А.П.Сарапульцев П.А.Сарапульцев

Социально-психологические механизмы биржевых кризисов

П.А.Сарапульцев А.П.Сарапульцев

Социально-психологические механизмы биржевых кризисов

Эта работа является в определённой степени продолжением нашего предыдущего исследования теории функционирования финансовых рынков Джорджа Сороса. (П.А Сарапульцев и А.П. Сарапульцев “Анализ теории рефлексивности Джорджа Сороса”). Своеобразным итогом этого исследования был вывод о том, что процессы, происходящие на бирже, в первую очередь зависят от человеческого фактора, а потому и регулируются законами социальной психологии. Для начала попытаемся доказать реальность существования социально-психологических ситуаций на биржевом рынке.

Как справедливо подметил Хосе Ортега-и-Гассет: “Общественная жизнь далеко не исчерпывается политикой, у нее есть, даже прежде политики, и другие аспекты - интеллектуальный, моральный, экономический, религиозный и др.”. Нас, конечно, в первую очередь интересует экономика, но поскольку экономикой и в частности биржевой игрой занимаются люди, то, естественно, что на них распространяются все биологические и психологические законы природы и общества. Именно поэтому судить о поведении и реакциях биржи можно только с помощью использования законов социальной психологии.

Первым, кто начал научно исследовать поведение не одного конкретного индивидуума, а человеческой массы был Г. Лебон. “Гениальным озарением Ле Бона была его идея отказаться от” общепринятой “точки зрения” на случайные объединения людей - толпы, которые периодически возникали на протяжении всей истории человечества и о которых существовало достаточно “повсеместное представление:

— толпы объединяются вне учреждений и вопреки им на временных основаниях, т.е. асоциальны и асоциальным образом сформированы;

— толпы безумны, они беспрестанно меняют свои убеждения, устремляются к новой иллюзии; их нрав выходит за пределы общепринятого, это нрав иступлённый, патологический;

— толпы преступны, они противодействуют властям и абсолютно не признают законов” (С. Московичи)

Причём ещё в самом начале своего исследования Г. Лебон понял, что толпы “не требуют непременного и одновременного присутствия нескольких индивидов в одном и том же месте. Тысячи индивидов, отделённых друг от друга, могут в известные моменты подпадать одновременно под влияние некоторых сильных эмоций или какого-нибудь великого национального события и приобретать, таким образом, все черты одухотворённой толпы. Стоит какой-нибудь случайности свести этих индивидов вместе, чтобы все их действия и поступки немедленно приобретали характер действий и поступков толпы”. Вот почему, например, сообщество трейдеров, отдалённых друг от друга, но постоянно одновременно попадающих под влияние сильных эмоций, существует и действует как классическая толпа.

Важно подчеркнуть, что “каковы бы ни были индивиды, составляющие её (одухотворённую толпу), каков ни был бы их образ жизни, занятия, их характер или ум, одного их превращения в толпу достаточно для того, чтобы у них образовался род коллективной души, заставляющей их чувствовать, думать и действовать совершенно иначе, чем думал бы, действовал и чувствовал каждый из них в отдельности… Исчезновение сознательной личности и ориентирование чувств и мыслей в известном направлении - главные черты, характеризующие толпу, вступившую на путь организации”. (Г. Лебон)

Но каковы же “главные черты, характеризующие индивида в толпе” по Г. Лебону? Это “исчезновение сознательной личности, преобладание личности бессознательной, одинаковое направление чувств и идей, определяемое внушением, и стремление превратить немедленно в действия внушённые идеи… Становясь частицей организованной толпы, человек спускается на несколько ступеней ниже по лестнице цивилизации,.. легко подчиняется словам и представлениям, не оказавшим бы на него в изолированном положении никакого влияния, и совершает поступки, явно противоречащие и его интересам, и его привычкам… Он становится автоматом, у которого своей воли не существует”. То есть в толпе у людей берут верх самые древние рефлексы, поскольку большая стая, действующая как единое целое, имеет больше шансов противостоять хищникам, чем отдельны особи сами по себе.

Возможно поэтому же “толпа питает самое священное уважение к традициям и бессознательный ужас, очень глубокий, ко всякого рода новшествам, способным изменить её реальные условия существования…

Из всего вышесказанного мы делаем вывод, что толпа в интеллектуальном отношении всегда стоит ниже изолированного индивида… Такое именно соединение заурядных качеств в толпе и объясняет нам, почему толпа никогда не может выполнить действия, требующие возвышенного ума”. Тем более что она ещё и “лишёна всяких критических способностей”, а потому и “чрезвычайно легковерна. Односторонность и преувеличение чувств толпы ведут к тому, что она не ведает ни сомнений, ни колебаний. Толпа всегда впадает в крайность”.

Но, пожалуй, самым опасным свойством толпы “является необыкновенная податливость внушению”. При этом даже “люди, обладающие достаточно сильной индивидуальностью, чтобы противиться внушению, в толпе слишком малочисленны, и потому не в состоянии бороться с течением. Самое большее, что они могут сделать, - это отвлечь толпу посредством какого-нибудь нового внушения”.

В XX веке, изменившиеся условия жизни и в первую очередь резкое улучшение средств информации привело к появлению самостоятельного понятия - масса, в то время как для Г. Лебона понятия масса и толпа были практически синонимами,

Наиболее точное обоснование сходства и различия понятий толпа и масса даёт американский социолог Г. Блумер своей работе ” Коллективное поведение”. Он выделяет следующие ” отличительные черты массы:

— члены могут занимать самое различное общественное положение, отличаться друг от друга по культурному уровню и материальному положению;

— масса состоит из анонимных индивидов;

— между членами массы почти нет взаимодействия и обмена переживаниями, поскольку члены массы физически отделены друг от друга;

— масса имеет рыхлую организацию и неспособна действовать с теми согласованностью и единством, которые отличают толпу…

Масса может рассматриваться как нечто, состоящее из обособленных и отчуждённых индивидов, обращённых лицом к тем объектам или областям жизни, которые интересны, но сбивают с толку и которые нелегко понять и упорядочить…

Природа массового поведения обусловлена стремлением каждого индивида ответить на собственные нужды, но если эти линии сходятся, влияние массы может быть огромным. Из-за подобных сдвигов в интересах может потерпеть крах коммерческое предприятие…

Масса в значительной степени схожа с толпой, поскольку поведение массы не определяется никаким предустановленным правилом или экспектацией, является спонтанным, самобытным и элементарным…

Временами поведение массы приближается к поведению толпы, особенно в условиях возбуждения. В таких случаях оно подвержено влиянию тех или иных возбуждённых призывов, появляющихся в прессе или по радио, которые играют на примитивных порывах, антипатиях и традиционных фобиях…

Важное различие массы от толпы: индивид в массе вместо того, чтобы лишаться своего самосознания, наоборот, способен довольно сильно обострить его, вместо того, чтобы действовать, откликаясь на внушения и взволнованное возбуждение со стороны, он действует, откликаясь на тот объект, который привлёк его внимание, и на основании пробуждённых им порывов”. Другое дело, что, даже правильно понимая происходящее, он чаще всего оказывается не в состоянии переломить поведение большинства.

Интересно, что массы, начиная с конца XIX века, принципиально отличаются по составу от толп прошлого. Впервые это отличие осознал лишь Хосе Ортега-и-Гассет. Он первый осознал, что основу масс стали составлять “новые варвары” - “новый вид “простого человека”, в котором заложены огромные вожделения и которому сейчас предоставлен богатый набор средств, чтобы удовлетворить их во всех областях, - экономика, право и т.д.”. Если прежде из-за недостатка знаний “простому человеку… и в голову не приходило противопоставить идеям политиков свои собственные идеи”, то “сейчас у заурядного человека есть самые определённые идеи обо всём, что в мире происходит и должно произойти” Сейчас “массы выполняют… те самые общественные функции, которые раньше были представлены исключительно избранным меньшинствам”.

И в этом не было бы ничего плохого, если бы не особенности политико-экономических отношений либерального общества конца XIX - начала XXI веков, дающие множество возможностей быстрого и лёгкого обогащения. “Никогда раньше средний человек не решал своих экономических проблем с такой лёгкостью”. Его положение укрепляется, а независимость растёт. Отсюда “безудержный рост жизненных вожделений… и принципиальная неблагодарность ко всему, что позволяет так хорошо жить… Появляется тип человека, который не считает нужным оправдывать свои претензии и поступки ни перед другими, ни даже перед самим собой; он просто показывает, что решил любой ценой добиться цели”.

Этот человек принципиально не желает знать, что “избранный” судьбой вовсе не самый “важный”, т.е. тот, кто считает себя выше остальных, а человек, который к себе самому требовательней, чем к другим”, и что он должен отстаивать “не права, не привилегии, а обязанности, требования к самому себе. Noblesse oblige”.

И биржа, естественно, не является исключением из общего правила, тем более, что введение всеобщего среднего образования, развитие современной связи, интернета значительно облегчили попадание на биржу и к возможности действия на мировом рынке массы новыхлюдей. Из-за этого специализированная деятельность квалифицированного меньшинства стала массовой и внесла в деятельность биржи все существующие проблемы толпы-массы. Конечно, ошибки в прежнее время совершали даже профессионалы, но, с одной стороны реже, а с другой стороны, они не распространялись на всю мировую экономику. Более того, человек массы, не имеющий к себе требований морали (пусть даже профессиональной) вошёл в банковскую, финансовую (хедж-фонды) деятельность и начал действовать, как человек массы, не задумываясь о последствиях своих эгоистичных действий для других. Благодаря этому “в современных условиях жизни массовое поведение вышло на первый план по росту своего масштаба и значения” (Г. Блумер).

Однако самым интересным с точки зрения социальной психологии представляется возникновение паники. “Паника - эмоциональное состояние, возникающее как следствие либо дефицита информации в какой-то пугающей или непонятной ситуации, либо её избытка и проявляющееся в импульсивных действиях.

Известны случаи панического поведения и вне толпы, например, биржевая паника, сопровождающаяся массовой продажей акций или скупкой золота. Иногда эти случаи определяют как панический ажиотаж, которым обозначается массовое возбуждение, сопровождаемое лихорадочной деятельностью, направленной на избавление от возможной опасности.

В случаях возникновения паники в среде людей, физически разделённых пространством и не составляющих групп с личными контактами, непосредственным побуждающим мотивом обычно бывает пугающая информация, предаваемая через средства массовой информации” (Г.П. Предвечный).

Как считает Э. Канетти: “Паника - это распад массы в массе… Чем сильнее люди изолированы от улицы, тем более бурно протекает распад… Отдельный человек здесь старается отпасть от массы и бежать от неё, угрожающей ему как целое. Но поскольку он физически внутри неё, приходится с ней сражаться. Отдаться ей было бы гибелью, ибо гибель грозит ей самой…

В замкнутом пространстве каждый видит дверь, в которую ему надо пройти, он видит себя отдельно от всех остальных… Превращение ярче всего сказывается в буйстве индивидуальных проявлений - каждый бьётся за себя”.

Паника, в том числе и биржевая паника, по мнению Г. Блумера, - это элементарная форма коллективного поведения, “которое:

— не находится под влиянием каких-то правил или экспектаций;

— возникает спонтанно;

— не подчиняется предустановленным соглашениям или традициям…

Спонтанное и элементарное коллективное поведение возникают:

— в условиях неустойчивости или нарушения привычных форм существования или заведённого распорядка жизни,

— в случае, какого либо нарушения установленных образцов действия

— при появлении, каких-то новых предрасположений, которые не могут быть удовлетворены существующими культурными установлениями”.

Элементы, создающие будущую панику, постоянно существуют “среди ассоциированных человеческих существ”, в нашем случае в мире трейдеров. Одним из таких наиболее постоянных элементов является “истолковательное взаимодействие. Люди при поддержании общения истолковывают действия или замечания друг друга и затем реагируют откликом на основании своего истолкования. Истолковательное взаимодействие стремится в известной степени сделать людей разными…

Фактор беспокойства” встречается несколько реже. Он возникает тогда “когда у людей есть побуждения, желания или предрасположения, которые не могут быть удовлетворены наличными формами существования”, при этом люди “ощущают побуждение к действию, но одновременно и препятствие, мешающее его исполнению; в результате они испытывают дискомфорт, фрустрацию, неуверенность и, как правило, отчуждение или одиночество. Это внутренне напряжение, в отсутствие способов его снятия, обычно выражается в беспорядочной и некоординированной деятельности…

Круговая реакция - это основная форма взаимного возбуждения, присутствующая в спонтанном и элементарном коллективном поведении. При ней реакция одного индивида воспроизводит возбуждение другого. Так взаимное возбуждение приобретает круговую форму, при которой индивиды отражают настроения и таким образом интенсифицируют их. Это хорошо видно в охваченном страхе стаде животных…

“Развитие социального беспокойства” начинается лишь тогда когда “возникает взаимное подкрепление” чувства беспокойства, и оно “вовлекается в круговую реакцию или становится инфекционным…

Отсюда следует, что социальное беспокойство присутствует там, где люди обладают повышенной чувствительностью друг к другу или охотно вступают в контакт, а также там, где они вместе переносят разрушение своего заведённого жизненного уклада.

Черты социального беспокойства:

— отсутствие понимания целей;

— беспорядочный характер поведения;

— возбуждённые чувства, обычно в форме смутных предчувствий, тревоги, страхов, неуверенности, рвения или повышенной агрессивности;

— раздражительность и повышенная внушаемость, что делает их гораздо более восприимчивыми по отношению к другим, но также и менее постоянными и твёрдыми в своём настроении и образе действий”.

Практически возникновение социального беспокойства является “симптомом распада или крушения жизненного устройства”.

Естественно, что всех социальных психологов, занимающихся изучением масс, не мог не интересовать вопрос о путях предотвращения или подавления паники.

Наиболее трудно согласиться с мнением Э. Канетти, который считает, что “панику как распад можно предотвратить, продлив первоначальное состояние объединяющего массового страха”.

Более реальным представляется одно из представлений Г.П. Предвечного о предотвращении паники путём “отвлечения внимания участников от возможного источника страха (разрядки или хотя бы снижения эмоционального напряжения)”, а вот другое его представление о прекращении паники путём “преднамеренного и весьма интенсивного действия” выглядит совершенно абстактным.

Более серьёзным представляются предложения С. Московичи:

— “открыть вожака”, который “просто и наглядно предлагает толпам ответы на вопросы… даёт имя их анонимности” и за которого люди будут “интуитивно… хвататься… как за абсолютную истину, дар нового мира, обещание новой жизни”;

— “управлять” людьми массы, “взывая к их страстям, верованиям, фантазии”, ибо гипноз для психологии толп является основной моделью социальных действий и реакций”.

Логика С. Московичи, почерпнутая им у Ле Бона, достаточно объективна и проста: “Толпы соединяют то, что есть наиболее примитивного в человеке, с тем, что есть наиболее постоянного в обществе: прочные верования, догматические по своей природе, по необходимости утопические, сходные с религией. Соединяющим элементом является вождь. Он превращает внушаемую толпу в коллективное движение, сплочённое одной верой, направляемое одной целью. Он осуществляет власть, опираясь не на насилие, имеющее вспомогательное значение, а на верования, которые составляют главное…

Речь идёт не об авторитете должности, а об авторитете личности. Авторитет личности не зависим от всяких внешних признаков власти или от места. В массовом обществе единственным авторитетом, которым можно воздействовать на массы, становится авторитет личности…

Он держит толпу на расстоянии, уводит её от действительности, чтобы предоставить лучшую действительность, более красивую, соответствующую её надеждам. Его талант состоит в превращении событий, коллективных целей в представления, которые потрясают и возбуждают

Покорённая масса становится ещё более восприимчивой к слову, которая является теперь главным средством обольщения. Что же превращает обычное слово в обольщение? Разумеется авторитет того, кто его произносит перед толпой”.

Подобный метод, в принципе, может быть применим для влияния на биржевой мир, поскольку в нём действительно существуют почти непререкаемые авторитеты, но вот как заставить их служить обществу, а не самим себе - это уже вопрос вопросов.

Более реальным, хотя может быть более трудоёмким, представляется процесс предотвращения паники, основанный на переводе биржевой массы в общественность. Как объясняет Г. Блумер: “Понятие общественности в социальной психологии следует отличать от общественности в смысле составляющих нацию людей.

Термин общественность используется в отношении к группе людей, которые:

— сталкиваются с какой-то проблемой;

— разделяются во мнениях относительно подхода к решению этой проблемы;

— вступают в дискуссию, посвящённую этой проблеме…

Общественность как группа возникает… в качестве естественного отклика на определённую ситуацию, которая не может быть разрешена на основе какого-то культурного правила, но только на основе коллективного решения, достигнутого в процессе дискуссии…

Общественность вступает в спор и, следовательно, характеризуется конфликтными отношениями. Соответственно индивиды внутри общественности скорее интенсифицируют своё самосознание и обостряют свои способности к критическим суждениям, чем теряют их, как это имеет место внутри толпы…

Общественность - приобретает возможность действовать, благодаря достижению какого-то коллективного решения или выработке какого-то коллективного мнения”, которое не является каким-то единодушным мнением и не обязательно - мнением большинства. Оно может пониматься как центральная тенденция, установленная в борьбе между отдельными мнениями. В этом процессе мнение какого-либо меньшинства может оказывать гораздо большее влияние на формирование коллективного мнения, чем взгляды большинства. Общественное мнение всегда движется по направлению к какому-то решению, пусть даже оно и не бывает единодушным…

Качество общественного мнения в большой степени зависит от эффективности общественной дискуссии. В свою очередь эта эффективность зависит от доступности и гибкости механизмов массовой коммуникации, таких, как пресса, радио, общественные собрания. Основой их эффективного использования является возможность свободной дискуссии”.

Важно лишь не путать подобную дискуссию с пропагандой. Ибо “пропаганда - умышленно спровоцированная и направленная кампания с целью заставить людей принять данную точку зрения, настроение или ценность.

Её особенность состоит в том, что, стремясь достичь эту цель, она не предоставляет беспристрастного обсуждения противоположных взглядов.

Первичной характеристикой пропаганды является попытка добиться принятия какой-то точки зрения не на основе её достоинств, а апелляцией к каким-то иным мотивам, играя на эмоциональных установках и чувствах.

Пропаганда стремится вызвать скорее коллективное, чем только лишь индивидуальное действие. Налицо попытка создать некое убеждение и добиться действия в соответствии с эти убеждением. С этой точки зрения всякий, кто проповедует какое-либо учение или стремится распространить какую-либо веру, является пропагандистом…

Основные способы достижения целей пропагандой:

— подтасовка фактов и предоставление ложной информации;

— использование внутригрупповых-внегрупповых установок, стремиться заставить людей отождествить его взгляды с их внутригрупповыми настроениями, а противоположные взгляды - с их внегрупповыми установками;

— использование эмоциональных установок и предрассудков, которыми люди уже обладают”.

Подводя итог проведённым исследованиям можно сделать вывод о том, что финансовые процессы на рынке не могут быть не подвержены конкретным законам психологии и что можно найти такие способы психологического воздействия, которые смогут если не ликвидировать начинающийся кризис, то во всяком случае значительно его смягчить.

P.S.

Работа была уже полностью завершена, когда вследствие несостоявшегося техдефолта и понижения кредитного рейтинга США разразился новый финансовый кризис, явно обусловленный психологической реакцией биржевиков. Для подтверждения можно привести точки зрения на кризис финансовых специалистов:

— Аналитик “Allianz Росно Управление активами” Ариэл Черный: “Продажи имеют скорее эмоциональную, чем рациональную природу - такие паники обычно не длятся долго. Мы полагаем, что большая часть падения уже состоялась и участники рынка уже ждут повода перестать продавать” (NEWS ru 10.08.2011).

— Директор управления валютных рынков ФГ БКС Павел Андреев “Объективных причин для дальнейшего обвального снижения индексов нет, сейчас рынки падают на субъективной - психологической - реакции на историю с несостоявшимся техдефолтом США и понижением кредитного рейтинга экономики N1. Снижение рейтинга очень переоценено, макроэкономическая ситуация мало чем отличается от того, что было, например, месяц назад. Проблем с ликвидностью нет, большая часть американских статданных не предвещает катастрофы” (NEWS ru 10.08.2011).

Content

А.П.Сарапульцев П.А.Сарапульцев Социально-психологические механизмы биржевых кризисов