вам скажу, что знаю, почему некто Пизгуд[1], приехав несколько лет назад на тележке продавать овощи, оставил моей племяннице вместо репы морковь.

– Подходящая фамилия для торговца, – пробормотал сэр Генри. – Как я понимаю, вы находите какое-то сходство?

– Я знаю человеческую природу, – сказала мисс Марпл. – Невозможно не знать человеческой природы, живя столько лет в деревне. Вопрос в том, верите вы мне или нет.

Сэр Генри принимал решения быстро, не крутясь вокруг да около. Каким бы невероятным ни казалось заявление мисс Марпл, он тут же понял, что принимает его.

– Я безусловно верю вам, мисс Марпл, но не совсем понимаю, чего вы от меня хотите, зачем вы пришли ко мне.

– Я долго думала о случившемся, – сказала мисс Марпл, – но не решилась идти в полицию без каких-либо фактов. А фактов у меня нет. Я хотела попросить вас заинтересоваться происшествием. Инспектор Друитт был бы польщен. Я уверена. И, конечно, если дело пойдет, полковник Мэлчетт – главный констебль – тоже. – Она умоляюще взглянула на него.

– И какими данными вы снабдите меня для начала?

– Я решила, что напишу на бумажке имя убийцы, – сказала мисс Марпл, – и отдам вам. И если после расследования окажется, что этот человек тут ни при чем, значит, я глубоко заблуждалась.

Она замолчала, потом, вздрогнув, добавила:

– Это ужасно. Просто ужасно, если повесят невинного человека. Возможно, я ошибаюсь… Хотя не думаю. Инспектор Друитт вообще-то, видите ли, здравомыслящий человек, но заурядные способности иногда крайне опасны.

Сэр Генри с любопытством взглянул на нее.

Мисс Марпл открыла свою маленькую сумочку, вытащила записную книжку, вырвала листок, аккуратно вывела имя и, сложив его пополам, протянула сэру Генри.

Имя ему ничего не говорило. Сэр Генри слегка поднял брови, посмотрел на мисс Марпл и спрятал листок в карман.

– Ну и ну, – сказал он. – Довольно необычная история. Ничем подобным мне еще не приходилось заниматься. Но я рад буду утвердиться в своем мнении… о вас, мисс Марпл.

…Сэр Генри сидел в комнате с полковником Мэлчеттом, главным констеблем графства, и инспектором Друиттом.

– Я понимаю, что бесцеремонно вторгаюсь в это дело, – сказал сэр Генри. – И даже не могу объяснить, почему это делаю. Чистая правда!

– Дружище, мы польщены! Это большая для нас честь!.. – Про себя главный констебль подумал: «Бедняга, спятил от скуки у этих Бантри. Старик ругает правительство, а старуха без конца мелет про свои луковицы».

– Мы только благодарны вам, сэр Генри, – добавил инспектор. А сам подумал: «Жаль, что нет у нас настоящего дела. Я слышал, он один из лучших умов Англии. Жаль, что это такой простой случай».

– Боюсь, что все это и подло, и просто, – сказал главный констебль. – Первая мысль была, что девушка сама утопилась. Она, знаете, была в интересном положении. Однако наш врач Хейдок – малый дотошный. Он обнаружил синяки на руках – прижизненные синяки. По-видимому, ее схватили и швырнули.

– Но для этого нужна сила!

– Думаю, что обошлось без борьбы. Очевидно, девушку застали врасплох. А этот пешеходный мостик вечно скользкий, перила только с одной стороны.

– Вы точно установили, что трагедия произошла именно там?

– Да. Тут есть мальчик лет двенадцати, Джимми Браун. Он был в лесу, на берегу реки. Слышал крик с моста и всплеск. Смеркалось, трудно было разглядеть что-нибудь. Но он заметил, что в воде плавает что-то белое. Он сбегал за подмогой, и ее вытащили, но было уже поздно.

Сэр Генри кивнул:

– Мальчик никого не заметил на мосту?

– Нет. Ведь уже смеркалось, да и по вечерам там всегда туман.

– У нас есть записка, сэр, – сказал инспектор Друитт, обращаясь к сэру Генри. – Записку нашли в кармане платья этой девушки. Написана вроде карандашом, каким рисуют художники. Намокла сильно, но нам все же удалось прочитать.

– И что же в ней?

– Она от молодого Сандфорда. «Хорошо. Встретимся на мосту в восемь тридцать. Р. С.». Джимми Браун как раз в это время или чуть позже слышал крик и всплеск.

– Не знаю, знакомы ли вы с Сандфордом? – продолжал полковник Мэлчетт. – Он здесь живет около месяца. Один из тех молодых архитекторов, что возводят несуразные дома. Он строит дом для Аллингтона. Бог знает, как все это будет выглядеть. Внутри, наверно, эти новомодные штуки: стеклянный обеденный стол, стальные кресла. Словом, ни то ни се, но характеризует этого малого – Сандфорда. В духе времени, знаете… Никаких моральных устоев.

– Совращение, – резюмировал сэр Генри, – давно признанное преступление, хотя, конечно, не столь древнее, как убийство.

– О да, – задумчиво произнес полковник Мэлчетт. – Может быть, и так.

– Мерзкое преступление, – сказал Друитт. – И все тут ясно, сэр Генри. Молодой Сандфорд совратил девушку и решил улизнуть назад в Лондон. У него там есть невеста, скромная молодая леди. Они помолвлены, и он скоро женится на ней. Но, конечно, если она узнает об этом, дело его пропащее. Он встречается с Роуз на мосту, вечер туманный, поблизости никого, хватает ее за плечи и сталкивает. Молодой негодяй. Он должен получить по заслугам – вот мое мнение.

Минуты две сэр Генри молчал. Он понимал, сколь сильно влияние местных предрассудков. Новомодный архитектор вряд ли мог пользоваться любовью в консервативной деревушке Сент-Мэри-Мид.

– Я полагаю, этот Сандфорд и был отцом будущего ребенка? – спросил он.

– Ну да, наверно, – подтвердил Друитт. – Роуз Эммот рассказала обо всем отцу. Думала, что Сандфорд женится. Женится на ней! Как же, дожидайся!

«Боже мой! – подумал сэр Генри. – Словно в старомодной викторианской мелодраме. Невинная девушка, обольститель из Лондона, суровый отец, измена… Не хватает только преданного деревенского влюбленного. Пожалуй, пора поинтересоваться и этим».

– Неужели у девушки не было здесь молодого человека? – спросил он у инспектора.

– Вы имеете в виду Джо Эллиса? Джо – хороший парень. Плотник. Вот если бы она держалась Джо…

Полковник Мэлчетт кивнул в знак согласия.

– Знай свое место, – жестко произнес он.

– Как отнесся к этому Джо Эллис? – спросил сэр Генри.

– Никто этого не знает, – ответил инспектор. – Джо – тихий парень, замкнутый. Что бы ни делала Роуз, он все прощал. Прямо молился на нее. Все надеялся, что она вернется к нему.

– Я бы хотел его увидеть, – сказал сэр Генри.

– Мы как раз собираемся навестить его, – заметил полковник Мэлчетт. – Мы не исключаем ни одной версии. Я думаю, надо сначала побеседовать с Эммотом, потом с Сандфордом, а уже потом с Эллисом. Вас это устраивает, сэр Клиттеринг?

Сэр Генри заверил, что это его вполне устраивает.

Они нашли Тома Эммота в «Синем кабане». Это был крупный дородный мужчина средних лет с хитрыми глазками и тяжелой челюстью.

– Рад видеть вас, джентльмены. Доброе утро, полковник. Заходите. Мы можем поговорить тут. Вам что-нибудь предложить, джентльмены? Нет? Как вам будет угодно. Вы пришли по поводу моей бедной дочери? Да, она была хорошей девушкой, моя Роуз… Всегда была хорошей… Пока не появился этот негодяй… Прошу прощения, но иначе его не назовешь. Обещал жениться на ней. Обещал… Ну, я найду на него управу. Довел ее, скотина! Проклятый убийца! Навлек позор на всех нас. Бедная моя девочка!

– Дочь говорила вам, что именно мистер Сандфорд виновник… ее положения? – решительно спросил Мэлчетт.

– В этой самой комнате говорила.

– А вы что ей сказали? – поинтересовался сэр Генри.

– Что сказал? – Эммот, казалось, был застигнут врасплох.

– Ну… Вы не грозили выставить ее из дома?

– Я немного расстроился, это же так естественно. Уверен, вы поймете меня. Но я не угрожал выставить ее из дома. Я бы никогда ничего подобного себе не позволил. – Он изобразил благородное негодование. – Нет. «Для чего у нас законы? – Вот что я сказал. – Для чего существуют законы? Он должен порядочно поступить с тобой, а если не пожелает, тогда, бог свидетель, ему придется платить». – Эммот опустил кулак на стол.

– Когда вы в последний раз видели свою дочь? – спросил Мэлчетт.

– Вчера. Около пяти за чаем.

– Как она себя вела?

– Ну… как всегда. Я ничего такого не заметил. Если бы я только знал…

– Но вы не знали, – сухо заметил инспектор.

Они ушли.

– Эммот производит не очень приятное впечатление, – задумчиво произнес сэр Генри.

– Хорош мерзавец, – подтвердил Мэлчетт.

Следующий визит они нанесли архитектору. Рекс Сандфорд был совсем не таким, как его представлял себе сэр Генри. Высокий, худой, волосы светлые, глаза голубые, мечтательные.

Полковник Мэлчетт назвал себя и своих спутников. Затем он попросил архитектора рассказать, как тот провел предыдущий вечер.

– Вы понимаете, – предупредил полковник, – я не имею права заставлять вас говорить, и все, что вы скажете, может быть использовано против вас. Я хочу, чтобы это было вам ясно.

– Я… я не понимаю, – пролепетал Сандфорд.

– Вы же знаете, что Роуз Эммот утонула вчера вечером…

– Знаю. Это так терзает меня. В самом деле, я не спал всю ночь. Я не в состоянии сегодня работать. Я чувствую ответственность… ужасную ответственность. Я никому не хотел причинять зла. Представить себе не мог, что она все так воспримет. – Он сел за стол и закрыл лицо руками.

– Надо понимать, Сандфорд, что вы отказываетесь сообщить, где находились вчера в восемь тридцать вечера?

– Нет, нет, конечно же нет! Я вышел прогуляться.

– Вы ходили на встречу с мисс Эммот?

– Нет. Сам по себе… в лес… Далеко-далеко.

– Тогда, сэр, как вы объясните эту записку, которую нашли в кармане покойной? – И инспектор Друитт невозмутимым тоном прочитал ее. – Итак, сэр, вы отрицаете, что написали ее?

– Нет, нет, вы правы. Я в самом деле написал ее. Роуз просила встретиться. Она настаивала. Я не знал, что делать, вот и написал эту записку.

– Вот так-то лучше, – сказал инспектор.

– Но я не ходил! – Голос Сандфорда дрожал от волнения. – Я не ходил! Я чувствовал, что лучше не ходить. Я уже собирался вернуться в Лондон. Я чувствовал, что лучше… не встречаться. Я решил написать оттуда и… кое-что устроить.

– Вам известно, сэр, что девушка ждала ребенка и что она назвала вас отцом ребенка?

Сандфорд застонал, но не ответил.

– Это верно, сэр?

Сандфорд закрыл лицо руками.

– Я думаю, да, – выдавил он.

– А-а! – Инспектор Друитт не мог скрыть злорадства. – Теперь об этой вашей «прогулке». Кто-нибудь видел вас вчера вечером?

– Не знаю. Не думаю. По-моему, я никого не встречал.

– Жаль.

– Что вы имеете в виду? Какое это имеет значение, гулял я или нет? Какое это имеет отношение к тому, что Роуз утопилась?

– Но, видите ли, она не сама бросилась в воду. Ее столкнули, мистер Сандфорд, – сказал инспектор.

– Столкнули… – Прошло некоторое время, прежде чем молодой человек осознал весь ужас случившегося. – Боже мой!.. Тогда, значит…

Полковник Мэлчетт направился к выходу.

– И учтите, Сандфорд, из дома ни в коем случае не отлучайтесь.

Они вышли. Инспектор и главный констебль обменялись взглядами.

– Полагаю, сэр, этого достаточно? – осведомился инспектор.

– Да. Выпишите ордер и арестуйте его.

– Простите, – сказал сэр Генри. – Я оставил перчатки.

Он вернулся в дом. Сандфорд продолжал сидеть в той же позе, бессмысленно уставившись в пространство.

– Я пришел, – обратился к нему сэр Генри, – и хочу заверить вас, что постараюсь сделать все возможное, чтобы помочь вам. Причину таких моих действий я вам открыть не могу, а пока хочу услышать от вас вкратце и по возможности точнее, что произошло у вас с этой самой Роуз.

– Она была такая хорошенькая, такая соблазнительная! И… она сама прямо прилепилась ко мне. Как перед богом говорю – это правда. А мне было здесь так одиноко, всем я тут пришелся не по душе. А она… поразительно хорошенькая и знала, чего добивается. Вот так все и произошло. Она хотела, чтобы я женился на ней. Я не знал, что делать. Я обручен с девушкой в Лондоне. Если она когда-нибудь узнает об этом… все пропало. Она не поймет. С какой стати? Конечно, я подлец. Я избегал Роуз. Думал, вернусь в город, встречусь с адвокатом, договорюсь насчет денег и прочего. Господи! Какой же я был дурак! Я вижу, что обстоятельства против меня.

– Роуз когда-нибудь угрожала самоубийством?

– Никогда. Мне в голову не приходило, что она может решиться на это.

– А что вы скажете о человеке по имени Джо Эллис?

– О плотнике? Он из почтенной деревенской семьи. Туповатый малый, но был по уши влюблен в Роуз.

– Может быть, он приревновал? – предположил сэр Генри.

– Думаю, немного есть. Но он не из решительных. Будет страдать молча.

– Ну ладно. Мне надо идти, – сказал сэр Генри и поспешил присоединиться к своим спутникам.

– Знаете ли, Мэлчетт, – сказал он, – думаю, нам следует сходить к этому Эллису, прежде чем принимать какие-то решительные меры. Жаль, если арест окажется ошибкой. В конце концов, ревность – достаточно веский повод для убийства, к тому же довольно распространенный.

– Это, конечно, верно, – согласился инспектор. – Но Джо Эллис не из таких. Он и мухи не обидит. Почему? Никто не видел, чтобы он когда-нибудь вышел из себя. Однако все же лучше спросить у него, где он был вчера вечером. Джо должен быть сейчас дома. Он снимает комнату у миссис Бартлет – очень приличная особа, вдова.

Маленький коттедж, к которому они подошли, был безукоризненно чист. Крупная плотная женщина средних лет открыла им дверь.

– Доброе утро, миссис Бартлет, – приветствовал ее инспектор. – Джо Эллис дома?

– Минут десять как вернулся, – ответила миссис Бартлет. – Проходите, пожалуйста, господа.

Она провела их в крошечную гостиную, заставленную чучелами птиц, фарфоровыми собаками и другими бесполезными вещицами. Торопливо пододвинула им стулья и крикнула:

– Джо, тут трое джентльменов хотят тебя видеть!

Из кухни отозвался голос:

– Иду, только почищусь.

– Может быть, вы присядете, миссис Бартлет, – обратился к ней полковник Мэлчетт.

– О нет, сэр, и думать не смею, – смутилась миссис Бартлет.

– Вы считаете Эллиса хорошим жильцом? – спросил Мэлчетт беспечным тоном.

– Лучше и не надо, сэр! Спокойный молодой человек. Спиртного капли в рот не берет. Гордится своей работой. Добрый, помогает по дому. Смастерил мне вон те полки, повесил новый шкафчик на кухне. Да и мало ли что еще требуется сделать в доме. Джо делает все охотно, ничего не требуя. Много ли таких молодых людей, как Джо, сэр?

– Какой-нибудь девушке, наверно, повезет, – небрежно бросил Мэлчетт. – Он ведь был влюблен в эту бедняжку, Роуз Эммот, не так ли?

Миссис Бартлет вздохнула:

– Глаза б мои не глядели. Молился на землю, по которой она ходила, а она и смотреть на него не хотела.

– Где Джо проводит вечера, миссис Бартлет?

– Обычно дома, сэр. Иногда занят какой-нибудь работой по вечерам, еще пытается заочно выучиться бухгалтерии.

– Так, так. И вчера вечером тоже был дома?

– Да, сэр.

– Это точно, миссис Бартлет? – строго спросил сэр Генри.

Она повернулась к нему:

– Совершенно точно, сэр.

– Был ли он дома что-то около восьми – восьми тридцати?

– Ну конечно, – засмеялась миссис Бартлет. – Он почти весь вечер приделывал кухонный шкафчик, а я ему помогала.

Сэр Генри посмотрел на ее улыбающееся лицо и ощутил первую муку сомнения.

Минутой спустя Эллис вошел в комнату. Высокий, широкоплечий, по деревенским меркам красивый молодой человек. Застенчивый взгляд голубых глаз, дружелюбная улыбка. В общем, добродушный молодой великан.

Мэлчетт начал разговор. Миссис Бартлет удалилась на кухню.

– Мы расследуем обстоятельства смерти мисс Роуз Эммот. Вы знали ее, Эллис?

– Да, – пробормотал он. – Надеялся когда-нибудь жениться на ней. Какое несчастье!..

– Вы знали, что она была в положении?

– Да. – Глаза его гневно блеснули. – Бросил он ее, вот что! Ну да к лучшему… Не была бы она счастлива с ним. Она вернулась бы ко мне. Я бы о ней позаботился.

– Несмотря на все?..

– Она не виновата. Он наобещал ей всякого… Она мне рассказывала. Не надо ей было топиться. Не стоил он этого.

– Где вы были вчера в восемь тридцать вечера?

– Я был здесь. Прикреплял на кухне одну штуковину для миссис Би. Спросите у нее, она вам скажет.

И то ли показалось сэру Генри, то ли на самом деле прозвучало в этом подготовленном ответе какое-то смущение.

«Чересчур быстро ответил, – подумал сэр Генри. – Он тугодум. А тут выпалил моментом. Похоже, было приготовлено заранее».

Сэр Генри нашел предлог заглянуть на кухню. Миссис Бартлет крутилась у плиты. Она подняла голову и мило улыбнулась. К стене был прикреплен новый шкафчик. Работа не была закончена. Вокруг лежали инструменты и несколько дощечек.

– Этим Эллис и был занят прошлым вечером? – поинтересовался сэр Генри.

– Да, сэр. Ведь неплохо сделано, правда? Джо очень хороший мастер. – Никакого страха в глазах, никакого смущения.

Но Эллис… Или почудилось ему это? Нет, что-то было… «Надо с ним поговорить», – решил сэр Генри. Повернувшись к выходу, он наткнулся на детскую коляску.

– Не разбудил ребенка, надеюсь?

Миссис Бартлет рассмеялась:

– Что вы, сэр, у меня нет детей, к сожалению. На ней я развожу выстиранное белье, сэр.

– А, понятно… – Помедлив немного, он, повинуясь внезапному порыву, спросил: – Миссис Бартлет, вы знали Роуз Эммот? Скажите, что вы о ней думаете?

– Ну, сэр, я думаю, что она была ветреная девушка. Но она умерла, а я не люблю плохо говорить о покойных.

– Но у меня есть причина спрашивать, довольно основательная причина, – настаивал он.

Миссис Бартлет задумалась. Затем решилась и спокойно сказала:

– Плохой она была человек, сэр. Я бы не стала этого говорить при Джо. Очень она задурила ему голову. Такие умеют, к сожалению. Вы знаете, как это бывает, сэр.

Сэр Генри это знал. Такие люди, как Джо Эллис, бывают обычно беззащитными. Безоглядно доверчивыми. Именно поэтому они испытывают более глубокие потрясения от подобных открытий.

Он был сбит с толку и вышел из коттеджа в полном недоумении. Перед ним была стена. Джо Эллис работал вчера весь вечер дома. Миссис Бартлет помогала ему. Как все это понять? Что противопоставить этим фактам? Нечего. Разве только подозрительно торопливый ответ Джо Эллиса?

– Ну вот, – сказал Мэлчетт, – похоже, дело становится совершенно ясным.

– Кажется, так, сэр, – подтвердил инспектор. – Это Сандфорд. Ему теперь не выкрутиться. Ясно как божий день. По-моему, девица и отец шантажировали его. Денег у него не было. Он боялся, что история дойдет до его невесты. Отчаялся, ну и решился на такое… Что вы скажете на это, сэр? – обратился он к сэру Генри.

– Похоже на то, – согласился сэр Генри. – И все же я не могу представить себе Сандфорда в роли убийцы.

Сэр Генри прекрасно понимал, что вряд ли это может служить веским доводом. Даже кроткое животное, если его загнать в угол, способно на самые неожиданные действия.

– Надо все-таки поговорить с мальчиком, – вдруг предложил он, – с тем, что слышал крик.

Джимми Браун оказался смышленым парнишкой. Он с нетерпением ждал, когда ему начнут задавать вопросы, и был сильно разочарован, что от него первого не потребовали рассказать о том роковом вечере.

– Ты, как я понимаю, был недалеко, на другой стороне реки, – начал разговор сэр Генри, – напротив деревни. Ты кого-нибудь видел на том берегу?

– Кто-то гулял по лесу. Я думаю, это был мистер Сандфорд. Джентльмен-архитектор, который строит чудной дом.

– Это было минут за десять до того, как ты услышал крик?

Мальчик кивнул.

– Видел ли ты еще кого-нибудь на другом берегу реки, там, где деревня?

– Какой-то человек шел по тропинке на той стороне. Шел медленно и посвистывал. Мне показалось, что это был Джо Эллис.

– Как же ты смог узнать его? В тумане, в сумерках? – резко спросил инспектор.

– По свисту. Джо Эллис всегда насвистывает одну и ту же песенку: «Хочу быть счастливым». Это единственный мотив, который он знает, – снисходительно пояснил мальчик.

– Любой мог насвистывать этот мотив, – заметил Мэлчетт. – Он шел по направлению к мосту?

– Нет, в другую сторону, к деревне.

– Не думаю, что стоит проявлять интерес к этому неизвестному, – заключил Мэлчетт. – Ты слышал крики, всплеск воды и спустя несколько минут увидел тело, плывущее вниз по течению. Ты побежал за помощью назад через мост, прямиком в деревню. Ты никого не видел у моста? Когда бежал за помощью?

– Мне кажется, шли двое с тачкой по тропинке к речке, но они были немного в стороне. Я не мог понять, приближаются они или удаляются. Дом мистера Джайлза был ближе всех. Ну, я туда и побежал.

– Ты хорошо поступил, мой мальчик, – похвалил его Мэлчетт.

– Ты действовал правильно. Ты ведь скаут, не так ли?

– Да, сэр.

– Очень хорошо.

Сэр Генри задумался. Достал клочок бумаги из кармана, посмотрел на него и покачал головой. Не может быть, и все же…

Он решил зайти к мисс Марпл.

Она приняла его в милой, несколько старомодной гостиной.

– Прибыл доложить об успехах, – невесело начал сэр Генри. – Боюсь, что, с нашей точки зрения, дела не очень хороши. Собираются арестовать Сандфорда, и должен сказать, что считаю это оправданным.

– Так, значит, вы ничего не нашли в поддержку моей теории? – Мисс Марпл была взволнованна. – Может быть, я была не права, совсем не права? У вас такой большой опыт.

– Во-первых, – сказал сэр Генри, – я сам не могу никак в это поверить, а потом, мы сталкиваемся с неопровержимым алиби. Джо Эллис весь вечер прикреплял на кухне полки, а миссис Бартлет наблюдала за его работой.

Мисс Марпл глубоко вздохнула.

– Не может быть! – возразила она. – Ведь это произошло в пятницу вечером.

– В пятницу вечером?

– Да, в пятницу вечером. В пятницу миссис Бартлет по вечерам развозит белье заказчикам.

Сэр Генри откинулся на спинку стула. Он вспомнил, что мальчик Джимми рассказывал о насвистывающем человеке… Да… все сходится.

Он поднялся, с жаром пожимая руку мисс Марпл.

– Кажется, я знаю, что делать, – заявил он. – По крайней мере, можно попробовать…

Пять минут спустя он снова появился в коттедже миссис Бартлет, где в маленькой гостиной среди китайских собачек встретился с Джо Эллисом.

– Вы солгали нам, Эллис, о прошлом вечере, – твердо сказал он. – Вас не было на кухне, и вы не вешали шкаф между восемью и восемью тридцатью. Вас видели на тропинке у моста за несколько минут до того, как была убита Роуз Эммот.

Эллис окаменел.

– Она не была убита, нет! Я ничего не мог сделать. Она бросилась сама… Она потеряла голову. Я бы никогда не тронул ее.

– Тогда зачем вы солгали? – не отступал сэр Генри.

– Я испугался. Миссис Бартлет видела меня там. Когда потом мы узнали, что произошло… Ну, она подумала, что это может плохо для меня кончиться. Мы решили: я скажу, что работал здесь. Она редкий человек, редкий. Она всегда так добра ко мне.

Ни слова не говоря, сэр Генри вышел из комнаты на кухню. Миссис Бартлет мыла посуду.

– Миссис Бартлет, – обратился он к ней, – я знаю все. Думаю, вам лучше признаться, если вы не хотите, чтобы Джо Эллиса повесили за то, чего он не совершал… Нет? Я вижу, не хотите? Расскажу вам тогда, что случилось. Вы пошли развозить белье из стирки, встретили Роуз Эммот. Вы знали, что она бросила Джо и крутит с этим приезжим. И вот она попала в беду… Джо готов прийти к ней на помощь, готов жениться, если она согласится. Вы возненавидели эту девицу… Вы не могли допустить, чтобы эта никудышная девчонка увела у вас мужчину. Вы женщина сильная, миссис Бартлет, вы схватили девушку за плечи и столкнули в реку. Через несколько минут вы встретили Джо Эллиса. Мальчик Джимми видел вас издалека, но из-за темноты и тумана принял детскую коляску за тачку, которую везли двое мужчин. Вы убедили Джо, что его могут заподозрить, и придумали ему алиби, но на самом деле это было алиби для вас. Я прав, не так ли?

Сэр Генри затаил дыхание. Он все поставил на кон. Женщина стояла перед ним, вытирая руки о передник и медленно обдумывая ответ.

– Точно так, как вы говорите, сэр, – наконец произнесла она невозмутимым глухим голосом (опасным голосом, как вдруг определил его сэр Генри). – Не знаю, что нашло на меня. Бесстыжая, вот она какая была. На меня просто нашло… Она не имела права забирать у меня Джо. У меня ничего не было хорошего в жизни, сэр. Муж мой был несчастный человек, инвалид и упрямец. Я лечила его и ухаживала за ним по-честному. А потом Джо снял у меня комнату. Я не совсем старая женщина, сэр, хоть у меня и седые волосы. Мне только сорок, сэр. Таких, как Джо, – один на тысячу. Я бы ради него не знаю что сделала. Он как маленький ребенок, сэр. Такой добрый, такой доверчивый. Он был мой, сэр, я заботилась о нем… И тут эта… – Миссис Бартлет проглотила конец фразы.

Даже в такой момент она оставалась сильной женщиной. Несчастная стояла прямо и с вызовом смотрела на сэра Генри.

– Готова идти, сэр. Никогда бы не подумала, что кто-нибудь догадается. Ума не приложу, как вы узнали. Не пойму, в самом деле.

Сэр Генри покачал головой.

– Это было нелегко, – сказал он и подумал о листочке бумаги, все еще лежащем у него в кармане. На нем было выведено старомодным почерком: «Миссис Бартлет, у которой проживает Джо Эллис».

Мисс Марпл опять оказалась права.

Примечания

1

Хороший горох (англ.).

Content

Агата Кристи
Смерть мисс Роуз Эммот

Примечания