Алексей Сергеевич Челноков

Сытый бунт. «Грязное белье» оппозиции

Сытый бунт. «Грязное белье» оппозиции

Серия: Компромат.ru

Издательство: Яуза-пресс

Город издания: М.:

Год издания: 2012

ISBN: 978-5-9955-0463-4

От автора

Оппозиция в России названа внесистемной, потому что состоит из совершенно разнородных частей, как, например, автомобиль, собранный в гараже из бабушкиной кровати, бороны и кофемолки. Единственное ее достоинство заключается в том, что эта причудливая, издающая одновременно визг и грохот конструкция заставляет власть нервно оглядываться. На Болотную площадь вышли рука об руку коммунисты и либералы, фашисты и сексуальные меньшинства, социалисты и националисты, троцкисты и анархисты. Владимир Путин сравнил оппозиционеров с обезьяньим народом бандерлогами, невольно отведя себе роль тридцатифутового питона Каа. В «Книге джунглей» любимый детьми писатель Редьярд Киплинг так рассказывал о бандерлогах: «Они все собираются избрать себе вожака, составить собственные законы, придумать собственные обычаи, но никогда не выполняют задуманного, потому что их памяти не хватает до следующего дня». Увы, эта характеристика как нельзя лучше подходит к внесистемной оппозиции. «Болотные» вожди погрязли в междоусобных склоках. Яростная матерщина этих «европейски культурных» людей была опубликована в кремлевских СМИ. Но самое главное: им недоступны ни «звездное небо», ни «нравственный закон». Главные лозунги наших оппозиционеров: «Обрыдло!», «Требуем перемены блюд!». Однако развернуто объяснить, что «обрыдло» и во имя чего совершать подвиг «перемены блюд», они органически не способны. Они воспринимают окружающий мир посредством вкусовых рецепторов. Как известно, чувство вкуса – самое примитивное из пяти чувств человека, поставляет меньше информации о внешней среде, чем любое другое чувство. По сути дела, исключительная роль этого чувства – выбирать и оценивать пищу и напитки. Как ни парадоксально, внесистемную оппозицию породил сон разума и совести власти. Они – два вещества одной сущности. И Кремль, и «бандерлоги» реализуют один так называемый проект «винегрет-идентичность». Утром проводится политика просоветская, вечером – анти-, днем – пророссийская, завтра – антироссийская, в полдник – прозападная, а после завтрака – антизападная, смотря что выгодно. И те, и другие находятся под одной властью, которую знаменитый русский публицист Василий Розанов еще в начале прошлого века называл «властью гнилых чувств». При этом главной остается линия гримированного неосталинизма. Постсоветская Россия – единственное в мире государство, в котором одновременно действует и левостороннее, и правостороннее идеологическое движение. Иногда кажется, что страна живет, точнее, доживает, под лозунгом «Добро пожаловать немецко-фашистским захватчикам!» Такая шизофреническая политика соответствует интересам и Кремля, и Болотной площади, ибо, разрушая всякую систему координат, ликвидируя точки отсчета, она снимает вопрос об ответственности за прошлое, настоящее и будущее, «потому что их памяти не хватает до следующего дня». Наверное, будь сейчас президентом Анпилов или Лимонов, Путина пригласили бы на Болотную площадь – он ведь тоже время от времени говорит правильные слова о демократии. Почему бы не собрать всех, кто хорошо говорит, независимо от того, что они делали раньше, делают сейчас и что намерены делать в будущем. Торжествовать победу амнезии над политической репутацией, историей и здравым смыслом. Начать с чистого листа, будто мы живем не в череде событий, а в компьютерной игре, и, чтобы выиграть, надо всего лишь перезагрузиться и попробовать еще раз. И все это ради иллюзорного единства, которого никогда не было, нет, не будет и быть не может. За последние двадцать с гаком лет в России созрел гумус цветных революций. Боевики и наемники локальных войн, политические ультрас – левые и правые радикалы, теневые финансовые структуры. И при этом внесистемная оппозиция ведет политические игры, призванные загипнотизировать избирателей честными словами о демократии. Бороться вместе с одними национал-большевиками против других можно только в одном случае – ради власти как таковой. Ненависть власти к своим оппонентам не есть свидетельство безупречной правоты самих оппонентов. В расколовшихся коммунистических или профашистских структурах ненависти друг к другу ничуть не меньше, но стороннему человеку не остается ничего другого, как повторить за классиком: «Чума на оба ваши дома»!

Часть I

«Болотные» вожди

Оргиянайзер Немцова

Борис Немцов – провинциальный плейбой, пляжный бонвиван и ловелас, он, разумеется, сразу не смог найти общий язык с конкретными ребятами из питерской чеки. Приписываемые ему задатки «брачного афериста» делают его фигурой номер один во внесистемной оппозиции.

В своей книге «Провинциал» Борис Немцов когда-то честно написал, что «восхищается женщинами», уточнив, что от зрелища грациозной женской фигуры у него «мурашки бегут по коже».

Мурашки забегали у Немцова сразу же, как только он очутился в Белом доме. В своей приемной вице-премьера он обнаружил двух очаровательных девушек: шатенка и блондинка. Обе длинноногие, больше походившие на фотомоделей, а не на секретарей-референтов.

Новая секретарша Немцова Наталья Самойленко произвела неизгладимое впечатление не только на своего шефа, но и, как отмечала «Комсомолка», вызвала настоящий фурор во всем Белом доме. Чиновники мечтали попасть в приемную Немцова, чтобы хоть одним глазком взглянуть на эффектную девушку. Посмотреть было на что…

Под стать Наталье была и вторая секретарша вице-премьера – Ольга Пекло. Прибалтийские выговор и шарм этой блондинки доводили до исступления многих коллег по работе Бориса Ефимовича, как, впрочем, наверняка и его самого.

Словом, таких блистательных секретарш в Белом доме еще не видывали. Они словно сошли с подиума какого-то престижного конкурса красоты, что было недалеко от истины. Только «конкурсы» эти не были рассчитаны на широкую публику, а проводились в закрытом пансионате «Лужки», и кастинг длинноногим красавицам устраивала служба безопасности ОНЭКСИМбанка.

Помнится, бывший нижегородский губернатор Немцов на заре своей карьеры высокопоставленного чиновника федерального уровня уже влипал в секс-скандал, связанный с просмотром стриптиза в потанинском «доме отдыха». Последствия такой неосторожности были печальны. Давно почивший в бозе журнал «Люди», финансируемый «Менатепом», в 1998 году разразился фоторепортажем изнутри тех самых «Лужков» и угрозами обнародовать видеосъемку оргии с участием элитных стриптизерш и молодого вице-премьера.

Скорее всего, это был блеф. Но переполох в ОНЭКСИМе случился нешуточный. Скандальную пленку пытались выкупить у главного редактора журнала «Люди» Бориса Утехина, что привело к его отставке. В итоге политический стриптиз так никто и не увидел, а Немцов чудом избежал участи «голого министра» Ковалева.

Вот как сам Борис Ефимович вспоминал об этом неоднозначном эпизоде своей биографии в интервью «Московскому Комсомольцу»: «С девушками в бассейне я, к сожалению или к счастью, не был. По всей видимости, все-таки к счастью… А теперь как все было: мы там просто сидели за столом, и я пил, как сейчас помню, минеральную воду с лимоном. Выступала суперпопулярная в 70-е годы группа «Самоцветы» под руководством Маликовых-старших. А я сидел и спокойно разговаривал с их сыном Димой. А потом неожиданно после «Самоцветов» вышли девушки и стали раздеваться. Я, честно говоря, это душераздирающее зрелище долго вынести не мог и поэтому спокойно ушел спать через полчаса. Если честно, я вообще не люблю стриптиз. По всей видимости, это все-таки больше нравится сексуально озабоченным людям, которые не имеют возможности увидеть обнаженное женское тело в более приватной обстановке. Я к таким себя не отношу…».

Судя по всему, в ОНЭКСИМе учли эти слова вице-премьера и не замедлили предоставить ему такую «возможность».

Случайно в распоряжении журналистов оказалась записная книжка одной из секретарш Немцова – Ольги Пекло (в девичестве Дуткевич, 1972 г. рожд., уроженка г. Даугавпилса, гражданка Литвы с 1994 г.), – которую она вела в 1998 году, и записи в ней отчасти проливают свет на ту давнюю и весьма скандальную стриптиз-историю.

Обложка этой записной книжки уже говорит о многом. Еще больше говорит запись, сделанная Ольгой на одной из первых же страниц своего телефонного поминальника. Бучумов Валерий Петрович – это руководитель службы безопасности ОНЭКСИМбанка. Вместе со своей женой Натальей Кая этот бывший сотрудник одного из управлений КГБ выполнял самые деликатные поручения Владимира Потанина, в том числе якобы занимался и подбором «спецконтингента» («девушек по вызову») для культурного досуга олигарха и его друзей. Вместе с тем Наталья Кая (кстати, бывший сотрудник ОТУ КГБ и руководитель частного охранного предприятия ТОО «Форт»), если верить данным службы безопасности группы «Мост», лично курировала подбор секретарей для зарубежных поездок Потанина. На самом деле это называется «эскорт-услуги», и занимаются этим весьма прибыльным бизнесом весьма дорогостоящие проститутки, которых предоставляют богатым путешественникам элитные интимагентства.

Судя по всему, подбором «секретарш» для вице-премьера Бориса Немцова также занималась эта довольно странная супружеская парочка бывших работников спецслужб. На это щепетильное обстоятельство непрозрачно намекает слово «КАССА» в перечне телефонов службы безопасности ОНЭКСИМА в книжке Ольги Пекло. Но с какой стати сотрудники СБ частного коммерческого банка решали вопросы подбора кадров для секретариата вице-премьера Правительства РФ?

Красавицы-секретарши могли, конечно, достаться Борису Немцову как бы в наследство от Владимира Потанина, который в 1996 году короткое время тоже занимал кресло вице-премьера в Белом доме. Поговаривают, что Немцов даже сидел в том же кабинете, что и Потанин. Хотя это самое простое объяснение вряд подходит для данной ситуации.

Поскольку, если верить записям Ольги Пекло о личных расходах, получала она зарплату на своей скромной должности, превышающую оклад своего шефа – вице-премьера Бориса Немцова. Да и машину с квартиркой смогла прикупить сразу же после того, как попала в немцовскую приемную. К тому же записная книжка Ольги пестрит телефонами дорогих салонов красоты, фитнес-центров, записями о ее загранпоездках. Только на мизерную зарплату секретарши позволить все это было невозможно. А муж Ольги, насколько мы знаем, преуспевающим коммерсантом не являлся.

Напрашивается один вывод: секретарша Немцова явно имела дополнительные доходы. И не получала ли она их в той самой «КАССЕ» ОНЭКСИМбанка?

Но за что, собственно, могли приплачивать простой девушке Потанин и К°, чьи телефоны, кстати, также широко представлены в ее записной книжке. Судя по этим и другим записям, контакты с руководством ОНЭКСИМа Ольга поддерживала более чем тесные.

Секретарша любого высокопоставленного чиновника всегда в курсе документооборота, в центре которого находится ее шеф. И понятно, что многие бы были крайне заинтересованы, чтобы своевременно дать на подпись вице-премьеру Российского правительства ту или иную бумагу. Словом, своя секретарша в приемной столь крупного госчиновника, коим являлся в свое время Борис Немцов, – это находка для грамотного лоббиста, даже можно сказать, золотая жила.

Вместе с тем Борис Немцов был вхож в ельцинскую «Семью», о чем свидетельствуют прямые контактные телефоны ее ярких представителей, которые мы также можем видеть в записной книжке Ольги Пекло. А такие телефонные номера даже сами по себе дорого стоили, не говоря уже о том, что Немцов мог решать с Дьяченко или Юмашевым какие-то вопросы в интересах Потанина, под приглядом секретарши, опять же нанятой на работу СБ ОНЭКСИМбанка. Вот такие любопытные завязочки получаются.

Кроме этого, Владимир Потанин имел, судя по всему, большие виды на Немцова, постоянно привечая его в «Лужках». К примеру, деятельность Бориса Ефимовича на посту госпредставителя в «Газпроме» нередко сочеталась с коммерческими интересами олигарха Потанина. Не исключено, что ОНЭКСИМбанк приложил массу усилий для того, чтобы молодой перспективный политик занял место главы «Газпрома» Рэма Вяхирева. И случись бы это назначение, от которого Немцова отделяли на самом деле считаные месяцы (помешал дефолт 1998 года), какие же широкие перспективы для бизнеса Потанина открылись бы тогда?!

Словом, великий смысл в том, чтобы иметь при вице-премьере Немцове прикормленную секретаршу, для Потанина, конечно, был. К тому же Борис Ефимович – мужчина молодой, в самом соку, а жена далеко – осталась почему-то в Нижнем Новгороде, в Москву за мужем не поехала. Мало ли что могло между младореформатором и аппетитной секретаршей произойти в долгие вечерние часы сидения на работе, а потом пригодиться все той же службе безопасности ОНЭКСИМа в виде компромата. Вице-премьеры – они такие же живые люди…

Ставили ли Ольге ее истинные начальники из службы безопасности ОНЭКСИМбанка задачу удовлетворять шефа в том числе и сексуально – сказать трудно.

Но о взглядах секретарши Немцова на проблему, которую у американцев принято называть «харрасментом», мы можем судить по далеко не служебным записям в ее телефонной книжке. К примеру, там есть такая: «Ссылка на брак не может служить поводом уклонения от любви (Стендаль)».

Или вот еще: «Когда ты целовал меня, ты целовал меня своей душой, а не губами. Ты взял меня, раньше никто меня так не брал. Ты можешь делать со мной все, что хочешь, только не отдавай меня кому-нибудь другому. Оставь меня себе. Я уйду от…, я могу уйти от кого угодно, только не от тебя. А сейчас оставь меня, потому что никто…, никто не мог меня удержать раньше».

Относится ли эта откровенная запись к Борису Ефимовичу Немцову – также сказать невозможно. Об этом знает только Ольга. Но ведь зачем-то она написала ЭТО в своей служебной телефонной книжке вместе с телефонами спецкоммутаторов, водителей служебных машин, охранников и проч., рядом с телефоном жены Немцова Раисы, наконец.

Нас не волнует вопрос: «Было или не было?». Это пусть близкие родственники выясняют. Ничего личного. Но любая секретарша высокопоставленного политика – заложница его политической карьеры. Никто ведь не заставлял.

А все к тому, что политикам надо бы в решении деликатных кадровых вопросов поаккуратнее быть. Мало ли что потом секретарше взбредет в голову написать в своей телефонной книжке.

//- * * * -//

Через несколько лет Фонд исследования проблем демократии опубликовал доклад «Внесистемная оппозиция и коррупция». В нем отмечаются: коррупция лидеров оппозиции на государственной службе; подкуп внесистемной оппозиции из-за рубежа; коррупционный обман избирателей; подкуп политических партий и воровство партийных фондов; финансирование внесистемной оппозиции экс-олигархами и рынок услуг для коммерческих структур.

Как указывается в докладе, «оппозиционная ныне российской власти «Новая газета» в августе 1997 года публиковала материалы о коррупционном поведении Б. Немцова. Из опубликованных расшифровок записей телефонных переговоров первого вице-премьера Правительства России с Сергеем Лисовским следует, что Немцов пытался получить с бизнесмена гонорар в 100 тысяч долларов за книгу «Провинциал» объемом 115 страниц текста. Для легализации данных средств он попросил Ельцина «попридержать» на несколько дней указ об обязательном декларировании чиновниками своих доходов: Немцову просто-напросто опаздывал денежный перевод».

На сайте «Русский курьер» можно было ознакомиться с материалами о роли Бориса Немцова в приватизации Навашинского судостроительного завода: лучший друг Немцова, практически руководивший во времена его губернаторства всей экономикой области, – Андрей Климентьев – приватизировал Навашинский судостроительный завод. Возродить предприятие Климентьев решил за счет кредита. И Немцов помог ему получить кредит Минфина под гарантии бюджета Нижегородской области. Что дальше произошло между друзьями, доподлинно знают не многие. Сам Климентьев рассказывал, что Немцов много возомнил о себе, и решил забыть, на чьи деньги он избирался, и проявить самостоятельность.

Люди, близкие к Немцову, говорят, что, наоборот, Климентьев решил, что может помыкать губернатором, говорится в докладе. Климентьев стал инициатором расследования по кредиту Минфина. «Два миллиона долларов из этого кредита, вопреки условиям кредитного договора с Минфином, были положены на депозит в банк другого друга Немцова – Бориса Бревнова. Когда Климентьев потребовал эти деньги на выполнение инвестиционной программы, банк ему их выдать отказался, тогда он и пожаловался в Минфин на нарушение условий кредита. Позже уже осужденный А. Климентьев написал заявление в Генпрокуратуру о том, что брать взятки его вынуждал тогдашний губернатор Б. Немцов. Он же, по словам Климентьева, и забирал львиную долю мзды».

В другом материале «Русского курьера» собрана подборка материалов в различных печатных и сетевых СМИ о финансовых скандалах с Немцовым в ходе его работы в правительстве, в бизнес-структурах и партии.

«В 1993 году, – рассказывает «Русский курьер», – государство выдало компании «Мобильные телесистемы» (торговая марка МТС) лицензию на работу в стандарте GSM 900 в Москве и Московской области. Борис Немцов своей волей распорядился выдать лицензию на работу в частотном диапазоне GSM 900 КБ «Импульс» (дочерней фирме компании «Вымпелком»), то есть «БиЛайну». Без всякого конкурса Борис Немцов продал данные частоты. Но удивительна судьба денег, вырученных государством в результате этой сделки. Четвертого августа (к слову, до дефолта оставалось ровно две недели), выступая на публике, г-н Немцов заявил, что Российское космическое агентство очень нуждается в средствах – срываются сроки, в которые должен быть изготовлен российский сегмент международной космической станции».

Борис Ефимович обрадовал общественность тем, что деньги на это найдены – 30 миллионов долларов, которые «Вымпелком» готов заплатить за частоты GSM 900. Вырученные средства пойдут на строительство МКС. Однако деньги, а точнее их большая часть, как выяснилось позже, на благое дело не пошли. Когда в конце 1998 года у руководителя Российского космического агентства спросили, сколько денег они получили от сделки, которую провернул Борис Немцов, глава РКА честно признался – 7 миллионов долларов. – А еще 23 миллиона? – поинтересовались журналисты. Тому лишь оставалось развести руками. При этом президент «Вымпелкома» Дмитрий Зимин не раз говорил о том, что «готов подтвердить факт уплаты 30 миллионов долларов с бумагами в руках».

По сообщениям СМИ достаточно сомнительной является и деятельность концерна «Нефтяной», куда перешел работать Б. Немцов: «Общий объем контролируемых активов «Нефтяного», – сообщает «Русский курьер» – до $300 млн. Немцов поддерживает близкие отношения с президентом концерна «Нефтяной» Игорем Линшицем.

Ранее концерн «Нефтяной» регулярно оказывал финансовую помощь СПС. В декабре 2005 года прокуратура провела ряд обысков в банке. Следователи обнаружили факты, которые, по их мнению, доказывают причастность «Нефтяного» к проведению незаконных операций и отмыванию средств. В ходе обысков силовики изъяли в подвале банка документы и серверы, которые якобы «использовались для незаконных сделок». «Найденные бумаги могут стать подтверждением использования банком подложных документов фирм и их счетов для совершения незаконных банковских операций и легализации денежных средств», – заявляла в декабре 2005 года Генеральная прокуратура.

Кроме того, как рассказывает в своих материалах «Русский курьер»: «В «Нефтяном» было найдено около двух десятков печатей ряда организаций, которые участвовали в незаконных финансовых операциях. Проанализировав полученные доказательства, прокуратура выдвинула обвинения против руководства банка. По мнению следствия, «Нефтяной» занимается незаконной деятельностью начиная с 2000 года». После обысков в банке «Нефтяной» председатель его совета директоров Борис Немцов покидает свой пост.

В коррупции Б. Немцова обвинял и главный редактор оппозиционного радио «Эхо Москвы» А.Венедиктов. В своем интервью порталу «Полит. Ру» он заявил, что не понимает смысла подарка Немцову. Речь идет о некоем пакете акций «Эха», который Альфред Кох предложил в дар Борису Немцову, лидеру СПС. Немцов якобы уже дал согласие и вступил в переговоры с «Газпром-Медиа». По мнению Венедиктова, «подарок в сотни тысяч долларов во всем мире называется взяткой и коррупцией».

«Интересно отметить, что одним из последних фактов коррупции и нарушений в области финансирования выборов, связанных с одним из лидеров российской внесистемной оппозиции – Б. Немцовым, произошли уже во время подготовки данного доклада. В российских средствах массовой информации широкое освещение получила история со встречей кандидата на пост мэра города Сочи – Б. Немцова с представителями корейской диаспоры. В видеопленке, показанной по телевидению и размещенной в Интернет, хорошо слышно, как он соглашается принять предложенные ему 200 000 долларов и даже готов содействовать в переносе части Олимпиады в Корею. Процитируем эти материалы: «В распоряжение портала «Life.ru» попала видеозапись этих секретных переговоров Бориса Немцова, цель которых – выбить деньги, чтобы получить голоса избирателей. В обмен на финансовую поддержку кандидат в мэры пообещал свое содействие двум корейских бизнесменам из краснодарской диаспоры в получении выгодных олимпийских контрактов:

– Я вам сильно помогу!

Голос Немцова звучит уверенно, его голос не дрогнул ни разу. Обещания содействовать бизнесменам в случае избрания его мэром он раздает как должное.

Еще не заняв кресло градоначальника, Немцов уже погряз в коррупции.

Фрагменты аудиозаписи его переговоров с корейцами:

Шум улицы. Корейцы с Немцовым усаживаются в желтый автобус.

Кореец: Мы представляем корейскую диаспору…

Немцов (перебивая): Ну, сколько можете дать?

Кореец: Ну, мы рассчитывали до 200 тысяч…

Немцов: Чего?

Кореец: У-е. По вашей программе, насколько мы слышали, что вы хотите перенести часть объектов Олимпиады…

Немцов: Здесь никто ничего не сделает… Слушай, давай ближе к делу…

Кореец: Конкретно мы готовы выйти на многозначную сумму.

Немцов: Мое предложение такое – я стану мэром, я вам сильно помогу. Олимпиаду перенести в Корею – нормально? Я не могу вам стопроцентную расписку дать, но я вам сильно помогу. На всех встречах говорю – завалите Олимпиаду с блеском, поэтому ее нужно перенести.

Кореец: Но разве поддерживает МОК такую программу?

Немцов: Бюджет Олимпиады 15 миллиардов долларов – кто платил, тому и давали. Я знаю, кто деньги коробками тогда носил… Нам грозит кризис, гуманитарная катастрофа, транспортный коллапс… Мы сделаем вещь, которую от нас не ждут – мы позвоним всем жителям Сочи! Будет call-центр свой, он уже есть. Это они остановить не могут, потому что это телефон. Эффективность, эксперты мои говорят, каждый третий звонок – плюс голос. Мы можем дополнительно получить около 30 тысяч голосов. 30-40 тысяч! Поэтому, если вы мне дадите бабки, я их потрачу, чтобы «забомбить» людей по телефону. Это очень круто!

Могу сказать даже, по какому тарифу мы с ними разговариваем. Минута разговора с человеком – 200 рублей. 120 тысяч абонентов, каждый минимум по 5 минут, получается 600 тысяч минут, это как раз те 200 тысяч. Так что, если бабки даете, прямо завтра начинаем. У меня были все эксперты-политологи, они сказали: только телефонный обзвон. Они предпочитают стационарный, потому что в основном попадаешь на домохозяек, на бабушек, т. е. на тех, кто на выборы ходят. Поскольку им делать не х…, этим бабушкам, они по телефону любят поговорить – это очень эффективно.

Кореец: Ладно, мы вечером созвонимся.

Немцов: И решение примем…

Кореец: Хорошо, до свидания.

Эта запись имела большой резонанс, а ряд коллег Б. Немцова выступили с заявлениями о том, что запись была отредактирована, что в действительности он не обещал перенос Олимпиады. Вне зависимости от трактовок этих отдельных фраз, запись однозначно показывает, что лидер внесистемной оппозиции был готов получить незаконное финансирование в обмен на свою «помощь» после избрания на пост мэра».

Генератор фондовой пены

О том, что Борис Немцов очень «эффективный управленец и менеджер» ходит довольно много легенд, которые складывались годами. Сначала был сформирован миф об «успешном губернаторе Немцове». Только никто не мог понять, а объяснять никто не спешил, куда же в области, при «успехах» подевалось сельское хозяйство и промышленность? Затем нам всем сообщили о Немцове, как об очень успешном члене Правительства молодых в ту пору реформаторов. Закономерным итогом их работы, как известно, стал августовский дефолт 1998 года. Последний стереотип о бизнесмене Немцове лепили после его ухода из политики на коммерческое поприще. Особенно любопытно осознавать «эффективность» Бориса Ефимовича после его слезного признания о том, что он все свои деньги проиграл на бирже…

«Борис Немцов – исключительно талантливый управленец, доказавший, в частности, это своей блестящей работой на посту губернатора Нижегородской области и первого вице-премьера РФ» – в свое время, комментируя приход Немцова в бизнес, нахваливал своего приятеля советник Чубайса – Леонид Гозман. На чем основано подобное утверждение, кроме теплых чувств Гозмана к Немцову, – неизвестно. Ведь активность Немцова хоть в политике, хоть в бизнесе неоднократно завершалась скандалами. Одной из самых заметных неудач «эффективного и талантливого» управленца явилось форменное прогорание на фондовых рынках.

По его собственному признанию из-за биржевого обвала он потерял довольно много денег. «Я потерял 75%. Я не скажу, какая была сумма», – жаловался Немцов в феврале 2009 года, хотя осенью 2008 года хвастливо признавался: «В общей сложности сейчас в российских бумагах у меня $1 млн». Так что нетрудно посчитать его личный «коэффициент эффективности».

Хотя Борис Немцов с упоением вспоминает, свой спекулятивный рекорд в 200 тысяч рублей, заработанных им за один день. При этом Борис Ефимович в своих финансовых неудачах на бирже (читай, в казино) винит вовсе не себя, а рынок, который, по его словам, «рушит все представления об экономике и финансах». Какая была проблема скинуть все ценные бумаги до тотального биржевого обвала – неизвестно.

«В целом, я провалился, как и весь рынок», но «могу заработать в день, ну, 10 тыс. рублей». Для Немцова, привыкшего, не особо утруждаясь, жить с барским размахом, такая сумма – настоящее падение на дно. И повод для паники. Ведь не случайно же его, пусть и в образе лоботряса, промотавшего папенькино имение, потянуло в Сочи, где он смог разглядеть шанс поправить свое пошатнувшееся материальное положение. А там, глядишь, можно будет снова на биржу – спекулировать…

Вообще история появления акций различных компаний в портфеле Бориса Ефимовича уходит корнями в его чиновно-реформаторское прошлое. Пакетик «Норильского никеля» (47 акций на сумму 14 тысяч долларов), например, ему на день рождения (47 лет) преподнес миллиардер Михаил Прохоров. Видимо, за отчаянную «борьбу» Немцова с олигархами.

Однако наибольшую гордость Немцова в «инвестиционном портфеле» составляет самое первое приобретение – пакет акций «Газпрома». «Думаю, Уоррен Баффетт [1 – известный биржевой спекулянт. – Авт.] одобрил бы мои инвестиции в «Газпром» в 1998 г., – похвастался однажды Немцов. – Тогда я купил акции по $0,1 на $50 000, и их цена выросла больше чем в 100 раз». «И заработал я в свое время именно на «Газпроме», – похвалился Немцов.

Вот с этого места, что называется, надо бы поподробнее, поскольку обстоятельства приобретения акций «Газпрома» Немцовым «на 50 тысяч долларов США» были весьма и весьма примечательными. Вопрос, откуда у Немцова – до 1998 года сидевшего на государственной службе – возникла свободная сумма в 50 тыс. долларов США хоть и требует пояснений, но он вторичен. Куда интереснее участие Немцова в атаке на «Газпром», которая собственно и обвалила цены на акции.

Итак, 1998 год. Жаркое лето. Младореформаторы, строго следуя инструкциям Международного валютного фонда (МВФ), прониклись настоятельной рекомендацией МВФ – расчленить естественные монополии, в первую голову «Газпром». Казна при этом была «дырявая» – в стране правила бал «семи-банкирщина», которая уплату налогов государству считала почти что дурным тоном. И у младореформаторов возникает вполне благовидный и понятный для народа предлог для атаки на «Газпром» – платите, дескать, налоги. Объяснять согражданам, что такая атака – всего лишь дословное следование запискам, меморандумам и письмам внешних управляющих из США, которым газовый гигант, как базовая составляющая экономики России, стоял поперек горла, понятное дело, никто не стал. Но именно на это указывали эксперты НИИ Социальных систем при МГУ им. Ломоносова.

Еще в 1996 году, оценивая постоянно звучавшие требования МВФ о важности дробления «Газпрома», аналитики констатировали, что «если расчленить «Газпром» ради нищенских кредитов МВФ, то экспортный потенциал России значительно ослабнет». По их мнению, «на мировых рынках энергоресурсов выдерживают конкуренцию только гигантские транснациональные компании типа «нефтяных сестер».

И было понятно, что атаки для изгнания газовой империи с рынков, будут только нарастать. Формула МВФ была проста: мы вам западные кредиты, а вы за это, например, убираете «Газпром» с глобального рынка. Наглость такого разрушительного подхода к интересам России бросалась в глаза, но отнюдь не смущала либералов-чиновников.

«Если же распорядительный директор МВФ М. Камдессю за кредит в сумме каких-то 330 млн долл. в месяц потребует от правительства Великобритании расчленить транснациональную компанию ICI, скорее всего на следующий же день у МВФ будет новый директор», – логично заметили эксперты НИИ.

У нас же, наоборот, ретивые младореформаторы собирались свалить «Газпром». Что им за это обещали, кроме увеселительных поездок (под предлогом лекций) по США, – не так уж и важно. Важно, что удар готовился основательный. Так, 13 мая 1997 года указом больного Президента РФ была сформирована коллегия представителей государства в «Газпроме» во главе с Борисом Немцовым, дабы выяснить, как там все выглядит «изнутри». Потом, правда, президент, одумавшись, Немцова оттуда выставил. А уже летом 1998 года, незадолго до дефолта, всех ошеломила новость: государство в лице кабинета юных министров расторгло трастовое соглашение с «Газпромом», а на имущество компании наложен арест.

Сообщение вызвало шок и панику, в том числе на столичной и лондонской биржах – акции «Газпрома» со свистом полетели вниз. Дело дошло до того, что Президент Ельцин, очнувшись, вмешался и своей волей заблокировал всю авантюру. Он вполне понятно заявил, что «сила государства зависит от силы «Газпрома». (Немцов, видимо, это запомнил надолго и по сей день играет против «Газпрома» – строчит опусы-доклады и желает компании всяческого поражения). Словом, ситуацию в 1998 году, хоть и с огромным трудом – выравняли. Государственная Дума, однако, была вне себя! Когда запахло жареным весьма основательно, Егор Гайдар принялся прикрывать своим соратникам заднее место, поскольку это были уже не проколы и ошибки, сделанные по незнанию, а вполне сознательные действия, гробившие российский газовый гигант.

Гайдар под давлением общественного мнения вынужден был признать существование требования МВФ о «расчленении» «Газпрома». Но всплыла одна любопытная деталь, которая придавала всей ретивости младореформаторов несколько иной смысл. Оказалось, что такое «условие Фонда ни в коей мере не является жестким», – поведал Гайдар. То есть кредиты дали бы и без атаки на «Газпром» и обрушения акций!

Вот так стала очевидна масштабная спекулятивная операция, реализованная молодыми дарованиями в высоких креслах, причем с использованием служебного положения в интересах частных лиц.

Схема проста: высокие чиновники атаковали компанию – биржи в шоке – акции уходят вниз – скупаем по дешевке – выравниваем и, конечно же, подсчитываем личный барыш. Об этом, конечно, догадывались, расследование если кто и проводил, то спецслужбы и то без огласки. И все, возможно, осталось бы шито-крыто, но спустя годы проговорился о своем счастье Борис Немцов, который и поделился с прессой, как он удачно «наварил» на «Газпроме», купив акции в 1998 году за копейки, а скинув их в 2003-м по весомой цене. При этом Немцов ни траншей не рыл, ни труб не укладывал, а приварок в 10 000% приятно грел самолюбие. И никаких моральных экивоков. Впрочем, логика шатавшегося в канун дефолта кабинета министров Сергея Кириенко была, по всей видимости, проста – уходить, так с пользой для себя, любимых. Дефолт, как война, он все спишет! И дефолт не только все списал, но и никто наказан не был. Как и в случае со спекулятивной атакой на «Газпром»…

Тяга к легким деньгам у Немцова с годами, по всей видимости, возросла. А навыки «подрыва» (вверх или вниз) фондовых трендов только укрепились. И по состоянию на 2007 год биржевой спекулянт Немцов сформировал себе «на бедность» инвестиционный портфельчик, где доминирующее положение составляли акции теперь уже несуществующей РАО ЕЭС.

Наличие в общественном мнении стереотипа о Немцове как о человеке, весьма близком к Анатолию Чубайсу, делало участие Немцова в биржевых спекуляциях вполне пригодным инструментом в качестве инсайдера. Достаточно изучить торги акциями РАО ЕЭС, накануне принятия протокольного решения акционерами об окончании деятельности корпорации в том виде, в котором она существовала. За несколько дней до слезливых репортажей о ликвидации империи Чубайса на фондовом рынке разыгралась целая драма, связанная с именем Немцова, где выжимались последние спекулятивные рубли из того, что вот-вот перестанет существовать.

То ли дело было в 1998 году! Раздолье! Сами рынок волевым решением обвалили, накупили пакетов акций по дешевке, потом дали «позитивных новостей» и нарастили капитализацию личных инвестиционных портфелей. Но прошли годы, и пришло очередное карьерное разочарование: ни Джорджа Сороса, ни Уоррена Баффетта из Бориса Немцова, похоже, так и не получилось. Операция 1998 года с акциями «Газпрома» – это, похоже, все, что у Немцова получилось. То же самое, пожалуй, и в политике – самостоятельно, без кремлевского плеча, дела не шли и не идут. Даже при ликвидации партии Немцову, несмотря на его решимость спасти СПС, никто из соратников не поверил. И, видимо, уже не поверит, поскольку глобальный кризис оказался полезен для общества тем, что сбил всю спекулятивную пену в отстой.

//- * * * -//

К новому митингу оппозиции Борис Ефимович готовился на элитном пляже в Арабских Эмиратах, писали Lifenews. «С 25-летней возлюбленной политик не расставался ни на минуту – сексуальную активность горячие пески Персидского залива только подогревали, – отмечал репортер. – Политическая, впрочем, тоже не остывала. На завтрак пассия Немцова предпочитала роллы со свежевыжатым ананасовым соком».

На отдыхе у Немцова было время подсчитать народные пожертвования единомышленников. Сотни российских граждан два месяца, чтобы помочь борцу за справедливость напечатать оппозиционные исследования, добровольно перечисляли средства в электронный кошелек, кто сколько может.

На выпуск книг Борис Ефимович собрал 320 тысяч рублей – аккурат уложился за недельное проживание в шикарном номере для двоих в отеле Zabele Saray.

– Это новый роскошный VIP-отель, построенный на пальмовом острове, – поделилась с Life News сотрудница туристического агентства. – В Zabele Saray есть все, что необходимо для хорошего отдыха! Номер напоминают покои султанов, кухня только свежайшая: 16 ресторанов для самых прихотливых гурманов. Гостиницу построили специально для элиты, на последнем этаже гостят члены семьи самих шейхов. Все на высочайшем уровне, поверьте мне.

В серьезные испытания на пляже Арабских Эмиратов 52-летний лидер «Парнаса» взял с собой верную спутницу последних тусовок – Анастасию Огневу. Персонал перешептывался: «Это же известный политик из 90-х», но раскованного поведения в стиле Прохорова горничные и постояльцы отеля так и не дождались.

Пара практически не выходила из райского гнездышка, устав от общения с русскими туристами – электорат, как-никак. Ужин из ресторана заказывали в номер: изыски японской кухни и местные морепродукты из Индийского океана. На завтрак выбирались к обеду, закат встречали на балконе.

Ночь в царских апартаментах grand deluxe отеля на искусственном острове Jumeira Palm с видом на океан в новогодние каникулы стоит более 500 тысяч рублей. И хотя выложить полмиллиона для политика не деньги, Немцову и «Рыжей», как ласково называет свою подружку Борис Ефимович, сделали скидку на романтическое путешествие. Только вот последнюю официальную жену в рай не позвали, оставили в замерзшей Москве.

– Я очень рада за него, он счастлив рядом с ней, – рассказала Life News одна из жен политика Екатерина Одинцова.

Муза российской демократии засветилась в агентстве Ecscortmodeli, а Борис Ефимович давно искал себе вип-девушку для поездки в Израиль. Фортуна в виде богатого революционера, похоже, действительно улыбнулась золушке – у Насти в Израиле живут бабушка и дедушка. К слову, выбрать себе спутницу в элитном клубе знакомств можно по национальности, наличию виз и высшего образования.

«Всесторонне развитые таланты наших вип-девочек способны обеспечить не просто развлечение», – обещает сайт, где до знакомства с политиком «Рыжая» висела на доске почета, среди прочих вип-моделей.

«Подругу» в эскорт-сервисе можно найти даже с титулом из мира красоты – были бы деньги.

– Ценовая политика зависит от уровня девушки, стартовая сумма – тысяча долларов, – поделилась с Life News менеджер агентства Александра. – Второй состав, более дорогой, уже от полутора тысяч условных единиц за вечер.

Ясно одно, девушка из провинции покорила не только Москву, но и сердце, заодно с кошельком, столичного политического деятеля.

После отпуска с любовницей на побережье Индийского океана Немцов вновь приступил к работе – к борьбе за справедливость, ведь это же нечестно, что его избирателям недоступен такой отдых.

«Миша-два процента»

Михаил Касьянов сел меж двух стульев, точнее – кресел. Одно – премьерское – в Москве, другое – Березовского – в Лондоне. Получил такой удар под зад, что в мгновение ока очутился на улице.

Доклад Фонда исследования проблем демократии «Внесистемная оппозиция и коррупция», в частности, гласит:

«Некоторые из лидеров российской внесистемной оппозиции в свое время работали в структурах государственной власти. Их деятельность сопровождали различные коррупционные скандалы, широко освещенные в российских СМИ.

Опрошенные нами представители оппозиции практически единодушны в оценке бывшего премьер-министра Михаила Касьянова. Большинство из них называют его «коррупционером» в прошлом.

Например, опрошенный при подготовке доклада представитель «Другой России» прямо говорит: «Все слышали, что Михаил Касьянов брал взятки – эти скандалы шли еще, когда он был во власти, я не раз от разных слышал, что Касьянов берет с любой сделки два процента еще в начале 2000-х годов, еще, когда про это даже в прессе не писали и никто его «Миша-два процента» не называл».

Опрошенный представитель «Объединенного гражданского фронта» даже придерживается мнения о том, что его участие – минус для оппозиции: «Касьянов, когда был премьером, какие-то махинации с госдолгом и облигациями проводил, это совершенно точно, тогда даже «Новая газета» – либеральная – проводила специальные расследования, так вот они его фактически уже взяточником называли. Так же и с дачей этой несчастной его, о которой Хинштейну рассказали, – но ведь приватизировал на себя госсобственность, факты подтвердились. Так что участие Касьянова в оппозиции бросает тень на все наше предприятие».

Согласно ст. 2 Конвенции ООН о гражданско-правовой ответственности за коррупцию, под таким видом «коррупции» понимают «просьбу, предложение, дачу или принятие, прямо или косвенно, взятки или любого другого ненадлежащего преимущества или обещания такового, которые искажают нормальное выполнение любой обязанности или поведение, требуемое от получателя взятки, ненадлежащего преимущества или обещания такового».

В Федеральном законе «О противодействии коррупции», принятом Государственной Думой РФ 19 декабря 2008 года, коррупция должностных лиц описывается аналогичным образом: «злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами».

Одним из наиболее скандальных поводов для обсуждения темы коррупции и М. Касьянова стало так называемое «дачное дело». Именно по нему проводилось расследование по факту злоупотребления полномочиями, подлоге, незаконном предпринимательстве и взяточничестве: «Сосновка-1» была приобретена за 11 миллионов рублей. Земля находилась в аренде у фирмы «Эвихон». Тогда делается хитрый трюк. «Эвихон» подписывает дополнительное соглашение, по которому все свои права на аренду земли передает фирме Касьянова. Касьянов подписал последний договор по этой сделке в день своей отставки 24 февраля 2004 года. Рыночная цена одной сотки в Троице-Лыкове – 50 тысяч. Один гектар земли здесь стоит 2,5 миллиона долларов. А у Касьянова – 11,5. Выходит около 28 миллионов долларов. Касьянов же уплатил за все чуть больше миллиона долларов. По самым скромным подсчетам, он заплатил 4 процента от реальной стоимости.

По мнению депутата Государственной Думы Александра Хинштейна, такого рода факты явно относятся к коррупционному поведению: «Здесь целый букет из статей Уголовного кодекса: и злоупотребление полномочиями, и подлог, и незаконное предпринимательство – Касьянов ведь не имел права, будучи премьером, учреждать коммерческие структуры. И, возможно, даже взятка».

Сомнительное появление столь дорогостоящей дачи является одним из наиболее очевидных свидетельств коррупционной практики в контексте государственной службы М. Касьянова. Этот факт относится к сфере понятия «политическая коррупция» и, безусловно, является коррупционной с этической точки зрения.

Таковым оно является и с точки зрения американского законодательства. Например, в 1989 г. Конгрессом США был принят Закон «О реформе Закона об этике», позднее дополненный приказом президента США № 12731 «Принципы этики поведения должностных лиц и служащих государственного аппарата». Чиновники, назначаемые президентом США, не могут получать какой бы то ни было доход в течение всего срока службы за услуги и деятельность, выходящую за рамки непосредственных служебных обязанностей.

Что касается бывших государственных служащих, то ограничение их деловой деятельности действует в течение двух лет после выхода в отставку. Им запрещается выполнять представительские функции при разрешении органами исполнительной власти конкретных дел, которые относились к ведению этого государственного служащего в течение года, предшествующего прекращению его службы. Двухлетний запрет распространяется и на бывших старших чиновников исполнительной власти.

В российских средствах массовой информации также активно другие примеры коррупционных скандалов, связанных с ролью М. Касьянова в различных сомнительных финансовых схемах. Несмотря на то, что большинство из этих материалов носят полемический характер, приведем некоторые из них.

Например, газета «Сегодня» прямо обвиняла М. Касьянова в создании схему увода государственных средств в офшоры.

Оппозиционная российской власти «Новая газета» в свое время также достаточно подробно писала о «странных долговых решениях Касьянова»: «В качестве первого вице-премьера и министра финансов он подписал от имени Минфина договор № 01-01-06/26-311 об уступке требования, а попросту говоря, о передаче права требований по долгу МПС перед Минфином безвестной офшорной кипрской компании «Фелирио Трейдинг компани лимитед» (Felirio Trading Co. Limited): «Если перевести марки, от которых отказался в пользу киприотов Касьянов, в доллары, получится 38,4 миллиона. Чувствуете разницу? Мы им почти 39 млн долл., а они нам за это бумаг на 26 млн долл. 13 млн долл. разницы кому?».

Не меньшее количество публикаций связывает М. Касьянова с «пропажей» стабилизационного кредита МВФ в 1998 году.

Например, в 2005 году «Комсомольская правда» опубликовала журналистское расследование по распределению в дни августовского кризиса Михаилом Касьяновым стабилизационного кредита МВФ «между несколькими олигархическими банками, которые вскоре обанкротились»: «В 1998 году Россия получила очередной кредит в размере 4 миллиардов 800 миллионов долларов на стабилизацию курса рубля от МВФ: суть в том, что банки, получив 4 миллиарда долларов, вместо живых рублей вручили любимому государству гособлигации ГКО и ОФЗ, которые к тому времени превратились в никчемные бумажки и могли использоваться только в качестве обоев. И тут же все крупные банки, провернувшие аферу с кредитом МВФ, начали моментально банкротиться, переводя капиталы в свои более мелкие структуры: сначала Инком, потом СБС-Агро».

Другим громким коррупционным скандалом, связанным с именем Касьянова, стало дело «Мабетекс». Вот как описывала факты газета «Сегодня»: «Уголовное разбирательство в отношении дел «Мабетекс» и «Мерката Трейдинг стало самым громким коррупционным скандалом последних лет не только в России, но и, пожалуй, во всей Европе: в уголовном деле по «Мабетексу», которое вела швейцарская прокуратура кантона Женева, имеются еще три таких же разрешения на оплату по 20 миллионов долларов каждое. И к каждому из них самое прямое отношение имел Касьянов, а на многих документах, подшитых в том же уголовном деле, присутствует росчерк Касьянова».

В СМИ описан целый ряд других «сомнительной финансовой прозрачности решений в пользу конкретных лиц», принятых Михаилом Касьяновым при работе на госслужбе, отмечает «Комсомольская правда», среди них строительство нефтепровода Ангарск – Дацин (утверждается, что в интересах Михаила Ходорковского), контракты с немецкой страховой компанией «Гермес», заключенные им на посту министра финансов.

«Будучи уже премьер-министром России, Касьянов подписал дополнения к межправительственному договору от 1994 года, согласно которым стал возможным перевод долга на коммерческой основе третьим лицам. В результате долг был выкуплен неизвестной коммерческой фирмой «Фалькон», выигрыш от сделки был распределен между РАО «ЕЭС России», погасившим свою задолженность по налогам в 1,35 млрд долл. всего за 550 млн долл., и неустановленными лицами, в числе которых называют и Касьянова».

Газета «Коммерсантъ» в материале 2003 года «Пришли за премьером» подробно рассказывает о деле банка «Траст», в материалах которого фигурировали Михаил Касьянов и близкие к нему люди: «Сотрудники Генпрокуратуры и ФСБ России начали проверку инвестиционного банка «Траст» (ранее – Доверительный и инвестиционный банк), принадлежащего МФО МЕНАТЕП. Как стало известно Ъ, следователей на этот раз интересовали не только финансовые операции, связанные с главой МФО Платоном Лебедевым, но и движение средств на счетах клиентов банка. А среди них – структура, близкая к премьер-министру России Михаилу Касьянову».

«Лондонская «Таймс» опубликовала сенсационную статью под заголовком «Касьянова обвиняют в попытке дать взятку в размере 500 тыс. долларов».

Вот пересказ содержания статьи по-русски, опубликованной в том же году в газете «Сегодня»: «В статье «Таймс», в частности, утверждается, что красноярскому «яблочнику», зампреду бюджетного комитета Госдумы прошлого созыва Виктору Гитину якобы предлагали деньги за то, чтобы он прекратил расследование обстоятельств финансового кризиса 1998 года. Напомним, что Виктор Гитин был арестован 24 марта с. г. в Москве по обвинению в хищении бюджетных средств, позднее он был выпущен под подписку о невыезде. Теперь «дело Гитина» предстанет в новом свете: по сведениям «Таймс», в архиве экс-депутата, изъятом в ходе обыска, есть немало неприятного для нынешнего премьера Михаила Касьянова».

Другое запутанное громкое уголовное дело, в котором фигурирует Касьянов, – дело о хищении в 1997 году $231 млн в МАПО МиГ.

В 2006 году Генпрокуратура объявила в международный розыск бывшего председателя правления Московского инновационного банка Илью Сташевского и бывшего первого зампреда правления Уникомбанка Андрея Глориозова. Они обвинялись в соучастии в хищении в 1997 году $231 млн бюджетных средств, предназначавшихся МАПО МиГ для финансирования производства истребителей МиГ-29. «Коммерсант» приводит слова адвоката господина Глориозова Бориса Кузнецова, указывающего на причастность Касьянова к делу: «Это старое дело возобновлено из-за интереса следствия к Михаилу Касьянову, помогавшему МАПО решить проблему с долгом».

«Комсомольская правда» в 2004 году рассказывала о нем со ссылкой на испанскую L’Hebdo: «В июле 2003 года российская авиакомпания решила приобрести 18 самолетов, в том числе 12 – по твердому заказу и 6 – по лизингу, на общую сумму примерно в 600 млн евро. Сделка положила тогда конец жестокой борьбе между компаниями Boeing и Airbus. Газета L’Hebdo сумела разыскать одного из посредников, участвовавших в заключении контракта. Этот француз, действовавший с российской стороны, рассказал, что поначалу его миссия заключалась в том, чтобы изменить соотношение сил в «Аэрофлоте». А именно: побудить олигарха Романа Абрамовича – в то время он был единственным частным акционером компании (27% акций) и при этом склонялся в пользу Boeing – продать свою долю российскому банкиру, который отдавал предпочтение Airbus. Рассказал он и о том, как произошло, что в конце концов Михаил Касьянов, в то время российский премьер-министр, изменил баланс в пользу Airbus. Наш собеседник сказал также, что он знал о «комиссионных, выплаченных в Швейцарии и Люксембурге с помощью сложных финансовых схем, в частности операций по завышению стоимости». Он утверждает, что Касьянов был одним из тех, кто получил деньги в Швейцарии «не на свое имя». Это свидетельство может заинтересовать органы юстиции многих стран».

Спокойный, уверенный в себе, фотогеничный, обладающий государственным опытом и нестарый Касьянов мог стать российским Ющенко. Вопрос только в том, хватит ли ума у российских либералов объединиться вокруг одного лидера?

В сущности, российские демократы должны сказать «спасибо» Касьянову за мужество. Решимость бросить режиму вызов в начале второго срока Путина дорогого стоит, особенно если ее проявляет такой человек, как ранее аполитичный Михаил Касьянов. Однако вместо благодарности Касьянову, похоже, объявлена негласная война со стороны молодых либералов-неудачников. Войну возглавил лидер либералов новой волны Владимир Рыжков.

Рыжков: «Теперь я вместе с Геной, он необыкновенный»

Владимира Рыжкова принесли в Госдуму в картонной коробке. Московские политики скалились, глядя на неведомое лопоухое существо.

Чтобы понять, что представляет собой вечно юный демократ, следует вспомнить его карьеру. В годы студенчества внимательно наблюдает за политическими тенденциями. В конце восьмидесятых становится одним из алтайских демократов.

В 1991 году было модно приглашать во власть молодых реформаторов. Так совсем юный Володя Рыжков стал заместителем главы администрации Алтайского края. А в конце 1993 года он был избран депутатом Госдумы первого созыва. Через два года повторно оказывается в Думе под крылом организации «Наш дом – Россия». В то время думали, что эта прокремлевская партия, которую в народе называли «Наш дом – «Газпром», является пределом мечтания для юного политического дарования. Но вскоре Рыжков становится вице-спикером председателя Думы.

Рыжков выгодно отличается от коллег по разваливающейся «партии власти», погрязших в коррупционных скандалах, и в 1999 году, как раз накануне заката ельцинской системы, Рыжкова делают руководителем фракции «Наш дом – Россия». Руководить фракцией НДР долго не приходится – заканчивается депутатский срок. В декабре 1999 года он снова проходит в Госдуму по одномандатному округу в Барнауле. На прошлых выборах снова получает мандат. Избиратели любят ушастого либерала: он неплохо формулирует популярные у людей идеи, критикует власть (например, монетизацию льгот). Жадностью вроде не отличался: подрабатывал, например, в «Федерации Интернет-образования» незабвенного филантропа Ходорковского. Рыжкова напоминает главный герой из «Мертвых душ»: «…Получив же в свое распоряжение все, в ту же минуту дал знать обществу, сказавши: «Теперь пора». Расчет был слишком верен. Тут в один год он мог получить то, чего не выиграл бы в двадцать лет самой ревностной службы. Прежде он не хотел вступать ни в какие сношения с ними, потому что был не более как простой пешкой, стало быть, немного получил бы; но теперь… теперь совсем другое дело…»

Получив в свое распоряжение главную либеральную партию, Владимир Рыжков мог бы дать знать обществу, сказавши: «Теперь пора». Расчет был и вправду слишком верен. Прежде он не хотел вступать ни в какие сношения с компрометирующими коррупционерами, именующими себя демократами, потому что был не более как простой пешкой (хотя и вице-спикером однажды). Так Володя Рыжков почти пришел к богатству, славе и успеху. Остался буквально шаг. Все испортил Михаил Касьянов, вхождение которого в большую политику сразу же обернулось конфузом. Молодые демократические политики, так называемые либералы второго призыва, встретили бывшего премьер-министра России в штыки. Никто кроме Ирины Хакамады не высказался четко за сотрудничество с предполагаемым лидером демократических сил. Либералы встретили Касьянова напряженным молчанием или резкой критикой.

Владимир Рыжков так и оставался бы забавной зверушкой, если бы не наделавший много шума Комитет-2008. Молодой депутат умело воспользовался вакуумом власти и тотальным разбродом на либеральном поле и сумел переключить на себя внимание публики. Депутат-одиночка вместе с шахматистом Каспаровым, а также Ириной Хакамадой объявил о строительстве новой демократической партии, которая, как предполагалось, стянет на себя организационные, финансовые, информационные и иные ресурсы. Молодой политик, не сумевший завоевать больших вершин ни в администрации Черномырдина, ни при Путине, получил шанс сделать головокружительную карьеру.

Однако его планы волей судьбы разрушил Касьянов. У одного корабля не может быть двух капитанов: если демократическая общественность признает лидерство Касьянова, планы Рыжкова возглавить либеральную оппозицию потерпят крах.

Если Григорий Явлинский, демократический политик, известный прозападной ориентацией, вслух утверждает, что Касьянов не имеет ничего общего с демократической оппозицией, что он, по сути, «крышевал» олигархов, обслуживал ельцинскую «Семью», то Владимир Рыжков только тихо поддерживает его критику. Впрочем, он первым после выдвижения Касьянова напомнил журналистам о касьяновском прозвище «Миша – два процента». Но в дальнейшем особо не высказывал своего резко отрицательного отношения к Касьянову публично. Теперь он тихо координирует деятельность коллег и оппозиционных СМИ, напоминая о причастности Касьянова к коррупционным и приватизационным скандалам с целью заставить либеральную общественность отвернуться от Касьянова. Это был единственный шанс Рыжкова.

И в 2006 году Владимир Рыжков неожиданно стал ведущим российским демократом, отмечала «Независимая газета». Незадолго до своего жесткого антироссийского заявления вице-президент США Ричард Чейни встречался, как сообщает «Вашингтон пост», с одним из ведущих российских политиков-демократов. Логично предположить, что эта беседа усилила негативный смысл обидных для России эскапад. Вдобавок собеседник Чейни оказался неназванным и представлен был «ведущим демократом» страны. Что вносило дополнительную интригу: подразумевается, что оглашение имени станет поводом для политических преследований этого человека.

Между тем любой из потенциальных конфидентов Чейни после такого рода представления должен испытывать сложные чувства. Хотя бы по причине полной неопределенности по существу вопроса: а кто, собственно, может сегодня называться «ведущим демократом»? На пальцах одной руки можно перечислить имена прошлых и нынешних либералов. И каждый из них – обладатель весьма скромного рейтинга, легко укладывающегося в статпогрешность. То есть не превышающего двух процентов. У кого-то – чуть больше, у кого-то – чуть меньше.

Список «ведущих российских политиков-демократов», которые могли встречаться с Диком Чейни, не так уж и велик. Это, в частности, член политсовета СПС Борис Немцов, лидер «Союза правых сил» Никита Белых и лидер Объединенного гражданского фронта Гарри Каспаров. По данным «НГ», Немцов совершил в то время подряд два кратких вояжа в США.

Первый визит был связан с отдыхом (известный демократ является еще и серфингистом), а второй, по словам источника «НГ», был «чисто деловым и кратким». Никита Белых, который находился в Америке, отвечая на вопросы «НГ», подчеркнул, что в последнюю неделю с Чейни не встречался и разговоров с ним на темы развития российской демократии не вел.

А вот лидер «Яблока» Григорий Явлинский и глава Национально-демократического союза Михаил Касьянов вряд ли могли встречаться с вице-президентом США. Однако, как удалось выяснить «НГ», на роль ведущего российского демократа претендовал совсем другой человек – независимый депутат Госдумы, сопредседатель Республиканской партии Владимир Рыжков. Информированный источник в Вашингтоне сообщил «НГ», что вице-президент Дик Чейни встречался с ним в середине апреля по собственной инициативе. Эта встреча стала самой основной в череде других переговоров, которые вел в американской столице Рыжков (среди них была, например, и встреча с сенатором-демократом Хиллари Клинтон).

Первоначально на общение вице-президента с российским демократом было отведено 15 минут, но оно растянулось на час: Чейни отменил даже две встречи ради продолжения разговора. Речь, как утверждает наш собеседник, шла о ситуации в России, о свободе слова, проблемах демократии, выборах и предстоящем саммите G8 в Петербурге. Источник «НГ» добавил, что Рыжков пользуется очень хорошей репутацией в Вашингтоне, воспринимается как независимый демократ, не запятнавший себя коррупцией и радикальными взглядами.

Президент Центра Никсона в Вашингтоне Дмитрий Саймс в беседе с корреспондентом «НГ» заявил, что любой представитель демократического лагеря из России, принятый вице-президентом США, автоматически становится для Вашингтона ведущим российским демократом.

//- * * * -//

Недавно была опубликована тайная запись разговора Рыжкова с другим оппозиционером – Геннадием Гудковым. Они обсуждали способы отстранения Сергея Миронова от руководства «Справедливой России»: «Кому-то в конечном итоге надо будет взять эту партию возглавить, это я уверяю, и сформировать нормальную, массовую социал-демократическую партию. По нормальному, по европейскому образцу, вот что нужно сделать. А Миронов, – это просто игра, он умеет говорить, он научился за эти годы. Но я-то его хорошо знаю, мои выступления, моя программа» (Гудков).

Во-вторых, решали, как ограничить влияние Алексея Навального на столичную протестную активность: «Если мы, пять политиков, утрамбуем Серегу Пархоменко, то он возьмет на себя Навального, чтобы он нас не переиграл <…> если вдруг успеют предупредить Быкова и Парфенова, Навальный уже не сможет переиграть» (Рыжков).

– В принципе это попытка рассорить. Ничего такого мы с Гудковым не обсуждали, ничего такого не решали, просто был обмен мнениями. Я с ним старый товарищ, друг, много лет мы с ним дружим еще по Думе. Это попытка замутить воду, попытка в очередной раз кого-то с кем-то столкнуть. Скажу, что ничего у них не выйдет, пусть даже не пытаются, – попытался оправдаться Владимир Рыжков, заявление которого цитируют РИА «Новости».

Заговор против Миронова:

Рыжков: «Я все вопросы решил, все наши с тобой вопросы я решил. Значит, первое, он (Миронов) сказал, что он тебе даст официальный мандат <…> Он сказал, что «у нас вечером фракция, мы все решим».

Гудков: <…> Ну ладно, он тебе просто подыграл. Я к нему пришел и говорю: «Ты хочешь в хвосте плестись или участвовать?». Он говорит: «Конечно, участвовать». Я говорю: «Тогда мало того, что участвовать, ты нам должен дать официальные поручения, чтобы я мог озвучить, что я получил… не просто там на свой страх и риск действую, а еще и по официальному поручению партии». Он говорит: «Партия, б…., это круто, собирать президиум, то-се, мы не успеем, давай фракцию?». Я говорю: «А, нормально» <…>

Рыжков: «А народ не понимает разницы: фракция, партия, – одна х….я».

<…>

Рыжков: «…Второй вопрос, я ему говорю, мы с ним на «ты» уже перешли, я говорю, «Сергей, ты помнишь, что когда <…> мы встречались, я сказал, что чем сильнее вы будете мочить «Единую Россию», тем больше вы получите голосов?». Он говорит: «Да». Я, говорю, был прав? Он говорит: «100 процентов». Я говорю: «Теперь слушай мой второй совет, я, редко, говорю, даю их, к ним есть смысл прислушиваться, потому что я чуток понимаю, вот тебе пять требований Болотной и Сахарова, они очень простые».

Гудков: <…> «Сейчас Левичев, поэтому…»

Рыжков: А у него какая позиция? <…> Наблюдательная?

Гудков: Конечно! Да ты что… Маневрировать, всех использовать, всех кидать и прочее…

Рыжков: Он справился…

Гудков: Просто оно вышло, плевался весь, плевался, они же что сделали, я же сказал, почему нас <…> х.. знает, что там творится.

Рыжков: Да, позорище, весь Интернет порвет…

Гудков: Я сказал на первом заседании фракции в декабре <…> Да, ты прав, это против и опять <…> что происходит <…> «Ой, это наша вина, ой мы не посмотрели» <…> ну это <…> Это игра, Володя, ты сильно не обольщайся, и чем меньше процентов он (Миронов) возьмет на президентских выборах 4 марта, тем для нас это будет… Кому-то в конечном итоге надо будет взять эту партию возглавить, это я уверяю, и сформировать нормальную, массовую социал-демократическую партию. По нормальному, по европейскому образцу, вот что нужно сделать. А Миронов, – это просто игра, он умеет говорить, он научился за эти годы. Но я-то его хорошо знаю, мои выступления, моя программа.

Рыжков: Ну, естественно.

Гудков: Я много чего дал, я ничего не получил от партии, вот, даже большого человеческого спасибо.

О возможном союзе с Прохоровым:

Рыжков: «Нормально установили с ним контакт, взаимодействие, на «ты» перешли. <…> Он 65, я – 66 года, знаешь, понравился. <…> На самом деле это умнейший парень.

Гудков: Смотри, я давно знаю Владимира Олеговича Потанина и его ребят. Так вот, у них есть такая шутка в Интерросе, что Михаил Дмитриевич Прохоров, – это продукт жизнедеятельности Владимира Потанина <…> он его подобрал, когда он был работником банка и тянул за собой <…> Второе, когда я разговаривал с теми же людьми, которые вокруг него были в «Правом деле», они мне сказали, что «слабак», «слабак».

Рыжков: Слабак?

Гудков: Третье, президентом не он будет <…>

Рыжков: Это я понимаю, он отрицает, я его в лоб спросил, он говорит: «нет, я с вами <…>»

Гудков: Более того, он опоздал на 3 дня с подачей <…> но он может при определенных условиях пойти в этом направлении.

Заговор против Навального:

Гудков: Я не собираюсь больше там играть эту роль статиста.

Рыжков: Значит, я бы предложил собраться узким кругом сначала я, ты, Немцов, Пархоменко, Сережа Удальцов с Настей <…> поверь мне, наш консенсус <…>

Гудков: А Пархом наш или как?

Рыжков: Он и нашим, и вашим, но лучше его не отбрасывать.

Гудков: Он активный?

Рыжков: <…> с Интернетом он вел <…> ключевой человек в этом процессе.

<…>

Рыжков: Я сегодня буду писать письмо Немцову и Пархоменко, е-мейл, что, значит «Боря – Сережа, предлагаю <…> без Навального-Х..льного, и всей вот этой, да собрать ядро – (Рыжков, Гудков <…> Пархоменко, Настя, Сережа Удальцовы).

Гудков: Быков, нет?

Рыжков: Если мы, пять политиков, утрамбуем Серегу Пархоменко, то он возьмет на себя Навального, чтобы он нас не переиграл <…> если вдруг успеют предупредить Быкова и Парфенова, Навальный уже не сможет переиграть.<…> В общем, я это постараюсь сделать в ближайшие 2-3 дня, чтобы мы встретились…»

Гудков назвал видеоролик монтажом и заявил, что он был сделан спецслужбами по заказу высокопоставленных политиков. Миронов со своей стороны заявил, что не считает нужным ставить вопрос об исключении Гудкова из партии из-за этого случая, но пообещал дать оценку такому поведению «в своем товарищеском кругу».

Сын Геннадия Гудкова – Дмитрий Гудков – сообщил, что на базе «Справедливой России» и ряда других партий, имеющих схожую политическую платформу, в перспективе может появиться объединенная социал-демократическая партия. Он отметил, что необходимость объединения вызвана «изменившейся политической ситуацией», в частности грядущим упрощением регистрации партий. При этом Гудков считает, что именно СР может стать «ядром» объединенной социал-демократической партии европейского типа.

Гена в крокодиловой коже

Геннадий Гудков возомнил себя генералом, будучи простым полковником КГБ в запасе.

Когда вся страна скорбила вместе с семьями погибших и пострадавших во время страшного пожара в Перми, зампред комитета Госдумы по безопасности Геннадий Гудков из фракции «Справедливая Россия», не дожидаясь не то что завершения, заявил: «Прошло и продолжается тотальное сокращение профессиональных охранников. Вместо них набирают по дешевке непрофессионалов, которые ровным счетом ничего не умеют». Вот что его так в этой ситуации взволновало.

Депутат и прежде к месту и не к месту поминал необходимость расширения прав многочисленных ЧОПов. Даже грозил, что без ЧОПов стране грозят «лихие 90-е», хоть сами ЧОПы – продукт как раз 90-х, когда под маркой охранников произошла банальная легализация рэкетиров (хотелось бы верить, что «Оскордъ» появился на свет по какой-то другой, особенной схеме).

Учитывая, что именно Гудков в 90-е организовал ныне одно из крупнейших в России частных охранных предприятий «Оскордъ», владельцем которого после ухода Гудкова в политику стала его супруга, иначе как попыткой разжиться на чужой беде его выступление и назвать-то нельзя.

Впрочем, депутат из господина Гудкова и без того получается несколько…своеобразный. Взгляд на проблемы страны у него – словно из ЧОПа, то есть из 90-х. Так, он, как-то не по-государственному вдруг стал защать интересы хозяина «Черкизона». Черкизовский рынок, по его словам, попал под раздачу не за процветавшую там контрабанду, антисанитарию, сокрытие налогов и прочие нарушения, а за то, что Тельман Исмаилов расстроил власти постройкой отеля в Турции. Словом, ни за что пострадал человек. А продажа детских шмоток, вредных для здоровья – это так, это ЧОПам не интересно. Во всяком случае, наверное, менее интересно, чем охранять контейнеры и наркотрафики на рынках.

Не брезгует Гудков вступаться и за менее влиятельных, но столь же авторитетных бизнесменов. К примеру, он горой вставал на защиту арестованного владельца «Арбат Престижа» Владимира Некрасова. По Гудкову – во всех бедах бизнесмена оказались виноваты недобросовестные поставщики парфюмерии. Прикрываясь депутатским мандатом и флагом «Справедливой России», Геннадий Гудков вообще нередко выбрасывает такие коленца, которые ну никак не согласуются с действиями члена фракции, называющей себя проправительственной. Они скорей к лицу каким-нибудь отъявленным коммунистам, вроде Сергея Решульского или Валерия Рашкина, поднимающего (само собой, безуспешно) массы на революции.

То член фракции эсеров призывал вернуться к прямым губернаторским выборам, потому что «пришло время». То хотел отменить итоги выборов в регионах, потому что «Справедливая Россия» где-то там проиграла. То выступал за ликвидацию системы электронного голосования, потому что на одном участке на несколько минут отключили свет. Словом, требовал… хоть чего-нибудь, хотя бы увеличения армии помощников депутатов с 40 до 60 человек. Не получилось.

Потом Гудков пообещал привести оппозиционную толпу к стенам МВД, если не решится вопрос с отзывом лицензии «охранного предприятия семьи». Депутат пообещал, что «люди с бульваров» устроят акцию у стен министерства. В распоряжении Life news оказалась аудиозапись разговора Геннадия Гудкова с чиновником столичной полиции, в ходе которого он угрожал обосновать лагерь оппозиции у стен МВД, если не будут выполнены его требования.

– Даже если Рашид Гумарович (Нургалиев, министр внутренних дел РФ. – Авт.) лично дал распоряжение, я просто завтра подниму всю прессу, к чертовой матери, и две тысячи – все эти люди с бульваров, которые сегодня там гуляют – контрольные прогулки писателей, со всякими там Веллерами, Акуниными, Парфеновыми! Они завтра придут по моей просьбе к МВД и останутся там на несколько дней, может, на неделю, – заявил народный избранник.

Беседа проходила довольно спокойно. Депутат пообещал, что акцию у Министерства внутренних дел будут освещать все ведущие мировые информагентства.

– В России высказывание точки зрения ведет к репрессиям, тогда либо я об этом на весь мир заявляю – у меня есть такая возможность, либо мы придерживаемся каких-то разумных рамок, – поставил ультиматум Гудков. – Потому что мне сегодня сказали, что сейчас три тысячи человек готовы прийти на Таганку из тех протестующих на этих бульварах. Такое действие возможно, я могу попросить, чтобы они пришли к МВД, например. Тоже будет скандал мирового плана. Там все будут – Associated Рress, Reuters, будем разбираться. Я понимаю, что у холопов трещат чубы, когда паны дерутся, но у меня к вам огромная просьба: вот есть закон, его надо выполнить!

Главным требованием депутата было предоставление ему возможности отсрочить изъятие оружия до личной встречи с генералом-лейтенантом полиции Александром Горовым – заместителем министра МВД.

Звучали в речи Гудкова и другие угрозы:

– Так, ладно, коллеги. Вы что, забираете оружие?! Я сейчас пойду сяду в дежурную комнату и попрошу две тысячи человек подойти. У меня как раз сын (депутат Госдумы Дмитрий Гудков. – Авт.) спрашивает, нужно это сделать или нет. Можете доложить, что Гудков не отдает оружие. Потому что он, ну не он, а его люди, обеспечивают 26 маршрутов инкассации, и, если там произойдет ЧП, они сюда поедут с травматическим собственным оружием, с кулаками. Ну если произойдет ЧП, вся ответственность ложится на товарища Голованова (начальник полиции Москвы. – Авт.)».

Пытаясь решить проблемы с семейным бизнесом, Гудков приезжал к первому заместителю МВД Александру Горовому. За рулем своего черного джипа «Ауди Q7» Геннадий Владимирович подъехал к шлагбауму министерства. Пропуск ему был заказан от имени первого заместителя министра МВД Александра Горового, поэтому машину со знакомыми номерами без промедлений пропустили на территорию. Пролетев на скорости по ведомственной стоянке, Гудков остановил авто и вместе с телохранителем скрылся в дверях здания.

Находился он там недолго, решительным шагом прошел к своей машине. Сняв пиджак и положив на заднее сиденье, Геннадий Владимирович с озадаченным видом снова сел за руль и уехал. В тот день ничего не сработало, и он попросил исполнителей хотя бы не останавливать деятельность предприятия «до окончания его встреч с Веденовым и Горовым», надеясь, что сможет «решить вопрос» и инцидент будет исчерпан.

Двумя днями раньше полиция Москвы изъяла из помещений ЧОПа семьи Гудковых «АБ Пантан» 170 единиц огнестрельного оружия и 2000 патронов в связи с выявленными нарушениями. При этом было аннулировано разрешение на хранение любого вида оружия, оружейные комнаты фирмы опечатаны. В перспективе ожидалось, что МВД лишит компанию лицензии на частную охранную деятельность.

В распоряжении Life News оказалось видео разговора сотрудников МВД, лишивших ЧОП, принадлежащий жене депутата Геннадия Гудкова, оружия, с самим народным избранником. Гудков не стеснялся в выражениях и пригрозил представителям МВД расправой после смены их нынешнего министра.

Распоряжение МВД об изъятии оружия у охранной компании семьи Гудкова (по причине многочисленных нарушений правил хранения имеющегося у ЧОПа арсенала) застало депутата врасплох.

– Вообще весь маршрут Гудкова во второй половине субботнего дня сопровождался изречениями, заслуживающими большого внимания, – рассказал Life News источник в МВД. – Получив первоначальный документ о нарушениях, подписанный одним из руководителей УВД ЦАО, он поехал сначала туда и устроил скандал.

Не добившись ничего в УВД, он вернулся в офис на улице Солженицына, но, поняв, что все исходит от МВД, направился на Житную.

– Пока он совершал «круг почета», пытаясь нащупать действенный рычаг в решении своей проблемы с ЧОПом, он постоянно совершал разные звонки, где-то давил, где-то пытался договориться, – продолжает источник Life News. – Но ему это не помогло. Все намерения сотрудников полиции медленно, но верно доводятся до конца.

Life News удалось получить запись одного из таких телефонных разговоров Гудкова с представителем руководства МВД:

Гудков: Это сейчас все будет предано публичной огласке, если вы не остановите его действия (о начальнике полиции Москвы Викторе Голованове. – Авт.). Я вам честно говорю.

Собеседник: Геннадий Владимирович, я ваши угрозы… считайте, что я их не слышал. Давайте на этом закончим.

Гудков: Просто даже по приказу надо поступать по закону.

Собеседник: Именно так мы и пытаемся поступать.

Гудков: Ну тогда объясните, пожалуйста, здесь сидит уважаемая красивая симпатичная женщина, которой поручено закрыть предприятие, изъять оружие. Дайте, пожалуйста, распоряжение тому, кто вам должен доложить об итогах «успешной» проверки. Что-то еще, наверное, должен доложить. Дайте, пожалуйста, им команду до окончания встречи моей с Леонидом Владимировичем (о генерале МВД Веденове. – Авт.) и с Александром Владимировичем Горовым (замминистра МВД. – Авт.) не останавливать работу предприятия, когда там работают сотни людей. И работают уже 20 лет!

Собеседник: Геннадий Владимирович, это решение принял руководитель субъектового органа внутренних дел.

Гудков: Это ваши сотрудники подготовили заключение. Это сотрудники вашего управления!

Собеседник: Вот, оказывается, как. Вы отпечатки там чьи-то увидели, или там фотографии приложены?!

Гудков: У меня есть и фотографии, и печать. Я вам копию могу прислать. Это именно ваши сотрудники.

Собеседник: Геннадий Владимирович, мы своим сотрудникам доверяем полностью. Вероятно, у них есть основания и мотивы принимать такие решения.

Гудков: У них не было мотивов, они приехали сюда в 3 часа 12-го числа уже с этим распоряжением. До этого никакого ни акта не было, ни предупреждения, ничего! Сегодня впервые появились документы, которые должны были появиться значительно раньше. Это вы знаете лучше меня.

Собеседник: Я с вами не согласен, Геннадий Владимирович. У вас своя версия происходящего, у меня есть официальная версия.

Гудков: Я сейчас заеду к министру, там сейчас идет совещание. Я сейчас пройду туда, пользуясь депутатской неприкосновенностью, и потребую объяснить. Вы этого хотите?!

Собеседник: Геннадий Владимирович, хочу ли я этого, я думаю вам неинтересно. Вы поступите так, как считаете нужным.

Гудков: Нет-нет! Что вы!

Собеседник: Геннадий Владимирович, вы вольны поступать так, как считаете нужным.

Поводом для внеплановой проверки стали заявления двух граждан, пожаловавшихся в Главное управление по обеспечению охраны общественного порядка МВД России на действия сотрудников ЧОПа. В МВД сообщили, что в соответствии с законом была проведена внеплановая проверка, которую поручили лицензионно-разрешительной службе Главного управления (ГУ) МВД России по Москве. Были проверены две оружейные комнаты охранного предприятия – на улицах Александра Солженицына и Касимовской. Ревизоры обнаружили около 20 нарушений.

На основании результатов проверки руководство ГУ МВД по Москве распорядилось об аннулировании лицензии ЧОПа «АБ «Пантан» на пользование оружием. Все оружие и боеприпасы были изъяты и переданы на временное хранение в территориальное подразделение полиции. Заключение об аннулировании лицензии (разрешения) на хранение и использование оружия подписал начальник полиции Москвы Виктор Голованов.

– 151 единица огнестрельного оружия и 2000 патронов в центре Москвы, можно сказать, находятся в свободном доступе, – прокомментировал ситуацию информированный источник в МВД.

Навальный из ничего

Алексей Навальный появился из ниоткуда, точнее его сотворил из ничего Интернет – верховное божество современности. Его сподвижник по оппозиционному движению Борис Немцов как-то сказал в телефонном разговоре: «Навальный играет деструктивную роль. Главная его мечта – чтобы националистов как можно больше выступило».

На какие деньги раскрутился «будущий Президент России» Алексей Навальный? «Перспективного молодого политика» начинали лепить из него Никита Белых, Маша Гайдар и бывший адвокат «ЮКОСа» Павел Ивлев.

Российская политика бурлила, общество требовало перемен, но за отсутствием новых ярких лиц на политическом поле люди потянулись в Интернет. Так на свет божий извлекли блогера Алексея Навального. Но блогер – не профессия для серьезного претендента на высший государственный пост. «Ведомости» попытались разобраться, чем же на самом деле зарабатывает лидер нынешних российских протестов.

Финансовую основу Алексей Навальный создал в «лихие девяностые», а когда Владимир Путин сменил Ельцина на посту президента страны, он уже стал работать в партии «Яблоко». Как пишет газета, номинально Навальный стал бизнесменом еще на первом курсе юрфака московского Университета дружбы народов, куда поступил в 1993 году, недобрав один балл в МГУ.

В то время его родители – отставной офицер Анатолий и экономист Людмила Навальные – организовали свое дело, Кобяковскую фабрику по лозоплетению. Сын стал соучредителем, но в делах семейной фирмы до поры никак не участвовал, вместо этого начав зарабатывать по специальности.

В студенческие годы Навальный успел поработать в банке «Аэрофлот», принадлежавшем Александру и Шалве Чигиринским. «Натаскавшись» у Чигиринских, он зарегистрировал собственный бизнес: оформлял в антимонопольной службе сделки купли-продажи, отмечает Newsru.com. В удачный месяц он, по собственным словам, мог заработать 4-5 тыс. долларов.

Еще два бизнеса он открыл в начале 2000-х вместе с приятелями по юрфаку – «Н.Н.Секьюритиз» и «Евроазиатские транспортные системы». Первая компания торговала на бирже ценными бумагами, а другая занималась логистикой: загрузкой автомобилей, привозящих грузы в Москву. По словам Навального, «бизнес этот был интересным, на нем можно было много денег заработать, но он очень муторный».

К моменту создания этих фирм Навальный уже получал второе образование – заочно учился в Финансовой академии по специальности «биржевое дело». К началу нового века он уже заработал достаточно, чтобы пойти в политику. По объявлению в Интернете Навальный пришел работать в «Яблоко», причем, с его слов, он уже тогда «из принципа» начал бороться против создаваемой Путиным системы. Как вспоминает нынешний лидер партии Сергей Митрохин, Навальный «сразу стал активность проявлять в московском «Яблоке», выступал на собраниях, выдвигал предложения».

Первое время он был активистом мобильных юридических групп, участвовавших в региональных выборах, написал Newsru.com. Получал деньги «на дорогу» и гонорар 2-3 тысячи рублей. В 2001 году он стал членом партии. Илья Яшин, с которым Навальный несколько лет проработал бок о бок, говорит, что партия платила функционерам мало: Навальный работал за 300 долларов в месяц – возглавлял группу по проведению акций протеста.

На партийной работе Навальный подружился с функционерами из СПС – Марией Гайдар и будущим кировским губернатором Никитой Белых. С Гайдар Навальный создал «Демократическую альтернативу» («ДА!»). Одним из проектов были политические дебаты, проходившие в клубах, – их вел сам Навальный. Дебаты имели успех. Гайдар и Навальный стали рассылать заявки и получать гранты (по 15 тыс. долларов от Общественной палаты и американского Национального фонда демократии). «Поскольку дебаты были очень успешны, американцы нам предложили еще денег, но мы отказались – на дебатах начались провокации», – рассказывает Навальный. Проект свернули.

Сотрудничество с СПС один раз позволило Навальному прилично заработать. На выборах 2007 года его фирма «Аллект» стала агентом СПС по размещению наружной рекламы, утверждает Newsru.com. Через «Аллект» СПС закупил рекламы на 99 миллионов рублей. Навальный получил комиссию в 5%, т. е. 5 миллионов.

Из «Яблока» Навальный был исключен в декабре 2007 года. По версии партии – за националистическую пропаганду (летом 2007 года он вместе с нацболом Захаром Прилепиным создал движение «Народ»).

По версии самого Навального – за критику основателя партии Григория Явлинского.

После выхода из «Яблока» Навальный занялся тем, что принесло ему настоящую славу, – разоблачением воровства в госкомпаниях. Делал он это на правах миноритария. Купив весной 2008 года на 300 тысяч рублей акции пяти нефтегазовых компаний – «Роснефти», «Газпрома», «Газпром нефти», «ЛУКОЙЛа» и «Сургутнефтегаза», Навальный тогда же – в мае – провел первую громкую акцию: потребовал от «Роснефти» и «Сургутнефтегаза» объяснить, почему они экспортируют нефть именно через нефтетрейдера Gunvor, совладельцем которого является знакомый Путина Геннадий Тимченко.

После этого, как вспоминает Навальный, к нему «посыпались милиционеры и вообще все на свете, говорили: есть интересное дело, и мы готовы передать материалы», отмечает Newsru.com. Навальный опубликовал в своем «Живом журнале» посты «Как пилят в «Газпроме», «Как пилят в ВТБ», «Как пилят в «Транснефти» и другие.

В деле о буровых платформах, которые «ВТБ лизинг» купил через посредников, переплатив в полтора раза, Навальному помог бывший адвокат «ЮКОСа» Павел Ивлев. В ноябре 2011 года Ивлев, проходящий одним из обвиняемых по «делу «ЮКОСа», пригласил Навального к себе в адвокаты. Размер гонорара Навального, по словам Ивлева, – 10 тысяч долларов в месяц, что «по нью-йоркским меркам более чем скромная сумма».

Статус адвоката Навальный получил в 2009 году, когда работал в Кировской области внештатным советником губернатора Никиты Белых. Навальный сдал экзамены и вступил в местную адвокатскую палату.

Навальный рассказал «Ведомостям», что собирает воедино все свои ныне известные и популярные проекты – «РосПил» (разоблачение воровства при госзакупках), «РосЯма» (сбор жалоб на плохие дороги) и «РосВыборы» (организация наблюдения за выборами). Недавно он зарегистрировал некоммерческую организацию «Фонд борьбы с коррупцией» и начал сбор пожертвований. По его словам, ему нужно 300 тысяч долларов в год, но жертвовать их нужно не анонимно, а открыто.

Газете стали известны имена двух спонсоров, которые уже рискнули поддержать фонд Навального. Это сын основателя «Вымпелкома» бизнесмен Борис Зимин и бывший менеджер «Альфа-групп» Владимир Ашурков.

Навальный заявил, что хочет создать партию и даже готов побороться за пост Президента России. Он также пообещал к 4 марта – дате нынешних выборов – вывести на улицы миллион протестующих. Тогда же было предложение выдвинуть Навального кандидатом в президенты от партии «Яблоко». Однако партия это не одобрила. Кое-кто объяснял это тем, что даже если предпочесть Навального Явлинскому, «Яблоко» все равно не успеет его зарегистрировать в должном порядке и в итоге останется без своего кандидата на президентских выборах. В итоге, как известно, и Явлинский кандидатом не стал – ЦИК отклонил поданные им документы.

Пока же уже зарегистрированные кандидаты в президенты обещают взять Навального на работу в случае победы. Так, лидер КПРФ Геннадий Зюганов и глава «Справедливой России» Сергей Миронов заявили, что видят его председателем Счетной палаты.

Вполне естественно, что у такого активиста, как Алексей Навальный, появились недоброжелатели.

Они взломали его электронную почту и выложили содержимое в Сеть. В числе прочего опубликована была переписка Навального с политологом Станиславом Белковским, из которой следует, что последний якобы за 50 тысяч долларов заказал ему «разоблачительную кампанию» против «РусАла» Олега Дерипаски.

Навальный и Белковский в один голос говорят, что именно эта часть их переписки – фальшивка. Но на вопрос, получал ли Навальный деньги от Белковского, неожиданно дают утвердительный ответ: получал, но не за кампанию против Дерипаски, отмечает Newsru.com. С 2006 по 2008 год Белковский, который, по его собственным словам, «находился в поиске людей, которые могли бы прийти на смену путинскому поколению политиков», финансово помогал Навальному, в частности – создать движение «Народ». Сам он сумму не называет, а Навальный говорит, что она не превышала 20 тысяч долларов.

Впрочем, созданный Путиным Общероссийский народный фронт в своей агитационной газете вообще заявил, что Навального спонсирует из Лондона беглый российский олигарх Борис Березовский.

Неприятная история совершенно другого рода случилась с Навальным во время думской предвыборной кампании 2007 года, когда дебаты лидера московского списка СПС и координатора движения «ДА» Марии Гайдар и писателя Эдуарда Багирова на тему «План Путина, или Клан Путина» закончились стрельбой.

Навальный, тогда еще член партии «Яблоко», был ведущим дебатов. Он рассказал, что среди примерно 300 посетителей клуба Gogol, где шли дебаты, с самого начала находились около семи человек, которые были похожи на футбольных фанатов и были пьяными, указывает Newsru.com. Они начали нецензурно выражаться, мешать остальным и в результате затеяли массовую драку, которая из помещения перешла на улицу.

После этого, по словам Навального, охрана вывела хулиганов из клуба. Но когда публика начала расходиться, один из них неожиданно снова набросился на представителя «Яблока». Во время завязавшейся драки Навальный, по его словам, рассек нападавшему бровь. Навальный также сообщил, что два раза выстрелил в нападавшего из травматического пистолета «с расстояния примерно в четыре метра». «Было много крови, поэтому вызвали «Скорую помощь», – сказал он.

Позже СМИ привели подробности: Навальный, как сообщалось, дважды выстрелил в воздух, а уже потом открыл огонь на поражение, дважды ранив участника конфликта Тимура Тизиева. Газета «Твой день» сообщала, что дело о стрельбе в самом центре столицы удалось «прикрыть» благодаря личному заступничеству Никиты Белых».

//- * * * -//

В конце концов блогер, юрист и оппозиционер Алексей Навальный раскрыл имена своих спонсоров. В своем блоге на LiveJournal он написал, какие топ-менеджеры, бизнесмены и журналисты жертвуют деньги в его Фонд борьбы с коррупцией. Среди них писатель Георгий Чхартишвили, журналист Леонид Парфенов, бизнесмен Денис Соколов и другие.

«Как и было обещано, публикуем список «16 смелых» – 16 человек, которые публично и открыто согласились быть донорами нашего Фонда борьбы с коррупцией», – пишет Навальный.

Блогер считает, что в свое время «РосПил», собрав 8 млн руб. с многих тысяч спонсоров, сломал очень устойчивый и очень вредный стереотип общественного сознания о том, что «нельзя финансировать общественно-политический проект мелкими пожертвованиями обычных людей». «Мы попробовали, и все получилось (сами были в шоке). Оказалось, что есть в России десятки тысяч людей, готовых перечислять небольшие суммы (средний размер пожертвования на «РосПил» – 400 руб.) на всякие хорошие проекты», – отметил он.

Теперь блогер попытался сломать другой «важный и вредный стереотип» – о том, что «состоятельные люди и бизнесмены боятся давать деньги на общественно-политическую деятельность в открытую: опасаются ужасных репрессий кровавого режима». «Все, как это принято, не верят в классический фандрайзинг (типа это только в книжках), а верят в то, что нужно найти одного олигарха, который будет тайно давать наличные. Ну, или выпрашивать у жуликов в Администрации президента», – написал блогер. «Еще раз большое спасибо за поддержку нашим 16 смелым», – поблагодарил блогер своих спонсоров».

«Фонд борьбы с коррупцией договорился о спонсорской поддержке с 11 бизнесменами и пятью представителями общественности, они уже перечислили 4,4 млн руб., а еще 4 млн гарантировали на вторую половину года, сообщил основатель фонда юрист Алексей Навальный. Это почти годовой бюджет фонда, Навальный оценивает его в $300 000, – написали «Ведомости».

Среди доноров – вице-президент «Росгосстраха» Роман Борисович, директор по стратегическому планированию «Альфа-групп» Алексей Савченко, председатель совета директоров Национальной резервной корпорации Александр Лебедев, партнер УК «Росинвестотель» Кирилл Иртюга, первый заместитель гендиректора ЗАО «Большой город» (бухгалтерские услуги) Артем Любимов. Еще несколько бизнесменов предпочли сообщить только род своей деятельности: Борис Зимин – предприниматель (председатель попечительского совета фонда «Династия»), Сергей Филонов – венчурный инвестор (президент компании «Авиамаркет»), Денис Соколов – предприниматель, Павел Просянкин и Сергей Гречишкин – финансисты. Каждый из них, кроме Любимова, пожертвовал не менее 300 000 руб., Любимов сообщил, что перевел фонду 200 000 руб.

Переговоры шли три месяца, рассказал исполнительный директор фонда Владимир Ашурков (он также спонсор), были и те, кто отказался. Доноры не связаны с фондом контрактными обязательствами, но многие обещали жертвовать регулярно.

Спонсоров блогера-антикоррупционера ведущий телеканала «Дождь» Тихон Дзядко в шутку обозначил как «12 друзей Навального». Отвечая на вопросы в программе Hard Day’s Night 29 февраля, Навальный сказал, что ему финансово помогают 12 «смелых человек». Тогда журналист и ввернул свою фразу – очевидно, по ассоциации с американской криминальной комедией «12 друзей Оушена» о команде ловких профессиональных грабителей и мошенников.

//- * * * -//

Следственный комитет РФ объявил о возобновлении уголовного дела о мошенничестве, которое Алексей Навальный, будучи помощником кировского губернатора Никиты Белых, якобы совершал в отношении предприятия «Кировлес».

«Уголовное дело в отношении Навального касается его деятельности на посту советника губернатора Кировской области Никиты Белых. По версии следствия, Навальный убедил директора госпредприятия «Кировлес» Вячеслава Опалева заключить заведомо невыгодный контракт на поставку древесины. Взамен советник губернатора якобы обещал помочь в заключении договоров с областным правительством, а в случае отказа директора от предложенной сделки грозил ему увольнением, – сообщала в апреле 2011 года Лента. Ру.

– Следователи считают, что результатом преступления стал ущерб в размере 1,3 миллиона рублей, эта сумма квалифицируется как особо крупный размер.

В феврале 2011 года дело против Навального было закрыто кировскими следователями за отсутствием состава преступления. Однако затем выяснилось, что материалы по делу переданы в центральный аппарат СК, а значит, ему присвоен статус особо важного.

«Могу подтвердить, что Главным следственным управлением СК России возбуждено уголовное дело в отношении адвоката Адвокатской палаты города Москвы Алексея Навального по признакам преступления, предусмотренного пунктом „б“ части 3 статьи 165 УК РФ», – сказал пресс-секретарь СК. Указанный пункт предусматривает наказание лишением свободы на срок до пяти лет со штрафом до 80 тыс. рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев.

По словам представителя СК, Навальный уговорил руководство гендиректора «Кировлеса» Вячеслава Опалева подписать невыгодный договор с ООО «ВЛК» (Вятская лесная компания) на реализацию лесопродукции, безосновательно обещая поддержку со стороны администрации области: «Фактически, я могу сказать, что Навальный в своих действиях применил тактику и приемы, которыми пользуются рейдеры при захвате предприятий».

Неуловимый Удальцов

Удальцов – «выкидыш» известного пионерского кинокомикса «Неуловимые мстители». «Красный дьяволенок», который несет миру «свободу, равенство и братство» по трупам классовых врагов. Впрочем, в постсоветской России Удальцов скорее напоминает персонаж древнего анекдота о Неуловимом Джо: «На улице послышались крики, выстрелы. Спрашивают у ковбоя за соседним столиком: «Что это там такое?» – «Это Неуловимый Джо балуется», – лениво ответил тот. «А почему он Неуловимый? Соберитесь все и поймайте». – «Да кому он на фиг нужен…»

Сергей Удальцов считается лидером леворадикальной организации «Левый фронт». В начале 2012 года он подписал соглашение о сотрудничестве с лидером КПРФ Геннадием Зюгановым, но при этом планирует создание самостоятельной левой партии. Его биографию хорошо изучил политолог Алексей Макаркин.

Родственники Удальцова по материнской линии принадлежали к советской номенклатуре. Прадед, Иван Дмитриевич, юрист по образованию, был членом большевистской партии с дореволюционным стажем. Вскоре после окончания гражданской войны он был назначен деканом «идеологического» факультета общественных наук МГУ, объединившего бывшие гуманитарные факультеты университета. В 1928-1930 годы занимал пост ректора МГУ, выполняя ответственное поручение партийного руководства о дроблении университета, которому Советская власть до конца не доверяла, несмотря на «чистки» нелояльной профессуры. Затем прадед Удальцова занимал ряд других влиятельных постов в МГУ, в частности, был деканом экономического факультета. В 1944 году ненадолго возглавил только что образованный МГИМО. Скончался в 1958 году и похоронен на Новодевичьем кладбище.

Дед Удальцова – Иван Иванович – работал в аппарате ЦК КПСС и возглавлял Институт славяноведения. В 1965 году его направили советником-посланником советского посольства в Чехословакии. В разгроме «Пражской весны» Иван Иванович сыграл немалую роль, информируя Москву о деятельности «ревизионистского» руководства ЦК КПЧ. Партия его отблагодарила, поставив в 1970 году во главе Агентства печати «Новости». Однако брежневская система отторгала не только партийных «либералов», но и слишком оголтелых ортодоксов. В 1976 году, за год до рождения внука Сергея, Ивана Ивановича отправили послом в Грецию, где он и завершил свою карьеру.

Дядя Удальцова, Александр Иванович, пошел по стопам своего отца и стал дипломатом. В ельцинское время он был послом в Латвии, в путинское – директором Второго Европейского департамента МИД и послом в Словакии. В политической деятельности участия не принимал. В 2010 году он вернулся из Братиславы и занял пост посла по особым поручениям.

Мать Удальцова вышла замуж за историка Станислава Тютюкина, специалиста по истории революционного движения в России. Тютюкин не был ортодоксальным марксистом-ленинцем. В 1972 году его монография подверглась идеологической критике в секторе Института истории СССР, но автора поддержали большинство его коллег. Тютюкин не был диссидентом: ортодоксы, критикуя его ранний труд, на всякий случай перестраховались, чтобы не попасть под чистку после разгрома «Пражской весны».

Итак, родившийся в 1977 году Сергей Удальцов воспитывался в благополучной семье академического ученого. В интервью New Times он говорил, что «особых номенклатурных льгот он в своем детстве не помнит. Машины не было, жили в двухкомнатной квартире в районе метро «Коломенское» в панельном доме, продукты покупали в обычном магазине». Отец получал 400 рублей оклада доктора наук, мать ушла с работы после того, как сын пошел в школу. Удальцов вспоминал, что в перестроечные годы в доме постоянно читали «Огонек» – главный рупор демократов. И многие одноклассники Удальцова придерживались модных в то время демократических взглядов. По его словам, в этот период он пресытился антисталинизмом и поэтому начал свою политическую деятельность в качестве сталиниста.

Но, похоже, что дело было не только в «пресыщении», считает Алексей Макаркин. Распад СССР сопровождался развалом советского среднего класса. Станислав Тютюкин в 90-е годы активно занимался исследованиями истории российского меньшевизма (в частности, написал монографию о Плеханове), сотрудничал в журнале «Отечественная история». Достаток в семье резко упал, номенклатурное родство утратило свое значение. В 1994 году Сергей поступил на юридический факультет Академии водного транспорта, видимо, не сумев попасть в МГУ. Одновременно приходилось искать заработок. По словам Удальцова, он подрабатывал с первого курса, причем на случайных работах, не связанных с его будущей специальностью. Распространял рекламную газету «Центр плюс», торговал косметикой.

После окончания академии в 1999 году Удальцов официально работал по специальности, но фактически занимался политикой. Должность юриста в коммунистической газете «Гласность» была для него явно второстепенной. Газету контролировал бывший секретарь ЦК КПСС Олег Шенин, в 1991 году арестованный за активную поддержку ГКЧП. В 90-е годы Шенин пытался конкурировать за влияние в коммунистическом движении с Зюгановым, но, не имея серьезного организационного ресурса, был обречен на поражение – в 2000 году его исключили из КПРФ.

Впрочем, первым шефом Удальцова в политике был лидер «Трудовой России» Виктор Анпилов, коммунистический деятель, отличавшийся в 90-е годы, пожалуй, самой радикальной риторикой. Противники сравнивали его с булгаковским Шариковым, Организатор уличных акций, он был решительным противником Геннадия Зюганова, которого обвинял в ревизионизме. Анпилов окончил международное отделение факультета журналистики МГУ. Долгое время он работал журналистом-международником, то есть принадлежал к тому же московскому среднему классу, что и родители Удальцова.

В 1998 году Удальцов создает организацию «Авангард красной молодежи» с говорящей аббревиатурой АКМ, которая вошла в состав «Трудовой России». Удальцов активно участвовал в антилиберальных уличных акциях. В 1999 году он неудачно баллотировался в Думу от анпиловского Сталинского блока.

В 2001 году член центрального штаба АКМ Александр Шалимов бросил бутылку с зажигательной смесью в офис сайентологов в Москве и был приговорен к двум годам лишения свободы. Выйдя на свободу, Шалимов продолжил деятельность в рядах АКМ в качестве одного из руководителей организации. В 2003 году активист АКМ Игорь Федорович был отправлен на принудительное лечение за попытку взрыва у здания Мосгортранса в знак «протеста против повышения цен на проезд на городском транспорте».

Со временем восхищение Сталиным у руководителей АКМ поубавилось. Сейчас Удальцов отмечает как достоинства, так и недостатки сталинской модели. К первым они относит ее идеологическую составляющую (оговариваясь, что это не личная заслуга товарища Сталина). «Наличие мобилизующей, привлекательной для граждан идеи, которая еще не превратилась в фарс (как в позднем СССР), – основной двигатель достижений того времени», – утверждал Удальцов в 2009 году. Ко вторым – «сверхцентрализацию (допустимую в военное время, но непригодную в мирных условиях) и отсутствие контроля со стороны граждан». Для современности Удальцов сейчас считает возможным использовать лишь «отдельные позитивные элементы» сталинской модели.

Но уже в первой половине «нулевых» годов молодому политику Удальцову было тесно в организации все более слабеющего ортодокса Анпилова, с которым в конце концов осталось лишь несколько сторонников, отмечает Алексей Макаркин. В конце 2003 года АКМ с большим скандалом уходит из «Трудовой России» и вскоре присоединяется к другой леворадикальной организации «КПСС», которую возглавлял Олег Шенин. Сотрудничая с Шениным, Удальцов не перенял его враждебное отношение к КПРФ, да и архаичная «КПСС» его не слишком привлекала. В этот период АКМ сотрудничал с Национал-большевистской партией (НБП) Эдуарда Лимонова.

АКМ и НБП совместно организовали марши «Антикапитализм». АКМ получил известность и своими самостоятельными антивластными акциями, напоминающими «нацболовские». Особую активность организация проявила во время принятия закона о монетизации льгот. Например, в июле 2004 года несколько десятков членов движения во главе с Удальцовым приковались друг к другу наручниками у здания Администрации Президента, перекрыв движение по Ильинке. Они развернули транспарант «Отмена льгот – позор Путина!».

В том же году Удальцов объявлял сухую голодовку, протестуя против проведения через Совет Федерации закона о монетизации льгот. В 2005 году он с соратниками взобрались на балкон колокольни Ивана Великого в Кремле, развернули антипутинский транспарант и разбросали листовки, пишет политолог Алексей Макаркин. В результате Удальцов получил 10 суток ареста. В том же году активисты АКМ приковались друг к другу наручниками около здания Генпрокуратуры, перекрыли улицу Большая Дмитровка, требуя освобождения активистов как своей организации, так и НБП.

Удальцов пытался вырваться из политического «гетто», в котором находилось леворадикальное движение, пытавшееся конкурировать с Зюгановым. Но он понимал, что это невозможно сделать, находясь в состоянии жесткого антагонизма с КПРФ. И предложил ей партнерство на условиях сохранения самостоятельности. АКМ активно участвовала в массовых акциях, проводимых КПРФ, не только повышая их массовость, но и позволяя Зюганову парировать упреки в том, что его партия состоит преимущественно из пенсионеров. В 2005 году Удальцов вошел в список КПРФ на выборах в Московскую городскую Думу и работал в избирательной кампании под началом Ивана Мельникова, заместителя Зюганова. На президентских выборах 2008 года АКМ поддержала кандидатуру Зюганова.

Кроме того, с 2004 года Удальцов сотрудничал с Ильей Пономаревым (некоторое время работавшим в аппарате КПРФ, а ныне – депутатом Государственной Думы от «Справедливой России»), который возглавил альянс Молодежный левый фронт с участием ряда леворадикальных организаций.

В 2005 году Удальцов стал одним из лидеров Левого фронта, продолжившего объединительную традицию Молодежного левого фронта. Вышедший из комсомольского возраста, Удальцов стремился, чтобы его перестали воспринимать как «молодежного» политика (это же относится и к Пономареву, который на два года его старше). В 2008 году Левый фронт получил общероссийский статус. Его членами стали активисты АКМ, «Трудовой России», Союза коммунистической молодежи, незарегистрированной Российской коммунистической партии КПСС (РКП-КПСС) и ряда других организаций. В состав руководства Левого фронта вошли Удальцов, Пономарев, лидер РКП-КПСС экономист Алексей Пригарин, директор института «Коллективное действие» Карин Клеман (жена депутата Госдумы от «Справедливой России» Олега Шеина), руководитель Исламского комитета Гейдар Джемаль. Состав руководителей Левого фронта свидетельствует о том, что новая организация была совместима с левым крылом «эсеровской» партии, хотя и не идентифицировалась со «Справедливой Россией» в целом, отмечает политолог Алексей Макаркин.

В 2006-2007 годах АКМ сотрудничал с более широкой коалицией «Другая Россия», включавшей в себя как «лимоновцев», так и либералов, сторонников Гарри Каспарова и Михаила Касьянова.

В феврале 2010 года прошел учредительный съезд партии «Российский объединенный трудовой фронт» («РОТ фронт»), в которую наряду с Левым фронтом решили войти незарегистрированная Российская партия коммунистов во главе с Виктором Тюлькиным, профсоюзы авиадиспетчеров и работников автомобильной промышленности, а также профсоюз завода «Форд», прославившийся организацией массовых забастовок на заводе во Всеволожске. Это был самый масштабный за многие годы объединительный проект на левом фланге. Удальцов активно поддержал создание партии, став наряду с Тюлькиным ее секретарем-координатором. Однако тогда неформальный, но жесткий запрет на создание новых партий отменен не был – и «РОТ фронт», как и либеральный ПАРНАС, не был зарегистрирован.

Другим претендентом на сотрудничество с фронтом был Сергей Миронов, но Удальцов предпочел Зюганова, как и в 2008 году. Он мотивировал это тем, что «наибольшая возможность победить на выборах есть у Зюганова, на него и надо делать ставку, даже если вы не разделяете его взглядов».

Лесная Женя из Химок

Под Парижем находится известное русское кладбище Сент-Женевьев-де-Буа, названное по имени французской святой Женевьевы Лесной (де буа). Надо будет при случае поинтересоваться, с кем все-таки Женя Чирикова ассоциирует себя: либо с этой святой из леса, либо с Жанной Д’Арк, сожженной на пеньках Химкинского лесопарка?

Сподвижники по внесистемной оппозиции видят ее в совершенно иной роли. Борис Немцов, например, отзывался о Жене словами площадной брани. В СМИ попала запись телефонной беседы:

Немцов: Твари, бл… А эта мразь Чирикова продолжает тявкать?

– А мразь Чирикова продолжает тявкать. Вместе с Лимоновым.

Немцов: Не, ну Лимонов… это меня не касается.

– Мразь Чирикова да…

Немцов: Не, ну понимаешь, я, например, вчера… Там эта Чирикова прочирикала, что я агент ФСБ и продался за деньги то ли Кремлю, то ли не знаю кому… Но вчера я ее убедил прекратить эту истерику и пиз…ж. Она согласилась…

– А зачем она это делает?

Немцов: А ты знаешь, людей среди оппозиции умных не много.

…Евгения Сергеевна Чирикова родилась в 1976 году в семье научного работника. Окончила Московский авиационный институт и Академию народного хозяйства при Правительстве РФ, получив степень магистра делового администрирования. Работала инженером-программистом на АЗЛК, руководителем проектов по автоматизации управленческого учета в холдинге «Разгуляй-Центр». C 2004 года – исполнительный директор в собственной компании ООО «ЭЗОП» («Электроэнергетика и защита от помех»).

В дальнейшем в связи с расширением бизнеса открыла инженерно-проектную компанию ООО «Элнар-Сервис».

С лета 2007 года – активист движения «Экологическая оборона Московской области» («Экооборона»). С 2009 года – лидер незарегистрированного «Движения в защиту Химкинского леса». Проиграла на выборах главы администрации Химок действующему мэру Владимиру Стрельченко («Единая Россия»).

После того как в ноябре 2009 года премьер-министр Правительства РФ Владимир Путин подписал распоряжение № 1642 о переводе Химкинского лесопарка в «земли транспорта и промышленности», Чирикова выпустила видеообращение к Президенту РФ Дмитрию Медведеву, в котором потребовала отправить возглавляемое Путиным Правительство в отставку, признать недействительным его распоряжение и создать комиссию при Президенте РФ «для урегулирования противоречий, связанных с реализацией проекта трассы Москва – Санкт-Петербург и ЦКАД».

В июле 2010 года в рамках работ по строительству трассы Москва – Санкт-Петербург началась вырубка деревьев со стороны аэропорта «Шереметьево». Возглавляемые Чириковой защитники Химкинского леса разбили лагерь и начали установку баррикад, мешавших проходу техники. Несколько дней спустя на них напали неизвестные в масках, а утром после нападения ряд активистов «Экообороны» задержал ОМОН. Работы по вырубке леса были продолжены. В том же месяце обращение к Медведеву с просьбой приостановить уничтожение Химкинского леса подписали Greenpeace, WWF и Transparency International.

28 июля 2010 года группа активистов движения «Антифа» и анархистов забросала камнями и дымовыми шашками здание химкинской администрации, обстреляли мэрию из травматических пистолетов и исписали стены лозунгами «Спаси русский лес!». В тот же день отряд ОМОНа ликвидировал палаточный лагерь экологов, который был назван «незаконным пикетом», Чирикова вместе с несколькими защитниками Химкинского леса была задержана. В отделении задержанные провели несколько часов. Несколько дней спустя мировой суд оштрафовал Чирикову за организацию незаконного митинга и неповиновение сотрудникам милиции.

Самопожертвование ради Химкинского леса не оценили другие оппозиционные лидеры. Опубликованная «прослушка» не оставляет никаких сомнений:

Панюшкин: Что ж ты Чирикову-то не смог уболтать? Бабу-то, господи…

Немцов: Н у, она еб…я. Что я могу ее уболтать?

Панюшкин: Ну, еб…я, конечно…

Немцов: Нет, ну она вообще ни х… не слышит. Ты вообще знаешь суть договоренности? Ты-то хотя бы знаешь?

Панюшкин: Ну вот… че в Интернете прочел…

Немцов: Нет! Ну вот, что те, кто придет на Площадь революции… Для них будет организован проход… то есть марш к Болотной. Это же пи…ц!

Панюшкин: Ну да…

Немцов: Не, ну они кретины, бл… Они мне памятник должны поставить вместо Дзержинского на Лубянке.

Панюшкин: (смеется).

Немцов: Ну а что, бл…?

Панюшкин: (смеется) …а тем временем спи…ть оттуда архивы еще раз…

Немцов: (смеется). Ну я там спи…жу их, конечно. Ну вот а ты можешь? Ты вот великий русский писатель, бл… Во-первых, ты можешь позвонить Чириковой и сказать: Чирикова, сука, во-первых, ты оскорбляешь Немцова, говоришь, что он за деньги это сделал… Ты знаешь, да?

Панюшкин: Нет, кстати…

Немцов: Эта тварь написала, совсем оху…я… Щас, секунду… (долгая пауза)

Панюшкин: (несколько раз шмыгает носом).

Немцов: Не, ну она тебя уважает… Ты – Панюшкин, известный писатель. Ну не, ну как?.. Нет, ты объясни мотивацию, скажи в чем дело… Дальше. Ничего я перед ними не прогибался… Я никаких писем не писал отказных… Ничего этого нет. Можно в Живом Журнале моем и Фейсбуке прочитать, как это было…

Вот. Они… они сказали правильную вещь – на той площади столько народу уместиться не может. Вот. Это сущая правда. Это – правда. А поскольку придут многие люди из офисного планктона, такие хомячки интернетовские, да? Которые никогда ОМОНовца живого не видели… Ты меня извини, я людей под дубинки подставлять не хочу и не буду. Вот и все…

Панюшкин: Я согласен с тобой…

Немцов: Ну так ты ей позвони и скажи, бл…, чтобы она заткнулась! А то, бл…, когда ей деньги нужны и когда у них так кого-то арестовывают, так она тут же ко мне бежит. Когда ей нужно в Америку ехать, так она ко мне бежит. Когда ее в таможне шмоняют, она мне звонит. Да, когда там пострадавшим нужно помогать, она мне звонит. Когда деньги нужны на «Антиселигер», она сюда звонит. А потом вдруг Немцов – предатель, бл…. Ну не тварь?

Панюшкин: Да потому что она, бл…, дура, идиотка… Н у, бл…, оттого, что ты, значит, ругаешься, лучше не будет… да? Все и так прекрасно понимают, что она идиотка.

(Для справки: Валерий Панюшкин – известный журналист и литератор, сторонник оппозиции.)

Вот такая антиномия, единство противоположностей в одной прекрасной русской женщине!

Чемпион мира

Гарри Каспаров – чемпион мира по шахматам. Это звание можно считать диагнозом, если вспомнить, например, экстравагантного Роберта Фишера, которого США лишили гражданства.

Каспаров вспоминал о том, как он в свое время советовался с Борисом Спасским, участником самого знаменитого матча в истории шахмат против Бобби Фишера. Тогда Спасский сказал ему: «Сразу хватай противника за яйца. Только за одно, за оба не надо».

Мысль автора трактата «Искусство войны» Сунь Цзы о том, что бизнес сродни войне, не нова. В своей книге со скромным названием «Мои великие предшественники» бывший чемпион мира по шахматам делает акцент на такой же идее. Состоит она в том, что игра с элементами стратегии и тактики, цель которой – нанесение поражения четко определенному противнику, – иначе называемая шахматами, может научить нас заниматься бизнесом и политикой.

Каспаров – самый агрессивный и оригинальный гроссмейстер нынешней эпохи. В книге он довольно ярко говорит о том, почему шахматы превращаются в такую жесткую и «психологически жестокую» игру, если в них играть на высшем уровне. По его словам, для игры в шахматы необходимо постоянно принимать четкие и всесторонне обдуманные решения, причем в условиях дефицита времени и постоянной смены условий битвы противником.

Каспаров привык сразу запугивать противника, он признает, что «атаковал, потому что кроме этого ничего не знал». Со временем осознал, что иногда гораздо более эффективно проявить терпение и коварство, но все равно всегда «предпочитает вступать в разговор с позиции силы».

Применение тактики и стратегии против четко определенного противника гораздо больше напоминает войну, нежели бизнес и политику. В том, что шахматы – игра военная, нет никаких сомнений. Но когда Каспаров переходит к бизнесу, его дела становятся уже не так хороши.

Каспаров зря пытается «натянуть на уши» параллели между шахматами и бизнесом. Шахматы и бизнес – это просто разные вещи. В бизнесе объект контроля – открытый мир, до повторения которого шахматам не дорасти никогда. Руководитель компании должен держать в голове не действия одного только противника, как бы хитер и коварен тот ни был: кроме конкурентов, ему приходится думать и о собственных работниках, и о клиентах, и о поставщиках. Сама сущность рынка заключается в том, что, как только ты сокрушил одного противника, на его месте тут же вырастает другой – уже учитывающий печальный опыт предыдущего.

Собственно, во введении Каспаров даже наполовину это признает. Вот что он пишет:

«Понятно, что на фондовом рынке, на футбольном поле и на поле брани все выстраивается не так аккуратно, как на шахматной доске. Однако и здесь, и там, и везде оказывается верным одно и то же простое правило: принимаешь правильные решения – побеждаешь; принимаешь неправильные – проигрываешь». Спасибо, Гарри. Как же мы раньше-то без тебя жили.

Его попытки вынести из шахмат уроки для бизнеса и политики не только неадекватны. Главное, в них объективно нет никакой нужды. Понятно, что издателям не терпится снять очередные сливки с рынка бизнес-литературы из серии «как я стал великим», но у Каспарова есть нечто свое, уникальное. История о том, как жесткий и упорный шахматный чемпион превратился в упертого противника российской власти, наверняка завоюет аудиторию.

Когда Каспарову наконец надоест нынешняя тема и он обратится к своим попыткам свалить Владимира Путина, будем надеяться, что он больше не станет говорить о пользе шахматного мышления для бизнеса. Тогда и останется только история самого Гарри Каспарова. Которую мы обязательно и с удовольствием почитаем».

А другой экс-чемпион мира по шахматам Роберт Джеймс Фишер в интервью «Родной газете» назвал Гарри Каспарова преступником и посоветовал Владимиру Путину посадить его в камеру с Ходорковским:

– Для меня поход Каспарова против президента Путина – достаточный повод, чтобы выразить президенту Путину одобрение и полную поддержку.

Я собираюсь доказать, что матч Карпова и Каспарова в 1984-1985 годах был инсценирован, подготовлен КПСС и КГБ. И я докажу это! Карпов и Каспаров – лжецы и торговцы.

– А Каспаров считает вас одним из величайших шахматистов в истории.

– Ну, это еще не повод, чтобы я изменил свое мнение о нем… Каждый, кто заранее готовится к матчам и тем более играет договорные партии, – лжец и торговец. Каспарова я не называю иначе как преступником. Ни по имени, ни просто Каспаров – только преступник! Я знаю, сейчас он пытается заниматься политикой, идет против президента Путина. Каспаров – олицетворение зла. Если вы проверите его на детекторе лжи, убедитесь, что он – лжец!

//- * * * -//

Знающие Гарри Кимовича люди говорят: ему не знакомо чувство раскаяния. Даже западные журналисты отмечают, что «Каспаров настолько обаятельный и экспансивный человек, что вы простите ему это сверхсильное чувство собственной значимости». Одной из причин своего ухода в политику Каспаров назвал кризис в мире шахмат.

В 1991 году это «дитя перестройки», как он сам себя называл, вступил в КПСС. Шаг этот, надо признаться, требовал даже определенного мужества: вступать в партию в это время среди российской интеллигенции было уже дурным тоном. Вскоре он перешел к демократам в «Демвыбор России». Он ни разу не обмолвился, что стал инициатором раскола шахматного мира, когда в 1993 году демонстративно вышел из ФИДЕ и создал Профессиональную шахматную ассоциацию.

Политикам Каспаров по-настоящему пригодился лишь после оглушительного поражения правых в 2003 году. Возможно, политические неудачники решили повторить сценарий «Единой России» образца 1999 года, когда одним из лидеров партии стал неоднократный чемпион мира по борьбе Карелин. Но они просчитались: нет другого более эгоистичного и индивидуалистского вида спорта, чем шахматы.

Факт остается фактом – Каспаров не командный игрок, он умеет командовать только пешками и озабочен лишь собственной значимостью и величием. Каспаров даже не особенно советовался со своими соратниками, которые доверили ему свое мнимое спасение – «Комитет-2008».

Не исключено, что оказанное доверие сыграло с Каспаровым злую шутку, превратив «сверхсильное чувство собственной значимости» в элементарную болезненную манию величия. Надо признать, что Каспаров действительно великий шахматист, а с великими иногда приключаются неприятные сюрпризы. Вот, например, Набоков в «Защите Лужина» описывает, как, не сумев справиться со всеми страстями, великий шахматист сходит с ума.

«Смердящий старичок»

«Смердящий завистливый старичок», «пердун старый» – так Борис Немцов нелицеприятно отзывался о талантливом писателе Эдуарде Лимонове, оппозиционере со стажем, создателе национал-большевистской партии (НБП). Вот фрагмент опубликованной телефонной беседы Немцова с неизвестным:

– Как настроение?

Немцов: Неплохое. (Зевает). Спать хочу. Еду на митинг. Сейчас приеду на Площадь революции сначала. Заберу от этого… пердуна старого народ, и вместе с ним пойду на Болотную.

– А-а… понятно.

Немцов: Там пердун меня на чем свет стоит кроет…

Что я прода…

– Ты про Лимонова, что ли?

Немцов: Да, да… Такой смердящий, завистливый старичок… знаешь…

– Ай-вай-вай-вай-вай-вай… Вы только не переругайтесь там все. Это только… самая главная мечта Кремля.

Немцов: Нет, я не переругаюсь. Ты только почитай, что этот пид…р про меня вчера написал. Я про него ни слова не сказал публично.

– Но…

Немцов: Понятно? Этот пидор! Прочитай, что он про меня сказал вчера.

– Слушай… А я не читал. Я хочу сказать, что мы были свидетелями еще большего старческого маразма. Я помню, Солженицын с Путиным чаи распивал. Так что вся эта поросль беглых литераторов… они в конце жизни всегда… альцгеймер их одолевает.

Борис Березовский относится к Лимонову совсем по-другому. Ходили слухи, что олигарх-«политбеженец» спонсирует нацболов. Сайт pravda.ru приводит выдержки из интервью Лимонова: «…Иногда мы получали от разных людей какие-то деньги. Например, когда я сидел, Александр Проханов отдал мне 10 тысяч долларов из своей премии «Национальный бестселлер», чтобы можно было оплатить услуги адвокатов и приезд в Саратов свидетелей. Березовский тоже прислал, если не ошибаюсь, 10 тысяч на это благое дело. Естественно, собранные средства пошли не только на меня – было еще шесть обвиняемых, и наш процесс требовал массы денег».

Приведем громкое заявление бывших активистов НБП Сергея Соловья и Марины Курасовой, в котором они указывают причины, по которым политсовет НБП принял решение о принятии финансов Березовского на «революцию» и описывают, как это проходило: «В отходе от национал-большевистской идеологии был и объективный мотив: радикально-оппозиционная политическая сила, желающая ворваться во власть, должна играть на одной из разрушительных политических тенденций, например, требовать быстрой либерализации, которая, как показывает история, всегда связана с социальным хаосом и возможностью перехода власти в другие руки. Так действовали либералы, разрушившие СССР и оказавшиеся в годы правления Владимира Путина на политической обочине.

Но подобный трюк не удался в новом веке Лимонову. Новый курс НБП требовал, кроме прочего, и дополнительных расходов. В условиях постоянной нехватки денег на «революцию» на конспиративном политсовете НБП в феврале 2004 года было принято решение обратиться за помощью к Борису Березовскому, и через несколько дней от опального олигарха была получена первая денежная сумма. Возможно, с тех пор Березовский стал в какой-то мере определять политику партии Лимонова – в интересах своей личной мести кремлевскому руководству. Другие спонсоры и размер спонсорской помощи нам достоверно не известны, но такие «доноры», безусловно, были, да и сейчас они есть».

Другой член НБП подтвердил эту информацию: «Лимонов любит говорить, что НБП финансируется за счет гонораров с его писательских творений. Может, так и было когда-то давно, но съезд «Другой России» или съем десятка квартир в Москве даже на гонорары Александры Марининой не организуешь».

Сам Лимонов открыто заявлял: «Политики Российской Федерации, считая, что Березовский непопулярен в народе, настойчиво дистанцируются от него. Однако, наблюдая, как Березовского все более ненавидят в Кремле, я, признаюсь, испытываю к нему все большую симпатию. Ведь меня также ненавидят в Кремле, я это знаю, и именно за перечисленные Березовским качества. Я думаю, что давно пора реабилитировать Бориса Абрамовича в глазах оппозиции. Ну конечно, у него нелегкий характер, ну, разумеется, он помог прийти к власти Путину, а до этого помог удержаться у власти Ельцину. Но это все было давно, а сейчас у нас каждый сторонник на счету, и мы хотим «Другую Россию» – ну так и он ее искренне хочет. Тем более что он действительно помогал последние семь лет оппозиционным партиям, не всегда тем, кому надо, его легковерием пользовались и нечестные люди, но помогал ведь.

Это секрет Полишинеля. Березовского усиленно дьяволизируют, и я, которого очерняют, шельмуют и преследуют с небывалой яростью, его искренне понимаю и ему сочувствую. Хотя я с ним и не знаком, и в прошлом организовывал, помню, антиберезовские митинги у его приемной в здании «ЛогоВАЗа». Должна быть понята простая истина: сегодня – он наш союзник. Не был ранее, возможно, не будет в будущем, но сегодня да».

Отношение к Березовскому стало поводом к серьезному конфликту между Лимоновым и Каспаровым. Интернет-сайт Polithexogen объясняет, что «Лимонову и впрямь было отчего взбеситься – все будущие планы Лимонов и его партийный актив, безусловно, связывали с фигурой Касьянова, и ради этого пошли на смену своей идеологической ориентации, всячески расхваливая Михаила Михайловича. В итоге этих заигрываний с Касьяновым нацболы несколько утратили свою идентичность в политическом пространстве и заработали образ платного боевого отряда, предавшего свои идеалы. Однако ставку Лимонова на Касьянова дезавуировал Гарри Каспаров, который попросил у Касьянова контроль, в том числе и финансовый, над проектом «Касьянов-2008».

Но Касьянов отверг притязания Каспарова, после чего и лишился статуса наиболее перспективного выдвиженца от «Другой России». Бросив «Другую Россию», Касьянов занялся своим личным проектом, по сути, оставив Лимонова ни с чем. Теперь Лимонову все придется начинать сначала, но чтобы взять в «Другой России» абсолютную власть и рулить проектом по собственному усмотрению, Лимонову нужны деньги, причем из любых источников. И он отвесил реверанс, призвав, по сути, принять вариант использования денег Березовского.

Реакция Гарри Каспарова не заставила себя долго ждать, но она оказалась на редкость вялой. Он заявил, что «не разделяет заявление Эдуарда Лимонова», более того, «высказывание (Лимонова) мне кажется крайне неуместным, и мне очень неприятно, что он его сделал. Никаких контактов с Борисом Абрамовичем у «Другой России» нет, не было и не может быть, пока ее деятельность координирую я», – приводит высказывание Каспарова интернет-сайт Polithexogen.

Прямо обвиняет в продаже совместной в прошлом организации бывшего товарища философ Александр Дугин в интервью сайту «Кремль. org» в 2005 году: «Сейчас этими спонсорами выступают опальные олигархи и «оранжевые» силы, которые пытаются их использовать. Эту сеть – национал-большевистскую – безусловно, будут использовать, да и сейчас используют в интересах оранжевой революции. Партию фактически перепродали. Ранее она служила самой себе, пусть достаточно глупо, но все-таки у нее была определенная остаточная (оставшаяся по инерции после ухода меня и моих единомышленников) идеология. А сейчас НБП грубо служит Невзлину и его компании, которая пытается раскачать лодку…»

В российских СМИ также поднималась тема финансирования НБП со стороны бывшего олигарха Невзлина. «В качестве покупателя НБП, – утверждали в 2006 году источники интернет-сайта «Дни. ру», – все чаще всплывает фамилия Леонида Невзлина, бывшего совладельца «ЮКОСа», бежавшего из России до того, как ему успели предъявить обвинения в организации целого ряда убийств. Он выступал спонсором нескольких либеральных проектов, когда на политической арене появился Гарри Каспаров с лозунгом «Мы против Путина». Идея пришлась ко двору, Каспаров получил Объединенный Гражданский фронт и Марину Литвинович в качестве пиар-технолога в нагрузку.

Так что лозунг «Россия для русских» больше не актуален, поскольку борьбу Лимонова за власть в России теперь финансирует Леонид Невзлин, скрывающийся в Израиле».

Правозащитник Александр Подрабинек, известный в прошлом диссидент, как-то сказал: «Россия Лимонова – иной, более жесткий вариант советской империи. Даже Россия перестроечных демократов уже была, и вряд ли кто захочет ее повторения».

Ксения Общак

Ксения Собчак заигралась в Дом-2, реалити-шоу перенесла в политическую жизнь. Политика ей отомстила обыском и потерей больше миллиона евро и зеленых.

В оппозиционном движении, похоже, появляются новые лидеры. Все больше очков набирает Ксения Собчак. Сначала московские революционеры ее дружно освистывали, а сейчас активно голосуют за нее на странице протестного движения в Facebook. Она – третья после некоего коллективного руководства и Алексея Навального, кто может говорить от имени протестного движения.

Сторонников у девушки, видимо, прибавилось после обысков у нее и других оппозиционеров накануне «Марша миллионов». Но найденные у Собчак крупные суммы наличных денег в евро, долларах и рублях не понравились еще одному лидеру протестов – депутату «Справедливой России» Илье Пономареву. Он обвинил ее в дискредитации оппозиции и попросил на время уйти в тень.

«Для кремлевской пропаганды это просто подарок. Очевидно, будут доказывать, что это черный нал», – опасался Пономарев. По его мнению, бухгалтерия Собчак отвлечет внимание общественности от реальной деятельности оппозиционеров. «Ее миллионы, а не борьбу с коррупцией Навального, программу оппозиции реально будет обсуждать вся страна», – заключил депутат-белоленточник.

Телеведущую уже окрестили «Ксенией Общак», хотя Следственный комитет только выясняет источники происхождения этой суммы, а сама Собчак утверждает, что все эти деньги заработала честно. «Уже много лет мои налоговые декларации не были меньше миллиона долларов, остальное – ложь и клевета и попытка меня спровоцировать», – отметила Собчак в своем Twitter. Телеведущая заявила, что все ее налоговые документы в порядке.

Сама девушка прокомментировала заявление Пономарева в микроблоге: «Ни в какие оргкомитеты никогда не входила, и если ты видишь во мне политического конкурента, то это твои личные фобии, успокойся». А ее новый друг из «Солидарности» Илья Яшин счел призыв депутата-эсера «проявлением недобросовестной политической конкуренции».

В интервью телеканалу «Дождь» Яшин рассказал: «В последние месяцы налет гламура с нее сильно сбился. Она стала другим человеком. Когда я познакомился лично с ней, этот налет гламура куда-то исчез, и я увидел там нормального живого человека с абсолютно нормальными здоровыми ценностями, которые было очень сложно разглядеть на экране всяких разных развлекательных телеканалов».

Также оппозиционер сказал, что «увидел в Ксении искренность». «Даже когда ее освистали, я стоял у нее за спиной, – это был, собственно, момент нашего знакомства, – я видел, что она говорит абсолютно искренне. Несмотря на то что я был очень не согласен с тем, что она говорит, я чувствовал некое уважение к тому, что человек выходит к очевидно недружелюбно настроенным людям, которые тебе свистят, которые тебе кричат что-то неприятное, и готов этих людей в чем-то убеждать».

Таблоид «Экспресс-газета» опубликовал в 2008 году рассказ одного известного шоумена о пребывании восходящего солнца российской оппозиции в Нью-Йорке: «В качестве гостя на эту презентацию также приезжал Боря Моисеев, а в качестве ведущей – Ксюша Собчак. Мы бухали с ними несколько дней и чуть с ума от них не сошли. Ксюша беспрерывно грузила нас рассказами про свой «Дом-2». «Это мое детище, – повторяла она. – Мои маленькие бомжата». По ее словам, у нее там есть молодой любовник Гена Джикия, и она занимается с ним сексом 24 часа в сутки. Я видел в Интернете этого Гену. Это просто жертва неудачного аборта. К тому же у чувачка криминальное прошлое. «Неужели ты не могла найти себе кого-нибудь получше? – удивился я. – Есть же красивые парни и при деньгах. Чего ты запала на этого клоуна?» – «Да, у него длинный нос, зато член пятиметровый, – объяснила Ксюша. – А эти богачи – все педерасты и импотенты».

С особой злобой она отзывалась о нынешнем муже певицы Алсу, который, как я понял, в свое время был ее любовником. Я пытался у нее спросить, чем он ей так не угодил. Но Ксюша не стала ничего конкретизировать. То ли она его слегка побаивалась, то ли была недостаточно пьяна для таких интимных откровений. В нее надо влить бочку спиртного, чтобы она опьянела. Обычно баба выпивает 50-100 граммов коньяка или водки, и ее уже начинает нести. А Ксюша пьет как лошадь, но остается трезвой и даже соображает еще лучше. Ее развезло только в бане. После парной она выпила кружку пива и неожиданно потеряла контроль над собой – начала рыгать, падать, кричать, что все – жиды и педерасты. Жаль, что ни у кого не оказалось камеры, чтобы заснять это шоу».

Известный поэт Андрей Орлов (Орлуша), находясь под впечатлением от рассказанного, написал стихотворение, в котором есть такие строки:

Настроенье – распи*дец, весеннее,

Огонек горит в моих очах:

Подарили мне на день рождения

Надувную Ксению Собчак!

<…>

Кто сказал, что за Картье с Шопардами

Ксению пускали на общак,

Тем скажу: Вы – пид*расы! Гады вы!

Не такая Ксения Собчак!

Фигура российской светской львицы вызвала больший интерес на Западе. Paris Match назвала Собчак «представительницей золотой молодежи времен Путина». «Сфальсифицированные результаты парламентских выборов в декабре 2011 года заставили Ксению взбунтоваться», – пишет автор.

Все единодушно утверждают, что Ксении придется делать выбор между политикой и гламуром. Обозреватель Financial Times Кортни Уивер пишет, что Собчак стала в глазах полиции и СМИ одним из основных лидеров московского оппозиционного движения. Другие лидеры – «эклектичная компания», замечает газета. Например, друга Собчак Яшина там называют «либеральным демократом с лицом младенца».

Часть II

Эх, «Яблочко», куда катишься?

Боевой отряд «Яблока»

Когда все говоришь, а тебя уже не слушают (надоел!), когда наступают на пятки молодые (да ранние), когда рейтинг сходит на уровень статистической погрешности (а на носу выборы), лихорадочно ищешь выход и находишь вроде бы единственный – спровоцировать политический скандал. Но обделать это нужно с умом, чтобы и под Уголовный кодекс не угодить, и желанного добиться. Это непреложное правило первым делом освоило народившееся племя наших имиджмейкеров, а затем и сами политики. Примеров тому, что почти каждая уважающая себя партия заводит себе и контролирует подпольную молодежную группировку, – масса. РВС и РККА – у коммунистов разного толка, РНЕ и Легион «Вервольф» – у национал-патриотов. Нам стало известно, что своих радикалов заимел и один политический блок, лидер которого слывет честнейшим и бескопромисснейшим человеком, чуть ли не совестью нации – Григорий Явлинский.

Вспомним скандал вокруг пресловутой «версии № 1», грозившей скорым и неминуемым государственным переворотом. Факсы с детально расписанным сценарием подготовки захвата власти в стране некой «группой влиятельных сил» в один день получили многие правительственные учреждения и десятки средств массовой информации.

Тогда авторство приписали руководителю Фонда эффективной политики Глебу Павловскому. Ему даже пришлось спешно отбыть за кордон, чтобы избежать объяснений в прокуратуре и госбезопасности.

Или другой случай. Ноябрь 1997 года. Только-только отгремели залпы, пущенные Березовским в телеэфире. Они выкосили сплоченные ряды чубайсовской команды. Все ждали ответного удара, и он последовал… но какой? Подлый – еще мягко сказано.

Фонд эффективной политики цинично, вполне в духе современного имиджмейкерства, запустил дезу. Самое отвратительное то, что для этого было использовано имя политического обозревателя «Общей газеты» Андрея Фадина, погибшего накануне в автокатастрофе. Сотрудник ФЭП Максим Мейер организовал пресс-конференцию, на которой «независимый» журналист Сергей Митрофанов, «близкий друг» Фадина, поведал о том, что погибший получил дискету с расшифровкой беседы Березовского и Гусинского и это якобы стало причиной его гибели. Финансовые магнаты никак не отреагировали на этот скандал, сочтя его, видимо, безграмотно поставленным спектаклем.

Запущенная в СМИ деза – лишь один из методов работы профессиональных политических провокаторов. Более эффективно, как показала практика, – создание экстремистских группировок, боевого, так сказать, крыла. Поначалу они расклеивают на столбах прокламации с призывами бороться с «оккупационным режимом», жгут на площадях чучела ненавистных политиков. Потом, как это уже было, наигравшись, по-нечаевски убивают своего соратника, чтобы повязаться кровью, и приступают к серьезным делам. Такова внутренняя логика любой экстремистской организации.

Пример – отрезанные уши члена «Легиона Вервольф». Подрыв памятника Николаю II в подмосковном поселке Тайнинская. Минирование памятника Петру Великому в Москве и газораспределительной станции в Люберцах. Примеров, впрочем, предостаточно.

Образование так называемого Союза сил сопротивления «Гамаюн» – из того же ряда. По мнению одного из региональных руководителей «Яблока», пожелавшего остаться неизвестным, создание «Гамаюна» – тактический ход Григория Явлинского, поставившего целью привлечь на свою сторону часть национал-патриотического электората перед приближающимися президентскими выборами.

Другие сведущие политики считают, что Явлинский, используя молодых маргиналов из «Гамаюна» (открыто? втемную?), испытывает «обнищавший народ» на диктатуру. Если выгорит – так тому и быть?..

…В Большом театре открывался 222-й театральный сезон. Давали «Ивана Сусанина». Публика в зале, само собой, отборная – столичный бомонд. Последние буфетные визитеры заняли свои места, притихла гомозливая галерка. Отрешившись от будничных дел, зрители уже внимали первым аккордам. Вдруг в зале закрутился-завертелся бумажный листопад: откуда-то сверху – то ли с третьего, то ли с четвертого яруса – на головы театралов посыпались листовки.

Сбитая с толку публика, забыв о сцене, шуршала бумажками, тщетно пытаясь в полутьме прочесть «послание». Театральное действо явно страдало от такого вмешательства. Открытие сезона было на грани срыва.

Ответственность за учиненный скандал, как явствовало из листовок, взял на себя некий «Союз сил сопротивления «Гамаюн». Зачинщики «акции» – двое неизвестных молодых людей, – «отбросавшись», беспрепятственно покинули театр. Оставалось лишь с глупым видом вертеть листовку в руках.

«Гамаюн» призывал к «борьбе с существующим диктаторским режимом», а также обещал обрушить на сатрапов «гнев народа, и он сметет их с нашей земли». Эти грозные слова были отпечатаны на лазерном принтере на финской бумаге с водяными знаками, что свидетельствовало не только о закате эпохи маевок и подпольных типографий, но и о финансовых успехах новых революционеров.

Из короткого, в полстранички, текста невозможно было понять, кто они, эти гамаюновцы, – левые или правые, троцкисты или национал-социалисты, рыночники или колхозники. Автор, упирая на общеизвестные факты нашей жизни вроде казнокрадства и «обнищания народа», не предлагал никаких рецептов, кроме неотвратимой и страшной кары «замшелым политическим волкам, своре молодых провокаторов-плейбоев и их телевизионно-эстрадной обслуге». Проговаривал это, впрочем, с оглядкой на Уголовный кодекс, избегая прямых призывов к насилию.

Пресса, отшумев в два дня, сошлась во мнении, что на сцену выходили хулиганствующие одиночки непонятной ориентации. Однако вскоре пришлось признаваться в своей ошибке, когда «Гамаюн» объявил о начале электронной войны. В течение одного дня факсы Правительства, Администрации Президента, а также десятков средств массовой информации приняли новое послание «Гамаюна». В нем цели «союза сопротивления» несколько конкретизировались.

Например, из письма на имя Черномырдина: «Вы, как один из ведущих функционеров диктаторского режима, включены в списки лиц, в отношении которых устанавливается степень участия в преступлениях и бесчинствах нынешней власти… Мы будем добиваться реального действия механизма люстрации, создавать вокруг вас атмосферу нетерпимости… Предлагаем вам незамедлительно подать в отставку…» Одновременно такие же тексты стали распространяться в компьютерной сети «Интернет».

Власти на самом высоком уровне, конечно, всполошились, получив эти «черные метки». Бог знает, что ждать от этих птенцов гамаюновых, – отморозков сейчас хватает.

Отыскать «Гамаюн» сразу не удалось, хотя на некоторых письмах был указан обратный адрес: Псков, Октябрьский проспект, д. 56. Увы, по этому адресу находился завод «Псковмаш», уже долгое время закрытый. Гамаюновцы вдобавок оказались хорошими конспираторами.

Кстати, последняя акция «Гамаюна» прошла в Пскове после Нового года. Городская администрация всерьез перепугалась, когда на центральную площадь вышла группа молодых людей, кричащих в мегафон бранные слова в адрес властей. Затем кто-то изо всех сил колотил трубой в рельс, а рядом жгли факелы.

Совершенно очевидно, что за невнятными угрозами группировки с неопределимой политической ориентацией должен стоять некто, кто во имя собственных целей, пока что непонятных, дирижирует молодыми маргиналами.

Нам удалось получить запись телефонного разговора руководителя «Яблока» Григория Явлинского с Георгием Глаговским, лидером «Гамаюна» (каким образом – это наше ноу-хау), фрагмент которого приводим:

Г. Григорий Алексеевич, замучились со связью, почти все мобилы вышли из строя…

Я. А вы аккуратнее с ними, не могу же я каждый месяц…

Г. У нас тут проблемы с органами, кто-то стучит, не знаю кто, но таскают в контору, статьи шьют неприятные…

Я. Ладно, бояться вам нечего, тексты выверенные, придраться им не к чему, пусть бесятся. Ты лучше думай о деле, с октября палец о палец не ударили.

Г. Да я сейчас больше по регионам разъезжаю, ребят стоящих подыскиваю.

Я. Вот ездишь, заодно и организовывай там что-нибудь, чтобы не впустую. Время дорого.

Г. Есть одна мыслишка, в Пскове отчебучить.

Я. Вот-вот и давай…

«Бояться вам нечего, тексты выверенные», – сказал Явлинский. Тут я вспомнил слова Глаговского из разговора со мной: «На нас работают лучшие юристы страны». Тогда они показались мне пустой похвальбой. Признаю, что был не прав.

Потом выяснилось, что во многих областях учредителями региональных организаций «Гамаюна» стали… активисты общественно-политического движения «Яблоко».

Чтобы не быть голословным, перечислю ряд фамилий. Евгений Гашо (Воронежская область), помощник депутата Госдумы Ярыгиной. Ю. Гераськин и И. Трушин (Рязанская область). Лидер Алтайского краевого отделения «Яблока» В.С. Останин стал инициатором создания местного филиала «Гамаюна» – по просьбе людей из близкого окружения Явлинского. Формально филиал возглавил его сын Станислав. В Иркутской области свила гнездо для гамаюновцев группа поддержки Явлинского на президентских выборах, ее вдохновитель и сопредседатель областной организации «Яблоко» Даниил Мещеряков сейчас перебрался в Москву.

Впечатляющая деталь, связанная с местом проведения учредительного съезда «Гамаюна». В 1996-1997 годах движение «Яблоко» постоянно проводило свои «организационные мероприятия» в доме отдыха «Полет». Эта здравница перешла, так сказать, по праву наследования молодым соратникам Явлинского.

Наконец, сам лидер «Гамаюна» Глаговский был членом Санкт-Петербургского отделения молодежного союза «Яблоко», заместителем начальника федерального штаба одноименного предвыборного блока и одним из доверенных лиц кандидата на пост президента в 1996 году Григория Явлинского.

Вскоре отыскались очевидцы, которые поведали о том, что учредительный съезд «Гамаюна» прошел за несколько дней до акции в Большом театре. Проходил он, как уже говорилось, в Подмосковье, в доме отдыха «Полет», бывшей профсоюзной здравнице. Участвовало в «учреждении» около шестидесяти молодых людей примерно 30-летнего возраста. (Видимо, на этом съезде и было решено провести описанную акцию в Большом театре.)

По их виду не скажешь, что они купаются в роскоши, как иные деятели, считающие политику весьма доходным бизнесом, пусть не всегда законным. Нет, скромно одетые, но снабженные мобильными телефонами и разъезжающие на новых «девятках».

Они приняли устав, в пункте которого «Цели и задачи движения» говорится, что их «стратегическая задача – приход к власти». Цель – «освободить страну от извечного варварства… и вывести на путь цивилизованного развития». Нигде не поясняется, что считать «варварским» и что – «цивилизованным». В остальном параграф почти дословно повторяет угрозы, разосланные по факсу, – о «люстрации», составлении списков «лиц, уличенных в сотрудничестве с нынешним режимом», и объявлении им бойкота.

Оргкомитет выпустил под грифом «Для служебного пользования» обращение к союзникам, в котором указаны конкретные цели: «…Мы будем, не уставая, разоблачать команду «молодых провокаторов» во главе с Чубайсом и Немцовым, не забывая о старых – Шумейко, Филатове, Илюхине, Лебеде, Рохлине…» Досталось и «иерархам в штатском», которые разъезжают в «мерседесах» и «не предают анафеме аморальные действия властей».

«Карфаген должен быть разрушен!» – грозно призывает съезд «Гамаюна».

В доме отдыха собрались посланцы Петербурга, Пскова, Владимира, Воронежа, Омска, Благовещенска, Магадана, Сахалина… Неизвестно, что обсуждалось в кулуарах, но на съезде ничего, кроме по-человечески понятных угроз и досадований людей, отброшенных на обочину жизни, не произносилось. Оставалось ощущение странной недосказанности. Хорошо, свернем «головку режима», а дальше?

Ответить мог, очевидно, только руководитель «Гамаюна». Учитывая, что последние листовки «по поручению Федерального штаба Союза сил сопротивления» подписывались неким Георгием Глаговским, мы предприняли настойчивые попытки встретиться с ним. Контактный телефон отвечал старушечьим голосом одно: «Что записать?»

Первая встреча сорвалась – у гамаюновцев случилась какая-то заминка. Только дней через десять мы встретились. Глаговский сказал, что его пресс-службе требовалось время, чтобы навести обо мне справки, пролистать мои публикации за последние годы (ну, конспираторы!).

Итак, знакомимся. Известный в узких кругах общественно-политический деятель Георгий Глаговский, 29 лет, выпускник Ленинградского политехнического института, кандидат экономических наук, занимается, по его словам, частной юридической практикой.

Общественность впервые узнала о его существовании в 1993 году, когда он баллотировался в депутаты Госдумы по одномандатному округу в Санкт-Петербурге. Его поддерживали студенты питерского политеха, о нем хорошо писали в местной газете «Смена». Выборы с блеском провалились.

В следующем, 94-м, он уже в составе питерской делегации едет в Москву, чтобы участвовать в учредительном съезде гайдаровского «Демократического выбора России». Очевидно, работа с отечественными «демократами» не задалась, ибо спустя некоторое время Глаговский входит в состав правления Международной организации прав человека (МОПЧ), штаб-квартира которой находится в Мюнхене. (В разговоре со мной на вопрос, что привело его к Гайдару, он как-то странно ответит: «Демоны, демоны…»)

В московском отделении МОПЧа о Глаговском отзывались как о весьма деятельном молодом человеке, правда, излишне честолюбивом, который «ждет своего часа, чтобы совершить рывок в политике». Недавно немецкое руководство МОПЧа, в руки которого попала листовка «Гамаюна», отправило в Москву «доверительное» письмо, в котором, в частности, говорится: «По нашей оценке, материал носит радикально-экстремистский характер и может нанести нашему обществу большой вред». Немцы рекомендовали отстранить Глаговского от работы в МОПЧе.

В марте 1997 года он со товарищи участвует в массовых акциях протеста, проводившихся, как известно, профсоюзными организациями. В чем именно заключалось их участие – Глаговский предпочел не распространяться. Но именно тогда у них и возникла идея создания Союза сопротивления. Почему они выбрали столь странное название – «Гамаюн»? Глаговский ответил невразумительно, мол, птичка такая есть симпатичная, народной душе близкая, вещунья, словом…

– Вы считаете себя профессиональным политиком?

– Уже несколько лет я занимаюсь только политикой, окончательно избрал для себя этот путь, словами Высоцкого, другие придут, сменив уют…

– Можете назвать близкие вам по взглядам политические организации?

– Мы не поддерживаем отношений ни с одной из действующих политических организаций, поскольку не собираемся играть по правилам, навязываемым существующим режимом.

– Какие все-таки цели преследует «Гамаюн»?

– «Гамаюн» ставит своей глобальной целью освобождение, скажем так, народных спин от Медного всадника, или, другими словами, стремится вывести страну из тоннеля многовекового варварства, состоящего в том, что государство всегда подавляло маленького человека, о необходимости защиты которого много говорил, скажем, Достоевский.

Заставить Глаговского отказаться от эзопова языка очень трудно, почти невозможно, хотя, по его словам, он – «чистый прагматик» в своих взглядах и действиях. Наконец, Глаговский выдает формулу: «В стране царит охлократическая тирания (власть быдла. – Авт.), которая неизбежно деградирует в тиранию обыкновенную».

– И что из этого следует?

– То, что, когда народ проснется, по России прокатится бунт, бессмысленный и беспощадный, и к власти придет сила, незапятнанная сотрудничеством с властями, то есть мы.

Потом он описал теорию «трех критериев» собственного изобретения. Политик, мол, должен соответствовать следующей триаде: радеть, не щадя своего живота, за общее благо; иметь представление о том, как его достичь; обладать незаурядными организаторскими способностями.

Ни один из действующих ныне политиков, по словам Глаговского, не соответствует этим критериям. За исключением, оговаривается он, Явлинского… Более того, лидер «Гамаюна» подтвердил в ходе интервью, что его встречи с Григорием Алексеевичем «носят регулярный характер». О подробностях этих периодических «консультаций» Глаговский предпочел не распространяться.

Первое, что настораживает: среди учредителей региональных организаций «Гамаюна» оказалось немало граждан, которые не в ладах с законом.

Светлана Скулкова из Кемерова, против нее возбуждено уголовное дело по обвинению по статье 159 (мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору). Андрей Косарев, ижевский учредитель, и Олег Строкович из Томска были осуждены за хулиганство. Кое-кто из активистов, по оперативным данным правоохранительных органов, подозревается в принадлежности к криминальным организованным группировкам.

Особенно же выделяются учредители Иркутской региональной организации «Гамаюн». Валерий Котов, бывший сотрудник милиции, отбывал срок за получение взятки. Александр Дьяконов и вовсе «матерый» – совершил две ходки в лагерь. Третий учредитель иркутского филиала, по совместительству представитель малоизвестной правозащитной организации – Фонда А. Любославского, – Галина Богданова обвинялась в мошенничестве.

Неужели с опорой на такие «силы» и собирался лидер «Яблока» строить будущее «гражданское общество», основанное на принципах демократии и законности?

Падалица

В своих телефонных переговорах, которые опубликовал Life News, Борис Немцов много внимания уделял партии «Яблоко» и его лидерам Григорию Явлинскому и Сергею Митрохину.

«Яблоко» – это секта

– А почему «Яблоко» делает митинг 17-го числа? Немцов: Ну, они… они давно его зарядили.

И они мне сегодня клялись, что они хотят общегражданский… Но они очень сектантски настроены. Ты же знаешь – это секта. Вот. Я не знаю, сумеют они сделать или нет. Но…

– Просто они размоют ваш митинг… Понимаете? Если они заберут там горстку людей, то выйдет… Для вас это будет удар.

Немцов: (Раздраженно). Ну, слушай, это их проблема… Я же не могу на них влиять! Они самовлюбленные… как Гриша ваш Львовский… Че я могу с этим сделать? Ну пусть они делают! Они обоср…ся! 24-го сделаем нормально. Это совершенно точно. Понимаешь, да?

– Может быть, лучше было прийти к ним на 17-е…

Немцов: А?! Так они позвать должны… Они ж не зовут. Они ж такие уроды! Я ж говорю – сектанты.

Немцов и Рыжков: «Грише (Явлинскому) объяснили, что он на х… никому не нужен»

Рыжков: Але.

Немцов: Вова…

Рыжков: Да.

Немцов: Слушай, там такая интрига разворачивается. На съезде «Яблока»…

Рыжков: Так…

Немцов: Там есть группа граждан, которая хочет выдвинуть Дмитриеву (Оксана Дмитриева, депутат Госдумы от партии «Справедливая Россия». – Авт.)…

Рыжков: Так…

Немцов: Помнишь, Гриша говорил эту фамилию…

Рыжков: Помню. Помню, конечно, да…

Немцов: И щас… интригует там Пионтковский…

Рыжков: Так…

Немцов: И он хочет нашей поддержки в этом вопросе…

Рыжков: Да ну его на хрен!

Немцов: Негласной поддержки…

Рыжков: Чего нам в это говно лезть? Потом мы еще будем крайние, что против Гриши интриговали…

Немцов: Не, мы не интриговали. Мы просто… Что они хотят… Они хотят… чтобы мы поддержали Дмитриеву не в паблике, а просто… с ней встретились и поговорили. Вот чего они хотят… Дмитриева… Они не хотят в паблике… публичной поддержки нашей никакой… И Дмитриева не хочет. Но они считают… Значит, их там трое, заговорщиков – это Рыжов… Юрий Алексеич…

Рыжков: Да…

Немцов: Это Афанасьев…

Рыжков: Да…

Немцов: И Пионтковский…

Рыжков: Да…

Немцов: Вот… Они… как бы… Они с Гришей разговаривали и объяснили, что он на х…й никому не нужен…

Рыжков: Так…

Немцов: А когда Гриша сказал: ладно, о’кей, они сказали… Он спросил кто, они сказали: Дмитриева… Н у, потому что я им сказал… что Дмитриева… Он Дмитриеву сам называл.

Рыжков: Так…

Немцов: Поэтому они и назвали, а не потому что… Вот. И они сейчас… они сейчас стали на эту тему активно работать… Они хотят, чтобы… Ты Дмитриеву знаешь? Лично, ты?

Рыжков: Знаю.

Немцов: У тебя с ней нормально?

Рыжков: Нормально. Но… я о ней… невысокого мнения…

Немцов: (Хмыкает). Ну, я о ней тоже невысокого мнения. Поэтому я, честно говоря, и говорить-то не хочу…

Рыжков: И я не хочу. Более того, я тебе скажу… Один простой аргумент приведу, что… на самом деле Гришина партия – это нанятый аппарат, и он на 99 процентов всегда контролирует все голосования… Это просто пустые хлопоты…

Немцов: Это правда… Но если… он сказал, что он ее сам… если он сам сказал… если он сам не будет участвовать, предложит ее…

Рыжков: Ты в это веришь?

Немцов: Ну, он им так сказал… Вот они мне звонят все…

Рыжков: Н у, встреться с ней… (Пауза). Не очень понимаю, зачем? Какой смысл в этом?.. То есть я не хочу.

Немцов: (Вздыхает). Нам не нужна политическая поддержка Дмитриевой. Совсем. У нас будет решение, которое мы приняли на политсовете, но… э-э… Мне кажется, ее участие будет лучше, чем Гришино. Гриша – опять говно. Против нас, кстати. А Дмитриева она не будет, она такая, более хитрож…пая, хотя и вредная в плане…

Рыжков: Она циничная карьеристка… Циничная карьеристка, совершенно без убеждений. Абсолютно.

Немцов: Не, почему? У нее левые убеждения…

Рыжков: Да я тя умоляю! Какие?.. У нее убеждение одно – власть, карьера, бабки. Я там не знаю, все, что угодно… Нет у нее никаких убеждений… У нее левые убеждения, потому что она опирается на этот электорат. Был бы другой электорат, она бы была – фашисткой, коммунисткой… кем угодно… либералом… Нет у нее никаких убеждений… Знаешь, какие есть советские бабы из… из… из…

Немцов: …комитета советских женщин?

«Митрохин – х…й с горы, а не лидер партии…»

– Борь, привет еще раз.

Немцов: Здорово.

– Ну, этот м…дак, конечно, вылил все-таки компромат…

Немцов: Кто?

– Митрохин.

Немцов: Скотина…

– Цитирую… э-э… на просьбу уточнить, с кем именно ведутся консультации… ну, по поводу поддержки Явлинского как единого кандидата… Причем, как единого кандидата, заметь… Он сказал, что… дальше, как цитата: с руководителями ПАРНАСа, «Солидарности» и ряда других организаций.

Немцов: Ужас какой… А откуда вообще этот вопрос возник? Кто задал вопрос?

– Кому? Митрохину?

Немцов: Ему, да…

– А-а, это я не знаю, значит… Там текст…

Немцов: Они сами себе задали вопрос?

– Текст в «Интерфаксе» звучит так: партия «Яблоко», возможно, выдвинет единого кандидата от демократической оппозиции на выборах президента. То есть они говорят слово единый, да? Отсюда резонный вопрос: единый от кого?

Немцов: Это ужас… А вы… вы обсуждали вчера?.. Помнишь, я тебе вчера специально заострил…

– Я несколько раз твердо сказал, что нашим условием переговоров является отсутствие какой-либо информации о планирующихся переговорах.

Немцов: И они с этим согласились?

– Да. Но я беседовал с Мисником…

Немцов: (Хмыкает). Я тебе сейчас расскажу хохму…

– Да.

Немцов: Мы сегодня были с Митрохиным в (нрзб.), обсуждали митинг 24-го… Ни слова, естественно, про Гришу, ни одного… Митинг 24-го…

– Понятно…

Немцов: Я Митрохину говорю: ну, че во скока встречаемся-то? Н у, просто, говорить-то надо…

– Понятно… Да…

Немцов: Думаешь, после эфира? Во скока, Сань? Он говорит: по поводу? Я говорю…

– (Смеется).

Немцов: Аслесан Алексееич, ты идиот? (Смеются). Ты не в курсе, что ли? Я говорю: скажи мне, ты лидер партии или х…й с горы? Оказалось, что он х…й с горы… Нет, прикольно…

Духовник демократических сил в гробу

…В начале марта чеченских боевиков оттеснили в горы. Грозный лежал в руинах – вполне апокалипсическая картина… Я в сопровождении майора с нашивками МЧС (Министерство по чрезвычайным ситуациям) разъезжал по городу, знакомясь с прифронтовым бытом.

Кое-где в нескольких километрах от развалин президентского дворца сохранились низкие постройки, которые не зацепил «Град». Во дворе уцелевших автомастерских были натянуты брезентовые тенты, стояли армейские палатки. Туда-то и завернули.

Едва выпростался из бронетранспортера, нос к носу столкнулся с длинногривым, бородатым человеком, облаченным в камуфляж. Стою и не верю глазам. Что за черт, прости господи? Да еще и огромный серебряный крест на груди. С недоуменным вопросом обернулся к майору.

– Это наш героический отец Киприан, – рассмеялся тот.

– Не ко времени скалишься, – зычным голосом попенял отец Киприан.

– Учишь вас, пентюхов, учишь – и все без толку: к благословению по-людски подойти не можете.

Майор покорно сложил ладони лодочкой и приблизился. Тот скороговоркой прогудел молитву и перекрестил служивого. Мне, как человеку пришлому, вышло послабление: отец Киприан попросту, без церемоний протянул руку. Я было тоже. Но тут из его рукава выпал огромный штык-нож.

– Что, батюшка, чеченцев режете? – не преминул съязвить я. Он побагровел, но сдержался: – Журналист? Пошли, расскажу все, как оно есть.

…В палатке всем разлили вино из трехлитровой банки по граненому стакану: «Ну, первый, не чокаясь, за геройских ребят, которых уже нет». Потом – в темпе – второй, третий… Появилась другая банка.

Говорил только отец Киприан. Говорил страстно, хорошо поставленным голосом. О святой мести и вечной солдатской дружбе, о бездарности ельцинских военачальников и светлых грядущих временах. Офицеры, завороженные, слушали открыв рты. Разомлевший от вина и собственного красноречия, батюшка вдруг притянул майора за шею и поцеловал в майорскую плешь. «А теперь я покажу журналисту наше подразделение».

Мы заходили в палатки, забирались в какие-то бункеры, подходили к постам – всюду знали отца Киприана и с видимым удовольствием слушали его и благословлялись. Последними нас принимали в штабе – полковники и даже какой-то генерал. Реакция на священника в камуфляже – близкая к обожанию. Как выяснилось, он был кем-то вроде армейского духовника: крестил и исповедовал солдат, благословлял их на ратный труд и отпевал. Словом, пользовался непререкаемым авторитетом.

– Знаешь, как меня здесь называют, – окопный батюшка.

Затем Киприан вызвался показать мне прочие уголки Грозного. На выбор. Я выбрал городское кладбище. «Окопный батюшка» тут же мановением руки поставил перед собой двух молоденьких солдатиков:

– Так, ты, – ткнул он пальцем в одного, – заводи машину. А ты – мухой в оружейку: возьмешь себе два автомата, а мне гранату.

Через пять минут армейский «уазик» выезжал за ворота части. Нарукавный карман отца Киприана оттопыривала «Ф-1», в руках он держал – стволом в окно – «Калашников» водителя. Вскоре мы выехали в центр и полетели по главной улице, утрамбованной танками. Боже, что это была за поездка! Мы чудом увертывались от несущейся навстречу бронетехники (как чуть позже выяснилось, солдатики перед поездкой крепко взяли на грудь), проносились мимо обалдевших омоновцев на блокпостах. Дорого бы дал, чтобы посмотреть на это со стороны. Представляю: «пьяный «уазик» на бешеной скорости, странный человек впереди, с развевающимися на ветру патлами, автоматом, осеняющий крестом развалины, где еще месяц назад кричали «Аллах акбар».

– И все же, батюшка, – воспользовался я молчанием погруженного в молитвенный восторг, – вы так и не ответили, зачем вам нож, а сейчас и граната.

– Чечен-снайпер может сидеть в каждом окне. Я, конечно, не имею права убивать, но сам видишь – ребятки необстрелянные, как цыплята…

– Приходилось-таки убивать?

– Приходилось, в Афганистане, ведь я бывший спецназовец.

С каждым километром водитель терял координацию: он уже с трудом вписывался в повороты. Я взмолился: «Батюшка, может, другой солдат поведет машину». Мольбы были услышаны, последовал приказ остановиться и пересесть на заднее сиденье.

Тогда случилось невероятное. Солдатик горько разрыдался. Глотая слезы, он сполз с сиденья, с трудом удерживая равновесие, вытащил из-под сиденья автомат и, покачиваясь, побрел прочь. Куда – к чеченцам в плен?

Его однополчанин бросился вслед, потащил за гимнастерку к машине. Не тут-то было: оскорбленный водитель принялся лупить из «Калашникова» в нашу сторону. Мы с батюшкой залегли в кювете.

На выстрелы приехали чеченцы. Заняли круговую оборону. Через минуту стрельба прекратилась: то ли рожок иссяк, то ли затвор заело. Чеченцы (к счастью, это были милиционеры из оппозиции) сказали: «Вот такие и мародерствуют», – и повели беднягу расстреливать.

– Брате мои, – вступился отец Киприан, – зачем вам кровь этого молокососа? Будет с него и красных соплей.

Пара зуботычин действительно сломила боевой дух солдатика, и мы отправились дальше…

Обратный путь был не менее драматичен. Уже смеркалось, мы очень спешили: близился комендантский час, после которого омоновцы стреляли на поражение, особенно не выясняя, кто свои, кто чужие. Но, как на беду, заблудились. Петляли по окраинным переулкам, с опаской глядя на черные проемы сгоревших зданий: не покажется ли где ствол вражеского гранатомета.

Впереди показалась лужа размером с хороший пруд. «Гони напрямую», – приказал батюшка. Автомобиль, взметнув фонтан грязных брызг, стал погружаться все глубже и глубже. Сантиметр за сантиметром вода прибывала внутрь, мы подняли ноги, и двигатель заглох. Наступила оглушающая тишина. Все, приехали. «Доживем ли до утра, батюшка?» Отец Киприан крякнул, приказал ждать и, форсировав лужу, исчез в сгущающихся сумерках. Прошло двадцать минут, час, полтора. Ждать помощи больше неоткуда.

Примерно через три часа кромешную тьму разрезал свет фар.

Только бы не боевики, каждый молил про себя. К счастью, это был грузовик ярославских омоновцев, и через пять минут мы уже были в их казарме. Из угла, за нарами, доносились звуки веселого застолья. Я подошел: душой общества, как вы догадываетесь, был отец Киприан…

Наутро батюшку я не застал. «Спозаранку, – сказали, – поехал в штаб». Жаль, так и не успел расспросить о его странном житье-бытье. Но судьба вновь неожиданно свела меня с ним.

Через несколько дней возвращался в Москву. В аэропорту «Северный» ждали, пока разгрузят эмчээсовский «борт», прилетевший из столицы. На краю полосы уже несколько часов томились десятки офицеров и солдат, только вышедших из боев; тут же в ряд стояли носилки с тяжелоранеными.

Наконец, поступил приказ «к построению». В этот момент из здания аэропорта вышла группа военных. Впереди, опираясь на посох, степенно шествовал… отец Киприан, чуть поодаль – старшие офицеры и два-три генерала. Они поднялись по трапу, за ними понесли раненых, а уж потом потянулись все остальные.

В тесной утробе «Ила», как ни старался, не смог отыскать батюшку. (Потом оказалось, что он летел в кабине пилотов.) Уже в Москве, разорвав кольцо вокруг что-то громогласно вещающего отца Киприана, записал телефон, договорившись о встрече.

Через неделю я стоял перед панельной 9-этажкой в Шмитовском проезде. У порога меня встретил сам «героический окопный батюшка», преображенный до неузнаваемости, – благообразный старец в черной рясе.

Небольшая двухкомнатная квартирка, в большой комнате – продавленный диван, на котором свернулись клубком две остромордые собаки. «Русские борзые, ценнейшей породы», – заметил отец Киприан. В маленькой – бросился в глаза гроб, стоящий на табуретках. «А это мое ложе, ведь я принял схиму», – последовал комментарий. Здесь же в углу, перед небольшим иконостасом, теплилась лампадка.

…Мы уже долго пьем чай на кухне, а я все никак не могу подобраться к главному. Он не умолкая говорит о том, что дьявол слишком глубоко погрузился в наши души, что официальная церковь продажна и корыстолюбива, что нет пророка в своем отечестве, и потому отвергает он любую власть над собой, в том числе церковную.

О том, откуда родом, где учился-работал, как пришел в религию – ни слова. Ответ один: «Моей жизни до пострига в монашество не существует, я ее отверг. А после пострига живу исключительно молитвами и служением Господу».

– Так какой же церкви вы принадлежите, батюшка?

– Церковь, – ответствует, – едина.

– Так не бывает, их множество, – возражаю.

Отец Киприан ответа не удостаивает. Приносит фотоальбом. На снимках батюшка в окружении известных людей – Егора Гайдара, Григория Явлинского, Сергея Филатова (бывшего руководителя президентской администрации), Александра Лебедя и прочих генералов и чиновников, мне не известных. Очевидно, он рассчитывает на молчаливое почтение, но я настырно задаю вопросы: «Это ваши прихожане?», «Вы давно знакомы с Гайдаром?», «В каком храме вы служите?»

Киприан достает документы: «Вот регистрируем приход, скоро будет и свой храм». Мельком просматриваю – вдруг бросается в глаза фамилия приходского старосты. Ба, это же командир легендарного отряда «Август-91», решительно выступившего против гэкачепистов. Значит, батюшка не только «окопный», но и, так сказать, «демократический», раз вокруг него сплотились такие люди. (Припомнилось мне, что и Сергей Шойгу, глава Министерства по чрезвычайным ситуациям, – близкий соратник Гайдара по демдвижению.)

– Так вы и на баррикадах побывали, батюшка? Какая же ваша биография?

– Я монах и прошлой жизни не имею, – закруглил он разговор.

Прошло несколько месяцев. Я продолжал оставаться в неведении относительно жизненного пути отца Киприана. И вот перед выборами в Госдуму попала мне в руки листовка с узнаваемым образом батюшки.

Оказывается, некая «инициативная группа» выдвинула его в депутаты. А коли так, надо, пусть вкратце, делиться биографией. Она была красивой, даже кинематографичной и так же далекой от реальности. Родился в 47-м, родителей репрессировали, и батюшка «рос сиротой в трудных условиях детдома». «Стремление служить Отчизне помогло ему получить высшее военное образование». (О спецназе и службе в Афганистане ни слова.) Затем гражданская жизнь, «руководящие посты в производстве и народном хозяйстве». В автокатастрофе гибнет его семья, «и как преданный супруг и отец он постригается в монахи».

Впоследствии, встретившись с суздальским священником, перешедшим из Московской патриархии в Русскую православную церковь за рубежом вместе с бывшим архимандритом Валентином, я случайно узнал о том, как вдовец на склоне лет стал монахом Киприаном.

– В 90-м году, – рассказал отец, – он появился в Суздале с нижайшей просьбой: мечтаю, говорит, принять от епископа Валентина монашеский постриг, ибо церковь официальную считаю бесовской.

Владыка Валентин отчего-то сразу насторожился, но отказывать с ходу не стал: суздальцы только-только с превеликим скандалом ушли из патриархата, и каждый новый сторонник был кстати. Будущего отца Киприана задействовали на ремонте храмов и прочей черной работе. Шли месяцы, а епископ все приглядывался к неофиту, никак не мог решиться ввести его в алтарь. Что мешало ему, никто, кроме него, не знает.

Возможно, опытный пастырь находил в нем какую-то червоточинку. Но все разрешилось неожиданно и просто. Будущий отец Киприан преподнес в дар, а владыка Валентин принял «жигуленок» 6-й модели. Вскорости был совершен обряд монашеского пострига, наречен новым именем и вполне законно облачен в рясу наш «окопный батюшка».

Увы, опасения епископа вскоре оправдались. Новоиспеченный монах, не терпящий, как уже известно, начальства над собой, расплевался с суздальцами и ушел под юрисдикцию Украинской автокефальной православной церкви, благо руководство – в далеком Киеве. Впрочем, была и другая причина поссориться. Киприан мечтал о священническом сане, а в Суздале «Жигулей» не напасешься. Расчет оказался верным, и украинский епископ быстро произвел его в священники.

Прошло два года со времени первой нашей встречи. Иногда доходили курьезные слухи о том, что какой-то поп Киприан десантировался со спасателями на Северный полюс, что на парадной его рясе уже нет места для очередной правительственной награды. (Впоследствии, правда, выяснилось, что батюшка, долетев до темечка Земли, у самолетного люка благословил парашютистов и вернулся на базу. Что касается правительственных наград, то были бесчисленные памятные знаки NN-й ассоциации ветеранов NN-гo спецподразделения, с которыми не первый год крепко дружит батюшка. Колоритная фигура священника в камуфляже и автоматом в руках постепенно подзабывалась.

Но чудо: в последнее время отец Киприан замелькал на телеэкране. То благословляет казачий круг, то держит пламенную речь под красными стягами на анпиловских сходках. Что перевернулось в голове схимника, убежденного к тому же, по его словам, антикоммуниста?

Порывшись в записных книжках, отыскал его телефон. И вот я снова в Шмитовском проезде. Отец Киприан заметно погрузнел. Гроб переехал в большую комнату, и для большей устойчивости с табуреток сошел на пол. Одна борзая скончалась, другая доживает свой век на том же продавленном диване.

– Батюшка, часто вижу вас выступающим перед совершенно разными аудиториями. Что вас объединяет с ними?

– Прочь идеологические расхождения, – с пафосом произнес отец Киприан, – будем объединяться.

Он поведал о том, что создан «Международный фонд отца Киприана за духовное возрождение России». В числе его учредителей – Московская писательская организация, Федерация космонавтики, Русское общество инвалидов Афганистана, Всемирный русский собор и другие более или менее известные структуры.

Какова цель фонда? По словам Киприана, проведение Всемирного православного собора с последующим созданием единой церкви…

Он сидел напротив в высоком кресле из резного дуба, похожем на трон. Не умолкая свиристел сотовый телефон. Батюшка вновь вспоминал Чечню. Его взяли в заложники, и он шесть суток провел в узкой яме, по колени в моче предыдущих узников (потом кожа на ногах сходила лоскутами).

«Спасибо браткам из спецназа: влетели в село на двух БТР, положили всех чеченцев и освободили меня». Другой отец Киприан безмолвно глядел на меня сверху вниз с огромного портрета, выписанного в тщательной манере художников прошлого века. Орлиный взгляд, властная осанка, сверкание драгоценных украшений – великий подвижник или духовник оппозиции?

Часть III

Псы войны

У войны есть свои «священнослужители», есть и свои преданные «прихожане». За последние двадцать с гаком лет в России накопился гумус будущих цветных революций, перегной, в котором зреет вооруженный мятеж. Этот «гексогеновый гумус» – тысячи «волонтеров» и наемников, называемых иногда «псами войны», которые в расчете на хороший заработок или «за идею» учились убивать в локальных войнах. Они воевали в Абхазии и на Балканах, в Карабахе и Приднестровье, когда их «прикинутые» сверстники развлекались в стриптиз-барах российских городов. Научившись убивать, они вернулись в Россию, чтобы ощутить свою ненужность и вопиющую несправедливость, осознать смехотворность любых идеалов в королевстве газовых и нефтяных труб. Одни пополнили ряды бандитских группировок и киллеров. Другие – которых большинство – ждут возмездия, и они могут пойти за любым демагогом с Болотной площади. В этой части книги рассказывается о судьбах таких людей, с которыми автор был хорошо знаком.

Исповедь боевика

Его я мог видеть и в Карабахе, и в Абхазии, и в Приднестровье, думал я, глядя на щуплую фигуру в камуфляже. Мы сидели за одним столом, и застольные разговоры, начавшиеся с традиционных сетований по поводу сумасшедших цен и продажности чиновников, как водится на кухнях, перебросились на политику. «Конституция, хоть и плохонькая, но все ж таки держала ворье из министерств в рамках». И я вдруг вспомнил: да, это именно он странно выделялся из шеренги бравых баркашовцев, выстроившихся осенью перед Белым домом. Выделялся явным своим желанием стать незаметным, ускользнуть за широкие спины чернорубашечников, чтобы не попасть в кадр фоторепортеров. И, словно угадав, что его узнали, Петр Малышев стал рассказывать, как оказался в те дни у Белого дома:

– Летом неподалеку от Сараево погиб командир нашего отряда русских добровольцев Миша Трофимов. Долго не могли отправить его тело на Родину, в Одессу, – собирали среди своих деньги на гроб и перевозку. В конце концов привезли, я вернулся в Москву. Думал, отдохну пару недель – и назад. Но пообщался с моими друзьями и понял, что назревают серьезные события, а тут указ Ельцина о роспуске парламента, Белый дом. Короче, закрутилось, я до сих пор в России.

Оказалось, мой знакомец почти год провоевал на стороне Сербии против боснийских мусульман. Он один из немногих русских, получивших за «боевые заслуги» сербское гражданство. До этого прошел школу войны в Приднестровье (кстати, как и он, я был весной 1992-го в Бендерах и вполне мог с ним столкнуться). К нему была уйма вопросов, но первый: как погиб его командир?»

…7 июня в штабе сербской армии, рассказывает Петр Малышев, нам приказали добыть «языка». Акцию (так сербы называют боевые операции) решили провести в небольшом селе, примерно в 20 километрах от Сараево. Мы уже знали, что в одном из домов есть солдаты с мусульманской передовой. Отправились на задание шесть русских и сорок-пятьдесят сербов. Дом стоял на небольшой горе. Пять русских и три серба поднялись наверх, остальные прикрывали снизу. Я – на углу, держал вход и окна; трое русских, включая командира, вошли в дом.

Через несколько минут в доме разорвалась граната, раздались автоматные очереди. Двое наших успели выскочить, Миша, командир, вышел, покачиваясь, сказал: «Конец акции, ребята, я готов» – и упал. (Как потом выяснилось, мусульманская семья – три женщины, двое детей и дед – приняла на ночь двух солдат. Русские, проходя по дому, в темноте не заметили двери, за которой находились солдаты. А когда шли назад, в коридор выкатилась граната, в спины им дали автоматную очередь). Вслед за Мишей выскочил мусульманин, я срезал его очередью, а дом закидал гранатами – прикончил всех, кто там был.

…Я пристально наблюдал за рассказчиком, пытаясь отыскать в его лице, манерах хоть какой-то намек на звериную жестокость, патологию закоренелого убийцы. Нет, он говорил тихим запинающимся голосом, руки – большие, красные, с распухшими суставами – неуверенно скользили по столу, словно не зная, куда спрятаться. «Миша Трофимов, командир, – говорил наемник, – кадровый офицер, капитан спецназа, в Одессе его хорошо знали, он не раз становился призером в соревнованиях по кикбоксингу».

Итак, передо мной сидел Петр Малышев, двадцати шести лет, уроженец Москвы, ныне – гражданин Сербской Республики. Мать – до пенсии работала инженером, отец – главный инженер холодильных установок ГосНИИ ГА («папу в свое время выгнали из школы за то, что учительницу обозвал «жидовкой» – полгода нигде не учился»). Москвичи во втором-третьем поколениях (под Великими Луками до сих пор есть несколько деревень, сплошь заселенных Малышевыми).

Рос Петя тщедушным, болезненным мальчиком. Такие обычно становятся объектом для издевок одноклассников. Успеваемость никакая, перешел в следующий класс – и слава Богу. Связался с дворовой шпаной, едва дотянул до окончания восьмилетки. После поступил в медучилище, но как-то справил с компанией сверстников праздник 9 Мая, взломав отдел заказов – «икорочка, коньячок, шампанское», – и пришлось уйти в профессионально-техническое училище на курсы автослесарей. И вскоре произошел случай, когда в обычном подростке, пусть и трудном, впервые явственно проступили черты будущего «солдата удачи».

Однажды получил стипендию, вспоминает Малышев, купил бутылочку винца, выпил с ребятами и пошел погулять в парк (на дворе была весна). Там ребята ездили на велосипеде, попросил их дать покататься. Меня послали подальше, и когда я сбросил пацана с велосипеда, все – а их было больше десяти – набросились, избили. Я пришел домой, умылся, подумал и вернулся в парк. По дороге прихватил металлический прут. С ходу приложил одного этим прутом, а всем остальным приказал лечь на землю. Сказал: «Считаю до трех, не успеете встать, буду бить». Сначала считал медленно, потом все быстрее и быстрее: мне нужно было сильно их побить, очень сильно, чтобы не смогли меня догнать. И, наверное, перестраховался: когда уходил, ни один и не пытался подняться с земли.

Состоялся суд, на котором присутствовали все двенадцать пострадавших от побоев подростков. Малышев прошел судебно-психиатрическую экспертизу, признан вменяемым и приговорен к трем годам лишения свободы и двум – отсрочки. Через два года сочли, что осужденный «встал на путь исправления», ибо к административной ответственности ни разу не привлекался, – и судимость с него сняли.

Жизнь поехала по накатанной колее. В 1988-м окончил ПТУ. Армии успешно избежал – судимость помогла. На общественных началах работал инструктором верховой езды. В 1989-м женился, с будущей женой познакомился случайно, на конюшне – она любила лошадей. Как и многие в те перестроечные годы, интересовался политикой, недолго числился в «Демократическом союзе», но в конце концов примкнул к националистическим группировкам. «Я – русский и старался найти русских, национальную основу».

Жена Малышева была дочерью журналиста-международника Алексея Батогова, издававшего антисемитскую газету «Воскресенье». Малышев жил в доме тестя, в котором частыми гостями были многие лидеры националистических движений Москвы. Так судьба свела его с председателем одного из ответвлений «Памяти» Константином Смирновым-Осташвили. Вместе ходили на «патриотические тусовки», устраивали митинги, распространяли пропагандистскую литературу. Вместе грозили «жидовствующим борзописцам» на скандально известном вечере в Центральном доме литераторов. Разразившийся затем скандал, как помните, завершился для Осташвили тюремными нарами и за несколько месяцев до его освобождения – петлей.

«Я был уверен, – говорит Малышев, – что Осташвили намеренно убили, и решил: пора кончать с тусовками и обычной патриотической говорильней, надо заниматься делом». К этому времени его семейная жизнь дала трещину – «женой она была хорошей, но не сложилось». В один из апрельских дней 1992-го Малышев, как обычно, утром ушел из дома. Но по дороге на работу вдруг свернул на вокзал и купил билет до Одессы. Жене позвонил: «Уезжаю воевать в Приднестровье».

В Тирасполе Малышева сначала включили в отряд коммунистов, который дислоцировался в городе. Напросился на «передовую» – месяц охранял мост через Днестр в Бендерах. С конца июня – уже в составе спецподразделения территориально-спасательного отряда Приднестровья – находился в Дубоссарах. Был дважды контужен взрывами мин.

«Зачем, – спрашиваю его, – тебе нужно было участвовать в боях? Ведь ты в армии не служил, даже с оружием обращаться не умел».

Да, до Приднестровья, говорит Малышев, я держал автомат лишь один раз – на школьном уроке по начальной военной подготовке. Но профессиональным военным стать несложно. Большого ума не надо – нажимать курок, почти любой через два месяца может стать хорошим солдатом. Только чтобы выжить на войне, не надо сразу лезть в пекло. Первый раз я брал «языка» так. Наша спецгруппа переправилась на правый берег Днестра, где проходила передовая румын (так Малышев окрестил молдаван). Солнце уже зашло, мы ползли вдоль невысокой изгороди, за которой горел костер, а вокруг него сидели молдавские полицейские. У кого-то из наших не выдержали нервы – бросил гранату.

От взрыва кострище разметало, стало темно. Исход решали секунды: «быков» гораздо больше, опомнятся и перестреляют нас, как баранов. Пришлось, не раздумывая, браться за нож. До сих пор в ушах стоит хруст, с которым вошел штык в грудь моего первого врага…

В Москву Малышев, сам о том не подозревая, приехал профессиональным наемником. Попытка вернуться к прежней жизни не удалась. На 4-й день по возвращении устроился на работу, а на 6-й узнал: жены у него больше нет – суд расторг их брак, пока он воевал. В его доме остановились приятели из Санкт-Петербурга, с которыми он познакомился в Приднестровье. Их профессия «защитников интересов славян» на этот раз понадобилась в раздираемой междоусобными войнами Югославии. Перед отъездом его познакомили с неким Ястребовым, занимавшимся отправкой русских волонтеров в Сербию под видом туристов.

7 декабря 1992 года Малышев был в Белграде. В тот же день его отправили в Вишеград. Поначалу он не понимал, почему к нему, добровольцу, так пренебрежительно относятся. Спрашивает о контракте, который, по словам вербовщика Ястребова, должны подписать чуть ли не в первый день, а сербские командиры в ответ сердятся, поворачиваются спиной. Оказалось, Ястребов обманул и сербов, и русских. Ему поручили сколотить отряд из 60 человек, заплатив авансом за каждого по 500 немецких марок. (Доверили, потому что он одно время проводил у югославского посольства в Москве голодовку протеста). Идейный аферист, прежде чем исчезнуть, завербовал только 20 человек, да и те не получили причитающейся суммы. Малышев, по его признанию, пересекал границу с рублем в кармане.

Контракт Малышев все-таки заключил – задним числом, спустя два месяца после приезда в Югославию. Русским добровольцам положили 180 немецких марок в месяц, семьям павших на поле брани обещали 1000 марок единовременной помощи и 100 пенсионных – ежемесячно. «Спонсорами, – сказал Малышев, – были негосударственные коммерческие фирмы или местные скупщины, то есть общины».

Отряд русских добровольцев РДО-2, которым командовал покойный Михаил Трофимов, из Вишеграда перебазировали в Прибой. Оттуда через два месяца перебросили под город Пале, в двадцати километрах от Сараево. Добровольческий отряд, по словам Малышева, входил в состав регулярной сербской армии. Основная его задача – патрулирование прифронтовых территорий и охрана сербских селений. Однако часто русские участвовали и в совместных боевых операциях против боснийских мусульман. Распорядок был таков: три дня на передовой, три – отдыха. Жили в брошенных домах.

– Воевали мы хорошо, – рассказывает Малышев, – сербы были нами довольны. На акцию шли человек 60, из них русских – 10-15, остальные сербы. Акцию провели, смотришь – все русские рядом, а 50 сербов разбежались кто куда. Это считалось нормальным. Наш отряд всего из 20 бойцов был ударной силой, наводил ужас на мусульман.

За девять месяцев в акциях погибли пять волонтеров из РДО-2, один пропал без вести. Всего, по словам Малышева, за время войны в Сербии провоевали примерно 600 русских, около 30 из них погибли.

Зарплату часто задерживали, хотя русских одевали и кормили даже лучше, чем своих солдат. «Вы – наше знамя, – говорили им сербы, – можете даже не воевать. Мусульмане знают, что вы здесь, и нам уже спокойнее. Мы написали коллективное прошение о гражданстве, справку-подтверждение о нашем участии в боях дал армейский штаб, а скупщина утвердила». Семеро из РДО-2 получили сербское гражданство всего через полгода после приезда. Сейчас в живых осталось пятеро и один из них – Малышев.

Теперь, как полноправные граждане, русские наемники могут занять любой приглянувшийся им дом мусульманина, открыть в Югославии свой бизнес.

– Но я прежде всего гражданин России, – убежденно говорит наемник, – сербское гражданство – награда для меня.

Малышев называет себя и своих друзей-наемников настоящими «новыми русскими».

– «Нью рашенз», о которых пишут в газетах, – твердит он, – просто дерьмо, спекулянты, продающие Родину.

Его «братья по оружию» воевали в Карабахе и Абхазии, некоторые из них были кровавой осенью 93-го в Белом доме. На свет народилась следующая генерация «новых русских» – боевиков, готовых в любой момент взять автомат в руки.

Дневник русского наемника

Эту потрепанную тетрадку вручил мне Василий Шлычков, несколько месяцев провоевавший на стороне сербов в Боснии и Герцеговине. Двести страниц, исписанных неразборчивым почерком. Озаглавлен дневник несколько претенциозно: «Отдых на Балканах, или Записки русского наемника». На обороте вклеена карта бывшей СФРЮ, на которой кружочками обозначены места боевых действий наемника. На последней странице – что-то вроде словарика общепринятых терминов наемника. Например: куча – дом, РБ – ручной гранатомет, тромбон – мина, которая выстреливается из подствольника на автомате, телевизор – мина направленного действия…

– Я хочу, чтобы люди узнали всю правду об этой войне, – сказал мне Шлычков, передавая свой дневник для публикации.

Идея перенести свои впечатления на бумагу пришла ему спустя месяц после приезда на войну. Записи велись нерегулярно. Хронология не всегда точно соблюдалась (прочитав, нетрудно понять – отчего). Предваряется дневник описанием отряда наемников, быта, короткими биографиями некоторых его членов. В середине – подробное описание одной из акций, в которой участвовал Шлычков.

Текст говорит сам за себя и в комментариях, на мой взгляд, не нуждается.

Отряд

3-й русский добровольческий отряд (РДО-3), в котором я числюсь, состоит из шестнадцати человек. Один парень второй месяц лежит в госпитале – гниет легкое, температура под 40. (Подонок, расстрелявший этого пацана во время разборки, перебежал к хорватам).

Были в отряде американец, итальянец, болгарин и румын. Последний утверждал, что служил в десантной части, но во время стрельбы из РБ заглянул в газоотводящую трубу. Теперь ему делают пересадку кожи на лице.

Недавно приезжал еще один румын. У него отнялся язык, когда мы сказали, что ни цента не получаем за работу. Потом, обретя дар речи, сказал, что возвращается домой. (Кстати, приехал, как и я, в костюме и белой рубашке.)

РДО-З – в составе подразделения четников (бывших королевских гвардейцев), и подчиняемся мы воеводе четников Славке Алексичу. Четники – это отъявленные головорезы. У них обычай: когда начинается война, они не бреются и не стригутся. На шапках – кокарды, на которых изображен орел, а на нем – череп со скрещенными костями.

Русских здесь боятся даже четники. Однажды наши ребята, когда их обидели, даже брали местное милицейское управление. Сербы боятся заходить в наши кучи: кричат с улицы или вызывают по рации. Но зато воюют русские впереди: в разведку «рус», повить диверсантов – «рус», что-то взорвать – «рус».

Люди

Саша Шкрабов – командир РДО-З. 40 лет, женат, семья живет в Керчи. В России был старшим мичманом морской пехоты, отлично стреляет, владеет рукопашным боем. В Боснию попал год назад: нелегально пересек две границы. Сашу разыскивает Интерпол как наемного убийцу. Здесь у него – звание майора.

Валера. 30 лет, не женат, окончил экономический институт, хорошо владеет английским и сербским языками. Писал кандидатскую диссертацию, но, разочаровавшись в науке, вернулся в родную деревню в Белоруссии. Но и здесь не прижился, поехал воевать в Приднестровье. Потом подался в Югославию, в Боснии уже два года. Отлично работает с минометом.

Володя.40 лет, жена и двое детей живут в С. – Петербурге. Прозвище – Жириновский (Володя – член ЛДПР). В Питере работал охранником в одной из югославских фирм. Президент этой фирмы помог ему 4 месяца назад попасть в Боснию. Ехал сюда подзаработать. Результат ясен: сейчас говорит, что не может вернуться в Россию без автомобиля, а то жена скажет, что, мол, отдыхал на Балканах.

Быт

РДО-З расселен в 4 кучах на окраине Сараево – в районе, называемом Еврейская гробля.

Мягкая мебель, телевизоры, посуда – всего этого здесь вдоволь. Идешь на мародерку на нейтральную зону – между мусульманской и сербской позициями, заходишь в квартиры и берешь все, что надо. Проблема только в том, как вынести это добро, не попав под перекрестный огонь мусульман. И еще: много заминированных вещей.

Три раза в день кормят в солдатской столовой. С утра молоко, хлеб. В обед – что-то наподобие супа: картофель, горох, фасоль. Ешь – не хочу, но мы с трудом съедаем по одной тарелке. После акции дают гуманитарную помощь – молоко, сок, по банке мясных консервов.

12 мая

Отряд, по-моему, начинает распадаться. Одни хотят перейти в милицию, зарплату в которой обещают 50 ДМ. Другие хотят получить паспорт и отвалить отсюда куда-нибудь подальше. Третьи – обычные пофигисты.

Приехал Саша, привез жену и сына. Сказал, что дней 10 отдыхаем, а потом пойдем брать караван. Ребята готовы идти хоть сейчас, чтобы разжиться деньгами.

Были сегодня на ковровой фабрике на нейтралке. Она полностью заминирована, но паласов и ковров там море.

14 мая

Ходили на захваченную сопку жечь бункеры. В одном из них нашли несгораемый сейф. Сначала Валера расстрелял в него 3 рожка бронебойных. Потом привязал гранату, спрятался за амбразурой, дернул веревку – она оборвалась. Привязал второй раз, дернул: граната вылетела и упала у ног. Хорошо, чека не выдернулась. С третьей попытки взорвалась, но на корпусе осталась только вмятина. Недолго думая, выстрелили тромбоном – сейф свернулся гармошкой. Привязали мусульманскую взрывчатку. Рвануло так, что от бункера остались только стены. В сейфе образовалась дыра размером в человеческую голову. А в нем нашли только телефоны и какие-то документы. Смех.

16 мая

Вечером играли в карты, Володя готовил ужин. Саша Селиверстов по прозвищу Очкарик выстрелил в него из кучи напротив. Две пули прошли рядом с головой. Я не выдержал, вмазал по Очкарику из пулемета – он начал отстреливаться. Похватали автоматы и, выскочив на улицу, заняли оборону перед его кучей. Когда Очкарик вышел, обезоружили, били, пока он не отключился.

17 мая

Утром насчитал более 40 пулевых попаданий в нашу кучу, из них 4 – в комнату, а 2 – в склад с боеприпасами. На собрании коллективно решили убрать Очкарика из отряда. Отобрали у его жены автомат и снайперку. Сказали, чтобы убирался из Сараево в 24 часа или приведем приговор в исполнение. Искать его все равно никто не будет, ведь он русский. Иногда война делает нормальных людей придурками.

23 мая

Вчера нам дали зарплату – по 20 ДМ. Отмечали. Вечером решили съездить на ковровую фабрику за линию обороны. Вытащили гору ковров и паласов.

Сербы, когда их увидели, взбеленились, вызвали ментов. Но до стрельбы не дошло. Мы погрузили ковры в машину и спокойно отбыли на базу. Если продать по дешевке – по 100 ДМ за квадратный метр, то должно выйти примерно по 4000 ДМ на человека.

Акция

Неделю ребята сидели без дела. От безделья начинается психоз: пьянка, ругань, пальба. Саша не выдержал, сказал: «Хватит» – и на следующий день без разрешения воеводы мы отправились в Горажде. Накануне натовцы бомбили там сербские позиции. Поехали пять русских и итальянец. Когда приехали, была уже ночь.

Утром, выпив ракии, отправились на разведку. Полчаса тряслись по лесным дорогам, потом нас выкинули на одной из сопок, считавшейся сербской. Неподалеку – фабрика «Победа», выпускавшая патроны, взрывчатку. Шли цепочкой, дистанция – 5 метров. Попали под обстрел мусульманских пулеметов. Пули свистели над ухом.

Когда обстрел окончился, перебежками стали углубляться в мусульманский тыл. Заняли на сопке круговую оборону и поливали фабрику огнем. Командир разведки передал по рации с другой стороны перевала, что мусульмане покидают фабрику, и нам приказано ее занять. Что и было сделано. Никого из наших, слава Богу, не зацепило. А вот мусульманину пуля угодила точно в лоб.

Валера снял с убитого мусульманина униформу. В его ранце нашли нашу гранату Ф-1, патроны дум-дум. Хотели отрезать уши, но передумали, сбросили тело с обрыва. Отыскали 60 литров спирта – сербы и мусульмане его не пьют. Чудаки – говорят, что отрава.

5 суток простояли на фабрике, потом приказали отходить: ооновцы выдвинули ультиматум. И тут мы повеселились на славу: жгли, взрывали корпуса.

Вернулись в Пале, шли по улице. Итальянец зашел в развалины справить нужду. А Валера, недолго думая, кинул в окно пластиковую гранату. Раздался взрыв, итальянец выскочил оттуда без штанов. Мы как стояли, так и упали от хохота. Потом всю ночь пили в казарме, а наутро нас отвезли в Сараево.

24 мая

И сербы, и мусульмане, похоже, выдохлись и свой героизм показывают только через амбразуры. А ведь были когда-то зверские нападения и головы убитых врагов ставили на бруствер, а уши считались сувенирами. Наверное, война идет к завершению.

В РДО мечтают попасть в Австралию. Разговаривают только об этом.

29 мая

Раннее утро, рассвет над Сараево. В это время стрельба стихает, обе стороны идут на отмор (отдых). Смотрю, как просыпается город. Здесь нет солнечных бликов: вместо стекол в окнах – полиэтиленовая пленка. Некоторые окна затянуты зеленой тканью или забиты фанерой. Во многих домах нет света и воды. Люди живут в страхе. В высотках прячутся снайперы.

Нет, война – это дико, она губит людей, они теряют чувство разума, становятся дикими, сумасшедшими. Да, мы, наверное, плохие: стреляем, пьем, продаем оружие за территорию Боснии, мародерствуем, сжигаем дома. Но ни один русский здесь не убил мусульманского ребенка, женщину или старика.

У меня, по-моему, едет крыша.

5 июня

Вчера в 12 часов дня на высотке у Олова погиб наш командир Саша Шкрабов. Пуля вошла в шею выше воротника бронежилета и застряла в задней стенке. Смерть была мгновенной. Он находился в 50 метрах от мусульманских позиций. Никто не знал, что там окопались «Ласты» – мусульманские смертники. Эх, Саша, Саша, ты ведь сам учил нас, что нельзя высовываться из того места, откуда стреляли более трех раз.

Высоту не взяли, пришлось отойти.

19 июня

Вот уже 3-й день мы находимся на позициях. Прямо перед нами, в 5 метрах, мусульманская земля – молодой ельник, а в 60 метрах – мусульманский бункер.

Первая ночь здесь была для меня каторгой. Вспоминал Сашу, который погиб в 2 километрах отсюда. Меня впервые посекла измена (на жаргоне наемников это означает, что человек перестал владеть собой. – А.Ч.), начались галлюцинации. Говорят, я всю ночь разговаривал с Сашей. Это был финиш – я думал, что сойду с ума.

По-моему, навоевался вдоволь. Суперменом я себя не почувствовал, но этих 3 месяцев мне хватит, наверное, на всю жизнь. Многому здесь научился, много настрелялся, стоптал две пары сапог. Сыт по горло природой Балкан и этими превосходными горами.

30 июня

(Запись сделана таким почерком, что пришлось едва не расшифровывать. – Авт.)

Бардак. Кругом в квартире гильзы. Орет музыка. Не хватает только взорвать бомбу. Если нужно, могу взорвать прямо в квартире. И не дай Бог, кто-то что-то мне возразит. Только что один серб сказал и за это поплатился… Идет война, и жизнь для меня – мусор, как и своя собственная.

20 июля

Сидим под хмельком и поем русские песни. Тоска. Да, в Сараево появился Очкарик. По-моему, он приехал сюда в последний раз. Ему сегодня подписали смертный приговор. Ребята пошли приводить его в исполнение. Как это мерзко. Какая это грязь.

21 июля

Приходили из милиции и сказали, что Очкарику пришел конец. Ребята сделали свое дело. Расстреляли прямо в кафе. Его не жаль, но рядом сидела Лена, его жена. Ее зацепило тоже, а она была беременна. Кто следующий? Все, завтра еду в Пале.

30 июля

Вуковар. Наконец вырвался из этого дерьма. Но чего мне это стоило. Сегодня наши ребята провожали меня с УНПРОФОРом. Какое блаженство – снова почувствовать себя независимым.

2 августа

Саратов. Я – дома. Сон это или явь? Может быть, наступил конец моим приключениям. А может, это только начало? Бог знает…

«Царские» волки

На сороковины Петра Малышева собрались друзья, воевавшие с ним в Боснии. Смотрели видеозапись похорон, сделанную осенью 94-го в Сараево, пили за помин его души. Бывший командир наемников по кличке Ас вспоминал о днях войны и смертельном риске. И кто-то из сидящих в этой московской квартирке предложил возродить 2-й Русский добровольческий отряд (РДО-2), называемый еще «Царские волки».

Я познакомился с Петром Малышевым ровно за год до его гибели. Щуплый, с детскими голубыми глазами, он выделялся в ряду ражих баркашовцев, вышедших на плац перед Белым домом. Только спустя месяцы, познакомившись ближе, узнал, что на счету этого низкорослого парня, быть может, не один десяток убитых мусульманских солдат.

Биография его по-своему удивительна: влюбленный до экстравагантного в лошадей (в московской квартире, на первом этаже, он держал «списанную» скаковую лошадь); активист «Памяти», вместе с Осташвили учинивший известный скандал на вечере в ЦДЛ; боевик, воевавший в Приднестровье и в Боснии; продавец женских сапог на Арбате… Еще одно подтверждение избитой истины: нет на свете абсолютных злодеев – как нет и добрых гениев.

Приехав летом в Сараево, я увидел, что легенда о бесстрашном «русе Петере» не умерла. А вскоре и он сам вернулся туда ее живым воплощением.

3 октября 1994 года сербский ударный батальон «Белые волки», которому были приданы наемники, штурмовал высоту, стоящую под Олово. Во встречном бою «Белые волки» потеряли около двух третей личного состава. Петр и двое сербов, ворвавшиеся в мусульманский окоп, были в упор изрешечены…

Историю его гибели мне рассказал другой бывший наемник, с которым также случайно свела меня судьба: сперва в Москве, потом в Боснии. Окончив исторический факультет МГУ с красным дипломом, он два месяца перед началом занятий в аспирантуре провоевал в отряде наемников. Вчерашний отличник, естественно, контрастировал на фоне «солдат удачи», и я недоумевал: что привело его на войну? Он говорил мне что-то о поруганном чувстве справедливости.

Нынешнему аспиранту Михаилу ПОЛИКАРПОВУ повезло: он не только вернулся живым, но и собрал уникальный материал об истории «русского добровольческого движения» в Боснии и Герцеговине. Предоставив свои записи, он сделал принципиальную оговорку: не использовать термин «наемник». Оставляем за ним это право. Приводим их в сокращенном виде.

Дух войны

Петр Малышев приехал во второй раз в Боснию, сопровождая делегацию матерей погибших здесь добровольцев. Не выдержав искушения войной, он взял в руки оружие. Когда я возвращался в Москву, Петр, прощаясь, сказал: «В меня вселился дух Михаила Трофимова».

Михаил Трофимов, командир РДО-2, убит в июне 93-го. В прошлом он – кадровый офицер, капитан ВДВ, заслуживший в Афганистане два ордена Красной Звезды. На «гражданке» некоторое время работал каскадером, снялся в десятке кинокартин.

Трофимов погиб при попытке взять «языка»: когда он вышел из комнаты мусульманского дома, в которой были только женщины и дети, солдат, прятавшийся в чулане, выкатил ему вослед гранату. Малышев отомстил за смерть друга – разворотив очередью этого мусульманина, а потом, наставив автомат на сербских врачей, заставил полчаса делать искусственное дыхание уже мертвому командиру. (Кстати, в той акции пропал без вести другой русский – А. Тептин, остающийся единственным пропавшим без вести добровольцем. Впоследствии один из волонтеров беседовал с канадским священником из миротворческих сил, хоронившим какого-то «замученного мусульманами русского». Возможно, это и был Тептин).

До Трофимова РДО-2 несколько месяцев командовал уже упомянутый 27-летний Ас, бывший повар. Кличку получил по инициалам и, как считают его друзья, полностью ее оправдал. В армии не служил, боевой опыт приобрел в «горячих точках». На его счету – до семнадцати убитых в Приднестровье и Боснии.

Случайно вышло так, что номер автомата, выданного ему в Приднестровье, был 666. И суеверные бойцы решили: Ас ходит под дьяволом, и это нашло подтверждение в боях. Внешний вид его – соответствующий…

30 декабря 1992 года русские атаковали селение Джанкичи. Ас, воскликнув: «А теперь я поиграю в Александра Матросова!», в одиночку взял два мусульманских бункера, убив при этом двух из четырех, уничтоженных русскими в том бою.

В феврале 93-го Аса обвинили в продаже двух автоматов. Конфликт был решен необычно: Ас, незаметно достав пистолет, арестовал допрашивавших его – подполковника Луку Драшковича и начальника местной полиции…

Русские едут в Сербию воевать в основном по политическим соображениям, протестуя таким образом против «предательства братского православного народа». Война для некоторых – попытка самоутверждения или желание обогатиться. Последнее – проблематично. Уголовники и авантюристы составляют среди русских меньшинство.

Вернувшись в Россию, добровольцы остро ощущают свою неприкаянность, ненужность приобретенного опыта – и часто возвращаются. Некоторые заболевают войной – и руки их во снах тянутся к автомату. Создав неформальное «братство по оружию», они способны превращаться в самостоятельную силу.

На стороне сербов также воюют граждане Греции, Болгарии, Румынии, Польши (отряд «Белый орел»), Македонии. Встречаются немцы, американцы, норвежцы (был даже гражданин Южной Кореи, бывший инженер фирмы «Сони»). Но именно русские оставили здесь заметный след. «Рус» – это старший брат, символ и, пожалуй, единственная надежда.

Русские волонтеры выигрышно смотрятся на фоне сербских ополченцев. Как правило, они воюют в составе ударных отрядов – «юречных» и «интервентных» подразделений сербской армии.

Очаговая оборона, ограниченное использование военной техники, полупартизанский характер боевых действий в горно-лесистой местности – вот что отличает войну на Балканах. Основное оружие – «Застава», югославская модификация автомата Калашникова, приспособленная также для стрельбы тромблонами – подствольными гранатами. Российское (советское) оружие встречается очень редко и высоко ценится.

Первый эшелон

С сентября по декабрь 1992 года в районе Требинье (Герцеговина) воевал против хорватов 1-й Русский добровольческий отряд. Ядро его составила группа из Петербурга, сформированная Юрием Беляевым, лидером праворадикальной партии. Командовал отрядом бывший морской пехотинец по имени Валерий, ранее воевавший в Анголе. К концу года РДО-1 распался.

Примерно тогда же в районе Вишеграда (Босния) был создан РДО-2 («Царские волки»). Днем его рождения считается 1 ноября, когда из России прибыли первые пять человек. Отряд в значительной степени состоял из монархистов и воевал под черно-желто-белым знаменем. Волонтеры носили черные береты и тельняшки.

5 ноября была проведена первая успешная операция в тылу противника – убиты три мусульманина у горы Будковы стены. Уничтожен миномет. Один русский ранен.

В конце ноября – декабре прибывало пополнение: отряд доведен до размеров взвода.

3 декабря – первый убитый в отряде, 22-летний Андрей Нименко. Еще двое были ранены. В бою у горы Орлина отряд попал в окружение – мусульманский снайпер всадил в спину Нименко разрывную пулю.

24 декабря десять русских стрелков пошли в психическую атаку. Развернувшись цепью в два ряда, в тумане, без единого выстрела они захватили Заглавак – господствующую над Вишеградом высоту. Мусульмане вели огонь по голосам – но не выдержали нервного напряжения и покинули позиции.

12 января 93-го казаки и волонтеры провели совместную акцию под Твыртковичами. Начало было неудачным: неграмотно проведя разведку, казаки напоролись на мины. Спас отряд Валентин, рассеявший выходившую в тыл русским группу мусульман снайперским огнем, 60-летний снайпер убил в том бою пять человек (последний раз он брал в руки оружие в 1956 году – во время венгерских событий).

Чуть позже, когда в тыл батарее стала выходить вторая группа мусульман, сербские ополченцы, стоявшие в охранении, покинули позиции, передав по рации: «Если можете – спасайтесь!». Потери русских – четверо раненых, один казак – Василий Ганиевский – погиб. После этого боя отношения казаков и волонтеров стали портиться.

В то же время были отмечены первые случаи мародерства среди русских. Вообще на этой войне «ратный плен» – военная добыча, трофеи – считается почетным и практикуется всеми сторонами. Я видел и мародерствующих военнослужащих контингента ООН. Но операции «мародерки» относятся к достаточно рискованным – они проводятся на нейтральной полосе в условиях вероятного столкновения с противником. В них участвуют небольшие группы по принципу: «Чем меньше нас, тем больше наша доля».

28 января, после ссоры с казаками, «Царские волки» ушли в Прибой (на север), где успешно воевали около двух месяцев. Ас отошел от руководства отрядом. РДО-2 возглавил Эдик, бывший майор-«афганец», закончивший службу начальником артиллерийской разведки воздушно-десантной дивизии, имеет орден Красной Звезды и медаль «За боевые заслуги». Факт из биографии, его характеризующий: получив в качестве последней награды именные часы, разбил их о плац и уволился в запас.

Война – всегда грязная работа, но русские старались быть своего рода гуманными: не убивали пленных и гражданское население. Исключение, быть может, составил казак по кличке Риголетто. Пьяный, он убил пленного юношу. За это, по мнению волонтеров, вскоре его покарал Господь: пулями ему перебило руки, у него также умер отец.

18 февраля была проведена успешная атака на Бани-Брдо. Был ранен взрывом мины Женька. Применяемые на этой войне противопехотные пластиковые мины – «паштеты» – отрывают ногу до колена, но тяжелый кованый башмак способен нейтрализовать взрыв. Мусульмане впоследствии признали, что в ходе этого боя потеряли девять человек убитыми и пятнадцать ранеными.

10 марта в бою у села Преловина погиб 22-летний Дмитрий Чекапин. В пылу атаки он оторвался от отряда и, когда возникла угроза пленения, подорвал себя гранатой. Перспектива попасть в плен была для русских хуже смерти.

Важнейшее событие апреля того года – штурм высоты Заглавак, которую защищали восемь русских, имевших большое количество боеприпасов. В самом начале боя погиб 19-летний Константин Богословский. Осколок снаряда угодил ему в голову, пробив каску. Это был его первый бой… Другой доброволец, по имени Саша, был тяжело ранен. Пуля попала в крест с четырьмя буквами «С» – символ сербского единства, выбритый у него на затылке.

Через шесть часов сводный отряд из русских и сербов пришел на помощь. Мусульмане отступили. Вокруг Заглавка лежали горы тел: по признанию самого противника, он потерял в том аду около восьмидесяти человек убитыми и сто тридцать ранеными. Был убит также командующий мусульманской бригадой.

Этот бой – кульминация вишеградской эпопеи русских добровольцев. В Вишеграде с того времени осталась колония русских ветеранов, получивших сербское гражданство…

Отдавая должное боевым качествам «Царских волков», западные средства массовой информации сравнивали их с подразделением норвежских неонацистов из сорока боевиков, воевавших на стороне мусульман в районе Тузлы.

Из Прибоя «Царские волки» перешли в Илиджу (на северной окраине Сараева). Там отряду было предложено взять телевышку, русские же отказались от проведения самоубийственной операции. Отряд перебазировался на юг, в Подграб, где был приписан к Праченскому гарнизону. Все волонтеры получили там дома.

Деятельность отряда была приостановлена в августе, знамя сдано на хранение в русскую церковь в Белграде. РДО-2 считается и ныне образцом дисциплины и военного мастерства.

«Казачий экстремизм»

Участие казаков и боевиков военизированных организаций в военных действиях на Балканах – особый разговор. В 1992 году в Сербской Крайне воевала группа казаков. Один из воевавших там – некто Загребов (скорее, псевдоним), вернувшись в Россию, взялся за отправку казаков в Боснию.

В начале 93-го в Боснию прибыли первые сорок человек – 1-я казачья сотня («первый разлив», как говорят добровольцы). Еще двенадцать казаков-атаманцев во главе с Александровым действовали в Скилани. (Александров погиб в мае, подорвавшись на мине-растяжке.) 24 января волонтеров и казаков по тревоге перебросили под Руду (на юге от Вишеграда). В ходе операции Загребов едва не повел казаков в атаку на уже занятое русскими селение Сетихово. Инцидент сильно поссорил казаков и добровольцев. И последние ушли из Вишеграда. В среде казаков произошел раскол.

3 февраля десяток казаков здорово погулял в Белграде, наведя ужас на полицию города, – они пытались расплачиваться гранатами с таксистами и проститутками.

В начале марта под Вишеград с небольшим интервалом прибыли казаки второго и третьего набора. Наиболее боеспособными были донцы, имевшие боевой опыт в Приднестровье. Одной группой руководил Миша, известный под кличкой Мориарти. Были также сибиряки и группа людей Беляева. Всех возглавлял в течение некоторого времени Ас, старавшийся избегать термина «казаки»: у сербов на это слово уже появилась аллергия. Авторитет Аса сдерживал «казачий экстремизм» – тенденцию к отделению казаков от прочих, к ним приписавшихся.

Вскоре Ас, сопровождая раненого, уехал в Россию. После его отъезда отряд раскололся на несколько групп. Беляевцы приписались к одному из штурмовых отрядов, люди Мориарти ушли в Сараево, где и находились до лета…

Еще один казачий отряд из Сибири (семнадцать бойцов), прибывший независимо от вышеупомянутых, воевал в Сербской Крайне против хорватов.

Вообще война показала, что отряды численностью свыше 10-15 человек, как правило, распадаются.

В июле-августе в Зворнике пытались создать сотню на базе Русского национального легиона. Всего в ней было свыше восьмидесяти бойцов, в том числе около двадцати русских. Формирование вскоре распалось. По имеющейся информации, одну из позиций в Боснии удерживали боевики из Русского национального единства, сменявшиеся вахтовым методом – через месяц – группами по двенадцать человек.

Тем, по сути, завершилось участие политических военизированных организаций в бывшей Югославии – вскоре они потеряли к этому всякий интерес, предпочитая получать дивиденды в политической игре в России.

Наемники или добровольцы? В мае 93-го в Сербской Крайне отряд капитана Драгана перехватил диверсионную группу противника. В плену оказались двое англичан. Одного из них – матерого рейнджера, окончившего Оксфорд, – приговорили «как наемника» к расстрелу. Перед смертью он пожелал, чтобы приговор привел в исполнение русский. Хладнокровный англичанин был весьма удивлен видом «русского наемника» – настолько он не соответствовал его представлению о «солдатах удачи».

В Боснии на стороне мусульман воюют единоверцы из других стран. Подразделение болгарских волонтеров действовало против русских под Вишеградом. Сейчас оно базируется в гарнизоне Горажде. Моджахеды из «Хезболлы» и других исламских организаций воюют в составе ударных подразделений «Черная ласта» (ласточка) и «Черные пабуды» (лебеди). Их можно считать добровольцами.

Сложный вопрос: есть ли разница между наемником и добровольцем? На мой взгляд, принципиальное отличие в том, едет ли человек воевать «за идею» или денег ради. Романтик, фанатик, диссидент берут оружие из убеждений. Для профессионального «солдата удачи» война – ремесло, обеспечивающее высокий уровень жизни.

Добровольцам практически не платят. Но ни за какие деньги их не заставить повернуть оружие против своих братьев по оружию.

Война превратилась на Балканах в стиль жизни для тех, кто смог перешагнуть через две критические черты. Большинство солдат гибнут или в первый месяц, не успев понять войны, или по прошествии года, когда притупляется инстинкт самосохранения.

Отряд третий – не последний?

Осенью 1993 года был создан РДО-3, состоявший из ветеранов и вновь прибывающих волонтеров, тоненький ручеек которых струится в Боснию постоянно. Вернулись к прежней, монархической символике – черно-желто-белому штандарту.

РДО-3 базировался на юго-восточной окраине Сараева – в Еврейской Гробле и входил в состав Новосараевского четнического отряда Сараевско-Романийской бригады. Во главе отряда – формально противотанковой роты – стоял воевода Славко Алексич. Район Еврейской Гробли с трех сторон окружен мусульманами и удерживался только благодаря русским, но действовал РДО и во многих других районах Юго-Восточной Боснии. Это те же бесконечные засады, атаки, диверсии… Были случаи, когда три-четыре человека проводили наступления и захватывали населенные пункты.

Командовал отрядом 39-летний Александр Шкрабов (Саша-рус), в прошлом – мичман морской пехоты, воевавший в Абхазии на стороне грузин.

В январе в Сараево, вытаскивая раненую женщину из-под снайперского обстрела, погиб Виктор Десятов (пойман, как говорят русские, «на живца»). Вскоре на том же перекрестке погиб Александр Бочкарев. В апреле в бою был убит ветеран РДО-2 Анатолий Астапенков. В июне во время атаки под Олово погиб и командир Шкрабов – пуля пробила ему горло.

Летом в Кассиндо (на юго-западе от Сараево) сформировалась группа из вновь прибывших русских. Большинство волонтеров из Сараево осенью перешло в Купу (также на юго-западе от столицы) в подразделение сербской полиции специального назначения.

В течение всего времени русские воевали также в Сербской Крайне, как правило, по одному-двое в составе сербских подразделений. Пару месяцев здесь действовал украинский отряд. Несколько мелких групп добровольцев раскиданы по Боснии, в частности у Брчко.

В конце 1994 года боснийскими сербами был разработан план организации русских поселений в Боснии и Герцеговине, в частности, в расчете на вынужденных переселенцев из Прибалтики и других регионов бывшего СССР. Возможно, это откроет новую страницу в эпопее русских добровольцев на Балканах.

Убивать или грабить?

Голос в трубке был хорошо знаком. С этим человеком почти полтора года я регулярно созванивался и встречался в Москве. Мы разминулись в воюющей Боснии всего на несколько месяцев. Я приезжал туда, чтобы написать репортаж о войне, а он почти с первых выстрелов на Балканах командовал там отрядом русских наемников «Царские волки». Встретились только в России.

…Александр Мухарев – так зовут его – тогда, в первую нашу встречу, был полон планов и радужных надежд. Он осел в столице (возвращаться в родную Сибирь не хотел: «Прожить дома сейчас невозможно, платят копейки»). Но чувствовалось, что главная причина его выбора в ином. Человеку, которого боснийские сербы воспринимали чуть ли не как национального героя, чересчур узкими казались рамки захудалого провинциального городка. Бывший командир рассчитывал (и вполне справедливо) на то, что кровью заработанный авторитет, боевой опыт и связи с военными и предпринимательскими кругами в Боснии будут чем-то вроде ракетоносителя, который в мгновение вынесет его за пределы обычных житейских проблем и невзгод…

До самого последнего времени он продолжал верить в свою звезду. Но вот я слышу его голос, уже тусклый, лишенный привычно бодрых интонаций: «Так жить больше не могу. Остается только грабить или стать киллером. Что мне делать?..»

Что же сломило этого «солдата удачи»?

Мухарев морщится, когда его называют наемником. Считает себя «добровольцем», «повстанцем», словом, кем угодно, только не профессиональным солдатом удачи. Надо признать, в этом есть доля истины. Он стал специалистом по убийствам только на самой войне.

30-летний полевой командир даже не проходил срочную воинскую службу. Еще в детстве ему удалили почку после серьезной травмы. И труд поэтому он поначалу избрал нетяжелый: приобрел профессию повара. Но по специальности долго не проработал. Завербовался на Север, где 8 лет крутил баранку.

Впервые в Москву приехал в 1991 году, когда в стране стал разворачиваться частный бизнес. Очень быстро нашел место помощника брокера на одной из столичных бирж.

– В то время, – вспоминает он, – я зарабатывал на биржевых сделках так, что ни в чем себе не отказывал, даже мог купить квартиру, но тогда мысли были о другом.

Весной 92-го душу Мухарева, по его словам, перевернула телепередача Невзорова, сделанная на тему событий в Приднестровье (тогда происходили первые вооруженные стычки между молдавской полицией и приднестровскими отрядами самообороны). Следующим утром он взял билет на поезд Москва – Одесса.

Что двигало им, было ли его желание безотчетным или за ним стояли какие-то политические взгляды? Эти вопросы я много раз задавал Мухареву. И всегда он отвечал одинаково и слишком коротко, чтобы быть убедительным: «Никакой политики. Я ехал восстанавливать справедливость».

В Тирасполе его никто не ждал. Он несколько дней бродил по городу, от одного укрепления к другому, пока не пристроился к казакам. В свою первую вылазку на другой берег Днестра он шел без оружия: в отряде было всего три автомата и один гранатомет.

Инструкции, как пользоваться оружием, Александр изучал, сидя в засаде. Вскоре состоялось крещение, когда он впервые убил человека. Несколько добровольцев вызвались отправиться в разведку во враждебное село. Стояла южная ночь, казаки по-пластунски двигались вдоль улицы. Вдруг хлопнула дверь, из дома выскочили вооруженные люди. Завязалась перестрелка. Будущий командир «Царских волков» оказался единственным, сохранившим хладнокровие. Воспользовавшись темнотой, он почти вплотную подобрался к дому и в упор расстрелял двоих.

После этого Мухареву дали прозвище – Ас, с которым к нему обращаются по сию пору. И странное знамение: номер его первого автомата был 666 – по библейской символике, число сатаны. Суеверные бойцы решили, что Ас ходит под дьяволом…

Об этом мне рассказал не сам Мухарев, а один из казаков, бывший тогда с ним рядом. И этот же казак поведал, как они «уносили ноги из Тирасполя». Когда миновали бои, приднестровские спецслужбы устроили «охоту на ведьм». Они искали и беспощадно расправлялись с теми, кто, по их мнению, работает на «румынскую разведку», торгует оружием и прочее, Прошлые боевые заслуги в расчет не брались. Главным было избавиться от ненужных свидетелей того, что творилось за кулисами той войны. В число «прокаженных» и попали Мухарев и несколько его друзей. Чтобы «испариться» из Тирасполя, им пришлось даже бросить свои вещи.

Александр вернулся в Москву. Авторитет, приобретенный на его первой войне, начинал работать. Ему звонили из Петербурга и Казахстана, с Дона. Говорили как с прошедшим огни и воды боевиком, просили помочь попасть в бывшую Югославию. Так формировался отряд наемников, которым ему предстояло командовать.

Вскоре он и его приднестровские друзья вышли на вербовщика. Визы оформлялись через турагентство, и в конце октября 92-го в Белград выехала первая пятерка наемников. Оттуда их переправили в боснийский город Вишеград. Спустя полмесяца к ним присоединились еще три пятерки. Отряд был скомплектован. Громкое название «Царские волки» придумал вербовщик.

Название дружно одобрили, хотя на «волков», тем более «царских», никто из них не походил. Недоучившиеся студенты, рабочие. Один – полуслепой, другому – уже за 40, с отвисшим брюшком. Почти никто из них не имел армейской выучки. За исключением, быть может, отставного лейтенанта Валерия Быкова, но и тот тянул служебную лямку как политрук. Кроме того, никто из них не принадлежал ни к одной из радикальных политических группировок. (Как утверждает Мухарев, все попытки создания отрядов наемников на «партийной основе», скажем, Русского национального единства, неизменно терпели крах.)

Отряд наемников приписали к Вишеградской бригаде, в ее интервентное (штурмовое) подразделение. Уже через неделю, без особой подготовки их забросили в мусульманский тыл. Операция прошла на удивление успешно. У горы Будковы Стены, убив трех мусульман, они захватили укрепление противника. Один русский при этом был ранен.

В декабре отряд понес первые потери. В бою у горы Орлина погиб от снайперской пули 22-летний Андрей Нименко. Тогда «Царские волки» пошли в психическую атаку. Идя цепью в полный рост, в тумане, они без единого выстрела захватили господствующую высотку. Мусульмане вели огонь по голосам, но, не выдержав нервного напряжения, покинули позиции.

О русских в Боснии заговорили, как о героях. Платили, правда, по-прежнему всего сотню немецких марок в месяц. Этого едва хватало на сигареты. Но приходилось «держать марку», вновь и вновь доказывать, что «русу все нипочем», что он приехал бескорыстно умирать за сербский народ.

30 декабря русским приказали захватить селение Джанкичи. Ас, воскликнув: «А теперь я поиграю в Александра Матросова!», в одиночку захватил два мусульманских бункера.

Одно название «Царские волки» по-настоящему наводило страх на мусульман. Об операциях отряда писали в газетах, передавали в телевизионных репортажах. Русские стали желанными гостями в каждом сербском доме. Беженцы жертвовали последними запасами, чтобы их накормить и вдоволь угостить ракией.

Отряд постепенно становился заложником своего героизма. Отказываться от участия в особо опасных акциях, на которые не соглашались даже отборные отряды сербских четников (штурмовиков), русские уже не могли, предугадывая упреки в трусости и неблагодарности. Этим воспользовалось высшее командование, имевшее к «волкам», как впоследствии узнал Мухарев, не только патриотический интерес…

Боевики Мухарева почувствовали двойную игру не сразу.

Перелом в отношениях наемников с сербами произошел в январе 93-го. «Царских волков» бросили на мусульманскую артиллерийскую батарею, стоявшую под Твырдковичами. Сербские ополченцы прикрывали, заняв невдалеке оборонительные позиции. Русские выполнили приказ, но мусульмане, зайдя с тыла, предприняли мощную контратаку. На призыв о помощи сербы ответили по рации так: «Мы уходим. Если можете, спасайтесь сами».

Преданные, по сути, «волки», прорываясь из окружения, потеряли шестерых бойцов. После этого были замечены первые случаи мародерства среди русских.

Мухарев к тому времени уже принадлежал к кругу избранных. Он был принят на правах «своего» в группу представителей местной администрации и полевых командиров, которая полновластно распоряжалась судьбами вишеградской общины. Эти несколько человек контролировали торговлю оружием, поставки продовольствия и медикаментов. Они – по сербским меркам – были весьма состоятельными людьми.

Командир русских наемников поначалу воспринимал этот «полевой бизнес» как должное. Правда, он слышал от кого-то, что мусульмане платили сербским командирам огромные деньги, чтобы выкупить свои села, захваченные сербами с огромными потерями.

Но к таким слухам относился как к абсурдным и даже кощунственным.

Он, по его словам, испытал страшное потрясение, когда самому пришлось окунуться в грязь (не окопную – настоящую) войны. Однажды сербский полевой командир предложил ему «войти в долю». Это не была сделка по продаже оружия. Все обстояло гораздо циничнее, ибо речь шла о человеческих жизнях, точнее, о жизнях его боевых друзей. Мухареву предложили несколько десятков тысяч марок за то, что он бросит своих ребят на неприступный бункер. Сделку финансировал крупный сербский предприниматель, которому почему-то позарез понадобился завод, захваченный мусульманами.

Командир «Царских волков» понял, что его отряд – пушечное мясо, товар, которым торгуют оптом и в розницу. Через два месяца он вернулся в Москву.

Опыт двух войн не прошел даром. В крови Мухарева заметно поубавилось адреналина, и смертельный риск уже не казался наркотиком. Все надежды обратились на праведную гражданскую жизнь.

В Москве он нашел приют в комнатенке давнего приятеля. Оставалось отыскать лишь поприще, где честно и трудолюбиво можно обеспечить житейское благополучие.

Из войны Мухарев, помимо прочего, вынес стойкое отвращение к политике. Боевиков от национал-патриотов называл «недоносками». Зная, говорил, что их крутость – до первого боя.

В бизнес, как оказалось, с ходу уже не протолкнуться: времена шальных денег позади. Надо было искать работу, сообразуясь со специальностью.

Пробовал устроиться водителем. Куда ни обращался – отказ: «У вас нет московской прописки». В конце концов приняли охранником. Через два-три месяца сократили, так как фирма набрала профессионалов, имеющих лицензию на ношение оружия. Получить ее Мухарев не мог опять же из-за прописки.

Но он не унывал. Пошел охранять в другое место. График подходящий: сутки через трое, а в свободное время можно придумывать и реализовывать оригинальные проекты. Не сразу, конечно, думал он, но, скажем, через полгода непременно будет хорошая прибыль.

Мухарев слал факсы в офис «Пепси». Предлагал свои ноу-хау – как этой мировой фирме разбогатеть, не вкладывая особых средств. За идею он просил всего один процент.

Он смоделировал и скроил универсальный бронежилет. Примерно такой, какой сам носил в боснийских горах. Предложил спецпредприятию поставить его на поток.

Шли месяцы, он ждал ответных предложений. За это время познакомился с женщиной, которую полюбил, и рассчитывал наконец создать семью.

Он продолжал следить за событиями в Боснии. Даже издалека понимал, что сербы готовятся к захвату последних мусульманских анклавов. В глубине души было досадно, что он не там, в гуще событий.

Но о нем вспомнили. Из Вишеграда позвонил старый знакомый, сербский полевой командир:

– Ас, выручай. Много раненых с переломами костей, но совсем нет специального медицинского оборудования. Богом заклинаю: собери денег, привези, сколько можешь. Здесь все до цента тебе вернем. Клянусь Богом.

Мухарев обошел всех знакомых. Кто дал 300 долларов, кто – 1000. Сумма сложилась примерно в 10 тысяч долларов. Он купил пять аппаратов Илизарова, а также оптику – бинокли и приборы ночного видения. На оставшиеся деньги – билет до Белграда.

На границе с Боснией сербы потребовали у Аса 45 «дойч марок». Оказалось, что Вишеград, как и прежде, стал туристским центром и каждый приезжий должен продемонстрировать свою платежеспособность. Его доводы – мол, для ваших же раненых везу оборудование, – не действовали.

На счастье, проезжал мэр Вишеграда Бранко Савович. Сразу узнал: «Ас приехал!», – усадил в свой «Мерседес». В Вишеграде везде – на улицах, в учреждениях – его тоже быстро вспомнили. И чуть ли не носили на руках.

В те дни планировалось наступление на последний мусульманский анклав – в Горажде. Мухарев, зная, как затягивает война, поспешил восвояси. Но денег на билет в обратный конец не было. Полевой командир, обещавший «вернуть все до цента», не отдал даже доллара. Оправдывался: «Извини, друг, снова начинается война, все деньги ушли на покупку оружия».

Ас отправился в столицу боснийских сербов Пале. Встречался с председателем скупщины (парламента), министром здравоохранения. Они лишь могли обещать, что когда-то, со временем, вернут ему долг. А сейчас, прости, война. Но билет до Москвы все-таки купили.

Вернувшись в Россию, найти работу охранником уже не мог. Продавал газеты в электричках. Вокзальные бандиты потребовали «отстежки», но он отказался и едва не поплатился жизнью.

А кредиторы наседали, кое-кто угрожал. Любимая женщина, уставшая от безденежья и волнений, ушла. Ас в это время кое-как устроился грузчиком. Таскал многопудовые тюки с овощами.

Коридор сужался, но Ас еще на что-то рассчитывал. «А наши политики, – думал он, – патриоты, державники, кричащие с трибун об угнетаемом сербском народе, бросают же на свои политические шоу сотни тысяч долларов? Они-то должны мне помочь?!».

Первым делом он обратился в офис КПРФ. Какой-то человек со стертым лицом, в сером костюме слушал его две с половиной минуты, прежде чем твердо заявить: «У коммунистов денег нет. Сами бедствуем».

В Конгрессе русских общин встретили приветливо. Напоили чаем, сочувственно выслушали, пообещали и попросили зайти через недельку. Потом еще через одну, потом и вовсе перестали пускать на порог.

Были и еще десятки других офисов. Разных – шикарных и обшарпанных, но никто денег ему не дал.

…Ас звонил мне из больницы. Его выписывали после операции: запущенная грыжа, приобретенная на овощебазе. Идти некуда – друг вынужден был комнату продать. Последние деньги он отдал врачу…

Казачьего генерала использовали и забыли

Однажды домой к нему пришли двое, представились сотрудниками органов госбезопасности. Один – местный, ставропольский, другой – из Москвы, названные фамилии были скорее всего вымышленными. Сказали: «России надо, чтобы ты отправился в Абхазию». Так началась война для Андрея Сердюкова, генерал-майора Союза казаков Абхазии, бывшего командира известной диверсионной группы «Эдельвейс». Спустя три года я встретил его в Чечне – незадолго до того, как Совет безопасности РФ решал, что делать с казачеством.

Тусклый свет переноски не скрадывал убогости жилища. В тесном проходе между нарами – ящик, приспособленный под обеденный стол. Его украшением были дешевые рыбные консервы, тушенка и бутылка водки. Здесь, в одном из зданий грозненского аэропорта, Андрей, его жена Ульяна и друзья казаки жили уже больше месяца.

Морщась от боли («этот чертов осколок в плече»), Андрей рассказал, что на днях его и подчиненного есаула задержали омоновцы в Грозном:

– Подскочил какой-то бешеный полковник из ФСК и заорал, показывая на нас: «Я их знаю – это они убили омоновца». (Действительно, в тот день чеченский снайпер застрелил милиционера.) Нас скрутили и потащили «кончать». К счастью, проезжали мимо знакомые десантники – отбили.

Казачий генерал приехал в Чечню, поскольку считал, что именно здесь сейчас совпадают интересы его и России. Но после того дикого происшествия засобирался домой: «Мы и здесь, – сокрушался он, – не нужны, а для кого-то, наверное, даже страшны». «Нас предали все», – буднично, безо всякой злобы говорил Андрей.

…Те незваные гости из госбезопасности, по словам Андрея, лгали, говоря: «Поработаешь в Абхазии инструктором по оружию пару недель и вернешься». Война не отпускает его, израненного, до сих пор.

А до этого 30-летний генерал жил, как многие его сверстники из ставропольских станиц. Школа, сельхозтехникум, служба в частях ВДВ. С 1985 по 1992 год работал в милиции сначала патрульным, потом в Ставропольском спецназе. В 90-м вступил в казачье войско и, когда загорелось Приднестровье, отправился туда с отрядом кубанских казаков. Правда, в боях участвовать не пришлось: пробыв несколько дней под Дубоссарами, вернулся домой.

В сентябре 92-го Сердюков уже обучал «работе» с оружием абхазских и приезжих ополченцев из резервного полка, базировавшегося в Гудауте. Чуть позже ему предложили сформировать диверсионно-штурмовой отряд. В то время в Абхазии уже было несколько особых отрядов, названных звучными именами вроде «Катран» или «Дракон». Андрей предложил имя горного цветка «Эдельвейс». Его отряд поначалу состоял из тридцати человек.

Свое первое ранение он получил в марте 1993 года, в селении Лабра, которое взял и долго удерживал «Эдельвейс». Пуля раздробила кость левого предплечья, хирург потом скрепил ее металлической пластиной.

Когда Сердюков еще лежал в госпитале, ему предложили сформировать десант. Не долечившись, взялся за дело – пополнил «Эдельвейс» и вскоре получил приказ десантироваться в районе селения Тамыш.

– Нас называли смертниками, – рассказывает Андрей. – На катерах нам предстояло высадиться на берег и захватить плацдарм для броска основных сил. В случае неудачи я должен был сообщить по рации, чтобы остальные возвращались в Гудауту.

2 июля десант высадился. Отряду противостояли подразделения «Мхедриони» и «Белых орлов» (грузинская военная полиция). С боем прорвались в Лабру. При взятии грузинского штаба Андрей был снова ранен. Но как?! Пуля угодила точно в титановую пластину, в место предыдущего ранения.

– Перевязался и снова пошли на приступ, – продолжается рассказ. – Успел снять снайпера, но тут меня срезали автоматной очередью. Еще два ранения – в ногу и в руку. Третья пуля, шедшая в живот, к счастью, оставила вмятину на автомате.

Раны были легкими. Побыв в госпитале несколько дней, он вернулся в строй. И до взятия Сухуми, в сентябре 1990-го, находился на восточном фронте. Там, где закрепились разрозненные группы боевиков, где требовался опыт партизанской войны.

Однажды отряду Сердюкова пришлось столкнуться со спецгруппой «Альфа-2» полковника Думбадзе. Восемнадцать грузин были убиты, пятерых взяли в плен. Среди плененных оказались заслуженный мастер спорта Сулаквелидзе и мастер спорта по вольной борьбе Гагачури. Потом их обменяли на абхазских заложников.

За несколько дней до штурма Сухуми Андрей женился на Ульяне Смирновой. Ульяна была в отряде медсестрой, хотя по образованию она картограф. Уехала из родного Петербурга воевать еще в 1990 году. Сначала – в Карабах, потом – в Приднестровье. До Абхазии некоторое время работала в службе безопасности верховного атамана Союза казачьих войск Ратиева.

В январе нынешнего года им пришлось покинуть Абхазию. Точнее – бежать. Хотя по окончании боев жизнь складывалась. Ему, как герою Абхазии, дали дом какого-то убежавшего воротилы. 22 жилые комнаты, прорытый от виллы к морю канал, огромный бассейн. Сердюков, получив ордер, пришел посмотреть на это великолепие. У ворот лежали живые цветы: оказывается, несколько дней назад за этот дом абхаз убил абхаза. Казак вернул ордер и поселился с женой в штабе.

«Эдельвейс», ставший в Абхазии легендарным, продолжал нести службу. Отряд патрулировал окрестности Сухуми, ходил в разведывательные операции. В прошлом году, будучи в одном из таких рейдов, Сердюков обнаружил базу для подготовки чеченских боевиков. Чеченцы жили в общежитии летного состава на территории аэропорта в селении Дранда.

В порту не раз он видел транспорты с оружием и иностранными наемниками, приходящие из-за моря. Об этом он докладывал и абхазскому руководству, и командирам российских миротворческих сил.

– После этого, – говорит Сердюков, – Ардзинба резко переменился к казакам. Заговорил: мол, я вас сюда не звал. Обещанные льготы так и не были предоставлены. В виде компенсации за 5 ранений в Абхазии я получил… 23 тысячи рублей.

Впрочем, добавляет Андрей, он приехал сюда не «делать деньги». «Было за Россию очень обидно: она же оказала помощь Абхазии». А вскоре абхазские власти выслали казачьего атамана Илюнчева. Сердюков решил не искушать судьбу и вернулся в Россию. Сейчас, говорит он, жалею, что оказался в Абхазии.

В Чечне казачий генерал хотел встретиться со своим старым знакомым и собратом по оружию – бывшим командиром 1-го чеченского батальона Шамилем Басаевым. (Кстати, вспоминает он, большую часть батальона составляли не чеченцы, а ребята из Приднестровья, славяне). Но это желание пропало, когда Сердюков узнал, что под началом чеченского командира воюют братья-казаки с Дона. «Все, хватит, отвоевался, – сказал он, – едем с Ульяной домой, в Россию».

Часть IV

На левой груди профиль Сталина

150 дней до захвата Кремля

За неделю до Нового 2011 года был арестован отставной полковник Владимир Квачков, бывший офицер военной разведки. Его подозревают в подготовке вооруженного мятежа. В попытке въехать в Кремль на танках. «Я ожидал этого после того, как меня не удалось посадить по первому делу – покушению на Чубайса. Я сижу в темноте», – успел сказать Квачков по телефону журналистам. На самом деле Чубайс к этой истории никакого отношения не имел.

По версии следствия, «полковник ГРУ в отставке разрабатывал план операции по свержению «оккупационного режима» по всем правилам диверсионного искусства. Сидя в своей квартире в дорогом московском доме на Бережковской набережной, не скрывал радости: есть еще порох в пороховницах! И спустя четверть века не забылась наука, которую несколько лет грыз в Военной академии имени М. Фрунзе. Занять города Иваново и Владимир, затем блокировать дороги, ведущие в Москву, и от имени «порабощенного народа» выдвинуть Кремлю ультиматум о немедленной сдаче власти. Размах операции воодушевлял – и все это силами только шестисот ополченцев. Ее описание войдет в русские учебники военной стратегии!

Циркулем отмерял на аэрокосмической карте стороны треугольника, в нижних углах которого находились села Ащерино и Осипово, а вверху – железнодорожная станция Гостюхино. Между ними – зеленый массив, прочерченный тонкими линиями просек и лесных тропок. Отсюда до окраины Коврова чуть меньше десяти километров.

Первыми прибывают невооруженные ополченцы и под видом охотников и рыболовов разбивают здесь три временных лагеря. Затем в течение двух-трех дней собираются остальные, снабженные легальным охотничьим и травматическим оружием. Они должны доставить все необходимое для автономного существования в течение трех дней: сухие пайки, походные примусы, палатки и саперные лопаты. В этом деле важна каждая мелочь!

Ополченцы будут добираться земляческими группами из Московской, Ленинградской, Ярославской, Ростовской, Самарской, Нижегородской областей и даже из Приморского края – всего больше полутысячи человек. Это с учетом того, что эфэсбэшники могут «свинтить» часть людей. Главное, цель и детали операции знает только один человек.

Сбор назначается на 20-24 июля 2010 года, боевая задача будет поставлена в ночь с 24 на 25 июля. Боевым группам надлежит выдвинуться в городскую черту Коврова и захватить Ковровскую учебную танковую дивизию (467-й окружной учебный центр), а также склады 1-го и 73-го арсеналов Главного ракетно-артиллерийского управления (ГРАУ) Министерства обороны.

На бронетехнике ополченцы проследуют во Владимир, а затем в Иваново. Первым делом должны быть захвачены здания милиции, ФСБ, а также расположения воинских частей. Вслед за этим надо перекрыть дороги в Москву и через средства массовой информации заявить о низложении «компрадорской власти».

Насквозь прогнивший кремлевский режим падет после пары первых залпов «Града»!

«Ковровая дорожка» – хорошее название для этой операции, думал полковник, в нем содержится и география проведения, и указание на почетность миссии. Принимается! Только надо учесть все меры предосторожности.

Одну из комнат в своей квартире Квачков оборудовал шумовым устройством для создания аудиопомех, чтобы исключить «прослушку». В июне 2010-го он регулярно проводил здесь встречи с руководителями региональных ячеек «Народного ополчения им. Минина и Пожарского» (НОМП) и командирами боевых групп. Как полагает следствие, Квачкову было важно узнать, сколько бойцов гость может реально поставить под ружье; давал инструкции, как соблюдать простейшие правила конспирации. В общих чертах обрисовывал политическую ситуацию и давал понять, что «час освобождения» близок. Говорил, что предстоит некий вооруженный конфликт, «последняя схватка». Необходимо подыскивать «надежных людей» и быть готовыми к захвату оружия и бронетехники: «У каждого поколения русских была своя война, по-видимому, нас тоже ждет своя война». Отсчитывал деньги – по тысяче рублей на одного ополченца. Правда, приходилось в уме быстро прикидывать рубли к долларам, так как полковник извлекал из толстой пачки, сантиметров в пять, «зеленые».

В заключение Квачков вносил позывные командиров-ополченцев в свой компьютер. Выдавал новые SIM-карты для мобильных телефонов, чтобы передавать приказы во время операции. А тех, кто отвечал за транспорт, полковник снабжал и телефонными трубками. Всего в компьютере Квачкова специалисты обнаружили около тридцати позывных, каждая группа состояла из 15-25 человек.

Бывший профессиональный диверсант прекрасно понимал, что после истории с покушением на Чубайса его постараются ни на секунду не выпускать из поля зрения. И решил даже провести последний раунд в «открытой стойке»: публично высказывался о том, что все разговоры о создании «рот и батальонов ополченцев» – не более чем «обычная болтовня» и ему, полковнику Квачкову, нечего вменить в вину. Но эта риторика была настолько двусмысленной, что, скорее, даже придавала его образу сказочность Еруслана Королевича, спрятавшего в дупле меч-кладенец.

Квачков знал, что находится под «колпаком», говорил, что готовится его задержание за подготовку вооруженного мятежа. Но полковник хотел опередить спецслужбы. Его эмиссары разъезжали по воинским частям, уговаривая офицеров «перейти на сторону патриотов». В Ковров были посланы трое спецназовцев Главного разведывательного управления (ГРУ). Они арендовали квартиру у жительницы города Регины Н., приобрели подержанный легковой автомобиль. Квачков, по версии следствия, поставил перед ними «боевую задачу»: побывать во всех воинских частях Коврова и прилегающих районах Владимирской области и установить связи с офицерами, с помощью которых в нужный день можно будет «нейтрализовать охрану». Его выбор пал на Ковров как место первого удара по двум причинам: этот небольшой город напичкан оборонными производствами и давно пребывает в депрессивном состоянии из-за отсутствия госзаказов. Спецназовцы пробыли в Коврове почти месяц, потом сели на поезд и уехали, оставив машину в «подарок» хозяйке.

Итак, 20 июля 2010-го на электричках из Москвы стали прибывать первые ополченцы, «легендированные» под охотников и рыболовов. Они разбили лагерь в лесу южнее села Ащерино, неподалеку от пруда. Поставили палатки, развели костры и стали ждать подхода основных сил, которые должны приехать со «стволами». На следующий день сладкий предрассветный сон «повстанцев» был прерван дикими криками и ударами, от которых меркло сознание. Через несколько секунд руки были скованы наручниками, и сверху из-под стеклянного забрала шлема смотрели незнакомые холодные глаза. То «прибыли» незваные сотрудники антитеррористического спецподразделения «Альфа». Спецслужбы приняли решение «вязать» квачковцев еще до приезда полковника, чтобы избежать человеческих жертв.

Так в самом начале провалилась операция под условным названием «Ковровая дорожка», разработанная стратегом «Народного ополчения». После этого в квартирах ополченцев, включая Квачкова, прошли обыски. Но тогда решили сразу никого не сажать за подготовку «вооруженного мятежа», чтобы из «ополченцев Минина и Пожарского» не создавать мучеников за народное дело.

Квачкова поместили в Лефортовскую тюрьму только через 150 дней. Как полагают, санкцию на его арест давал лично Дмитрий Медведев. Хотя, честно говоря, как информировал нас один из прокурорских источников, сотрудники ФСБ предлагали Президенту взять вероятного мятежника с поличным, когда тот приступит к воплощению своего «сверхсекретного» плана «Б» – альтернативы провалившейся операции «Ковровая дорожка». Пока остается загадкой, что содержал этот запасной диверсионный план, но можно предположить, что его целью мог быть сам Кремль. Устроить танковый прорыв к сердцу Родины? Власть бы, конечно, не захватили, но бойня в центре Москвы вышла бы знатная.

Как ни странно, одним из первых отреагировал на арест полковника Квачкова сайт исламских террористов «Кавказ-Центр»: «В сети 23 декабря выложено видеообращение Юрия Екишева, главного соратника полковника ГРУ Квачкова, который обвиняется в «организации военного мятежа». Чекисты считают, что Квачков намерен свергнуть кремлевский режим, который он называет антирусским, в ходе «русской революции», народного восстания, партизанской деятельности по всем фронтам. Екишев, в частности, сказал: «Манежная площадь уже показала, что конец их близок. Это их истерическая реакция на все, что происходит в стране. Меня переполняет ненависть к врагам нашей страны, нашего народа. Завтра, если закроют меня, все равно найдутся люди из «Народного ополчения», которые не остановятся и продолжат наше правое дело. С нами Бог! Мы победим!». Отметим, что Екишеву лучше знать про своих соплеменников Путина и Медведева, и если Екишев говорит, что их режим шатается, катится под откос, конец их близок, их силы тают с каждым днем, то он знает, о чем говорит».

Таким образом, пример Квачкова, по замыслу исламистов, должен был воодушевить шахидов. Кто знает, может быть, этот комментарий «Кавказ-Центра» читал террорист Магомед Евлоев, ровно через месяц взорвавший себя в аэропорту «Домодедово». Парадоксальным образом интересы исламского террориста и русского националиста совпали. Как это могло случиться?

Биография полковника Квачкова – блестящая биография потомственного кадрового офицера. Но в какой ее момент солдат превратился в «мятежника»?

Владимир Васильевич Квачков родился в 1948 году в Приморском крае. В армии с 11 лет: Дальневосточное суворовское училище окончил с медалью, а затем Киевское высшее общевойсковое училище (разведфакультет) – с отличием. С 1970-го служил в Псковской бригаде специального назначения, затем – в бригаде спецназа в группировке советских войск в Германии и частях Забайкальского военного округа.

В 1981 году Квачков также с отличием окончил Военную академию имени М. Фрунзе. Служил в разведуправлении ЛенВО, занимал должность начальника штаба бригады в группировке советских войск в Германии. В 89-м принял командование 15-й бригадой спецназа ГРУ Генштаба в Туркестанском военном округе. Участвовал в боевых действиях в горячих точках в Азербайджане (1990) и Таджикистане (1992). С 1994 года – на «ответственной должности» в Главном разведуправлении. По достижении 50 лет уволен в запас в звании полковника. Становится старшим научным сотрудником Центра военно-стратегических исследований Минобороны РФ. Кандидат военных наук, в 1998 году защитил кандидатскую диссертацию на тему «Развитие форм боевого применения сил и средств специальной разведки в современных условиях». Имеет 15 боевых наград, в том числе два ордена Мужества и орден Красной Звезды.

Первый раз Владимир Квачков оказался в камере СИЗО весной 2005 года. Его обвинили в организации взрыва на пути кортежа Анатолия Чубайса на Митьковском шоссе. Тогда на обочине дороги сдетонировало самодельное взрывное устройство. Бронированная BMW была сначала подорвана, а потом обстреляна из автоматов Калашникова. Однако сам Чубайс отделался только небольшим испугом, так как его бронированная машина, хотя и получила некоторые повреждения, на скорости уехала с места происшествия.

По обвинению в организации этого покушения Владимир Квачков провел под стражей три года и был отпущен на свободу только летом 2008 года, когда коллегия присяжных Мособлсуда вынесла оправдательный вердикт. Верховный суд отменил приговор Мособлсуда, а дело отправил на пересмотр. Однако по прошествии года, в августе 2010 года, новая коллегия присяжных повторно оправдала Квачкова и других фигурантов дела – бывших десантников Роберта Яшина, Александра Найденова и сына экс-министра печати России Ивана Миронова.

Полковник Квачков, очутившись на гражданке, один-одинешенек в многомиллионном безлюдье мегаполиса, обнаруживает, что его также повсюду подстерегают хорошо замаскированные враги: жестокие политики, коррумпированные генералы, жадные инородцы, циничные финансисты, коварные сионисты. Вместо того чтобы бороться с ними, «высшее руководство страны встало на путь предательства и измены». И полковник, как любой на его месте старший по званию диверсант, берет на себя команду над отрядом заброшенных в тыл врага. (И для мусульманского террориста окружающий мир также глубоко враждебен и неизлечим, поэтому подлежит уничтожению.) В этом и заключается «апокалипсис» Квачкова – солдата и «мятежника».

Полковник Квачков написал книгу «О военной доктрине и Русской армии», когда сидел в тюрьме по делу Чубайса. В ней автор мыслит планетарными масштабами, то поднимаясь до орбиты космических боеголовок, то перемещаясь вслед за американскими авианосцами по всем океанам и континентам Земли.

Между прочим Квачков вспоминает о встречах с югославским послом Бориславом Милошевичем в 1999 году. Российские генштабисты во главе с генерал-полковником Леонидом Ивашовым убеждали нанести диверсионные удары по военным объектам в Италии, где базировалась авиация НАТО, которая в то время бомбила Югославию. Квачков сожалеет, что к их советам не прислушались, и делает далекоидущий вывод: «Угроза диверсионной войны в Европе – единственный военный способ заставить европейских обывателей и их политиков отказаться от мысли об агрессии…» Через несколько лет Квачков перенесет понятие «агрессии против Югославии» на «агрессию против России». Книга была передана «на волю» и напечатана в 2007 году.

В феврале 2009 года полковник Квачков учредил и возглавил общественное движение «Народное ополчение имени Минина и Пожарского» (НОМП). Было выпущено воззвание «Народное ополчение сегодня», в котором, в частности, говорилось: «…имена Минина и Пожарского включены в название организации по причине разительной схожести сегодняшнего положения России с обстановкой четырехвековой давности. Неразбериха на самом верху – не поймешь, кто управляет страной… межклановая грызня… измена бояр… воровство и самоуправство… разбой на улицах… вторжение с Запада». Словом, Квачков «заступил на пост» князя Дмитрия Пожарского, а роль мещанина Козьмы Минина предоставил Юрию Екишеву, человеку, почти неизвестному в Москве.

Екишева, оказывается, неплохо знают в Коми. Родился в селе Вотча, неподалеку от Сыктывкара, в 1964 году. По образованию математик – окончил Сыктывкарский университет. Автор книги «Россия в неволе» и ряда публикаций в журнале «Континент». С начала 90-х занимался бизнесом – сначала оптовой торговлей продуктами питания, а затем приобрел магазин «Океан» в центре Сыктывкара и поставлял лес на экспорт. Возглавлял межрегиональное движение «Союз национального возрождения» и местное отделение Движения против нелегальной иммиграции (ДПНИ), издавал профашистскую газету «Стенограмма». В 2007 году Сыктывкарский федеральный суд приговорил Екишева к двум годам лишения свободы за разжигание межнациональной розни. Отбыв наказание, Екишев перебрался в Москву, вступил в НОМП и попутно основал собственное движение «Парабеллум» (в переводе с латинского «готовься к войне»). «Парабеллум» ставил перед собой задачу построения некоего загадочного «монархо-инвестиционного порядка», а в остальном повторял цели НОМП: захват власти и установление «православного социализма». Так Екишев вошел в штаб НОМП и стал главным помощником Квачкова.

Но Квачков и Екишев не могут претендовать на имена Минина и Пожарского. Подлинные народные герои собирали ополчение собственными силами, но не от собственного имени и не по собственной инициативе. Минина и Пожарского на ратный подвиг благословил патриарх Гермоген, а оружие для ополченцев приобреталось на собранные народом средства. Патриарх и народ – вот настоящие создатели ополчения Минина и Пожарского.

Кто же «инициировал» ополчение Квачкова и Екишева? Толстая пачка долларов, из которой полковник выдавал «подъемные» членам боевых групп в июле 2010-го?

А благословил Квачкова и Екишева на борьбу с «оккупационным режимом» бывший клирик Русской православной церкви Заграницей (РПЦЗ) Никита Феоктистович Орлов, гражданин США, родившийся в 1932 году в Шанхае. Сейчас этот человек называет себя «Антоний, митрополит Московский и Всероссийский, Лос-Анджелесский и Всезарубежный». Митрополит Антоний – основатель и глава «Российской православной церкви» (РосПЦ). Эта церковная организация не признана другими Церквами, в ее составе около двадцати приходских общин.

И главное: всех тех, кто молится в храмах Русской православной церкви (с Патриархом Кириллом во главе), митрополит Антоний (Орлов) считает еретиками и вероотступниками, которым уготовано место в аду. Другими словами, десятки миллионов верующих, а это большинство населения России, митрополит относит к «нехристям». Об этом свидетельствует, например, то, что переходящих из Московской Патриархии, по правилам РосПЦ, строго предписано крестить. Таким образом, митрополит Антоний ставит российских православных в один ряд с сектантами. (Это тем более странно, что в царской России даже католики обращались в православие без «перекрещивания».)

Благословение такого митрополита делает Квачкова больше похожим на Лжедмитрия. Тем более полковник, выступая в январе 2009-го перед националистами, обрушился на Патриарха Кирилла с нецензурной бранью.

Сам торжественный акт благословения Квачкова и его правой руки Екишева митрополитом Антонием на «ратный подвиг» состоялся в мае 2009 года в квартире полковника на Бережковской набережной.

Архиепископ Виктор (Пивоваров), бывший иерарх РосПЦ, вспоминал в своей статье «Двоемыслие митрополита Антония (Орлова)»: «Прочитав мое послание, митрополит Антоний встал и торжественно объявил при всех: «Да, я сознательно благословил это движение, потому что Квачков верующий монархист. Он встал передо мной на колени, и я его благословил». На вопрос прихожан о «захвате власти» и «возможном кровопролитии» он кратко ответил: «Никакого кровопролития не будет», но подчеркнул, что с одним лишь условием – если он пойдет впереди вооруженной толпы в белом клобуке и с посохом в руках».

Наверное, митрополит представил себя впереди отряда «революционных спецназовцев», вспомнив, как в стихотворении Александра Блока во главе революционных матросов шествует Иисус Христос, «в белом венчике из роз». Но что было простительно поэту, символисту и декаденту, совершенно неприемлемо для пастыря (пусть даже немного странного), несущего ответственность перед Богом за каждую христианскую душу. Митрополит, возможно, и не догадывался, что представления спецназовца-полковника о монархии резко расходятся с общепринятыми.

«Надо вспомнить, что в переводе с греческого «монархия» – единовластие, – написал Квачков в своей брошюре «Сталин сегодня: русский православный социализм». – Сталин – единовластный правитель советской империи, красный монарх, советский Государь. Наше покаяние перед Сталиным – возвращение его праха в Мавзолей на Красной площади!»

Архиепископ Виктор как-то заявил Квачкову: «Если вы будете проповедовать монархию и готовиться к возрождению ее – я с вами. Но так как вы призываете к возвращению социализма, а он, по пророчествам, должен вернуться только при антихристе, то я ваш противник». Квачков заявил: «Что, монархия? За нее, по опросу, всего лишь десять процентов», то есть с такими силами власть не захватишь».

«Народное ополчение» Квачкова и Екишева объединило военных пенсионеров, недовольных демилитаризацией российской экономики, а также активистов левацких и ультраправых группировок. Так, в НОМП вошли представители «Союза офицеров» (Станислава Терехова, известного по событиям 93-го у Белого дома), запрещенного с недавнего времени Движения против нелегальной иммиграции (ДПНИ), Русского имперского движения, Левого фронта, Русского общенационального союза (РОНС), Военно-державного союза России и других. В качестве «почетного гостя» на собраниях НОМП не раз присутствовал глава «Исламского комитета России» Гейдар Джемаль, идеолог «диктатуры шариата» – экзотической смеси идей исламской революции в Иране и ленинской диктатуры пролетариата.

Квачков и Екишев прямо заявили о своих целях в день учреждения НОМП 20 февраля 2009 года:

«Историческая Россия, ее народы и земли находятся под оккупационным контролем. Восстановление территориальной целостности русской нации возможно только при условии отстранения от власти нынешнего преступного режима…

Россия стоит на пороге революции. Духовно-религиозный характер грядущей Русской революции будет заключаться в ликвидации засилья еврейской мафии…

Главной задачей штабов НОМП является увеличение количества формирований народного ополчения и численности личного состава в них. Необходимо:

– к осени 2010 г. иметь укомплектованные штабы и формирования НОМП в большинстве субъектов Федерации, на случай чрезвычайных обстоятельств;

– собрать под знамена народного ополчения наиболее решительные силы всей России независимо от принадлежности к партиям и течениям».

Покушение на Анатолия Чубайса было, по словам Квачкова, «одной из форм национально-освободительной войны». Полковник объявил войну «агрессорам» (помните, выше уже шла речь о переносе боевых действий из Югославии в Россию): «Уничтожение иностранных захватчиков и пособников оккупантов, в том числе в экономической области, есть долг и обязанность каждого офицера, солдата, независимо от того, воюет ли он в открытой вооруженной борьбе или действует на оккупированной врагом территории своей страны». Полковник также утверждал, что Россия «оккупирована еврейской мафией… которая является матрицей для остальных преступных группировок в России».

«Какой социализм, какое государство и общество строил бы Сталин в 21-м веке, исходя из духовных ценностей православия? Думается, нацпроект по борьбе с коррупцией на 1-м этапе обошелся бы Сталину в 30 000 рублей, исходя из коммерческой стоимости 1-го патрона к автомату в 30 рублей и необходимости расстрела первой 1000 взяточников и казнокрадов. В конце концов можно будет потратить еще 30 000 рублей», – лил Квачков бальзам на раны ополченцев.

Правда, тюремный опыт немного подрихтовал острые углы мировоззрения полковника. Например, он исключил Михаила Ходорковского из разряда «пособника оккупантов в экономической области». Квачков пишет в своей брошюре: «Политическую платформу Ходорковского я определил как национальный либерализм. Его конфликт с властью связан с попыткой сделать экономические отношения прозрачными, открыть для общества связь власти, политики и экономики. Ходорковский стал первым крупным национальным либералом, за что и поплатился. Михаил Борисович, здоровья и мужества вам в борьбе!»

Вместе с олигархом были оправданы большевики еврейского происхождения, организовавшие переворот 1917 года («Главная специальная операция впереди»). За это непримиримые «ополченцы» назвали полковника «неумным человеком или провокатором». Они не узнавали своего вождя, еще недавно пламенно провозглашавшего: «РПЦ молча наблюдает за духовным и физическим геноцидом русского народа. Пораженная ересью жидовствующих, церковная верхушка превратилась в вертеп греха и порока и в свальном грехе с политической властью насилует душу русского народа. Убеждая в необходимости смирения перед сатанинской властью, нынешняя церковь является соучастницей национального предательства».

Архиепископ Виктор (Пивоваров), хорошо знавший полковника Квачкова, задавал себе вопрос и размышлял: «Неужели все воцарение квачковцев ограничится лишь тысячью расстрелянных? Нет, Квачков далее сам же говорит о, возможно, неудачном выборе во власть и «чистках»: «В конце концов можно будет потратить дополнительно еще 30 000 рублей». А далее – без конца, как и было в годы сталинщины.

Квачков соблазн произвел публичный, его именем, его благословением пользуются враги русского народа, готовящие гибель России, и покаяние его должно быть только публичным. Но способен ли он на покаяние? Боюсь, «православные сталинисты» не могут раскаяться, так как считают себя героями, революционерами, какими чувствовали себя всю жизнь и шли в Церковь ради достижения власти и славы. Да посрамит их Господь!»

…22 декабря 2010 года, за день до ареста полковника, Верховный суд оставил в силе оправдательный приговор Владимиру Квачкову, а также бывшим десантникам Роберту Яшину и Александру Найденову и сыну бывшего министра печати Ивану Миронову. После оглашения решения суда Квачков торжествующе произнес: «Конечно, на этом деле правоохранительная система сломала о нас зубы. Они поняли, что здесь у них не получится нас сломать и посадить».

Таким образом, продолжилась череда «странных» оправдательных приговоров, в ряду которых выделяются вердикты присяжных по делам об убийствах журналистов Дмитрия Холодова, Пола Хлебникова и Анны Политковской. (Заметим, что в убийстве Дмитрия Холодова, взорванного в редакции «Московского Комсомольца», обвинялся сослуживец и друг Квачкова – полковник ВДВ в отставке Павел Поповских.)

Сейчас полковник Квачков обвиняется в покушении на организацию вооруженного мятежа и вовлечение лиц в террористическую деятельность. Обе инкриминируемые ему статьи УК относятся к категории тяжких и предусматривают длительные сроки лишения свободы. По статье 279 ему грозит от 12 до 20 лет тюрьмы, а по 205.1 – до 15 лет.

Эти два года между посадками в тюрьму полковник провел в поездках по стране. Он создал ячейки НОМП более чем в сорока регионах России. Действуя в тылу «оккупационного режима», он вел двойную жизнь нелегала-подпольщика. Его голова хранит сотни паролей, позывных «ополченцев», готовых по одному короткому сигналу выехать к месту проведения операции. Как говорят, полковник составил «Федеральные реестры № 1, 2». Первый – «реестр лиц, причинивших ущерб национальной и военной безопасности, территориальной целостности и независимости России». Второй – «реестр офицеров, отказавшихся исполнять требования военной присяги о защите Отечества». Война только начинается…

Убийственные улики бригады Квачкова

Рассекретили материалы громкого уголовного дела 5-летней давности. Почему присяжные заседатели проигнорировали все вещественные доказательства и улики в деле о покушении на Анатолия Чубайса.

Второй раз проходит судебный процесс по делу о покушении на жизнь Анатолия Чубайса. Полтора года назад суд присяжных неожиданно оправдал бывших спецназовцев – полковника ГРУ Владимира Квачкова, капитана ВДВ Роберта Яшина и сержанта-контрактника ВДВ Александра Найденова, обвиненных в теракте (статья 277 УК РФ) против «отца русской приватизации». Напомним, что 17 марта 2005 года на выезде из поселка Жаворонки Одинцовского района Московской области было совершено покушение на Анатолия Чубайса. На пути следования его кортежа сработало взрывное устройство, после чего машины были обстреляны. Экспертиза насчитала двадцать шесть пулевых отверстий, но сам А.Чубайс не пострадал.

По версии следствия и различных военных экспертов, замысел преступников заключался в том, чтобы взрывом обездвижить бронированный автомобиль, а затем расстрелять его из автоматов бронебойно-зажигательными пулями. Похожим образом обрисовал ситуацию Квачков в своем интервью газете «Завтра» (№ 42, октябрь 2005 года): «Взрыв такой мощности, произведенный рядом с машиной, должен был, по-видимому, скинуть машину Чубайса с дороги, после чего уничтожение объекта должно было бы завершиться применением других средств…» На первом процессе бывшие десантники однажды обмолвились, что «по движущимся целям не работают». Во время покушения случилось непредвиденное: взрыв прогремел, когда автомобиль Чубайса начинал обгон идущей впереди легковушки. Взрывной волной бронированный лимузин только качнуло, после чего начался автоматный обстрел. (Как заявил Квачков в том же интервью «Завтра», «при устройстве засады подрыв мин и фугасов, как правило, означает сигнал на открытие огня и другие действия группы».)

В ходе следствия был собран ряд вещественных улик, которые подкреплялись показаниями свидетелей и результатами экспертиз. Но присяжные сочли вину подсудимых недоказанной: Квачков и его подельники были оправданы. Таким образом, продолжилась череда «странных» оправдательных приговоров, в ряду которых выделяются вердикты присяжных по делам об убийствах журналистов Дмитрия Холодова, Пола Хлебникова и Анны Политковской.

6 июня 2008 года, на следующий день после выхода на свободу, Квачков дал интервью радиостанции «Эхо Москвы», в котором заявил о том, что Чубайс – «национальный изменник и предатель» и его уничтожение нельзя считать преступлением. Полковник также утверждал, что Россия «оккупирована еврейской мафией…, которая является матрицей для остальных преступных группировок в России». При этом, несмотря на вердикт присяжных и решение суда, почти в каждом из своих многочисленных интервью Квачков считал своим долгом заявить, что совершенный теракт является на самом деле «инсценировкой службы охраны Чубайса». (Присяжные, оправдав бригаду Квачкова, в другом пункте своего вердикта признали сам факт покушения на жизнь Чубайса.)

В конце августа 2008 года оправдательный приговор был отменен Верховным судом РФ на основании жалобы Генеральной прокуратуры. Вскоре дело о покушении на Чубайса по решению Московского областного суда было возвращено в Генпрокуратуру.

С ноября 2009 года этот процесс вернулся на второй круг в стены Мособлсуда. На этот раз процесс протекает – в отличие от первого – в открытом режиме. С материалов следствия снят гриф секретности. В распоряжении редакции Агентства федеральных расследований FLB оказались рассекреченные судебные документы (агентство уже несколько лет занимается этим «резонансным» делом), и, значит, появилась наконец возможность лично оценить собранные сыщиками доказательства вины Квачкова и К°.

Первое, на что обращаешь внимание, когда читаешь следственные документы, – это протоколы допросов Квачкова. Оказывается, главный обвиняемый давал подробные показания уже через несколько часов после покушения. А средства массовой информации, если помните, ограничивались, как правило, сообщениями о том, что задержанный упорно отказывается отвечать на вопросы следователей. На самом деле Квачков сразу рассказал, что приезжал к поселку Жаворонки за полчаса до покушения на Чубайса на автомобиле марки «Сааб-9000» с номером У 226 МЕ 97 (которым управлял по генеральной доверенности жены). В автомобиле он был не один, а в сопровождении своего сына.

Процитируем обвинительное заключение, составленное по материалам этого уголовного дела: «Около 7 часов 17.03.2005 г. он (Квачков В.В.), выехав на указанной машине из г. Москвы, по просьбе своего сына Квачкова А.В., довез его к указанному сыном месту, расположенному на расстоянии примерно одного километра за поворотом с Минского шоссе к поселку Жаворонки. Сын, у которого с собой была спортивная сумка, попросил подождать около 30 минут и ушел. Примерно через 30-40 минут, около 9 часов 10 минут, он (Квачков В.В.) услышал звук, похожий на взрыв. Где-то через 10-15 минут к машине подошел Александр, который был возбужден и зол. В руках у него находилась та же сумка. Причину озлобленности сын не объяснил. После этого они поехали на свой дачный участок в кооператив застройщиков «Зеленая роща» в Одинцовском районе Московской области, а затем вернулись в Москву. Расставшись с сыном, который отправился по своему месту жительства, и, приехав к себе домой, он узнал от жены о совершении покушения на Чубайса А.Б. в том районе, куда они ездили с сыном. Он стал звонить сыну, чтобы выяснить, зачем тот выходил из машины в районе, где покушались на Чубайса А.Б. Телефон сына находился вне зоны действия сети». (том 6, стр. 4-11)

Впоследствии Квачков не отказывался от этих показаний, не заявлял о психологическом и физическом давлении, об угрозах членам своей семьи со стороны следствия. Надо полагать, во время первого допроса мысль о виновности и аресте полковника-орденоносца и в голову не приходила следователям.

Хотя, конечно, сыщиков не мог не насторожить ряд странностей в ответах Квачкова. Сын уже взрослый, и у него могут быть свои причины по утрам ездить на перекрестки подмосковных шоссе с большой спортивной сумкой. Но совершенно непонятно, как бывший спецназовец, находясь в нескольких сотнях метров от места взрыва, не смог отличить его от «звука, похожего на взрыв». Как установили следователи, взрыв был настолько мощным, что звук от него разнесся по всей округе в радиусе нескольких километров. Его отчетливо слышали жители близлежащих поселков, в том числе на даче самого Чубайса.

Главное же противоречие в показаниях Квачкова выяснилось через несколько часов, после просмотра записей системы «Поток» службы безопасности движения. Видеокамеры зафиксировали, что «Сааб» с номером У 226 МЕ 97 миновал пост ГИБДД на 45-м километре Минского шоссе из области в Москву в 07:20:29. В обратном направлении машина проследовала в 09:34:43. Эти видеоматериалы доказывали, что отец и сын Квачковы ехали к месту преступления с дачи и вернулись на дачу после подрыва бомбы, в то время как Квачков утверждал ровно противоположное, переставив местами начальный и конечный пункты своего маршрута в то утро. Зачем же лгал военный пенсионер? Скорее всего, хотел таким образом увести следствие от «базы» взрывников, устроенной в арендованной в п. Жаворонки квартире. Так ложь рождает подозрения, которые затем перерастают в обвинения. Квачков оказался за решеткой уже вечером того дня, в который было совершено покушение.

Охрана из сопровождения Чубайса заранее сообщила следствию, что дней за десять до покушения один из сотрудников заприметил подозрительную иномарку и даже записал ее номер, который затем передал гендиректору своего охранного агентства. «…У станции Жаворонки он (Клочков Ю. А.) обратил внимание на автомашины «Сааб» темно-зеленого цвета, с регистрационном знаком У 226 МЕ 97 и «Хонда-Аккорд» серого цвета регистрационным знаком М 443 СХ 97, около которых находились мужчина пожилого возраста и молодые люди в гражданской одежде» (том 3, стр. 22-24).

Письменно фиксировать все подозрительное входит в должностные обязанности охранников. Таким образом, сыщики сразу вышли на сообщника Квачковых – того, кто был за рулем «Хонды-Аккорд». Генеральная доверенность на иномарку была выдана за полгода до покушения Ивану Миронову, сыну бывшего председателя Госкомпечати Бориса Миронова, лидера «Национал-державной партии», скандально известного своими антисемитскими выходками. (К примеру, отец и сын прославились ритуальным сожжением «жидовской порно-гейской» литературы, которое они устроили в 2001 году в столичном парке «Кузьминки»). Продолжением карьерного пути Ивана Миронова, после участия в создании «Национал-державной партии» отца, стала работа журналистом в газете «Завтра» и активная деятельность в аппарате Госдумы в качестве помощника у лидеров различных партий. В 2004 году после того, как представители партии «Родина» вошли в состав Госдумы, Миронова отдалили от лидера партии Сергея Глазьева «как наиболее одиозного».

Сыщики проверили, где находились отец и сын Квачковы и Миронов-младший в то утро, когда охранник Чубайса «отфиксировал» подозрительную иномарку. «Пробили» телефонные переговоры подозреваемых, сделанные по сотовой связи. Охранники не ошиблись: тот пожилой человек и те молодые люди, которых видели у Минского шоссе, – это были Квачков-старший и его сын с Иваном Мироновым. Таков единственно возможный вывод, который можно было сделать по расположению базовых станций, куда поступали сигналы с мобильных телефонов членов группы Квачкова.

Впоследствии в обвинительном заключении будет записано: «Совокупность приведенных доказательств полностью подтверждает осуществление членами организованной преступной группы в рамках планирования и подготовки преступления сбора 10.03.2005 в п. Жаворонки, в том числе на управляемой Квачковым В.В. Автомашине «Сааб» и управляемой Мироновым И.Б. автомашине «Хонда», с последующим изучением обстановки в населенном пункте проживания Чубайса А.Б. и обсуждением на месте деталей планируемого преступления» (том 2, стр. 13-18).

Проверка звонков, или, как выражаются юристы, «детализация телефонных соединений», позволила расширить круг подозреваемых. Так в деле появились Роберт Яшин и Александр Найденов. На их биографиях стоит остановиться чуть подробнее.

Роберт Яшин – бывший капитан спецназа ВДВ, сослуживец Квачкова и также выпускник Рязанского командного училища ВДВ (специализация – диверсионная деятельность). В 1997 году обвинялся в убийстве и незаконном хранении оружия. Выпивая в кафе при магазине «Диета-57» с приятелем, охранником «Русской национальной партии», Яшин затеял драку с посетителями заведения. Один из них скончался от полученных ранений. В съемной квартире Яшина милиционеры обнаружили тайник с автоматом Калашникова, более сотни патронов, а также три комплекта зарядов к подствольному гранатомету ГП-25. Однако суд не принял во внимание результаты обыска, не внял показаниям свидетелей и оправдал Яшина за недоказанностью его участия в этом преступлении.

Бывший десантник Александр Найденов вместе с Робертом Яшиным служил в 45-м полку ВДВ в Афганистане и в других «горячих точках». Согласно справке из военной части: «проходил действительную военную службу в в. ч. 48427 по контракту на должности разведчика роты специального назначения. Программа подготовки разведчика предусматривает специальную подготовку по минно-подрывному делу, в связи с чем, предполагает наличие у Найденова Александра Ивановича определенных познаний и навыков в области взрывотехники».

В отношении Найденова дважды возбуждались уголовные дела. «Найденов Александр Иванович, руководствуясь мотивом мести, вступил в начале 1996 года в преступный сговор с Насыровым О.Е. с целью лишить жизни Дунаева В.Н. и изготовил самодельное взрывное устройство. 14 октября 1996 г. он заложил взрывное устройство в автомашину Дунаева, в результате срабатывания которого Дунаев получил телесные повреждения, от которых скончался в больнице». Тогда Найденов на следственном эксперименте в присутствии своего защитника сконструировал макет-копию изготовленного и установленного им взрывного устройства. 11 ноября 1997 года, через год после совершения этого заказного убийства, Найденова арестовали, и в 99-м суд приговорил его к… трем годам лишения свободы. Только выйдя на свободу, Найденов вновь влипает в уголовную историю: в 2003 году на него завели дело об избиении двух сотрудниц салона красоты. Найденов скрылся от органов предварительного следствия, и потому 28 ноября 2003 года был объявлен в федеральный розыск.

Так складывалась бригада Квачкова, которая и принялась за осуществление великой миссии под названием «избавление народа от Чубайса».

«Анализ телефонных соединений и их фиксация указанными выше телефонными базовыми станциями дают следствию основания для вывода о том, что участники ОПГ в составе Квачкова В.В., Квачкова А.В., Найденова А. И., Яшина Р.П., Миронова И.Б. и других лиц, неоднократно выезжали в п. Жаворонки и близлежащую местность, где, созваниваясь друг с другом, вели наблюдение за поездками проживающего в п. Жаворонки Чубайса А.Б., изучали обстановку, посещали снятую ими в качестве базы для наблюдения и временного убежища квартиру в п. Жаворонки на ул. 30 лет Октября, выбрали место для установления взрывного устройства на пути следования автомашин с Чубайсом и сопровождающими лицами на обочине Митькинского шоссе, а также место для вооруженной засады с целью обстрела указанных автомашин с пассажирами, установили в выбранном месте взрывное устройство. 16.03.2005 г., накануне совершения преступления, ими был осуществлен общий сбор на даче Квачкова В.В. Фиксация телефонными базовыми станциями их нахождения на данной даче полностью согласуется с показаниями свидетеля Карватко И.П. об обстоятельствах сбора на даче. На период совершения преступления 17.03.2005 г. все участники ОПГ согласованно отключили телефонную связь, которая могла отвлечь их в момент совершения запланированных преступных действий» (том 2, стр. 29-33).

Далее было установлено, что Яшин для себя и своих сообщников снял квартиру в п. Жаворонки: «Показания свидетелей Гуриной В.А. и Филипповой, опознание ими Яшина Р.П. по фотографии, его телефонные соединения с Гуриной В.А. доказывают, что при подготовке совершения преступления в феврале 2005 г. участником организованной преступной группы Яшиным Р.П., представлявшимся в целях конспирации вымышленным именем «Игорь», в срочном порядке была подыскана и снята квартира в п. Жаворонки. Эта квартира использовалась членами ОПГ в качестве временного места базирования, облегчавшего ведение наблюдения в непосредственной близости от места проживания Чубайса А.Б. в п. Жаворонки, а также в качестве убежища» (том 5, стр. 105-108).

На суде Яшин заявит, что снял квартиру для таджикских строителей. Это можно назвать издевательством над здравым смыслом. Во-первых, остается непонятным, зачем понадобилось ему конспирироваться перед владелицей квартиры, называя себя вымышленным именем. Во-вторых, хозяйка, приехав однажды без предупреждения, застала в своей квартире только четырех неразговорчивых парней вполне славянского облика – «Егора», «Владимира» и двух «Алексеев», которые внезапно съехали на следующий день после покушения. В-третьих, следов таджикских гастарбайтеров не было обнаружено ни в самой квартире, ни в свидетельских показаниях хозяйки квартиры и ее соседей.

Видеокамеры показали, что автомобиль Квачкова находился в 650 метрах от места взрыва. Об этом же свидетельствуют показания дежурного офицера ГИБДД С.Л. Иванова, смена которого совпала по времени с покушением на Чубайса: «Квачков В.В. на автомашине остался ожидать на Минском шоссе с целью обеспечения участникам организованной преступной группы возможности оперативно скрыться, а остальные проследовали к запланированному месту преступления на Митькинском шоссе».

Согласно показаниям С.Л. Иванова, «от дежурного он узнал, что на автодороге, ведущей от ст. Жаворонки и выходящей на Минское шоссе в районе 39-го километра, произошел взрыв и осуществляется стрельба. На автомашине по Минскому шоссе поехал к месту происшествия, обращая внимание на окружающую обстановку. Он следовал в направлении из Московской области в сторону г. Москвы и, проезжая по 39-му километру Минского шоссе, примерно в 9 часов 30 минут обратил внимание на автомашину «Сааб» темно-зеленого цвета, стоявшую на краю проезжей части примерно в 650-700 метрах от пересечения шоссе с трассой на ст. Жаворонки. В данную автомашину быстро сели на заднее сиденье двое мужчин в темной одежде, после чего она резко тронулась с места в сторону Московской области. Он успел заметить фрагмент ее регистрационного номера «226». Далее он проследовал на спец. пост, расположенный на 45-м км Минского шоссе, где проверил автоматизированную систему «Поток», фиксирующую номера всех следующих в обоих направлениях машин. Система зафиксировала прохождение автомобиля «Сааб» с номером У 226 ME 97» (том 1, л. д. 224-226).

Обследование окрестностей места взрыва дало интересную картинку: «При визуальном соединении на схеме в единое целое точки поворота между Минским и Митькинским шоссе, места взрыва и места стоянки автомашины они образуют примерно равнобедренный треугольник. В лесном массиве обнаружены пересекающиеся друг с другом тропы, выходящие к месту стоянки автомашины и месту взрыва. От места их пересечения путь ведет к дому № 10 на ул. 30 лет Октября в п. Жаворонки. Поблизости в п. Жаворонки находится принадлежащий Чубайсу А.Б. дом № 56 по ул. Победы, имеющий высокие ворота зеленого цвета» (том 2, л. д. 209-211).

Простая геометрия: три тропинки – идущие от места взрыва, от стоянки квачковского автомобиля и от дома, в котором арендовал квартиру сообщник Квачкова, – пересеклись в одной точке. Могла ли случайно образоваться на местности эта связь трех важнейших предметов расследования?

На месте взрыва, помимо гвоздей, гаек и кусков арматуры, были обнаружены: «…Полиэтиленовая сумка черного цвета с аккумуляторной батареей, коврики-лежаки в виде шести отрезков пористого материала светлого цвета, два мешка из плетеного пластикового волокна, отрезок изоляционной ленты, фрагмент скотча коричневого цвета, магазин с патронами калибра 7,62 мм, пуля, 16 гильз» (том 1, стр. 129-145). Впоследствии экспертиза покажет, что это патроны с бронебойно-зажигательными пулями. Согласно результатам баллистических экспертиз, несколько гильз от автоматных патронов, найденных на месте, где находились стрелявшие по машине Чубайса, и некоторое количество снаряженных патронов от автомата АКМ, найденных в гараже около дома Квачкова, совпадают по маркировке, номеру партии и заводу-изготовителю. Разумеется, на допросах в суде Квачков заявил, что патроны в гараж, пистолет ПСМ, а также патроны к пистолету ему подбросили… таджики.

Экспертиза также сделает заключение, что для взрыва использовалась так называемая «чеченская смесь» – взрывчатое вещество (ВВ), приготовленное из тротила, аммиачной селитры и алюминиевой пудры. (Следы этой смеси найдут впоследствии в смывах, взятых в автомобиле, гараже, квартире и на даче Квачкова.) Взрывали с помощью самодельного электродетонатора, присоединенного к аккумулятору телефонным проводом и бытовым переключателем. «Взрыв заряда ВВ по фугасному действию был эквивалентен взрыву тротилового заряда массой от 3,4 до 11,5 кг. <…> По общей схеме конструкции и способу применения взорванное ВУ похоже на штатный боеприпас – противопехотную мину направленного осколочного поражения, взрываемую электрическим способом по проводам. Лицо (лица), изготовившие взрывное устройство, обладает элементарными познаниями во взрывном деле» (том 13, стр. 10-71).

На следующий после покушения день, 18 марта, сыщики провели обыск на даче Квачкова. Сделанные здесь находки заставляли отбросить всякие сомнения в том, что Квачков имеет непосредственное отношение к этому преступлению. Сыщики нашли поролоновый матрац, по отрезу абсолютно совпадающий с лежаком, который был найден на месте теракта.

«Фрагмент полимерного материала, изъятый 18.03.2005 г. при обыске на даче Квачкова В.В. и три изъятых при осмотре места происшествия на Митькинском шоссе Одинцовского района Московской области фрагмента полимерного материала ранее (до отделения их друг от друга путем разреза вручную) составляли друг с другом единое целое. Также единое целое между собой составляли еще три фрагмента полимерного материала, изъятых с места происшествия. Все три фрагмента имеют общую групповую принадлежность (совпадают по виду материала) (заключение эксперта № 7/226 от 21.04.2005).

Итак, названные «фрагментом полимерного материала» были обычные поролоновые лежаки, предназначенные для лесной засады ранней весной. За день до преступления, 16 марта, Яшин и Найденов купили рулон поролона и нарезали его на куски, один из которых остался на даче Квачкова.

Совпала «родовая принадлежность» обрывков скотча на месте преступления с рулоном липкой ленты, найденной при обыске на даче Квачкова. Военный пенсионер, видимо, отличался бережливостью, граничащей со скупостью. Зачем же просто выбрасывать пластиковые мешки, купленные вместе с теми, в которых «диверсанты» перетаскивали взрывное устройство? «Изъятые при обыске по месту жительства Квачкова В.В. четыре мешка имеют сходство с одним из изъятых при осмотре места происшествия на Митькинском шоссе мешков по цвету, материалу, способу изготовления мешковой ткани и самих мешков, использованию однотипного оборудования для производства ткани и мешков, технологии пошива, размерным признакам, относятся с ним к продукции одного завода с различием в том, что изъятые при обыске мешки новые, а мешок с места происшествия находился в эксплуатации…» (заключение экспертов № 993/8, 909/20 от 08.08.2005 г.)

Несмотря на то что часть необходимого для покушения инвентаря покупалась буквально накануне, подготовка началась практически за полгода до взрыва. На квартире, где жил Квачков-младший, следователи при обыске нашли обрывок страницы из школьной тетради с любопытными записями. «30.11.04 РАОЕЭС 9:38. А 184 АР BMW удлин. куз. около РАО с ней С 182 ТМ 99 рус BMW5 синяя Н336СВ 90 рус. BMW 2.12.04. РАОЕЭС около РАО Н 336 ЕВ 90 рус BMW 9.40 В 065 АА Ауди 9.50. А 566 АВ» (том 11, л. д.72-75) Эксперты подтвердили, что записи выполнены Квачковым А.В. В марте 2005-го автомобиль BMW с госномером А 566 АВ являлся персональным автомобилем Анатолия Чубайса.

Таков далеко не полный перечень неоспоримых улик, собранных следствием против группы Квачкова. Однако и этих улик достаточно для того, чтобы с их помощью составить картину подготовки и совершения террористического акта. Хочется подытожить хотя бы те факты, которые были упомянуты.

Во-первых, Квачков признает, что в момент покушения находился на расстоянии нескольких сот метров от места его совершения. Признается добровольно, без какого-либо нажима со стороны следствия, через несколько часов после теракта. Бывший полковник ГРУ рассказывает, что вместе с ним был его сын, который за пятнадцать минут до взрыва отправился в лесной массив, прихватив «большую спортивную сумку». Квачков сознательно вводит следствие в заблуждение, сообщив, что к месту взрыва он с сыном приехал из Москвы (видеозаписи ГИБДД опровергают это утверждение). Ложь полковника переводит его из статуса свидетеля в подозреваемого и дает основания для проведения «оперативных мероприятий».

Во-вторых, «оперативные мероприятия» и показания охранника Чубайса позволяют установить круг сообщников Квачкова. Становится известным, что эти люди собирались на месте преступления за несколько дней до взрыва. Эти улики считаются неоспоримыми, поскольку основываются на «деталировке» телефонных звонков, полученных от операторов сотовой связи.

В-третьих, с помощью той же «деталировки» телефонных звонков сыщики устанавливают, что сообщники Квачкова арендуют квартиру в одном из домов поселка Жаворонки, где находится дача Чубайса. В этой квартире было смонтировано взрывное устройство, из нее ведется наблюдение за перемещением автомобиля Чубайса. В ходе следственного эксперимента устанавливается, что от места взрыва, стоянкой автомобиля Квачкова на Митькинском шоссе и домом, где находится съемная квартира, тянутся тропинки, которые пересекаются в одной точке.

В-четвертых, найденный на месте преступления лежак абсолютно совпадает по линии отреза с поролоновым матрасом, изъятым при обыске на даче Квачкова.

В-пятых, пластиковые мешки и липкая лента, брошенные преступниками в лесу, идентичны тем, что были найдены на даче Квачкова.

В-шестых, согласно результатам баллистических экспертиз, несколько гильз от автоматных патронов, найденных на месте покушения и снаряженные патроны от автомата АКМ, найденные в гараже у дома Квачкова, совпадают по маркировке, номеру партии и заводу-изготовителю.

Отметим еще раз, что это далеко не полный, но довольно наглядный перечень улик. В этом перечне собрана вся палитра необходимых доказательств: личное присутствие лидера ОПГ, круг сообщников, реконструкция подготовки и совершения теракта, орудие преступления. Мы намеренно не касаемся в нашем расследовании мотивов преступления – об этом много говорилось на страницах СМИ. Но сам Квачков продолжает упорно настаивать на том, что некие могущественные силы (судя по его собственным показаниям – таджикские гастарбайтеры) провели против него «спецоперацию», сфальсифицировав все доказательства.

Вся система защиты Квачкова строится на политических лозунгах и голословных обвинениях в адрес следствия. Почему же присяжные так и не решились при такой обширной доказательной базе вынести обвинительный вердикт? Что на это повлияло: активная PR-кампания обвиняемых в ходе процесса, процессуальные ошибки во время следствия или несовершенство самой системы суда присяжных в России? Либо и то, и другое, и третье? В любом случае, по нашему мнению, существенную роль сыграло то, что судебные документы оказались недоступными для общества. Сейчас радует хотя бы то, что в рамках нового суда завесы тайны над процессом удается избежать.

Новые комсомольцы

Партия и комсомол в годы своего созревания произвели на свет несметное количество уклонистов, ревизионистов, троцкистов и прочих выкидышей мировой революции. Уже мертвое лоно КПСС плодоносит ныне по-прежнему: маоисты и чучхеисты, «красные бригадиры» и гвардейцы-большевики. Несть им числа, но особенно дороги материнскому сердцу двое драчунов, близнецов-антиподов: Российский коммунистический союз молодежи и ВЛКСМ (аббревиатура, думаю, в расшифровке не нуждается).

Один удался в папу: прожигает задорные годы в застольях и Сандунах. Другой – странный ребенок, ручки-ножки тоненькие, как у младенца, но голова огромная, мамина. Прожигатель жизни весь на виду. Митингует на пару с Анпиловым, пьет из одного графина с Зюгановым и со всеми вместе распевает: «Вставай, страна огромная…» Другой ведет уединенный образ жизни. Спрятавшись в подмосковных лесах, он изживает родовую травму, накачивая мышцы. О нем, последнем, и пойдет речь.

…Хорошо на рассвете бродить в лесочке под Наро-Фоминском! Особенно в пору бабьего лета, когда, противясь умиранию, природа красит себя в желтые и багряные цвета. В такие благословенные деньки сюда по обыкновению приезжают члены ВЛКСМ. Но не уединенные прогулки и прелесть осеннего увядания манят их. Разбив бивуак, они под руководством опытного инструктора настойчиво овладевают навыками партизанской войны.

Сельчане со страхом выглядывали из-за покосившихся заборов. Даже местные старожилы не видывали такого со времен Второй мировой, когда поблизости проходила линия обороны. Крепкие ребята в камуфляже и синих беретах опрометью выскакивали из прибрежного кустарника и неслись к мосту, по которому из района привозят почту, хлеб и водку. Скинув с плеч вещмешки, они лихорадочно развесили на сваях какие-то брикеты и будто испарились. А через несколько минут раздались громкие хлопки, и мост затянуло ватной пеленой.

Участковый, примчавшийся на мотоцикле, обнаружил лишь следы десантных ботинок на песке. По обрывкам картона, выловленным из реки, он определил природу звуков: взрывпакеты, о которых помнит сейчас только военно-спортивная игра «Зарница».

Так молодые коммунары из ВЛКСМ постигали азы диверсионного дела. В тот день их учили подрыву мостов. В предыдущие и последующие дни они проходили стрельбу, приемы рукопашного боя, разбирались в устройстве армейской радиостанции. Словом, насыщенной была программа «военно-спортивного лагеря ВЛКСМ». А чтобы никому не показалось мало, инструктор провел факультативные занятия. Положив на землю самого крепенького комсомольца, он показал, как связывать врага, чтобы тот «не дернулся»: с помощью удавки, прута и веревочных наручников.

Командир отряда Вячеслав Скворцов – человек бывалый. Отбыл воинскую повинность в частях особого назначения Главного разведывательного управления Генштаба. Как известно, в этом подразделении обучают диверсионной деятельности на территории противника. Скворцов овладел своей первой профессией, можно сказать, в совершенстве – от рядового дорос до старшины.

В подмосковных лесах спецназовская выучка делает его авторитет незыблемым. А это обстоятельство крайне важно для Скворцова, поскольку по совместительству он занимает пост секретаря московского городского комитета ВЛКСМ.

Если оставить за скобками те таинственные два года, проведенные Скворцовым в лагерях ГРУ, его биография прозрачна, как осеннее утро. Окончил Московский институт радиотехники. В студенчестве, будучи членом оперативного комсомольского отряда, помогал делать нашу жизнь чище. Недолго проработав на институтской кафедре, в 93-м возглавил отдел по работе с молодежью АЗЛК. Через год стал заместителем начальника Клуба юных десантников при Дворце творчества детей и юношества (кстати, его шеф – бывший 1-й зам. командующего ВДВ генерал-лейтенант в отставке Петр Чаплыгин).

Это, так сказать, вехи его профессиональной деятельности. Одновременно в комсомольской груди не угасало желание построить мир, как завещал «великий Ленин». В 1991 году Скворцов сошелся с лидером РКСМ. Через два года они расстались, так как один разглядел в другом морального разложенца, съехавшего на оппортунистические позиции и глушившего к тому же инициативы снизу.

Скворцов не смирился с тем, что маляровцы склонны к митинговщине и запоям. Его коробили опустошительные набеги лидеров РКСМ на партийную кассу. И он ушел, став одним из воссоздателей ВЛКСМ.

В резолюции МГК, написанной под неостывшим впечатлением о совместно проведенных днях, в частности, говорилось: «С первых дней создания РКСМ его руководители наравне с режимом, а иногда и более яростно, чем власти, вели борьбу против ВЛКСМ, опираясь при этом на поддержку руководства РКРП и КПРФ. Политическая конъюнктура вознесла в руководство РКСМ идеологически неустойчивых и морально разложившихся людей. Этому ярко свидетельствуют попытка введения в московской организации РКСМ «сухого закона» и исключение в 1993 году из ВЛКСМ за моральное разложение нынешнего первого секретаря ЦК РКСМ Малярова И.О.».

Очистившись, московская организация ВЛКСМ представляет собой сжатый кулак из трех десятков проверенных ребят. В отличие от РКСМ она «не гонится за численностью», предпочитая кропотливое партийное строительство – уже на века. Скворцов считает свою организацию самой радикальной из молодежных и потому самой опасной для нынешней власти. Он не за красных (Зюганова) и не за белых (Ельцина), он идет своим, точнее, ленинским путем. Правда, в беседах со мной его радикализм ограничивался требованием введения общественной собственности. Скворцов согласился на встречу с «враждебной газетой», чтобы, видимо, наконец-то вырваться из политического забвения.

В политической программе нового ВЛКСМ говорится о старой приверженности «идеалам марксизма-ленинизма». И весь радикализм организации идет именно от этого. В частности, она выдвигает требования, которые для КПРФ, РКСМ и национал-патриотов считаются чуть ли не еретическими: «безусловный отказ от имперской политики», «право наций на самоопределение вплоть до отделения» и т. д. Словом, второй ленинизм брестского периода.

И отношение ВЛКСМ к оппонентам из близких ему кругов соответствующее: «Патриоты, – говорится в одной из статей бюллетеня МГК, – ни за что на свете не признали бы существования классов и классовых интересов – тогда им пришлось бы назвать тот класс, который говорит их устами: мелкая буржуазия. Именно мелкобуржуазная стихия нынешней России не дает пуститься в плавание кораблю революции».

Все это относится, так сказать, к внутрипартийным «разборкам». А что готовит ВЛКСМ всем остальным?

По словам Скворцова, ВЛКСМ отвергает захват власти насильственным путем. Ему нравится демократия, хотя ничего зазорного в диктатуре пролетариата он не находит.

Это на словах, а в агитке, распространяемой МГК ВЛКСМ, например, говорится: «Хотя вся материальная база старого ВЛКСМ досталась ренегатам (РКСМ), возрожденный комсомол оставил себе ясную цель. Подготовку революции – сейчас, построение коммунизма – в будущем и неукротимое желание достичь своей цели».

Призыв «Назад в революцию!» есть и в программе организации: «Коммунистическая революция – на пороге нового мира. ВЛКСМ – ее проводник». И подготовка к революции идет. Использован опыт не только ГРУ, но и легендарного Камо, бомбиста Кибальчича и бандита Джугашвили (кстати, 1-й секретарь ЦК ВЛКСМ приезжает в Грузию на все торжества, связанные с именем Сталина). Первым делом каждому члену организации вручается «памятка», инструктирующая, как вести себя «в случае вызова в прокуратуру, управление внутренних дел или ФСБ». Первым делом комсомолец должен сообщить о вызове руководству организации. На допросах рекомендуется отвечать предельно лаконично: «Да, нет, не знаю, не помню, не видел». Это, так сказать, азы конспиративной деятельности.

А введение в специальность революционера комсомольцы проходили летом 94-го в тренировочном лагере, находившемся под Тирасполем. Там будущие экспроприаторы получали медицинскую, юридическую и идеологическую подготовку. В программе тренировок были также «военное дело и специальная подготовка» (опять же, видимо, диверсионное дело). Надо думать, там, в мятежной ПМР, программа была выполнена полностью. Инструкторам из приднестровского министерства безопасности и батальона «Днестр» есть чем поделиться с членами ВЛКСМ.

В Приднестровье и Подмосковье тренировались не только москвичи. Были там посланцы Сибири, Татарстана, Казахстана и Таджикистана. По утверждению Скворцова, в картотеке их организации содержится около десяти тысяч заявлений о приеме (бывший комсомолец обязан перерегистрироваться, чтобы стать полноправным членом нового ВЛКСМ) от граждан разных стран СНГ. В составе ЦК ВЛКСМ есть представители Молдавии, ПМР, Эстонии, Латвии, Белоруссии, Казахстана и Северной Осетии.

ВЛКСМ изыскивает разнообразные способы для вербовки в свои ряды. В одной из методичек, разработанных МГК, например, дана такая директива: «Сейчас главная задача – найти сочувствующих нашей организации учителей и представителей администрации школ (это можно сделать через партийные структуры действующих на вашей территории левых партий и движений)».

Предлагается также делить «агитационную работу» на «скрытую» и «явную». Первая, «самая перспективная», рассчитана на тех школьников, которые равнодушны к политике или, будучи недовольными действиями властей, не стремятся тем не менее поменять эту власть. «Явная» же годится для тех, кто близок по взглядам, но еще не успел примкнуть.

Военные лагеря ВЛКСМ, помимо своей главной цели, несут нагрузку по «скрытой агитации». В одном из отчетов секретаря МГК, например, говорится: «Мы можем и должны использовать интерес молодежи к военной тематике для пропаганды своих взглядов и распространения своего влияния в ее среде. На протяжении трех лет ВЛКСМ ведет работу в подростковом парашютно-десантном клубе «Юный десантник». За это время инструкторами клуба стали работать многие наши ребята, что позволило вести с курсантами не только сугубо военную, но и плотную идеологическую работу».

Православный сталинизм: как святая Матрона «благословила» Сталина

На святости праведной Матроны Московской паразитирует «православный сталинизм», ставший идеологией ряда экстремистских группировок. Жизнь необыкновенно почитаемой святой современницы, умершей в 1952 году, обросла слухами и легендами, порой странными и нелепыми. На этих небылицах сейчас создаются секты и группировки разных ультра.

Серебряная рака с мощами блаженной старицы стоит в Покровском ставропигиальном женском монастыре (подведомственный Святейшему синоду РПЦ. – Ред.), неподалеку от Абельмановской заставы в Москве. Километровая вереница богомольцев начинается еще в Таганском парке, или, как назывался он в первые годы советской власти, «парке трамвайного депо имени товарища Бухарина». Огибает внушительных размеров Воскресенский собор и входит в ворота Покровской церкви. Позади трехчасовое стояние под открытым небом: в нестерпимую жару или пронизывающий холод – кому какие выпадает испытывать капризы погоды. Перед ракой паломник склоняется ниц, крестится и целует ковчег с мощами святой Матроны.

Подсчитали: ежедневно припадают к святыни в среднем около пяти тысяч человек, а в дни церковных праздников – до двадцати тысяч. За год к матушке Матроне приходят, таким образом, до двух миллионов. Всего с момента причисления старицы к лику святых в 1999 году здесь побывали 17-18 миллионов человек! В глубине души все они жаждали какого-то своего чуда, хотя, конечно, среди них немало таких, кого принято называть невоцерковленными…

Так за Садовым кольцом, среди безликих многоэтажек, появился подлинный центр народного почитания в России. Наверное, о таком массовом проявлении священных чувств когда-то мечтали большевистские комиссары, устраивая на Красной площади фараонову усыпальницу Ленину. В свое время забальзамировать тело Ленина распорядился Сталин. Таким образом создатель культа личности рассчитывал «прописать» коммунистический режим в сознании религиозных крестьян. Теперь в грановитой пирамидке мавзолея изредка, два-три раза в год, бывают зюгановцы с анпиловцами, а регулярно, как в краеведческий музей, заходят сюда лишь несколько сотен любителей поглазеть на «нетленные» достопримечательности.

Святая Матрона встретилась со Сталиным на… иконе. Эту икону заказал игумен Евстафий (Жаков), настоятель церкви Святой равноапостольной княгини Ольги в поселке Стрельна, на реке Стрелка, где когда-то рядом с великокняжескими резиденциями располагались дачи петербургской интеллигенции. Священнослужитель требовал от художника большей «монументальности в фигуре товарища Сталина». Художник переписывал икону дважды: никак не мог добиться портретного сходства. А как иначе? Заказчик – уважаемая в епархии фигура, можно сказать старец, чьими трудами был восстановлен не один храм. Да и заплачено 35 тысяч, не маленькие по областным меркам деньги…

И вот (цитируем в редакции оригинала): «В своей простой шинели, в какой его запомнили миллионы советских людей, смотрит на вас задумчивыми и глубокими глазами из-под густых бровей. Рядом с ним святая. Матрена Московская с нимбом вокруг головы осеняет красного цезаря крестным знамением», – шершавым языком рабкора поспешила донести «красно-коричневая» газета «Завтра» о состоявшейся встрече. Икона называлась «Блаженная Матрена Московская благословляет вождя», хотя горделивая фигура диктатора выдвинута на передний план и обращена спиной к святой. Не сразу опомнившись, тему подхватили другие средства массовой информации.

– У меня, кроме небесного, было два отца: один – по плоти, а другой – отец народов. Чувство, что Сталин – отец народов, что он отчасти и мой высокий отец, не покидало меня всю жизнь, – рассказывал газетчикам отец Евстафий.

Игумен поминал Сталина на богослужениях наряду со святыми, тысячи (!) которых были замучены и расстреляны по приказу «отца народов». Ему хотелось, наверное, возгласить: «Святый праведный Иосифе, моли Бога о нас!» По странному стечению обстоятельств одновременно с явлением «иконы святого Иосифа» коммунисты Санкт-Петербурга обратились к патриарху с требованием канонизировать Сталина.

В конце 2008-го руководство Русской православной церкви (РПЦ) осудило настоятеля церкви в Стрельне: «Клирик совершил дисциплинарное нарушение, поместив в храме неканонический образ». Игумен Евстафий (Жаков) написал прошение об отставке с должности настоятеля и перенес икону блаженной Матроны с изображением Сталина из храма в свой дом. Ровно через год, в ноябре 2009 года, священник РПЦ отправил письмо Президенту РФ. «То, что ныне называется преступлениями Сталина – в контексте того времени имело прикровенный, скрытый, исторически детерминированный смысл… Кидающий камни в Сталина неминуемо попадает в великую историю нашей страны», – со ссылками на Священное писание убеждал преклонных лет священник, врач по образованию, защитивший в 1970-м кандидатскую диссертацию по философии. Письмо было написано на бланке «председателя приходского совета храма Святой равноапостольной княгини Ольги игумена Евстафия (Жакова)» и заверено личной печатью клирика…

– Эта икона всего-навсего увеличенное клеймо житийной иконы Матроны Московской, – не очень искренно недоумевал тогда игумен Евстафий, явно желая перенацелить удары прессы.

В среднике (центре) житийной иконы изображается святой, а по краю (полям) – сцены из его жития, или клейма. Сюжеты для этих клейм подбираются иконописцем таким образом, чтобы составился «венок славы» святого из его чудотворений и поворотных событий жизни. И, конечно, формально священник был прав. К тому времени жизнеописания блаженной старицы Матроны издавали многотысячными тиражами. Я, например, приобрел в Покровском монастыре «Житие и чудеса блаженной старицы Матроны», снабженное благословением на титульном листе, фотопортретом и факсимильной подписью покойного патриарха Московского и всея Руси Алексия II, которое и процитирую: «Матушка [2 – Матрона] как-то сказала: «Кто знает, может, Господь и простит Сталина. Он сам пленник». Я спросила: «У кого?» Она: «У Кагановича и всех тех! Они опутали его со всех сторон, они висят на нем, вздохнуть ему не дают, помрачают его. Он любит Россию, он всю душу свою положил в войну».

Матушка часто показывала нам, как Сталин пред смертью будет кричать: «Что вы, что вы!» По одной стороне постели будет стоять Каганович, а по другой стороне сестра его. «Что хотите делать со мной?» А они наложат подушки на него. Это было сказано Матушкой в 1943 году.

Я раньше слышала, что Сталин был у Матронушки, но не поверила. А совсем недавно на могилку Матушки приходила женщина лет 80, которая проживала раньше в селе Себино. Вот что она рассказала о том, как Сталин во время войны был у Матронушки: «Мой сын во время войны подвозил продукты в Кремль. И однажды, увидев Сталина, он набрался смелости и сказал ему: «Иосиф Виссарионович, вы хотите узнать, кто выиграет войну? Есть прозорливая женщина, которая может вам все сказать. Она живет по адресу: Арбат, Староконюшенный переулок».

И вскоре Сталин действительно посетил блаженную Матрону. Это было в 1941 г. Блаженная Матрона его приняла и постучала по правому плечу: «Красный петух победит. Победа будет за тобой. Народ победит. Ты один из начальства не покинешь Москву».

Это издание, в котором Сталин по-простому приходил к прозорливице за советом, вышло под редакцией игуменьи Феофании (Мискиной), настоятельницы Покровского монастыря. В другой книге встреча Матроны со Сталиным описывается в стиле русских былин: «Не могу прокомментировать эти сведения – быль они или небыль. Но рассказывают в народе такое. К Матронушке в комнату в Староконюшенном переулке на Арбате приезжал осенью 1942 сам Сталин. Ему рассказали, что живет в Москве блаженная прозорливица старица Матрона, которая своими молитвами город держит, врагу в него войти не дает. Вот Сталин и пошел испрашивать совета, не сдать ли ему, как Кутузову, Москву. По легенде, Матронушка благословила его собраться с духом и силами. (Так Сергей Радонежский напутствовал Дмитрия Донского перед Куликовской битвой.)

Она маленьким своим пухлым кулачком постучала вождя всех времен и народов по лбу и сказала: Москву не сдавай, думай-думай, а как придет Александр Невский, так всех за собой и поведет… Все наше воинство небесное тебе помогает. Красный петух черного заклюет. Помогут тебе рассеять тучи сатанинские».

В этом тексте Сталин предстает эпическим героем, под стать святым Дмитрию Донскому и Александру Невскому. Блаженная постукивает диктатора по лбу, что должно, по мнению автора, отвечать представлениям народа о старцах юродского поведения. Предсказание победы красного петуха – сюжет, типичный для крестьянского фольклора, как, например, такой: «Во время войны в Луганске бабка по Библии читала, што красный петух белово победит: красный петух – мы, а белый – немец».

Эти фольклорные петухи и стали основой сюжета для иконы как «Матрона Сталина благословляла».

Официальное отношение Церкви к нему высказывал иеромонах Иов (Гумеров), который еще в 1997-м начинал готовить материалы к прославлению старицы Матроны Дмитриевны Никоновой. «Бытует миф о том, что Сталин приезжал к блаженной Матроне. Это совершенно невозможно предположить из того, что мы знаем о жизни этой дивной угодницы Божией. Приходилось по крупинкам собирать о ней сведения. Нет ничего, что могло бы подтвердить приезд к ней Сталина. Она была гонимой. В любой день была готова к аресту. Такое положение сохранилось до самой ее смерти», – уверен священник. И действительно, сюжет о встрече святой со Сталиным не вошел в официальный вариант жития Матроны, изданный к ее канонизации.

Тогда, выходит, Церковь не может контролировать деятельность собственных издательств? Чрезвычайная популярность великой старицы порождает высокий спрос на книги о ней, а благословение церковного иерарха служит лишь виньеткой, полиграфическим украшением. Между прочим, пик скандала вокруг игумена из Стрельни пришелся на последние недели интернет-голосования «Имя России. Исторический выбор 2008» – масштабной пиар-акции Кремля с непредсказуемыми для политиков (но, конечно, не для компьютерщиков) результатами. Из 50 исторических деятелей России надо было выбрать троих. Сталин занял третье место, от победителя, князя Александра Невского, советского вождя, по официальным данным, отделяло меньше одного процента…

– Так размываются границы добра и зла. Привыкание ко злу – страшная болезнь нашего времени, – сетовал иеромонах Иов (Гумеров), духовник Сретенского монастыря.

Все жизнеописания блаженной основываются на воспоминаниях Зинаиды Владимировны Ждановой, дочери односельчанки Матроны. Еще в юности мать Ждановой заняла место кухарки в доме состоятельной московской семьи и вышла замуж за сына главы этого семейства. В этом доме (точнее, в одной из комнат, не отобранной коммунистами) в Староконюшенном переулке близ Арбата прожила слепая и обезноженная старица Матрона с 1941 по 1949 год.

Иеромонах Иов (Гумеров) бывал в этом двухэтажном домике на Арбате, не раз лично беседовал с Зинаидой Ждановой, кое-что уточняя и проверяя подлинность некоторых эпизодов из жизни Матроны. Весной 1998 года останки блаженной старицы были перенесены с Даниловского кладбища в Покровский монастырь. Ровно через год патриарх Алексий II с амвона огласил акт о причислении к лику праведных для местного (в Москве и Московской епархии) церковного почитания старицу Матрону Московскую. Память великой старицы установлено было совершать в день ее преставления – 19 апреля (2 мая). Осенью 2004 года, по определению архиерейского собора РПЦ, святая праведная блаженная Матрона Московская была прославлена для общецерковного почитания.

Видно, без серьезных исправлений жизнеописания святой праведной Матроны уже не обойтись. Придется признать, что составлено оно на скорую руку, без серьезных архивных исследований. В изданных и многажды переиздаваемых текстах находится ряд очевидных нелепиц, которые или не замечены монастырскими редакторами, или намеренно растиражированы и которые «осеняют» всякую нежить, или мелких бесов российской политики. Исправлять ошибки придется и хотя бы потому, что великая старица жила с нами в одну эпоху. Нас не разделяет невнятная молва веков. Надо лишь настойчивее постучаться в двери архивов.

А пока на святости блаженной Матроны паразитирует «православный сталинизм», ставший идеологией ряда экстремистских группировок. Рядом – сектанты-«царебожники», у которых культ царя-страстотерпца Николая II почти вытеснил Иисуса Христа. Они выстроили причудливую веру: Бог избрал Сталина, чтобы покарать неверный русский народ, «нарушивший соборную клятву 1613 года». Сначала «мессия» отправил в ад причастных к убийству императора Николая II, потом расправился с гнилой интеллигенцией. Блаженная Матрона благословила Сталина на ратный подвиг, как преподобный Сергий Радонежский благословил Дмитрия Донского перед битвой на Куликовом поле.

В Свято-Боголюбовском женском монастыре под Владимиром, известном по недавнему громкому скандалу с воспитанницами приюта, продавалась книга духовника обители архимандрита Петра (Кучера). В ней текст нового акафиста царю-мученику Николаю, в котором нашлось место Сталину: «И посла карающую десницу Свою – правителя Иосифа, да накажет народ непокорный сей за преслушание клятвы, древле отроку Михаилу Романову данной…»

Уже и «житие святого Иосифа» составлено, в нем, в частности, говорится: «Учился Иосиф в духовной семинарии, был самым способным учеником. Оставалось всего четыре месяца до окончания семинарии. Распределен он был как лучший ученик аж в Тбилиси! Когда летом, после завершения обучения, селяне не увидели Сосо (так звали его близкие), они спросили мать: «Где твой сын?» Она с гордостью ответила: «Ему явилась сама Богородица и сказала: «Иди спасать Россию». Набожный, богобоязненный Иосиф тут же принял решение: бросил семинарию и пошел помогать царю разоблачать большевиков и масонов.

– «Царебожники» – это отличный партнер для радикальных политических сил, которые в качестве элемента идеологии используют православие и монархию, – сказал как-то один политолог-атеист.

А «царебожие» может стать одним, по его выражению, из «локомотивов раскольнических движений».

Бессмысленно пытаться разбередить совесть «царебожников» и «православных сталинистов», заученно перечисляя чудовищные преступления «красного террора». «Бич Божий», справедливо говорят они, руководствуется иной, нечеловеческой, логикой. Но сектантам не следует забывать, что никто не обладает монополией на это грозное орудие. Буквально на днях я узнал о некой неонацистской группе, созданной год-два назад в Москве. Идеология этой группы опирается, как ни странно, на воспоминания Зинаиды Владимировны Ждановой, автора-составителя жизнеописания блаженной старицы Матроны. Перед своей смертью в 2007 году Жданова якобы поведала одному из неонацистов, что была свидетелем встречи Матроны с Гитлером. Матрона сказала, что Гитлер «выйдет из войны, примет православие и венчается с Евой Браун». Жданова якобы рассказывала, что Гитлер уехал в Аргентину и усыновил двенадцать русских сирот. Как указано в листовке нацистов, «З.В. Жданова передала слова Матушки Матроны о Гитлере, эти слова – слово в слово, как давно выученный урок, она повторяла мне раз пять: Гитлер – это бич Божий, чтобы обернуть Россию в православие». В качестве доказательства подлинности «жития» сектанты предъявляют фотографии Ждановой на смертном одре.

Что ж, не удивлюсь, если вскоре все мы станем свидетелями создания, например, культа царя Ирода, приказавшего, как известно, умертвить вифлеемских младенцев. Ирод, скажут нам, был карающей десницей Господа, наказавшей непокорных евреев.. А вообще этот «великий» царь – гениальный государственный «менеджер», принявший древнюю Иудею в развалинах и оставивший страну в дворцах и акведуках…

И хотя история ничему не учит, надеюсь, археологи через века обнаружат житийную икону Святой праведной блаженной Матроны Московской из храма Святителя Николая в Старом Ваганькове. Изображенная на одном из клейм встреча Сталина со святой вдохновила в свое время игумена Евстафия (Жакова) заказать большую икону с тем же сюжетом. После скандала фигурку диктатора срочно замалевали, а на его месте появились три ангела. Клеймо назвали «Явление ангелов святой Матроне». Если реставраторы из далекого будущего смоют верхний слой краски, они, вероятно, будут удивлены. Какой странный народ, подумают они, населял эту землю: ангелы и сатана могли запросто у него меняться местами.

Часть V

А на правой груди профиль Гитлера

Московское логово «Аненэрбе»

Известный телеведущий, исламский деятель и профессор МГУ создали в Москве клуб «интеллектуалов», которому дали название гитлеровской дивизии СС.

Ностальгический перебор струн сменила зловещая дробь барабанов. И по коридорам и холлам Центрального дома предпринимателя на Покровке понеслись грозно-бравурные звуки немецкого марша:

Uns fuhrt der Florian Geyer an

Trotz Acht und Bann!

Den Bundschuh fuhrt er in der Fahn»

Hat Helm und Harnisch an.

Spie? voran, drauf und drann!

Setzt aufs Klosterdach den Roten.

Эта строфа переводится дословно примерно так: «Ведет нас Флориан Гейер/ вопреки страху и ненависти!/ И на флаге – его башмак,/ а сам он в шлеме и латах./ Копья вперед – коли,/ подожги монастырь».

Древнегерманская песня, она стала гимном 8-й кавалерийской дивизии СС «Флориан Гейер» (8. SS-Kavallerie-Division «Florian Geyer»). В 1941-м эсэсовскую новую часть сформировали из двух кавалерийских полков, входивших в состав дивизии СС «Мертвая голова», всем известной в России по нашивкам и кокардам в виде человеческого черепа.

Геббельсовская кинохроника запечатлела, как под звуки этого марша эсэсовцы в ноябре 1942-го сжигали деревни под Ржевом, в сентябре 1943-го вешали и расстреливали тысячи мирных жителей на Днепре. Ошибки быть не могло: левый рукав мундира этих ублюдков охватывала черная манжетная лента с серебряной надписью «Florian Geyer».

Спустя семьдесят лет, в 2011 году, строчка из гимна эсэсовской дивизии – Trotz Acht und Bann! – стала девизом московского философского клуба «Флориан Гейер». Официальный «президент и инициатор» клуба – Гейдар Джемаль, глава «Исламского комитета России» и «философ-оккультист». Его права рука – Максим Шевченко, ведущий ряда аналитических телепрограмм на Первом канале, член Общественной палаты РФ.

– Давайте начинать, – с председательского места энергично повел Шевченко очередное заседание московского «Флориана Гейера» и тут же пошутил на «чистом» немецком: – Wir sind des Geyer swarzer haufen, wir wollen mit Tirannen rauchen. («С нами могучий черный рыцарь Гейер, мы должны разобраться с тиранами».)

Во вступительном слове Шевченко пояснил, почему клуб «называется так странно для русского уха – Флориан Гейер». Все, оказывается, просто: это имя немецкого рыцаря, который пятьсот лет назад, во время Крестьянской войны в Германии 1525 года, возглавил отряды мятежных землепашцев. Но оставалось по-прежнему не понятным, а почему, например, не Степан Разин или Емельян Пугачев?

– Нас спрашивают: почему вы не назвали клуб русским именем, мало, что ли, русских имен? – интеллигентно упредил телеведущий недоуменные вопросы. – Мы стоим на позиции, что истина универсальна, и восстание человека за правду, справедливость и сотрудничество с народом носит универсальный характер. А Флориан Гейер является символом сотрудничества образованных слоев, которые выросли рядом с угнетенным народом…

За спиной члена Общественной палаты, в одном из конференц-залов Центрального дома предпринимателей, висело лубочное изображение длинноносого бородатого мужика в берете ландскнехта. Очевидно, это и был воспетый в немецком фольклоре «черный рыцарь», который сражался под черным знаменем и носил черные доспехи. Предшественник «рыцарей» Черного ордена СС Генриха Гиммлера.

О существовании обратной стороны этого имени Шевченко так и не обмолвился ни словом. Допускаю, что о Флориане Гейере как символе кровавого кошмара могли не знать некоторые из участников заседания клуба. Например, доктор философских наук Игорь Чубайс вспоминал, как возникла дискуссия вокруг названия:

– Глупость – назвать клуб именем никому не известного в России немца, жившего полтысячелетия назад, – рассказал он в интервью «Совершенно секретно». – Шевченко, который, по-моему, играл главную роль среди создателей этого «Гейера», говорил что-то невнятное о рыцарской доблести немца и с ходу отверг мое предложение дать клубу имя русского писателя и кинематографиста Василия Шукшина.

Чубайс как-то подавленно примолк, когда услышал, что он обсуждал философские проблемы в компании людей, позаимствовавших название дивизии СС. И отреагировал только на повторный вопрос: никогда, честное слово, не слыхал о такой дивизии.

– Да-а-а, – сокрушенно протянул старший брат «отца приватизации», – меня поразило, когда Шевченко публично продекларировал, что выступает за идеалы СССР и особенно не огорчится, если Россия исчезнет лет через двадцать…

Однако я утверждаю, что «отцы-основатели» клуба «Флориан Гейер» не только знали о двойном значении этого «бренда», но и могли сознательно затеять «игру со смыслами», которую они так любят.

– Первое слово я предоставляю человеку, который является еще одним интеллектуальным инициатором и создателем клуба наряду с Гейдаром Джемалем – Александру Гельевичу Дугину, – продолжал вести собрание «интеллектуалов» в Центральном доме литераторов телеведущий Максим Шевченко.

Из-за длинного стола поднялся и слегка вперевалку прошествовал к микрофону 50-летний крупно сложенный человек, с окладистой бородой и густой шевелюрой, отливающей сединой.

Сразу вспомнилось образное описание первого публичного выступления «Александра Гельевича», сделанное известным писателем и оппозиционером Эдуардом Лимоновым:

«Я сидел в президиуме, и когда он вышел выступать, к нам задом, меня, помню, поразили мелкие балетные «па», которые выделывали его ноги, движения неуместные для массивной фигуры этого молодого человека. Он имел привычку, стоя на одной ноге полностью, вдруг отставить другую назад, на носок».

Это было ровно двадцать лет назад, в 1992 году, на вечере прохановской газеты «День» в кинотеатре «Октябрьский». «Полный, щекастый, животастый, бородатый молодой человек с обильными ляжками». В 1994-м, вспоминал Лимонов, на фестивале «Экстремистской моды» Дугин был одет в галифе и туфли! «В такой экипировке его отставленная на носок ступня выглядела по-оскаруайльдовски двусмысленно».

Один из ближайших соратников Дугина был одет в черный мундир эсэсовца, взятый напрокат в театре.

Впрочем, в своей книге воспоминаний Лимонов назвал Дугина «Кириллом и Мефодием фашизма» отнюдь не из-за этого маскарада или внешнего сходства с Эрнстом Ремом, другом Гитлера. Причина в том, что Дугин «жил тогда в фашистской среде и потому ходил в правых фашистских цветах. Он тогда изучал фашизм, пожирал все попадающиеся ему книги о фашизме, национал-социализме, вообще правых».

«Знания по фашизму, добытые Дугиным, – писал Лимонов, – были высоконаучного качества, поскольку он знал как минимум четыре оперативных языка европейской цивилизации и имел, таким образом, доступ к первоисточникам…»

По признанию самого Лимонова, Дугин «стал вместе со мной отцом-основателем» уже запрещенной национал-большевистской партии. Пожалуй, этот эпатажный и талантливый писатель как никто другой смог тонко подметить и ярко описать характер «интеллектуала»:

«Для революционера у него не хватило характера. Человек книжный, с очень лимитированным жизненным опытом, Александр Гельевич родился в 1962 году в Москве и выезжал из Москвы считаные разы. Сын мамы-профессорши и папы-полковника, он с самого начала жизни оказался в среде привилегированных. Его капризы и таланты приводили его и в шиздом. Некоторое время он был бардом… Рано, еще юношей, познакомился с кружком Евгения Головина, объединявшим таких нестандартных людей, как Гейдар Джемаль и (до отъезда его в Америку) писатель Юрий Мамлеев. Головин – <…> персонаж московского underground(a), говорят, заставил юношу Дугина учить языки…»

В Дугине, несмотря на заикание, вдруг прорезался ораторский дар. Он выступал на митингах и перед баркашовцами, и перед анпиловцами. Попытался даже осуществить «идеологическое наполнение» балбесов-скинхедов и рок-фанатов. В октябре 93-го смело взошел на баррикаду, но автомат ему, правда, не дали, зная его склонность к суициду.

«Диапазон его увлечений был необыкновенно широк, – вспоминал десять лет назад Эдуард Лимонов. – Я познакомился с ним в 1992-м, сегодня на дворе 2002-й, за это время он прошел через фашизм, пересек поспешно кусок левой земли, на несколько лет забрался в староверие. Теперь дожил до воспевания путинского режима Реставрации. Что он будет делать дальше?»

А дальше Дугин написал и выпустил 600-страничный геополитический трактат, научным консультантом которого стал завкафедрой стратегии Академии Генштаба генерал-лейтенант Н. Клокотов, и сотрудничал с рядом других высокопоставленных аналитиков из Генштаба и Администрации Президента РФ. Занимал должность советника председателя Госдумы Геннадия Селезнева и пост главы политсовета партии «Евразия», защитил докторскую диссертацию и получил звание профессора Московского государственного университета. В интервью информационному порталу «Евразия» высокопоставленный сотрудник президентской администрации Иван Демидов дал понять, что Дугин неофициально является идеологом партии «Единая Россия».

И вот недавно купил книгу Дугина в самом большом книжном магазине Москвы. Называется загадочно – «Знаки Великого Норда», наугад открываю и читаю: «Герман Вирт – архетип страстного ученого, визионера, провидца… В 1932 г. Герман Вирт основывает общество исследования древнейших культур под кодовым названием «Наследие предков», Ahnenerbe («Аненэрбе»). В 1933 г. эта организация становится под контроль Генриха Гиммлера…»

«Подлинный ученый, – восхищается Дугин, – он (Вирт – А. Ч.) открыл тайну тайн Изначальной Традиции, восстановил ее язык, открыл секреты древних рун, расшифровал послание Золотого века… «Аненэрбе» организует уникальные экспедиции в Северном море, где, по предложению Вирта, должны остаться следы древней цивилизации гипербореев». (Интересно, подумал, неужто Дугин учит этому студентов МГУ?)

Заглянул в энциклопедию: «АНЕНЭРБЕ, организация в составе СС, осуществлявшая научные исследования происхождения нордической расы… Бессменным президентом общества был сам Гиммлер… В 1942 г. передана в состав Личного штаба рейхсфюрера СС».

«В конце 1980-х годов Дугин появился в сопровождении Джемаля на квартире Зелинских и вел себя прескверно: пьяные или унюханные уроды щупали друг друга за причинные места и провозглашали необходимость «солярной инициации» <…> Никто не скрывал тогда, что всех их «посвятил» Евгений Головин…» – описывал встречу с нашими «интеллектуалами» Алексей Смирнов, личность также весьма экстравагантная, более известная как «Амвросий фон Сиверс, архиепископ Русской Катакомбной церкви истинно православных христиан». Назовем его «бес славный», потому что прославился 7 апреля 2007 года «заклинательной молитвой» против «демона ВИЛа» на Красной площади, а также причислением Адольфа Гитлера к лику «святых» под именем «Атаульфа Хитлера (Берлинского)». Впервые «владыка Амвросий» увидел Дугина «примерно в 1984 году на одной подозрительной богемно-диссидентской квартире, он вещал об инициации и эзотерике…».

(В 2012 году Джемаль поздравит Дугина с 50-летием, представив его молодость в жанре богатырской былины: «Когда я встретил Александра Гельевича в 1980 году, он был еще совсем молодым человеком восемнадцати лет. И с 80-го по 90-й годы он прошел огромный путь по насыщению, воспитанию своего интеллекта, трансформировав его в колоссальную призму, через которую фокусировался, можно сказать, «свет далеких звезд».)

О какой «солярной инициации» говорили Дугин и Джемаль во время той давней встречи на квартире академика Зелинского?

Очевидно, шла речь о приеме в «тайное общество» «Черный орден СС», учрежденном в начале 1980-х поэтом и знатоком оккультизма Евгением Головиным. В «ордене» существовала своя иерархия, скопированная с эсэсовских «матриц». Высшее звание рейхсфюрера, само собой, носил сам Головин. Правда, ритуал инициации (посвящения) в члены ордена существенно отличался от своего гиммлеровского прототипа и мог шокировать своей безнравственностью, или, как говорят интеллектуалы, прямым обращением к «телесному низу».

Так от безобидной Блаватской, столоверчения и трактатов по алхимии, «рейхсфюрер» вел все дальше своих экзальтированных поклонников к тому, что Достоевский называл бесовщиной. Его ученики заговорили об ордене Туле, чаще Грааля, великой Атлантиде – словом, о том, что гитлеровские идеологи почитали священными символами. Впоследствии Головин издавал журнал с аббревиатурой SS – «Splendor Solis» («Блеск cолнца») и сочинил гимн «Черного ордена SS», романтизирующий «сверхлюдей» в форме Waf-fen SS.

В перестроечной Москве иногда редких ночных прохожих пугала шумная компания крепко поддатых людей странного вида. В центре столицы они орали «Хайль Гитлер!», тянули руки в нацистском приветствии и горланили песню на слова «фюрера» Головина:

Вперед, ребята, яростны и грубы,

Нас вдохновляет свастика в ночи,

Еще мы поглядим, как ваши трупы

Танцуют танго в газовой печи.

Как хороши, как свежи будут розы,

Как весел и прекрасен русский лес,

В последний путь по Via Dolorosa

Уходит вдаль дивизия СС.

Почти все члены ордена уже переселились в мир иной, достигнув, как они любили выражаться, «метафизического конца сущего»: кто от «передоза», кто от «чрезмерного потребления». Кроме Дугина и Джемаля, благополучно пережил все эксперименты над собой художник Валерий Коноплев, когда-то живший в чердачной комнатенке на Остоженке. Уже несколько лет он с подругой, рок-певицей по прозвищу Анахата, обитает в небольшом подмосковном городке, по соседству с древним православным монастырем.

На стенах, как полагается, развешаны полотна хозяина квартиры: танковое сражение на сумеречных полях подсознания; кресты на крыльях «Мессершмитта», носящегося над руинами города-призрака; свечка церквушки и ее опрокинутое отражение в мертвых водах Аида. Мощный, но темный художественный дар.

– Черный метафизик, – представился Коноплев.

Художник снял со стены картину с изображением выпивающих трех мужчин.

– Это Головин, – ткнул он пальцем в того, что слева – с низким лбом и глубоко посаженными глазами, в руках его гитара, а затем, указав на среднего, мрачно пошутил: – Кускова уже нет, а рядом автопортрет вашего покорного слуги, пока еще живого..

Я спросил, какие еще картины наиболее дороги ему. Он долго рылся в чулане, затем извлек небольшое полотно, бережно завернутое в чистую холстину. Через мгновение передо мной предстал написанный маслом герб Российской Федерации, почему-то ярко-морковного цвета. Грудь двуглавого орла закрывала черная свастика; большая изогнутая свастика была фоном для герба…

– Как проходили встречи «Черного ордена СС»? – переспросил Коноплев. – Очень просто. Если были деньги, то снаряжались гонцы, которые через полчаса-час приносили «шнапс». И начиналось ритуальное общение с богом Дионисом. Вхождение божественной жидкости в плоть и кровь сопровождалось приветственным поднятием вытянутых рук к Солнцу. Позже следовали «псалмы» в стиле танго или уголовно-романтического шансона в исполнении Головина. Потом мэтр вел беседы. О чем? О чем угодно: о пирате Питере Бладе и философе Хайдеггере, о поэте Артуре Рембо и «черной метке» из «Острова сокровищ», об Атосе и Арамисе, о Жанне д’Арк и Фениморе Купере, о Вертинском и Венечке Ерофееве. В обществе Головина не приветствовались разговоры на привычные, злободневно-материальные темы. И политика, уже такая модная – перестроечная, – была у него не в почете. Ибо считалась физикой, а не метафизикой. Головин постоянно употреблял слово «совдеп». Он пояснял, что при Сталине «все было отлично», «совдеп родился при Хруще» и длится не переставая. Но при этом он часто упоминал маркиза де Кюстина и «славянскую рабскую плоть»: надо думать, «совдеп» для Головина не имел временных рамок.

– До сих пор не могу понять, чем так завораживали пьянки с Головиным. Пили и днем, и поздней ночью, когда добропорядочные граждане на работе или спят. Эти пьянки оставляли неизгладимое впечатление, как говорится, на всю жизнь». Случались и драчки. Головин был хорошим провокатором: задал случайному человеку пару очень неприятных прямых вопросиков, ну и летели стаканы, кулаки, стулья, – подытожил «черный метафизик».

Головин умер в 2010 году, чуть-чуть не дожив до семидесяти двух лет. Последние полтора десятилетия на его стихи было сложено немало песен, которые исполняли известные музыканты, например, Александр Скляр с группой «Вабанкъ» и Вячеслав Бутусов с музыкантами группы «Кино».

В числе провожавших Головина в последний путь бы его «духовные дети» Дугин и Джемаль – «уходит вдаль дивизия СС»…

Говорят, это Головин надоумил Дугина и Джемаля вступить в ряды так называемого народно-патриотического фронта «Память» – юдофобской организации, члены которой пугали обывателя, маршируя по улицам столицы в черных рубашках с портупеями. «Никто больше в «Памяти» таким обширным багажом знаний о фашизме не обладал», – считает Эдуард Лимонов, и уже в 1988 году «посвященные» знатоки «Аненэрбе» вошли в центральный совет «Памяти».

Лимонов предполагает, что своими лекциями они произвели среди «памятников» фурор, что вызвало «чувство ревности и опасения за свое место у вождя Дмитрия Васильева. Посему пребывание Дугина и Джемаля в этой организации оказалось кратковременным. Вождь изгнал обоих эрудитов-интеллектуалов из организации». По версии самого «Дим Димыча», «головинские ребята» были уличены в «жидо-масонских связях и проведении сатанинских ритуалов».

Так жизненные пути-дорожки Джемаля и Дугина надолго разошлись. Один отправился за Аллахом, другой – в староверческую церковь. Только «высшие ценности оккультного ордена» продолжали незримо объединять их.

Далее следы Джемаля обнаруживаются в Астрахани, где летом 1990 года состоялся учредительный съезд печально известной Исламской партии возрождения. Вскоре возглавил так называемый Исламский комитет. С 92-го вел на первом телевизионном канале исламский раздел религиозной программы «Ныне», телепрограмму «Минарет». Его принимают влиятельные и состоятельные лица ряда исламских государств. Джемаль медленно, но неуклонно двигался к политическому Олимпу. В политических кругах России он был симпатичен тем, кого не устраивает ориентация страны на Запад.

Джемаль стал называть себя «инструментом ислама». Говорил, что сейчас религия и политика становятся синонимами, как в достохвальные времена средневекового Халифата. «На примере Афганистана, Кавказа и Балкан, – утверждал он, разговаривая со мной в далеком 1995 году, – видно, что время возвращается». Единственным препятствием на пути к этому видит «стремление США покорить весь мир».

Предлагал остановить «американское нашествие» с помощью новой политической стратегии, получившей название «исламский проект». Объяснял: «Существует «западный проект», который опирается на общечеловеческие ценности, бесконечный прогресс. «Исламский проект» – прямо противоположен».

Однажды я встретился с ним на «съезде» одной из неонацистских групп, проходившем в помещении Музея Маяковского. Джемаль порой спускался с политического Олимпа, чтобы ощутить биение «неистовых арийских сердец». Собственно, что отделяло исламского деятеля от православных неонацистов? Ничего, кроме сотни-другой проштудированных книг по оккультизму.

Председательствующий, малый со свастикой на лацкане черного костюма, провозгласил: «Наш путь – путь радикальной революции, несущей национальное и социальное освобождение… Наши союзники, в первую очередь это исламские фундаменталисты, ведущие отчаянную борьбу против «большого шайтана». И пригласил к микрофону «видного представителя исламского воинства».

– Мы жаждем мученической гибели за веру, чтобы наши сыновья и потомки могли высоко держать голову перед лицом мировой ереси, – заявил исламский деятель с трибуны, будто предсказывая взрывы смертников в вагонах метрополитена и самолетах, захваты заложников в «Норд-Осте» и Беслане.

В разговоре со мной Джемаль, вальяжный, постоянно уверенный в себе, вдруг задумался:

– Может, Россия – неудавшийся эскиз?.. Дело не в том, что погибнут люди, а в том, что погибнут зря.

О том, что ценность человеческой жизни – «категория» весьма относительная, я понял по другим «тезисам» интеллектуала: «Нужно объяснять, что люди – исчезающие малые величины» или «Смертный человек должен быть инструментом», или «Басаев действовал адекватно, захватывая заложников в Буденновске».

…Ранним мартовским утром 2012-го пять сотрудников ФСБ приехали в Колпачный переулок с ордером на обыск в квартире Гейдара Джемаля. Дверь им долго не открывали – глава Исламского комитета созванивался с адвокатами, Общественной палатой и правозащитниками. Потом с невыспавшимся лицом приехал Максим Шевченко. Джемаль поставил условие: известная телеперсона должна выступить в роли понятого на обыске. Сотрудники госбезопасности не возражали и объяснили, что хозяину квартиры предъявлено обвинение по статьям Уголовного кодекса «Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма» и «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности».

Оказывается, на сайте islamcom.ru была опубликована статья «Роль женщины в Джихаде», подписанная неким Юсуф Аль-Ийери. Автор с пиететом рассказывал о смертницах, совершавших теракты против военнослужащих и простых прохожих, и призывал читательниц следовать примеру шахидок. Выяснилось, что эту статью разместили на сайте через компьютер в офисе «Исламского комитета», который, как уже говорилось, много лет возглавляет Гейдар Джемаль.

Тут же из моей памяти выкатилась крупная слеза, точнее – из глаза главы «Исламского комитета», пожилого бритоголового человека. Телережиссер политического ток-шоу успел показать этот момент крупным планом, когда участники обсуждали плачевный конец террористов, захвативших несколько сотен заложников на представлении «Норд-Оста».

Вспомнились и восхваления Джемаля в адрес Саида Бурятского, шахида русского происхождения. В прямом эфире телеканала «Культура» на вопрос: «Можете ли вы сейчас, публично, заявить, что шахиды, которые убивают невинных людей, это преступники?» – он ответил: «Шахиды – это, конечно, мусульмане. Они делают то, что они должны делать. И они получат все, что им обещано…» Требовал убрать христианскую символику с герба РФ. И еще десятки подобных высказываний можно отыскать в архивах телеканалов, куда Джемаля на протяжении десятков лет приглашают качестве «эксперта по исламскому вопросу». Правда, ислам Джемаля странного красно-коричневого цвета, а сам он одновременно является активистом «Левого фронта» вместе с Удальцовым.

Через несколько дней Александр Дугин выступил с заявлением в поддержку своего друга и единомышленника: «Гейдар Джемаль – гениальный мыслитель, равных которому нет. Не только в России. Его нельзя равнять ни с кем…Гения (даже отдаленно) понять могут только очень высокоразвитые (интеллектуально и духовно) люди…» Поучилось чересчур витиевато и напыщенно, в стиле алаверды, хотя Дугин мог бы без ущерба для смысла своего послания написать всего два слова: «Джемаль – человекобог». (Джемаль, поздравляя друга с 50-летием, за три месяца до обыска сделал ему сомнительный комплимент: велеречиво сравнил Дугина с Кирилловым – «прообразом интеллектуала» из романа Достоевского «Бесы», который проповедовал самоубийство как единственный способ превращения человека в бога.)

Итак, основатели клуба имени дивизии «Флориан Гейер» – люди вполне искушенные в реальной политике и осведомленные в истории политических учений. Большие знатоки «сакральных смыслов», провидцы грядущих катастроф, обладатели «тайных кодов мироустройства». Это для них «манифестируют» даже незначительные события и незаметные вещи, которыми, как правило, пренебрегает «непосвященный» обыватель. Они находят глубоко скрытую подоплеку в какой-то газетной заметке, придают всякому наименованию двойной, а то и тройной смысл.

О том, что именем немецкого Стеньки Разина была названа дивизия СС могли не знать приглашенные участники, среди которых много вполне уважаемых представителей «интеллектуального сословия»: экономист Михаил Хазин, доктор философских наук Игорь Чубайс, директор Российского института культурологии Кирилл Разлогов, публицист и телеведущий Михаил Леонтьев, доцент кафедры философии СПбГУ Александр Секацкий, директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий, инвестиционный банкир Алексей Иноземцев, философ и политолог Борис Межуев.

Но основатели философского клуба – телеведущий Шевченко, исламский деятель Джемаль и профессор МГУ Дугин – наверняка начали с тщательного подбора названия. Искали, устанавливали и выверяли то, как это название отзовется в «глубинах Эго», как оно «закодирует будущие всплески народной стихии». Всерьез, наверное, обсуждали, как «Сталин говорил об ордене Меченосцев», как «НСДАП и СС прямо возводили свою духовную преемственность к балтийскому ордену Серебряного Креста и Розы».

Для этих людей игра со смыслами давно представляет куда больший интерес, чем сами смыслы. Но хуже всего то, что власть, похоже, заигралась с теми, кто играет со смыслами. «Массовое сознание уже созрело для восприятия идей, как их обозначает Александр Дугин, радикального центра, самое время начать их реализовывать в проектах», – заявил в интервью один высокопоставленный чиновник, отвечающий в Кремле за идеологию.

Знал ли этот чиновник об истинных проектах Дугина-Джемаля? На всякий случай расскажу ему об одном: «Мы должны просто составлять боевые пятерки, чтобы Иван-Царевич, если называть таким псевдонимом нашего единственного Вождя, Фюрера, Ведомого, чтобы Иван-Царевич скорее объявил о своем Приходе и появился среди нас как Наш Истинный Глава на Земле». Так совсем недавно говорил исламист Джемаль в интервью одному из партийных интернет-ресурсов профессора Дугина.

…За полторы недели до празднования Дня Победы в Центральном доме литератора состоялся вечер памяти Евгения Головина и презентация посвященного ему фотоальбома «Сказка о заходящем солнце». Вечер вела автор альбома Лариса Пятницкая, грузная пожилая женщина, страдающая одышкой. Когда-то он звал ее Лорик, а она его – Эжен. Лорик и Эжен встретились вновь на страницах фотоальбома. В этих фотографиях – лучшие годы пролетевшей жизни, безумства богемной Москвы семидесятых и восьмидесятых. «Любимое фото»: Лорик приобнимает Эжена, по-бормановски небрежно приподнявшего ладонь в нацистском приветствии. (Когда клуб «Флориан Гейер» рано или поздно прекратит свое существование, те же люди создадут новый, который назовут, например, «Эжен Головин». Дивизия СС вернется под другим именем.)

А 9 Мая волею случая я оказался в Доме творчества «Переделкино», среди писателей поколения Отечественной войны. Не чокаясь выпили о погибших. Потом устроительница праздника – литератор Алла Рахманина, стройная дама с безупречными манерами, – читала стихи своего покойного мужа – известного поэта Бориса Рахманина:

«Зиг-хайль!» – юнцы кричат

И вскидывают руки.

Мостят дорогу в ад

Из-за прыщей и скуки.

А кто-то – Борман, Икс?

И здешний, местный кто-то -

Слепую низость их

Использует для взлета…

И сам себя спросил

Я, горечью объятый:

Год сорок первый был,

А был ли сорок пятый?!

За столом я оказался рядом с известным литературным критиком Львом Анненским, и совсем некстати задал ему вопрос:

– Как относится к созданию в Москве «дискуссионной площадки» с названием дивизии СС?

– Игры с нацистской символикой недопустимы. В 42-м свастика означала для меня гибель. А сейчас любой назвавший себя Гитлером или Чингисханом может «прославиться». Хорошо, что всех тошнит от телевидения, по которому выступают такие типы. Но если страну охватит очередное безумие и за каждой из этих «шуточек» окажется огромная неуправляемая масса, мы утонем в крови, – мрачно предрек Анненский.

…В интернетовском поисковике я набрал: Флориан Гейер. Одной из первых появилась страница с фотографией военных лет: «Патруль дивизии СС «Флориан Гейер» на советско-германском фронте».

Меня поразило композиционное сходство снимка со знаменитым полотном «Богатыри», написанным замечательным художником Виктором Васнецовым. Три всадника на могучих конях – «Добрыня, Илья и Алешка Попович на богатырском выезде – примечают в поле, нет ли где ворога, не обижают ли где кого?» Посередине на вороном коне Илья Муромец, смотрит вдаль из-под ладони.

На переднем плане фотоснимка также три всадника, те же поля и леса. Только вместо «богатырского выезда» – «эсэсовский патруль». И вместо Ильи Муромца смотрит вдаль из-под ладони эсэсовец с нашивкой «Florian Geyer».

Васнецов писал: «Только больной и плохой человек не помнит и не ценит своего детства, юности. Плох тот народ, который не помнит, не ценит и не любит своей истории». А что будет помнить наш народ?

Марш упырей

Пять тысяч молодых граждан страны, победившей нацизм, скандировали нацистские лозунги в двух шагах от Кремля. А за этим – шок и лепет политиков. Так закипала 11 декабря 2010 года Манежная площадь, пузырясь от ненависти: кавказцы убили Егора Свиридова, москвича, болельщика «Спартака». Пришли сюда, объявив сбор в социальных сетях Интернета: фанатский флешмоб с нацистским сценарием. Потом с разбега швыряли металлические рамы ограждения, над головами летели пустые бутылки. Жгли дымовые шашки и фаеры. А один палил вверх из травматического пистолета. Бросали взрывпакеты в омоновцев – те едва-едва успели отбить трех по-восточному смуглых подростков, невесть как оказавшихся здесь. Под крики «Россия для русских!» свалили по-новогоднему наряженную красавицу-елку. ОМОН, обычно беспощадный даже к куда более мирным митингам, как устрица, захлопнул створки своих щитов.

Возможно, Манежная – это детский сад на прогулке по сравнению с тем, что вытворяли в эти дни английские студенты в Лондоне. Но нигде еще доморощенные нацисты не собирали тьмочисленных манифестаций. Небывалый, невероятный случай: никогда еще в России толпа не говорила на языке поверженного злейшего врага, насильника и убийцы.

Этот митинг был стихийный, и «лидеры ультраправых групп» если и были на Манежной, то уж точно не в качестве организаторов. Никто не мог дать внятный комментарий происшедшему. Потом заговорили, справедливо замечая, что пришлось собирать многотысячные митинги, чтобы закон соблюдался. Но почему исполнять закон молодежь требовала расистскими речовками?!

Государственная власть так и не смогла поставить диагноз этой болезни, приступ которой сотряс всю страну.

Первая неонацистская группа – «Черный орден СС» – в Москве появилась в 70-х годах прошлого века. Создал и возглавил ее поэт и переводчик Евгений Головин (1938-2010). Андеграундный интеллектуал, мистик и оккультист, специалист по эзотерике, его учениками и последователями считают себя известные ныне политики Александр Дугин (Евразийская партия) и Гейдар Джемаль (Исламский комитет). Песни на тексты Евгения Головина исполняли Василий Шумов с группой «Центр», Александр Ф. Скляр («Ва-Банкъ»), Вячеслав Бутусов с музыкантами группы «Кино».

Первая в отечественной истории организация неонацистских боевиков – «Легион «Вервольф» – была создана 20 лет спустя, в конце 1993 года, после завершения памятных трагических событий вокруг Белого дома. ««Легион» привлек внимание СМИ и общества тем, что это была, по сути, первая в тот период полностью «отечественная» группа (сформированная на территории России и из российских граждан), решившая поставить методы массового террора в основу достижения своих политических и идеологических целей», – отмечает Сергей Беликов, автор книги «Наци-боевики».

Главарь «Легиона» Игорь Пирожок и двое его боевиков – Виктор Баранов (по кличке Таббот) и Дмитрий Володин (по кличке Звереныш) – предстали перед судом в марте 1996-го, им инкриминировался букет статей Уголовного кодекса РФ. Пирожок обвинялся в «нарушении национального и расового равноправия», «хулиганстве» и «краже», а Баранов – в «умышленном убийстве», несовершеннолетний Володин подпал лишь под одну статью УК РФ – «укрывательство преступления» и был амнистирован. В 97-м Володин вновь угодит в тюрьму за изнасилование и убийство 14-летней девушки.

Кроме того, Федеральная служба контрразведки предоставила прокуратуре факты, свидетельствовавшие о попытке вервольфовцев поджечь спорткомплекс «Олимпийский» – во время выступления там религиозной организации «Евреи за Иисуса». Неонацисты также планировали серию терактов против секты «Богородичный центр», Демократического союза, Российской коммунистической рабочей партии, а также поджоги кинотеатров, в которых должен был демонстрироваться фильм «Список Шиндлера».

Более полугода шло следствие. Работали две следственные бригады – в Москве и Ярославле. Вдобавок лидер «Памяти» Дмитрий Васильев обратился с заявлением о том, что вервольфовцы ограбили его штаб в Марфо-Мариинской обители в Москве.

Поводом для ареста неонацистов, как указывалось в обвинительном заключении, стали два трупа, обнаруженные на ферме в Ярославской области, которую арендовал приятель Пирожка. Один, с отрезанными ушами, – убитый боевик «Легиона» Валерий Старчиков. Другой, полуразложившийся, – видимо, бомж, личность его так и не была установлена.

«…Сигналом для развертывания оперативной работы о пресечении деятельности группы «Вервольф» явилось поручение Генпрокуратуры РФ Федеральной службе контрразведки (ФСК), которое было дано ей после анализа опубликованной в «Известиях» статьи «Еще не концлагерь, но в бараки на ночь уже запирают», – было заявлено в документе Генеральной прокуратуры РФ. Автором этой статьи и организатором съемки, на которой Пирожок красуется на фоне гитлеровского штандарта, а потом демонстрирует отрезанные уши своего соратника, был ваш покорный слуга, обозреватель «Совершенно секретно».

Когда этот коренастый парень со странной прической привез меня на территорию учебно-опытного хозяйства Тимирязевской сельхозакадемии, я не знал ни его настоящего имени, ни чем он занимается, ни места, где нахожусь, поскольку в машине на глаза мне натянули какую-то вязаную шапчонку. Но уже через час «представлял», что передо мной борец «за великую белую идею», который, покинув баррикады Белого дома, создал подпольную организацию для продолжения борьбы с «мировым еврейством». Мне показали «Майн кампф», испещренный пометками, и процитировали главный пункт устава «Легиона»: «Цель: Окончательное решение еврейского вопроса радикальными методами. Освобождение от химер морали по отношению к недочеловекам. Борьба с неортодоксальными религиозными организациями. Основы нашей идеологии: антикоммунизм, антисемитизм, апартеид, антилиберализм».

Позже вспомнил, что где-то здесь, на территории сельхозакадемии, в 1869 году был убит студент И. И. Иванов – первая жертва Нечаева, создателя террористической организации «Народная расправа» и автора «Катехизиса революционера», ставшего прототипом для одного из героев романа Федора Достоевского «Бесы». Один из пунктов этой настольной книги террориста гласил: «Революционер – человек обреченный… он… разорвал всякую связь с гражданским порядком и со всем образованным миром и со всеми законами, приличиями, общепринятыми условиями, нравственностью «этого мира». (Заметим, что еще в относительно недавние советские времена Нечаев со своими единомышленниками официально входил в коммунистический пантеон мучеников за народное счастье.)

В другой мой приезд Пирожок показал лабораторию для изготовления взрывчатых смесей, в которой колдовал еще живой Валерий Старчиков, «ветеран» войн в Абхазии и Сербии. В леске неподалеку ребята в камуфляже провели несколько поединков рукопашного боя. Словом, за всем этим «тимирязевским хозяйством» чувствовалась рука опытного организатора.

Охранники отлавливали бомжей и делали своими рабами. Некоторые из них становились жертвами садистских экспериментов нацистов. Например, несчастных сталкивали в небольшой пруд, куда были брошены электропровода под высоким напряжением, и глазели на предсмертные корчи людей. Живым жаловаться на своих истязателей не приходило в голову: «Кто поверит?»

В группировке царила жесткая иерархия и дисциплина, строящаяся на беспрекословном подчинении «фюреру».

– Валера, – вдруг заорал Пирожок, – видишь этого человека? – он кивнул в мою сторону: – Запоминай его хорошо. Если с нами что-то случится, возьмешь это.

И он протянул боевику цепь.

– Он что, удавит меня этой цепью? – с глупым смешком спросил я.

– Он приказ не обсуждает и запомнил тебя навсегда. Наши ребята проходят такую морально-психологическую подготовку: надо – сделаем человека, надо – дерьмо, в зависимости от того, каким он нужен организации. После такой обработки всякая информация, приходящая извне, кажется им просто бредом.

Надежным считал фюрер пополнение из среды панков. «Панки беспредельны в своих деяниях: природная агрессивность, идея полного отрицания – главные их черты, – вещал он, – поработай с ними, и они будут отрицать то, что отрицаешь ты».

Пирожок хвастал, что подготовил около двадцати стопроцентных штурмовиков.

– Я прежде всего, – говорил, – приучаю действовать их в «автономных условиях». Если даже нашу организацию раскроют, все они создадут точно такие же.

Нацисты в свободное от охраны время зубрили места из «Майн кампф», подчеркнутые рукой фюрера. Территорию хозяйства они покидали только по приказу. Заработанные наличные деньги шли в общий котел – на питание, обмундирование, оружие и литературу.

– У нас, – разговорился однажды Баранов, – не партия, а вроде иезуитского ордена.

Особенно Пирожок любил разглагольствовать о том, какая это «наука наук» – искусство подчинения человека, «вплоть до зомбирования». Через два года его отец откроет суду секрет навыков работы с «человеческим материалом». Вкус к ней Пирожок обрел, возглавляя комсомольскую организацию в Одесском строительном ПТУ. Запомнилась одна из его характерных сентенций: «Самый дешевый способ подчинить человека – это создать нацистскую организацию. Чтобы стать одним из богов, человек сам готов платить деньги». Бесспорно, Пирожок знал о великой силе человеческого тщеславия и довольно умело пользовался этим. Но сам же пал жертвой собственного тщеславия.

Я предложил фюреру «Вервольфа» сделать телефильм о его боевиках. Было видно, что Пирожку идея понравилась, но жажда славы боролась в нем с рассудком, подсказывавшим, что может последовать наказание. Но за те несколько месяцев, что провели «оборотни» на земле сельхозакадемии, никто не нарушал их покоя. Дирекция знала, кого заполучила в охрану, – и молчала. Знали об этом и в местном отделении милиции. И даже, по словам Пирожка, ему поставляли «на перевоспитание» бомжей, задержанных на улицах. Это место стало пользоваться дурной славой среди слоняющихся окрест бродяг. Поползли слухи, что «оттуда» не возвращаются. Но никого не интересовала судьба бездомных, и он решился, поставив условие, что снимать должна только западная телекомпания. Я выбрал нейтральную Швейцарию и позвонил знакомой журналистке Терезе Обрехт, московскому корреспонденту телевизионного канала TSR.

Бедная европейская женщина, увидев человеческие уши в банке из-под майонеза, должно быть, успела сто раз пожалеть, что ввязалась в эту мрачную «русскую» историю. А я не мог не спросить фюрера, не боится ли он последствий.

– А чего мне бояться? – недоумевал Пирожок. – Вы уйдете, и уши эти я прикажу зарыть.

Вскоре спецназ ФСК повязал неонацистов, в навозной куче раскопали трупы бывшего соратника Старчикова и безымянного бомжа. А отснятый швейцарским оператором сюжет послужил свидетельством существования в Москве ультраправой боевой группировки.

Претенциозное название «Легион «Вервольф» придумал сам Пирожок. В переводе с немецкого Werwolf означает перевертыш, оборотень – мифологическое существо, способное оборачиваться из человека в животное и наоборот. В славянской мифологи это существо называется волкодлак. Более подходящим названием для организации Пирожка и всех других неонацистов, по моему убеждению, является «Упыри». Оно более точно передает психологический тип бритоголовых. Упырь не переживает метаморфоз, переходя из одного вида живых существ в другие. Упырь – это мертвец, который никогда не воскресает.

По народным поверьям, упырями становились умершие внезапной («невольной») смертью, то есть без покаяния и причастия: убитые в драках, опившиеся и самоубийцы. Их было принято хоронить вне кладбищ, в так называемых «убогих домах» – глубоких ямах, вырытых на окраинах городов. Считалось, что земля не принимает таких мертвецов и потому они вынуждены скитаться по миру и причинять вред живым.

Это может означать, что «упырь» «выломался» из человеческого общества, он не ассоциирует себя ни с живыми существами, ни с государством, не считает себя связанным их моральными и социальными нормами. Упырь – исчадие мертворожденного, искусственного общества, лишенного традиций, религии и нравственности.

В своем последнем слове Пирожок заявил суду: «Россия не должна более существовать – хоть монархическая, хоть белая, хоть красная, так как является империей зла, тюрьмой народов, угрожающей не только другим странам, но и самой жизни». Играя роль украинского националиста, главарь «оборотней» говорил, что для него Россия «всегда ассоциировалась с образом врага и с народом, который воспринимал только как оккупантов, с государством, отвратительнее которого я не знал и не знаю».

Другой подсудимый – убийца Баранов-Таббот – «воспользовавшись присутствием журналистов», обратился к министру обороны России с просьбой направить его добровольцем в Чечню и, выдержав по-театральному длинную паузу, добавил: «Я бы там в первую же ночь перерезал все подразделение и ушел к дудаевцам».

Фюрер-Пирожок учил своих подопечных: «Помни «Майн кампф»: сначала убей того, кто рядом с тобой и кто слабее тебя». Человек в глазах упыря – «двуногая вонючка», «кожаный мешок с кровью и дерьмом». Например, в своих инструкциях московские неонацисты давали подробные инструкции о том, как «подмешивать яд в кока-колу и предлагать эти напитки бомжам или уличным попрошайкам, чей вид оскорбителен белому человеку».

В нацистском журнале «Гнев Перуна», выходившем несколько лет назад в Москве, читаем: «Нам нужны не вы, а ваши дети. Это из них мы воспитаем новую расу. Потому что вас уже не переделать. Телевизор, семья, убогие развлечения, модная одежда, забитый холодильник… Если это все, что интересует сегодня белых, то какие же они – белые? Они – мясо и мусор. Белую расу необходимо создавать с нуля».

В настольной книге правых экстремистов – «Дневнике Тернера» – убийство оценивается не как вынужденная мера, а как акт, приносящий удовлетворение и радость. «Что сегодня нужно, так это больше немотивированных убийств: общество надо держать в тонусе».

Неонацистов некоторые ученые-психологи делят на «фанатиков», «агрессоров», «игроков», «попутчиков». Самые опасные – фанатики и агрессоры, для которых нацизм – своего рода религия, точнее антирелигия, или сатанизм. Поэтому ставить им диагноз удобнее, обращаясь к религиозной терминологии.

В «Азбуке славянских бритоголовых», программном для ультраправых документе, в частности, говорится: «Раса – наша религия. И все, что мешает развитию Великой Белой Европейской Расы, должно быть безжалостно устранено».

Кстати, в экспертном заключении Института развития личности Российской академии образования «Легион «Вервольф» признан «неоязыческой деструктивной группировкой».

«Только безбожное язычество может вдохновлять приезжих, какими бы верующими они себя ни называли, на жестокость по отношению к местному населению, в результате чего погибают люди; и только безбожное язычество может породить у местного населения реакцию, в результате которой опять-таки страдают и гибнут неповинные люди», – говорил 17 декабря 2010 года Патриарх Кирилл об истоках межнациональной ненависти.

Рекомендации политологов «срочно лечить социальные болячки, на которых гноятся всякие ультрас», не помогут. Опоздали «поднимать цены на алкоголь, выбивать наркомафию, прежде всего из школ». И карательные меры не спасут: невозможно обеспечить «неотвратимость наказания» тысячам требующим смерти «инородцам». Научить бы подростков для начала тому, «что такое хорошо и что такое плохо».

Незадолго до того как в Тимирязевке тайно обосновалась боевая террористическая группировка, студенты престижных московских вузов легально создавали неонацистские организации. Национал-социальный союз (НСС) в 1990-1992 годах был, пожалуй, самым сильным. Название рождалось в муках, ему мистически настроенные нацисты придавали особый смысл. Сошлись на НСС: все-таки почти СС.

Структурно организация делилась на отделы: организационный, идеологический, военный и пропагандистский. Виктор Якушев был председателем и возглавлял идеологический отдел, Игорь Вагин – организационный, Андрей Попов – военный.

Якушев – выпускник экономического факультета МГУ, Вагин и Попов – курсанты юридического факультета Военного института, одного из самых, пожалуй, элитарных вузов Министерства обороны СССР, в котором куются кадры для ГРУ и прочих контор невидимого фронта.

Программку наскоро сварганили из гитлеровских тезисов: «белая раса…», «мировое еврейство…» и т. д. Энэсэсовец, художник-любитель, вырисовал партийный герб: орел, держащий в когтях круг со свастикой.

Рассказывают, друзья подарили Андрею Попову в день его рождения туристский топорик, на котором было выгравировано «топор-жидоруб». Это «говорящее» оружие хранилось под кроватью в курсантском общежитии. И хотя Вагин и Попов могли прийти в институтскую столовую, нацепив на морскую фланельку побрякушку со свастикой, они были на хорошем счету. Отличники боевой и политической… Вагин к тому же был членом комитета ВЛКСМ института, бессменным комсоргом группы. Издавали стенную газету «Отечество», в которой публиковали статьи о масонстве и всемирном сионистском заговоре.

Якушев вскоре нашел выход в «большую политику». Весной 1991 года Жириновский назначил его руководителем московского отделения ЛДПР и молодежной организации. На сходках энэсэсовцев часто дебатировался тогда вопрос: «надо ли нам работать на еврея?» Мнения расходились, иногда вплоть до рукоприкладства.

Игра в «большую политику», превратившаяся в измывательства над покладистым «Жириком», вскоре наскучила нацистам. Нацисты «развлекались» тем, что время от времени совершали налеты на азербайджанских торговцев или задирали в метро лиц «характерной наружности». Якушев, от которого соратники требовали «настоящего дела», скорбно пролистывал Уголовный кодекс и отмалчивался…

В 1995 году в Москве прошло учредительное собрание партии «Национальный фронт» (ПНФ), партии, как указано в ее «политических принципах», «арийского самосознания, являющейся частью движения сопротивления Белого народа». ПНФ являлся политической «ипостасью» оккультно-расистской Церкви Нави («Церкви священной белой расы»), учение которой состоит из языческих «ариософских» спекуляций, заимствованных из писаний чилийского фашиста Мигеля Серрано. Большинство энэсэсовцев перетекло в этот фронт. Фюрером партии стал Илья Лазаренко, студент 4-го курса Московского юридического института. Среди членов партии был Денис Бульбов, сын заместителя начальника отдела военной контрразведки ФСК РФ. (Отец – генерал-лейтенант Александр Бульбов – дослужился до поста начальника Департамента оперативного обеспечения наркоконтроля (ФСКН), 14 декабря 2010 года его приговорили к трем годам (условно) по статье о мошенничестве.)

Одновременно появился Русский национальный союз (РНС) Константина Касимовского, наполовину состоявший из бритоголовых. В РНС существовал отдел по работе со скинхедами, в партийной газете «Штурмовик» постоянно публиковались материалы, предназначенные для аудитории из скинхедов. В конце 1990-х годов РНС распался, часть бритоголовых выделилась в «Московский скинлегион».

Нацистская грибница выпустила споры, которые разнес по стране «ветер перемен».

В январе 2009 года 29-летний выпускник исторического факультета МГУ Никита Тихонов, член неонацистской группировки «Объединенная бригада-88», как свидетельствуют материалы уголовного дела, застрелил адвоката Станислава Маркелова. Убийство было хладнокровно совершено в многолюдном месте центра Москвы, неподалеку от метро «Кропоткинская». Нацист не пожалел журналистку Анастасию Бабурину, которая сопровождала адвоката. Молодая девушка скончалась позже в больнице от тяжелого ранения в голову. Убийство вызвало сильный резонанс в прессе, и уже через полгода убийца со своей подельницей был арестован.

Если в 90-е годы члены боевых неонацистских организаций в России отваживались на убийство крайне редко, то в XXI веке ситуация резко переменилась. Счет жертвам упырей перевалил за десятки и измеряется сотнями. Неонацисты стали представлять реальную угрозу для любого, подчеркнем, любого, кто может оказаться в поле их зрения.

Вечером 30 октября 2001 года Москву сотряс царицынский погром. Две-три сотни бритоголовых, вооруженных кусками арматуры, набросились на торговцев продовольственного рынка рядом со станцией метро «Царицыно». Милиции удалось остановить погром, только открыв предупредительный огонь в воздух. Погибли 37-летний армянин, 35-летний гражданин Индии и 18-летний таджикский гастарбайтер.

Предполагают, что одной из групп, организовавших погром, была упомянутая выше «Объединенная бригада-88». «ОБ-88» появилась в 1998 году в результате слияния московских скин-групп «Лефортовский фронт» и «Белые бульдоги».

В 2001-м питерские скинхеды создают печально знаменитую группировку «Шульц-88». Ее лидер – Дмитрий Бобров («Шульц») – попытался собрать всех скинхедов города под одну крышу, чтобы перейти от эпизодических избиений инородцев к систематическому террору. Члены группировки исповедовали примитивный нацизм. В уголовном деле фигурировало 15 нападений на лиц с «неславянской внешностью». (Приговор по делу бригады «Шульц-88» был вынесен 14 декабря 2005 года.)

Но и эти акции устрашения показались боевикам Алексею Воеводину и Дмитрию Боровикову слишком мягкими. Еще до разгрома «Шульц-88» они создают организацию «Мэд крауд» («Бешеная толпа»), основу которой составили футбольные фанаты. Эта группа действовала более активно и жестко, чем «Шульц-88». Бригада устраивала погромы на рынках, организовывала массовые беспорядки. Позже решили: хватит заниматься ерундой, надо убивать, помногу и жестоко, чтобы о тебе заговорили средства массовой информации. Но в середине 2006 года группировка Дмитрия Боровикова была раскрыта (по сути, случайно) правоохранительными органами С. – Петербурга.

Членам «Мэд крауд» в момент ареста было 21-22 года. Многие из них происходили из хороших семей, были студентами известных вузов, увлекались историей и философией. Они, кстати, специально изучали опыт членов «Легиона «Вервольф», но были изощреннее своих предшественников в подготовке преступлений.

Кровавую эстафету принимают упыри Москвы: взрыв на Черкизовском рынке 22 августа 2006 года унес жизни четырнадцати человек, число раненых достигало шестидесяти. Сыщики вышли на группу Королева – Тихомирова. Выяснилось, что эти неонацисты совершили не менее семи взрывов в различных районах Москвы и Московской области. Члены московской группировки вели жизнь обычных студентов, стараясь не афишировать свои радикальные взгляды, и казались добропорядочными членами социума.

До начала 2000-х годов члены праворадикальных групп практически не совершали подрывов. В 2003 году московская милиция раскрыла, пожалуй, первое преступление правых радикалов, связанное с применением взрывчатых веществ – взрыв закусочной «У Вартана» в Северном административном округе.

По данным исследователей, в 2007 году на территории Российской Федерации действовала 141 молодежная ультраправая группировка. В 2008 году их нападению подверглись не менее 525 человек, 97 из которых погибли.

По данным правозащитных организаций, только летом 2009 года неонацисты совершили нападения в 15 регионах России. Пострадал 91 человек, 10 из них погибли.

Год назад, в феврале 2010 года, Верховный Суд РФ запретил деятельность международного общественного объединения «Национал-социалистическое общество» (НСО) на территории России. Заседание суда проходило в закрытом режиме в связи с секретностью дела. Известно, что раньше к НСО примыкала бригада наци-скинов «Формат-18» Максима Марцинкевича (кличка Тесак), который в 2008 году был приговорен к трем годам лишения свободы за «возбуждение национальной вражды с угрозой применения насилия».

Организатор НСО Дмитрий Румянцев раньше состоял в Национал-социалистическом движении «Славянский союз» (НСД СС), которым заправляет Дмитрий Демушкин. Оба нациста – выходцы из Русского национального единства (РНЕ) Александра Баркашова, уже сошедшего с политической арены.

В 2005 году весь мир обошел фотоснимок, запечатлевший два десятка бритоголовых под флагом «Славянского союза» со стилизованной свастикой. Осенью 2006 года в СС вступил депутат Государственной Думы Николай Курьянович, бывший член фракции Владимира Жириновского, и до конца 2007-го Демушкин являлся помощником этого депутата на общественных началах.

Весной 2010 года при обыске в одной из петербургских квартир нашли человеческую голову и фрагменты рук, хранившиеся в морозильной камере на кухне. Жилище использовалось группировкой NS/WP в качестве штаб-квартиры.

Летом 2010-го начался судебный процесс над неонацистами из «НСО-Север» – подпольной боевой группы Национал-социалистического общества. Четырнадцать боевиков обвиняют в 27 убийств и в покушении на терроризм (попытка взорвать ГЭС). Отморозки начали кровавый путь с убийства своего соратника Николая Мельника, которого заподозрили в сотрудничестве с милицией. Его труп расчленяли под запись видеокамеры, а видеосъемку разместили в Интернете.

«Совершенно секретно» располагает протоколом допроса одного из боевиков Константина Никифоренко, в котором тот рассказывает о серии уличных убийств (среди убитых есть русский) и по-будничному скучно описывает детали «разделки» трупа соратника: «Мы положили тело Мельника в ванную. Юров поставил видеокамеру на штатив. Я взял свой нож с деревянной ручкой без упора и отрезал Мельнику правое ухо, затем начал отрезать Мельнику голову, при этом я резал в области шеи от затылка к горлу…»

Среди бритоголовых упырей выделяется студентка факультета журналистики МГУ Василиса Ковалева (кличка Лиса), пришедшая собирать газетный материал о нацистах, да так и оставшаяся среди них.

Большинство нацистов познакомились через Интернет, общаясь на форуме сайта НСО. Вступая в группировку, они сдавали «кандидатский минимум» – вели «пропаганду идей НСО, в первую очередь в Интернете». Никифоренко нарисовал общую схему организации неонацистов. «Главный по «ячейке» руководит всеми «звеньями» (низшими организационными единицами НСО). В звене находится до 6 человек. Ячейки объединяют звенья по региональному признаку. В среднем в ячейке находится 5-6 звеньев. Ячейки, в свою очередь, объединяются в организацию, которую возглавляет политсовет. Вся деятельность НСО строится на принципе конспирации, то есть члены одного звена не знают членов другого звена, тем не менее все желающие ходят на тренировки по рукопашному бою, ножевому бою…»

Политологи отмечают, что стали появляться «радикально-националистические группы представителей меньшинств, объединенные по региональному признаку», то есть, например, кавказские неонацисты – в противовес славянским. Россия, таким образом, стоит на пороге войны «всех против всех». Английский просветитель Томас Гоббс писал, что любое государство начинается с установления «монополии на казнь». Массовый терроризм разрушает эту главную монополию, а значит, и само государство.

…11 декабря 2010 года в московском Манеже сучил ножками и агукал, широко улыбаясь беззубым ртом, младенец. Зачатый сорок лет назад, появившийся на свет в начале 90-х. Он попытался приподняться, держась за стенки своего манежа. Страна, прильнув к телевизорам, наблюдала за маленьким существом – кто с ужасом, кто, увы, с восхищением. Скоро ребенок встанет на ножки и пойдет…

Свастика на мундире военного прокурора

Известно из советской истории: начиная с Ленина русский юрист часто ходил в политику (а сын его и ныне там) и если удачно – финишировал или путчем, или революцией (что, впрочем, часто одно и то же). А если и не удавалось ему достигнуть вершин, как, например, бывшему начальнику Бутырской тюрьмы, то уж во вверенном ему райсовете непременно устроит какой-нибудь эксцесс вроде штаб-квартиры баркашовских нацистов. Таковы факты, и пишу это недоумевая, а не затем, чтобы опорочить всех без разбору блюстителей закона: «Нет управы на этих фашистов. Откуда только такие берутся? – сами удивляемся, глядя на молодчиков со свастикой, марширующих в центре Москвы. Действительно, откуда!

Недобрав баллов для поступления в Харьковский госуниверситет, Игорь Вагин вернулся в родной Мариуполь. Временно перешел в пролетариат, чтобы летом вновь взвиться абитуриентом.

Два предыдущих года он провел в Индии вместе с отцом, откомандированным туда для поднятия национальной металлургии. Азы английского языка, освоенные на далекой стройке, плюс рабочий стаж давали надежды на перспективы. И они свершились: в 1987-м Вагин был зачислен на 1-й курс юридического факультета Военного института – одного из самых, пожалуй, элитарных вузов Министерства обороны бывшего Союза (в нем и до сих пор куются кадры для ГРУ и прочих контор невидимого фронта).

Москва конца 80-х, только что освободившаяся из гэбистских тенет, ошарашила провинциала невиданной гласностью, толпами политических «тусовок». Однажды Вагин и его однокашник Андрей Попов, прогуливаясь во время увольнительной, забрели в один из импровизированных гайд-парков, шумевший неподалеку от редакции «Московских новостей». Их заинтересовала перепалка высокого молодого блондина с «типом в пенсне» профессорского обличья. Парень кричал, что демократам место в Израиле, «профессор» защищал академика Сахарова. Спор выиграл блондин, смахнувший кулаком каракулевый пирожок с головы оппонента.

Познакомились. Сторонник сильных аргументов Виктор Якушев, недавний выпускник экономического факультета МГУ, рекомендовался: «Стою на позициях православного фашизма. Член «Памяти». Вы, я вижу, ребята – военные, за такими, как вы, – будущее. А этих интеллигентиков передавим».

Польщенные курсанты стали посещать сборища «памятников». Им с радостью давали «почитать» антисемитскую литературу. Тогда же они проштудировали «Майн кампф». Ощутив пропагандистский зуд, ксерокопировали и распространяли в институте антисемитскую литературу.

Друзья подарили Андрею Попову в день его рождения туристский топорик, на котором выгравировали «топор-жидоруб». Особым шиком среди них считалось прийти в институтскую столовую, нацепив на морскую фланельку побрякушку со свастикой. Попов как-то умудрился затеять переписку с членами Ирландской республиканской армии, от которых получал листовки и брошюрки с инструкциями, как «вести подпольную борьбу».

Бывший замполит курса полковник Василий Белоусов (сейчас он старший преподаватель) до сих пор с теплотой вспоминает о Попове: «Неплохой был парень, интеллектуально развитый». И Попов, и Вагин действительно были на хорошем счету. Отличники боевой и политической… Вагин к тому же был членом комитета ВЛКСМ института бессменным комсоргом группы.

Оба – активные общественики: в частности, они издавали стенную газету «Отечество», в которой публиковали статьи о масонстве и всемирном сионистоком заговоре. В 90-м году начальство предлагало курсанам баллотироваться в ВС СССР, но Попов «не захотел», a Вагин «по возрасту не вышел».

Но не все протекало гладко, жизнь иногда преподносила курсантам неприятные сюрпризы. Как-то Попов, познакомившись с гражданином Ливии, решил летом повоевать в «антисионистских» отрядах Каддафи.

Но компетентные органы сорвали «сафари», задержав его по дороге на явочную квартиру. При обыске в его общежитской комнате нашли «топор-жидоруб», листовки ИРА, переведенные на русский язык, «Майн кампф», нацистскую символику.

Что было потом, никто не знает (сам Попов отмалчивался, но вид имел вполне беспечный). Доподлинно известно лишь одно: другой курсант, попавшийся с колодой порнографических карт, выходя из спецчасти, дрожал осиновым листом.

…Учились в национал-СС. Во все годы пребывания в стенах Военного института Вагина и Попова (так вышло) их больше пестовал упомянутый Виктор Якушев. Он был для будущих военных юристов наставником, душеприказчиком, знаменем, и следовали они за ним неотступно, как ни извилист был маршрут.

Осенью 90-го, поругавшись с Васильевым, он вместе с Александром Баркашовым основал неонацистское движение Русское национальное единство. Эти два фашиста – бывший рабочий, обладающий организаторскими способностями, и интеллектуал с университетским образованием – вроде бы хорошо дополняли друг друга. (Кстати, название партийной газеты РНЕ «Русский порядок» придумал не кто иной, как Якушев.)

Но фюреры не прощают чужое превосходство, и каждый из них замаршировал «своим путем». Вскоре Якушев заявил о создании собственной группировки – национал-социального союза. Название рождалось в муках, ему мистически настроенные нацисты придавали особый смысл. Сошлись на НСС: все-таки почти СС.

Программку наскоро сварганили из гитлеровских тезисов: «белая раса…», «мировое еврейство…» и т. д. Энэсэсовец, художник-любитель, вырисовал партийный герб: орел, держащий в когтях круг со свастикой.

Герб вывешивали в «красном уголке» жэка на Мосфильмовской улице, неподалеку от дома Якушева. Сам фюрер, восседая под орлом, регулярно читал «общеобразовательные лекции» для своих соратников на произвольные темы, например, «Почему мы не любим евреев» или «Как бороться с евреями». Когда тема исчерпалась, договорились о встречах в том же месте с «патриотически настроенными» преподавателями, читавшими в Военном институте спецкурс по дезинформации. Качкам в черных рубашках давали список книг, заставляли прочитывать ежедневно по 50 страниц. Тем, кто «тянулся к знаниям», настоятельно рекомендовали поступать в институты и даже оказывали через знакомых протекцию. Боевая подготовка также не была в загоне. Члены НСС тренировались в секции каратэ, которую вел один известный в Москве мастер. А командование Военного института разрешило штурмовикам совершенствоваться на институтском полигоне (не знаю, было ли ему известно – для кого такая честь?).

Мало кому известно, что в 1990-1992 гг. НСС был, пожалуй, самой сильной в России неонацистской группировкой. В ее рядах состояли 200-300 физически подготовленных боевиков с тщательно промытыми мозгами.

Структурно организация делилась на отделы: организационный, идеологический, военный, боевых отрядов и пропагандистский. Якушев был председателем и возглавлял идеологический отдел, Вагин – организационный, Попов – военный. Боевые отряды НСС делились на «тройки», «пятерки» и «десятки» – они представляли собой «нелегальные структуры».

Партийная касса – своего рода «общак» – складывалась из взносов энэсэсовцев и спонсорских вкладов (чьих?..). Откровенной вербовкой в НСС никто не занимался, не было нужды – от желающих отбоя не было. «Для нас главным было создание своего рода ордена или клана, – сказал мне Вагин. – Другая задача, не менее важная, – это внедрение своих людей в коммерческие и властные структуры».

Вряд ли удалось полностью осуществить эти грандиозные планы. Контингент, по словам Вагина, был странным: НСС наполовину состоял из интеллигенции, наполовину из полукриминальных субъектов.

– Был у нас такой Сергей Коркин, наполовину грузин и маленького роста, – рассказал Вагин, – считавший себя откровенным нацистом. «Знаешь, – как-то сказал он мне, – когда накурюсь анаши, снятся мне нацистские сны: представь, иду я в черном галифе, а по бокам две высокие арийки».

И хотя энэсэсовцы, множась, крепли, Якушев искал выход в «большую политику», видя за своей организацией «грех сектантства». Так скрестились судьбы наших юристов.

– Весной 1991 года, – вспоминает Вагин, – Виктор сказал: «Поехали к Жириновскому, обхохочешься». По всему было видно, что Якушев оказался в штабе ЛДПР не в первый раз. Жириновский обращался к нему по-свойски, но было заметно, что он его слегка побаивается. Мы сразу выложили карты на стол: есть люди, которые могут помочь тебе провести предвыборную кампанию.

К тому времени НСС располагал двумя десятками членов, подготовленных вести агитацию на вполне профессиональном уровне. Они практиковались на Жириновском. Помните молодых людей, которые – где-то на повышенных, а где-то на пониженных тонах – доказывали, что «только Жириновский защитит русских»? А цветные плакаты с физиономией кандидата в президенты, налепленные на столбах и в подземных переходах, помните? Это все – дело рук НСС, единственной организованной силы, поддержавшей тогда ЛДП СССР.

Жириновский в благодарность выделил энэсэсовцам три ответственных партийных поста: руководителей московского отделения и молодежной организации, а также заместителя управделами. Первые два занял Якушев, последний – Вагин.

Августовский путч Жириновский, как известно, благоразумно переживал в подмосковном пансионате. Но кто знает, что в это время его молодцы кутили на партийные денежки? Когда пришел срок платить за отдых, курьер, командированный «отцом нации» за казной, обнаружил лишь нескольких в стельку пьяных горлопанов.

Нельзя сказать, что именно тогда испортились отношения между Жириновским и Якушевым с Вагиным. Ибо, по большому счету, не НСС нуждался тогда в ЛДП, а «сын юриста» был заинтересован в «дисциплинированных ребятах», способных по приказу делать любую черную работу. На сходках энэсэсовцев, кстати, часто дебатировался вопрос, «надо ли нам работать на еврея»? Мнения расходились, иногда вплоть до рукоприкладства.

– Над Жириновским мы смеялись откровенно, в лицо, в грош не ставя, – рассказывает Вагин. – Однажды приехали в аэропорт «Шереметьево» встречать его. Прилет самолета задерживали, и мы прочно сели в ресторане. Когда Жириновский приземлился, никто из нас твердо не мог стоять на ногах. Кое-как уселись в председательскую «Волгу», посадили девчонок и с шиком покатили в Москву, оставив «Жирика» куковать с чемоданами.

Игра в «большую политику», превратившаяся в измывательства над покладистым «Жириком», вскоре наскучила нацистам. Почти одновременно, в начале 92-го, НСС стал разлагаться. Лекции уже были прочитаны, полученные знания требовали применения, и нацисты развлекались тем, что время от времени совершали налеты на азербайджанских торговцев или задирали в метро лиц «характерной наружности». Их иногда задерживала милиция, но потом «по звонку» отпускала. Якушев, от которого соратники требовали «настоящего дела», скорбно пролистывал Уголовный кодекс и отмалчивался…

Недоучившись год, Вагин с 4-го курса Военного института перешел в Московский заочный юридический институт и одновременно поступил на службу в Бауманский райотдел ОБХСС. «Появилась семья, – объяснил он свое решение, – надо было ее кормить. Да и по распределению мне светила только тмутаракань».

Борьба с экономической преступностью была особенно хороша тем, что не отвлекала от политики и где-то стыковалась.

– Однажды нам приказали искоренить несунов на кондитерской фабрике имени Бабаева, – вспоминает Вагин. – Чтобы «накрыть» все щели, требовалось большое количество людей, которых не было в нашем управлении. Я, договорившись с начальством, позвонил командирам «десяток» НСС, и через час наши ребята в черных беретах уже «мочили» воришек.

Вагин не скрывал от сослуживцев своей принадлежности к нацистской группировке, любил поразглагольствовать о своей ненависти к «цветным». Экстравагантные взгляды молодого милиционера не были секретом и для его начальства. Но только однажды начальник отдела, вынужденный, видимо, «отреагировать на сигнал из органов», вызвал его в кабинет: «Ты знаешь, что сотрудникам милиции запрещено состоять в политических партиях?» – «Знаю и поэтому не состою. А мои убеждения являются сугубо частным делом», – и разговор был окончен.

В 1992 году на территории Бауманского района столицы стали в изобилии возводиться фешенебельные офисы крупных банков. Вагину, как перспективному сотруднику, поручили их курировать. Надо сказать, что он очень скоро вник во многие тонкости банковского бизнеса.

В стиле жизни милиционера-нациста шокировало коллег лишь одно – три его личных автомобиля, рядком припаркованных у отдела ОБХСС. Хотя и куплены они были, как говорит Вагин, на его трудовые, кровные. В частности, «Ниссан», бывший личный автомобиль жены корейского посла, приобретен был через Управление дипломатического корпуса МИД за 200 долларов.

В 1993 году Вагин – роковым образом – «попал» под закон о коррупции: «Мне инкриминировали взятку – ящик водки. (Смешно. Больше года в «Матросской Тишине», пока шло следствие. Летом нынешнего года суд вынес свой приговор: два года, условно.

А как сложилась судьба его однокашника и соратника по НСС? Андрей Попов благополучно окончил институт и отправился по распределению в Североморск, где до сих пор трудится в военной прокуратуре (для несведущих сообщаю, что в Североморске находится база Северного флота).

Потом Вагин работал заместителем директора фабрики-кухни. Четыреста человек в подчинении и карт-бланш в хозяиственной инициативе, как он говорит. Но масштаб не тот, да и душа просит работы по специальности. В его планах создание бюро, оказывающее информационно-юридические услуги по заказу банков: сбор сведений и проверка надежности партнера, адвокатура и др. Кстати, подобной деятельностью сейчас занимается и бывший фюрер НСС Якушев, возглавляющий фирму «Фауран». (Быть может, здесь и лежит ответ на вопрос: кто спонсирует фашистов?)

– Ну а политика – побоку? – спрашиваю Вагина.

– Нет, – отвечает, – я по-прежнему остаюсь нацистом по своим убеждениям. Но, к сожалению, мои политические взгляды и профессия как-то не срослись: может быть, я родился не в то время. Даже обидно: слышу из уст разных политиков свои идеи, которые вынашивал годами, а воплощает их другой.

Впрочем, Вагин не исключает того, что, отдохнув от тюрьмы, вскоре вернется в политику: «Моя судимость сейчас даже плюс – пострадал от демократов». А сколотить команду, по его словам, не составляет труда: «По первому моему звонку соберутся несколько десятков энэсэсовцев».

Где же сейчас бывшие члены НСС?

Около месяца назад в Москве прошло учредительное собрание партии «Национальный фронт», партии, как указано в ее «политических принципах», «арийского самосознания, являющейся частью движения сопротивления Белого народа». Большинство энэсэсовцев перетекло в этот фронт.

А фюрером партии стал некий Илья Лазаренко, студент 4-го курса Московского юридического института.

Юрист передал юристу нацистскую эстафету.

Неонацистский бизнес

Ведь кто-то вкладывает деньги в фашиствующих политиков и солидные в сумме тиражи нацистских изданий! Этот вопрос долго не мог оставаться без ответа. Мне удалось побеседовать с представителем так называемого «нацистского бизнеса», который в 1990-м создал фашистскую партию, в 1992-м стал преуспевающим предпринимателем и в 199… собирается вернуться в политику. Одним из тех, кого г-н Жириновский именует «молодыми волками». То, что это явление закономерно в существующих в России условиях, свидетельствует специалист в области стабилизации экономики.

На презентациях случается непротяженный момент истины. Когда из-за дармовой выпивки еще не ускользает из-под ног паркет, но уже хочется сдернуть тугой галстук и заговорить о наболевшем. На презентациях случается непротяженный момент истины. Когда из-за дармовой выпивки еще не ускользает из-под ног паркет, но уже хочется сдернуть тугой галстук и заговорить о наболевшем.

Такой момент и застал меня врасплох на юбилее одной из очень почтенных фирм:

– Пока армянину не пришлешь почтой глаза его дочки, он не поймет, будет деньги назад требовать. (В ответ – хохот.) – Вообще, что сегодня нужно, так это больше немотивированных убийств: общество надо держать в тонусе.

Стоявшие рядом двое молодых мужчин, по облику весьма преуспевающие, пошло хохмили – так мне поначалу казалось. Но на то и презентации, чтобы знакомиться: так я узнал поближе двух бизнесменов. (По понятным причинам не буду называть их полных имен.) Один – Виталий – тридцати пяти лет, окончил МГУ. Другой, помимо коммерческой деятельности, учится в московском юридическом институте. Оба – из близкого окружения г-на Жириновского, первый – в прошлом, второй – в настоящем.

Фирма, которую возглавляет Виталий, «оказывает информационные услуги». 21 апреля, в день, им назначенный для встречи, он сидел в ресторане «Золотое руно», за столиком, уставленным пустыми бутылками: «Вчера отмечали день рождения Адольфа и вот перебрали».

– Вы что, серьезно тогда, на презентации, говорили о немотивированных убийствах?

– Хохма это, конечно. Но если серьезно, наш бизнес – жестокая штука. Чтобы отвоевать себе пространство на рынке, приходится иногда и кровь пустить. Но мы (смеется) практикуем это только в отношении неарийских рас.

– Мне известно, что многие профашистские группировки в России, – спрашиваю председателя межрегионального фонда «Преодоление» Владимира Казанцева, специалиста в области программ экономической стабилизации, – занимаются обычным рэкетом. Но можно ли на этом сколотить приличный стартовый капитал?

– Вполне. В России существуют три вида рэкета – государственный, уголовный и новый экономический, – отвечает Казанцев. – И одна из самых опасных его форм – создание информационной сети, которая будет держать под «колпаком» тысячи предпринимательских структур.

Сейчас в стране идет массовое перераспределение государственной собственности. Есть очень богатые, которые успели «отщипнуть» от госсобственности, затем средний, весьма размытый по своим признакам класс и, наконец, 70 процентов россиян, оказавшихся за чертой бедности. То есть класс собственников, гарант стабильности в России, так и не создан, считает Казанцев. Прибавим идеологический вакуум, создавшийся после краха коммунистический системы, и нетрудно понять, что страна катится к катастрофе.

– В такой ситуации, – продолжает Казанцев, – Жириновский вполне может прийти к власти. Он говорит: расширьте границы, завоевывайте юг. А эта идея страшна тем, что экспансия в какой-то период, весьма короткий, но действительно может обеспечить стране стабильное существование. Другими словами, произойдет реанимация сталинской экономической машины. 5-10 процентов населения скупят парламент, армию и создадут новый тоталитарный режим.

В ресторане Виталий поведал мне, что существует особая «нацистская» экономика.

– Проиллюстрирую простым социально-экономическим примером, – говорит он. – Ось уровня жизни проходит по линии «Север-Юг»: скандинавские страны – наиболее богатые, африканские – беднейшие. Таким образом, чем больше в стране арийцев, тем лучше люди живут.

– Нацист должен быть в дорогих ботинках, ездить на иномарке и носить свастику, – собеседник извлек из-под модной рубашки золотой медальон с изображенной на ней свастикой. – Я поддерживаю Жириновского – это наш президент, носитель нашего мировоззрения.

– В чем заключается это мировоззрение?

– Объяснять долго, да и не поймете. Но опять приведу такой пример. Скопил бизнесмен на благотворительность, скажем, тысячу долларов. Носитель старого мировоззрения отнесет эту «штуку» в больницу или дом для престарелых. А я приеду в суворовское училище, найду мальчишку, у которого лучшие отметки по учебе и боевой подготовке, и отдам ему эту тысячу. – А что дальше?

– А дальше с нашим приходом Россию ждет стабилизация. Те пять процентов населения, которые по генотипу имеют право претендовать на хорошую жизнь, получат свои две тысячи «зеленых» в месяц. И остальные будут жить хорошо, они получат, что хотят: домик, спортзал, штангу, женщину, хлеб…

Если у властей, говорит председатель «Преодоления», нет стратегической концепции переустройства общества, то надо выбирать «самую естественную» – строить «государства для человека». Стабилизация может достигаться или массовыми расстрелами, или переделкой структуры общества, то есть бескровным созданием социальной базы долевого распределения национального богатства и формирования класса собственников.

Необходимо разделить госсобственность в равных долях между гражданами и закрепить это законодательным актом. Возродить класс имущих, гарантию стабильности, продав собственность через открытые аукционы. Средства от продажи, вложенные в единый фонд, по типу Сбербанка, будут давать прибыль, часть которой равномерно распределится между гражданами страны.

Только так, считает Казанцев, можно противостоять «нацистскому» бизнесу молодых волков Жириновского. И делать это надо уже сейчас, через несколько лет, возможно, будет поздно. Поскольку, считает он, ваучерная приватизация, к сожалению, не дала реального эффекта. По его «самым скромным прикидкам», на каждого жителя России приходится не менее ста тысяч долларов от общего национального достояния.

– Жириновскому не откажешь в способности держать нос по ветру, – говорит Казанцев, – сейчас он предлагает внешне похожую систему переустройства экономики. Но одно лишь неясно, кому достанется в случае «если президентом буду я» большая часть богатств. Боюсь, что его «молодым волкам», к которым он настойчиво обращался в своей статье, опубликованной в «Известиях».

«Молодой волк» Виталий сказал, что через полтора года, а может быть, и раньше он станет депутатом Госдумы.

– Приду в Госдуму делать шоу, политика – это ведь шоу, на которое сейчас есть определенный социальный заказ. Жириновский – тому подтверждение.

Чтобы поставить точку в этой истории о «нацистском бизнесе», повторю слова одного известного бизнесмена: «Предвыборная кампания в Госдуму окупается за два, от силы три месяца».

На снимке: в московском дорогом ресторане «Золотое руно» метрдотель приветствует:

«Хайль Гитлер, господа бизнесмены!» Двойник немецкого фюрера ублажает клиентов и пользуется не меньшим успехом среди них, чем исполнители блатных песен и стриптизерки. Александр Шишкин сказал корреспонденту «Известий», что его поразительное сходство с Гитлером все чаще находит отклик в душах российских предпринимателей, что позволяет ему не думать ежедневно о хлебе насущном. «Я всем в своей жизни обязан фюреру», – говорит он. Таков рынок: спрос на нацизм рождает предложение…

Гешефт на фашистах

Баркашовских неонацистов извлек из небытия и обеспечил стартовым капиталом Борис Березовский. Для тех, кто не знает: на лавочно-ростовщическом жаргоне гешефт это спекулятивная, выгодная сделка, часто сомнительная с точки зрения закона. Лесков описывал одного гешефтиста, который «в акте найма усмотрел превосходный способ обделывать дела путем… профанации религии и закона». Превосходная характеристика, данная классиком, как нельзя лучше подходит и к нашему олигарху. Обделав один свой гешефт, Березовский добился в 1995 году безусловного личного влияния на компанию «Аэрофлот». И с той же степенью безусловности он наплевал на то, что результатом этой сделки для всего общества стало… возрождение неонацистской организации, с которой пока безуспешно борются Минюст и Лужков, СМИ и отдельные граждане. У нас есть своеобразный «акт найма» Березовским Русского национального единства (РНЕ).

Если кто не помнит, РНЕ возникло в 90-м, когда Баркашов с группой единомышленников вышел из «Памяти». Этот костяк вскорости оброс «соратниками» и «сочувствующими». Все вместе они стали упражняться в стрельбе, ходить строем и распространять «Русский порядок» газетку, излагающую убогие соображения своего фюрера, электромонтера по образованию, языком караульного устава.

Баркашовцы маршировали по московским улицам, эпатируя прохожих стилизованной свастикой на рукавах. Это было в диковинку и одновременно шокировало. О «коричневой угрозе для молодой демократии» дружно заговорили газеты. Президентская администрация засучила рукава. Издала указ о борьбе с проявлениями фашизма и политического экстремизма. Стали бороться, а получился пшик. Но не потому, что «коричневые» нарастили силу непреодолимую. Наоборот, в начале 90-х РНЕ, весьма малочисленное, абсолютно не имело массового влияния. С кем и зачем, спрашивали правоохранительные органы, тут бороться: было бы болото, а черти найдутся.

Среди сегодняшних фашиствующих бесенят не видно пока ни силы, ни фигуры, которая могла бы соорудить из наличного материала здание диктаторского режима, соглашался директор ВЦИОМа Юрий Левада. (Хотя и предупреждал: «Материал этот опасен, только собранный воедино, превращенный в некую конструкцию».)

Тогда ни о какой «конструкции» не могло и речи идти. Подлинные силы и возможности РНЕ проявились в дни октябрьских событий 93-го. Баркашов смог поставить на «защиту» Белого дома чуть более ста боевиков, треть которых даже не состояла в рядах организации. И о самом фюрере впервые по-настоящему узнали только благодаря неразборчивому в связях Руцкому.

4 октября, день захвата Белого дома, стал последним для РНЕ. Баркашовцы смогли уйти подземными ходами. Опасаясь репрессий, они попрятались кто где мог. Сам Баркашов и его первый заместитель Алексей Веденкин (впоследствии он сыграет ключевую роль в сделке Березовского), прихватив с собой нескольких братков из казанской группировки, отправились в Брест, чтобы эмигрировать на Запад. Но что-то у них разладилось. и Баркашов вернулся. В декабре его арестовывают в одном из подмосковных военных госпиталей.

Когда фюрер вышел на свободу по амнистии, соратники обвинили его в «трусости и предательстве». Движение, и без того малочисленное, раскололось на несколько карликовых группировок. К середине 1994 года РНЕ фактически перестало существовать.

Не менее драматичными были те дни и для Березовского. В сентябре 1993 года автостоянки «Логоваза» трижды подвергались нападениям бандитов. Забросали гранатами и расстреляли из гранатометов его машинные парки в Крылатском и на Хорошевке.

Весной 94-го с дверной ручки в квартире Березовского сняли гранату. В июне бизнесмен чудом остался жив, когда рядом с его 600-м «Мерседесом» взорвался начиненный взрывчаткой автомобиль. Через неделю в окно подконтрольного ему «Объединенного банка» влетела бомба…

Свое спасение от неминуемой гибели Березовский нашел у высоких покровителей, прежде всего у Коржакова, Сосковца и друга «семьи» Юмашева. Последний помог «застолбить» ОРТ. Коржаков подарил «Сибнефть», чтобы, по его словам, «финансировать убыточный телеканал». Сосковец вывел на финансы компании «Аэрофлот Российские международные авиалинии», годовой оборот которой составлял 1,5 миллиарда долларов. Чем БАБ их покорил разговор отдельный. Ниже разговор пойдет об одном лишь гешефте, связанном со «сравнительно честным отъемом» «Аэрофлота».

Итак, летом 1994 года совет директоров «Аэрофлота» назначает «АвтоВАЗбанк» уполномоченным по ведению счетов и расчетов. Решение более чем сомнительное, если учесть, что в то время этот банк, подконтрольный БАБу, нес убытки в 7,6 миллиарда рублей и еще имел просроченных долгов на 35 миллиардов. Главными регулировщиками для аэрофлотовских миллионов выступили два человека. Тогдашний директор авиакомпании В. Тихонов: взамен он рассчитывал (и напрасно) сохранить руководящее кресло. Другой – Е. Ленский, помощник Сосковца, выступивший на собрании в поддержку БАБа.

На первый взгляд для Березовского все складывалось довольно удачно. Но вдруг обнаружилось обстоятельство, которое грозило свести на нет все усилия взять финансы «Аэрофлота» под свой контроль. Оказалось, что уже несколько лет разрабатывается проект по внедрению новейшей автоматической системы «Сирена-3». Эта система, в отличие от действующей «Сирены-2», должна была не только обеспечивать сервис для авиапассажиров, но и регулировать все финансовые и информационные потоки «Аэрофлота», делать их прозрачными, доступными для всех акционеров. Такой технический прогресс, разумеется, был омерзителен БАБу. Он попытался свернуть проект, но натолкнулся на сопротивление крупнейшей международной компании IBM, которая, по сути, была и акционером, и генеральным подрядчиком «Сирены-3». Бодаться с ней все равно как теленку с дубом. Тогда-то Березовский и замыслил свой гешефт, в котором главным его ходом стал «акт найма» упомянутого выше Алексея Веденкина, второго человека в РНЕ.

Веденкина, думаю, многие еще помнят. Это он в своем скандальном интервью, данном 2-му каналу телевидения, заявил, что не прочь лично пустить пулю в затылок известному депутату-демократу. Вообще-то Веденкина можно было б назвать типичным, авантюристом, не обладай он патологической страстью к нацистской атрибутике, бравурным маршам третьего рейха и пространным беседам об особой миссии белокурой бестии.

Окончил среднюю школу, отслужил в армии. Поступить в институт не смог. Трудовую биографию начинал в середине 80-х как агентурный сотрудник МУРа. Предметом его работы была тусовка гомосексуалистов, традиционно коротавшая время в скверике у Большого театра. Оттуда он резко пошел вверх. По словам его муровского куратора, Веденкин смог втереться в доверие к сутенеру, который поставлял мальчиков высокопоставленным лицам (одно из них, говорит, входило даже в состав Политбюро).

Дошлого юношу, очевидно, заметили и оценили на Лубянке. И в августе 1991 года. в начале перемен и смутных времен, он неожиданно оказывается во главе Службы безопасности комендатуры зданий ЦК КПСС на Старой площади. В сентябре 91-го Веденкин лично описывал бумаги и вещи начальника управделами ЦК КПСС Николая Кручины, выбросившегося из окна.

За два последующих года он приобретает многочисленные связи среди высокопоставленных лиц в президентской администрации. В частности, его знакомят с главным телохранителем страны Коржаковым. Веденкин настойчиво предлагает начальнику СБП собранный (или сфабрикованный) им компромат на чиновников и политиков. Бывший сотрудник СБП, пожелавший остаться неназванным, вспоминает, что Коржаков довольно скоро пресек «домогательства странного сексота». Но, по его утверждению, Веденкину грешно обижаться: в приемной шефа безопасности он познакомился и сошелся с Березовским, постоянно там отиравшимся.

БАБу была уже известна в общих чертах история с побегом Веденкина и Баркашова за рубеж (просветили сотрудники СБП). Не составляло для него секрета и то, что его новый знакомец, вернувшийся из вынужденной эмиграции, был назначен начальником производственно-хозяйственного подразделения РНЕ. Веденкин, по словам очевидцев, показывал Березовскому доверенность на «право подписывать от лица РНЕ хозяйственно-коммерческие договора», подписанную Баркашовым.

Березовский человек не брезгливый, когда на кону стоят его шкурные интересы (вспомним известный факт: как-то, выполняя очередную «миротворческую миссию» в Чечне, БАБ снял со своей руки золотой «Ролекс» и подарил часы отморозку Салману Радуеву). И Веденкин не мог не приглянуться проницательному бизнесмену: авантюрист до мозга костей, профессиональный провокатор и уж очень развращен привычкой шикарно жить. В голове БАБа созрел план.

Азбучная истина: если конкурента нельзя купить (убить), его надо скомпрометировать, сделать изгоем в глазах приличных людей. Но как это сделать, если в корпорации IBM не воруют, взяток не берут, а западные СМИ стоят слишком дорого, чтобы протолкнуть туда «липу»? Березовский решает сыграть на фашистской угрозе на этом первостатейном жупеле для всех демократических стран. Беспроигрышный ход.

Гешефт готовился исподволь. БАБ потряс воображение тщеславного авантюриста перспективой «получить почти даром» новейшую автоматизированную систему «Аэрофлота», то есть солидный пакет акций «Сирены-3», посредством которого нацисты смогут контролировать все пассажирские и грузовые авиаперевозки.

Воодушевленный Веденкин отправился к Баркашову с соблазнительным предложением «вытрясти из евреев два-три миллиона долларов на партийные нужды». Фюрер, дела которого заморозились на абсолютной отметке, с радостью согласился. В августе 94-го в коммерческом банке «Аэрофлот» были открыты счета РНЕ. Одновременно Веденкин получает генеральную доверенность «представлять интересы РНЕ в банке «Аэрофлот», интересоваться движением по счетам РНЕ, получать выписки состояния счетов».

Далее Березовскому надлежало придумать схему, по которой пакет акций «Сирены» перейдет в собственность РНЕ. Причем так, чтобы этот маленький промежуточный гешефт не стоил ему ни копейки наличных. БАБ был бы не БАБ, если б не нашел выхода.

Банк «Аэрофлот» имел дочернюю фирму «Внешнеторговое агентство «Аэрофлот». Агентству принадлежало около 20 процентов акций «Сирены-3». Руководил им А.В. Тихонов, сын тогдашнего директора авиакомпании «Аэрофлот Российские международные авиалинии». Березовский быстро, как и в случае с переводом счетов компании в «АвтоВАЗбанк» (и, очевидно, под те же гарантии), договорился с папой. Внешнеторговое агентство должно было перейти по бросовой цене в собственность Веденкину вместе со всеми ценными бумагами.

Но, как говорится, скоро хорошо не родится. Так и у Березовского: только 23 января 1995 года зам. председателя правления банка «Аэрофлот» И.Б. Алдушенко выдает Веденкину доверенность на право «по управлению принадлежащей банку доли в АОЗТ «Внешнеторговое агентство «Аэрофлот».

Близился финал гешефта. Оставалось только как следует донести до мировой общественности о «факте» прихода РНЕ к власти путем захвата «Аэрофлота» и об особой роли корпорации IBM.

Прелюдия к вселенскому скандалу состоялась 10 февраля, в день выхода очередного номера «Независимой газеты», которая к тому времени уже была купленной Березовским. В интервью газете Веденкин заявляет: «…к концу марта этого года РНЕ будет владеть 70 процентами акций «Сирены». Реальная рыночная цена нашего пакета уже сегодня составляет свыше 30 миллионов долларов, а после окончания скупки цена пакета будет измеряться сотнями миллионов». Остапа, как говорится, понесло. Но тут он, очевидно, вспомнил о главном и назвал своего делового партнера: «У РНЕ складываются хорошие контакты с руководством корпорации IBM, которая является генподрядчиком «Сирены» и ее крупнейшим зарубежным учредителем. Вообще менеджеры крупных американских фирм, работающие в Москве, производят приятное впечатление. С таким Западом мы сотрудничаем и готовы сотрудничать дальше».

Честно говоря, опубликованные откровения мало кому известного тогда Веденкина не вызвали желаемого эффекта разорвавшейся бомбы. Но на то есть телевидение, самое народное СМИ.

Через две недели «нацистского магната» приглашают выступить в телепередаче «Русский фашизм». Молодой, коротко стриженный человек в дорогом костюме, больше похожий на преуспевающего бизнесмена. Перед камерой держится уверенно, если не нагло. На ведущего ноль внимания. Говорит то, что сам считает нужным. Еще раз – как о свершившемся факте он объявляет с экрана: «Аэрофлот» принадлежит РНЕ, надеже и опоре России. «И это, говорит, только начало. 90 процентов сотрудников спецслужб являются нашими союзниками». Размах вранья гипнотизирует. «И что будет, когда вы придете к власти?» задает вопрос ведущий. «Первым делом поставим к стенке демократов. Я лично готов пристрелить таких, как депутаты Юшенков и Ковалев».

Тут Веденкин попал в точку. Либеральная общественность взвыла. Скандал поднялся невообразимый. ИТАР – ТАСС передавал в те дни: «В эпицентре общественного внимания оказался один из идеологов фашиствующей организации «Русское национальное движение» Алексей Веденкин, экстремистские высказывания которого…».

Дотошные журналисты принялись лихорадочно наводить справки о Веденкине и о положении дел в «Сирене». В конце концов вице-президент банка «Аэрофлот» Андрей Романченко вынужден был публично признать, что банк действительно продал Веденкину как частному лицу свое дочернее предприятие «Внешнеторговое агентство». Объяснил это тем, что дальнейшее участие в проекте «Сирена-3» «могло нанести банку существенный урон». Сведения же о том, что счета РНЕ находятся в его банке, Романченко не опроверг, хотя и не подтвердил. Американцы были в шоке: уважаемая во всем мире компания IBM оказалась в одной компании с баркашовскими нацистами. Гешефт состоялся: IBM не стала рисковать своей репутацией, ушла из проекта.

И уже никого не интересовало, что сделка с покупкой РНЕ пакета акций «Сирены-3» была всего лишь изощренной аферой. Дело в том, что еще 25 января МТК «Сирена» выкупила свои акции у «Внешнеторгового агентства «Аэрофлот». Веденкин, которому фактически принадлежало агентство, блефовал в своих интервью, как профессиональный карточный шулер. Опять БАБ надул всех. Всех, кроме фашистского РНЕ, которому досталось 48 миллионов рублей, вырученных от продажи акций. Они поступили на счета агентства (РНЕ?) в банке «Аэрофлот», составив стартовый капитал для баркашовцев. Плюс бесплатная «раскрутка» на центральных каналах телевидения. Народу был явлен «новый тип русского фашиста» – крутой, элегантный, совсем не такой дебил со свастикой, каким прежде живописали его СМИ.

Правда, этот образ не помог Веденкину, а также его соратникам по РНЕ пройти в Государственную Думу. Но неонацисты именно тогда впервые получили возможность открыто заявить о себе, получив доступ к телевидению. Смогли на деньги Березовского наладить издание своей газеты в регионах, под свою штаб-квартиру снять офис в двух шагах от Красной площади, организовать собственный бизнес, благодаря которому безбедно существуют до сих пор. И теперь, случись заваруха, подобная октябрьским событиям. Баркашов поставит уже не сто натренированных боевиков, а десять тысяч.

В еврейских фольклорных преданиях есть персонаж по имени Голем – глиняный великан, оживляемый магическим образом. Он послушно исполняет порученную ему работу (в основном по субботам). Но, выйдя из-под контроля. Голем может растоптать своего создателя. Неужели Березовский об этом не знал?

Рокеры между дубинкой и фашизмом

Афиши о предстоящем концерте рок-группы «Гражданская оборона» не расклеивались по городу. Но, видимо, существует какой-то беспроволочный телеграф, по сигналам которого многотысячная тусовка рок-фанатов перемещается по Москве в надежде попасть на выступление своего кумира.

В тот день у ДК столпилось несколько сотен рокеров. В зал их не пускали. Вызывая лидера группы Егора Летова, они истошно вопили: «Егор, Егор…» Через несколько часов, охрипнув и устав ждать, беснующаяся молодежь устроила дикий шабаш. Разнесла вдребезги окна и застекленные двери дворца, забрасывала камнями проходящие трамваи. Было заметно, что в толпе много подростков, находящихся в состоянии наркотического опьянения.

Подъехавшие омоновцы оказались ребятами бравыми – с ходу принялись вправлять хулиганам мозги.

Тех, кто «брыкался», били беспощадно – дубинками, кулаками, сапогами. Затем, почти в бессознательном состоянии, закидывали в автобус. Признаюсь, журналистское любопытство подвело меня. Наблюдая за происходящим, не заметил, как сзади подошел омоновец, который, не разговаривая, втолкнул меня в толпу рокеров. Впрочем, отнеслись ко мне корректно – в том смысле, что не били. Так вместе с подростками я попал в камеру отделения милиции.

Огляделся: что и говорить – колоритная публика. Торчащие гребни над выбритыми висками, обмотанные металлическими цепями шеи, черная кожа, высокие армейские ботинки, пальцы, унизанные массивными перстнями. Но больше поразила символика, которой пестрела жутко воинственная экипировка. На куртках – две изломанные стрелки-молнии, на перстнях и майках – черепа в касках, похожие на те, в которых маршировали солдаты вермахта, – это же, подумал, отличительные эмблемы СС! Под курткой одного из рокеров виднелась свастика.

– Как ты относишься к фашизму? – спросил его.

– Да никак, мне что – больше других надо, – плаксиво ответил тот, размазывая по чумазому лицу кровь и слезы.

Похоже, омоновцы заметили свастику, и ему досталось больше других. И в милиции снять не догадался…

– Ты знаешь, – обратился к другому, – что концерт организовывали газета «Завтра», бывшая «День», и праворадикальная партия?

– Не-а, первый раз слышу.

– Ну а то, что в ДК, пока вы его громили, начинался фестиваль «Русский прорыв», слышал?

– Плевал я на этот фестиваль. Мы с пацанами пришли на Егора, это клевый мужик, все другое – лажа.

– И часто вас арестовывает милиция?

– Да почти во время каждого концерта. Ну и что: мне 12 лет, милиция не имеет права посадить меня за хулиганство.

Старшина по одному выволакивал подростков из камеры «на проверку личности». За решеткой слышались удары, чей-то горький плач. Милиция продолжала «учить» самых строптивых. Через несколько часов подошла и моя очередь. Проблем с выяснением личности не было, и, уходя, я спросил офицера: «Другого способа воспитать ребят, как кулаком по физиономии, уже нет?» «Будь моя воля, – услышал, – я бы этих фашистов давил, как тараканов».

Ребята, похоже, и впрямь не знали, куда шли. Рок-концерт был приманкой, а то и сознательной провокацией Александра Проханова, главного редактора газеты «Завтра», сотрудников газеты Владимира Бондаренко и Александра Дугина, а также праворадикалов. Пока толпа бесновалась на улице, они спокойно восседали на подиуме, обложенном мешками с песком. Шла пресс-конференция «Духовных оппозиционеров», организаторов «акции «Руководство к действию», проходящей в «рамках фестиваля современного искусства «Русский прорыв».

Цель акции, по словам выступавших, – создание Русского клуба, который «станет постоянно действующим штабом объединенных сил русского национального авангарда, патриотически настроенных художников». Впрочем, журналистов мало интересовали эстетические пристрастия «Руководства к действию». В большей степени они обращали внимание на политические взгляды устроителей и обилие литературы со свастикой, которой торговали здесь же с лотков. Иностранная корреспондентка наивно допытывалась, мол, правда ли, что вы – фашисты, и такими акциями пытаетесь привить юным маргиналам фашистскую идеологию. Проханов произнес нечто невразумительное, зато Дугин со вкусом совершил экскурс в историю фашизма – от Муссолини до современных наци. Но, впрочем, на вопрос так и не ответил.

Ответ я получил в кулуарах фестиваля, случайно познакомившись с сотрудником журнала «Русский рок», пожелавшим сохранить свое инкогнито.

– Фашизм – это проявление решительных действий. В эстетике фашизм связан с авангардом и модернизмом (в отличие от национал-социализма, которому присущ классицизм). Нашими предтечами в России мы считаем барона Унгерна, Маяковского, Гумилева. В конце концов фашизм – это стиль, который мы культивируем.

– Что же это за стиль?

– Прежде всего – отказ от гуманизма, жестокий и решительный дух, вкус к смерти. Мы воспринимаем войну как исток всего. Ну и, конечно, один из признаков фашистского стиля – эпатаж.

– Ну а те ребята, что орут под окнами, считаются атрибутами вашего эпатажа?

– Этих молодых людей тошнит от окружающего свинства, от «правильных мальчиков». Они – наша надежда, так как рано или поздно пойдут в бой во имя разрушения затхлого мира.

Как бы в подтверждение его слов стали доноситься звуки бьющегося стекла. Вскоре в зале появились омоновцы. Офицер приказал собравшимся покинуть помещение в течение трех минут. Организаторы акции поодиночке покидали ДК через служебный вход.

Часть VI

Оппозиция гнилых чувств

«Бунт лобковых вшей»

На Лобное место у Кремля, где исстари палач рубил буйные головы и оглашались царские указы, вскарабкались восемь подпрыгивающих скоморошьих фигурок. Рейтузы и юбчонки цвета «вырви-глаз»; на головах маски-балаклавы как пародия на колпак палача. Они истошно загорланили: «Бунт в России – харизма протеста,/ бунт в России – Путин зассал,/ бунт в России – мы существуем,/ бунт в России – райот, райот». Допели, затянули повторно, но их стащили с постамента сотрудники кремлевской охраны, опомнившиеся после трехминутного шока. Суд оштрафовал шустрых феминисток в общей сложности на тысячу рублей – как за безбилетный проезд в трамвае.

Через полгода те же «балаклавы» подпрыгивали на амвоне храма Христа Спасителя. Так феминистская панк-группа Pussy Riot стала, по сути, символом всего оппозиционного движения в стране. Точного перевода названия группы не существует. Riot переводится стандартно как «бунт», «восстание» и т. п. А вот слово рussy – это жаргонизм, который толкуется по-разному: сами «панк-фемины» представлялись в полиции как «киски», хотя на языке лондонских низов это слово означает женские половые органы. Лично мне больше нравится другой перевод: «Бунт лобковых вшей».

Что, казалось бы, могло объединять разноцветных оторв с бывшими министрами, думской фрондой и площадными горлопанами? Несмотря на внешнюю несхожесть, все они одинаково воспринимают окружающий мир, а именно посредством вкусовых рецепторов. Как известно, чувство вкуса – самое примитивное из пяти чувств человека. Оно поставляет меньше информации о внешней среде, чем любое другое чувство. По сути дела, исключительная роль этого чувства – выбирать и оценивать пищу и напитки.

Главные лозунги наших оппозиционеров: «Надоело!», «Обрыдло!», «Требуем перемены блюд!». Однако развернуто объяснить, что «надоело и обрыдло» и во имя чего совершать подвиг «перемены блюд», они органически не способны. Зато без экивоков дают понять, что непосредственно участвуют в процессе деторождения и, быть может, даже решают демографическую ситуацию в стране.

Pussy Riot и Немцов, Каспаров и «Трудовая Россия», «Левый фронт» и Касьянов, фашисты и Удальцов, Лимонов и антифа, «Справедливая Россия» и Чирикова… Десятки имен и называний. Их не устраивает ресторанная карта, которой питается Власть. Они требуют разнообразия половых партнеров.

Но идиотизм несистемной оппозиции ничем не уступает цинизму прокремлевских движений. «Наши» и «Молодая гвардия» освобождают место другим спойлерским партиям власти «Умная Россия» и «Молодая Россия», которые создает бывший «министр молодежи» Якеменко. Его «сетевая и самоорганизующаяся» «Партия власти» должна увести средний класс с московских площадей под обещание нового меню.

И те, и другие находятся под одной властью, которую знаменитый русский публицист Василий Розанов еще в начале прошлого века называл «властью гнилых чувств». Им недоступны «звездное небо надо нами и нравственный закон в нас».

В марте 2012-го премьер Владимир Путин, комментируя задержание девушек, заявил: «Если они нарушили порядок, заведенный в храме, то я приношу свои извинения всем верующим и священнослужителям. Надеюсь, что этого больше не повторится».

Депутат Госдумы Иосиф Кобзон сравнил эту акцию с захватом «Норд-Оста» и сказал, что если ее участниц посадят на семь лет, «ничего страшного не произойдет, если это будет уроком для остальных».

Патриарх Кирилл акцию в храме назвал кощунством и осудил тех верующих, которые оправдывают участниц панк-молебна.

В апреле на телеканале «Россия 1» был показан получасовой документальный фильм «Провокаторы» – о так называемом панк-молебне женской группы Pussy Riot в московском храме Христа Спасителя 21 февраля. Журналист Аркадий Мамонтов назвал тех, кто устроил «пляски с богохульным пением», «одержимыми», а их акцию – «шабашом».

В фильме кадры с камер видеонаблюдения становятся доказательством того, что акция Pussy Riot была спланирована, а соучастниками стали журналисты. Автор сюжета обращает внимание, что в начале года беглый олигарх Борис Березовский обращался к патриарху Кириллу с призывом «бескровно» сменить власть.

Открытое письмо было опубликовано на сайте «Эха Москвы» и вызвало обвинения в экстремизме. В Русской православной церкви совет из Лондона восприняли со скептицизмом и иронией, а через некоторое время началась кампания против РПЦ, подчеркивается в фильме.

В фильм вошли интервью трех участниц группы, Марии Алехиной, Надежды Толоконниковой и Екатерины Самуцевич, которые в это время находились в СИЗО. Толоконникова опровергла информацию о том, что у нее есть вид на жительство в Канаде, подчеркнув, что собирается жить в России.

Следователь Артем Ранченков однако, подтвердил наличие у нее вида на жительство, а также канадской медицинской страховки. По его словам, документы были подготовлены еще в мае 2011 года для того, чтобы избежать возможных проблем в связи с акциями.

Также в фильм вошли фрагменты интервью с главой российского отделения Amnesty International Сергеем Никитиным, который объяснил, почему девушки были признаны узницами совести. По его словам, речь идет о политической акции. Он пояснил, что девушки не произносили богохульств, а лишь изображали пантомиму – звукозаписывающей аппаратуры у девушек с собой не было, а звуки были наложены уже позже.

Закадровый голос, однако, сообщил, что Никитин лжет, после чего была продемонстрирована «оригинальная запись» акции в храме, которую Pussy Riot якобы хотели уничтожить.

Поддержку Pussy Riot со стороны ряда общественных деятелей, в частности, оппозиционера Алексея Навального, авторы фильма объяснили тем, что они действовали под влиянием финансирующих их структур.

22 апреля у храма Христа Спасителя состоялось многотысячное молитвенное стояние в защиту православной веры и ее святынь от осквернения и вандализма.

Через несколько дней поклонник Pussy Riot, 36-летний уроженец Ростовской области Андрей Бородин попытался напасть с топором на судью, санкционировавшую арест «балаклавок». Бородина тут же обезоружили, и он заявил, что жалеет о том, что не смог убить судью, которая «бросает в тюрьму невинных людей».

…Главная активистка Pussy Riot Надежда Толоконникова, больше всего Надя запомнилась по групповой оргии в Биологическом музее Москвы.

«Коллективная е…ля в музейном пространстве – наша художественная поддержка неопытного еще Медвежонка в начале долгого пути» – так Надежда объяснила свою скандальную выходку.

Активистки говорят, что борются за экологию (фото Толоконниковой с главной защитницей Химкинского леса Чириковой и музыкантом Шевчуком сегодня гуляет по Интернету). И за права ЛГБТК – эта аббревиатура означает «лесбиянки, геи, бисексуалы, трансгендеры, квир» (от англ. queer – «иные»). Во время выступлений надевают маски, используют псевдонимы: Балаклава, Вожжа, Гараджа, Манько, Похлебка, Терминатор, Тюря, Шайба и др.

Кроме коитуса в музее, на ее счету нарисованный на Литейном мосту член и участие в массовке при выносе из супермаркета «Находка» мороженой курицы, спрятанной во влагалище одной из активисток с броской (а как же иначе) кличкой Невъ*бенные Сиськи. Причем все подробности акции фотографировали, чтобы потом широко растиражировать фотографии в Интернете.

Блогер Алексей Плуцер-Сарно (plucer) дал подробное описание, как проходила оргия «оппозиционеров» в Биологическом музее 29 февраля 2008 года, фрагменты которого мы приводим:

«…Однако зайдя в зал государственного музея, посвященный обмену веществ и энергии организмов, он вдруг сбросил с себя майку, и глаза его лихорадочно загорелись.

Тут вдруг в зал музея вбежала совершенно обнаженная девушка, ранее представленная мне как жена Олега. Она встала на колени, и они стали совокупляться. При этом Олег как заведенный все повторял странные слова: «Медведи скоро все вымрут! Мы должны поддержать Медвежонка! Мы передадим ему энергию наших тел! Медведь – тотемное животное древних славян! Мы должны совокупляться в поддержку Медвежонка!»

Тут друг Олега, не помню, как его звали, тоже быстро разделся. Его беременная жена, также скинула одежды. И они тоже стали совокупляться, стоя на коленях, прямо на полу. Причем друг Олега тоже приговаривал что-то насчет маленького Медведя, которого нужно срочно спасать, защищать и поддерживать.

Тут в зале музея появилось еще двое молодых людей: роскошная блондинка с пышным бюстом и могучий богатырь славянского вида. Выкрикивая какие-то лозунги об экологии и защите животных от наступающих происков темных сил, они тоже принялись пылко предаваться любовным утехам.

Участники развернули черную тряпку, на которой было написано странное и не вполне приличное высказывание «Е*ись в поддержку Медвежонка».

В ночь с 26 на 27 марта 2012 года неизвестные нарисовали на ограде храма святителя Митрофания Воронежского свастику и лозунги, призывающие освободить участниц группы Pussy Riot. Настоятелем этого храма является председатель Отдела Московского патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями протоиерей Димитрий Смирнов. Возмущенный священник записал видеообращение, в котором, в частности, сказал:

«Рядом с призывом о свободе для участников этой панк-группы, нарисована свастика. С одной стороны, свастика – это старинный символ солнца, который использовали и славяне, и люди, принадлежащие к дальневосточным культурам. С другой стороны, для россиян – это символ фашизма.

Но дух сам творит себе формы. Недаром архитектура, скульптура нацизма очень напоминает архитектуру и скульптуру советского периода. Есть духи-разрушители, это духи революции, духи передел мира. Таким духом были одержимы те, кто взрастил и выплеснул из своих сердец нацизм. И, мы видим, что этот же дух присутствует в рядах защитников вот этих людей, которые каким-то образом хотят заявить о своем неприятии Господу Богу.

Дьявол открыто заявил всем нам о своем существовании через эти символы, рассказал, чьи чада эти участники панк-группы. Теперь общество разделилось и каждый должен понять, с кем он – с Христом или дьяволом. Федор Достоевский сказал: «В мире дьявол со Христом борется, а поле битвы – сердце человека».

Партия постмодернизма

Контингент митингов на Болотной площади 10 декабря и на проспекте Сахарова 24 декабря немного отличался. На Болотной было больше молодежи, а мероприятие скорее походило на праздничное гулянье: выступающих мало кто слушал, да их и не было слышно из-за слабой громкоговорящей аппаратуры. На Сахарова было уже больше «взрослой» публики.

На митинг на проспекте Сахарова вышло, по разным оценкам, от 30 до 100 тыс. человек, беспрецедентно много для постсоветской России. Власти напрасно надеялись, что после Болотной протестная активность пойдет на спад и второй митинг соберет гораздо меньше людей.

Иногда говорят, что это были митинги нового российского среднего класса. Как известно, к нему относится 20-25% населения страны. То есть речь идет примерно о 30 млн человек. Социолог Александр Ослон, когда хочет указать на новый тип граждан, активных независимых городских жителей, использует понятие «люди-21». Он считает, что таких людей примерно 15%, тоже немало.

Недавно группа ученых из Института проблем управления РАН провела по просьбе журнала «Эксперт» оценку размеров политизированного сегмента российского Интернета. Для этого они проанализировали весь (!) массив записей на русском языке в социальных сетях за две недели и зафиксировали все записи, в которых встречаются слова из политического лексикона типа «Путин», «Медведев», «Навальный», «Единая Россия» и т. п. Вот результат: заметных блогеров примерно 1 тыс. человек, комментаторов их текстов примерно 10 тыс. Еще примерно 20 тыс. человек оставляют записи, на которые никто не обращает внимания, записи не комментируются. «Чистых» читателей, которые не оставляют записей, несколько сотен тысяч.

Истинными организаторами митинга на проспекте Сахарова были не политики, а журналисты, считает главный редактор «Эксперта» Валерий Фадеев. «Газета – не только коллективный пропагандист и коллективный агитатор, но также и коллективный организатор» – знаменитая ленинская формула, которой руководствуются новые политические активисты.

Большинство участников митингов или, по крайней мере, тех, кто задавал тон событиям, принято относить к так называемому креативному классу. В хозяйстве развитых стран все большую долю занимают сегменты финансов и услуг: брокеры, финансовые спекулянты, специалисты по рекламе и общественным связям, дизайнеры, архитекторы, журналисты, продюсеры etc. занимают все больше места в структуре занятых. Креативный класс – это стержень эпохи постмодерна, считает Фадеев, той эпохи, в которой мы, собственно, сейчас живем, он – создатель, носитель и защитник самого духа постмодернизма.

Каковы основные черты людей постмодерна?

«Утрата любого чувства истории, и как надежды, и как памяти» (П. Андерсон). Мы легко обнаружим эти аспекты в российской «прогрессивной» общественной среде: с одной стороны, предельно критичное отношение к собственной стране; с другой стороны – удивительная забывчивость по отношению к событиям собственной истории, даже совсем недавним, ими пережитым, таким как распад Советского Союза (он прошел бескровно, зато мы завоевали свободу и т. п.).

Укорененность людей постмодерна в структурах капитала, в основном транснационального. Включенность в Интернет, причем Интернет используется не только как средство коммуникации, но и как инструмент самоидентификации. «Интернет как вершина, апофеоз постмодерна, инструмент, давший огромные новые возможности коммуникаций, в то же время порой пошлейшим образом пародирующий эти коммуникации – социальные, культурные или политические, – пишет Фадеев. – Чего стоят, например, общественные выборы парламента в Интернете, когда даже сами инициаторы проектов, увидев, кого сейчас навыбирают, начинают подозревать, что ничего, кроме балагана, из этого получиться не может».

Антипатию Владимира Путина к людям постмодерна понять можно – ментально он чрезвычайно далек от них. И даже его упреки в подкупленности митингующих (а прямой подкуп вряд ли был) имеют определенный метафизический смысл: за людьми постмодерна маячит транснациональный капитал. Реакция властей на митинги оказалась довольно быстрой. В послании Федеральному Собранию Президент Дмитрий Медведев предложил рестайлинг политической системы: вернуть выборы губернаторов (не ясно, прямые ли), создать возможности для регистрации многочисленных политических партий, учредить общественное телевидение. Кроме того, в последний момент в президентскую избирательную кампанию был внедрен Михаил Прохоров как носитель прогрессивных либеральных идей.

По информации «Эксперта», законопроекты о послаблениях новым партиям и выборам губернаторов были готовы еще летом, их, как ни странно, продвигал серый кардинал Кремля Владислав Сурков. В этом же ряду его попытки создать вторую, помимо «Единой России», дееспособную партию.

После относительного неуспеха на выборах от этой партии отвернулись, кажется, все. Кандидат в президенты Путин работает с Общенародным фронтом, тем самым косвенно указывая на недееспособность партии как избирательной машины – одного из важнейших качеств любой политической партии.

Итак, активный социальный слой в некотором смысле самый передовой, он носитель духа постмодерна в России. Он гегемон, поскольку постмодерн в современном мире обладает гегемонией, покрывает все поле культурного производства (П. Андерсон). Идеи и ценности транслируются людьми постмодерна, владеющими самыми разнообразными средствами трансляции – искусство, литература, СМИ, реклама, дизайн – в другие общественные слои, в первую очередь в средний класс.

Этот слой людей нельзя отождествлять со средним классом. Если определять грубо, представитель среднего класса – почвенник, человек постмодерна – космополит. Гегемония постмодерна не даст стране ничего построить, поскольку эпоха созидания – это модерн, который Россия прошла не полностью. Постмодерн используется внутри стран для манипулирования политической и социальной структурой.

«Винегрет-идентичность»

«Нельзя путать плюрализм и шизофрению», – сказал как-то доктор философии Игорь Чубайс, родной брат «отца приватизации». В обществе всегда существует согласие по ключевым позициям (без этого нет самого общества) и широкая дискуссия о деталях и тактике (потому и нужна многопартийность). А мы пока не согласовали ответ на важнейший вопрос: СССР – это наше высшее достижение или страшная катастрофа? «Представьте, что в Германии продолжалась бы дискуссия: Гитлер – хороший парень или негодяй?» – удивлялся Чубайс. Пока вы не разобрались в своем прошлом, вы совершенно не способны двигаться в будущее. Когда ваш сын идет в армию и его бросают в Дагестан воевать с террористами – какую Россию он защищает? Россию бомжей, олигархов, компартии, Императорского дома, коррумпированной бюрократии?

Честные, но наивные поклонники коммунизма должны найти в себе мужество и признать – большевистский эксперимент над Россией провалился. Невиданные в 1000-летней истории страны репрессии, никакой «социальной справедливости» и «власти труда» в совдепии не наблюдалось. Между тем советское прошлое для многих россиян сегодня представляется более желанным, чем постсоветское настоящее. И не потому, что оно было «правильным», но потому, что нынешний порядок еще более «неправильный», чем прежний, отмечал философ.

«Вторичный системный кризис состоит в том, что после семи потерянных советских десятилетий, – писал Игорь Чубайс, – проводившийся двадцать лет «курс реформ», навязанные цензурируемыми СМИ и бюрократией новые ключевые правила и ценности постсоветской жизни также доказали свою непригодность и нуждаются в срочной замене».

Внутри страны холодная гражданская война (место «врагов народа» заняли откуда-то повыползавшие «экстремисты всех мастей») начинает перерастать – от Кавказа через Дальний Восток и Химки – в войну горячую.

Выше и важнее свободы мораль, и она должна быть неприкосновенной. Тот же, кто, апеллируя к свободе, игнорирует семейные нормы, растлевает молодежь, превращает государственное и негосударственное ТВ, сцену, экран, эстраду в механизмы героизации криминала, насилия, нецензурщины, пошлости, в машину насаждения извращений, тот сажает семена зла. Свобода от морали России не нужна!

Купить можно чиновника, лес, закон, должность, диплом, любовь, свободу от наказания, внутренние органы… В результате духовно-интеллектуальная жизнь российского общества заменена на михалковщину и собчаковщину. Страна отворачивается от политического класса, который состоит из деградирующего отстоя. Провальной оказалась и проводившаяся в 90-е годы «прихватизация», обогатившая бюрократию и не создавшая новых, независимых собственников, признается близкий родственник человека, возглавлявшего эту самую приватизацию.

…Ленин прямо и открыто декларировали свою цель – разрушение старого государства. О том, что над российской историей (а не территорией, как думал Черчилль) опускается «железный занавес» впервые в 1918 году написал Василий Розанов… «Союз ССР и историческая Россия не просто разные, они не совместимы и взаимоисключающи, – утверждает Игорь Чубайс. – Между ними госпереворот 17-го года, гражданская война, ВЧК-КГБ, Голодомор, раскулачивание, расказачивание, коллективизация, КПСС…»

Нынешняя власть и ее изнанка – внесистемная оппозиция – реализуют проект «винегрет-идентичность». Утром проводится политика просоветская, вечером – анти-, днем пророссийская, завтра – антироссийская, в полдник – прозападная, а после завтрака – антизападная, смотря что выгодно. При этом главной остается линия гримированного неосталинизма. На практике это ведет к тому, что, видимо, скоро полицаи будут охранять сталинские билборды, Ленина в мавзолее и Николая II – в Петропавловке.

Постсоветская Россия стала единственным в мире государством практикующим одновременно несоединимое «лево- и правостороннее идеологическое движение», как бы происходящее под лозунгом «Добро пожаловать немецко-фашистским захватчикам», отмечает Чубайс. Такая политика, ведущая к деградации России, соответствует интересам новой «элиты» ибо, разрушая всякую систему координат, ликвидируя пункт отсчета, точки около ноля, она снимает вопрос об ответственности за прошлое, настоящее и будущее.

Наверное, будь сейчас президентом Анпилов или Лимонов, Путина пригласили бы на Болотную площадь – он ведь тоже время от времени говорит правильные слова о демократии. Почему бы не собрать всех, кто хорошо говорит, независимо от того, что они делали раньше, делают сейчас и что намерены делать в будущем. Торжествовать победу амнезии над политической репутацией, историей и здравым смыслом. Начать с чистого листа, будто мы живем не в череде событий, а в компьютерной игре, и чтобы выиграть, надо всего лишь перезагрузиться и попробовать еще раз. И все это ради иллюзорного единства, которого никогда не было, нет, не будет и быть не может.

Не есть ли это просто политическая игра, призванная загипнотизировать избирателей честными словами о демократии, предав забвению подлинные цели тех или иных политических сил? Бороться вместе с одними национал-большевиками против других можно только в одном случае – ради власти как таковой. Ненависть власти к своим оппонентам не есть свидетельство безупречной правоты самих оппонентов. В расколовшихся коммунистических или профашистских структурах ненависти друг к другу ничуть не меньше, но стороннему человеку не остается ничего другого, как повторить за классиком: «Чума на оба ваши дома»!

Агентство федеральных расследований «FreeLance Bureau»

Агентство федеральных расследований «FreeLance Bureau» (www.flb.ru) – это 10 лет сложной и неблагодарной работы. Настоящие журналистские расследования никому не нужны, кроме читателей. За эти десять лет влиятельные политики и бизнесмены, ставшие «героями» расследований, неоднократно пытались расправиться с FLB. По ложным основаниям против журналистов возбуждались «заказные» уголовные дела, несколько раз арестовывали сервер агентства, подавались многомиллионные иски в суд, раздавались прямые и завуалированные угрозы. Но FLB работает. Абсурдные уголовные дела закрывались «за отсутствием состава преступления», иски рассыпались в суде. Настольной книгой для журналистов агентства является – Закон о печати РФ. FLB не ставит перед собой никаких иных целей и задач, кроме профессиональных. Согласно закону – это защита общественных интересов и борьба против сокрытия или фальсификации общественно значимых сведений. Народ должен знать!

Главный редактор FLB Сергей Соколов.

О нас пишут:

«Независимая газета»: «FLB.ru подготовило грандиозный скандал. В нем затрагивается более трехсот имен известных людей РФ».

РТР: «FLB возвращает ордена. Благодаря своим читателям Агентству федеральных расследований FLB. ru удалось вернуть награды, украденные у Героя Советского Союза и полного кавалера орденов Славы Николая Кузнецова. В субботу, 22 декабря, главный редактор агентства вместе с телегруппой программы «Вести» отдал 86-летнему Николаю Ивановичу его награды лично в руки».

«Утро. Ru»: «Размещаемые на FLB.ru статьи до сегодняшнего дня не щадили никого из действующих политических фигур, поэтому повод «наехать» на вышеназванный сайт был у многих».

Радио «Свобода»: «Все материалы журнала «Компромат, вышедшего за полгода до ареста Ходорковского легли потом в обвинительное заключение по делу ЮКОСа».

«Коммерсант»: «Отставке главы «Газэкспорта» предшествовало появление на сайте FLB, специализирующемся на компрометирующих материалах, информации об уголовных делах, где фигурируют отец и сын Вяхиревы».

«Планета-Internet»: «После перепечатки нескольких материалов Агентства федеральных расследований FreeLance Bureau на сайте издания «Украинская правда» без вести пропал киевский журналист Георгий Гонгадзе. Скандал в Интернете стремительно перерос на Украине в общенациональное потрясение».

НТВ: «В телеэфире НТВ экс-президент Ингушетии Руслан Аушев связал свой уход из Совета Федерации с выпуском очередного номера журнала Агентства федеральных расследований «Компромат. RU».

«Версия»: «Собственно, в российской зоне Сети сейчас действует один (!) сайт, предоставляющий своим посетителям оперативную информацию о тайнах властей предержащих – некое «Агентство федеральных расследований» – сайт flb.ru».

«Ведомости»: «FLB.ru опубликовало в Интернете секретную информационную справку, подготовленную спецслужбами в отношении так называемого дела «Русского видео», ставшего формальным основанием для ареста Владимира Гусинского.

FLB.Ru – Общественно-политическое электронное периодическое издание. Зарегистрировано в Министерстве печати РФ 29 декабря 1999 г. (свидетельство о регистрации СМИ Эл 77-2212) info@flb.ru

Content

Алексей Сергеевич Челноков
Сытый бунт. «Грязное белье» оппозиции

От автора

Часть I

Оргиянайзер Немцова

Генератор фондовой пены

«Миша-два процента»

Рыжков: «Теперь я вместе с Геной, он необыкновенный»

Гена в крокодиловой коже

Навальный из ничего

Неуловимый Удальцов

Лесная Женя из Химок

Чемпион мира

«Смердящий старичок»

Ксения Общак

Часть II

Боевой отряд «Яблока»

Падалица

Духовник демократических сил в гробу

Часть III

Исповедь боевика

Дневник русского наемника

«Царские» волки

Дух войны

Первый эшелон

«Казачий экстремизм»

Отряд третий – не последний?

Убивать или грабить?

Казачьего генерала использовали и забыли

Часть IV

150 дней до захвата Кремля

Убийственные улики бригады Квачкова

Новые комсомольцы

Православный сталинизм: как святая Матрона «благословила» Сталина

Часть V

Московское логово «Аненэрбе»

Марш упырей

Свастика на мундире военного прокурора

Неонацистский бизнес

Гешефт на фашистах

Рокеры между дубинкой и фашизмом

Часть VI

«Бунт лобковых вшей»

Партия постмодернизма

«Винегрет-идентичность»

Агентство федеральных расследований «FreeLance Bureau»