Том 24

ВСЕМИРНАЯ

ИСТОРИЯ

В 24 ТОМАХ

ТОМ 24

ИТОГИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ войны

МИНСК СОВРЕМЕННЫЙ ЛИТЕРАТОР 1999

УДК 940.5 (03) ББК 63.3 (0) 62 В 84

Охраняется законом об авторском праве. Воспроизведение всей книги или любой ее части, а также реализация тиража запрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Авторы:

А. Н. Бадак, И. Е. Войнич, Н. М. Волчек, О. А. Воротникова,

А. Глобус, А. С. Кигикин, Е. Ф. Конев, П. В. Кочеткова,

В. Е. Кудряшов, Д. М. Нехай. А. А. Островцов.

Т. И. Ревяко, Г И. Рябцев, Н. В. Трус, А. И. Трушко.

С. А. Харевский, М. Шайбак

Редакционная коллегия:

И. А. Алябьева. Т. Р. Джули С. М. Зайцев.

В. Н. Цветков, Е. В. Шиш

В 84 Всемирная история: В 24 т. Т. 24. Итоги второй мировой войны / А. Н. Бадак, И. Е. Войнич, Н. М. Волчек и др.— Мн.: Современ. литератор, 1999. — 592 с.

ISBN 985-456-303-0.

В 24-м томе ЭВИ дан исторический обзор и анализ событии, чре шествовавших второй мировой войне, развязанной наиболее агрессивными государствами; на большом фактическом материале показаны экономические, политические и идеологические причины образования двух противостоявших друг другу блоков: милитаристской оси «Германия, Италия, Япония» и антифашистского лагеря сопротивления во главе с Советским Союзом, Великобританией и США. Материалы тома воссоздают широкую панораму событий от начала войны (нападение на Польшу 1 сентября 1939 г.) до выхода из войны Италии (1943), безоговорочной капитуляции Германии (8 мая 1945 г.) и военного поражения Японии (август 1945 г.), уничтожения атомными бомбами Хиросимы и Нагасаки.

Подготовка и ход крупнейших сражений и операций на всех театрах военных действий, роль народного Сопротивления и партизанского движения на оккупированных территориях, взаимодействие и разногласия стран антифашистской коалиции — все это изложено и подтверждено документами и цифрами, свидетельствами и мемуарами участников и организаторов разгрома фашизма. УДК 940 5(03)

ББК 63.3(0)62

ISBN 985-456-303-0 (т. 24) ISBN 985-456-135-6

© Современный литератор, 1999

ЧАСТЬ I

ПЕРИОД ИЗГНАНИЯ ГИТЛЕРОВСКИХ ВОЙСК С ТЕРРИТОРИИ СССР

ГЛАВА I

КОРЕННОЙ ПЕРЕЛОМ В ХОДЕ ВОЙНЫ

1. РАЗГРОМ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК НА ВОЛГЕ

ОБСТАНОВКА К НАЧАЛУ КОНТРНАСТУПЛЕНИЯ СОВЕТСКИХ ВОЙСК НА ЮЖНОМ КРЫЛЕ СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОГО ФРОНТА

Осенью 1942 г. советско-германский фронт, за исключением отдельных участков, стабилизировался на всем протяжении от Баренцева моря до предгорий Кавказского хребта.

Обстановка того времени оставалась для СССР трудной. Под пятой немцев находились Прибалтика и Белоруссия, Украина и Молдавия, западные и южные области Российской Федерации. Немецкие войска продолжали блокаду Ленинграда, держали крупные

силы неподалеку от Москвы. Накопленные с большим напряжением стратегические резервы были израсходованы в боях под Москвой. Несмотря на то, что к лету 1942 г. были достигнуты немалые результаты в развитии народного хозяйства, оно пока что обеспечивало армию лишь минимально необходимыми средствами для организации отпора. Обстановку усугубил неудачный для советских войск ход боевых действий весной 1942 г. под Ленинградом, Харьковом и в Крыму.

Весьма невыгодной для советских вооруженных сил оставалась обстановка на морях. Балтийский флот был блокирован в восточной части Финского залива. Черноморский флот, вследствие потери Крымского полуострова и Новороссийска, вынужден был базироваться в неприспособленных портах Поти, Геленджик и Туапсе, что крайне усложняло его действия. В более благоприятных условиях находился Северный флот. Усиленный кораблями, переброшенными с Тихого океана, он успешно защищал северные коммуникации и оказывал помощь сухопутным войскам в обороне побережья.

Пользуясь отсутствием второго фронта в Европе, Германия стянула на советско-германский фронт для летней кампании 1942 г. огромные силы. К концу июня против Советской Армии действовали 237 дивизий (из них 184 немецкие). В течение лета и осени 1942 г. количество дивизий продолжало возрастать и к ноябрю достигло 266 (из них 193 немецкие). И все же летом 1942 г. Германия уже не могла наступать, как в 1941 г., по всему советско-германскому фронту и вынуждена была ограничиться южной его частью.

Для наступления были подготовлены пять немецких, одна румынская, одна итальянская и одна венгерская армии, объединенные в группу армий «Юг». Эта группа была разделена на две части: «А» и «Б». Группа «Б» должна была наступать севернее группы «А», выйти к Дону на участке Воронеж — Новая Калитва и, спустившись на юг в междуречье Дона и Волги, достичь Сталинграда. Группа «А» должна была наступать южнее и выйти к нижнему течению Дона. Часть этой группы предназначалась для вторжения на Кавказ.

Таким образом, по плану немецкого командования предусматривалось захватить важнейшие хлебопроизводящие и промышленные районы юга СССР, преградить путь по Волге и создать необходимые условия для наступления на Кавказ. Выходом к Волге в район Сталинграда немецкие войска должны были прикрыть северный фланг и тыл группировки, наступавшей на Кавказ.

Группа немецких армий «А», встретив упорное сопротивление советских войск в предгорьях Главного Кавказского хребта, втянулась в затяжные бои. Группа армий «Б» растянулась на дугообразном фронте протяжением до 1300 км. В центре дуги, против Сталинграда, находились 6-я полевая и 4-я танковая немецкие армии, которые вели бои за этот город. На их флангах занимали оборону 3-я, 4-я румынские и 8-я итальянская армии, перешедшие к обороне. Они были слабее в боевом и моральном отношении по сравнению с немецкими армиями.

В середине октября немецкое командование было вынуждено отдать приказ №1 о переходе к обороне. Войскам предписывалось «во что бы то ни стало удерживать достигнутые рубежи, отражать всякие попытки со стороны противника прорвать их и тем самым создать предпосылки для продолжения наступления в 1943 г.».

Германские вооруженные силы начали готовиться к зиме. На всем протяжении фронта возводились и совершенствовались укрепления. Особое внимание уделялось центральному участку фронта, где немецкое командование ожидало наступательных действий Красной Армии. Немецкая разведка докладывала в начале ноября, что решающую операцию Красная Армия предпримет на центральном участке фронта против Смоленска и менее крупную — на Дону; что для развертывания широкого наступления Красная Армия не имеет достаточного количества сил; что действия Красной Армии на Волге будут преследовать ограниченную цель — оттеснить немецкие части, находящиеся в районе Сталинграда. Лишь 12 ноября немецкая разведка сделала вывод, что «в скором времени следует ожидать наступательные операции против 3-й румынской армии».

Ставка Верховного Главнокомандования наметила осуществить зимой 1942—1943 гг. ряд наступательных операций на фронте от Ладожского озера до предгорий Главного Кавказского хребта и добиться коренного перелома в ходе войны в пользу Советского Союза. Первостепенное значение придавалось контрнаступлению под Сталинградом, успех которого должен был оказать решающее влияние на стратегическую обстановку на всех фронтах.

Была проделана гигантская работа по формированию резервов и сосредоточению их на сталинградском направлении, накоплению и доставке на фронт необходимых материальных средств, техническому оснащению войск. Труженики тыла снабжали действующую армию в непрерывно возраставшем количестве новой военной техникой и оружием, боеприпасами, снаряжением и продовольствием.

Еще шли ожесточенные бои, когда Ставка Верховного Главнокомандования и Генеральный штаб начали разработку наступательной операции «Уран» с учетом предложений командования фронтов. План операции готовился в глубокой тайне. Важную роль в его разработке и осуществлении сыграли генералы Г.К. Жуков, А.М. Василевский, Н.Н. Воронов. Замысел контрнаступления состоял в том, чтобы мощными ударами трех фронтов разгромить войска, прикрывавшие фланги ударной группировки противника, и, развивая наступление по сходящимся направлениям на Калач, Советский, окружить и уничтожить его главные силы, действовавшие под Сталинградом. 0

К началу контрнаступления на сталинградском направлении было сосредоточено более 1, 1 млн. советских солдат и офицеров, 15,5 тыс. орудий и минометов, около 1,5 тыс. танков, более 1,3 тыс. боевых самолетов. Им противостояли войска группы армий «Б», насчитывавшие свыше 1 млн. человек, почти 10,3 тыс. орудий и минометов, 675 танков и штурмовых орудий, более 1,2 тыс. боевых самолетов. Таким образом, советские войска не имели значительного численного превосходства.

Однако в результате искусно осуществленной перегруппировки сил и средств на направлениях главных ударов советскому командованию удалось создать мощные группировки войск. Все эти силы и средства были своевременно выдвинуты на исходные позиции благодаря слаженной работе тыла. На Волге от Саратова до Астрахани действовало 50 паромных переправ, было наведено несколько наплавных мостов.

Примечательная черта контрнаступления под Сталинградом — скрытность его подготовки. Специальная директива Генерального штаба определила мероприятия, которые исключали бы просачивание сведений о масштабах контрнаступления, времени проведения, направлении главных ударов, способах действий. Переписка и телефонные разговоры, связанные с предстоящим контрнаступлением, были категорически запрещены. Распоряжения отдавались в устной форме и только непосредственным исполнителям. Сосредоточение войск из резерва Ставки Верховного Главнокомандования и перегруппировка войск внутри фронтов производились только ночью. К середине ноября подготовка к контрнаступлению была завершена.

Целесообразность нанесения удара именно здесь обусловливалась совокупностью политических, экономических и военных факторов. Решительный разгром немецких войск на юге должен был привести к окончательному крушению планов, рассчитанных на выход в Закавказье и на втягивание Турции в войну против Советского Союза. С достижением крупных военных результатов на юге освобождались богатейшие хлебные районы Дона и Кубани, создавались предпосылки для освобождения Донбасса, снималась угроза нефтяным источникам Закавказья и путям связи с союзниками, проходившим через Иран к Персидскому заливу. Донбасское направление являлось наиболее уязвимым местом в стратегической обороне немцев. С выходом советских войск к Ростову создавались выгодные условия для разгрома немецкой группы армий «А», действовавшей на Северном Кавказе.

ОКРУЖЕНИЕ И РАЗГРОМ НЕМЕЦКОЙ ГРУППИРОВКИ ПОД СТАЛИНГРАДОМ

Сталинградская наступательная операция Советской Армии длилась с 19 ноября 1942 г. по 2 февраля 1943 г. По характеру оперативно-стратегических задач ее можно условно разделить на 3 этапа: прорыв обороны, разгром фланговых группировок немецких войск и окружение 6-й и части сил 4-й танковой немецких армий; срыв попыток немцев деблокировать попавшие в кольцо войска и развитие контрнаступления на внешнем'фронте окружения; завершение разгрома окруженных фашистских соединений.

Наступление Юго-Западного и правого крыла Донского фронтов началось в 8 часов 50 минут 19 ноября.

Сильный туман и снегопад исключили возможность использовать в период подготовки удара и в момент самой атаки боевую, особенно штурмовую, авиацию и резко снижали эффективность артиллерийского огня. В первые два часа отдельные дивизии 5-й танковой армии, преодолев первую позицию главной полосы немецкой обороны, продвинулись в глубину на 2—3 км. Однако некоторые из войсковых соединений, встречая сопротивление противника и отражая его постоянные контратаки, наступали крайне медленно.

Чтобы обеспечить обязательный прорыв в этот день всей тактической зоны немецкой обороны, командующий фронтом принял решение немедленно ввести в дело 1-й танковый корпус В.В. Будкова и 26-й танковый корпус А.Г. Родина. Их танковые бригады с ходу прорвали оборону противника и, разгромив попавшие под удар румынские войска, продвинулись за день на 20 км.

Примерно так же развертывались события и в 21-й армии И.М. Чистякова. Наибольший успех выпал в тот день на долю 4-го танкового корпуса А.Г. Кравченко, продвинувшегося на 30—35 км. 20 ноября в соответствии с планом, причем в еще более сложных метеорологических условиях, но столь же удачно, начал контрнаступление Сталинградский фронт.

В течение 21 ноября войска Юго-Западного, Сталинградского и Донского фронтов, нанося противнику огромный урон, выходя в глубокий тыл основной его группировки и дезорганизуя управление немецких войск, продолжали выполнять боевое задание. 23 ноября в результате искусно выполненных ударов по сходящимся направлениям в сторону Калача Юго-Западный и Сталинградский фронты при активной помощи правого крыла Донского фронта замкнули кольцо окружения вокруг главной группировки немцев, действовавшей в районе Сталинграда.

Это было первое крупное окружение, в котором оказались немецкие войска с начала войны. Во второй половине дня военные действия на всех трех фронтах, осуществлявших операцию, несмотря на отчаянное, постепенно возраставшее сопротивление ошеломленного внезапностью врага, продолжали развиваться успешно. Наступавшие вслед за подвижными войсками стрелковые дивизии все теснее и теснее сжимали кольцо, создавая сплошной внутренний фронт окружения.

Одновременно командование Юго-Западного и Сталинградского фронтов принимало меры к тому, чтобы как можно быстрее и дальше отодвинуть внешний фронт окружения и тем самым еще более изолировать окруженную группировку врага от его войск. К исходу 30 ноября площадь, занимаемая окруженной группировкой, сократилась более чем вдвое и не превышала 1500 кв. км. В окружение попали 20 немецких,

2 румынские дивизии общей численностью в 330 тыс. человек, с большим количеством боевой техники и вооружения.

В ходе наступления с 19 по 30 ноября не только был образован прочный внешний фронт окружения, но и взято в плен 5 и разгромлено 7 дивизий противника. Таким образом, первый, наиболее ответственный этап наступательной операции был блестяще завершен. Стратегическая инициатива на советско-германском фронте перешла к Красной Армии.

Немецкое командование предприняло отчаянное усилие деблокировать попавшие в стальные клещи войска. Еще до завершения окружения, 22 ноября, командование 6-й немецкой армии созвало в Гумраке совещание командиров корпусов, которое пришло к выводу, что длительная борьба в окружении грозит катастрофой, и, чтобы избежать ее, необходимо незамедлительно основными силами армии прорываться на юго-запад. Командующий 6-й армией Паулюс обратился к Гитле-

ру с просьбой разрешить ему прорыв в юго-западном направлении, но получил решительный отказ, сопровождавшийся обещанием принять все меры для того, чтобы «обеспечить нормальное снабжение армии и своевременно освободить ее из окружения».

На втором этапе контрнаступления были ликвидированы попытки немецкого командования освободить окруженную под Сталинградом группировку путем наступлениия группы армий «Дон» под командованием генерал-фельдмаршала Манштейна из районов Котель-никово — Тормосин на Сталинград. В продолжение и развитие контрнаступления под Сталинградом войска Юго-Западного, Сталинградского и Воронежского фронтов продвинулись далеко на запад, вследствие чего внешний фронт окружения сталинградской группировки немцев расширился на 170—250 км. Войска Донского фронта в это же время значительно сжали территорию, которую занимали окруженные войска.

Ликвидация армии Паулюса была возложена на Донской фронт под командованием генерал-лейтенанта К.К. Рокоссовского. Представителем Ставки Верховного Главнокомандования являлся генерал-полковник Н.Н. Воронов. Однако выполнение этой задачи пришлось временно отложить.

12 декабря из района Котельниково вдоль железной дороги Тихорецк — Сталинград начал наступать 57-й танковый корпус армейской группы «Гот». Под сильным нажимом превосходящих сил противника 51-я армия Сталинградского фронта, действовавшая на этом направлении, вынуждена была отойти на северо-вос-ток. Однако к 15 декабря она приостановила наступление противника и в течение последующих дней сдерживала натиск. 19 декабря группа «Гот» возобновила наступление и к 23 декабря достигла рубежа р. Мыш-ково, не дойдя 40—45 км до окруженных войск 6-й немецкой армии.

Для отражения натиска на котельниковское направление была направлена 2-я Гвардейская армия под командованием генерал-лейтенанта Р.Я. Малиновского, ранее предназначавшаяся для участия в ликвидации окруженной группировки противника. В суровых зимних условиях войска этой армии форсированным маршем по 40—50 км в сутки выдвигались на рубеж р. Мыш-ково, где противник пытался расширить свой плацдарм. С подходом к этому рубежу войска армии с ходу вступали в бой.

24 декабря войска 2-й Гвардейской армии во взаимодействии с частью сил 5-й ударной и 51-й армиями перешли в наступление. Советские войска 29 декабря заняли Котельниково. Так была выполнена задача по срыву еще одной попытки немцев деблокировать свою окруженную группировку, которая теперь была обречена на полное уничтожение.

Стремясь остановить наступление Воронежского и Юго-Западного фронтов, немецкое командование было вынуждено спешно перебросить сюда до восьми дивизий, ранее предназначавшихся для деблокирования окруженной группировки. К началу января 1943 г. положение войск Паулюса значительно ухудшилось.

Кольцо окружения сжималось. Резервы отсутствовали. Боеприпасы, горючее и продовольствие были на исходе. Моральное состояние окруженных войск падало.

8 января 1943 г. советское командование предъявило ультиматум германским войскам, окруженным под Сталинградом. Ультиматум был отклонен. Немецкое верховное командование приказывало окруженным войскам оставаться на месте. Чтобы выполнить этот приказ, командование окруженных войск должно было прибегнуть к крайним мерам для поддержания дисциплины. С этой целью было приведено в исполнение 364 смертных приговора.

10 января войска Донского фронта приступили к ликвидации окруженной группировки.

14 дней спустя Паулюс сообщил германскому верховному командованию: «Катастрофа неизбежна. Для спасения еще оставшихся в живых людей прошу немедленно дать разрешение на капитуляцию». Его просьба была отклонена.

Войска Донского фронта 17 января вышли к Во-ропонову, и советское командование вновь предложило Паул юсу капитулировать. Предложение было отвергнуто. Войска продолжали наступление, и 25 января передовые части ворвались в Сталинград с запада. К исходу 26 января войска 21-й армии в районе Мамаева кургана соединились с войсками 62-й армии и расчленили окруженную группировку на две части: северную и южную. Теперь боеспособность немецких войск резко снизилась. Началась массовая сдача в плен.

31 января окончательно было сломлено сопротивление южной, а 2 февраля — северной группировок армии Паулюса. Войска Донского фронта завершили разгром

22 дивизий, взяв в плен 91 тыс. солдат и офицеров во главе с генерал-фельдмаршалом Паулюсом (это звание он получил, уже находясь в окружении).

Двести дней и ночей не утихала ожесточенная Сталинградская битва. По размаху, напряженности и последствиям она не знала себе равных в истории. Сталинградская эпопея завершилась победой Советской Армии.

В результате контрнаступления под Сталинградом советские войска разгромили 6-ю и 4-ю танковые немецкие армии, 3-ю и 4-ю румынские и 8-ю итальянскую армии, которые потеряли свыше 800 тыс. человек, до 2 тыс. танков и штурмовых орудий, более 10 тыс. орудий и минометов, около 3 тыс. боевых и транспортных самолетов. Общие потери вермахта за время Сталинградской битвы составили около 1,5 млн. человек.

В связи с катастрофой под Сталинградом в Германии был объявлен трехдневный траур. Ее население вместо бравурных победных маршей слушало погребальный звон церковных колоколов.

ОБЩЕЕ НАСТУПЛЕНИЕ СОВЕТСКОЙ АРМИИ ЗИМОЙ 1942—1943 ГГ.

Важнейшим звеном в общем наступлении Советской Армии была Северо-кавказская операция, осуществленная с 1 января по 4 февраля 1943 г. Она проводилась в условиях наступившего перелома в борьбе за Кавказ.

К началу наступления советских войск против северокавказской группировки там, в огромной 1000-километровой полосе, действовали войска Закавказского фронта под командованием генерала армии И.В.Тю-ленева. На правом крыле, на рубеже Ачикулак, Моздок, Терек, южная окраина Нальчика, находились войска Северной группы, на левом, проходившем вдоль Главного Кавказского хребта, на участке от Эльбруса до Новороссийска, вели бои войска Черноморской группы. Их действия обеспечивали с воздуха 834 самолета 4-й и 5-й воздушных армий и Черноморского флота.

В то время наступавшие войска Южного фронта вели бои на рубеже Зимовники, Приютное, создавая тем самым угрозу тылам всей вражеской группировки, находившейся на Северном Кавказе. Правому крылу этого фронта, согласно замыслу Ставки на проведение Северо-кавказской наступательной операции, и предстояло нанести главный удар на ростовском направлении с целью отсечения всей северокавказской группировки противника.

Непосредственное окружение и последующее уничтожение этой группировки должны были осуществить войска левого крыла Южного фронта и Черноморская группа Закавказского фронта, нанося встречные удары через Сальск и Краснодар в общем направлении на Тихорецк. При этом Черноморской группе предписывалось осуществить две операции, носившие условные наименования «Горы» и «Море».

Первая из них — наступление через Краснодар на Тихорецк — была возложена на 56-ю армию, в командование которой вступил генерал-лейтенант А. А. Гречко. Операцию «Море», главной целью которой было освобождение Новороссийска и Таманского полуострова, должны были проводить войска 47-й армии генерал-лейтенанта Ф. В. Камкова. Одновременно и Северная группа должна была развернуть наступление на ставропольском направлении и не допустить планомерного отхода действовавшей в ее полосе 1-й танковой армии противника.

Северо-кавказскую операцию начали войска Южного фронта, развернувшие 1 января наступление вдоль берегов Дона в сторону Ростова и Тихорецка. Их успешные действия, грозившие врагу окружением всех его войск на Северном Кавказе, вынудили германское командование начать спешный отвод своей 1-й танковой армии из района Моздока и Нальчика. Обнаружив это, Северная группа Закавказского фронта в первых числах января перешла к преследованию отступавшего противника.

Черноморская же группа в это время еще продолжала готовиться к наступлению на краснодарско-тихорецком направлении. В операцию она включилась лишь с 11—

16 января и до 24 января не смогла добиться сколько-нибудь существенных результатов. Ее продвижение на направлении главного удара не превысило 30 км.

Таким образом, одновременного наступления двух фронтов на Северном Кавказе не получилось. Противнику удалось к середине января отвести свою 1-ю танковую армию на промежуточный рубеж Черкесск, Петровское (северо-восточнее Ставрополя) и организовать оборону фронтом на востоке, а к вечеру 23 января задержать продвижение Северной группы на линии Белая Глина, станица Усть-Лабинская.

В полосе Южного фронта наступление развивалось по-прежнему успешно, особенно на его левом крыле. Действовавшая здесь 2-я гвардейская армия к 14 января достигла своими передовыми частями Маныча и продолжала продвигаться вперед. Тем не менее противнику удалось к исходу 23 января образовать общий фронт групп армий «Дон» и «А» и на рубеже нижнего течения Дона и Маныча задержать наступление советских войск.

В такой обстановке Верховное Главнокомандование внесло некоторые коррективы в свое решение, конкретизировав дальнейшие задачи обоих фронтов на Северном Кавказе. В директиве подчеркивалось, что на данном этапе операции решающую роль должен сыграть Южный фронт, от успешных действий которого в значительной степени зависело окружение и уничтожение 24 дивизий северокавказской группировки противника.

Ставка вывела Северную группу войск из состава Закавказского фронта и преобразовала ее в самостоятельный Северо-Кавказский фронт, командующим которого был назначен генерал И.И. Масленников. Перед войсками вновь созданного фронта была поставлена задача силами конно-механизированной группы помочь Южному фронту овладеть Батайском и Азовом и отрезать противнику пути отхода через Ростов.

Основные же силы Северо-Кавказского фронта были нацелены для нанесения удара на Краснодар, выход на побережье Азовского моря в районах Ейска и При-морско-Ахтырской, а также совместно с Черноморской группой Закавказского фронта на окружение и уничтожение всей северокавказской группировки гитлеровских войск.

К моменту получения фронтами этой директивы противник уже организовал оборону на рубеже севернее Ставрополя, Кропоткина и далее по Кубани. Перед Северо-Кавказским фронтом в общем направлении на Тихорецк отходила 1-я танковая немецкая армия, а 17-я армия, ожесточенно обороняясь, стремилась задержать наступление Черноморской группы и обеспечить отвод войск группы армий «А» на Таманский полуостров. Одновременно немецкое командование принимало все меры к тому, чтобы как можно дольше сохранять за своими войсками проход через Ростовскую горловину. Для этого они силами двух корпусов 4-й танковой армии продолжали упорно обороняться перед наступавшими войсками Южного фронта.

Начав с утра 24 января выполнение поставленных задач, войска Южного и Северо-Кавказского фронтов к 4 февраля сломили сопротивление противника в полосе между Манычем и Армавиром, подошли на 25 км к Батайску и выдвинулись к побережью Азовского моря в районе Ейска. Одновременно Закавказский фронт, наступая в западном направлении севернее и южнее Кубани, достиг рубежа Бейсугский лиман, Усть-Лабинская, южные подступы Краснодара. При этом советские войска освободили значительную часть Северного Кавказа.

Однако главная цель операции — окружение и уничтожение крупной стратегической группировки противника в этом районе —не была достигнута. Противник смог отвести свою 1-ю танковую армию в составе пяти дивизий через Ростов в Донбасс, а крупными силами 17-й армии закрепиться в низовьях Кубани.

Напряженная борьба войск Южного фронта на ростовском направлении завершилась освобождением 7 февраля Батайска и 14 февраля Ростова.

В целях быстрейшего уничтожения сильной немецкой группировки, отходившей на Тамань, и полного освобождения территории Северного Кавказа Ставка Верховного Главнокомандования своей директивой от

4 февраля приказала Северо-Кавказскому фронту, в состав которого передавалась и Черноморская группа Закавказского фронта, перейти в новое наступление и разгромить основные силы 17-й немецкой армии в районе Краснодара и Крымской. Это наступление, впоследствии получившее наименование Краснодарской операции, началось 9 февраля.

После ожесточенных боев 12 февраля Краснодар был освобожден. Соединения 17-й немецкой армии отходили на Таманский полуостров и в Крым.

Одновременно с наступлением на Кубани шли упорные бои в районе Новороссийска. Противник, удерживая Новороссийский порт и Таманский полуостров, стремился обеспечить себе использование морских коммуникаций, прикрыть подступы к Крыму и ограничить действия Черноморского флота, корабли которого базировались в портах Кавказского побережья.

Для содействия войскам Черноморской группы, наступавшим на новороссийском направлении, с кораблей флота был высажен десант. В течение семи месяцев десантники 18-й армии в жестоких боях стойко удерживали плацдарм на мысе Мысхако южнее Новороссийска.

Важную роль в сражениях за Кавказ сыграли 4-я и 5-я воздушные армии, а также авиация Черноморского военно-морского флота и его боевые корабли.

Одновременно с наступлением на Северном Кавказе советские войска развернули боевые действия и против крупной воронежской группировки противника — основных сил группы армий «Б» (2-я немецкая, 2-я венгерская и 8-я итальянская армии). Ставка предусматривала последовательное проведение здесь двух операций — Острогожско-Россошанской и Воронеж-ско-Касторненской.

Первый удар силами войск центра и левого крыла Воронежского фронта, которым командовал генерал Ф.И. Голиков, наносился южнее Воронежа по 2-й венгерской и 8-й итальянской армиям.

Это наступление и вошло в историю второй мировой войны под наименованием Острогожско-Россошанской операции. Главная роль в операции отводилась 40-й армии генерала К.С. Москаленко и 3-й армии генерала П.С. Рыбалко. Им предстояло окружить до 17 из 22 дивизий 2-й венгерской и 8-й итальянской армий, находившихся в районе предстоявшего наступления. В целях быстрейшего уничтожения окружаемых войск было решено нанести рассекающий удар силами 18-го отдельного стрелкового корпуса. Действия воронежского фронта обеспечивались с юга наступлением соседней 6-й армии Юго-Западного фронта, которой командовал генерал Ф.М. Харитонов.

План Острогожско-Россошанской операции блестяще был претворен в жизнь. Начав наступление главными силами 13 января, войска Воронежского фронта менее чем за неделю окружили основные силы острогожско-россошанской группировки врага и рассекли ее на две изолированные части. А еще через неделю, к 27 января, успешно завершилась и ее ликвидация.

Итог операции был внушительным: 15 дивизий противника прекратили свое существование, а еще 6 понесли тяжелое поражение. Только в плен было захвачено 86 тыс. немецких, венгерских и итальянских солдат и офицеров. Разгром противника южнее Воронежа был тяжелым ударом по всему фашистскому блоку.

Объектом действий советских войск в Воронежско-Касторненской операции явилась 2-я немецкая армия, насчитывавшая 12 дивизий общей численностью 125 тыс. человек. К операции были привлечены войска Воронежского фронта, а также левофланговая 13-я и 15-я воздушная армия Брянского фронта, которым командовал генерал М. А. Рейтер.

Операция началась 24—26 января. Уже 28 января наступающие войска двух фронтов соединились в районе Касторного, выйдя на пути отхода воронежско-кастор-ненской группировки. Основные ее силы (10 дивизий) оказались в окружении юго-восточнее Касторного. С

29 января советские войска приступили к ликвидации окруженной группировки.

В итоге Воронежско-Касторненской операции были разгромлены основные силы 2-й немецкой армии и 3-й армейский корпус 2-й венгерской армии — всего более

11 вражеских дивизий.Таким образом, в результате двух наступательных операций Воронежского фронта общее число разгромленных дивизий противника достигло 26. Это означало, что группой армий «Б» были потеряны ее основные силы. Оборонительный фронт врага оказался прорванным на огромном участке от Ливен до Купянска.

В общем стратегическом наступлении Красной Армии особое место занимала Шлиссельбургская наступательная операция. Проведенная во второй половине января 1943 г., она закончилась прорывом кольца блокады вокруг Ленинграда, который в течение более полутора лет был изолирован от страны.

В начале декабря 1942 г. Ставка Верховного Главнокомандования утвердила предложенный Военным советом Ленинградского фронта план совместной наступательной операции двух фронтов (Ленинградского и Волховского), получивший кодовое название «Искра».

Операция «Искра» началась 12 января 1943 г. На Волховском фронте главный удар наносила 2-я ударная армия генерала В.З. Романовского, перешедшая в наступление на фронте от Липок до Гайтолово. Она имела задачу прорвать оборону противника южнее Ладожского озера, захватить Синявино и, соединившись здесь с войсками 67-й армии Ленинградского фронта, совместно с ними завершить разгром немецких войск севернее этого населенного пункта. Южнее наносила удар 8-я армия генерала Ф.Н. Старикова. Действия этих армий обеспечивала 14-я воздушная армия, которой командовал генерал И.П. Журавлев.

Наступавшая навстречу войскам Волховского фронта 67-я армия генерала М.П. Духанова должна была форсировать Неву в ее верхнем течении, прорвать оборону противника южнее Шлиссельбурга и развить удар на Синявино. Наступление войск Ленинградского фронта с воздуха обеспечивала 13-я воздушная армия генерала С.Д. Рыбальченко. К операции привлекались также авиация дальнего действия, военно-воздушные силы и артиллерия Балтийского флота.

За семь дней войска Волховского и Ленинградского фронтов сокрушили немецкую оборону. 18 января в районе Синявино произошла историческая встреча войск 67-й и 2-й ударной армий. В этот же день был полностью очищен от немецких войск Шлиссельбург. Основная цель операции была достигнута. Южнее Ладожского озера был образован коридор шириной 8—11 км, через который Ленинград и обороняющие его войска получили прямую сухопутную связь со страной.

В ходе прорыва блокады советские войска разгромили до семи гитлеровских дивизий. Было взято в плен свыше 13 тыс. солдат и офицеров, захвачено много военных трофеев, в том числе опытный образец немецкого танка «тигр».

Коренной перелом в вооруженной борьбе был очевидным.

В конце января — начале февраля Ставка определила наступавшим на южном крыле фронта советским войскам новые задачи.

План Ставки намечал прежде всего освобождение Донбасса — главной угольно-металлургической базы страны и Харьковского промышленного района. Первую задачу (операция «Скачок») предстояло решить войскам Юго-Западного и Южного фронтов, которые должны были окружить и уничтожить удерживавшую Донбасс немецкую группу армий «Дон». Освобождение Харьковского промышленного района и основной железнодорожной магистрали, связывающей центральные области Советского Союза с югом страны, возлагалось на войска Воронежского фронта и часть сил левого крыла Брянского фронта (операция «Звезда»).

Наступление советских войск по плану операции «Звезда» началось 2—3 февраля. Уже 8 февраля был освобожден Курск, а на следующий день — Белгород. Используя достигнутые успехи, советские войска продолжали развивать наступление на Харьков, охватывая его с трех сторон. К исходу 14 февраля противнику оставался лишь один выход из Харькова — по железной дороге Мерефа — Новая Водолага. На следующий день войска Воронежского фронта начали штурм города. В полдень 15 февраля они пробились в Харьков одновременно с трех сторон, а в ночь на 16 февраля завязали бои в самом городе. Танковый корпус СС, которому грозило окружение, оставил Харьков. 16 февраля город был полностью очищен от противника. Советские войска продолжали наступление на запад.

Операция «Скачок» началась 29—30 января переходом в наступление правого крыла Юго-Западного фронта. Войска Южного фронта включились в эту операцию только 9 февраля, перейдя в наступление на Новочеркасск и Ростов с востока. Крупным успехом советских войск явилось освобождение 14 февраля после напряженных боев Ростова.

К 17 февраля войска достигли р. Миус. Их неоднократные попытки с ходу преодолеть этот рубеж не увёнчались успехом. Тем временем войска Юго-Запад-ного фронта к 18 февраля выдвинулись своим правым крылом на рубеж Змиев, восточнее Краснограда и Новомосковска, Синельниково, Красноармейское, Краматорская, Славянск, а левым — на линию Родако-во (25 км западнее Ворошиловграда), Дьяково. На этом и закончилось продвижение советских войск в Донбасской наступательной операции.

Менее чем за три недели наступления войска правого крыла Юго-Западного фронта продвинулись с боями на 200—250 км и вышли на подступы к Днепропетровску и Запорожью.

Между тем гитлеровское руководство задумало провести здесь большое контрнаступление.

13 февраля немецкая группа армий «Дон» была преобразована в группу армий «Юг», на усиление которой спешно подбрасывались подкрепления из Западной Европы, с Балкан, а также с некоторых участков со-ветско-германского фронта.

В Запорожье состоялось совещание высшего командования германской армии под руководством Гитлера. На нем был принят план контрнаступления, который предусматривал удар по войскам Юго-Западного фронта, продвигавшимся к Днепру, с тем чтобы отбросить их за Северный Донец.

Контрнаступление против правого крыла Юго-За-падного фронта началось 19 февраля. Под давлением превосходящих сил советские войска вынуждены были отойти на Северный Донец. После этого немецкие соединения нанесли удар по выдвинувшимся вперед войскам левого крыла Воронежского фронта. 16 марта немцы снова овладели Харьковом и оттеснили войска левого крыла Воронежского фронта к Белгороду, создав тяжелое положение не только для этого фронта, но и для тылов Центрального фронта.

Ставка Верховного Главнокомандования выдвинула на угрожающие направления резервы, с помощью которых к концу марта немецкое контрнаступление было остановлено. На всем южном крыле советско-германского фронта от Белгорода до Азовского моря обе стороны перешли к обороне.

В то время как на юге происходили решающие события зимней кампании, развивались активные действия и на других участках фронта. Важное место занимали наступательные операции советских войск на орловско-брянском направлении, которые проводились с середины февраля до конца марта.

С 15 февраля по 17 марта развернулись наступательные действия Северо-Западного фронта под командованием маршала С. К. Тимошенко в районах Демянска и Старой Руссы. Они привели к ликвидации демянского выступа противника и его плацдарма на р. Ловать.

Одновременно наступала 3-я ударная армия Калининского фронта. После разгрома Великолукской группировки врага в январе 1943 г. она развивала наступление севернее Великих Лук. Боевыми действиями советских войск в феврале—марте закончилась зимняя наступательная кампания 1942—1943 года.

2. ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ В СЕВЕРНОЙ АФРИКЕ

НАСТУПЛЕНИЕ 8-Й АНГЛИЙСКОЙ АРМИИ В СЕВЕРНОЙ

АФРИКЕ

С ноября 1940 г. по сентябрь 1941 г. продолжались с переменным успехом бои в Северной Африке между английскими войсками и войсками германского генерала Роммеля. Значению этих боев германское командование уделяло все меньшее внимание. Вначале ливийский фронт был важен для Германии, так как она стремилась завладеть Суэцким каналом с суши и тем самым перерезать основные коммуникации Англии с ее колониальными владениями.

В свою очередь английское правительство прилагало большие усилия, чтобы обеспечить свои коммуникации, и, именно поэтому для него фронт в Ливии был далеко не второстепенным.

Президент США Рузвельт придавал большое значение операциям в Северной Африке. «Весь этот район явно представлял жизненный интерес для США». Поэтому уже в 1940—1941 гг. американская авиация производила усиленные фотосъемки в Северной Африке.

Пока шли приготовления к высадке в Северной Африке, правительство Англии решило предпринять наступательные операции в этом районе, чтобы восстановить свои позиции до прибытия американцев. Стратегическая обстановка вполне благоприятствовала этому, т. к. напряженная борьба под Сталинградом не только сковала все силы немцев и не давала им возможности выделить резервы для Северной Африки, но даже потребовала переброски части войск из этого района на советско-германский фронт.

К осени 1942 г. 8-я английская армия, действовавшая в Северной Африке, насчитывала семь пехотных, три бронетанковые дивизии и семь танковых бригад. Все они могли быть брошены в наступление. Германия же имела изрядно потрепанные четыре немецкие и 11 итальянских дивизий.

23 октября англичане перешли в наступление, нанеся внезапный удар в районе Эль-Аламейна. Германские и итальянские войска поспешно отступили.

Страны фашистского блока осенью 1942 г. отказались от продолжения наступательных действий в бассейне Средиземного моря. Англия и США получили благоприятную возможность осуществить быструю подготовку и перейти в наступление в Египте. Общий американо-английский план в Северной Африке осенью

1942 г. сводился к тому, чтобы наступлением английских войск из Египта на запад и американо-английских войск из Северо-Западной Африки на восток разгромить противника и полностью изгнать державы «оси» из Африки.

Английские войска в Египте объединялись в 8-ю армию под командованием генерала Монтгомери, имевшую 11 дивизий и 4 отдельные бригады. Части были полностью укомплектованы и обеспечены всеми видами снабжения. Английские войска располагали 1100 танками и 1200 самолетами.

Вечером 23 октября 1942 г. после трехдневной авиационной и 20-минутной артиллерийской подготовки английская пехота при поддержке танков перешла в атаку. Но прорыв осуществить не удалось. Английское командование вынуждено было провести дополнительную подготовку. Только к утру 4 ноября в центре фронта немецкой обороны была пробита брешь. Наступавшие английские войска устремились в прорыв. Роммель, несмотря на категорическое запрещение из Берлина, отдал приказ об отходе из Египта.

Английские войска, продолжая преследование, 13 ноября вступили в Тобрук, через неделю вошли в Бенгази, а 27 ноября достигли границы Киренаики с Трипо-литанией, к югу от Эль-Агейла. 23 января 1943 г. они заняли порт Триполи и в первой половине февраля остановились на ливийско-тунисской границе перед укрепленной линией «Марет». Английские войска вышли к Тунису, еще оставшемуся в руках держав «оси».

ВЫСАДКА АМЕРИКАНО-АНГЛИЙСКИХ ВОЙСК В АЛЖИРЕ И МАРОККО

Десантная операция США и Англии в Северной Африке началась 8 ноября 1942 г. В этой операции участвовали три отдельные группы войск под общим командованием Эйзенхауэра. Одна группа, состоявшая из американцев, прибыла из США и высадилась на побережье Французского Марокко. Две другие группы состояли из английских и американских войск и были отправлены из Англии. Одна из них высадилась в районе Орана, другая — вблизи Алжира. В перевозке войск участвовало 500 транспортов, охранявшихся 350 военными кораблями всех классов.

Эта операция проводилась силами шести американских и одной английской дивизий, насчитывавших около 110 тыс. человек.

Высадка почти не встретила сопротивления со стороны французских войск. Лишь в Касабланке французская береговая артиллерия и линейный корабль открыли огонь. Но линкор был немедленно потоплен, а береговая артиллерия подавлена. Американские части успешно высадились и закрепились на побережье. Одновременно союзные воздушно-десантные отряды захватили два крупных аэродрома в Марокко.

Через несколько дней, 11 ноября 1942 г., заместитель главы правительства Виши и главнокомандующий вооруженными силами Франции адмирал Дарлан, находившийся в это время в Алжире, отдали приказ о прекращении сопротивления во Французской Северной Африке. Американо-английские войска начали быстрое беспрепятственное продвижение по территории Марокко и Алжира на восток. Уже к концу ноября они пересекли алжиро-тунисскую границу и вышли на дальние подступы к городам Бизерте и Тунису.

Хотя высадка американо-английских войск в Северной Африке преследовала свои особые цели и не оказала сколько-нибудь заметного влияния на общий ход второй мировой войны, тем не менее потеря Северной Африки была значительным ударом для Германии, пользовавшейся ее сырьем и продовольствием. К США и Англии перешли и те корабли французского военно-морского флота, которые находились в африканских портах. Но значительные силы этого флота были еще в Тулоне, на юге Франции. Теперь для гитлеровцев потеряло всякий смысл сохранение не-оккупированной части Франции.

21 ноября 1942 г. германские войска пересекли демаркационную линию и вступили в неоккупированную часть Франции, имея одной из своих задач захват флота в Тулоне. Одновременно итальянские войска начали оккупацию Ниццы, Савойи и острова Корсики.

Германские войска подошли к Тулону и окружили его. Французские моряки, не имея возможности вывести корабли в море, часть из них потопили, часть взорвали. Это были значительные силы: три линкора, авианосец, четыре тяжелых крейсера, три легких крейсера, 25 эсминцев, 26 подводных лодок и другие суда.

Сразу же после союзной высадки германское командование начало перебрасывать в Тунис морем и по воздуху войска из Западной Европы и Италии. К началу декабря 1942 г. в Тунисе уже имелось в общей сложности до пяти итало-немецких дивизий, объединенных в 5-ю танковую армию, под командованием германского генерала Арнима.

Американо-английским войскам, вступившим на территорию Туниса, не только не удалось преодолеть сопротивление этой армии, но и пришлось несколько отойти на запад.

На тунисском фронте установилось затишье. Линия фронта протяженностью 350 км проходила от мыса Серра до Гафсы. На северном крыле фронта располагались части 1-й английской армии, в центре — 19-й французский корпус, на южном крыле — 2-й американский корпус. Французский корпус был сформирован из состава тех французских вооруженных сил, которые находились во Французской Северной Африке до высадки американо-английских войск 8—12 ноября

1942 г.

Американо-английское командование занялось наведением порядка в своем лагере, а итало-немецкое, пользуясь передышкой, укрепляло тунисский плацдарм. Обе стороны были довольны спокойной обстановкой.

Английское министерство иностранных дел сделало все возможное для того, чтобы продвинуть де Голля по направлению к Северной Африке. Британский военный кабинет настаивал перед американцами на прямом признании де Голля.

Английские правящие круги считали Средиземное море важнейшим английским заповедником и проявляли крайнее недовольство тем, что США начинают играть ведущую роль в этом районе. Они никак не могли примириться с тем фактом, что адмирал Дар-лан сделался верховным комиссаром в Северной Африке благодаря американским усилиям.

24 декабря 1942 г. Дарлан был убит Фердинанг дом Боньером. 26 декабря убийцу Дарлана поспешно расстреляли. Однако убийство Дарлана не разрешило американо-английских противоречий в Северной

Африке. Американское правительство тотчас же облекло генерала Жиро всеми полномочиями по линии французских гражданских и военных дел в Африке и установило во всех французских колониях режим военной оккупации. Эйзенхауэр принял меры к тому, чтобы всемерно усилить позиции генерала Жиро.

4 января 1943 г. Рузвельт послал в Лондон решительную телеграмму, предупреждая, что Жиро будет беспрекословно подчиняться распоряжениям Эйзенхауэра как в политическом, так и военном отношении.

Цель этой телеграммы заключалась в том, чтобы рассеять все английские иллюзии, связанные с физическим устранением Дарлана.

В начале 1943 г. к Жиро присоединилась администрация Французской Гвианы. Чтобы помешать этому присоединению, де Гол ль назначил губернатором Французской Гвианы Бертана.

АМЕРИКАНО-АНГЛИЙСКОЕ СОВЕЩАНИЕ В КАСАБЛАНКЕ

В Северной Африке, вблизи Касабланки, 14—23 января 1943 г. состоялось очередное совещание представителей США и Англии, возглавляемое Рузвельтом и Черчиллем. В официальном коммюнике об этом совещании говорилось, что оно созвано «с целью использовать с наибольшими выгодами явно благоприятный поворот, который события приняли в конце 1942 г.».

На конференции Алан Брук напомнил, что Рузвельт и Черчилль еще год назад на Вашингтонской конференции в конце 1941 г. (условное наименование «Аркадия») согласились с тем, что союзные войска не могут высадиться на континент через Ла-Манш до тех пор, пока Германия не будет заметно ослаблена.

Это условие относилось прежде всего к состоянию немецких войск на советско-германском фронте.

А.Брук разъяснил, что в ожидании, пока Германия не будет ослаблена, усилия англичан и американцев должны быть направлены к тому, чтобы вынудить Германию возможно больше распылить свои силы. А.Брук заявил, что средиземноморские операции, особенно против Италии, в течение длительного времени могут заменить открытие второго фронта через Ла-Манш, т.к. они «приведут к значительному отводу войск с советско-германского фронта».

Затем доводы А.Брука стал обосновывать сам Черчилль. Чтобы вынудить немцев распылять свои силы, доказывал Черчилль, необходимо провести сначала серию отвлекающих действий против Сицилии, Корсики, Сардинии, Додеканезских островов и побережья Италии и Греции, до того как будут предприняты какие-либо основные операции на средиземноморском театре.

Рузвельт сам был склонен согласиться с расширением действий на Средиземноморском театре. После этого объединенный комитет начальников штабов без

33

2 Зак. 1543

труда и окончательно договорился 18 января 1943 г. о том, чтобы предпринять наступление на Сицилию.

Английские и американские руководители согласились, что США и Англия, как и в 1942 г., должны быть готовы провести внеочередную операцию по форсированию Ла-Манша в 1943 г. в том случае, «если Германия проявит признаки истощения», иными словами, если Красная Армия неожиданно быстро окажется у границ Германии. Рузвельт употребил даже более сильное выражение. Он предложил своевременно подготовить силы вторжения, «с тем чтобы их можно было немедленно использовать в случае краха Германии».

Ну а если Германия не будет разбита Красной Армией в 1943 г. и перейдет к длительной обороне? В этом случае, пояснил Рузвельт, «использовать их (подготовленные силы вторжения) позднее...».

На конференции в Касабланке была также достигнута договоренность относительно того, что русским должна и впредь оказываться экономическая помощь, «чтобы истощить силы Германии...». А пока будет проходить процесс истощения Германии на советско-германском фронте, союзники решили основную операцию 1943 г. осуществить в весьма чувствительном для Италии месте. На конференции было договорено, что ближайшая кампания (под названием «Хаски») будет направлена против Сицилии. Это решение означало, что второй фронт в Европе через Ла-Манш не будет открыт и в 1943 г. Вторжение во Францию тем самым было отсрочено примерно еще на один год.

Несмотря на неоднократные заявления руководителей США и Англии о том, что второй фронт в Западной Европе будет открыт в 1943 г., военные планы США и Англии продолжали ограничиваться районом Средиземного моря. «Следует признать, — говорил Черчилль 20 января на конференции в Касабланке, — что все наши военные операции весьма незначительны по сравнению с огромными ресурсами Англии и США, а тем более в сравнении с гигантскими усилиями России». Стратегия малых дел продолжала оставаться в силе.

Решение вновь отложить вторжение во Францию через Ла-Манш не помешало У.Черчиллю 9 февраля 1943 г. заявить Советскому правительству, что «мы (англичане и американцы) также энергично ведем приготовления, до пределов наших ресурсов, к операции форсирования Канала в августе, в которой будут участвовать британские части и части Соединенных Штатов» .

Однако в феврале и марте шли энергичные приготовления к высадке американо-английских войск на остров Сицилия.

Все коалиционное стратегическое планирование, касающееся вторжения на Европейский континент через Ла-Манш, продолжало оставаться в положении неопределенности и изменчивости. Реальные планы разгрома держав «оси» разработаны не были. План «Болеро», как и план «Следжхаммер» в 1942 г., был отодвинут на последнее место. Вопрос об операции по форсированию Ла-Манша (план «Раундап») был просто оставлен открытым до новых переговоров.

По плану «Раундап» намечалось к 1 апреля 1943 г. сосредоточить на Британских островах 48 союзных дивизий для форсирования Ла-Манша. Принятие плана «Хаски» привело к сосредоточению в Англии к концу 1943 г. всего лишь шести дивизий.

В целом конференция в Касабланке оказалась бесплодной в основных вопросах стратегии. Правительства США и Англии по-прежнему выступали за открытие второго фронта в Северной Франции только в принципе и с осуществлением в далеком будущем. В результате этой конференции вместо вторжения в Европу через Ла-Манш на Средиземноморском театре был предпринят ряд второстепенных действий.

ПОРАЖЕНИЕ ВОЙСК ДЕРЖАВ «ОСИ» В СЕВЕРНОЙ АФРИКЕ

Военные действия американо-английских войск в Тунисе неоправданно затянулись. 14 января 1943 г. представитель Французского национального комитета в СССР Гарро заявил, что в Тунисе «союзники располагают 200-тысячной армией, 150 тыс. имеется у Жиро. Из них только 30 тыс. участвуют в боях против немцев, остальные намеренно бездействуют. Бездействует и англо-американская армия...».

С начала декабря 1942 г. до середины февраля 1943 г. активных боевых действий в Тунисе не велось.

Американо-английское командование готовило наступление с целью овладения Тунисом. Итало-немецкое командование, зная о предстоящем наступлении, сделало попытку сорвать его. С этой целью немецкое командование 14 февраля атаковало американский сектор в южной части Туниса. Роммель предполагал отбросить американский правый фланг к границе Алжира

и не допустить соединения 8-й английской армии с американскими войсками.

К началу немецко-фа-шистского наступления части 1-й американской бронетанковой дивизии были разбросаны по всему фронту 2-го корпуса (150 км). У командира дивизии под руководством оказались лишь мелкие подразделения легких танков. В такой обстановке началась атака двух танковых групп немцев (80 и

30 танков) при поддержке 371 итало-немецкого самолета. Немецкий контрудар оказался для союзного командования совершенно неожиданным. В результате в течение четырех дней на фронте стояла полная неразбериха.

Разбросанность сил, рассредоточенные удары, ввод войск в бой по частям привели к тому, что к 23 февраля

1943 г. американские войска были отброшены назад к алжирской границе на 150 км с большими для них потерями: 150 танков и 1660 пленных. Это усилило и тунисский плацдарм, и тыл итало-немецких войск на линии Марет. Развить успех немецкое командование оказалось не в состоянии из-за недостатка сил. Это был последний успех Роммеля. 9 марта 1943 г. он покинул Тунис.

До 20 марта военные действия на тунисском фронте прекратились. Американо-английское командование при-

водило в порядок свои войска и готовило силы для нового наступления.

20 марта, после полуторамесячной подготовки, войска Монтгомери начали прорыв линии Марет.

Одновременно американские войска наступали в Южном Тунисе с запада. К середине апреля 1943 г. итало-немецкие войска были оттеснены в Северный Тунис. 20 апреля союзники предприняли завершающую операцию. 8-я английская армия нанесла удар в северном направлении с рубежа Анфидавиль, Джебибина; американские и французские войска наступали на Би-зерту и Тунис с запада. 6—7 мая 1943 г. немецкая оборона была прорвана. Были заняты города Тунис и Бизерта.

13 мая 1943 г. итало-немецкие войска в Тунисе общей численностью около 250 тыс. человек полностью капитулировали. Примерно половину этого количества составляли немцы. Таким образом, к середине мая 1943 г. вся Северная Африка была очищена от итало-немецких войск.

3. КУРСКАЯ БИТВА.

ОБЩЕЕ НАСТУПЛЕНИЕ КРАСНОЙ АРМИИ ЛЕТОМ И ОСЕНЬЮ 1943 ГОДА

ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА К ЛЕТУ 1943 ГОДА. ПЛАНЫ СТОРОН

После длительных ожесточенных сражений на советско-германском фронте весной 1943 г. наступила стратегическая пауза, которая продолжалась до начала июля. Далеко продвинувшиеся на запад советские армии закреплялись на достигнутых рубежах. Однако затишье относилось лишь к действиям сухопутных войск. В воздухе шли небывалые по своему размаху и напряжению сражения. Обе воюющие стороны усиленно готовились к предстоящим тяжелым боям.

Продолжалась работа по дальнейшему укреплению Советских Вооруженных сил. Летом 1943 г. был в основном завершен переход стрелковых войск на корпусную систему. Создавались крупные соединения артиллерии резерва Верховного Главнокомандования. Бронетанковые и механизированные войска стали основным ударным и маневренным средством сухопутных войск. Успехи танковой промышленности позволили сформировать к лету 1943 г. большое число танковых и механизированных корпусов, танковых бригад, танковых и самоходно-артиллерийских полков. Были созданы танковые армии нового типа, основу которых составляли танковые и механизированные корпуса.

Значительные изменения произошли в авиации. Советское командование получило возможность создавать группировки авиации с численным перевесом над противником, особенно в истребителях. Для военно-воздушных сил стала реальной задача завоевания господства в воздухе на всем советско-германском фронте.

Действующая армия получала все больше и больше вооружения и боевой техники. К июлю 1943 г. она насчитывала более 6,4 млн. человек, 98,8 тыс. орудий и минометов, 9580 танков и самоходно-артиллерийских установок, 8290 боевых самолетов.

Германией и ее сателлитами зимой и весной 1943 г. предпринимались чрезвычайные меры по развитию военной экономики и наращиванию мощи вооруженных сил. Проведенная весной и летом 1943 г. тотальная мобилизация ресурсов Европы обеспечила значительный рост военной промышленности Германии. Производство танков, орудий, минометов по сравнению с предшествовавшим годом увеличилось более чем в 2 раза, боевых самолетов — в 1, 7 раза. Тотальная мобилизация людских резервов привела к тому, что в 1943 г. в армию было призвано на 2 млн. человек больше, чем в 1942 г. К лету 1943 г. общая численность вооруженных сил Германии составляла 10, 3 млн. человек. Но качественный состав немецкой армии был уже не тот, что в 1941 г.: к середине 1943 г. он заметно ухудшился.

Из-за нарушения США и Англией обязательства об открытии второго фронта на Западе гитлеровское руководство смогло направить львиную долю промышленных ресурсов Германии и оккупированной Европы, а также вновь мобилизованные людские контингенты на Восточный фронт. К лету 1943 г. оно не только в значительной степени восполнило понесенные потери, но и снабдило действовавшие на Востоке войска новыми, более совершенными образцами военной техники. Гитлеровская армия стала получать танки типа «пантера» и «тигр», штурмовые орудия «фердинанд». В авиацию поступили самолеты «Фокке-Вульф 190-А», «Хеншель-129».

На советско-германском фронте находилось 196 лучших немецких дивизий (68 % общего состава), из них танковых — 21, моторизованных — 7. С учетом войск сателлитов гитлеровские генералы имели в своем распоряжении для борьбы с Красной Армией 232 дивизии, около 5,2 млн. человек, 54,3 тыс. орудий и минометов, 5850 танков и штурмовых орудий, до 3 тыс. боевых самолетов и 277 кораблей основного класса. Это были огромные силы.

Для проведения крупной наступательной операции, получившей кодированное название «Цитадель», было выбрано курское направление. Далеко выдвинутый на запад Курский выступ создавал, по мнению гитлеровского командования, благоприятные предпосылки для окружения и последующего разгрома оборонявшихся здесь войск Центрального и Воронежского фронтов. После этого предполагалось нанести удар в тыл Юго-Западного фронта (операция «Пантера»). Намечался разгром всего южного крыла советско-германского фронта с решительным изменением военно-политической обстановки на советско-германском фронте в пользу вермахта. Не исключалась возможность после победы под Курском развивать удар в северо-восточном направлении с целью выхода в глубокий тыл центральной группировки советских войск и создания угрозы Москве. Кроме того, во второй половине лета гитлеровское командование предполагало провести операцию против Ленинграда. Эту операцию ставка вермахта собиралась провести «при максимальном сосредоточении всей имеющейся в распоряжении артиллерии, с использованием новейшего наступательного оружия».

Для наступления на Курск противник сосредоточил до 50 лучших своих дивизий, в том числе 16 танковых и моторизованных. Большие надежды он возлагал на новые танки. У основания Курского выступа враг создал мощные ударные группировки. Перед ними стояла задача прорваться к Курску, окружить, а затем уничтожить войска Центрального и Воронежского фронтов. Главную ставку немецкое командование делало на эффективность внезапного массированного удара танковых дивизий на узких участках прорыва.

Гитлер в оперативном приказе № 6 на проведение операции «Цитадель» писал: «Этому наступлению придается решающее значение. Оно должно завершиться быстрым и решающим успехом...

В связи с этим все подготовительные мероприятия необходимо провести с величайшей тщательностью и энергией. На направлении главных ударов должны быть использованы лучшие соединения, наилучшее оружие, лучшие командиры и большое количество боеприпасов... Необходимо широко использовать момент внезапности...; обеспечить максимальное массирование ударных сил на узком участке с тем, чтобы, используя местное подавляющее превосходство во всех средствах наступления (танках, штурмовых орудиях, артиллерии, минометах и т. д.), одним ударом пробить оборону противника, добиться соединения обеих наступающих армий и таким образом замкнуть кольцо окружения».

Операция «Цитадель» готовилась немецким командованием очень тщательно. Сроки ее начала неоднократно переносились с тем, чтобы в максимальной степени насытить ударные группировки новыми танками и штурмовыми орудиями.

Однако несмотря на все меры, предпринимавшиеся гитлеровцами, чтобы скрыть подготовку наступления и добиться внезапности, советская разведка раскрыла их планы. Ставке Верховного Главнокомандования и Генеральному штабу удалось не только составить общее представление о замысле готовящегося наступления, но и установить состав ударных группировок противника, направление готовящихся ударов, а затем и точное время их нанесения.

Окончательное решение о плане летней кампании

1943 г. Ставкой Верховного Главнокомандования было принято в конце мая — начале июня, когда вполне выяснились планы немцев на проведение операции «Цитадель» .

Наступление противника из района Орла должен был отразить Центральный фронт (командующий генерал К. К. Рокоссовский), а из района Белгорода—Воронежский фронт (командующий генерал Н. Ф. Ватутин). Переход в контрнаступление и разгром белгородско-харьковской группировки (операция «Полководец Румянцев») предполагалось осуществить силами Воронежского и Степного фронтов во взаимодействии с Юго-Западным. Разгром орловской группировки противника (операция «Кутузов») возлагался на левое крыло Западного фронта, на Брянский и Центральный фронты. Их переход в контрнаступление должен был произойти в тот момент, когда противник истощит свои силы в атаках против подготовленной обороны советских войск.

После разгрома немецких войск в районе Курского выступа предусматривалось развернуть общее наступление на западном и юго-западном направлениях, нанести поражение основным силам войск групп армий «Юг» и «Центр», сокрушить оборону на огромном фронте от Великих Лук до Черного моря. За этим должно было последовать освобождение важнейших экономических районов Левобережной Украины, в том числе Донбасса. Наступающим предстояло далеко отодвинуть фронт противника от Москвы и Центрального промышленного района, преодолеть важный стратегический рубеж — Днепр, завершить освобождение Кавказа и захватить плацдарм в Крыму.

К началу немецкого наступления Ставка сосредоточила на курском направлении до 40 % общевойсковых объединений, имевшихся в действующей армии, и все танковые армии. Количество сил и средств, выделенных для действий под Курском, было значительно большее, чем в предшествовавших наиболее крупных сражениях.

В итоге соотношение сил в районе Курского выступа к началу июля было в пользу советских войск. Оно составляло в людях 1,4 : 1, в орудиях и минометах — 1,9 1, в танках и САУ — 1,2 1, в самолетах — 1,3 : 1. Всего в войсках Центрального и Воронежского фронтов насчитывалось свыше 1337 тыс. человек, 19300 орудий и минометов, более 3300 танков и САУ и 2650 самолетов.

Особые усилия направлялись на организацию противотанковой и противовоздушной обороны. Всего к началу наступления противника было построено восемь оборонительных полос и рубежей на общую глубину 250—300 км. Войска Воронежского и Центрального фронтов в общей сложности отрыли 9240 км траншей и ходов сообщений.

Силами населения за три месяца было отрыто более

5 тыс. км траншей, построено и восстановлено около 250 мостов, отремонтировано более 3 тыс. км шоссейных и грунтовых дорог. Важное значение имело строительство жителями Курской области железнодорожной магистрали Старый Оскол — Ржава, общей протяженностью 95 км. Она была крайне нужна для снабжения Воронежского фронта. Строительство ее было завершено за 32 дня, почти на месяц раньше срока, установленного ГКО.

ОБОРОНИТЕЛЬНОЕ СРАЖЕНИЕ НА КУРСКОЙ ДУГЕ

5 июля 1943 г. мощные немецкие группировки, сосредоточенные на северном и южном фасах Курской дуги, перешли в наступление. Советское командование, которому был известен срок нанесения ударов противником, организовало артиллерийскую контрподготовку по изготовившимся немецким войскам.

По приказу К.К. Рокоссовского свыше 500 орудий за 10 минут до начала немецкой артподготовки нанесли удар по артиллерии противника. Застигнутое врасплох, немецкое командование оказалось вынужденным оттянуть начало своей артиллерийской подготовки почти на 2 часа. Это дало возможность артиллерии Центрального фронта произвести второй огневой налет. Лишь около 6 часов утра Орловская группировка немецких войск при поддержке танков и авиации начала наступление.

Ожесточенные бои в первые же часы битвы развернулись в полосе 13-й гвардейской армии генерала Н.П. Пухова, оборонявшейся севернее Курска, и в полосе 7-й гвардейской армии генерала М.С. Шумилова, действовавшей на корочанском направлении.

Уже первый день битвы под Курском выявил, что наступление проходит не так, как планировалось немецким командованием. Танковые дивизии противника, брошенные на заранее подготовленную оборону, несли большие потери, темп их продвижения был низким.

Второй день наступления также не принес немецким войскам того успеха, на который они рассчитывали.

Еще вечером 5 июля командующий Центральным фронтом генерал К. К. Рокоссовский принял решение: с утра следующего дня нанести сильный контрудар по главной группировке наступавших гитлеровских войск. Для этого привлекались два танковых и один стрелковый корпус. Несмотря на то, что проведение контрудара встретило ряд серьезных трудностей, он оказал значительное влияние на весь ход оборонительного сражения на северном фасе Курского выступа. Мощная танковая группировка немцев понесла потери, и ее дальнейшее продвижение на направлении главного удара было остановлено.

На северном фасе Курской дуги в районе Понырей сражались части 307-й стрелковой дивизии генерала М. А. Еншина. Против них немецкое командование бросило части одной танковой и трех пехотных дивизий и крупные силы авиации.

Одновременно с боями на земле шли ожесточенные сражения в воздухе. Летчик 8-й гвардейской истребительной дивизии 5-го истребительного авиационного корпуса гвардии лейтенант А. К. Горовец в воздушном бою один на истребителе Ла-5 вступил в бой с 20 немецкими бомбардировщиками и сбил 9 из них. Внезапно атакованный немецкими истребителями, летчик погиб в этом бою. В битве под Курском открыл боевой счет летчик И. Н. Кожедуб. 6 июля он сбил бомбардировщик Ю-87, на следующий день — еще один, а 8 июля уничтожил два истребителя Ме-109.

К исходу 9 июля стал очевидным кризис немецкого наступления. К 10 июля немецкие войска продвинулись на 10—12 км, но большего добиться не смогли. Их надежды на прорыв к Курску с севера потерпели крах, и они перешли к обороне.

Еще более драматично развернулись события на южном участке Курской дуги, где оборонялись войска Воронежского фронта. И здесь командование фронтом нанесло артиллерийский удар по огневым позициям и сосредоточившимся для наступления войскам противника. Утром 5 июля 4-я немецкая танковая армия, в составе которой действовали отборные дивизии СС «Райх», «Адольф Гитлер» и «Мертвая голова», а также моторизованная дивизия «Великая Германия» двинулись на штурм главной полосы обороны Воронежского фронта, нанося основной удар на Обоянь, прикрывавшую пути к Курску.

Один из наиболее мощных ударов пришелся по оборонявшимся южнее Курска войскам 6-й гвардейской армии, которой командовал генерал И.М. Чистяков. Здесь наступали основные силы 4-й танковой немецкой армии — до 700 танков и многочисленная пехота. Четырем стрелковым дивизиям, в том числе трем гвардейским — 71-й полковника И.П. Сивкова, 67-й полковника А.И. Быкова и 52-й полковника И.М. Некрасова, пришлось отбить натиск превосходящего противника. На отдельных направлениях плотность танков немцев на километр фронта достигала 100 машин. Несмотря на огромное количество боевой техники и живой силы, противнику не удалось выполнить задачи дня. Гитлеровцы вклинились в оборону войск Воронежского фронта всего на 6—8 км.

Весьма ограниченных успехов добились немецкие войска 6 июля на южном фасе Курской дуги. К исходу второго дня сражения немецким танкам, наступавшим на Обоянь, удалось преодолеть главную полосу обороны в центре 6-й гвардейской армии и на узком участке вклиниться во вторую полосу. Дальнейшее их наступление было задержано войсками 1-й танковой армии генерала М. Е. Катукова, а также 2-го и 5-го гвардейских танковых корпусов. На корочан-ском направлении в результате двухдневных боев немцы захватили плацдарм на восточном берегу Сев. Донца и на узком участке фронта вышли ко второй полосе обороны 7-й гвардейской армии.

9 июля немецкие войска продвинулись в глубь советской обороны на 35 км, но взять Обоянь так и не смогли. Тогда они предприняли попытку обойти город с востока и продолжать наступление на Курск. Маневр этот был разгадан. Из резерва Ставки на новое направление были выдвинуты 5-я гвардейская танковая армия под командованием генерал-лейтенан-та П.А. Ротмистрова и 5-я гвардейская армия генерал-лейтенанта А. С. Жадова, которые вместе с тремя армиями Воронежского фронта (1-й танковой, 6-й и 7-й гвардейскими) должны были не только сдержать, но и разгромить наступающего противника. 12 июля в окрестностях станции Прохоровка с новой силой разгорелось танковое сражение. На небольшом пространстве в районе Прохоровки встретились в общей сложности 1,2 тыс. танков и самоходных орудий. До позднего вечера на поле боя стоял грохот орудий, гул моторов, лязг гусениц. Горели сотни бронированных машин, тучи пыли и дыма заволокли небо. Обе стороны несли тяжелые потери.

Острие вражеского танкового клина, надломленное под Обоянью, окончательно сломалось. Силы иссякли, и к концу дня немецкие войска перешли к обороне. 15 июля немецкое командование было вынуждено принять решение об отходе. К 23 июля войска Воронежского и введенного в сражение Степного фронтов восстановили положение, которое они занимали перед началом немецкого наступления. План «Цитадель» полностью провалился. Стратегическая инициатива осталась в руках Советского Главнокомандования. Курская битва вступила в новую фазу развития. Красная Армия перешла в контрнаступление.

КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ СОВЕТСКИХ ВОЙСК

Второй этап Курской битвы начался 12 июля и длился до 23 августа. Первыми перешли в наступление против Орловской группировки немцев Брянский и Западный фронты генерал-полковников М.М. Попова и

В. Д. Соколовского. 15 июля включился в контрнаступление Центральный фронт генерала армии К.К. Рокоссовского.

Советским войскам пришлось здесь столкнуться с мощными инженерными сооружениями, которые обороняли 37 дивизий общей численностью до 600 тыс. человек, имевшими почти 6 тыс. орудий и около 1 тыс. танков и самоходных орудий. Командование 2-й танковой и 9-й немецкими армиями сразу же после начала советского наступления объединил в своих руках генерал-полковник В. Модель, которого называли в Германии «львом обороны». Однако советские войска сумели пробить казавшиеся неприступными укрепления и вынудили противника к отступлению.

Советское командование к началу контрнаступления сумело создать здесь значительное превосходство: в людях — в 2 раза, в орудиях, минометах, танках и САУ — в 3, в самолетах — в 2,7 раза. К тому же мощный натиск войск Брянского фронта и левого крыла Западного фронта был неожиданным для находившейся на этом важном направлении немецкой группировки.

В результате двухдневных напряженных боев оборона войск 2-й танковой армии была прорвана на трех направлениях. 11-я гвардейская армия Западного фронта, наступая на Волхов и Хотынец, к исходу 13 июля вклинилась в расположение вражеской обороны на глубину до 25 км. Успешно развивалось и наступление войск

Брянского фронта. Восточнее Орла они продвинулись на 14—15 км, а на болховском направлении — на 8 км. Еще больше ухудшилось положение орловской немецкой группировки после того, как 15 июля перешли в контрнаступление войска правого крыла Центрального фронта.

Наступление советских войск на орловском направлении продолжало успешно развиваться. В этих боях получила боевое крещение «Нормандия» — эскадрилья французских летчиков. В июльско-августовских боях 14 истребителей во главе с майором Жаном Луи Тюляном сбили 33 немецких самолета, но и сами понесли тяжелые потери.

В то время, когда войска Брянского и Западного фронтов дрались на подступах к Орлу, перешли в наступление армии Воронежского и Степного фронтов. К концу июля основные силы Воронежского и Степного фронтов были сосредоточены на белгородско-харьковском направлении, что создавало благоприятные условия для глубокого фронтального удара по стыку ослабленных в предшествовавших боях 4-й танковой армии и оперативной группы «Кемпф». Такой удар и было решено нанести смежными флангами этих двух фронтов из района северо-западнее Белгорода в общем направлении на Богодухов, Валки, Новая Володага с целью рассечения белгородско-харьковской группировки противника на две части и последующего охвата и разгрома вражеских сил в районе Харькова.

Общее соотношение сил к началу Белгородско-Харьковской операции составляло по людям — 3,2 : 1, по орудиям и минометам — 4 1, по танкам и САУ —

4 : 1, по самолетам — 1,3 : 1 в пользу советских войск.

Контрнаступлению войск Воронежского и Степного фронтов, начавшемуся утром 3 августа, предшествовала мощная артиллерийская и авиационная подготовка.

Уже в ходе первого дня боев оборона противника была прорвана на всю тактическую глубину. Развивая наступление в глубь вражеской обороны, советские войска нанесли крупное поражение противнику в районах Томаровки и Борисовки и 5 августа овладели Белгородом.

В ознаменование одержанных побед московское небо в тот день озарилось первым в истории Великой Отечественной войны артиллерийским салютом.

Неся большие потери, орловская группировка противника откатывалась на запад. К 18 августа советские войска, нанеся тяжелое поражение группе армий «Центр», продвинулись в западном направлении до 150 км, полностью ликвидировав орловский плацдарм.

Успешно развивалось наступление советских войск на харьковском направлении. Соединения 1-й танковой армии за пять дней прошли с боями более чем 100 км. К исходу 7 августа они овладели опорным пунктом вражеской обороны Богодуховом. Одновременно 5-я гвардейская танковая армия освободила Казачью Лопань и Золочев, превращенные немецким командованием в крупные узлы сопротивления, прикрывавшие Харьков с северо-запада. Таким образом, мощным ударом танковых объединений вражеская оборона была разрезана на две части.

Уже к 11 августа войска Воронежского фронта, значительно расширив прорыв в западном и юго-западном направлениях, выдвинулись своим правым крылом к опорным пунктам противника — Боромле, Ахтырке, Котельве и перерезали железную дорогу Харьков—Полтава. Армии Степного фронта к тому времени вплотную подошли к внешнему харьковскому оборонительному обводу.

Немецкое командование отчаянно пыталось остановить наступление советских войск и удержать Харьков в своих руках. Предпринимались срочные меры по переброске в этот район танковых и моторизованных дивизий из Донбасса и с орловского направления. Противник рассчитывал сильным контрударом танковых корпусов разгромить войска Воронежского фронта в районе Богодухова и Ахтырки и стабилизировать линию фронта, но потерпел провал.

В ходе упорной борьбы армии Воронежского фронта отразили сильные контрудары вражеских танковых корпусов юго-западнее и западнее Харькова. В это же время войска Степного фронта сломили сопротивление немецких соединений на оборонительных рубежах севернее города и вышли на его окраины. Выполняя указание Ставки, войска правого крыла Юго-Западного фронта форсировали Сев. Донец, завязали упорные бои за Змиев и установили локтевую связь с соединениями 57-й армии Степного фронта, наступавшей на Харьков с востока. В ночь на 18 августа Змиев был освобожден советскими войсками. Для немецких соединений, оборонявшихся в Харькове, создалась угроза окружения.

С каждым часом положение харьковской группировки противника становилось все более бесперспективным. В ночь на 23 августа соединения Степного фронта начали штурм Харькова. К 12 часам 23 августа Харьков был полностью очищен от немецких войск.

Освобождением Харькова завершилось контрнаступление Красной Армии в Курской битве. Мощная немецкая группировка, нацеленная для наступления на Курск с юга, была разгромлена, противник отброшен почти на 150 км. Выход советских армий в район южнее Харькова усилил угрозу для немецких войск, оборонявшихся в Донбассе.

В результате Курской битвы Советские Вооруженные Силы нанесли врагу такое поражение, от которого фашистская Германия уже никогда не смогла оправиться. Были разгромлены 30 ее дивизий, в том числе 7 танковых. Потери немецких сухопутных войск составили более 500 тыс. человек, 1500 танков, 3000 орудий, свыше 3700 боевых самолетов.

ПЕРЕХОД КРАСНОЙ АРМИИ В ОБЩЕЕ НАСТУПЛЕНИЕ

Разгром немецких войск на южном крыле совет-ско-германского фронта помимо экономических выгод, связанных с освобождением важнейших промышленных и сельскохозяйственных районов, имел огромное военно-политическое значение, открывая близкую перспективу полного освобождения советской земли и переноса военных действий за пределы СССР, на территорию стран Юго-Восточной Европы.

Немецкое командование сознавало всю пагубность для себя подобного хода событий и потому прилагало отчаянные усилия к тому, чтобы стабилизировать фронт. На стратегическом оборонительном рубеже по рекам Сож и Днепр, названном «Восточным валом», оно рассчитывало остановить советские войска. Но для этого нужна была передышка, чтобы создать и подтянуть резервы.

Советское Верховное Главнокомандование решило незамедлительно расширить фронт наступления советских войск на Юго-Западном направлении. Перед Центральным, Воронежским, Степным, Юго-Западным и Южным фронтами были поставлены задачи разгромить главные силы врага на одном из центральных участков и на всем южном крыле советско-германского фронта, освободить Донбасс, Левобережную Украину и Крым, выйти на Днепр и захватить плацдармы на его правом берегу.

Предусматривалось, что Центральный, Воронежский и Степной фронты выйдут на среднее течение Днепра, а Юго-Западный и Южный — на нижнее. Одновременно готовились операции севернее и южнее: основным силам Западного и левого крыла Калининского фронтов планировалось нанести поражение 3-й танковой и 4-й полевой армиям немецкой группы армий «Центр», выйти к Духовщине, Смоленску и Рославлю, чтобы отодвинуть подальше от Москвы линию фронта, создать благоприятные условия для освобождения Белоруссии и лишить немцев возможности перебрасывать отсюда силы на юг, где решалась основная задача кампании.

Северо-Кавказский фронт во взаимодействии с Черноморским флотом и Азовской флотилией должны были очистить Таманский полуостров и захватить плацдарм у Керчи. Таким образом, Ставка планировала провести общее наступление на фронте от Великих Лук до Черного моря.

Этот крупный по замыслу и участвовавшим в его выполнении силам план осуществлялся в ходе следующих операций: Смоленская — с 7 августа по 2 октября (со взятием Смоленска и Рославля, начало освобождения Белоруссии); Донбасская — с 13 августа по 22 сентября (освобождение Донбасса); операция по освобождению Левобережной Украины — с 25 августа по 30 сентября (прорыв к Днепру); Черниговско-Припятская — с 26 августа по 1 октября (освобождение Черниговской области); Брянская — с 1 сентября по 3 октября (продвижение от Среднерусской возвышенности к бассейну Десны); Новороссийско-Таманская — с 9 сентября по 9 октября (завершено освобождение Кавказа); Мелитопольская — с 26 сентября по 5 ноября (выход к Крымскому перешейку); Кер-ченско-Эльтигенская десантнгая (захват плацдарма в Восточном Крыму).

Как видим, ни одна из этих операций не начиналась и не заканчивалась в одно и то же время. Они как бы перекрывали по времени друг друга, являясь последовательными лишь в самом общем смысле. Это вынуждало немецкое командование дробить свои резервы, перебрасывая их с участка на участок, пытаясь закрыть на фронте то там, то тут гигантские бреши, проделываемые в его обороне советскими войсками.

40 дивизий группы армий «Центр», опиравшиеся на мощные оборонительные рубежи, оказали ожесточенное сопротивление наступающим советским войскам. Среднесуточный темп продвижения не превышал 2, 5—3 км, что позволяло противнику закрепляться на последующих полосах обороны. Вся оперативная полоса немецкой обороны, простиравшаяся на глубину 120—130 км, была прорвана лишь 10 сентября — через 40 дней после начала операции. Сосредоточив усилия на смоленском направлении, войска обоих фронтов обошли Смоленск с юга и с севера и 25 сентября освободили от врага этот старый русский город, издревле называвшийся «ключом государства Московского». К началу октября освобождение Смоленской области было завершено. Продвинувшись на запад более чем на 200 км, советские войска вышли к границам Белоруссии.

17 сентября войска Брянского фронта заняли Брянск — важнейший железнодорожный узел, обеспечивавший связь между немецкими армиями и тыловыми районами.

В октябре Красная Армия развернула наступление на гомельско-бобруйском направлении. Сокрушив оборону германских войск, советские войска отбросили их за реку Сож и приступили к освобождению Белоруссии. 26 ноября ими был освобожден от немцев первый областной центр Белоруссии — г. Гомель.

Затяжной и упорный характер приняли бои на оршанском и могилевском направлениях. Бои не привели к значительному продвижению на запад, но они сковали группу «Центр» и не дали германскому командованию перебросить силы на юг, где развертывались решающие события.

ОСВОБОЖДЕНИЕ ДОНБАССА И ЛЕВОБЕРЕЖНОЙ УКРАИНЫ

Донбасс немецкое командование стремилось удержать в своих руках во что бы то ни стало, а потому делало все возможное, чтобы превратить его в хорошо укрепленный оборонительный район. Немецкое руководство считало, что оставление Донбасса и Центральной Украины повлечет за собой утрату важнейших аэродромов, большие потери в продуктах питания, угле, энергетических ресурсах, сырье.

Передний край главной оборонительной полосы немцев, прикрытый рядами проволочных заграждений и минными полями, проходил по Северному Донцу и Миусу. В глубине противник имел оборонительные рубежи по рекам Крынка, Мокрый Еланчик, Конка, Берда, Кальмиус, Волчья и Самара. На переднем крае и в глубине укрепленного района было построено много деревоземляных и железобетонных сооружений. 11 августа 1943 г. Гитлер отдал дополнительный приказ о строительстве стратегического рубежа обороны, который стал известен у немцев под названием Восточного вала, от Утлюкского лимана через горько-соленое Молочное озеро и далее по линии реки Молочной, среднего течения Днепра, реки Сож, через Оршу, Витебск, Псков и по реке Нарве.

Оборону Донбасского района гитлеровское командование возложило на 1-ю танковую и 6-ю полевую армии, входившие в группу армий «Юг» и насчитывавшие до 22 дивизий. Ими командовали опытные военачальники, генерал-полковники Макензен и Холлидт.

Ставка Верховного Главнокомандования начала большое наступление на юге. Первыми перешли в наступление в Донбассе войска Юго-Западного (командующий генерал армии Р.Я. Малиновский), а затем и Южного (командующий генерал-полковник Ф.И. Толбухин) фронтов. Войска Южного фронта, форсировав реку Миус, прорвали оборону противника, именовавшуюся «Миус-фронтом», и создали севернее Таганрога крупную брешь.

Утром 26 августа возобновил наступление Центральный фронт. Осуществив успешный прорыв оборонительных сооружений немцев, войска фронта вступили на территорию Украины и повели дальнейшее наступление в общем направлении на Киев. 15 сентября советские соединения вступили в Нежин — путь к Днепру и Киеву был открыт. Тем временем значительно потеснили противника войска Воронежского и Степного фронтов. Положение немецкой группы армий «Юг» становилось крайне затруднительным. Глубокие прорывы советских войск на ее флангах создавали угрозу тылам фашистских армий, расположенных в Донбассе. Перебросить подкрепления из групп «Центр» и «Север» не удалось. В этих условиях немецкое командование приняло решение о постепенном отводе своих сил из Донбасса.

Важной составной частью немецкого плана отступления с Левобережной Украины было проведение широких мероприятий по созданию «зоны пустыни» на оставляемой территории. Наряду с вермахтом и в тесном взаимодействии с ним самое активное участие в тотальном опустошении оставляемых районов принимали войска СС и полиция. 7 сентября 1943 г. Гиммлер дал специальные указания по разрушению Донбасса. В этом документе говорилось: «Необходимо добиться того, чтобы при отходе из районов Украины не оставалось ни одного человека, ни одной головы скота, ни одного центнера зерна, ни одного рельса; чтобы не остались в сохранности ни один дом, ни одна шахта, которая бы не была выведена на долгие годы из строя; чтобы не осталось ни одного колодца, который бы не был отравлен. Противник должен найти действительно тотально сожженную и разрушенную страну».

Наступление Красной Армии поставило немецкие армии в катастрофическое положение. Грозный признак нового, гигантского «котла» навис над всей донбасской группировкой.

15 сентября немецким командованием был отдан приказ об общем отводе группы армий «Юг» за линию Мелитополь — Днепр на «Восточный вал». Войскам приказывалось удерживать эту позицию до последнего человека. Используя мощную водную преграду и значительные свежие силы, переброшенные с Запада, немцы рассчитывали восстановить стратегический фронт обороны. Вопрос об отводе немецких армий севернее Киева с Десны на Днепр ставился в зависимость от дальнейшего развития событий.

Не удалось немецкому командованию удержать фронт и на всем левобережье Днепра. Войска Центрального, Воронежского и Степного фронтов гнали немецкие войска с украинской земли. Во второй половине сентября советские армии на 700-километровом фронте от устья реки Сож до Запорожья вышли к Днепру. Почти вся Левобережная Украина, за исключением небольшого района между Молочной и Днепром, была освобождена.

КОНЕЦ «ГОЛУБОЙ ЛИНИИ»

Потерпев в начале 1943 г. поражение на Северном Кавказе, 17-я немецкая армия закрепилась на Таманском полуострове. Через все его основание, опираясь флангами на берега Чёрного и Азовского морей, протянулся оборонительный рубеж, названный «Голубой линией». До тех пор, пока немцы владели Таманью,

они хмогли быть сравнительно спокойны за подступы к Крыму. Таманский плацдарм, находившийся в глубоком тылу советских войск, приковывал к себе значительные силы Красной Армии, позволял контролировать выход из Азовского моря и, наконец, крайне затруднял действия Черноморского флота, лишенного такой важной базы, как Новороссийск.

Успехи, достигнутые летом 1943 г. на Украине, создали благоприятные условия для того, чтобы покончить с этим важным плацдармом и освободить Таманский полуостров. Северо-Кавказский фронт под командованием генерал-полковника И. Е. Петрова, Черноморский флот, в командование которым с мая 1943 г. вступил вице-адмирал JI. А. Владимирский, и Азовская военная флотилия под командованием контр-адмирала С. Г. Горшкова должны были разгромить немцев на Тамани, а затем начать освобождение Крыма.

В ночь на 10 сентября ударами с фронта, со стороны «Малой земли», и атакой торпедных катеров с моря началась борьба за Новороссийск — ключ обороны всего Таманского полуострова. 16 сентября после ожесточенных боев Новороссийск был освобожден. Вслед за тем началось наступление и на других участках Северо-Кавказского фронта.

Таманский полуостров был полностью очищен от немцев. Они бежали в Крым, потеряв в Керченском проливе и Азовском море свыше 70 различных судов, занятых эвакуацией. Столько же кораблей было потоплено и повреждено советской авиацией в Черном море. В последнюю ночь октября советский десант форсировал Керченский пролив и высадился на крымской земле. Борьба за Северный Кавказ завершилась победой Красной Армии.

БИТВА ЗА ДНЕПР. ОСВОБОЖДЕНИЕ КИЕВА

Отходя за Днепр, немецкие войска еще надеялись удержаться, прикрывшись этой водной преградой. Но советское Верховное Главнокомандование приняло меры, чтобы не дать им возможности закрепиться на этом рубеже.

Выходя к Днепру на 700-километровом фронте, советские войска без всякой паузы приступали к его форсированию. Используя не только табельные, но и подручные средства (рыбацкие лодки, плоты, доски, бочки и т. п.), бойцы и командиры под огнем врага переправлялись через реку и захватывали плацдармы на правом берегу. К исходу сентября на правом берегу Днепра было захвачено 23 плацдарма. Большинство из них поначалу ограничивалось лишь узкой кромкой берё-га, зацепившись за которую советские бойцы держались до подхода подкреплений. Маленькие, но многочисленные плацдармы, постепенно расширялись и укреплялись, здесь накапливались войска и техника, создавалась угроза крушения всей стратегической обороны противника на Правобережной Украине.

Командующий 1-м Украинским фронтом генерал армии Н.Ф. Ватутин на наблюдательном пункте под Киевом. Фотография. Октябрь 1943 г.

К концу сентября был выигран первый этап битвы за Днепр. Захват советскими войсками плацдармов на его западном берегу резко ухудшил обстановку для противника. Днепр как стратегический рубеж обороны для немецкой армии находился под угрозой потери.

Захват плацдармов на Днепре означал, что Красная Армия сорвала план германского командования по созданию здесь непреодолимой обороны и стабилизации Восточного фронта. Однако противник все еще не отказался от своего плана, и все последние месяцы 1943 г. отчаянно пытался с помощью спешно переброшенных с Запада свежих дивизий рядом контрударов отбросить советские войска за Днепр и восстановить линию фронта на этом рубеже. Серьезными факторами, облегчавшими выполнение данной задачи, немцы считали приближавшуюся осеннюю распутицу и большую оторванность советских войск от баз снабжения.

В октябре, в связи с быстрым продвижением Красной Армии на запад, произошли изменения в организации и наименованиях фронтов. На базе Брянского фронта севернее Великих Лук был создан и развернулся 2-й Прибалтийский фронт. Калининский фронт был переименован в 1-й Прибалтийский. Центральный стал именоваться Белорусским, а Воронежский, Степной, Юго-Западный и Южный стали, соответственно, 1-м, 2-м, 3-м и 4-м Украинскими фронтами.

В течение октября советские войска вели ожесточенные бои за удержание и расширение плацдармов на западном берегу Днепра. Особенно упорные бои развернулись на киевском направлении. Попытка 1-го Украинского фронта, которым командовал генерал Н.Ф. Ватутин, развить удар на Киев с букринского плацдарма не привела к успеху. Тогда Ставка Верховного Главнокомандования приняла решение нанести удар по киевской группировке противника с севера — с лютежского плацдарма. Сложная перегруппировка войск 1-го Украинского фронта была успешно проведена в крайне сжатые сроки — в конце октября — начале ноября.

3 ноября после мощной артиллерийской подготовки войска 38-й армии, наносившей главный удар, и 60-й армии, которыми соответственно командовали генералы К.С. Москаленко и И.Д. Черняховский, начали наступление севернее Киева. Для быстрейшего завершения прорыва обороны и овладения столицей Украины командующий фронтом ввел в сражение в направлении главного удара 3-ю гвардейскую танковую армию генерала П.С. Рыбалко.

Преодолевая ожесточенное сопротивление врага, советские войска успешно развивали наступление. Утром

5 ноября соединения танковой армии вышли в район Святошино и перерезали шоссе Киев — Житомир. В ночь на 6 ноября войска 38-й армии развернули бои на северной окраине Киева. После ожесточенных боев к 4 часам 6 ноября сопротивление противника в Киеве было полностью сломлено.

Освобождение столицы Украины — «матери городов русских» — было выдающейся победой советской армии.

6 ноября 1943 г. о ней возвестила Москва громом орудийного салюта.

Развивая наступление на Коростень, Житомир и Фастов, войска 1-го Украинского фронта вновь продвинулись на запад на 150 км. На правом берегу Днепра был создан важный стратегический плацдарм, занимавший по фронту свыше 500 км. Сильные контрудары танковых дивизий противника были успешно отбиты советскими войсками. Поражение, нанесенное крупной немецкой группировке в районе Киева, еще более изменило обстановку в пользу советских войск.

Упорная борьба шла и на юге Украины. С конца сентября по декабрь войска 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов вели наступление на кировоградском и криворожском направлениях и в Северной Таврии. Здесь оборонялись 6-я, 1-я танковая и часть сил 8-й немецкой армии. В ходе трехмесячных упорных боев войска 2-го и 3-го Украинских фронтов освободили Запорожье, Днепропетровск и создали на правом берегу Днепра второй крупный плацдарм стратегического значения глубиной 100 км и шириной до 450 км. Войска 4-го Украинского фронта в это время разгромили сильную оборону врага на р. Молочной, очистили почти всю Северную Таврию, захватили укрепления врага на Турецком валу Перекопского перешейка, форсировали Сиваш. Немецкие и румынские соединения были блокированы в Крыму, это привело к дальнейшему обострению отношений Румынии с Германией. Лишь в районе Никополя немецким войскам удалось удержать небольшой плацдарм на левом берегу Днепра.

Летне-осенняя кампания 1943 г. была блестяще завершена.

4. ПАРТИЗАНСКАЯ ВОЙНА В 1943 ГОДУ

РЕЖИМ ТЕРРОРА В ОККУПИРОВАННЫХ РАЙОНАХ

Затянувшаяся война и огромные потери Германии на советско-германском фронте поставили ее перед угрозой истощения людских и материальных ресурсов. Объявленные в Германии тотальные мобилизации не могли обеспечить ее потребности. Принудительные мобилизации трудоспособного населения для отправки в Германию стали проводиться повсеместно и с применением жестоких карательных мер против уклоняющихся от явки. Оккупационные власти устраивали внезапные облавы, сжигали дома неявившихся или бросали в тюрьмы и концентрационные лагеря членов их семей.

Мобилизованные на работу отправлялись в переполненных и наглухо запертых товарных вагонах. Помногу дней они не получали ни пищи, ни воды и тысячами умирали в пути. Каторжный труд на заводах и рудниках Германии, унизительное обращение являлись уделом оставшихся в живых. С 1941 г. по 1944 г. из оккупированных районов Советского Союза было угнано в Германию около 5 млн. человек.

Пытаясь подавить сопротивление народных масс, немецкие власти проводили карательные экспедиции, жертвами которых становилось в основном мирное население. Генеральный комиссар Белоруссии Кубе признавал, что в ходе одной лишь карательной операции было убито около 10 тыс. советских граждан, в том Числе «множество местных крестьян» и «очень много женщин и детей». Немецкие войска сжигали «за связь с партизанами» целые села и расстреливали их жителей.

За годы оккупации в республиках Прибалтики, в Белоруссии, на Украине, в оккупированных областях Российской Федерации немцы уничтожили миллионы советских граждан.

В прифронтовой полосе из оккупированных районов проводилась насильственная эвакуация мирных жителей. Многие из них загонялись в наскоро оборудованные концентрационные лагеря, где они содержались под открытым небом в любое время года и в любую погоду. Здесь умирали от голода и болезней тысячи людей — мужчин, женщин и детей. Насильственная эвакуация применялась особенно жестоко перед отступлением немецких войск.

Летом 1943 г. Гиммлер потребовал от военного командования, чтобы на покинутой территории не оставалось «ни одного человека, ни одной головы скота, ни одного центнера зерна, ни одной железнодорожной линии, ни одного дома...». Осуществляя тактику «выжженной земли», немецкие армии разрушили такие культурные и промышленные центры, как Киев, Одесса, Ростов-на-Дону, Новгород, Харьков, Смоленск, Минск и многие другие. Они уничтожали уникальные архитектурные памятники, сносили с лица земли школы, больницы, театры, высшие учебные заведения, научно-исследовательские учреждения.

НовоИерусалимский монастырь, разрушенный гитлеровцами. Фотография.

Пытаясь облегчить свою деятельность на оккупированных территориях, оккупационные власти создавали отряды из местных жителей и бывших военных, способствовавшие проведению их политики. К таким относились вооруженные отряды генерала Власова, «Русская освободительная армия», раз-вообразные «казачьи» и «национальные» части.

В 1942 — 1943 гг. активизировались украинские националисты, объявившие себя врагами «Москвы и Берлина». Они действовали в основном в районах Западной Украины.

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ ПАРТИЗАН В 1942 — 1943 ГОДАХ

С весны 1942 г. партизанское движение переживало новый период своего развития. В борьбу включались десятки тысяч советских людей. Еще более упрочились связи партизан и подпольщиков с местным населением. Тесная связь между партизанами и населением была обычной и для районов, контролиро-

вавшихся немецкими оккупантами. Партизаны спасали людей от расправы карателей, уничтожали чиновников оккупационной администрации, бургомистров, старост и полицейских. Подпольщики избавляли тысячи сельских и городских жителей от угона в Германию. Население обеспечивало отряды продовольствием, собирало для них оружие и медикаменты, сообщало о мероприятиях немцев. Одной из наиболее распространенных форм помощи партизанам были созданные во многих деревнях и селах группы самообороны. Они охраняли населенные пункты от налетов немецких войск. Часто группы самообороны преобразовывались в боевые отряды.

К концу 1942 г. в партизанских отрядах сражалось более 120 тыс. человек. Самые значительные группировки партизан образовались в Ленинградской, Калининской, Смоленской и Орловской областях РСФСР, в Белоруссии, в восточных и северных областях Украины.

Изменились организационные формы партизанской борьбы. На Украине образовались крупные партизанские соединения под командованием С.А. Ковпака, А.Н. Сабурова, А.Ф. Федорова и др. В Белоруссии и в оккупированных областях РСФСР небольшие отряды объединялись в бригады. В Калининской области несколько бригад вошло в партизанский корпус. На Смоленщине некоторое время действовали партизанские дивизии.

В тыл немецких войск забрасывались группы опытных партийных и военных работников, которые были снабжены рациями и способствовали установлению регулярной связи партизан с советским тылом. Многие из этих групп стали ядром партизанских формирований.

Новые условия партизанской борьбы сделали необходимыми соответствующие изменения в структуре органов, руководивших действиями партизан. В мае

1942 г. Государственным Комитетом Обороны был создан Центральный штаб партизанского движения и вслед за тем при военных советах фронтов Украинский, Брянский, Западный и другие штабы партизанского движения.

Ранее партизаны вооружались тем, что было собрано на полях сражений или отбито у врага. В 1942 г. положение изменилось. Командование выделило партизанам значительное количество оружия и боеприпасов. В конце 1942 — начале 1943 г. самолеты доставили в тыл немцев 700 человек и около 1000 т грузов, вывезли в советский тыл 1500 раненых и больных партизан. Большое количество снаряжения паруизанам доставили обозы через разрывы в линии фронта. Северо-Западная группа партизан Белоруссии за март — сентябрь 1942 г. переправила через линию фронта более 20 отрядов, более 160 организаторских и диверсионных групп, более 11 тыс. винтовок, 6 тыс. автоматов, 1 тыс. пулеметов, около 5 млн. патронов, 60 т тола и другое снаряжение. Основная масса людей и грузов была переброшена через «Суражские ворота», удерживаемые 1-й Белорусской бригадой во главе с М.Ф. Шмыревым.

В августе — сентябре 1942 г. Центральный штаб провел совещания командиров белорусских, украинских, брянских и смоленских партизанских отрядов. На этих встречах был изучен опыт войны за линией фронта и разработаны мероприятия, направленные на усиление партизанской борьбы. 5 сентября 1942 г. Верховный Главнокомандующий подписал приказ «О задачах партизанского движения», в котором указывалось на необходимость координации действий партизан с операциями регулярной армии. Центр тяжести боевых действий партизан должен был быть перенесен на растянутые вражеские коммуникации.

Усиление партизанских действий на железных дорогах немцы немедленно ощутили на себе. В августе

65

3 Зак. 1543

1942 г. они зарегистрировали 148 крушений эшелонов, в сентябре — 152, в октябре — 210, в ноябре — 238. Группа белорусских отрядов осенью 1942 г. приостановила движение по важной железнодорожной магистрали, взорвав мост через реку Птичь. Брянские партизаны разгромили станцию Пригорье.

Обычными стали нападения на немецкие автоколонны. Шоссе, пересекавшие партизанские края или зоны, оказывались практически закрытыми для оккупантов. Перевозки по многим дорогам были возможны лишь под усиленной охраной.

Образование крупных партизанских соединений и координация их действий позволили развернуть планомерную борьбу против опорных пунктов немцев. Уничтожая гарнизоны в районных центрах и других селениях, партизанские отряды и соединения все более расширяли границы контролируемой ими территории. В Белоруссии целые районы и даже группы районов были освобождены. Партизанские края к началу 1943 г. охватили большую часть Витебской, Минской, Могилевской и некоторых других областей республики. Летом

1943 г. партизаны контролировали территорию в 200 тыс. кв. км, равную по площади территории Англии, Франции и Бельгии.

Такие же формы народной борьбы были характерны для ряда областей РСФСР и Украины, близких к Белоруссии по природным условиям. В степных районах оперировали преимущественно подвижные отряды и группы.

Уже летом и осенью 1942 г. партизаны сковывали 22-24 вражеские дивизии. Еще большее число немецких войск было отвлечено с фронта на «усмирение» тыловых районов в 1943 г. Однако подавить сопротивление партизанских отрядов эта армия не смогла. В 1943 г. оно достигло своей кульминации, охватило почти всю оккупированную территорию и вылилось во всенародное партизанское движение. Число его участников выросло к концу 1943 г. до 250 тыс. вооруженных бойцов. Сотни тысяч местных жителей образовали невооруженный резерв партизан.

На оккупированной территории издавались советские газеты, массовыми тиражами выпускались листовки. В отрядах выделялись специальные группы партизан-агитаторов. Они не ограничивались информированием населения о победах Красной Армии, но указывали пути и способы борьбы, организовывали новые антифашистские группы.

В 1943 г. вооруженная борьба в немецком тылу распространилась на Правобережную и Западную Украину и западные районы Белоруссии. Этот процесс был ускорен рейдами крупных партизанских отрядов и соединений.

На сентябрьском совещании руководителей партизанского движения в Москве решено было провести серию рейдов из Брянских лесов на Правобережную Украину. Соединения С.А. Ковпака и А.Н. Сабурова в конце

1942 г. совершили рейды в Житомирскую и Киевскую области. Пройдя сотни километров, партизаны напа-

дали на немецкие гарнизоны, подрывали железные дороги и мосты, вели разведк На своем пути они создавали сеть подпольных о анизаций, участвовали в фоу мировании местных п тизанских отрядов.

Разгром немецких гарнизонов в районных центрах Лельчицы и Словечно партизанами Ковпака и Сабурова способствовал образованию в Полесье одного из самых крупных партизанских краев. В нем укрепилось соединение А.Н. Сабурова. Ковпаковцы весной 1943 г. вышли в Киевскую область, где взорвали большой железнодорожный мост через реку Тетерев. На реке Припять партизаны уничтожили несколько пароходов и сорвали навигацию. Летом 1943 г. партизанское соединение С.А. Ковпака совершило рейд в Карпаты, где нанесло сильный удар по Дрогобычским нефтяным месторождениям. Окруженное в горах немецкими и венгерскими войсками, оно вышло из-под удара, разбившись на множество групп. Осенью 1943 г. партизаны вновь соединились в Полесье, пройдя с боями всю Украину с юга на север.

Смелые рейды по степной Украине совершило кавалерийское партизанское соединение М.И. Наумова. Серьезные удары немцам нанесло рейдирующее соединение Я.И. Мельника. Из Черниговской области в Волынскую перешло соединение А.Ф. Федорова. Оно укрепилось в районе железнодорожного узла Коваль и систематически разрушало здесь вражеские коммуникации.

В результате рейдов усилилась партизанская борьба на Правобережной Украине. Здесь возникли партизанские края. Один из них охватывал территорию, состоящую из 14 районов Житомирской и Полесской’областей с населением 200 тыс. человек. Он стал базой других рейдовых соединений. Партизаны этого края постоянно нападали на железную дорогу Столин — Брест — Ковель — Сарны. В крае был организован аэродром, на который доставлялись грузы для многих партизанских отрядов и соединений. Несколько партизанских отрядов и соединений было направлено из Полесья для развертывания партизанского движения в западных и юго-западных областях Украины. Среди них была группа отрядов, выделенных в распоряжение Каменец-Подольского областного комитета партии Украины. С их помощью к ноябрю 1943 г. в области развернулись четыре соединения численностью в 6,5 тыс. человек.

Во время подготовки к летним боям 1943 г. Украинский штаб партизанского движения разработал «Оперативный план боевых действий партизан Украины на весенне-летний период 1943 года», реализуя который украинские партизаны нанесли удары по крупным железнодорожным узлам, использовавшимся немецким командованием для переброски войск и техники к фронту.

Действия белорусских партизан направлялись Белорусским штабом партизанского движения. Уже в начале 1943 г. они действовали на 16 железнодорожных линиях, а в августе сорвали перевозки на 55 железных дорогах.

Апогея достигла борьба на коммуникациях в Белоруссии, в Смоленской и других областях в августе 1943 г., когда партизаны начали «рельсовую войну». В ночь на 3 августа состоялась ее первая операция. На железные дороги вышли тысячи партизан. Они подрывали рельсы на заранее намеченных участках. Разрушению подвергались мосты и другие сооружения. Работа железнодорожного транспорта была дезорганизована. Подрыв рельсов продолжался и в сентябре. Брянские партизаны уничтожили Выгоничский, Навлинский и Погарский железнодорожный мосты.

Во второй половине 1943 г. широко развернулись операции партизан в непосредственном взаимодействии с наступающими войсками.

Украинский штаб партизанского движения разработал план захвата партизанами переправ через Десну, Днепр и Припять при подходе к этим рекам частей Красной Армии. Задача захватить переправы через реки была поставлена 11 партизанским соединениям обшей численностью более 17 тыс. человек.

Соединение И. М. Таранущенко захватило и удержало до подхода армейских частей 10 переправ. Соединение «За Родину» захватило в ночь на 19 сентября переправы через Днепр в районе села Теремны.

Переяславские партизаны помогли советским войскам форсировать Днепр южнее Киева. Всего партизаны захватили и удержали 25 переправ через Десну, Днепр и Припять.

В ноябре 1943 г. Украинский штаб партизанского движения организовал новую серию крупных партизанских операций. Он направил ряд соединений на штурм важных железнодорожных станций и узлов. Выполняя этот приказ, соединение А.Н. Сабурова освободило г. Овруч, соединение С.А. Ковпака вывело из строя станцию Олевск.

ГЛАВА II

КРИЗИС ГИТЛЕРОВСКОГО БЛОКА

1. ОБОСТРЕНИЕ ВНУТРЕННИХ ПРОТИВОРЕЧИЙ В ГЕРМАНИИ

ТОТАЛЬНАЯ ВОЙНА

Немецкое государственное и военное руководство в начале 1943 г. видело в тотальной войне единственное средство изменить ход событий в свою пользу, стабилизировать разорванную линию фронта и продолжать войну. Уже в декабре 1942 г. и в начале января 1943 г. государственные, военные, хозяйственные и политические организации в Германии подготовили широкие мероприятия, которые помогли бы достигнуть этой цели. Они были утверждены в секретном приказе, подписанном Гитлером 13 января 1943 г.

Последний подчеркивал, что «тотальная война ставит задачи, выполнение которых имеет решающее значение для исхода войны».

В связи с этим объявленная тотальная мобилизация явилась попыткой привлечь всех немцев к непосредственному решению задач, связанных с войной, и полностью использовать весь военно-экономический потенциал. Путем широкой мобилизации в вермахт и усиления фронтовых подразделений, путем расширения трудовой повинности и значительного увеличения военной промышленности, а также ограбления оккупированной территории Европы немецкая правящая верхушка надеялась снова взять инициативу в свои руки.

В 1943 г. немецкое руководство объявило об окончательном претворении в жизнь всех тех мер, которые оно уже включило в мобилизационные планы при общей подготовке тотальной войны.

«Серьезность положения требует, чтобы мы не останавливались на полпути в выполнении намеченных нами мер», — заявил Шпеер в своем призыве к тотальной войне. В связи с этим 29 января 1943 г. на заседании имперской палаты труда он обсуждал с представителями тяжелой промышленности результаты, которые германские промышленники ожидали от тотальной войны. При этом было решено, что выпускаемая продукция должна целиком направляться на производство вооружения, которое значительно расширится.

Поскольку владельцы предприятий считали, что существенные производственно-технические мероприятия по скорейшему увеличению вооружения были подготовлены в 1942 г., то они требовали новых контингентов немецких рабочих. В соответствии с этим Шпеер заявил: «Для расширения производства следует рабочую силу вновь черпать из немецкого народа и в большом количестве направлять на фабрики». Осуществить это требование должна была тотальная мобилизация.

5—6 февраля 1943 г. члены правительства и представители руководства вермахта обсуждали с рейхс-ляйтерами и гауляйтерами мероприятия, которые они считали остро необходимыми. Перед собравшимися в Познани руководителями нацистской партии представители немецкого руководства изложили основные политические и экономические задачи тотальной войны.

Шпеер объяснил то, что было решено 29 января с представителями промышленности.

Исполняющий обязанности министра сельского хозяйства Бакке, государственный секретарь Ганценмюллер от имперского министерства транспорта, рейхсляйтер Лей, генеральный уполномоченный по использованию рабочей силы Заукель и генерал фон Унру в качестве уполномоченного по военной мобилизации обсуждали представляемые ими области задач по осуществлению тотальной мобилизации. Совещание рейхе- и гауляй-теров НСДАП в Познани было началом мероприятий по проведению тотальной мобилизации.

Немецкое правительство считало, что война вступила в критическую стадию, а поэтому «все немцы должны быть подготовлены к тому, чтобы решительно поддерживать самую радикальную централизацию военного руководства и самое тотальное использование всех сил и средств». В связи с этим Геббельс развернул широкую пропагандистскую деятельность по подготовке и осуществлению тотальной мобилизации. 30 января

1943 г. он назвал жертвы Сталинграда «предвестниками тотальной войны».

Кульминационным пунктом объявления тотальной войны был митинг в берлинском Дворце спорта 18 февраля. После трех лет и пяти месяцев войны митинг проходил под девизом «Тотальная война — самая короткая война».

На этом митинге министр пропаганды требовал от немецкого народа в будущем вести «спартанский образ жизни» и отказываться от «значительной части прожиточного минимума в целях скорейшего увеличения военного потенциала». Он объявил о закрытии ресторанов, небольших магазинов и ремесленных мастерских, требовал введения для рабочих 10—16-часового рабочего дня и принудительных условий труда для всех мужчин и женщин, работающих в военной промышленности. Одновременно для всех антифашистов и пацифистов он грозил ввести «драконовские наказания» и применять против них усиленный террор. «Пришло время снять лайковые перчатки и забинтовать кулак», — сказал он.

Гитлер назвал речь Геббельса психологическим и пропагандистским шедевром.

В начале 1943 г. Шпеер отдал распоряжение всем руководителям комитетов и картелей «о переходе на крупное производство» для осуществления требований тотальной войны по обеспечению вермахта вооружением.

Итак, в крупные предприятия влились многие средние и мелкие, которые не могли выдержать конкуренции или были вынуждены взять на себя роль поставщиков. Летом 1943 г. были закрыты небольшие предприятия, даже выпускающие продукцию, а их заказы были переданы крупным заводам и фабрикам, обладающим более высокой производительностью. Текстильные предприятия также были вынуждены перевести свое оборудование на выполнение военных заказов.

В августе 1943 г. рурские концерны создали «рурский штаб Шпеера» во главе с Вальтером Роландом. Этот штаб имел целью обеспечить выпуск военной продукции также и при нарушениях, вызванных воздушными налетами. Он состоял из представителей концернов и экономистов, оплачивался имперской группой по вопросам промышленности и также служил укреплению руководящей роли крупных монополий в политике и экономике.

Процесс концентрации государственно-монополистической власти в тотальной войне достиг нового этапа с появлением приказа Гитлера «о концентрации военной экономики» от 2 сентября 1943 г., который был разработан Керлем и Шибером. Управление всем производством отныне сосредоточивалось в имперском министерстве вооружения и военного производства, бывшем имперском министерстве вооружения и боеприпасов, и создавалось собственное ведомство «центрального планирования», которым руководил Керль в личном контакте с управлением по заготовке сырья в министерстве вооружения.

Сфера ответственности имперского министерства хозяйства с этого момента распространялась только на снабжение населения, общую экономическую политику, финансы и кредит, а также на внешнюю торговлю, которая и без того становилась все менее значительной. Большая часть старого государственного аппарата постепенно изолировалась, т. к. из-за своей бюрократической неповоротливости он все меньше отвечал новым требованиям. Часть руководителей, работавших ранее в подчинении министерства хозяйства, получила ответственные посты в управленческой системе министерства, возглавляемого Шпеером.

В результате такой концентрации руководящие представители военной промышленности распростанили свое абсолютное господство на всю экономику Германии. Через совет и министерство по вопросам вооружения определялся вид продукции. Только они одни через комиссии по вопросам вооружения, окружные палаты по экономике и уполномоченных комитетов и картелей определяли объем и вид выпускаемой продукции. Едва ли имелась область производства в экономике страны, которой не руководили бы представители из соответствующего ведущего концерна.

Основными проблемами, стоявшими перед тотальной мобилизацией весной 1943 г., были: восстановление ударной мощи германского вермахта путем создания новых резервов, увеличение производства военной продукции, а также удовлетворение растущей потребности промышленности в рабочей силе. Генерал-полковник Йодль констатировал, что при этом взаимосвязь между потребностью в солдатах для фронта и потребностью в рабочей силе в стране привела к конфликту, который никогда еще не был таким острым, как весной 1943 г. Это обусловливалось ограниченностью ресурсов. Это в значительной мере определяло внутреннее положение Германии и тем самым дальнейший ход второй мировой войны.

В качестве срочной меры ОКВ требовало для армии 800 тыс. человек. Для этого нужно было значительно сократить число квалифицированных рабочих, освобожденных от военной службы по броне, и «ключевые силы» в экономике. Главное командование сухопутных войск планировало даже увеличить армию на 3 млн. человек, что, однако, не удалось сделать.

В результате тотальной мобилизации в 1943 г. в армию было призвано более 2 млн. человек. Из 3,6 млн. специалистов, освобожденных по броне, было взято только 860 тыс., т. к. без достаточного числа квалифицированных рабочих невозможно было увеличить производство вооружения, и поэтому монополии занимали преимущественное положение по сравнению с вермахтом. 200 тыс. фольксдойче были призваны в армию и в войска СС. Из солдат военно-воздушных сил ОКВ сформировано 20 военно-воздушных полевых дивизий. Для того чтобы усилить сухопутные войска, к службе в противовоздушной обороне были привлечены и школьники.

В это время в Германии было еще несколько миллионов неработающих женщин. Поскольку в 1943 г. в промышленности женщин работало меньше, чем перед войной, мобилизация рабочей силы коснулась преимущественно женщин. В результате введения обязательной явки были привлечены к работе еще 1126 тыс. человек, из них только 90 тыс. мужчин.

Были закрыты различные учреждения, несколько десятков тысяч предприятий розничной торговли, ресторанов, 500 филиалов банков и страховых агентств, небольших издательств и газет, что дало возможность привлечь к работе в военной сфере только 150 тыс. человек. Эти мероприятия, однако, привели к трудностям в снабжении, ликвидировали десятки тысяч мелких предприятий и обострили социальные противоречия в Германии.

Германские промышленники широко использовали иностранных рабочих. Эта повинность и принудительное перемещение рабочих в 1943 г. были единственной возможностью увеличения трудовых ресурсов. «Добровольное поступление на работу в Европе уже прекратилось», — вынужден был признать Заукель в марте на совещании министров и государственных секретарей. В 1943 г. немцы насильно согнали с оккупированной территории в Германию еще 2 млн. мужчин и женщин. На германских предприятиях, на транспорте и в сельском хозяйстве в военных интересах работало в общей сложности свыше 7 млн. принудительно привезенных иностранных рабочих.

Все больше и больше привлекалась к поставкам в Германию промышленность оккупированной территории Западной Европы. Только одна Франция в

1943 г. поставила сырья, руды, продовольствия, а также военных и других промышленных товаров на 7,6 млрд. рейхсмарок, т. е. больше, чем за предыдущие два с половиной года. Помимо этого Германией была получена так называемая финансовая помощь в размере 10, 8 млрд. рейхсмарок. С лета 1943 г. министерство вооружения перенесло часть производства товаров широкого потребления во Францию, чтобы высвободившиеся в результате этого в Германии производственные мощности использовать для выпуска вооружения.

Без рабочей силы, согнанной с оккупированных территорий, без продукции, которая там выпускалась, и сырья, которое немцы грабили по всей Европе, германская военная экономика не смогла бы добиться увеличения производства вооружения.

В целом тотальная война в 1943 г. в результате интенсивного привлечения все новых сил к выполнению военных обязанностей на фронте и в тылу и ограбления оккупированных территорий привела к усилению немецкой военной машины.

СОСТОЯНИЕ ВОЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА

В феврале 1942 г. в результате несчастного случая погиб министр вооружения и боеприпасов инженер Фриц Тод. Вместе с назначением вскоре после этого в качестве его преемника архитектора Альберта Шпеера началась новая эра германской военной промышленности — ее действительный подъем, являвшийся насущной необходимостью в сложившейся военной обстановке. Этот подъем явился прежде всего результатом новых методов руководства промышленностью.

Несмотря на неполадки в организации и различные трудности в работе предприятий, завершающих выпуск вооружения и военных материалов, в период с

1942 г. до середины 1944 г. военное производство весьма успешно развивалось. На разных предприятиях с одинаковой производственной программой существовали значительные различия в затратах рабочего времени, что приводило к общей экономии рабочего времени за счет приближения всех затрат рабочего времени к лучшим показателям.

Затраты материалов на единицу продукции в период регулирования производства со стороны военных властей были весьма высоки. Это объяснялось только тем, что на рынке все еще имелось много изделий металлообрабатывающей промышленности не военного назначения. Наконец, было также проведено ограничение количества типов изделий прежде всего в производстве вооружения и военных материалов.

Следующий важный шаг был сделан с осуществлением «разблагораживания» готовой продукции. Дело

в том, что требования представителей вермахта насчет точности произведенных изделий в большинстве случаев были завышенными. Было решено умышленно не об-, ращать внимания на внешнее оформление готовых изделий, чему раньше придавалось большое значение. Снова стали придавать значение таким вопросам, как определение времени, необходимого для выпуска готовой продукции после получения' заказа. Например, при производстве танков этот период составлял 9 месяцев, для большинства видов оружия — от 3 до 6 месяцев, для самолетов — около 9 месяцев, месяц для боеприпасов и т.д. Путем сокращения сроков изготовления продукции достигался такой же эффект, как если бы производственные мощности соответствующей отрасли промышленности были расширены путем нового строительства.

В целом с 1942 г. до середины 1944 г. в Германии был достигнут значительный рост производства военной продукции.

С начала 1942 г. до середины 1944 г. военное производство Германии выросло более чем в 3 раза; по сравнению с началом 1941 г. оно выросло почти с 5 раз.

Некоторые дополнительные сведения, характеризующие развитие военного производства, таковы: объем военного производства в стоимостном выражении в начале 1942 г. составлял около 1 млрд. рейхсмарок в месяц, что соответствует, по существовавшим в металлообрабатывающей промышленности нормам, 1 млн. занятых рабочих. В июле 1944 г. объем промышленного производства достиг 3 млрд. рейхсмарок в месяц. Теоретически для обеспечения такого объема производства необходимо 3 млн. человек. В действительности число занятых рабочих в военном и связанном с ним производстве возросло далеко не так сильно.

Таким образом, преимущество военного производства перед гражданским было закреплено.

Военной продукции, произведенной только в одном

1944 г., могло бы хватить для полного вооружения 225 пехотных и 45 танковых дивизий.

Потребности действующей армии в оружии непрерывно возрастали. Все вновь созданные формирования, так же как уже давно действующие воинские части, все больше и больше нуждались в вооружении и военных материалах.

Военное производство увеличивалось в широких масштабах. В конце 1942 г. не было ни одной отрасли военцой промышленности, в которой не производилось бы вооружения в значительно больших количествах, чем к началу года, а в 1943 г. общий выпуск военной продукции опять-таки был больше, чем в 1942 г.

С начала 1944 г. развитие военного производства дифференцировалось. Рост производства в некоторых отраслях военной промышленности был намного большим, чем в других; например, по сравнению с началом 1942 г. производство танков возросло в 5 раз. Артиллерийско-стрелковое вооружение и боеприпасы также производились в значительно больших количествах. Их производство возросло по сравнению с уровнем на начало рассматриваемого периода в 3 раза. Производство самолетов и полугусеничных тягачей возросло примерно в 2, 5 раза по сравнению с началом 1942 г. Даже такие «отстающие» отрасли, как производство военно-морского оружия и автомобилей, были на бо-^ лее высоком уровне, чем перед реорганизацией военной промышленности весной 1942 г.

Не только военная промышленность в целом, но и отдельные ее части превратились в крупные отрасли промышленности. В апогее своего развития, в середине

1944 г., стоимость произведенной продукции в авиационной промышленности достигла более 1,4 млрд. рейхсмарок, стоимость произведенных в течение месяца боеприпасов равнялась почти 0,75 млрд. рейхсмарок; танков и оружия — примерно по 0,25 млрд. рейхсмарок. Даже в запущенной автомобильной промышленности, предприятия которой стали производить прежде всего танки и оружие, а также части для самолетов, боеприпасы и многие другие изделия «чужого профиля», было достигнуто значительное увеличение производства грузовых автомобилей по сравнению с довоенным уровнем.

Различный темп роста производства в отдельных отраслях военной промышленности, естественно, привел к существенным изменениям в структуре производства. Так, в течение всей войны производство самолетов по стоимости продукции бесспорно стояло на первом месте. Это была, как и в других воюющих странах, наиболее дорогостоящая часть вооружения, требующая наибольших затрат. Но доля авиации в 1942/43 гг.

несколько уменьшилась, так как другие отрасли, прежде всего производство боеприпасов, потребовали большего количества рабочих, машин, сырья. Доля артиллерийско-стрелкового вооружения, а особенно доля танков, также увеличилась. Значение судостроения уменьшилось.

Доля производства пороха в общей стоимости вооружения и военных материалов с 1942 г. до середины 1944 г. почти не изменилась.

Если в одной из отраслей военного производства и достигалось особенно большое увеличение доли в общей военной продукции, то через небольшой промежуток в какой-либо другой отрасли добивались еще больших успехов.

Эти кратковременные перемещения между отдельными отраслями военной промышленности свидетельствуют о том, что даже в годы подъема руководители германской промышленности были вынуждены браться за решение наиболее важных производственных задач, т. к. одновременное выполнение всех требований далеко превосходило бы производственные возможности.

Если в 1942 г. на переднем плане все еще стояло производство наступательного оружия, а также необходимых для него боеприпасов, то с 1943 г. становилось все яснее, что Германия должна перейти от ведения наступательной войны к обороне. Программы обороны, составленные на основе учета этого обстоятельства, предусматривали соответствующую переориентировку производства. Этот поворот можно было видеть на всех участках промышленного производства.

В области танкостроения поворот означал прежде всего отход от производства собственно танков в пользу увеличения производства различных самоходных установок и противотанковых орудий. Для пояснения приводим некоторые данные. В начале 1942 г. ежемесячно производилось примерно 350 танков и только около 50 штурмовых орудий и ни одной самоходной установки. В начале 1944 г. производство самоходных установок было увеличено, и в середине 1944 г. наряду с 800 танками, ежемесячно покидавшими сборочные цехи, производилось в то же время 600 штурмовых орудий и 200 самоходных установок.

Проявление этого поворота в области производства другого вооружения, в особенности артиллерийского, было очевидным. Не говоря уже о росте числа артиллерийских орудий, производившихся для самоходных установок, выпускалось в большом количестве очень важное для оборонительных боев оружие — противотанковые пушки (Пак-40).

Производство пушек возросло особенно сильно — с 3 в феврале 1942 г. до не менее чем 1000 в летние месяцы 1944 г. В последнее время доля этого вида оружия в общем производстве тяжелого пехотного оружия составляла свыше 50%.

Показателем выполнения программы обороны является рост производства зенитных орудий. С 1942 г. до середины" 1944 г. произошло увеличение производства 20-мм зенитных орудий в 3 раза; началось производство самого крупного зенитного орудия (128-мм) при одновременном увеличении выпуска 105-мм зенитных орудий (январь 1942 г. — 12, июль 1944 г. — 92).

Обычно выполнение этой программы вооружения вскоре наталкивалось на необходимость выполнять новую, в результате чего, как и в других отраслях экономики, наступала «инфляция первоочередности»; в военном производстве при выполнении какой-либо программы также все чаще сталкивались с ограниченностью производственных мощностей, используемых для осуществления других программ вооружения.

2. КРУШЕНИЕ ИТАЛЬЯНСКОГО ФАШИЗМА. ВЫХОД ИТАЛИИ ИЗ ВОЙНЫ

ОВЛАДЕНИЕ СИЦИЛИЕЙ

Обстановка в Италии заставила американо-английское командование в мае 1943 г. утвердить план высадки своих войск в Италии. Союзники были осведомлены о назревавшем внутриполитическом кризисе фашистского режима в Италии.

Соотношение сил позволило провести десантную операцию без риска. К июлю 1943 г. на острове Сицилия находилась 6-я итальянская армия в составе 9 дивизий (4 пехотные, 5 дивизий береговой охраны, отдельный полк и 50 танков). В оперативное подчинение итальянского командующего были переданы две немецкие дивизии: танковая «Герман Геринг» и 15-я моторизованная. В это время на советско-германском фронте действовали 232 дивизии фашистской коаддции в Европе, из них 196 были немецкими (в том числе 26 танковых и моторизованных).

В южной части острова, где намечалась высадка англо-американских войск, на фронте протяженностью 260 км в первом эшелоне оборонялись лишь незначительные силы противника — две итальянские дивизии и отдельный полк береговой обороны. Всего на острове Сицилия итальянских войск насчитывалось: в сухопутных частях — 200 тыс. человек, в нестроевых службах и на аэродромах — 24 тыс. человек.

Две немецкие дивизии находились во втором эшелоне. Некомплект этих дивизий, по английским данным, достигал 25%. Два немецких парашютных полка были переброшены из Франции уже после начала вторжения союзников в Сицилию. Общая численность немецких войск в Сицилии была незначительная — 25 тыс. человек. Немецких танков насчитывалось 100 единиц. Итало-немецкие войска имели всего около 500 артиллерийских орудий.

В обороне острова Сицилия итальянский флот участия не принимал. Итальянские боевые корабли ввиду подавляющего количественного и качественного превосходства объединенных англо-американских военно-морских сил на Средиземном море были переведены в северные удаленные базы (Специя, Таранто).

Общее количество исправных итало-немецких самолетов на острове Сицилия не превышало 240 машин, из них 80 итальянских. Немецкая авиация состояла из 60 Ю-88 и 100 ФВ-190. Эти цифры являлись максимальными. В течение апреля — июня 1943 г. наблюдались лишь единичные полеты итало-немецких самолетов-разведчиков в восточной части Средиземного моря.

Для вторжения на остров Сицилия англо-американское командование выделило 13 дивизий и 3 бригады (478 тыс. человек) в составе 7-й американской и 8-й английской армий, имевших 600 танков и около 2 тыс, орудий.

8-й армией (семь дивизий) командовал Монтгомери, а 7-й армией (шесть дивизий) — Паттон. Обе эти армии составляли 15-ю группу армий под командованием Г. Александера.

Верховный главнокомандующий Эйзенхауэр имел полное превосходство в воздухе и на море. Военно-воз-душные силы союзников насчитывали 4 тыс. боевых и 900 транспортных самолетов.

Высадку обеспечивали 3200 боевых кораблей и вспомогательных судов различного назначения, в том числе

6 линкоров, 4 авианосца, 30 крейсеров, свыше 100 эсминцев и корветов.

На морских подступах к острову Сицилия находится остров Пантеллерия. Этот остров был превращен в современную крепость с подземными ангарами, с гарнизоном в 12 тыс. человек, 40 батареями и большим количеством истребительных эскадрилий. Когда к острову приблизилась англо-американская армада кораблей и в воздухе появились сотни самолетов союзников, итальянскому командующему был послан ультиматум о капитуляции. Последний послал Муссолини телеграмму, в которой сообщал о невозможности оказать сопротивление по причине недостатка пресной воды.

С 18 мая союзная авиация систематически бомбила итальянские аэродромы и военно-морские базы.

Посадка войск и погрузка боевой техники на суда проходила в различных портах, находившихся от южного побережья Сицилии на расстоянии 450—4000 км (английские войска в Англии, Порт-Саиде, Александрии, Хайфе, Бенгази и Триполи; американские в Оране, Алжире, Бизерте, Тунисе, Сфаксе и Сусе).

Высадка десанта 10 июля 1943 г. под прикрытием авиации и корабельной артиллерии, по английским источникам, «повсюду прошла успешно».

Итальянские войска, сообщают английские историки Ричардс и Сондерс, «почти не оказывали нам никакого сопротивления». Не расходится с ними американский историк Мэтлофф. Он пишет, что «десантная операция в целом протекала без серьезного противодействия со стороны противника».

В последующем немецкие войска, усиленные 29-й моторизованной дивизией, вели сдерживающие бои, медленно отходя к Мессинскому проливу. Со стороны союзников действовали 10 дивизий, в том числе одна танковая, и 2 танковые бригады. Флот и авиация союзников безраздельно господствовали на море и в воздухе.

25 июля под ударами народных масс пал фашистский режим в Италии. Это событие ускорило развал 6-й итальянской армии. Большая часть девяти итальянских дивизий сдалась в плен без боя.

17 августа немецкие войска переправились на южную оконечность Апеннинского полуострова, «захватив с собой военную технику».

Все немецкие войска, находившиеся на Сицилии и насчитывавшие более 60000 человек, были эвакуированы в Италию.

На острове в это время находилось свыше 168 тыс. американских и столько же английских войск.

На начальной стадии операции «германское командование решило не давать серьезных боев на крайнем юге». Этим, прежде всего, объясняется тот факт, что потери американо-английских войск на Сицилии были ничтожны.

То же можно сказать и о немецких потерях. Йодль

7 ноября 1943 г. перед закрытой аудиторией заявил, что «с момента эвакуации островов мы понесли незначительные потери в людях и технике».

Объединенный англо-американский штаб одну из целец Сицилийской операции определил как «оттягивание как можно большего количества немецких сил с советско-германского фронта...».

Английский историк Макэлви утверждает: «Ведь факт, что немцы были вынуждены снять с Восточного фронта часть своих лучших дивизий и бросить их для защиты своих рубежей в бассейне Средиземного моря...».

Однако в августе 1943 г. с советско-германского фронта: в Италию была переброшена всего одна танковая дивизия (1-я). Осенью 1943 г, ее вновь вернули на советско-германский фронт в связи с тем, что Советская Армия успешно форсировала Днепр.

Намеченные Гитлером срочные контрмеры по отношению к Италии так и не были полностью выполнены.

В конце 1942 — начале 1943 г. находившаяся на советско-германском фронте 8-я итальянская армия, состоявшая из отборных частей, была разгромлена. В марте 1943 г. остатки этой армии были отозваны в Италию. Потерпела поражение Италия и в Африке, где она потеряла все свои колонии. Наступивший в войне коренной перелом поставил фашистскую Италию, связавшую свою судьбу с гитлеровской Германией, перед катастрофой. Война все ближе придвигалась к границам Италии. К весне 1943 г. итальянская экономика находилась в состоянии полного развала.

Снижение производства наблюдалось даже в тех областях, где в первые годы войны имелся известный подъем. Стала остро ощущаться нехватка электроэнергии. Металлургическая промышленность переживала трудное время: выплавка стали значительно упала даже по сравнению с довоенным временем. Сократилась выплавка алюминия, который, согласно автаркическим планам, должен был заменить ряд цветных металлов.

В большом беспорядке находились финансы: огромные расходы на войну привели к быстрому росту дефицита государственного бюджета. Как писал экономист Гуарнери, за три года войны «были полностью исчерпаны накопления предыдущих поколений... Продолжение усилий в таких же масштабах могло привести лишь к полному краху».

Италия была отрезана от традиционных иностранных источников снабжения, откуда она получала до войны весь каучук, 80% нефти, 70% зерна, 40% леса. Гражданские отрасли промышленности были почти полностью парализованы, с серьезными перебоями работали военные предприятия. Население Италии голодало. Хлебная норма была снижена до 150 г и стала меньше пайка, установленного в ряде оккупированных Германией стран. Фашистский государственный аппарат проявил полную неспособность наладить рациональное снабжение населения. Страна очутилась перед финансовым крахом: государственная задолженность достигла 1000 млрд. лир, что в 10 раз превышало годовой национальный доход страны.

Германия снабжала Италию военным сырьем лишь в той степени, в какой это было необходимо для осу-

ществления ее военных планов. За эту «помощь» и разрешение пользоваться крохами из уже ограбленных Германией оккупированных стран — Греции и Югославии — правительство Муссолини расплачивалось полным подчинением Италии Гитлеру. Итальянская промышленность и сельское хозяйство были поставлены под немецкий контроль. Немецкие чиновники определяли качество, порядок и сроки сдачи сельскохозяйственных продуктов; крупнейшие промышленные предприятия работали по заказам и под контролем немцев. Несмотря на острую нехватку квалифицированной рабочей силы, свыше 500 тыс. итальянских рабочих — металлистов, горняков, химиков, строителей — по требованию гитлеровского правительства были направлены на принудительные работы в Германию.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА В СТРАНЕ

Население все более открыто выражало свою вражду к войне и фашистскому режиму. «Самым серьезным явлением, — писал начальник политического отдела полиции Лето, — было молчаливое гражданское неповиновение. Так население демонстрировало свое отношение к войне и существующему режиму. И полиция ежедневно регистрировала нарастание этого процесса».

В деревне крестьяне отказывались выполнять обязательные поставки продуктов. Участились случаи стихийных выступлений крестьян против чиновников, пытавшихся изъять эти продукты силой. Рабочие на предприятиях не слушали руководителей фашистских профсоюзов, уговаривавших их повысить производительность труда. В 1942 г. на заводах и фабриках произошли первые волнения; они носили экономический характер, однако требование мира и другие лозунги политического характера постепенно проникали в сознание трудящихся.

С конца 1941 г. начали активизировать свою деятельность политические группы, находившиеся в эмиграции.

Особый трибунал был буквально завален рассмотрением дел итальянцев, которые выражали свое разочарование в фашизме. Все чаще он выносил приговоры о смертной казни. Полиция делала все возможное, чтобы пресечь «подрывную деятельность». Однако престиж фашистского режима в стране падал.

Руководители фашистской партии были неспособны что-либо предпринять для спасения режима. В начале войны были облегчены условия вступления в фашистскую партию, и это привело к быстрому росту ее членов. Несоразмерное разбухание лишь утяжелило руководство и вызвало чрезвычайную бюрократизацию партийного аппарата.

В момент, когда неблагоприятный ход военных действий требовал особого внимания к внутреннему фронту, фашистская партия оказалась деморализованной. Внешним проявлением этого была бездеятельность Большого фашистского совета, который ни разу не собирался после 1939 г. Муссолини был поглощен ходом военных действий и мало занимался политическими вопросами.

В самой фашистской верхушке чувство неуверенности привело к появлению фрондирующих групп, сформировавшихся вокруг видных иерархов, таких, как Гранди, Чиано, Боттаи и др. Недовольство существующим положением выражали молодежные группы, концентрировавшиеся вокруг руководителей университетских фашистских организаций и студенческих журналов. Неодобрительную позицию по отношению к партийному руководству занимали также ветераны «фашистской революции». Эти представители «чистого фашизма» своими призывами «возвратиться к революционным истокам» в свою очередь оказывали определенное влияние на молодое поколение фашистов, разочаровавшихся в действительности.

Наиболее воинственным крылом в фашистской партии были ультрафашисты во главе с Фариначчи. Явный разлад и упадок боевого духа в партии побуждал их предводителя до предела обострять полемику против «пораженцев и укрывающихся». Со страниц газеты Фариначчи «Реджиме фашиста» раздавались призывы к самым суровым мерам, к радикальной чистке партийных рядов.

Кризис партийного руководства служил дополнительным фактором, усугублявшим впечатление от общей ситуации. Несмотря на поток партийных взысканий и массовые исключения из партии, дисциплина катастрофически падала. Знаменательный факт — среди осужденных Особым трибуналом в 1942 г. и начале 1943 г. резко увеличилось число чернорубашечников.

Муссолини знал о настроениях, которые царили в его ближайшем окружении. Однако его мало беспокоило поведение иерархов. Сами по себе фашистские фрондеры не представляли опасности. Это хорошо понимали и сами иерархи, каждый из которых стремился заручиться поддержкой короля или королевского окружения.

Сохранение монархии в Италии служило одним из показателей ограниченности «фашистской революции». Правда, король Виктор-Эммануил всегда проявлял себя послушным исполнителем воли Муссолини и покорно терпел унижения, которым его подвергали. Однако Муссолини как глава правительства должен был регулярно являться на доклад к королю и информировать его о положении в стране.

Осенью 1942 г. король был еще далек от мысли открыто восстать против Муссолини. Послевоенное заявление Виктора-Эммануила: «С октября 1942 г. я решил освободиться от услуг Муссолини», — является лишь попыткой задним числом отмежеваться от фашизма. Верно другое: в этот период королевский двор стал средоточием всех тех, кто начинал поиски выхода из создавшегося положения и видел в монархии потенциальную альтернативу Муссолини.

Представители монархической верхушки и фашистские диссиденты были тесно связаны с кругами промышленных финансистов. Некоторые из них сами являлись крупными капиталистами.

Определенное влияние на поведение итальянской правящей верхушки оказывал также Ватикан. Позиция руководителей католической церкви отличалась традиционной осмотрительностью и опасениями скомпрометировать себя категорическими утверждениями. Однако в рождественском послании папы 1942 г. содержались гораздо более явственные, чем ранее, призывы к «справедливому и почетному миру», который должен положить конец «страданиям народов». Все места из папской речи, касавшиеся этого вопроса, были вычеркнуты итальянской цензурой. Было ясно, что началось определенное охлаждение Ватикана к фашистскому режиму.

Первые открытые выступления трудящихся против фашизма произошли 1 мая 1942 г. в Турине.

Антивоенные забастовки были объявлены в Пьемонте и Ломбардии; их число росло из месяца в месяц. Из прошедших с августа 1942 г. по март 1943 г. 42 выступлений рабочих 14 носили политический характер и были направлены против войны и фашизма.

Важнейшее значение имели массовые мартовские забастовки 1943 г. в Северной Италии. Начавшееся 5 марта на заводе ФИАТ движение вскоре перебросилось на другие предприятия Пьемонта и Ломбардии. В забастовках, длившихся свыше двух недель, приняло участие более 300 тыс. человек.

Начальник полиции Сенизе писал в своих мемуарах, что забастовки «были вызваны экономическими причинами, но велись за политические цели». Полиция заранее знала о готовящемся выступлении, но ничего не могла сделать, чтобы предупредить их. «Весьма примечательным, — пишет Сенизе, — было участие в забастовке фашистов и даже членов фашистской милиции. На заводе ФИАТ в Турине имелся специальный легион чернорубашечников, созданный по соглашению между партией и владельцами завода для того, чтобы контролировать политические настроения масс: члены этого легиона участвовали в забастовке наряду со всеми, хотя они не могли не понять ее политической цели».

Фашистские власти не решились двинуть против рабочих войска. В то время как Муссолини кричал, что он не даст забастовщикам «ни одного чентезимо», владельцы предприятий, напуганные силой протеста, были склонны пойти на перемирие.

Движение Сопротивления зародилось в Италии сразу же после начала гитлеровской оккупации, в сентябре 1943 г. Инициативу в организации вооруженных отрядов проявили антифашистские партии, прежде всего коммунистическая и партия действия, образовавшаяся на основе движения «Справедливость и свобода». Именно они создали первые отряды в горах, которые стали наносить удары по гитлеровским оккупантам и формированиям «республики Сало». В то же время были образованы политические органы руководства антифашистской борьбой — комитеты национального освобождения. Они состояли из представителей основных антифашистских партий — коммунистической, социалистической, партии действия, христианско-демокра-тической и либеральной.

В конце июня 1943 г. в Милане нелегально было созвано совещание, в котором наряду с коммунистами и социалистами приняли участие представители Христианско-демократической партии и ряда других -организаций. На совещании было предложено создать Национальный фронт действия во главе с руководящим Комитетом и обратиться к народу с воззванием. В этом воззвании была изложена программа ликвидации в Италии фашистского режима.

Программа предусматривала проведение всеобщей забастовки итальянских трудящихся, сопровождаемой массовыми демонстрациями, организацию повстанческого движения, выступления армии в поддержку народа и против фашистского правительства. «Опираясь на повстанческое движение, — указывалось в воззвании, — надо заставить короля арестовать Муссолини и образовать демократическое правительство, которое немедленно бы разорвало договор о союзе с Германией, заключило перемирие с союзниками и восстановило демократические свободы». На этом совещании был создан Комитет оппозиционных партий в качестве согласительного органа и центра связи.

Ухудшились итало-германские отношения. Даже в кругах, близких к Муссолини, все прочнее укоренялось мнение, что гитлеровская Германия идет навстречу катастрофе и тянет за собой Италию. В марте 1943 г. Муссолини дважды обращался с письмами к Гитлеру, заклиная последнего как можно скорее заключить мир с Советским Союзом, ибо «Россия никогда не может быть уничтожена», и обратить все силы против Англии и Соединенных Штатов, которые собираются высадить свои войска на юге Европы.

7—10 апреля Гитлер и Муссолини встретились в Класхейме близ Зальцбурга. Муссолини пытался убедить Гитлера в необходимости ради спасения фашистского режима искать политическое, а не военное решение. Но в конечном счете Муссолини полностью поддержал планы Гитлера, рассчитывавшего летним наступлением на советско-германском фронте улучшить положение держав «оси».

В Класхейме же Муссолини получил «советы» от Гиммлера, как лучше бороться с назревающим революционным движением. Вскоре в Италии начали создаваться по образцу войск СС так называемые части «М». Но ничто уже не могло изменить ход событий.

Влиятельные круги итальянских промышленников попытались через посредство Ватикана вступить в переговоры с Англией и Соединенными Штатами Америки. В Лиссабон спешно отправился крупнейший итальянский банкир Л. Фумми, тесно связанный своими деловыми интересами с концерном Д. П. Моргана и с управлением имущества Ватикана. Цель миссии Фумми заключалась в том, чтобы из Лиссабона направиться в Лондон для встречи с Иденом и убедить последнего в готовности Италии, Венгрии и Румынии выйти из фашистского блока, присоединиться к Англии и Соединенным Штатам и облегчить последним операции на Балканах. Это, в свою очередь, должно было предотвратить вступление Красной Армии в балканские и дунайские страны. Однако этот маневр был сорван свержением Муссолини. Известие о перевороте застало Фумми в Лиссабоне.

НИЗВЕРЖЕНИЕ МУССОЛИНИ И ПЕРЕХОД ИТАЛИИ НА СТОРОНУ СОЮЗНИКОВ

Итальянский народ устал от войны. В течение трех лет его солдаты сражались с противником, к которому они никогда прежде не испытывали никакой вражды. Действия диктатора, бросившего свою армию против разгромленной Франции, привели к тому, что совершенно не подготовленная ни морально, ни экономически страна оказалась втянутой во вторую мировую войну. Итальянские войска лишь терпели поражения и несли потери.

Не прошло и года с начала войны, как были потеряны колонии в Центральной Африке. Авантюра в Греции благополучно завершилась лишь благодаря помощи немцев. Власть на Балканах не радовала Италию, ибо она опиралась на силу итальянского оружия, к тому же было очень трудно управлять враждебно настроенными славянами и греками. Советский Союз уже поглотил одну армию в составе десяти дивизий. Северную Африку не удалось удержать даже с помощью немцев. Большая часть торгового флота лежала на дне Средиземного моря.

С начала июля армии союзников антигитлеровского блока находились на Сицилии, и становилось очевидным, что немецкие союзники, несмотря на все их заверения, были не в состоянии предотвратить вторжение англосаксов в «европейскую крепость».Приходилось опасаться, что могучий противник в недалеком будущем сможет высадиться на Апеннинском полуострове.

Еще с осени 1942 г. английская авиация стала совершать систематические налеты на предприятия итальянской тяжелой промышленности в треугольнике Генуя, Турин, Милан, осуществляя их почти безнаказанно: недостаток зенитной артиллерии и истребителей не позволял итальянцам организовать сильную противовоздушную оборону.

Порты Южной Италии превратились в развалины, железнодорожная сеть была разрушена почти беспрерывными налетами. 1-6 июля Рузвельт и Черчилль в совместном послании призвали итальянский народ в интересах сохранения его достоинства и благополучия использовать момент и решить, будут ли его сыны умирать за Муссолини и Гитлера или же жить на благо Италии и цивилизации. Вряд ли, однако, была необходимость в таком призыве, чтобы убедить итальянцев в проигрыше войны. И если война все-таки продолжалась, то это лишь означало, что полуостров приносился в жертву в качестве предполья Германии.

Так думали не только близко стоявшие к королевскому дому консервативные круги и выжидавшая пока обессиленная либеральная и социалистическая оппозиция, Эта идея нашла распространение даже среди многочисленных и некогда ближайших сподвижников Муссолини. Итальянцы — слишком политически активная нация, чтобы в подобной обстановке не искать политического выхода. Выход же можно было найти только в свержении диктатора.

В достижении этой цели объединились как противники, так и бывшие приверженцы дуче, одни в надежде ценою такой жертвы самим удержаться у власти и спасти фашизм, другие — в стремлении свергнуть диктатора с помощью бывших его сторонников и затем захватить власть в свои руки. Это был ловко сплетенный заговор классических итальянских интриг, жертвой которых в конце концов и пал некогда всемогущий глава государства.

Внешний повод нашли 24 июля на одном из заседаний Большого фашистского совета, созвать который дуче был вынужден. После исключительно бурных дебатов большинство совета, несмотря на возражения Муссолини, добилось принятия резолюции, в которой, наряду с апелляцией к священному долгу всех итальянцев любой ценой отстаивать единство, независимость и свободу отечества, главе государства предлагалось просить короля в интересах страны взять на себя фактическое командование всеми вооруженными силами и тем самым и право принятия окончательных решений, предоставленное ему конституцией и заслуженное всей славной историей династии. Это был совершенно ясный вотум недоверия Муссолини, почти равносильный его смещению.

Теперь у короля был конституционный повод избавиться от ставшего ему неудобным советника. Когда на следующее утро Муссолини прибыл на доклад к монарху и подверг сомнению законность решения совета, король без обиняков заявил ему, что ожидает его заявления об отставке и намерен тотчас же ее принять. Муссолини был свергнут. Когда он покидал королевский дворец, его личная охрана под незначительным предлогом уже была удалена. Санитарная машина доставила его в казарму верных королю карабинеров.

Вместе с Муссолини без всякого сопротивления пала и партия. Маршал Бадольо, смещенный в 1940 г. после неудач в Албании с поста начальника генерального штаба итальянской армии, взял власть в свои руки, возглавив уже подготовленный кабинет из числа неском-прометированных деятелей дофашистского периода. Перед ними была лишь одна цель: как можно быстрее вывести Италию из войны. Следовало — ив этом заключалась очень большая трудность — избежать превращения Италии в театр военных действий или, по крайней мере, добиться, чтобы к тому моменту, когда правительство окончательно откроет свои карты, обстановка для немецких войск сложилась бы настолько неблагоприятно, что военные действия были бы быстро перенесены за пределы страны.

Однако сразу же после свержения Муссолини немцы под предлогом предотвращения возможных высадок противника в Северной Италии и обороны перевалов в Альпах от воздушных десантов перебросили в Северную Италию из Южной Германии и Франции несколько дивизий; они даже не согласовали предварительно, как это делалось раньше, такой переброски с итальянским правительством.

Совладать с этой силой итальянцы чувствовали себя не в состоянии. Они старались не вызывать у немцев какого-либо недовольства и подозрения и надеялись в ближайшие недели изменить обстановку к лучшему. Только с этой тайной мыслью король и правительство решились официально заявить, что Италия в силу своих традиций сдержит слово и будет продолжать войну дальше.

Тем временем стали предприниматься первые попытки установить контакт с противоположной стороной. Чиновник ведомства иностранных дел направился в Лиссабон, чтобы через английского посла в Лиссабоне заверить западные державы, что Италия заявила

о своем намерении продолжать войну лишь с целью избежать насильственных актов со стороны Германии. Итальянское правительство, сообщил он, по тем же соображениям лишь для вида приняло немецкое предложение о проведении военных переговоров, в действительности же оно намеревается 12 августа направить военную миссию в Лиссабон для заключения перемирия.

Немецко-итальянская конференция, о которой было сообщено английскому послу, действительно состоялась 6 августа в Тревизо близ Венеции и проходила в атмосфере необычайно сильного взаимного недоверия. В ней участвовали с немецкой стороны Риббентроп и Кейтель, с итальянской — новый министр иностранных дел Гуарилья и сыгравший решающую роль в смещении Муссолини начальник генерального штаба итальянской армии Амброзио.

Итальянцы формально придерживались обязательств и указывали на необходимость получить в интересах продолжения войны значительное количество немецкого вооружения и других военных материалов. Немцы не хотели помогать своим союзникам военными материалами, но и не были готовы освободить Италию от ее договорных обязательств. Столь же мало внимания они обратили и на слишком прозрачную просьбу Амброзио (хотя он и обосновывал ее необходимостью усилить оборону страны) перебросить в Италию с оккупированных территорий как можно больше находившихся там итальянских дивизий.

Вторая встреча, состоявшаяся 15 августа и носившая чисто военный характер, формально была посвящена вопросам обороны Южной Италии. В действительности же речь шла о немецких силах, которые тем временем выросли до девяти дивизий и были объединены в группу армий «Б» под командованием Роммеля, а также об отводе итальянских дивизий из Южной Франции и с Балкан, на который Гитлер соглашался только при том условии, что эти дивизии «не будут расположены вблизи имперских границ». Немцы твердо решили оборонять, по крайней мере, Северную Италию до Апеннин. Итальянцы отчаянно искали возможность ослабить немецкую группировку в Северной Италии или, по крайней мере, противопоставить ей свои превосходящие силы.

Между тем в Лиссабоне начались тайные военные переговоры с западными державами о заключении перемирия и последующем военном сотрудничестве. 28 августа глава итальянской миссии вернулся в Рим с результатами переговоров. Условия содержали положения, разбивавшие все надежды итальянцев на то, что им удастся избежать превращения своей страны в театр военных действий. Италия должна была предоставить в распоряжение союзников Корсику, Сардинию и всю территорию континентальной части страны для создания баз, а также сосредоточить флот и авиацию в определенных местах для передачи союзникам. Кроме того, союзники требовали, чтобы им был обеспечен доступ во все порты и на все аэродромы независимо от того, эвакуированы они уже немцами или нет, причем эти порты и аэродромы должны были охраняться итальянскими войсками до тех пор, пока войска западных держав не займут их.

Это означало немедленное начало военных действий против немцев, то есть именно то, чего итальянцы хотели избежать. Поэтому они всеми средствами стали добиваться, чтобы перемирие было заключено лишь после того, как союзники крупными силами высадятся в Италии. Они считали, что смогут выступить против своего нынешнего союзника только при условии получения в решающих пунктах немедленной поддержки со стороны западных держав.

Со стороны союзников возражения итальянцев расценивались как преувеличение трудностей. Эйзенхауэр потребовал немедленного подписания соглашения о перемирии, пообещав, однако, что оно будет опубликовано лишь в момент высадки крупных сил на полуостров. Итальянцы уступили и 3 сентября подписали перемирие. 9 сентября союзники высадились в бухте Салерно, объявив накануне вечером по радио, что Италия запросила перемирия, на которое союзники согласились. Итальянскому правительству не оставалось ничего другого, как в тот же вечер заявить по радио, что оно, сознавая невозможность продолжения неравной борьбы, а также с целью избавить свой народ от новых испытаний, действительно предприняло шаг, о котором сообщили союзники.

Итальянским вооруженным силам было отдано распоряжение немедленно прекратить военные действия против союзников, однако «отражать любое нападение независимо от того, с какой стороны оно последует». Это должно было послужить приказом всем находившимся на территории страны итальянским войскам сопротивляться попыткам немцев их разоружить.

Немцы отдавали себе отчет в том, что после устранения Муссолини Италия недолго продержится на их стороне, и предприняли все возможное, чтобы подготовиться к разрыву со своим партнером. Опасность гибели всей немецкой армии в Южной Италии в случае, если Италия неожиданно перейдет на сторону противника и вместе с ним отрежет немецким войскам пути отступления, представлялась слишком серьезной. Поэтому немецкие дивизии под командованием фельдмаршала Роммеля были оставлены в Северной Италии и частично выдвинуты до Апеннин, которые надлежало удерживать при любых условиях. Кроме того, были заняты все перевалы в Альпах, ведущие во Францию, Германию и Югославию. Попытка занять двумя немецкими дивизиями Специю под предлогом организовать особо надежную оборону от десанта противника, а в действительности с намерением в удобный момент захватить итальянский военно-морской флот успеха не имела.

Возникшее в результате такого взаимного недоверия напряжение привело в ряде случаев, особенно сразу после 25 июля, к перегибам со стороны немцев, что было, однако, быстро приостановлено, а с итальянской стороны — к диверсионным актам и местами к пассивному сопротивлению.

Было ясно, что немцы оставались хозяевами положения. Кроме того, сообщение союзников о заключении перемирия явилось неожиданностью для итальянского командования и поставило его в тупик. Войска не получили никаких указаний, если не считать неопределенного намека, сделанного по радио. Напротив, немцы тотчас же подали условленный сигнал «Вариант Ось» и добились полного успеха. В кратчайший срок все итальянские войска, находившиеся в контролируемой немцами зоне, были нейтрализованы. Лишь кое-где было оказано слабое сопротивление.

Но в районе Рима, где итальянцы сконцентрировали крупные силы, оно продолжалось два дня. Двум немецким дивизиям пришлось прорывать позиции итальянских войск, широким кольцом окруживших Рим. Их сдерживали до тех пор, пока король и его семья вместе с правительством Бадольо не оставили город, чтобы, спасаясь от немцев, достичь побережья Адриатики и оттуда по морю бежать в Бриндизи. После этого итальянские войска оставили Вечный город, который они не хотели подвергать разрушению, и сосредоточились в районе Тиволи. Предъявленный Кессельрингом коменданту Рима ультиматум о сдаче города и капитуляции всех расположенных вокруг него в радиусе 50 км итальянских войск положил конец вспыхнувшим было в некоторых местах боям.

Итальянские войска, как правило, безропотно подчинялись даже намного уступавшим им численно немецким частям. Это был потрясающий финал трехлетней совместной борьбы, неприятный для участвовавших в этих мероприятиях немецких войск, которые не могли не совершить акт самообороны, горький и постыдный для их недавних союзников.

Гитлер чувствовал себя связанным с Муссолини. Он хотел использовать силу дуче, чтобы создать в Италии более благоприятные условия для продолжения войны. Он не успокоился до тех пор, пока не узнал, где новое правительство держало Муссолини, и не принял мер к освобождению своего пленного соратника.

97

12 сентября в результате высадки немецких парашютистов в районе массива Гран-Сассо-д’Италия в Аб-руццах Муссолини был освобожден.

4 Зак. 1543

18 сентября Муссолини объявил о создании государства фашистско-республиканского типа. Его влияние все еще было достаточно велико, чтобы в удерживаемой немецкими войсками части страны завоевать авторитет, существенно облегчавший борьбу за полуостров вплоть до 1945 г.

Ход событий привел Бадольо к горькому выводу, что его план вывести Италию из войны потерпел фиаско. Союзники обещали смягчить жесткие условия перемирия лишь в той мере, в какой Италия будет вносить свой вклад в дело победы над Германией. Поэтому Бадольо обратился 2 сентября к народу с призывом развернуть борьбу против немцев. Он заявил, что целью этой борьбы должно являться изгнание немцев из страны и нанесение им, пока они не будут изгнаны, всяческого ущерба.

13 октября итальянское правительство, «ввиду неоднократных и все более учащающихся враждебных актов, предпринимаемых со стороны германских вооруженных сил против итальянцев», объявило о состоянии войны с Германией. Западные державы и Советский Союз заявили о своем согласии «с активным сотрудничеством итальянской нации в качестве воюющей державы в борьбе против Германии».

ВЫСАДКА АНГЛО-АМЕРИКАНСКИХ ВОЙСК В ЮЖНОЙ ИТАЛИИ

Правительство Бадольо вынуждено было подписать 3 сентября соглашение о перемирии с англо-американским командованием. В этот же день войска 13-го армейского корпуса (1-я и 5-я пехотные дивизии) 8-й английской армии переправились через Мессинский пролив (ширина 3 км) и высадились на «носке» Апеннинского полуострова (в районе Реджио-ди-Калабрия на участке шириной 12 км), «не встретив никакого сопротивления со стороны противника».

После высадки 8-я армия продвигалась к северу из южных районов Италии.

Инициатива перенесения военных действий на Апеннинский полуостров принадлежала американским руководителям. 16 июля, в разгар Сицилийской операции, объединенный комитет начальников штабов по предложению Маршалла рассмотрел, а затем и одобрил проведение десантной операции непосредственно в районе Неаполя. 16 августа Эйзенхауэр объявил о решении провести две операции: в начале сентября — в Калабрии и 9 сентября — в районе Салерно. Американские военные руководители выступили с инициативой проведения десантных операций на юге Италии для захвата итальянских аэродромов и содействия тем самым «воздушному второму фронту».

Капитуляция Италии явилась для английских руководителей предлогом потребовать расширения масштабов операций в Средиземноморском бассейне. Они все чаще стали выступать с заявлениями о стратегической важности операций в Средиземноморском районе. Американцы не проявляли заинтересованности действовать в английских интересах. Поэтому американские руководители упорно стремились ограничиться операциями в западной части Средиземноморского района, английские — тянули в восточную часть этого района.

9 сентября Черчилль в Вашингтоне поставил вопрос о пересмотре решений конференции в Квебеке относительно масштаба действий в бассейне Средиземного моря.

Предложения Черчилля сводились к рассмотрению различных вариацтов, в том числе операций на островах Корсика и Сардиния, на Балканах и острове Родос. Для того, чтобы устранить возражения американцев и склонить их на свою сторону, Черчилль подчеркивал, что эти операции будут проводиться без ущерба для операции «Оверлорд».

Оперативное управление штаба армии США не возражало о расширении военных действий на средиземноморском театре. В положительном заключении содержалось утверждение о том, что стратегия Черчилля «в целом правильна и что в ее основе лежит идея обеспечения успеха операции «Оверлорд». Без захвата итальянских аэродромов, утверждали американские стратеги, невозможно усилить объединенное бомбардировочное наступление против Германии.

8 сентября вечером англо-американское командование объявило о перемирии с Италией. Перемирие между Италией и союзниками не явилось неожиданностью для немецкого верховного главнокомандования. Оно решило оккупировать Северную Италию и прикрыть подступы к Германии с юга.

«Война в Италии, — утверждает Г. Макмиллан, — принимала размеры второго фронта и как таковая приносила русским большое облегчение». В Северную Италию были переброшены две дивизии из Южной Франции и восемь дивизий из Германии. Эти дивизии (в том числе две танковые) вошли в состав 14-й армии и образовали группу армий «Б» под командованием Роммеля. В Южной и Центральной Италии находилось шесть дивизий. Эти дивизии (в том числе три танковые) входили в состав 10-й армии, из войск которой состояла группа армий «Юг» (командующий Кес-сельринг). Две дивизии дислоцировались в районе Рима (резерв Кессельринга).

9 сентября 1-я английская воздушно-десантная дивизия, высадившись с транспортов, без боя заняла во-енно-морскую базу Таранто (на «каблуке» Апеннинского полуострова). Туда же были переброшены две пехотные дивизии, составившие 5-й английский армейский корпус.

На рассвете того же дня в районе Салерно (южнее Неаполя) высадились войска первого эшелона 5-й американской армии (одна американская и две английские пехотные дивизии, танковый батальон и подразделения «Коммандос»). В этой десантной операции участвовало около 700 кораблей и торговых судов. Потери при высадке морского десанта составили 1 десантное судно без человеческих жертв.

После высадки союзные войска встретили разрозненное сопротивление частей 16-й немецкой танковой дивизии, разбросанных на 30-километровом фронте Салернской низменности. Потери союзников к концу первого дня боев на побережье составили всего 604 человека, из них 136 убитыми, 364 ранеными и 104 пропавшими без вести. Столь незначительные потери объясняются тем, что англичане и американцы «в воздухе и на море обладали абсолютным превосходством ». К моменту вторжения в Италию союзники имели в полной боевой готовности 3127 самолетов, в том числе 1326 бомбардировщиков, 1395 истребителей и 406 транспортных самолетов. Когда немецкое командование направило для атаки высадившегося десан та около 40 истребителей «Фокке-Вульф-190», то союзные истребители их просто не подпустили к району высадки. Немецкая авиация «фактически оказалась парализованной».

14 сентября Кессельринг отдал приказ 10-й армии отступать в район Рима.

В приказе говорилось о выигрыше времени для эвакуации важных материалов, а также для уничтожения дорог и военной промышленности.

15 сентября войска 8-й английской и 5-й американской армий соединились, а 1 октября союзные войска вошли в Неаполь. С 4 ноября противник отступил по всему фронту. Положение немецких войск осложнялось еще и тем, что большая часть итальянского флота сдалась англо-американскому командованию (5 линкоров,

8 крейсеров, 7 эсминцев, 24 миноносца, 40 подводных лодок и др.), 300 итальянских самолетов перелетели на сторону противника. На стороне союзников «были созданы все предпосылки для быстрой победы». 13 октября 1943 г. правительство Бадольо объявило войну гитлеровской Германии.

Союзные войска к середине ноября вышли к рекам Сангро и Карильяно (севернее,Неаполя) и, продвинувшись на 15 км к северу от реки Сангро, остановились на зимних квартирах до весны 1944 г.

В ноябре 1943 г. на средиземноморском театре пребывали 19 английских дивизий, 5 американских и 5 французских (без учета тех дивизий, которые перебрасывались в Англию: 4 американские и 3 английские дивизии).

Высадка на юге Италии позволяла продолжить стратегию постепенного вытеснения немцев на север Италии.

Но все же военные действия в Северной и Северо-Западной Африке, в Сицилии и на юге Апеннинского полуострова не могли быть равнозначны тому второму фронту, открыть который США и Англия обязались в Западной Европе в 1943 г. непосредственно против Германии.

3. ОБОСТРЕНИЕ ПРОТИВОРЕЧИЙ В ЛАГЕРЕ САТЕЛЛИТОВ ГЕРМАНИИ. ИЗМЕНЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНОЙ ОБСТАНОВКИ

В 1943 г. произошли коренные изменения в международной обстановке, которые сделали бесперспективным дальнейшее ведение войны для Германии. Военные поражения, крах фашистского господства в Италии, а также ее переход на сторону антигитлеровской коалиции привели к развалу фашистского блока.Во всех государствах-сателлитах гитлеровской Германии множились с.тремления-покончить с войной.

РУМЫНИЯ

Осенью 1943 г. правительство Антонеску не было уже в состоянии предоставить гитлеровской Германии требуемые ею новые румынские военные контингенты.

По приказу Гитлера свыше 1 млн. румынских солдат и офицеров было брошено на советско-германский фронт. Из отправленных туда 26 румынских дивизий к концу 1943 г. 18 были разгромлены, а 7 заперты в Крыму.

В 1940—1943 гг. румынское правительство уплатило 67 млрд. лей на содержание немецких войск. На территории страны в 1943г. действовало 829 немецких фирм и 825 фирм со смешанным капиталом. Немецкое правительство вывозило из страны всю добывавшуюся нефть, подавляющую часть производимого в стране продовольствия.

Поражение немецких и румынских войск, приближение к румынским границам Красной Армии, а также рост антифашистского демократического движения внутри страны вызвали внутри правящих кругов Румынии острые разногласия. Стали играть активную роль лидеры Национал-либеральной и Национал-царанистской партий Маниу и Братиану, ориентировавшиеся на западные державы.

С января 1943 г. министр иностранных дел Румынии Михай Антонеску через представителей Турции и Ватикана в Бухаресте зондировал почву для заключения сепаратного мира с западными державами.

Hit 4» ИГЦДЦЩНИ HMiW ИИ ПЩШШ

Patria яе cheama s'o salvam! La arme!

farwir* ыЫт*Фт I ^rbewicritor ffwlwi * W

| ыы&сиа

Deu;rkirt« ъшлеШ dtomzt<# «I 4MxM „7*4<1Г V^ihakrvcu*

Сообщение о создании румынской добровольческой дивизии «Тудор Владимиреску».

Газета румынских военнопленных в СССР «Грайул либер» 31 октября 1943 г.

В ноябре 1943 г. румынское правительство официально заверило Соединенные Штаты Америки, что готово капитулировать в случае высадки англо-американских войск на Балканах и вступления Турции в войну на стороне союзников.

ВЕНГРИЯ

В хортистской Венгрии также обострялась обстановка. Остатки 2-й венгерской армии, разбитой под Воронежем, были отправлены на родину и демобилизованы. Военные руководители Венгрии хотели сформировать несколько новых боеспособных дивизий. Вновь начались разногласия между правящими кругами Венгрии и Румынии по поводу Трансильвании. Они искали поддержку у западных держав и поэтому форсировали секретные переговоры с ними. Когда об этом узнало гитлеровское правительство, оно пригрозило оккупировать обе страны. С сентября 1943 г. ОКВ готовило планы их военной оккупации под кодовым названием «Маргарита I и II».

9 сентября 1943 г. представители венгерского правительства Каллай, Вереш и английский посол в Анкаре достигли предварительной договоренности, согласно которой Венгрия брала на себя обязательство безоговорочно капитулировать, как только англо-американские войска появятся на ее территории. Это соответствовало планам Черчилля, который хотел вместо вторжения в Западную Европу провести Балканскую операцию: опередить Красную Армию, снова втянуть Юго-Восточную Европу в сферу влияния Англии и сколотить блок государств во главе с Турцией, направленный против СССР.

ФИНЛЯНДИЯ

В результате поражения немецких войск в Финляндии также усилились внутренние противоречия. В конце августа 1943 г. 20 руководящих общественных деятелей страны в меморандуме, переданном президенту

Рюти, высказали озабоченность по поводу создавшегося положения и потребовали скорейшего выхода из войны.

Высшие круги изыскивали способы сотрудничества с западными странами. Попытка установить летом контакты с Советским правительством не привела к успеху, т. к. финляндское правительство не желало отказаться от захваченных территорий и признать условия капитуляции, предложенные антигитлеровской коалицией.

Германское руководство, оказывая усиленное военное давление (генерал-подковник Йодль вел в октябре по этому вопросу переговоры с маршалом Маннергеймом и финляндским правительством) и используя экономическую зависимость Финляндии, принудили ее продолжать войну. Одновременно ОКВ инструкцией № 50 от 28 сентября 1943 г. готовило отвод с мурманского фронта и из Северной Финляндии 20-й немецкой горной армии с целью прикрытия никелевых разработок под Петсамо.

БОЛГАРИЯ

Правящая верхушка в Болгарии также встретилась с растущими трудностями. Усиливалась зависимость страны от Германии в результате поставок ей продовольствия и сырья, возрастали долги немцев, ширилось народное движение против правительства.

Кризис в Болгарии обострился после смерти царя Бориса в августе 1943 г., т. к. регентский совет намеревался продолжать политику сотрудничества с Германией. Под ее давлением болгарское военное командование после капитуляции Италии усилило свои оккупационные войска в Югославии, и они захватили часть территории Греческой Македонии.

ФРАНЦИЯ И ДАНИЯ

Правительства оккупированных Франции и Дании сталкивались со все большими трудностями. Правящие круги этих стран все большее предпочтение отдавали американцам, чем немцам. Немецкие комиссары и военачальники в связи с этим повсюду усиливали нажим и прибегали ко все новым террористическим мерам в целях сохранения оккупационного режима.

В Дании оккупационные учреждения пытались умеренными принудительными методами выжать из страны как можно больше материальных благ и не допустить датское правительство к изменению проводимой им политики поддержки. Однако эта тактика была изменена.

После того, как правительство Дании отклонило ультиматум оккупантов, требовавший применения жестких мер для подавления народного движения, исполнительную власть взял на себя группенфюрер СС Бест, который с ноября 1942 г. являлся имперским комиссаром. Так в Дании начался новый этап жестокой оккупационной политики, который, однако, не смог задушить растущее движение Сопротивления.

Дальнейший отход нейтральных государств от Германии углубил ее международную изоляцию.

ТУРЦИЯ

С момента нападения Германии на СССР Турция оказывала ей разного рода помощь и услуги. В 1941— 1943 гг. значительная часть турецкого экспорта направлялась в Германию. Турция поставляла туда ежегодно до 100 тыс. тонн хромовой руды, большое количество хлопка, меди, сельскохозяйственных продуктов, удовлетворяла до 30 процентов всей потребности Германии в ферросплавах.

18 апреля 1943 г. было подписано новое германо-турецкое торговое соглашение, а вслед за тем в Германию направилась турецкая военная комиссия, которая была принята Гитлером. Руководимое фон Папеном гитлеровское посольство в Анкаре являлось важнейшим зарубежным центром деятельности немецкой дипломатии. В то же время Турция продолжала поддерживать тесные отношения с Англией и США.

Политика сотрудничества с немцами, с одной стороны, и союза с Англией — с другой , проводимая правительством Народно-республиканской партии во главе со ставшим в 1942 г. премьер-министром Сараджоглу, оставалась неизменной вплоть до конца 1942 г., но затем, ввиду ослабления Германии, правящие круги страны стали все больше сближаться с Англией и США, рассчитывая при их поддержке обеспечить свои интересы и ограничить распространение коммунистических идей на Балканах.

В 1943 г. в Анкару прибыла английская военная миссия. За год Англия поставила Турции оружия на 20 млн. ф.ст. 4—6 декабря 1943 г. в Каире состоялась встреча президента Иненю с Рузвельтом и Черчиллем. Однако вопреки расчетам британского премьера Турция не примкнула к антигитлеровской коалиции. Турецкие правящие круги не решались на разрыв отношений с Германией.

В августе 1944 г. Турция все же разорвала с Германией дипломатические отношения, стала тяготеть к западным странам. Однако турецкое правительство продолжало поставлять Германии хром, необходимый для военной промышленности.

ИСПАНИЯ

Тяжелое экономическое и политическое положение, создавшееся в результате гражданской войны и германоитальянской интервенции, помешало открыто ввергнуть Испанию в войну на стороне Германии. Тем не менее франкистская Испания, объявив себя невоюющей стороной, присоединилась к Тройственному пакту и на протяжении ряда лет являлась союзницей Германии.

В военные части на советско-германском фронте — «Голубую дивизию» и «Испанский легион» — было направлено до 50 тыс. человек, т.е. 20 процентов всего состава регулярной испанской армии. Испания служила до 1944 г. крупнейшим пунктом транзита в Германию стратегического сырья из-за океана. Через Испанию Германия получала 90 процентов всего необходимого ей вольфрама, до 20 млн. т железной руды, большое количество нефтепродуктов.

Перелом в ходе войны в пользу антифашистской коалиции вынудил Франко начать переориентацию на

США и Англию. Франкистское правительство выступило в 1943 г. с рядом заявлений о своем нейтралитете. Одновременно с этим оно стремилось путем примирения западных держав с Германией помешать полному разгрому последней. Весной 1943 г. с формальным предложением мира в качестве нейтрального посредника выступил испанский министр иностранных дел Хордана. Вслед за ним с аналогичным предложением летом 1943 г. выступил и Франко. Оба эти шага были согласованы с Германией.

Осенью 1943 г. Испания отвела свою «Голубую дивизию» с советско-германского фронта.

ШВЕЦИЯ

В первые месяцы после нападения Германии на СССР в нейтральной Швеции развернулась фашистская пропаганда, призывавшая к присоединению к «крестовому походу против коммунизма». Но Швеция не приняла участия в войне против СССР, хотя ее позиция была выгодна Германии.

В первые же дни войны через территорию Швеции была пропущена германская дивизия для действий в Северной Финляндии. Однако премьер-министр Швеции социал-демократ П.А.Ханссон тут же обещал шведскому народу, что через территорию страны больше не будет пропущена ни одна немецкая дивизия.

Швеция взяла на себя представительство интересов СССР в Германии, и все же через Швецию развернулся транзит немецких военных материалов в Финляндию. Немецкие транспортные суда перевозили туда войска, укрываясь в территориальных водах Швеции, причем до зимы 1942—1943 гг. их сопровождал конвой шведских военно-морских сил.

Немецкое руководство добилось поставок шведских товаров в кредит и перевозки их в основном на шведских судах. Швеция по-прежнему была основным поставщиком железной руды в Германию.

Однако постепенно в политике Швеции начали брать верх другие тенденции. В начале октября 1941 г. было решено продлить советско-шведское кредитное соглашение 1940 г.

Основной поворот во внешней политике был прямо связан с переломом в ходе войны. Зимой 1942—

1943 гг. шведские фирмы отказали Германии в дальнейших кредитах, а шведский военный флот — в конвое.

14 июня 1943 г. шведский посланник заявил в Москве по поручению своего правительства: «Швеция прекрасно понимает, что если она до сих пор остается вне войны, то только благодаря военным успехам СССР. Швеция признательна за это Советскому правительству».

Швеция запретила транспортировку немецких военнослужащих и военного снаряжения из Финляндии и в Финляндию через свою территорию. В сентябре

1943 г. после длительных переговоров в Лондоне было подписано экономическое соглашение с Англией и США

о резком сокращении в течение 1943—1944 гг. торговли с Германией — первое подобное соглашение союзников с европейским нейтральным государством.

Поскольку условия в странах-сателлитах и в оккупированных странах, а также международная обстановка все более менялись не в пользу Германии, она попыталась изменить свою политику применительно к «новому преобразованию Европы». Весной 1943 г. Геринг потребовал использовать все оккупированные страны, рассматривая их как захваченные территории. Он заявил: «Для европейского преобразования население может понадобиться только после окончания войны».

Но одновременно с кризисным положением и падающим влиянием немецкого фашизма даже и у его руководителей укреплялось мнение, что абсолютное порабощение европейских народов уже невозможно. «Европейская комиссия» министерства иностранных дел и другие учреждения стремились теперь к созданию «объединенной антибольшевистской Европы» с относительной самостоятельностью входящих в нее народов. В министерстве иностранных дел уже был разработан проект договора, который должен был осуществить это переиздание «объединенной Европы» под господством Германии.

Гитлер 8 мая 1943 г. перед руководителями нацистской партии сказал: «Для преобразования Европы следует как можно быстрее ликвидировать рухлядь из еще существующих в ней мелких государств. Тогда, — утверждал он, — Германия сразу завладеет Европой, что послужит предпосылкой для установления ее (Германии) мирового господства».

Военные, экономические, политические и моральные силы всех народов антигитлеровской коалиции после коренного перелома в ходе войны значительно возросли. Усилилось национально-освободительное движение и партизанские действия.

Население всех временно оккупированных немецкими войсками областей активно саботировало работу на немецкую армию и сопротивлялось угону в Германию. Многие мужчины и женщины скрывались от принудительной отправки в Германию или уходили к партизанам.

4. УХУДШЕНИЕ ВНУТРЕННЕЙ ОБСТАНОВКИ В ГЕРМАНИИ

Тяжелые военные поражения немецких войск на советско-германском фронте, крах фашизма в Италии и растущее освободительное движение во всей Европе оказали серьезное воздействие на внутреннюю обстановку в Германии. Обострялся внутриполитический кризис.

Увеличивающиеся потери на фронте и последствия тотальной мобилизации только усиливали тяготы, возлагаемые на трудящихся. Служба безопасности (СД) докладывала из всех районов Германии, что население «жаждет мира». Сократилось число людей, верящих в победоносный исход войны. «Большинство людей очень подавлено и не видит правильного выхода», — говорилось в одном из отчетов СД. Крах фашистского господства в Италии отрезвляюще действовал на все более широкие слои немцев и увеличивал сомнения в «непобедимости» Германии. У многих росло такое чувство, что «кольцо вокруг Германии сжимается все туже и туже и события мчатся навстречу кризису» — таково заключение одного отчета СД от 18 октября.

Интенсивная эвакуация женщин и детей из районов страны, наиболее сильно подвергавшихся воздушным налетам, приводила к смятению. В некоторых районах Рейнской и Рурской областей происходили настоящие демонстрации против решения властей кг выдавать продовольственные карточки лицам, возвращавшимся не в соответствии с планом. События подобного рода, оказывающие глубокое влияние на общее настроение, ранее не наблюдались.

Развитию этих событий способствовало ухудшение снабжения.-Как признавал Заукель весной 1943 г., неуклонный рост цен не позволял почти двум миллионам семей в Германии выкупить положенные им по карточкам и ордерам продовольственные и промышленные товары.

В мае 1943 г. значительно снизились нормы выдачи мяса. «Средний потребитель» получал по 250 граммов мяса в неделю. Еще большее недовольство вызвало сокращение выдачи картофеля осенью 1943 г. Если зимой 1942/43 г. на каждого человека в неделю выдавалось 3,5 кг картофеля, то зимой 1943/44 г. норма составила уже 2,5 кг, а в некоторых округах даже

1,5 кг. Эти сокращения норм не могли компенсироваться увеличением недельной порции хлеба на 100 г, объявленным 22 сентября.

Если министр сельского хозяйства Бакке при объявлении тотальной войны заявлял, что нормальное обеспечение продовольствием гарантируется и нет необходимости проводить новые мероприятия, то осенью

1943 г. министерство сельского хозяйства констатировало, что «после четырех лет войны... абсолютно невозможно избежать трудностей в снабжении продуктами питания».

Из-за недостатка текстильных товаров была временно прекращена выдача ордеров, что только обострило напряженную обстановку. Повсюду ширилась торговля из-под полы и меновая торговля. Генерал Йодль в ноябре 1943 г. заявил следующее: «По всей стране шагает дух разложения».

Одновременно снижалась боеспособность вермахта. Быстрый спад сил особенно выражался в мобилизации лиц 1884—1893 гг. рождения, в использовании шестнадцатилетних школьников в качестве зенитчиков и девушек в военно-воздушных силах и штабах. Падение боевого духа немецких солдат и у части военного руководства вынудило Кейтеля в августе 1943 г. прибегнуть к угрозам: «Вермахт не остановится перед тем, чтобы исключить из своих рядов и отдать под гражданский суд тех, кто болтовней наносит вред безопасности империи».

«Понижение боеспособности должно быть компенсировано повышенной жестокостью при ведении боевых действий», — требовал Гиммлер уже при подготовке летних боевых операций. «Ужас и террор, сопровождавшие нас в боях за Харьков, — заявил он в апреле, — это отличное оружие, и его следует не ослаблять, а, наоборот, усиливать». В конце 1943 г. во все соединения вермахта были направлены офицеры по национал-социалистскому руководству (НСФО).

В крупных спекуляциях продовольственными товарами были замешаны имперский министр внутренних дел Фрик, министр по вопросам воспитания Руст, министр сельского хозяйства Дарре, рейхсфюрер по вопросам труда Хирль, гауляйтер Грайзер, бывшие главнокомандующие сухопутными и военно-морскими силами Браухич, Редер и др. Когда на одном из процессов над спекулянтами был упомянут генеральный директор Цан-ген, имперский министр юстиции лично запретил дальнейшее расследование этого дела.

Конкуренция обострилась в борьбе за государственные заказы, закупки, кредиты и другие виды гарантий прибылей со стороны государства, а также за обеспечение рабочей силой и сферы влияния на целые промышленные отрасли. Эта борьба велась в совете по вооружению, министерствах, комитетах, картелях, имперских объединениях, экономических палатах округов и в имперских промышленных группах.

С начала 1943 г. ведущие монополии были уполномочены усиленно продолжать концентрацию производства сверх «всех концернов, союзов, картелей и прочих объединений».

Концерны добивались огромных прибылей. «ИГ Фарбен» увеличил свой оборот с 894, 3 млн. в 1933 г., 1,98 млрд. в 1939 г. до 3,1 млрд. в 1943 г. Его прибыль составила в 1933 г.— 48 млн., 1939 г.— 363 млн. И 1943 г. — 822 млн. марок. Концерн Ман-несмана повысил свой оборот в течение 10 лет с 88,7 млн. до 466 млн. марок. С 1939 по 1943 г. прибыль концерна возросла с 11,3 млн. до 83,6 млн. Флик на своих одиннадцати заводах в 1943 г. получил

182,5 млн. чистой прибыли, а у Крупна она составила 57 млн. в 1935 г. и 111 млн. в 1941 г. АЕГ во время войны удвоила свои доходы. Эти данные примерно характеризуют общее положение на германских монопольных предприятиях.

С объявлением тотальной войны монополиям удалось добиться некоторого увеличения производства оружия, боеприпасов и военного снаряжения всех видов. Добыча каменного угля снова увеличилась на 4%, а бурого угля — на 5%. Однако в 1944 г. она быстро снизилась. В производстве стали в первой половине

1943 г. был достигнут прирост с 2 до 2,5 млн. т. Во второй половине наблюдался застой. Только повышенное использование промышленности оккупированных районов и привлечение североитальянской продукции в немецкое производство могли уменьшить трудности в рейхе. Военная экономика Германии достигла своих объективных границ, которые теперь не позволяли провести быстрое и всеохватывающее расширение производства.

В мае 1943 г. в Германии был достигнут особенно высокий уровень выпуска военной продукции, который одновременно стал вершиной производства германской промышленности в годы войны. Однако дальнейшее развитие германской военной промышленности в тотальной войне не было связано с общим подъемом экономических сил.

Кризис Германии выразился также в противоречиях внутри правящей верхушки. Назревал кризис власти, который позднее выразился в покушении на Гитлера 20 июля 1944 г.

24 августа 1943 г. Гитлер назначил рейхсфюрера СС и шефа полиции Генриха Гиммлера имперским министром внутренних дел, объединив тем самым в его руках все органы репрессий. Имея большие полномочия, Гиммлер ставил задачей «укрепить внутренний фронт». Ведущие монополисты приветствовали это мероприятие, а банкир фон Шредер перевел Гиммлеру от Флика, Бютефиша, Шмитца, Риттера Хальта, Хекке-ра, Мейера, Рейнхарта, Ронерта, Ростерга и других свыше миллиона рейхсмарок на поддержку СС. Гиммлер дал гарантию обеспечения их власти и прибылей, которые они получили в ходе войны.

Усилился судебный и внесудебный террор. В одном циркулярном приказе министерство юстиции требовало приговаривать к смертной казни лиц, утверждавших, что «жертвы, которые тотальная война требует от всех, являются бессмысленными». Суды выносили все больше и больше террористических приговоров, а сведения об их исполнении опубликовывались для «устрашения». «Такие приговоры должны были снова разбудить в немцах чувство ответственности», — писала еженедельная газета «Дас Рейх».

12 ноября Геббельс с триумфом заявил: «Вечное нытье значительно спало, после того как мы стали приговаривать пораженцев к смерти, приводить эти приговоры в исполнение и сообщать об этом в печати».

В 1943 г. в Германии к смерти были приговорены 5336 человек, из них 1745 — «за предательство» и 236 — «за преступления против военной экономики». Десятки тысяч противников войны были брошены в концентрационные лагеря для «уничтожения работой». Кроме того, неисчислимое количество евреев со всех оккупированных территорий было депортировано в лагеря уничтожения. Однако усиливающийся террор не мог воспрепятствовать дальнейшему распространению кризисных явлений в Германии.

ГЛАВА III

УКРЕПЛЕНИЕ АНТИФАШИСТСКОЙ КОАЛИЦИИ

1. МЕЖСОЮЗНИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ В 1943 ГОДУ

ТРЕТЬЯ ВАШИНГТОНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ США И АНГЛИИ В МАЕ 1943 ГОДА

Победы Советской Армии в 1943 г. реально приблизили окончание второй мировой войны. По мере успехов Красной Армии и ослабления Германии и ее сателлитов укреплялось советско-американо-английское сотрудничество.

Развитие содружества участников антигитлеровской коалиции происходило в сложных условиях борьбы различных точек зрения и преодоления острых про-

тиворечий. Но общие интересы Советского Союза, Великобритании и Соединенных Штатов Америки, заключавшиеся в ликвидации угрозы их независимости и национальному существованию со стороны фашистских держав, способствовали принятию в 1943 г. согласованных политических и военных решений.

Однако в политике Соединенных Штатов и Англии по-прежйему была очень сильна тенденция сохранить главное бремя войны на плечах Советского Союза. В 1943 г., как и в 1942 г., Соединенные Штаты и Англия затягивали открытие второго фронта в Западной Европе. Однако в отличие от 1942 г. теперь сложилась иная военно-политическая обстановка.

На ряде совещаний высших политических и военных руководителей Соединенных Штатов Америки и Англии, проходивших в первой половине 1943 г., вопрос о характере дальнейшей стратегии западных союзников встал со всей остротой. В марте 1943 г. в Вашингтоне в результате совещания Идена с Рузвельтом, Хэл-лом и другими членами американского правительства было признано, что если Соединенные Штаты и Англия не будут действовать «быстро и наверняка», то Германия, Италия и любая другая европейская страна могут стать в результате войны «коммунистическими».

Рузвельт видел единственную возможность предотвратить это, «если в момент краха Германии серьезные силы английских и американских войск будут находиться во Франции или в Германии». Английские и американские политические руководители понимали, что в новой обстановке нельзя уже ограничиться затягиванием открытия второго фронта, необходимо искать такое решение, которое лучшим образом отвечало бы интересам западных союзников. Поисками его и были заняты лидеры Соединенных Штатов и Англии летом 1943 г.

Но не только в этом состояла задача очередной англо-американской конференции, получившей кодовое название «Трайдент». Дело в том, что она проходила в обстановке, когда предстоящая «победа над Германией была совершенно несомненной...» Более того, участники этой встречи предполагали, что крах фашистской Германии может наступить именно в результате ее поражения на Восточном фронте. «Имеется полная возможность того, — писал 5 мая 1943 г. президент США главе Советского правительства, — что историческая оборона русских, за которой последует наступление, может вызвать крах в Германии следующей зимой». Не смог он скрыть и своей озабоченности в связи с этим. «В таком случае, — заявлял Рузвельт, — мы должны быть готовы предпринять многочисленные шаги в дальнейшем», т. е. после победы.

К этому времени США и Великобритания уже полным ходом вели разработку «основ» послевоенного устройства мира. 27 апреля образованный в США комитет военного планирования получил указание подготовить планы «всех целесообразных вариантов действий».

В начале мая штабы США изложили президенту свои мнения о курсе, которого должна придерживаться американская делегация на предстоящей Вашингтонской конференции. Согласно этому документу, основу стратегии Соединенных Штатов в войне против Германии должна была составлять идея прогрессивно возрастающей интенсивности ударов с воздуха для подготовки к операции по форсированию Ла-Манша, а затем и проведение последней в 1944 г.

Отмечая, что ничто не должно «ни помешать, ни замедлить осуществление этой идеи», начальники штабов, однако, видели определенные выгоды в проведении после захвата Сицилии ряда операций в западной части Средиземного моря. Зато они категорически выступали против участия США в каких-либо военных действиях восточнее Сицилии, за исключением специальных воздушных операций. Если же англичане, заявлялось далее, будут настаивать на таких действиях, то «пусть проводят они одни, без американцев».

Таким образом, на сей раз американские штабы единодушно пришли к выводу о том, что дальнейшее распыление сил нецелесообразно и что следует вплотную приступить к подготовке вторжения во Францию. 8 мая эту точку зрения поддержал и Рузвельт. Так «было решено, что главная задача американской делегации — связать англичан обязательством возможно скорее предпринять вторжение в Европу через Ла-Манш и завершить подготовку к этой операции к весне 1944 г.».

Британская же сторона подготовила совершенно иные соображения: после захвата Сицилии или одновременно с ним вторгнуться в континентальную Италию. При этом имелось в виду захватить плацдарм на «носке» итальянского «сапога, чтобы затем предпринять наступление на «каблук», в качестве предварительного шага для наступления на Бари и Неаполь.

Таким образом, конференции предстояло решить, отдать ли предпочтение кампании на Средиземноморском театре или сосредоточить основные силы и средства для форсирования Ла-Манша. Это и составило главный предмет обсуждения при разработке стратегических планов.

12 мая на первом пленарном заседании конференции Черчилль заявил, что, по его мнению, прежде всего нужно принять решения о действиях в районе Средиземного моря и что «самая главная задача в этом районе — вывести Италию из войны любыми средствами». Это, утверждал он, существенно изменит обстановку в Европе, нарушит «всю систему германской стратегии», окажет моральное воздействие на германский народ, приведет к отпадению Болгарии от фашистского блока, склонит Турцию к вступлению в войну на стороне антифашистской коалиции и, наконец, высвободит во-енно-морские силы для действий в Бенгальском заливе и на Тихом океане.

Речь, по сути дела, шла об избрании в.качестве главного стратегического направления Италии и Балкан. Причем Черчилль уверял, что «лучшее средство облегчить положение на русском фронте в 1943 г. — это вывести или выбить Италию из войны и, таким образом, заставить немцев перебросить крупные силы, чтобы держать в подчинении Балканы».

Итак, как и прежде, англичане настаивали на первоочередном осуществлении своих целей в бассейне Средиземного моря. Более того, на этот раз они стремились включить в сферу своих действий и Балканы. Что же касается атаки через Ла-Манш, т. е. создания настоящего второго фронта, то это, по мнению Черчилля, следовало осуществить лишь после того, как сложатся условия, полностью гарантирующие успех операции, иными словами тогда, когда гитлеровская Германия окажется на грани катастрофы.

Правящие круги Англии стремились укрепить позиции британцев на Балканах и свое господство на Ближнем Востоке. Они хотели вторгнуться в Южную Европу потому, что их колонии, граничившие со Средиземным морем и Ближним Востоком, имели «важное значение для обеспечения британского господства в мире».

Для достижения своих намерений в бассейне Средиземного моря английская правящая верхушка стремилась максимально использовать силы и ресурсы СТТТА. Американцы же стали противиться этому, ибо имели свои собственные цели и понимали, что Англия хочет ограничить активные действия американо-английских войск в Европе районом Средиземного моря с тем, чтобы сохранить за собой контроль над ними вне зависимости от того, каковы будут условия мира.

Поэтому президент США со своей стороны 12 мая изложил на конференции американскую позицию. Согласившись с тем, что после захвата Сицилии желательно вывести Италию из войны, он, однако, заявил, что ему «всегда становится не по себе при мысли, что придется использовать крупные силы в Италии». По его мнению, это могло привести к истощению ресурсов союзников и в то же время не ослабило бы давления Германии на СССР.

Ввиду этого Рузвельт предложил «попытаться вывести Италию из войны более экономично», посредством авиационного наступления из Сицилии или с южной оконечности Апеннинского полуострова. Отметив, что в 1943 г. осуществить вторжение в Северо-Западную Францию не удастся, он подчеркнул, что весной 1944 г. его необходимо обязательно провести, чтобы «вынудить фашистскую Германию драться и, таким образом, ослабить ее давление на Советский Союз».

Следовательно, американское предложение, как и английское, не предусматривало таких действий, которые могли бы заставить гитлеровское командование отвлечь значительные силы с советско-германского фронта уже в 1943 г. Обе делегации высказались за дальнейшую отсрочку вторжения в Западную Европу.

КВЕБЕКСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ И АНГЛИИ В АВГУСТЕ 1943 ГОДА

В конце августа 1943 г. в канадском городе Квебеке состоялась очередная конференция высших политических руководителей и представителей военного командования Соединенных Штатов и Великобритании. Американскую делегацию возглавлял Рузвельт, британскую — Черчилль. Агентство Рейтер сообщало о причинах поспешного созыва совещания: «Скорее летние победы Красной Армии, чем англо-американские успехи в Тунисе и на Сицилии, обусловили необходимость быстрого пересмотра планов союзников».

Американский комитет начальников штабов, трезво признав второстепенное значение операций США и Великобритании в глобальной стратегии антифашистской коалиции, попытался оценить будущие политические последствия войны. Рекомендации комитета, рассмотренные в Квебеке, гласили: «По окончании войны Россия будет занимать господствующее положение в Европе. После разгрома Германии в Европе не останется ни одной державы, которая могла бы противостоять огромным военным силам России. Правда, Великобритания укрепляет свои позиции на Средиземном море против России, что может оказаться полезным для создания равновесия сил в Европе. Однако и здесь она не будет в состоянии противостоять России, если не получит соответствующей поддержки. Выводы из вышеизложенного ясны. Поскольку Россия является решающим фактором в войне, ей надо оказывать всяческую помощь и надо прилагать все усилия к тому, чтобы добиться ее дружбы. Поскольку она безусловно будет занимать господствующее положение в Европе после поражения держав «оси», то еще более важно поддерживать и развивать самые дружественные отношения с Россией».

Правительства Соединенных Штатов и Англии договорились о том, что вторжение во Францию начнется

1 мая 1944 г. Но они не упускали из виду, что Германия может потерпеть крах раньше. На случай, если сопротивление Германии резко ослабеет или если германские войска будут выведены из оккупированных стран и последует безоговорочная капитуляция Германии, американо-английские политические и военные руководители предусматривали чрезвычайное вторжение на континент и занятие максимальной территории в 1943 г. (план «Рэнкин»).

Отныне вся боевая подготовка войск в Англии шла с учетом двух возможностей: вторжения во Францию

1 мая 1944 г. или чрезвычайной высадки по плану

«Рэнкин». В любом случае, подчеркнул Рузвельт на совещании с Черчиллем 23 августа, «войска Объединенных Наций должны быть готовы достичь Берлина не позднее русских».

19 августа Рузвельт и Черчилль подписали сугубо секретное соглашение об атомном оружии. Все работы по изготовлению атомной бомбы сосредоточились в Соединенных Штатах. Стороны обязывались никогда не применять этого оружия друг против друга, без взаимного согласия не использовать его против третьей страны и не передавать сведений об атомной бомбе кому-либо еще.

МОСКОВСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ СССР, СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ И АНГЛИИ

Успехи Советской Армии вынуждали правительства США и Англии рассмотреть важнейшие международные проблемы совместно с правительством СССР. Во второй половине 1943 г. состоялись совещания представителей СССР, США и Англии, явившиеся наглядным подтверждением возможности и необходимости международного сотрудничества государств в решении вопросов ведения войны и послевоенного устройства мира.

В Москве 19—30 октября 1943. г. состоялась конференция министров иностранных дел СССР, США и Англии. В Москву были направлены представительные делегации: американскую возглавил государственный секретарь К. Хэл л,, английскую — министр иностранных дел А. Иден. Им в помощь прикомандировывались военные миссии, ибо без удовлетворительного для СССР решения проблем стратегии было невозможно обсуждение политических вопросов.

Глава американской военной миссии генерал Д. Дин получил категорические инструкции от Комитета начальников штабов Соединенных Штатов рекомендовать Хэллу в ходе переговоров помнить «о неразрывной взаимосвязи между политическими предложениями и военными возможностями». Командование американских вооруженных сил напоминало Дину, что после разгрома Германии «могучая советская военная машина будет господствовать к востоку от Рейна и Адриатики, а Советский Союз окажется в состоянии продиктовать любые желательные ему изменения в Центральной Европе и на Балканах».

Поскольку американская делегация была вооружена этими инструкциями, Черчиллю пришлось ограничиться напутствием Идену: «Я очень сочувствую Вам, поскольку Вы вынуждены участвовать в этой унылой конференции». Английский премьер-министр предупредил Идена, что он может быть «вполне уверен в твердости английской политики».

Советская делегация возглавлялась В.М. Молотовым.

На конференции в Москве главное внимание было уделено вопросу о военном сотрудничестве трех великих держав. Советский Союз настаивал на сокращении сроков войны против гитлеровской Германии и ее сателлитов. Представители США и Англии не смогли выдвинуть каких-либо аргументов против советских предложений. В коммюнике о работах конференции было сказано, что три правительства признают своей «первейшей целью ускорение конца войны...»

Принятое конференцией решение о необходимости теснейшего военного сотрудничества трех держав в целях ускорения конца войны открывало новые возможности для развития международного сотрудничества и облегчало борьбу советской дипломатии за создание второго фронта в Европе.

Конференция признала необходимым развитие международного сотрудничества в послевоенный период. В коммюнике говорилось, что в «собственных национальных интересах и в интересах всех миролюбивых наций важно продолжить теперешнее тесное сотрудничество, установленное для ведения войны, и на период, который последует за окончанием действий, и что только этим путем можно добиться поддержания мира и полного развития политического, экономического и социального блага их народов».

Один из важных вопросов сотрудничества трех держав в военные годы был решен в день открытия конференции. 19 октября 1943 г. в Лондоне было подписано третье соглашение о поставках в Советский Союз. В переговорах, предшествовавших заключению соглашения, Советское правительство обратило внимание правительств США и Англии на то, что поставки в СССР в 1943 г. не только не возросли по сравнению с 1942 г., но даже снизились, что совершенно не соответствует масштабам наступательных операций Советской Армии. Новое соглашение предусматрвало значительное увеличение поставок.

Большое место в переговорах на Московской конференции трех министров иностранных дел заняли вопросы Восточной Европы. По указанию Черчилля министр иностранных дел Англии Иден пытался заручиться согласием СССР и США на английское вторжение в Юго-Восточную Европу с участием Турции. С советской стороны было заявлено, что стремление к вторжению английских войск в Юго-Восточную Европу диктуется отнюдь не военными соображениями, а определенными целями, ничего общего не имеющими с подлинными желаниями и интересами народов. Советский Союз настаивал на создании второго фронта в Западной Европе.

Представители США и Англии пытались добиться согласия Советского правительства на восстановление дипломатических отношений с польским эмигрантским правительством. При этом они руководствовались стремлением обеспечить в освобожденной Польше установление власти лондонских эмигрантских кругов. Эти предложения не могли встретить поддержки советской стороны и не дали результатов.

Представители США и Англии выступили совместно, несмотря на имевшиеся между правящими кругами этих стран серьезные разногласия, с предложением о создании дунайской федерации, т. е. объединения стран Юго-Восточной Европы вокруг и во главе с Австрией. Иначе говоря, западные державы планировали искусственно воссоздать старую Австро-Венгерию. Авторами этого плана были американцы и Ватикан.

Правящие круги США и Ватикан приступили к интенсивной разработке планов реставрации монархии Габсбургов и создания католического государства в центре Европы с 1942 г. Предполагалось, что в это государство будут включены Австрия, Венгрия, Бавария, Чехословакия, Югославия и другие. Оно должно было явиться главным орудием европейской политики американцев, находящихся в тесном контакте с Ватиканом.

«Президент Рузвельт, — пишет английский исто рик, — считал ликвидацию австро-венгерской монархии одной из самых грубых ошибок, допущенных после первой мировой войны. Он планировал создание дунайской конфедерации с целью объединения Дунайского бассейна. Он не был заинтересован в восстановлении власти Габсбургов, но, несомненно, не стал бы противиться этому, если бы оно облегчило реконструкцию».

Правительство США имело и другой план в отношении Австрии — план сохранения ее в составе Германии, о чем заявил Аллен Даллес в беседе с Гоген-лоэ.

Советский Союз выступил инициатором декларации об Австрии и добился принятия ее конференцией. В декларации об Австрии говорилось о желании трех правительств «видеть восстановленной свободную и независимую Австрию». Декларация давала основу для воссоздания Австрии после войны и ликвидации ее насильственного объединения с Германией.

В декларации об Австрии также указывалось: «...Обращается внимание Австрии на то, что она несет ответственность, которой не может избежать, за участие в войне на стороне гитлеровской Германии и что при окончательном урегулировании неизбежно будет принят во внимание ее собственный вклад в дело ее освобождения».

Американская делегация на Московской конференции выступила с предложением по колониальному вопросу. Но английская сторона возражала против рассмотрения колониального вопроса, поэтому он так и не был подвергнут обсуждению на конференции.

На Московской конференции трех министров иностранных дел стоял вопрос о путях обеспечения всеобщей безопасности в послевоенный период и о той международной организации, которая будет призвана решать эту задачу. Но если США уже планировали захватить руководящую роль в международной организации, то правительство Англии не хотело сдавать тех позиций, которые имело в Лиге Наций. Черчилль в инструкции Идену к переговорам в Москве писал: «Мы решительно стоим за систему Лиги Наций».

Московская конференция не согласилась с мнением Черчилля и выработала декларацию по вопросу о всеобщей безопасности, которая была подписана, кроме представителей СССР, США и Англии, также и представителями Китая. В декларации признавалась «необходимость учреждения в возможно короткий срок всеобщей Международной Организации для поддержания международного мира и безопасности, основанной на принципе суверенного равенства всех миролюбивых государств».

Декларация не только признавала необходимость создания Организации Объединенных Наций, но и определяла ее важнейшие принципы как органа международного сотрудничества суверенных государств, ставящего своей целью поддержание мира и безопасности. Правительства четырех держав торжественно провозгласили, что они будут совещаться и сотрудничать также «в целях достижения осуществимого всеобщего соглашения в отношении регулирования вооружений в послевоенный период».

В 6-м пункте декларации четырех государств по вопросу о всеобщей безопасности говорится, что данные правительства «по окончании войны... не будут применять своих вооруженных сил на территории других государств, кроме как после совместной консультации и для целей, предусмотренных в этой декларации».

Чтобы создать преграду сепаратизму и обеспечить координацию политики трех стран, Советское правительство поставило вопрос о создании надлежащего органа трех держав. В результате Московская конференция постановила образовать Европейскую консультативную комиссию с местопребыванием в Лондоне для изучения европейских вопросов и для выработки совместных рекомендаций. Был создан также Консультативный Совет по вопросам Италии в составе представителей СССР, США, Англии, Французского Комитета Национального Освобождения, Греции и Югославии для разработки рекомендаций в отношении Италии.

На конференции была принята декларация об ответственности гитлеровцев за совершаемые ими зверства. Декларация устанавливала необходимость наказания военных преступников. Главных военных преступников решено было наказать совместным решением союзных держав.

Решения конференции способствовали укреплению англо-советско-американской коалиции.

ТЕГЕРАНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ГЛАВ ПРАВИТЕЛЬСТВ СССР, СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ И АНГЛИИ

Почти месяц, отделявший Московскую конференцию министров иностранных дел от встречи глав трех правительств в Тегеране, был периодом усиления англо-американских разногласий по вопросу о стратегии.

По пути в Тегеран Черчилль, Рузвельт и сопровождающие их лица с 22 по 26 ноября 1943 г. совещались в Каире. На этом новом сепаратном совещании его участники предприняли попытку преодолеть разделявшие их противоречия, чтобы на конференции в Тегеране выступить совместно по вопросу о втором фронте. Эта попытка оказалась безуспешной. Правительство США все более отрицательно относилось к «балканской стратегии» Черчилля. Оно серьезно опасалось опоздать с вторжением в Западную Европу.

В Каир был вызван Чан Кай-ши, с которым были обсуждены дальневосточные проблемы. США обязались предоставлять ему и в дальнейшем оружие и займы.

В вопросе о военных действиях на Тихоокеанском театре вновь вскрылись противоречия между США и Англией. Встревоженное возросшей активностью американцев в Юго-Восточной Азии правительство Англии стремилось помешать продвижению американских войск через Северную Бирму. Но наряду с этим Черчилль требовал организации морских десантов, рассчитывая использовать силы американского флота для того, чтобы вернуть Англии ее колониальные владения в Юго-Восточной Азии. Английский главнокомандующий Ма-унтбеттен в беседе с Рузвельтом настаивал на резком увеличении американских поставок английским вооруженным силам.

Эта встреча в Каире не устранила англо-американских разногласий относительно коалиционной стратегии в войне против фашистского блока в Европе.

На Тегеранской конференции, работавшей с 28 ноября по 1 декабря 1943 г., впервые за время войны произошла встреча глав правительств Советского Союза, Великобритании и Соединенных Штатов Америки: И.В. Сталина, У. Черчилля и Ф. Рузвельта.

Главы правительств рассмотрели ряд политических и военных проблем, связанных с дальнейшим существованием и действиями антифашистской коалиции. Одним из главных был вопрос о втором фронте. Его значение определялось тем, что к тому времени война вступила в решающий этап и уже нельзя было откладывать разрешение возникших разногласий о путях и способах ее завершения.

Неудивительно поэтому, что уже на первом пленарном заседании Рузвельт кратко изложил результаты всех ранее имевших место англо-американских переговоров по вопросу о втором фронте.

«...Мы, — сказал он, — составляли наши планы в течение последних полутора лет... Мы не только хотим пересечь Канал (Ла-Манш), но и преследовать противника в глубь территории. Английский Канал — это такая неприятная полоска воды, которая исключает возможность начать экспедицию через Канал до 1 мая, поэтому план, который был составлен в Квебеке, исходил из того, чтобы экспедиция через Канал была осуществлена около 1 мая 1944 года. Во всех десантных операциях речь идет о специальных судах. Если мы будем проводить крупные десантные операции в Средиземном море, то экспедицию через Канал, возможно, придется отложить на 2 или

3 месяца. Поэтому мы хотели бы получить совет от наших советских коллег в этом вопросе...»

Далее президент США заявил, что необходим «также совет о том, как лучше использовать имеющиеся в районе Средиземного моря войска, учитывая, что там в то же время имеется мало судов». Особо подчеркнув нежелательность «откладывать дату вторжения через Канал дальше мая или июня месяцев», он обратил внимание советской делегации на то, что в то же время имелось много мест, где могли бы быть использованы англо-американские войска. Они могли бы быть использованы в Италии, в районе Адриатического моря, в районе Эгейского моря, наконец, для помощи Турции, если она вступит в войну. И в заключение Рузвельт добавил: «Мы очень хотели бы помочь Советскому Союзу и оттянуть часть германских войск с советского фронта. Мы хотели бы получить от наших советских друзей совет о том, каким образом мы могли бы лучше всего облегчить их положение».

Это заявление включало и американскую, и английскую точки зрения.

Сталин охарактеризовал обстановку на советско-германском фронте и высказал свои предварительные соображения о том, в каком месте были бы желательны операции англо-американских сил в Европе. Он отметил, что Итальянский театр важен лишь в одном отношении — обеспечить свободное плавание судам союзников в Средиземном море, но не годится для наступления на Германию, поскольку Альпы прикрывают подступы к ней с юга.

«Мы, русские, считаем, — заявил Сталин, — что наилучший результат дал бы удар по врагу в Северной или Северо-Западной Франции. Даже операции в Южной Франции были бы лучше, чем операции в Италии. Было бы хорошо, если бы Турция была готова открыть путь для союзников. С Балкан все-таки было бы ближе к сердцу Германии. Тут не преграждают путь ни Альпы, ни Канал. Но наиболее слабым местом Германии является Франция. Конечно, это трудная операция, и немцы во Франции будут бешено защищаться, но все же это самое лучшее решение».

Высадка войск США и Англии на Балканах с военной точки зрения была бессмысленна, т. F- ничего бы не дала для ускорения разгрома Германии. Возник бы еще один столь же стабильный фронт, как фронт в Италии, тем более что особенности театра военных действий'создали бы серьезные затруднения преодолению высадившимися войсками германского сопротивления.

Соображения против создания второго фронта в Юго-Восточной Европе были весьма обоснованными. Плань вторжения на Балканы были отклонены.

В парафированном затем главами правительств трех великих держав военном соглашении по вопросу о втором фронте указывалось: « Принять к сведению, чтобы операция «Оверлорд» была предпринята в течение мая 1944 г. одновременно с операцией против Южной Франции. Последняя операция была бы предпринята такими силами, какие позволят высадить десантные средства». Далее конференция приняла к сведению заявление маршала Сталина, «что Советские Вооруженные Силы предпримут наступление примерно в то же время с целью предотвратить возможную переброску германских войск с Восточного на Западный фронт».

Итак, решение открыть второй фронт было наконец принято, а действия союзных вооруженных сил в Западной Европе и Красной Армии на советско-германском фронте согласованы по срокам и целям. Западные союзники подписали обещание Советскому правительству начать вторжение через Ла-Манш в мае 1944 г.

В начале работы Тегеранской конференции президент США обратился к Советскому правительству с предложением рассмотреть вопрос об участии СССР в войне против Японии после победы над Германией. Но в предложениях президента говорилось об организации Соединенными Штатами наступательных операций на Курильских островах.

Советское правительство, отвергнув претензии США на Курильские острова, признало возможным вступление СССР в войну с Японией через шесть месяцев по окончании войны в Европе. Черчилль отмечает в своих мемуарах, что это обещание СССР «имело величайшее значение».

Правительства США и Англии выступили на Тегеранской конференции с планами расчленения Германии, уничтожения единого германского государства, считая, что разрозненные части Германии окажутся в полной зависимости от них.

Президент США Рузвельт предложил создать «пять автономных государств: 1) Пруссия (уменьшенная), 2) Ганновер и Северо-Запад, 3) Саксония с Лейпцигским районом, 4) Гессен — Дармштадт, Гессен — Кассель и район к югу от Рейна, 5) Бавария, Баден и Вюртемберг. Кильский канал и Гамбург, а также Рур и Саарскую область оставить под контролем Объединенных Наций», фактически же под контролем США.

129

5 Зак 1543

Англичане предложили расчленить Германию на три части: Пруссию, Южную Германию (Бавария, Вюртемберг, Пфальц, Саксония и Баден) и Рур. Пруссию Черчилль считал возможным сохранить в качестве национального государства. Южную Германию он предлагал включить в состав Дунайской конфедерации. Рур правящие круги Англии надеялись поставить под свой контроль и, опираясь на его промышленную мощь, занять господствующее положение на континенте Европы.

Советский Союз решительно отклонил предложения

о разделе Германии.

В предварительном порядке в Тегеране был обсужден вопрос о будущих границах Польши. Советская делегация настаивала на возвращении Польше ее земель на западе и на установлении западной границы по рекам Одер и Нейсе.

В Декларации трех держав, принятой в Тегеране, говорилось, что правительства СССР, США и Англии полностью признают высокую ответственность «за осуществление такого мира, который получит одобрение подавляющей массы народов земного шара и который устранит бедствия и ужасы войны на многие поколения» .

На Тегеранской конференции была принята декларация об Иране. Она признавала помощь, оказанную Ираном антигитлеровской коалиции, в особенности в транспортировке грузов в Советский Союз. Руководители трех держав согласились предоставить иранскому правительству экономическую помощь как на время войны, так и в послевоенный период и заявили о своем желании сохранить полную независимость, суверенитет и территориальную неприкосновенность Ирана.

Значение Тегеранской конференции заключалось в том, что впервые за время войны была согласована стратегия трех великих держав, определены масштабы и сроки операций.

На обратном пути Черчилль и Рузвельт вновь совещались в Каире. Они обсудили итоги Тегеранской конференции и пришли к заключению, что и впредь в вопросе о втором фронте будут действовать, руководствуясь не своими обязательствами, а в зависимости от обстановки.

По инициативе Черчилля, все еще не отказавшегося от «балканской стратегии», 4—6 декабря 1943 г. в Каире состоялось совещание Черчилля, Рузвельта и президента Турции Исмета Иненю. Обсуждался вопрос об участии Турции во вторжении в Юго-Восточную Европу. США, заинтересованные в укреплении влияния американских монополий в Турции, согласились предоставить турецкому правительству значительные военные поставки. Но Турция заняла крайне уклончивую позицию, требуя до вступления в войну поставок такого количества вооружения, которые практически нельзя было выполнить. В основе позиции Турции лежало по-прежнему стремление оставаться вне войны, извлекая выгоды из контакта с обеими коалициями.

1 декабря 1943 г. была опубликована Каирская декларация Соединенных Штатов, Англии и Китая. Три державы заявляли, что они видят свою цель в том, чтобы «лишить Японию всех островов на Тихом океане, которые она захватила или оккупировала с начала первой мировой войны 1914 г., и в том, чтобы все территории, которые Япония отторгла у китайцев, как, например, Маньчжурия, Формоза и Пескадорские острова, были возвращены Китайской республике. Япония будет также изгнана со всех других территорий, которые она захватила при помощи силы и в результате своей алчности» .

2. ВОЗМОЖНОСТИ США И АНГЛИИ ОТКРЫТЬ ВТОРОЙ ФРОНТ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В 1943 ГОДУ

У. Черчилль, А. Брук и другие английские руко-водители утверждали, что никакую наступательную операцию невозможно было провести в 1943 г.

К английской версии о непреодолимости Атлантического вала присоединился Маршалл. Он был убежден, что «высадка во Франции в 1943 г. была бы невозможной». Его вывод заключался в том, что о форсировании Ла-Манша «не может быть и речи по меньшей мере до 1944 г.».

По плану «Раундап» намечалось подготовить для вторжения через Ла-Манш 48 дивизий. По заявлению Маршалла, для проведения этой операции в середине сентября 1943 г. будут готовы 20 с лишним дивизий. Алан Брук уточнил: к 15 сентября 1943 г. союзники будут располагать «только 21—23 дивизиями для проведения операции по форсированию Ла-Манша».

Маршалл считал, что 20 с лишним дивизий при значительном превосходстве авиации «могут сделать столько же, сколько 48 дивизий, предусмотренных планом* операции «Раундап».

В 1943 г. в группу армий «Д» помимо 15-й, 7-й и 1-й немецких армий входили оперативная группа «Ф» (на южном побережье Франции от испанской границы до Марселя) и 4-я итальянская армия (дислоцировалась на территории Юго-Восточной Франции от Тулона до итальянской границы). Общее количество дивизий в 1-й, 7-й и 15-й армиях группы армий «Д», даже с учетом оперативной группы «Ф», в наиболее благоприятные для высадки месяцы существенным образом не изменилось по сравнению с 1942 г.

Взамен разбитых на советско-германском фронте дивизий, прибывавших во Францию для восстановления, на Восток перебрасывались полноценные дивизии.

Значительное количество дивизий на Западе имело большой некомплект в личном составе. В танковых дивизиях насчитывалось по 90—130 танков вместо 209 танков по штату. 90% всех выпускаемых германской промышленностью танков направлялось на советско-германский фронт и только 5—8% поступало на усиление танковых дивизий на Западе.

Осенью 1943 г. немецкие военно-воздушные силы на Западе насчитывали 300—400 боеспособных бомбардировщиков и до 160—200 боеспособных истребителей.

Вся артиллерия пехотных дивизий, находившихся в Западной Европе, была на конной тяге. Свыше половины немецких дивизий на Западе являлись стационарными, т. е. не имели своих средств передвижения. Ряд частей и соединений был укомплектован людьми моложе 20 или старше 45 лет. Значительная часть их имела различные физические недостатки. Все самые лучшие немецкие дивизии находились на советско-германском фронте.

К осени 1943 г. зенитная артиллерия на Западе при общей протяженности береговой линии в 2400 км располагала 334 тяжелыми батареями.

Наиболее плотное размещение имело место лишь вокруг объектов ПВО между Парижем и Антверпеном, в пределах 100-километровой прибрежной полосы, а также вокруг военно-морских баз и некоторых других объектов.

Немецкое командование, даже после того как было снято артиллерийское вооружение с линии Зигфрида, не смогло поднять среднюю артиллерийскую плотность выше 1 орудия на 1 км Атлантического побережья Франции.

Значительным фактором, который обеспечивал успех высадки американо-английских войск в Западной Европе, являлось движение Сопротивления в оккупированных странах.

Несмотря на благоприятные условия, союзники отложили вторжение во Францию на весну 1944 г.

О. Брэдли пишет, что союзники были вынуждены принять такое решение «ввиду ограниченности ресурсов...». В 1943 г. «военный потенциал союзников, — пишет Монтгомери, — еще не был реализован настолько, чтобы можно было выделить ресурсы, необходимые для такой гигантской операции, и открытие так называемого второго фронта пришлось отложить еще раз».

Какими же реальными возможностями располагали США и Англия в 1943 г. для преодоления так называемого Атлантического вала немцев в Западной Европе?

Возможности вооруженных сил США и Англии в

1943 г. в еще большей степени возросли по сравнению с 1942 г. В конце 1943 г. в составе вооруженных сил США насчитывалось 10, 1 млн. человек, а в вооруженных силах Великобритании — около 4,8 млн. человек. К 1943 г. Великобритания «уже полностью мобилизовала свои ресурсы...».

Однако на протяжении почти всего 1943 года основные силы американской армии находились еще в США в ожидании переброски на театры военных действий.

Экспедиционные войска США находились на большом удалении от тыла страны, что усложняло организацию снабжения войск на театрах войны, находившихся в различных частях земного шара. Однако военные руководители могли позволить себе такое расточительное использование людских ресурсов для нужд обслуживания только в результата отсутствия значительных операций и потерь.

Военное производство США и в 1943 г. ооее-

печивало все потребности вооруженных сил.

Общая стоимость всего произведенного только США вооружения возросла с 30,1 млрд. долларов в

1942 г. до 51,7 млрд. долларов в 1943 г.

К середине 1943 г. у англо-американских союзников имелись все нужные им танки. Производство танков было фактически несколько замедлено, и «американцы оказались в довольно необычном положении, предлагая русским танки, в которых Красная Армия не нуждалась» (W. McNeill. Amerika, Britan and Russia, p. 229).

И не только по танкам, но и по многим другим категориям военной техники и снабжения американская военная промышленность в действительности превосходила потребности, которые могли возникнуть.

В докладе комиссии сената США по вопросам военной мобилизации отмечается факт, что в 1943 г. США располагали таким количеством судов, которое было достаточным для переброски превосходящих сил в целях сокрушающего наступления против Германии. Если в США было построено судов в 1942 г. на общую сумму 6,9 млрд. долларов, то в 1943 г. — уже на 12,4 млрд. долларов.

В США судоверфи в 1943 г. «производили беспрецедентное количество судов». В 1943 г. американские судоверфи спустили на воду торговые суда общим тоннажем 19, 2 млн. т полной грузоподъемности, что превышало более чем в два раза тоннаж судов, построенных в 1942 г.

Всего за годы второй мировой войны США построили торговых судов общим водоизмещением 33 млн. т и военных — до 8 млн. т.

В августе 1943 г. тоннаж английского торгового флота, несмотря на потери, поддерживался на высоком уровне и составлял 13,5 млн. т.

Положение с морским транспортом было настолько благополучное, что в начале августа 1943 г. комитет начальников штабов был вынужден официально информировать председателя совета военного производства

о том, что они больше не считают торговый флот узким местом для ведения войны за океаном.

Накануне Тегеранской конференции в Каире состоялась особая американо-английская конференция, на которой выяснилось, что «в результате пересмотра заявок на суда вместо предполагаемого общего дефицита в тоннаже по принятому плану получился даже некоторый резерв». После этого объединенный комитет по планированию стратегических операций был вынужден признать, что имеется полная возможность «обеспечить проведение запланированных морских и наземных операций».

В начале 1943 г. программа строительства этих судов, принятая в 1942 г., была выполнена. Однако в дальнейшем программа постройки десантных средств была сокращена.

В течение всего лета 1943 г. наблюдалось определенное затишье в строительстве десантно высадочных судов. В августе управление военного производства признало наконец необходимость увеличения производства десантно-высадочных средств.

В декабре были приняты меры по ускорению выпуска определенного количества десантно-высадочных судов, но это делалось главным образом для обеспечения нужд тихоокеанского театра.

Выполнение программы строительства судов в

1942 г. объясняется тем, что военные руководители США запланировали только то количество, которое было необходимо для осуществления операций на средиземноморском театре.

Военные руководители не планировали строительство десантно-высадочных судов для обеспечения операций «Следжхаммер», «Болеро», «Раундап», потому что не собирались осуществлять эти операции в 1942—1943 гг. Даже на конференции «Квадрант» руководители США и Англии согласились на осуществление операции «Оверлорд» весной 1944 г. лишь в принципе, в зависимости от стратегической обстановки, которая сложится к тому времени в Западной Европе.

Необеспеченность этими судами каждый раз выдвигалась руководителями США и Англии в качестве одной из основных причин переноски сроков форсирования Ла-Манша.

Только после того, как союзное политическое руководство в конце 1943 г. пришло к более определенному решению о наступлении через Ла-Манш весной

1944 г., стратегические и тыловые планирующие органы начали заниматься обеспечением операции «Оверлорд».

К началу десантной операции в Нормандии недостаток в десантных судах был ликвидирован.

Всего на американских верфях было построено десантных судов общим водоизмещением 2,7 млн. т, из этого количества англичане получили только 90 тыс. т.

В транспортных и торговых судах США недостатка вообще не испытывали. В апреле 1943 г. Леги писал Дональду Нельсону, что «несмотря на все наши потери, перевозка людей и материалов на заморские театры осуществляется точно по графику».

Трансатлантическое судоходство было целиком занято снабжением средиземноморского театра военных действий. Распределение ресурсов было направлено к срыву плана «Раундан» в 1943 г.

В первой половине 1943 г. в Северную Африку было отправлено свыше 292 тыс. человек (по плану 184 тыс.); в юго-западный район Тихого океана — свыше 121 тыс. человек (по плану 79200 человек); в Англию — лишь 65830 человек (по плану 250 тыс. человек), т. е. примерно 26% запланированного количества.

Средиземноморский театр оказался наиболее подходящим местом для переадресовки тех ресурсов, которые первоначально предполагалось использовать для американо-английских операций непосредственно против Германии. На протяжении всего благоприятного времени

1943 г. операции на средиземноморском театре продолжали поглощать те ресурсы, которые предназначались для форсирования Ла-Манша.

С сентября 1942 г. по апрель 1943 г. переброска американских войск и материалов в Англию почти прекратилась.

Англо-американское первоначальное соглашение о силах и средствах для операции «Раундап» предусматривало сосредоточение Соединенными Штатами в Англии к 1 апреля 1943 г. более 1 млн. человек (17 дивизий) и 4 тыс. самолетов. Фактически к этому времени в Англии находилась 1 дивизия и 873 самолета. Сухопутные войска насчитывали около 59 тыс. человек (с учетом тыловых органов и частей обслуживания). Этот уровень сохранился до конца тунисской кампании.

В мае 1943 г. в Англии также находилась одна американская дивизия вместо первоначально запланированных пяти. В июле 1943 г. в Англии продолжала находиться только одна американская дивизия.

На средиземноморском театре Соединенные Штаты имели на 1 июля 1943 г. 9 дивизий и 4087 самолетов.

Американские органы стратегического назначения рассматривали небольшие силы, накопленные в Англии, не для нанесения решающего удара весной 1943 г., а как стратегический резерв на случай внезапного поворота событий на Восточном фронте. Значительные силы союзники разбрасывали по второстепенным направлениям.

К началу 1943 г. из 28 американских дивизий и 119 авиагрупп, находившихся на заморских театрах, только 7 дивизий и 39 авиагрупп были в Англии.

Основная часть сухопутных и военно-воздушных сил (62 дивизии и 143 авиагруппы) все еще находилась на территории США.

Довести количество американских дивизий для проведения операции «Оверлорд» до 19 намечалось только к 1 мая 1944 г.

В начале июня 1943 г. комиссия военного министерства по изучению программы развертывания армии с целью ее сокращения представила доклад, в котором отмечалось, что предельный размер армии будет в значительной степени зависеть от исхода борьбы на советско-германском фронте. В середине июня Стим-сон и Маршалл определили, что армия США должна иметь в своем составе в 1944 г. не свыше 90 дивизий и общую численность до 7700 тыс. человек. В ноябре 1943 г. Рузвельт утвердил эти цифры и, кроме того, общую численность вооруженных сил до 11264 тыс. человек.

На Тегеранской конференции Маршалл признал, что «у американцев вполне достаточно войск и военных материалов». Не было недостатка и в транспортных средствах. Однако второй фронт через Ла-Манш не был открыт и в 1943 г.

Бивербрук в конце июня 1943 г. обращал внимание на тот факт, что «существует реальная опасность, что мы (т. е. англо-американские союзники) будем тянуть и тянуть до тех пор, пока не будет пришита последняя пуговица на гетре последнего солдата...». Не исключено, продолжал Бивербрук, что могут появиться сроки открытия второго фронта, относящиеся к 1950 г.

В 1943 г. продолжали действовать те же причины затягивания правящими кругами США и Англии второй мировой войны, что и в 1942 г., — причины политического, а не военного характера. После войны американский контр-адмирал Эффингтон писал: «Хотя Черчилль и заявил 3 сентября 1939 г. в палате общин, что «мы (англичане) сражаемся за освобождение всего мира от чумы нацистской тирании», истинная цель английского правительства в войне заключалась не в полном разгроме Германии, а в ослаблении ее до такого уровня, на котором можно было бы восстановить равновесие сил в Европе».

Это была традиционная политика английских правящих кругов, с которой были согласны правящие круги США. В соответствии с этой политикой неоднократно переносились сроки открытия второго фронта в Западной Европе. По расчетам английских политиков, Советский Союз должен был до предела истощить наступательные возможности Германии, а когда наступит решающий момент — выступить самим со свежими силами. Аналогичные расчеты строили правящие круги США.

3. ДВИЖЕНИЕ СОПРОТИВЛЕНИЯ

ПОЛЬША

В сентябре 1939 г. Польшу постигла национальная катастрофа. Второй раз в истории она перестала существовать как государство. Главной причиной катастрофы было нападение со стороны Германии.

1 сентября 1939 г. германские войска вторглись на территорию польского государства. Польское правительство оказалось совершенно неподготовленным к отражению агрессии.

В трагические дни сентября 1939 г. Польша имела около 180 танков и 420 самолетов устаревшей конструкции, слабую артиллерию. Не хватало даже обычных винтовок для солдат. А немецкое командование бросило на Польшу две с половиной тысячи танков и около двух тысяч самолетов.

Союзники Польши — Англия и Франция — 3 сентября 1939 г. формально объявили войну Германии, но не оказали реальной помощи Польше ни решительным военным наступлением на Германию с запада, ни материально-техническими средствами. В течение первой половины сентября 1939 г. немецкие войска захватили все польские земли.

Захват,Польши не был таким легким, как рассчитывал Гитлер и его генеральный штаб. На своем пути оккупанты встречали сопротивление со стороны тогда еще небольших партизанских отрядов, созданных солдатами и местным населением в первые дни оккупации, а также со стороны отдельных польских воинских частей.

Борьба трудящихся Польши против немецких войск явилась первым проявлением освободительной тенденции и зарождения антифашистского движения Сопротивления народных масс в Европе. И все же самоотверженная борьба отдельных воинских частей и небольших партизанских отрядов, состоявших из солдат и гражданского населения, не могла спасти Польшу от поражения и немецко-фашистской оккупации.

Борьба населения проявлялась тогда главным образом в разрозненных, неорганизованных актах саботажа

TKWUmiAJDV

*—“■ ■ f с%аГл ^

w

__________ ■: / «ГГ Ц

Rt^JiHAROBCmiCA

ж

.Unix

Ль

4r,

?%

f

%&&‘я&В6® T» rmVUA Щ

ШЗ&ж

Аиичи»

Нелегальные газеты, издававшиеся Польской рабочей партией в период окупации.

мероприятии оккупационных властей и в уничтожении отдельных немецких солдат, офицеров и чиновников — это было характерной чертой движения Сопротивления в Польше на первом этапе освободительной борьбы. На этом этапе, продолжавшемся с начала нападения

Германии на Польшу до 22 июня 1941 г., национально-освободительное движение, каким являлось движение Сопротивления, находилось лишь в стадии накапливания сил, пропагандистской и организационной подготовки широкой борьбы.

Движение Сопротивления, рожденное стремлением к национальной независимости, получило дальнейшее развитие.

Польша была разделена оккупантами на две части. Познаньское, Поморское, Силезское и частично Келецкое и Варшавское воеводства гитлеровцы включили непосредственно в состав Германии. Польский государственный аппарат был ликвидирован и заменен немецким. Польское население изгонялось и переселялось в восточные области страны. К концу 1940 г. было выселено уже около полутора миллиона поляков. Все польские промышленные предприятия и земельные владения были конфискованы и переданы немцам.

В восточной, не присоединенной непосредственно к Германии части Польши оккупанты создали «генерал-губернаторство», во главе которого был поставлен Франк. Эти земли рассматривались как колония Германии. В отличие от западных польских областей здесь для видимости были сохранены на время войны остатки польского «самоуправления» — полиция, местные органы самоуправления, поставленные под строжайший контроль немецкого генерал-губернатора. Конфискации здесь подлежали только крупные промышленные предприятия и земельные владения тех польских хозяев, которые не сотрудничали с немцами.

К концу 1939 г. в Польше было расстреляно и замучено свыше 100 тыс. поляков. В первые месяцы

1940 г. гитлеровцы заложили на территории Польши самые крупные концентрационные лагеря — Освенцим и Майданек со специальными газовыми камерами и печами для сжигания трупов. Весной 1940 г. в «генерал-губернаторстве» фашисты провели первую кампанию по физическому уничтожению интеллигенции, в результате которой погибло 3500 человек. Всего за годы оккупации гитлеровцы уничтожили около 6 млн. польских граждан.

Гитлеровцы угоняли тысячи поляков на принудительные работы в Германию. Уже к ноябрю 1941 г. было вывезено в Германию свыше миллиона, а за весь период оккупации — более 2, 5 млн. поляков, включая и 14-летних подростков.

Такова в общих чертах картина гитлеровского порядка в Польше.

Движение Сопротивления хотя и медленно, но ширилось.

В июле— августе 1941 г. «бюллетенцы» образовали «Союз освободительной борьбы». В это же время начала действовать «Рабоче-крестьянская боевая организация». Значительно расширил свои связи «Молот и серп». В сентябре 1941 г. левые социалистические группы создали организацию «Польские социалисты».

5 января 1942 г. в Варшаве на подпольном объединительном заседании «Союза освободительной борьбы», «Рабоче-крестьянской организации», «Молота й серпа», «Общества друзей СССР» и группы «Пролетарий» была создана Польская рабочая партия. Первым секретарем ее Центрального Комитета стал М. Новотко.

Советский Союз в самом начале Великой Отечественной войны признал польское эмигрансткое правительство. Тем самым Советское правительство выразило свою готовность к деловому сотрудничеству с антигитлеровскими кругами польской эмиграции, но при условии, что они будут вести честную политику: не препятствовать прогрессивным антифашистским силам в Польше, а поддерживать их.

Советско-польское соглашение было подписано 30 июля 1941 г. В нем давались обязательства о взаимопомощи в войне против Германии и предусматривалось создание польской армии на территории СССР.

Период с июля 1941 г. по ноябрь 1942 г., т. е. от начала Великой Отечественной войны Советского Союза до разгрома немецких войск в Сталинградской битве, был вторым этапом в развитии движения Сопротивления в Польше. Отправными вехами этого этапа были два важнейших исторических события — начало Великой Отечественной войны Советского Союза и создание Польской рабочей партии (ППР).

Первоочередной задачей ППР считала организацию массовой вооруженной борьбы против немецких оккупантов.

«Создавайте партизанские отряды. Необходимо создать второй фронт в тылах гитлеровской армии», — призывала ППР. В качестве конкретных форм борьбы предлагалось следующее: срыв перевозок немецких войск и военных материалов, уничтожение мостов, пуск под откос немецких поездов, ликвидация складов с горючим и снаряжением, саботаж производства оружия, боеприпасов и всех других материалов, предназначенных для гитлеровских войск, отказ от поставок сельскохозяйственных продуктов оккупантам.

В мае 1942 г. ППР переходит от пропаганды лозунга вооруженной борьбы к практической его реализации, к созданию Народной партизанской армии — Гвардии Людовой. Созданы были главный и областные штабы. Они взяли под свое руководство небольшие вооруженные отряды, формировали новые боевые группы и партизанские отряды. В Гвардию Людову принимались все, кто хотел бороться за национальное и социальное освобождение Польши.

15 мая 1942 г. из Варшавы ушел на боевые операции первый отряд Гвардии Людовой. Командовал им Францишек Зубжицкий («маленький Франек»), бывший студент политехнического института. В Келецкое воеводство из Варшавы вышел отряд Станислава Лянге.

Вскоре появилось еще несколько отрядов Гвардии

Людовой. В Люблинском воеводстве, в районе Крас-ника, действовал отряд имени Тадеуша Костюшко. Имелись отряды в Галиции, в районе Бреста и в центре Польши. В ряде уездов Варшавского, Люблинского, Плоц-кого и Краковского воеводств, в Свентокшжеских горах, в лесах под Пилицей развернулась вооруженная борьба поляков против немцев.

В первые месяцы действий Гвардии Людовой на ее боевой счет были внесены такие операции, как пуск под откос четырех немецких поездов под Люблином, нападение в Рембертове на гитлеровский военный эшелон и захват немецкого оружия и обмундирования. В августе 1942 г. на два дня было сорвано движение поездов на линии Краков — Мехув. В начале октября проведены крупные операции по нарушению железнодорожных перевозок в районе Варшавского узла. В конце октября было взорвано несколько участков на важной магистрали Берлин — Варшава. Вскоре после диверсии на варшавском железнодорожном узле взорвались бомбы на главном вокзале и в ресторане, предназначенном «только для немцев».

1942 год явился переломным в развитии движения Сопротивления польского народа. Вооруженная антифашистская борьба, проводившаяся ранее в виде разрозненных выступлений и действий отдельных групп, приобрела организованный характер. В начале 1943 г. на территории Советского Союза создается Союз польских патриотов, ставший составной частью прогрессивных сил польского народа. Этот союз провел большую работу по созданию польской дивизии, а затем 1-й Польской армии под командованием генерала Бер-линга для ведения в составе советских войск войны против Германии и поддержки освободительной борьбы в Польше.

Советский Союз оказал польским патриотам всестороннюю помощь. Одна только 1-я Польская армия получила в 8 раз больше автоматического оружия и в 7 раз больше артиллерии, чем имела вся армия довоенной Польши.

В феврале 1942 г. на основе «Союза вооруженной борьбы» была создана Армия Крайова, подчинявшаяся лондонскому правительству. Активизация движения Сопротивления, действия Гвардии Людовой вызвали среди солдат Армии Крайовой недовольство тактикой выжидания. Для удержания в повиновении личного состава Армии Крайовой ее командование вынуждено было провозгласить тактику «ограниченной борьбы».

Одним из значительных событий народно-освободительной борьбы в Польше было восстание в апреле — мае 1943 г. в варшавском гетто. В середине

1942 г. оккупанты начали вывозить жителей гетто для уничтожения в лагерь смерти в Треблинке. К концу

1942 г. население гетто сократилось с 450—500 тыс. до 70 тыс. человек. Созданная в гетто Боевая еврейская организация приняла решение дать бой эсэсовцам при новой попытке окончательной ликвидации населения гетто. Были созданы боевые группы, налажено производство оружия и военное обучение. Возглавил бое-

вые группы М. Анилевич. С середины января 1943 г. начались первые вооруженные столкновения с эсэсовцами, получившими приказ ликвидировать оставшееся население гетто. 19 апреля эсэсовцы при поддержке танков, артиллерии и самолетов перешли в наступление. Боевые группы встретили их огнем. Захватчикам приходилось штурмовать каждый метр территории гетто. 8 мая штаб Боевой еврейской организации был уничтожен эсэсовцами, но отдельные отряды продолжали сражаться. Польские партизаны пробирались туда и с оружием в руках сражались против эсэсовцев. Отдельные очаги восстания держались до середины июля. Оккупантам удалось подавить восстание только физическим уничтожением большинства его участников. Немногие вырвавшиеся из гетто участники восстания создали отряд имени М. Анилевича и сражались позднее в рядах Гвардии Людовой.

В ночь на 1 января 1944 г. в Варшаве состоялось первое заседание Крайовой Рады Народовой — верховного органа Национального демократического фронта. В состав Крайовой Рады Народовой (Национального Совета Польши) вошли представители Польской рабочей партии, левых социалистических и крестьянских организаций, подпольных профсоюзов и других организаций, стоявших на платформе создания сильной, независимой демократической Польши. Крайова Рада Народова избрала председателем своего президиума Б. Беру та. Создание Крайовой Рады Народовой открыло новый период в истории Польши.

ЧЕХОСЛОВАКИЯ

30 сентября 1938 г. правительство и президент Чехословакии согласились на капитуляцию, приняли требования гитлеровцев. 1 октября началась немецкая оккупация пограничных районов Чехословакии. Новые границы Чехословакии, установленные в Мюнхене, были близко придвинуты к главным чехословацким промышленным и политическим центрам. Германии отходили все укрепленные районы, важные горные хребты, служившие естественной границей страны. От Праги новая граница находилась на удалении всего лишь 35 км, Пльзеня — 3 км, Брно — 15 км, Моравской Остравы — 7 км, а Братислава оказалась непосредственно на границе. Железнодорожные и шоссейные коммуникации во многих местах были прерваны: из Праги в восточную часть страны по железной дороге можно было проехать, только пересекая дважды немецкую, один раз польскую и один раз венгерскую территории.

Гитлеровцы отторгли от Чехословакии одну треть территории, на которой находилось 40 % всей промышленности и 33 % населения. Сотни тысяч тонн угля, тысячи тонн цветных металлов, большие запасы хлопка, пряжи, готовых изделий и продовольствия были вывезены в Германию.

16 марта Гитлер издал указ о ликвидации Чехословацкой республики и присоединении ее территории к Германской империи в виде протектората Чехии и Моравии. Во главе протектората был поставлен немецкий наместник — имперский протектор, пользовавшийся неограниченными полномочиями. Имперским протектором Гитлер назначил фон Нейрата, его секретарем — ген-лейновца Франка (генлейновцы — это фашисты, завербованные из немецкого населения, проживавшего в Чехословакии. Во главе этой фашистской партии стоял К. Генлейн, тайный агент Гитлера. По его имени вся партия стала называться генлейновской. В дни Мюнхена она сыграла роль пятой колонны).

Словакия оказалась на положении немецкой полуколонии. Она попала в экономическую и политическую зависимость к гитлеровцам. Немецкие монополии захватили ключевые позиции в экономике Словакии, вывозили из страны по дешевым ценам сельскохозяйственные продукты и промышленное сырье.

Уже в первые годы оккупации произошел ряд стихийных выступлений против оккупантов.

В ответ на запрещение празднования Первого мая в 1939 г. жители Праги провели массовую демонстрацию 6 и 7 мая по случаю перевоза останков национального поэта К. Махи из Литомержиц в Прагу. К пантеону, где был выставлен гроб с останками поэта, пришло более 50 тыс. человек и около 250 тыс. приняло участие в проводах гроба по улицам Праги.

Летом 1939 г. состоялись выступления против оккупантов в форме демонстраций в связи с чешскими национальными праздниками (день памяти Гуса, праздник матери и др.)* В сентябре 1939 г. по всей стране прокатилась волна демонстраций и стачек протеста против начала войны в Европе. Гитлеровцы арестовали многих участников демонстраций. В ответ на это на военных заводах вспыхнули забастовки. С начала оккупации до конца 1939 г. в чешских землях произошло 24 забастовки.

28 октября 1939 г., в день 21-й годовщины республики, в Праге, Остраве, Кладка, Пльзене и других городах состоялись массовые демонстрации. В Праге демонстрация закончилась столкновением с оккупантами, в рядах антифашистов были жертвы. Похороны студента Оплетала, умершего от ран, полученных во время столкновения с фашистами 28 октября 1939 г., превратились в новое массовое выступление пражан против нацистов. Фашистские захватчики в ноябре 1939 г. учинили варварский разгром общежитий студентов в Праге, закрыли все высшие учебные заведения, арестовали и угнали в концентрационные лагеря большое количество студентов-антифашистов.

Массовые выступления в октябре и ноябре 1939 г. были жестоко подавлены. В сложившейся обстановке было необходимо временно ориентировать население не на открытые массовые выступления, а на скрытые формы борьбы. Было решено шире применять в борьбе саботаж, диверсии, развернуть движение за понижение про-изводительности труда и ухудшение качества выпускаемой продукции. Именно в это время были выдвинуты лозунги: «Работай не спеша!», «Наша продукция должна быть самой худшей в мире!»

18 июля 1941 г. правительство Советского Союза подписало с эмигрантским правительством Чехословакии соглашение о взаимной помощи и поддержке в войне против Германии.

Советско-чехословацкое соглашение способствовало дальнейшему росту движения Сопротивления, несмотря на усиление террора оккупантов. Только за первую половину июля 1941 г. в Чехословакии произошло 11 железнодорожных катастроф. Широкое распространение на транспорте получили такие формы саботажа, как посыпание подшипников песком, повреждение вагонной сцепки, отвинчивание гаек на рельсах, поджог горючего, взрывы складов с материалами и оружием.

С осени 1941. г. в стране начали возникать подпольные национальные комитеты, руководившие борьбой против оккупантов, появились первые партизанские отряды.

В сентябре 1941 г. в Чехию прибыл новый наместник протектората — Гейдрих, помощник Гиммлера по гестапо. Оккупанты совершенно оттеснили «правительство протектората», ввели осадное положение. По стране прокатилась новая волна террора.

В октябре 1941 г., во время наибольшего разгула гейдриховского террора, началась новая волна забастовочного движения. 17 октября 1941 г. в Пра-

УО

шт?®™

------ ~~)£ PRAVO

miatpRFn

■_

£•

ге забастовали рабочие ряда заводов. А в ночь на 28 октября на стенах многих домов были надписи: «Смерть палачу Гейдриху!», «Все силы на помощь СССР!», «Да здравствует независимая Чехословакия!»

Подпольные типографии печатали листовки, газеты, книги и брошюры. В то время в Чехии выходили не

только центральные, но и ряд областных газет и журналов. Самой популярной газетой была «Руде Право», выходившая большим тиражом.

Большую роль в движении Сопротивления ицрал Центральный национально-революционный комитет, осуществлявший политическое руководство борьбой народов Чехословакии против оккупантов. В ряде мест национальные комитеты создали боевые группы для проведения диверсий. Они совершали нападения на фашистские военные склады, железнодорожные эшелоны. В конце февраля 1942 г. на оружейном заводе в Брно была выведена из строя электростанция, взорван сборочный цех.

27 мая 1942 г. был убит Гейдрих. Покушение организовало лондонское чехословацкое правительство, перебросившее в страну группу парашютистов. Двум парашютистам удалось выстрелить и бросить бомбу в машину Гейдриха, когда он ехал из резиденции — Паненской Бржежани в Прагу. Фашистские оккупанты в тот же день ввели осадное положение в стране, организовали массовые облавы, варварски истребляли чешское население.

В Праге, например, в облаве приняли участие 4500 гестаповцев и эсэсовцев и три полка солдат. Оккупанты обходили одну квартиру за другой. Тысячи людей были схвачены и брошены в тюрьмы.

Массовые облавы и обыски проводились по всей стране. В протекторат были переброшены полицейские части из многих городов гитлеровского рейха — из Дрездена, Берлина, Бреслау (Вроцлава), Потсдама, Лейпцига и др. Обыскам подверглось около 5 тыс. населенных пунктов, но парашютистов не удалось обнаружить. Гитлер бесновался. Расстреливались сотни и тысячи ни в чем не повинных людей. В июне по личному приказанию Гитлера фашисты уничтожили все взрослое мужское население в деревнях Лидице и Лежаки, женщин бросили в концентрационные лагеря, имущество разграбили, дома сожгли, детей отправили в Германию.

Вторая половина 1942 г. была очень трудным временем для национально-освободительного движения чешского народа. Немцы продолжали массовые облавы и аресты и после того, как нашли участников покушения на Гейдриха в Праге, в церкви Кирилла и Мефодия, где они скрывались до 18 июня 1942 г. Массовый террор временно затормозил развитие антифашистской борьбы внутри страны.

Национально-освободительное движение широко развернулось в Словакии. В марте 1942 г. в Братиславе был создан руководящий орган национального фронта — Центральный национально-революционный комитет (ЦНРК). Он опубликовал обращение к словацкому народу в связи с третьей годовщиной захвата гитлеровцами Чехословакии, в котором призывал всех антифашистов теснее сплотиться для всенародной борьбы против немецкого и словацкого фашизма и повсеместно создавать национально-революционные комитеты.

Летом 1942 г. словацкие фашисты провели массовые аресты. В апреле — мае 1943 г. по всей Словакии прокатилась новая волна массовых арестов. Это была тяжелая пора для словацкого антифашистского движения.

В июле 1943 г. проходила забастовка двух тысяч рабочих на суконной фабрике в Жилине. Против бастующих рабочих словацкие фашисты посылали солдат с танками. В эти же дни бастовали рабочие на текстильной фабрике в Ружембероке. Одновременно в ряде гарнизонов произошли антиправительственные выступления солдат.

В Словакии приобрел большую известность партизанский отряд Владислава Экснара, действовавший в районе Новая Баня и Банска Штявница. Весной 1943 г. Людовид Кукорели создал партизанскую группу «Чапаев», в рядах которой находилось много русских, сербов, бежавших из плена.

В декабре 1943 г. в Москву приехал президент Чехословацкой республики Э. Бенеш. После непродолжительных переговоров был подписан 12 декабря

1943 г. Советско-чехословацкий договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве сроком на 20 лет. Этот договор явился большим событием в расширении и укреплении дружбы между народами Советского Союза и Чехословакии.

ЮГОСЛАВИЯ

6 апреля 1941 г. свыше пятидесяти немецких дивизий обрушилось на Югославию. Война была недолгой. Уже 17 апреля югославские представители — бывший министр иностранных дел Югославии Цинцар-Маркович и генерал Янкович подписали в занятом гитлеровцами Белграде акт о безоговорочной капитуляции.

Германо-итальянские захватчики еще до капитуляции Югославии приступили к ее разделу. 10 апреля было объявлено об отделении Хорватии от Югославии и о создании независимого Хорватского государства во главе с Павеличем. Часть Хорватии была присоединена к Италии, а в состав Хорватского государства были включены Босния и Герцеговина. Словению разделили между Германией, Италией и хортистской Венгрией.

Значительная часть Сербии находилась под непосредственным управлением Германии. Главой белградского правительства оккупанты сделали Недича. Черногория была превращена в итальянское губернаторство. Была оккупирована большая часть Македонии. Югославия перестала существовать как единое государство.

27 июня 1941 г. был создан Главный штаб народно-освободительных партизанских отрядов Югославии, который возглавил И. Броз Тито. Был разработан план развития партизанских операций в Сербии и даны общие указания партизанским отрядам в других районах страны для начала вооруженного восстания. Продолжалось формирование групп из рабочих, крестьян, интеллигентов. В Словении, например, в течение июня и первой половины июля 1941 г. было создано около 25 таких групп, в каждую из которых входило от 5 до 15 человек.

7 июля 1941 г. началось вооруженное восстание в Сербии. Первые выстрелы прозвучали в деревне Белая Церковь, где партизанский отряд под командованием Жикицы Йова-новича вступил в бой с жандармами.

После начала восстания оккупанты усилили репрессии против антифашистов. Но немцы не смогли подавить восстание. Число партизанских отрядов увеличивалось, их активность росла. Мачванский, Валевский и Посавско-Космайский партизанские отряды в течение июля уничтожили или разоружили 17 жандармских гарнизонов и ликвидировали в 48 местечках и селах местные органы власти, служившие оккупантам. В августе и сентябре партизанские отряды заняли Крупань, Лозницу, Ужице и еще несколько городов. Осенью 1941 г. в Западной Сербии была освобождена значительная территория.

К концу сентября 1941 г. в Сербии действовали 23 партизанских отряда, насчитывавшие почти 14 тыс. бойцов.

17 ноября 1941 г. в Ужице был образован главный народно-освободительный комитет Сербии.

Вслед за восстанием в Сербии 13 июля 1941 г. вспыхнуло восстание в Черногории. К концу июля вся

Черногория, кроме ее центрального города Цетинье и нескольких других городов, была освобождена от оккупантов. За две недели — с 13 по 27 июля — итальянские войска потеряли в боях с партизанами около

4 тыс. человек и значительное количество военного

снаряжения*

Итальянское фашистское командование спешно перебросило в Черногорию крупные подкрепления (6 дивизий) для подавления восстания. Очаги восстания были подвергнуты бомбардировке.

В Словении восстание началось 22 июля 1941 г.

Еще 27 апреля в центре Словении Любляне состоялось совещание, на котором была достигнута договоренность о создании Освободительного фронта Словении, который сыграл важную роль в борьбе на-

В Хорватии вооруженное восстание началось 27

В Боснии и Герцеговине первые партизанские отряды начали действовать 27 июля 1941 г. чб* "Щ

В Македонии первый партизанский отряд был организован в конце сентября 1941 г. 11 октября он совершил нападение на полицейский пост и тюрьму в городе Прилепе.

И. Броз Тито и председатель президиума Антифашистского веча народного освобождения И. Рибар. Фотография. Июнь 1943 г.

Тогда же начал активные действия и Кумановский партизанский отряд. Все же в 1941 г. партизанская борьба в Македонии не приобрела широкого размаха. Она развернулась позднее.

К октябрю 1941 г. партизанские отряды и группы, действовавшие по всей стране, насчитывали 60— 70 тыс. бойцов. Ими руководил Главный штаб народно-освободительных отрядов.

Стремясь предотвратить развитие партизанского др^1 г ’ •:' , немецкое командование решило предпринять боли^ ivjjyiiHbie операции против партизан. 16 сентября

1941 г. Гитлер приказал фельдмаршалу Листу «по давить повстанческое движение на Юго-Востоке». Был отдан приказ расстреливать каждого, кто в какой-либо форме участвовал в восстании; за каждого убитого немецкого солдата расстреливать 100, за раненого — 50 пленных или заложников; все мужское население деревень, помогавших партизанам, отправлять в концентрационные лагеря, а деревни после вывоза зерна и скота сжигать. В октябре 1941 г. гитлеровцы и недичевцы расстреляли в городе Крагуеваце за один день 7 тыс. жителей. Тогда же, в октябре, были казнены 2 тыс. жителей г. Кралево.

В течение октября — декабря 1941 г. югославские партизаны вели тяжелые бои с хорошо вооруженными войсками. В результате немецкого наступления главные партизанские силы вынуждены были отступить из Западной Сербии и с боями пробиваться на юг, в Санджак, а затем в Восточную Боснию.

21 декабря 1941 г. из бойцов партизанских отрядов — в основном сербских и черногорских — в местечке Рудо была сформирована первая регулярная воинская бригада. Эту бригаду назвали Пролетарской. Первая Пролетарская бригада стала ядром народно-освободительной армии.

В начале 1942 г. в Югославии насчитывалось 43 партизанских народно-освободительных отряда, 11 батальонов и 1 бригада, а также ряд небольших партизанских групп.

В середине января 1942 г. немецкое командование организовало второе крупное наступление против главных партизанских сил, находившихся в Восточной Боснии.

В апреле 1942 г. немецкие и итальянские оккупанты, используя усташские и четнические формирования, начали третье наступление против партизанских сил в Восточной Боснии. Положение партизан было тяжелым. Зимние бои ослабили их отряды. Остро ощущалась нехватка оружия и снаряжения.

В ноябре 1942 г. началось формирование Народно-освободительной армии Югославии, в состав которой вошли ранее созданные военные бригады.

В концу 1942 г. народная армия освободила одну пятую территории Югославии — около 45 тыс. кв. км.

26 ноября 1942 г. в городе Бихаче собрались представители антифашистских политических групп из разных областей Югославии. Они создали общеюгославский политический орган — Антифашистское вече народного освобождения Югославии (АВНОЮ). Основной задачей АВНОЮ, как указывалось в резолюции, принятой на первой сессии в Бихаче, было укрепление единства всех народов Югославии в борьбе за свое освобождение и создание условий для полного равноправия.

Создание Народно-освободительной армии и Антифашистского веча народного освобождения Югославии открыло новый этап в освободительной борьбе югославского народа.

Новое крупное наступление началось 20 января

1943 г. и продолжалось вплоть до апреля. Немецкие и итальянские дивизии стремились окружить партизанские части, находившиеся в Лике, Бани, Кордуне и Западной Боснии. Чтобы избежать окружения, частям Народно-освободительной армии пришлось отступить к реке Неретве, где развернулись ожесточенные бои, которые продолжались более месяца. Партизанским частям удалось в конце концов форсировать реку и прорваться в Черногорию и Санджак.

Уже в мае 1943 г. оккупанты предприняли пятое по счету наступление. Против 18-тысячной партизанской армии были сосредоточены вшестеро большие силы. Многодневное кровопролитное сражение развернулось в долине реки Сутьески и на горном хребте Зеленгора. В ходе боев партизанским войскам удалось прорвать кольцо окружения и соединиться с частями Народно-освободительной армии, действовавшими в Центральной и Западной Боснии.

29 ноября 1943 г. в старинном боснийском городе Яйце состоялась Вторая сессия Антифашистского веча народного освобождения Югославии. Декларация, принятая сессией, провозгласила АВНОЮ верховным законодательным и исполнительным органом Югославии и учредила Национальный комитет освобождения Югославии (НКОЮ), явившийся по сути первым правительством новой Югославии. НКОЮ возглавил И. Броз Тито.

Сессия АВНОЮ лишила югославское эмигрантское правительство права представлять народы Югославии и запретила королю Петру II Карагеоргиевичу возвращаться в страну до завершения войны. Окончательное решение вопроса о короле и монархии откладывалось до полного освобождения страны.

ГРЕЦИЯ

В ночь на 31 мая 1941 г. греческий юноша Ма-нолис Глезос и его товарищ Апостолос Сиантос совершили героический поступок — сорвали с Акрополя фашистский флаг со свастикой. Этот подвиг послужил сигналом к началу широкого движения Сопротивления.

В первые месяцы оккупации наиболее распространенной формой борьбы были саботаж и диверсионные акты. В Пирее были взорваны пять неприятельских пароходов с вооружением и уничтожены крупные склады боеприпасов гитлеровской армии. За десять дней сентября 1941 г. на железных дорогах Греции произошло пять крушений немецких и итальянских воинских эшелонов. На аэродроме в Элевсине участники Сопротивления сожгли несколько десятков вражеских самолетов. В Фалероне систематически нарушалась телеграфная и телефонная связь. Диверсии были частым явлением в оккупированной Греции.

Партизанское движение в Греции возникло с момента оккупации ее территории.

27 сентября 1941 г. был создан Национально-освободительный фронт — ЭАМ. Это была массовая организация движения Сопротивления. В нее вошли коммунистическая, аграрная, объединенная социалистическая, радикальная и другие партии и общественно-политические организации страны. В декабре 1941 г. ЭАМ организовал Народно-освободительную армию — ЭЛАС, в которую объединились действовавшие партизанские отряды. Главнокомандующим ЭЛАС стал генерал Сте-фанос Сарафис.

В ходе боевых действий против фашистских захватчиков ЭЛАС превратилась в настоящую регулярную армию. Бойцы и офицеры были хорошо обучены, имели опыт партизанской войны. ЭЛАС сковывала 12—14 фашистских дивизий. К лету 1943 г. ЭЛАС освободила от оккупантов примерно две трети материковой Греции. В это время численность ЭЛАС достигла 70 тыс. человек.

Под руководством ЭАМ действовала Организация защиты народных борцов (ОПЛА). Отряды ОПЛА действовали главным образом в крупных городах. Они совершали налеты на склады с вооружением. По свидетельству генерала Сарафиса, только за период с 26 мая 1943 г. до 31 октября 1944 г. войска ЭЛАС успешно провели 327 боевых операций.

Эмигрантское правительство создавало в Греции различные организации и вооруженные отряды, которые также провозглашали своей задачей борьбу с оккупантами. К числу наиболее значительных организаций такого рода относились Национальный демократический союз (ЭДЕС) и Национальное и социальное освобождение (ЭККА).

В июле 1943 г. представители ЭЛАС подписали соглашение о подчинении войск ЭЛАС командованию английских войск на Среднем Востоке.

В результате июльского соглашения английская военная миссия Эдди — Вудхауза создала объединенное главное командование всех партизанских сил, куда вошли представители ЭАМ—Элае, ЭДЭС, ЭККА и английское командование. Летом 1943 г. ЭЛАС провела широкие наступательные операции по всей стране, способствовавшие успешной высадке союзников в Сицилии. Поражение фашистской Италии летом 1943 г. и капитуляция перед ЭЛАС итальянских дивизий в Греции еще больше усилили позиции ЭЛАС в стране. Из партизанской армии ЭЛАС превратилась в регулярную в составе 5 дивизий и 1 кавалерийской бригады общей численностью 35—40 тыс. бойцов, в то время как силы ЭДЭС насчитывали 3 тыс., а ЭККА — всего 200 партизан.

В сентябре 1943 г. английский премьер-министр начал готовить план вмешательства английских войск во внутренние дела Греции в момент ее освобождения.

В октябре 1943 г. в Греции началась, по существу, гражданская война. Англичане полностью прекратили снабжение ЭЛАС и всю свою помощь оказывали только ЭДЭС. В Тегеране английский план высадки на Балканах был отклонен. Англия была вынуждена временно примириться с реально существующим соотношением сил в Греции. Между ЭЛАС и ЭДЭС было заключено соглашение о прекращении огня.

НОРВЕГИЯ

В первый день после высадки в Осло немецкие войска провозгласили премьер-министром Норвегии Квислинга. Однако гитлеровцы были вынуждены через несколько дней сместить Квислинга с этого поста. Вся полнота власти была сосредоточена в руках специального наместника Гитлера «рейхскомиссара» Тербовена, в подчинении которого находились войска «СС» и гестапо.

Сильное негодование норвежцев вызвало ограбление страны. Немцы не только использовали в военных целях природные богатства Норвегии и продукцию ее промышленности (цветные металлы, химикалии, взрывчатые вещества и т. д.), но и вывозили из страны в больших количествах сырье и продовольствие, которого и без того не хватало в стране ввиду прекращения импорта ряда продуктов питания. В конце 1940 г. гитлеровцы вывезли из Норвегии все запасы картофеля (300 тыс. т), реквизировали весь улов рыбы, конфисковали запасы муки и мяса. У крестьян отбирали лошадей, забирали корма, что вынуждало их забивать скот и птицу.

В течение всего оккупационного периода в Норвегии постоянно насчитывалось от 300 тыс. до 400 тыс. немцев, или примерно один солдат на восемь норвежцев.

9 апреля 1941 г., в годовщину нападения гитлеровцев на Норвегию, несмотря на предупреждение оккупационных властей, на всех предприятиях рабочие прервали работу на полчаса. В городах опустели улицы, трамваи и магазины. Сотни тысяч людей приняли участие в этой паузе молчания, выражая свою ненависть к оккупантам.

В сентябре 1941 г. в Осло была проведена забастовка, в которой приняли участие 40 тыс. рабочих крупнейших фабрик и заводов. Забастовка парализовала работу военных предприятий.

В ответ на эту забастовку немецкие власти с 10 сентября 1941 г. ввели чрезвычайное положение в Осло и ряде прилегающих районов, учредили военно-полевые суды.

17 сентября специальным распоряжением Тербо-вена военно-полевые суды были введены во всей Норвегии.

Зимой 1941 — 1942 гг. в районе города Намсус появился партизанский отряд, которым командовал норвежский студент под кличкой «Юстер». Этот отряд нападал на колонны немецких войск во время переходов, осуществил смелый налет на немецкий гарнизон, расположенный в Намсусе. В результате нападения партизаны уничтожили несколько сот немецких солдат и офицеров, включая и начальника гарнизона.

Особенно широкий размах приняла борьба против захватчиков в Северной Норвегии, где в тылу финско-немецких войск действовал большой партизанский отряд. Партизаны уничтожили много мостов, организовали нападение на немецко-финские гарнизоны в трех пограничных пунктах, разгромили несколько транспортов с боеприпасами, подожгли десятки складов с горючим.

Серьезные удары по оккупантам наносили и другие партизанские отряды и группы. Только в сентябре — октябре 1943 г. этими группами были совершены следующие крупные диверсии: взорван штаб оккупационных войск в Тронхейме; повреждена железнодорожная линия на участке Опдаль—Стьерен; организовано крушение немецкого воинского поезда по пути между Осло и Драмменом; произведен взрыв в Национальном театре в Осло перед показом немецкой пьесы и др.

В этот период проводились крупные кампании гражданского сопротивления: отказ вступать в фашистские организации, выполнять те или иные распоряжения оккупационных властей. Такие кампании были проведены духовенством, учителями, студентами, офицерами, полицейскими.

ДАНИЯ

9 апреля 1940 г. немецкие войска вторглись в Данию. Через два часа после перехода германскими войсками датской границы правительство Дании отдало приказ вооруженным силам не оказывать сопротивления оккупантам.

Датское коалиционное правительство, возглавляемое социал-демократами, с первых же дней оккупации провозгласило политику сотрудничества с оккупантами. В воззвании к населению, изданном 9 апреля за подписью короля и премьер-министра Стаунинга, говорилось: «Долг населения воздерживаться от какого бы то ни было сопротивления... В стране должны соблюдаться спокойствие и порядок, а также лояльное поведение по отношению ко всем облеченным властью лицам».

Датское правительство 22 июня 1941 г. порвало дипломатические отношения с СССР. В тот же день была запрещена коммунистическая партия.

В ноябре 1941 г. Дания присоединилась к «Анти-коминтерновскому пакту». В стране был создан так называемый «Добровольческий корпус Дания», включенный в германские эсэсовские части. Этот корпус предназначался для военных действий против СССР.

Присоединение к «Антикоминтерновскому пакту» вызвало демонстрации протеста в стране — первое открытое выступление народа против оккупантов. От простого бойкота немцев, от хорового пения датских национальных песен, ношения национальных и союзных эмблем датчане переходили к более смелым действиям.

С осени 1941 г. по всей стране стали создаваться боевые вооруженные группы коммунистов для осуществления саботажа и диверсий против оккупантов. В феврале 1942 г. эти группы были объединены в организацию «Коммунисты-партизаны» (КОПА). Весной

1943 г. в связи с притоком в организацию беспартийных и представителей из других партий КОПА была переименована и стала называться «Граждане-партизаны» (БОПА). Эта организация насчитывала несколько сот человек. Она осуществила более 1000 актов саботажа и диверсий, в том числе вывела из строя два крупных военных завода.

Резко усилились саботаж и диверсионные акты на военных предприятиях. 4 августа 1943 г. в знак протеста против появления «охранных отрядов» немецких солдат на предприятиях забастовали рабочие города Оденсе. 6 августа к ним присоединились жители города Эсбьерг, в котором полностью приостановилась работа

161

6 Зак. 1543 промышленных предприятий. 15 августа в Оденсе начались уличные стычки между жителями города и немецкими солдатами. Немцы произвели аресты заложников. Тогда полностью прекратили работу трудящиеся всех остальных городов острова Фюи: Богансе, Мид-дельфарте, Фоборге, Свенборге и Нюборге. 23 августа состоялась антинацистская демонстрация в городе Оль-борге. Оккупанты пустили в ход оружие. В ответ на это в городе началась всеобщая забастовка.

Датскому правительству было предъявлено требование о немедленном объявлении в стране чрезвычайного положения, предусматривавшего введение комендантского часа и особых судов для безотлагательного разбирательства дел, связанных с нарушением немецких приказов, сдачу всех видов оружия, установление смертной казни за саботаж и т. д. Большинство министров высказалось за отклонение ультиматума, опасаясь гнева народа и не желая разделить судьбу немецких захватчиков в случае их поражения в войне. Это привело к уходу правительства в отставку. Оккупанты ввели чрезвычайное положение.

В?

В сентябре 1943 г. Дания осталась без правительства. Вместе с тем произошло объединение движения Сопротивления: в сентябре был организован Совет свободы. В создании Совета свободы участвовали Компартия, группы, издававшие нелегальные газеты — «Ди фрие Данске» и «Фрит Данмарк», а также две организации: «Данск Самлинг» («Датское единение») и возникший в начале 1942 г. кружок антифашистски настроенной интеллигенции «Ринген». В Совет свободы входили сначала шесть человек, в том числе один представитель компартии, два члена консервативной партии («Ди фрие Данске»), один социал-демократ («Ринген»), один представитель «Фрит Данмарк» и один член партии «Данск Самлинг».

Общей основой деятельности Совета свободы было стремление создать возможно более широкий национальный фронт борьбы против оккупантов.

ФРАНЦИЯ

10 июля 1940 г. Третья республика во Франции была уничтожена и создано правительство Виши. Французская республика стала называться «Французское государство».

Экономическая политика правительства Виши была направлена на превращение Франции в придаток военной экономики Германии. В октябре 1940 г. Петэн при встрече с Гитлером в Монтуаре официально провозгласил политику сотрудничества с Германией.

Немецкие власти вывозили в Германию до 3/4 сырьевых ресурсов Франции. Стал практиковаться насильственный угон французов в Германию, а в самой Франции был введен принудительный труд на заводах и стройках. Свыше 2,5 млн. французов, включая военнопленных, принудительно работали на Германию.

Во Франции рабочий день был удлинен до 10—12 часов, заработная плата «заморожена», тогда как цены на предметы первой необходимости, выдаваемые по карточкам, возросли в несколько раз.

В целях «высвобождения» рабочих для отправки в Германию проводилась насильственная ликвидация мелких и средних предприятий. Только в 1942 г. было закрыто около 10 тыс. мелких предприятий, на которых работало до 150 тыс. рабочих. Такие же меры летом

1943 г. были проведены и в розничной торговле. В результате подобной «концентрации» промышленности и торговли в 1943 г. во Франции было закрыто до 50 % мелких промышленных и торговых предприятий. Значительные слои мелких и средних предпринимателей разорились.

Не менее тяжелым было положение крестьян. Немцы выкачивали из Франции более трети сельскохозяйственных продуктов. Население страны голодало.

Движение Сопротивления началось с первых дней оккупации страны. Первым крупным выступлением была многочисленная демонстрация студентов и рабочей молодежи в Париже 11 ноября 1940 г., в годовщину победоносного для Франции окончания первой мировой войны.

В апреле — мае 1941 г. произошла мощная забастовка, охватившая свыше 100 тыс. горняков департаментов Нор и Па-де-Кале. Она длилась до 10 июня 1941 г. Немцы бросили против забастовщиков свои войска и танки, установили во всем районе осадное положение. Было арестовано до двух тысяч рабочих.

В борьбе за освобождение Франции принимали участие и представители французской интеллигенции. Был создан подпольный комитет работников умственного труда. Комитет развернул работу по редактированию и распространению многочисленных листовок и обращений, призывавших преподавателей Франции к участию в Сопротивлении. Боролись против оккупационных властей писатель Луи Арагон, всемирно известный ученый Жолио-Кюри и другие. Осенью 1942 г. вокруг газеты «Леттр Франсэз» объединились многие писатели Франции. Среди них были Поль Элюар, Эльза Трио-ле, Жорж Саду ль.

В мае 1941 г. был создан антифашистский Национальный фронт, который объединил основную массу французских патриотов, представителей различных социальных слоев и взглядов. Местные комитеты Национального фронта создавались по всей стране по территориальному и профессиональному признаку.

До сентября 1941 г.во Франции существовали три основные группы боевых организаций: партизаны, молодежные батальоны и группа эмигрантов. В октябре 1941 г. эти организации были объединены в одну под названием «Специальная организация», а затем она была переименована в организацию «Франтиреры и партизаны».

«Франтиреры и партизаны» была вооруженной организацией Национального фронта, в ее рядах сражались рабочие, католики, социалисты, мелкие служащие, а также представители интеллигенции, мелкой и средней буржуазии города и деревни. «Франтиреры и партизаны» фактически была длительное время единственной организацией, которая вела против оккупантов вооруженную борьбу, она завоевали всеобщую симпатию во Франции.

К концу лета 1942 г. боевая деятельность франтиреров и партизан достигла большого размаха. Каждый день устраивалось несколько крушений поездов,

LE FRANC “TJBEUF

to И*» ill**1»» *

л* А Р*” *•*

ЛГИШГ —г»

fllfT nfitnt

LA RESISTANCE О OUVRlfcREt

COUME ft Y A Ml АК2» UU rtVIUEK t*34 fcl«tn»l(>» *r fill’*»»

^"ff^arlSr

Подпольная печать французского движения Сопротивления.

поджигались вражеские склады с различными военными материалами. В октябре 1942 г. состоялись крупные забастовки на многих заводах против вывоза французских рабочих в Германию. Скрывавшиеся от отправки в Германию рабочие уходили в леса («в маки»: «mag-vis» — лесные заросли, чаща, дебри). В период оккупации Франции наименование «маки» получили французы, скрывавшиеся в труднодоступных местах от отправки на работу в Германию. В литературе названием «маки» часто обозначаются партизанские отряды, в подавляющей части вступавшие в ряды франтиреров и партизан.

Наряду с национальным фронтом во Франции возникали другие, различные по составу и численности организации Сопротивления. Наиболее крупными из них были: в южной зоне — «Комба» («Борьба»), «Франтирер» («Вольный стрелок»), «Либерасьон» («Освобождение») и в северной зоне — «Либерасьон Нор» («Освобождение северной зоны»), «Се де ла Либерасьон» («Люди освобождения, «Се де ла резистанс» («Люди сопротивления»), «Организасьон сивиль э милитер» («Гражданская и военная организация») и другие. Во главе этих организаций стояли представители интеллигенции, социалисты, демократические деятели, некоторые деятели клерикальных кругов и представители крупной французской буржуазии. Эти организации печатали и распространяли подпольные газеты и журналы, вели антифашистскую пропаганду, собирали разведывательные данные для англо-американских войск, создавали свои вооруженные отряды, объединенные в начале 1943 г. в «тайную армию»).

Отряды «тайной армии» до начала 1944 г. не вели активной вооруженной борьбы. Они должны были ждать день «Д», когда последует приказ для выступления. Эта тактика, получившая наименование аттантизм (от французского attendre — ждать, ожидать), проводилась де Голлем и его представителями в движении Сопротивления. Считалось, что днем «Д» будет такой момент, когда армии союзников высадятся во Франции и немцы уйдут из нее.

Наиболее антифашистские позиции занимала группа «Либерасьон». В эту организацию входили адвокаты, политические деятели, журналисты, профессора. А в последующем на основе антифашистской платформы в ней участвовали подпольные профсоюзы, социалисты и даже коммунисты.

Группа «Комба» возникла в конце 1941 г. В нее входили главным образом католики и офицеры французской армии.

Группа «Франтирер» возникла в южной зоне Франции.

Указанные три наиболее крупные организации южной зоны Франции — «Либерасьон», «Комба» и «Франти-pep» — осенью 1942 г. слились и образовали одну большую организацию — «Объединенное движение Сопротивления». Во время освобождения эта организация стала называться «Движение национального освобождения». После Национального фронта «Объединенное движение Сопротивления» было самым крупным.

В северной зоне Франции наряду с национальным фронтом возникли и действовали несколько групп. Из них наиболее значительными были «Либерасьон Нор» и «Организасьон сивиль э милитэр» (ОСМ).

Наряду с развернувшимся во Франции народным движением Сопротивления в Лондоне сложился центр антигитлеровского движения французских элементов, оказавшихся за пределами Франции. Во главе движения, получившего название «Свободная Франция», а с июля

1942 г. — «Сражающаяся Франция», стал до этого

мало известный генерал Шарль де Голль. Правительство Англии 23 июня 1940 г. заявило об отказе от сношений с правительством Петэна и 28 июня 1940 г. признало де Голля главой «свободных французов». 7 августа 1940 г. между английским премьер-министром У. Черчиллем и де Голлем было заключено соглашение, в котором определялись права и характер движения «Свободной Франции» и предусматривалась финансовая и материальная поддержка этому движению со стороны Англии. На сторону де Голля перешли некоторые французские колонии, заявившие о разрыве с Петэном. В оккупированной Франции на него ориентировалось большинство руководителей организаций Сопротивления.

За 1943 г. партизаны на железных дорогах совершили 2009 нападений и диверсий. Широкий размах приобрели операции франтиреров и партизан по разрушению электростанций и электрических линий, питавших энергией предприятия. Две основные линии электропередач из Альп и Центрального французского массива, снабжавшие током предприятия Парижского района, были выведены из строя в общей сложности на 320 дней. В сентябре была серьезно повреждена электрическая линия Шал он — Сюр Сон, в результате чего вышел из строя на неделю 31 завод индустриального района Крезо с 70 тыс. рабочих.

Франтиреры и партизаны северной зоны с 1 апреля по 30 сентября 1943 г. совершили 270 операций на железных дорогах. Было пущено под откос 183 железнодорожных состава, разбито 357 паровозов, выведено из строя 1689 вагонов. В этой же зоне с 1 октября по 31 декабря 1943 г. партизаны взорвали 21 шлюз, нарушили речное судоходство, проводили непрерывный саботаж на военных предприятиях.

В сентябре 1943 г. франтиреры и партизаны при активной поддержке всего населения освободили остров Корсику.

Крупнейшими очагами партизанского движения стали Савойя, Верхняя Савойя, Коррез, Дордонь и другие департаменты, где патриоты, начиная с 1943 г., наносили серьезные удары и в конечном итоге освободили эти департаменты собственными силами.

Чтобы добиться вовлечения в активную борьбу всех организаций Сопротивления, было необходимо объединить и координировать их действия. Крупным событием, завершившим объединение движения Сопротивления во Франции, было создание 27 мая 1943 г. Национального совета Сопротивления (НСС). НСС стал высшим руководящим органом движения Сопротивления. В его состав вошли представители различных организаций Сопротивления: «Комба», «Либерасьон», «Национальный фронт» и его организация «Франтиреры и партизаны», воссоединенная Всеобщая конфедерация труда и христианские профсоюзы, а также представители шести партий: коммунистической, социалистической, радикальной, партии народных демократов (католической), Демократического альянса и Республиканской федерации.

БЕЛЬГИЯ И ЛЮКСЕМБУРГ

Оккупационные власти максимально использовали материальные и людские ресурсы Бельгии. Имевшиеся в стране большие запасы стратегического сырья (каучука, цветных металлов и т. д.), топлива и продовольствия были вывезены в Германию. Большая часть железнодорожного подвижного состава, автомобилей и морских судов была конфискована и использована для целей войны.

Осенью 1940 г. оккупационные власти потребовали организовать отправку в Германию бельгийских рабочих. Всего за период 1940—1944 гг. в Германию было отправлено из Бельгии около 500 тыс. рабочих. Оккупационные власти опирались на своих приверженцев в Бельгии, объединенных в организации бельгийских фашистов. Наиболее крупными из таких организаций являлись «Фламандский национальный союз» (ФНС)», руководимые Леоном Дегрелем рексисты и «Германофламандский трудовой союз».

Наиболее важную роль из этих партий играл ФНС, объединявший в своих рядах до 60 тыс. членов, в основном фламандцев. Союз выступал за создание фламандского государства в составе Нидерландов, Фландрии и фламандских районов Франции. Планировалось, что будущее автономное фламандское государство «будет составлять неразрывную часть германского комплекса».

Что касается «Германо-фламандского трудового союза», то его руководитель Ж. Ван де Виле писал в газете «Де флаг»: «Мы являемся немцами, немцами на 200% и будем бороться за то, чтобы нас приняли в качестве таковых в состав германского рейха».

Этими организациями создавались многочисленные вооруженные отряды «Фламише вахт», «Дитсхе милиси», «Зварте бригаде». «Валлонский легион» принимал участие в боях на советско-германском фронте, где в 1944 г. был почти полностью уничтожен Красной Армией под Корсунь-Шевченковском. Такая же участь постигла и «Легион Фландрия» — детище ФНС, принимавший участие в боях под Ленинградом и у оз. Ильмень.

Летом 1941 г. был создан «Валлонский фронт», явившийся зародышем будущего широкого антифашистского фронта. В ноябре того же года состоялась встреча представителей различных организаций Сопротивления. На этом совещании было решено создать «Фронт независимости», основная задача которого должна была заключаться в «координации и развертывании борьбы сил, участвующих в Сопротивлении», в объединении «различных партий и организаций, намеревающихся бороться за освобождение страны».

К 1943 г. к фронту примыкали «Комитеты профсоюзной борьбы», «Комитеты солидарности», созданные на базе комитетов МОПР, Движение в защиту крестьян, Союз женщин, Общество бельгийско-советской дружбы, Национальное объединение молодежи и некоторые другие.

Усилилась боевая деятельность и возросла численность отрядов движения Сопротивления. К концу

1943 г., по некоторым данным, в них насчитывалось свыше 150 тыс. человек. Активное участие в движении Сопротивления принимали представители интеллигенции, студенчества, мелкие и средние предприниматели. В частности, активно выступила против оккупационных властей интеллигенция Брюссельского университета. В октябре 1940 г. Административный совет университета отказался принять немецкого комиссара, назначенного для контроля за ректором и Административным советом. Университет был закрыт.

Крупнейшим районом партизанской борьбы стали Арденны. Там немецкие власти удерживали лишь некоторые города, на остальной территории власть осуществляли партизаны. Летом 1943 г. в Бельгии начали действовать партизанские отряды из советских военнопленных, бежавших из немецкого плена. Позднее эти отряды были объединены в партизанскую бригаду «За Родину».

В период между мартом 1941 г. и апрелем 1942 г. на Люксембург были распространены немецкие законы. В стране была введена система заложников. Запрещен французский язык. В мае 1942 г. гаулейтер Симон заявил, что Люксембург находится в составе Германии с 10 мая 1940 г. и никто больше не будет спрашивать его население, хочет оно того или нет. Начались высылки люксембуржцев в Германию. Через созданное «Движение немцев, проживающих в Люксембурге» оккупанты добивались полной германизации населения Люксембурга.

В октябре 1941 г. немцами была проведена перепись населения жителей Люксембурга, результаты которой по их замыслу должны были свидетельствовать, что коренные жители этой страны — немцы. Жителям было запрещено указывать люксембургскую национальность. Однако 96 % городского населения и 99 % сельского указали люксембургскую национальность, а родной язык — наречие летцебюргиш. После плебисцита немцы арестовали и репрессировали 8 тыс. человек, а сам плебисцит объявили недействительным.

С августа 1942 г. люксембуржцев стали призывать в германские вооруженные силы. В ответ 31 августа

1942 г. в стране разразилась всеобщая стачка. Немецкие власти объявили на территории Люксембурга чрезвычайное положение. Руководители стачки были схвачены и казнены, стачка подавлена. Это была первая всеобщая стачка в оккупированной европейской стране. После стачки власти начали спешно проводить массовое переселение люксембуржцев. На их место прибывали немцы из Южного Тироля, Трансильвании и Буковины. Однако сломить сопротивление, народа не удалось.

В стране возникли подпольные организации Сопротивления: «Люксембургская патриотическая лига», связанная с эмигрантским правительством в Лондоне, «Борцы за свободу», «Освободительное движение», Коммунистическая партия Люксембурга создала «Активный фронт единства». В подполье печатались и распространялись газеты и листовки, призывавшие к расширению борьбы за освобождение. Организации Сопротивления устраивали побеги заключенных, собирали деньги для их семей. В Арденнах возникли люксембургские партизанские отряды. Многие люксембуржцы боролись во французских партизанских отрядах. Более 5 тыс. люксембуржцев, призванных в вермахт, дезертировали.

Планы немецкого командования по захвату Голландии предусматривали пленение королевской семьи и голландского правительства, чтобы в Берлине принудить их к сотрудничеству. Узнав об этих намерениях, правительство Нидерландов и королевская семья поспешно эвакуировались на военном корабле в Лондон.

Германия возвестила о намерении вести «великодушную политику» по отношению к Голландии. Военнослужащие голландской армии, взятые в плен во время военных действий, были освобождены. В стране было введено гражданское, а не военное управление. Все политические партии (кроме коммунистической) не запрещались, а лишь ставились под контроль оккупационных властей. Это относилось и к прессе.

Определенные круги в Голландии уже на втором месяце оккупации начали подготовку к осуществлению соглашения с немецкими властями. Они создали объединенный орган, получивший название «Бюргер Комите», в который вошли представители основных политических партий (кроме коммунистов), чтобы подготовить базу для сотрудничества с оккупационными властями и совместно сформировать правительство на время оккупации Голландии. Ведущую роль в «Бюргер Комите» играли представители крупных монополий. Правительство в эмиграции было посвящено в эти планы. Эти же круги учредили 24 июля 1940 г. «Нидерландский союз».

Создание Нидерландского союза поддержало руководство католической и социал-демократической партий, духовенство и крупные предприниматели. Численность членов Нидерландского союза достигла 400 тыс. человек.

Однако недовольство оккупационными властями ширилось. Во второй половине 1940 г. на металлообрабатывающих предприятиях Амстердама состоялись выступления рабочих с требованиями повышения зарплаты и изменения режима работы, прекращения принудительной отправки голландских рабочих на работу в Германию. В ноябре 1940 г. в университетах Лейде::а и Дельфта была проведена 48-часовая забастовка студентов, протестовавших против распоряжения окку-

пационных властей об увольнении евреев -профессоров этих университетов. В этот период были развернуты массовые репрессии против лиц еврейского происхождения, что вызывало возмущение населения.

Одной из первых групп Сопротивления была молодежная организация в районе Флардингена, называвшая себя «гезами», по имени народных героев времен борьбы против испанского господства. В ноябре 1940 г. эта организация была раскрыта и разгромлена гитлеровцами, 18 ее членов приговорены к смерти.

В начале февраля 1941 г. на крупных металлообрабатывающих предприятиях Амстердама состоялись мощные выступления против принудительной высылки рабочих в Германию. Рабочие крупных судостроительных заводов НДСМ и Версюхюре на своих собраниях приняли решение, что, если хотя бы один рабочий из района северного Амстердама будет уволен за отказ выехать на работу в Германию, на всех предприятиях начнется забастовка.

25 февраля 1941 г. — это историческая дата первой всеобщей политической забастовки в Европе. В забастовке приняли участие рабочие большинства предприятий Амстердама, Заандама, Хильверсума и ряда других городов провинций Северная Голландия и Утрехт. На второй день в забастовку включились рабочие чугунолитейных заводов в Фельзене, всех крупных предприятий Харлема, железнодорожники Утрехта и многих других городов. Всего в забастовке участвовало более 300 тыс. человек.

В результате забастовки потерпела крах идея сотрудничества с немецкими властями. Отпал вопрос о мобилизации голландцев в немецкую армию — немецкому военному командованию впоследствии пришлось ограничиться отправкой на Восточный фронт лишь «добровольческого легиона», командир которого генерал Сей-фардт был убит в Голландии 5 февраля 1943 г. Потерпели поражение и сторонники соглашения с немцами в лондонском эмигрантском правительстве. Дальнейшие переговоры с немецкими представителями были прекращены.

В стране усилились антифашистские настроения. Компартия создала так называемые «мил-группы» под общим командованием военной комиссии, руководителем которой был назначен Янрик ван Гильзе. Эти группы развернули активную вооруженную борьбу.

С другой стороны, в 1941 г. правыми группировками была создана подпольная организация кадровых офицеров («Служба порядка»), все свое внимание обратившая на подготовку к взятию власти после освобождения. Весной 1943 г. был создан Совет Сопротивления во главе с офицером запаса Дном Тейссе-ном. Лондонское эмигрантское правительство лишь летом 1942 г. наладило связь с движением Сопротивления. В июле 1942 г. оно установило дипломатические отношения с Советским Союзом.

В апреле и мае 1943 г. по стране вспыхивали многочисленные забастовки. Вооруженные группы движения Сопротивления

27 марта 1943 г. совершили в Амстердаме налет на центральное бюро учета населения и уничтожили все материалы, в результате чего на длительное время были сорваны мероприятия по отправке рабочей силы в Германию.

Весной 1943 г. боевые «мил-группы» были под давлением лондонского правительства реорганизованы новым рукаводством компартии и подчинены Совету сопротивления, сформированному из бывших военнослужащих .

В апреле 1943 г. состоялась всеобщая забастовка протеста. Эта забастовка вспыхнула 29 апреля как стихийный протест против требования оккупационных властей, чтобы все бывшие военнослужащие явились для отправки их в Германию. Оккупационные власти, рассматривая демобилизованных голландских солдат и офицеров как потенциально опасных, стремились удалить их из Голландии, а затем использовать в качестве рабочей силы на предприятиях в Германии. 30 апреля забастовка охватила почти всю страну. Опасаясь, что волнения перекинутся во Францию и Бельгию, немецкие власти объявили осадное положение. 100 участников забастовки были расстреляны на месте, 50 погибло в стычках с немецкой полицией и войсками. 1 мая забастовка была сломлена. Апрельские события показали, что большинство голландцев отвергают немецкий «новый порядок».

В качестве наказания немецкие власти приказали сдать все имеющиеся у населения радиоприемники, отправили в Германию непокорных студентов, отказавшихся подписать заявление о лояльности, а несколько позже призвали всех мужчин 1920—1924 гг. рождения к отбыванию трудовой повинности.

Размах движения Сопротивления побудил эмигрантское правительство летом 1943 г. направить «Службе порядка» приказ готовить силы для поддержки военного управления, которое прибудет из Лондона после освобождения.

ГЛАВА IV

ИЗГНАНИЕ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК С ТЕРРИТОРИИ СССР

1. ЗИМНЯЯ КАМПАНИЯ 1944 ГОДА

ОБСТАНОВКА И ПЛАНЫ СТОРОН К НАЧАЛУ 1944 ГОДА.

ВОЕННЫЕ ОПЕРАЦИИ

К концу 1943 г. перед руководством СССР и Вооруженными Силами встал вопрос о третьей военной зимней кампании. Военно-политическое положение Советского Союза к тому времени значительно упрочилось. Успешное завершение советскими войсками летне-осенней кампании 1943 года, закончившейся освобождением Левобережной Украины и Донбасса, изоляцией германских войск в Крыму, взломом их обороны на Днепре и захватом крупных стратегических плацдармов на его пра-

вом берегу, а также широко развернувшееся партизанское движение в тылу оккупантов и наличие в распоряжении Ставки мощных стратегических резервов создали благоприятные условия для проведения новых крупных наступательных операций.

Освобождение Кременчуга, Днепропетровска, Запорожья, Черкасс и Киева резко ухудшило положение противника. Была освобождена половина всей советской территории, захваченной противником. Красная Армия сломила наступательную мощь гитлеровского вермахта, заставила его на всем советско-германском фронте перейти к обороне. Война вступила в ту стадию, когда непосредственно решалась задача полностью завершить освобождение советской земли.

Под пятой оккупантов продолжали оставаться Белоруссия, прибалтийские республики, Карело-Финская ССР, значительная часть Украины, Молдавия и Крым — огромная территория площадью 906 тыс. кв. км.

За год, начиная с контрнаступления под Сталинградом, советские войска полностью уничтожили или пленили 56 дивизий, 162 дивизиям нанесли тяжелое поражение. Враг был вынужден перебросить к концу

1943 г. с Запада 75 дивизий, много техники и вооружения.

Здесь было развернуто 236 дивизий и 18 бригад Германии и ее союзников общей численностью почти

5 млн. человек (из них 198 дивизий и 6 бригад были немецкими). Гитлеровцы имели более 54,5 тыс. орудий и минометов, 5,4 тыс. танков и штурмовых орудий, более 3 тыс. самолетов. Советско-германский фронт продолжал оставаться главным фронтом второй мировой войны.

Начать в 1944 г. стратегические операции было решено на Северо-Западном направлении силами Ленинградского, Волховского и 2-го Прибалтийского фронтов, при поддержке Балтийского флота, с тем, чтобы, разгромив группу немецких армий «Север», полностью снять блокаду с Ленинграда и выйти к границам Прибалтики. На Юго-Западном направлении советско-германского фронта предусматривалось в течение зимы освободить Правобережную Украину и Крым и выйти здесь весной к государственной границе.

Советские войска, расположенные на западном направлении, должны были нанести поражение противнику в районах Витебска, Орши и Бобруйска, с тем чтобы в дальнейшем повести наступление на Минск.

Для достижения поставленных целей Ставка располагала значительными силами. В действующих фронтах и флотах имелись 461 стрелковая, мотострелковая, воздушно-десантная и кавалерийская дивизия, 38 отдельных бригад, 23 танковых и механизированных корпуса, 124 авиационные дивизии и другие соединения общей численностью 6165 тыс. человек.

Армии и Военно-морской флот имели на вооружении более 92,5 тыс. орудий и минометов, 5357 танков и самоходно-артиллерийских установок, более 8,5 тыс. боевых самолетов. Кроме того, значительные силы имелись в резерве Ставки. Таким образом, Красная Армия превосходила гитлеровскую армию по численности, по боевой технике и по вооружению.

Советские войска в январе 1943 г. прорвали блокаду Ленинграда. Положение его защитников и населения значительно улучшилось. Однако фронт оставался рядом. В 1943 г. Ленинград 561 раз подвергался варварско-

му артиллерийскому обстрелу, а фашистская авиация продолжала обрушивать на него бомбовые удары. В результате этих обстрелов и налетов авиации погибло 16747 и было ранено 33782 ленинградца.

К началу 1944 г. враг под Ленинградом обладал еще большой силой и упорно удерживал свои позиции. В группе армий «Север» (18-я и 16-я армии) генерал-фельдмаршала Кюхлера насчитывалось более 740 тыс. солдат и офицеров, свыше 10 тыс. орудий и минометов, 385 танков и штурмовых орудий, 370 самолетов.

Свыше двух лет гитлеровцы совершенствовали свои оборонительные рубежи под Ленинградом, глубина их достигала 250 км. Все дороги, подходившие к городу, были заминированы, а многие населенные пункты подготовлены к круговой обороне.

Перед Ленинградским, Волховским и 2-м Прибалтийским фронтами Ставка поставила задачу: при содействии Балтийского флота и авиации дальнего действия, а также многочисленной армии партизан разгромить гитлеровцев, осаждавших город, окончательно снять блокаду Ленинграда, очистить от немецко-фашистских захватчиков Ленинградскую область и создать благоприятные условия для последующего наступления с целью освобождения Советской Прибалтики. Для выполнения этой задачи в составе фронтов имелось 1241 тыс. солдат и офицеров, 21600 орудий и минометов, 1475 танков и самоходно-артиллерийских установок, 1500 самолетов.

Наступлению предшествовала длительная и тщательная подготовка.

Утром 14 января 1944 г. началась мощная артиллерийская и авиационная подготовка войск Ленинградского фронта при участии корабельной и береговой артиллерии и авиации Балтийского флота. Воины флота под командованием генерала Л. А. Говорова перешли в наступление. На следующий день перешла в наступление 42-я армия генерала И. И. Масленникова, которая наносила удар навстречу 2-й ударной армии из района Пулковских высот.

19 января 2-я ударная и 42-я армии соединились в районе Ропши и замкнули кольцо окружения вокруг петергофско-стрельненской группировки врага, ликвидация которой была закончена уже на следующий день.

Войска Волховского фронта под командованием генерала К. А. Мерецкова перешли в наступление также 14 января. 59-я армия генерала И.Т. Коровникова, действуя в трудных условиях лесисто-болотистой мест-

ности, продвигалась к Новгороду. Особенно успешно действовала южная группа этой армии под командованием генерала Т.А. Свиклина. 20 января, взаимодействуя с другими соединениями фронта, 59-я армия овладела Новгородом. Вражеская группировка и здесь была разгромлена.

Германское командование, опасаясь окружения 18-й немецкой армии, в ночь на 21 января стало отводить

ее войска с выступа восточнее Чудово, Тосно. Во второй половине января войска 2-го Прибалтийского фронта под командованием генерала М. М. Попова активными действиями сковали 16-ю немецкую армию и не допустили переброски ее под Ленинград и Новгород.

Войска трех советских фронтов, продолжая боевые действия, наступали в южном, юго-западном и западном направлениях, отбросив гитлеровцев от Ленинграда на 70—100 км. Пути, связывавшие город с другими районами страны, были очищены от врага. 27 января вражеская блокада была окончательно ликвидирована.

Советские войска в феврале продолжали наступление, нанося группе армий «Север» тяжелые потери. Особенно ожесточенные бои разгорелись за Лугу, превращенную противником в мощный узел обороны. 12 февраля войска Ленинградского и Волховского фронтов штурмом овладели этим городом и полностью уничтожили оборонявшийся здесь гарнизон. На других направлениях в трудных боях были освобождены Кингисепп, Старая Русса, Дно и другие города, а в районе Нарвы наступающие соединения вступили в пределы Эстонии. На северо-западном направлении советские войска продвинулись на 220—280 км. Была очищена от противника почти вся Ленинградская и часть Калининской области. 26 вражеских дивизий группы армий «Север» были разгромлены, а 3 его дивизии были уничтожены.

Освобождение Правобережной Украины осуществлялось в ходе семи операций, первые шесть из которых были связаны единым стратегическим замыслом и с военными действиями на других фронтах: Жито-мирско-Бердичевская (с 24 декабря 1943 г. по 15 января

1944 г.), Кировоградская (с 5 по 16 января), Корсунь-Шевченковская (с 24 января по 17 февраля 1944г.), Ровно-Луцкая (с 27 января по 11 февраля), Никопольско-Криворожская (30 января — 29 февраля), Проскуровско-Черновицкая (с 4 марта по 17 апреля), Уманско-Бото-шанская (с 5 марта по 17 апреля) и Березнеговато-Сне-гиревская (с 6 по 18 марта).

Так слагалась в целом стратегическая операция при разгроме вражеских войск на всем южном крыле советско-германского фронта, при создании условий для полного изгнания оккупантов из Украины. Дополняла их Одесская наступательная операция (с

26 марта по 14 апреля), практически совпадавшая с ними по времени, но достаточно самостоятельная по своей организации и проведению в жизнь. Наконец, когда все они уже были завершены либо близились к этому, началась Крымская операция (с 8 апреля по 12 мая).

На южном крыле советско-германского фронта гитлеровцы имели в начале 1944 г. одну из своих наиболее крупных стратегических группировок. Против четырех советских Украинских фронтов на участке от реки Припять до берегов Черного моря действовали: группа армий «Юг» генерал-фельдмаршала Манштейна (4-я и 1-я танковые, 8-я и 6-я полевые армии) и группа армий «А» генерал-фельдмаршала Клейста (3-я румынская и 17-я немецкая армии, 44-й немецкий отдельный армейский корпус; в первых числах февраля в последнюю из группы «Юг» была передана 6-я полевая армия). Эти войска поддерживались авиацией 4-го воздушного флота. Всего в обеих группах было 1,76 млн. солдат и офицеров, 16800 орудий и минометов, 2200 танков и штурмовых орудий, 1460 самолетов.

По строжайшему приказу Гитлера, они любой ценой должны были удержать за собой богатейшие хлебные районы Правобережной и западных областей Украины, Никополь с его предприятиями по добыче и переработке марганца, Криворожский бассейн, богатый железной рудой, и Крым, прочно прикрывая коммуникации южного крыла германо-советского фронта.

Гитлеровское командование еще надеялось на восстановление своей обороны и по Днепру. Вот почему оно с таким упорством стремилось удержать за собой корсунь-шевченковский плацдарм, выгодный для нанесения флангового удара как по левому крылу 1-го Украинского, так и по правому крылу 2-го/Украин-ского фронтов, а также плацдарм южцее Шрс^поля, который прикрывал Криворожский бассейн и позволял нанести удар на Мелитополь по тылу 4-го Украинского фронта и пробиться к крымской немецко-румынской группировке.

Наступление намечалось развернуть от реки Припять до Черного моря и провести его в два этапа. На первом этапе планировалось окончательно ликвидировать оборону противника по Днепру и выйти на Южный Буг. На втором этапе предполагалось развитием наступления в глубину рассечь стратегический фронт врага и выйти на рубеж Ровно, Могилев-Подольский, река Днестр.

24 декабря 1943 г. ударная группировка 1-го Украинского фронта перешла в наступление и в первые же три дня овладела на главном направлении сильным опорным пунктом врага Радомышлем. Успешно развивая наступление, войска фронта при активной помощи партизан в первых числах января 1944 г. освободили от фашистских захватчиков Новоград-Во-лынский, Бердичев и Белую Церковь. В результате Жи-томирско-Бердичевской операции, завершившейся 15 января, 1-й Украинский фронт нанес 1-й и 4-й танковым армиям врага чувствительный удар и продвинулся за три недели на запад от 80 до 200 км. Но его левый фланг по-прежнему оставался на Днепре, в районе Ржищева.

Туманным утром 5 января начали наступать войска

2-го Украинского фронта под командованием генерала армии И.С. Конева. Преодолевая яростные контратаки, они ворвались в Кировоград и к утру 8 января освободили город. Враг был отброшен на запад на 40—50 км.

Однако сомкнуть свои фланги западнее Днепра 1-му и 2-му Украинским фронтам не удалось. В районе Кор-сунь-Шевченковского образовался выступ, глубоко охваченный с флангов советскими войсками. Здесь упорно оборонялись девять пехотных, одна танковая дивизии и одна моторизованная бригада. Ликвидация этой сильной группировки противника явилась первоочередной задачей двух Украинских фронтов.

В последних числах января по разбитым и раскисшим из-за ранней весны дорогам двинулись навстречу друг другу войска 1-го и 2-го Украинских фронтов. 28 января они соединились в районе Звенигородки. Кольцо окружения замкнулось. В «котле» оказалась крупная вражеская группировка. Отклонив предложенную капитуляцию, противник безуспешно пытался вырваться из окружения.

Ожесточенные бои по ликвидации корсунь-шевчен-ковской группировки продолжались до 18 февраля. В ходе этих боев 55 тыс. вражеских солдат и офицеров было убито, более 18 тыс. взято в плен. Противник потерял здесь все свое вооружение и боевую технику.

Лишь отдельные группы противника, в том числе часть генералов и высших офицеров, на танках и бронетранспортерах под прикрытием разыгравшейся пурги выбрались из окружения. До 3 тыс. человек, главным образом раненых, было вывезено из «котла» немецкой авиацией.

После завершения этой блестящей операции обстановка на стыке 1-го и 2-го Украинских фронтов коренным образом изменилась. Создались благоприятные условия для наступления наших войск к Южному Бугу и Днестру. Одновременно с проведением этой операции войска правого крыла 1-го Украинского фронта

27 января предприняли наступление из района западнее Сари через труднопроходимый лесисто-болотистый район и освободили города Ровно и Луцк. Была очищена от врага и Шепетовка. В результате правое крыло 1-го Украинского фронта нависло над проскурово-каменецкой группировкой противника.

Теми же январскими неделями 3-й и 4-й Украинские фронты предпринимали неоднократные попытки разбить никопольско-криворожскую вражескую группировку, но успеха не имели. К концу февраля им удалось освободить от захватчиков эти важнейшие районы марганцевых и железорудных разработок. Теперь можно было повести наступление с целью полного освобождения Правобережной Украины и Крыма.

План советского командования состоял в том, чтобы продолжать наступление Украинских фронтов без всякой передышки одновременными мощными ударами на широком фронте от Полесья до устья Днепра, в результате расчленить немецко-фашистские войска и, уничтожив их по частям, завершить освобождение Правобережной Украины.

1-й Украинский фронт должен был нанести главный удар через Чертков на Черновцы, т. е. из Подолии на Буковину; 2-й — через Умань и Рудницу на Бельцы и Яссы; 3-й — через Николаев на Одессу. В результате немецкая группа армий «Юг» отрезалась от группы армий «Центр» и отбрасывалась в Румынию. Ставка и командование фронтов создали на направлениях главных ударов мощные группировки. В состав 1-го Украинского фронта из резерва Ставки передавалась 4-я танковая армия. Значительно усиливался (в основном за счет войск 4-го Украинского фронта) и 3-й Украинский. Тогда же было решено создать на стыке Белорусского и 1-го Украинского новый, 2-й Белорусский фронт, используя для этого управление бывшего Северо-Западного фронта, находившееся в резерве Ставки. После расформирования Волховского и Северо-Западного фронтов управление первого перебазировали на север, усилив Карельский фронт и готовя освобождение Южной Карелии. Созданному на основе управления Се-веро-Западного фронта 2-му Белорусскому поставили задачу нанести удар по Ковелю.

К весне перед тремя Украинскими фронтами, обращенными на запад, оборонялись группа армий «Юг» (1-я и 4-я танковые и 8-я румынская армии) и группа армий «А» (6-я немецкая и 3-я румынская армии), в которых насчитывалось 83 дивизии, в том числе 18 танковых, 4 моторизованные, 1 артиллерийская (в качестве пехотной), 2 охранные и моторизованная бригада. Немецко-фашистские войска понесли серьезный урон, но получили значительное пополнение.

4 марта 1-й Украинский фронт, которым командовал, оставаясь заместителем Верховного Главнокомандующего, Маршал Советского Союза Г.К. Жуков, начал наступление.

5 марта начал наступление 2-й Украинский фронт. 3-й Украинский фронт перешел в наступление 6 марта.

Нанося противнику внезапные и сокрушительные удары на разных направлениях, не давая ему возможности закрепиться на промежуточных рубежах, советские войска продвигались вперед. С ходу были форсированы Южный Буг и Днестр. Распутица сильно затрудняла продвижение. Приходилось создавать специальные команды, чтобы вытаскивать застрявшую в грязи технику.

За время наступления войска 2-го Украинского фронта продвинулись на 200—400 км, освободили многие города, отбросили разгромленного противника в предгорья Карпат и, наконец, перенесли боевые действия на территорию Румынии.

Войска 1-го Украинского фронта за полтора месяца напряженных наступательных боев нанесли тяжелое поражение группе армий «Юг». Войска фронта продвинулись на 80—350 км, освободили областные центры Винницу, Каменец-Подольский, Тернополь, Черновцы и свыше 700 крупных населенных пунктов. 3-й Украинский фронт, взломав вражескую оборону, во второй половине марта вышел к Южному Бугу, форсировал его и без паузы повел наступление на Николаев и Одессу. 28 марта был взят Николаев. Утром 10 апреля штурмом была взята Одесса. К середине апреля войска фронта вышли к Днестру, форсировали его и захватили плацдармы на правом берегу. Южный фланг вражеской группировки, действовавший на Правобережной Украине, был разгромлен. Красная Армия полностью освободила Николаевскую и Одесскую области и значительную часть Молдавии. Окончательное освобождение Молдавии было завершено летом 1944 г. в ходе Ясско-Кишиневской операции.

В процессе боев за Правобережную Украину 1-я и 4-я танковые армии врага понесли огромные потери: не менее 200 тыс. солдат и офицеров убитыми и ранеными, свыше 2000 танков и штурмовых орудий, более 4500 артиллерийских стволов, свыше 53 тыс. автомашин и тягачей, до 1000 бронемашин и бронетранспортеров. Войска И.С. Конева, разгромив основные силы 8-й немецкой армии и уничтожив при этом свыше 60 тыс. солдат и офицеров и около 20 тыс. взяв в плен, а также захватив большое количество боевой техники, имущества, еще в конце марта вышли на государственную границу по Пруту, а затем, форсировав его, вступили на территорию Румынии и овладели городами Ботошани, Рэдэуци, Паш-кани и многими другими населенными пунктами.

Войска 3-го Украинского фронта нанесли тяжелое поражение 6-й немецкой и 3-й румынской армиям. Только в междуречье Днепра и Южного Буга были разгромлены 9 пехотных и танковая дивизия врага. Понесли серьезные потери и утратили боеспособность еще 20 пехотных, танковых и моторизованных дивизий врага. Противник потерял здесь 51 тыс. солдат и офицеров убитыми и пленными.

К началу 1944 г. сухопутный фронт отодвинулся далеко на запад, но немецко-фашистское командование стремилось любой ценой удержать Крым, обладание которым сковывало значительные силы советских войск, серьезно затрудняло действия Черноморского флота и, наконец, позволяло оказывать политическое давление на союзников Германии в Юго-Восточной Европе и Турцию.

В свою очередь, поражение гитлеровских захватчиков на Правобережной Украине поставило в чрезвычайно невыгодное положение 17-ю немецкую армию в Крыму. Ею командовал генерал Енеке, обладавший репутацией крупного специалиста по созданию фортификационных сооружений. В составе армии было 7 румынских и 5 немецких дивизий, она имела до 200 тыс. солдат и офицеров, около 3600 орудий и минометов, 5400 пулеметов, свыше 200 танков и штурмовых орудий и 150 самолетов, базировавшихся в Крыму.

Освобождение Крыма было возложено на войска 4-го Украинского фронта, которым командовал генерал Ф.И. Толбухин, Отдельную Приморскую армию генерала

А.И. Еременко, Черноморский флот под командованием адмирала Ф.С. Октябрьского и Азовскую военную флотилию адмирала С.Г. Горшкова. Им должна была активно помогать авиация дальнего действия. В составе сухопутных войск, предназначенных для освобождения Крыма, насчитывалось около 470 тысллеловек^ 5982 орудия и миномета, до 560 танков и самохйдно-артил-лерийских установок и 1250 самолетов.

Ставка Верховного Главнокомандования решила совместными ударами войск 4-го Украинского фронта из района Сиваша и Перекопа и Отдельной Приморской армии с плацдарма на Керченском полуострове в общем направлении на Севестополь при поддержке Черноморского флота и крымских партизан разгромить 17-ю немецкую армию и освободить Крым. Координацию действий сухопутных и военно-морских сил осуществляли представители Ставки маршалы К.Е. Ворошилов и А.М. Василевский.

Наступление советских войск с севера началось 8 апреля. После мощной артиллерийской и авиационной подготовки в сражение вступили советские танки и пехота. Гитлеровцы в беспорядке отходили на юг, бросая технику и вооружение.

Ясно представляя опасность, которая создалась для немецких войск, действовавших на Керченском полуострове в связи с потерей позиций на Перекопском перешейке, гитлеровское командование начало отвод их на запад. Оно рассчитывало организовать в районе Симферополя новую оборону и попытаться остановить здесь наступление советских войск.

Но соединения Отдельной Приморской армии немедленно перешли в преследование, не позволяя врагу занять заранее подготовленные позиции. 11 апреля наступающие войска овладели Керчью и в течение дня продвинулись на 45 км. На следующий день они прорвали Ак-Монайские укрепленные позиции противника и завершили освобождение Керченского полуострова.

Наступавшие с севера войска 51-й армии 4-го Украинского фронта под командованием генерала Я.Г. Крей-зера, преследуя отходившего противника, 13 апреля ворвались в Симферополь и в тот же день разгромили оборонявшийся там немецкий гарнизон. Стремительно продвигаясь на юг, главные силы этого фронта 15 ап-

реля подошли с севера к Севастополю и завязали ожесточенные бои на внешнем оборонительном обводе. 17 апреля к укрепленным позициям Севастополя вышли и соединения Отдельной Приморской армии. 18 апреля она была переименована в Приморскую и подчинена 4-му Украинскому фронту. В командование армией вступил генерал К.С. Мельник.

Большую помощь наземным войскам оказывали летчики 4-й и 8-й воздушных армий генералов К.А. Вершинина и Т.Т. Хрюкина, авиация флота. Подводные лодки и торпедные катера наносили удары по наземным целям и вражеским конвоям в море.

5 мая начался штурм севастопольских укреплений. В ходе трехдневных тяжелых кровопролитных боев войска прорвали укрепленные позиции противника и 9 мая овладели крепостью и важнейшей военно-морской базой на Черном море — городом Севастополем. После ожесточенных уличных боев к исходу дня вражеский гарнизон прекратил сопротивление. Лишь остаткам вражеских войск удалось бежать на мыс Херсонес, но там они были уничтожены или взяты в плен. 12 мая операция по освобождению Крыма была завершена. Гитлеровцы здесь потеряли более 100 тыс. солдат и офицеров, не считая потерь на море, и всю боевую технику.

2. ЗАВЕРШЕНИЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ СОВЕТСКОЙ ТЕРРИТОРИИ

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА И ПЛАНЫ СТОРОН НА ЛЕТО 1944 ГОДА

В начале мая 1944 г. на советско-германском фронте наступило затишье.

К лету 1944 г. фашистские войска были отброшены на линию Нарва — Псков — Витебск — Кричев — Мозырь — Пинск — Камень-Каширский — Броды — Коломыя — Яссы — Дубоссары — Днестровский лиман. Красная Армия освободила Ленинградскую и Калининскую области, часть Белоруссии, почти в;сю Украину, часть Молдавии и Крым. На южном участке фронта боевые действия были перенесены уже за пределы СССР и велись на территории Румынии.

Еще при планировании операций на зимний период 1944 г.. Советское Верховное Главнокомандование приняло решение провести летом основные операции по разгрому центральной группировки фашистских войск и освобождению Белоруссии.

Готовясь к летней кампании 1944 года, фашистское командование считало наиболее вероятным, что Красная Армия нанесет главный удар на юге. В Белоруссии же они предполагали местные операции сковывающего характера, надеясь отразить их силами группы армий «Центр». Поэтому свои основные силы немцы держали не в Белоруссии, а на юге.

К разработке конкретного оперативного плана проведения Белорусской операции и плана летней кампании 1944 года в целом Генеральный штаб вплотную приступил с апреля. В основу плана был положен замысел Верховного Главнокомандования, которым предусматривалось мощными уходящимися ударами по флангам белорусского выступа — с севера от Витебска через Борисов на Минск и с юга через Бобруйск также на Минск — разгромить главные силы немецкой группы армий «Центр», находившиеся в середине выступа, восточнее Минска.

Предполагалось, что успешное выполнение замысла позволит полностью освободить все еще нависавший над Москвой вражеский фронт западнее Смоленска, далее выходом на побережье Балтийского моря и к границам Восточной Пруссии рассечь стратегический фронт врага, поставив в опасное положение действующую в Прибалтике группу армий «Север», создать выгодные предпосылки для нанесения последующих ударов по врагу как в Прибалтике, так и в западных районах Украины и для развития новых, решающих операций на наиболее уязвимых для немцев восточнопрусском и варшавском направлениях.

Для разгрома группы армий «Центр» Ставка считала необходимым привлечь войска 1-го Прибалтийского фронта (командующий генерал армии И.Х. Баграмян); 3-го Белорусского фронта (командующий генерал-полковник, затем генерал армии И.Д. Черняховский); 2-го Белорусского фронта (командующий генерал-полковник, а с 28 июля 1944 г. генерал армии Г.Ф. Захаров); 1-го Белорусского фронта (командующий генерал армии, затем маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский); Днепровскую военную флотилию (командующий капитан 1-го ранга, затем контр-адмирал

В.В. Григорьев), корабли которой находились на Днепре, Березине и Припяти; и, наконец, крупные силы партизан, действовавших на территории Белоруссии.

Несмотря на открытие в июне 1944 г. второго фронта в Европе, немецко-фашистское главнокомандование рассматривало советско-германский фронт как главный. Здесь находились основные силы Германии и ее сателлитов. На советско-германском фронте войска фашистского блока имели свыше 5200 танков и штурмовых орудий, около 2800 самолетов.

Немецкое руководство в своем замысле на лето 1944 г. исходило из необходимости упорной обороной не допустить дальнейшего продвижения Красной Армии, а частью сил отразить вторжение союзных войск на Западе.

ПОРАЖЕНИЕ ФИНСКИХ ВОЙСК В КАРЕЛИИ.

ВЫХОД ФИНЛЯНДИИ ИЗ войны

Готовя главный удар в Белоруссии, Ставка решила начать летнюю кампанию наступлением на Карельском перешейке и в Южной Карелии. Сильный удар по финской армии должен был заставить ее руководство порвать с Гитлером и выйти из войны. Однако финское правительство сохраняло курс на продолжение войны.

В составе действующей финской армии насчитывалось около 268 тыс. человек, 1930 орудий и минометов, 110 танков и 248 самолетов.

В первой половине июня Советское командование закончило подготовку Выборгско-Петрозаводской операции войск Ленинградского и Карельского фронтов. В их составе было до 450 тыс. человек, около 10 тыс. орудий и минометов, более 800 танков и самоходных установок и свыше 1500 самолетов. Действия этих фронтов должны были поддерживать корабли Балтийского флота, Ладожской и Онежской флотилий — всего до 500 средних кораблей, торпедных и других катеров. Авиация морского флота имела 530 самолетов.

На рассвете 10 июня войска Ленинградского фронта под командованием генерала Л. А. Говорова перешли в наступление на Карельском перешейке. В первый же день первая полоса обороны врага была прорвана, а к исходу 13 июня наступающие части подошли ко второй, наиболее укрепленной полосе. К исходу 15 июня был завершен прорыв второй полосы.

17 июня войска Ленинградского фронта вышли к третьей полосе, а 20 июня штурмом овладели городом Выборг. В конце июня — начале июля они очистили от врага северо-западную часть Карельского перешейка и во взаимодействии с Балтийским флотом заняли все основные острова в Выборгском заливе.

Пытаясь остановить продвижение Красной Армии на

193

7 Зак. 1543

Карельском перешейке, финское командование перебросило сюда из южной Карелии 4 дивизии и одну бригаду. Тогда перешли в наступление войска Карельского фронта, которым командовал генерал К. А. Мерецков.

Наступление здесь началось 21 июня 1944 г. Между Ладожским и Онежским озерами наступала 7-я армия генерала А. Н. Крутикова, севернее Онежского озера, на медвежегорском направлении, — 32-я армия под командованием генерала Ф. Д. Гореленко. Соединения этих армий при поддержке авиации 7-й воздушной армии успешно преодолевали сопротивление врага. 20 июня был освобожден Олонец. Через два дня после этого частями обеих армий и десанта Онежской военной флотилии гитлеровцы были изгнаны из столицы Карело-Финской ССР Петрозаводска.

К 9 августа финские войска в Южной Карелии оказались отброшенными на 200—250 км. На достигнутом рубеже части Красной Армии по приказу Ставки приостановили наступление.

Поражение финских войск на Карельском перешейке и в Южной Карелии привело к коренному изменению обстановки на северном участке советско-германского фронта. Советскими войсками были заняты большая часть Карелии и северная часть Ленинградской области, важнейшие коммуникации, связывающие центральные районы страны с Крайним Севером, — Кировская железная дорога и Беломорско-Балтийский канал. Значительно улучшились базирование Балтийского флота возможности его действий в восточной части Финского залива. Создались условия для разгрома немецко-фашистских войск в Заполярье, а также для освобождения прибалтийских республик.

Важнейшим политическим результатом операции было то, что она предрешила выход из войны Финляндии.

Еще в феврале 1944 г. финское правительство послало своего представителя Паасикиви в Стокгольм для выяснения через советского посла в Стокгольме

А.М. Коллонтай условий выхода Финляндии из войны. 19 февраля Паасикиви получил советские условия и советовал своему правительству принять их.

Прибывшим в конце марта в Москву для получения дополнительных разъяснений финским представителям Паасикиви и Энке лю было сказано, что Советское правительство требует разрыва отношений с Германией, восстановления советско-финского договора 1940 г., перевода финской армии на мирное положение, возмещения нанесенного Советскому Союзу ущерба в размере 600 млн. долл. и возвращения Советскому Союзу Петсамо.

С германской стороны финнам 28 марта было сделано предупреждение. Гитлер в письме к Маннергейму грозил прекратить помощь Финляндии. Вскоре он действительно велел приостановить обещанные поставки оружия. Финское правительство и само никак не хотело соглашаться на восстановление советско-финского договора 1940 г. 19 апреля советские условия были отклонены.

Наступление Красной Армии и приближение советских войск к границе 1940 г. заставило финских правителей обратиться к Германии с просьбой о помощи вооружением и войсками. Одновременно финское правительство через Швецию послало Советскому Союзу уведомление, что готово порвать с Германией, и запрашивало условия мира. 22 июня в Хельсинки прилетел Риббентроп. Он заявил президенту Рюти, что Германия поможет при условии, если Финляндия останется с ней до конца, иначе помощь будет прекращена. Тогда же финское правительство получило ответ Советского правительства. Большинство членов финского правительства считали, что необходимо получить немецкую помощь, чтобы стабилизировать фронт и иметь более выгодные условия мира. Обязательство о незаключении сепаратного мира было дано, но не от имени правительства, а лично от имени Рюти в его письме Гитлеру от 26 июня и подтверждено премьером Линко-миесом в речи по радио 2 июля.

Немецкая помощь не могла надолго задержать советское наступление. Финскому правительству пришлось обратиться к СССР с предложением о мире. Чтобы освободиться от обязательства перед Германией, Рюти 1 августа подал в отставку. 5 августа сейм избрал президентом Маннергейма. 8 августа было сформировано новое правительство во главе с А. Хакселем, которое заявило, что не считает себя связанным обязательством, данным Гитлеру Рюти. Приняв предварительное условие о разрыве с Германией, Финляндия 4 сентября 1944 г. прекратила военные действия. В Москву выехала финская правительственная делегация. 19 сентября 1944 г. переговоры с представителями СССР и Англии были завершены подписанием соглашения о перемирии. Финляндия обязывалась перевести армию на мирное положение, распустить организации фашистского типа, предоставить СССР в аренду территорию Порккала-Удд (близ Хельсинки) для военной базы, возместить убытки в размере 300 млн. долл.

РАЗГРОМ ГРУППЫ АРМИЙ «ЦЕНТР». ОСВОБОЖДЕНИЕ БЕЛАРУСИ

Главные события лета 1944 г. развернулись в Белоруссии. Оккупированная Белоруссия прикрывала кратчайшие подступы непосредственно к Германии и Польше. Немецкие войска создавали отсюда постоянную угрозу флангу советских войск, действовавших на Украине, и в то же время обеспечивали устойчивое положение своей группы армий «Север» в Прибалтике. Белоруссия рассматривалась противником и как важнейший источник получения продовольствия и сырья для фашистской Германии. Кроме того, продолжая оккупировать большую часть территории Белоруссии, гитлеровцы сохраняли возможность наносить удары авиацией по району Москвы.

Однако немецкое командование неправильно оценивало обстановку. «Мы предполагали, — свидетельствовал позднее генерал Йодль, — что удар со стороны русских последует на южном участке, а именно в направлении румынской нефти, поэтому основное число танковых соединений было сосредоточено нами в районе южных групп армий».

А в это время советское командование сосредоточивало на белорусском направлении крупные силы в составе 1-го Прибалтийского, 3-го, 2-го и 1-го Белорусских фронтов. После проведенных перегруппировок и пополнения они имели в своем составе 1,4 млн. человек, 31,7 тыс. орудий и минометов, 5200 танков и самоходных орудий и около 5 тыс. боевых самолетов. К операции привлекались также авиация дальнего действия, Днепровская военная флотилия и соединения белорусских партизан.

План Белорусской операции под кодовым наименованием «Багратион» тщательно разрабатывался в Генеральном штабе. Окончательное решение Ставка приняла в конце мая.

По замыслу операции, наступление намечалось на широком фронте с прорывом обороны противника на витебском, оршанском, могилевском и бобруйском направлениях. Войска трех Белорусских и 1-го Прибалтийского фронтов должны были окружить и уничтожить фланговые группировки противника в районах Витебска и Бобруйска. Затем сходящимися ударами трех белорусских фронтов окружить и уничтожить основные силы группы армий «Центр» восточнее Минска. Действия этих трех фронтов на данном этапе обеспечивались с северо-запада наступлением 1-го Прибалтийского фронта. В дальнейшем советские войска, расширяя наступление, получали возможность выхода к западным границам Советского Союза.

В соответствии с замыслом операции 1-й Прибалтийский фронт наносил основной удар на Бешенко-вичи, Лепель и в последующем на Даугавпилс и Каунас; 3-й Белорусский фронт — на Борисов, Минск; 1-й Белорусский фронт — на Бобруйск, Барановичи и частью сил на Минск. 23—24 июня советские войска перешли в наступление.

К концу третьего дня войска 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов под командованием генералов И.Х. Баграмяна и И.Д. Черняховского завершили окружение витебской группировки противника. К исходу 28 июня они полностью ликвидировали ее и одновременно, разгромив оршанскую группировку врага, на широком фронте вышли к Березине. При этом только под Витебском было уничтожено свыше 20 тыс. и взято в плен 10 тыс. немецких солдат и офицеров.

24 июня начали боевые действия войске 1-го Белорусского фронта под командованием генерала К.К. Рокоссовского. Всего за шесть дней были окружены и уничтожены основные силы 9-й армии врага в районе Бобруйска. На этом участке противник потерял около 50 тыс. убитыми и 24 тыс. пленными.

В то время, когда войска 3-го и 1-го Белорусских фронтов громили фланговые группировки врага, наступавшие между ними армии 2-го Белорусского фронта (командующий генерал Г.Ф. Захаров) за шесть дней форсировали шесть водных преград, в том числе Днепр, и освободили Могилев.

С выходом советских войск к Березине, Днепру и в район северо-западнее Бобруйска в начертании линии фронта образовалась большая дуга, охватывавшая с трех сторон отступавшие гитлеровские соединения. При этом основные силы советских танковых войск находились на расстоянии около 100 км от Минска, а главные силы отступавшего врага — в 130—150 км. Создавалась реальная возможность окружения противника восточнее Минска. Ставка потребовала от командующих фронтами решить эту задачу в возможно более короткие сроки.

Войскам 3-го Белорусского фронта предстояло форсировать Березину. 29—30 июня советские войска форсировали ее и, сломив сопротивление немецких частей, 1 июля освободили Борисов.

Наступающие продолжали быстро продвигаться на запад. 3-й гвардейский механизированный корпус из конно-механизированной группы генерала Н.С. Осли-ковского уже 2 июля вышел в район Вилейки, Моло-дечно и перерезал железную дорогу, идущую из Минска на Вильнюс. В тот же день в районе Столбцы—Городея конно-механизированная группа генерала И.А. Плиева перерезала дорогу Минск—Барановичи.

Утром 3 июля с северо-востока в Минск ворвались части 2-го и 3-го гвардейских танковых корпусов генералов А.С. Бурдейного и И.А. Вовченко, а с юга — 1-й гвардейский танковый корпус генерала М.Ф. Панова.В результате соединения в Минске войск 3-го и

1-го Белорусских фронтов восточнее города была окружена 105-тысячная группировка противника. В этот же день с подходом общевойсковых соединений было завершено освобождение Минска.

К 4 июля войска четырех фронтов продвинулись на глубину до 280 км.

После окружения противника под Минском по приказу Ставки главные силы фронтов устремились на запад. Часть сил 3-го и 2-го Белорусских фронтов, взаимодействуя с партизанскими соединениями и авиацией, уничтожала окруженную группировку. Ликвидация основной ее массы закончилась 8 июля.

К этому времени линия внешнего фронта окружения, где продолжали наступление главные силы всех четырех фронтов, уже проходила более чем в 150 км к западу от Минска. В стратегическом фронте противника была образована огромная брешь, закрыть которую он не мог.

В полосе 1-го Прибалтийского фронта основные усилия были направлены к тому, чтобы окончательно отсечь группу армий «Север» и создать благоприятные условия для последующего ее окружения и уничтожения. Войска фронта, усиленные 51-й и 2-й гвардейской армиями, прибывшими из Крыма, к концу июля освободили значительную часть Литвы и с юга вступили в Латвию. 31 июля передовые части 3-го гвардейского механизированного корпуса под командованием генерала

В.Т. Обухова вышли на побережье Рижского залива.

Только 20 августа в результате ряда сильных контрударов противнику удалось образовать 30-километровый коридор вдоль Рижского залива.

Особенно Ожесточенный характер оборонительные бои носили в районе Шяуляя.

Одновременно с успешным развитием наступления на шяуляйском и рижском направлениях армии 3-го и 2-го Белорусских фронтов, разгромив значительные силы неприятеля, подошли к границам Восточной Пруссии с востока и юго-востока. 9 июля обходным маневром с севера и юга они окружили 15-тысячную группировку врага в Вильнюсе, а к 13 июля полностью ее ликвидировали, освободив столицу Литвы.

Крупные успехи были достигнуты и в полосе 1-го Белорусского фронта. Наряду с наступлением войск его правого крыла, на левом крыле с утра 18 июля ударная группировка, в составе которой была и армия Войска Польского, приступила к осуществлению Люблинско-Брестской операции. В течение четырех дней эта группировка разгромила противостоящие силы противника и вступила на территорию Польши. К концу июля советские войска подошли к предместью Варшавы — Праге и на широком фронте к Висле, захватив важные плацдармы на ее левом берегу в районах Маг-нушева и Пулавы.

Белорусская операция, осуществленная силами четырех фронтов, была одной из самых крупных. Группу армий «Центр» постигла полная катастрофа. Советские войска освободили всю Белоруссию, большую часть Литвы, часть Латвии и польские земли к востоку от Вислы и Нарева. Красная Армия стояла на пороге Восточной Пруссии.

ОСВОБОЖДЕНИЕ ЗАПАДНОЙ УКРАИНЫ

В результате поражения группы армий «Центр» и ликвидации белорусского выступа создались благоприятные условия для освобождления Западной Украины, Прибалтики и успешного наступления в странах Юго-Восточной Европы.

1-й Украинский фронт, которым командовал Маршал Советского Союза И.С. Конев, по своему составу летом 1944 г. был одним из самых сильных. Он имел 1200 тыс. человек, 13900 орудий и минометов, около 2200 танков и САУ и более 3 тыс. самолетов. Перед фронтом стояла задача разгромить группу армий «Северная Украина» и освободить западные области Украины. Эту задачу предстояло решить в тесном взаимодействии с Белорусскими фронтами.

Группировка войск противника в полосе предстоящих действий фронта после того, как гитлеровское командование перебросило 6 дивизий из ее состава в Белоруссию, насчитывала 900 тыс. человек, 6300 орудий и минометов, 900 танков и штурмовых орудий и 700 самолетов.

Операция началась 13 июля нанесением мощных ударов на рава-русском направлении и 14 июля на львовском с целью рассечения группы армий противника и последующего уничтожения ее по частям. К исходу 18 июля войска 1-го Украинского фронта продвинулись на глубину до 50—80 км, завершив окружение, а вскоре и ликвидацию в районе Брод восьми дивизий противника. Важным событием в этот период было форсирование Западного Буга и вступление 17 июля подразделений 44-й гвардейской танковой бригады из состава 1-й гвардейской танковой армии генерала М.Е. Катукова на территорию Польши.

Упорная борьба развернулась за город Львов. Только после глубокого маневра и решительного удара соединений 3-й гвардейской танковой армии с запада, войск 60-й и 4-й танковой армий с востока 27 июля город был полностью освобожден.

Главные силы фронта в это время уже находились далеко на западе. Они вышли к р. Сан и на широком участке форсировали ее. 29 июля передовые соединения достигли Вилмы и с ходу приступили к форсированию этой крупной водной преграды. Наибольший успех был достигнут на сандомирском направлении. Однако в последующем противнику удалось перебросить сюда крупные резервы, и на этом участке завязались упорные бои. Только к концу августа сандомирский плацдарм был расширен до 75 км по фронту и на 50 км в глубину.

Войска левого крыла фронта в начале августа вышли к Карпатам. Здесь из их состава (1-я гвардейская и 18-я армии) по приказу Ставки 5 августа был образован новый, 4-й Украинский фронт под командованием генерала армии И.Е. Петрова. На следующий день его части штурмом заняли крупный промышленный центр Украины Дрогобыч и вплотную подошли к границам Чехословакии. 15 августа по приказу Ставки войска 4-го Украинского фронта временно перешли к обороне в предгорьях Карпат.

29 августа наступление советских войск на направлении главного удара завершилось. Они перешли к обороне на достигнутых рубежах с целью подготовки новых наступательных операций.

Победа Красной Армии на центральном участке советско-германского фронта летом 1944 г. имела крупное военно-политическое значение. В результате мощного наступления пяти фронтов — 1-го Прибалтийского,

3-го, 2-го, 1-го Белорусских и 1-го Украинского — были разгромлены группы армий «Центр» и «Северная Украина» — две наиболее сильные стратегические группировки врага из четырех, находившихся на советско-германском фронте. 26 вражеских дивизий было полностью уничтожено, а 82 потеряли от 60 до 70% своего состава. Красная Армия завершила освобождение от фашистских оккупантов Белоруссии и Украины, большей части Литвы и ряда районов Латвии.

ИЗГНАНИЕ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК ИЗ ПРИБАЛТИКИ

Боевые действия по освобождению Прибалтики начались еще в ходе Белорусской операции. Тогда, в начале июля, войска 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов пересекли границу Литвы и к середине июля освободили значительную ее часть. К этому времени войска 2-го Прибалтийского фронта, нанеся удар на Резекне, вступили на территорию Латвии, а 3-й Прибалтийский фронт, наступая в западном и северо-западном направлениях, — на земли Латвии и Эстонии. Севернее Ленинградский фронт 26 июля освободил город Нарву.

К концу августа все названные войска освободили более половины Прибалтики. Однако дальнейшее их продвижение было остановлено усилившимся немецким сопротивлением.

Немецкое командование придавало большое значение удержанию Прибалтики. Расположенные здесь войска прикрывали с северо-запада Восточную Пруссию и, удерживая важные порты, обеспечивали свободу действий немецкого флота в восточной части Балтийского моря. Кроме того, находясь в Прибалтике, гитлеровцы рассчитывали постоянно держать под угрозой флангового удара советские войска, действовавшие в Белоруссии. Наконец, они рассматривали Прибалтику как одну из важных баз снабжения Германии продовольствием и сырьем.

К началу сентября в группировке противника, действовавшей в Прибалтике, насчитывалось 700 тыс. человек, более 1200 танков и штурмовых орудий, около 7 тыс. орудий и минометов и до 400 боевых самолетов.

Задача по разгрому группировки и завершению освобождения Прибалтики была возложена на войска Ленинградского, 3-го, 2-го и 1-го Прибалтийских фронтов, которые имели 900 тыс. человек, около 17500 орудий и минометов, свыше 3 тыс. танков и самоходных орудий и около 2650 боевых самолетов. К операции также привлекались корабли и авиация Балтийского флота. Общее руководство войсками осуществлял представитель Ставки Маршал Советского Союза А.М. Василевский.

Намечалось нанести два удара на Ригу: один — южнее Даугавы, другой — севернее. Они должны были привести к расчленению немецкой группировки, действовавшей в Прибалтике, и отсечению ее от основных сил германской армии.

Наступление началось 15 сентября силами трех Прибалтийских фронтов, которые нанесли удары по сходящимся направлениям на Ригу. Немецкое командование, опасаясь окружения главных сил группы армий «Север», приняло решение планомерно отвести их на подготовленные рубежи к востоку от Риги. Но полностью выполнить эти планы ему не удалось. 17 сентября Ленинградский фронт под командованием Маршала Советского Союза Л.А. Говорова нанес сильный удар из района Тарту на Таллин. Развивая частью сил наступление вдоль морского побережья, он во взаимодействии с Балтийским флотом в течение 10 дней очистил всю материковую часть Эстонии. В последующем войска фронта и флот провели десантную операцию с целью освобождения островов Моонзундского архипелага, которая успешно завершилась в конце ноября.

В ходе боев за освобождение Эстонии отличились многие части и соединения армии и флота. Но особенно стремительными были действия воинов 8-го эстонского корпуса под командованием генерала Л.А. Пэрна, которые в числе первых 22 сентября 1944 г. ворвались в Таллин и предотвратили в столице разрушения, т. к. в городе оказалось заминированным большое число зданий. Саперы извлекли из них более 100 т взрывчатки.

24 ноября Эстония была полностью освобождена.

Развивая успех частью сил в юго-западном направлении, войска Ленинградского фронта стремительным броском овладели Пярну и Вильянди. Соединившись здесь с войсками 3-го Прибалтийского фронта, они приступили к освобождению Латвии.

Тем временем войска 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов, преодолевая сопротивление противника, вели наступление на Ригу.

Сознавая, что с потерей Риги северная группировка немецких войск будет отрезана от Восточной Пруссии и окажется в катастрофическом положении, гитлеровское командование прилагало все усилия к тому, чтобы удержать этот город и вывести через образовавшийся здесь коридор основные силы своей прибалтийской группировки в Восточную Пруссию. На подступах к Риге немецким дивизиям удалось остановить наступление советских войск.

В сложившейся обстановке командующий 1-м Прибалтийским фронтом генерал И.Х. Баграмян быстро перегруппировал силы с рижского направления в район Шяуляя и 5 октября нанес сильный удар на Клайпеду. Сопротивление врага было сломлено. 10 октября советские войска на широком фронте вышли к побережью Балтийского моря севернее и южнее Клайпеды.

В создавшейся обстановке немецкое командование Стало спешно отводить войска от Риги на юг и юго-запад в надежде вырваться из огромной западни. Но было поздно. Войска 3-го и 2-го Прибалтийских фронтов генералов И.И. Масленникова и А.И. Еременко, преследовавшие немецкие войска, отходившие к Рижскому заливу, 12 октября завязали бои по освобождению столицы Латвии. 15 октября после трехдневных боев они полностью освободили Ригу. Остатки разгромленной группировки противника были отброшены на Курляндский полуостров.

Освобождение Латвии в основном было завершено. Прижатая к морю и блокированная на полуострове, вражеская группировка уже не могла оказать существенного влияния на ход событий на советско-германском фронте. Она капитулировала в мае 1945 г.

РАЗГРОМ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК В ЗАПОЛЯРЬЕ

В результате разгрома немецких войск в Карелии и Прибалтике, выхода из войны Финляндии создались условия для освобождения Заполярья.

К началу октября 1944 г. немецкие войска продолжали удерживать в своих руках район Петсамо. Это объяснялось тем, что из этого района гитлеровцы вывозили никель и медь для военной промышленности Германии. Кроме того, располагая здесь крупными военно-морскими базами, немецкое командование продолжало угрожать советским северным морским коммуникациям.

19-й немецкий горнострелковый корпус 20-й горной армии в составе трех пехотных дивизий и трех пехотных бригад, длительное время находившихся в этом районе, построил сильную глубоко эшелонированную оборону. Этому способствовала и местность, которая изобиловала многочисленными озерами, труднопреодолимыми болотами, скалистыми возвышенностями.

Подготовка и осуществление операции по освобождению были возложены на войска Карельского фронта, которым командовал генерал К.А. Мерецков, во взаимодействии с Северным флотом под командованием адмирала А.Г. Головко.

Наступление началось 7 октября силами 14-й армии генерала В.И. Щербакова. С воздуха ее действия поддерживали летчики 7-й воздушной армии генерала И.М. Соколова. Советские войска после ожесточенных боев в первый же день прорвали оборону южнее озера Чапр, в трудных условиях форсировали Титовку. Отбрасывая части противника к западу, они 12 октября заняли его важный опорный пункт Луостари, надежно прикрывавший Петсамо с юга. В тот же день корабли Северного флота с полуострова Средний высадили в тыл десант морской пехоты с задачей наступать на Петсамо с севера.

В течение семи дней наступающие вели тяжелые бои на петсамском направлении. 15 октября войска 14-й армии совместно с десантом морской пехоты освободили город Печенга (Петсамо). Потеряв его, немецкие войска стали в беспорядке отходить к границам Норвегии. Преследуя врага, войска 14-й армии 22 октября освободили Ахмалахти и Никель, перешли границу Норвегии и 25 октября заняли норвежский портовый город Киркенес, лишив врага важной военно-морской базы на Крайнем Севере.

С изгнанием врага из района Петсамо и вступлением советских войск в северо-восточные районы Норвегии боевые действия в Заполярье прекратились.

3. ПАРТИЗАНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ В 1944 ГОДУ

РОСТ АКТИВНОСТИ ПАРТИЗАНСКОГО ДВИЖЕНИЯ

К началу 1944 г. положение на оккупированной советской территории в результате наступления Красной Армии существенно изменилось: резко уменьшились размеры оккупированной зоны, концентрация же партизанских сил увеличилась за счет отрядов и соединений, перешедших из освобожденных областей. В борьбу включались также десятки тысяч местных жителей.

аж

Jg:

III fr *-

Мастерская по производству гранат в партизанском отряде. Минская область. Фотография. 1944 г.

В тылу немецких войск не оставалось ни одного района, где бы не действовали партизаны и подпольщики. В партизанских формированиях, связанных с Центральным штабом партизанского движения, к началу 1944 г. сражалось около 250 тыс. бойцов. 424 партизанские радиостанции обеспечивали устойчивую связь с «Большой землей». Многочисленные посадочные площадки, подготовленные и охраняемые партизанами, систематически принимали самолеты с боеприпасами и снаряжением. Выросла боеспособность партизанских отрядов и соединений, накопивших за годы войны основательный боевой опыт.

В то же время боевой дух немецких войск и полицейских формирований, сражавшихся против партизан, резко упал. Особенно ненадежными стали использовавшиеся для охраны тыла словацкие, венгерские, румынские части.

В январе 1944 г. был расформирован Центральный штаб партизанского движения. Руководство им было передано центральным комитетам партии республик и областным комитетам тех областей, где еще продолжалась партизанская борьба.

В связи с быстрым продвижением фронта на запад перед подпольными организациями и партизанскими отрядами возникали новые задачи. Теперь им приходилось не только разрушать захваченные немцами объекты, но и предотвращать их попытки уничтожить или вывезти материальные ценности при отступлении. Особенно важно было помешать вывозу населения в Германию. В выполнении этих задач решающее значение имела помощь со стороны мирных жителей.

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ ПАРТИЗАН В 1944 ГОДУ

Главной особенностью партизанской войны в 1944 г. было тесное взаимодействие с регулярными войсками. В большинстве крупных операций Красной Армии партизанские соединения принимали самое активное участие. Их действия направляли штабы фронтов, которые имели постоянную связь с партизанами и координировали борьбу регулярных войск и участников партизанской борьбы. Еще до начала наступления под Ленинградом и Новгородом, на Правобережной Украине и в Крыму, в Карелии и Белоруссии партизаны по указанию военного командования усилили свою деятельность на коммуникациях врага, наносили удары по тыловым объектам, срывали оборонительные работы, вели разведку, давали нужные ориентиры советской бомбардировочной авиации. Весной 1944 г. соединения партизан под командованием П.П. Вершигоры, А.Ф. Федорова, М.И. Наумова, С.Ф. Маликова, А.М. Грабчака и других заставили немцев оттянуть для охраны железных дорог и крупных станций на Украине и в Белоруссии до 10 дивизий. В ночь на 20 апреля белорусские партизанские бригады, возглавлявшиеся

Н.Х. Баланом, С.Г. Ганзенко, В.Г. Еременко, А.И. Да-лидовичем. И.Ф. Садчиковым и другими, нанесли одновременный удар по железным дорогам и парализовали движение почти на всех линиях, ведущих к фронту. В это время Красная Армия готовилась к наступлению против группы армий «Центр».

Когда в ходе наступления соединения Красной Армии приближались к районам боевых действий партизан, между ними устанавливалось прямое тактическое взаимодействие. Партизаны вместе с регулярными войсками участвовали в освобождении населенных пунктов, а зачастую, захватив их самостоятельно, удерживали до прихода советских войск. Партизанские отряды перекрывали пути отхода немецким войскам, а затем принимали участие в ликвидации окруженных группировок. Партизаны охраняли открытые фланги наступавших соединений, вместе с передовыми частями Красной Армии наводили переправы через водные преграды. Многое сделали партизаны и подпольщики, чтобы не дать немецким войскам превратить оставляемую территорию в «зону пустыни».

В дни освобождения Крыма в значительной мере благодаря усилиям партизан удалось предотвратить разрушение Ялты и дворцов на южном побережье. В Каунасе местные подпольщики помешали уничтожению многих зданий. Под Одессой партизаны не допустили взрыва дамбы Хаджибейского лимана и облегчили этим Красной Армии штурм города. Делалось все, чтобы спасти население от угона в Германию. Партизаны совершали налеты на населенные пункты, где немцы формировали эшелоны с людьми. Подпольщики, работавшие в органах немецкой администрации, своевременно предупреждали население о готовящихся мобилизациях и облавах. Врачи, подвергаясь смертельной опасности, выдавали фиктивные справки о нетрудоспособности, объявляли здоровых людей больными. Когда под Ленинградом немцы начали насильственную эвакуацию населения на запад, партизаны и подпольщики организовали массовый его уход в леса. Им удалось спасти от угона в Германию 400 тыс. жителей Ленинградской области. Только три молдавских партизанских отряда уберегли в июле — августе 1944 г. от вывоза в Германию 40 тыс. человек.

Партизанские соединения в 1944 г. осуществили ряд рейдов. Но теперь сфера их действия значительно расширилась и вышла за пределы страны. Активно действовали украинские партизаны. 1-я Украинская партизанская дивизия под командованием П.П. Вер-шигоры, пройдя с боями западные области Украины, вошла в пределы Польши, а затем возвратилась через Белоруссию. Во время трехмесячного рейда по тылам врага партизаны пустили под откос 24 эшелона, уничтожили много вражеской техники, взорвали 3 электростанции, 16 заводов, 57 железнодорожных и шоссейных мостов. Партизанское соединение М. И. Шукаева прошло через Западную Украину, южные районы Польши

и, преодолев Карпаты, вышло в Чехословакию, где громило немецкие войска до прихода Красной Армии. Попытки немцев уничтожить партизан оканчивались, как правило, неудачей.

К концу 1944 г. в связи с освобождением советской земли прекратились действия партизан и подпольщиков на территории СССР. Большинство из них вступили в Красную Армию, многие остались в освобожденных районах и взялись за восстановление мирной жизни. Часть же партизанских отрядов приняла участие в борьбе за освобождение народов Европы.

СОДРУЖЕСТВО СОВЕТСКИХ ПАРТИЗАН С АНТИФАШИСТАМИ ЕВРОПЕЙСКИХ СТРАН

Сотрудничество антифашистов различных национальностей проявилось и в советском партизанском движении. В борьбе партизанского отряда, которым командовал Д.Н. Медведев, приняли участие испанские политэмигранты. Они сражались и в других формированиях. В Украинском соединении С.А. Ковпака воевали венгр И. Тоут, немец Герой Советского Союза Р. Клейн, чех Б. Зимма, австриец В. Брунн, французы М. Легре и Ж. де Шаррон, итальянец Д. Джовани. Интернациональные подразделения возникли в некоторых русских и белорусских отрядах. Мобилизованные в германскую армию чехи и поляки организовали подпольную группу на Сещинском военном аэродроме и установили связи с советскими партизанами и подпольщиками. Они минировали немецкие самолеты, корректировали огонь советских самолетов во время налетов, снабжали партизан сведениями о противнике. На сторону советских партизан перешло большое число словаков из состава войск, брошенных правительством Тисо на совет-ско-германский фронт. В 1942 г. солдаты и офицеры

2-й словацкой дивизии помогли белорусским партизанам уничтожить мост через реку Птичь. Они не только передали им планы укреплений, но и поддержали их действия артиллерийским огнем. Несколько десятков словаков, служивших в одесском гарнизоне, вступили в партизанские отряды Одессы. Они участвовали в боях за освобождение города. Всего в 1942—1943 гг. к партизанам перешло 800 словацких солдат и офицеров.

Среди советских партизан велико было число поляков. В Ровенском соединении летом 1943 г. сражался польский отряд имени Тадеуша Костюшко численностью около 200 бойцов. Ряд партизанских отрядов в западных областях Украины был создан местными жителями-поляками. Эти формирования совместно с советскими партизанами наносили удары по немецким войскам и коммуникациям. За участие в партизанской борьбе на территории Белоруссии Советское правительство наградило орденами и медалями 703 поляка, 184 словака, 33 чеха, 25 немцев, 24 испанца, 14 французов и многих антифашистов из других стран Европы.

В 1944 г. 1-я Украинская партизанская дивизия под командованием П.П. Вершигоры, соединение М.И. Шукаева и другие партизанские формирования развернули боевые действия на территории Польши. Они наладили взаимодействие с отрядами Гвардии Людовой, снабжали их оружием и боеприпасами. Украинский штаб партизанского движения отправил полякам 9 транспортных самолетов со снаряжением. Активные действия советских и польских отрядов разрушали тыл отступавшей немецкой армии. К середине 1944 г. только в южных районах Люблинского воеводства сосредоточилось более 10 тыс. бойцов. Трехтысячная их группировка в Яновских лесах в начале июня приковала к себе две немецкие пехотные дивизии, полк СС и другие части гитлеровцев. В рядах боевых формирований польского Сопротивления сражались советские люди, бежавшие из лагерей для военнопленных и концлагерей. В Келецком воеводстве они объединились в бригады «Победа» и «Свобода», насчитывавшие 700 человек, которые за время действий пустили под откос 15 эшелонов, взорвали 8 мостов, вывели из строя 4 тыс. фашистских солдат.

Советские партизанские формирования участвовали в Словацком восстании 1944 г. Летом 1944 г. Украинский штаб партизанского движения подготовил для переброски в Словакию первую боевую группу из чехов и словаков численностью около 100 человек, половина которых участвовала в советском партизанском движении. Наряду с чехословацкими группами в Словакию были переброшены советские, а также сметанные советско-чехословацкие партизанские группы общей численностью более 500 человек. В августе польско-чехословацкую границу перешли соединения В.А. Карасева и М.И. Шукаева, отряд Л.Е. Бе-ренштейна. Они пополнились словацкими участниками Сопротивления и сыграли заметную роль в восстании. Небольшие группы выросли в отряды и бригады и стали ядром антифашистских повстанческих формирований из местного населения. Партизаны действовали в тылу немецких карательных войск, сражались и на фронте, удерживая границы освобожденной территории. После подавления восстания они ушли в горы и держались там до освобождения страны Красной Армией.

Советские партизанские отряды действовали также на территории Венгрии и Румынии. В конце 1944 г. в Венгрию и Словакию перешло соединение В.А. Карасева. Оно установило связи с коммунистическим подпольем и партизанским отрядом имени Петефи и совместно с ним разгромило в горах отряд СС, подготовленный для действий в тылу советских войск.

ЧАСТЬ II

ОТКРЫТИЕ ВТОРОГО ФРОНТА И ОБЪЕДИНЕНИЕ СИЛ ПРОТИВ ГЕРМАНИИ

ГЛАВА I

ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В 1944 ГОДУ

1. ВЫСАДКА ВОЙСК СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ И АНГЛИИ В СЕВЕРНОЙ ФРАНЦИИ

ПОДГОТОВКА К ВТОРЖЕНИЮ. ПЛАНЫ СОЮЗНИКОВ

В начале 1944 г. Англия и Соединенные Штаты вели интенсивную подготовку к вторжению в Западную Европу.

На англо-американской конференции в Каире 5 декабря 1943 г. был рассмотрен и принят доклад Объединенного совета начальников штабов о планах западных союзников в Европе. В нем подчеркивалось, что «самыми важными операциями в 1944 г. для них будут вторжения на северо-западе («Оверлорд») и на

юге («Энвил») Франции, которые должны быть проведены в мае». Правительства США и Англии согласились, что «ни в каком другом районе мира не следует предпринимать никаких действий, которые могли бы помешать успеху этих двух операций».

В соответствии с решением конференции были образованы два театра военных действий — Европейский и Средиземноморский — и определены общие основы организации и действий союзных вооруженных сил на каждом из них.

23 апреля 1943 г. Объединенный совет начальников штабов США и Англии для разработки плана вторжения в Западную Европу учредил штаб верховного командующего союзными вооруженными силами в Британии (КОССАК), который возглавил английский генерал Фредерик Е. Морган.

Фактически подготовка вторжения началась в январе 1944 г., т. е. когда КОССАК был превращен в верховный штаб союзных экспедиционных сил (15 января), а генерал Эйзенхауэр занял пост верховного командующего этими силами (16 января). Его заместителем стал англичанин, главный маршал авиации А. Теддер. Командующим сухопутными войсками являлся генерал английской армии Б. Монтгомери. Военно-морскими силами командовал английский адмирал А. Рамсей, военно-воздушными силами — английский главный маршал авиации Ли-Мэллори.

К 12 февраля была согласована директива Объединенного совета начальников штабов Эйзенхауэру, определявшая его обязанности и общую задачу союзных экспедиционных сил на Европейском театре военных действий. В ней указывалось, что главная задача союзных экспедиционных сил состоит в том, чтобы «вторгнуться на континент Европы и совместно с другими Объединенными Нациями предпринять операции, имеющие целями выход к сердцу Германии и уничтожение ее вооруженных сил. Дата вторжения на континент — май 1944 года. После овладения соответствующими портами Ла-Манша действия войск должны быть направлены на захват района, который обеспечил бы ведение операций против врага сухопутными и воздушными силами».

Директива также предписывала Эйзенхауэру в случае отступления немецких войск из Северной Франции осуществить вторжение на континент наличными к этому моменту силами, не ожидая установленного срока начала высадки в мае 1944 г.

Как видно из директивы, Объединенный совет начальников штабов предусматривал два варианта развития операций на Европейском театре военных действий: подготовка войск к вторжению на континент, чтобы силой сломить сопротивление немецких армий («Оверлорд» был основным планом, предусматривавшим действия союзных экспедиционных сил при условии, что противник будет в состоянии продолжать войну), и организацию действий на тот случай, если фашистская Германия потерпит поражение в войне один на один против Советского Союза.

Штаб Эйзенхауэра к 1 февраля 1944 г. разработал общую схему ведения военных действий в Западной Европе. Сущность ее была такова: высадиться на побережье Нормандии и захватить плацдарм, занимающий всю территорию Нормандии и полуострова Бретань; накопить на плацдарме необходимые силы и материальные ресурсы; прорвать оборону немецких войск в Нормандии и, преследуя противника силами двух групп армий на широком фронте, на 90-й день операции выйти на рубеж рек Сена и Луара; развивать преследование на широком фронте, нанося удар на левом крыле, чтобы захватить необходимые порты, выйти на границу Германии и угрожать Руру; на правом крыле предусматривалось соединение с войсками, которые вторгнутся на юге Франции; выход на границу Германии (расстояние примерно 500 км) планировался на 330-й день после начала вторжения, т. е., иными словами, предусматривались невысокие темпы наступления. После этого предполагалось восстановить порты в Бельгии, на бретанском и Средиземноморском побережье Франции и накопить силы и средства для вторжения в Германию; завершить разгром противника западнее Рейна и захватить плацдармы на его восточном берегу; предпринять последнее наступление в обход Рура, имея основные силы севернее его, и завершить это наступление ударом через всю Германию, направление которого предполагалось установить позже; очистить от противника всю остальную Германию.

Руководство морской десантной операцией по согласованию между США и Великобританией возлагалось на командующего 21-й английской группой армий и его штаб.

В состав 21-й группы армий входили: 1-я американская армия (в составе 9 пехотных, 2 бронетанковых и 2 воздушнодесантных дивизий), 2-я английская армия (9 пехотных, 4 бронетанковых и воздушнодесантной дивизий и 6 бронетанковых и пехотной бригад, специальных частей и соединений), 1-я канадская армия (1 пехотная и 1 бронетанковая дивизии и специальные части). В резерве группы находились 2 бронетанковые и воздушнодесантная дивизии, парашютная, 2 бронетанковые и 2 пехотные бригады. Следовательно, для захвата и расширения плацдарма предназначались 32 дивизии и 12 бригад.

Замысел морской десантной операции состоял в том, чтобы одновременно высадить пять пехотных дивизий на побережье общим протяжением около 100 км (от Монтебура до устья р. Орн) на пяти участках и три воздушнодесантные дивизии в глубине побережья и захватить тактические плацдармы. Уже в первый день операции предполагалось объединить тактические плацдармы в один —оперативный, а затем, сковав активными действиями английских и канадских войск противника в районе г. Кан, нанести американскими войсками удар на правом крыле и, повернув весь фронт на восток, на 20-й день выйти на рубеж Авранш, Дом-фрон, Кабур, т. е. захватить плацдарм 100 км по фронту и 100—110 км в глубину.

В общих чертах были намечены и дальнейшие действия союзных армий. С выходом американской армии к Авраншу предполагалось ввести в сражение 3-ю американскую армию, а также штаб американской группы армий. Последний, используя полностью 1-ю армию и, если будет необходимо, часть сил 3-й армии, должен был на 6-й день захватить полуостров Бретань. 21-й группе армий предстояло обеспечить эти действия, сковав значительную часть сил противника в своей полосе. Затем главные силы американской группы армий поворачивались на восток и совместно с 21-й группой армий наступали на всем фронте от р. Луары до побережья моря, чтобы на 90-й день выйти на р. Сену. На этом завершался первый этап действий по плану «Оверлорд».

1-й американской армии была поставлена задача: высадившись на двух участках побережья («Юта» и «Омаха»), продвинуться на юг и на запад, к исходу первого дня создать один общий плацдарм около 30 км по фронту и на глубину 8—16 км и соединиться с воздушным десантом. В последующем один (7-й) корпус этой армии должен был развивать наступление на Шербур и на 16-й день захватить весь полуостров Котантен, а второй (5-й) корпус сначала выйти на р. Одер, а затем на седьмой день вместе с вновь высадившимся на плацдарме 19-м корпусом развивать наступление на юг с целью захвата рубежа Лессей, Перье, Сен-Ло. После перегруппировки на этот рубеж всех сил 1-й американской армии ей предстояло наступать на юг к рубежу Авранш, Домфрон и занять его на 21-й день операции.

2-я английская армия получила задачу высадить два корпуса (30-й и 7-й) севернее Кана на трех участках побережья («Голд», «Джюно», «Сворд») на фронте около 50 км и, соединившись с воздушным десантом, к исходу дня овладеть рубежом Байе, Кан, Кабур, а танковыми частями перерезать дорогу Кан — Вир. Развивая затем наступление на правом фланге, ей предстояло расширить плацдарм настолько, чтобы обеспечить размещение передовых аэродромов, сковать перед собой крупные силы противника и тем обеспечить левый фланг

1-й американской армии. К 21-му дню она должна была выйти на рубеж Домфрон, Фалез, Кабур.

Оперативное построение 21-й группы армий определялось замыслом операции и наличием десантных средств, которые позволяли высадить на побережье Нормандии сразу пять дивизий с частями усиления (130 тыс. человек и 20 тыс. машин). Оно состояло из двух эшелонов: 1-я американская и 2-я английская армии составляли первый эшелон, а 1-я канадская армия — второй. Оперативное построение 1-й американской и

2-й английской армий также было двухэшелонным: по два корпуса в каждом эшелоне армии. Одновременно высаживался воздушный десант в составе двух американских и одной английской воздушнодесантных дивизий с целью обеспечения быстрого продвижения первого эшелона морского десанта в глубь побережья и задержки подхода резервов противника к району высадки.

Таким образом, в первый день операции против 5 немецких дивизий предполагалось высадить на французском побережье 8 дивизий и 14 танковых групп и бригад, называвшихся штурмовыми. Темп накопления войск на плацдарме был запланирован следующий: на 7-й день операции — 13 дивизий и 5 бронетанковых бригад, на 21-й день — 23—24 дивизии. Все 37 дивизий предполагалось перебросить во Францию примерно за семь недель. Для контроля сосредоточения войск на плацдарме был создан специальный штаб «контроля за накапливанием войск». Обеспечение темпов высадки последующих эшелонов предполагалось осуществить максимальным использованием всего тоннажа союзного флота, выделенного для операции и захвата портов на побережье, прежде всего Шербура и Кана, созданием двух искусственных гаваней.

Военно-воздушные силы союзников на Европейском театре военных действий делились на стратегические и тактические. Первые включали 8-ю американскую воздушную армию и английские стратегические ВВС. Командующий 8-й воздушной армией генерал-лейтенант Карл Спаатс и его штаб с 4 февраля 1944 г. стали координировать действия 15-й воздушной армии, базировавшейся в Италии. Тактические военно-воздушные силы состояли из 9-й американской армии и английских тактических ВВС. Командовать ими еще 25 ноября

1943 г. был назначен англичанин, главный маршал авиации Трэффорд Ли-Мэллори. 20 января генерал Спа-атс согласно приказу Эйзенхауэра от 18 января принял руководство всеми американскими ВВС в Великобритании.

Разработка плана действий союзной авиации в морской десантной операции была завершена в основном к 15 апреля, хотя планирование продолжалось почти до конца мая. Действия военно-воздушных сил подразделялись на два периода: подготовка вторжения и поддержка штурма десантными войсками побережья.

Подготовительный период начинался в конце марта

1944 г. и продолжался до начала вторжения. Он включал в себя предварительную и непосредственную авиаподготовку высадки морского десанта. Во время предварительной подготовки тактические военно-воздушные силы должны были изолировать район высадки морского десанта путем разрушения железнодорожного транспорта и узлов шоссейных дорог во Франции и Бельгии, чтобы после начала высадки десанта не допустить подхода резервов противника к фронту. 26 марта Эйзенхауэр утвердил план изоляции союзной авиацией района вторжения.

К началу артподготовки тактическая авиация союзников в Европе насчитывала 2434 истребителя и истребителя-бомбардировщика и 700 легких и средних бомбардировщиков, а стратегическая — свыше 7 тыс. тяжелых бомбардировщиков. Их превосходство в воздухе было явным.

За 21 день до вторжения союзных войск на континент тактическая авиация стала наносить бомбовые удары по аэродромам противника в пределах до 200 км и более от района высадки десанта. Авиация вела также воздушную разведку районов вторжения, наносила удары по расположению немецких войск и батареям береговой артиллерии, разрушала мосты и туннели на шоссейных и железных дорогах.

С 14 апреля 1944 г. Эйзенхауэру подчинялись союзные экспедиционные воздушные силы (9-я американская воздушная армия, английские тактические во-енно-воздушные силы, противовоздушная оборона Великобритании и несколько отборных английских авиагрупп), английское бомбардировочное командование и 8-я американская армия стратегической авиации.

17 апреля 1944 г. директива Эйзенхауэра определяла главную цель стратегической авиации — уничтожение германской авиации.

Для взаимодействия с сухопутными войсками каждой группе армий выделялась одна армия тактической авиации: 9-я американская воздушная армия взаимодействовала с сухопутными войсками в американской зоне,

2-е английские тактические военно-воздушные силы — в английской. Высадка двух американских и одной английской воздушнодесантных дивизий в Нормандии обеспечивалась 2395 транспортными самолетами и 867 планерами.

План действий авиации союзников предусматривал также доставку оружия, боеприпасов и средств снабжения отрядам движения Сопротивления в странах Западной Европы. Эта операция под кодовым названием «Капитбэдж» началась 4 января и продолжалась до сентября 1944 г.

Разработка плана действий военно-морского флота была в основном завершена к 28 февраля штабом союзных военно-морских сил, которым руководил английский адмирал Рамсей. План предусматривал организацию разведки, прикрытие конвоев с десантными войсками от ударов кораблей и авиации противника, очистку пролива от мин, огневую поддержку десанта, постройку искусственных и ремонт захваченных портов, питание высаженного десанта. Весь союзный флот, находившийся в Англии, был разделен на два командования: Западное (американское) и Восточное (английское). Каждая десантная дивизия совместно с выделенными для обеспечения ее действий эскортом кораблей, транспортами и десантновысадочными судами составляла десантный отряд. Таких отрядов было создано семь: в 1-й американской армии три («Юг», «О» и «Б») и во 2-й английской четыре («С», «Г», «Дж» и «JI»). Пять из них предназначались для переброски штурмовых дивизий десанта, а два — для перевозок двух дивизий из вторых эшелонов корпусов. Каждый десантный отряд в свою очередь состоял из трех-четырех групп. Кроме того, создавались передовые отряды «коммандос» и «рейнджере».

225

8 Зак. 1543

Огневую поддержку высадки и действий на берегу штурмовых дивизий должны были в составе каждого десантного отряда осуществлять огневые группы. В огневую группу входили 1—2 линейных корабля, 1—3 тяжелых крейсера, 3—5 легких крейсеров, 6—11 эскадренных миноносцев и ряд других кораблей. Высадку первого эшелона морского десанта 1-й американской армии поддерживали две огневые группы. Высадку морского десанта 2-й английской армии поддерживали три огневые группы. Кроме того, в каждом морском командовании создавалась резервная группа боевых кораблей. Она предназначалась для замены кораблей огневых групп в случае их повреждения.

В дополнение к боевым кораблям каждого десантного отряда в огневой подготовке принимали участие артиллерийские орудия, ракетные (реактивные) установки, танки, самоходные орудия, крупнокалиберные пулеметы, устанавливаемые на специально оборудованных десантных судах. В Западном морском командовании имелось 98, а в Восточном — 242 таких судна, из них соответственно на 14 и 22 судах находились ракетные установки (от 800 до 1000 5-дюймовых ракет на каждом).

Союзное командование предполагало, что авиация и корабельная артиллерия полностью подавят (по американской терминологии нейтрализуют) оборону немецких войск на берегу еще до начала высадки десанта.

Начало вторжения на континент определялось сроками готовности войск и наиболее выгодными условиями для высадки морского и воздушного десантов. Было установлено, что все эти условия будут наиболее благоприятными ночью и утром 4—7 июня. Поэтому высадка воздушно-десантных дивизий намечалась в период между 1 часом 30 минутами и 2 часами 30 минутами, а морского десанта между 6 часами 30 минутами и 7 часами 45 минутами 5 июня.

Таким образом, морская десантная операция предпринималась на том участке побережья, где противник меньше всего ожидал ее. Она должна была начаться на фронте около 100 км. Ее общая глубина планировалась 40—80 км, а продолжительность — 20 дней. Среднесуточный темп наступления определялся примерно 4 км для американских и 2 км для английских войск.

Все войска прошли серьезную подготовку. Часть соединений накопила определенный боевой опыт в Северной Африке и в Италии.

Войска союзников были полностью укомплектованы ив достаточной степени оснащены всеми видами боевой техники и вооружения. Дивизии, предназначенные для участия в высадке и захвате плацдарма, насчитывали от 11 до 18 тыс. человек.

В целом американо-английские вооруженные силы, предназначенные для вторжения в Северо-Западную Францию, имели большое превосходство над противником.

ПОДГОТОВКА НЕМЕЦКИХ ВОЙСК К ОТРАЖЕНИЮ ВТОРЖЕНИЯ НА ЗАПАДЕ

Немецкое командование отчетливо представляло опасность, грозившую Германии в случае успешного вторжения американских и английских войск во Францию. В справке штаба оперативного руководства вооруженными силами от 2 ноября 1943 г. отмечалось, что «требования русских создать второй фронт на Западе и стремление англо-американцев в противоположность политическим притязаниям русских добиться большего веса путем достижения военных успехов определяют характерную особенность положения на Западе».

В директиве № 51, подписанной Гитлером 3 ноября

1943 г., указывалось: «Ожесточенные и кровопролитные сражения последних 2,5 лет против большевизма потребовали от нас исключительного напряжения. На восток была брошена основная масса наших военных сил... Опасность на востоке продолжает оставаться, но еще большая опасность (высадка англосаксов) намечается на западе».

Такая оценка немецким командованием положения в Западной Европе могла в случае эффективных и решительных действий американских и английских войск после высадки в Северо-Западной Европе способствовать решительному пересмотру им распределения сил и средств между театрами военных действий и фронтами.

Переход германских вооруженных сил к стратегической обороне позволил их командованию за счет экономии сил и ресурсов несколько увеличить число своих дивизий в Западной Европе. Если по состоянию на 11 июля 1943 г. их там было около 50, то к 6 января 1944 г. дивизий стало уже 60. Правда, десять из них только формировались. Кроме того, в Западную Европу были переброшены 64 легиона (от батальона до бригады) из военнопленных. Общая численность гитлеровских войск в Западной Европе (на 1 ноября 1943 г.) составляла 1708990 солдат и офицеров.

Для отражения высадки морского десанта немецкое верховное командование намеревалось использовать все виды вооруженных сил. Но так как немецкие военно-морские и военно-воздушные силы были недостаточно мощными, основными считались сухопутные войска, на которые возлагалась задача при поддержке авиации и флота дать отпор американо-английским силам вторжения. Директива № 51 обязывала военно-морской флот подготовить «по возможности крупные силы, способные нанести удар по флоту вторжения противника». Что касается авиации, то в директиве ей предлагалось увеличить наступательную и оборонительную мощь расположенных на западе авиационных соединений за счет ослабления обороны на других направлениях, рассредоточить аэродромы, чтобы сделать их менее уязвимыми с воздуха, а также заставить противника распылять усилия своей авиации. Гитлер требовал, чтобы авиация и военно-морской флот мобилизовали «все имеющиеся силы на решительное отражение предстоящих мощных атак противника с воздуха и с моря».

Командование вермахта учитывало, что в начале все усилия войск вторжения будут направлены против гарнизонов на побережье и особенно против крупных портов.

Гитлер с успехом обороны побережья Западной Европы связывал не только стратегические, но и политические планы. Обращаясь с речью к главнокомандующим видами немецких вооруженных сил на Западе 20 марта 1944 г., он потребовал ни при каких обстоятельствах не допускать, чтобы десантная операция противника продолжалась больше нескольких часов, в крайнем случае дней.

«Если десантные войска потерпят поражение, — заявил Гитлер, — противник уже не будет иметь благоприятных условий для повторения операции. Из-за потерь, которые он понесет, потребуются месяцы для подготовки новой попытки вторжения. Но не только это будет удерживать англо-американцев от еще одной попытки. Провал вторжения нанесет сокрушительный удар по их моральному состоянию. Это в лучшем случае помешает переизбранию Рузвельта в Америке, а в худшем — упрячет его в тюрьму. В Англии усталость от войны также проявит себя еще больше, чем до этого, и Черчилль, учитывая его возраст, болезненное состояние и то, что его влияние теперь падает, не будет в состоянии осуществить новую десантную операцию. Мы могли бы противопоставить числу войск противника (около 50—60 дивизий) в короткое время войска такой же силы. Разгром попытки вторжения противника означает больше, чем чисто местное решение задачи на Западном фронте. Это единственно решающий фактор, определяющий все ведение войны и ее конечный результат».

Германское верховное командование отдало распоряжение своим вооруженным силам в Западной Европе (директива № 40) приступить к строительству укреплений на побережье Франции еще в марте 1942 г. Позже немецкие войска в Западной Европе получили немало приказов и распоряжений о создании и усилении обороны Атлантического побережья. Но до весны 1944 г. эта оборона, по мнению ОКВ, представляла собой больше «планы на бумаге», чем «солидные укрепления на побережье». Необходимых сил и средств для создания прочной обороны на западе Германия не имела. Йодль вообще полагал, что невозможно создать глу: боко эшелонированную систему укреплений на всем побережье (2600 км).

Командование вермахта было вынуждено снять основное артиллерийское вооружение, проволочные заграждения и мины с позиций «Зигфрида». Однако этого для создания «атлантического вала» оказалось недостаточно. В конце 1943 г. на Атлантическом побережье находилось 2692 артиллерийских и 2354 противотанковых орудий различных калибров, строилось 8449 долговременных оборонительных сооружений.

По свидетельству начальника оперативного отдела штаба немецких войск в Западной Европе генерала Б. Циммермана, строительство железобетонных сооружений на побережье Ла-Манша закончить не удалось, а французская часть побережья Средиземного моря совсем не была укреплена.

Приказом Гитлера от 10 ноября 1943 г. была создана войсковая группа «Б» особого назначения (штаб) во главе с фельдмаршалом Роммелем. В ее задачу входило изучение готовности немецких войск к нанесению контрударов по противнику и разработка предложений по улучшению организации обороны побережья. Этой группе прежде всего предстояло изучить готовность к обороне, а также возможности контрдействий немецких войск в Дании, в провинции Артуа, на полуостровах Котантен и Бретань (Франция), в Голландии и на других участках побережья, которые могли быть дополнительно указаны.

Штаб Роммеля в конце 1943 г. обосновался во дворце Бурбонов в Фонтенбло и при содействии штаба главнокомандования «Запад» (группы армий «Д») занялся изучением обстановки в Западной Европе. Фельдмаршал Роммель хорошо знал английскую и американскую армии, особенности их военного искусства и лично руководил операциями против английских войск. Он был знаком с опытом высадки противником морских десантов в Сицилии и Салерно.

Изучив обстановку, Роммель считал возможным уничтожить десант противника только в момент его высадки на берег, когда десант наиболее слаб и беспомощен. Роммель предложил создать на побережье систему мощного огня и сосредоточить там основные силы пехоты, танковых и моторизованных войск.

В конце концов был принят план оборонительной операции, который в изложении начальника штаба главнокомандования «Запад» предусматривал следующие действия: первое — огневой бой, пока десант противника находится еще на воде; второе — сражение в прибрежной зоне между резервами и частями противника, которым удается прорваться через главную полосу обороны; наконец, решающее сражение на побережье, в которое главнокомандование «Запад» введет крупные моторизованные и танковые войска, чтобы разгромить и сбросить десант противника в море.

В директиве № 51 имелся пункт, запрещавший перебрасывать без разрешения Гитлера части и соеди нения из Западной Европы на какие-либо другие фронты. Но обстоятельства оказались сильнее его воли. Гитлер был вынужден разрешить такие замены войск. 23 ноября главнокомандование «Запад» получило указание как можно быстрее подготовить 60-ю моторизованную дивизию для переброски на Восток. 3 декабря было приказано изъять из дивизий на Западе 10 тыс. солдат 1925 года рождения и заменить их лицами, пригодными для службы лишь в оккупационных войсках. Примерно в то же время большое количество вооружения, предназначенного для войск на Западе, было направлено на Восток.

В феврале 1944 г. три усиленных полка, сформированных в Германии и предназначавшихся для главнокомандования «Запад», были направлены на советско-германский фронт. В марте на этот фронт направляются Учебно-танковая и 349-я дивизии, самоходные орудия (артштурм), изъятые из 326, 346-й и 348-й пехотных и 19-й авиационной дивизий, а также 2-й танковый корпус СС.

После таких изъятий у главнокомандования «Запад» осталась лишь одна полноценная танковая дивизия (21-я). Только в последующие полтора месяца в Западной Европе были подготовлены четыре танковые дивизии и четыре находились в процессе формирования. В конце мая из Венгрии во Францию возвратилась учебная танковая дивизия и туда же была переброшена 1-я танковая дивизия СС для восстановления и пополнения.

Немецкое командование считало наиболее подходящим и вероятным для высадки морского десанта участок побережья между устьем Сены и Антверпеном.Такая уверенность определялась тем, что район Соммы — Кале находился гораздо ближе к Германии и позволял легче поддерживать взаимодействие между высадившимися войсками и авиацией. Кроме того, в этом районе располагались стартовые площадки немецких самолетов-снарядов ФАУ-1 и ракет ФАУ-2, поэтому главнокомандование «Запад» допускало, что противник постарается захватить его как можно быстрее, чтобы предотвратить разрушение столицы Великобритании.

До начала 1944 г. все немецкие войска в Западной Европе (во Франции, в Бельгии и Нидерландах) составляли одну группу армий «Д», командовал которой фельдмаршал Рундштедт. 14 декабря 1943 г. во Францию прибыл штаб группы армий «Б» особого назначения во главе с фельдмаршалом Роммелем.

15 января 1944 г. по представлению Рундштедта в ОКВ Роммель был назначен командующим группой армий «Б». В эту группу вошли 15-я и 7-я армии и немецкие вооруженные силы в Нидерландах. Весной 1-я и 19-я армии, занимавшие Южную Францию, были объединены в группу армий «Г», командующим которой стал генерал Бласковиц.

Группа армий «Б» занимала все северное побережье от залива Зейдер-зе в Голландии до р. Луары. К

6 июня она насчитывала 37 дивизий. Поскольку Рундштедт и Роммель ожидали вторжения противника севернее р. Сены, самая сильная группировка была создана в этом районе. Побережье Па-де-Кале занимали девять пехотных дивизий. Средняя оперативная плотность здесь равнялась одной дивизии на 10 км побережья.

Обороне побережья Нормандии, которое англо-аме-риканское военное руководство избрало для высадки морского десанта, гитлеровское командование уделяло меньше внимания. На участке побережья от Кабура до основания полуострова Котантен общим протяжением более 70 км оборонялись только три пехотные дивизии.

Резерв группы армий составляли две танковые дивизии, находившиеся севернее и западнее Парижа.

Южнее Луары располагалась группа армий «Г». В нее входили четырнадцать дивизий, пять из которых занимали побережье Бискайского залива, а восемь — французское побережье Средиземного моря.

Три танковые и моторизованная дивизии резерва верховного главнокомандования (ОКВ) дислоцировались в Центральной Франции (три) и Бельгии (одна), готовые нанести контрудар высадившемуся противнику. Однако главнокомандующий немецкими войсками на Западе не мог их использовать по своему усмотрению без разрешения ОКВ. Резерв главнокомандования «Запад» составляли четыре танковые дивизии.

Всего, таким образом, в Западной Европе находилось 59 дивизий (36 пехотных, 7 резервных, 4 авиаполе-вые, 9 танковых, 2 парашютные и моторизованная) и одна танковая боевая группа.

Укомплектованность батальонов личным составом не превышала 70—75%. Часть личного состава пехотных полков составляли военнопленные различных наций, попавшие в плен еще в начале второй мировой войны.

Значительно лучше были укомплектованы личным составом танковые дивизии. Однако укомплектованность этих соединений танками была далеко не одинаковой. Так, 1-я танковая дивизия СС имела 203 танка и 45 самоходных орудий, а 2-я танковая дивизия СС — 69 танков и 33 самоходных орудия. Разное количество тяжелых танков (от 6 до 50) было и в отдельных танковых батальонах. Всего же в Западной Европе к концу апреля 1944 г. насчитывалось 1608 немецких танков (из них 674 T-IV и 514 Т-V). К концу мая предполагалось довести их число до 1994. Кроме того, дивизии располагали небольшим количеством трофейных танков (французских, чешских и советских).

Серьезную проблему для немецкого командования составляло обеспечение соединений вооружением, боеприпасами и мототранспортом.

Исходя из предположения, что для успешных действий крупного морского десанта после его высадки противнику потребуются порты, немецкое командование первоочередной задачей ставило создание системы обороны крупнейших портов Франции, Бельгии и Голландии, особенно Антверпена, Дюнкерка, Булони, Гавра, Шербура, Сен-Мало, Бреста, Сен-Назера. Укрепление портов преследовало двоякую цель: обезопасить их от внезапного захвата и создать условия для базирования немецких подводных лодок. Была создана также система обороны устьев рек Сены и Шельды.

Оборона Атлантического побережья и наиболее важных его районов, особенно Па-де-Кале, состояла из системы опорных пунктов различной плотности и силы огня, как правило, не имевших между собой огневой связи. Оборону занимали части береговой обороны военно-морского флота и полевые войска. Артиллерийская оборона состояла из батарей береговой и полевой дальнобойной артиллерии, огневые позиции которых располагались в районе Шербура, Гавра, Булони, устья Шельды.

В начале 1944 г. особое внимание было обращено на инженерное укрепление побережья: в наиболее вероятных районах высадки морского десанта ставились заграждения; подступы к ним с моря минировались; строились долговременные инженерные сооружения. В районах возможной высадки воздушных десантов набивались высокие колья, чтобы затруднить приземление парашютистов и воспрепятствовать посадке транспортных самолетов и планеров. Однако до начала высадки морского десанта вся эта работа не была завершена, так как не хватило ни сил, ни ресурсов. Например, из 50 млн. мин, которые предполагалось установить на северном побережье Франции, к 20 мая было поставлено только 4 млн. План инженерных оборонительных работ на побережье был выполнен в полосе 15-й армии на 68%, а в полосе 7-й армии — лишь на 18%.

Еще хуже было с возможностями оборонительных действий военно-морского флота и авиации Германии. На 3-й воздушный флот возлагались следующие задачи: вести воздушную разведку, поддерживать действия немецких подводных лодок в Атлантическом океане и Северном море, производить налеты на районы скопления войск, кораблей и десантных средств на Британских островах и на пункты погрузки морского десанта. Однако все эти задачи из-за слабости немецкой авиации не могли быть выполнены.

3-й воздушный флот к началу июня 1944 г. имел 450—500 боевых самолетов. Обещанная Гитлером 1000 реактивных истребителей на Западе так и не появилась.

Командование группой военно-морских сил «Запад» предназначалось для руководства действиями кораблей, базировавшихся на порты Бискайского залива и Северной Франции. По данным официальной английской истории второй мировой войны, в начале июня

1944 г. в портах северо-западного побережья Франции находились 5 эсминцев, 6 миноносцев, 34 торпедных катера и около 500 малых патрульных кораблей и минных тральщиков. 49 подводных лодок, базировавшихся в Бресте и портах Бискайского залива, предназначались для отражения десанта противника, а еще 43 подводные лодки — для других целей. Но не все из перечисленных кораблей были в состоянии боевой готовности.

Группа должна была атаковать морской десант противника во время его перехода через проливы подводными лодками, сторожевыми и торпедными катерами и береговой артиллерией; нападать на районы высадки морского десанта малыми подводными лодками и другими легкими кораблями; минировать подступы к побережью Северной Франции. Подводному флоту было приказано нарушать морские коммуникации противника путем развертывания активных действий против конвоев в Атлантическом океане. Но возможности решения этих задач военно-морскими силами были очень ограниченны из-за малочисленности военно-мор-ских сил, слабости поддерживавшей их авиации и эффективности противолодочной борьбы английского и американского флотов.

Таким образом, немецкая оборона в Западной Европе была уязвима также с моря и воздуха.

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ В ИТАЛИИ

После выхода Италии из войны значительная часть ее территории была оккупирована немецкими войсками. Формально власть на этой территории принадлежала правительству Муссолини, но фактически она находилась в руках немецкого командования.

В первой половине 1944 г. англо-американские союзники продолжали военную кампанию в Италии и обсуждали планы дальнейших военных действий в бассейне Средиземного моря.

До вторжения в Нормандию американо-английское командование рассчитывало очистить от немецких войск Центральную Италию и выйти в долину реки По, чтобы в последующем, после занятия Северной Италии, развить наступление на Вену (Австрия).

К началу 1944 г. войска воюющих сторон противостояли друг другу на естественном рубеже, проходившем по рекам Сангро и Гарильяно. Немецкие войска в Италии состояли из двух армий (10-й и 14-й), объединенных в группу армий «Ц» под командованием генерал-фельдмаршала А. Кессельринга, — всего 21 дивизия. Германские военно-воздушные силы в Италии насчитывали около 400 самолетов. Немецкий военно-морской флот на Средиземном море имел незначительное количество малых кораблей и подводных лодок и, по существу, не играл никакой роли. К началу 1944 г. в

Италии действовала 15-я группа армий — всего 19 дивизий, в том числе 2 бронетанковые, 1 воздушно-десантная и 4 отдельные танковые бригады. Американские и английские военно-воздушные силы, предназначавшиеся для действий в Италии и прилегающих к ней районах, насчитывали около 4 тыс. самолетов. В составе союзного военно-морского флота на Средиземном море имелось свыше 3 тыс. кораблей различных типов.

Стратегическое положение немецких войск в Италии было весьма уязвимым. Из-за недостатка сил невозможно было прикрыть морское побережье, где во многих местах могли высадиться англо-американские десанты.

1944 год на средиземноморском театре начался с подготовки десантной операции у Анцио (южнее Рима) с целью обойти правый фланг немецких оборонительных позиций на рубеже Гарильяно, Кассино, открыть дорогу на Рим и занять столицу Италии (ближайшая цель). Решение на эту операцию было принято на совещании союзных командующих 26 декабря 1943 г. и подтверждено на аналогичном совещании союзников в Маракеше (Марокко) 7—8 января 1944 г.

Ряд частей и соединений, предназначенных к отправке в Англию для участия в операции «Оверлорд», был задержан. Американские военные руководители согласились также оставить для обеспечения высадки у Анцио 50 десантно-высадочных судов.

Высадке десанта у Анцио предшествовала предварительная авиационная подготовка, продолжавшаяся три недели (с 1 по 21 января 1944 г.). Союзная авиация бомбила мосты, шоссейные и железные дороги и аэродромы в Центральной Италии.

12 января в наступление перешли 9 дивизий 5-й американской армии с задачей прорвать фронт обороны противостоящего противника — 5 дивизий из состава 10-й немецкой армии — и обеспечить тем самым высадку десанта у Анцио.

Развить первоначальный успех войскам 5-й армии не удалось, т. к. к 20 января силы немцев возросли до 9 дивизий. Однако задача была выполнена. Основные резервы 10-й немецкой армии были использованы для того, чтобы остановить наступление 5-й американской армии.

В этой благоприятной обстановке в ночь на 22 января началась высадка 6-го американского корпуса численностью более 40 тыс. человек. Высадка войск на берег проходила «при почти незначительном сопротивлении». Это объясняется тем, что немецкие войска были скованы южнее, на рубеже рек Сангро и Га-рильяно, а переброска войск с севера была затруднена в результате нарушения итальянскими партизанами линий коммуникаций.

В момент высадки у Кессельринга под руками были всего два немецких моторизованных батальона.

Не встретив серьезного сопротивления, союзные войска в течение первого дня захватили плацдарм. Но развить успех не удалось.

Немецкое командование сосредоточило в конце января к району высадки десанта пять дивизий 15-й армии, в том числе две танковые и одну моторизованную. Союзное командование в это же время имело на плацдарме немногим более трех дивизий. Промедление с переходом в наступление высадившихся войск дало возможность новым германским дивизиям прибыть с севера. Поэтому запоздалая попытка войск 6-го корпуса перейти в наступление 29 января успеха не имела.

16 февраля после трехнедельной подготовки три немецкие дивизии нанесли контрудар у Анцио на участке 3 км. В ходе двухдневных тяжелых боев немецкие войска продвигались очень медленно и с большими потерями. Они подошли на расстояние 12 км к побережью. Дальнейшее наступление было приостановлено в то время, как командование союзников решилось на обратную погрузку на суда.

Флот и авиация союзников помогли войскам удержать этот плацдарм. Против наступавших немецких войск были брошены колоссальные воздушные силы.

В районе Кассино 5-я американская армия дважды предпринимала наступление на узком участке фронта (10 ферваля и 15 марта). Однако все попытки союзников прорваться через этот сектор в тот период потерпели неудачу. К 23 марта наступила стабилизация и бои приняли местный характер.

Только 11 мая войска 5-й и 8-й армий возобновили наступление и стали теснить противника к Риму.

18 мая войска 8-й армии выбили немцев из развалин Кассино. При проведении артиллерийской подготовки англичане истратили 10 тыс. снарядов на участке полка и до 100 тыс. снарядов в полосе корпуса.

23 мая в наступление перешли войска 6-го корпуса с плацдарма у Анцио. Наступление союзников развивалось удивительно медленно.

С 25 мая начался общий отход 10-й и 14-й немецких армий. 4 июня американские войска без боя вступили в Рим. Немцы постепенно, от рубежа к рубежу, отходили от англо-американских войск, не проводивших настойчивого преследования (3—4 км в сутки).

К лету 1944 г. периферийная стратегия союзников на средиземноморском театре приобрела новую особенность, которая и определяла основное содержание стратегии. Это была уже периферийная стратегия, направленная, в сущности, на то, чтобы «сдержать наступление советских войск в Восточной Европе** (М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 527).

6 июня 1944 г. союзные армии начали военные действия в Северо-Западной Франции. Второй фронт в Европе наконец был открыт.

5 июня начался переход конвоев десантных отрядов через Ла-Манш. Примерно в полночь, когда морской и воздушный десанты следовали к районам высадки, бомбардировочная авиация начала наносить удары по целям непосредственно на берегу. Прежде всего бомбардировке подверглись наиболее опасные для морского десанта батареи береговой артиллерии противника — сначала три батареи, находившиеся восточнее р. Орн и у основания п-ва Котантен, а затем (с 3 часов 15 минут до 5 часов) остальные семь батарей. 1056 самолетов, участвовавших в этой бомбардировке, сбросили свыше 5 тыс. т бомб.

Операция в Нормандии началась с высадки воздушных десантов. Районы высадки их союзное командование выбирало с таким расчетом, чтобы воздушно-десантные дивизии могли соединиться с морским десантом к исходу первого дня наступления. Поскольку воздушные десанты не имели своей средней и тяжелой артиллерии, их действия поддерживала корабельная артиллерия.

101-я американская воздушно-десантная дивизия начала высадку в 1 час 30 минут 6 июня в 5—7 км от побережья. Ее задача состояла в том, чтобы захватить и удерживать выходы с прибрежных дамб в глубине участка «Юта» и блокировать у Карантана подходы к п-ву Котантен с востока и юга. 82-я воздушно-десантная дивизия была выброшена к северо-западу от нее в тот же день, чтобы не допустить контратак противника от Монтебура и Сен-Совера. Обе дизизии высадились на площади свыше 216 кв. км, а некоторые их подразделения оказались на расстоянии 25—35 км от объектов, намеченных к захвату.

В 101-й дивизии из 6600 человек, сброшенных ночью, в районах высадки или близ них приземлились около 1100 человек. К исходу первого дня командир дивизии собрал до 2500 человек. Естественно, что им удалось использовать имевшиеся возможности и захватить все свои объекты до подхода противника.

82-я воздушно-десантная дивизия высадилась не-

далеко от района, который занимала 91-я немецкая дивизия, прибывшая сюда примерно за две недели до начала вторжения, и понесла большие потери.

6-я английская воздушно-десантная дивизия была высажена после 2 часов ночи. Значительная часть (около 60%) ее личного состава попала в район своих объектов и к утру 6 июня могла вести бой. Остальные силы дивизии приземлились на территории общей площадью более 150 кв. км далеко от своих объектов. Некоторые группы парашютистов (из 3-й бригады) были сброшены в районы расположения частей 21-й немецкой танковой дивизии.

Под прикрытием авиации и артиллерии военно-морского флота армада кораблей союзников прошла через Ла-Манш к берегу Нормандии. Все конвои в определенное расписанием время проходили через контрольно-пропускной пункт, намеченный в 13 милях юго-восточнее о-ва Уайт. Миновав его, каждый конвой направлялся по одному из десяти протраленных фарватеров к районам спуска десантных средств, намеченным примерно в 7—11 милях от берега.

Нет оснований считать, что немецкому командованию вообще не попадали в руки сведения о том, что в ближайшее время начнется вторжение английских и американских войск в Северо-Западную Францию.

Немецкая авиационная и военно-морская разведка еще до 24 мая установила сосредоточение амери-кано-английских войск, их состав, а также число десантных судов в портах Южной Англии. В результате ухудшения погоды и усиления активности авиации США и Англии немецкая авиация не вела после 30 мая систематической разведки. 4 июня штаб немецких ВВС на Западе сделал вывод, что «в настоящий момент непосредственное большое вторжение не ожидается».

В ночь на 6 июня немецкие торпедные катера не заняли позиций боевого охранения, т. к. командование военно-морской группы «Запад» в связи с неблагоприятной погодой 5 июня также не видело угрозы вторжения.

Штабы главнокомандования «Запад» и 15-й армии в 22 часа 15 минут (по Гринвичу) 5 июня перехватили передаваемые по английскому радио распоряжения силам Сопротивления. Поскольку подобные радиораспоряжения перехватывались и раньше и за ними не следовали серьезные действия противника, штаб группы армий «Б» не принял никаких мер предосторожности.

Первые сообщения о высадке американского воздушного десанта были получены немецкими штабами в Западной Европе вскоре после ее начала.

Высадка морского десанта и его боевые действия на берегу проходили без серьезного противодействия со стороны военно-морского флота и авиации немцев. В первый день вторжения адмирал Кранке бросил свои силы, базировавшиеся в портах Бискайского залива, Ла-Манша и Северного моря, против союзного флота. Несмотря на активные действия надводных кораблей и подводных лодок, они из-за малочисленности ничего существенного сделать не могли и лишь понесли большие потери. За десять дней (с 6 по 16 июня) было потоплено 2 эскадренных миноносца, 20 торпедных катеров, 82 минных тральщика, патрульных и других малых кораблей, повреждены эскадренный миноносец, 15 торпедных катеров, 29 минных тральщиков и других малых судов. В свою очередь и союзники потеряли 14 боевых кораблей, 36 десантных и 14 транспортных судов, что составляет мизерный процент от общего количества судов и кораблей, участвовавших в десантной операции.Немецкая авиация в первые дни также не смогла оказать серьезного воздействия на высадку и продвижение союзных войск в Нормандии.

В американском секторе немецкая береговая артиллерия открыла огонь только в 5 час. 35 мин. и вела его спорадически, не причинив серьезного ущерба американским войскам. На берегу немецкие войска оказали сопротивление лишь в районе высадки 1-й пехотной дивизии 5-го американского корпуса (участок «Омаха»), где случайно оказалась в полной боевой готовности 352-я пехотная дивизия, в полосе которой проводилось учение по организации обороны морского побережья.

К исходу первого дня операции частями морского и воздушного десантов союзников были захвачены три отдельных плацдарма глубиной от 1,5 до 10 км. На берег были высажены пять пехотных, три воздушно-десантные дивизии и несколько отдельных танковых частей и специальных отрядов. К 12 июня плацдармы были объединены в один общий протяжением 80 км по фронту и 10—17 км в глубину. На побережье бухты Сены к этому времени было высажено 16 американских и английских дивизий, в том числе танковые части, эквивалентные трем бронетанковым дивизиям, — всего 326547 человек, 54186 боевых и транспортных машин и 104428 т грузов для обеспечения войск. Здесь уже в первые дни операции были сооружены два искусственных порта, а по дну Ла-Манша из Англии проложен бензопровод. Но вскоре этот трубопровод был разорван якорем одного из кораблей. Следующие два трубопровода вступили в эксплуатацию лишь в конце сентября.

При поддержке авиации и корабельной артиллерии войска союзников продолжали продвижение в глубь побережья одновременно на всем фронте, без создания крупных ударных группировок. Как и немецкие, они вводились в бой по мере высадки. Генерал Монтгомери, встретившийся утром 7 июня с командующими обеих армий генералами Брэдли и Демпси, не поставил им новых задач, а потребовал энергичных действий для возможно быстрого выполнения задачи первого дня операции, определенной перед вторжением.

К исходу 10 июня союзные войска создали один общий плацдарм свыше 70 км по фронту и 8—15 км в глубину. К этому времени сухопутные силы обеих сторон в Нормандии до некоторой степени уравнялись. Союзники имели на плацдарме 9 пехотных, 3 воздушно-десантные, одну полностью и части второй бронетанковых дивизий, немцы — свыше 10 дивизий (из них 3 танковые) и 3 дивизии подходили к фронту.

Первые дни борьбы за плацдарм показали, что высадка воздушного и морского десантов союзников оказалась внезапной для немецких войск, благодаря чему уже в первый день и сравнительно легко удалось создать несколько тактических плацдармов в Нормандии. Немецкое военное руководство не смогло определить, что противник наносит главный удар в Нормандии, из-за чего находившиеся к северу от р. Сены крупные силы 15-й армии не были использованы в первые дни операции для ликвидации тактических плацдармов противника. Вторжение союзных армий на широком фронте вынуждало немецкое командование распылять те силы, которые ему удалось подтянуть в Нормандию. При этом авиация союзников и мощный огонь корабельной артиллерии сыграли решающую роль в боях за оперативный плацдарм.

Допустив ошибки в определении направления главного удара, немецкое командование сумело, однако, правильно оценить слабую сторону вторгшихся в Нормандию союзных армий — зависимость их действий от захвата крупных портов на французском побережье — и организовало жесткую оборону в районе Кана и на дальних подступах к Шербуру. Бои за плацдарм с самого начала приняли затяжной характер.

Борьба союзных армий за создание стратегического плацдарма длилась примерно до 20 июня 1944 г. С самого начала борьбы за плацдарм в Нормандии образовалось два центра, к которым было приковано внимание обеих сторон, — Котантенский полуостров с портом Шербур и город Кан. Но поскольку ни одна из сторон не могла достигнуть в короткий срок решительного превосходства над противником на суше, борьба за плацдарм приняла характер изматывания сил.

Медленно продвигаясь, 1-я американская армия к

21 июня, оттеснив 709, 77-ю и 243-ю немецкие пехотные дивизии, подошла к оборонительным позициям Шербура. В течение восьми дней она при поддержке артиллерии, военно-морского флота и авиации штурмовала город и 29 июня захватила его. Очистка полуострова Котантен от противника полностью была завершена 1 июля.

Противник успел разрушить сооружения порта, преградить затопленными судами доступы к фарватерам и докам. Американцы сразу же приступили к очистке порта и полностью завершили ее к 21 сентября. Осенью 1944 г. Шербур как порт снабжения американских войск стал занимать второе место после Марселя.

2-я английская армия силами двух корпусов предприняла наступление западнее г. Кан. Немецкое командование, зная о подготовке наступления и учитывая опыт боев за Кан, расположило главные силы своих войск на заранее подготовленном рубеже в 10—12 км от переднего края обороны. Туда же были подтянуты три танковые дивизии, готовившиеся к контрудару. Дивизии 8-го английского корпуса в течение 18 и 19 июля захватили эти позиции и на третий день подошли к главному рубежу обороны. 2-й канадский корпус занял южную часть г. Кан. За три дня боев участвовавшие в них войска потеряли 3600 солдат и офицеров и 469 танков.

Так закончилась длительная борьба английских войск за г.Кан. 2-я армия в результате 44-дневного наступления продвинулась немного дальше того рубежа, который был ей определен планом на конец первого дня вторжения.

К концу июня 1944 г. плацдарм был расширен до 100 км по фронту и 20—40 км в глубину. На нем было 13 американских, 11 английских и 1 канадская дивизии. Общее количество экспедиционных сил на плацдарме достигало 1 млн. человек. Немецкое командование по-прежнему считало, что основное вторжение последует через Па-де-Кале, и не снимало оттуда своих сил. В Нормандии находилось всего 13 немецких дивизий. Несмотря на значительный перевес в силах, американо-английские войска очень медленно расширяли плацдарм. К концу июля он имел около 100 км по фронту и 30—50 км в глубину.

Открытие второго фронта на континенте Европы заставило немецкое руководство поторопиться с введением новых видов вооружения, названных ими «оружием возмездия», — самолетов-снарядов ФАУ-1 и реактивных снарядов ФАУ-2.

«ОРУЖИЕ ВОЗМЕЗДИЯ»

Немецкое верховное командование в 1944 г. готовилось к применению против Англии самолетов-сна-рядов ФАУ-1 и ракет ФАУ-2 — единственного средства, массированное использование которого могло несколько затруднять стратегическое сосредоточение и развертывание американских и английских войск.

13 июня 1944 года, ровно через неделю после того, как войска союзников высадились во Франции, немцы впервые применили против Англии самолеты-снаряды. Новое секретное оружие было обозначено буквой «Фау» от немецкого слова «фергельтунгзваффе», что значит «оружие возмездия».

«Фау-1» и «Фау-2» предназначались для выполнения тех же оперативных задач, с которыми не смогла справиться военная авиация.

Ракетный полигон в Пенемюнде, на котором проводились испытания этого оружия, привлек к себе внимание британской разведки. Перехватив переговоры двух радиолокационных рот, наблюдавших за опытными запусками в Пенемюнде, англичане установили, что скорость самолета-снаряда составляет около 600 километров в час.

В ночь на 18 августа 600 английских бомбардировщиков совершили налет на Пенемюнде. Тем же летом англичане нанесли другой, более ощутимый удар по германской ракетной программе. Они подвергли бомбардировке заводы фирмы «Цеппелин» в Фридрихс-хафене, где с начала 1943 года было развернуто производство баллистических ракет «Фау-2». 24 декабря

1943 года 1300 английских и американских самолетов забросали фугасными бомбами пусковые платформы, построенные немцами вдоль Ла-Манша.

В результате всех этих ударов гитлеровцам пришлось вновь и вновь откладывать сроки применения нового оружия и в конце концов пустить его в ход поспешно, так и не устранив многие неполадки.

В общей сложности германское командование выпустило по Англии 11300 самолетов-снарядов. Примерно 20 процентов из них взорвались при старте, 25 процентов были сбиты истребителями, столько же — зенитной артиллерией и только 30 процентов долетели до английской земли (причем из этих 3200 самолетов-снарядов 2400 попали в район Большого Лондона). Значительная часть «Фау-1» взорвалась в густонаселенных кварталах. Этим оружием было убито 5500 и ранено 16000 лондонцев.

7 сентября 1944 года немцы пустили в ход баллистические ракеты «Фау-2». До конца войны было запущено 10800 таких ракет, причем примерно половина из них взорвалась при старте или упала в море. Жертвами «Фау-2» стало 13000 мирных жителей.

Однако никакого чуда «оружие возмездия» не совершило. Ни «Фау-1», ни «Фау-2» не имели систем наведения. Они не были оружием поля боя, не годились для применения против войск противника. Лишь восьмимиллионный город на Темзе мог служить для них достаточно крупной мишенью.

Гитлер не решился использовать «Фау-1» и «Фау-2» для обстрела английских портов, служивших базами вторжения во Францию. Он требовал сосредоточить удары только по Лондону, целиком делая ставку не на военный, а на психологический эффект «оружия возмездия».

В конце 1944 года, когда стало ясно, что «оружие возмездия» не в состоянии поставить Англию на колени, было предложено нанести неожиданный удар по главным городам Соединенных Штатов. Идея состояла в том, чтобы обстрелять Вашингтон и Нью-Йорк межконтинентальными двухступенчатыми ракетами А-9/А-10. Японцы же одновременно запустили бы со всплывших подводных лодок несколько «Фау-1» по Сан-Франциско и Лос-Анджелесу.

Баллистическая ракета А-9/А-10, над которой в Пенемюнде шли лихорадочные работы, должна была за 35 минут пролететь 5 тысяч километров над Атлантикой и, израсходовав 70 тонн горючего, доставить к цели всего-навсего одну тонну взрывчатки (то есть такой же боезаряд, что и у «Фау-1»). Ставка делалась на психологический эффект. С этой целью была подготовлена операция «Эльстер», но она потерпела провал, и новое оружие против США не было применено.

ЗАГОВОР 20 ИЮЛЯ 1944 ГОДА

После того, как Советская Армия изгнала германские войска с территории СССР и война перенеслась в Германию, а союзники высадились во Франции и также начали продвижение к германским границам, стало ясно, что продолжение войны для Германии бессмысленно. Но, несмотря на бесцельность сопротивления, нацистская верхушка заставляла громадное большинство своего народа слепо следовать за ней, сражаться и приносить бесчисленные жертвы за безнадежное дело. И до тех пор, пока Германия еще сражалась, гитлеровская машина власти функционировала, существовала тотальная диктатура. У Гитлера и его единомышленников была только одна цель — продлить существование нацистского строя любой кровью.

Все эти события сыграли роль катализатора оппозиционных настроений среди военных. Наиболее прозорливые из них в эти дни поняли, что война проиграна, что начался необратимый процесс, который мог завершиться лишь полным крахом рейха.

Безнадежность дальнейшего сопротивления уже оценили и поняли даже некоторые из тех, кто в свое время привел к власти Гитлера, верил и поддерживал его в предвоенные годы и годы войны. Но теперь к ним пришло разочарование. Уже в 1944 году возникло сильное недовольство Гитлером, которое привело к тому, что в истории называют «Заговором 20 июля 1944 года».

Еще в 1943 году в штабе командования сухопутных сил на Бендлерштрассе существовал план на случай чрезвычайных обстоятельств под кодовым названием «Валькирия». План предусматривал меры, которые должны быть приняты в случае внутренних беспорядков или крупномасштабного саботажа со стороны миллионов иностранцев, которые находились тогда в Германии.

Главная роль, согласно этому плану, отводилась армии резерва, а также частям, расквартированным в столице и вокруг нее — гвардейскому батальону в Берлине и офицерским училищам в его окрестностях. По иронии судьбы, план «Валькирия» был утвержден самим Гитлером.

Поскольку с планом были знакомы многие участники заговора, то ими позднее было разработано секретное приложение к этому плану. Согласно этому приложению, план можно было использовать также для свержения нацистского режима. Приложение предусматривало убийство Гитлера и немедленную организацию нового военного правительства в Берлине, которое должно было с помощью войск вермахта нейтрализовать самые опасные органы нацистского режима: СС, гестапо и СД.

В заговоре 20 июля 1944 года принимали участие абсолютно разные группы людей, с разными программами и убеждениями. Это были реакционеры, которыми руководил бывший бургомистр Лейпцига Герделер и так называемые патриоты, которых возглавил тридцатисемилетний полковник Штауфенберг. В июне 1944 года он был назначен членом штаба Армии резерва. По своей должности Штауфенберг должен был регулярно являться с докладом лично к Гитлеру.

Кандидатура Штауфенберга наиболее подходила для осуществления заговора, который предусматривал ликвидацию Гитлера. Он мог сделать это в одну из своих деловых встреч с фюрером. Готовилось несколько вариантов. Две первые попытки — 11 и 15 июля — были отложены в последнюю минуту. К этому времени гестапо производило налеты все более часто, становились регулярными аресты среди военных.

20 июля 1944 года. В этот день в ставке ожидали Муссолини. Перед этой встречей фюрер приказал созвать совещание, чтобы обсудить положение на фронтах. На совещание был снова вызван для доклада полковник Штауфенберг, который должен был дать отчет о резервах.

Побудительные мотивы Штауфенберга четко обрисованы Гизевиусом: «Штауфенберг не желал, чтобы Гитлер увлек с собой в могилу всю армию. Будучи военным человеком до кончиков ногтей, он считал, что спасти армию означало спасти родину...»

Доклад Штауфенберга был назначен на 12.30.

Тревога и дурные предчувствия заставили Гитлера в последнюю минуту дать распоряжение об изменении места проведения совещания: не в бункере, как это было обычно, а в бараке. Когда Штауфенберг, который должен был по плану подложить бомбу в бункер, приехал в Растенбург, он узнал от генерала-фельдмар-шала Вильгельма Кейтеля об изменениях, внесенных фюрером в распорядок дня и изменении места проведения совещания. Но полковник решил не отступать. Однако у него и его помощников оказалось очень мало времени на приготовления. Помогать Штауфенбергу должны были его адъютант фон Хафтен, с которым он приезжал в ставку, а также генералы Штиф и Фель-гибель. Генералы должны были немедленно передать в берлинский центр сообщение о гибели Гитлера, а затем вывести из строя систему связи ставки и изолировать ее от внешнего мира. Должность начальника связи ставки занимал Фельгибель.

Полковник Штауфенберг выходил для доклада из кабинета Кейтеля. Но ему требовалось время, чтобы привести в действие механизм действия бомбы. Поэтому он под предлогом того, что забыл у Кейтеля свою фуражку, вернулся в штабное помещение и установил механизм бомбы. После этого Штауфенберг прошел в зал и поставил портфель под стол. Напротив сидел

Гитлер. Под предлогом звонка из Берлина, Штауфенберг вышел из барака. Портфель оставался под столом.

В 12 часов 42 минуты в бараке, где находились 24 человека и сам Гитлер, раздался взрыв. Стенограф Гитлера был убит на месте, Брандт — начальник штаба военно-воздушных сил, начальник отдела кадров ОКВ Шмундт умерли от ран. Представитель Геринга в ставке Гитлера Боденшатц и адъютант Гитлера Борман были тяжело ранены. Сам Гитлер отделался легкими ожогами, была парализована его правая рука, и на время он потерял слух.

Окрыленный провалом заговора, Гитлер развил лихорадочную деятельность. Люди, которые подозревались в участии и приготовлении заговора, подверглись арестам и допросам.

В час ночи 21 июля Гитлер выступил по радио. Он сказал, что маленькая клика офицеров, не имеющих ничего общего с германскими вооруженными силами, а тем более с германским народом, создала заговор с целью устранить его и одновременно свергнуть Верховное командование вооруженных сил. Теперь эта крошечная кучка преступных элементов будет безжалостно истреблена.

Штауфенберг и другие участники заговора после военно-полевого суда были расстреляны. Трупы сначала похоронили на кладбище. Но на следующий день по приказу Гитлера их эксгумировали, сорвали с них форму, ордена и сожгли. После неудавшегося переворота были арестованы жена, дети, мать Штауфенберга, а также его теща, братья, дядья и их жены. Все они были расстреляны.

В заговоре участвовали высшие офицеры, начиная с главнокомандующего Западным фронтом фельдмаршала Ганса фон Клюге и военного губернатора Франции генерала Генриха фон Штюльпнагеля. Фельдмаршал Роммель неоднократно подвергался агитации заговорщиков и сочувствовал их целям. После высадки союзников в Нормандии он отправил Гитлеру ультиматум с требованием немедленно прекратить войну на Западе. Через два дня его автомобиль обстреляли самолеты союзников, и он получил тяжелое ранение. Пока он выздоравливал дома в Германии, стали известны его контакты с заговорщиками. 14 октября он получил ультиматум: покончить с собой или быть арестованным и судимым вместе с семьей. Роммель выбрал первое — он принял яд.

Казнили заговорщиков в тюрьме Плетцензее, которая находилась недалеко от Лертерштрассе. Согласно официальным источникам, сразу после мятежа было арестовано около 7000 тысяч человек. В 1944 году было казнено 5764 человека, а в оставшиеся пять месяцев нацистского правления в 1945 году — еще 5684. Из этого огромного количества жертв только около 160—200 человек непосредственно были замешаны в заговоре. Из них: 21 генерал, 33 полковника и подполковника, 2 посла, 7 дипломатов высших рангов, один министр, 3 государственных секретаря, начальник уголовной полиции и ряд высших чиновников, губернаторов провинций и крупных полицейских чинов.

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ В СЕВЕРНОЙ ФРАНЦИИ

Наступление союзных армий на плацдарме к 20 июля прекратилось. 1-й американской армии удалось улучшить свои исходные позиции для последующего наступления, заняв выгодный рубеж севернее дороги Лессей—Перье—Сен-Ло. 2-я английская армия также значительно улучшила свое положение, заняв г. Кан и продвинувшись несколько южнее его. К тому же времени на плацдарме были высажены новые контингенты войск: 3-я американская армия (за правым флангом

1-й американской армии), канадские и английские дивизии, а также были подготовлены полевые аэродромы, куда перебазировалась часть тактической авиации. Были накоплены запасы боеприпасов, снаряжения и продовольствия. Снабжение войск велось в основном через искусственные и небольшие порты в Сенекой бухте, а также через порт Шербур.

Сражавшиеся в Нормандии немецкие 7-я армия и танковая группа «Запад» спешно улучшали свои оборонительные позиции и производили перегруппировку. Фронт 7-й армии был несколько уменьшен после передачи танковой группе «Запад» участка между реками Орн и Дром. Южнее г. Кан находилась наиболее сильная группировка немецких войск. Немецкому командованию удалось сосредоточить здесь три танковые дивизии, выведя их в резерв. Оборона была неглубокой и слабо развитой в инженерном отношении, хотя условия местности («живые» изгороди, заболоченные участки, реки и т. д.) до некоторой степени компенсировали недостаток войск и инженерных сооружений.

В командовании немецкими войсками произошло еще одно изменение. 17 июля во время поездки в войска был обстрелян вражеским самолетом и ранен Роммель. Командование группой армий «Б» принял на себя фон Клюге, оставаясь одновременно командующим всеми немецкими войсками на Западе.

Экспедиционные силы Соединенных Штатов и Англии — 21-я группа армий — превосходили противника в 2,5 раза в людях, в 2,7 раза по танкам и по-прежнему в 22 раза по авиации.

Атаковать планировалось 24 июля, но из-за плохой погоды атака была отложена.

На следующий день, когда погода улучшилась, американское командование приказало начать наступление.

Авиационная подготовка началась в 9 часов 38 минут. Было сброшено около 3650 т бомб. Точностью бомбометания экипажи самолетов, особенно тяжелых, не отличались, поэтому планируемой плотности бомбометания — 250 т бомб на квадратный километр — достигнуть не удалось. Часть бомб вновь была сброшена на свои войска; на этот раз был убит командующий

1-й американской группой армий генерал-лейтенант Лесли Дж. Макнейр, находившийся на наблюдательном пункте в одном из батальонов первого эшелона. Особенно большие потери понесли передовые части 9-й и 30-й пехотных дивизий, где своей авиацией было убито и ранено несколько сот американских солдат.

К 31 июля союзные войска продвинулись на юг на 60 км. 1 августа 1944 г. из экспедиционных сил союзников были созданы две группы армий: 12-я, в которую вошли 1-я и 3-я американские армии, и 21-я в составе 2-й английской и 1-й канадской армий. Командующим 21-й группой армий оставался генерал Б. Монтгомери, который осуществлял также общее руководство всеми экспедиционными сухопутными войсками. Командующим 12-й группой армий был назначен генерал О. Брэдли.

Эффект мощного удара авиации не удалось полностью использовать. Немцы оказали упорное сопротивление перешедшим в наступление дивизиям первого эшелона 7-го американского корпуса, особенно в районе Мариньи, т. е. на глубине 2—3 км. За первый день наступления пехртные дивизии оттеснили Учебную танковую дивизию к Мариньи, проникли в оборону противника на 2, 5—3 км, но не прорвали ее. У союзного командования сложилось даже мнение, что операция провалилась.

3-я американская армия тремя корпусами начала продвигаться на юг и восток. К 6 августа 8-й корпус при поддержке отрядов французских сил Сопротивления, которые к тому времени насчитывали около 20 тыс. человек, почти полностью заняли п-ов Бретань. Основные силы 3-й армии наступали на юго-восток и 6 августа заняли г. Лаваль, создав угрозу левому флангу немецких войск в Нормандии. В этой обстановке немецкое командование стянуло в район Мортен значительные силы и нанесло контрудар с целью выхода к морю у Авранша и лишения 3-й американской армии единственной коммуникации. Контрудар оказался безуспешным.

В ночь на 7 августа, когда штабы всех четырех союзных армий в Нормандии занимались разработкой планов наступления к Сене, три немецкие танковые дивизии, составлявшие первый эшелон (около 190 танков) 47-го корпуса, без артиллерийской подготовки нанесли контрудар, который пришелся в основном по 30-й пехотной дивизии 7-го американского корпуса, производившего перегруппировку сил. В первый день они окружили Мортен, отбросив американцев на 5—10 км, а в некоторых местах — на 15 км.

Американское командование приняло меры к отражению контрудара только после его начала.

Поздно вечером 7 августа, когда немецкие войска перешли в наступление, 1-я канадская армия своим

2-м корпусом (три пехотные, две бронетанковые дивизии и две бронетанковые бригады) нанесла удар в общем направлении на Фалез.

За пять дней канадские войска продвинулись на 10—15 км, но не прорвали полностью тактическую оборону немцев и своих задач не выполнили.

В середине августа 1944 г. возможность окружение и полного уничтожения главных сил немецких 5-й танковой и 7-й армий союзниками была вполне очевидной, но этого не случилось.

К исходу 12 августа 15-й американский корпус подошел к Мортре, а на следующий день его передовые подразделения вступили в Аржантан, но были выбиты оттуда и заняли высоты около города. До Фале-за оставалось 40 км. Все дивизии корпуса растянулись в одну линию на фронте протяжением около 70 км.

Неудачное наступление 2-го канадского корпуса на Фалез и преднамеренная остановка 15-го американского корпуса у Аржантана создали благоприятные условия для организации выхода немецких войск из «фа-лезского мешка».

14 августа было предпринято новое наступление

2-го канадского корпуса на Фалез.

15 августа началось вторжение американских и французских войск в Южную Францию. В Северо-Западной Франции основные силы немецких войск все еще находились в «мешке», и опасность того, что они могли попасть в окружение, не исчезла. Получив приказ фон Клюге, 7-я армия 16 августа стала выходить из «фалезского мешка». Вследствие слабости сил, наступавших на Фалез с юга и севера, и нерешительности американо-английского командования немцам удалось вывести основные силы. При этом немецкие войска понесли значительные потери.

Преследуя поспешно отходившие немецкие части, американо-английские войска к 25 августа вышли на рубеж рек Сены и Луары.

НАЦИОНАЛЬНОЕ ВОССТАНИЕ. ОСВОБОЖДЕНИЕ ПАРИЖА

Во время сражения союзных армий на плацдарме в Нормандии большую помощь им оказывали силы движения Сопротивления. Борьба французского народа летом 1944 г. приняла самый широкий размах. Она переросла в национальное восстание и приобрела самостоятельное значение для освобождения Франции.

В начале 1944 г. боевые отряды всех организаций Сопротивления были сведены в единую централизованную армию — Французские внутренние силы (ФФИ), насчитывавшие в своих рядах до 500 тыс. человек.

Руководство этими силами осуществляла Комиссия военных действий Национального совета Сопротивления, состоявшая из трех человек. Председателем комиссии был Пьер Вийон.Начальником Национального штаба внутренних сил стал генерал Жуанвиль.

Отряды движения Сопротивления освободили многие города, в том числе такие, как Лион и Тулуза, очистили от немецких войск значительную часть территории к югу от Луары и к западу от Роны. К середине августа 1944 г. оккупанты были изгнаны из 18 департаментов этого района, а также со всей территории от Западных Альп до итальянской и швейцарской границ.

Кульминационным пунктом борьбы явилось восстание в Париже, начавшееся 19 августа. Немецкий гарнизон Парижа насчитывал около 20 тыс. солдат и офицеров и делился на войска, оборонявшиеся на внешнем обводе (около 15 тыс. человек), и войска, оборонявшиеся й самом городе (около 5 тыс. человек и 60 самолетов).

15 июня в связи с национальным праздником — Днем взятия Бастилии — Национальный фрбнт опубликовал обращение, в котором в качестве ближайшей задачи поставил организацию всеобщей забастовки и всемерное усиление вооруженной борьбы. Национальный фронт призывал патриотов вступать в ряды франтиреров и партизан, саботировать распоряжения оккупантов, нападать на их транспорт, разрушать средства связи, захватывать склады с оружием и продовольствием. «Час освобождения пробил! Судьба родины находится в руках 40 млн. французов!» — такими словами заканчивалось обращение.

И в тот же день 45 тыс. парижан вышли на улицы города. Это была необычная демонстрация. Впервые колонны демонстрантов шли под охраной внутренних вооруженных сил. 16 июля забастовали железнодорожники Парижа. Их поддерживали рабочие в других районах Франции.

Основными силами, которые могли составить ядро восставшего населения Парижа, были вооруженные силы движения Сопротивления Парижского района (к

15 августа они насчитывали свыше 35500 человек), к которым примыкала забастовавшая полиция, насчитывавшая около 50 тыс. человек. По численности они значительно превосходили немецкии гарнизон, но уступали ему по вооружению.

18 августа Всеобщая конфедерация труда, а также Парижский комитет освобождения призвали всех рабочих поднять восстание.

19 августа началось восстание. Восставшие занимали мэрии, общественные здания. В руках патриотов оказались здания полицейской префектуры и городской ратуши. Молодежные отряды атаковывали немецкие войска, захватывали оружие. К концу дня восставшие полностью контролировали 43 из 80 кварталов Парижа. На следующий день восстание охватило весь Париж и его пригороды.

Под влиянием восстания, настойчивых требований де Голля, которого поддерживали англичане, Эйзенхауэр вынужден был 22 августа обсудить создавшееся положение с Брэдли и пересмотреть план захвата Парижа. Сразу же после совещания Брэдли отдал приказ снять с фронта и направить в Париж 2-ю французскую бронетанковую, а вслед за ней и 4-ю американскую дивизии.

На следующий день обе дивизии подошли к Парижу и атаковали немецкие войска на внешнем обводе.

23 и 24 августа основные силы немецких войск в городе были разгромлены, а остатки их блокированы в здании сената. Военной школе, отеле «Мажестик», на Елисейских полях, в казармах принца Евгения и на площади Республики. 25 августа утром начался штурм этих пунктов, завершившийся полной победой восставших. В нем участвовали и танки небольшого отряда из дивизии генерала Леклерка.

Вечером немцы сдались. Капитуляцию их вместе с генералом Леклерком принимал начальник штаба боевых организаций Парижского района полковник А. Роль-Танго. Этот факт свидетельствовал о решающей роли восстания и повстанцев в освобождении Парижа.

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА ЮГЕ СТРАНЫ. ИЗГНАНИЕ ОККУПАНТОВ ИЗ ФРАНЦИИ

Операции по вторжению на юге Франции носили название «Энвил». Зная о вероятности вторжения союзных войск на юге Франции, командование вермахта держало 19-ю армию на Средиземноморском побережье. В период с июня по 15 августа 1944 г. оно было вынуждено перебросить из Южной Франции в Нормандию ряд наиболее боеспособных дивизий, а вместо них направить менее боеспособные, а также дивизии, разбитые в Нормандии.

К началу вторжения американо-французских войск южное побережье Франции общим протяжением около 500 км обороняли 8 немецких дивизий, а том числе

257

1 танковая, 2 резервные и 5 пехотных. Боеспособность пехотных и резервных дивизий, укомплектованных личным составом на 50-80%, да к тому же в основном не немцами, была невысокой. Так, наиболее сильная 11-я танковая дивизия насчитывала 26 легких и 89 средних танков и 8 самоходных орудий. Переброшенная в начале августа с побережья Бискайского залива в Нар-бон, а затем в Авиньон, эта дивизия составляла

9 Зак. 1543 резерв командующего 19-й армией. Значительная часть имевшихся на юге Франции сил отвлекалась на борьбу с партизанами.

Оборона побережья, слабо подготовленная в инженерном отношении, на наиболее ответственных участках была развита в глубину не более чем на 2—3 км. Основные узлы обороны находились в Марселе и Тулоне. Остальное побережье прикрывалось очень небольшими силами.

Немецкая авиация в Южной Франции не представляла сколько-нибудь серьезной силы: к началу вторжения она насчитывала не более 200 самолетов и могла вести только разведку, да и то ограниченную.

Военно-морской флот Германии в западной части Средиземного моря был также весьма слабым. Он имел в своем составе 6 итальянских миноносцев, 10 торпедных катеров, 5 минных заградителей и 10 подводных лодок.

В середине августа, когда союзные армии сокрушали немецкие войска в «фалезском мешке» и подходили к Сене и Парижу, в десантной операции на юге Франции уже не было такой стратегической необходимости, как в июне—июле. Немецкие войска не могли долго задерживаться во Франции; они вынуждены были отступать не только на севере, но и на юге, чтобы сохранить силы для прикрытия западной границы Германии. Вооруженные силы движения Сопротивления во Франции, насчитывавшие к тому времени около 500 тыс. бойцов, перешли в наступление и освободили провинции южнее Луары и западнее Роны; район между г. Экс и р. Роной и Западные Альпы к востоку от Гренобля находились под контролем французских партизан. Сложились условия, благоприятные для полного освобождения южной части страны силами французского народа. Но США твердо проводили в жизнь намеченный план.

В 4 часа 30 минут 15 августа, в «день Наполеона», началась высадка воздушнодесантной боевой группы. В течение получаса были сброшены парашютисты, а с рассветом начали приземляться планеры и транспортные самолеты. За день вся воздушно-десантная группа, насчитывавшая 5100 человек, высадилась. Противник не оказал ей никакого сопротивления в воздухе. Несмотря на столь благоприятные условия, из-за недостаточной подготовки летчиков было потеряно 148 планеров из 407, а из 287 т груза, сброшенного на парашютах в течение первых двух дней, десантным частям попало лишь 40%. Тем не менее воздушно-десантная боевая группа выполнила свою задачу.

Утром того же дня под прикрытием авиации и военно-морского флота началась высадка морского десанта. В первый день вторжения авиация произвела около 4249 самолета-вылетов. Основные ее усилия направлялись на то, чтобы ожесточенной бомбардировкой узлов дорог, мостов и переправ через реки Дюрале и Аржан не допустить подхода немецких войск к району высадки десанта.

Для проведения операции на юге Франции было выделено 10 американских и французских дивизий и воздушно-десантная группа, сведенные в две армии — 7-ю американскую и французскую армию «Б», а также до 1000 танков и около 4700 боевых и транспортных самолетов. Продвигаясь в глубь побережья, они к 19 августа заняли плацдарм 90 км по фронту и до 50-60 км в глубину.

Основные усилия войск на приморском фланге направлялись на захват портов Тулой и Марсель. На остальном участке фронта намечались пассивные действия, имевшие целью подготовить условия для дальнейшего наступления на север.

Согласно приказу, 2-й французский корпус начал наступление на Иер, Тулон, Марсель. При этом, наступая, корпус разделился на пять групп. Три группы, каждая из которых состояла из усиленной пехотной дивизии, получили задачу наступать одновременно на все три города, чтобы блокировать их с суши и при поддержке авиации и флота захватить. Четвертая группа (части

1-й французской бронетанковой дивизии и алжирские стрелки) прикрывала наступление на Тулон и Марсель с севера. Пятая группа являлась резервом командира корпуса.

Вскоре после наступления французские войска заняли Иер. К 28 августа при помощи вооруженных сил Сопротивления и восставшего населения они овладели Тулоном.

В Марселе вспыхнуло восстание. В нем принимали участие десятки тысяч марсельцев и бойцов движения Сопротивления. Восставшие почти полностью очистили город и порт до подхода французских войск. 28 августа Марсель был занят.

Пока французский корпус занимал порты Марсель и Тулон, части 6-го американского корпуса наступали на север и северо-запад. Специально созданный разведывательный отряд продвигался в направлении на Гренобль, встречая незначительное сопротивление разрозненных групп 157-й немецкой резервной дивизии. За ним шла 36-я американская пехотная дивизия. 22 августа ее передовые части заняли Гренобль.

Отряды Сопротивления и разведка сообщили американскому командованию, что дороги, ведущие к Лиону с востока и юго-востока, не заняты противником. Однако американцы не воспользовались возможностью совместно с силами Сопротивления захватить Лион и перерезать пути отхода 19-й армии на север.

21 августа основные части 36-й пехотной дивизии были повернуты на Монтелимар, куда они подошли 25 августа и остановились. Тем временем все войска 19-й армии находились в долине Роны в движении на север.

2 сентября союзные войска вступили в Лион, освобожденный в основном силами Сопротивления.

К 11 сентября американо-французские войска вышли в район Дижона, к западу от которого соединились с частями 3-й американской армии, подошедшими туда с северо-запада, из района Труа. Немецкие войска успели отойти из Юго-Западной Франции на северо-восток, хотя и понесли значительные потери от сил Сопротивления.

С выходом американо-английских войск на рубеж Сены перед командованием союзных экспедиционных сил встал вопрос о путях дальнейшего наступления на Германию. Обнаружились две точки зрения. Генерал Монтгомери, который продолжал руководить действиями всех сухопутных экспедиционных войск, и другие английские командующие настаивали на том, чтобы нанести удар всеми англо-канадскими и основными американскими силами на северном направлении с целью обхода линии Зигфрида с севера и дальнейшего продвижения в глубь Германии. Командующий 12-й американской группой армий генерал Брэдли и другие американские генералы полагали целесообразным сосредоточить главные усилия в центре фронта с целью прорыва с ходу линии Зигфрида и продвижения в Германию с запада.

Генерал Эйзенхауэр считал оба плана неприемлемыми. Согласно его замыслу, который был принят к исполнению, наступление должно было осуществляться как на севере, так и в центре, т. е. одновременно на широком фронте. Этот замысел получил наименование «стратегия широкого фронта». 1 сентября 1944 г. генерал Эйзенхауэр принял на себя непосредственное руководство действиями всех сухопутных войск.

Немецкое командование, учитывая неблагоприятно складывавшуюся для него обстановку на Востоке и Западе, было вынуждено отказаться от обороны даже такого выгодного рубежа, как река Сена. 26 августа немецкие войска начали отход с территории Северо-Восточной Франции на линию Зигфрида. Продвигаясь за ними, аме-рикано-английские армии к середине сентября 1944 г. вышли на рубеж по линии Бельфор, Нанси, Мец, Люксембург, Льеж, Антверпен, Гент. Попытки американских войск прорвать линию Зигфрида с ходу успеха не имели. Лишь в районе Прюм и у Ахена им удалось незначительно вклиниться в полосу немецких укреплений.

31 августа 1944 г. был взят Дьепп, 11 сентября — Гавр и 19 сентября — Брест.

Главным результатом операций союзных армий на Западе с начала вторжения по 12 сентября было изгнание немецких войск из Франции и большей части Бельгии. Союзные экспедиционные силы во Франции вели борьбу против 65 дивизий, т. е. против 1/5 общего количества немецких дивизий. Их действия не были настолько активными, чтобы заставить немецкое командование снимать войска с советско-германского фронта и направлять на Западный фронт значительную часть стратегических резервов.

По американским данным, которые почти совпадают с немецкими, потери немцев во Франции за период от высадки десанта до осени 1944 г. составили около 400 тыс. человек, из которых 200 тыс. составляли гарнизоны «городов-крепостей» на побережье, и 1300 танков. Если вспомнить, что к началу высадки американских и английских войск в Нормандии общая численность немецкий войск во Франции была около 1546 тыс. солдат и офицеров при почти 2 тыс. танков, то потери их (с учетом пополнений) к концу октября составили около 26-30% в личном состава и около 54% в танках. Во Франции полностью были уничтожены 10 немецких дивизий, 12 дивизий понесли большие потери и были переименованы в боевые группы.

Союзные армии с 6 июня по 11 сентября потеряли около 40 тыс. человек убитыми, 165 тыс. ранеными и

20 тыс. пропавшими без вести, всего — 225 тыс. солдат и офицеров из общего числа 2, 1 млн. человек.

В значительной мере сохранение боеспособности немецкими войсками после тяжелых сражений обусловливалось методами ведения операций союзными армиями, которые, преследуя врага, избегали смелых обходных маневров в тактическом и оперативном масштабах. Их действия летом 1944 г., по выражению Шпейделя, «были подобны малоподвижной линейке, которая оттесняла противника». Союзные войска вели в основном фронтальное преследование одновременно на всем фронте в 500 км.

Поскольку высокие темпы наступления не планировались, служба тыла оказалась не готовой к снабжению союзных армий в период преследования. Переоценка возможностей автомобильного транспорта и низкие темпы восстановления французских железных дорог в районе наибольшего разрушения их авиацией союзников привели к некоторому ограничению в снабжении войск боеприпасами, продовольствием и особенно горючим. Переоценка союзным командованием своих успехов и недооценка сил противника привели к планированию таких действий, которые не приводили к захвату портов на севере Франции, а без этого нельзя было быстро сократить коммуникации наземных войск и перебазировать тактическую авиацию. Опыт действий союзных армий показал, что даже малейшие перебои в снабжении серьезно сказывались на их боеспособности.

ВТОРАЯ КВЕБЕКСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ

Собравшиеся в Квебеке главы правительств США и Англии, как и их начальники штабов, все еще находились под впечатлением побед союзных войск на Европейском театре военных действий. И хотя ни Рузвельт, ни Черчилль не разделяли полностью оптимизма военных руководителей, они соглашались с тем, что война в Европе может закончиться в 1944 г. Еще 8 сентября Черчилль в речи перед английскими начальниками штабов выразил такую надежду, не исключив и того, что Германия еще может найти силы и оказать сопротивление. «Нельзя недооценивать того факта, — говорил он, — что, когда военные действия ведутся уже у рубежей родной страны, решимость войск защищать их значительно возрастает. Во всяком случае, равно вероятно и то, что 1 января Гитлер все еще будет вести войну, как и то, что он к этому времени уже будет разбит. Его крах будет вызван не столько военными, сколько политическими причинами».

Внимание английской делегации занимали три основные стратегические проблемы: судьба Италии, переброска сил из Европы в Юго-Восточную Азию, что в некоторой степени зависело от того, как сложится обстановка в Италии, и та роль, которую смогут сыграть английские войска в войне на Тихом океане. Кроме того, Черчилль очень хотел, чтобы союзные армии опередили русских с захватом некоторых районов Центральной Европы. Он также хотел, чтобы в случае ухода немцев из Италии или их отступления к Альпам союзные армии имели возможность нанести оттуда свой комбинированный удар через Адриатику, захватить и оккупировать п-ов Истрию и попытаться прийти в Вену раньше русских.

Предложение Черчилля обсуждалось на конференции и получило поддержку американских представителей. Обсуждение этого вопроса происходило следующим образом. Адмирал У. Леги заявил о намерении американского комитета начальников штабов перебросить

5-ю армию из Италии во Францию, если того пожелает Эйзенхауэр. Фельдмаршал Брук высказал предположение, что в случае отхода немецких войск из Греции и Югославии в течение зимы, может оказаться открытым путь через Любляну на Вену. Но и в том случае, если противник не уйдет, он полагал, что американские и английские войска после захвата Верхней Италии могут легко овладеть Истрией и превратить ее в базу для вторжения в Австрию. Брук попросил американцев оставить 5-ю армию в Италии. Американские начальники штабов с этим согласились. Объединенный совет начальников штабов решил: пока не станет ясен результат проводимого наступления, из Италии не будут отведены никакие силы, и только потом может быть рассмотрен вопрос об отводе некоторых соединений 5-й армии. Уилсона обязали представить к 10 октября план захвата Истрии.

Участники конференции рассмотрели доклады Эйзенхауэра и Уилсона, в которых излагались соображения относительно плана ведения военных действий в Западной и Южной Европе. О плане операций на Европейском театре и решении конферении было записано следующее: «Общая цель верховного командующего — как можно скорее уничтожить германские вооруженные силы и занять центральную часть Германии. Он считает, что лучшая возможность разгромить противника на Западе — это нанесение удара по Руру и Саару, поскольку верховный главнокомандующий убежден, что противник сосредоточит в его распоряжении вооруженные силы для обороны этих важных районов.

Первая операция должна состоять в разгроме «Зигфрида» и захвате переправ через Рейн. При этом его основные действия будут предприняты на левом фланге. Затем он обеспечит войска всем необходимым и сделает все другие приготовления для глубокого прорыва в Германию...

Мы одобрили предложения генерала Эйзенхауэра и обратили его внимание на:

а) преимущества, которые дают северные подступы к Германии в отличие от южных, и

б) необходимость открыть северо-западные порты, в особенности Антверпен и Роттердам, прежде чем наступит период плохой погоды».

Решением конференции Эйзенхауэру были подчинены 7-я американская и 1-я (ранее называвшаяся «Б») французская армии, подошедшие из Южной Франции, из которых была сформирована 6-я группа армий во главе с американским генералом Деверсом.

По настоянию англичан стратегические военно-воздушные силы США и Англии в Европе были снова переданы в непосредственное подчинение Объединенному совету начальников штабов.

На Средиземноморском театре военных действий предполагалось продолжать наступление союзных армий в Италии, а затем продвинуться на Балканы. Ближайшей целью их действий были выход в долину р. По и захват провинций Венеции и Джулии (западная часть Истрии), а затем, оккупировав их не менее чем одной дивизией, подготовка к наступлению через Любляну на Вену. Для высадки в Греции были выделены специальные войска — две английские бригады.

На конференции рассматривался также вопрос о послевоенном положении Германии. Американская делегация представила разработанный министром финансов Г. Моргентау план, которым предусматривалась ликвидация германской промышленности и превращение Германии в «аграрную страну». Черчилль согласился с тем, чтобы ликвидировать господство Германии в Европе, для чего он считал желательным «не допускать возрождения промышленной мощи Германии сверх того, что необходимо для обеспечения ей такого же уровня жизни, каким пользуются ее соседи». Поскольку английская делегация не была готова вести переговоры по этому вопросу, решили продолжить его изучение после конференции.

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА ЗАПАДНОМ ФРОНТЕ В СЕНТЯБРЕ — НОЯБРЕ 1944 ГОДА

22 сентября в ставке Эйзенхауэра в Версале было проведено совещание с командующими групп армий (кроме Монтгомери), на котором рассматривался окончательный вариант плана операций союзных войск на Европейском театре военных действий.

На совещании был принят план, согласно которому 21-я группа армий при поддержке 1-й американской армии, открыв Антверпенский порт, наносила удар по Руру с севера. 12-я группа армий оказывала поддержку 21-й группе, приняв от нее полосу 8-го английского корпуса, и развивала наступление на Кельн и Бонн. 6-й группе армий указывалось, что она может продолжать операции по захвату Мюлуза и Страсбурга.

Таким образом, в основу этого плана легла «стратегия широкого фронта» (наступательные операции одновременно на ряде направлений фронта с нанесением главного удара севернее Рура).

Основные положения плана операции 21-й группы армий в Голландии были рассмотрены союзным командованием еще 10 сентября. Главная цель этой операции — захватить на Рейне плацдарм, с которого развить затем наступление в обход Рура с севера. Для участия в ней кроме 21-й группы армий привлекалась еще и воздушно-десантная армия. Американцы должны были оказывать помощь 21-й группе армий в течение всей операции. Начало наступления намечалось на 17 сентября.

12-я группа армий, оказывая помощь 21-й группе армий, предпринимала операции севернее и южнее Арденн с целью преодоления позиции «Зигфрид» и выхода к Рейну южнее Рура.

Союзное верховное командование намеревалось одной операцией 21-й группы армий решить две задачи, имевшие стратегическое значение: захватить плацдарм на Нижнем Рейне и освободить от противника морские подступы к Антверпену.

Немецкие войска спешно готовились к обороне в Голландии и на подступах к Руру с запада. Наряду с 15-й армией в начале сентября была сформирована 1-я парашютно-десантная армия. Ей была поставлена задача: оборонять Кампинский канал от Антверпена до Маастрихта протяжением по фронту около 100 км. Сначала она имела в своем составе лишь две слабые дивизии, но в первой половине сентября получила несколько истребительно-противотанковых частей и подтянутые из Голландии и Бельгии подразделения, сформированные из личного состава тыловых служб, 20 батарей зенитной артиллерии, изъятых из противовоздушной обороны страны и другие подкрепления из 15-й армии.

На направлении главного удара 21-й группы армий (на фронте около 85 км) оборонялся 88-й армейский корпус, силы которого были эквивалентны 2—2,5 дивизиям. В полосе 30-го английского корпуса находилась дивизия «Вальтер», прикрывавшая дороги на Эйндховен с юга. В тылу у Арнема на отдыхе располагался штаб

2-го танкового корпуса СС с одной боевой танковой группой, о чем не знало английское командование.

Соотношение дивизий в полосе наступления 2-й английской армии было примерно 2 1, а на направлении главного удара — 4 1 в пользу союзников. В авиации и танках на их стороне было абсолютное превосходство.

Наступление с фронта и высадка воздушно-десантных войск в тылу германских войск начались 17 сентября 1944 г. В целом операция не дала ожидаемого результата. К 26 сентября войска продвинулись на узком фронте на глубину до 80 км и были остановлены. Высаженная в районе Арнема английская воздушно-десантная дивизия оказалась изолированной и была разгромлена. Командованию союзников не удалось достигнуть успеха.

Неудача наступления союзных войск в Голландии привела к временной стабилизации положения сторон на Западе.

16 ноября 1944 г. 1-я и 9-я американские армии предприняли наступление к востоку от Ахена, которое окончилось безрезультатно. В том же месяце войска

6-й американо-французской группы армий, которая была создана в середине сентября 1944 г., осуществили удар на южном участке фронта с целью изгнания немецких войск из Эльзас-Лотарингии. 1-я французская армия

22 ноября овладела Бельфором и вышла к Рейну к северу от Базеля, обойдя с юга фланг немецких войск в Вогезах. 23 ноября американо-французские войска вступили в Страсбург. Вскоре весь Северный Эльзас был очищен от немецких войск. Лишь в районе Кольмара на французской территории гитлеровцы продолжали удерживать участок фронта около 40 км в глубину и до 45 км по фронту.

Начиная с октября 1944 г. немецкое командование, стремясь воспрепятствовать использованию союзниками порта Антверпен, приступило к интенсивному обстрелу территории Бельгии самолетами-снарядами. За шесть последующих месяцев по бельгийской территории было выпущено более 5 тыс. самолетов-снарядов, потери от которых достигли 8 тыс. убитыми и 23,5 тыс. ранеными. В Антверпене и Льеже более одной пятой зданий было серьезно повреждено или разрушено.

Неудачи американских и английских войск в сентябре—октябре 1944 г. повлияли на дальнейшее развитие военных действий. Снова возобновились операции «на измор».

Из-за нехватки горючего и боеприпасов американские армии не могли предпринять операции с решительными целями на других направлениях Западного фронта. 1-я и вновь введенная в конце сентября 9-я американские армии наступали к Рейну на рурском направлении. Несмотря на применение крупных сил авиации (участвовало около 500 самолетов), им удалось лишь окружить и 20 октября занять г. Ахен и тем вклиниться в позицию «Зигфрида». 3-я американская армия находилась восточнее Нанси, а 6-я группа армий медленно наступала на Бельфор. К концу октября союзные армии на правом крыле Западного фронта подошли к Саару и западным склонам Вогез.

Борьба за престиж, взаимное недоверие между союзниками не позволяли быстро принимать решения, приводили к потере времени и давали врагу возможность собирать силы и создавать оборону на новых рубежах.

Имела определенное значение и переоценка союзным командованием победы между Луарой и Сеной. Посчитав, что противнику нанесен громадный ущерб, от которого ему уже не оправиться, американцы и англичане не довели разгрома его до конца. Более того, не решив ближайших задач, союзное командование избрало Берлин в качестве своего стратегического объекта.

Сыграло роль и то, что органы тыла союзных армий планировали свою работу и готовились к действиям, исходя из низких темпов наступления войск. А когда в августе—сентябре продвижение войск значительно ускорилось, союзному командованию не удалось в новых условиях быстро перестроить работу тыла.

2. ДВИЖЕНИЕ СОПРОТИВЛЕНИЯ

ФРАНЦИЯ

Создание НСС (Национальный Совет Освобождения) и принятие единой для всего движения Сопротивления программы позволили объединить боевые отряды всех организаций Сопротивления в единую централизованную армию (ФФИ). Единая антифашистская армия Французских внутренних сил насчитывала в своих рядах до 500 тыс. человек.

Наиболее мощными районами вооруженной борьбы французского Сопротивления являлись Бретань, Нормандия, департаменты центра, юга и юго-востока страны. Особенно активно действовали французские патриоты в районах, к которым подходили союзные войска. Только на полуострове Бретань с оружием в руках сражались 45 тыс. французов. Многие районы на пути наступления англо-американцев были освобождены отрядами французских партизан.

За пределами Франции создались и существовали обособленно два французских центра: в Лондоне — Французский национальный комитет во главе с де Гол-лем; в Северной Африке — поддерживаемая военными властями союзников администрация во главе с генералом Жиро. Де Голля поддерживали сражавшиеся во Франции организации движения Сопротивления и присоединившиеся к его движению некоторые французские колонии.

Национальные интересы Франции требовали создания единого французского правительственного органа и объединения вооруженных сил Жиро и де Голля, мобилизации всех людских и материальных ресурсов Франции.

Жиро и де Голль 3 июня 1943 г. пришли к соглашению. В результате этого соглашения был создан Французский комитет национального освобождения (ФКНО). Председателями его являлись поочередно де Голль и Жиро. В состав комитета входило равное число сторонников де Голля и сторонников Жиро. Ни одного представителя организаций движения Сопротивления из метрополии в нем не было.

В ноябре 1943 г. де Голль, опираясь на поддержку НСС, реорганизовал и возглавил ФКНО, удалив из него Жиро. В состав комитета были введены представители различных партий и группировок движения Сопротивления.

США и Англия начали 6 июня 1944 г. высадку своих войск на Нормандском побережье Франции. Широко развернувшаяся еще до открытия второго фронта борьба французского движения Сопротивления теперь приобрела еще больший размах.

К середине июля 1944 г. центр Франции и Бретань фактически были освобождены от немецких войск, а тылы оккупантов парализованы. Центральный французский массив, Лимузен, Альпы, Верхняя Гаронна, Дордонь, Дром, Юра, как и Бретань, находились в распоряжении ФФИ. Во многих других департаментах немцы фактически потеряли власть. Железные дороги, каналы, шоссейные дороги, телеграф, телефон почти полностью были выведены из строя.

3 сентября 1944 г. в основном силами внутреннего Сопротивления был освобожден Лион, all сентября двигавшиеся с юга французские и американские войска соединились в районе Дижона с правым флангом

3-й американской армии.

Еще 2 июня 1944 г. Французский комитет национального освобождения объявил себя Временным правительством Франции. По мере продвижения американо-английских войск на территорию Франции освобожденные ими области попали под контроль и управление администрации штаба главного командования экспедиционных сил. С течением времени функции управления во Франции передавались французским органам. Но правительства Соединенных Штатов и Англии не признавали Временного правительства Франции. Де Голль не мог добиться полного признания и во время визита в Вашингтон в июле 1944 г., хотя Рузвельт и заявил, что Соединенные Штаты решили рассматривать Французский комитет национального освобождения в качестве основной политической власти во Франции. В середине августа 1944 г., с бегством Петэна и Лаваля в Германию, правительство Виши прекратило свое существование.

Соединенные Штаты и Англия 26 августа 1944 г. признали Французский комитет национального освобождения как французскую власть де-факто. В соглашении, заключенном с де Голлем о гражданской администрации, освобожденная часть Франции была разделена на передовую зону, находившуюся в ведении главнокомандующего союзными экспедиционными силами, и на внутреннюю зону, где администрация должна была находиться в руках французских властей.

30 августа де Голль объявил о создании в Париже правительства Французской республики. Две недели спустя он заявил, что референдум для решения вопроса о форме правления состоится, как только будет восстановлен суверенитет Франции, освобождены ее территории и французские военнопленные и высланные из страны лица вернутся на родину. 23 октября Советский Союз, Соединенные Штаты, Англия и пять других европейских государств признали Временное правительство Франции во главе с де Голлем.

Правительство генерала де Голля было коалиционным. В него входили представители трех партий: «Народно-республиканского движения», Французской коммунистической партии и Французской социалистической партии (СФИО).

28 августа де Голль издал декрет о роспуске ФФИ и всех их штабов и заявил о роспуске милиции. Порядок выполнения этого декрета был определен специальной инструкцией, предусматривавшей применение силы. Издание декрета о роспуске ФФИ означало, что де Голль решил немедленно обезоружить и демобилизовать 500 тыс. участников Сопротивления, несмотря на то, что интересы страны требовали создания многочисленной армии для ускорения освобождения от немецких войск.

По свидетельству многих видных деятелей Сопротивления, подписание декрета о роспуске ФФИ в той обстановке было преждевременно еще и потому, что немецкие войска, оставшиеся окруженными в некоторых городах на Атлантическом побережье Франции, удерживались в основном почти безоружными отрядами Французских внутренних сил. На юго-востоке Франции ФФИ с августа до конца сентября 1944 г. обеспечивала охрану франко-итальянской и франко-испанской границ. Декрет был осужден и отвергнут. Осуществить его силой де Голль оказался не в состоянии.

Вооруженная организация сил Сопротивления продолжала существовать до полного освобождения Франции.

Формировавшаяся при содействии Соединенных Штатов и Англии кадровая французская армия к осени 1944 г. имела в своем составе восемь дивизий. В середине ноября французское правительство обратилось к союзникам с просьбой о создании еще восьми дивизий. Предложение это было одобрено, однако использовать новые формирования предполагалось не на фронте, а для охраны коммуникаций и поддержания внутренней безопасности.

Советское правительство в конце октября 1944 г. направило министерству иностранных дел Англии и государственному департаменту Соединенных Штатов памятную записку, предлагая включить французского представителя в состав Европейской консультативной комиссии в качестве четвертого постоянного члена. Это было воспринято как первое официальное признание права Франции на участие во всех европейских делах наравне с тремя великими державами.

10 декабря 1944 г. был заключен советско-французский договор о союзе и взаимной помощи. Это был договор, который Временное правительство Франции заключило с другой великой державой на равных началах.

БЕЛЬГИЯ И ЛЮКСЕМБУРГ

6 июня 1944 г. англо-американские войска высадились в Нормандии.

7 июня 1944 г. национальное командование Бельгийской армии партизан обратилось с призывом ко всем участникам движения Сопротивления «усилить и шире развернуть партизанскую войну». Соединения партизан, отряды маки и Патриотической милиции получили приказ не допустить переброски подкреплений немецких войск к месту высадки союзников, а также не дать им разрушить важнейшие объекты, в первую очередь мосты, каналы, железные и шоссейные дороги, портовые сооружения, промышленные предприятия и исторические памятники. Бойцы движения Сопротивления должны были затруднить отступление немецких войск, организуя нападения на обозы, тыловые учреждения и отдельные части немецкой армии.

Армии союзников 2 сентября 1944 г. вступили на территорию Бельгии. На следующий день они освободили Брюссель, а 4 сентября — Антверпен. К 8 сентября 1944 г. большая часть территории Бельгии была освобождена.

Однако многие города и районы были освобождены еще до прихода войск союзников. Так, отряды Бельгийской армии партизан численностью до 2 тыс. человек очистили от гитлеровцев все левобережье реки Маас в районе Льежа за день до прихода американцев. Важное значение для обеспечения быстрого продвижения американских войск к Льежу имел захват партизанами мостов на р. Урт в городах Эсне и Реконь, а также казарм Ле Шартрез.

В районах Боринажа Бельгийская армия партизан захватила с 3 по 12 сентября 1944 г. 23 тыс. пленных, 6 артиллерийских орудий, более сотни грузовиков, многие сотни стрелкового вооружения, понеся при этом потери в 85 человек.

Отряды движения Сопротивления приняли участие в боях на территории Германии. В конце октября 1944 г. вместе с частями канадской армии они освободили устье реки Шельды, а также в течение некоторого времени вместе с регулярными войсками союзников держали фронт в районе Ахена.

8 сентября прибыло из Лондона правительство Бельгии. 21 сентября 1944 г., т. е. меньше чем через полмесяца после своего возвращения в Бельгию, Пьерло издал декрет, которым обязывал всех участников движения Сопротивления сдать оружие «законным властям». В ответ руководство «Фронта Независимости», представлявшее многие организации сил Сопротивления, заявило в конце сентября, что до тех пор, пока его программа не будет полностью осуществлена, силы Сопротивления не разоружатся.

13 ноября министерство национальной обороны

Бельгии объявило, что на 18 ноября назначается демобилизация сил Сопротивления.

Борьба бельгийских участников Сопротивления против правительства Пьерло продолжалась до второй половины декабря. Только наступление немецких войск в Арденнах и угроза, нависшая над Бельгией, помогли правительству Пьерло и союзному командованию распустить силы Сопротивления.

В Люксембурге в начале 1944 г. гестапо удалось выследить и разгромить группы Сопротивления, действовавшие в районах западной и восточной границ. Сопротивление понесло тяжелые жертвы, но борьба продолжалась.

В сентябре 1944 г. Люксембург был освобожден. Оккупация нанесла значительный урон маленькому люксембургскому народу. Более 1700 люксембуржцев было казнено или погибло в концентрационных лагерях. Было разрушено свыше 59 тыс. построек. Общий материальный ущерб, причиненный Люксембургу оккупантами, исчислялся в 500 млн. долл.

ГОЛЛАНДИЯ

Весной 1944 г. эмигрантское правительство, по существу, ликвидировало Совет сопротивления как самостоятельную организацию. Вместо него был создан так называемый треугольник, куда вошли наряду с Советом сопротивления организация «Орде-динст» (ОД — охрана порядка), состоявшая из бывших военнослужащих, и группа «Кнок-плуген» (КП — ударные команды).

В сентябре 1944 г. «треугольник» был преобразован во Внутренние вооруженные силы под командованием бывшего начальника голландской службы разведки генерала Коота. Внутренние вооруженные силы были поставлены в подчинение принцу Бернарду и Эйзенхауэру. Отныне для каждого вооруженного выступления в Голландии требовалось разрешение командования союзных экспедиционных сил.

Только с сентября 1944 г. по апрель 1945 г. англичане совершили 600 самолето-вылетов для доставки вооружения в Голландию, но из них лишь 200 увенчались успехом. Все же удалось доставить в страну участникам движения Сопротивления 35 тыс. единиц стрелкового оружия и несколько миллионов патронов.

17 сентября 1944 г., в день вступления английских войск на территорию Голландии в районе Арнема, эмигрантское правительство Голландии приказало железнодорожникам начать забастовку. В ней приняли участие

30 тыс. человек. Железнодорожное движение было парализовано. Несмотря на репрессии, оно не было восстановлено вплоть до освобождения страны. В отместку оккупационные власти прекратили подвоз продовольствия и угля. В Голландии наступила голодная зима.

В декабре 1944 г. немецкие власти потребовали явки всех мужчин в возрасте от 16 до 50 лет для отправки в Германию. По призыву движения Сопротивления почти никто не явился.

С осени 1944 г. началось освобождение южных провинций страны, которое завершилось 11 марта 1945 г. В нем принимали участие 5 тыс. бойцов Сопротивления и бригада, сформированная в 1941 г. в Англии. На освобожденной территории было введено голландское Военное управление.

Весной 1945 г. союзное командование приняло решение не вести дальнейших операций по освобождению голландской территории, а обойти ее и отрезать от Германии. В связи с этим представители лондонского эмигрантского правительства и командования Внутренних вооруженных сил заключили соглашение с немецким командованием в Голландии. Немцы обещали прекратить дальнейшее разрушение плотин и затопление территории страны, а также не препятствовать снабжению с воздуха голодающего населения при условии, что вооруженные силы Сопротивления и союзные войска не будут вести против них действий.

НОРВЕГИЯ

Движение Сопротивления в Норвегии не было единым. Существовали два противоположных мнения о развитии движения в стране: тактики активной борьбы и вооруженных выступлений придерживалась партия коммунистов; «Фронт Родины» выступал за более продуманные и взвешенные шаги участников движения.

Фронт Родины объединял нелегальные военные (Мильорг) и гражданские организации, руководимые лидерами партии хейре (правая) и других партий, правыми социал-демократами и офицерами бывшей норвежской армии.

Руководство Фронта Родины расценивало активные действия (диверсии, саботаж) боевых групп, руководимых коммунистами, как «роковую ошибку», которая не давала возможности «подготовиться к вторжению союзников». Фронт Родины опасался массовых репрессий.

В первой половине 1944 г. Фронт Родины сорвал две мобилизации молодежи: на трудовую повинность и в армию. Свыше 50 тыс. человек скрылись и пополнили военные отряды Сопротивления. Была разработана четкая система переброски преследуемых или желающих эмигрировать норвежцев в Швецию. Тысячи военнопленных, присланных в Норвегию на работы, находили у местного населения помощь, а в случае побега — приют и нужный маршрут.

Английское Управление специальных операций резко усилило снабжение норвежцев оружием и снаряжением. За первые четыре месяца 1945 г. воздушные перевозки составили 6580 больших и 1854 малых контейнера.

Весной 1944 г. компартия выступила с предложением создать всенорвежский руководящий орган движения Сопротивления — Совет свободы. В апреле

1944 г. инициативный комитет направил письмо норвежскому эмигрантскому правительству с просьбой о содействии в деле сотрудничества между различными организациями.

Эмигрантское правительство переслало это письмо для ответа руководству Фронта Родины, которое отрицательно отнеслось к предложению компартии. Поэтому Совет свободы был создан в основном из коммунистов.

В 1944 г. Советом свободы был проведен ряд крупных диверсий и выведены из строя следующие наиболее крупные военно-промышленные объекты: большой завод боеприпасов в Конгсберге, прокатный цех алюминиевого завода в Хельместранде, крупнейший в стране электротехнический завод «Пер Курэ» в Осло, несколько заводов, изготовлявших авиационные моторы, заводы, изготовлявшие серную кислоту, в Люсакер и Энгене, 15 заводов, изготовлявших топливо для газогенераторных автомобилей, и т. д. Много диверсий было проведено на железнодорожном транспорте.

В октябре 1944 г. советские войска разгромили большую группировку немецких войск в районе Петсамо. 25 октября советские войска вступили в город Кир-кенес, после чего вскоре были освобождены и другие районы Северной Норвегии.

В освобожденных районах восстанавливались норвежские законы: туда прибыли представители эмигрантского норвежского правительства; возобновили свою работу местные муниципалитеты.

После освобождения Северной Норвегии руководство Фронта Родины заявило осенью 1944 г., что «ситуация изменилась», и высказалось за проведение активных действий против немецких войск. В декабре 1944 г. вооруженные группы Фронта Родины организовали серию нападений на коммуникации, связывающие север и юг Норвегии.

Акты саботажа и диверсий приняли крупные масштабы, особенно в районе Осло, где местная организация «Милорга» совершала диверсии каждый третий день. Своего апогея эти действия партизан достигли в ночь с 14 на 15 марта 1945 г., когда по указанию союзного командования стратегически важная железная дорога Тронхейм — Осло была взорвана во многих местах и переброска германских войск на континент сократилась более чем вчетверо.

Оккупация Норвегии дорого обошлась норвежскому народу. Общие оккупационные расходы составили к маю 1945 г. колоссальную сумму — 19, 7 млрд. норвежских крон, что примерно в 25 раз превышало среднегодовой бюджет Норвегии в предвоенные годы. Было уничтожено около 30 % национального достояния. Норвегия потеряла половину тоннажа довоенного торгового флота. Наибольший ущерб был нанесен Северной Норвегии, где было полностью разрушено 500 разных предприятий, 12 тыс. жилых домов и более 100 электростанций местного значения.

ДАНИЯ

Созданный в сентябре 1943 г. «Совет свободы» — руководящий центр движения Сопротивления в Дании — отличался неоднородностью своего состава и, как следствие, разным пониманием задач движения. Противоречия возникли, главным образом, между «Штабом Совета свободы», включавшим бывших солдат и офицеров кадровой датской армии, и партией коммунистов. «Штаб Совета свободы» был связан с английскими вооруженными силами и получал от них оружие и боеприпасы. Однако он препятствовал выдаче оружия некоторым группам, в том числе коммунистическим. Это было вызвано тем, чтобы подобного рода группы не были вооружены и, по словам генерал-лейтенанта датской армии В. Яльфа, входившего во время оккупации в «Штаб Совета свободы», «освободительная борьба не закончилась хаосом, как это произошло в других странах».

Но все же под влиянием левых кругов Сопротивления в стране с лета 1944 г. диверсии и взрывы, порча железнодорожных путей совершались постоянно. Пропускная способность датских железных дорог после высадки союзников в Нормандии была снижена вчетверо. Всего за время оккупации было совершено 2700 диверсий главным образом на военных предприятиях, в том числе заводе «Глобус», изготовлявшем части для военных самолетов; государственном оружейном заводе, машиностроительном заводе «Карлтор»; заводе «Торотор», изготовлявшем детали для немецких снарядов «Фау-2»; портовых погрузочных сооружениях.

22 июня отрядом Сопротивления было взорвано в столице крупное предприятие, производившее автоматическое оружие. В ответ было введено чрезвычайное положение и комендантский час. Несколько участников диверсии было казнено. Копенгагенцы не уходили с улиц, жгли костры, воздвигали баррикады. 30 июня в городе началась всеобщая забастовка. Немцы пытались блокировать столицу: препятствовали подвозу продуктов, выключили воду, газ, свет. «Совет свободы» призвал к продолжению борьбы. Опасаясь распространения забастовки на другие города, немцы пошли на уступки, обещав не наказывать участников забастовки, отменить чрезвычайное положение, возобновить снабжение города. 4 июля забастовка прекратилась с одобрения Совета свободы.

К этому времени «Совет свободы» получил также и международное признание. 23 апреля 1944 г. советское правительство сообщило, что оно согласно установить отношения с «Советом свободы» Дании и принять представителя Борющейся Дании в Москве на правах посланника.

«Совет свободы» установил также связи с теми датскими дипломатическими представителями в союзных и, нейтральных странах, которые отказались подчиняться указаниям датского правительства, поскольку эти указания диктовались оккупационными властями.

ДВИЖЕНИЕ СОПРОТИВЛЕНИЯ В ИТАЛИИ В 1944 ГОДУ

Еще осенью 1943 г. территория Италии оказалась разделенной надвое. Ее южная часть была занята аме-рикано-английскими войсками, а немецкая оккупация северных и части центральных областей затянулась на два года. В южной части Италии правительство, сформированное Бадольо из «специалистов», не имело никакой поддержки в народе и не пользовалось авторитетом у англо-американских властей.

Антифашистские партии не были едины в вопросе об отношениии к монархии, т. к. Партия действия и социалисты требовали немедленного отречения короля. Это давало возможность оккупирующим державам саботировать решение Московской конференции министров иностранных дел СССР, Соединенных Штатов и Англии о необходимости включения в правительство «представителей тех слоев итальянского народа, которые всегда выступали против фашизма».

В марте были восстановлены прямые дипломатические отношения между Советским Союзом и Италией.

24 апреля 1944 г. было сформировано новое правительство под председательством Бадольо, в которое вошли антифашистские партии. После освобождения Рима правительство было реорганизовано: председателем совета министров стал лидер партии Демократии труда И. Бономи, а антифашистские партии получили в правительстве преобладающее влияние.

Важнейшие события происходили в этот период в Северной Италии, где истинными хозяевами стали немцы, установившие жесткий контроль над всей деятельностью итальянской администрации. Они проводили планомерный вывоз из Северной Италии промышленного сырья и оборудования, продовольствия, различных ценностей. В Германию в принудительном порядке направлялись квалифицированные рабочие и захваченные в плен итальянские солдаты. Даже не уведомив Муссолини, Гитлер отторг от Италии область Венеции вместе с Триестом и включил ее в состав рейха.

После своего возвращения к власти в Северной Италии Муссолини во всеуслышание заявил об «антикапитализме» созданной им неофашистской партии. В ноябре 1943 г. был опубликован «Веронский манифест» неофашистской партии, в котором содержался ряд обещаний, в том числе созыва Учредительного собрания, «социализации» предприятий путем участия рабочих в их управлении, свободы критики и т. д.

Одновременно с этим появилась широкая сеть репрессивных органов. Во всех провинциях были учреждены «особые трибуналы», в помощь гестапо повсюду создавались специальные полицейские подразделения.

Распустив королевскую армию, Муссолини пытался создать вооруженные силы для продолжения войны на стороне Германии. Однако многочисленные наборы в эту армию не давали результатов, т. к. большинство мобилизованных предпочитало уходить в горы. Четыре итальянские фашистские дивизии, так же как различные военизированные организации вроде «черных бригад», «батальонов Муссолини» и т. д., были целиком заняты действиями против партизан.

В день начала немецкой оккупации, 9 сентября 1943 г., антифашистские партии Рима образовали Комитет национального освобождения. В него вошли представители шести партий: Коммунистической, Социалистической, Партии действия, партии Демократии труда, Христианско-демократической и Либеральной. Это событие и явилось началом движения Сопротивления.

К лету 1944 г. партизанские отряды в Северной и Центральной Италии насчитывали в своих рядах 50—60 тыс. человек и представляли собой грозную силу. Более половины из них составляли отряды имени Гарибальди.

Мощным стимулом расширения антифашистской борьбы на оккупированной территории послужила всеобщая мартовская забастовка. В истории Италии не было столь единодушных выступлений трудящихся. Подготовка этой забастовки напоминала открытое объявление войны фашизму трудящимися Северной Италии. Ею руководил специально созданный комитет, в который вошли представители крупнейших предприятий. В отличие от мартовских забастовок 1943 г., когда предприятия втягивались в борьбу постепенно, в марте 1944 г. одновременно прекратили работу около миллиона человек. Итальянские фашисты были так напуганы, что почти нигде не посмели открыто выступить против рабочих и предпочли укрыться за спиной немецкой военной администрации.

Так же как мартовские забастовки 1943 г. послужили прелюдией к падению диктатуры Муссолини, движение в марте 1944 г. открыло дорогу национально-освободительной войне. В летние месяцы 1944 г. партизанская армия наносила непрерывные удары по немецким войскам. С июня 1944 г. по 30 марта 1945 г. партизаны уничтожили в Италии 16380 гитлеровцев и итальянских фашистов, ранили 10536 человек, провели 6449 операций и 5571 акт саботажа, уничтожили 230 паровозов и 760 вагонов, взорвали 276 мостов, уничтожили или привели в негодность 237 самолетов.

В результате партизанского наступления в ряде областей власть фашистской администрации сохранилась лишь номинально. Росло число освобожденных районов, полностью контролируемых партизанами. Немецкий главнокомандующий в Италии Кессельринг при-

знавался в своих мемуарах: «После оставления Рима (июнь 1944 г.) произошло усиление партизанской деятельности в совершенно неожиданных для нас масштабах... С этого момента партизанское движение превратилось для немецкого командования в реальную опасность, и его ликвидация стала задачей первостепенной важности».

Несмотря на то, что все силы правительства Муссолини и значительная часть германской армии были брошены против партизан, итальянские патриоты, действовавшие при широкой поддержке населения, прочно удерживали в своих руках инициативу. Лишь внезапное прекращение наступления англо-американских войск в октябре 1944 г. и зимние холода заставили партизанскую армию сократить масштабы действий и временно перейти к обороне. Однако было ясно, что немецкая оккупация Италии подходит к концу и дни итальянского неофашизма сочтены.

В декабре 1944 г. Муссолини после долгого молчания выступил в Милане с большой речью. Это оказалось его последним политическим выступлением, и оно как бы подвело итоги истории неофашизма в Северной Италии. Муссолини был вынужден признать, что многие обещания, начиная с созыва Учредительного собрания, не были выполнены, и оправдывал это необходимостью направлять все усилия на создание вооруженных сил. Более того, по сути дела он сказал, что неофашизму не удалось создать государства в полном смысле этого слова, он ограничился практически созданием армии, которая была почти целиком поглощена ведением гражданской войны. Это было признанием силы антифашистского движения и краха попыток возродить итальянский фашизм.

В январе 1945 г. итальянские патриоты начали подготовку к решительному наступлению. В течение февраля и марта численность партизанской армии быстро возрастала и достигла 130 тыс.

Сложная обстановка в Италии привлекала пристальное внимание английского Управления специальных операций и американского Управления стратегической разведки. Несмотря на некоторые расхождения между англичанами и американцами по вопросам отношения к силам итальянского Сопротивления, обе эти организации придерживались единого мнения о необходимости ограничить размах партизанского движения.

Снабжение партизан оружием использовалось как одно из средств поставить Сопротивление в зависимость от американо-английской политики, в частности для поддержания антикоммунистических сил. Даже военный министр в правительстве Бадольо и военный руководитель итальянского Сопротивления генерал Кадор-на вынуждены были заявить, что «антиреволюцион-ные отряды» Сопротивления пользуются особым расположением западных союзников и получают наибольшее количество оружия и боеприпасов. Когда сдержать и ограничить размах народно-освободительного движения не удалось, американо-английское командование официально запретило увеличение численности партизанских соединений и направило своим офицерам связи приказ прекратить «беспорядочное» распределение оружия среди партизан.

3. СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В КОНЦЕ 1944 ГОДА

ПРОДВИЖЕНИЕ АМЕРИКАНО-АНГЛИЙСКИХ ВОЙСК В ЦЕНТРАЛЬНОЙ ИТАЛИИ

После освобождения Рима 4 июня 1944 г. 15-я группа армий союзников начала продвигаться на север вслед за отходившим противником. 8-я английская армия действовала вдоль Адриатического побережья, а 5-я американская армия — вдоль Тирренского побережья Апеннинского полуострова.

По директиве Объединенного комитета начальников штабов от 5 июля 1944 г. задачи американо-англий-ских войск в Италии заключались в том, чтобы форсировать реку По и выйти на рубеж Венеция, Падуя, Верона, Брешиа, имея конечной целью выход через Триест к Вене и Будапешту.

В начале августа американо-английские войска подошли к немецкому укрепленному рубежу — Готской линии, проходившей южнее Римини и Сан-Марино по юго-западным склонам Этрусских Апеннин. Эта линия преграждала пути в долину По. Немецкое командование на Готской линии имело 19 дивизий из 25, находившихся в то время в Италии. Союзное командование, имея 23 дивизии, предприняло в конце августа наступление на Готскую линию. Наступление шло очень медленно и превратилось, по существу, в позиционное изматывание войск обеих сторон.

Только в октябре союзным войскам удалось преодолеть Готскую линию и выйти на рубеж Равенна, Фаэнца, Вергато. Но поставленной цели достигнуть не удалось. Дальнейшее наступление в Италии было приостановлено. Прекращение наступления американо-английских войск резко изменило обстановку для сил Сопротивления. Германское командование получило возможность снять с фронта дополнительные войска и бросить их против партизан. 12 ноября командующий союзными войсками Александер обратился к партизанам с воззванием, в котором, ссылаясь на то, что летнее наступление окончено, призвал патриотов прекратить активные боевые действия. Партизанская армия была вынуждена перейти к обороне, оставляя территории, освобожденные в ходе летних боев.

НАСТУПЛЕНИЕ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК В АРДЕННАХ И ЭЛЬЗАСЕ

В конце 1944 г. немецкое командование хваталось за любую возможность усилить противоречия в антифашистской коалиции и добиться ее распада. После неудачных попыток расколоть коалицию средствами дипломатии и пропаганды оно решило добиться своей цели силой, нанеся удар по англо-американским войскам. 12 декабря 1944 г., выступая перед генералами, которые осуществляли наступление в Арденнах, Гитлер сказал: «Никогда еще история не видела коалиции, составленной из столь чужеродных элементов и со столь противоположными целями, как коалиция наших противников... Тот, кто внимательно следит за развитием событий, не может не увидеть, что противоречия между нашими врагами растут с каждым часом. Если теперь мы сможем нанести им еще несколько сильных ударов, то в любой момент можно ожидать, что этот разрекламированный «единый фронт» развалится при оглушительных раскатах грома».

Гитлеру тогда казалось, пишет Дж. Эрман, что «если Германия сможет нанести достаточно мощный удар на одном из основных фронтов, то этим она добьется более или менее приемлемых условий для заключения мира с данным противником, независимо от обстановки на другом фронте». Но поскольку Гитлер считал, что «договориться с западными державами-будет легче, чем с русскими», он возлагал большие надежды «на новый и на этот раз роковой для союзников Дюнкерк». Добившись такого положения, он мог бы начать пе-

Но Германия уже не имела нужных для осуществления намечаемого плана стратегических резервов. Из имевшихся у нее к началу декабря 276 боеспособных дивизий и бригад около 150 дивизий и бригад вели бои на советско-германском фронте, 71 дивизия и 3 бригады — на Западном фронте, 22 дивизии находились в Италии, а остальные несли оккупационную службу в Норвегии, Дании и других странах. Вместе с тем немецкое верховное главнокомандование не могло ослаблять свой Восточный фронт, зная, что затишье на его северном крыле и в центре лишь временное, что за ним последуют новые удары советских войск. Правда, некоторые надежды оно возлагало на «непреодолимость» Вислы и укрепленных районов Восточной Германии.

Подготовка плана немецкого наступления на Западном фронте началась сразу же, как только основные массы войск отошли из Франции. 16 сентября Гитлер после совещаний в ставке, которые он проводил ежедневно, задержал у себя своих ближайших военных помощников Кейтеля, Йодля, Гудериана и представителя Геринга генерала Крейпе и впервые высказал им свое желание подготовить и нанести удар из района Арденн на Антверпен, чтобы разгромить американские и английские дивизии к северо-востоку от линии Антверпен, Брюссель, Бастонь. Достижение этой цели, как отмечалось в директиве Гитлера от 10 ноября 1944 г., «означало бы поворотный момент в войне на Западе

и, возможно, в войне в целом».

Выбор района Арденн для нанесения удара определялся не только политическими, но и военными соображениями немецкого верховного главнокомандования. Успешное наступление в этом районе, по его мнению, снимало угрозу Руру со стороны союзных армий. Далее оно учитывало исключительно большое стратегическое значение для противника Антверпена и то моральное воздействие, которое оказал бы на него быстрый захват этого порта немецкими войсками. Ведь Антверпен находился сравнительно недалеко от линии фронта. ОКВ казалось, что не потребуются чрезмерные силы и средства для овладения им.

25 сентября Гитлер изложил Йодлю замысел наступления и дал ему указание рассчитать, какие силы и средства потребуются для проведения операции. Он приказал отвести с фронта в район западнее Кельна пять танковых дивизий, превратив их в основную ударную силу.

8 октября Йодль представил Гитлеру проект плана арденнского наступления, в основу которого было положено два момента: полная внезапность и переход в наступление в нелетную погоду. Он предложил прорвать оборону союзников в Арденнах на широком фронте, переправиться через Маас и на седьмой день операции выйти к Антверпену, для чего использовать три армии: вновь создаваемую 6-ю СС и 5-ю танковые и

7-ю полевую, общий состав которых довести до 12 танковых и 18 пехотных дивизий. Он полагал, что в результате таких действий удастся разгромить более 30 американских и английских дивизий. Через десять дней Йодль представил уточненный план, которым Гитлер остался доволен и дал ему условное название — «Стража на Рейне».

Сущность окончательного плана операции сводилась к следующему: пользуясь плохой погодой, перейти в наступление против слабых американских сил в Арденнах, прорвать их оборону на участке Монжуа, Эх-тернах, ввести в прорыв танковые дивизии и, развивая наступление на северо-запад, на второй день выйти к р. Маас в районе Льеж, Динан и захватить плацдарм между Льежем и Живе; в дальнейшем танковые дивизии должны были наступать на Брюссель и Антверпен.

После прорыва обороны немецкие пехотные дивизии поворачивали на север и занимали позиции на рубеже южнее Льеж, Вервье, Монжуа, чтобы перекрыть дороги, ведущие к району прорыва с севера, а на юге — на рубеже Живе, Эхтернах для воспрепятствования подхода американских дивизий. С выходом танковых армий к Брюсселю и Антверпену они перерезали коммуникации 21-й группы армий и 9-й американской армии. В это время должны были перейти в наступление и немецкие армии в Нидерландах, чтобы уничтожить блокированные группой армии «Б» английские и американские войска. Основная идея наступления ярко выражена в заявлении начальника штаба 6-й танковой армии генерала Крамера: «Главное заключается в том, чтобы достичь р. Маас независимо от положения флангов. Такого же принципа мы придерживались во французской кампании 1940 г.».

Наряду с главным направлением для наступления были избраны три вспомогательных: одно на четвертый день операции — на Маастрихт, второе на одиннадцатый — на Бреду и третье на шестнадцатый — в Эльзасе. Наступление на этих направлениях имело целью сковать силы американских и английских войск и не позволить маневрировать ими по фронту.

В 5 часов 30 минут 16 декабря грохот артиллерийской канонады и гул немецких танков нарушили отдых американских войск в Арденнах. Неожиданно для них три армии противника перешли в наступление: 6-я танковая СС и 7-я армии после короткой артиллерийской подготовки, 5-я танковая — внезапной атакой ударных групп и штурмовых рот под покровом темноты.

Переход в наступление немецких войск вызвал у американского командования сначала недоумение, затем серьезное беспокойство.

Немецкие войска тем временем легко прошли через слабую линию опорных пунктов 8-го американского корпуса юго-восточнее Сен-Вита, а их танковые дивизии к 17 декабря устремились в глубину, 6-я танковая армия СС успешно развивала наступление на своем левом фланге, где были введены танковые дивизии, наступавшие к Ставело. На правом фланге и в центре немецкие пехотные дивизии завязывали упорные бои с дивизиями 5-го американского корпуса, продвигавшимися к ро-ерским дамбам, и были остановлены перед Монжуа.

12-я танковая дивизия СС продвигалась медленно на Мальмеди через труднопроходимую местность и мелкие реки, к тому же встречая упорное сопротивление американских войск. В центре и на южном фланге 5-й немецкой танковой армии дивизии после переправы передовых частей через р. Ур устремились на Бастонь. На правом фланге ее войска с трудом продвигались в горах Эйфель. Дивизии правого фланга 7-й немецкой армии преодолели сопротивление 28-й американской дивизии и двигались к р. Сюр.

К исходу третьего дня наступления 6-я и 5-я танковые армии прорвали фронт 8-го американского корпуса и проникли в глубину его обороны на 30-40 км. Сплошная линия фронта союзных армий существовала теперь только севернее и южнее Арденн. Путь немецким войскам к Маасу был открыт.

Но по мере перемещения фронта в Арденнах на запад коммуникации немецких армий удлинялись, и в условиях труднопроходимой горной местности, зимней погоды, а также интенсивности движения по дорогам снабжение войск становилось все более трудным делом. Немецкие склады горючего все еще находились восточнее Рейна.

Таким образом, к 25 декабря 1944 г. фронт американских войск в Арденнах оставался прорванным на участке в 80 км. Союзные армии потеряли инициативу, но еще могли парировать удары противника на северном и южном фасе его клина.

Примерно к 25 декабря в сражение были втянуты также все дивизии немецкой ударной группировки. Недостаток горючего, труднопроходимая местность, потери в людях и танках, устал ось личного состава привели к снижению темпа наступления с 20-25 до 5-7 км в сутки, а 25 декабря наступление войск на Динан вовсе прекратилось. Более того, командующий 5-й танковой армией отвел 2-ю СС и Учебную танковые дивизии на рубеж Рошфор, Сент Юбер и смог возобновить наступление только в районе Бастони. Сложилось такое положение, при котором немецкие армии не могли уже продолжать наступление, не получив серьезного подкрепления, а американские и английские армии не имели возможности предпринять контрнаступление с целью ликвидации арденнского выступа.

К концу декабря после перегруппировок сил обеих

289

10 Зак. 1543 сторон на северном фасе арденнского выступа против 10 немецких дивизий 6-й танковой и левого крыла 15-й армий были развернуты 10 дивизий (из них 3 бронетанковые) и танковая бригада 1-й американской армии и 30-го английского корпуса, а на юге 17 немецким дивизиям и 2 бригадам противостояли 9 дивизий 3-й армии.

Произведя перегруппировку, войска 5-й немецкой армии 30 декабря перешли в наступление против 3-й армии в районе Бастони. Американские войска понесли большие потери, особенно 101-я воздушно-десантная дивизия, и с трудом сдерживали продвижение противника. Переход в наступление по приказу Эйзенхауэра

8-го американского корпуса отвлек на себя часть сил немцев, что уменьшило их давление в районе Бастони, но не привело к существенным изменениям на фронте. Немецкие войска также не смогли выполнить задачу — коридор, ведущий из Бастони на юг, оставался открытым.

31 декабря ночью началось наступление немецких войск в Эльзасе. Замысел операции состоял в том, чтобы ударами 1-й армии из района Битша на Пфальцбург и группы 19-й армии в районе Страсбурга и кольмарского плацдарма окружить и уничтожить главные силы

7-й американской армии, а затем наступать на запад.

5 января группа немецких войск из 10-й танковой дивизии СС 15-й армии форсировала Рейн севернее Страсбурга и захватила небольшой плацдарм.

Таким образом, в первой декаде января американским войскам не удалось ликвидировать прорыв фронта в Арденнах; наступление 1-й армии, предпринятое 3 января, не имело серьезного успеха; 3-я американская армия отражала атаки 5-й танковой армии в районе Бастони; 7-я американская армия под ударами противника отошла на своем правом крыле и в центре; все резервы Эйзенхауэра, исключая 21-й корпус, были израсходованы, а последний оставался в Вогезах, откуда его нельзя было вывести ввиду создавшегося опасного положения в полосе

7-й американской армии.

В связи с создавшейся обстановкой Черчилль, не дожидаясь приезда в Москву Теддера, 6 января обратился к главе Советского правительства И. В. Сталину с посланием: «На Западе идут очень тяжелые бои, и в любое время от Верховного Командования могут потребоваться большие решения. Вы сами знаете по Вашему собственному опыту, насколько тревожным является положение, когда приходится защищать очень широкий фронт после временной потери инициативы. Генералу Эйзенхауэру очень желательно и необходимо знать в общих чертах, что Вы предполагаете делать, так как это, конечно, отразится на всех его и наших важнейших решениях... Я буду благодарен, если Вы сможете сообщить мне, можем ли мы рассчитывать на крупное русское наступление на фронте Вислы или где-нибудь в другом месте в течение января и в любые другие моменты, о которых Вы, возможно, пожелаете упомянуть. Я никому не буду передавать этой весьма секретной информации, за исключением фельдмаршала Брука и генерала Эйзенхауэра, причем лишь при условии сохранения ее в строжайшей тайне. Я считаю дело срочным».

Советское Верховное Главнокомандование решило оказать помощь союзным армиям. Учтя их тяжелое положение, оно перенесло срок начала наступления советских войск с 20 на 12 января.

12 января перешел в наступление 1-й Украинский фронт, а вслед за ним — 3-й Белорусский, 2-й и 1-й Белорусские и 4-й Украинский. Войска 2-го и 3-го Украинских фронтов в это время громили окруженную группировку противника в Будапеште и отражали его контрудар. В течение трех дней наступление Красной Армии распространилось по всему советско-германскому фронту от Балтийского моря до Балкан. В январе советские войска взломали мощную долговременную оборону противника на фронте в 1200 км и отбросили его далеко на запад.

Итак, попытка немецкого верховного главнокомандования устроить американским и английским армиям «второй Дюнкерк» полностью провалилась. Крах наступления в Арденнах еще больше подорвал боевой дух армии и моральное состояние населения Германии, усугубил и без того крайне неблагоприятную для нее обстановку. Тем не менее наступление немецких войск имело некоторый успех: планы союзного верховного командования были сорваны, 1-я, 3-я и 7-я американские армии понесли большие потери; им пришлось потратить много времени на перегруппировки и пополнение войск, прежде чем они смогли возобновить наступление.

ГЛАВА II

ОККУПАЦИОННЫЙ РЕЖИМ НА ЗАХВАЧЕННЫХ ТЕРРИТОРИЯХ

1. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

ИДЕОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ПОВЕДЕНИЯ НА ОККУПИРОВАННЫХ ТЕРРИТОРИЯХ

«Мы обязаны истреблять население, — говорил Гитлер в одном из своих выступлений, — это входит в нашу миссию охраны германского населения. Нам придется развить технику истребления населения. Если меня спросят, что я подразумеваю под истреблением населения, я отвечу, что я имею в виду уничтожение целых расовых единиц. Именно это я и собираюсь проводить в жизнь, — грубо говоря, это моя задача.

Природа жестока, следовательно, мы тоже имеем

право быть жестокими. Если я посылаю цвет германской 1<ации в пекло войны, без малейшей жалости проливая драгоценную немецкую кровь, то, без сомнения, я имею право уничтожить миллионы людей низшей расы, которые размножаются, как черви.

Под словами «уничтожить» я не имею в виду непременное истребление этих людей. Я просто приму меры к систематической приостановке естественного прироста этого населения. Например, я могу на несколько лет отделить мужчин от женщин.

Существует немало путей, при помощи которых можно систематически, сравнительно безболезненно и уж во всяком случае без кровопролития добиться вымирания нежелательных для нас народов.

Одна из основных задач германского государственного управления во все времена будет заключаться в предотвращении развития славянских рас. Естественные инстинкты всех живых существ подсказывают им не только побеждать своих врагов, но и уничтожать их. В прежние времена победитель получал исключительное право уничтожать целые племена, целые народы. Осуществляя это постепенно и без кровопролития, мы проявляем гуманность. Нам не нужно забывать, что мы поступаем с другими только так, как они сами поступили бы с нами...»

Из директивы начальника Верховного командования германскими вооруженными силами от 16 сентября 1941г.:

«...Следует иметь в виду, что человеческая жизнь в странах, которых это касается, абсолютно ничего не стоит и что устрашающее воздействие возможно лишь путем применения необычайной жестокости...

Подписано: Кейтель».

КОНЦЕНТРАЦИОННЫЕ ЛАГЕРЯ

Из доклада обергруппенфюрера СС Поля рейхсфюреру СС о местонахождении концентрационных лагерей: «... Рейхсфюрер, сегодня я докладываю о положении в области лагерей и о мерах, которые я принял для того, чтобы выполнить ваш приказ от 3 марта 1942 г.

1) В начале войны существовали следующие концентрационные лагеря: а) Дахау: 1939 г. — 4000 заключенных, сегодня — 8000; б) Саксенхаузен: 1939 г. — 6500 заключенных, сегодня — 10000; в) Бухенвальд: 1939 г. — 5300 заключенных, сегодня — 9000; г) Маутхаузен: 1939 г. — 1500 заключенных, сегодня — 5500; д) Флоссенбюрг: 1939 г. — 1600 заключенных, сегодня — 4700; е) Равенсбрюк: 1939 г. — 2500 заключенных, сегодня — 7500...

2) В период с 1940 по 1942 год было создано еще девять лагерей, а именно: а) Освенцим, б) Нейенгам-ме, в) Гузен, г) Натцвейлер^ д) Гросс-Розен, е) Люблин, ж) Нидерхаген, з) Штутхоф, и) Арбейтсдорф».

Заключенных концентрационных лагерей умышленно подвергали лишениям. Одетых не по погоде, их выгоняли на работы в зной, дождь и морозы на семнадцать часов ежедневно, без выходных. При самом плохом питании их принуждали к тяжелейшему труду. Каждый миг их жизни был строго расписан и подконтролен. Они не могли видеть ни близких, ни священника. Медицинской помощи практически не было, а если она допускалась, то почти никогда — силами специально обученного персонала. Заключенные так в точности и не знали, за что и на какой срок их интернировали.

С помощью концлагерей гестаповцы пытались уничтожить индивидуальность заключенных, превратив их в покорную массу, неспособную к индивидуальному и групповому сопротивлению; охватить террором всех остальных, используя заключенных как заложников послушания прочих и показывая, что происходит с теми, кто противится нацистскому режиму; обеспечить гестаповцев опытным полем, где они приучаются действовать вне каких бы то ни было человеческих чувств и отношений, упражняясь в наиболее эффективных способах подавлять сопротивление беззащитных гражданских лиц; снабдить гестаповцев экспериментальной лабораторией не только для отработки эффективных мер борьбы с противодействием граждан, но и для установления на опыте того минимума пищи, гигиены и медицинской помощи, которые позволяют сохранить заключенным жизнь и способность к тяжелой работе в условиях, когда единственный побудительный мотив — это угроза расправы, а также для выяснения, как влияет на качество работы тот факт, что время заключенных целиком отдано непосильному труду, а сами они разлучены с близкими.

После нескольких дней тюрьмы арестованных отправляли в лагерь. При перевозке их постоянно подвергали самым разным пыткам. Многое здесь зависело от фантазии конкретного эсэсовца, взявшегося за ту или иную группу заключенных. Телесные наказания — плетка, пинок, пощечина, выстрел, удар штыком — чередовались с пытками, которые должны были лишить человека всяческих сил. Например, заключенных принуждали часами смотреть на ослепительный свет, стоять на коленях и многое другое.

ОСВЕНЦИМ

Освенцимский лагерь был построен в 1939 году по приказу рейхсфюрера СС Гиммлера специально для уничтожения порабощенных граждан оккупированных стран Европы. Лагерь расположен на огромной территории вокруг города Освенцима и представлял собой целую систему лагерей: Аушвиц, Биркенау, Моновице, Голешау, Явишовице, Нейдахс, Блемахер и другие. Основные из них — Аушвиц и Биркенау — были расположены на территории в 467,5 гектаров и имели свыше 620 жилых бараков и служебных помещений. В лагерях Освенцима содержалось постоянно от 180 до 250 тысяч заключенных. Все лагеря были обведены глубокими рвами и оцеплены густой сетью колючей проволоки, через которую пропускался ток высокого напряжения.

В Освенциме на 12 тыс. заключенных был всего один умывальник с водой, непригодной для питья. Когда шел снег, заключенные растапливали его для питья;вес-ной умывались и пили из луж.

Повсюду в бараках можно было видеть крыс, которые объедали трупы и даже набрасывались на умиравших, у коих не было сил с ними справиться. Больные и раненые не получали никакой медицинской помощи и были обречены на вымирание, особенно от эпидемий тифа, дизентерии.

Ограбление заключенных в лагере было возведено в систему. Миллионы людей, привозимых из разных стран в концлагерь Освенцим, в первый же час их пребывания подвергались организованному ограблению. Все вещи: чемоданы, одежда, постельные принадлежности, вплоть до нательного белья и обуви, забирались эсэсовцами в специально построенные и оборудованные склады и направлялись в Германию. Часть трудоспособных людей, которая оставалась на каторжных работах, вместо своих вещей получала арестантскую полосатую одежду.На территории Освенцимского лагеря имелось 35 специальных складов для сортитовки и упаковки вещей и одежды.

На кожевенном заводе Освенцимского лагеря 7 марта 1945 г. Комиссией были обнаружены 293 тюка запакованных женских волос общим весом 7 тысяч килограммов. Экспертная комиссия установила, что волосы срезаны со 140 тысяч женщин.

Секретная директива Управления СС по использованию женских волос гласила:

«Секретно г. Ораниенбург,

Главное 6 августа1942 г.

административно-хозяйственное управление СС

Касается: использования срезанных волос, Комендантам концлагерей Арб., Ау., Бу., Да., Фло., Гр., Ро.,

Маут., Гу., На., Ни., Ной., Рав.,

Сакс., Штутг., Мор., СС — спецлагерь Хинцентр. Начальник Главного административно-хозяйственного управления СС на основании представленного ему доклада приказал, чтобы все срезанные человеческие волосы, добытые в концлагерях, были соответствующим образом использованы.

Человеческие волосы перерабатываются в промышленный войлок и пряжу. Из расчесанных и срезанных женских волос вырабатываются для команд подводных лодок ступни чулок из волосяной пряжи и для служащих имперских железных дорог чулки из волосяного войлока.

Поэтому приказываю, чтобы волосы заключенных женщин после произведенной дезинфекции были сохранены. Стриженые волосы мужчин-заключенных должны использоваться начиная с 20 мм длины.

Предусматривается использование волос, добытых во всех лагерях, путем учреждения особой производственной установки в одном из лагерей. Более точное указание по сдаче собранных волос будет дано особо.

О количестве ежемесячно собранных волос (женские волосы отдельно от мужских) должны сообщаться сюда сведения 5-го числа каждого месяца, начиная с 5 сентября 1942 года.

Глюке, бригаденфюрер СС

и генерал-майор войск СС».

В 1941 году в лагере Аушвиц был выстроен для сжигания трупов умерщвленных людей первый крематорий с тремя печами. При крематории была так называемая «баня особого назначения», т.е. газовая камера для удушения людей. Первый крематорий просуществовал до середины 1943 года. Летом 1942 года рейхсфюрер СС Гиммлер произвел инспекторский осмотр Освенцимского лагеря и распорядился расширить его до гигантских размеров и технически усовершенствовать.

Строительство новых мощных крематориев было поручено немецкой фирме «Топф и сыновья» в Эрфурте, которая немедленно начала строить в Биркенау четыре мощных крематория и' газовые камеры. Из Берлина нетерпеливо требовали ускорения строительства и окончания всех работ к началу 1943 года.

В делах канцелярии лагеря Аушвиц найдена обширная переписка администрации лагеря с фирмой «Топф и сыновья», в том числе следующие письма:

I

«И.А.Топф и сыновья Эрфурт, 12 февраля 1943 г.

ЦЕНТРАЛЬНОМУ СТРОИТЕЛЬСТВУ СС И ПОЛИЦИИ

Аушвиц (Освенцим)

Касается: крематории 2 и 3 лагеря военнопленных.

Подтверждаем получение вашей телеграммы от 10 февраля следующего содержания: «Еще раз подтверждаем получение вашего заказа на пять штук тройных муфельных печей, включая два электрических лифта для подъема трупов и один временный лифт для трупов. Также заказано практическое приспособление для подачи угля и приспособление для транспорта пепла. Вам надлежит доставить полную установку для крематория № 3. Ожидаем, что примете все меры для немедленной отправки всех машин с частями. Установка обязательно должна вступить в строй 10 апреля 1943 г.»

И.А. Топф и сыновья»

П

«ПУНКТ 2. В отношении установки двух трехмуфельных печей у каждой йз «бань особого назначения» инженером ПрюфероМ было предложено изъять их из заготовленных для отправки в Могилев печей. Руководитель служебной части, находившейся в СС — хозяйственном управлении главного отдела в Берлине, был немедленно об этом осведомлен, и его попросили распорядиться о дальнейшем.

СС унтерштурмфюрер (С) Освенцим, 21 августа 1942 г.».

Установлено:

1. Путем расстрелов, голода, отравлений и чудовищных истязаний немцы истребили в Освенцимском лагере свыше 4 миллионов граждан Советского Союза, Польши, Франции, Бельгии, Голландии, Чехословакии, Югославии, Румынии, Венгрии и других стран.

2. Немецкие профессора и врачи производили в лагере так называемые «медицинские» эксперименты над живыми людьми — мужчинами, женщинами и детьми.

3. По степени продуманности, технической организованности, по массовости и жестокости истребления людей Освенцимский лагерь оставляет за собой далеко позади все известные до сих пор немецкие «лагеря смерти».

В Освенцимском лагере были и газовые камеры, и крематории, и хирургические отделения, и лаборатории — все это было предназначено для чудовищного уничтожения людей.

Газовые камеры немцы назвали «банями особого назначения». На входной двери этой «бани» было написано «Для дезинфекции», а на выходной — «Вход в баню». Таким образом, люди, предназначенные для уничтожения, ничего не подозревая, заходили в помещение «Для дезинфекции», раздевались и оттуда загонялись в «баню особого назначения», то есть в газовую камеру, где они истреблялись ядовитым веществом «циклоном».

В Люблине на Майданеке был создан огромный комбинат смерти. Немцы его называли «Фернихтунтслагер», т.е. лагерь уничтожения.

Лагерь Майданек расположен в двух километрах от г. Люблина и занимает площадь в 270 гектаров. Строительство его началось в конце 1940 года.

К началу 1943 года было закончено строительство 6 полей лагеря. На каждом поле было 24 барака, а всего 144 барака (не считая всяких построек под склады, мастерские и пр.), вмещавшие каждый до 300 человек и более. Лагерь был обнесен двумя рядами колючей проволоки. Сверх того все 6 полей были отделены внутри лагеря целой системой проволочных заграждений, с отдельным караульным помещением при входе на каждое поле. Через эти проволочные заграждения проходил ток высокого напряжения.

По всему лагерю были расположены большие вышки, на которых постоянно находились часовые с пулеметами. Лагерь сильно охранялся войсками СС. Сверх этого было 200 немецких овчарок, составлявших очень важный элемент в охране лагеря, и вспомогательная полиция, кампфиолицай, формируемая из уголовных элементов.

ЯНОВСКИЙ ЛАГЕРЬ

По указанию рейхсминистра Германии Гиммлера и генерал-майора полиции СС Каймана в июне 1943 года были проведены специальные мероприятия по выкапыванию и сжиганию трупов замученных и расстрелянных мирных жителей, советских военнопленных и подданных иностранных государств.

На территории Львовской области был сооружен Яновский лагерь. В Львове немцами была создана зондерко-манда № 1005, состоявшая из 126 человек. Шефом этой команды был гаупштурмбаннфюрер Шерляк, его заместителем — гаупштурмбаннфюрер Раух.В обязанности зондеркоманды входило выкапывание из земли трупов убитых немцами мирных жителей и военнопленных и сжигание их.

В Яновском лагере на фабрике смерти были организованы специальные 10-дневные курсы по сжиганию трупов, на которых занималось 12 человек. На курсы были присланы из лагерей Люблина, Варшавы и других лагерей. Преподавателем курсов был комендант сжигания полковник Шаллок, который на месте, где выкапывали и сжигали трупы, рассказывал, как практически это производить, разъяснял устройство машины по размолу костей. Шаллок объяснял, как разровнять яму, просеять пепел и посадить деревья на этом месте, как рассыпать и прятать пепел. Такие курсы были на протяжении длительного времени.

Кроме расстрелов, в Яновском лагере применялись разные пытки, а именно: в зимнее время наливали в бочки воду, привязывали человеку руки к ногам и бросали в бочку. Таким образом он замерзал.

Вокруг Яновского лагеря было проволочное заграждение в два ряда, расстояние между рядами — 1 метр 20 сантиметров, куда забрасывали человека на несколько суток, откуда он сам не мог выйти и там умирал от голода и холода. Но прежде чем забрасывать, его избивали до полусмерти. Вешали за шею, ноги и руки, а потом пускали собак, которые разрывали человека.

Ставили человека вместо мишени и производили учебную стрельбу. Давали заключенному в руки стакан и производили учебную стрельбу, если попадали в стакан, то его оставляли живым, а если в руку, то тут же расстреливали и при этом заявляли, что «вы к труду не способны, подлежите расстрелу».

Кроме того, в лагере перед посылкой на работу производили так называемую проверку физически здоровых мужчин путем бега на расстояние 50 метров, и если человек хорошо пробежит, т.е. быстро и не споткнется, то остается живым, а остальных расстреливали. Там же, в этом лагере, была площадка, заросшая травой, на которой производили бег; если человек запутается в траве и упадет, то его немедленно расстреливали. Трава была выше колен.

В лагерях были дома терпимости для эсэсовцев и также для заключенных, занимавших определенные должности.Таких заключенных называли «кала». Когда эсэсовцам нужна была прислуга, они приходили в сопровождении «оберауфзеерин», т.е. начальницы женского блока лагеря, и в то время, когда производилась дезинфекция, указывали на молоденькую девушку, которую начальница вызывала из рядов. Они осматривали ее, и если она была красивой и нравилась им, хвалили ее физические достоинства и с согласия «оберауфзеерин», которая говорила, что отобранная должна выражать полное послушание и делать все, что от нее потребуют, брали ее в качестве служанки. Приходили во время дезинфекции потому, что женщины были в это время раздеты.

Пытки, истязания и расстрелы в Яновском лагере совершались немцами под музыку. Обычно во двор, в центр лагеря, выводили оркестрантов. Это были заключенные музыканты. Стоя сомкнутым кругом, под вопли и крики истязаемых жертв играли они по нескольку часов кряду одну и ту же мелодию — «Танго смерти» — так называли ее заключенные. Кто ее написал? Кто-то из заключенных композиторов. Родившись в лагере, она там и осталась вместе с расстрелянными оркестрантами, руководителем оркестра профессором Штриксом и известным львовским дирижером Мунтом. Произошла эта трагедия накануне освобождения Львова частями Советской Армии, когда немцы стали ликвидировать Яновский лагерь. В тот день 40 человек из оркестра выстроили в круг, их окружила плотным кольцом вооруженная охрана лагеря. Раздалась команда «Музик!» — и дирижер оркестра Мунт, как обычно, взмахнул рукой. И тут же прогремел выстрел. Это первым пал от пули дирижер львовской оперы Мунт. Но звуки «танго» продолжали звучать над бараками. По приказу коменданта каждый оркестрант выходил в центр круга, клал свой инструмент на землю, раздевался догола, после этого раздавался выстрел, человек падал мертвым.

ПРЕСТУПЛЕНИЯ МЕДИКОВ

В 1943 году было построено на территории анатомического института Медицинской академии в Гданьске (бывший Данциг) каменное здание, небольшое по площади, но с разного рода приспособлениями — «Фармакологический институт Медицинской академии», по существу организованный в полупромышленном масштабе для производства мыла из человеческих тел и дубления человеческой кожи, сдираемой с умерщвленных людей.

Руководил этим делом уроженец города Киля директор анатомического института профессор Рудольф Шпан-нер, заместителем его был доцент Вольман, офицер СС, ассистентом — фон Барген. Трупы подносили Рейхарт и Барктан. В должности препаратора работал Мазур, поляк, принявший немецкое подданство в 1944 году.

Уже зимой 1943 — 1944 года профессор Шпаннер приказал собирать человеческий жир и не выбрасывать его.

Работа по изготовлению мыла из человеческого жира началась в январе 1944 года. Непосредственным начальником фабрики мыла был старший препаратор фон Барген. Все оборудование было взято из анатомического института.

Первая партия трупов была доставлена из Конрад-штейнаиз психиатрической больницы.

Кроме того, был большой запас трупов в анатомическом институте в количестве около 400 трупов. Значительная часть трупов была обезглавлена. Обезглавленные трупы были доставлены после гильотинирования в тюрьме г. Кенигсберга, а в 1944 году гильотина была установлена в тюрьме г. Данцига.

При каждом трупе была карточка с указанием фамилии и года рождения, и эти фамилии в анатомическом институте вписывались в особую книжку. Одна производственная варка занимала несколько дней — от 3 до 7 дней.

Работами по производству мыла из человеческих трупов интересовалось гитлеровское правительство. В анатомический институт приезжали министр просвещения Руст, министр здравоохранения Копти, гаулейтер Данцига Альберт Форстер, а также много профессоров из других медицинских институтов.

Профессор Шпаннер старался достать как можно больше трупов и вел переписку с тюрьмами и лагерями, с которыми договаривался о том, что трупы в этих местах бронируются Данцигским анатомическим институтом.

Точно так же, как человеческий жир, профессор Шпаннер приказал собирать человеческую кожу, которая после обезжиривания подвергалась обработке определенными химическими веществами. Производством человеческой кожи занимался старший препаратор фон Барген и сам профессор Шпаннер. Выработанная кожа складывалась в ящики.

Рецепт варки мыла из человеческого жира был приклеен к фанерной доске, которая прибивалась в здании, где приготовлялось такое мыло.

Рецептура мыла, обнаруженного в Данцигском анатомическом институте Медицинской академии: «Анатомический институт Данциг, 15 февраля 1944 г. Медицинской академии Делбрюккаллея, 76 Директор проф. д-р Шпаннер

ПРОИЗВОДСТВО МЫЛА ИЗ ОСТАТКОВ ЖИРОВ 10 — 12 фунтов жира

10 литров воды

1000 граммов раствора натрона для твердого мыла или 1000 граммов калиомоксида для жидкого мыла и 1 пригоршня соды.

Варить в котле три часа. Прибавить полную пригоршню поваренной соли, немного поварить и оставить застыть. Застывшую поверхность снять, разрезать и снова переварить от полутора до двух часов с одним-двумя литрами воды.

Вылить в плоские миски и оставить застыть. Разрезать на куски для употребления.

Раствор, который остается после первого остуживания, может употребляться в разбавленном виде для чистки. Чтобы устранить запах, можно добавлять в мыло перед застыванием вещество для запаха, например бензаль-дегид».

Широко практиковалось снятие кожи с трупов заключенных. Доктор Гашер и доктор Волтер особенно требовали снимать человеческую кожу с шеи и спины. Ее подвергали химической обработке и затем высушивали на солнце. Эту кожу использовали для изготовления седел, перчаток, домашних туфель и дамских сумок. В особенности ценили эсэсовцы татуированную кожу. Однако было запрещено использовать и кроить кожу немцев. Кожу брали только со здоровых заключенных, и она не должна была иметь какие-либо дефекты.

Начальник лагеря Дахау украсил свой кабинет мумифицированной головой одного из заключенных.

В Страсбурге обществом по изучению наследственности «Аненэрбе» создавалась коллекция скелетов и черепов. Эти скелеты и черепа получали из Освенцима.

Отчет профессора Хирта, занимавшегося созданием этой коллекции, гласит:

«Содержание: Коллекционирование черепов еврейско-большевистских комиссаров с целью исследования в имперском университете в Страсбурге.

Мы имеем полную коллекцию черепов всех рас и народов. Что касается еврейской расы, то мы имеем лишь очень немного экспонатов черепов, вследствие чего невозможно прийти к каким-либо определенным выводам в результате их исследования. Война на Востоке теперь дает нам возможность восполнить этот пробел.

Лучшим практическим методом для получения и отбора этой коллекции черепов явится распоряжение вооруженным силам немедленно передавать живыми полевой полиции всех захваченных еврейско-большевистских комиссаров. В свою очередь полевая полиция должна получить соответствующие директивы регулярно сообщать определенному учреждению относительно количества и места заключения захваченных евреев и тщательно за ними следить до прибытия специального уполномоченного, которому будет поручен сбор материала. Он должен предварительно заснять их на пленку, провести антропологические измерения и, насколько это возможно, установить происхождение, дату рождения заключенного и другие личные данные о нем.

Вслед за тем, как эти евреи будут умерщвлены, — причем надо следить за тем, чтобы голова не была повреждена, — уполномоченный отделит голову от тела и пошлет ее в герметически закрытом жестяном ящике, специально сделанном для этой цели и наполненном консервирующей жидкостью, в назначенный для этого пункт. По прибытии в лабораторию можно приступить к фотографированию, сравнениям и анатомическим исследованиям черепа, а также к исследованиям по установлению принадлежности к расе, относительно патологических явлений, формы черепа, формы и объема мозга и т. д. Основой для этого изучения послужат фотографии, измерения и другие данные

о голове и, наконец, исследование самого черепа. Самым подходящим местом для хранения и исследования полученных таким образом коллекций черепов является новый имперский университет в Страсбурге в силу своего призвания и стоящих перед ним задач».

Вот письмо заведующего институтом Берга Брандту, адъютанту Гиммлера; оно направлено в личную ставку рейхсфюрера СС, отдел по вопросу наследственности. Тема письма — «Коллекция скелетов евреев».

«Согласно предложению от 9 февраля 1942 г. и с вашего одобрения 23 февраля 1942 г., штурмбанн-фюрер СС профессор Хирт собрал коллекцию, которой прежде не существовало. Из-за большой работы научно-исследовательского характера, связанной с этой коллекцией, превращение тел в скелеты еще не закончено. Поскольку потребовалось бы еще некоторое время для 80 скелетов, Хирт запросил директив, касающихся обращения с коллекцией, собранной в морге анатомического института, в том случае, если Страсбург подвергнется опасности.

От тел сложно отделить мясо, и, таким образом, нельзя будет определить, кто были эти люди. Однако это означало бы, что часть всей работы была бы сделана напрасно и что необыкновенная коллекция будет потеряна для науки, так как после этого будет невозможно сделать гипсовые слепки. Коллекция скелетов может остаться незаметной. Можно было бы заявить, что мясо с костей было (^ставлено французами в то время, когда мы взяли у них анатомический институт, для того, чтобы предать его кремации. Пожалуйста сообщите, какое из следующих трех предложений должно быть проведено в жизнь: 1) коллекция в целом должна быть сохранена; 2) коллекция должна быть уничтожена частично; 3) коллекция должна быть целиком уничтожена».

Следующий документ от 26 октября 1944 г. Это тоже записка Берга доктору Брандту.

«Во время моего посещения оперативного штаба, 21 октября 1944 г., штандартенфюрер СС Зиверс сообщил мне, что за это время коллекция в Страсбурге полностью уничтожена в соответствии с той директивой, которая была получена в свое время. Он придерживается того мнения, что лучше всего поступить именно так, принимая во внимание создавшееся положение».

В этом же институте профессор Хирт развернул деятельность терапевтического отделения для лечения ран, нанесенных в результате действия отравляющего вещества «ЛОСТ». Проводились опыты по сверхнизким температурам для ВВС, а также опыты с крайне сверхнизким и высоким давлением. При этом заключенный находился в разреженном пространстве до тех пор, пока у него не лопались легкие. Некоторые эксперименты вызывали у людей такое давление в голове, что они сходили с ума и рвали на себе волосы, стараясь освободиться от этого давления. В своем безумии они разрывали себе лицо и голову ногтями в попытке покалечить себя. Обычно эти эксперименты с крайне низким давлением настолько часто кончались смертью, что они использовались скорее как обычное средство казни, чем как эксперимент.

Эксперименты в целом делились на две группы: одни из них известны под названием «живых экспериментов», а другие — просто как «X» эксперименты, что, иначе говоря, означало казнь.

Немецкие врачи в Освенцимском лагере производили следующие эксперименты над живыми людьми:

1. Массовое иссечение тканей шейки матки или даже полную ампутацию последней.

2. Испытание ряда неизвестных веществ для целей рентгенографии матки и труб. Указанные вещества с помощью специальных приборов под давлением вводились в полость матки, что зачастую было сопряжено с мучительными болями для экспериментируе-мых жертв.

3. Стерилизация женщин путем облучения рентгеновскими лучами тазовой области, с последующим чревосечением и изъятием яичников. Эти опыты производились преимущественно над молодыми женщинами.

4. Изучение действия разных химических препаратов по заказам немецких фирм. По показанию немецкого врача, доктора медицины Валентина Эрвина, был случай, когда для подобных опытов представители химической промышленности Германии врач-гинеколог Глаубер из Кенигсхютте и химик Гебель специально купили у администрации лагеря 150 женщин.

5. Стерилизация мужчин путем рентгеновского облучения.

6. Опыты над мужчинами с применением раздражающих химических веп^еств на коже голени для искусственного вызывания язв, флегмон.

7. Ряд других опытов — искусственное заражение малярией, искусственное оплодотворение и т.д.

Очень многие опыты кончались быстрой и мучительной смертью подопытных заключенных. После окончательного использования заключенных для экспериментов их убивали и сжигали.

Из письма доктора медицины С. Рашера от 17 февраля 1945 г. на имя Генриха Гиммлера, рейхсфюрера СС:

«... Проще было бы, если бы я был переведен в части СС и смог бы поехать с племянником в Аушвиц, где бы я мог более быстро на ряде опытов разрешить вопрос отогревания обмораживаний, происшедших на суше. Для таких опытов Аушвиц во всех отношениях более приспособлен, чем Дахау, поскольку там более холодно и территория больше. Потом, это будет меньше привлекать к себе внимания (испытуемые кричат, когда замерзают).

Если, уважаемый рейхсфюрер, в наших интересах ускорить важные для армии опыты в Аушвице (Люблине или в каком-либо другом лагере на Востоке), то я вас покорнейше прошу дать мне в ближайшее время приказание, чтобы я еще смог использовать последние зимние холода.

С приветом и благодарностью. Хайль Гитлер!

Вам всегда преданный С. Рашер».

Хирургические операции производились по произволу немецких врачей, практиковавшихся в освоении оперативной техники. По приказу главного немецкого врача Эндерса с 1941 года по 1944 год в больницах лагеря Освенцим производилось умерщвление заключенных путем вливания фенола в сердце.

ДЕТИ В ЛАГЕРЯХ

Хорошо известны слова Гитлера: «Я просто приму меры к систематической приостановке естественного прироста этого населения» (имеются в виду нежелательные для немцев народы). В этом высказывании и открывается истинная цель убийства детей на оккупированных территориях.

Сотни тысяч детей в возрасте от грудного ребенка до 16 лет истребили немцы в лагерях. Как правило, прибывавших в эшелонах детей немцы сразу же направляли в газовые камеры и там истребляли. Только небольшую часть здоровых подростков оставляли для лагерных работ.

Детей в возрасте от 8 до 16 лет немцы наравне со взрослыми изнуряли на тяжелых физических работах. Непосильный труд, истязания и побои быстро доводили каждого ребенка до полного истощения, и тогда его убивали.

В Саласпилсе детям делали впрыскивание какой-то жидкости, и после этого дети истекали поносом. Давали им отравленную кашу и кофе, и от этого в день умирало по 150 человек.

Детей заставляли работать по 15—20 человек — на лямках возить груженые повозки с разным грузом, но больше отвозили трупы умерших к специальному блоку, где они складывались и оттуда увозились в крематорий. Работали с четырех часов утра до вечера.

Детей, родившихся в лагере, эсэсовцы отбирали от матерей и умерщвляли. При выявлении у прибывших женщин беременности, их немедленно выделяли в особый барак, где вызывали у них преждевременные роды. В случае сопротивления беременных женщин направляли в газовую камеру.

На детей немцы не считали нужным тратить боеприпасы, они уничтожали их ударами по голове тупым предметом.

Из директивы Управления питанием и сельским хозяйством «Обращение с беременными женщинами не немецкой национальности»:

«...За последнее время наблюдается значительный рост деторождаемости женщин не немецкой национальности. Вследствие этого возникают трудности не только при использовании на работах, но и еще в большей степени появляется опасность социально-политического характера, которую нельзя недооценивать...

Простейшей борьбой с этими трудностями явится то, чтобы возможно скорее оповестить о беременных женщинах не немецкой национальности те учреждения, которые их используют на работе...»

Через несколько минут после рождения ребенка отрывали от матери. Мать никогда больше не видела своего ребенка. После нескольких дней она опять шла на работу. В 1942 году не было еще отдельных блоков для детей. В начале 1943 года, когда начали татуировать заключенных, дети, которые были рождены в лагере, были также татуированы. Номер был татуирован на ноге, так как ребенок очень мал и номер, состоявший из пяти цифр, не поместился бы на маленькой руке. Дети не имели отдельных номеров, у них были те же номера, которые имели взрослые, иначе говоря, порядковые номера.

Весной 1944 года в лагере Биркенау был организован блок для близнецов. Это было в то время, когда прибыла колоссальная партия венгерских евреев; их было приблизительно 700000. Доктор Менгеле, который производил эксперименты, отбирал во всех прибывших партиях близнецов. Он руководствовался желанием получить обоих близнецов, вне зависимости от того, какого они были возраста. Поэтому в этом блоке находились и маленькие дети, и подростки. У них брали кровь и производили их измерения. Над этими детьми также проводились эксперименты и исследования.

2. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ КУЛЬТУРЫ

Среди многочисленных и тягчайших военных преступлений, совершенных фашистами, особое место занимают преступления против культуры.

«Мы, — говорил Гитлер, — варвары, и мы хотим быть варварами. Это почетное звание».

1 мая 1941 года Герман Геринг подписал директиву о создании на всех оккупированных территориях особых штабов по выявлению, сбору и вывозу в Германию культурных ценностей. Партийным, государственным и военным организациям было дано указание оказать всяческую поддержку и помощь начальнику штаба оперативных штабов рейхслейтеру Розенбергу, начальнику главного имперского бюро, члену НСДАП Утикало и его заместителю, начальнику полевого отдела германского Красного Креста фон Берву в выполнении этих задач.

Однако министр иностранных дел Риббентроп не захотел выполнять директиву Геринга. Причина была проста: он сам собирался заняться грабежом на оккупированной территории. По его указанию была создана зондеркоманда «СС», которую возглавлял барон фон Кюнсберг. Эта команда должна была следовать за передовыми частями на оккупированных территориях, с тем, чтобы охранять музеи, библиотеки, картинные галереи, архивы от разграбления разгоряченными в сражениях немецкими солдатами. А затем все, что представляло культурную или историческую ценность, вывозить в Германию.

Уже поздней осенью ротой гауптштурмфюрера Гау-больда из Царского Села под Ленинградом подчистую было вывезено содержимое всемирно известного дворца-музея Екатерины II. Со стен были сняты китайские шелковые обои и золоченые резные украшения. Наборный пол сложного рисунка увезли в разобранном виде. Из комнаты Екатерины II была увезена колоссальная коллекция драгоценных камней. Списки произведений искусства из пригородных дворцов Северной Пальмиры были составлены заранее. Во дворце императора Александра I риббентроповских «ценителей прекрасного» привлекли старинная мебель и уникальная библиотека в 7 тысяч томов, среди которых было немало сочинений греческих и римских классиков. Отсюда вывезли также около 5 тысяч старинных рукописей.

Зондеркоманда успела «поработать» в Варшаве, Киеве, Харькове, Кременчуге, Смоленске, Пскове, Днепропетровске, Запорожье, Мелитополе, Ростове, Краснодаре, Бобруйске, Ярославле. Особенно «плодотворна» была деятельность «зондеров» на Украине. Из библиотеки АН УССР в первую очередь изъяли редчайшие персидские, абиссинские и китайские рукописи, русские и украинские летописи, экземпляры первых книг, отпечатанные Иваном Федоровым. Около 200 тысяч бесценных книг потеряла Украина. Эту операцию провел доктор Паульзен.

Из Киево-Печерской Лавры вместе с редчайшими оригиналами древнерусской церковной литературы в Германию были отправлены картины Рубенса, из харьковской библиотеки им. Короленко — около 500 тысяч томов роскошных изданий, в том числе 59 томов сочинений Вольтера.

Наиболее раритетные книги и полотна направлялись прямиком главарям рейха. Так, два альбома гравюр, в том числе с автографом Рубенса, — Герингу, 59 томов редкостного издания Вольтера — Розенбергу, два громадных альбома акварелей роз — Риббентропу. Не были забыты Гитлер и Геббельс. Первому преподнесли из царского дворца под Питером около 80 томов на французском языке о походе Наполеона в Египет, а вот Геббельсу, в связи с его пристрастием к пропагандистской работе, — комплект газет «Ностройтер» за 1759 год.

Из указа Гитлера от 1 марта 1942 г. о создании эйнзетцштаба Розенберга:

«... Его эйзентцштаб по оккупированным областям имеет право проверять библиотеки и иные культурные организации всех видов и конфисковать их для выполнения заданий национал-социалистской партии...

Положение о проведении совместной работы с вооруженными силами издает начальник Верховного командования вооруженными силами по договоренности с рейхлейтером Розенбергом. Необходимые меры в пределах восточных областей, управляемых Германией, принимает рейхлейтер Розенберг в качестве рейхминистра по оккупированным восточным областям».

Из письма Розенберга на имя рейхслейтера Бормана от 23 апреля 1941 г.:

«... Я передал вам фотокопию моего соглашения с СД, которое было заключено с согласия группенфюрера Гейдриха...

Речь шла о произведениях искусства во вторую очередь. В первую же очередь речь шла о распоряжении командования вооруженных сил для оккупированных областей запада, чтобы все научное и архивное имущество идеологических противников предоставлялось в мое распоряжение. Это также проводилось в широком объеме и в тесной совместной работе с СД и военными начальниками ».

Из письма генерального комиссара Белоруссии Кубе на имя Розенберга:

«... В Минске находилась большая, частично очень ценная, коллекция художественных изданий и полотен, которая сейчас почти без остатка вывезена из города: по приказу имперского руководителя СС рейхсминистра Генриха Гиммлера большинство картин частично еще в то время, когда я возглавлял ведомство, было упаковано людьми СС и отослано в Германию. Речь идет о миллионных ценностях, изъятых из генерального округа Белоруссии. Картины должны быть посланы в Линц и Кенигсберг в Восточной Пруссии. Я прошу эти ценные коллекции, поскольку в них не окажется нужды в Германии, снова предоставить в распоряжение генерального округа Белоруссии или во всяком случае оставить материальную стоимость этих коллекций за министерством по оккупированным восточным областям.

... Генерал Штубенраух захватил с собой из Минска ценную часть этих коллекций и повез их в область военных действий. Зондерфюреры, фамилии которых мне еще не были сообщены, увезли три грузовика с мебелью, картинами и предметами искусства...»

Гитлеровцы приступили к планомерному грабежу прибалтийских республик через несколько недель после их оккупации.

Уже в августе 1941 года по приказу Розенберга начался вывоз в Германию материалов таллинского архива, книг Дерптской библиотеки, предметов искусства из музеев.

В Риге немцы стерли с лица земли целые кварталы, построенные в XV-XVII веке, сожгли городскую русскую библиотеку, существовавшую с 1524 года. Они устроили костер из 800 тысяч книг, а 100 тысяч наиболее ценных, на их вгляд, увезли в Германию.

«Друзья» литовцев, облаченные в эсесовские мундиры, сожгли старинную библиотеку евангелистическо-реформистского синода с 20 тысячами томов книг XVI века. Вывезли во Франкфурт-на-Майне полотна Репина, Левитана, Шагала, скульптуры Антокольского.

Ленинград, Рига, Киев — им готовили одинаковую судьбу. Еккельн был причастен к уничтожению Киево-Печерской Лавры. На этом настаивал Гитлер.

В Киев прибыл президент Словакии Тиссо. Его пригласили полюбоваться красотами Лавры. Через тридцать минут после того, как Тиссо Лавру покинул, взлетел на воздух Успенский собор, памятник XI века. Немцы тут же объявили, что это дело рук советских диверсантов, покушавшихся на жизнь президента Тиссо. По свидетельству Николая, митрополита Киевского и Галицкого, «от взрыва образовалось несколько огромных провалов в земле на окружающей собор территории.

Точно страшный ураган пронесся по Лавре, все опрокинул вверх дном...»

Любопытно, что, беспощадно грабя славянские страны, немцы пытались вести себя как бы по-джентльмен-ски в странах европейских. Здесь они скупали произведения искусства для музеев в Линце и Кенигсберге, но за внешне пристойной процедурой приобретения тех или иных произведений искусства угадывалась возможность применения силы... если бы продавцы и покупатели не сошлись в цене или продавцы не пожелали бы расстаться со своим товаром.

В Венгрии для Дрезденской галереи были куплены картины древнегерманских художников. В Нидерландах из королевского собрания были приобретены рисунки французских, голландских, немецких художников, а по личному желанию фюрера — работы из золота, эмали, фарфора и стекла.

Осуществляя тотальный грабеж в Европе, фашисты еще в 1942 году оборудовали в австрийском монастыре Кремсмюнстер один из основных складов похищенных ценностей. А в 1943 году, когда участились бомбардировки союзной авиации, складом стали выработанные штольни соляных разработок в Альтус-зее и Зальцберге (в переводе с немецкого — «Соляная гора»).

Штольни оборудовали под хранилища. Огромные помещения были обшиты досками, сооружены стеллажи, и на полках, словно книги, рама к раме стояли картины, награбленные в Бельгии, Голландии, Польше, Франции, Советском Союзе, Чехословакии: подлинники Микеланджело, десятки гравюр Дюрера, венская коллекция Ротшильдов, превосходные картины из галерей и драгоценные вещи из монастыря Монте-Карло. В одном месте были сложены произведения Вермера, Тициана и Брюгхелса, рядом в разобранном виде стоял золотой Верденский алтарь.

В штольнях находились и знаменитый Гентский алтарь — бельгийская национальная святыня, алтарь Дирка Боутса из Левена, и мраморная «мадонна» Микеланджело из церкви Онзе-ливе-Врауэкерк и Брюгге.

В соляных копях Альтаусзее и в рудниках у Ла-уффена, в долине реки Траун, содержались 6500 всемирно известных картин, 1500 ящиков с рукописями, миниатюры, средневековые вышивки, гравюры на дереве, украшения церковного и светского происхождения, сотни дорогих красивейших ковров. Сюда же фашисты доставили множество ценных экспонатов из музеев Германии и Австрии.

Все, что было собрано там, глубоко под землей, по праву можно было назвать величайшей и одновременно самой жалкой художественной коллекцией всех времен: неповторимые творения человеческой культуры свалены в кучу и обречены на гибель: Лукас, Кранах, Веронезе, Курбе, Ван Дейк, Брейгель, Рембрандт, Тинторетто, Дюрер, Рубенс и другие... В ящиках лежали книги, посуда восемнадцатого века, оружие, монеты, золотые и серебряные изделия.

Инвентарная опись, которая постоянно пополнялась, представляла собой шесть тысяч страниц текста, напечатанного на пишущей машинке через один интервал. То, что поступало с конца 1944 года, а это были главным образом ценности из Венгрии, вообще почти не учитывалось.

8 мая 1945 года амерканский «джип» остановился против главного входа в соляные штольни Альтаус-зее, его встречали сотрудники бывшего имперского управления по охране памятников и представители дирекции соляных штолен. Американцы, получив списки сокровищ, тотчас же объявили все ценности своей собственностью.

Только в одной этой шахте они обнаружили 5350 картин старых мастеров, 220 рисунков и акварелей, 1039 гравюр, 95 гобеленов, 68 скульптур, 32 ящика с монетами, 128 образцов оружия и доспехов, 64 предмета мебели, 79 контейнеров и 43 ящика с художественными изделиями, 40 коробок с драгоценностями Ротшильдов, 237 ящиков с книгами и многое другое, предназначавшееся для «музея фюрера» в Линце.

Между тем, части художественного собрания Гитлера были размещены еще по меньшей мере в десяти других местах. Так, коллекция Мангеймера была найдена в Богемском монастыре.

ГЛАВА III

ОСВОБОЖДЕНИЕ СТРАН ВОСТОЧНОЙ И ЮГО-ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ

1. ПОЛЬША

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ В ПОЛЬШЕ К 1944 Г.

К 1944 г. Польша находилась под властью немецких оккупационных властей уже около пяти лет. Государственная самостоятельность страны была ликвидирована. Ее западные и северные области немецкое руководство присоединило к Германии, а центральные и восточные земли были превращены в «генерал-губернаторство». Нацистский наместник этих районов Франк заявлял: «Отныне политическая роль польского народа закончена... Мы добьемся того, чтобы стерлось навеки само понятие Польша. Никогда уже не воз-

родится Речь Посполитая или какое-либо иное польское государство».

В канун 1944 г. была создана Крайова Рада Наро-дова — высший представительный орган демократических сил в стране. Крайова Рада Народова в специальной декларации изложила программу национального и социального освобождения страны. Выдвигалась задача мобилизации и объединения всех антифашистских сил в стране для ускорения ее освобождения.

Декретом Крайовой Рады Народовой от 1 января 1944 г. была создана Армия Людова. В ее состав вошли отряды Гвардии Людовой и часть вооруженных отрядов некоторых демократических партий: крестьянские батальоны, милиция Рабочей партии польских социалистов, отдельные отряды Армии Крайовой. Командующим Армией Людовой был назначен генерал М.Роля-Жи-мерский. К июлю 1944 г. Армия Людова имела 11 бригад, насчитывавших до 60—65 тыс. человек.

Подразделения и части Армии Людовой наносили удары по немецким войскам в Люблинском воеводстве, в Келецкой, Краковской и Жешувской землях, в Варшавском воеводстве.

Особую активность проявляли партизаны в первой половине 1944 г. в Люблинском воеводстве. Военные действия там приняли характер партизанской войны. С января по апрель 1944 г. в Люблинском воеводстве партизаны совершили 239 нападений на железных дорогах, ведущих к фронту. Армия Людова в это же время провела 50 боев с оккупантами, в том числе такие, как бой под Амелином, а затем под Ромбловом с танковой дивизией СС «Викинг» (май 1944 г.).

Задача партизан заключалась в том, чтобы, координируя действия с операциями Красной Армии, подготовить условия для взятия власти радами народо-выми в момент освобождения.

Весной 1944 г. политическое положение в Польше было весьма сложным. Образование Крайовой Рады Народовой углубило размежевание политических сил. Серьезные разногласия возникли в Рабочей партии польских социалистов (так с апреля 1943 г. называлась партия Польских социалистов). Левая часть партии, с самого начала участвовавшая в работе Крайовой Рады Народовой, создала в январе 1944 г. свой временный Центральный комитет, который вскоре получил поддержку большинства членов партии. Созванный в мае 1944 г. IV съезд Рабочей партии польских социалистов одобрил принятый временным Центральным Комитетом курс на сотрудничество с Польской рабочей партией (ППР) в Крайовой Раде Народовой и радах на-родовых.

С июля — августа 1944 г., когда советские войска при участии 1-й Польской армии заняли почти все земли к востоку от Вислы ( четвертая часть территории страны, где проживало около 5,6 млн. человек), национально-освободительное движение в стране усилилось. С февраля — марта на территорию Польши начали переходить советские партизанские соединения, общая численность которых составила 4,5 тыс. человек. Польские партизаны получали из СССР большое количество оружия и боеприпасов.

Приход на Люблинщину советских партизанских отрядов, установивших тесный контакт с Армией Лю-довой, увеличил силы польских партизан и их боеспособность. 9—25 июня 3 тыс. польских и советских партизан провели успешный бой с 30-тысячной немецкой армией, поддержанной танками и авиацией.

Партизаны оказали существенную помощь советским войскам в создании и удержании Сандомирского плацдарма.

Отряды Армии Людовой совершили более 200 диверсий на коммуникациях, провели 120 боев, в том числе 8 крупных (под Эвиной, Грушкой, на Сьвиней Гуре и др.).

В Польше действовала также Армия Крайова, руководимая лондонским эмигрантским правительством Миколайчика. Главнокомандующий вооруженными силами эмигрантского правительства К. Соснковский ставил вопрос о прекращении борьбы против немецких войск и подготовке польских вооруженных сил для оказания сопротивления наступавшим советским войскам. Такая установка принималась командующим Армией Крайовой генералом Бур-Комаровским. В апреле 1944 г. в состав Армии Крайовой были включены отряды Народовых сил збройных (Национальные вооруженные силы).

Командование Армии Крайовой разработало план военно-политической демонстрации против Красной Армии и захвата власти в момент освобождения страны (план «Бужа»). 9 января 1944 г. блок четырех политических партий, поддерживавших эмигрантское правительство, преобразовался в Раду едности народовой (Совет национального единства).

В Москве поддерживали Крайову Раду Народову и в мае 1944 г. приняли ее полномочных представителей. Советское правительство признало Крайову Раду единственным органом, представляющим интересы польского народа. На этих переговорах были также согласованы в принципе вопросы об отношениях между двумя странами и советско-польской границе после освобождения страны. Советское правительство согласилось поставить Армии Людовой оружие и боеприпасы.

ОБРАЗОВАНИЕ ПОЛЬСКОГО КОМИТЕТА НАЦИОНАЛЬНОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ

20 июля 1944 г. Красная Армия вступила на территорию Польши. К 23 июля войска левого фланга 1-го Белорусского фронта (под командованием Рокоссовского), в состав которых входила и 1-я Польская Армия, уже освободили древний польский город Люблин. 11 июля образовавшие тупой клин войска правого фланга 1-го Белорусского фронта завязали бои на ближних подступах к предместью Варшавы.

В освобождении ряда местностей участвовали отряды и бригады Армии Людовой.

Крайова Рада Народова, по существу представлявшая собой «подпольный парламент», издала декрет, подписанный: «Варшава, 21 июля», который на следующий день был опубликован в Хелме в первом номере ее официального органа, газеты «Речь Посполита».

Декрет этот объявлял о создании Польского комитета национального освобождения под председательством

Э. Осубки-Моравского. Заместителями председателя назначались А. Витое, В. Василевская и генерал 3. Бер-линг. В декрете объявлялось также о других назначениях, за исключением пяти членов комитета, чьи имена не были названы, поскольку бни все еще находились на оккупированной немцами территории.

Состав комитета был неоднородным; так, например, руководитель Отдела охраны труда, социального обеспечения и здравоохранения д-р Дробнер являлся правым социалистом; Витое (подобно Миколайчику) был старым членом руководства крестьянской партии (вскоре он был выведен из состава Комитета). Однако ключевые позиции явно находились в руках ППР (коммунистов); к ППР принадлежал и председатель Крайовой Рады Народовой Берут.

23 июля Рада Народова издала целый ряд постановлений — о создании верховного командования польской армии, о подчинении Союза польских патриотов в СССР Польскому комитету национального освобождения и т. д.

В изданном Комитетом манифесте говорилось, что Комитет создан Крайовой Радой Народовой, органом, в состав которого вошли представители крестьянской партии и других демократических элементов в самой Польше и который «признали организации поляков) за границей и в первую очередь — Союз польских патриотов и Польская армия, сформированная в Советском Союзе».

Манифест осуждал лондонское эмигрантское пра-аительство как «самозванную» власть, опирающуюся

321

11 Зак. 1543 на «фашистскую» конституцию 1935 г. Комитет обещал признавать конституцию 1921 г. и действовать в соответствии с ней вплоть до созыва Учредительного сейма и вынесения им нового решения.

В манифесте провозглашалась новая эра единства славянских народов; подчеркивалось, что границы между Польшей и Советским Союзом будут установлены на основе «этнического» принципа и взаимного согласия и что Польша получит свои древние западные земли в Силезии, по Одеру и в Померании. Восточная Пруссия также должна была войти в состав Польши. Бессмысленная вражда между славянскими народами, длившаяся 400 лет, теперь наконец кончилась, и польским и советским знаменам предстояло развеваться рядом, когда победоносные войска обеих стран вступят в Берлин...

Далее в манифесте перечислялся ряд пунктов программы восстановления страны и подчеркивалась необходимость проведения аграрной реформы. Вопрос о национализации в манифесте формулировался весьма осторожно. В нем говорилось, что национальное имущество, находящееся в руках немецкого государства и немецких капиталистов, перейдет «в распоряжение временного государственного управления» Польши и «по мере урегулирования экономических отношений будет происходить возвращение собственности владельцам ».

Манифест декларировал, что боевой союз Польши с Англией и США будет способствовать укреплению дружбы между ними и что Польша будет стремиться поддерживать свои традиционные узы дружбы и союза с Францией.

26 июля Народный комиссариат иностранных дел СССР опубликовал заявление об отношении Советского Союза к Польше; одновременно был опубликован манифест, датированный 22 июля и подписанный в Хелме (пограничном польском городе); в нем объявлялось

о создании Польского комитета национального освобождения, который вскоре все стали называть просто Люблинский комитет.

В советском заявлении говорилось, что Красная Армия вместе с Польской армией, действующей на советско-германском фронте, приступила к освобождению польской территории. Советские войска, сообщалось в заявлении, имеют только одну цель: разгромить противника и помочь польскому народу восстановить независимую, сильную и демократическую Польшу.

Поскольку Польша являлась суверенным государством, Советское правительство решило не создавать на польской территории своей собственной администрации, а заключить с Польским комитетом национального освобождения соглашение, определяющее взаимоотношения между Советским Верховным Главнокомандованием и польской администрацией. В заявлении отмечалось, что Советское правительство не преследует цели присоединения к СССР каких-либо польских земель или изменения общественного строя Польши и что присутствие Красной Армии на территории Польши диктуется единственно военной необходимостью.

1 августа Советское правительство признало Польский комитет национального освобождения единственным законным органом власти в стране и обменялось с ним дипломатическими представителями.

1 августа 1944 г. командование Армии Крайовой отдало приказ о начале восстания в Варшаве. Целью восстания было овладение столицей Польши, изгнание из нее немецких войск до подхода советских войск и передача власти созданному 26 июля в противовес Польскому комитету национального освобождения «Краевому совету министров».

Восстание приурочивалось к поездке премьер-министра находившегося в Лондоне польского эмигрантского правительства Миколайчика в Москву для переговоров с Советским правительством. Организаторы восстания рассчитывали, что англичане окажут восставшим политическую поддержку и военную помощь. Однако американо-английская авиация оказалась не в состоянии организовать в значительных масштабах снабжение повстанцев по воздуху, а политические цели восстания не могли быть открыто поддержаны Англией и Соединенными Штатами, так как это могло ухудшить их отношения с Советским Союзом.

Организация восстания проходила так поспешно, что многие отряды Армии Крайовой не знали о времени выступления. Не были предупреждены об этом своевременно и другие подпольные организации. Сразу же обнаружилась нехватка оружия и боеприпасов. Поэтому лишь часть отрядов Армии Крайовой, находившихся в Варшаве, смогли выступить с оружием в руках, когда началось восстание.

Восставшие не смогли решить даже ближайших задач восстания — овладеть мостами и вокзалами, завладеть инициативой борьбы. Восстание, однако, разрасталось. К нему примкнули тысячи жителей польской столицы, а также находившиеся в ней отряды Армии Людовой.

Немецкое командование подтянуло к Варшаве крупные силы своих войск и приступило к уничтожению повстанцев. Гитлер приказал сровнять польскую столицу с землей. 2 октября последние очаги сопротивления в польской столице были подавлены.

Это восстание было поднято без учета конкретного положения на фронте. В это время советские войска, вышедшие к Висле, были измотаны длительными боями. Необходима была длительная пауза в наступа-

тельных операциях, чтобы пополнить фронты свежими силами, перегруппировать войска, подтянуть тылы. Восставшие обратились за помощью к советскому командованию, но последнее не имело возможности оказать ее.

Только тогда, когда восстание терпело поражение, советские войска включились в борьбу. Войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов в течение августа и первой половины сентября вели тяжелые бои. На правом фланге 1-го Белорусского фронта советские войска вышли на реку Нарев севернее Варшавы и захватили плацдарм в районе Сероцка. Войска левого фланга этого фронта и войска 1-го Украинского фронта вели бои за расширение ранее захваченных плацдармов. Особенно ожесточенный характер эти бои носили на Сандомирском плацдарме, где немцы атаковали крупными силами танков и пехоты.

С целью оказания помощи восставшим войска 1-го Белорусского фронта 14 сентября заняли Прагу. На следующий день действовавшая в составе фронта 1-я армия Войска Польского вступила в Прагу и приступила к подготовке форсирования Вислы и соединения с повстанцами в Варшаве.

Форсирование Вислы началось в ночь на 16 сентября.

Командование Армии Крайовой не приняло советского предложения вывести отряды повстанцев на правый берег Вислы. В районе Жолибожа перешли Вислу лишь бойцы Армии Людовой. Немецкие войска продолжали удерживать в своих руках инициативу и постепенно сжимали кольцо окружения. Положение повстанцев было безнадежным. 2 октября 1944 г. комадующий Армией Крайовой генерал Бур-Комаровский подписал капитуляцию.

ВИСЛО-ОДЕРСКАЯ ОПЕРАЦИЯ. ОСВОБОЖДЕНИЕ ЗАПАДНОЙ ПОЛЬШИ

12 января 1945 г. войска 1-го Украинского фронта (командующий Маршал Советского Союза И.С. Конев), сосредоточенные на Сандомирском плацдарме, перешли в наступление, нанося главный удар на Радомско и далее на Бреслау (Вроцлав). В первые же часы оборона немцев была взломана.

14 января начали наступать с Магнушевского и Пу-лавского плацдармов войска 1-го Белорусского фронта (командующий Маршал Советского Союза Г.К. Жуков) в направлении на Кутно и Лодзь. Активно содействовал наступлению 2-й Белорусский фронт, главной задачей которого был разгром немецких войск в Восточной Пруссии. Так началась одна из крупнейших в истории второй мировой войны Висло-Одерская операция.

Стратегической целью этой операции был разгром немецкой группы армий «А» (командующий генерал-полковник И. Гарпе), расположенной в Польше и прикрывавшей жизненно важные центры Германии, выход на Одер и создание условий для удара по Берлину.

Эту цель намечалось достигнуть двумя глубокими мощными ударами на лодзинском и ченстоховском направлениях, чтобы рассечь главные силы немцев, прикрывавшие берлинское направление, и уничтожить их по частям. Политическая цель операции состояла в завершении освобождения польской земли от оккупантов и оказании помощи народу в создании независимого государства.

Против немецкой группы армий «А», опиравшейся на систему оборонительных сооружений между Вислой и Одером и насчитывавшей около 400 тыс. человек, более 4 тыс. орудий и минометов и свыше 1100 танков и штурмовых орудий, 1-й Украинский и 1-й Белорусский фронты сосредоточили 2200 тыс. человек, 6460 танков и самоходных орудий, более 32 тыс. орудий и минометов, 4772 самолета.

Распологая подавляющим превосходством над противником, советские войска нанесли ему внезапный сокрушительный удар. К 17 января немецкая оборона была прорвана на 500-километровом фронте. Основные силы немецкой группы армий «А» были разгромлены и быстро откатывались на Запад. Войска 1-го Украинского фронта продвинулись на главном направлении на 150 км. Создались благоприятные условия для удара на Бреслау и овладения Верхней Силезией. Армии 1-го Белорусского фронта нависли над Варшавой с севера и юго-запада.

Утром 17 января части 1-й польской армии, которой была предоставлена честь первой вступить в польскую столицу, вместе с воинами 47-й и 61-й армий

1-го Белорусского фронта ворвались в город. К 12 часам дня разрушенная и разграбленная, опустевшая Варшава была освобождена.

Во второй половине января наступление советских войск продолжалось с неослабевающей силой. 29 января части 1-го Белорусского фронта пересекли границу Германии.

В ходе наступления советские войска захватили крупнейший лагерь массового уничтожения — Освенцим, расположенный на польской территории. Несколько тысяч заключенных, которых не успели уничтожить, были освобождены. Немцы не успели убрать следы своих преступлений. Газовые камеры и крематории, орудия пыток, тысячи килограммов человеческих волос и перемолотых костей, подготовленных к отправке в Германию, предстали перед глазами советских воинов. В Освенциме было уничтожено 2,5 млн. заключенных. Кроме того, 500 тыс. погибли от голода и болезней.

Висло-Одерская операция завершилась крупным стратегическим успехом. За 23 дня наступления советские войска продвинулись на 450-500 км, освободили от немецких войск большую часть Польши, вступили на территорию Германии и, выйдя широким фронтом на Одер, захватили на его западном берегу ряд плацдармов. До Берлина оставалось всего 60-70 км.

ОВЛАДЕНИЕ ВОСТОЧНОЙ ПРУССИЕЙ

Одновременно с Висло-Одерской развернулась вторая крупнейшая наступательная операция зимней кампании 1945 г. — Восточно-Прусская. Эта операция протекала в очень трудных условиях.

В Восточной Пруссии и в Северной Польше оборонялись войска второй группы армий «Центр», в которой насчитывалось 580 тыс. солдат и офицеров, а также 200 тыс. фольксштурмистов, призванных по сверхтотальной мобилизации. Немецкие армии располагали 8200 орудиями и миноментами, около 700 танками и штурмовыми орудиями и 515 самолетами. На территории Восточной Пруссии были созданы многочисленные оборонительные сооружения. Основные силы немецкого военно-морского флота были стянуты в Балтийское море для обеспечения морских коммуникаций между Восточной Пруссией и германскими портами. От командующего группой армий «Центр» генерал-полковника Г.Рейнгарда Гитлер требовал любой ценой удержать Восточную Пруссию.

Задача ликвидации восточно-прусского плацдарма и освобождения Северной Польши была возложена на войска 3-го (командующий генерал армии И.Д. Черняховский) и 2-го (командующий маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский) Белорусских фронтов. Краснознаменный Балтийский флот под командованием адмирала В.Ф. Трибуца должен был прервать морские коммуникации противника. Войска обоих фронтов имели около 1 670 тыс. человек, 28 360 орудий и минометов, в том числе 1 тыс. «катюш», 3300 танков и самоходно-артиллерийских установок, около 3 тыс. самолетов.

Замысел операции состоял в том, чтобы отсечь группу армий «Центр» от остальных сил немецкой армии, расчленить ее и уничтожить. Задача по отсечению вос-точно-прусской группировки была возложена на войска

2-го Белорусского фронта, который должен был нанести глубокий удар из района нижнего течения реки Нарев в общем направлении на Мариенбург. 3-й Белорусский фронт наносил удар в полосе севернее Мазурских озер в общем направлении на Кенигсберг. 1-й Прибалтийский фронт силами одной армии имел задачу содействовать наступлению 3-го Белорусского фронта.

13 января войска 3-го Белорусского фронта перешли в наступление. На следующий день пришел в движение и 2-й Белорусский фронт.

Советские войска, продвигаясь вперед, к концу января расчленили восточно-прусскую группировку противника на три части. Одна из них была заперта на Земландском полуострове, другая — самая крупная — оказалась прижатой к берегу залива Фришес-Хафф юго-западнее Кенигсберга, и последняя закрепилась в самом Кенигсберге.

В связи с крушением обороны на Востоке гитлеровская ставка в конце января произвела реорганизацию своих групп армий. Разгромленная группа армий «А» стала именоваться группой армий «Центр». Войска, оборонявшиеся в Восточной Пруссии, получили название группы армий «Север». Окруженная между Тукумом и Лиепаей бывшая группа армий «Север» получила название «Курляндия», а отброщенные в Померанию армии были сведены в группу армий «Висла».

Окончательный разгром группы армий «Север» затянулся до конца апреля и стоил огромных усилий и жертв. Ликвидировать эту группировку было поручено

3-му Белорусскому и 1-му Прибалтийскому фронтам. Операции, развернувшиеся в феврале, не принесли успеха. Стало очевидным, что покончить с противником можно, лишь основательно подготовившись и создав единое руководство операциями. В связи с этим 1-й Прибалтийский фронт был упразднен, а его войска, названные Земландской группой (командующий генерал армии И.Х. Баграмян), вошли в состав 3-го Белорусского фронта. После гибели на поле боя И.Д. Черняховского командующим фронтом был назначен Маршал Советского Союза А.М. Василевский. В течение марта — апреля советские войска вели изнурительные наступательные бои, в результате которых овладели всей Восточной Пруссией. Особенно кровопролитные сражения развернулись за Кенигсберг. Для его обороны противник располагал около 130 тыс. человек, до 4 тыс. орудий, 100 танками и штурмовыми орудиями. Штурм Кенигсберга силами четырех армий 3-го Белорусского фронта, наносивших удары с севера и юга, начался 6 апреля. Ему предшествовал артиллерийский обстрел крепостных укреплений и авиационная подготовка. В течение четырех дней шли ожесточенные бои в городе. Немецкие части яростно сопротивлялись, но не смогли остановить наступательного порыва советских войск.

9 апреля Кенигсберг пал. В городе немецкие войска потеряли более 40 тыс. убитыми, до 90 тыс. человек было взято в плен, захвачены все вооружение и боевая техника.

Овладение Восточной Пруссией и освобождение Северной Польши имело огромное значение. Германия лишилась одного из важнейших экономических районов. Была разгромлена крупная группировка немецких войск.

Высвободившиеся советские армии могли теперь принять участие в завершающих боях против остатков вооруженных сил Германии. Балтийский флот, получив новые базы, расширил район своих действий.

РАЗГРОМ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК В ВОСТОЧНОЙ ПОМЕРАНИИ И СИЛЕЗИИ

В результате Висло-Одерской операции войска

1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов вышли на Одер, но немецкие группировки, продолжая обороняться в Восточной Померании и Силезии, создали определенную угрозу флангам двух советских фронтов. Это обстоятельство и рассчитывало использовать немецкое командование: оно надеялось ударами по советским войскам с флангов выиграть время для организации обороны Берлина и переговоров о перемирии с западными союзниками СССР. Германское руководство стремилось удержать Померанию и Силезию еще и потому, что эти районы являлись важными экономическими центрами Германии.

В Восточной Померании, откуда немцы намеревались начать контрнаступление, действовала группа армий «Висла» под командованием рейхсфюрера СС Гиммлера. Разгром этой группировки стал первоочередной задачей Советского Главнокомандования.

Начав наступление 10 февраля, войска 2-го Белорусского фронта за 10 дней продвинулись на 40—60 км, но сил для достижения решающего успеха у них не хватило.

В бой было введено правое крыло 1-го Белорусского фронта. Войска обоих фронтов нанесли мощные рассекающие удары по восточнопомеранской группировке противника и в первых числах марта вышли на Балтийское побережье у Кеслина и Кольберга. Вместе с советскими частями к морю прорвалась и 1-я армия Войска Польского.

В листовке, выпущенной политическим управлением Войска Польского, говорилось: «Польша возвращается на Балтику... Больше не будет «коридора»! Польша должна иметь и будет иметь протяженную морскую границу...»

В конце марта советские войска овладели Гдыней и Данцигом (Гданьском) — крупными военно-морскими базами. Все южное побережье Балтийского моря от Вислы до Одера было очищено от немецких войск. Угрозы с севера советским войскам больше не существовало.

Пока в Померании шли бои, войска левого крыла 1то Белорусского фронта вели успешную борьбу за расширение плацдармов на западном берегу Одера. К концу марта им удалось окружить кюстринскую группировку противника и создать здесь плацдарм крупного оперативного значения. Попытка германских войск деблокировать Кюстрин провалилась. После этой неудачи Гитлер заменил на посту начальника генерального штаба немецких сухопутных сил генерал-полковника X. Гу-дериана генералом пехоты Г. Кребсом.

8 февраля войска правого крыла 1-го Украинского фронта начали наступление в Нижней Силезии. Прорвав оборону противника, они быстро продвигались вперед, оставив в своем тылу блокированные гарнизоны го-родов-крепостей Глогау и Бреслау.

К концу февраля войска фронта вышли к реке Нейсе от устья до г. Пенцих, овладев всей Нижней Силезией, и вступили в немецкую провинцию Бранденбург. Теперь 1-й Украинский и 1-й Белорусский фронты стояли на одной линии. Верхнесилезская группировка немцев оказалась охваченной с севера. Во второй половине марта армии левого крыла 1-го Украинского фронта вышли в предгорье Судет и в ряде мест пересекли германо-чехословацкую границу. В составе 1-го Укран-ского фронта действовала 2-я армия Войска Польского.

Разгромив германские войска в Восточной Померании и Силезии, Красная армия завершила освобождение Польши. Советские войска заняли выгодные рубежи для нанесения решительного удара по Берлину.

«ПОЛЬСКИЙ ВОПРОС»

Самой острой проблемой в отношениях между западными союзниками и СССР в начале лета 1945 г. продолжала оставаться Польша. Еще до вступления на собственно польскую территорию, т. е. в Западной Белоруссии и Литве, Красная Армия столкнулась с известным вооруженным сопротивлением и диверсионными актами со стороны «лондонского» польского подполья Армии Крайовой, а с вступлением Красной Армии в Польшу положение ухудшилось.

Советская сторона утверждала, что поляки убили несколько сот солдат и офицеров. Армия Крайова была изобличена в совершении многих террористических актов против советских представителей и в саботаже вербовки поляков в Польскую армию, сражавшуюся бок о бок с Красной Армией. В Польше также велась усиленная антисоветская пропаганда, проводившаяся как «лондонским» подпольем, так и церковью.

В январе 1945 г. по указаниям из Лондона Армия Крайова официально самораспустилась, но была заменена тайной организацией НИЕ (от слова — «ние-подлеглосць» — независимость), которую возглавил генерал Окулицкий. (После поражения Варшавского восстания Окулицкий был назначен командующим Армией Крайовой вместо генерала Бур-Комаровского). Новое подполье, унаследовавшее военное снаряжение и радиопередатчики Армии Крайовой, продолжало свою деятельность и после освобождения Красной Армией всей Польши. Поэтому в марте Советское правительство приняло решительные меры против антисоветских элементов в польском движении Сопротивления. Окулицкий и ряд других поляков, в том числе три члена «польского подпольного правительства» (Ян Янковский, Адам Бен и Станислав Ясюкович) и председатель «подпольного парламента» Пужак, были арестованы и увезены в Москву.

28 апреля Черчилль обратился к Сталину с посланием, в котором с тревогой спрашивал относительно «пятнадцати поляков», которые, по слухам, были «депортированы». 4 мая Сталин ответил, что он не намерен умалчивать об этих шестнадцати ( а не пятнадцати) поляках. Все они или некоторые, в зависимости от результатов следствия, будут преданы суду.

«(Они) обвиняются в подготовке и совершении диверсионных актов в тылу Красной Армии, жертвой которых оказались свыше ста бойцов и офицеров Красной Армии, а также обвиняются в содержании нелегальных радиопере даточных станций в тылу наших войск. Все они или часть из них, в зависимости от результатов следствия, будут преданы суду. Так приходится Красной Армии защищать свои части и свой тыл от диверсантов...»

Арест этих поляков и весь польский вопрос был главной темой бесед Сталина и Гопкинса с 26 мая по

6 июня. Эти шесть встреч имели место во время «последней миссии», взятой на себя Гопкинсом по просьбе нового президента Гарри Трумэна. При первой же встрече со Сталиным Гопкинс припомнил, как на обратном пути из Ялты президент Рузвельт «часто отзывался о маршале Сталине с уважением и восхищением», но добавил, что «в последние шесть недель произошли такие глубокие изменения в общественном мнении, что это может неблагоприятно сказаться на отношениях между нашими двумя странами».

«В такой стране, как наша, — сказал Гопкинс, — на общественное мнение влияют конкретные инциденты и что в данном случае ухудшение... вызвано нашей неспособностью провести в жизнь Ялтинское соглашение о Польше».

Он неоднократно возвращался к этому вопросу, заявляя, что в глазах общественности Соединенных Штатов «Польша стала символом нашей способности разрешить проблемы с Советским Союзом». Гопкинс настаивал, чтобы Сталин ускорил формирование «нового» польского правительства, а также освободил находившихся под арестом руководителей польского подполья.

Сталин не хотел уступать в этом вопросе: деятели этого подполья не только совершили тяжкие преступления против Красной Армии, но к тому же представляли... политику «санитарного кордона». Английские консерваторы, говорил Сталин, не хотят, чтобы новая Польша была дружественной Советскому Союзу.

В ответ на уговоры Гопкинса обеспечить в Польше все необходимые демократические свободы, как их понимала Америка, Сталин заявил, что 1) упомянутые Гопкинсом свободы могут быть введены лишь в мирное время, и то с некоторыми ограничениями; и что 2) например, фашистской партии, намеревающейся свергнуть демократическое правительство, нельзя разрешить полностью пользоваться этими свободами.

Тем не менее было достигнуто фактическое соглашение о включении в состав польского правительства Миколайчика и еще нескольких человек.

Суд над польским подпольем начался в Москве в Колонном зале Дома Союзов 18 июня и продолжался три дня.

Главный обвиняемый, генерал Окулицкий, признав себя виновным по большинству пунктов обвинительного заключения (организация подполья после роспуска Армии Крайовой, игнорирование приказов Красной Армии о сдаче оружия и радиопередатчиков, секретная связь по радио с Лондоном, антисоветская пропаганда среди населения и т. д.), отрицал свою ответственность за убийство советских офицеров и солдат. С момента принятия им командования над Армией Крайовой он находился в той части Польши, которая была еще оккупирована немцами, и его власть не распространялась на территорию восточной Польши и Литвы, где были убиты эти советские люди.

После того как государственный обвинитель генерал Руденко спросил, с какой целью Окулицкий не сдал Красной Армии оружие, радиопередатчики и т. п., он получил ответ: «С целью сохранения для будущего. Против того, кто будет угрожать, а именно против Советского Союза в блоке со всей Европой (Англия, Германия и т. д.)».

В последний день суда в своем «последнем слове» перед вынесением приговора Окулицкий признал, что он всегда помнил, что царская Россия угнетала Польшу 123 года, и не был убежден, что победившие русские станут уважать независимость Польши.

Приговоры были вынесены сравнительно мягкие. Государственный обвинитель не потребовал смертного приговора даже для Окулицкого, который был приговорен к 10 годам тюрьмы. Три члена «подпольного правительства» были приговорены к тюремному заключению на срок от 5 до 8 лет, некоторые — к гораздо меньшим срокам, а трое оправданы.

Благодаря настойчивости Гарри Гопкинса комиссии в составе Молотова, Гарримана и Керра удалось наконец добиться сформирования польского «правительства национального единства». В него вошло лишь небольшое число «лондонских поляков», но среди них не было ни одного члена правительства Арцишевского в Лондоне. Наиболее видной фигурой был Миколайчик, за несколько месяцев до этого вышедший из состава лондонского правительства и, правда, неохотно, но признавший Ялтинское соглашение о Польше. Несмотря на сильную враждебность к Миколайчику «люблинских поляков», Черчилль настоял, чтобы его включили в новое польское правительство.

Заключительные переговоры, завершившиеся сформированием этого правительства, происходили в Москве с 17 по 24 июня, совпав, таким образом, с судом над Окулицким и другими руководителями польского антисоветского подполья.

Сформированное наконец польское правительство, в честь которого Сталин (перед отъездом членов его в Варшаву) устроил роскошный прием в Кремле, было несколько однобоким, т. к. ключевые позиции в нем заняли просоветски настроенные поляки. Но это было лучшее, чего западные державы могли добиться в тех условиях, и потому они поспешили признать новое польское правительство.

В это время в самой Польше шла острая борьба между «Востоком» и «Западом». Там существовала атмосфера гражданской войны. Произошло несколько антисоветских выступлений.

Символом истинного польского патриотизма стал Миколайчик. Вскоре после прибытия Миколайчика в Польшу в Кракове состоялась многотысячная демонстрация в честь него. Этот город стал как бы столицей старой и прозападной Польши, оплотом крестьянской партии — ПСЛ. Краков пострадал меньше, чем большинство польских городов. Но хотя именно русские спасли Краков от разрушения, здесь к ним относились враждебней, чем где-либо. Советские солдаты в Кракове со своей стороны держались особенно нервозно.

В Варшаве обстановка была заметно лучше.

В конечном счете польский вопрос был улажен на третьей и последней конференции Большой тройки — в Потсдаме.

2. РУМЫНИЯ

ВСТУПЛЕНИЕ СОВЕТСКИХ ВОЙСК В РУМЫНИЮ

В конце марта 1944 г. Красная Армия подошла к границам Румынии и перенесла боевые действия на ее территорию.

После того, как советские войска в результате стремительного прорыва на Львов вышли к реке Висло-ка, их наступление приостановилось. Как и южнее Варшавы, в этом районе их усилия также были направлены в первую очередь на захват плацдармов на левом берегу Вислы.

4-я танковая немецкая армия в течение всего августа испытывала серьезные затруднения в районах Бара-нува и Сандомира, где советским войскам удалось форсировать Вислу еще в ходе преследования. Несмотря на ожесточенное сопротивление и подтягивание дополнительных сил, 4-я танковая немецкая армия не смогла помешать планомерному расширению советских плацдармов, завершившемуся затем соединением их в один общий крупный плацдарм.

В предгорьях Карпат переброшенные из Крыма войска 4-го Украинского фронта оказывали давление в направлении горных перевалов. При исключительно серьезных трудностях, которые испытывали немецкие войска в связи с нехваткой горючего, весьма ощутимой для них была утрата Дрогобычско-Бориславского нефтяного района, оказавшегося 8 августа в руках советских войск.

В середине августа ощущался заметный нажим на немецкие части со стороны Красной Армии в верхнем течении реки Вислока. Однако северные склоны Карпат от района южнее Стрыя до Ясло по-прежнему оставались в руках немецких войск.

Оказало влияние на обстановку в районе всего Балканского полуострова начавшееся 20 августа наступление советских войск против немецкой группы армий «Южная Украина».

Для обороны Румынии и жизненно важного нефтяного района Плоешти немецкой группе армий и двум румынским армиям пришлось после окончания совет-’ ского вечернего наступления закрепляться на трудно обороняемом рубеже. Входившая в состав группы армий румынская группа армий Димитреску формально включала в себя б-ю немецкую и 3-ю румынскую армии и насчитывала в общей сложности двенадцать немецких пехотных и одну танковую дивизию, а также четыре румынские пехотные и одну кавалерийскую дивизии.

Они располагались по Днестру от его устья до района северо-западнее Кишинева. Затем линия обороны резко поворачивала на запад, примыкая восточнее Прута у Корнешты к правому флангу 8-й армии. Однако группа армий Димитреску удерживала не весь западный берег широкого Днестра. В ходе весеннего наступления советские войска захватили плацдармы у Тирасполя и Григориополя и сумели отразить все попытки немецких войск ликвидировать эти плацдармы.

Если оборона Днестра немцами и без того уже осложнилась советскими плацдармами и не могла быть успешной без крупных резервов, то дополнительная угроза для оборонявшей Днестр 6-й немецкой армии существовала на ее северном фланге. Примыкавшая к ней у Корнеш-ты оборона 8-й немецкой армии, насчитывавшей вместе с подчиненной ей румынской 4-й армией восемь немецких и одиннадцать румынских дивизий, а также четыре румынские горно-стрелковые бригады, проходила, пересекая простирающиеся в меридиональном направлении долины Молдавии, через Лесы в западном направлении и упиралась севернее Романа левым флангом в восточные склоны Карпат, которые оборонял один немецкий корпус.

С весны немецкая группа армий была значительно ослаблена. Пять из шести своих танковых дивизий ей пришлось передать группе армий «Северная Украина», откуда эти дивизии были взяты для ликвидации прорыва на фронте группы армий «Центр» и, наконец, частично оказались даже в Курляндии. Но, кроме этого, для усиления других фронтов из ее состава были изъяты четыре пехотные дивизии.

На боеспособность примерно двадцати использовавшихся здесь румынских дивизий, которые в большинстве своем были вкраплены в немецкую оборону, особых надежд немецкому командованию возлагать не приходилось. Слишком большое превосходство советских войск и длинная цепь поражений, отбросивших их или их соотечествеников с Дона и кубанского плацдарма через Крым назад в Румынию, подействовало на них так сильно, что теперь румынские войска не могла воодушевить даже идея защиты родины и сознание необходимости выполнить свой долг.

Так же мало привлекал большинство солдат и лозунг борьбы против большевизма. Тоталитарный режим, державшийся в стране лишь благодаря победам немецких войск и вытекавшим отсюда территориальным приобретениям, потерял всякую популярность.

Советское командование решило осуществить наступление по сходящимся направлениям, использовав для этой цели войска двух фронтов в составе 7 танковых корпусов и 90 стрелковых дивизий. 3-й Украинский фронт Толбухина получил задачу ударом с обоих плацдармов прорвать оборону 6-й немецкой армии, а затем во взаимодействии со 2-м Украинским фронтом Малиновского, который должен был наносить удар с севера через Яссы, окружить находившиеся в районе Кишинева немецко-румынские соединения.

20 августа войска обоих фронтов при поддержке крупных сил авиации после сильнейшей, длившейся 2,5 часа артиллерийской подготовки, перешли в наступление. В течение трех дней немецким дивизиям удавалось сдерживать натиск противника, затем немногочисленные резервы были израсходованы и немецкий фронт у Ясс и на Днестре был прорван.

Почти повсеместно, где наступавшие советские войска наталкивались на румынские части, последние немедленно прекращали борьбу. 22 августа были оставлены Яссы. Крупные танковые и механизированные силы

2-го Украинского фронта неудержимо продвигались по обоим берегам Прута на юг. Когда они 25 августа вышли на рубеж Васлуй, Хуши, а наступавшие с востока войска 3-го Украинского фронта продвинулись через Тирасполь до Леово на реке Прут, немецкие дивизии, которые не смогли достаточно быстро выйти из района Тирасполь, Кишинев и района Ясс, оказались окруженными.

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

После того, как советские войска перенесли боевые действия на территорию Румынии, Советское правительство предложило 12 апреля 1944 г. Румынии заключить перемирие, выдвинув в качестве основных условий разрыв с Германией, совместную борьбу против нее, восстановление довоенной советско-румынской границы, возмещение убытков, причиненных военными действиями и оккупацией Румынией советской территории.

Советское правительство подтвердило заявление, сделанное еще 2 апреля о том, что оно не преследует цели приобретения какой-либо части румынской территории или изменения существующего в Румынии общественного строя.Советское правительство давало также свое согласие на аннулирование решений «Венского арбитража» 1940 г., по которому Венгрии была передана северная часть Трансильвании. Однако И. Антонеску отклонил это предложение.

В апреле 1944 г. был создан Единый рабочий фронт, который стал основой антигитлеровских сил в стране. Создавались партизанские отряды, которые затрудняли транспортировку немецких и румынских войск, пускали под откос немецкие эшелоны с нефтью.

Значительная часть румынских правящих кругов осознавала, что поражение немецких войск в Румынии неизбежно. Пытаясь спасти свое господство в стране, избежать ответственности за участие в войне, дворцовые круги во главе с королем Михаем, руководство многих партий, оппозиционные круги армии и генералитета решили пожертвовать фашистским режимом Антонеску.

Государственный переворот в румынской столице был уже давно подготовлен с ведома короля. Еще в марте доверенные люди короля Михая установили через Каир связь с западными державами. С Советским Союзом внутрирумынская оппозиция поддерживала контакт при посредничестве жившего в эмиграции бывшего чехословацкого президента Бенеша.

Все эти дипломатические события немцами не были поняты или достаточно правильно оценены. Немецкий посол и военная миссия были застигнуты переворотом врасплох и задержаны в Бухаресте.

Проведение вооруженного восстания было намечено на 24—26 августа, но новое мощное наступление Красной Армии под Яссами и Кишиневом ускорило развитие событий.

Получив сообщение о начавшемся наступлении советских войск, правительство Антонеску объявило тотальную мобилизацию. Однако провести ее не удалось из-за паники, охватившей верхи. Разгром Красной Армией немецкой группы армий «Южная Украина» лишил государственный аппарат в Румынии последней надежды. Тем самым он сыграл важную роль в успешном осуществлении августовского восстания.

23 августа 1944 г. в королевском дворце был арестован И. Антонеску и другие члены его правительства. Это послужило сигналом к восстанию. В ночь на 24 августа боевые отряды и воинские части по раз-работанноми плану заняли важнейшие стратегические пункты Бухареста.

Предпринятая тотчас же после переворота попытка немецких частей овладеть стратегически важными пунктами страны и особенно наступление, поддержанное ударом с воздуха по аэродрому Бэняса под Бухарестом, потерпели неудачу в результате сопротивления румын. Немцам удалось отстоять лишь Плоештинский нефтяной район, использовав для отражения румынских атак имевшуюся там зенитную артиллерию и части аэродромного обслуживания.

24 августа немецкое радио объявило, что в Румынии организовано движение против короля и что группа, возглавившая это движение, обратилась к народу и армии с призывом продолжать борьбу против большевизма.

Фактически Румыния, следуя Италии, перешла в противоположный воюющий лагерь. Новое правительство немедленно объявило Германии войну.

Король Михай в произнесенной по радио речи сообщил румынскому народу, что Румыния приняла выдвинутые ее бывшими врагами условия перемирия. В заключение своей речи король призвал румынский народ «бороться с врагами нации», пообещав в то же время немецким войскам, что против них ничего не будет предпринято, пока они будут находиться на румынской земле.

Фронт смешался, все превратилось в хаос. Повсюду, где оборону держали румынские войска, фронт открылся, и советские войска могли свободно продвигаться даже на не атаковавшихся ими до тех пор участках фронта. Всякое централизованное руководство боевыми действиями немецких войск прекратилось, тылы были отрезаны. Спешное создание промежуточных рубежей и прочие аналогичные меры, обеспечивавшие до сих пор даже при самых катастрофических осложнениях предпосылки для продолжения борьбы, оказались на сей раз возможными лишь в отдельных пунктах. Расчлененные на отдельные боевые группы немецкие войска вынуждены были пробиваться на запад, ведя ожесточенную борьбу за каждый участок реки между вбитыми клиньями противника.

Части 8-й немецкой армии отошли к Карпатам; гораздо меньшим силам 6-й немецкой армии удалось пробиться через Серет между Браилой и Фокшанами. Вокруг нескольких немецких дивизий кольцо советских войск сузилось настолько, что им пришлось капитулировать.

Тем временем Красная Армия продолжала свое победоносное наступление. Завершив в Молдавии ликвидацию окруженных немецких войск, она через Роман и Бакэу устремилась к Карпатам, повернув, однако, главными силами затем на юг и юго-запад. Севернее Дуная войска 2-го Украинского фронта Малиновского продвигались через район Фокшаны, Галац в направлении Бухареста и Плоешти.

30 августа Плоештинский нефтяной район, упорно оборонявшийся от советских войск и румын наземными частями ВВС немцев и оттянувшимися сюда разрозненными частями сухопутных войск, был потерян для Германии. С экономической точки зрения это был для нее самый тяжелый удар: теперь немцы могли рассчитывать, если не считать незначительных немецких и венгерских природных запасов нефти, только на собственное производство горючего синтетическим путем. Последнее же сильно осложнялось непрерывными налетами авиации западных держав и даже при максимальном напряжении не в состоянии было хотя бы приблизительно покрыть ощущавшуюся потребность в горючем.

В тот же день советские войска вступили в Бухарест со стороны Плоешти и с востока.

Советский Союз добился своей политической цели, заключавшейся в том, чтобы раньше западных держав утвердиться на Балканском полуострове, где он мог теперь провести политические преобразования, а также открыл ворота для продвижения в районы Юго-Восточной Азии.

За период боев с 20 августа по 3 сентября немцы потеряли в Румынии убитыми и пленными свыше 256 тыс. солдат и офицеров и огромное количество военной техники. Это было одно из тяжелейших поражений Германии.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПЕРЕМИРИЯ С РУМЫНИЕЙ

25 августа румынское правительство через своего посланника в Анкаре заявило о принятии советских условий о перемирии от 12 апреля 1944 г. Перемирие было подписано 12 сентября 1944 г.

Условия перемирия предусматривали участие румынской армии под общим руководством Советского Главного Командования в войне против Германии и Венгрии. Восстанавливалась государственная граница между СССР и Румынией в соответствии с соглашением от 28 июня 1940 г. Румыния обязывалась возвратить Советскому Союзу все имущество, вывезенное с оккупированной ею советской территории. Возмещение убытков, причиненных Советскому Союзу военными действиями и оккупацией румынскими войсками советской территории, предусматривалось в размере одной пятой от общей суммы нанесенного ущерба, что составляло 300 млн. долларов, с погашением в течение шести лет и выплатой товарами.

Румынское правительство обязывалось сотрудничать с Советским Главным Командованием в задержании военных преступников, а также должно было немедленно ликвидировать фашистские организации и в дальнейшем не допускать их существования. Соглашение предусматривало создание Союзной контрольной комиссии для наблюдения за выполнением Румынией условий перемирия.

3. БОЛГАРИЯ

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Летом 1944 г. положение в Болгарии характеризовалось наличием глубокого кризиса. Хотя формально эта страна и не участвовала в войне против СССР, но на деле ее правящие круги поддерживали Германию. Не рискуя открыто объявить войну Советскому Союзу, болгарское правительство помогало третьему рейху. Вермахт использовал в Болгарии аэродромы, морские порты, железные дороги. Высвобождая немецкие дивизии для вооруженной борьбы против стран антигитлеровской коалиции, германское командование посылало болгарские войска нести оккупационную службу в Греции и Югославии.

В течение 1943 — 1944 гг. в стране продолжало расти партизанское движение. Шире развертывался фронт национально-освободительной борьбы. В стране действовало 678 комитетов Отечественного фронта. Активную борьбу против монархо-фашизма вели Народно-освободительная повстанческая армия в составе 11 бригад и 37 отрядов, объединявших более 18 тыс. человек, а также многочисленные боевые группы, охватывавшие свыше 12 тыс. человек. Деятельность повстанцев и боевых групп опиралась на многочисленных помощников и укрывателей (так называемых ятаков), которых было около 200 тыс.

Вооруженная борьба продолжала расти и в середине лета охватила уже большую часть страны. На сторону партизан все чаще переходили солдаты из правительственных войск. Повстанческие бригады и отряды в июле—августе стали устанавливать в некоторых районах народную власть.

Весной и летом 1944 г. Советское правительство предлагало правительству Болгарии разорвать союз с Германией и соблюдать нейтралитет. Однако правительственные круги этой страны продолжали упорствовать в своей политике. Они пытались различными маневрами спасти положение.

Правительство Божилова было заменено правительством Багрянова, продолжавшим прежнюю политику. Между тем советские войска уже подходили к ру-мыно-болгарской границе. Делегация Национального комитета Отечественного фронта потребовала передать власть правительству Отечественного фронта. Это требование было отклонено.

Правительство Багрянова 26 августа объявило о полном нейтралитете. Но оккупационные власти, как и прежде, сохраняли в стране свои господствующие позиции.

Правительство Болгарии вступило в тайные переговоры о сепаратном договоре с правительствами США и Англии, которые были заинтересованы в немедленной оккупации Болгарии своими войсками. Однако эти замыслы были сорваны развитием событий.

26 августа произошло выступление народа, требовавшее свергнуть правительство Багрянова. На предприятиях проходили забастовки с требованием создания правительства Отечественного фронту Массовое политическое движение охватило всю страну. Правительство Багрянова вынуждено было 1 сентября уйти в отставку.

Однако пришедшее ему на смену правительство Му-равиева, состоявшее из легальной оппозиции: Мушанова, Гичева, Бурова — по существу продолжало прежнюю политику, ничего не предпринимая против находившихся в Болгарии немецких войск. Новое правительство объявило о нейтралитете страны и разорвало отношения с Германией. Одновременно оно форсировало тайные переговоры с Англией и Соединенными Штатами о капитуляции Болгарии союзническим войскам.

Советское правительство 5 сентября заявило, что Советский Союз отныне будет находиться в состоянии войны с Болгарией.

Правительство Муравиева запретило деятельность партий Отечественного фронта. 6 сентября в болгарской столице началась стачка рабочих, на ее улицах проходили митинги и демонстрации. На следующий день стачку объявили горняки Перника, а затем рабочие многих других предприятий страны. Из тюрем освобождались политические заключенные. 7 сентября Главный штаб повстанческой армии принял решение поднять восстание в Софии. Начало его было назначено на 9 сентября.

ВСТУПЛЕНИЕ СОВЕТСКИХ ВОЙСК В БОЛГАРИЮ.

СМЕНА ВЛАСТИ В СТРАНЕ

8 сентября на территорию Болгарии вступили войска

3-го Украинского фронта. Наступавшие войска не встречали сопротивления и в первые же два дня продвинулись на 110—160 км. Корабли Черноморского флота вошли в порты Варна и Бургас. Вечером 9 сентября войска 3-го Украинского фронта приостановили дальнейшее продвижение.

В ночь на 9 сентября в Софии поднялось восстание против правительства. Многие соединения и части болгарской армии встали на сторону восставших. Члены регентского совета Б.Филов, Н.Михов и князь Кирилл, министры и другие представители власти были арестованы. Власть в стране перешла в руки правительства Отечественного фронта. Утром 9 сентября по софийскому радио оно передало сообщение, в котором говорилось о свержении фашистской власти и установлении власти Отечественного фронта. Правительство возглавил один из лидеров Народного союза «Звено» — К. Георгиев.

Болгарский парламент, полиция и фашистские организации были распущены. 10 сентября была создана народная милиция.

16 сентября советские войска по согласованию с болгарским правительством вступили в столицу Болгарии — Софию.

УЧАСТИЕ БОЛГАРИИ В ВОЙНЕ ПРОТИВ ГЕРМАНИИ

Правительство Отечественого фронта, возглавляемое К.Георгиевым, приняло меры для перехода Болгарии на сторону антигитлеровской коалиции и вступления страны в войну против Германии.

С 9 сентября 1944 г. Болгария перешла в лагерь антигитлеровской коалиции. Правительство объявило войну Германии.

28 октября 1944 г. правительства СССР, США и Англии заключили в Москве перемирие с Болгарией.

По решению правительства Отечественного фронта новая болгарская армия в оперативном отношении была подчинена командующему 3-м Украинским фронтом.

С начала октября 1944 г. три болгарские армии в составе 450 тыс. человек в течение двух месяцев вели кровопролитные бои против немецких войск на территории Македонии и Южной Сербии. В сражениях у Страцина, Куманова, Струмицы, Ниша, Подуева, на Косовом Поле они нанесли тяжелый урон немецким войскам и отбросили их на запад. Пути отступления немецких войск через долины рек Вардар и Морава были отрезаны.

В конце ноября 1944 г.в Болгарии была сформирована еще одна армия в составе 130 тыс. человек, которая приняла участие в освобождении юго-восточной части Венгрии (район севернее р. Дравы) и части югославской территории в междуречье Муры и Дравы. К моменту капитуляции Германии части болгарской армии находились уже в Австрии.

В войне против Германии Болгария потеряла 32 тыс. человек убитыми и ранеными.

СССР еще в ходе войны выделил значительное количество товаров и сырья для Болгарии, чтобы поддержать установившуюся там новую власть. С заключением в начале 1945 г. первого торгового соглашения эта помощь еще более усилилась. Советский Союз первым (15 августа 1945 г.) восстановил с Болгарией дипломатические отношения.

4. ЮГОСЛАВИЯ

МЕЖДУНАРОДНОЕ И ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

К началу 1944г. Народно-освободительная армия Югославии контролировала большую часть территории страны. В сентябре 1944 г. она насчитывала 400 тыс. бойцов. Опираясь на народно-освободительные комитеты, краевые антифашистские веча и Антифашистское вече народного освобождения Югославии выполняли функции законодательных и исполнительных органов новой власти.

После сформирования Национального комитета освобождения Югославии Советское правительство заявило, что рассматривает преобразование Антифашистского веча народного освобождения Югославии в верховный законодательный и исполнительный орган и создание Национального комитета в качестве временного правительства Югославии как положительные факты, способствующие дальнейшей успешной борьбе народов Югославии против гитлеровцев.

В феврале 1944 г. в Боснию, на освобожденную от оккупантов территорию прибыла советская военная миссия. Национальный комитет освобождения Югославии направил в Москву свою военную миссию. Вскоре советские летчики начали доставлять в Югославию вооружение, снаряжение, продовольствие, медикаменты. Всего за 1944г. Народно-освободительная армия Югославии получила от Советского Союза 350 самолетов, 65 танков, 579 орудий разных калибров, 170 зенитных орудий, более 3300 минометов, 500 крупнокалиберных пулеметов, около 67 тыс. автоматов, ручных и станковых пулеметов, 53 тыс. карабинов и винтовок, большое количество боеприпасов и много различного снаряжения.

Весной 1944 г. в связи с наступлением советских войск немецкое командование готовилось провести стратегическую перегруппировку своих войск на Балканах. Этому мешали активные действия Югославской народно- освободительной армии, державшие под контролем немецкие коммуникации.

Немецкое командование начало новое, седьмое по счету, крупное наступление против Народно-освободительной армии, стремясь при этом захватить ее руководителей. В конце мая 1944 г. в районе р. Дрвара, где находился Верховный штаб, Президиум Антифашистского веча народного освобождения Югославии, был высажен немецкий десант, но он был уничтожен югославскими войсками. Члены Верховного штаба и руководители Национального комитета во время развернувшегося наступления немцев были вывезены советскими летчиками в Бари (Италия), откуда они затем перебазировались на югославский остров Вис.

Другую политику по отношению к Югославии проводили правительства Англии и США, которые поддерживали эмигрантское королевское правительство и стремились к сохранению в Югославии существовавшего там ранее социального и политического строя. Английское правительство было заинтересовано в сотрудничестве Национального комитета освобождения с эмигрантским правительством Пурича, но это оказалось невозможным ввиду того, что эти обе организации стояли на разных позициях.

В конце мая 1944 г. британские офицеры покинули штаб Михайловича, а миссия Соединенных Штатов оставалась до конца войны.

Учитывая складывавшуюся в стране обстановку, на Тегеранской конференции западными державами было принято решение оказать югославским партизанам помощь военными материалами, вооружением и совместными операциями. Английское командование начало поставлять вооружение и боеприпасы Народно-освободительной армии. Во втором квартале 1944 г. та ежемесячно получала 5600 т. различных грузов морским транспортом и от 2600 до 3100 т. — по воздуху.

Черчилль вынашивал планы высадки английских войск на Адриатическом побережье Югославии. Однако этим планам не суждено было сбыться.

Под нажимом Англии в мае 1944 г. была проведена реорганизация эмигрантского правительства. Из него были удалены премьер Пурич и военный министр Михайлович. Реорганизованное правительство, в состав которого вошли некоторые стороннники политики Единого народно-освободительного антифашистского фронта, возглавил Иван Шубашич. Руководитель нового правительства вступил в переговоры с Национальным комитетом освобождения Югославии.

16 июня 1944 г. на острове Вис между Национальным комитетом и правительством Шубашича было заключено соглашение о совместной борьбе против оккупационных властей.Соглашение предусматривало, что королевское правительство будет сформировано из демократических элементов, не запятнавших себя сотрудничеством с немцами, и что его главной задачей будет организация помощи Народно-освободительной армии. Эмигрантское правительство обязалось издать декларацию о признании национальных завоеваний народов Югославии в трехлетней борьбе и выразить благодарность Национально-освободительной армии.

Национальный комитет освобождения Югославии в свою очередь согласился опубликовать заявление о сотрудничестве с правительством Шубашича и указать в нем, что до завершения войны вопрос об окончательном государственном устройстве Югославии подниматься не будет.

В начале сентября 1944 г. Народно-освободительная армия Югославии после успешных боев в Боснии и Черногории изгнала немецкие войска из Южной и Западной Сербии и продолжала наступательные действия. Но, несмотря на эти успехи, в руках оккупационных властей находились важнейшие коммуникации, стратегические пункты, столица Югославии Белград и многие другие города.

5 сентября 1944 г. войска 2-го Украинского фронта вышли на румыно-югославскую границу и установили контакт с югославскими воинами.

Изменение политической и стратегической обстановки на Балканах заставило немецкое командование приступить к эвакуации своих войск из Греции. В восточных районах Сербии находилась армейская группа «Сербия» (из группы армий «Ф»), которая обеспечивала эвакуацию немецких войск с юга Балканского полуострова. К осени 1944 г. немецкое командование имело в Югославии крупные силы. Кроме того, на территории Воеводины находилось несколько венгерских дивизий, а в различных районах Югославии в военных формированиях квислинговцев насчитывалось около 270 тыс. человек.

В сентябре 1944 г., во время пребывания маршала И.Броз Тито в Москве, было достигнуто соглашение

о совместных операциях Красной Армии и Народно-освободительной армии Югославии.

Советское Верховное Главнокомандование решило выделить для предстоящих боевых действий в Югославии основные силы 3-го Украинского фронта: 57-ю армию, стрелковую дивизию и мотострелковую бригаду фронтового подчинения, 4-й гвардейский меха- визированный корпус и многочисленные фронтовые средства усиления. К участию в операции привлекались 17-я воздушная армия и Дунайская военная флотилия. Действия ударной группировки 3-го Украинского фронта должна была поддерживать на правом фланге 46-я армия 2-го Украинского фронта.

Всего в этой группировке советских войск насчитывалось свыше 2200 орудий и минометов, до 360 танков и самоходно-артиллерийских установок, до 1300 самолетов и 80 кораблей.

Для обеспечения ударной группировки с севера на Панчево наносил удар 10-й гвардейский стрелковый корпус 46-й армии из состава 2-го Украинского фронта. С юга ударная группировка обеспечивалась наступлением на Ниш, Лесковац силами НОАЮ и войск новой болгарской армии.

БЕЛГРАДСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

28 сентября началась Белградская операция 3-го Украинского фронта и войск НОАЮ.

Войска 3-го Украинского фронта 28 сентября пересекли болгаро-югославскую границу и развернули наступление. Главный удар наносился из района Видина в общем направлении на Белград. К 10 октября, преодолев Восточно-Сербские горы, соединения 57-й армии генерала Н.А.Гагена вышли в долину р.Моравы. Наступление поддерживалось 17-й воздушной армией генерала В.А. Сулена. В ходе боев была установлена тесная боевая связь с 14-м корпусом НОАЮ, который своими активными действиями способствовал успешному продвижению советских войск. Правый фланг 57-й армии обеспечивала Дунайская военная флотилия.

Справа наступала 46-я армия 2-го Украинского фронта, соединения которой совместно с войсками НОАЮ также успешно ломали сопротивление немецких войск. 10-й гвардейский стрелковый корпус этой армии овладел городом Панчево. В это время к г. Лесковац с запада приближался 13-й корпус НОАЮ, а с востока к нему подходили войска новой болгарской армии.

353

12 Зак. 1543

С выходом в долину Моравы улучшились условия для маневренных действий. 12 октября был введен в сражение 4-й гвардейский механизированный корпус генерала В.И. Жданова. Его части, взаимодействуя с 1-й Пролетарской дивизией полковника Васо Йовановича и другими войсками 1-го Пролетарского корпуса генерала Пеко Дапчевича, 14 октября подошли к окраинам Белграда и завязали там бои. 12-й корпус НОАЮ генерала Да-нило Лекича двигался к столице с юго-запада.

Борьба на улицах и площадях югославской столицы носила крайне напряженный и упорный характер. Она осложнялась еще тем, что юго-восточнее Белграда продолжала оказывать сопротивление окруженная 20-ты-сячная группировка немцев, и для ее уничтожения потребовалось отвлечь часть сил. Эта группировка совместными действиями советских и югославских войск была ликвидирована 19 октября. На следующий день Белград был полностью очищен от оккупантов.

При освобождении Белграда сражались советские воины и воины 1, 5, 6, 11, 16, 21, 28 и 36-й дивизий НОАЮ. На улицах Белграда погибли 961 боец Красной Армии и 2953 бойца НОАЮ.

Белградская операция имела крупное политическое и стратегическое значение. Она явилась важнешим этапом в освобождении Югославии от немецких войск. Немецкое командование лишилось удобных путей для отвода своих войск с территории Греции и вынуждено было отводить их через горные районы Югославии и Албании, где они попадали под удары югославских и албанских частей.

Наступление Красной Армии совместно с Народно-освободительной армией Югославии и при участии новой болгарской армии нанесло серьезное поражение немецкой грулпе армий «Ф». Нек.цы вынуждены были ускорить эвакуацию своих войск с юга Балканского полуострова.

Войска Красной Армии, действовавшие на югославской территории после Белградской операции, вскоре были переброшены в Венгрию. Но и после этого Советское правительство продолжало оказывать помощь развертыванию национально-освободительной борьбы в Югославии, направляя туда боевую технику и продовольствие. Опираясь на эту поддержку, НОАЮ к концу 1944 г. полностью очистила от оккупантов Сербию, Черногорию и Вардарскую Македонию. Лишь на северо-западе Югославии продолжали оставаться немецкие войска.

ЗАВЕРШЕНИЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ ЮГОСЛАВИИ.

РЕОРГАНИЗАЦИЯ ПРАВИТЕЛЬСТВА

2 ноября 1944 г. в Белграде между Национальным комитетом освобождения и эмигрантским правительством было достигнуто соглашение об образовании единого правительства Югославии. Постановление второй сессии Антифашистского веча народного освобождения Югославии, запрещавшее королю Петру II возвращение в Югославию, оставалось в силе. Вопрос о югославском государственном строе должно было решить после окончания войны всенародно избранное Учредительное собрание. Единое югославское правительство предполагалось сформировать из представителей Национального комитета и королевского эмигрантского правительства. Это соглашение означало успех демократических сил.

Король Петр и его приближенные, опираясь на влиятельные круги Англии и Соединенных Штатов, пытались саботировать ноябрьское соглашение.

В феврале 1945 г. югославский вопрос обсуждался на Крымской конференции, которая рекомендовала ввести в действие соглашение Тито — Шубашич, пополнив Антифашистское вече народного освобождения Югославии депутатами довоенного правительства, не скомпрометировавшими себя сотрудничеством с немецкими оккупационными властями. Эти рекомендации были приняты во внимание.

7 марта Броз Тито сформировал в Белграде Временное правительство Демократической Федеративной Югославии. Министром иностранных дел был назначен И. Шубашич. Кроме него, в правительство вошли также два других представителя эмигрантского правительства. Вскоре новое правительство было признано СССР, Англией и Соединенными Штатами Америки.

Весной 1945 г. советская армия осуществила успешное наступление в Венгрии и Восточной Австрии. Создались благоприятные условия для окончательного изгнания немецких войск с территории Югославии. К этому времени Народно-освободительная армия была реорганизована в Народную армию Югославии и оснащена новейшим вооружением.

В марте — апреле югославская Народная армия начала наступление и к 15 мая полностью освободила всю страну от немецких частей, разгромив и взяв в плен те части и соединения, которые отказались сложить оружие после капитуляции Германии и стремились пробиться на запад, чтобы, избегая советского плена, сдаться англо-американским войскам.

11 апреля 1945 г. в Москве между Югославией и Советским Союзом был подписан договор о дружбе и сотрудничестве.

В результате войны и оккупации в Югославии погибло 1 700 тыс. человек, свыше 10 процентов всего населения страны. Сильно пострадали промышленность и сельское хозяйство, восстановление которых стало первоочередной задачей после освобождения Югославии.

5. ЧЕХОСЛОВАКИЯ

ОБСТАНОВКА В СЛОВАКИИ

Военно-политическая обстановка на Балканах изменилась коренным образом после побед советской армии в Румынии и Болгарии. Стратегический фронт германских войск на сотни километров был прорван, советские войска продвинулись на юго-западном направлении до 750 км. Немецкая группа армий «Южная Украина» была разгромлена. Карпатская группировка немецко-венгерских войск оказалась глубоко охваченной войсками Красной Армии.

В это время в Словакии существовало самостоятельное государство, возглавляемое правительством во главе с Тисо.

В создавшейся ситуации ширилось движение Сопротивления в стране. Эта борьба приняла характер широкой партизанской войны. Партизанские отряды превращались в крупные соединения. Осенью 1943 г. для руководства национально-освободительным движением в стране был создан Словацкий национальный совет.В его состав вошли представители оппозиционных правительству Тисо партий. Словацкий национальный совет принял решение начать подготовку к вооруженному антифашистскому восстанию, далее развертывать партизанское движение и вовлечь в восстание словацкую армию.

Летом 1944 г. из Советского Союза в Словакию перебрасывались партизанские группы, оружие, боеприпасы, медикаменты. Создавались крупные партизанские формирования, состоящие из советских партизанских групп, отрядов и бригад, пришедших в Словакию.

В августе партизаны освободили значительную часть территории Словакии, в том числе Брезно, Врутки, Ру-жомберок, Попрад. В освобожденных районах власть переходила в руки национальных комитетов.

В это время правительство Тисо обратилось за помощью к Гитлеру и немедленно получило ее. 29 августа в Словакию вступили немецкие войска.

Ответом на вступление немецких войск в Словакию стало вооруженное выступление. В течение 25— 28 августа партизанские отряды заняли ряд городов: Турчанский св. Мартин, Липтовски-Микулаш и др. В ночь на 30 августа партизаны заняли Банска-Бист-рицу, которая стала резиденцией Словацкого национального совета. К восставшим присоединились большинство словацких гарнизонов в Центральной и Северной Словакии.

1 сентября 1944 г. на заседании Словацкого национального совета была принята «Декларация словацкого народа», в которой заявлялось о необходимости создания единого государства чехов и словаков — новой Чехословацкой республики. В декларации говорилось, что Словацкий национальный совет берет в свои руки всю власть на освобожденной территории.

Национальный совет объявил мобилизацию в армию. К середине сентября на освобожденной территории Словакии была образована повстанческая армия, которую возглавил Военный совет, созданный еще 29 июня 1944 г. при Словацком национальном совете. Центром руководил подполковник Я. Голиан. Численность повстанческой армии после мобилизации достигла 60 тыс. человек. Для объединения действий партизанских сил 16 сентября был образован Главный штаб партизанского движения Словакии, в состав которого вошли К. Шмидке (начальник штаба), Т. Сланский, полковник Красной Армии А.Н. Асмолов (заместитель начальника штаба). Два месяца продолжалась упорная борьба партизан.

Немецкое командование быстро оценило размах и опасность словацкого восстания. Против восставших были направлены крупные силы регулярных войск. В связи с этим 31 августа посол Чехословакии в СССР

3. Фирлингер обратился к Советскому правительству с просьбой оказать военную помощь. Советское командование решило провести наступательную операцию на стыке 1-го и 4-го Украинских фронтов. Главную роль в ней играли 38-я и 1-я Гвардейские армии. В составе 38-ой армии сражался 1-й чехословацкий армейский корпус под командованием генерала JI. Свободы.

ВОСТОЧНО-КАРПАТСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Замысел операции заключался в следующем: ударом из района Кросно на Дуклю и далее на Прешов советские войска должны были выйти в Словакию и соединиться с восставшими. На подготовку операции выделялось несколько дней. Прежде всего была осуществлена переброска в Словакию истребительного авиационного полка и 2-й чехословацкой парашютно-десантной бригады. Словакам перебрасывалось также оружие, боеприпасы и медикаменты.

Восточно-Карпатская операция началась на рассвете

8 сентября. Немецкое командование, используя выгодные позиции в горно-лесистой местности, стремилось преградить наступавшим путь в Словакию и Трансиль-ванию. 38-я армия генерала К.С. Москаленко 1-го Украинского фронта и 1-я гвардейская армия генерала

А.А. Гречко 4-го Украинского фронта с большим напряжением сражались за каждый рубеж. Немецкое командование подтянуло к району боев войска и технику. В середине сентября немцы превосходили наступающих по танкам и самоходно-артиллерийским установкам в 2,3 раза. Но и советские войска наращивали свои силы. 38-я армия была усилена 1-м гвардейским кавалерийским корпусом генерала В.К. Баранова и 25-м танковым корпусом генерала Е.И. Фоминых. В наступлении 4-го Украинского фронта приняли участие 18-я армия генерала Е.П. Журавлева и 17-й стрелковый корпус. С воздуха наступающие войска поддерживались авиацией 2-й и 8-й воздушных армий.

К концу сентября наступающие вышли к Главному Карпатскому хребту. Первыми пересекли чехословацкую границу соединения генерала А.А. Гречко. 6 октября 38-я армия и действовавший в ее составе 1-й чехословацкий корпус под командованием генерала JI. Свободы в тяжелейших боях овладели Дуклинским перевалом.

Наступающие советские и чехословацкие войска продолжали вести упорные бои с противником. К концу октября 38-я армия генерала К.С. Москаленко вышла к реке Вислока, а войска 4-го Украинского фронта заняли Мукачев и Ужгород. Наступление в Чехословакии временно приостановилось.

В ходе двухмесячных кровопролитных боев наступающие понесли тяжелые потери: советские войска — убитыми и ранеными свыше 90 тыс. солдат и офицеров,

1-й чехословацкий армейский корпус — до 6,5 тыс.

Немецкие войска в этих боях также потеряли большое количество своих воинов. К тому же германское командование вынуждено было направить в Словакию и на Дуклю значительные силы, сняв их с других участков, в том числе из Закарпатской Украины и из района словацкого восстания.

Наступление советских войск не привело к соединению с участниками восстания в Словакии, но оно оказало им реальную помощь, оттянув на себя крупные немецкие соединения. Это обстоятельство позволило восставшим в течение двух месяцев удерживать освобожденную территорию. Однако силы были неравны. В конце октября немецкие войска смогли занять все важнейшие пункты восстания, включая и его центр — Банску-Бистрицу. Повстанцы отошли в горы, откуда продолжали борьбу.

ОСВОБОЖДЕНИЕ СЛОВАКИИ И МОРАВИИ

Словацкое восстание сорвало планы немецкого командования, сковало значительные силы германских войск, содействуя быстрейшему освобождению Закарпатской Украины.

В новой обстановке проходили операции на территории Чехословакии зимой и весной 1945 г. В январе на широком фронте от Балтики до Карпат началось наступление советских войск.

Важным звеном этого наступления были и операции

2-го и 4-го Украинских фронтов на чехословацкой земле. Уже в ходе наступления в Западных Карпатах советские войска заняли Восточную и значительную часть Средней Словакии и к концу февраля вышли на подступы к Мо-равска-Остраве и Братиславе. В марте — апреле развернулись две взаимосвязанные крупные операции войск Красной Армии: Моравска-Остравская и Братиславско-Брновская.

В итоге их к началу мая было завершено освобождение Словакии и очищена от немецких войск территория Моравии. Разгромленные в ходе наступления

2-го и 4-го Украинских фронтов немецкие дивизии были отброшены в Чехию. Перед советскими войсками открылся путь для наступления непосредственно на Прагу.

На основании чехословацко-советского соглашения от 8 мая 1944 г. советское командование передало всю власть в районах, которые перестали быть зоной военных действий, в руки чехословацкой администрации. На освобожденной территории власть брал в свои руки Словацкий национальный совет. Практически в руках национальных комитетов была сосредоточена вся власть на местах. В феврале 1945 г. Национальный совет принял решение о проведении земельной реформы. Были распущены вооруженные силы прежнего словацкого государства.

С освобождением значительной части территории Чехословакии возникла необходимость организации власти в стране и сформирования нового правительства. Представители чехословацкой эмиграции во главе с Э. Бенешем выехали в Москву для ведения переговоров с представителями Словацкого национального совета, различных партий о составе нового правительства и его программе. Перед началом переговоров их участники заявили об образовании Национального фронта чехов и словаков.

В результате переговоров 4 апреля 1945 г. в г. Кошице президент республики Э. Бенеш назначил новое правительство во главе с 3. Фирлингером. 5 апреля 1945 г. на первом заседании правительства была официально провозглашена программа, одобренная на переговорах в Москве. Она вошла в историю под названием Кошицкой правительственной программы.

В программе правительство заявляло о том, что считает своей первейшей обязанностью мобилизацию всех сил на окончательный разгром оккупантов. Органами власти на местах стали национальные комитеты. Программа предусматривала создание новой армии. Эта программа провозглашала равенство чехов и словаков, предусматривала создание национальных законодательных органов Словакии, обеспечивала словакам соответствующее представительство в центральных органах.

На заседании в Кошице решался вопрос о Закарпатской Украине. Было решено воссоединить Закарпатскую Украину с Советской Украиной. Таким образом, Закарпатская Украина выходила из состава Чехословакии. 29 июня 1945 г. это решение было закреплено советско-чехословацким договором.

6. ВЕНГРИЯ

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ В ВЕНГРИИ К ОСЕНИ 1944 ГОДА

В результате успешного летнего наступления Красной Армии положение Германии к концу сентября 1944 г. значительно ухудшилось. Ее единственным союзником после выхода Италии, Румынии, Болгарии и Финляндии из фашистского блока оставалась Венгрия. Немецкое руководство понимало, что потеря Венгрии означала бы полную внешнеполитическую изоляцию Германии в Европе. Кроме того, разгром германских войск на территории Венгрии и выход советской армии к границам Австрии могли резко ухудшить стратегическое положение немецких соединений, расположенных на территории Греции, Албании и Югославии.

Однако и в этой стране внутреннее положение крайне обострилось.

19 марта 1944 г. с согласия правительства Хор-ти Венгрия была оккупирована немецкими войсками. У власти оказался ставленник Гитлера Стояи. В новое правительство вошли представители нескольких пронемецки настроенных партий.

В мае 1944 г. Социал-демократическая партия, Партия мелких сельских хозяев и Партия мира образовали в подполье Венгерский фронт и выработали совместную программу борьбы против немецких оккупационных властей, а также против правительства Хорти.

В конце августа Хорти предпринял попытку спасти положение при помощи Англии и Соединенных Штатов. С этой целью было образовано новое правительство военных и чиновников во главе с Лакатошем. Вскоре в штаб союзников около Неаполя был послан представитель Хорти генерал-полковник Надаи с предложением сепаратного мира. Англо-американское командование отклонило предложения Хорти, хотя не было заинтересовано в том, чтобы Балканы оказались заняты советскими войсками.

Регент вынужден был обратиться за выяснением условий перемирия к Советскому Союзу, войска которого в конце сентября 1944 г. подошли к венгерским границам с юго-востока.

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ СОВЕТСКИХ ВОЙСК В ВЕНГРИИ

После разгрома немецкой группы армий «Южная Украина» часть сил 2-го Украинского фронта следовала за откатывающимися остатками 6-й и 8-й немецких армий. Кроме того, румыны получили приказ незамедлительно выставить собственную армию для «освобождения Трансильвании».

Немецкая группа армий приступила к выполнению задачи по обороне Трансильвании вплоть до Восточных Карпат. Из состава 8-й немецкой армии избежали полного разгрома примерно пять дивизий и отдельные части других соединений — это были преимущественно войска, находившиеся западнее района ясского прорыва. Они заняли перевалы в Восточных Карпатах, примыкая к 1-й венгерской армии, которая южным флангом оборонялась у перевала Борго и в свою очередь примыкала на севере к 1-й немецкой танковой армии.

Оборона 8-й немецкой армии проходила в основном по гребню Восточных Карпат, где она прикрывала перевалы Тульгес, Гемеш и Ойтуз от атак советских войск из долин Бистрицы и Тротуша. Южнее перевала Ойтуз линия фронта поворачивала на запад, проходя в дальнейшем примерно вдоль границы, установленной в 1940 г. по решению Венского арбитража. Вплоть до района северо-восточнее Брашова была организована не очень прочная, но удерживаемая почти всюду немецкими соединениями оборона.

Гораздо хуже сложилась обстановка для 6-й немецкой армии, которой удалось отвести с Днестра лишь незначительную часть своих сил. Когда войска Красной Армии, заняв 5 сентября Брашов, попытались продвинуться дальше на север, эти войска оказали им мощное сопротивление. Еще дальше к северо-западу венгры, объединив несколько почти необученных запасных дивизий во 2-ю армию, сосредоточили последнюю в районе Клуж, Орадя. Между смежными флангами 6-й немецкой и 2-й венгерской армий остался неприкрытый участок, на котором в начале сентября нанесла удар созданная в районе Брашов, Сибиу румынская армия. За нею подтягивались крупные силы советских войск, имевшие задачу осуществить через южно-карпатские перевалы вторжение в Трансильванию.

Немецкое командование, несмотря на то, что в его распоряжении имелось лишь небольшое количество немецких и венгерских войск, приняло следующее решение: удерживая Восточные Карпаты, предпринять наступление на юг с целью отбросить румын в горы и захватить перевалы, прежде чем по ним пройдут крупные силы Красной Армии. Особой надежды на успех этого дерзкого плана не было. Можно было, однако, рассчитывать на сковывание крупных сил советской армии и на выигрыш времени, необходимого для подготовки обороны совершенно неприкрытой к тому времени Средне-Дунайской низменности.

Наступление, предпринятое немецким командованием 5 сентября с рубежа Клуж, Тыргу-Муреш преимущественно венгерскими дивизиями, быстро отбросило ошеломленных румын назад к реке Муреш. Обнаружив грозившую опасность, советское командование в спешном порядке ввело в бой уже переброшенные через хребет силы и, не ограничившись переброской через горы первоначально предусмотренных армий, подтянуло сюда также находившийся уже у Железных Ворот на Дунае корпус, который предназначался для продвижения в северо-западном направлении.

Такая реакция со стороны Красной Армии означала, что немцами достигнуто все, чего можно было добиться слабыми немецко-венгерскими силами, и что прежде всего — на время отдалена угроза завоевания советскими войсками Средне-Дунайской низменности.

Советское командование тем временем подготовилось к наступлению. К середине сентября оно довело численность сил, использовавшихся ими против немецкой группы армий до трех полевых и одной танковой армий, имевших 25 стрелковых дивизий и 4 подвижных корпуса. С помощью этих сил оно намеревалось уничтожить, взяв в клещи, немецко-венгерские войска, удерживавшие далеко выступающую здесь в юго-восточном направлении оборону.

Основные силы армии Малиновского были брошены в район южнее Клужа, остальные войска должны были прорывать немецкую оборону в Восточных Карпатах. Под напором этих крупных сил удержать растянутый фронт немецко-венгерские войска, конечно, не могли. Особенно нуждался в усилении слабый западный фланг 6-й немецкой армги. Поэтому юго-восточный Секлерский выступ был эваку ipoi ан ь. немецкая оборона перенесе за за верхнее течение реки Муреш.

Пока осуществлялся этот маневр, в районе Клужа немцам удалось предотвратить прорыв советских войск с помощью сил, прибывших сюда в самый последний момент. Бои в этом районе продолжались до конца месяца. Восточные Карпаты немецким войскам также удалось удержать. После этого советское командование отказалось от попытки уничтожить силы немецкой группы армий, получившей наименование «Юг».

На юге советские войска планировали освободить Югославию, а на севере выйти в Средне-Дунайскую низменность и овладеть Будапештом. При этом советское командование рассчитывало, что теперь удастся отколоть от Германии ее последнего восточноевропейского партнера — Венгрию, проявлявшую признаки готовности к примирению.

Еще в ходе боев у Клужа армия Малиновского повернула в долине Муреша и южнее частью сил на запад и вышла ими 19 сентября к Тимишоаре, а на следующий день — к Араду. До конца месяца эти войска, численность которых непрерывно возрастала, продвинулись на север вплоть до района восточнее Дьюлы и Салонты. Кроме того, из района Клужа и Орадя были переброшены танковые соединения.

Этим силам Красной Армии вначале противостояли лишь венгерские части, сведенные в 3-ю армию. Возложенная на них задача не допустить выхода советских войск из горной местности в долину Тиссы была им не по плечу. Высшее германское командование знало о приготовлениях советских войск, однако оно не располагало войсками, которыми можно было бы усилить венгров. Вместо этого оно намеревалось создавшейся танковой группой нанести фланговый удар из района Орадя и западнее с намерением отрезать советские войска, наступавшие с рубежа Тимишоара, Арад, Дьюла от горных перевалов.

Проведение контрудара было возложено на 6-ю немецкую армию. Командование группы армий «Юг» должно было перебросить в этот район также крупные силы из состава 8-й армии. Так как запрос командования группы армий относительно отвода далеко выступавшего фронта 8-й немецкой и 1-й венгерской армий был все-таки отклонен, ему не оставалось ничего другого, кроме снятия значительных сил с рубежа Орадя, Клуж и включения их в создаваемую танковую группу.

5 октября началось наступление советских войск.

3-я венгерская армия сразу же была опрокинута. Через несколько дней части Красной Армии у Сентеша, Сегеда и западнее Бекерета вышли к Тиссе и в двух последних пунктах с ходу форсировали ее. Одновременно южное крыло армий Малиновского продвигалось через Панчево на Белград.

8-я немецкая и 1-я венгерская армии продолжали планомерный отход на запад.

СМЕНА ВЛАСТИ В ВЕНГРИИ

Выход советских войск в Средне-Дунайскую низменность, превративший венгерскую территорию в арену борьбы, явился последним толчком, который побудил уже давно заколебавшегося в своей союзнической верности венгерского регента Хорти обратиться к Советскому правительству: Хорти надеялся на то, что таким путем ему удастся избавить свою страну от ужасов войны.

Будапештское радио объявило 15 октября, что регент обратился к державам-противницам с предложением заключить перемирие. Хорти обосновывал свой шаг тем, что Германия не выполнила своих союзнических обязательств и прежде всего не обеспечила в достаточных размерах обещанную венграм помощь для обороны их страны; кроме того, она в течение целого ряда месяцев самым непозволительным образом вмешивалась во внутренние дела Венгрии. Хорти заявил, что он не может допустить, чтобы территория Венгрии в ходе уже проигранной войны превратилась в арену арьергардных боев в интересах чужой державы, и поэтому сообщил предствителю рейха в Будапеште о намерении Венгрии заключить перемирие с врагами и прекратить военные действия.

В этом заявлении оставалось неясным, прекратят ли венгерские войска борьбу немедленно или же только после заключения перемирия. Но события приняли не такой оборот, о каком мечтал Хорти и стоявшие за ним круги.

Дело в том, что на венгерской территории, особенно в Будапеште и вокруг него, находились крупные немецкие силы, а на решающих участках фронта использовались немецкие дивизии. Военная власть в стране еще со времени мартовского кризиса была сосредоточена в немецких руках. Кроме того, в стране в течение многих лет существовала идеологически близкая национал-социализму и одновременно резко антибольшевистски настроенная организация «Скрещенные стрелы» во главе с Салаши. Однако до сих пор ей не удалось обеспечить себе решающее влияние в стране. Теперь она с немецкой помощью пришла, наконец, к власти. 16 октября Хорти был арестован в будапештском дворце и вывезен в Германию, а регентом вместо него был назначен Салаши.

ОСВОБОЖДЕНИЕ ВЕНГРИИ ОТ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК

Советские войска с новой силой возобновили свои атаки против 6-й и 8-й немецких армий. Одновременно

4-й Украинский фронт начал преследование отступавших с Восточных Карпат немецко-венгерских войск.

Нанесенный 17 октября удар армии Малиновского был нацелен на Дебрецен. Оттуда советские армии должны были продвигаться на Ньиредьхазу и Токай с целью овладеть переправами 8-й немецкой армии через Тиссу и отрезать пути отхода продолжавшим борьбу на стороне немцев частям 1-й венгерской армии. Измотанные танковые дивизии 6-й немецкой армии, медленно отступая, едва могли сдерживать натиск Красной Армии.

20 октября немцам пришлось оставить Дебрецен. В тесном взаимодействии два кавалерийских и один танковый корпус советских войск через день прорвали немецкую оборону и вышли к Ньиредьхазе, а головными танковыми частями — даже к Токаю, в то время как 8-я немецкая армия и венгры все еще осуществляли свой отход по узким горным долинам Тран-сильвании.

После прорыва Красной Армии на Токай судьба 8-й немецкой армии была, казалось, предрешена. Однако последним огромным напряжением сил немецким танкам удалось пробиться с запада через боевые порядки прорвавшихся советских войск и рано утром 23 октября соединиться южнее Ньиредьхазы с наступавшими с востока передовыми частями 8-й армии. При этом были также отрезаны прорвавшиеся подвижные советские войска.

В ходе четырехдневных ожесточенных боев заслон, созданный немцами южнее отрезанных советских войск, удалось удержать, несмотря на все атаки с севера и юга. Лишь остатки подвижных советских соединений, бросив всю технику, сумели пробиться на юг.

К концу октября 8-я немецкая армия занимала новую оборону по реке Тиссе у Токая. Восточнее Кошице она примкнула к 1-й танковой армии, которая при общем отходе также оттянула свой правый фланг, занимая дальше к северу хорошо подготовленную оборону по Карпатам вплоть до Ясло.

Тем временем 2-й Украинский фронт подтянул новые крупные силы в район между Нижней Тиссой и Дунаем. Южнее Байи его соединения были заменены

3-м Украинским фронтом. Малиновский полагал, что наступило время для нанесения удара по Будапешту. Перед ним была лишь 3-я венгерская армия, которой в качестве единственной немецкой помощи был придан для консультаций немецкий корпусной штаб без войск.

29 октября армия Малиновского прорвала венгерский фронт в направлении Кечкемета. В ходе стремительного преследования советские танки вышли в район юго-восточнее Будапешта, где наткнулись на противотанковые рвы.

Когда венгерский фронт у Кечкемета рухнул, стоявшему на Тиссе штабу 6-й немецкой армии было немедленно поручено организовать оборону в междуречье Дуная и Тиссы, куда уже подтягивались новые силы. Испытанные в боях за Добренек немецкие танковые дивизии, находившиеся в тот момент на пополнении, были брошены из района севернее Сольнока во фланг наступавшей на Будапешт советской группировке, из-за чего юго-восточнее венгерской столицы оказалось возможным для немцев удержать крупное предмостное укрепление на восточном берегу Дуная.

С большой силой разгорелись бои в районе Цеглед, Сольнок, в ходе которых немецким войскам пришлось отойти на правый берег Тиссы и начать постепенно отступление к северу. Однако связь их командования с Будапештом на западе и с обороной по Тиссе на востоке была сохранена, и прорыв армии Малиновского на север не удался. Венгры после прорыва их обороны у Кечке-мета отошли на длинный дунайский остров Чепель и обеспечили прикрытие столицы с юга. Превосходство войск Малиновского между Дунаем и Тиссой было настолько подавляющим, что немецкие войска постепенно были оттеснены на рубеж Геделле, Эгер, Токай, хотя их связь с Будапештом сохранилась.

Малиновский бросил все свои войска против немецкой группы армий «Юг». Нужны были дополнительные силы, чтобы вплотную подойти к решению большой задачи — захвата всей Венгрии и создания плацдарма для наступления на Вену и Южную Германию. С этой целью 3-й Украинский фронт под командованием Толбухина, выполнивший тем временем свои задачи в Болгарии и Югославии, повернул на северо- запад, создав угрозу Будапешту и глубокому флангу группы армий «Юг», которой вновь пришлось снять силы со своего фронта с целью предотвратить задуманный советским командованием маневр.

Одна немецкая танковая дивизия продвинулась до района Сексарда, но оказалась слишком слабой, чтобы в одиночку отразить удар. Туда же для предотвращения прорыва советских войск между озером Балатон и Дунаем был выслан штаб 6-й немецкой армии с еще одной дивизией. Командование немецкой армии обнаружило между озерами Балатон и Веление не занятую войсками, весьма слабо оборудованную оборонительную позицию, во многих местах затопленную и примыкавшую на северо-востоке к Дунаю южнее Будапешта. Попытки приостановить советское продвижение южнее этого рубежа на кратчайшей линии между Балатоном и Дунаем оказались тщетными. Переброска нескольких немецких танковых соединений из района восточнее Будапешта и успехи войск Толбухина побудили Малиновского в середине декабря возобновить атаки в северном направлении с целью взломать оборону между Тиссой и Дунаем, что он и смог сделать на ослабленном восточном фланге 6-й немецкой армии.Советские танки достигли Балашшадьярмата, откуда они повернули на запад — в долину реки Ипель. Одновременно часть ударной группировки повернула еще круче на юг в направлении Дуная, окружив Будапешт l востока и севера и выйдя к Дунаю у Ваца.

8-я немецкая армия была отброшена через Ми-школьц до бывшей чешско-венгерской границы.

Успехи армий Малиновского и Толбухина ставили на повестку дня прорыв обороны 6-й немецкой армии, с тем чтобы отрезать все пути, идущие от Будапешта на запад. Особую опасность для 6-й немецкой армии представлял удар войск Малиновского, находившихся в долине Ипеля и грозивших разгромить немецкую оборону в долине Дуная западнее Ваца. Это вынудило немецкое командование группы армий перебросить через Дунай сосредоточенные южнее реки резервы, которые первоначально предназначались для контрудара с целью отбросить назад южное крыло войск Малиновского по обе стороны гор Бержень и восстановить связь с оборонявшимся у Балашшадьярмата восточным флангом 8-й немецкой армии.

Войска Толбухина 19 декабря предприняли наступление против 6-й немецкой армии между озерами Балатон и Веленце. Здесь двум немецким танковым дивизиям удалось отразить наносившийся крупными силами удар советских войск, но оборона немцев северо-восточнее озера Веленце была прорвана. Советские войска тотчас же веерообразно устремились на север, северо-запад и запад. На севере советские части через Бичке вышли к Дунаю у Эстергома и перерезали последнюю немецкую коммуникацию, ведущую к Будапешту, который 24 декабря был окружен.

Одновременно на освобожденной территории проходило установление мирной власти. 21 декабря 1944 г. в Дебрецене открылось Временное национальное собрание. Временное национальное собрание положило начало образованию центральных органов власти в стране. В первое правительство — Временное национальное правительство — входили представители различных партий: Социал-демократической, Национально-кресть-янской, коммунистической, а также профсоюзы.

Временное национальное правительство объявило войну Германии, а затем подписало перемирие с СССР, Англией и Соединенными Штатами Америки.

В то же время бои на территории Венгрии продолжались.

В северо-западном направлении советским войскам удалось глубоко продвинуться и достичь гор Баконь. Ударом советских войск в западном направлении была опрокинута немецкая оборона между озерами Балатон и Be ленце.

Севернее Дуная попытка немцев отбросить советские войска по обе стороны гор Бержень, несмотря на понесенные при этом тяжелые потери, оказалась неудачной. Фронт стабилизировался на реке Грон.

Вечером 24 декабря Гитлер приказал перебросить один корпус СС из Восточной Пруссии для усиления обороны в Венгрии. Усиленная этим корпусом 6-я немецкая армия 1 января предприняла южнее Дуная контрудар, чтобы восстановить связь с Будапештом; однако, несмотря на первоначальные успехи, добиться этой цели она не смогла. Немецко-венгерский гарнизон и созданное из членов организации «Скрещенные стрелы» венгерское ополчение продолжали отчаянно обороняться в постепенно превращавшемся в развалины городе. Когда расположенный на восточном берегу Дуная Пешт пришлось оставить, были взорваны мосты через Дунай, и ожесточенные уличные бои продолжались в западной части города — Буде, где находилась крепость.

Освобождение города и удержание западной части Венгрии стало для Гитлера главной задачей. Ей он подчинил все прочие соображения и обосновывал ее внешнеполитическими причинами, а также необходимостью защиты последних нефтяных месторождений в Венгрии и Австрии, без которых немыслимо было продолжение войны после утраты румынской нефти и в условиях все усиливавшегося разрушения авиацией союзников немецких заводов синтетического горючего.

Когда окруженный гарнизон Будапешта 13 января с отчаянием запросил по радио помощи, был отдан приказ о новом контрударе с целью освобождения города. Контрудар, в котором приняли участие вновь подтянутые в этот район немецкие дивизии, начался 18 января и после трехдневных боев завершился возвращением немцам Секешфехервара. Теперь еще несколько дивизий СС, снятых после наступления в Арденнах с Западного фронта, предназначались для Придунайского района, хотя немецкая оборона на Висле и в Восточной Пруссии разваливалась, а в Венгрию эти дивизии могли прибыть лишь в начале марта.

Вновь отбросить Красную Армию за Дунай — таково было неизменное стремление Гитлера. Вплоть до середины февраля защитники Будапешта, раздробленные на отдельные группы, цеплялись за последние узлы сопротивления в разрушенном городе.

Только 13 февраля 1945 г. в столице Венгрии отзвучали последние выстрелы.

Между тем немецкая группа армий «Юг» смогла почти целиком удержаться на рубеже, на который она была отброшена в конце декабря. Примыкавшая к ней на севере 1-я танковая армия занимала оборону между Бескидами и рекой Гроном в ее верхнем течении. 8-я немецкая армия, удерживавшая рубеж от стыка с северным соседом до устья Грона, смогла отразить все попытки советских войск добиться прорыва и даже ликвидировала в конце февраля один из советских плацдармов на этой реке, а 6-я армия препятствовала продвижению частей Красной Армии за горы Баконь. Оборонявшиеся в районе между озером Балатон и рекой Дравой немецкие соединения с ноября были объединены во 2-ю танковую армию и подчинены непосредственно группе армий. Примыкавшая к ним с юга группа армий «Е», которая находилась в ведении ОКБ, прикрывала районы Югославии вплоть до Адриатического моря.

В районе Дуная, как и на Одере, Красная Армия, прежде чем перейти в последнее наступление, должна была сначала восполнить понесенные потери и подтянуть свежие силы. Кроме того, для нее немаловажно было использовать новых союзников. С венгерским правительством, которое было образовано на занятой территории и на сторону которого перешел также начальник генерального штаба венгерской армии, советское командование заключило 20 января перемирие, потребовав от венгров создания новой армии из восьми дивизий. Болгары также должны были выставить армию, которой предстояло сменить советские дивизии между реками Дравой и Савой.

Но прежде чем Красная Армия успела завершить приготовления к новому наступлению, по приказу Гитлера 9 марта в условиях уже дававшей себя знать весенней распутицы последовало немецкое контрнаступление с направлением главного удара по обе стороны озера Балатон. Южнее озера оно вскоре захлебнулось.

Измотав в упорных оборонительных сражениях наступающие немецкие войска, войска 2-го и 3-го Украинских фронтов 16 марта сами перешли в наступление. Несмотря на крайне ожесточенное сопротивление, они в начале апреля завершили освобождение Венгрии от немецких войск, вступили на территорию Австрии и продолжали наступать в направлении Вены.

7. АЛБАНИЯ

7 апреля 1939 г., когда в Албанию вторглись ита-ло-фашистские войска, стало первым днем Сопротивления. Однако до весны 1942 г. оно не носило массового характера. В стране действовали небольшие партизанские отряды (четы), подпольные группы Сопротивления.

С ноября 1941 г. стихийное движение Сопротивления стало постепенно превращаться в национально-освободительное движение. В Албании с марта

1942 г. начали создаваться национально-освободительные советы, которые организовывали движение Сопротивления на местах, а в освобожденных районах выполняли функции органов власти. Лозунгом стало объединение всех патриотов независимо от политических и религиозных убеждений. Организационное оформление движение получило в сентябре 1942 г., когда на конференции в деревне Большая Пеза был создан Национально-освободительный фронт Албании.

Конференция определила функции национально-освободительных советов, которые в процессе борьбы должны были развиться в органы новой власти. Для руководства их деятельностью был избран Генеральный национально-освободительный совет.

К концу 1942 г. в Албании действовало около 20 партизанских отрядов, освободивших ряд районов юга и центра страны. В декабре 1942 г. Советское правительство выступило с декларацией «О независимости Албании», в которой заявило о поддержке освободительной борьбы албанского народа и его права на суверенное независимое существование.

Летом 1943 г. было положено начало созданию Национально-освободительной армии Албании. 10 июля сформировался Генеральный штаб и началась реорганизация партизанских сил в бригады. Армия создавалась на добровольных началах.

По мере развития антифашистской борьбы проходила поляризация сил внутри страны. Движение Сопротивления разделилось: стали создаваться организации «Балли Комбетар» (1942 г.), «Легалитет» (1943 г.), противостоящие национально-освободительному фронту. С конца 1943 г. борьба стала принимать черты гражданской войны.

После краха фашистской власти в Италии в Албании был установлен оккупационный режим.

Характерная особенность развития народного движения в Албании заключалась в том, что вопрос о власти был решен еще до полного освобождения страны. 24 мая 1944 г. в г. Пермете собрался Антифашистский национально-освободительный конгресс. Антифашистский национально-освободительный совет признавался главным и единственным законодательным и исполнительным органом, который представлял власть албанского народа в стране и за ее пределами. Совет образовал Антифашистский национально-освободительный комитет. В октябре 1944 г. он был преобразован во Временное правительство.

Одновременно в 1944 г. англо-американское командование в бассейне Средиземного моря пыталось добиться признания роли «Балли Комбетар» и «Ле-галитет» в освобождении страны и создании действительно демократического правительства.

Только вмешательство Советского Союза позволило власти Временного правительства распространиться на всю освобожденную территорию.

8. ГРЕЦИЯ

20 мая 1944 г. после переговоров в Ливане было заключено так называемое Ливанское соглашение между эмигрантским правительством Греции, ЭАМ — ЭЛАС, ЭДЭС, ЭККА и представителями различных группировок, имеющих значительное влияние в стране. Согласно этому соглашению, ЭАМ получило в коалиционном правительстве 25% второстепенных министерских портфелей.

Было принято решение о высадке английских войск в стране в момент ее освобождения от немецких войск. Ливанское соглашение также предусматривало роспуск после освобождения Греции всех вооруженных организаций, создание единой армии и проведение плебисцита о монархии.

Английское правительство стремилось использовать это соглашение для установления в Греции своего контроля. По новому, так называемому Казертскому, соглашению (26 сентября 1944 г.) главнокомандующим всеми греческими вооруженными силами, в том числе и силами ЭЛАС, назначался английский генерал Скоби.

В октябре 1944 г. в связи с победами на Балканах Красной Армии Гитлер отдал приказ об эвакуации немецких войск из Греции. По мере отхода немецких войск в Греции высаживались английские войска. 4 ноября 1944 г. последние немецкие солдаты покинули территорию континентальной Греции.

Греческий народ понес во второй мировой войне тяжелые жертвы: погибло 405 тыс., т.е. 5,6% населения страны, две трети из них умерли голодной смертью. Потери оккупантов в Грепии составили более 140 тыс. человек. В годы оккупации движение Сопротивления сковывало в стране 300-тысячную армию немецких войск. Созданная в стране армия насчитывала в конце 1944 г. более 147 тыс. бойцов и офицеров.

ГЛАВА IV

ОБЪЕДИНЕНИЕ НАЦИЙ НА ЗАВЕРШАЮЩЕМ ЭТАПЕ ВОЙНЫ

1. СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ В 1944—1945 ГГ

СОСТОЯНИЕ ЭКОНОМИКИ

На завершающем этапе войны против держав «оси» Соединенные Штаты внесли значительный вклад. Война не коснулась территории Америки. Американский народ не знал оккупации и связанных с этим разорения хозяйства и огромных людских и материальных потерь.

К лету 1945 г. мощности американской промышленности выросли по сравнению с 1938 г. на 40%. В

1944 и 1945 гг. в Соединенных Штатах было выплавлено стали соответственно 81,3 млн. т и 72,3 млн. т, до-

быто угля 619,8 млн.т и 573,8 млн.т, выработано электроэнергии 279,5 млрд. квт-ч и 271,2 млрд. квт-ч. Значительная часть военных расходов за всю войну — 167,9 млрд. долл. из 315,2 млрд. долл. — падала на 1944 и 1945 гг.

В 1944 г. в Соединенных Штатах было выпущено более 96,4 тыс. самолетов, а в 1945 г. — 43,2 тыс. Снижение выпуска самолетов, как и общее сокращение производства военной продукции, было связано с окончанием войны. Кораблей на верфях Соединенных Штатов было построено в 1944 и в 1945 гг. общим водоизмещением соответственно 26043 тыс. т и 29730 тыс. т. Военно-морской флот Соединенных Штатов насчитывал в 1945 г. 1265 боевых кораблей (в 1940 г. — 383). В начале 1944 г. общая численность американских вооруженных сил составляла 10441 тыс. человек, в том числе 7482 тыс. человек в армии и 2958 тыс. человек во флоте, 35% личного состава армии находилось за океаном.

Война привела к дальнейшей концентрации американской промышленности. Две трети военных заказов попало в руки 100 основных корпораций. Крупнейшие монополии «Дженерал моторе», «Дженерал электрик», Форда и некоторые другие получили около 30% всех военных заказов. Если до войны на предприятиях крупнейших монополий, составлявших 2% от всех фирм в Соединенных Штатах, было занято 49% рабочих, то на исходе войны на их предприятиях было 62% всех американских рабочих. Соответственно распределялись и прибыли, которые за годы войны после вычета налогов составили 54,6 млрд. долл., т.е. в среднем 8,7 млрд. долл. в год, против 3,4 млрд. ежегодных прибылей в 1936—1939 гг.

Мобилизация в армию, увеличение занятости привели к почти полному исчезновению безработицы в стране. Если в 1940 г. в Соединенных Штатах насчитывалось свыше 8 млн. безработных, то в 1944 г. их количество сократилось до 700 тыс. человек. Уже одно это привело к заметному повышению жизненного уровня основной массы американского народа.

Военная конъюнктура значительно улучшила положение в сельском хозяйстве. Хотя в связи с мобилизацией занятость в сельском хозяйстве упала с

11,7 млн. до 10,8 млн. человек, производство его возросло. Количество электрифицированных ферм увеличилось с 1940 по 1945 г. с 30,4% до 44,9%, тракторов — с 1545 тыс. до 2422 тыс., грузовых автомашин — с 1047 тыс. до 1490 тыс., зерновых комбайнов — с 190 тыс. до 375 тыс. и т.д. В 1944 г. сельское хозяйство дало почти на 40% больше продукции, чем до войны. В основе роста лежала механизация и резкая интенсификация земледелия и животноводства: посевные площади расширились менее чем на 5%, в то время как производство на гектар увеличилось на 20%, а продуктивность на голову скота — на 10% при росте поголовья на 20%. Цены на сельскохозяйственные продукты в целом удвоились по сравнению с кануном войны. Все это вместе взятое привело к тому, что чистый доход фермеров в 1945 г. достиг 12,2 млрд. долл. против 4,2 млрд. долл. в 1939 г.

Основная масса населения Соединенных Штатов в годы войны жила лучше, чем когда бы то ни было. В 1944 г. недельная заработная плата основных категорий американских рабочих достигла наивысшего уровня за всю первую половину XX в. Во время войны спрос на товары, особенно длительного пользования, естественно, не мог быть удовлетворен. В результате у населения образовались значительные сбережения, достигшие 129 млрд. долл., что подготавливало послевоенный бум.

ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

По мере приближения окончания войны вставали вопросы о послевоенном устройстве страны. Ф.Рузвельт в своем послании конгрессу в январе 1944 г. о положении страны предложил принять «Экономический билль о правах», имевший в виду обеспечение полной занятости после войны.

В предвидении массовой демобилизации правительство постаралось создать привилегированное положение для бывших военнослужащих. 22 июля 1944 г. вступил в силу закон об обеспечении демобилизованных, получивший название «Солдатский билль о правах». Закон предусматривал различные льготы, в том числе стипендии для обучения в колледжах, кредиты для покупки домов или заведения собственного дела, пособия в случае безработицы и т.д.

На очередных президентских выборах, состоявшихся в 1944 г., послевоенные проблемы заняли значительное место. Демократическая партия, в четвертый раз выдвинувшая на пост президента Франклина Д.Рузвельта, утверждала, что она сумеет обеспечить полную занятость после войны, расширение системы социального обеспечения и другие блага для народа. В самой партии, в основном в южных штатах, существовало сильное недовольство внутренней политикой Ф.Рузвельта в области законодательства, отношения к неграм. Часть политиков требовала выдвижения на пост вице-президента сенатора от штата Миссури Г.Трумэна вместо вице-президента Г.Уоллеса, человека либеральных взглядов. В интересах сохранения единства партии Ф.Рузвельт согласился на кандидатуру Трумэна, но в дальнейшем президент полагал произвести коренную реорганизацию Демократической партии и привлечь к себе либеральное крыло Республиканской партии.

F зсщ бликанская партия, выставившая сан^идагом на пост президента губернатора из штата Нью-Йорк Т.Дьюи, в основном сделала ставку на его личные качества. Молодой Т.Дьюи противопоставлялся «правительству стариков» Франклина Д. Рузвельта, республиканские пропагандисты публиковали материалы о борьбе Дьюи в штате Нью-Йорк против коррупции и гангстеризма. Республиканская партия выступила за отмену расовой сегрегации.

В итоге выборов, состоявшихся в ноябре 1944 г., победила Демократическая партия. Ф. Рузвельт получил 25,6 млн., Т.Дьюи — 22 млн. голосов. Однако разрыв в поданных голосах был наименьшим за все выборы, на которых баллотировался Ф.Рузвельт. В Сенате Демократическая партия сохранила свои позиции — 56 сенаторов, а в палате представителей увеличилось количество конгрессменов-демократов — 242 против 190 республиканцев. Сенаторы Д.Най, Б.Кларк, конгрессмены Г.Фиш, М.Дайс и другие потерпели поражение на выборах.

20 января 1945 г. Ф.Рузвельт, вступая в четвертый раз на пост президента, сказал: «В предстоящие дни и годы мы будем работать в интересах справедливого и честного мира, длительного мира так же, как мы работаем и сражаемся ныне в интересах полной победы в войне... Мы не можем добиться прочного мира, если мы будем подходить к нему с подозрением и недоверием или со страхом».

12 апреля 1945 г. Ф. Рузвельт скоропостижно скончался от кровоизлияния в мозг. В послании на имя Г.Трумэна, ставшего президентом, Советское правительство 13 апреля выразило «свое искреннее сочувствие американскому народу в его тяжелой утрате и свою уверенность, что политика сотрудничества между великими державами, взявшими на себя бремя войны против общего врага, будет укрепляться и впредь».

В основе политики президента Ф. Рузвельта в годы войны лежало понимание того, что на путях сотрудничества с Советским Союзом могут быть обеспечены национальные интересы всех народов. Отрицательное отношение к коммунизму не мешалр Рузвельту трезво оценивать реальное положение вещей. Реализм Рузвельта определял его позицию в вопросах послевоенного устройства мира.

Преемник Ф.Рузвельта на посту президента Г.Тру-мэы был человеком иного склада. В отношении Советского Союза Трумэн считал необходимым прибегнуть к «твердому курсу», порвав с политикой сотрудничества. Однако на первых порах ему было просто невозможно отказаться от наследия Ф.Рузвельта и встать на путь противостояния.

2. АНГЛИЯ И ДОМИНИОНЫ В 1944-1945 ГГ.

АНГЛИЯ

По-иному сложилось к концу войны положение Англии. В то время как в Соединенных Штатах производство продолжало расти, в Англии со второй половины 1944 г. начался спад. Помимо нехватки сырья и напряженного положения на рынке труда, давала о себе знать и политика монополий, которые, видя приближение конца войны в Европе, строили собственные планы на послевоенный период, не считаясь с интересами государства.

Производство угля, достигнув в 1943 г. 202,1 млн.т, сократилось в 1944 г. до 195,9 млн.т, а в 1945 г. — до

185,7 млн.т, выплавка чугуна снизилась с 7,3 млн.т в

1943 г. до 6,8 млн.т в 1944 г. Сократилось и производство стали: 1943 г. — 13,2 млн.т, 1944 г. — 12,3 млн.т,

1945 г. — 12 млн.т.

Резко уменьшилось производство станков: в 1944 г. их было произведено на 17 тыс. меньше, чем в 1943 г.

ВАЖНЕЙШИЕ СТАТИСТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ. АНГЛИЯ 1939-1945 гг.

ЧИСЛЕННОСТЬ РАБОЧЕЙ СИЛЫ

(мипмс; млн. чех)

17.9 17.4 17,5 17.1 16.8

W.7 208.2 202.1 т9

■

111

ПРОИЗВОДСТВО ЭЛЕКТРОЭНЕРГИИ

(млрд квт-ч)

ВЫПЛАВКА ЧУГУНА И СТАЛИ (млн тонн) чугун сталь

1939 г

-I_I_I_L

1939 г. 1940 г 1941 г 1942 г 1943 г. 1944 г 1945 г

fill

СТРОИТЕЛЬСТВО КРУПНЫХ ВОЕННЫХ КОРАБЛЕЙ (шт.)

1939 г 1940 г 1941 г 194; г 1443 г 1^4-1 г

Свертывалось строительство. Вместо 8193 новых зданий, выстроенных в 1944 г., в 1945 г. было построено лишь 2958 новых зданий. Почти иссяк один из важнейших источников притока капиталов в Англию — экспортная торговля. Англия оказалась в большой финансово-экономической и политической зависимости от Соединенных Штатов Америки. В отличие от Соединенных Штатов уровень жизни населения Англии снизился.

Во время войны в Англии действовал парламент, избранный в 1935 г., в котором большинство принадлежало консерваторам. Многие местные лейбористские организации высказывали острое недовольство избирательным перемирием, заключенным в начале войны между Консервативной, Лейбористской и Либеральной партиями.

Вопрос о выборах стал одним из главных пунктов повестки дня конференции Лейбористской партии, собравшейся в декабре 1944 г. На рассмотрение делегатов этой конференции исполком партии внес манифест «Лейбористская партия и всеобщие выборы», который являлся ответом на предложение Черчилля сохранить в стране коалиционное правительство еще на четыре года для совместного осуществления послевоенной реконструкции. В манифесте отвергалось сохранение коалиции после достижения победы и выдвигалось требование самостоятельных действий всех партий.

КАНАДА

В Канаде в 1944 и 1945 гг. промышленность продолжала быстро развиваться. К 1945 г. промышленная продукция Канады выросла более чем в 2,5 раза по сравнению с 1939 г. Индустриализация на базе военной экономики способствовала укреплению господствующих позиций монополий, концентрации производства и капитала, развитию государственно-монополистического капитализма. Крупнейшие монополистические объединения имели своих представителей в правительственных корпорациях, ведавших закупкой и распределением сырья и оборудования.

К 1945 г. было создано 27 корпораций, руководивших производством оружия, судов, самолетов, взрывчатых веществ, каучука, химической продукции, точных инструментов. Большое место занимала добыча стратегического сырья. Доля Канады в производстве стран антигитлеровской коалиции в 1944 г. составляла по никелю 94%, асбесту — 75, алюминию — 32, цинку — 20, свинцу — 17, меди — 10%.

Львиную долю прибылей от поставок сырья и вооружения получали крупнейшие монополистические объединения: «Интернейшнл никель компани оф Канада лимитед», принадлежащая группам Рокфеллера, Моргана,

13 Зак. 1543 английскому «Империэл кэмикл индастриз» и канадским банкам; «Алюминиум лимитед», контролируемая группой Меллона; «Канадиен индастриз», хозяевами которой были американский трест «Е.И. Дюпон де Немур компани» и «Империэл кэмикл индастриз».

385

Военная конъюнктура создала благоприятные условия и для расширения сельскохозяйственного производства. После оккупации немецкими войсками Дании и Норвегии Канада значительно укрепила свои позиции на английском рынке. В 1944 г. в общем потреблении продовольствия Англии на долю Канады приходилось: бекона — 72%, пшеницы — 52, рыбных консервов — 35, сыра — 25, яиц — 10%.

Не менее важными были поставки вооружения и боеприпасов. Канадские авиационные заводы выпускали тяжелые бомбардировщики «Ланкастер», «Москито», летающие лодки «Каталина», пикирующие бомбардировщики «Кэртис». За годы войны было выпущено около 15 тыс. военных самолетов, около 50 тыс. танков, бронемашин, бронетранспортеров, спущено на воду свыше 4 тыс. военных судов.

Большая часть военной продукции направлялась в Англию. В 1942 г. для обеспечения финансирования экспорта Канада предоставила Англии в виде безвозмездного взноса на оборону империи 1 млрд. долл., а также беспроцентный заем на сумму 700 млн. долл. С мая 1943 г. Канада стала осуществлять военные поставки на основе закона о взаимной помощи, сходного с американским ленд-лизом. Общая сумма поставок по закону превысила 2 млрд. долл.

Канада совместно с Соединенными Штатами и Англией участвовала в организации производства атомной бомбы, являясь основным поставщиком урана. Численность армии выросла до полумиллиона человек. Канадский флот стал третьим по величине флотом союзных держав. Канадские вооруженные силы принимали активное участие в боевых действиях.

ЮЖНО-АФРИКАНСКИЙ СОЮЗ

Участие Южно-Африканского Союза в войне стало носить более или менее заметный характер лишь после разгрома Франции. В основном оно выражалось в некоторых мерах по мобилизации военных ресурсов страны. В феврале 1943 г. парламент принял закон, разрешавший использование армии Южно-Африканского Союза за пределами континента. К июлю 1943 г. в армии служило 169 тыс. европейцев и 102 тыс. африканцев, в том числе за пределами страны 86 тыс. европейцев и 39 тыс. африканцев. В 1945 г. армии Южно-Африканского Союза насчитывали 345 тыс. человек. Южно-африканские войска сражались в Эфиопии и Ливии, принимали участие в военных действиях в Италии.

В годы войны в экономике Южно-Африканского Союза произошли значительные изменения. Повысившийся спрос на стратегическое сырье, оружие и военные материалы и нарушение традиционных хозяйственных связей привели к серьезной структурной перестройке экономики. Значительно увеличилась выплавка черных металлов, выросли отдельные отрасли легкой промышленности, выполнявшие заказы для союзных армий: кожевенные, обувные, швейные.

В крупных масштабах было организовано производство вооружения: бронеавтомобилей, орудий, моторов и выпуск запасных частей для автомашин и самолетов. Химическая промышленность обеспечивала выпуск боеприпасов для английских вооруженных сил, действовавших в Африке. В связи с войной возросла роль крупных монополий.

Ни в одном из английских доминионов война против фашизма не привела к такой острой политической борьбе, как в Южно-Африканском Союзе. Фашистские, полуфашистские и расистские, по существу прогерманские, организации вели открытую пропаганду. Особенный накал страстей вызвали парламентские выборы в июле

1943 г. Фашистская партия «Оссева брандваг» выступала с расистской программой сегрегации, обещая белому населению всевозможные блага.

Победу, однако, одержала правящая Объединенная партия, выступавшая за участие в войне и сохранение традиционного союза с Англией.

В Австралии в 1941 г. на смену коалиционному правительству пришло лейбористское правительство, возглавленное Кертеном. Новое правительство отошло от прежнего курса.

Активнее начала проводиться перестройка экономики страны для военных целей, особенно после нападения Японии. Промышленность была разделена на отрасли, имеющие важное значение для ведения войны и так называемые несущественные.

Правительство Кертена ввело твердые цены и контроль над прибылями. «Акт об обороне» был дополнен пунктом, разрешающим посылать австралийцев, призванных на военную службу, за пределы страны.

К маю 1943 г. в Австралии работало 49 государственных заводов (в сентябре 1941 г. — 6) и 178 их филиалов. Австралийская военная промышленность освоила производство самолетов, судов, танков, броне-траспортеров, бронеавтомобилей, орудий и пулеметов, других видов вооружений, а также радиолокаторов, оптических военных приборов и т.п. В военных и связанных с ними отраслях промышленности было занято свыше полутора миллионов человек, или 60% трудоспособного населения. В гражданском производстве работало только 117 тыс., или 4,5%.

Значительными были и австралийские поставки продовольствия. К середине 1943 г. Австралия отправила в Англию и другие союзные государства продовольствия на 219 млн. ф. ст., из них в Англию — на 121588 тыс. ф. ст., или 55,5% своего продовольственного экспорта.

Быстро росла численность австралийской армии. Если к ноябрю 1941 г. в вооруженных силах было 431 тыс. человек, то в 1944 г. — 858 тыс., а всего за шесть лет войны было призвано на военную службу более 1 млн. человек, или седьмая часть населения Австралии. Австралийские войска принимали участие в военных действиях в Северной Африке, Европе, на Тихоокеанском театре.

Подобно Австралии, участие Новой Зеландии в военных усилиях Британской империи значительно расширилось в связи с начавшейся в конце 1941 г. войной на Тихом океане. Все новые и новые контингенты новозеландских войск отправлялись на Средний Восток, на Тихоокеанский театр военных действий, в метрополию. К концу войны экспедиционные части составляли 135 тыс. человек из общей численности вооруженных сил в 205 тыс. человек.

В военные годы Новая Зеландия значительно расширила свою продовольственную базу и служила одним из главных источников снабжения американских и английских вооруженных сил на Тихом океане.

Быстро развивалась и новозеландская промышленность. Стоимость промышленной продукции возросла со 114,5 млн. долл. в 1938—1939 гг. до 174,4 млн. долл. в 1943—1944 гг. Во время войны Новая Зеландия поставляла боеприпасы, в том числе значительное количество авиационных бомб, орудия, пулеметы, бронемашины. На верфях страны было сооружено более 500 судов; сотни судов, главным образом американских, были отремонтированы.

Распространение на Австралию и Новую Зеландию закона об ленд-лизе способствовало укреплению сотрудничества между этими английскими доминионами и Соединенными Штатами и привело к заметному усилению американского влияния.

3 СОВЕТСКИЙ СОЮЗ В 1944—1945 ГГ.

СОСТОЯНИЕ ПРОМЫШЛЕННОСТИ, СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА И ТРАНСПОРТА

Размах военных действий требовал от тыла огромных усилий, чтобы в достатке обеспечить Красную Армию вооружением и боевым снаряжением.

Перелом, достигнутый в 1943 г., создал основу для развития военной экономики. В 1944 г. по сравне-

нию с 1943 г. производство чугуна возросло с 5,6 млн.т до 7,3 млн.т, стали — с 8,5 млн.т до 10,9 млн.т, добыча угля— с 93,1 млн.т до 121,5 млн.т. Более чем на 30% увеличилась продукция машиностроения. В настоящий арсенал фронта были превращены Урал, Сибирь и другие восточные районы страны. На Урале производилось до 40% всей продукции военной промышленности.

Важным промышленным районом стал Узбекистан. Здесь производились вооружение и боеприпасы, станки и электрооборудование, развертывалась химическая мро-мышленность. Новые предприятия черной и цветной металлургии возникли в Казахстане. Большую роль играла казахская топливная промышленность. Азербайджанские предприятия снабжали страну нефтью и нефтепродуктами. Развернулось военное производство в Грузии и Армении.

Электростанции страны выработали в 1944 г. 39,2 млрд. кВт-ч против 32,3 млрд. в 1943 г. Только в освобожденных районах Украины, где в 1943 г. было произведено всего лишь 28,1 млн. кВт-ч электроэнергии, в 1944 г. ее производство составило 1281 млн. кВт-ч.

В 1944 г. производство военной продукции по сравнению с 1940 г. увеличилось более чем втрое. Впервые за годы войны доля военных затрат в народном хозяйстве стала уменьшаться: в 1944 г. она составляла 52,2% против 59,5% в 1943 г.

Общий объем грузооборота всех видов транспорта в 1944 г. увеличился по сравнению с 1943 г. на 15,3%. Особенно большая нагрузка пришлась на железнодорожный транспорт. По мере продвижения Красной Армии на запад удлинялись коммуникации, все сложнее становилась связь тыловых районов с фронтом. Протяженность железных дорог в связи с освобождением территории страны от немецких войск и строительством новых линий на Востоке значительно возросла. Между тем производство паровозов и вагонов отставало от роста потребности в них. Это создавало серьезные трудности в работе железнодорожного транспорта.

ВАЖНЕЙШИЕ СТАТИСТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ. СССР 1941-1945 гг.

Непрерывно растущая промышленность и восстановительные работы в освобожденных районах увеличили потребность в рабочей силе. Между тем фронт продолжал поглощать значительную часть работоспособного мужского населения. Пришлось принять специальные меры для вовлечения в производство неработающего населения. В 1944 г. было привлечено на работу в промышленность и строительство более 1100 тыс. человек. Это была самая крупная трудовая мобилизация за годы войны. В 1945 г. численность рабочих и служащих достигла 28,3 млн. человек. Больше половины из них были женщины.

В 1944—1945 гг. положение в сельском хозяйстве стало менее напряженным. Вскоре после победы на Волге было принято решение о восстановлении сельскохозяйственного машиностроения, а вслед за тем, в 1944 г., и тракторостроения. Это строительство рассматривалось как первоочередное. Предприятиям сельскохозяйственного машиностроения были предоставлены такие же преимущества в получении металла, как и предприятиям оборонной промышленности; материалы, предназначенные для сельскохозяйственного машиностроения, категорически запрещалось расходовать на другие цели.

На Алтае, в Рубцовске, был построен тракторный завод. В январе 1944 г. с его конвейера сошло более тысячи тракторов. К середине 1944 г. был восстановлен тракторный завод в Сталинграде, в феврале 1945 г. — в Харькове. В апреле дал стране тракторы Владимирский завод.

В трудных условиях 1944 г. был проведен весенний сев. Как и в предыдущем году, огромную роль в сельском хозяйстве играли женщины. Они выработали более 55% трудодней в колхозах. 250 тыс. женщин работали председателями колхозов, заведующими животноводческими фермами, бригадирами. Около половины тракторов и комбайнов обслуживалось женщинами.

Валовой сбор зерна в 1944 г. составил более 3 млрд. пудов. Выросло производство основных технических культур. Увеличилось в 1944 г. и поголовье скота.

Весенний сев 1945 г. совпал с окончательным разгромом Германии. Продовольственное положение страны несколько улучшилось.

Восстановление народного хозяйства на освобожденных территориях в 1944—1945 гг. приняло большой размах.

Правительство ассигновало значительные средства для восстановления разрушенного войной хозяйства. Государственный Комитет обороны установил очередность этих работ, обратив главное внимание на промышленность. Уже в 1944 г. вступили в строй Ново-Краматорский завод тяжелого машиностроения, Харьковский турбогенераторный, Таганрогский металлургический, Мариупольский трубопрокатный заводы и другие крупные предприятия. Одна за другой начали давать уголь шахты Донбасса и Криворожья.

К концу войны в освобожденных районах действовало свыше б тыс. восстановленных заводов и фабрик, более тысячи шахт, ряд электростанций и доменных печей.

Возрождался железнодорожный транспорт. К середине 1944 г. было сдано в эксплуатацию более 35 тыс. км железнодорожных путей, свыше 2,5 тыс. станций и разъездов, более 5,5 тыс. мостов и тоннелей.

Для помощи сельскому хозяйству из тыла направлялись в разоренные деревни техника и скот. К осени 1944 г. поступило 22 тыс. тракторов. К концу войны сюда было перегнано из тыловых областей около 3 млн. голов скота.

4. КРЫМСКАЯ (ЯЛТИНСКАЯ) КОНФЕРЕНЦИЯ ГЛАВ ПРАВИТЕЛЬСТВ СССР, США И ВЕЛИКОБРИТАНИИ

ПОДГОТОВКА КОНФЕРЕНИИ. ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Вопрос о новой встрече глав правительств трех великих держав стал активно обсуждаться с осени

1944 г. После Тегеранской конференции произошло множество важных событий. Вооруженные силы союзных держав одерживали все новые победы. Красная Армия очистила от немецких войск советские земли и завершила изгнание гитлеровцев из восточноевро-пейких государств. Приближался час победы антигитлеровской коалиции. Проблемы послевоенного устройства все больше выдвигались на первый план.

В этой обстановке встреча «большой тройки» приобретала особое значение. Практическая подготовка к ней осложнялась трудностями, связанными с согласованием места проведения конференции.

27 декабря Рузвельт дал Гарриману инструкцию сообщить главе Советского правительства, что готов прибыть на встречу «большой тройки» в Ялту в феврале. В целях конспирации было условлено впредь именовать эту встречу кодовым названием «Аргонавт» (позднее дали новое название — «Магнето»).

Началась активная подготовка к Ялтинской конференции. Ее участники условились не приглашать представителей прессы, а ограничиться фотокоресспонден-тами.

В Крыму приготовления шли полным ходом. Наряду с технической подготовкой новой встречи «большой тройки» в предшествующие ей недели проходил также интенсивный обмен мнениями по основным политическим проблемам.

Для такого обмена мнениями частично были использованы переговоры с Черчиллем в Москве. В последующие месяцы шла оживленная переписка, а также встречи советских руководителей с послами США и Англии. Американцы проявляли особый интерес к тому, чтобы договориться с Советским правительством о вступлении СССР в войну против Японии. В свою очередь советская сторона отстаивала свои интересы на Дальнем Востоке.

Позиция СССР была несколько уточнена во время визита посла Гарримана к главе Советского правительства 14 декабря 1944 г.

Одновременно в столице США происходил обмен мнениями относительно будущих двусторонних отношений между Советским Союзом и Соединенными Штатами. Эта проблема особенно волновала президента Рузвельта, который не раз высказывался в пользу взаимовыгодного сотрудничества и создания солидной экономической базы для советско-американских отношений.

10 января 1945 г. тогдашний министр финансов США Генри Моргентау направил в Белый дом проект плана, предусматривавшего предоставление СССР кредитов на весьма льготных условиях. Речь шла о

10 млрд. долл. при 2% годовых со сроком выплаты в 35 лет. Неделю спустя Г. Моргентау посетил нового государственного секретаря США Эдварда Стеттиниуса, с которым обсудил этот план.

Излагая свои соображения, Моргентау сказал, что его цель — убедить Советское правительство в решимости США сотрудничать с СССР в послевоенный период. «Настало время, — заявил он, — четко изложить наши благоприятные предложения, которые были бы рассмотрены Советским правителством как конкретный жест нашей доброй воли».

Вскоре помощник государственного секретаря Клейтон уведомил Гарримана, что президент чрезвычайно заинтересован в идее предоставления крупного кредита СССР, но что ничего не следует предпринимать, пока он сам не обсудит весь этот вопрос лично со Сталиным в Ялте.

Что касается Черчилля, то он, готовясь к «Аргонавту», особенно хлопотал насчет предварительных переговоров с американцами в целях создания на предстоящей конференции единого фронта против Советского Союза. Зная, что Рузвельт холодно относится к этой идее, Черчилль предложил провести на Мальте совещание начальников объединенных штабов США и Великобритании, в котором могли бы также принять участие английский премьер и президент США накануне отлета в Крым. По этому поводу Черчилль писал Рузвельту, что двум западным лидерам следует обсудить «некоторые вопросы, не касающиеся русских».

Президент Рузвельт отклонил это предложение. Он ответил, что при самых благоприятных погодных условиях не сможет прибыть на Мальту с достаточным запасом времени и что поэтому ему придется сразу же отправляться дальше, чтобы поспеть в Ялту к сроку, согласованному со Сталиным. Тем не менее Черчилль продолжал настаивать на своем. 8 января он послал президенту новую телеграмму, убеждая его в необходимости проведения предварительного англо-американ-ского совещания хотя бы на уровне министров иностранных дел.

Чтобы успокоить американцев, Черчилль писал о возможности пригласить на эту встречу и Молотова. После этого президент пошел на частичную уступку. Он согласился, чтобы американские генералы Кинг, Арнольд и Маршалл прибыли для встречи с британскими коллегами на несколько дней раньше и обсудили вопросы, представляющие взаимный интерес. Однако Рузвельт отклонил идею встречи министров иностранных дел.

Он пояснил, что в отсутствие президента государственный секретарь должен оставаться в Вашингтоне и вылететь на конференцию в самый последний момент. Все же, уступая новым просьбам Черчилля, президент Рузвельт обещал направить в Лондон в качестве своего личного представителя Гарри Гопкинса.

21 января Г. Гопкинс прибыл в столицу Англии. Он обсудил с Черчиллем и Иденом не только вопросы, стоявшие на повестке для «большой тройки», но также и некоторые проблемы англо-американских отношений. В частности, речь шла о действиях английских властей в Италии, вызывавших отрицательную реакцию Вашингтона.

Суть дела заключалась в том, что англичане стремились сохранить на итальянском троне короля Виктора-Эммануила, санкционировавшего в свое время фашистский режим Муссолини. Вашингтон считал это не очень удобным и предлагал создать в Италии более либеральный правительственный фасад. С этой целью США организовали прибытие в Рим находившегося в эмиграции известного политического деятеля графа Сфорца. Однако англичане не допустили его в правительство, созданное ими в Риме, что и побудило незадолго до того назначенного государственным секретарем США Э. Стеттиниуса выступить с соответствующим заявлением. Это взорвало Черчилля, который обрушился на американцев в одном из своих личных посланий президенту.

«Меня сильно задело то, — писал Черчилль, — что разногласия в отношении графа Сфорца стали поводом для попытки государственного департамента сделать выговор правительству Его Величества...»

Из Лондона Гопкинс отправился в Париж для встречи с де Голлем. Известно, что правительство США, делавшее ставку на генерала Жиро, не жаловало де Голля, и Гопкинс хотел выяснить перспективы отношений США с Францией. Затем Гопкинс посетил Рим, где имел аудиенцию у папы Пия XII, а также более детально ознакомился с ситуацией в Италии.

31 января Гопкинс прилетел на Мальту, где согласно достигнутой договоренности состоялись переговоры начальников объединенных штабов Великобритании и США. Но этим дело не ограничилось. Черчилль все же добился встречи с Рузвельтом, хотя тот и противился этому, не желая создавать в Москве впечатление о предварительном англо-американском сговоре. Когда президент и сопровождавшие его лица прибыли 2 февраля на американском тяжелом крейсере «Куинси» в порт Ла-Валетта, на рейде уже стоял британский корабль «Орион» с Черчиллем на борту. Встреча двух лидеров состоялась в тот же день в 6 часов вечера на крейсере «Куинси».

В ходе обсуждения военной ситуации в Европе Черчилль убеждал президента поскорее оккупировать как можно большую часть австрийской территории, чтобы задержать продвижение Красной Армии. Рузвельт не проявил особого энтузиазма. Крайние взгляды Черчилля явно претили ему. Они не согласовывались с высокими целями послевоенного сотрудничества великих держав, на которые он рассчитывал после победы над общим врагом.

Вечером Рузвельт пригласил британских представителей на обед в кают-компанию крейсера. За столом, как свидетельствуют участники этой трапезы, дело ограничилось лишь обменом мнениями в самой общей форме по вопросам, которые должны были обсуждаться в Ялте. Глубокой ночью делегации отправились в дальний путь.

До официального открытия конференции между руководителями держав имели место предварительные встречи. 4 февраля в 3 часа дня И. В. Сталин прибыл в Воронцовский дворец для беседы с Черчиллем. В мемуарах премьер-министра отмечается, что произошла «интересная дискуссия» относительно дальнейшего хода войны против Германии. Сталин сказал, что в Германии не хватает хлеба и угля, а ее транспортная система серьезно повреждена. И хотя Гитлер все еще располагает значительными бронетанковыми силами, его рейх уже не является мировой державой. Черчилль обратил внимание на военную ситуацию в Западной Европе. Подойдя к карте и показав прохождение фронтов, он особо остановился на обстановке в Италии.

В 4 часа Сталин нанес визит Рузвельту в Ливадий-ском дворце. Ссылаясь на виденные им по пути в Ялту разрушения, президент сказал, что сейчас он еще более «кровожаден» по отношению к гитлеровцам, чем был в Тегеране в 1943 году.

Затронув положение на западном фронте, Рузвельт сообщил, что генерал Эйзенхауэр не предполагает форсировать Рейн ранее марта, поскольку сейчас течение в реке слишком стремительно и ледоход затрудняет операции. Поэтому, заключил Рузвельт, решающее наступление на Германию придется, видимо, перенести на весну...

ГЕРМАНСКИЙ ВОПРОС

Проходившая с 4 по 11 февраля 1945 г. Ялтинская конференция заняла важное место в дипломатической истории второй мировой войны. Это была вторая встреча руководителей трех великих держав антигитлеровской коалиции — СССР, США и Англии, и она, так же как и Тегеранская конференция, прошла под знаком преобладания тенденции к выработке согласованных решений как в деле организации окончательной победы, так и в области послевоенного устройства.

Заслушанные на Крымской конференции сообщения о положении на фронтах, сделанные начальником Генерального штаба СССР генералом армии А.И. Антоновым и начальником штаба армии Соединенных Штатов генералом Дж. Маршаллом, подтверждали готовность армий нанести по Германии «удары с востока, запада, севера и юга». Участники конференции подтвердили, что военные действия будут прекращены только после безоговорочной капитуляции фашистской Германии.

В Ялте союзные державы провозгласили свои общие цели в отношении Германии. Были рассмортены и определены военные планы трех союзных держав в целях окончательного разгрома общего врага. Военные штабы трех союзных наций в продолжение всей Конференции ежедневно встречались на совещаниях. Как отмечалось в коммюнике, эти совещания были в высшей степени удовлетворительны со всех точек зрения и привели к более тесной координации военных усилий трех союзников, чем это было когда-либо раньше. Был произведен взаимный обмен самой полной информацией. Были полностью согласованы и детально спланированы сроки, размеры и координация новых и еще более мощных ударов, которые будут нанесены в сердце Германии союзными армиями и военно-воздушными силами с востока, запада, севера и юга.

В коммюнике отмечалось: «Наши совместные военные планы станут известны только тогда, когда мы их осуществим, но мы уверены, что очень тесное рабочее сотрудничество между тремя нашими штабами, достигнутое на настоящей Конференции, поведет к ускорению конца войны. Совещания трех наших штабов будут продолжаться всякий раз, как в этом возникнет надобность.

Нацистская Германия обречена. Германский народ, пытаясь продолжать свое безнадежное сопротивление, лишь делает для себя тяжелее цену своего поражения».

На конференции обсуждался вопрос об оккупации Германии и контроле над ней. В коммюнике говорилось:

«Мы договорились об общей политике и планах принудительного осуществления условий безоговорочной капитуляции, которые мы совместно предпишем нацистской Германии после того, как германское вооруженное сопротивление будет окончательно сокрушено. Эти условия не будут опубликованы, пока не будет достигнут полный разгром Германии. В соответствии с согласованным планом вооруженные силы трех держав будут занимать в Германии особые зоны. Планом предусмотрены координированная администрация и контроль, осуществляемые через Центральную Контрольную Комиссию, состоящую из Главнокомандующих трех держав, с местом пребывания в Берлине.

Было решено, что Франция будет приглашена тремя державами, если она этого пожелает, взять на себя зону оккупации и участвовать в качестве четвертого члена в Контрольной Комиссии. Размеры французской зоны будут согласованы между четырьмя заинтересованными Правительствами через их представителей в Европейской Консультативной Комиссии.

Нашей непреклонной целью является уничтожение германского милитаризма и нацизма и создание гарантии в том, что Германия никогда больше не будет в состоянии нарушить мир всего мира. Мы полны решимости разоружить и распустить все германские вооруженные силы, раз и навсегда уничтожить германский генеральный штаб, который неоднократно содействовал возрождению германского милитаризма, изъять или уничтожить все германское военное оборудование, ликвидировать или взять под контроль всю германскую промышленность, которая могла быть использована для военного производства; подвергнуть всех преступников войны справедливому и быстрому наказанию и взыскать в натуре возмещение убытков за разрушения, причиненные немцами; стереть с лица земли нацистскую партию, нацистские законы, организации и учреждения; устранить всякое нацистское и милитаристское влияние из общественных учреждений, из культурной и экономической жизни германского народа и принять совместно такие другие меры к Германии, которые могут оказаться необходимыми для будущего мира и безопасности всего мира.

В наши цели не входит уничтожение германского народа. Только тогда, когда нацизм и милитаризм будут искоренены, будет надежда на достойное существование для германского народа и место для него в сообществе наций».

Конференция определила формы и функции управления союзными державами побежденной Германией. Было решено, что Советский Союз оккупирует восточную часть Германии, Англия — северо-западную, Соединенные Штаты — юго-западную. Союзные державы пригласили Францию принять участие в оккупации Германии. Конференция постановила, что район Большого Берлина будет оккупирован силами трех союзных держав.

Для проведения согласованной политики в отношении Германии было решено учредить в Берлине Центральную контрольную комиссию, обладающую функциями верховной власти в Германии. В ее состав должны были войти главнокомандующие вооруженными силами СССР, Соединенных Штатов и Англии на территории Германии.

Главы правительств приняли решение о взыскании с Германии репараций.

Был подписан следующий протокол:

«Протокол о переговорах между главами трех правительств на Крымской конференции по вопросу о репарациях натурой с Германии.

Главы трех правительств условились о следующем:

1. Германия обязана возместить в натуре ущерб, причиненный ею в ходе войны союзным нациям.

Репарации должны получаться в первую очередь теми странами, которые вынесли главную тяжесть войны, понесли наибольшие потери и организовали победу над врагом.

2. Репарации должны взиматься с Германии в трех формах:

а) единовременные изъятия в течение двух лет по капитуляции Германии или прекращении организованного сопротивления из национального богатства Германии, находящегося как на территории самой Германии, так и вне её (оборудование, станки, суда, подвижной состав, германские вложения за границей, акции промышленных, транспортных, судоходных и других предприятий Германии и т. д.), причем эти изъятия должны быть проведены главным образом с целью уничтожения военного потенциала Германии;

б) ежегодные товарные поставки из текущей продукции в течение периода, длительность которого должна быть установлена;

в) использование германского труда.

3. Для выработки на основе вышеизложенных принципов подробного репарационного плана в Москве учреждается межсоюзная комиссия по репарациям в составе представителей от СССР, США и Великобритании.

4. В отношении определения общей суммы репараций, а также ее распределения между пострадавшими после германской агрессии странами советская и американская делегации согласились о следующем: «Московская комиссия по репарациям в первоначальной стадии своей работы примет в качестве базы для обсуждения предложение Советского правительства о том, что общая сумма репараций в соответствии с пунктами «а» и «б» параграфа 2-го должна составлять 20 миллиардов долларов и что 50% этой суммы идет Советскому Союзу». Британская делегация считала, что впредь до рассмотрения вопроса о репарациях Московской комиссией по репарациям не могут быть названы никакие цифры репараций. На Крымской конференции руководители западных государств вновь подняли вопрос о ликвидации единого германского государства. Рузвельт, например, предлагал расчленить Германию на 5—7 государств, Черчилль, со своей стороны, выразил принципиальное согласие на расчленение Германии.

Предложение о расчленении Германии натолкнулось на возражение главы Советского правительства и принято не было.

ДЕКЛАРАЦИЯ ОБ ОСВОБОЖДЕННОЙ ЕВРОПЕ

Участниками Крымской конференции была принята Декларация об освобожденной Европе. Эта Декларация предусматривала согласование политики держав и совместные их действия в разрешении политических и экономических проблем освобожденной Европы в соответствии с демократическими принципами:

«Премьер Союза Советских Социалистических Республик, Премьер-министр Соединенного Королевства и Президент Соединенных Штатов Америки консультировались между собой в общих интересах народов своих стран и народов освобожденной Европы. Они совместно заявляют о том, что они договорились между собой согласовывать в течение периода временной неустойчивости в освобожденной Европе политику своих трех Правительств в деле помощи народам, освобожденным от господства нацистской Германии, и народам бывших государств — сателлитов оси в Европе при разрешении ими демократическими способами их насущных политических и экономических проблем.

Установление порядка в Европе и переустройство национально-экономической жизни должно быть достигнуто таким путем, который позволил бы освобожденным народам уничтожить последние следы нацизма и фашизма и создать демократические учреждения по их собственному выбору. В соответствии с принципом Атлантической хартии о праве всех народов избирать форму правительства, при котором они будут жить, должно быть обеспечено восстановление суверенных прав и самоуправления для тех народов, которые были лишены этого агрессивными нациями путем насилия.

Для улучшения условий, при которых освобожденные народы могли бы осуществлять эти права, три Правительства будут совместно помогать народам в любом освобожденном европейском государстве или в бывшем государстве — сателлите оси в Европе, где, по их мнению, обстоятельства этого потребуют: а) создавать условия внутреннего мира; Ь) проводить неотложные мероприятия по оказанию помощи нуждающимся народам; с) создавать временные правительственные власти, широко представляющие все демократические элементы населения и обязанные возможно скорее установить путем свободных выборов правительства, отвечающие воле народа, и d) способствовать, где это окажется необходимым, проведению таких выборов.

Три Правительства будут консультироваться с другими Объединенными Нациями и с временными властями или с другими правительствами в Европе, когда будут рассматриваться вопросы, в которых они прямо заинтересованы.

Когда, по мнению трех Правительств, условия в любом европейском освобожденном государстве или в любом из бывших государств — сателлитов оси в Европе сделают такие действия необходимыми, они будут немедленно консультироваться между собой о необходимых мерах по осуществлению совместной ответственности, установленной в настоящей Декларации.

Этой Декларацией мы снова подтверждаем нашу веру в принципы Атлантической хартии, нашу верность Декларации Объединенных Наций и нашу решимость создать, в сотрудничестве с другими миролюбивыми нациями, построенный на принципах права международный порядок, посвященный миру, безопасности, свободе и всеобщему благосостоянию человечества.

Издавая настоящую Декларацию, три державы выражают надежду, что Временное Правительство Французской Республики может присоединиться к ним в предложенной процедуре».

На конференции были приняты соглашения между союзными государствами по делам военнопленных и гражданских лиц этих государств.

На Крымской конференции имели место переговоры между британской, американской и советской делегациями для заключения исчерпывающего соглашения относительно мероприятий для защиты, содержания и репатриации военнопленных и гражданских лиц Великобритании, Советского Союза и Соединенных Штатов Америки, освобожденных союзными вооруженными силами, вступающими в Германию. Тексты подписанных

11 февраля Соглашений между СССР и Великобританией и между СССР и Соединенными Штатами Америки тождественны. Соглашение между Советским Союзом и Великобританией было подписано В. М. Молотовым и г-ном Иденом. Соглашение между Советским Союзом и Соединенными Штатами Америки подписали генерал-лейтенант Грызлов и генерал Дин.

В соответствии с этими Соглашениями, до тех пор, пока не будут выделены транспортные средства для репатриации граждан союзников, каждый союзник будет предоставлять питание, одежду, медицинское обслуживание и удовлетворять другие нужды граждан других союзников. Советские офицеры будут помогать британским и американским властям в их задаче обслуживания советских граждан, освобожденных британскими и американскими вооруженными силами в течение периода времени, когда они будут находиться на континенте Европы или в Соединенном Королевстве, ожидая транспорта для перевозки их домой.

В обслуживании британских подданных и американских граждан Советскому Правительству будут помогать британские и американские офицеры.

Поскольку теперь достигнуто соглашение, три Правительства обязуются оказывать всяческую помощь, совместимую с требованиями ведения военных операций в целях обеспечения быстрой репатриации всех этих военнопленных и гражданских лиц.

ПОЛЬСКИЙ И ЮГОСЛАВСКИЙ ВОПРОСЫ

Обсуждение польской проблемы началось на пленарном заседании Ялтинской конференции 6 февраля. Рузвельт, взявший слово первым, высказался в пользу проведения восточной границы Польши по линии Керзона, но добавил, что было бы хорошо рассмотреть вопрос об уступках полякам на южном участке этой линии. Он имел в виду район Львова, но не сказал этрго. Президент США внес далее предложение о создании президентского совета «в составе небольшого количества выдающихся поляков», на который была бы возложена задача создания временного правительства Польши.

Вместе с тем, добавил Рузвельт, мы надеемся, что Польша будет в самых дружественных отношениях с Советским Союзом.

Сталин тут же вставил реплику, что Польша будет находиться в дружественных отношениях не только с Советским Союзом, но и со всеми союзниками.

Следуя приглашению Рузвельта высказаться по его предложениям, Черчилль сказал, что он уполномочен заявить о положительном отношении к ним британского правительства. Черчилль добавил, что постоянно публично заявлял в парламенте и в других местах о намерении британского правительства признать линию границы в том виде, как она толкуется Советским правительством, то есть с оставлением Львова у Советского Союза. Он, Черчилль, всегда считал, что после той трагедии, которую пережил СССР, защищая себя от германской агрессии, и после тех усилий, которые СССР приложил для освобождения Польши, претензии Москвы на Львов и на линию Керзона базируются не на силе, а на праве. Что же касается проблемы образования польского правительства, то британский премьер заявил, что он поддерживает предложение Рузвельта и выступает за создание такого временного правительства, которое признают СССР, США и Англия и которое будет существовать до того момента, когда польский народ сможет свободно избрать правительство.

Рузвельт ничего не возразил против этих соображений британского премьера, и, таким образом, в вопросе о восточной границе Польши была достигнута договоренность.

На этом же заседании 6 февраля глава Советского правительства четко изложил точку зрения Москвы.

«...Для русских, — сказал он, — вопрос о Польше является не только вопросом чести, но также и вопросом безопасности. Вопросом чести потому, что у русских в прошлом было много грехов перед Польшей. Советское правительство стремится загладить эти грехи. Вопросом безопасности потому, что с Польшей связаны важнейшие стратегические проблемы Советского государства.

...На протяжении истории Польша всегда была коридором, который проходил враг, нападающий на Россию... Почему враги до сих пор так легко проходили через Польшу? Прежде всего потому, что Польша была слаба. Польский коридор не может быть... закрыт только изнутри собственными силами Польши. Для этого нужно, чтобы Польша была сильна. Вот почему Советский Союз заинтересован в создании мощной, свободной и независимой Польши. Вопрос о Польше — это вопрос жизни и смерти для Советского государства».

Перейдя к вопросу о западной границе Польши, Сталин сказал, что она должна проходить по Западной Нейсе. Он попросил Рузвельта и Черчилля поддержать его в этом.

Затем Сталин коснулся вопроса о составе польского правительства, по которому произошла длительная дискуссия. Соединенные Штаты и Англия опирались на польское эмигрантское правительство в Лондоне. СССР признавал в качестве единственного законного польского правительства национальное демократическое правительство, созданное в Польше. В лондонском эмигрантском правительстве все более усиливались антисоветские тенденции, и его премьер Миколайчик, проявлявший некоторую склонность достичь соглашения, вынужден был уступить место одному из наиболее антисоветски настроенных деятелей лондонской эмиграции — Ар-цишевскому.

Англия и Соединенные Штаты соглашались на то, чтобы в Польше было сформировано какое-то новое правительство, но при этом они добивались включения в него возможно большего количества деятелей из эмиграции. После длительных споров на Крымской конференции было достигнуто компромиссное соглашение о реорганизации Временного польского правительства путем включения в него деятелей из самой Польши и поляков из-за границы. Образованное Польское временное правительство национального единства обязывалось провести всеобщие выборы на основе тайного голосования, а Англия и Соединенные Штаты со своей стороны должны были установить с новым правительством дипломатические отношения.

В целом на конференции польскому вопросу было уделено довольно много времени. Американская идея «президентского совета» была в конечном счете отклонена. Участники конференции договорились, что Польша получит компенсацию за счет Восточной Пруссии к югу от Кенигсберга и Верхней Силезии, вплоть до Одера.

Американская делегация представила проект, который лег в основу документа, принятого после длительной дискуссии. В итоге в декларации «О Польше» говорилось:

«Мы собрались на Крымскую Конференцию разрешить наши разногласия по польскому вопросу. Мы полностью обсудили все аспекты польского вопроса. Мы вновь подтвердили наше общее желание видеть установленной сильную, свободную, независимую и демократическую Польшу, и в результате наших переговоров мы согласились об условиях, на которых новое Временное Польское Правительство Национального Единства будет сформировано таким путем, чтобы получить признание со стороны трех главных держав.

Достигнуто следующее соглашение:

Новое положение создалось в Польше в результате полного освобождения ее Красной Армией. Это требует создания Временного Польского Правительства, которое имело бы более широкую базу, чем это было возможно раньше, до недавнего освобождения западной части Польши. Действующее ныне в Польше Временное Правительство должно быть поэтому реорганизовано на более широкой демократической базе с включением демократических деятелей из самой Польши и поляков из-за границы. Это новое Правительство должно затем называться Польским Правительством Национального Единства.

В.М. Молотов, г-н В.А. Гарриман и сэр Арчибальд К. Керр уполномочиваются, как Комиссия, проконсультироваться в Москве в первую очередь с членами теперешнего Временного Правительства и с другими польскими демократическими лидерами как из самой Польши, так и из-за границы, имея в виду реорганизацию теперешнего Правительства на указанных выше основах. Это Польское Временное Правительство Национального Единства должно принять обязательство провести свободные и ничем не воспрепятствованные выборы как можно скорее, на основе всеобщего избирательного права при тайном голосовании. В этих выборах все антинацистские и демократические партии Должны иметь право принимать участие и выставлять кандидатов.

Когда Польское Временное Правительство Национального Единства будет сформировано должным образом в соответствии с вышеуказанным, Правительство СССР, которое поддерживает в настоящее время дипломатические отношения с нынешним Временным Правительством Польши, Правительство Соединенного Королевства и Правительство США установят дипломатические отношения с новым Польским Временным Правительством Национального Единства и обменяются послами, по докладам которых соответствующие Правительства будут осведомлены о положении в Польше.

Главы трех Правительств считают, что восточная граница Польши должна идти вдоль линии Керзона с отступлениями от нее в некоторых районах от пяти до восьми километров в пользу Польши. Главы трех Правительств признают, что Польша должна получить существенное приращение территории на севере и на западе. Они считают, что по вопросу о размере этих приращений в надлежащее время будет спрошено мнение нового Польского Правительства Национального Единства и что, вслед за тем, окончательное определение западной границы Польши будет отложено до мирной конференции».

Рассмотренный конференцией вопрос о правительстве Югославии также был решен в благоприятном для югославского народа духе.

В коммюнике отмечалось:

«Мы признали необходимым рекомендовать маршалу Тито и д-ру Шубашичу немедленно ввести в действие заключенное между ними Соглашение и образовать Временное Объединенное Правительство на основе этого Соглашения.

Было решено также рекомендовать, чтобы новое Югославское Правительство, как только оно будет создано, заявило: 1. что Антифашистское Вече Национального Освобождения Югославии будет расширено за счет включения членов последней югославской Скупщины, которые не скомпрометировали себя сотрудничеством с врагом, и, таким образом, будет создан орган, именуемый Временным Парламентом;

2. что законодательные акты, принятые Антифашистским Вече Национального Освобождения, будут подлежать последующему утверждению Учредительным Собранием».

Был также сделан общий обзор других балканских вопросов.

Третье пленарное заседание Ялтинской конференции, состоявшееся 6 февраля, началось с обсуждения вопросов, оставшихся открытыми после конференции в Думбартон-Оксе, где вырабатывался проект устава новой международной организации безопасности.

Эта конференция была созвана для обсуждения устройства будущей всемирной международной организации наций, имеющей целью поддержание мира и безопасности. В ней первоначально приняли участие делегации трех государств: Англии, Соединенных Штатов и Советского Союза, а на более поздней стадии к ним присоединилась делегация Китая. В Думбартон-Оксе Советский Союз отстаивал принцип единогласия великих держав при решении рассматриваемых Советом Безопасности вопросов. Соединенные Штаты и Англия поддерживали этот принцип с той оговоркой, что при голосовании в Совете Безопасности голос державы, участвующей в споре, не учитывается. 5 декабря

1944 г. Рузвельт внес от имени американского правительства новое предложение о характере голосования в Совете Безопасности. По этому предложению принцип единогласия сохранялся для всех вопросов, за исключением процедурных. Государство — сторона в споре, хотя бы и великая держава, — было обязано воздерживаться от участия в голосовании в Совете Безопасности в случаях, когда речь идет о мирном разрешении споров. На Крымской конференции СССР и Англия приняли предложенную Рузвельтом формулировку, получившую в дальнейшем название ялтинской.

При различии позиций по тем или иным вопросам все три лидера сходились в одном — в том, что единство великих держав — участниц антигитлеровской коалиции имеет решающее значение для поддержания прочного мира на земле. Так, Черчилль признал, что вопрос о том, будет ли мир построен на прочных основах, зависит от дружбы и сотрудничества трех великих держав. Президент Рузвельт в свою очередь напомнил, что в Тегеране «три державы заявили о своей готовности принять на себя ответственность по созданию такого мира, который получит одобрение народов всего мира». Сталин заявил, что «самое важное условие

для сохранения длительного мира — это единство трех держав».

На Крымской конференции было достигнуто также соглашение о том, что делегации Соединенных Штатов и Англии на предстоящей конференции государств — учредителей Организации Объединенных Наций поддержат предложение о приглашении Украинской и Белорусской Советских Социалистических Республик участвовать в Организации в качестве государств-основателей. Учредительную конференцию Организации Объединенных Наций было решено созвать 25 апреля 1945 г. в Сан-Франциско.

Было решено:

1) что конференция Объединенных Наций по вопросу о предполагаемой всемирной организации должна быть созвана в среду 25 апреля 1945 года и должна быть проведена в Соединенных Штатах Америки;

2) что на эту конференцию должны быть приглашены следующие государства:

a) Объединенные Нации по составу на 8 февраля

1945 г.,

b) те из присоединившихся наций, которые объявили войну общему врагу к 1 марта 1945 г. (В данном случае под термином «присоединившиеся нации» имеется в виду восемь присоединившихся наций и Турция). Когда будет происходить конференция о всемирной организации, делегаты Соединенного Королевства и Соединенных Штатов Америки поддержат предложение о допуске к первоначальному членству двух Советских Социалистических Республик, а именно Украины и Белоруссии;

3) что правительство Соединенных Штатов от имени трех держав проконсультируется с правительством Китая и с французским временным правительством по решениям, принятым на настоящей конференции, относительно предполагаемой всемирной организации;

4) что текст приглашений, которые будут разосланы всем государствам, принимающим участие в конференции, должен быть следующий:

Приглашение

Правительство Соединенных Штатов Америки от своего имени и от имени правительств Соединенного Королевства, Союза Советских Социалистических Республик и республики Китая, а также от имени временного правительства Французской республики приглашает правительство.....направить представителей

на конференцию Объединенных Наций, которая должна состояться 25 апреля 1945 года или вскоре после этой даты в Сан-Франциско, в Соединенных Штатах Америки, для подготовки устава всеобщей международной организации для поддержания международного мира и безопасности.

Вышепоименованные правительства предлагают, чтобы конференция рассмотрела как базу такого устава предложения по учреждению всеобщей международной организации, которые были опубликованы в октябре прошлого года в результате конференции в Думбар-тон-Оксе и которые были дополнены следующими условиями для раздела С главы VI:

«С. Голосование.

1. Каждый член Совета Безопасности имеет один голос.

2. Решения Совета Безопасности по вопросам процедуры принимаются большинством в семь голосов членов.

3. Решения Совета Безопасности по всем другим вопросам принимаются большинством в семь голосов членов, включая совпадающие голоса постоянных членов, причем сторона, участвующая в споре, воздерживается от голосования при принятии решений согласно разделу А главы VIII и согласно второй фразе абзаца I раздела С главы VIII».

Дополнительная информация о соответствующих мероприятиях будет сообщена в дальнейшем.

В случае, если правительство желает за

ранее до конференции высказать мнения и замечания, касающиеся предложений, то правительство Соединенных Штатов Америки будет радо передать такие мнения и замечания другим участвующим правительствам».

Территориальная опека

Было решено, что пять государств, которые будут иметь постоянные места в Совете Безопасности, должны проконсультироваться между собой до конференции Объединенных наций по вопросу о территориальной опеке.

Эта рекомендация была принята при условии, что территориальная опека будет применяться только: а) к существующим мандатам Лиги наций; Ь) к территориям, отторгнутым от вражеских государств в результате настоящей войны; с) к любой другой территории, которая может быть добровольно поставлена под опеку, и d) никаких дискуссий о конкретных территориях на предстоящей конференции Объединенных Наций или во время предварительных консультаций не предполагается, и решение вопроса о том, какие территории, относящиеся к указанным выше категориям, будут поставлены под попечительство, явится предметом позднейшего соглашения.

СОГЛАШЕНИЕ О ВСТУПЛЕНИИ СССР В ВОЙНУ ПРОТИВ

ЯПОНИИ

Состоявшийся в предварительном порядке обмен мнениями по вопросу о вступлении СССР в войну против Японии и по другим вопросам, связанным с этим, в значительной степени облегчил рассмотрение данной проблемы в Ялте.

Имело значение и то, что начальники объединенных штабов США накануне встречи в Крыму представили президенту Рузвельту довольно пессимистические соображения относительно перспектив военных действий США против Японии. По их мнению, потребовалось бы по меньшей мере полтора года после капитуляции Германии для того, чтобы добиться победы. Вовсе не рассчитывая на скорую капитуляцию Японии, они планировали вторжение на Японские острова лишь зимой 1945/46 года. А в случае затяжки европейской войны, что отсрочило бы переброску войск на тихоокеанский театр военных действий, предлагалось вообще отложить вторжение до более поздней даты 1946 года.

Стремясь сократить американские потери в операции, которую генерал Макартур представлял себе как «чрезвычайно ожесточенную кампанию по вторжению и оккупации индустриального сердца Японии через Токийскую низменность», начальники объединенных штабов возлагали надежду на помощь СССР. В меморандуме, адресованном президенту и датированном 23 января

1945 г., они заявляли:

«Вступление России (в войну против Японии) на такой ранней стадии, какая только была бы совместима с ее способностью принять участие в наступательных операциях, совершенно необходимо для обеспечения максимальной помощи нашим действиям на Тихом океане. Соединенные Штаты обеспечат максимально возможную поддержку, какую допускают наши главные усилия против Японии. Целями военных усилий России против Японии на Дальнем Востоке должны быть поражение японских сил в Маньчжурии, воздушные операции против собственно Японии в сотрудничестве с военно-воздушными силами Соединенных Штатов, базирующимися в Восточной Сибири, и максимальные помехи японскому судоходству между Яцонией и азиатским континентом».

Эти соображения высшего американского командования, несомненно, в немалой степени определяли позицию Рузвельта на Ялтинской конференции. Вопрос этот обсуждался 8 февраля в узком кругу при встрече главы Советского правительства и президента США. На беседе с советской стороны присутствовал Молотов, а с американской — Гарриман. Больше никого, кроме переводчиков, не было.

Рассказывая об этой встрече, Гарриман отмечает, что во вступительном слове Сталин сослался на состоявшуюся в Москве беседу с послом США и заявил, что советская сторона хотела бы обсудить политические условия, на которых СССР был бы готов вступить в войну против Японии. Далее он изложил соображения, представленные американскому послу в декабре прошлого года.

Рузвельт ответил, что не усматривает сложностей в том, чтобы Советскому Союзу были возвращены Южный Сахалин и Курильские острова. Что же касается Дайрена, то, как он уже упоминал в Тегеране, СССР безусловно должен иметь свободный доступ к незамерзающему порту на конечном отрезке Маньчжурской железной дороги. Но он, Рузвельт, в настоящий момент не может говорить за китайское правительство. Пожалуй, он мог бы поставить перед китайцами вопрос об аренде Дайрена, который стал бы свободным портом под международным наблюдением. Этот метод, продолжал Рузвельт, он предпочитал бы не только в отношении Дайрена, но также и Гонконга. Что же касается Маньчжурской железной дороги, то он склоняется к тому, чтобы вместо аренды она управлялась совместно русскими и китайцами.

Сталин продолжал настаивать на своем. Если его условия не будут приняты, заявил он, то советским людям будет трудно понять, зачем СССР вступает в войну против Японии.

10 февраля Молотов пригласил Гарримана на виллу Кореиз, в резиденцию советской делегации, и вручил ему английский текст советских предложений насчет политических условий вступления СССР в войну против Японии.

На основе достигнутой договоренности был составлен документ, подписанный 11 февраля И. Сталиным, Ф. Рузвельтом и У. Черчиллем. Руководители трех держав в нем согласились, что «через два-три месяца после капитуляции Германии и окончания войны в Европе Советский Союз вступит в войну против Японии на стороне Союзников при условии:

1. Сохранения status quo Внешней Монголии (Монгольской Народной Республики).

2. Восстановления принадлежавших России прав, нарушенных вероломным нападением Японии в 1904 г., а именно:

a) возвращения Советскому Союзу южной части о. Сахалина и всех прилегающих к ней островов;

b) интернационализации торгового порта Дайрена с обеспечением преимущественных интересов Советского Союза в этом порту и восстановления аренды на Порт-Артур, как на военно-морскую базу СССР;

c) совместной эксплуатации Китайско-Восточной железной дороги и Южно-Маньчжурской железной дороги, дающей выход на Дайрен, на началах организации смешанного Советско-Китайского Общества с обеспечением преимущественных интересов Советского Союза, при этом имеется в виду, что Китай сохраняет в Маньчжурии полный суверенитет.

3. Передачи Советскому Союзу Курильских островов» .

Далее в документе говорилось, что соглашение относительно Внешней Монголии и вышеупомянутых портов и железных дорог потребует согласия китайской стороны и что «претензии Советского Союза должны быть безусловно удовлетворены после победы над Японией ».

На Крымской конференции были успешно решены важнейшие вопросы ведения войны и послевоенного устройства мира. На этой конференции, так^же как и на Тегеранской, союзники согласовали не только свою политику, но и свои военные планы, продемонстрировав тем самым еще раз, что различие в общественном строе участников антифашистской коалиции не является препятствием для успешного военно-политического сотрудничества.

Выступая перед конгрессом США сразу же после возвращения из Ялты, президент Рузвельт заявил:

«Конференция в Крыму ознаменовала, я надеюсь, поворотный момент в нашей истории и потому в истории всего мира... Крымская конференция должна подвести черту под системой односторонних действий, замкнутых союзов, сфер влияния, баланса сил и всех других аксессуаров, которые использовались на протяжении столетий и всегда безуспешно. Мы предлагаем замену всему этому — всемирную организацию, в которой все миролюбивые государства смогут принять участие».

Подводя итоги Крымской конференции, Гарри Гопкинс говорил: «Мы действительно верили в глубине души, что это была заря нового дня, о котором все мы молились и говорили на протяжении многих лет. Мы были абсолютно убеждены, что выиграли великую победу за дело мира — и, говоря «мы», я имею в виду всех нас, все цивилизованное человечество. Русские доказали, что они могут быть разумными и дальновидными, и у президента, как и у всех нас, не было никакого сомнения, что мы можем жить с ними и сотрудничать в мире до самого далекого будущего, которое только мог вообразить любой из нас».

Решения Крымской конференции способствовали укреплению антифашистской коалиции на заключительном этапе войны и достижению победы над гитлеровской Германией. Борьба за всестороннее и полное осуществление этих решений стала одной из главных задач советской внешней политики не только в конце войны, но и в послевоенные годы.

В целом работа Ялтинской конференции проходила в конструктивном духе, в атмосфере взаимопо-

14 Зак. 1543

нимания и сотрудничества. Участники конференции могли с полным основанием констатировать: «...Совещание в Крыму вновь подтвердило нашу общую решимость сохранить и усилить в предстоящий мирный период то единство целей и действий, которое сделало в современной войне победу возможной и несомненной для Объединенных Наций. Мы верим, что это является священным обязательством наших Правительств перед своими народами, а также перед народами мира... Победа в этой войне и образование предполагаемой международной организации представляет самую большую возможность во всей истории человечества для создания в ближайшие годы важнейших условий такого мира».

ГЛАВА V

РАЗГРОМ И БЕЗОГОВОРОЧНАЯ КАПИТУЛЯЦИЯ ГЕРМАНИИ

1. НАСТУПЛЕНИЕ АРМИЙ АНТИФАШИСТСКОЙ КОАЛИЦИИ НА ТЕРРИТОРИИ ГЕРМАНИИ

ПОЛОЖЕНИЕ ГЕРМАНИИ И ЕЕ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ

После провала немецкого наступления на Западном фронте зимой 1944/45 г. обстановка для Германии еще больше ухудшилась. Прежде всего она оказалась в политической изоляции. Теперь у нее оставался лишь один союзник — Япония, которая была отделена от своего партнера огромными пространствами и практически не могла оказать непосредственного влияния на развитие военно-политических событий в Европе.

Значительно расширился фронт борьбы против не-

мецких войск. Теперь наряду с Красной Армией сражались польские, югославские и чехословацкие дивизии. Бывшие союзники гитлеровской Германии королевская Румыния и царская Болгария, потерпев поражение, не только были выведены из войны на её стороне, но, более того, объявили ей войну.

Потеря Германией своих союзников, оккупированных территорий в Восточной Европе, а также Франции и Бельгии лишила ее важного стратегического сырья (нефти, угля, железа и др.) и крупнейших промышленных районов этих стран. К концу 1944 г. у нее не оказалось 65% запасов железной руды, половины бокситов и всех запасов хрома. Если, начиная войну против Советского Союза, немцы заставили работать на нужды своих полностью приведенных в боевую готовность вооруженных сил промышленность почти всей Европы, сырьевые ресурсы Европы и Северной Африки, то в начале 1945 г. они могли использовать лишь промышленность своей страны, Австрии, Северной Италии и Саара.

Истощились к тому времени и людские ресурсы Германии. Фольксштурм, созданный по тотальной мобилизации, не повышал боеспособности дивизий и не восполнял потери действующей армии. В течение 1944 г. численность германских вооруженных сил сократилась на 26%. Одновременно остро ощущался недостаток рабочих рук в промышленности, т. к. насильственный ввоз иностранных рабочих прекратился.

Перенос военных действий на территорию собственно Германии и потеря ею огромных оккупированных территорий привели к дальнейшему сокращению ее во-енно-экономических возможностей.

За январь и февраль 1945 г. было добыто всего лишь около 20 млн. т угля. Производство синтетического горючего и переработка нефти уменьшились с 733 тыс. т в марте 1944 г. до 200 тыс. т в январе 1945 г. Создались серьезные трудности со снабжением горючим германской авиации и танковых войск.

В результате сокращения запасов сырья и резкого падения выплавки чугуна, стали, меди, алюминия, а также нехватки квалифицированной рабочей силы производство вооружений снизилось с декабря 1944 г. на 45%. Всего в первом квартале было выпущено: 61 тыс. винтовок, 85,7 тыс. автоматов, 1163 танка, 549 легких пехотных пушек, 1138 самоходных орудий, 3313 тыс. фауст-патронов, около 290 млн. снарядов, 535 самолетов.

Такой уровень военного производства все же обеспечивал минимально необходимое снабжение действующей армии.

Несмотря на крупные поражения немецкой армии на протяжении 1944 г., она еще сохраняла боеспособность и обладала резервами, достаточными для того, чтобы предпринимать частичные контрнаступления. Сокращение территории, контролируемой Германией,

открывало перед гитлеровским командованием дополнительные возможности высвобождения и их быстрой переброски по внутренним коммуникациям. Тщательное прочесывание тыла и тотальная мобилизация всего мужского населения в возрасте от 16 до 65 лет позволили в какой-то степени восполнить потери.

К началу 1945 г. численность вооруженных сил Германии, хотя и уменьшилась на 2693 тыс. человек по сравнению с 1944 г., составляла 7476 тыс. человек. В сухопутных войсках было 299 дивизий и 31 бригада, в том числе 33 танковые и 16 моторизованных дивизий.

Немецкое командование держало на советско-германском фронте 185 дивизий и 21 бригаду. В это число входило 16 дивизий и 1 бригада венгерских салаши-стских войск. На Западном фронте и в Италии действовало 107 дивизий. Остальные немецкие войска несли охранную службу на оккупированных территориях или дислоцировались в Германии. Следовательно, англо-американские войска сковывали примерно одну треть немецких войск. Основные силы гитлеровской Германии по-прежнему противостояли Красной Армии.

Углубившийся кризис «верхов» нашел выражение в усилении скрытой борьбы за пост преемника Гитлера на случай его политической или физической смерти. В качестве главных претендентов выступили рейхсмаршал Геринг, глава гестапо и СС Гиммлер, начальник канцелярии нацистской партии Борман и министр вооружений Шпеер.

«МЕМОРАНДУМ РИББЕНТРОПА»

Начавшееся 12 января 1945г. зимнее наступление Советской Армии поставило Германию перед лицом неизбежного военного разгрома. Теперь уже были сочтены не только месяцы, но и недели существования третьего рейха.

В этой обстановке руководящие промышленные круги и верхушка генералитета категорически потребовали от Гитлера как официального главы военно-по-литического руководства рейха незамедлительно вступить в переговоры с западными державами. Их цель — полное прекращение военных действий на Западе, чтобы иметь возможность скорее перебросить высвободившиеся части на Восток и попытаться любой ценой задержать наступление Советской Армии в глубь страны.

Довести ультиматум до сведения Гитлера было поручено доверенным лицам в правительстве — министру военной экономики Шпееру и министру финансов Шверин фон Крозингу, а также представителю генералитета — начальнику генерального штаба сухопутных сил Гудериану.

Ультиматум предъявили Гитлеру сразу же по его приезде в Берлин 16 января 1945 г. На очередном обсуждении военного положения Гудериан заявил Гитлеру, что «с военной точки зрения война проиграна», и потребовал немедленного прекращения боевых операций на Западе и концентрации всех имеющихся сил, включая войска запертой в Курляндии группировки, на Одере.

Вечером того же дня Гитлер получил меморандум Шпеера. Развернув картину крушения военной экономики рейха, Шпеер потребовал всю наличную военную технику и снаряжение передать частям на восточном фронте, при этом особо подчеркнул необходимость усиления находившейся в Силезии группировки генерала Шернера. Он предлагал направить ей дополнительно до 50% январского военного производства промышленности рейха и перебросить туда же всю имевшуюся на Западе авиацию. Несколько дней спустя при личной встрече с Гитлером Шпеер заявил, что следует немедленно приступить к «резкому сокращению численности войск на Западе» и переброске их на Восток.

Следующий шаг сделал министр финансов Шверин фон Крозинг. Через Геббельса он переслал Гитлеру письмо, где не только констатировалось, что «военное положение в настоящее время таково, что о политическом развитии войны едва ли может идти речь», но и конкретно рекомендовались в качестве посредников для установления контактов с западными державами Карл Бургхардт и португальский диктатор Салазар.

«В феврале и марте 1945 года, — пишет в своих воспоминаниях Шпеер, — Гитлер неоднократно давал мне понять, что различными путями уже вступил в контакты с противником (речь идет о западных державах)» .

17 января Гитлер продиктовал Риббентропу основные положения «мирных предложений» Западу. Для окончательной их шлифовки привлекли высших чиновников министерства иностранных дел. Уже 19 января документ, известный под названием «меморандум Риббентропа», был представлен Гитлеру и одобрен им. Этот документ лежал в основе всех «мирных» демаршей гитлеровского правительства в последние месяцы существования. Позднее, 2 мая 1945 г., Риббентроп явился к «наследнику фюрера» адмиралу Деницу и передал ему меморандум как основу для мирных переговоров с западными державами.

В этом меморандуме содержались запугивания Запада «советской угрозой», здесь же говорилось о том, что СССР имеет все необходимое ему сырье, а «прежде неграмотные русские теперь владеют современной техникой». «Ближайшая цель планов мирового господства московского империализма — полное завоевание Европы».

Если Англия немедленно не вступит в «арранже-мент» с Германией, указывалось в документе, то после военного крушения последней в Центральной и Восточной Европе под руководством Советского Союза возникнет «300-миллионный блок силы», а в Западной Европе развернется «подрывная деятельность, чтобы расчистить дорогу дальнейшему наступлению Советской Армии». А вскоре бы наступила очередь и самой Англии, поскольку «все европейское побережье Атлантики попало бы в руки русских». Более того. В момент крушения Германии рухнуло бы и британское господство на Ближнем Востоке, и тем самым снабжение Запада «нефтью из этого района зависело бы от милости русских».

Единственным противовесом «советской угрозе», говорилось в меморандуме, «может быть только Германия, а поскольку положение вещей таково, что национальные силы в стране представляют национал-социалисты, таким противовесом может быть только национал-социалистская Германия. Национал-социа-лизм является единственным фактором, который может помешать дальнейшему продвижению коммунизма и большевизма на Запад... Думать, что немецкий народ пойдет за коалиционным правительством буржуазных партий, — это утопия». Одновременно делалась ссылка на пример сотрудничества Англии с фашистской Италией в межвоенные годы.

В данной ситуации, утверждалось в меморандуме, «дальнейшее ослабление Германии является для англичан и американцев самоубийством». Традиционная британская дипломатия «баланса сил» внутри Европы, противопоставляющая крупнейшие государства континента друг другу, ныне устарела, Лондону необходимо ее заменить новой дипломатией «баланса сил», а именно «Германия — Европа — Англия против мощного Советского Союза».

Авторы меморандума имели конкретные предложения.

Прежде всего, необходимо немедленно прекратить военные действия на западном фронте, ибо каждый день войны здесь «наносит ущерб Германии, но в стратегическом плане еще больше причиняет вреда Англии». Причем прекращение военных действий не должно затрагивать «политической и военной мощи» Германии.

Немцы намеревались удержать в составе рейха французские Эльзас и Лотарингию, Люксембург, Австрию, западные районы Чехословакии, значительную часть Польши. Взамен выражалась готовность вступить с западными державами в военно-политический блок, направленный против СССР, и содействовать подключению к нему своего союзника на Дальнем Востоке — Японию. Таково в основных чертах содержание «меморандума Риббентропа».

Таким образом, германская верхушка стремилась не только вбить клин между СССР и его союзниками, но и вызвать разногласия между самими западными державами.

С 20 января 1945 г. дипломатическая машина Германии заработала полным ходом. Через своего агента в английском посольстве в Анкаре немецкое командование получило сведения о предстоявшей в самое ближайшее время встрече «большой тройки» — руководителей Советского Союза, США и Великобритании. По замыслам немцев, их мирный зондаж накануне встречи и должен был оказать на ее ход и результаты самое непосредственное влияние.

«Намерение состояло в том, — пишет западногерманский историк Р. Ханзен, — чтобы конкретными предложениями о мире разыграть западные державы против СССР и расколоть союз противников Германии». Хотя все нити затеваемой в Берлине «мирной» дипломатической акции держал в своих руках Гитлер, формально ее проведением руководил Риббентроп.

К началу 1945 г. уже около 60 стран разорвали дипломатические отношения с Германией, причем многие находились в состоянии войны с ней. Число немецких дипломатических представительств за границей значительно сократилось. В Европе германские посольства функционировали лишь в Берне, Стокгольме, Дублине, Лиссабоне и Мадриде. Кроме того, имелось еще представительство в Ватикане, являвшееся в то время уже анклавом в освобожденной союзниками Италии.

21 января 1945 г. окончательно отредактированный и утвержденный Гитлером текст «меморандума Риббентропа» был отправлен в германские посольства в Швейцарии, Швеции, франкистской Испании и Португалии с заданием довести его содержание «через влиятельных нейтральных посредников» до сведения официальных представителей Англии в этих странах, с которыми при первой возможности надлежало вступить в контакт.

Никакой ответной реакции на «мирный» зондаж Берлина не последовало. В министерстве иностранных дел родилась идея подтолкнуть «дело», направив в Берн, Стокгольм, Мадрид и Лиссабон послов для особых поручений. Кандидатуры были подобраны непосредственно рейхсминистром, а затем персонально представлены на утверждение Гитлеру. Для деликатной миссии были отобраны лучшие специалисты немецкой дипломатии, имевшие богатый опыт контактов с западными представителями.

В Стокгольм был командирован Хессе, хорошо знавший многих представителей правящей элиты Англии. С миссией в Мадрид и Лиссабон направили Фридриха Мелльхаузена, ближайшего сотрудника гитлеровского дипломата Ранна, занимавшего тогда пост представителя Берлина при правительстве Муссолини в Северной Италии и давно установившего там тесные контакты с представителями западных держав. В Берн поехал опытный дипломат фон Шмиден, имея поручение добиться передачи меморандума официальным представителям США.

Рекомендовалось обращать внимание представителей Запада на высокий официальный характер «мирного зондажа» — его осуществление через дипломатические каналы.

«Настаивание на требовании отставки национал-социалистского правительства, — подчеркивалось в утвержденной Гитлером инструкции, — может привести к тому, что Германия в одностороннем порядке перейдет на русскую сторону или вообще попадет в коммунистические руки».

Первым в Берлине был получен ответ из Ватикана. Немецкий представитель при папском престоле Эрнст Вейцзекер и сотрудники его миссии уже давно имели тесные контакты с представителями союзников. Когда в конце 1944 г. Ватикан посетил епископ Нью-Йорка будущий кардинал Спеллман, Вейцзекер через немецких пасторов вручил ему для передачи президенту США памятную записку. В ней содержался призыв не допустить «встречи всех союзников в Берлине» и с этой целью провести оккупацию Германии лишь силами американских и английских войск. Затем Вейцзекеру удалось провести ряд доверительных бесед с бывшим американским послом в Берлине X.Вильсоном и шефом Управления стратегических служб США генералом Донованом. Германский эмиссар ставил при этом вопрос о «сокращении сроков войны» политическими средствами. Что касается американских собеседников, то они подняли вопрос о возможном расчленении Германии после войны на ряд «самостоятельных образований».

Получив «меморандум Риббентропа», Вейцзекер без промедления довел его содержание до сведения представителей западных держав в Ватикане. Ответ был: переговоры невозможны без персональных изменений в правительстве Германии. Риббентроп на запрос Вей-цзекера ответил: «О персональных переменах не может быть и речи», «только национал-социализм может спасти Германию и Европу».

Не лучше обстояло дело с «меморандумом Риббентропа» и в Швейцарии. Фон Шмиден сообщил в Берлин, что, как стало ему известно, абсолютно необходимой предпосылкой переговоров с Западом является «твердое обещание СС приостановить осуществление программы уничтожения духовных лиц, евреев и оппозиционеров».

В сентябре 1944 г. в Мадриде с секретной миссией побывал и встретился с сотрудником британского посольства в Испании Хором Папен, видная политическая фигура в фашистской Германии. Он занимал последовательно посты вице-канцлера, посла в Австрии и Турции. Папен зондировал возможность заключения сепаратного мира при условии сохранения за фашистской Германией границ 1939 г., то есть признания аннексии Австрии, Чехословакии, Польши, части Советской Литвы. Сотрудники британского посольства в Мадриде были готовы вступить в переговоры и с Мелльхаузеном, взяв за основу «меморандум Риббентропа» .

В Берлине была получена телеграмма от германского посла в Мадриде. В ней говорилось: «Условием каких бы то ни было переговоров о мире является то, чтобы фюрер ограничил себя функциями главы государства и передал руководство правительством господину X». Хор намекал: стоит отодвинуть Гитлера от власти — и возникнет возможность для ведения мирных переговоров с западными странами.

Контакты с правительством третьего рейха в сложившейся ситуации были для Лондона невозможны. Еще до Ялтинской конференции Хора отозвали с его поста. Поверенный в делах Англии в Мадриде получил распоряжение сообщить Мелльхаузену, что «английская сторона не доверяет ему» и отказывается вступать с ним в какие-либо переговоры.

Последняя попытка немецкого руководства вдохнуть жизнь в «меморандум Риббентропа» имела место уже после Крымской конференции. 17 февраля Хессе через Копенгаген отправился в Стокгольм с поручением использовать для налаживания контактов с западными державами шведских банкиров Маркуса и Якоба Вал-ленбергов. Валленберг заявил, что, хотя серьезно озабочен судьбой деловых интересов своего банка в Германии и вследствие этого желал бы, чтобы «Германия была сохранена», он не берется выступать посредником между гитлеровским правительством и руководителями западных держав, ибо абсолютно твердо уверен: «западные державы держатся вместе с Россией и кажется полностью исключенной возможность отделить их от нее». Заявление Валленберга явилось отказом на предложение выступить посредником с Западом.

Провал дипломатической акции, связанной с «меморандумом Риббентропа», произвел самое гнетущее впечатление в Берлине. «Мирный зондаж Риббентропа окончательно рассыпался в прах. Он получил полный отказ как со стороны англичан, так и со стороны американцев», — был вынужден записать в своем дневнике Геббельс.

ТАЙНИКИ ТРЕТЬЕГО РЕЙХА

10 августа 1944 года в Страсбурге, в отеле «Ротен хауз», ночью состоялось тайное совещание нацистской верхушки. В нем участвовали, с одной стороны — имперский фюрер СС, главнокомандующий группой армий «Верхний Рейн» на западном фронте Генрих Гиммлер; его ближайший сообщник, шеф главного имперского управления безопасности обергруппенфюрер СС Эрнст Кальтенбрунер; высшие чины фашистской партии, СС, секретных служб и вермахта. С другой стороны — промышленные и финансовые магнаты Германии во главе с министром вооружения и боеприпасов Альбертом Шпеером, «хозяйственные фюреры», представители рейхс-банка, банковские эксперты.

Протокол совещания не вели. Всем участникам было вежливо, но в категорической форме заявлено, что они не должны делать никаких записей. Были приняты усиленные меры безопасности. Весь район, прилегающий к дому, был оцеплен и контролировался войсками СС.

Собравшиеся в «Красном доме» обсуждали тщательно разработанный засекреченный план сохранения огромных ценностей, награбленных фашистами в оккупированных странах Европы, для финансирования налаживаемого на случай поражения Германии подполья и возрождения «четвертого рейха»...

На первом этапе было решено построить в Иона-стале, близ Ордруфа, систему убежищ, где укрыть Гитлера и его приближенных. Были оговорены меры сохранения и наследования нацистских тайных сокровищ — золота, валюты, чертежей и планов производства новых видов оружия, а также документов, которые ни в коем случае не должны попасть в руки союзников. Были намечены надежные места для тайников с награбленными сокровищами.

Основным плацдармом для возрождения «четвертого рейха» должна была стать Южная Америка, куда еще в 1936 году по заданию Гитлера отправились пять особенно доверенных агентов, каждому из которых вручался капитал в 20 миллионов долларов. Им предписывалось: ассимилироваться, установить связи с местными фашистскими организациями и приступить к созданию национал-социалистских групп, которые в «день икс» должны оказать любую необходимую помощь рейху в Южной Америке...

Главным штабом, руководящим всеми мероприятиями по укрытию награбленного, стала резиденция Шелленберга, находившаяся в особняке на Беркершт-рассе в Берлине. Отсюда за границу отправлялись центнеры золота, миллионные суммы в фальшивой валюте, мешочки с драгоценными камнями; сюда поступали шифрованные донесения об удачных финансовых операциях.

В период с 1944 по 1947 год за счет вывезенного нацистами за границу капитала были куплены подставными лицами 750 фирм, из них 214 — в Швейцарии, 112 — в Испании, 58 — в Португалии, 331 — в Центральной и Южной Америке и 35 фирм — в Азии.

Здесь, имея за спиной нейтральную Швейцарию, немецкая верхушка намеревалась создать круговую оборону, блокировать немногие проходимые альпийские перевалы и отсиживаться до тех пор, пока, как они рассчитывали, советские войска и войска союзников, встретившись, не начнут военных действий друг против друга.

В случае возможных сепаратных переговоров гитлеровцы большую надежду возлагали на награбленное золото. Еще на совещании в Страсбурге было решено, что тайники с сокровищами должны находиться недалеко от убежища Гитлера...

Командование «Альпийской крепостью» взял на себя сам начальник главного имперского управления безопасности обергруппенфюрер СС Эрнст Кальтенбру-нер. Уже в первые месяцы 1945 года он эвакуировал сюда большую часть своего управления и приказал переселиться на юг руководящим чинам полиции безопасности и СД. Оберштурмбанфюреру СС Отто Скорце-ни было поручено сформировать специальный охранный корпус СС «Альпенланд».

В «Альпийскую крепость» стекались похищенные сокровища. С осени 1944 года сюда свозились награбленные ценности и самые секретные архивы.

Одним из первых начал укрывать свои богатства Герман Геринг. Еще 30 января 1945 года он отправил жену, дочь и секретаршу в свое имение в Оберзальц-берге. Сразу же после отъезда семьи Геринг покинул берлинскую квартиру и поселился в своем имении Ка-ринхалле, примерно в 80 километрах к северо-западу от столицы. Многочисленная охрана из солдат «люфтваффе» оберегала замок, где он накопил огромные сокровища — картины, скульптуры, гобелены, древнегреческие, египетские, восточные произведения искусства. В подземельях сосредоточились невероятные ценности: уникальные полотна из музеев Неаполя, вывезенные оттуда войсками СС, редкостные коллекции бриллиантов.

Геринг, отобрав самое ценное, приказал тщательно запаковать все в ящики и погрузить на 30 грузовиков, которые под охраной сильного эскорта выехали в направлении Берхтесгадена.

Весенними днями 1945 года, когда в лесах Тюрингии еще лежал глубокий снег, в деревушке Меркес, расположенной возле Бад-Зальцунгена, развернулись лихорадочные работы. Как-то ночью к станции Дорндорф подошел небольшой состав: два пассажирских и более двух десятков герметически закрытых и опломбированных вагонов. Тот факт, что поезд прибыл ночью, объяснялся стремлением избежать, во-первых, налетов англо-американской авиации, а во-вторых, и это главное, — лишних глаз. На вагонах была выведена надпись: «Совершенно секретно, собственность рейха».

Все 24 вагона были до отказа заполнены драгоценностями, тысячами золотых слитков, платиновыми и золотыми изделиями, иностранной валютой, банкнотами, акциями фирм и предприятий, ценными картинами.

Еще до рассвета тяжелые ящики были перегружены из вагонов на автомашины и отправлены к деревушке Меркерс. Возле нее и находилась заброшенная шахта «Кайзерода». Это был конечный пункт, где должны были храниться сокровища.

Склады с награбленными сокровищами в Нойшван-штайне, «запасник» в Хорренчимзее по приказу Гитлера от 5 февраля 1944 года были перевезены в соляные копи Бад-Аусзее — горный курорт в Австрии, недалеко от озера Топлиц.

Лихорадочная деятельность царила весной 1945 года у этого озера. Имеются сведения о затоплении в То-плице двадцати двух ящиков с золотом, доставленных к озеру Скорцени.

Из горящего, но еще не окруженного советскими войсками Берлина по разным дорогам в направлении Центральной Австрии спешило несколько автоколонн, груз которых составляли таинственные металлические ящики. Три грузовика, сопровождаемые генералом СС Шпатцелем, прибыли в район Бад-Аусзее. Ящики были сгружены с машин и тайно погребены в одном из многочисленных озер этого района. Ящики были наполнены золотыми слитками, драгоценными камнями и ульт-расекретными документами третьего рейха.

Удирая с Балкан, командующий 6-й армией генерал Фабиунк в этом же районе запрятал клад — двадцать ящиков с золотыми монетами, получивший название «Сокровище Кроат» и составлявший часть так называемых «хорватских сокровищ». В кладе Фабиунка, кроме золота, была иностранная валюта общей стоимостью 5 миллионов марок, а также 4,3 миллиона марок, находившихся в армейской кассе.

Оберштурмбанфюрер СС Адольф Эйхман — начальник «еврейского отдела» тайной государственной полиции (гестапо) в главном управлении государственной безопасности рейха (РСХА) — 29 апреля 1945 года выехал из Праги во главе грузовых автомобилей, полных документов, золота и драгоценностей, упакованных в 22 ящика от боеприпасов. Предполагаемая их стоимость составляла 8 миллионов долларов.

В окрестных горах «Альпийской крепости», в глухих ущельях, в заброшенных соляных копях сооружались тайники, куда эсэсовские команды привозили сокровища, награбленные в оккупированных странах Европы.

Начальник канцелярии Мартина Бормана гаупт-штурмфюрер СС Хельмут фон Хуллиельт вывез в «Альпийскую крепость» два тяжелых ящика с коллекцией ценных монет, украденной им в австрийском монастыре Кремсмюнестер.

Главарь венгерских фашистов Ференц Салаши запрятал похищенный драгоценный ларец с реликвиями святого Стефана и часть королевских сокровищ, в том числе тысячелетнюю «корону святого Стефана». На протяжении столетий обладание этой короной отождествлялось с верховной государственной властью, восходящей к первому коронованному владыке Венгрии королю Иштвану (Стефану) I, которого католическая церковь провозгласила святым.

Главарь хорватских фашистов Анте Павелич, также нашедший укрытие в Аусзее, имел при себе несколько канистр из-под бензина, наполненных золотыми монетами. Уполномоченный Гитлера по вопросам экономики в Венгрии штандартенфюрер СС Курт Бехер прибыл в район Аусзее с несколькими вагонами награбленного еврейского имущества. Среди его «личной собственности» было несколько сундуков с золотом. Эти сокровища известны под названием «фонды Бехера».

Наконец, сам шеф главного имперского управления безопасности Кальтенбрунер доставил в «Альпийскую крепость» 5 ящиков бриллиантов и других драгоценных камней, 50 килограммов чистого золота в слитках из запасов германского Рейхсбанка, две тонны золота и золотых предметов в 509 ящиках, валюту на два миллиона швейцарских франков и коллекцию редчайших почтовых марок стоимостью около 5 миллионов золотых марок...

ФОРСИРОВАНИЕ РЕЙНА

В марте 1945 г. союзное верховное командование приступило к подготовке одной из самых крупных своих операций в Европе — операции по захвату Рура.

К тому времени на Рейне образовались две крупные группировки союзных войск. Южнее Рура на Рейн вышли 6-я и 12-я группы армий, имевшие 38 американских и 8 французских дивизий. Они захватили два плацдарма на восточном берегу реки, создав благоприятные условия для обхода Рура с юга и наступления в глубь Германии.

Западнее и севернее Рура находилась 21-я группа армий в составе 9-й американской, 2-й английской и

1-й канадской армий. Всего под командованием Монтгомери находилось 29 дивизий и 7 отдельных бригад. Кроме того, в 21-ю группу перебрасывались 1-й канадский корпус из Италии и английские дивизии со Среднего Востока. Союзные сухопутные силы в Европе к этому времени состояли из 81 дивизии.

На восточном берегу Рейна в районе форсирования его 21-й группой армий оборонялась 1-я немецкая парашютная армия (7 дивизий), сильно потрепанная в боях на позиции «Зигфрида». Она входила в состав группы армий «X». Правее этой армии на Рейне и Маасе располагалась 25-я немецкая армия (2 дивизии и полковая группа). Резерв группы армий «X» составляли 4 дивизии, находившиеся в стадии формирования,

В Руре и южнее его находилась группа армий «Б», в которую входили 5-я танковая и 15-я армии, насчитывавшие 12 дивизий, 10 боевых групп и танковую бригаду. Все дивизии этой группы, как и группы армий «X», были ослабленного состава. Им не хватало людей, боеприпасов и т. д. Конечно, в этих условиях не могло быть и речи о прочной обороне немецких войск на Рейне.

Несмотря на серьезные изменения оперативной и стратегической обстановки, англичане добивались реализации своей прежней идеи — нанесения одного удара севернее Рура. Монтгомери потребовал усилить его группу армий еще 10 американскими дивизиями, чтобы после форсирования Рейна обеспечить высокие темпы наступления. В этом случае в составе 12-й группы армий осталась бы только одна 3-я армия и, разумеется, роль 12-й группы армий резко снизилась бы. Американская сторона отвергла это требование англичан. Однако после нескольких обсуждений, подчас очень бурных, союзникам удалось выработать окончательный план операций своих армий на Рейне.

Согласно этому плану главный удар наносила 21-я группа армий севернее Рура, а второй удар — 12-я группа с плацдармов в Оппенхайме и Ремагене в направлении на Франкфурт, а затем на Кассель. По мере продвижения этих групп армий на избранных направлениях предполагалось развивать наступление и в сторону внешних флангов: на севере — 1-й канадской армией, на юге — 6-й группой армий.

Союзные военно-воздушные силы должны были наносить систематические удары по узлам коммуникаций на территории всей Германии, по заводам синтетического горючего и нефтеперегонным, изолировать Рур от остальной Германии и поддерживать действия наземных войск на обоих направлениях.

Начали готовиться к этой операции сразу же после завершения боевых действий между Маасом и Рейном, хотя предварительная подготовка проводилась задолго до подхода армий к Рейну.

Приказ о подготовке войск к форсированию Рейна Монтгомери отдал еще в конце января. В нем предварительно определялся общий замысел операции. Конкретный план был разработан позже, когда войска 21-й группы армий выходили на Рейн. Ближайшая задача этой группы состояла в том, чтобы переправиться через Рейн, захватить Везель, а затем расширить плацдарм и выйти на рубеж Дуйсбург, Боттроп, Дорстен, Аальтен, Эммерих.

9-я американская армия, действовавшая на правом фланге группы, получила задачу форсировать Рейн южнее Везеля, захватить плацдарм и развивать наступление на восток и на юг, обеспечивая правый фланг 21-й группы армий. В дальнейшем 9-я армия, прочно удерживая правый фланг плацдарма, должна была направить один корпус через полосу 2-й английской армии и выйти на рубеж Хамм, Мюнстер.

2-й английской армии совместно с 18-м воздушнодесантным корпусом предстояло захватить Везель и наступать севернее р. Липпе. 1-я канадская армия обеспечивала безопасность Антверпена, занимая оборону на Рейне и Маасе от Эммериха до морского побережья, и готовилась к переправе через Рейн на плацдарм на левом фланге 2-й английской армии.

В 9-й армии Рейн форсировал один 16-й корпус в полосе шириной 16 км; на остальном фронте армии (около 54 км) два корпуса располагались по левому берегу реки.

2-я английская армия форсирование реки осуществляла на фронте около 20 км 12-м и 30-м корпусами, в первом эшелоне которых действовали по одной дивизии и одной бригаде «коммандос». Вслед за первым эшелоном корпусов предполагалось перебросить на плацдарм танковые бригады, предназначенные для непосредственной поддержки пехоты. Так же как и в 9-й американской армии, к району форсирования Рейна была стянута вся артиллерия 2-й армии — около 1300 орудий.

В ее полосе севернее и северо-западнее Везеля высаживался десант в составе 6-й английской и 17-й американской воздушно-десантных дивизий. Он имел задачу уничтожить артиллерию немцев и оказать содействие пехотным дивизиям первого эшелона в захвате плацдарма.

В конце марта немецкие войска южнее Рура уже не представляли собой сколько-нибудь значительной силы. На фронте около 400 км находились 15-я армия группы армий «Б» и группа армий «Г». В последней числились 31 дивизия, боевая группа и бригада. Однако большинство из них являлись либо остатками дивизий, либо штабами дивизий, либо одними номерами их. Только 14 дивизий (в основном фольксштурма) имели малочисленную пехоту с весьма низкими боевыми качествами. Так, в отчете 7-й американской армии указывалось, что на 4 апреля в немецких армиях числилось активных бойцов: в 19-й (обороняли Верхний Рейн) — 10500, в 1-й — 7500 и в 7-й — 4 тыс. Конечно, с таким боевым составом немецкие части не могли даже пытаться задержать наступление полностью укомплектованных и хорошо оснащенных трех американских и одной французской армий. К югу от Рура немецкий фронт фактически перестал существовать.

Авиационная подготовка форсирования Рейна началась за две недели до наступления наземных войск.

После артиллерийской подготовки в 20 часов

23 марта 1-я английская бригада «коммандос» начала форсирование Рейна.

Высадка воздушного десанта началась в 10 часов

24 марта. Для десантирования 17-й и 6-й воздушно-десантных дивизий были использованы 1572 транспортных самолета и 1326 планеров, а их эскорт состоял из 889 истребителей.

В течение дня 17-я воздушно-десантная дивизия заняла рубеж вдоль р. Иссель, а 6-я — севернее своего соседа захватила пять исправных мостов через реку.

Обе дивизии соединились с передовыми частями 2-й английской армии.

К исходу первого дня американские и английские войска заняли на восточном берегу Рейна плацдарм размером 25 км по фронту и 5—10 км в глубину. Через реку полностью переправились передовые дивизии, танковые батальоны непосредственной поддержки пехоты и истребительно-противотанковые дивизионы. Поскольку немецкие войска не оказали сопротивления, началась наводка мостов в полосах обеих армий.

Сопротивление немецких войск ослабевало с каждым днем. Продвижению союзных армий больше мешали грязь и разбитые дороги, чем противник.

28 марта 9-я американская и 2-я английская армии вышли на рубеж устья канала Рейн—Херне, Боттрон, Дорстен, Хальтерн, Лембек, Анхольт, расширив плацдарм до 45 км по фронту и 35 км в глубину.

2-я армия англичан продолжала наступление на Мюнстер и далее на северо-восток. 2-я канадская армия на своем правом фланге начала переправу через Рейн и готовилась наступать к Зейдер-зе.

Южнее Рура 1-я американская армия, возобновив 25 марта наступление с ремагенского плацдарма, стала продвигаться на юго-восток, не встречая сопротивления. Ее 5-й корпус, действовавший на правом фланге, уже на следующий день вступил в Лимбкриг.

Предприняв 25 марта наступление с оппенхаймского плацдарма, 12-й корпус 3-й армии неожиданно для себя встретил лишь незначительное сопротивление и в тот же день вышел к Ашаффенбургу и Ханау. 8-й и 20-й корпуса этой армии к 28 марта почти полностью переправились за Рейн, и теперь вся армия двигалась на восток и северо-восток. В тот же день ее передовые войска переправились через р. Майн и соединились с 1-й американской армией. Незначительное сопротивление американцы встретили лишь во Франкфурте-на-Майне и Занау.

После этого обе армии повернули на север.

Американские армии за два дня прошли около 100—150 км и на севере вступили в Падеборн, а в центре заняли Кассель.

После соединения 1-й и 9-й армий в окружении оказалась вся немецкая группа армий «Б» (5-я танковая и 15-я полевая армии) и два корпуса 1-й парашютной армии, находившиеся к этому времени в Руре. К концу марта окруженная группировка имела 19 дивизий и боевых групп и около 100 тыс. человек из противовоздушной обороны. Наиболее боеспособными были лишь Учебная танковая и 3-я моторизованная дивизии.

На южном крыле фронта союзников 7-я американская армия 27 марта в районе Дармштадта соединилась с 3-й американской армией. Части правого фланга 15-го корпуса 28 марта захватили г. Маннхейм. В последующем 7-я армия двинулась на юго-восток в общем направлении на Нюрнберг. 2 апреля, пройдя через Ашаф-фенбург, она подошла к Вюрцбургу.

1-я французская армия переправилась через Рейн в районе Филиппсбурга 1 апреля и создала плацдарм, с которого ей предстояло продолжать движение в общем направлении на Карлсруэ, а затем занять весь правый берег Рейна до швейцарской границы.

Верховное командование союзников рассматривало завершение рурской операции как часть общего плана военных действий союзных армий, главной целью которых являлся выход на Эльбу.

Командующие 1-й и 9-й армиями и их штабы в создавшихся условиях вынуждены были руководить как войсками, наступавшими к Эльбе, так и войсками, оставленными для захвата Рура.

Немецкие войска, попавшие в окружение, хотя и насчитывали около 19 дивизий и боевых групп, находились в состоянии деморализации. Бои на западном берегу Рейна ликвидировали их «последнюю видимость боеспособности». Не хватало не только танков, артиллерии, но и автомашин всех видов, легкого и тяжелого пехотного оружия, средств связи и вообще самых нужных предметов снабжения.

Наиболее сильную оборону гитлеровцы создали на канале Рейн — Херне (группа фон Лютвица), на Рейне (5-я танковая армия), в районе Зигбурга и восточнее (15-я полевая армия). Большое влияние на организацию немецкой обороны в Руре оказало мнение германских промышленников. Их беспокоила не бессмысленность продолжения войны со стороны Германии, а опасность того, что войска при обороне и отходе могут применить тактику «выжженной земли», которую они широко применяли на советско-германском фронте. Монополисты потребовали от командующего группой армий «Б» фельдмаршала Моделя, чтобы подчиненные ему войска щадили промышленные предприятия Рурского района.

Ликвидация немецких войск, окруженных в Руре, началась почти без оперативной паузы.

После 10 апреля сопротивляемость немецких войск стала еще ниже. В связи с этим американская авиация с 12 апреля прекратила активные действия против окруженной группировки: во-первых, наземные войска не встречали таких опорных пунктов, для подавления которых нужны были бомбардировщики; во-вторых, авиации было запрещено бомбить железнодорожный подвижной состав, т. к. американское командование намеревалось использовать его на восстанавливавшихся дорогах Германии; в-третьих, и это имело немалое значение, еще в начале апреля военный министр СИТА Стимсон принял меры, чтобы спасти Рур от разрушения. Вполне очевидно, что на это решение оказали влияние и американские промышленные круги, имевшие там крупные капиталовложения. Вследствие этого Эйзенхауэр, хотя и считал «основательную ликвидацию войск противника в Руре военной необходимостью», потребовал от войск по возможности обходить населенные пункты и избегать нанесения бесполезного или излишнего вреда существующим промышленным объектам.

14 апреля войска 9-й и 1-й американских армий соединились у Хагена, разрезав группировку немецких войск на две части. Фельдмаршал Модель отдал приказ с 17 апреля прекратить сопротивление. Чтобы не идти на официальную капитуляцию, он распустил остатки группы армий «Б», разрешив солдатам, не имевшим оружия, разойтись по домам. Те же, у кого оставалось оружие, должны были пробиваться к центру Германии, а блокированным гарнизонам разрешил сдаться в плен. Сам Модель исчез, и след его нигде не был обнаружен. Офицеры его штаба утверждали, что он покончил с собой. Немцы прекратили сопротивление и стали сдаваться в плен. 18 апреля американцы заняли Рур.

Теперь перед правительством и командованием Соединенных Штатов и Англии встал вопрос о планах заключительного этапа вооруженной борьбы. Они разрабатывались с учетом того положения сторон, которое сложилось на территории Германии. Определяющим являлся тот факт, что Красная Армия сосредоточила на Одере, в 60 км от Берлина, до 1 млн. человек, в то время как войска союзников находились от столицы Германии на расстоянии свыше 300 км. По мнению командовавшего тогда 1-й американской армией генерала Брэдли, прорыв к Берлину мог быть достигнут ценой потери 100 тыс. человек. Эйзенхауэр сосредоточил главные усилия союзных войск на дрезденском направлении. Это решение было отражено в директиве главнокомандующего экспедиционными войсками от

2 апреля 1945 г.

Черчилль и английский комитет начальников штабов настаивали на том, чтобы союзники сосредоточили главные усилия для наступления на северном направлении, и прежде всего на Берлин, с целью овладения столицей Германий. Как писал Черчилль в своих мемуарах, он считал тогда, что «главная и подлинная цель англо-американских армий — Берлин» и что их «фронт в Европе должен уходить как можно дальше на восток».

Однако, вследствие того, что английские войска на континенте составляли всего четверть экспедиционных сил и что решение Эйзенхауэра поддерживалось в Вашингтоне, Черчилль не мог настоять на признании своих соображений и вынужден был согласиться с намеченным планом действий.

СТРАТЕГИЧЕСКИЕ БОМБАРДИРОВКИ ГЕРМАНИИ АВИАЦИЕЙ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ И АНГЛИИ

Наступление союзных войск в Западной Европе в 1945 г. сопровождалось интенсивными воздушными бомбардировками германской территории.

До второй половины 1944 г. налеты американской и английской авиации на Германию проводились нерегулярно и значительного влияния на состояние германской экономики не оказывали. Из общего тоннажа бомб, сброшенных на Германию англо-американской авиацией за время второй мировой войны, 72% падает на период после 1 июля 1944 г.

Это объяснялось рядом причин: во-первых, военно-воздушные силы Англии и Соединенных Штатов до вторжения на континент не имели полного господства в воздухе над территорией противника, во-вторых, для обеспечения операций по высадке в Северной Африке в 1942 г., вторжению в Италию в 1943 г. и открытию второго фронта в Европе в 1944 г. было необходимо сосредоточивать крупные силы авиации.

С середины 1944 г., когда поражение Германии стало очевидным, а ее противовоздушная оборона была крайне ослаблена, стратегические бомбардировки германской территории американской и английской авиацией получили широкий размах.

Цель и задачи стратегических бомбардировок территории Германии были определены на конференции в Касабланке в январе 1943 г. В директиве Объединенного комитета начальников штабов от 21 января 1943 г., направленной командующему бомбардировочной авиацией, говорилось: «Вашей основной задачей является прогрессивно нарастающее разрушение и дезорганизация военной, промышленной и экономической системы Германии и подрыв морального духа немецкого народа до такой степени, при которой способность его к вооруженному сопротивлению смертельно ослабнет».

Основными объектами стратегических бомбардировок в порядке важности и очередности разрушения в директиве намечались: верфи, где строились и собирались подводные лодки, предприятия авиационной промышленности, транспортная система, нефтеперерабатывающие заводы и предприятия по производству синтетического горючего и, наконец, объекты военной промышленности противника.

В этой же директиве сказано, что американская бомбардировочная авиация должна действовать днем, применяя прицельное бомбометание, а английская авиация — ночью, применяя бомбометание по площади.

Однако на практике массированные налеты и ночью и днем оказались бомбометанием по площади и вели к разрушению германских городов, уничтожению населения. Общее количество бомбового груза, сброшенного на территорию Германии, составило 2700 тыс. т. Население Германии остро почувствовало на себе ужасы войны, развязанной фашистами.

Среди крупных налетов союзной авиации на германские города выделяются бомбардировки Гамбурга в конце июля — начале августа 1943 г. и Дрездена в феврале 1945 г. В Гамбурге был разрушен 61% жилых домов города, убито 41.800, ранено 37439 человек. Несколько тысяч человек пропало без вести. В результате бомбардировки Дрездена, которая по существу не имела военно-стратегического значения в период, когда Германия находилась непосредственно перед крушением, от действий американской авиации погибло более 120 тыс. человек.

Стратегические бомбардировки Германии авиацией Соединенных Штатов и Англии не достигли основной цели — разрушения военной экономики Германии, которая вплоть до второй половины 1944 г. увеличивала объем выпускаемой военной продукции. Лишь со второй половины 1944 г. воздушные налеты англо-американской авиации оказали некоторое влияние на снижение объема продукции, выпускавшейся в Германии. Уменьшилось, в частности, производство горючего, т.к. бомбардировками были разрушены заводы по выпуску синтетического бензина.

Однако решающее значение в упадке германской экономики имели территориальные потери. В условиях фашистской диктатуры и многолетнего террора в Германии ее поражение могло быть и действительно было достигнуто только разгромом немецких вооруженных сил и занятием территории Германии.

2. ОСВОБОЖДЕНИЕ АВСТРИИ. КОНЕЦ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ В ИТАЛИИ

ОСВОБОЖДЕНИЕ АВСТРИИ КРАСНОЙ АРМИЕЙ

Во время войны Австрия была превращена в один из наиболее мощных арсеналов Германии. Добыча железной руды и выплавка стали увеличились за 1938—

1944 гг. в 2 раза, производство чугуна — почти в 3 раза, добыча нефти — в 18 раз. Созданная на этой базе военная промышленность бесперебойно снабжала германскую армию самолетами, танками, артиллерийскими орудиями и другими'видами вооружения.

Почти все мужское население Австрии в возрасте от 18 до 60 лет служило в немецкой армии. Однако и в этой стране развивалось подпольное движение Сопротивления, участники которого осуществляли саботаж и диверсии в военной промышленности, собирали деньги в помощь семьям заключенных в концлагеря и казненных. В отдельных районах страны (Верхняя Австрия, Штирия) возникли небольшие партизанские группы.

В октябре 1943 г. Московская конференция министров иностранных дел СССР, США и Англии приняла декларацию, в которой присоединение Австрии к Германии, произведенное в 1938 г., объявлялось несуществующим и недействительным. Правительства трех держав заявили, что они «желают видеть восстановленной свободную, независимую Австрию». Вместе с тем в декларации подчеркивалось, что Австрия несет ответственность за участие в войне на стороне Германии и при окончательном урегулировании будет принято во внимание, какой вклад в освобождение страны внес австрийский народ.

Австрийские антифашисты ответили на этот призыв новыми боевыми действиями. Осенью 1944 г. начали действовать партизанские группы в Каринтии, Верхней Штирии, Зальцкаммергуте. В апреле 1945 г. принял участие в военных действиях в составе югославской Народно-освободительной армии один из пяти австрийских батальонов. В заговоре 20 июля 1944 г. приняла участие группа офицеров-австрийцев. Возникло несколько организаций, поставивших целью установление связи со штабами наступающих армий союзников.

Однако движение Сопротивления в Австрии не имело массового характера. Но жертвы, понесенные народом, были велики. За время с 1938 по апрель 1945 г. были приговорены к смерти за участие в сопротивлении 2700 австрийцев, более 32 тыс. были убиты в концентрационных лагерях и тюрьмах Германии и оккупированных ею стран. Немало австрийцев было казнено по приговорам военных трибуналов за пораженчество, дезертирство, попытки перехода на сторону войск антифашистской коалиции.

К концу войны значительная часть австрийцев включилась в борьбу против фашизма. В начале апреля 1945 г. начальник штаба 6-ой немецкой танковой армии заявил: «В Вене уже стреляют в нас, но это не русские... Вену удержать невозможно ввиду сопротивления населения».

Вступив на территорию Австрии, армии 2-го и 3-го Украинских фронтов стремительно продвигались вперед.

16 марта 1945 г. началась Венская наступательная операция. Германское командование предпринимало попытки остановить советские войска. С этой целью создавались оборонительные сооружения вокруг Вены и в самом городе. Одновременно с организацией обороны немцы грабили столицу Австрии, вывозя оттуда продовольствие и материальные ценности.

По поручению Советского правительства командующий 3-м Украинским фронтом Ф.И Толбухин обратился к жителям Вены с воззванием и призвал не верить в «зверства большевиков», не покидать города и принимать все меры к тому, чтобы препятствовать вывозу ценностей из страны, минированию и разрушению города.

6 апреля передовые части советских войск начали бои на окраинах города. Немецкими войсками было оказано упорное сопративление, на отдельных участках они даже переходили в контратаки. Большую помощь войскам оказали моряки Дунайской флотилии, которые на бронекатерах по Дунаю прорвались к городу и высадили десант.

9 апреля Советское правительство выступило с заявлением, в котором говорилось, что СССР не преследует цели приобретения какой-либо части австрийской территории или изменения социального строя Австрии. Далее указывалось, что Советское правительство будет проводить в жизнь Московскую декларацию о независимости Австрии, будет содействовать ликвидации оккупационного режима и восстановлению демократических порядков и учреждений.

13 апреля после семидневных ожесточенных боев Вена была полностью очищена от немецких войск. В Венской операции германской армией были потеряны 130 тыс. солдат и офицеров, свыше 1300 танков и 2200 орудий.

Одновременно с Венской операцией, а затем по окончании ее соединения 3-го Украинского фронта вели бои за освобождение всей восточной части страны и к началу мая вышли на рубеж Линц — Клагенфурт.

С освобождением восточных районов Австрии стало возможным восстановление ее государственности. Сразу же после изгнания немецких войск в городах и селах Восточной Австрии сформировались местные органы власти, возобновили свою деятельность политические партии и профессиональные союзы. 27 апреля было образовано Временное правительство во главе с социалистом К.Реннером. В состав правительства вошли представители нескольких партий ( народной, социалистической и коммунистической). В тот же день была обнародована декларация о восстановлении демократической республики Австрии.

КОНЕЦ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ В ИТАЛИИ

К концу войны на итальянском театре военных действий группа немецкой армии «Юго-Запад», командование которой 19 марта вместо отозванного на Западный фронт фельдмаршала Кессельринга принял на себя генерал-полковник фон Фитингоф, по-прежнему стояла на том рубеже, на котором она оказалась в результате наступления армий западных держав поздней осенью 1944 г.

Ее правый фланг упирался южнее Специи в побережье Лигурийского моря. Затем оборонительный рубеж пересекал Северные Апеннины, запирая их долины, выходящие на север, южнее Мелены и Болоньи, и поворачивал к озеру Комаккьо. Армия «Лигурия» удерживала перевалы через Альпы на франко-итальянской границе. Группа армий «Юго-Запад» должна была передать несколько лучших дивизий на другие фронты.

Но гораздо хуже численной слабости были перспективы снабжения. Уменьшившаяся мощность немецкой военной промышленности и особенно непрерывные воздушные удары противника по Бреннерскому шоссе снизили приток необходимых предметов довольствия, вооружения, боеприпасов и горюче-смазочных материалов до мизерных размеров. В конце концов в целях экономии горючего танки и самоходные установки при перебросках приходилось транспортировать с помощью тракторов или даже волов. Дивизии, и без того являвшиеся частично «стационарными», были еще больше ограничены в своей подвижности. Наступление союзнических армий, если бы оно привело к прорыву, означало бы расчленение и уничтожение группы армий уже только из-за недостаточной подвижности многих боевых единиц.

Несмотря на это, все просьбы своевременно отвести войска за такую мощную водную преграду, как река По, и тем: самым избежать подобной опасности были Гитлером отвергнуты. Но группа армий должна была не только удерживать прежние позиции. Ей было приказано, как и войскам в Германии, подготовить к разрушению все основные итальянские промышленные предприятия, дорожные и гидротехнические сооружения, газовые заводы и электростанции, все гавани и молы и взорвать их в случае отступления под натиском противника. Командующий группой армий усмотрел в таких мерах не что иное, как проявление слепой жажды разрушения и по этой причине отверг их. Командование группы армий сумело соответствующими мерами, тщательно скрывавшимися от Берлина, не допустить подобных разрушений.

Еще задолго до последнего наступления командование группы армий, используя уже давно налаживавшийся немецким послом Раном, а также начальником отрядов СС и полиции Вольфом контакт с союзниками, начало прощупывать возможность договориться с западными державами через нейтральную Швейцарию. Оно исходило при этом из того соображения, что предотвращение последнего сражения, исход которого не мог вызывать сомнений, соответствует не только интересам Германии, но и интересам страны, ставшей против своей воли ареной боев и получившей, таким образом, возможность избежать дальнейших ненужных опустошений.

Успеху начавшихся переговоров мешало то, что группа армий не могла пойти на последние решающие уступки, пока разгром Германии не стал еще очевидным, т. к. подавляющее большинство действовавших войск было еще настроено в пользу Гитлера. В то же время другая договаривающаяся сторона настаивала на быстрейшем соглашении, которое она хотела, вероятно, использовать для пропаганды на других немецких фронтах.

Чтобы оказать нажим в этом направлении, союзники 9 апреля развернули подготовленное ими решающее наступление. Оно началось ударами на обоих флангах, которые привели на Адриатическом побережье, где действовала английская армия, к крупным боям, но вначале увенчались лишь успехами местного значения. Когда 13 апреля стало ясно, что назревает решающий удар и на фронте американской армии, командование немецкой группы армий в последний раз обратилось к Гитлеру, чтобы получить разрешение на отход за реку По, и опять тщетно.

Главный удар начавшегося на следующий день наступления был направлен на Болонью. После ожесточенных боев превосходящим американским силам удалось 20 апреля осуществить здесь прорыв, открывший их танкам путь к реке По. Малочисленные немецкие резервы были израсходованы, фронту в районе Специи также грозила катастрофа. Тогда командование группы армий решило под свою ответственность начать в ночь с 21 на 22 апреля отвод своих армий за реку По. Но для организованного отхода было уже слишком поздно.

Чрезвычайно тяжелым оказался переход через разлившуюся реку, многочисленные мосты через которую уже в течение нескольких месяцев бомбила союзническая авиация. Переправа могла осуществляться лишь на подготовленных паромах и понтонах под прикрытием арьергардов, но в то же время и под непрерывным воздействием авиации союзников. Переправить немцам удалось в основном лишь живую силу с легким вооружением. Большая часть тяжелого пехотного оружия, артиллерии и транспорта, даже из того количества, которое удалось вывезти к реке, была потеряна.

Несмотря на это, 10-й немецкой армии удалось севернее реки По организовать удовлетворительную оборону. Зато на западном участке фронта вследствие прорывов англо-американских войск значительные силы во время отступления были окружены и отрезаны, так что им пришлось сложить оружие. Оценив создавшуюся обстановку, германское верховное командование отдало приказ на отступление до южных отрогов Альп.

Английская армия значительными силами нанесла удар через Надую на Триест й далее до Полы. Англичанам было важнее воспрепятствовать переходу этого района в руки Тито, чем уничтожить левое крыло немецкой группы армий. Американская армия направила значительную часть своих сил вдоль побережья на Геную, а оставшимися войсками после прорыва на Болонью стала продвигаться южнее реки По на Пьяченцу и оттуда на Милан.

Драматический эпизод произошел в кругах немецкого командования в результате вмешательства Кессель-ринга, который после соединения американцев с русскими в Центральной Германии был назначен главнокомандующим всеми немецкими войсками на Юге. Кес-сельринг 27 апреля отклонил предложение Фитингофа о распространении происходивших на итальянском фронте переговоров с западными державами и на Южную Германию. Он ссылался на сообщения из Берлина относительно многообещающих контрударов с целью освобождения столицы рейха, которые якобы должны привести к великому перелому и опираются на прочную основу. Фитингоф не мог и не хотел разделять этих надежд. 29 апреля его уполномоченные подписали в ставке союзников в Италии договор о перемирии, который должен был вступить в силу 2 мая. В результате Фитингоф и его начальник штаба были сняты со своих постов и заменены другими генералами.

Но остановить ход событий уже было нельзя. После смерти Гитлера Кессельринг рано утром 2 мая с некоторыми колебаниями также дал постфактум свое согласие на капитуляцию и вернул Фитингофа и его начальника штаба на их должности, ибо в. глазах англо-американцев только они были полномочными представителями немецкой стороны.

В соответствии с той линией поведения, которой командующий союзными войсками фельдмаршал Александер придерживался и ранее, капитуляция немецких армий проходила с широким привлечением бывших немецких военачальников.

НАРОДНОЕ ВОССТАНИЕ В СЕВЕРНОЙ ИТАЛИИ 25 АПРЕЛЯ 1945 Г.

Итальянская фашистская «Социальная республика» потерпела крах. Развивалось партизанское движение, постоянно пополняясь за счет молодежи, избегавшей мобилизации в фашистскую армию.

10 апреля руководством движения Сопротивления была издана Директива номер 16 о восстании, в которой указывалось, что час решительного наступления настал: «... советское наступление на Одере и англо-американское наступление в Италии будут последними атаками победоносного сражения. И мы также должны предпринять последний штурм. Теперь нужно уже не только усиливать партизанскую войну, но подготовить и развязать настоящее восстание».

В середине апреля отряды итальянских партизан под командованием Арриго Больдрини освободили ряд городов. 19 апреля ими почти полностью была освобождена Болонья, окончательно взятая при поддержке союзных войск 21 апреля.

Утром 24 апреля Комитет национального освобождения принял решение о начале всеобщей забастовки и восстания. Радиостанция «Свободный Милан» передала следующее воззвание: «Комитет национального освобождения Северной Италии призывает вас восстать во всех городах и провинциях, чтобы изгнать захватчиков и их фашистских наемников и заложить основы новой демократии, которая будет отражать интересы народа».

449

15 Зак. 1543

25 апреля партизаны и рабочие завладели Миланом.

В канун восстания Муссолини встретился с представителями Комитета национального освобождения с целью предотвратить выступление. Но когда ему доложили, что немецкое командование без его ведома уже давно ведет переговоры с союзниками о капитуляции, он скрылся из дворца кардинала Шустера, где происходила встреча. Муссолини бежал в Комо якобы для того, чтобы направиться в одну из отдаленных горных долин, на самом же деле, чтобы спастись в Швейцарии. В деревне Донго он был опознан антифашистами и 28 апреля расстрелян.

В Турине всеобщая забастовка началась еще 18 апреля. Вскоре она переросла в вооруженные столкновения с немецкими частями, которые стремились расправиться с рабочими до выступления горных партизанских дивизий. Были пущены в ход танки и артиллерия, но немцы не смогли добиться успеха и вынуждены были оставить город. 26 апреля в Генуе был подписан акт о безоговорочной капитуляции. От имени патриотов ее принял председатель Комитета национального освобождения Генуи Ремо Скаппи-ни. Тем самым был спасен от разрушения крупнейший итальянский порт.

Длительной и упорной была борьба в городах провинции Венеция, где крупные немецкие колонны стремились любой ценой пробиться к горным перевалам, ведущим в Австрию. В некоторых местах бои продолжались до 29 апреля.

Таким образом, еще до прихода англо-американ-ских войск 125 городов и населенных пунктов Италии были освобождены силами партизан. Английские и американские войска, направленные в Северную Италию, вступали в некоторые города, где власть в течение нескольких дней, а иногда и недель находилась в руках патриотов.

Приняв капитуляцию немецких войск, англо-американские дивизии продолжали продвижение на север и северо-восток. 2 мая они вступили в Триест, а 4 мая соединились на Бреннерском перевале с частями

7-й американской армии. Война на территории Италии закончилась.

3. ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ПОРАЖЕНИЕ НЕМЕЦКОЙ АРМИИ. ВЗЯТИЕ БЕРЛИНА

ПОЛОЖЕНИЕ В ГЕРМАНИИ

В результате зимнего наступления советских войск на Восточном фронте и англо-американских войск на Западном фронте Германия лишилась важных экономических районов. Ряд государств, занимавших до того позицию нейтралитета или невоюющей стороны, объявляли ей войну. 23 февраля это сделала Турция; 26 февраля — Египет; 27 февраля — Сирия; 4 марта войну объявил бывший союзник Германии — Финляндия.

С осени 1944 г. прекратила торговлю с Германией нейтральная Швеция. Весной 1945 г. шведское командование подготовило армию вторжения в Норвегию и Данию, чтобы вынудить находившиеся там немецкие войска к капитуляции.

Однако немецкое руководство не хотело расстаться с надеждой на политическое решение исхода войны. Гитлер ждал развала антигитлеровской коалиции. В апреле 1945 г. в беседе с обергруппенфюрером СС Вольфом он утверждал: «Нет необходимости прекратить оборону. На Востоке можно еще два месяца оказывать сопротивление русским... За это время должен распасться союз между русскими и англосаксами». Смерть президента Рузвельта, наступившая 12 апреля, еще больше укрепила эти убеждения. Содержавшаяся в первом выступлении нового президента Соединенных Штатов Америки Трумэна фраза о скором окончании военных действий была истолкована как намек на то, что США ищут возможности заключения сепаратного мира с Германией.

19 марта 1945 г. Гитлер издал приказ, провозглашавший «тактику выжженной земли». В нем говорилось, что, прежде чем враг оккупирует Германию, все, абсолютно все, что связано с поддержанием жизни, должно быть уничтожено: списки на получение продовольственных карточек, книги регистрации браков и места жительства, записи банковских счетов. Кроме этого, надо было ликвидировать запасы продовольствия, сжечь фермы, зарезать скот. Нельзя было оставлять даже произведения искусства, уцелевшие в результате бомбардировок. Памятники, дворцы, усадьбы, церкви, оперные и драматические театры — все это надлежало сровнять с землей.

Угроза Гитлера, что в случае поражения он разрушит Германию, начинала действовать.

Геббельсом был разработан четкий план работы с прессой. Вся немецкая политика в области пропаганды и информации должна была служить исключительно тому, чтобы укрепить бессмысленное сопротивление, увеличить «военные усилия и поднять боевой дух родины и фронта».

«Наша задача, — писал Геббельс, — снова и снова указывать на то, что Черчилль и Рузвельт, равно как и Сталин, безжалостно, не считаясь ни с чем, осуществят свои смертоносные планы, стоит немецкому народу проявить слабость и подчиниться врагу.

Следует ярко показывать и комментировать подвиги людей на фронте и на родине. Их нельзя расценивать как отдельные примеры, они должны быть стимулом для всех и призывом ко всей нации следовать светлым образцам в борьбе за нашу свободу».

После вступления войск союзников на территорию Германии Гитлер объявил о создании «Вервольфа», т.е. о ведении войны из-за угла. Создаваемая в подражание советским и польским партизанам, эта организация должна была в один момент вырасти из-под земли как противовес движению сопротивления в прежде оккупированных Германией странах. Дети, женщины и старики — все должны были участвовать в уничтожении врага.

«Если война будет проиграна, — сказал Гитлер Шпееру, — народ окажется обреченным. И нет никакой нужды сохранять для него базу, чтобы он влачил потом жалкое существование. Напротив, лучше самим разрушить все, самим уничтожить себя».

Но в то же время Гитлер занялся проблемой возрождения и обновления «биологического потенциала» Германии в послевоенные годы, т.е. введения в Германии двоеженства. В беседе с Борманом Гитлер «обосновал» это такими соображениями: после войны в стране окажется 3—4 миллиона женщин, у которых не будет мужей. Это означает, что рождаемость резко уменьшится. «Вы только представьте себе, какая это будет потеря в дивизиях через 20—40 лет. Все те, кто будет выступать против этого урегулирования, соответствующего интересам народа, должны быть сурово наказаны».

Используя выгодный характер местности, немецкое командование создало глубокую и прочную оборону на подступах к Берлину, в особенности на западном берегу рек Одера и Нейсе. Оборонительный рубеж общей глубиной 20—40 км состоял из трех укрепленных полос, между которыми на важнейших направлениях находились промежуточные и отсеченные позиции. Все населенные пункты, прикрывавшие Берлин, стали узлами обороны. Для усиления противотанковой обороны была использована почти вся зенитная артиллерия. Берлин и его окрестности были превращены в укрепленный район, состоявший из внешнего, внутреннего и городского оборонительного обводов. Для обороны Берлин разделили на 9 секторов. Наиболее сильно был укреплен центр города.

Берлинское направление обороняли две армии группы армий «Висла» и две армии группы армий «Центр». Сам Берлин помимо 200-тысячного гарнизона защищали свыше 200 батальонов фольксштурма. В своем резерве немецкое командование имело севернее, западнее и южнее Берлина 8 дивизий, из них 1 моторизованную. Всего на берлинском направлении оборонялась мощная группировка, насчитывавшая около 1 млн. человек, имевшая 10400 орудий и минометов, 1500 танков и самоходных орудий, около 3300 самолетов, более

3 млн. фауст-патронов.

Геббельс 27 апреля выпустил «Берлинский фронтовой листок» и обратился в нем со следующими словами к жителям Берлина:

«Браво вам, берлинцы!

Берлин останется немецким! Фюрер заявил это миру, и вы, берлинцы, заботьтесь о том, чтобы его слово осталось истиной. Браво, берлинцы! Ваше поведение образцово! Боритесь дальше так же мужественно, дальше так же упорно, без пощады и снисхождения, и тогда разобьются о вас штурмовые волны большевиков... Вы выстоите, берлинцы, подмога движется!»

РАЗГРОМ НЕМЕЦКИХ ВОЙСК НА БЕРЛИНСКОМ НАПРАВЛЕНИИ

Общий план Берлинской операции был разработан Ставкой Верховного Главнокомандования и командующими фронтами на берлинском направлении. К ее проведению привлекались войска трех фронтов:

1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского. Они должны были мощными фронтальными ударами при поддержке авиации дальнего действия прорвать немецкую оборону на ряде направлений и, развивая наступление, окружить берлинскую группировку, рассечь ее на части и уничтожить или вынудить к капитуляции. В ходе операции на рубеже Эльбы наступающие войска должны были соединиться с войсками союзников.

Одновременно с наступлением на Берлин на южном крыле советско-германского фронта намечались наступательные операции 4, 2 и 3-го Украинских фронтов. Перед ними ставилась задача завершить освобо-

ждение Чехословакии и воспрепятствовать противнику перебрасывать силы с юга к столице.

На главном берлинском направлении Ставка сосредоточила превосходящие силы. В составе 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов имелось 2,5 млн. человек (вместе с тылами), 41600 орудий и минометов, 6250 танков и самоходных установок, 7500 боевых самолетов (с учетом 800 самолетов авиации дальнего действия). Это обеспечивало преобладание в силах над немецкими войсками: в людях — 2,5 1, в орудиях и минометах — 4,0 :1, в танках и самоходных установках — 4,1 :1, в авиации — 2,3 :1.

1-й Белорусский фронт имел три группировки войск, перед которыми стояла задача разгромить противника на подступах к Берлину, овладеть им и на 12—15-й день после начала операции вый.ти на Эльбу. Главный удар наносился в центре, с костринского плацдарма, 47-й, 3-й ударной, 5-й ударной, 8-й гвардейской, 2-й и 1-й гвардейскими танковыми армиями. Командовали этими армиями генералы Ф.И. Перхорович, В.И. Кузнецов, Н.Э. Берзарин, В.И.Чуйков, С.И. Богданов и М.Е. Катуков.

На правом крыле фронта, в районе севернее Кю-стрина, находились 7-я армия генерала П.А. Белова и 1-я армия Войска Польского под командованием генерала С.Г. Поплавского. На левом крыле, южнее Кю-стрина, располагались 69-я и 33-я армии генералов В.Я. Колпакчи и В.Д. Цветаева.

Войска центральной группировки должны были наносить главный удар, а армии, наступавшие севернее и южнее Кюстрина, — вспомогательные удары.

1-й Украинский фронт получил задачу разгромить немецкие войска в районе Котбуса и южнее Берлина. На 10—12-й день после перехода в наступление войска фронта должны были овладеть рубежом Белиц, Виттенберг и далее по Эльбе до Дрездена. Главный удар войск фронта нацеливался в район, находящийся в 30— 35 км к югу от Берлина. В состав фронта входили

3-я гвардейская, 13, 28, 5-я гвардейская, 52-я и 31-я армия Войска Польского, 3-я и 4-я гвардейские танковые армии. Командующими армиями были генералы В.Н. Гордов, А.А. Лучинский, Н.П. Пухов, А.С. Жадов, К.А. Ко-ротеев, К.К. Сверчевский, П.С. Рыбалко и Д.Д. Лелю-шенко.

2-й Белорусский фронт под командованием маршала К.К. Рокоссовского должен был форсировать Одер, разгромить штеттинскую группировку противника и овладеть рубежом Анклам, Деммин, Мальхин, Виттенберге. Важнейшим результатом наступления войск фронта должно было стать отсечение 3-й танковой немецкой армии от остальных сил группы армий «Висла», а затем уничтожение ее войск в прибрежных районах

Балтийского моря. Такое развитие событий обеспечивало с севера наступление войск маршала Г.К. Жукова.

В ударную группировку 2-го Белорусского фронта входили три общевойсковых армии: 65, 70, 49-я генералов П.И. Батова, B.C. Попова и И.Т. Гришина, а также 1, 3 и 8-й гвардейские танковые, 8-й механизированный и 3-й гвардейский кавалерийский корпуса. Действиям войск маршала К.К. Рокоссовского должен был содействовать частью своих сил Балтийский флот.

Для поддержки наступления наземных войск всех трех фронтов привлекались крупные силы авиации: 4, 16, 2 и 18-я воздушные армии генералов К.А. Вершинина, С.И. Руденко, С.А. Красовскогои маршала А.Е. Голованова а также авиация Балтийского флота.

В 5 часов утра (по московскому времени) 16 апреля

1945 г. 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты под командованием маршалов Г.К. Жукова и И.С. Конева перешли в наступление на берлинском стратегическом направлении. Началась Берлинская операция. Артиллерийская подготовка с кюстринского плацдарма продолжалась 20 мин.

Впервые в ходе войны для освещения поля боя были включены более 150 мощных зенитных прожекторов, ослепивших пехоту противника. Одновременно авиация нанесла мощные удары по опорным пунктам и артиллерийским позициям противника. Однако артиллерия и авиация не подавили полностью огневую систему немецкой обороны, и германскими войсками было оказано ожесточенное сопротивление. Введенные во второй половине дня в сражение две танковые армии не смогли оторваться от своей пехоты и были вынуждены действовать в ее боевых порядках. Наступление приняло характер последовательного овладения немецкими оборонительными позициями.

Особенно напряженная борьба развернулась за Зее-ловские высоты, хорошо укрепленные и являвшиеся ключевыми позициями на дальних подступах к столице Германии. Немецкое командование подтянуло сюда танки, которые во взаимодействии с авиацией, используя выгодные позиции на высотах, вели огонь по наступающим советским войскам.

17 апреля после воздушного удара 800 бомбардировщиков дальнего действия, короткой, но мощной артиллерийской подготовки войсками 8-й гвардейской армии во взаимодействии с 1-й Гвардейской танковой армией Зееловские высоты были взяты. 19 апреля был прорван весь одерский оборонительный рубеж немцев на глубину до 30 км.

В более благоприятных условиях развивалось наступление войск 1-го Украинского фронта. Здесь была менее сильная, чем на Зееловских высотах, оборона противника. Используя свое количественное и качественное превосходство, советские войска уже в ходе 40-минутной артиллерийской подготовки форсировали под прикрытием дымовой завесы реку Нейсе. Введенные в сражение 3-я и 4-я Гвардейские танковые армии к вечеру 18 апреля завершили прорыв всего нейсенского оборонительного рубежа и, разгромив основные силы

4-й немецкой танковой армии, начали развивать стремительное наступление на Берлин с юга.

С 19 по 25 апреля советские войска вели ожесточенные бои по окружению и одновременному расчленению берлинской группировки немецких войск. Армии правого крыла 1-го Белорусского фронта, преодолевая сопротивление и контратаки немецких войск, продолжали продвигаться и вышли 21 апреля к юго-восточ-ным и северо-восточным окраинам Берлина. 25 апреля 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты зам-

кнули кольцо окружения вокруг двух изолированных группировок немецких войск: одной — в районе Берлина, второй — в районе Котбуса (эта группировка получила название франкфуртско-губенской по названию городов, между которыми она занимала фронт к началу операции). Каждая из них насчитывала до 200 тыс. человек.

В это же время успешно проходило наступление 2-го Белорусского фронта. Войска этого фронта 20 апреля форсировали южнее Штеттина (Щецина) оба рукава Одера и прорвали немецкую оборону к западу от реки. Этим ударом они оттянули на себя резервы немцев и не допустили их использования для усиления берлинской группировки и обороны Берлина.

Таким образом был завершен первый этап Берлинской операции. Окружение и расчленение группировки немецких войск на берлинском направлении катастрофически ухудшило положение германских войск и приблизило час их окончательного поражения. Война перешла на улицы столицы Германии.

В ночь на 25 апреля Гитлер подписал приказ о сфор-мированиии особого оперативного штаба «Б» (Южная Германия) во главе с генералом Винтером для обороны южных районов. На севере был создан «Штаб обороны Северной Германии» во главе с гросс-адмиралом Деницем.

В этот же день произошло еще одно важное событие. Передовые подразделения 1-го Украинского фронта —

5-й гвардейской армии генерала А.С. Жадова — встретились на берегу Эльбы в районе Торгау с разведгруппами 5-го корпуса 1-й американской армии. Соединение в центре германской территории союзных армий имело огромное значение. Немецкий фронт был рассечен. Войска вермахта, действовавшие в Северной Германии, оказались отрезанными от войск, находившихся в южной части рейха.

ПРОДВИЖЕНИЕ АМЕРИКАНО-АНГЛИЙСКИХ ВОЙСК ДО ЭЛЬБЫ

После блокирования в Руре группы армий «Б» на Западном фронте образовалась брешь шириной более чем 200 км. Для заполнения ее ОКВ направило семь плохо укомплектованных дивизий, переброшенных с юга Германии и из Дании. Все они были сведены в 11-ю армию «Блюментрит». Западного фронта как такового фактически уже не существовало.

Еще 28 марта в ходе наступления севернее Рура Монтгомери отдал приказ, согласно которому 21-я группа армий должна была захватить Северо-германскую равнину. Он допускал возможность некоторой задержки в выполнении этой задачи, поскольку 9-й американской армии предстояло оставить часть сил в Руре, а

2-й английской армии вместе с 1-й канадской потеснить противника, блокированного западнее устья Эльбы. Очищение устья Эльбы необходимо было для того, чтобы превратить крупнейший немецкий порт Гамбург в базу союзных армий и тем самым сократить их сухопутные коммуникации.

Решение Монтгомери отражало заинтересованность правящих кругов Великобритании в быстром захвате Северной Германии, а также их стремление вступить в Берлин раньше Красной Армии. Черчилль в то время считал, как это он выразил в письме к Эйзенхауэру 2 апреля 1945 г., «чрезвычайно важным», чтобы встреча вооруженных сил США и Англии с Советскими Вооруженными Силами произошла «как можно дальше на Востоке».

Поэтому Монтгомери и планировал создание группировки войск на Эльбе севернее Магдебурга.

После окружения Рура 12-я группа армий предприняла наступление к Эльбе. 3-я американская армия, имевшая в голове 20-й корпус, 4 апреля заняла Кассель,

11 апреля — Эрфурт, а на следующий день — Веймар. 1-я армия провела перегруппировку, высвободила полностью 7-й корпус для движения на восток. 11 апреля продвижение 12-й группы армий к Эльбе велось уже на всем ее фронте. Сопротивление противника этой группе было спорадическим. Разбитые немецкие части отходили небольшими группами, не имея в тылу подготовленных позиций, на которых они могли бы занять оборону. Многие из них уклонялись от боя и ожидали случая оказаться обойденными, чтобы сдаться в плен. 18 апреля передовые части американских бронетанковых дивизий вышли на Эльбу.

На следующий день началось наступление Красной Армии на Берлин, и Симпсон получил приказ Эйзенхауэра дожидаться подхода советских войск к Эльбе.

На правом крыле 21-й группы армий 2-я английская армия двигалась в общем направлении на Гамбург, Любек. Монтгомери пишет, что «сопротивление продвижению 2-й английской армии было легчайшим на правом фланге и в центре». Ее 8-й и 12-й корпуса 23—24 апреля вышли на Эльбу на участке Люнебург, Гамбург. 30-й корпус встретил сопротивление лишь в районе Бремена, который удалось захватить 26 апреля, а в конце апреля он вышел к устью Эльбы.

Арнем канадцы заняли 15 апреля.

6-я группа армий предприняла наступление в Южной Германии. Только 16 апреля ее передовые части подошли к Нюрнбергу.

1-я французская армия, не встречая сопротивления, быстро продвигалась на юг. В ходе этого наступления она захватила Штутгарт, который по плану нужно было занять 7-й американской армии.

21 апреля Эйзенхауэр направил начальнику Генерального штаба Красной Армии информацию о развитии военных действий на Западном фронте. Он сообщал, что операции, намеченные планом от 28 марта, осуществлены и приближается время, когда американские войска начнут операцию второстепенного характера в направлении на Линц. Тут же он обратил внимание на то, что продвижение американских армий в центральном секторе было таким быстрым, что их коммуникации значительно растянулись.

Как указывалось, передовые американские и английские дивизии вышли на Эльбу 14—18 апреля. Пока подтягивались к реке главные силы американцев, Советские Вооруженные Силы начали 16 апреля последнее сокрушительное наступление на Одере.

25 апреля в районе Потсдама сомкнулись мощные клещи 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов. Благодаря этому берлинская группировка противника оказалась в полном окружении. В тот же день на Эльбе в районе Торгау встретились американские и советские войска. Дни третьего рейха были сочтены.

ПАДЕНИЕ БЕРЛИНА

Исход дальнейший борьбы был очевиден. Группы армий «Висла» и «Центр» понесли поражения, от которых не в состоянии были оправиться. Франкфуртско-губенская группировка находилась в окружении. В блокированном Берлине бои перенеслись в центральную часть города, и его падение ничто не могло предотвратить. Но и в этих условиях Гитлер не расставался с надеждой , что борьба за Берлин не проиграна. Вечером

25 апреля гросс-адмирал Дениц получил радиограмму от Гитлера, в которой сражение за Берлин было названо «битвой за судьбу Германии».

Все остальные задачи и фронты имели теперь второстепенное значение. Деницу предписывалось отказаться от выполнения всех других задач, стоящих перед военно-морским флотом, и поддержать борьбу за Берлин путем переброски туда войск по воздуху, водным путем и по суше.

Выполняя приказ Гитлера, Йодль и Кейтель занимались организацией деблокирования окруженного советскими войсками Берлина. С севера от столицы, из района Ораниенбурга, пыталась наступать группа Штейнера (3-й танковый корпус СС). Повернутая с рубежа Эльбы фронтом на восток 12-я армия генерала Венка пробивалась к Берлину с запада и юго-запада. Навстречу ей из района Вендиш-Бухгольца наносила удары 9-я армия Буссе, пробиваясь из окружения на запад.

С 26 апреля начался второй, заключительный этап Берлинской операции — ликвидация обеих окруженных немецких группировок, штурм Берлина и выход советских войск широким фронтом к Эльбе. Советская армия сорвала попытки немецких войск вырваться из окружения или прорвать кольцо извне. Армия Венка была разгромлена, и ее остатки бежали на запад, чтобы сдаться англо-американским войскам. К 1 мая ликвидация франкфуртско-губенской группировки была завершена. Одновременно шли ожесточенные бои по уничтожению окруженных войск в Берлине.

Внутри города было построено более 400 железобетонных сооружений, подготовлены к обороне и максимально использованы с этой целью здания, подземные сооружения, взорваны мосты через реки и каналы. Немецкое командование рассчитывало в упорных боях за каждый дом и квартал перемолоть силы советских войск.

В составе немецкой группировки, окруженной в Берлине, первоначально насчитывалось около 200 тыс. человек. Кроме того, к обороне привлекалось гражданское население, а также многочисленные батальоны фолькс-штурма. В берлинский гарнизон влились солдаты и офицеры из отошедших частей и 32 тыс. полицейских. Общая численность берлинского гарнизона стала превышать 300 тыс. человек. На их вооружении было 3 тыс. орудий и минометов, 250 танков.

В боях за Берлин участвовало до 464 тыс. советских воинов, располагавших свыше 12,7 тыс. орудий и минометов, 2,1 тыс. установок реактивной артиллерии, до 1500 танков и самоходно-артиллерийских установок.

26 апреля окруженная в районе Берлина группировка немецких войск была расчленена на две изолированные части: находящуюся в самом городе и меньшую, в районе островов Ваннае, Потсдам.

Командующий группой армий «Висла» генерал-полковник Хейнрици в 11 часов 45 минут запросил разрешения немецкой ставки на прекращение наступления боевой группы Штейнера из района западнее Ораниен-бурга на Берлин, с тем, чтобы бросить ее дивизии на усиление фронта 3-й танковой армии в Пренцлау.

27 апреля советские войска продолжали наступление. Разгромлена была потсдамская группа противника и взят Потсдам. Бои шли в центральном секторе Берлина.

В Берлине 28 апреля советские войска на ряде участков прорвали немецкую оборону центрального (9-го) сектора. 79-й стрелковый корпус 3-й ударной армии (наступавшей с севера), овладев районом Маобит, вышел к Шпрее севернее центральной части парка Тир-гартен.

5-я ударная армия, наступавшая в направлении к парку Тиргартен с востока, овладев Карлсхорстом и форсировав Шпрее, очистила от немцев Антгальский вокзал и здание государственной типографии. Ее части и подразделения прорывались к площади Александер-платц, к дворцу кайзера Вильгельма, ратуше и имперской канцелярии.

8-я гвардейская армия с боями продвигалась вдоль южного берега Ландвер-канала и приблизилась к южной опушке парка Тиргартен.

В ночь на 29 апреля подразделениями 171-й и 150-й стрелковых дивизий 79-го стрелкового корпуса был захвачен единственный не взорванный немцами мост (мост Мольтке) в полосе наступления 3-й ударной армии. Форсировав по нему Шпрее, части корпуса приступили к подготовке штурма рейхстага, подход к которому прикрывался большими каменными зданиями, откуда немцы вели прицельный артиллерийский и пу-леметно-автоматный огонь. Вначале штурмующие подразделения овладели угловым зданием юго-восточнее моста Мольтке. С утра завязались бои за сильно укрепленные опорные пункты на Кенигс-плаце — здание министерства внутренних дел («дом Гиммлера») и имперский театр. Только к утру следующего дня «дом Гиммлера» был очищен от немецких солдат.

В то же время велись бои за кварталы, прилегающие к зданию министерства внутренних дел. Упорная борьба велась за здание имперского театра (Кроль опера), из которого немцы вели обстрел занятых советскими войсками позиций в районе «дома Гиммлера», а также моста Мольтке.

В 11 часов 30 апреля начался штурм рейхстага частями 79-го стрелкового корпуса. Первые натиски были отражены немцами. В 14 часов 25 минут атакующие подразделения под командованием командиров батальонов К.Я. Самсонова, С.А. Неустроева и В.И. Давыдова достигли здания рейхстага и ворвались в него. Бои в здании рейхстага развертывались с нарастающей силой. Рейхстаг горел. И только утром 2 мая остатки гарнизона рейхстага капитулировали. Немцы потеряли в этих боях убитыми и ранеными до 2500 солдат и офицеров, пленными — 2604.

В то время, когда шли бои за рейхстаг, заканчивалась борьба и в других районах Берлина, а также севернее и западнее него.

Вслед за Герингом и Гиммлером, ранее покинувшими столицу, из нее пытались бежать также другие руководители рейха и вермахта. 30 апреля покончил жизнь самоубийством Гитлер.

Гитлер в своем завещании передал власть новому составу имперского правительства, в котором гросс- адмирал Дениц, назначался рейхспрезидентом, Геббельс — рейхсканцлером, Борман — министром по делам партии, Зейсс-Инкварт — министром иностранных дел, Ханке — министром внутренних дел.

Главнокомандующим сухопутными войсками был назначен генерал-фельдмаршал Шернер, начальником штаба верховного главнокомандования — генерал- полковник Йодль, начальником штаба сухопутных войск — генерал пехоты Кребс.

В ночь на 1 мая в расположение советских штурмующих частей прибыл генерал Кребс, который от имени Геббельса и Бормана обратился к советскому командованию с предложением о временном прекращении военных действий в Берлине с целью создания условий для ведения мирных переговоров между Германией и СССР. Это предложение было доложено маршалу Г.К. Жукову, а затем в Ставку Верховного Главнокомандования.

Генерал Кребс получил ответ, в котором главным являлось требование немедленной и безоговорочной капитуляции берлинского гарнизона. Требование было отвергнуто.

Отказ немецкого командования от безоговорочной капитуляции заставил советские войска начать последний штурм германской столицы. Борьба продолжалась еще день и ночь. В 6 часов 2 мая перешел линию фронта и сдался в плен генерал Вейдлинг, а к 15 час. весь гарнизон сложил оружие. Ликвидация берлинской группировки завершилась. В этот день в районе Берлина было взято в плен до 135 тыс. немецких солдат и офицеров.

В ходе Берлинской операции советские войска разгромили 70 пехотных, 12 танковых и 11 моторизованных дивизий, а также много отдельных частей и подразделений противника.

480 тыс. немецких солдат и офицеров было взято в плен, в качестве трофееев советские войска захватили более 1500 танков и штурмовых орудий, 4500 самолетов, 11 тыс. орудий и минометов.

4. ОСВОБОЖДЕНИЕ ЧЕХОСЛОВАКИИ

ПОЛОЖЕНИЕ В ЧЕХОСЛОВАКИИ

К началу апреля в Чехословакии на фронте немецких групп армий «Юг» и «Центр» складывалась следующая обстановка: на крайнем юге 2-я танковая армия удерживала свои позиции между рекой Драва и озером Балатон. Примыкавшая к ней 6-я армия обороняла фронт до Дуная, 8-я армия располагалась вдоль реки Гран севернее излучины Дуная. В Западных Бес-кидах фронт 8-й армии примыкал к фронту 1-й танковой армии из состава группы армий «Центр», все еще прикрывавшей здесь до района Моравска-Острава Моравские Ворота. 17-я армия в результате прорыва советских войск в конце марта в районе Оппельна была отброшена к хребту Альтфатер. Подходы к Богемии были прикрыты обороной на восточных скатах Судетских гор, а 4-я танковая армия закрепилась вдоль реки Нейсе до ее впадения в Одер.

Советские войска не спешили с последним ударом на соединение с западными державами. Это наступление они намеревались провести несколькими сильными ударными группами. Между рекой Драва и озером Балатон располагались войска 3-го Украинского фронта под командованием Толбухина. Вместе с 2-м Украинским фронтом Малиновского, действовавшим по обе стороны Дуная, Толбухину предстояло осуществить удар на Вену. Из Западных Бескид 4-й Украинский фронт Петрова должен был прорваться на Брно. Конев за счет ослабления своих войск в Судетах сосредоточил крупные силы в районе нижнего течения реки Нейсе. Его главный удар был направлен по району южнее Берлина.

В то время как Конев начал наступление лишь в середине апреля, остальные советские фронты приступили к активным действиям уже в конце марта, чтобы овладеть Веной раньше западных держав.

Три армии немецкой группы армий «Юг» после потерь, понесенных ими в ходе своего мартовского контрнаступления, уже не могли выдержать натиска Красной Армии. Они отходили от рубежа к рубежу, сдерживая наступление советских войск, которые к концу месяца вышли к австрийской границе. Южное крыло фронта Толбухина прижало немецкие войска к восточным отрогам Альп, после чего наступавшие сосредоточили крупные силы южнее озера Нейзидлер, намереваясь через Винер-Нейштадт ударить по Вене.

В это время Малиновский 4 апреля овладел Братиславой и продолжал движение на Вену по северному берегу Дуная. Вена, как и другие города, тоже стала ареной тяжелых уличных боев, но поведение населения, а также отдельных немецких частей, участвовавших в боях за город, было скорее направлено на быстрое окончание боев, чем на сопротивление. Последние очаги сопротивления расчлененных на ряд мелких групп защитников были ликвидированы 13 апреля.

Советские войска теперь начали движение по обе стороны Дуная на запад, пока не встретились с американцами в нижнем течении реки Энс и на линии Линц, Ческе-Будеевице.

Труднее пришлось 4-му Украинскому фронту, который, преодолевая упорное сопротивление 1-й танковой и 17-й армий, к началу мая достиг лишь линии Брно, Оломоуц. Но эта стойкость не принесла обеим немецким армиям никакой пользы. Их судьба зависела не от исхода этих боев против советских войск, а от факторов высшего порядка, на которые они повлиять не могли.

Между тем Конев 16 апреля перешел к прорыву на фронте 4-й немецкой танковой армии. Фронт армии был разорван между Мускау и Губеном. Три слабые танковые дивизии не в состоянии были остановить прорыв. Обращенное фронтом на север немецкое фланговое прикрытие на рубеже Герлиц, Гримма вначале еще держалось.

В ночь с 26 на 27 апреля Гитлер в последний раз связался со штабом немецкой группы армий. Это были дни, когда наступление армии Венка и ее намеченное соединение с 9-й армией вновь оживили уже рухнувшие было надежды Гитлера. Именно в это время Штейнер получил приказ на наступление из района Ораниен-бурга, а 4-я танковая армия должна была помочь «победоносно завершить битву за Берлин».

Так как американцы остановились в районах Хемница и Лейпцига, а советские войска еще не оказывали неудержимого натиска, 4-я танковая немецкая армия в первые дни мая смогла отходить, двигаясь по обе стороны Эльбы, и в течение некоторого времени удерживать горные проходы. Затем группа армий «Центр» попала в отчаянное положение. В то время как в Мекленбурге и на Эльбе бои либо закончились, либо подходили к концу и зажатые между двумя фронтами соединения группы армий «Висла» и 12-й армии в большинстве своем сдавались англо-американцам, группа армий «Центр» все еще располагалась на территории Чехии на рубеже Брно, Оломоуц и далее до Рудных гор. Много дней потребовалось на то, чтобы она смогла отойти за демаркационную линию Ческе-Будеевице, Пльзень, Карловы-Вары.

6 мая в Реймсе Эйзенхауэром был предъявлен ультиматум немецким войскам, в котором он потребовал безоговорочной капитуляции на всех фронтах. Она должна была вступить в силу в полночь с 8 на 9 мая. Не только бои, но и всякие передвижения войск с этого момента запрещались.

Ранее западные союзники стояли на той точке зрения, что не окруженные армии, а лишь отдельные солдаты и офицеры, оказавшиеся в ходе боевых действий прижатыми к англо-американским линиям, могли сдаваться в плен в индивидуальном порядке. Продолжать такую практику после заключения касающейся всех фронтов капитуляции американцы не согласились.

Командование немецкой группы армий «Центр» попыталось организовать массовое бегство трех армий к демаркационной линии, чтобы спасти возможно больше солдат и офицеров от советского плена и восставших чехов. Крупные силы армий успели подойти вплотную к американским войскам. В то время как на Эльбе и в Мекленбурге основной части немецких солдат было разрешено сдаться войскам западных держав и значительные силы групп армий «Юг» и «Юго-Восток» также успели своевременно спастись за демаркационной линией, в Чехии американцы не позволили немецким войскам сдаться им в плен. Американцы остановили немецкие колонны и стали сгонять отступавших во временные лагеря, которые затем были переданы в руки советского командования. Такая участь постигла примерно два миллиона немецких солдат из состава трех групп армий в Чехии, Моравии, Австрии и Югославии.

МАЙСКОЕ ВОССТАНИЕ ЧЕХОВ

В апреле 1945 г. был создан из представителей различных направлений движения Сопротивления Чешский национальный совет как руководящий орган чешского движения Сопротивления. 30 апреля на заседании Национального совета был обсужден ход подготовки к восстанию, которое намечалось на 7 мая. Но уже с 1 мая в ряде городов и населенных пунктов вспыхнули стихийные выступления против оккупантов.

1—3 мая в ряде мест Северо-Восточной Чехии (Пршеров, Нимбурк, Железни-Брод, Илемнице, Семи-ли, Нова-Пка и др.) произошли выступления населения, поддержанные партизанами. 2 и 3 мая партизаны освободили своими силами города Бероун, Пршибрам и ряд сел. 4 мая выступили рабочие Кладно, захватившие в свои руки заводы. На следующий день в большинстве населенных пунктов Кладненской области было провозглашено восстание свободной Чехословацкой республики. В тот же день поднялись рабочие заводов Шкода в Пльзене.

Особенно напряженной была обстановка в Праге.

4 мая произошли первые вооруженные столкновения жителей столицы с немецкими войсками. Участились случаи разоружения немецких солдат.Население Праги отказывалось принимать немецкие деньги, срывало надписи на немецком языке, вывешивало национальные чехословацкие флаги. 5 мая стихийные выступления переросли в восстание, начавшееся ранее намеченного срока.

В первый день восстания в Праге Чешский национальный совет официально известил о конце «протектората» и взятии власти. Национальный совет призвал население Праги строить баррикады — к утру 6 мая было построено их 1.600. Были разоружены несколько частей немецких войск, захвачены почта, центральная телеграфная станция, важнейшие мосты, вокзалы, здания радиостанции.

Преодолев замешательство, вызванное внезапностью, немцы сосредоточили в Праге крупные силы. Командующий группой армий «Центр» Ф. Шернер отдал приказ любыми средствами подавить восстание. 7 мая немецкие войска, использовав перевес в силах, захватили ряд баррикад и прорвались в центр города. Германские самолеты и артиллерия обстреливали Прагу, угрожая превратить ее в развалины. 8 мая эсесовцы захватили Народный дом и арестовали редакцию «Руде Право». Положение восставших резко ухудшилось. В это время к столице Чехословакии подошла Красная Армия, планировавшая занять Прагу, окружить и взять в плен крупную стратегическую группировку немецких войск.

Наступление советских войск началось 6 мая, на сутки раньше запланированного срока. В этот день обрушили на немецкий пражский гарнизон мощный удар войска 1-го Украинского фронта. Действовавшие в первом эшелоне ударной группировки фронта 3-я и 4-я Гвардейские танковые армии наступали из района северо-западнее Дрездена через Рудные горы. С юго-востока, из района Брно, двигались к Праге войска 2-го Украинского фронта, включившиеся в операцию 7 мая.

В районе г. Оломоуца, прикрывавшего пути к столице Чехословакии с востока, продолжали наступать войска 4-го Украинского фронта.

Рано утром 9 мая соединения обеих танковых армий 1-го Украинского фронта вошли в Прагу. К 10 часам этого дня столица Чехословакии была очищена от немецких войск. Во второй половине дня в Прагу вступи-

ли и подвижные войска 2-го Украинского фронта. Немецкая группировка оказалась в окружении восточнее города. В течение 10 и 11 мая советские войска вели бои с целью пленения противника и выхода на согласованную линию встречи с американскими войсками на рубеже Хемниц, Карповы Вары, Пльзень, Ческе-Бу-деевице.

Восстание в мае 1945 г. стало высшей точкой чешского национально-освободительного движения.

5. БЕЗОГОВОРОЧНАЯ КАПИТУЛЯЦИЯ ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ

ОВЛАДЕНИЕ ЮЖНОЙ ГЕРМАНИЕЙ

С большого плаодарма, захваченного американскими армиями после форсирования Рейна и простиравшегося от Мангейма до реки Зиг, кроме 3-й армии Паттона, начала наступление и 7-я американская армия. Ее задача заключалась в том, чтобы, совершив глубокий обход и взаимодействуя с находящейся на Рейне 1-й французской армией, взломать Рейнский фронт южнее Мангейма вплоть до Базеля и овладеть Южной Германией.

Перед обеими союзными армиями по обе стороны реки Майн оборонялись лишь остатки 7 немецкой армии, а на Рейне — сильно потрепанные 1-я и 19-я армии. Они подобрали на восточном берегу Рейна рассеявшиеся в результате прошедших боев подразделения и влили их в свои совершенно обескровленные дивизии вместе с последними маршевыми батальонами, отрядами фолькштурма, расформированными училищами и аэродромными подразделениями ВВС. Выдержать наступление крупных сил противника эти соединения, конечно, не могли. Снабжение и боеприпасы они должны были получать с остававшихся еще в Южной Германии складов.

Эйзенхауэр поставил перед 7-й армией задачу как можно скорее выйти на рубеж Людвигсбург, Крайльсгейм, Нюрнберг, Байрейт. Выполняя этот приказ, 7-я армия нанесла удар по едва прикрытому северному флангу 1-й немецкой армии. Ее правый сосед — оборонявшаяся в долине Майна

7-я немецкая армия — смог оказать лишь эпизодическое сопротивление, в результате чего американцы продвигались здесь и в районе Оденвальда довольно быстро. 1-я немецкая армия была вынуждена оттянуть на восток свой северный фланг и постоянно его растягивать. Она пыталась замедлить продвижение американцев, удерживая естественные рубежи между реками Майн и Неккар, однако была к 10 апреля оттеснена примерно на рубеж, намеченный Эйзенхауэром в качестве ближайшей задачи своих армий.

Все же 1-й немецкой армии удалось сохранить в своих рядах порядок и даже отрезать фланговыми ударами одну прорвавшуюся на Крайльсгейм американскую танковую дивизию от ее тылов и заставить ее с боем отойти назад к своим войскам. Оборонявшаяся южнее 19-я немецкая армия, после того как 1-я армия

10 апреля оставила Карлсруэ, включилась своим северным флангом в отход своего северного соседа и образовала между Хейльбронном и Баден-Баденом слабый заслон фронтом на север. В последующие дни давление американцев усилилось, и в особенности на восточный фланг 1-й армии.

3-я армия Паттона во время своего наступления через Эйзенах и Эрфурт на Хемниц встретила лишь слабое сопротивление и повернула крупными силами через Тюрингенский лес на юго-восток. Теперь эти силы рвались через Байрейт к юго-западным склонам Богемского леса и одновременно создавали угрозу флангу и тылу 1-й немецкой армии. Этой армии, испытывавшей сильный натиск противника также и с фронта, оставалось только постепенно отходить с боями к Дунаю. Завязались ожесточенные пятидневные бои за Нюрнберг, который, согласно приказу Гитлера, должен был обороняться до последней возможности. Подразделения ВВС и один эсэсовский полк усилили местный армейский гарнизон и фольксштурмовцев и удерживали город до 20 апреля.

Используя все возможное, перебрасывая силы на наиболее угрожаемый восточный фланг и пополняя свои тающие войска новыми подразделениями из резерва и расформированных училищ, 1-я немецкая армия с тяжелыми потерями отошла за Дунай на участке Регенсбург, Донауверт и заняла оборону по правому берегу реки вплоть до Пассау.

19-й армии, ослабленной за счет выделения частей для поддержки 1-й армии, не удалось отойти в полном порядке. Прорыв американцев через Хейльбронн на Ульм смял ее восточный фланг. После того как французы 21 апреля ударом с запада взяли Штутгарт, пробились через Шпарцвальд и, обходя его с юга, вышли между Рейном и Дунаем к Боденскому озеру, 19-й армии лишь частично удалось укрыться за Дунаем, значительные же ее силы были окружены в районах Штутгарта и Мюн-зингена, а также на южных скатах Шварцвальда. Остатки войск этой армии ушли в Альпы.

Аналогично развивались и последние бои 1-й немецкой армии, когда американцы после 26 апреля форсировали Дунай в районах Донауверта, Инголыптадта и Регенсбурга, а из района Ульма французские и американские соединения нанесли охватывающий удар по западному флангу армии. Фронт армии был разорван, войска окружены. Отдельные группы, которым удалось уйти, были либо окружены в результате параллельного преследования, либо укрылись в горных долинах Альп, где последние отряды держались до всеобщей капитуляции.

Между тем крупные американские силы прорвались через Партенкирхен на Инсбрук, окружили здесь последние остатки 1-й армии и частично двинулись к перевалу Бреннер, где 4 мая соединились со своими войсками, подошедшими из Италии.

Пока завершался захват Южной Германии, 3-я американская армия нанесла удар по обе стороны Дуная и через Богемский лес с выходом к нижнему течению реки Энс и на рубеж Линц, Ческе-Будеевице, Пльзень, Карловы-Вары, где и остановилась. Она поставила в безвыходное положение ведшие бои фронтом на восток немецкие соединения, ввиду чего последние в начале мая стали отходить на американский фронт в надежде избежать пленения советскими войсками.

ПОСЛЕДНИЕ БОИ НА ДВА ФРОНТА

После того как в последние дни апреля освобождение Берлина было признано невыполнимым даже самыми упорными сторонниками этой операции и всякие попытки в этом направлении прекращены, в Северной Германии оставалось еще три очага сопротивления: группа армий «Висла» в Мекленбурге и Северном Бранденбурге, соединения на Нижней Эльбе, находившиеся в распоряжении командующего немецкими войсками на Северо-Западе, и 12-я армия южнее Потсдама.

Группа армий «Висла» к утру 2 мая, сохранив свой фронт непрорванным, вышла в результате отхода примерно на рубеж Виттенберге, Пархим, Бютцов, Бад-До-беран. Группа армий Монтгомери, захватившая еще в предшествующие дни плацдармы на почти не оборонявшейся немецкими войсками Эльбе, перешла в наступление в направлении Балтийского побережья и провинции Шлезвиг-голыптейн. Для прикрытия своего продвижения она выдвинула на восток один корпус американцев, который в течение 2 мая достиг рубежа Людвигслуст, Шверин, Висмар.

Вследствие этого удара по незащищенному тылу группы армий «Висла» последняя оказалась всего лишь на расстоянии 20—30 км от фронта советских войск. В тот же день командующие обеими армиями — 21-й и 3-й танковой, не дожидаясь начала переговоров о повсеместном прекращении огня, установили личный контакт с американцами и добились того, что их повернутые фронтом против Красной Армии войска получили право, сложив оружие в ходе дальнейшего отступления, перейти линию фронта американцев. Обе армии были спасены от безоговорочной капитуляции на поле боя, которая неизбежно привела бы их в плен к советским войскам. Их главные силы в самый последний момент исчезли за американским фронтом.

Немецкие соединения в районе Гамбурга, поддержанные последними вылетами немецкой авиации, оказали еще кратковременное сопротивление форсировавшим Эльбу в районе Лауэнбурга англичанам, но затем, под впечатлением известия о смерти Гитлера, прекратили сопротивление. Гамбург был без боя занят англичанами и избавлен от дальнейших разрушений. 2 мая бои в этом районе и западнее, вплоть до реки Везер, прекратились.

Англичане остановились на рубеже, проходившем севернее Любека и Гамбурга. Особых действий с немецкой стороны, предшествующих общей капитуляции, здесь не требовалось, т. к. фронта против советских войск не было.

Совершенно иным было положение 12-й немецкой армии южнее Потсдама. Прикрыв 1 мая отходящие разбитые войска 9-й немецкой армии, она попала примерно в такое же положение, как и группа армий «Висла». Осложняющим моментом было то, что американцы стояли за такой водной преградой, как Эльба, форсирование которой следовало не только организовать технически, но и согласовать с американцами. В сложившейся обстановке наиболее благоприятным пунктом для переправы был район Тангермюнде. Обороняемый рубеж на реке Хафель обеспечивал некоторую защиту с тыла, который подвергался опасности лишь под Хафельбергом, где советские войска оказывали сильное давление. Сюда 12-я немецкая армия перебросила на автомашинах одну дивизию, сняв ее с южного фланга.

В течение 2 мая 12-я немецкая армия, прикрываясь арьергардами, начала отступление и проводила его в расчете на быстрый отрыв от преследовавших советских войск почти непрерывными дневными и ночными переходами. Пока походные колонны выходили на Эльбу, штаб армии вошел в переговоры с американцами в районе Стендаля. Он просил разрешения о переправе через Эльбу всей армии, включая также вольнонаемный состав и взятых ею под защиту беженцев. В разрешении на переправу беженцев было отказано.

5 и 6 мая были использованы на то, чтобы под защитой большого предмостного укрепления в районе Ферхланд, Тангермюнде, восточнее Стендаля, переправить через Эльбу многочисленных раненых и больных, в том числе и небоеспособные остатки 9-й немецкой армии.

7 мая переправы были освобождены для переброски последних ведущих бой частей, и в тот же вечер немецкая армия полностью оказалась на западном берегу Эльбы.

ПРАВИТЕЛЬСТВО ДЕНИЦА

В обстановке крушения рейха финансовая олигархия Германии видела непосредственную задачу в том, чтобы, всемерно удерживая фронт против наступавшей Советской Армии, дать возможность англо-американским войскам оккупировать как можно большую часть Германии. Путь к решению и стратегических, и тактических задач эти круги видели в скорейшем создании и функционировании такого правительства, которое было бы признано законным западными державами.

23 апреля Шпеер появился в бункере имперской канцелярии и имел с Гитлером продолжительную беседу. От имени крупных промышленников он потребовал назначения на пост преемника Гитлера не кого-либо из числа нацистских бонз, претендовавших на это, — Гиммлера, Бормана, Геринга, Геббельса, а командующего военно-морским флотом адмирала Деница.

Дениц пользовался влиянием в вооруженных силах, и можно было надеяться, что его приказы будут выполняться. Но главное заключалось в другом. Дениц не только деловыми, но и родственными узами был тесно связан с финансово-промышленной элитой Германии. Он приходился племянником жене крупнейшего монополиста Гуго Стиннеса.

Шпеер и стоявшие за ним круги не без оснований полагали, что на посту преемника Дениц окажется фигурой, приемлемой для западных держав. Гитлер согласился с кандидатурой Деница. Тут же был согласован и вопрос о других ключевых постах в будущем правительстве. Помимо поста президента и верховного главнокомандующего за Деницем закреплялось кресло военного министра. Пост министра финансов был закреплен за Шверин фон Крозигом. Хотя по настоянию Гитлера в правительстве были оставлены члены его ближайшего окружения — Геббельс (в качестве канцлера) и Борман (в качестве министра по делам нацистской партии), последние со взятием советскими войсками 2 мая 1945 г. Берлина никакого влияния на деятельность возглавляемого Деницем правительства оказать не могли.

В подземелье имперской канцелярии в последние дни существования нацистского рейха еще не раз возвращались к вопросу о преемнике Гитлера. И «человека, более приемлемого для западного мира», чем Дениц, и в то же время преданного нацизму, найти не удалось. 30 апреля 1945 г., через несколько минут после самоубийства Гитлера, Борман направил в штаб-квартиру Деница, расположенную в двух бараках на окраине Плена, небольшого городишка близ границы с Данией, телеграмму о его назначении «преемником фюрера».

Дениц и стоявшие за ним круги не собирались прыгать в пропасть вслед за фюрером. Создать платформу для осуществления внешнеполитических мероприятий, нацеленных на достижение антисоветского союза с западными державами, который в сложившихся условиях, естественно, ставил Германию в зависимое и подчиненное от США и Великобритании положение, — на это была направлена вся деятельность преемнйка и возглавляемого им правительства. «Дениц надеялся, — пишет западногерманский историк М. Штайнерт, — что смерть Гитлера положит начало новому развитию, которое делает возможным приостановку применения силы на Западе, но продолжение борьбы на Востоке, возможно даже при поддержке Запада».

Прежде всего принимались меры, чтобы придать новому правительству демократический вид. Дениц категорически отказывает Гиммлеру в просьбе сохранить за ним положение «второго человека» в государстве. Вместо Риббентропа пост министра иностранных дел занимает другой член германского правительства — бывший министр финансов граф Шверин фон Крозиг.

5 мая Дениц назначает его также канцлером и министром финансов.

«Единства государства и партии больше не существует», — объявил Дениц.

Первый приказ Деница по вермахту от 2 мая 1945 г. был обращен не столько к немецким войскам, сколько к Лондону и Вашингтону. «Я принимаю верховное командование над всеми частями немецкого вермахта, — говорилось в нем, — преисполненный решимости продолжать борьбу против большевиков». В опубликованном в тот же день воззвании к населению содержался призыв к правительствам в Лондоне и Вашингтоне сесть за стол переговоров за спиной Советского Союза: «Только с этой целью вооруженная борьба будет продолжаться дальше. До тех пор, пока англичане и американцы будут препятствовать этой цели, мы должны также обороняться и вести борьбу против них дальше».

Деница поддерживал канцлер Крозиг. «Мир может жить в мире, — говорил он по радио Фленсбурга, — лишь в том случае, если большевистская волна не захлестнет Европу. Германия — защитный вал Европы. Она может защитить Европу от большевизма, если есть тыл».

Перед вызванным в Фленсбург фельдмаршалом Кейтелем и генералом Йодлем Дениц поставил задачу: «Центр тяжести военных действий совершенно очевидно лежит на Востоке. Необходимо сделать все возможное в военном отношении, чтобы остановить русское наступление в Мекленбурге или по крайней мере задержать как можно дольше».

Дениц потребовал от Кейтеля и Йодля любой ценой хотя бы на несколько дней оттянуть окончательное крушение германского фронта на Востоке. Остаткам вермахта отдается приказ: «Необходимо продолжать борьбу с целью политического выигрыша времени». В развитие этого приказа частям группы армий «Висла», все еще сражавшимся против Советской Армии к северу и западу от Берлина, Дениц приказал «удерживать позиции любой ценой», а группировке немецких войск, засевшей в Чехословакии, «сомкнуть все фронты в кольцо, сосредоточив основные усилия на Восточном фронте, удерживать позиции, с тем чтобы не допустить занятия большевиками возможно большей территории».

По существу, в дипломатии Деница не было ничего нового.

Первоочередная задача дипломатии Деница — используя антисоветские устремления определенных влиятельных кругов на Западе, сохранить неоккупированной хотя бы часть Германии и легализовать правительство в международно-правовом плане.

Для этого было необходимо:

Во-первых, переговоры с Западом начинать не с открытого обращения к правительствам США и Великобритании, которые связаны с СССР соглашениями, предусматривающими безоговорочную капитуляцию фашистской Германии, а с установления прямых контактов с командующими союзными войсками на немецкой территории — генералом Эйзенхауэром и его заместителем фельдмаршалом Монтгомери.

Во-вторых, переговоры с Эйзенхауэром и Монтгомери сразу же использовать для разъяснения политической программы, «которая была бы приемлема для западных держав и в качестве таковой могла быть представлена Советскому Союзу». Она предусматривала «сохранение немцев в их границах в Европе, тесное сотрудничество европейских народов» и «устранение внутри Германии элементов, мешающих сотрудничеству с другими народами».

Таким образом, правительство Деница хотело иметь Германию (конечно, находящуюся под англо-американским контролем), которая включала бы «всех немцев», что означало: французские провинции Эльзас и Лотарингию, Австрию, западные районы Чехословакии, западные земли Польши, литовскую Клайпеду...

481

16 Зак. 1543

Риббентроп утверждал: «Бессмысленно делать англичанам официальные предложения, заявляя им, что мы будем драться лишь против русских. Одного слова Сталина будет достаточно, чтобы побудить англо-американцев немедленно прервать переговоры на такой базе. Ясно, что в открытой форме союзников разделить нельзя, а только если мы будем развивать тезис о договоренности со всеми союзниками, в том числе и с русскими. Мы должны так действовать, чтобы дать возможность англо-американцам сохранить свое лицо. Это значит, что англо-американцы должны получить возможность представить русским немецкие предложения в такой форме, что русские не могли бы их опротестовать, хотя они точно знают, что такая англо-американская сделка — отказ от оккупации Шлезвиг-голыптейна — не в интересах Советского Союза и имеет далеко идущее политическое содержание».

Предлагалось «обратиться к англо-американцам с предложением заключить соглашение военного характера о Шлезвиг-голыптейне, Дании и, возможно, Норвегии, согласно которому Дания и Норвегия будут постепенно очищены от наших войск, зато Шлезвиг-голыптейн или часть его не будут оккупированы, чтобы имперское правительство могло функционировать как независимое правительство». Риббентроп советовал, не мешкая, послать парламентеров к Эйзенхауэру и Монтгомери, чтобы склонить их «к такому частичному военному соглашению. Если подобное соглашение, какую бы форму оно ни приняло, будет достигнуто, то это было бы первым серьезным шагом в направлении отхода от требования безоговорочной капитуляции. Постепенно можно было бы действовать и дальше». Риббентроп предупредил Деница о необходимости соблюдать крайнюю осторожность: «Открытая проангло-американская и антисоветская позиция могла бы только очень затруднить наведение мостов с Западом».

2 мая 1945 г. правительство Деница пытается приступить к осуществлению внешнеполитической программы, сформулированной для него Шпеером и Риббентропом. Во Фленсбурге было ясно, что США и Великобритания не согласятся на формальное прекращение военных действий на Западе при одновременном их продолжении на советско-германском фронте. Поэтому правительство Деница стремилось реализовать капитуляцию немецких войск в виде чисто военных мероприятий — капитуляции перед англо-американцами частями отдельных соединений вермахта — корпусов, армий, групп армий. «Учитывая бесперспективность дальнейшей борьбы, — разъяснял Дениц своему окружению, — желательно прекратить военные действия против англосаксов...

Проведению в жизнь этого плана противоречит требование полной и безоговорочной капитуляции... Нашей целью является капитуляция только на западном фронте. Но поскольку политическая связь союзников между собой не позволяет нам добиться этой цели официальным путем через высшие инстанции, то следует попытаться осуществить это постепенно — через группы армий. Для этого целесообразно воспользоваться уже завязанными связями».

Дениц в самой категорической форме потребовал от немецких властей и командиров воинских частей все переговоры о капитуляции вести только с его согласия и при получении его полномочий. Он дезавуировал капитуляцию немецких войск на итальянском фронте, подписанную 29 апреля 1945 г. от имени командующего группой армий «Ц». Генерал Фитингоф был уволен, а новый командующий генерал Шульц получил из Фленсбурга предписание возобновить переговоры о капитуляции своих войск уже от имени правительства Деница. Капитуляция вновь была подписана 2 мая 1945 г.

В тот же день правительство Деница начинает свою дипломатическую акцию — под флагом военных переговоров о частичной капитуляции немецких войск втянуть западные страны в политические переговоры с Фленсбургом. На вечернем заседании было решено «как можно скорее начать переговоры с Монтгомери».

В ночь на 3 мая официальная германская делегация в составе нового командующего германскими военно-морскими силами адмирала флота Фридебурга, контр-адмирала Вагнера, генерала Кинцеля перешла линию фронта на участке англо-американской 21-й группы армий. Переговоры германской военной делегации с командующим группой армий фельдмаршалом Монтгомери привели к соглашению между англо-американским и немецким командованием. Оно предусматривало безоговорочную капитуляцию всех германских вооруженных сил в Голландии, в Северо-Западной Германии и на прилегающих островах, в том числе на Фризских и Гельголанде, в Шлезвиг-голыптейне и Дании. В протоколе было оговорено, что она будет проведена независимо от каких-либо общих соглашений о капитуляции, которые могут быть заключены от имени союзных держав в отношении Германии в целом.

Соглашение о капитуляции на севере вступило в силу утром 5 мая. Оно давало немецкому командованию возможность продолжать в этом районе боевые действия против Советских Вооруженных сил, наступавших с востока. Это обстоятельство было особо подчеркнуто Кейтелем, который указывал в секретном приказе, изданном 5 мая, сразу же после прекращения военных действий в зоне северной группировки германских войск: «Складывая оружие в Северо-Западной Германии, Дании и Голландии, мы исходим из того, что борьба против западных держав потеряла смысл. Однако на Востоке борьба продолжается».

Таким образом, соглашение, заключенное Монтгомери, было нелояльным по отношению к Советскому Союзу.

4 мая капитулировали остатки немецких армий на Эльбе. Американский представитель, отказавшись принимать в этом районе массовую капитуляцию, заявил, что солдаты могут сдаваться индивидуально американским частям. На таких условиях американцам сдалось до 100 тыс. человек.

Подписав акт о частичной капитуляции на севере, Фридебург отправился в Реймс, в ставку главнокомандующего союзными войсками на Европейском континенте Эйзенхауэра, с тем, чтобы добиться капитуляции на тех же условиях для южной группировки немецкой армии. Такое соглашение фактически означало бы окончание всякого сопротивления Германии на Западе при продолжении военных действий на Востоке.

Переговоры, начатые Фридебургом, продолжил генерал Йодль. Однако Эйзенхауэр, понимая, что такого рода урегулирование будет равнозначно открытому разрыву с Советским Союзом, потребовал от германских уполномоченных подписать капитуляцию на всех фронтах. После некоторых колебаний Дениц дал Йодлю санкцию на подписание общей безоговорочной капитуляции на всех фронтах. Одновременно с согласием на подписание общей капитуляции Дениц дал по радио указание Кессельрингу, а также командующим группами армий Шернеру, Рендуличу и Леру «отвести как можно скорее с Восточного фронта на Запад все, что только возможно», и «в случае необходимости с боем прорываться-через советские линии».

ПОДПИСАНИЕ АКТА О БЕЗОГОВОРОЧНОЙ КАПИТУЛЯЦИИ

Утром 7 мая в ставке Эйзенхауэра в Реймсе был подписан предварительный протокол о безоговорочной капитуляции всех сухопутных, морских и воздушных вооруженных сил Германии. Генеральный акт был йод-писан в поверженном Берлине.

8 мая 1945 г. в предместье Берлина Карлсхорсте в присутствии представителей вооруженных сил: Советского Союза — маршала Советского Союза Г.К. Жукова, Англии — главного маршала авиации А. Тед-дера, Соединенных Штатов Америки — генерала К. Спаатса, Франции — генерала де Латр де Тассиньи — уполномоченные германского верховного командования генерал-фельдмаршал Кейтель, адмирал флота Фридебург и генерал-полковник авиации Штумпф подписали акт о безоговорочной капитуляции Германии.

После подписания акта о капитуляции с 9 по 17 мая 1945 г. советским войскам сдались в плен 1390 тыс. человек.

Война в Европе окончилась.

6. УСТАНОВЛЕНИЕ СОЮЗНЫМИ ДЕРЖАВАМИ КОНТРОЛЯ НАД ГЕРМАНИЕЙ И АВСТРИЕЙ

ЛИКВИДАЦИЯ ПРАВИТЕЛЬСТВА ДЕНИЦА

После подписания акта о безоговорочной капитуляции Германии правительство Деница продолжало находиться у власти. Выступая по фленсбургскому радио 12 мая, Дениц заявил, что он останется во главе Германии, пока немецкий народ не изберет «нового фюрера».

Правящими кругами Соединенных Штатов и Англии была предпринята попытка использовать это правительство в качестве ядра для создания государственной администрации в послевоенной Германии. 13 мая 1945 г. во Фленсбург прибывает состоящая из англичан и американцев Союзная контрольная комиссия по делам верховного командования вермахта. Глава комиссии генерал-майор американской армии Ловел Руке заявил Деницу, что Эйзенхауэр вызывает к себе в ставку представителя его правительства и что ему поручено сотрудничать с Деницем.

18 мая Дениц передает прибывшему во Фленсбург Р.Мэрфи специальный документ «О правовых основах моего назначения главой государства».

16 мая 1945 г. главой Советского правительства было дано указание ускорить отправку советской делегации в контрольную комиссию во Фленсбург, которая должна была потребовать от союзников ареста всех членов правительства Деница, а также сотрудничавших с ним немецких генералов и офицеров. 17 мая советские представители в контрольной комиссии прибыли во Фленсбург. Они потребовали передать им копии всех документов, полученных союзниками.

В этой ситуации Эйзенхауэр посчитал, что подходящий момент для ареста Девица и членов его правительства наступил.

Утром 23 мая 1945 г. батальон английской военной полиции занял Фленсбург. Дениц и все члены его правительства были арестованы, а документы конфискованы. В этот день было арестовано, а затем препровождено в следственную тюрьму в Бад-Мондорф свыше трехсот политиков, генералов и офицеров. В извещении союзного командования говорилось, что Дениц и другие члены правительства взяты под стражу как военнопленные.

5 июня 1945 г. представители правительств Советского Союза, США, Великобритании и Франции подписали в Берлине декларацию о поражении Германии.

ДЕКЛАРАЦИЯ О ПОРАЖЕНИИ ГЕРМАНИИ

Поскольку проблемы, связанные с оккупацией Германии, требовали неотложного решения, представителями Советского Союза, Соединенных Штатов Америки, Англии и Франции была согласована и подписана 5 июня Декларация о поражении Германии и принятии на себя верховной власти в отношении Германии правительствами четырех союзных держав.

В декларации указывалось, что ввиду отсутствия в Германии центрального правительства или власти, способной взять на себя ответственность за сохранение порядка, управление страной и за выполнение требований держав-победительниц, правительства СССР, США, Англии и Франции берут на себя верховную власть в Германии. Декларация требовала от Германии в соответствии с ее безоговорочной капитуляцией полного прекращения военных действий, сдачи оружия, выдачи нацистских лидеров и военных преступников, а также возвращения всех военнопленных.

Декларация о поражении Германии послужила юридическим документом для законодательной и административной деятельности, осуществлявшейся оккупационными властями на германской территории в первые послевоенные годы.

Между четырьмя державами было заключено также соглашение о контрольном механизме в Германии. Соглашение предусматривало образование Контрольного совета, состоящего из главнокомандующих советской, американской, английской и французской зонами оккупации. Задачей Контрольного совета, принимающего решения единогласно, должно быть согласование действий отдельных главнокомандующих в соответствующих зонах, а также достижение согласованных решений по главным вопросам, касающимся Германии в целом.

Особенно важным было то, что четыре державы рассматривали Германию как единую страну, имея в виду создание центральной германской администрации. Была распущена комиссия, созданная в соответствии с ялтинскими решениями для изучения проблемы расчленения Германии. Ввиду того, что местом пребывания Контрольного совета был определен Берлин, было решено поставить его как столицу Гемании под совместное управление межсоюзнической комендатуры, действующей под общим руководством Контрольного совета.

Для осуществления этих соглашений с 1 июля 1945 г. начался отвод американских войск из советской зоны. В то же время войска Соединенных Штатов, Англии и Франции были введены в соответствующие секторы Большого Берлина.

СССР, Соединенные Штаты, Англия и Франция заключили также соглашение о контрольном механизме и зонах оккупации Австрии. Подлежала оккупации страна в границах 1937 г.: советские войска заняли северо-восточную зону, американские — южную зону. В столице Австрии Вене для войск каждой из четырех оккупирующих держав выделялся свой сектор, а центральный район города — Иннере Штадт оккупировался совместно. Войска Соединенных Штатов, Англии и Франции вступили в Вену 25 августа 1945 г. Для управления городом была создана межсоюзническая комендатура.

Верховным контрольным органом в Австрии являлся Союзнический совет, состоявший из четырех главнокомандующих оккупационными войсками. Каждому из них принадлежала полная власть в своей зоне оккупации. Действуя совместно в составе Союзнического совета, они принимали решения, касающиеся страны в целом, и должны были обеспечить согласованную со-

юзную политику в отношении Австрии. Решения в Союзническом совете принимались единогласно.

Задачи оккупации Австрии сводились к следующему: добиться ее отделения от Германии, обеспечить скорейшее создание центрального австрийского административного аппарата, подготовить почву для образования свободно избранного австрийского правительства. В этой связи предусматривалось, что, когда министерства центральной австрийской администрации будут достаточно работоспособными, им надлежит взять на себя соответствующие функции, касающиеся страны в целом, и выполнять их под наблюдением оккупирующих держав.

КОНФЕРЕНЦИЯ В САН-ФРАНЦИСКО

Последняя фраза заявления, опубликованного по окончании Ялтинской конференции 13 февраля 1945 г.г гласила: «Победа в этой войне и образование предполагаемой международной организации представляют самую большую возможность во всей истории человечества для создания в ближайшие годы важнейших условий такого мира».

Таким образом, поскольку основные проблемы были уже согласованы между великими державами, оставалось совершить заключительный акт — провести на основе представленного проекта утверждение Устава новой международной организации всеми ее участниками. Эта задача была поставлена перед конференцией Объединенных наций по созданию международной организации, которая началась в Сан-Франциско 25 апреля 1945 г. и закончилась 26 июня 1945 г. подписанием Устава ООН, вступившего в силу 24 октября 1945 г.

В работе конференции приняли участие представители 50 государств.

Председательствовали на конференции поочередно главы делегаций четырех приглашающих держав (СССР, Англия, Китай и Соединенные Штаты Америки). Официальными языками конференции были признаны английский, французский, русский, китайский и испанский. Таким образом, было закреплено мировое значение русского языка как дипломатического.

Одним из первых актов конференции было единогласное решение о включении Украинской и Белорусской Советских Социалистических Республик в качестве го-сударств-основателей в Организацию Объединенных Наций. Но в то же время американской делегации, опиравшейся на голоса 19 латиноамериканских стран, удалось отклонить предложение Советского Союза о приглашении на конференцию польского (варшавского) правительства и добиться решения о приглашении Аргентины, правительство которой в годы войны занимало позицию, благоприятную державам фашистского блока.

На рассмотрение конференции был представлен проект Устава, разработанный в Думбартон-Оксе и дополненный так называемой ялтинской формулой о принципе единогласия пяти постоянных членов Совета Безопасности.

Однако в ходе дискуссии в Сан-Франциско возникли трудности интерпретационного характера, которые потребовали дополнительной работы и разъяснения. Наметившиеся разногласия касались трактовки «ялтинской формулы» голосования в Совете Безопасности. В результате дискуссии государства, приглашающие на конференцию (четыре великие державы), приступили к разработке совместной официальной интерпретации «ялтинской формулы». В ходе этой работы Советский Союз придерживался точки зрения, что решение о начале

дискуссии и рассмотрения в Совете Безопасности представленного ему конфликта является решением по существу, а не процедурным.

Дело в том, что при решении вопросов по существу действовал, в соответствии с «ялтинской формулой», принцип единогласия великих держав. Поэтому, если признавать решение о начале дискуссии и рассмотрении в Совете Безопасности какого-нибудь конфликта решением по существу, то тем самым для принятия такого решения необходимо, чтобы за него высказались пять великих держав.

Противники такого рода интерпретации «ялтинской формулы», и в частности Соединенные Штаты, доказывали, что решение о рассмотрении вопроса в Совете Безопасности является процедурным решением. А «ялтинская формула» предусматривала, что решения по процедурным вопросам Совет Безопасности принимает большинством в семь голосов без обязательного единогласия великих держав. Следовательно, в соответствии с этой интерпретацией «ялтинской формулы» голос одного из постоянных членов Совета Безопасности не мог помешать дискуссии и рассмотрению конфликтов в Совете Безопасности.

Острую дискуссию вызвал вопрос о порядке голосования в Совете Безопасности. Ряд государств (Австралия, Канада и некоторые латиноамериканские государства) выступил против единогласия великих держав при принятии Советом Безопасности рекомендаций. Четыре приглашающих державы — Советский Союз, Англия, Соединенные Штаты Америки и Китай — выступили с разъяснением существа «ялтинской формулы». Поправки, имевшие целью ограничить или ликвидировать право вето при рассмотрении в Совете Безопасности вопроса по существу, были отклонены.

Одной из проблем, в отношении которых конференция в Сан-Франциско внесла новые элементы и поправки в сравнении с проектом, разработанным в Дум-бартон-Оксе, был вопрос о региональных соглашениях. Говоря о проблемах, согласованных в Думбартон-Оксе, мы упоминали, что в принятом проекте существование региональных соглашений и организаций предусматривалось с тем условием, что такие соглашения или организации и их деятельность будут соответствовать целям и принципам всеобщей организации.

В связи с этим было постановлено, что Совет Безопасности, во-первых, должен поощрять мирное урегулирование местных споров при помощи региональных организаций, во-вторых, использовать эти организации для принудительных действий, причем региональные организации не могут осуществлять их без полномочия от Совета Безопасности, в-третьих, наконец, располагать полной информацией действий, предпринятых или намечаемых в рамках региональных организаций.

В связи с этими постановлениями, принятыми в Думбартон-Оксе, на конференции в Сан-Франциско возник вопрос относительно роли, которую региональные соглашения и организации призваны играть в будущих международных отношениях мирного периода. Ставился вопрос о том, как, не ослабляя существующих региональных связей и не отказываясь от использования авторитета региональных организаций в целях сохранения мира, не уменьшить значения и на подорвать верховенства всеобщей международной организации.

В ходе обсуждения данного вопроса в Сан-Францис-ко принимался во внимание факт существования двух региональных организаций. За несколько недель до начала конференции в Сан-Франциско закончилась панамериканская конференция в Мехико (21 февраля —

8 марта 1945 г.), которая приняла постановление, что «всякое покушение государства против целостности, или территориальной неприкосновенности, или суверенитета, или политической независимости американского государства... будет рассматриваться как акт агрессии против других государств, подписавших настоящий документ». Далее же констатировалось, что это региональное соглашение, как и вытекающие из него деятельность и принципы поведения, будут соответствовать «целям и принципам всеобщей международной организации, когда она будет создана».-

Кроме панамериканского регионализма, который очень ярко проявился на конференции в Сан-Франциско, принимался также во внимание арабский регионализм в виде Лигй арабских стран, формально конституировавшийся 22 марта 1945 г.

В связи с существованием упомянутых региональных организаций, а также с уже заключенными соглашениями о взаимной помощи на случай возобновления агрессии бывшими вражескими государствами был внесен ряд поправок к проекту, принятому в Думбартон-Оксе.

К первой категории относились поправки, имевшие целью предоставить региональным соглашениям положение, независимое от всеобщей организации. Была выдвинута поправка «о праве на самооборону, включая право на региональную самооборону, если и когда Совет Безопасности не предпримет акций».

Вторую категорию составляли поправки, которые также были направлены на обеспечение региональным организациям независимости от всеобщей организации, но другим путем. Эти поправки уже открыто атаковали принцип единогласия великих держав, ограничивая его действие в случаях применения принудительных средств региональными организациями.

Третья категория поправок занималась регулированием отношения между соглашениями о взаимной помощи на случай возобновления агрессии бывшими вражескими государствами и всеобщей международной организацией.

В результате долгих дебатов, происходивших в Сан-Франциско, в конце концов было достигнуто соглашение, и в проект, принятый в Думбартон-Оксе, был внесен ряд поправок.

Последней из трудных проблем, которая вплоть до конференции в Сан-Франциско не была решена, был вопрос об опеке и будущем колониальных народов. Надежды, которые связывались с созданием новой международной организации, усиливали стремление к тому, чтобы распространить ее принципы и деятельность на колониальные народы.

Конференция в Сан-Франциско была ареной столкновения двух различных точек зрения, представленных различными группировками западных государств. На самой крайней позиции защиты колониализма стояла Великобритания, стремившаяся сохранить его традиционные формы. Соединенные же Штаты стремились к осуществлению некоторых изменений в этой области. Изменения, которые предлагали Соединенные Штаты, отвечали стремлению Америки проникнуть во владения Англии, Франции и других государств. Подобная оценка подтверждается конфликтами, которые возникали в связи с колониальными проблемами между

Соединенными Штатами, с одной стороны, и Великобританией или Францией — с другой.

Американский проект включал ряд прогрессивных принципов. Так, статья вторая американского проекта выдвигала в качестве цели системы опеки развитие соответствующих территорий в направлении самоуправления, статьи седьмая и восьмая предусматривали контроль Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности над подопечными территориями, статья девятая предполагала создание Совета по опеке. СССР также ограничился поправками, призванными улучшить систему опеки, предложенную Соединенными Штатами.

Советский Союз внес поправку к статье второй американского проекта, гласившую, что целью опеки является не только самоуправление, но также и самоопределение при активном участии населения подопечных территорий «в целях быстрейшего достижения полной государственной независимости». Другой весьма существенной поправкой, предложенной СССР, было требование, чтобы в состав Совета по опеке вошли все постоянные члены Совета Безопасности.

Таким образом, в решениях, принятых в Сан-Франциско, борьба колониальных народов за свободу получила лучшее международное основание, чем когда-либо прежде. Достаточно указать, что Устав ООН в отличие от пакта Лиги Наций занимается не только подопечными территориями, но и всеми колониями, которым посвящена глава XI Устава, называющаяся «Декларация в отношении несамоуправляющихся территорий».

После двухмесячной работы конференции Устав Организации Объединенных Наций был окончательно выработан и 26 июня 1945 г. подписан. В Уставе нашли юридическое закрепление принципы мирного сосуществования государств с различной социальной и экономической системой.

ПОТСДАМСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ. УЧРЕЖДЕНИЕ СОВЕТА МИНИСТРОВ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ

(СМИД)

В обстановке победоносно завершенной войны против фашистской Германии 17 июля — 2 августа 1945 г.

состоялась встреча глав правительств трех держав в Потсдаме.

Для участия в, ней прибыли глава Советского правительства И. В. Сталин, президент США Г. Трумэн и премьер-министр Великобритании У. Черчилль (последнего с 28 июля заменил К. Эттли, лидер лейбористской партии, победившей на выборах), министры иностранных дел трех держав.

Участники конференции прежде всего занялись вопросом мирного урегулирования в Европе. Необходимо было создать такой международный орган, который подготовил бы мирные договоры с Италией, Румынией, Болгарией, Венгрией и Финландией, а в дальнейшем и мирное урегулирование с Германией.

Руководители великих держав договорились в Потсдаме об учреждении Совета министров иностранных дел (СМИД) «для продолжения необходимой подготовительной работы по мирному урегулированию и для обсуждения других вопросов, которые по соглашению между участвующими в Совете правительствами могут время от времени передаваться Совету».

В Совет входили министры иностранных дел СССР, США, Англии, Китая и Франции. В подготовке проекта мирного договора с какой-либо из бывших вражеских стран должны были принимать участие министры иностранных дел тех великих держав, которые подписали условия капитуляции, продиктованные данной стране. Например, проекты мирного договора с Финляндией должны были готовить представители СССР и Англии, с Румынией, Болгарией и Венгрией — представители СССР, США и Англии. Исключение было сделано лишь для Франции: хотя она не подписывала условий капитуляции для Италии, ее представитель привлекался к подготовке мирного договора с этой страной.

По этому вопросу в коммюнике говорилось:

«Конференция решила сделать следующее заявление

об общей политике для установления возможно скорее условий длительного мира после победоносного окончания войны в Европе.

Три Правительства считают желательным, чтобы теперешнее аномальное положение Италии, Болгарии, Финляндии, Венгрии и Румынии было прекращено заключением мирных договоров. Они уверены, что другие заинтересованные союзные Правительства разделяют их точку зрения.

Со своей стороны три Правительства включили подготовку мирного договора для Италии как первоочередную задачу в число срочных и важных задач, которые должны быть рассмотрены Советом Министров Иностранных Дел. Италия первая из держав оси порвала с Германией, в поражение которой она внесла материальный вклад, и сейчас объединилась с союзниками в борьбе против Японии. Италия сама освободилась от фашистского режима и сделала большой прогресс в направлении восстановления демократического управления и учреждений. Заключение такого мирного договора с признанным демократическим Итальянским Правительством делает возможным для трех Правительств исполнить их желание поддержать просьбу Италии о принятии в члены Организации Объединенных Наций.

Три Правительства возлагают также на Совет Министров Иностранных Дел задачу подготовки мирных договоров для Болгарии, Финляндии, Венгрии и Румынии. Заключение мирных договоров с признанными демократическими правительствами в этих государствах позволит также трем Правительствам поддержать их просьбу о принятии в члены Организации Объединенных Наций. Три Правительства, каждое в отдельности, согласны изучить в ближайшее время в свете условий, которые будут тогда существовать, вопрос об установлении в возможной степени дипломатических отношений с Финляндией, Румынией, Болгарией и Венгрией до заключения мирных договоров с этими странами.

Три Правительства не сомневаются в том, что, ввиду изменившихся в результате окончания войны в Европе условий, представители союзной прессы будут пользоваться полной свободой сообщать миру о событиях в Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии».

Что касается допуска других государств в Организацию Объединенных Наций, статья 1У Устава Объединенных Наций гласит:

«1. Прием в члены Организации Объединенных Наций открыт для всех других миролюбивых государств, которые примут на себя содержащиеся в настоящем Уставе обязательства и которые, по мнению Организации, могут и желают эти обязательства выполнять.

2. Прием любого такого государства в члены Организации Объединенных Наций производится постановлением Генеральной Ассамблеи по рекомендации Совета Безопасности.

Три Правительства, поскольку это их касается, поддержат просьбу о принятии в члены тех государств, которые оставались нейтральными во время войны и которые будут выполнять положения, изложенные выше.

Три Правительства считают себя, однако, обязанными разъяснить, что они со своей стороны не будут поддерживать просьбу о принятии в члены, заявленную теперешним испанским правительством, которое, будучи создано при поддержке держав оси, не обладает, ввиду своего происхождения, своего характера, своей деятельности и своей тесной связи с государствами-агрессорами, качествами, необходимыми для такого членства».

Конференция в Потсдаме проходила в иной атмосфере, чем в Ялте. Руководители США и Англии держа^ лись менее дружелюбно. Черчилль, который еще в мае, через несколько дней после окончания войны, писал Трумэну, что над Восточным фронтом опускается «железный занавес», т. е. повторил измышления Геббельса, был настроен воинственно. Американский президент, по свидетельству некоторых западных историков, держался вызывающе. С нетерпением ожидая сообщений с полигона в Аламогордо (штат Нью-Мексико), где США за день до открытия конференции в Потсдаме провели испытательный взрыв своей первой атомной бомбы, Трумэн говорил своему окружению: «Если она (атомная бомба), как я думаю, взорвется, то у меня, конечно, будет дубина для этих парней», т. е. для Советского Союза.

В ходе конференции он, сговорившись предварительно с Черчиллем, сообщил Сталину об успешном испытании атомной бомбы в США. Однако ожидаемого американцами эффекта не получилось. Как вспоминал Г.К. Жуков, после разговора с Трумэном Сталин сказал в кругу советских делегатов: «Надо будет сегодня же переговорить с Курчатовым об ускорении нашей работы», — имея в виду создание советского атомного оружия.

На Потсдамской конференции возникли серьезные разногласия по ряду вопросов. Одним из них был вопрос о положении в странах Центральной и Юго-Восточ-ной Европы. Освобождение Румынии и Болгарии советскими войсками совпало с антифашистскими народными восстаниями в этих странах. В Румынии в результате напряженной политической борьбы в марте 1945 г. к власти пришло демократическое правительство во главе с П. Гроза. В Болгарии правительство Отечественного фронта с сентября 1944 г. бессменно руководило страной.

В Венгрии, освобожденной от немецких войск Красной Армией, также существовало правительство, созданное коалицией демократических партий.

Эти страны переживали преобразования, их население с доверием встречало проводимые правительствами меры по развитию демократии и искоренению остатков фашизма.

И вот на Потсдамской конференции представители западных держав предприняли попытку изменить сложившееся в этих странах положение. Делегация США настаивала на принятии резолюции о «необходимости немедленной реорганизации существующих правительств в Румынии и Болгарии...».

ПОЛЬСКИЙ ВОПРОС

Острая борьба возобновилась в Потсдаме и в связи с обсуждением польского вопроса. Как уже отмечалось, на Крымской конференции было решено, что Польша должна получить существенное приращение территории на севере и на западе. В Потсдаме же американские и английские делегаты выразили недовольство тем, что СССР передал под управление польских властей западные районы, утраченные Польшей в результате германской экспансии.

Однако в результате дискуссии представители США и Англии согласились, что «бывшие германские территории к востоку от линии, проходящей от Балтийского моря чуть западнее Свинемюнде и оттуда по реке Одер до впадения реки Западная Нейсе и по Западной Нейсе до чехословацкой границы, включая ту часть Восточной Пруссии, которая в соответствии с решением Берлинской Конференции не поставлена под управление Союза

Советских Социалистических Республик, и включая территорию бывшего свободного города Данциг, — должны находиться под управлением Польского Государства...».

Участники конференции согласились также, что с земель, передаваемых Польше, немецкое население будет перемещено в Германию.

Эти решения свидетельствовали о том, что все без исключения участники конференции считали территориальные изменения, проведенные в пользу Польши, делом не временным.

Из коммюнике к вопросу о Польше: «Конференция рассмотрела вопросы, касающиеся Польского Временного Правительства Национального Единства и западной границы Польши.

В отношении Польского Временного Правительства Национального Единства они определили свою позицию в следующем заявлении:

А. Мы приняли во внимание с чувством удовлетворения соглашение, достигнутое представителями поляков из Польши и из-за границы, которое сделало возможным формирование, согласно с решениями, достигнутыми на Крымской Конференции, Польского Временного Правительства Национального Единства, признанного тремя Державами. Установление Британским Правительством и Правительством Соединенных Штатов дипломатических отношений с Польским Временным Правительством привело к прекращению признания ими бывшего Польского Правительства в Лондоне, которое больше не существует.

Правительства Соединенных Штатов и Великобритании приняли меры по защите интересов Польского Временного Правительства Национального Единства как признанного Правительства Польского Государства в отношении собственности, принадлежащей Польскому Государству, находящейся на их территориях и под их контролем, независимо от того, какую форму эта собственность имеет.

Они приняли далее меры, чтобы предупредить передачу такой собственности третьим сторонам. Временному Польскому Правительству Национального Единства будут предоставлены все возможности для применения обычных юридических мер по восстановлению любой собственности Польского Государства, которая могла быть незаконно отчуждена.

Три Правительства озабочены тем, чтобы оказать Польскому Временному Правительству Национального Единства помощь в деле облегчения возвращения в Польшу так скоро, как это практически возможно, всех поляков, находящихся за границей, которые пожелают возвратиться в Польшу, включая членов польских вооруженных сил и торгового флота. Они ожидают, что возвращающимся на родину полякам будут предоставлены личные имущественные права на равных основаниях со всеми польскими гражданами.

Три Державы принимают во внимание, что Польское Временное Правительство Национального Единства, в соответствии с решениями Крымской Конференции, заявило о согласии провести свободные и ничем не воспрепятственные выборы по возможности скорее, на основании всеобщего избирательного права, при тайном голосовании, в которых все демократические и анти-нацистские партии будут иметь право принимать участие и выставлять кандидатов, и предоставить представителям союзной печати пользоваться полной свободой сообщать миру о ходе событий в Польше до и во время выборов.

В. Следующее Соглашение было достигнуто относительно западной границы Польши:

В соответствии с соглашением о Польше, достигнутым на Крымской Конференции, Главы трех Правительств рассмотрели мнение Временного Польского Правительства Национального Единства относительно территории на севере и западе, которую Польша должна получить. Председатель Краевой Рады Народовой и члены Временного Польского Правительства Национального Единства были приняты на Конференции и полностью изложили свою точку зрения. Главы трех Правительств подтвердили свое мнение, что окончательное определение западной границы Польши должно быть отложено до мирной конференции.

Главы трех Правительств согласились, что до окончательного определения западной границы Польши бывшие германские территории к востоку от линии, проходящей от Балтийского моря чуть западнее Свинемюнде и оттуда по реке Одер до впадения реки Западная Нейсе и по Западной Нейсе до чехословацкой границы, включая ту часть Восточной Пруссии, которая в соответствии с решением Берлинской Конференции не поставлена под управление Союза Советских Социалистических Республик, и включая территорию бывшего свободного города Данциг, — должны находиться под управлением Польского государства и в этом отношении они не должны рассматриваться как часть советской зоны оккупации в Германии.

ГЕРМАНСКИЙ ВОПРОС

В центре внимания участников конференции был вопрос о Германии.

Потсдамская конференция постановила, что германский милитаризм и нацизм будут искоренены и союзники примут и другие меры, «необходимые для того, чтобы Германия никогда больше не угрожала своим соседям или сохранению мира во всем мире».

Постдамское соглашение предусматривало, что в период оккупации Германия должна рассматриваться как единое экономическое целое. Для того, чтобы добиться подлинного разоружения Германии и ее демократизации, покончить с остатками фашизма, Потсдамское совещание предусматривало, что «германская экономика должна быть децентрализована с целью уничтожения существующей чрезмерной концентрации экономической силы, представленной особенно в форме картелей, синдикатов, трестов и других монополистических соглашений ».

Контрольные органы обязывались способствовать развитию исключительно мирной промышленности и сельского хозяйства Германии.

В решении конференции указывалось:

«...13. При организации экономики Германии главное внимание должно быть обращено на развитие сельского хозяйства и мирной промышленности для внутреннего потребления.

14. В период оккупации Германия должна рассматриваться как единое экономическое целое. С этой целью должна быть установлена общая политика относительно:

a) производства и распределения продукции горной и обрабатывающей промышленности;

b) сельского хозяйства, лесоводства и рыболовства;

c) зарплаты, цен и рационирования;

d) программы импорта и экспорта для Германии в целом;

e) денежной и банковской системы, централизованных налогов и пошлин;

f) репараций и устранения военно-промышленного потенциала;

g) транспорта и коммуникаций.

При проведении этой политики по мере надобности должны приниматься во внимание различные местные условия.

15. Должен быть установлен союзный контроль над германской экономикой...

17. Должны быть приняты немедленные меры в отношении:

a) проведения необходимого ремонта транспорта;

b) увеличения добычи угля;

c) максимального увеличения сельскохозяйственной продукции и

d) проведения срочного ремонта жилищ и основных коммунальных предприятий...»

В Потсдаме было решено, что деятельность демократических партий и профессиональных союзов будет разрешаться и поощряться во всей Германии.

По предложению советской делегации конференция решила, чтобы суд над главными военными преступниками начался как можно скорее.

Над Германией был установлен четырехсторонний контроль оккупирующих держав — СССР, Англии, США и Франции — и создан единый орган управления — Союзный контрольный совет. Текст соглашения гласил: «Целями оккупации Германии, которыми должен руководствоваться Контрольный Совет, являются:

1) Полное разоружение и демилитаризация Германии и ликвидация всей германской промышленности, которая может быть использована для военного производства, или контроль над ней. С этими целями:

a) все сухопутные, морские и воздушные силы Германии, СС, СА, СД и Гестапо со всеми их организациями, штабами и учреждениями... будут полностью и окончательно упразднены, дабы навсегда предупредить возрождение или реорганизацию германского милитаризма и нацизма;

b) все вооружение, амуниция и орудия войны и все специализированные средства для их производства должны находиться в распоряжении Союзников или должны быть уничтожены. Поддержание и производство всех самолетов и всякого вооружения, амуниции и орудий войны будет предотвращено».

Участники конференции согласились также, что одной из целей оккупации является «предотвратить всякую нацистскую и милитаристскую деятельность или пропаганду».

«...III) Уничтожить национал-социалистскую партию и ее филиалы и подконтрольные организации, распустить все нацистские учреждения, обеспечить, чтобы они не возродились ни в какой форме, и предотвратить всякую нацистскую и милитаристскую деятельность или пропаганду.

IV) Подготовиться к окончательной реконструкции германской политической жизни на демократической основе и к эвентуальному мирному сотрудничеству Германии в международной жизни.

4. Все нацистские законы, которые создали базис для гитлеровского режима или которые установили дискриминацию на основе расы, религии или политических убеждений, должны быть отменены. Никакая такая дискриминация, правовая, административная или иная, не будет терпима.

5. Военные преступники и те, кто участвовал в планировании или осуществлении нацистских мероприятий, влекущих за собой или имеющих своим результатом зверства или военные преступления, должны быть арестованы и преданы суду. Нацистские лидеры, влиятельные сторонники нацистов и руководящий состав нацистских учреждений и организаций и любые другие лица, опасные для оккупации и ее целей, должны быть арестованы и интернированы.

6. Все члены нацистской партии, которые бь£ли больше, чем номинальными участниками ее деятельности, и все другие лица, враждебные союзным целям, должны быть удалены с общественных или полуобщественных должностей и с ответственных постов в важных частных предприятиях...

IV) Пока что не будет учреждено никакого центрального германского правительства. Однако, несмотря на это, будут учреждены некоторые существенно важные центральные германские административные департаменты, возглавляемые государственными секретарями, в частности, в областях финансов, транспорта, коммуникаций, внешней торговли и промышленности. Эти департаменты будут действовать под руководством Контрольного Совета.

10. С учетом необходимости поддержания военной безопасности будет разрешаться свобода слова, печати и религии, и религиозные учреждения будут уважаться. Будет разрешено создание свободных профсоюзов, также с учетом необходимости поддержания военной безопасности».

Руководители трех держав решили создать единые для всей Германии департаменты финансов, внешней торговли и промышленности, действующие под руководством Контрольного Совета. По вопросу о репарациях было решено, что Германия должна компенсировать в возможно большей степени ущерб, причиненный ею союзникам.

«1. Репарационные претензии СССР будут удовлетворены путем изъятий из зоны Германии, оккупированной СССР, и из соответствующих германских вложений за границей.

2. СССР удовлетворит репарационные претензии Польши из своей доли репараций.

3. Репарационные претензии Соединенных Штатов, Соединенного Королевства и других стран, имеющих право на репарации, будут удовлетворены из западных зон и из соответствующих германских вложений за границей.

4. В дополнение к репарациям, получаемым Советским Союзом из своей зоны оккупации, СССР получит дополнительно из западных зон: а) 15% такого пригодного к использованию и комплектного промышленного капитального оборудования, в первую очередь металлургической, химической и машиностроительной отраслей промышленности, которое не является необходимым для германского мирного хозяйства и должно быть изъято из западных зон Германии, в обмен на эквивалентную стоимость в продовольствии, угле, поташе, цинке, лесных материалах, глиняных изделиях, нефтяных продуктах и других видах материалов, о которых будет обусловлено договоренностью.

Ь) 10% такого промышленного капитального оборудования, которое не является необходимым для германской мирной экономики и которое должно быть изъято из западных зон для передачи Советскому Правительству в счет репараций без оплаты или возмещения любым образом...

8. Советское Правительство отказывается от всех претензий в отношении репараций на акции германских предприятий, находящихся в западных зонах оккупации Германии, а также на германские заграничные активы во всех странах, за исключением тех, которые указаны в п.9.

9. Правительства США и Соединенного Королевства отказываются от всех претензий в отношении репараций на акции германских предприятий, находящихся в восточной зоне оккупации Германии, а также на германские заграничные активы в Болгарии, Финляндии, Венгрии, Румынии и восточной Австрии.

10. Советское Правительство не имеет претензий на золото, захваченное союзными войсками в Германии».

Потсдамская конференция приняла решение о передаче Советскому Союзу Кенигсберга и прилегающего к нему района.

«Конференция рассмотрела предложение Советского Правительства о том, чтобы впредь до окончательного решения территориальных вопросов при мирном урегулировании прилегающая к Балтийскому морю часть западной границы СССР проходила от пункта на восточном берегу Данцигской бухты к востоку — севернее Браунсберга — Гольдапа к стыку границ Литвы, Польской Республики и Восточной Пруссии.

Конференция согласилась в принципе с предложением Советского Правительства о передаче Советскому Союзу города Кенигсберга и прилегающего к нему района, как описано выше...»

Рассматривался вопрос о перемещении германского населения.

«Конференция достигла следующего соглашения о выселении немцев из Польши, Чехословакии и Венгрии.

Три Правительства, рассмотрев вопрос во всех аспектах, признают, что должно быть предпринято перемещение в Германию немецкого населения или части его, оставшегося в Польше, Чехословакии и Венгрии. Они согласны с тем, что любое перемещение, которое будет иметь место, должно производиться организованным и гуманным способом...

В то же самое время чехословацкое правительство, польское Временное Правительство и Союзная Контрольная Комиссия в Венгрии будут информированы о вышеуказанном и им будет предложено воздержаться от дальнейшего выдворения немецкого населения впредь до рассмотрения соответствующими правительствами доклада их представителей в Контрольном Совете».

Потсдамская конференция имела большое международное значение. Принятые ею решения содержали программу демократического устройства послевоенного мира. Так они и были оценены прогрессивной общественностью. «Решения Потсдамской конференции, — писала нью-йоркская «Пост Меридиан», — направлены к одной цели — обеспечению мира».

ЧАСТЬ III

ВОЙНА НА ТИХОМ ОКЕАНЕ. БОМБАРДИРОВКА ХИРОСИМЫ И НАГАСАКИ

ГЛАВА I

НАСТУПЛЕНИЕ США И АНГЛИИ НА ЯПОНИЮ

ПЕРЕЛОМ В ВОЙНЕ НА ТИХОМ ОКЕАНЕ

Поражение Японской армии в битве за небольшой островок Гуадалканал, расположенный в юго-западной части Тихого океана (август 1942 г. — февраль 1943 г.) можно считать поворотным пунктом в ходе военных действий на Тихом океане. Тот факт, что остров Гуадалканал перешел из рук японской армии в руки американских войск, сам по себе не имел серьезного стратегического значения. Но, поскольку в эту битву Япония поочередно бросала отборные сухопутные, морские и воздушные силы, а затем теряла их, было коренным образом нарушено равновесие, существовавшее между японской и американской авиацией в юго-западной части Тихого океана в начале военных действий.

В результате Япония потеряла 2 линкора и, кро-

ме того, лишилась целой военной флотилии из 38 кораблей, в состав которой входили эскадренные миноносцы и крейсеры. Без прикрытия авиации судьба доктрины «крупные военные корабли — крупнокалиберные орудия» была предопределена.

Сухопутные войска в составе двух пехотных дивизий, в число которых входила и 2-я дивизия, считавшаяся цветом японской армии, в незначительной степени уступали по своей численности противнику, но и они потерпели поражение от американских наземных вооруженных сил, действовавших при поддержке авиации с наземных баз, а уцелевшие японские войска почти полностью погибли от голода и болезней. Все это достаточно ясно свидетельствует о том, что доктрина «наступать, невзирая на жертвы», которой так гордилась японская армия, оказалась несостоятельной перед лицом вооруженных сил, представленных всеми родами войск.

После этого в наступлении и обороне Япония и США полностью поменялись местами, и японская армия, утратившая инициативу на театре военных действий, в условиях всеобщего контрнаступления американских войск придерживалась только пассивной тактики.

Чем же было вызвано серьезное поражение японской армии, ее крупная неудача с точки зрения военной стратегии?

Во-первых, был совершен просчет со стороны Главной ставки Японии при оценке противника. Уже перед войной (1936—1938) выработка продукции американской промышленностью составляла 32,2 % мирового промышленного производства и примерно в 9 раз превышала объем производства в Японии, а начиная с 1940 года выпуск продукции в Америке стал быстро увеличиваться. Если принять объем промышленного производства Америки в 1940 г. за 100 процентов, то в

1942 г. он возрос до 136 процентов, в то время как объем промышленного производства Японии за тот же период увеличился всего на 2%.

Спустя год после нападения на Пирл-Харбор выпуск военных материалов в Америке стал равняться объему военного производства Германии, Японии и Италии вместе взятых. В начале 1942 г. президент Рузвельт потребовал, чтобы в течение года было произведено 60 тыс. самолетов и 45 тыс. танков, но еще до конца года было выпущено 48 тыс. самолетов и 58 тыс. танков и самоходных орудий. Далее, в конце 1941 г. в дополнение к существовавшим верфям в США была построена 131 судоверфь, и с каждой из них спускалось на воду ежедневно по одному судну. По сравнению с предыдущим годом на стапелях находилось втрое больше военных кораблей. Осенью 1942 г. от производства оборонительного оружия Америка перешла к производству наступательного оружия. Раны, полученные в Пирл-Харборе, были легко залечены.

Во-вторых, была допущена переоценка боевых возможностей самой японской армии. Стратегический план военных операций в начале военных действий состоял в том, чтобы захваченные территории вследствие слабости национальной мощи, и в особенности военного потенциала Японии, ограничить районом, простирающимся от Бирмы через Голландскую Индию и острова южных морей до атолла Уэйк, и, удерживая эту область, в течение длительного времени занимать выжидательную позицию. Япония захватила Рабаул, затем вопреки первоначальным планам продвинулась до Новой Гвинеи и Соломоновых островов, значительно превысив свои возможности. И хотя в руках Японии находились богатые ресурсами обширные оккупированные территории, она не имела экономических возможностей поставить эти ресурсы на службу войне и не располагала силами для политического руководства территориями. Поэтому уровень производства по сравнению с предыдущим годом остался, по существу, прежним, а потребление увеличилось.

Вдобавок к этому в результате поражения при острове Мидуэй Япония потеряла главные силы авианосцев. Япония была вынуждена вести военные действия на растянувшейся линии фронта без достаточного прикрытия авиации, действующей с авианосцев, без налаженного снабжения и коммуникаций.

В-третьих, крупной причиной поражения японских войск явились также косность тактической мысли японского командования и обусловленные этим принцип упорной защиты определенной местности и отрицательное отношение к отступлению. Остров Гуадалканал в стратегическом отношении не стоил того, чтобы Япония боролась за него, бросая в бой все свои подвижные вооруженные силы. Кроме того, он находился далеко за пределами стратегической зоны, намеченной планом военных операций. В ходе борьбы за этот остров Япония использовала недостаточно оснащенные вооруженные силы и впустую потеряла большое количество самолетов, крупных и мелких судов и живой силы. Этот факт оказывал большое влияние на престиж и дух армии.

В-четвертых, существовали противоречия и недоверие между сухопутной армией и флотом. Во избежание конфликтов все оккупированные территории распределялись между армией и флотом, и получалось так, как будто и армия и флот имели отдельные сферы влияния.

Армия и флот остерегались даже сообщать друг другу

о реальном положении вещей на фронте и в тылу, в связи с чем было невозможно наладить согласованные действия. Это сектантство проявлялось в течение всего хода войны.

Поражение на острове Гуадалканал явилось концентрированным выражением того, о чем говорилось выше. Следовательно, данное поражение означало не только то, что Япония потеряла не имевший большой стратегической ценности остров. Это поражение означало наступление в ходе войны поворотного пункта.

МЕТОДЫ БОРЬБЫ ЯПОНЦЕВ

В 1943 году японское военное руководство начало поиски методов борьбы, основанных на фанатизме, культе императора и самурайском духе. Создавались специальные отряды самоубийц «Кайтен» («Путь в рай») и «Камикадзе» («Божественный ветер»).

Официальная пропаганда создавала образ настоящего японца, который без колебаний отдает свою жизнь за императора. Летчики-камикадзе были окружены почитанием и преклонением, пользовались всеми привилегиями.

Самолет «Камикадзе» представлял собой огромный снаряд, до отказа заполненный взрывчатым веществом. После сбрасывания обычных бомб и торпед японский летчик был обязан таранить цель, пикируя на нее с работающим мотором.

Большинство самолетов «Камикадзе» были устаревшими и едва могли удерживаться на прямом курсе. Летчики не могли ориентироваться в море самостоятельно, выводились на объекты только ведущим самолетом. При уничтожении ведущего вся группа обычно погибала в море.

Кроме самолетов «Камикадзе», японцы впервые применили у острова Окинава управляемые самолеты-бомбы, которые американцы называли «бака-бомб» («дура-бомба»): небольшой самолет с размахом крыльев около 5 метров, боевым зарядом около 1000 килограммов в головной части. Он доставлялся к цели двухмоторным бомбардировщиком и отделялся от него при обнаружении объекта атаки на расстоянии 170 кабельтовых. Вел его тот же смертник. При пикировании самолет развивал скорость 800—1000 км/час. Однако маневренность их была ничтожна, при малейшей ошибке в прицеливании самолеты рвались при ударе о воду. В боях за остров Окинава зафиксировано только четыре попадания таких бомб в корабли. Самолет-носитель также был весьма уязвим для истребителей противника.

Единственное преимущество самолетов-бомб состояло в их дешевизне: строились они в расчете на один полет, кое-как, из дешевых материалов.

21 октября 1944 года был осуществлен первый вылет «Камикадзе». Шесть самолетов атаковали корабль австрийских ВМС, получивший серьезные повреждения. 25 октября группа «Камикадзе» атаковала американские корабли восточнее пролива Гуроигаои, вывела из строя три эскортных авианосца и несколько других кораблей. Десять дней спустя очередная группа «Камикадзе» нанесла удар по обнаруженной американской авианосной группе, потопив эскортный авианосец «Сент Ло» и повредив три других.

6 апреля начались операции крупного масштаба, получившие название «Кикусуи». Японцы в течение одного дня поднимали в воздух от сотни до трехсот своих самолетов, управляемых летчиками-камикадзе. Они несли большие потери.

Отряды «Кайтен» состояли из человеко-торпед. Готовили их на небольшом острове. Для поднятия духа среди курсантов командование усилило идеологическую обработку. Примером для подражания стал самурай

Масасигэ Кусуноки, который в XIV веке помог японскому императору Годайго II захватить власть у военно-феодальных правителей. Для курсантов ввели спе-

циальные белые повязки (хатимаки), которые носили несколько столетий назад 40 японских самураев-рони-нов, охранявших императорский дворец. Для убывающих на боевое задание был выработан специальный церемониал посвящения: вручение шашки под звуки марша императорского военно-морского флота. Торжественный ужин с множеством редких для того времени продуктов, сакэ (водка) и катикури (каштаны). После ужина посвященные упаковывали личные вещи, и посылки с надписью «Предан Его Величеству навечно» или «Япония — навечно страна богов» отправлялись родственникам.

К 1945 году было сформировано десять групп человеко-торпед. Тактика использования торпед «кайтен» сводилась к следующему: обнаружив карабль противника, лодка-носитель занимала определенное положение на пути его следования, водители садились в торпеды. Ориентируясь через перископ, командир лодки выпускал одну или несколько торпед, предварительно задав водителям курс. Пройдя определенное расстояние, водитель торпеды всплывал под перископ и быстро осматривал поверхность моря. Этот маневр рассчитывался так, чтобы торпеда оказалась на носовых курсовых углах корабля противника и на дистанции 400—500 метров от него. При таком положении корабль не мог уклониться от торпеды, даже обнаружив ее.

Но опыт показал, что подводные лодки-носители практически не могли беспрепятственно доставлять «кайтен» к хорошо охраняемым американским стоянкам и базам. В связи с этим японцы изменили тактику использования человеко-торпед и стали нападать на корабли и суда противника в открытом море во время перехода. Однако из-за сильной противолодочной обороны действия «Кайтен», как правило, успеха не имели.

Японцы применяли также отряды пловцов-смерт-ников. Первое их подразделение были создано в начале 1944 года. Отряды эти назывались «фукуруй» (драконы счастья). Снаряжение подводных смертников включало специальный костюм, ласты, дыхательный аппарат с двумя баллонами сжатого кислорода. Пузырьки использованного воздуха не бурлили в воде за пловцом, так как циркуляция воздуха была замкнутой, что обеспечивало скрытность передвижений подводного диверсанта. Тренированный пловец в таком снаряжении мог плыть на глубине до 60 м со скоростью 2 км в час. Задачей диверсантов-смертников было доставить к вражескому кораблю бомбу или другой заряд большой мощности. Пловцы транспортировали примитивные мины на обычной палке; чтобы тяжелые боеприпасы не тонули и не тянули на дно пловца, к ним стали привязывать надутый воздухом свиной пузырь.

Тактика была следующей: фукуруй подносил ко дну корабля и вспарывал свиной пузырь. Тяжесть бомбы тянула его вниз, он подплывал под судно и бил взрывателем по дну корабля. Большинство из фукуруй пропали бесследно; им так и не удалось потревожить океан страшными взрывами. Однако в ряде случаев фукуруй все же добивались своего; известны факты гибели или повреждения американских кораблей, которым не было найдено разумного объяснения в рамках обычных представлений о вооруженной борьбе на море. Уже после войны американские военные, исследовавшие японские документы, пришли к предположению, что странная гибель кораблей — дело рук японских боевых пловцов.

БИТВА НА СОЛОМОНОВЫХ ОСТРОВАХ И В НОВОЙ ГВИНЕЕ

Вооруженные Силы Соединенных Штатов и Англии, действовавшие против Японии, делились на три группы. В центральной части Тихого океана боевые действия вела группа войск под командованием адмирала Ч. Нимица, базировавшаяся на Гавайских островах. В распоряжении этой группы находился американский тихоокеанский флот и большое количество самолетов на авианосцах. В юго-западной части Тихого океана действовала группа войск под командованием генерала Д. Макартура. Она состояла из американских, новозеландских, английских и голландских войск. Эту группу поддерживал 7-й американский флот и одна воздушная армия. В северо-восточной части Индии, у границ Бирмы, была сосредоточена группа английских войск под командованием адмирала JI. Ма-унтбеттена. Общая численность союзных войск на Тихом океане и в Юго-Восточной Азии составляла 500 тыс. человек.

При одинаковом соотношении в сухопутных силах на островах Тихого океана и в Юго-Восточной Азии союзное командование имело превосходство над противником на флоте и авиации.

До лета 1943 г. американское командование не предпринимало наступательных операций, накапливая силы на Тихоокеанском театре. Спешно строились авианосцы. В июне 1943 г. прибыли два новых авианосца, на которых базировались 140 самолетов. Затем каждый месяц прибавлялось по одному новому авианосцу. Формировались крупные десантные части. Создавались новые военно-морские и военно-воздушные базы.

Перед американо-британскими вооруженными силами на Тихом океане летом 1943 г. была поставлена задача овладения островами Гилберта, Соломоновыми, Маршалловыми, обеспечения базы для нападения на Каролинские острова, укрепления безопасности коммуникаций и создания ряда авиационных и морских баз вдоль северного побережья Новой Гвинеи.

Наступление американских вооруженных сил на Тихом океане началось в июне 1943 г. проведением десантных операций силой 1—2 дивизий с целью захвата Соломоновых островов.

Японская Главная ставка усилила 17-ю армию одной дивизией и возложила на нее оборону Соломоновых островов. На Новой Гвинее она заново сформировала 18-ю армию и с помощью трех переброшенных с материка дивизий намеревалась поручить ей оборону острова. С целью установления общего контроля за обеими армиями в конце 1942 г. ставка создала в Ра-бауле 8-й местный фронт.

Обладая абсолютным превосходством в воздухе, американская армия шаг за шагом продвигалась на север. Американские войска численностью от одной до двух дивизий в конце июня 1943 г. высадились на острове Рендова, в центральной части Соломоновых островов, в середине июля — на острове Мундуа, а в середине августа — на острове Вела-Лавела. Все гарнизоны японской армии, не подготовившиеся к обороне, испытывавшие недостаток боеприпасов и страдавшие от голода, были быстро разгромлены. Военно-воздушные силы, которые путем контратак пытались выручить их, вновь понесли огромные потери. При отсутствии господства в воздухе морские подразделения при помощи ночных атак замышляли штурмом овладеть опорными пунктами на суше, но были одно за другим потоплены силами американских эсминцев. В начале октября все острова в центральной части Соломонова архипелага оказались в руках американских войск, и, используя их как базу, американская истребительная авиация установила контроль над северной частью Соломоновых островов.

При таком положении дел японское командование сконцентрировало на острове Бугенвиль (в северной части Соломоновых островов) главные силы 17-й армии, намереваясь противостоять здесь американским войскам. В начале ноября дивизии американской морской пехоты высадились на этом острове. Японская армия потерпела поражение. Уцелевшие отряды разбитой японской армии укрылись в джунглях. Японские военно-воздушные силы, бросившие в бой всю имевшуюся в наличии авиацию с целью воспрепятствовать американскому десанту, были разгромлены в боях с авиацией противника. Из крупных воздушных схваток в этом районе данная битва оказалась последней.

Поскольку военно-воздушная база на острове Бугенвиль перешла в руки американской армии, Рабаул в результате ежедневных воздушных атак был выведен из строя, и японский морской флот, использовавший его в качестве базы, отошел к острову Трук. Когда военные действия приблизились к Рабаулу, на его аэродромах уже не было японских самолетов.

В декабре 1943 г. одна дивизия американских войск высадилась на мысе Макса, на западной оконечности острова Новая Британия, на котором расположен Рабаул, и обратила в бегство два батальона японских войск, занимавших здесь оборону. В феврале следующего, 1944, года одна дивизия американских войск под непосредственным командованием Макартура прорвалась через пролив Дампир между островами Новая Британия и Новая Гвинея и высадилась на островах Адмиралтейства, расположенных к северу от Новой Гвинеи.

Так завершилась битва за Рабаул и Соломоновы острова, которые японские войска пытались удержать силами 300-тысячной сухопутной армии, а также главными силами авиации и флота. Крепость Рабаул осталась в тылу неприятеля. Японская армия в этих бессмысленных боях потеряла 130 тыс. солдат и 70 военных кораблей общим водоизмещением в 210 тыс. т, а также обрекла на уничтожение 8 тыс. участвовавших в операциях самолетов.

В период боев в районе Соломоновых островов быстрыми темпами развивалось наступление американоавстралийских союзных войск, продвигавшихся в се-веро-западном направлении по Новой Гвинее. Начиная с мая 1943 г. развернулось наступление союзных войск на районы Лае и Саламауа — самые передовые авиапосты японской армии, оставшиеся у нее после эвакуации Буны. Одна пехотная дивизия японских войск в этом районе подверглась сокрушительному удару и в сентябре 1943 г. отступила в северном направлении.

Одновременно с наступлением на мыс Макса на восточном побережье пролива Д ампир союзные войска начали осуществлять десантные операции против Финс-хафена, расположенного на западном побережье того же пролива. Союзные войска, создавшие на обоих берегах пролива прочные опорные базы, получили возможность вести военные операции при непосредственном взаимодействии с подразделениями, расположенными в центральной части Тихого океана.

Совершив прорыв через пролив Дампир, американские войска под прикрытием подвижных отрядов обеспечили себе на северном побережье Новой Гвинеи господство в воздухе и на море. Они высаживались в любом пункте острова и постепенно в результате так называемых операций «скачок лягушки» оказывались в тылу японских войск. В апреле 1944 г. американские войска высадили три пехотные дивизии в окрестностях Холландии (примерно в 1000 км к западу от пролива Дампир) и Айтапе. В середине мая одна американская пехотная дивизия высадилась на острове Вадке (около 200 км к западу от Холландии) и заняла аэродром в заливе Марфин. Против нее была брошена пехотная дивизия японских войск, однако в результате высадки американских войск на Биаке в последней декаде мая у японских войск были отрезаны пути отступления, и они оказались изолированными.

Американские войска установили безраздельный контроль над северным побережьем Новой Гвинеи.

Когда японские войска вели ожесточенные бои в районе Соломоновых островов, началось новое контрнаступление американской армии в северной части Алеутских островов. В апреле 1943 г. развернули наступательные операции подвижные отряды американского военно-морского флота под командованием адмирала Кинкэйда и дивизия сухопутных войск.

12 мая они высадились на острове Атту. Местный гарнизон японской армии численностью свыше одного батальона был быстро оттеснен в угол острова. Он продолжал сопротивление до 30 мая. Всему японскому гарнизону, насчитывавшему 2500 человек, было приказано «погибнуть славной смертью», и он был полностью уничтожен.

Не желая расставаться с Алеутскими островами, японское командование вынуждено было начать 17 мая переброску главных сил Объединенной эскадры из района Соломоновых островов в Токийский залив. Этими силами японское командование намеревалось отбить остров Атту, однако вследствие усиления американской армии в этом районе и изменения положения на фронте в районе Соломоновых островов оно было вынуждено отказаться от этого плана и линию обороны ему пришлось отнести к Курильским островам.

В результате изменений в планах японские войска, находившиеся на острове Кыска, в последней декаде июля погрузились на корабли 5-й эскадры и отступили. Остров также перешел в руки американских войск.

Таким образом, эта военная операция имела своим следствием не только то, что Япония потеряла Алеутские острова, а северная линия обороны была перенесена к Курильским островам.

В ноябре 1943 г. американский флот под командованием адмирала Спруанса произвел переброску значительных подвижных отрядов из района Соломоновых островов и начал наступление на острова Тарава и Ма-кин из группы островов Гилберта. Несколько дивизий американской морской пехоты под прикрытием мощного артиллерийского огня к 25 ноября заняли острова Макин и Тарава.

В декабре 1943 г. боевые действия развернулись

на архипелаге Бисмарка за овладение островом Новая Британия. Американское командование 15 декабря высадило морской десант на западное побережье этого острова в районе Араве. Японский гарнизон оказал исключительно ожесточенное сопротивление. Однако превосходство американцев в личном составе и вооружении, а также господство их на море и в воздухе обеспечили первоначальный успех. Они сумели захватить плацдарм, а к 26 декабря овладеть японским аэродромом и перебросить на остров свою авиацию.

Последующее продвижение американских войск по направлению к японской базе Рабаулу проходило медленно. Японское командование, подбросив из глубины новые части и использовав пересеченную местность, сумело организовать сильную оборону.

Таким образом, к началу 1944 г. американским войскам удалось овладеть островами Гилберта и Соломоновыми. Большинство же стратегически важных островов центральной части Тихого океана, страны Юго-Восточной Азии, обширные территории Китая по-прежнему контролировались японскими вооруженными силами.

ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ В 1944 ГОДУ

Планом войны на 1944 г., выработанным союзным командованием, предусматривалось на Тихом океане последовательное овладение островом Новая Гвинея, а также важнейшими опорными базами Японии в центральной части Тихого океана: Маршалловыми, Каролинскими и Марианскими островами с тем, чтобы с осени 1944 г. приступить к освобождению Филиппин.

Для осуществления этих задач американское командование создало подавляющее превосходство в авиации и флоте над силами противника.

В конце января 1944 г. американские подвижные части приступили к штурму Маршалловых островов; находившиеся на островах примерно 200 японских самолетов и кораблей были уничтожены, причем они не смогли нанести противнику ни одного ответного удара. В начале февраля две дивизии американской морской пехоты высадились на атолле Кваджелейн и оккупировали его. При поддержке самолетов Б-24, использовавших в качестве базы захваченный атолл и острова Адмиралтейства, американские войска повели наступление на военную базу японской армии на острове Трук. Вслед за этим 17 февраля три группы американских подвижных отрядов взяли приступом остров Трук и полностью уничтожили находившиеся там японские вооруженные силы, в состав которых входило 300 самолетов, 32 корабля, 3 легких крейсера и 4 эскадренных миноносца. Военно-морская база Трук, являвшаяся с довоенных времен главным опорным пунктом в центральной части Тихого океана, была уничтожена, не получив возможности нанести ни одного ответного удара.

Находившийся здесь командующий Объединенной эскадрой Кога Минэити перевел штаб на остров Палау.

Учитывая создавшуюся обстановку, американское командование решило, не завершая операций по овладению Каролинскими островами, нанести удар по Марианским островам.

Марианские острова — исключительно важный в стратегическом отношении узел обороны Японии, который японская армия, стремившаяся удержать его во что бы то ни стало, непрерывно укрепляла. Эти острова, находившиеся в 3 тысячах километров к югу от Токио, имели очень серьезное стратегическое значение как для американской, так и для японской армий ввиду того, что с их падением вся территория Японии попадала в зону налетов новейших американских бомбардировщиков Б-29.

Японский гарнизон на Марианских островах состоял из двух дивизий и двух отдельных бригад. С воздуха гарнизон поддерживали 1200 самолетов. В прибрежных водах находилась специальная эскадра.

Американское командование для захвата островов выделило пять дивизий и бригаду морской пехоты, более 600 различных боевых кораблей, в том числе 14 линкоров, 29 авианосцев, на которых базировалось свыше 1000 самолетов. Кроме того, десант поддерживали еще 879 самолетов с наземных баз. Соотношение сил было в пользу американцев по наземным войскам в 2 раза, по авиации — почти в 1,5 раза и по боевым кораблям — подавляющее.

11 июня с воздушного налета подвижных отрядов флота началось американское наступление. 1-й воздушный флот, т. е. основные силы японской авиации, был уничтожен в одно мгновение. Из-за плохой службы оповещения и подготовки летного состава большая часть японских самолетов была уничтожена на земле. Добившись господства в воздухе, американская армия 15 июня силами двух дивизий начала высадку на главном острове — Сайпане. Находившаяся на острове японская дивизия оказала упорное сопротивление. Американская армия потеряла в боях на прибрежных позициях 2500 человек убитыми и ранеными, но благодаря поддержке авиации и корабельной артиллерии сумела захватить плацдарм на побережье.

Как только стало ясным намерение американцев произвести высадку на острове Сайпан с помощью подвижных соединений, Объединенная эскадра получила приказ рано утром 15 июня начать решительные боевые действия согласно плану операции «А». 19 и

20 июня развернулось морское сражение вблизи Марианских островов. Командующий Объединенной эскадрой адмирал Тоеда перед началом сражения обратился ко всем частям с посланием: «От одного этого боя зависит судьба империи».

19 июня одновременно с вылетом японской авиации с острова Гуам воздушные части, базировавшиеся на 9 авианосцах, которыми командовал вице-адмирал Одзава, пытались совершить налет на американский флот. Однако им преградили путь все наличные силы американских истребителей, и лишь небольшому числу японских самолетов удалось достичь неприятельского флота.

Между тем японская Объединенная эскадра понесла огромные потери в результате атак американской авиации и подводных лодок. Было сбито 640 самолетов, а американские подводные лодки потопили авианосцы «Тайхо» и «Секаку». На следующий день, 20 июня, американская авиация потопила авианосец «Хие» и ряд других кораблей.

В разгар морского сражения у Марианских островов развернулась ожесточенная битва на острове Сайпан. Через 7—9 дней после высадки американских войск американские истребители стали использовать аэродромы внутри острова, а на 11-й день американцы овладели горой Тапоте, расположенной в центральной части острова. Поражение японского гарнизона было неминуемым. Ко 2 июля силы обороняющихся были исчерпаны. 4 июля американские войска прорвали последнюю оборонительную линию японцев. Сражение на острове

Сайпан быстро подходило к концу. Ночью б июля остатки японских войск в количестве 3000 человек бросились на штурм американских позиций, располагавшихся перед ними по фронту, и были почти полностью уничтожены.

Таким образом, наземные бои на острове Сайпан закончились.

21 июля американские войска начали высадку силами двух с половиной дивизий на остров Гуам. Вскоре им удалось захватить на острове плацдарм. 10 августа связь острова с внешним миром была прервана; большая часть японских войск численностью в 18500 человек погибла в боях, и организованное сопротивление прекратилось.

24 июля началась высадка американского десанта на острове Тиниан, расположенном южнее Сайпана. В ходе восьмидневных боев японский гарнизон острова был почти полностью уничтожен.

Таким образом, Марианские острова перешли в руки американской армии. На Сайпане, Гуаме, Тициане был построен ряд крупных аэродромов. Уже 24 ноября 70 тяжелых бомбардировщиков В-29 совершили с этих аэродромов налет на Токио.

С конца марта до начала апреля американские войска вели наступление на остров Палау и вынудили отступить на север большую часть Объединенной эскадры — этой основной силы японского военно-морского флота, выведя при этом из строя 200 японских самолетов и 20 кораблей. Как только налеты американской авиации на эскадру усилились, адмирал Кота, прослывший как образец «самурая, скрывающегося в кустах», покинул палубу военного корабля и укрылся на суше. Когда же начала подвергаться воздушным атакам и суша, адмирал 31 марта впереди всех бежал на летающей лодке и пропал без вести в окрестностях Давао на Филиппинах.

Стратегическая обстановка для Японии заметно ухудшилась.

На второй Квебекской конференции в сентябре 1944 г. было решено направить главные усилия на возвращение прежних колониальных владений — Бирмы и Филиппин.

Союзное командование создало объединенный анг-ло- американский штаб под командованием адмирала английского флота Маунтбеттэна и приняло решение начать контрнаступление сразу из двух районов — с Северной Бирмы и с морского побережья Западной Бирмы. В конце октября 1943 г. две дивизии китайских войск, оснащенные современным американским воору-

529

18 Зак. 1543 жением, во взаимодействии с подразделениями американской армии и при поддержке американского 10-го воздушного флота повели наступление в Северной Бирме.

Однако японские войска, не оценившие масштабов контрнаступления армий союзных держав, не отказались от ранее намеченных планов относительно вторжения в Индию. Они по-прежнему вынашивали план неожиданного прорыва на территорию Индии и захвата Имп-хала для нарушения коммуникаций между Китаем и Индией и создания плацдарма для продвижения в глубь Индии. В марте 1944 г., после окончания сезона дождей, три дивизии 15-й армии начали военные операции в районе Импхала.

На передовых позициях войска сражались с ожесточением и в начале апреля окружили Импхал. Командование союзных армий в дополнение к действовавшим в этом районе двум дивизиям индийских войск направило подкрепление в количестве еще двух дивизий, организовав снабжение своих подразделений по воздуху, а в начале месяца бросило войска в контрнаступление. 10 июля японские войска прекратили военные действия.

Одновременно с военными операциями при Импхале в начале февраля дивизия японских войск развернула наступление против двух дивизий индийских войск, расположенных на морском побережье в районе Акьяба. В результате прибытия подкрепления — трех английских дивизий — японцы попали в окружение. Английские войска повели наступление против японских войск, которым в конце февраля удалось с трудом отступить. Японские подразделения были прижаты к горному хребту Маю и понесли большие потери.

Неблагоприятно развивались военные действия и во внутренних районах Бирмы. Одновременно с военными действиями в Северной Бирме 5 марта авиадесантные части союзников под командованием генерал-лейтенанта Иунгейта высадились в районе Ката (на восточном берегу Иравади), и коммуникации дивизии японских войск, которая вела в этом районе бои с китайскими войсками, были прерваны. Китайские войска, дислоцировавшиеся в Северной Бирме, в мае начали наступление против Мьиткьины, главного опорного пункта на коммуникациях между Индией и Китаем. К середине августа японские войска, находившиеся в этом районе в течение 80 дней в окружении, были полностью уничтожены, а Северная Бирма освобождена войсками союзных держав.

Овладение Филиппинами было начато в октябре

1944 г. с высадки американских десантов на острове Лейте, прикрывающем проходы из Тихого океана в Южно-Китайское море. Сопротивление японских войск оказалось слабым. Захватив довольно обширный плацдарм, американцы приступили к строительству аэродромов, на которые была вскоре перебазирована с острова Моротай 5-я воздушная армия.

Высадка крупных американских сил на острове Лейте создала для японцев угрозу потери Филиппин и перенесения военных действий в Южно-Китайское море. Поэтому японское военное командование решило основными силами флота и авиации нанести внезапный удар по американским войскам вторжения, разгромить их и восстановить положение в районе Филиппин. С этой целью были сформированы три отряда военно-морских сил — северный, центральный и южный — в составе

9 линейных кораблей, 4 авианосцев, 19 крейсеров и 33 эскадренных миноносцев. Для взаимодействия с флотом привлекалось свыше 700 самолетов, находившихся на Филиппинских островах и авианосцах. Удар намечалось нанести внезапно на рассвете 25 октября. Однако американское командование, своевременно раскрыв замысел противника, подготовило 7-й флот для встречи и разгрома противника в проливе Суригао, а 3-й флот — в проливе Сан-Бернардино.

В боях, развернувшихся 24 октября, все три отряда японских военно-морских сил потерпели поражение. В морских боях они потеряли 4 авианосца, 3 линейных корабля, 10 крейсеров, 9 миноносцев и подводную лодку. Потери американских вооруженных сил составили 2 эскортных авианосца и 2 эсминца.

После отражения удара японского флота и создания военных баз на островах Лейте и Миндоро американское командование приступило к подготовке высадки своих войск в январе 1945 г. на остров Лусон. Американобританские вооруженные силы к началу 1945 г. овладели почти всеми островами Тихого океана, частью Филиппин и нанесли решающее поражение японскому флоту. Развивалось наступление союзных войск и в Бирме, начатое летом 1944 г.

ОБОСТРЕНИЕ ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКОЙ ОБСТАНОВКИ В ЯПОНИИ

По мере того как ухудшалось военное положение, а жизнь населения приближалась к катастрофе, в народе стало появляться сомнение в целях войны. Первоначально оно приняло форму недовольства правительством Тодзио.

Перед лицом такой непопулярности в народе и противодействия со стороны правящей верхушки Тодзио развил лихорадочную деятельность. В марте 1944 г., когда военное положение еще более ухудшилось, Тодзио, и без того совмещавший портфели премьер-министра и военного министра, под предлогом необходимости объединения военного командования и государственного управления взял на себя обязанности начальника Генерального штаба, а морской министр Симада по совместительству занял должность начальника Главного морского штаба.

Таким образом, сконцентрировав в своих руках всю политическую и военную власть, Тодзио фактически стал диктатором. Народ начал говорить о «бакуфу Тодзио» (бакуфу — правительство в феодальной Японии, обладавшее неограниченной властью). И все же Тодзио никак не удавалось добиться единства военного командования и государственной власти. В военно-морских кругах, которые постоянно соперничали с армией, росло сильное недовольство своим морским министром.

В сентябре были ликвидированы министерства торговли и промышленности и Плановое бюро и создано министерство вооружений, которое возглавил Тодзио. Это министерство контролировало почти всю военную промышленность. Увеличились военные расходы, были введены новые налоги. Мероприятия правительства в области экономики были направлены на расширение производства вооружения (самолетов, военных судов и артиллерийских орудий). Правящие круги Японии прилагали все усилия, чтобы обеспечить продолжение войны против Соединенных Штатов и Англии. Концерны баснословно обогащались на правительственных заказах. Общая сумма капиталов крупных компаний увеличилась за годы войны в 5 и более раз.

Правительство предприняло также ряд мер для укрепления японского господства на оккупированных территориях. 1 ноября 1942 г. было учреждено министерство по делам Великой Восточной Азии. Оно должно было заниматься всеми вопросами управления Маньчжоу-го, Китая, Таиланда, Индокитая, Бирмы, Филиппин и главным образом мобилизацией ресурсов оккупированных стран. В целях привлечения на свою сторону общественности этих стран в 1943 г. Япония объявила «независимость» Бирмы и Филиппин, создала в этих странах марионеточные правительства, отказалась от концессий и права экстерриториальности в Китае. В ноябре 1943 г. японское правительство созвало в Токио конференцию Великой Восточной Азии, на которой были представлены режимы Мань-чжоу-го, нанкинского правительства, Бирмы, Таиланда, Филиппин и других стран.

Несомненно, новые военные неудачи Японии сопровождались обострением экономического и политического положения в стране. Производство в основных отраслях тяжелой промышленности, достигшее высшей точки в

1943 г., стало стремительно падать в 1944—1945 гг.

Усилия японского правительства, направленные на увеличение военного производства за счет интенсификации труда рабочих, подростков и учащихся, посредством еще более жесткого государственного регулирования, не могли остановить падения производства стратегических материалов. Добыча угля, достигнув в 1943 г. 55,5 млн. т, снизилась в 1944 г. до 49 млн. т, а за восемь месяцев 1945 г. — до 22 млн. т. Выплавка стали упала с 8,2 млн. т в 1943 г. до 6,4 млн. т в 1944 г. и 1 млн. т в 1945 г. Производство алюминия сократилось за эти годы почти в 20 раз. В 1945 г. полностью прекратился ввоз нефти в метрополию.

Япония была не в состоянии состязаться с Соединенными Штатами и Англией в наращивании сил. По выпуску боевых самолетов Соединенные Штаты превосходили Японию более чем в три раза: в 1944 г. они произвели более 95 тыс. самолетов, а Япония — 28 тыс. Резко упало производство предметов гражданского потребления. Так, производство хлопчатобумажных тканей снизилось в 1944 г. до 149 млн. м против 900 млн. м в 1943 г., а хлопчатобумажной пряжи — до 56 тыс. т против 96 тыс. т в предыдущем году. Сельское хозяйство продолжало деградировать из-за недостатка рабочих рук и удобрений. Все больше сокращался сбор риса. Дезорганизация экономики к тому же усугублялась морской блокадой, начавшимся крушением японской колониальной империи.

18 июля 1944 г. генерал Тодзио ушел в отставку с поста премьер-министра. Причиной отставки были как военные неудачи Японии, так и создавшееся тяжелое положение в стране.

На смену кабинету Тодзио пришло правительство, возглавленное генералом Койсо.

При формировании кабинета его глава Койсо предложил армии и флоту включить премьер-министра в состав Главной ставки, чтобы тем самым предотвратить разрыв между военным командованием и государственным управлением, но военные круги ответили отказом. Таким образом, с самого начала отпали надежды на объединение руководства. Новый кабинет по своему характеру мало чем отличался от кабинета Тодзио. Не был он достаточно прочным кабинетом «национального единства». В вопросах руководства войной, так же как и прежде, не было выработано единой линии. 4 августа новый кабинет преобразовал Совет связи между Главной ставкой и правительством в Высший совет по руководству войной, стремясь тем самым взять в свои руки руководство ведением войны. Несмотря на это, руководство по-прежнему оставалось в руках военных, а Высший совет по руководству войной фактически не отличался от Совета связи.

Армейский отдел Главной ставки встал перед необходимостью пересмотреть «Программу руководства войной», принятую в сентябре 1943 г. на императорской конференции в связи с изменением обстановки после падения Сайпана, и выработать новые директивы по ведению войны. Были проведены совещания с участием начальника Генерального штаба Умэдзу и военного министра Сугияма, в результате которых к 25 июля было выработано согласованное решение. Согласно этому решению, 70% всех сил сухопутной армии предполагалось выделить для решительного сражения и 30% — для ведения затяжной войны. 27 июля Главная ставка неофициально передала премьер-министру Койсо свои основные соображения по вопросу дальнейшего ведения войны, в основу которых было положено это решение.

Вот что говорилось в документе о необходимости выработки директив по руководству войной: «Мы должны откровенно признать, что в настоящее время создалось настолько опасное положение, что малейшая ошибка, допущенная нами в руководстве войной, может сделать невозможным даже сохранение устоев нашего национального государственного строя. Мы должны нащупывать свой путь, полные решимости искать жизнь в смерти».

Выработанные таким образом оценка международного положения и программа руководства войной существенно не отличались от предшествовавших программ. Хотя при оценке международной обстановки признавалось неблагоприятное положение лагеря оси, в качестве плана дальнейшего ведения войны предлагалось к концу года собрать воедино все ресурсы страны и решительным усилием остановить наступление армий союзников, нарушив их планы продолжения войны. Если же это не приведет к успеху и международное положение станет еще более неблагоприятным, то вопреки всему предполагалось «продолжать войну до победного конца, защищая землю монархов с верой в непременную победу, к которой должна привести железная сплоченность ста миллионов». Таковы были надежды японского командования.

При неспособном и малоинициативном правительстве Койсо процесс разложения военного режима значительно усилился, с каждым днем росло недовольство народа. В этих условиях среди правящих классов зародились планы создания «правительства мира».

Японские правители знали, что государства Восточной Европы одно за другим «распускают организации, поддерживающие Гитлера», и что «Советский Союз ведет неустанную работу с целью установления в соседних с ним странах Европы советского режима, а в остальных европейских странах — по меньшей мере близкой ему по духу власти... Эта деятельность в значительной мере приносит свои плоды». Более того, в Корее — жизненно важной колонии, такие организации, как Корейская лига независимости и Добровольческая армия Кореи получали все более широкую поддержку и наращивали силы.

Ряд членов правительства — Коноэ, Окада, Вакацуки и другие, считали, если «допустить, что поражение неизбежно», то дальнейшее продолжение войны «сыграет только на руку коммунистам». Поэтому они решили «нижайше донести» императору о необходимости прекратить войну «в целях защиты устоев национального государственного строя». Это произошло в феврале 1945 г.

1 апреля 1945 г. американская армия высадилась на острове Окинава, после чего поражение стало совершенно очевидным. Эти обстоятельства привели к падению бездеятельного правительства Койсо, 5 апреля оно ушло в отставку. На смену ему пришел новый кабинет. В этот же день стало известно о денонсации советско-японского пакта о нейтралитете. Внутри страны особенно обращали на себя внимание усилившиеся антивоенные тенденции, которые проявлялись в связи с продовольственным вопросом, вопросом охраны безопасности и проблемой расширения производства.

Главой нового кабинета стал человек, в глазах народа ни в чем не замешанный — адмирал Судзуки Кан-таро, в прошлом старший генерал-адъютант императора.

Новое правительство выступало за заключение компромиссного мира. «Заключение мира» подавалось как условие полного завершения войны.

Таким образом, правительство Судзуки готовилось к поражению, исполняя концерт под названием «двойная стратегия» (Рот), целью которой было обеспечить монархии и монополистам продолжение их господства в послевоенное время.

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ В 1945 ГОДУ

В декабре 1944 г. был принят «План руководства войной на середину 1945 г.». В нем впервые появилась мысль о «решительном сражении в метрополии» в ответ на нападение союзных войск на территорию собственно Японии.

Предполагалось, что союзная армия в середине

1945 г. высадится на территории Японии, в связи с этим было решено подготовиться к отражению нападения. Окончательный план мероприятий был изложен в «Программе чрезвычайных мер, необходимых для достижения победы». Этот план, принятый 25 января на заседании Высшего совета по руководству войной, представлял собой дальнейшую конкретизацию предыдущего плана.

Идея решительного сражения на территории Японии постепенно начинала осуществляться.

В тот момент, когда вырабатывалась концепция решительного сражения в метрополии, Главная ставка предполагала, что предстоящее наступление американской армии развернется по одному из двух направлений: или же, используя в качестве базы Филиппины, она высадится на юге Китая, создаст там авиационные базы, после чего будет наступать на остров Окинава; или же сразу высадится на островах Огасавара, после чего двинется в направлении Окинавы и Тайваня.

В действительности же американская армия стремилась создать плацдарм в южной части островов Огасавара — на острове Иводзима. 19 февраля 1945 г. американские войска высадились на этом острове. Главная ставка считала этот остров одним из звеньев в цепи обороны Японии, учитывая его важное стратегическое значение как промежуточного пункта, находящегося на расстоянии 1200 км от Токио и от Сайпана. Но нехватка самолетов, отдаленность от баз вынудили японское командование отказаться от активной обороны острова и прибегнуть к «тактике затяжных боев с использованием подземных укреплений».

Положение острова было трагическим. Гарнизон острова состоял из 9 батальонов пехоты, 23 танков, 600 орудий разных калибров и насчитывал в общей сложности 23 тыс. человек. Запас продовольствия был на два месяца.

Утром 16 февраля подвижные отряды американской армии одновременно с воздушным налетом самолетов Б-29 на Токио начали ожесточенный артиллерийский обстрел острова Иводзима с кораблей.

19 февраля началась высадка десанта с помощью 130 кораблей. К 11 часам утра на остров были высажены войска численностью в 10 тыс. человек и свыше 200 танков. Сопротивление японских войск было настолько ожесточенным, что 20 февраля американцы дали открытым текстом телеграмму, в которой говорили о больших потерях и просили подкрепления. Но построенные на побережье острова железобетонные укрепления были полностью разрушены, а 21 февраля произошла третья по счету высадка американских войск, их береговой плацдарм к 23 февраля был расширен до

2 км в глубину.

К этому времени американцы захватили позиции на горе Сурибатияма, к 26 февраля была уничтожена половина оружия японской армии, ее людские потери составили 50% наличного состава. К 2 марта японцы потеряли гору Мотояма, где находился аэродром и важнейшие укрепления, и организованное сопротивление японской армии прекратилось. После ожесточенных боев, во время которых японцам один раз даже удалось отбить гору Сурибатияма, японская армия была вынуждена укрыться в укрепленных пещерах. Американские танки выжигали японцев огнеметами. 17 марта японские войска на острове Иводзима были полностью уничтожены — в этот день они отправили последнюю телеграмму.

Во время боев у острова Иводзима японская авиация не смогла навести сколько-нибудь существенных потерь американскому флоту. С другой стороны, после захвата американцами аэродромов на этом острове территория Японии оказалась в радиусе действия истребителей П-51.

Предполагалось, что после захвата острова Иводзима очередной удар американских войск будет направлен против Тайваня и Окинавы. 17 марта подвижные отряды американской армии начали операции против Южного Кюсю и Сикоку. Объединенная эскадра отбила эту атаку, бросив против американцев 193 самолета. Однако японский флот потерял при этом 161 самолет, тогда как американские подвижные отряды вышли из этой операции почти невредимыми.

23 марта подвижные соединения американцев развернули операции против острова Окинава. Заключение Главной Ставки о том, что американские подвижные отряды понесли большие потери и отступили на свою базу, от начала до конца было ошибочным.

Главная ставка издала приказ «Общая программа предстоящих боевых операций» (приказ № 513), в котором говорилось о решающем значении боев на острове Окинава. Но не успели еще японцы как следует подготовиться к обороне, как 25 марта американские войска неожиданно захватили острова Керама, а 1 апреля их крупные соединения высадились на острове Окинава в районе Катэна и в тот же день захватили два аэродрома — на севере и в центре острова. Главнокомандующий Объединенной эскадрой отдал приказ действовать по оперативному плану «Тэн», но японская авиация не была в состоянии нанести решающий удар, т. к. понесла большие потери во время налета американской авиации на Кюсю. 12 и 13 апреля японцы безуспешно атаковали американский десант, численность которого достигала 183 тыс. человек. 4 мая японцы предприняли генеральное наступление, но оно принесло им только крупные потери.

Тем временем американские войска, используя эффективные огневые средства, прорвали японские позиции. В начале июня японцы отступили в район Кияму на южной оконечности острова. 17 июня организованное сопротивление японцев по существу прекратилось, а 25 июня Главная ставка объявила об окончании боев на острове Окинава.

В этих боях японская армия потеряла до 90 тыс. человек, кроме того, жертвой этого сражения пали 150 тыс. жителей острова. В армию были мобилизованы все проживавшие на* острове мужчины в возрасте от 17 до 45 лет. В огне сражения погибали даже школьники и школьницы, которых зачислили в обслуживающий персонал армии. Трагедия «отряда лилий» предвещала печальную судьбу мирных японских граждан в предстоящем «решительном сражении в метрополии».

По американским данным, 404 американских военных корабля было потоплено самолетами, пилотируемыми летчиками-смертниками, число которых составляло 2393, но этим самолетам не удалось потопить ни одного американского авианосца, линейного корабля или крейсера. К этим потерям японской армии присоединился линейный корабль «Ямато», который вышел на операцию в сопровождении лишь нескольких эскадренных миноносцев и подвергся ожесточенной атаке американской авиации.

После потери Иводзимы и Окинавы военное командование вынуждено было спешно готовиться к отражению нападения американской армии на территорию собственно Японии. Необходимость такой подготовки стала провозглашаться уже после падения Сайпана, а после утраты Филиппин идея «решительного сражения» была ясно высказана в принятой в январе 1945 г. «Программе чрезвычайных мер, необходимых для достижения победы».

План предусматривал создание на территории Японии 5 армейских группировок и сформирование в общей сложности 44 дивизий, которые должна была дать третья очередь мобилизации. Однако по данным регистрации населения, проведенной в ноябре 1944 г., оказалось, что 39% занятого населения работает в военной промышленности, 21% — в отраслях, производящих продукты народного потребления, и 40% — в сельском хозяйстве. Из лиц мужского пола, занятых в различных отраслях хозяйства, 47% имело отношение к военной службе. Все это свидетельствовало о том, что резервы рабочей силы были почти полностью исчерпаны.

Вот данные о запасах сырья и материалов: оставалось 260 тыс. т стали, в конце марта запасы авиационного бензина составляли около 120 тыс. килолитров, горючее для автомобилей и тяжелое топливо должны были исчерпаться со второго квартала, поставки риса из других стран прекращались, а из урожая 1945 г. предполагалось собрать менее 60 млн. коку риса.

В этих условиях 20 января 1945 г. была принята «Общая программа боевых операций императорской армии и императорского флота». Программа призывала «вооружить все живое на императорской земле» и воевать так, чтобы, «погибая, тянуть вместе с собой на тот свет и противника».

В то время как в Японии осуществлялась подготовка к решительному сражению на ее собственной территории, американцы с исключительной осторожностью подготавливали вторжение. Поскольку их потери на Иводзиме и Окинаве оказались неожиданно большими, предполагалось, что сопротивление японцев на территории самой Японии окажется еще более упорным. Американская армия была усилена войсками, переброшенными из Европы, и готовилась к осуществлению плана операций невиданных масштабов. По этому плану предполагалось сконцентрировать против Японии все наличные силы флота и авиации, перебросив их с восточного и западного театров военных действий, и в ноябре 1945 г. силами 14 дивизий высадиться на юге острова Кюсю, а весной следующего года силами 25 дивизий осуществить вторжение на равнину Канто.

Начались воздушные налеты. В результате беспорядочных бомбардировок, в которых принимали участие американские самолеты Б-29, территория Японии превратилась в выжженное поле. Когда американцы захватили остров Сайпан, всем стало ясно, что теперь начнутся воздушные налеты на Японию.

В 1944 г. объектом воздушных нападений были главным образом военные предприятия, но после крупного ночного налета на Токио 9 марта 1945 г. американцы начали каждую ночь бомбить какой-нибудь город на территории Японии. Причем, так же как и во время налетов англо-американской авиации на Германию, бомбы сбрасывались куда попало. Налеты на военные аэродромы, военные предприятия, железные дороги совершались лишь изредка, в основном же бомбили жилые дома, больницы, школы и т. п., на которые сбрасывались зажигательные и напалмовые бомбы. Американцы сжигали мелкие и средние города, не имеющие никакого стратегического значения. В результате 9 млн. человек остались без крова и лишились своего имущества.

По подсчету, проведенному после войны, 70% всего ущерба, нанесенного войной, приходилось на жилые дома, домашнее имущество, школы, больницы, а ущерб, причиненный воздушными налетами промышленному оборудованию, средствам связи и железным дорогам, оказался незначительным. Кульминационным пунктом этой трагедии явилась атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки.

МАНЕВРЫ С ЦЕЛЬЮ ПРЕКРАЩЕНИЯ ВОЙН

Еще до сформирования «правительства мира» Судзуки, часть придворных предприняла маневры для достижения мира. В феврале 1945 г. Коноэ Фумимаро представил императору доклад, в котором он, исходя из неизбежности военного поражения, настаивал на скорейшем заключении компромиссного мира с Англией и США. Эту необходимость он мотивировал следующим образом: «Хотя поражение, безусловно, нанесет ущерб нашему национальному государственному строю, однако общественное мнение Англии и Америки еще не дошло до требований изменения нашего государственного строя... Следовательно, одно только военное поражение не вызывает особой тревоги за существование нашего национального государственного строя. С точки зрения сохранения национального государственного строя наибольшую тревогу должно вызывать не столько само поражение в войне, сколько коммунистическая революция, которая может возникнуть вслед за поражением».

Падение острова Сайпан усилило стремление к достижению мира. Еще в феврале 1943 г. Коноэ заявил: «Дальнейшее обострение напряженности во внутренней обстановке должно неизбежно привести к усилению красного движения. Это говорит о необходимости скорейшего прекращения войны». К Коноэ присоединился Кидо, «разделявший те же опасения». С их точки зрения японская империя могла выбирать только одно из двух — либо военное поражение, либо револющию.

Следовательно, «сторонники мира» по существу ничем не отличались от сторонников продолжения войны. Поэтому, если Сигэмицу или Того и предпринимали дипломатические шаги с целью заключения мира, то свою дипломатию они строили в расчете на расширение военных усилий. Так, например, во время боев на острове Окинава Того рассуждал следующим образом: «Если Японии удастся отразить врага на Окинаве, то Советский Союз и другие страны увидят, что Япония все еще имеет значительные резервы военной мощи. Кроме того, в этом случае неприятельской стороне потребуется некоторое время, чтобы вновь перейти в наступление. Воспользовавшись подобной ситуацией, можно будет построить фундамент для деятельности нашей дипломатии, находящейся в настоящее время в тупике».

Между тем, в то время как правители Японии понапрасну тратили время, стремясь провести в жизнь свою политическую линию: компромиссный мир — дипломатия — рост военных усилий, дела в стране все ухудшались; военное положение стало исключительно тяжелым, правители становились все более непопулярными среди народа.

Для правящей верхушки в надеждах на заключение компромиссного мира единственным ободряющим фактором были противоречия между Англией и США, с одной стороны, и Советским Союзом — с другой. Целью так называемых «мероприятий по прекращению войны» было в мировом масштабе — углублять раскол между Англией, США и Советским Союзом. В дневнике Коноэ имеется запись от 11 апреля 1943 г. о его беседе с Чэнем, председателем правительства Ван Цзин-вэя. Последний рассказал, что к нему явился тайный посланец Чан Кай-ши, который сообщил, что поскольку ни Англия, ни США не хотят полного разгрома Японии, являющейся барьером против Советского Союза, то и Чан Кай-ши, со своей стороны, желал бы в дальнейшем добиться взаимопонимания с японским правительством.

Маневры по достижению мира стали по существу первоочередной задачей правительства с момента сформирования кабинета Судзуки. «Программа руководства войной», принятая 19 августа 1944 г. на императорской конференции, содержала следующий пункт: «В случае разгрома Германии или заключения ею сепаратного мира необходимо, не теряя времени, предпринять усилия для изменения обстановки в лучшую сторону, используя с этой целью Советский Союз».

Чтобы подготовить для этого почву, предполагалось направить в Советский Союз в качестве специального посла такого видного деятеля, как бывший министр иностранных дел Хирота Хиротакэ. Однако Советский Союз отклонил предложение о посылке специального японского представителя, а Сталин, выступая в ноябре 1944 г. с докладом о годовщине Октябрьской революции, назвал Японию агрессором. Но все это не поколебало тех планов, которые строились в этом направлении. 5 апреля 1945 г. Советский Союз предупредил Японию о своем нежелании продлить пакт о нейтралитете. Однако часть правящей верхушки Японии не отказалась от надежды добиться мира с США и Англией при посредничестве Советского Союза. Они думали, что это будет ускорено успешным наступлением японских войск на острове Окинава.

8 мая, когда был решен исход сражения на Окинаве, Япония узнала о безоговорочной капитуляции Германии. В этих условиях правительству не оставалось ничего другого, как искать выход в посредничестве Советского Союза. 11, 12 и 14 мая проходило совещание Высшего совета по руководству войной, на котором «курс на улучшение обстановки при посредничестве СССР» было решено заменить «курсом на заключение мира с Англией и США при посредничестве СССР». В связи с этим было принято решение осуществить ряд дипломатических мер с целью 1) предотвратить вступление Советского Союза в войну против Японии, 2) более того, добиться доброжелательного отношения Советского Союза к Японии, 3) добиться мира с Англией и США при посредничестве СССР.

Через бывшего министра иностранных дел Хирота послу СССР в Японии Малику было сделано официальное предложение созвать конференцию для улучшения советско-японских отношений. Однако переговоры с Маликом не дали результатов, поэтому японскому послу в Москве было поручено вести переговоры с министром иностранных дел Молотовым. В июле, когда положение особенно обострилось, в Японии начали готовить поездку в СССР Коноэ в качестве специального представителя императора. Правительство во что бы то ни стало стремилось добиться от СССР благоприятного ответа до Потсдамской конферении.

13 июля посол Сато обратился к замебтителю министра иностранных дел Лозовскому с предложением относительно посылки в СССР специального посла. Ему ответили отказом, заявив, что цели этой поездки не ясны. Когда предложение было повторено уже с ясно сформулированными целями поездки, послу Сато заявили, что ответ последует после окончания Потсдамской конференции. Таким ответом явилась Потсдамская декларация.

ПОЛИТИКА США В ОТНОШЕНИИ ЯПОНИИ И ПОТСДАМСКАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ

Во время второй мировой войны точка зрения союзников на окончание войны с державами оси была пронизана принципом безоговорочной капитуляции. Вполне понятно, что такая точка зрения была обусловлена тем, что эта война, помимо других многочисленных факторов, в своей сущности носила антифашистский характер. Цели, которые преследовались демократическими силами мира, могут быть выражены следующими словами: «Задача состоит не только в том, чтобы выиграть войну, но и в том, чтобы сделать невозможным возникновение новой агрессии и новой войны, если не навсегда, то по крайней мере в течение длительного периода времени».

Эти цели были впервые официально определены в декларации четырех государств — США, Великобритании, Советского Союза и Китая, принятой в октябре

1943 г. в Москве, и затем были вновь ясно подтверждены в Каирской декларации и на Ялтинской конференции.

Но с другой стороны, эта война была войной между государствами. В войне против Японии американские интересы столкнулись с японскими интересами. Америка стремилась унаследовать приобретения Японии в Азии и особенно в Китае. Эти цели обнаруживались в течение всей войны и особенно явно в политике по отношению к Китаю. Когда же стало очевидным поражение Японии, американцы с особой откровенностью стали преследовать эти цели в решении вопроса об отношении к Японии во время окончания войны и после нее.

В Америке уже с давних пор проявлялся интерес к тому, какова будет судьба послевоенной Японии, но конкретно этот вопрос был поднят Государственным департаментом в 1943 г. и особенно в 1944 г. Вопрос об отношении к Японии вызвал дискуссию в самом Государственном департаменте, а также между ним и военным министерством.

В мае 1944 г. Государственный департамент закончил составление основного проекта послевоенной политики в отношении Японии и передал его военному министерству. Основными положениями этого проекта были:

а) Япония не будет подвергнута разделу. Однако она должна будет возвратить территории, захваченные ею в результате агрессивных войн;

б) в период военной оккупации японское правительство прекратит свое существование как политическая единица, а его функции по установлению политической линии будут приостановлены. Тайный совет, кабинет министров, парламент, военное и морское министерства, министерство по делам Восточной Азии и другие будут ликвидированы. Министерство внутренних дел, министерство финансов и другие министерства, несущие административные функции, будут продолжать свою деятельность под руководством военной администрации союзников;

в) союзные державы, принимавшие участие в войне против Японии, будут участвовать в оккупации Японии и ее управлении. Это убедит японцев, что агрессия Японии порицается всеми странами мира, и ненависть японцев не будет направлена исключительно против одной страны. К оккупации присоединятся также армии Китая, Индии, Филиппин и других стран Азии. Это создаст впечатление, что война не была войной только одних белых против Японии.

Вопрос об императорской власти явился сложной проблемой, «немало занимавшей наши мысли» (Хэлл). Было решено проявить в этом вопросе гибкость; окончательная точка зрения относительно самого существования императорской власти так и не была определена. В Государственном департаменте, так же как и в других учреждениях, по этому вопросу существовали разногласия. В общих чертах их можно охарактеризовать как разногласия между «японской партией», которая рассматривала императора, крупных капиталистов как «умеренных» и настаивала на сохранении императорской власти, и «китайской партией», которая указывала, что император и «умеренные» играли роль второй скрипки в агрессивной политике, и рассматривала ликвидацию императорской власти как необходимое условие демократизации и демилитаризации Японии.

В мае 1944 г. Грю — бывший американский посол в Японии и ведущая фигура «японской партии» — был назначен на пост руководителя дальневосточного отдела Государственного департамента, а после ухода в конце того же года Хэлла с поста государственного секретаря и назначения на его место Стеттиниуса Грю получил повышение, став заместителем государственного секретаря. Вследствие этого в Государственном департаменте усилилось влияние «японской партии».

В 1945 г. все более очевидным становился исход военных действий, но правящие круги США считали, что сопротивление Японии будет продолжаться до 1947 г. Опасаясь дальнейших жертв, которых потребует от Америки продолжающееся сопротивление Японии, американские правящие круги желали, чтобы Советский Союз как можно скорее вступил в войну против Японии. Однако, когда после смерти Рузвельта 17 апреля в Японии был сформирован кабинет Судзуки, Грю и его единомышленники решили, что это создан кабинет капитуляции. Они пришли к выводу, что необходимо уточнить содержание понятия «безоговорочная капитуляция» и предложить Японии капитулировать. 8 мая, в день капитуляции нацистской Германии, новый президент Трумэн выступил с заявлением по поводу Японии, в котором призывал к безоговорочной капитуляции японские вооруженные силы, тем самым несколько ограничив содержание самого понятия «капитуляция».

В этот период обращения США к Японии с требованием о немедленной капитуляции уже не определялись только желанием избежать кровопролития. В процессе крушения гитлеровской Германии между Советским Союзом, с одной стороны, США и Англией — с другой, возникли разногласия о политической власти в Польше, наблюдались трения между этими государствами и в ходе учредительной сессии Организации Объединенных Наций (апрель-июнь 1945 г.); в самой Америке смерть Рузвельта послужила сигналом для оживления деятельности антисоветских сил.

Таким образом, единый фронт союзных государств против фашизма постепенно рушился. Америка стала рассматривать как угрозу для себя Советский Союз. Закончить войну с Японией, прежде чем Советский Союз вступит в нее, лишить Советский Союз права голоса при решении дальневосточных проблем, предотвратить слияние движения в Азии с вступлением Советского Союза в войну против Японии — подобного рода нелегкие задачи, которые должны были обеспечить интересы американцев в послевоенное время, встали перед американскими правящими кругами.

После выступления Трумэна начались организованные полковником Захариасом радиопередачи на Японию, которые призывали Японию капитулировать. Эти передачи, повторенные до 4 августа 14 раз, были обращены к придворным, дипломатам и другим представителям японских правящих кругов, которых считали «умеренными». Хотя по своему содержанию эти передачи соответствовали заявлению Трумэна, они подчеркивали возможность заключения «почетного мира» и делали скрытые намеки на то, что для японских правящих кругов было бы выгодно капитулировать перед одной Америкой, не дожидаясь вступления в войну Советского Союза.

В конце мая 1945 г. заместитель государственного секретаря Грю поручил своему подчиненному Доумэну, так же как и Грю, являвшемуся центральной фигурой «японской партии», составить документ, который ясно определял бы политику США по отношению к Японии после капитуляции и рекомендовал бы Японии немедленно капитулировать. Документ, представленный До-умэном, лег в основу Потсдамской декларации. Этот проект состоял из 13 статей и, будучи составленным в несколько иных выражениях, в общих чертах совпадал с Потсдамской декларацией за некоторыми исключениями. Так, в статье 12 после текста, содержащегося в окончательном варианте декларации (несколько перефразированного), в ее проекте были записаны следующие слова: «...сюда может быть включена конституционная монархия при (сохранении) существующей династии в том случае, если миролюбивые нации будут убеждены в том, что такое правительство действительно стремится осуществлять политику мира, которая сделает невозможным распространение в будущем агрессивного милитаризма в Японии».

Вполне понятно, что наиболее «важной» (Грю) в этом проекте является та часть статьи 12, которая говорит о сохранении императорской системы.

Этот проект 28 мая был представлен Трумэну. Грю говорил по поводу этого проекта: «Японцы фанатичны, поэтому они будут сражаться до конца. В таком случае трудно предсказать, сколько будет потеряно жизней американских солдат. Препятствием для безоговорочной капитуляции японцев является вопрос об императорской власти. Следовательно, Япония капитулирует, если будет сделано какое-либо указание на то, что после полной капитуляции Японии и полной ураты ею военной мощи выбор формы политической власти будет предоставлен самим японцам». Далее Грю подчеркнул, что для американской политики в отношении Японии наиболее приемлемой формой политической власти является конституционная монархия. Трумэн согласился с мнением Грю, но сказал, что необходимо посоветоваться по этому вопросу с военным командованием. На следующий день, 29 мая, этот проект обсуждался в Пентагоне, в кабинете военного министра Стимсона. В обсуждении приняли участие Грю, военный министр Стимсон, морской министр Форестолл, начальник Генерального штаба Маршалл и начальник Бюро военной информации Э. Дэвис, а также ряд других лиц.

Представители военного командования в общем разделяли взгляды Грю, и большинство их было согласно с этим проектом. Однако было решено, что по военным соображениям нецелесообразно немедленно опубликовывать этот документ, и в конечном счете его публикация была отложена. Эти «военные соображения», как стало известно позднее, заключались в том, что в то время шли бои на Окинаве и подобное заявление могло быть расценено как проявление слабости США.

Вскоре после этого, 2 июля, Стимсон направил президенту Трумэну меморандум относительно призыва к капитуляции. В меморандуме говорилось о сохранении императорской власти. «Что касается меня, — писал Стимсон, — то я считаю: если указать, что мы не собираемся ликвидировать конституционную монархию при сохранении существующей династии, то это значительно увеличит вероятность принятия капитуляции».

Вскоре государственным секретарем стал Бирис. Грю убеждал Бириса в необходимости сделать заявление, в котором содержалось бы предложение Японии капитулировать, но какой-либо новый проект не был составлен, и Бирис повез в Потсдам старый проект,

о котором говорилось выше. Эта декларация была одобрена в Потсдаме Черчиллем и Молотовым; Чан Кай-ши выразил свое согласие телеграммой, после чего 26 июля декларация была опубликована.

По всей вероятности, пункт о сохранении конституционной монархии оставался в американском проекте вплоть до Потсдамской конференции, и, лишь перед тем как представить проект советской делегации, американцы по собственному почину вычеркнули его. Во всяком случае, в статье 12 Потсдамской конференции ничего не говорится о конституционной монархии.

17 июля 1945 г. в пригороде Берлина Потсдаме открылась последняя конференция с участием глав союзных держав, на которой обсуждались вопросы, связанные с ведением войны.

Потсдамская декларация, обращенная к Японии, была опубликована в ходе конференции 26 июля от имени США, Великобритании и Китая. Советский Союз в то время не находился в состоянии войны с Японией и присоединился к декларации 8 августа одновременно со вступлением в войну против Японии.

Потсдамская декларация, состоящая из 13 статей, будучи призывом к капитуляции, в то же время знакомила мир с отношением Объединенных Наций к Японии. Первые 5 статей декларации имеют значение своего рода преамбулы. В них содержались требования немедленного и полного принятия условий декларации: «Мы не отступим от них», «Мы не потерпим никакой затяжки», а также подчеркивалось, что дальнейшее сопротивление приведет Японию к быстрому и полному разгрому. Статья 6 настаивала на полном искоренении милитаризма, статья 7 говорила об оккупации территории Японии, чтобы гарантировать осуществление целей декларации, статья 8 ограничивала суверенитет Японии ее территорией, статья 9 провозглашала разоружение японской армии. В статье 10 по поводу обращения с японским народом говорилось, что страны, подписавшие декларацию, «не стремятся к тому, чтобы японцы были порабощены как раса или уничтожены как нация». В ней также говорилось о наказании военных преступников, о возрождении и укреплении демократических тенденций среди японского народа, о том, что будет введена свобода слова, религии и мышления и будут уважаться основные права человека. Статья 11 содержала разрешение Японии иметь мирную промышленность и запрещала военные отрасли промышленности. В ней упоминалось также о «справедливых репарациях натурой». В статье 12 содержалось обещание вывести из Японии оккупационные войска, как только будет создано демократическое правительство. Как уже указывалось, вопрос об императорской власти был исключен из этой статьи.

Статья 13 требовала безоговорочной капитуляции всех японских вооруженных сил.

Потсдамская декларация была опубликована. В случае ее отклонения «Японию ждал быстрый и полный разгром». День вступления Советского Союза в войну против Японии в соответствии с Ялтинским соглашением приближался, но японский народ оставался в полном неведении относительно этого. В США закончились испытания атомной бомбы.

ИГНОРИРОВАНИЕ ДЕКЛАРАЦИИ ЯПОНИЕЙ

Все эти перипетии, связанные с подготовкой и опубликованием Потсдамской декларации, немедленно оказали влияние на японских правителей. От своих информаторов за границей и через радио они получали сведения о разногласиях, существовавших между США и Советским Союзом, а также об оценке императорской власти в Америке.

Правители Японии, стремившиеся использовать разлад между США и Советским Союзом, все более отчетливо осознавали тот факт, что «среди американцев, которые сохраняют веру в военные цели Объединенных Наций, но не доверяют Советскому Союзу и боятся его, довольно сильны настроения в пользу примирения с Японией».

Когда министр иностранных дел Того прочел Потсдамскую декларацию, он почувствовал в ней нотки умиротворения, которых не .было в прежних требованиях союзников к Японии. В таком случае если и нельзя было безоговорочно принять Потсдамскую декларацию, то и отклонять ее категорически не имело смысла. В первой половине дня 27 июля на аудиенции у императора Того сказал: «Мы должны очень осторожно подойти, к этой декларации и в своей стране, и за ее пределами. Особое беспокойство вызывает то, что всякое заявление, отклоняющее эту декларацию, может привести к серьезным последствиям». На состоявшемся в тот же день совещании Высшего совета по руководству войной было в конце концов решено действовать сообразно тому, какую позицию займет Советский Союз.

Заседание кабинета министров во второй половине дня 27 июля целиком было посвящено обсуждению мер, которые следовало принять, во-первых, для предотвращения распространения среди японского народа основных идей Потсдамской декларации в том случае, если она будет опубликована, и, во-вторых, для предупреждения недоверия и беспокойства, которые могли возникнуть главным образом среди правящих кругов в случае, если декларация не будет опубликована. (К попыткам добиться мира имела отношение лишь небольшая кучка представителей правящих кругов, их верхушка, остальные же не были в состоянии разобраться в сложной обстановке).

В результате этого обсуждения Информационное управление при кабинете министров дало указание газетам опубликовать декларацию с большими купюрами. Так, было предложено исключить те выражения декларации, которые были непосредственно обращены к народу: «Японским вооруженным силам после того, как они будут разоружены, будет разрешено вернуться к своим очагам с возможностью вести мирную и трудовую жизнь», а также: «Мы не стремимся к тому, чтобы японцы были порабощены как раса или уничтожены как нация». Так как правительство не высказалось по поводу этой декларации, у народа могло создаться впечатление, что в правительстве царит растерянность. Поэтому газетам было дано указание в комментариях к тексту декларации намекнуть, не указывая источника, на то, что правительство, по-видимому, оставило без внимания декларацию.

На этом японские правители завершили первый этап мероприятий, связанных с Потсдамской декларацией. Теперь они только ожидали, что предпримет Советский Союз.

В таких условиях вражда двух группировок — «сторонников мира» и «сторонников продолжения войны» — особенно обострилась. Если раньше приготовления к решительному сражению на территории собственно Японии и маневры, имевшие своей целью достижение мира, осуществлялись параллельно и дополняли друг друга во имя «национального государственного строя», то теперь эта фаза была уже пройдена. Обе группировки вступили в новую фазу борьбы, где они уже двигались каждая своим путем. Теперь эти группы просто стремились устранить друг друга, и каждая из них желала доказать, что только она руководствуется интересами страны.

Военный министр Анами и его сторонники еще накануне, на заседании кабинета министров, настаивали на том, что при опубликовании Потсдамской декларации следует одновременно выступить против нее и тем самым направить общественное мнение по надлежащему пути. В конечном счете тогда было принято компромиссное решение. Однако «нерешительная позиция» по отношению к Потсдамской декларации (она была опубликована 28 июля в утренних газетах) лишь усилила раздражение у сторонников продолжения войны из среды военщины. Они подчеркнули, что отсутствие заявления об отношении к Потсдамской декларации отражается на боевом духе армии. Им удалось убедить Судзуки, который в свою очередь заявил по поводу позиции правительства в отношении Потсдамской декларации следующее: «Мы игнорируем ее. Мы будем неотступно продолжать движение вперед для успешного завершения войны».

Заявление Судзуки вызвало большую шумиху. На следующий день газеты поместили его под большими заголовками, а радиовещание на заграницу разнесло по всему миру известие об «игнорировании» Японией Потсдамской декларации. Политика выжидания, что предпримет Советский Союз, свидетельствовала о недооценке демократических сил мира и игнорировании их требований. Была упущена последняя возможность капитуляции, что обошлось Японии еще в один миллион человеческих жизней.

АТОМНАЯ БОМБАРДИРОВКА ХИРОСИМЫ И НАГАСАКИ

Работа по изготовлению атомного оружия началась в Соединенных Штатах летом 1940 г. «Манхэттэн-ский проект» — так была зашифрована работа над атомной бомбой. Проводилась она в лабораториях Лос-Аламоса. Этот проект обошелся США в 2 млрд. долл. В непосредственном решении научных и технических проблем приняли участие американские, а также европейские ученые, находившиеся тогда в Соединенных Штатах — Э. Ферми, В. Вейскопф, Э. Теллер и др. Английское правительство передало США результаты соответствующих исследований английских ученых.

Правительством Рузвельта не обсуждались политические и другие аспекты изготовления атомной бомбы. Только после смерти этого американского президента, в конце апреля 1945 г., когда стало ясно, что работы находятся в заключительной стадии, было решено учитывать атомную бомбу в военном планировании. С мая 1945 г. высшее военное командование Соединенных Штатов включило ее в военные планы завершающего этапа войны на Тихом океане в качестве возможного оружия.

В середине июля 1945 г. Объединенный американоанглийский разведывательный комитет представил рекомендации Объединенному комитету начальников штабов. Их суть сводилась к тому, что как только Советский Союз окажется в войне с Японией, «японское правительство, вероятно, захочет окончить войну на любых условиях,».. Американское высшее военное командование, учитывая это, усомнилось в том, что применение атомной бомбы необходимо в военных целях. Было решено ограничиться демонстрацией — взорвать атомную бомбу либо над безлюдными местами, либо над Японским морем.

Конечное решение о применении атомной бомбы находилось в руках политиков. Правительство Г. Трумэна рассматривало это оружие как главное средство, с помощью которого Соединенные Штаты могли диктовать свои условия всем другим странам на заключительном этапе войны и в начале послевоенного периода. Временный комитет под руководством Г. Стимсона, созданный американским правительством для окончательного решения вопроса, 1 июня 1945 г. высказался за то, чтобы использовать атомную бомбу против Японии «возможно скорее».

Комитет ученых атомщиков, возглавлявшийся профессором Д. Франком, представил правительству доклад, в котором высказался против использования атомной бомбы. Ученые считали необходимым сначала продемонстрировать новое оружие в присутствии представителей держав — членов Организации Объединенных Наций, затем предъявить ультиматум Японии и, если японское правительство отвергнет его, рассмотреть возможность применения атомной бомбы.

16 июля 1945 г. в пустыне в штате Нью-Мексико был проведен первый экспериментальный взрыв. Сразу после успешного испытания атомной бомбы Трумэн собрал совещание. На нем все участники высказывались за использование атомной бомбы против Японии. 24 июля Г. Трумэн отдал приказ о боевом применении атомного оружия против Японии в первых числах августа. В распоряжении США тогда были две атомные бомбы. Американское правительство торопилось ввести их в дело накануне вступления в войну Советского Союза.

Выбраны были Хиросима и Нагасаки.

Город Хиросима возник в дельте реки Отагава в 17 веке. Он расположен веерообразно, как бы повторяя форму дельты, и расширяется к югу в сторону внутреннего моря Сэтонайкай. Но у Хиросимы было и другое лицо — чрезвычайно опасное! В Хиросиме находились многочисленные военные казармы, военные арсеналы, транспортные управления по перевозкам военных грузов. В разгар войны на Тихом океане пятую часть всей территории города передали в распоряжение армии. Хиросима считалась важнейшим городом военного значения во всем районе Кансай.

Время основания Нагасаки восходит к 16 веку. Так же как и Хиросима, Нагасаки имел свое опасное лицо. Когда Япония вновь была открыта для внешних сношений, через это маленькое окошко — Нагасаки — хлынула новая цивилизация, новая наука и техника, но вместе с ней в страну проникла и современная военная техника. В порту Нагасаки была воздвигнута крепость. Причем сам порт выполнял роль одной из важнейших баз военного снабжения.

Но Хиросиму и Нагасаки выбрали в качестве объектов бомбардировки не только потому, что в них находились важные военные объекты. Созданный в Вашингтоне весной 1945-го года тайный «Комитет по определению мишеней» поставил такое условие для первого в истории ядерного удара: он «должен быть достаточно зрелищным, чтобы значение оружия получило международное признание, когда пресс-материалы о нем поступят в обращение».

Генерал Гровс говорил: «Чтобы нам со всех сторон хорошенько взвесить эффект бомбы, мишень не должна быть повреждена предшествующими воздушными атаками...» Гровс также настаивал на таких разме-pax мишени, когда бы все разрушения аккуратно уложились и сверху предстала бы идеальная схемка, позволяющая определить реальную мощность бомбы.

Бомбардировку Хиросимы было решено произвести 6 августа. Для бомбардировки выделили эскадрилью из семи бомбардировщиков Б-29: три для наблюдения, один резервный на острове Иводзима, два для транспортировки научной аппаратуры и наблюдателей и один — доставщик атомной бомбы. 6 августа в два часа сорок пять минут по тини-анскому времени бомбардировщик «Энола Гэй» с урановой бомбой — «Малышом» — на борту стартовала в направлении Японии. «Энола Гэй» вышла на Хиросиму на высоте десять тысяч метров. Чуть позже восьми часов по японскому времени «Малыш» был сброшен с высоты девять тысяч шестьсот метров. Вслед за ним были сброшены на парашютах измерительные приборы для определения эффективности бомбардировки.

9 августа перед рассветом Б-29, известный под названием «Бокс кар», стартовал в Тиниана, имея на борту плутониевую бомбу «Толстяк». В качестве цели первой очереди был намечен город Кокура (нынешний Кита-кюсю) и второй очереди — город Нагасаки. Самолет-доставщик сопровождали два самолета наблюдения. Приблизившись к городу Кокура, пилот обнаружил, что, вопреки сообщению самолета метеослужбы, небо над Кокурой покрыто толстым слоем облаков и визуальное бомбометание невозможно. В районе Нагасаки тоже была сплошная облачность, но в последний момент экипаж самолета обнаружил «окно» и сбросил плутониевую бомбу с высоты восемь тысяч восемьсот метров.

По самым скромным подсчетам за первые недели хиросимская бомба унесла 140 тысяч жизней, а то, что сбросили на Нагасаки, — 70 тысяч. Число раненых превышало 100 тысяч. 400 тысяч человек страдали от последствий радиации. Только спустя неделю люди начали изучать признаки лучевой болезни.

Министр иностранных дел Японии Того посетил императора и сообщил, что из информации, переданной по американскому радио, явствует, что на Японию сброшена атомная бомба. Затем Того информировал об этом и премьер-министра Судзуки. Император приказал вести дело к скорейшему окончанию войны. Одновременно

10 августа правительство Японии заявило Америке через швейцарское правительство протест, в котором предлагалось незамедлительно прекратить использование атомных бомб в войне с Японией, поскольку они представляют особо неслыханное мощное тотальное бесчеловечное оружие, а применение его является преступлением против человечества.

ГЛАВА II

ВСТУПЛЕНИЕ СССР В ВОЙНУ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

РАСЧЕТ ЯПОНИИ НА ДАЛЬНЕЙШИЙ ХОД ВОЙНЫ

Отклоняя требование о безоговорочной капитуляции, японские правители исходили из определенных военных и политических соображений. Основу их все же еще составлял расчет на то, что Советский Союз не вступит в войну на Дальнем Востоке.

В Токио учитывали, что японская сухопутная армия почти полностью сохранила свои силы, а территория Японии даже частично не была занята противником. Осталась нетронутой сравнительно развитая военная промышленность на азиатском континенте — в Маньчжурии и Корее, опираясь на которую японцы могли сопротивляться американо-английским войскам в течение продолжительного времени. Не без основания предполагалось, что США и Англия не имеют

достаточных сил для высадки десанта на территории Японии.

Так, если общее превосходство американо-английских войск, находившихся на островах Тихого океана, на

1 января 1945 г. по авиации и линейным кораблям было пятикратным, а по другим кораблям, в том числе авианосцам — десятикратным, то их сухопутные силы имели перевес над японскими только в 1,5 раза. При этом американо-английские сухопутные силы были разбросаны на островах Тихого океана от Новой Гвинеи до Филиппин. Даже при условии снятия гарнизонов со всех островов американо-английское командование могло собрать для высадки десанта в Японии не более 500 тыс. человек. В японских же вооруженных силах насчитывалось свыше 7 млн. солдат и офицеров. Из них 3 млн. могли быть выставлены для обороны метрополии. Кроме того, японцы располагали на азиатском континенте мощной военно-экономической базой, трудно доступной для СТТТА и Англии.

Японское правительство знало также, что определенные элементы в правящих кругах США и Англии не были заинтересованы в полном разгроме Японии и стремились лишь устранить ее как своего главного экономического конкурента на Дальнем Востоке и в Океании, сохранив, однако, как силу, враждебную Советскому Союзу.

Исходя из этих расчетов, Япония спешно готовилась к длительной обороне. Особое внимание уделялось обороне метрополии с тем, чтобы в случае высадки на ее территории американских войск нанести им поражение и закончить войну на приемлемых для Японии условиях. Проведенная в начале 1945 г. третья (тотальная) мобилизация позволила японскому командованию развернуть 44 новые дивизии и большое количество частей усиления, доведя численность сухопутной армии до 5,5 млн. человек.

К августу она насчитывала 169 пехотных, 4 танковые и 15 авиационных дивизий. Из 10 с лишним тысяч самолетов половина была приспособлена для лет-чиков-смертников.

Наиболее подготовленной и боеспособной группировкой японских войск, предназначавшейся для агрессии против Китая, СССР и МНР, являлась Квантунская армия. Она была создана в 1931 г. на базе войск, расположенных на территории Квантунской области (юго-западная оконечность Ляодунского полуострова до залива Гуаньдун).

В августе 1945 г. Квантунская армия представляла собой еще грозную силу, она объединяла группу фронтов — 1-й (3-я и 5-я армии), 3-й (30-я и 44-я армии) и 17-й (34-я и 58-я армии), а также отдельную 4-ю армию, 2-ю и 5-ю воздушные армии и Сугнарийскую флотилию. Кроме того, ей были оперативно подчинены армия Маньчжоу-го и войска Внутренней Монголии, состоявшие из дивизий князя Девана и Суйюаньской армейской группы.

Более чем миллионная Квантунская армия, личный состав которой воспитывался в духе фанатической преданности императору и ненависти к Советскому Союзу, представляла собой серьезную военную силу. К тому же она располагала многочисленными бактериологическими средствами, которые предназначались для применения в массовом масштабе, и опиралась на заранее подготовленный во всех отношениях плацдарм на территории Маньчжурии и Кореи. Японское командование длительное время осуществляло здесь крупные мероприятия по военному и военно-инженерно-му строительству. Расширялась сеть железных и шоссейных дорог, создавались военные аэродромы, увеличилась сеть военных баз и складов, особенно в районе Мукдена — Чанчуня. Быстрыми темпами строились казармы, гаражи, бензохранилища.

Особенно широко велись работы по созданию и совершенствованию системы долговременных приграничных сооружений, из которых состояли многочисленные укрепленные районы и опорные пункты. На границах с СССР и МНР к 1945 г. насчитывалось

17 мощных укрепленных районов с 4500 долговременными железобетонными огневыми сооружениями. Общая протяженность этих укрепленных районов составляла 800 км. Опираясь на свои укрепления, а также на хребты Большого Хингана, Ильхури-Алиня, Малого Хингана и Маньчжурские горы, прикрывающие пути в центральные районы Маньчжурии соответственно с запада, севера и востока, Квантунская армия могла оказать упорное сопротивление войскам Красной Армии, которым предстояло действовать на изолированных друг от друга направлениях.

По последнему варианту стратегического плана, разработанному весной 1945 г., Квантунская армия в случае войны против Советского Союза должна была примерно третью своих войск навязать Красной Армии тяжелые, изнурительные бои в сильно укрепленной приграничной зоне, представляющей собой пустынную, горнолесистую или болотистую местность. Таким путем предполагалось остановить наступление советских войск или по крайней мере заставить их разновременно выйти на Центрально-Маньчжурскую равнину. На втором этапе при благоприятно сложившейся обстановке намечалось перейти в контрнаступление основными силами Квантунской армии, сосредоточенными в центральных районах Маньчжурии, и стратегическими резервами, подтянутыми из Северного Китая (до двух армий). Этим войскам ставилась задача отбросить советские войска на их исходное положение, а в последующем, перейдя в решительное наступление, захватить Советское Приморье и Хабаровский край.

ОБЪЯВЛЕНИЕ ВОЙНЫ СОВЕТСКИМ СОЮЗОМ

Учитывая соотношение сил на Тихом океане, правящие круги США и Великобритании настойчиво добивались участия в войне Советского Союза. Они признавали, что если СССР не выступит против Японии, то им для решительных операций на японских островах потребуется сосредоточить в Азии 7-миллион-ную армию, на что, по их расчетам, понадобится приблизительно полтора года после окончания войны в Европе. В связи с этим 9 февраля 1945 г. англо-американский Объединенный комитет начальников штабов представил на Крымской конференции Рузвельту и Черчиллю доклад, в котором говорилось: «Мы рекомендуем наметить ориентировочно окончание войны с Японией через 18 месяцев после поражения Германии».

Эти расчеты нашли отражение и в плане операции. Американо-английское командование предусматривало следующие сроки вторжения на японские острова: на Кюсю (операция «Олимпик») — осенью 1945 г., на Хонсю (операция «Коронет») — весной 1946 г., да и то в зависимости от успеха операции на о. Кюсю.

561

19 Зак. 1543

Ялтинское соглашение предусматривало вступление СССР в войну против Японии через три месяца после капитуляции Германии. На Потсдамской конференции это решение было конкретизировано. Вечером 8 августа правительство СССР опубликовало следующее заявление в связи с объявлением войны Японии:

«После разгрома и капитуляции гитлеровской Германии Япония оказалась единственной великой державой, которая все еще стоит за продолжение войны.

Требование трех держав — Соединенных Штатов Америки, Великобритании и Китая от 26 июля сего года о безоговорочной капитуляции японских вооруженных сил было отклонено Японией. Тем самым предложение японского Правительства Советскому Союзу о посредничестве в войне на Дальнем Востоке теряет всякую почву.

Учитывая отказ Японии капитулировать, союзники обратились к Советскому Правительству с предложением включиться в войну против японской агрессии и тем сократить сроки окончания войны, сократить количество жертв и содействовать скорейшему восстановлению всеобщего мира.

Верное своему союзническому долгу, Советское Правительство приняло предложение союзников и присоединилось к заявлению союзных держав от 26 июля сего года.

Советское Правительство считает, что такая его политика является единственным средством, способным приблизить наступление мира, освободить народы от дальнейших жертв и страданий и дать возможность японскому народу избавиться от тех опасностей и разрушений, которые были пережиты Германией после ее отказа от безоговорочной капитуляции.

Ввиду изложенного Советское Правительство заявляет, что с завтрашнего дня, то есть с 9-го августа, Советский Союз будет считать себя в состоянии войны с Японией».

Монгольская Народная Республика, которая являлась союзником СССР, в сооответствии с договором 1936 г. о взаимной помощи присоединилась к заявлению Советского правительства и 10 августа объявила войну Японии.

ПОДГОТОВКА СОВЕТСКИХ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ к НАСТУПЛЕНИЮ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

Советские Вооруженные Силы по замыслу Ставки Верховного Главнокомандования должны были прежде всего разгромить в короткий срок наиболее сильную группировку японских сухопутных войск на азиатском континенте — Квантунскую армию, а при благоприятных условиях — и японские войска на Южном Сахалине и Курильских островах. С этой целью была запланирована Маньчжурская стратегическая наступательная операция как решающая, а также Южно-Сахалинская наступательная и Курильская десантная операции. Замысел Маньчжурской операции предусматривал одновременное нанесение двух основных встречных ударов — с территории МНР силами Забайкальского фронта и из Приморья силами 1-го Дальневосточного фронта, а также ряда вспомогательных ударов по сходящимся к центру Маньчжурии направлениям с целью быстрого расчленения и разгрома Квантунской армии по частям.

Для руководства боевыми действиями на удаленном от центра театре Ставка образовала Главное командование советских войск на Дальнем Востоке: главком — Маршал Советского Союза А.М. Василевский, член Военного Совета — генерал-полковник И.В. Шикин, начальник штаба — генерал-полковник С.П. Иванов.

При разработке плана кампании и планов операции Ставка Верховного Главнокомандования, Генеральный штаб и командование фронтов СССР исходили из необходимости перегруппировки крупных сил с запада и центральных районов на Дальнем Востоке, т. к. наличных там сил было недостаточно для проведения столь сложной по замыслу и решительной по цели стратегической операции, направленной на разгром миллионной Квантунской армии в максимально короткий срок.

Советские войска на востоке усиливались за счет дополнительной переброски туда высвободившихся после разгрома фашистской Германии сил и средств. В течение мая—июля 1945 г. на Дальний Восток были переброшены 5-я и 39-я армии (из района Кенигсберга), 53-я и 6-я гвардейская танковая армии (из-под Праги). Кроме того, сюда переводилось значительное число артиллерийских, минометных, авиационных, инженерных и других частей и соединений. Всего в течение мая— июля на железнодорожных коммуникациях Сибири, Забайкалья и Дальнего Востока в поездах, под погрузкой и на маршах находилось до 1 млн. человек советских войск.

В этот же период производились значительные меж-фронтовые и внутрифронтовые перегруппировки железнодорожным транспортом на расстояние до 1500 км (из района Благовещенска в Приморье) и комбинированными маршами на расстояние 250—500 км, которые охватывали и войска Монгольской Народной Республики.

Огромный объем запланированных перевозок и особенности Дальневосточного театра военных действий потребовали в первую очередь проведения особых мероприятий по транспортному обеспечению наступательной кампании. Еще в апреле 1945 г. ГКО было принято решение «Об улучшении работы железных дорог Дальнего Востока». Выполнению задач транспортного обеспечения способствовало также и создание при Главнокомандующем войсками на Дальнем Востоке управления тыла, в ведении которого находился весь участок Транссибирской магистрали от Иркутска до Владивостока. Все это помогало успешному достижению цели кампании. В общей системе мероприятий по обеспечению стратегической перегруппировки и развертывания войск важное значение имела скрытность их проведения.

После переброски указанных трех общевойсковых и одной танковой армий (39 дивизий и бригад) и значительного количества отдельных соединений и частей, советскому командованию удалось вдвое увеличить боевой состав войск на Дальнем Востоке. Созданные на основных стратегических направлениях, крупные ударные группировки превосходили японские войска, особенно в технических средствах борьбы.

Общая численность советских войск на Дальнем Востоке к 8 августа 1945 г. составила 1,6 млн. человек, в том числе свыше 1 млн. насчитывалось в боевых частях. Они имели на вооружении 3704 танка и 1852 самоходно-артиллерийские установки, 26 тыс. орудий и минометов, 1171 установку реактивной артиллерии и поддерживались с воздуха авиацией, насчитывавшей вместе с флотской более 5 тыс. боевых самолетов.

Войска объединились в три фронта: Забайкальский в составе 17-й, 36-й, 39-й, 53-й общевойсковых армий, 6-й гвардейской танковой армии, конно-механизированной группы советско-монгольских войск и 12-й воздушной армии; 1-й Дальневосточный, включавший 1-ю Краснознаменную, 5-ю, 25-ю, 35-ю общевойсковые армии, 10-й механизированный корпус и 9-ю воздушную армию; 2-й

Дальневосточный, объединявший 2-ю Краснознаменную, 15-ю и 16-ю общевойсковые армии, 5-й отдельный стрелковый корпус и 10-ю воздушную армию.

Забайкальский фронт (командующий Маршал Советского Союза Р.Я. Малиновский), развернутый в основном в МНР, наносил главный удар силами 17-й, 39-й и 53-й общевойсковых армий, а также выдвинутой в первый эшелон 6-й гвардейской танковой армии в

общем направлении на Чанчунь и Мукден (Шэньян). При этом перед 6-й гвардейской танковой армией была поставлена задача стремительно выйти к Большому Хингану и преодолеть его.

Это должно было сорвать развертывание на нем японских войск, создать условия фронта для быстрого перенесения главных усилий за горный хребет, в центральные районы Маньчжурии.

Для обеспечения успешных действий главной группировки наносились два вспомогательные удара: на правом крыле фронта — конно-механизированной группой советско-монгольских войск на калганском и до-лонорском направлениях, на левом крыле — 36-й армией из района Даурии на Хайлар.

1-й Дальневосточный фронт (командующий Маршал Советского Союза К.А. Мерецков) главный удар наносил силами 1-й Краснознаменной и 5-й армий, частью сил 25-й армии и 10-м механизированным корпусом из района южнее оз. Ханка на Харбин и Гирин. Для обеспечения войск, действовавших на главном направлении фронта, справа (севернее оз. Ханка) наносила вспомогательный удар на Мишань 35-я армия, а слева, на корейском направлении, основными силами наступала 25-я армия.

2-й Дальневосточный фронт (командующий генерал армии М.А. Пуркаев) главный удар наносил силами 15-й армии и Краснознаменной Амурской флотилии вдоль р. Сунгари на Харбин. Находившийся на левом крыле фронта 5-й отдельный стрелковый корпус имел задачу наступать на Жаохэ, а 2-я Краснознаменная армия, располагавшаяся в районе Благовещенска, Пояркова, с развитием наступления на главном направлении наносила вспомогательный удар из Цицикара.

Основная задача Тихоокеанского флота (командующий адмирал И.С. Юмашев) состояла в том, чтобы нарушить морские коммуникации противника и не допустить его флот к советскому побережью, а также к портам Северной Кореи в случае попыток эвакуировать Квантунскую армию в Японию.

Флоту была также поставлена задача вместе с силами 16-й армии 2-го Дальневосточного фронта очистить от вражеских войск Южный Сахалин и Курильские острова.

Помимо Тихоокеанского флота к участию в операциях привлекалась Краснознаменная Амурская флотилия. Координация их действий возлагалась на главкома ВМФ адмирала флота Н.Г. Кузнецова, а руководство авиацией — на командующего ВВС Главного маршала авиации А.А. Новикова.

К установленным срокам войска были готовы к наступлению, обеспечены всем необходимым.

ХОД БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

9 августа Советские Вооруженные Силы на Дальнем Востоке атаковали Квантунскую армию с суши, воздуха и моря. Боевые действия войск развернулись на фронте протяжением свыше 4 тыс. км. Тихоокеанский флот вышел в открытое море, перерезал морские коммуникации, использовавшиеся Квантунской армией для связи с Японией, и своими военно-воздушными силами нанес мощные удары по портам в Северной Корее.

Вместе с советскими войсками перешла в наступление армия Монгольской Народной Республики. Советское командование развернуло наступление на всех направлениях. Своеобразие Дальневосточного театра военных действий, его обширные сухопутные и морские пространства, климатические и географические особенности создавали большие трудности для наступающих. Совместно с кораблями Тихоокеанского флота войскам предстояло действовать на приморском направлении, высаживать крупные морские десанты в порты Кореи, Южного Сахалина и на Курильские острова.

События развивались следующим образом. В ночь на 9 августа Забайкальский фронт начал наступление сильными передовыми отрядами на хингано-мук-денском направлении. В 4 часа 30 минут перешли государственную границу и главные силы фронта, вступив на территорию Маньчжурии.

По всей полосе наступления Забайкальского фронта сопротивление противника было слабым. Войска фронта встретили сопротивление лишь на своем левом крыле, где японцы, опираясь на р. Аргунь и укрепленные районы, пытались задержать наступление частей 36-й армии.

Японцы отступали. Войска Забайкальского фронта стремительно продвигались вперед.

11 августа войска конно-механизированной группы и 17-й армии пересекли огромные пустынные и безводные пространства и к исходу дня вышли к юго-западным отрогам Большого Хингана.

6-я гвардейская танковая армия неожиданно для японского командования преодолела Большой Хинган, вышла на оперативный простор — на Центрально-Маньчжурскую равнину и, овладев г. Лубэй, устремилась к жизненно важным центрам Маньчжурии — к городам Чанчунь и Мукден. За танковой армией выдвигалась из второго эшелона 53-я армия генерал-полковника И.М. Мананарова.

39-я армия, блокировав' частью сил Халуп-Аршан-ский укрепленный район, основными силами также преодолела Большой Хинган и отражала контратаки противника на подступах к г. Солунь.

36-я армия в этот день после коротких, но кровопролитных боев овладела г. Хайлар и продолжала наступление к отрогам Большого Хингана.

Быстрое и глубокое проникновение в оборону противника сильных группировок войск Забайкальского фронта привело к расчленению 3-го фронта Кван-тунской армии. Командование и штаб этого фронта в первые же дни операции потеряли связь и управление своими войсками.

Основные коммуникации 3-го фронта были перерезаны, и японское командование не смогло ими воспользоваться для планомерного отвода своих армий на рубежи обороны, подготовленные в глубине Маньчжурии.

Выйдя в район Лубэя, Туцюаня, 6-я гвардейская танковая армия оторвалась от основных баз снабжения до 450 км. Автотранспорт отстал, войска остро нуждались в горючем, не хватало воды. Большой расход горючего вызывался весьма высокими темпами наступления. Снабжение им войск в тех условиях было серьезной проблемой. Решить ее удалось при помощи транспортной авиации, и это исключило возможную паузу в боевых операциях танковой армии.

12 августа 6-я гвардейская танковая армия резко повернула на юг и начала успешное наступление в направлении на Мукден, а частью сил — на Чанчунь. К исходу дня она овладела г. Туцюанем, а 14 августа — г. Таонанем.

Конно-механизированная группа, разгромив кавалерийские дивизии князя Девана, 14 августа частью сил вела бои с мелкими группами противника на подступах к г. Калгану. Передовой танковый отряд главных сил механизированной группы, действовавшей на жэхэйском направлении, утром 14 августа преодолел хребет Большой Хинган, овладел городами Линьси, Да-баныпан и продвигался к Цзинпэну.

13 августа 39-я армия с боем овладела городами Ванемяо, Солунь и, выйдя на Центрально-Маньчжурскую равнину, продолжала наступать в направлении на Тао-ань и Таонань. После овладения этими городами, являвшимися узлами четырех железных дорог, японские войска, продолжавшие сопротивляться на цицикарском, хайларском и солуньском направлениях, оказались отрезанными от своих высших штабов и баз снабжения.

Соединения 36-й армии в районе Якэши и южнее основными силами вели ожесточенные бои с японцами за овладение перевалами через хребет Большой Хинган, а передовыми частями — на подступах к г. Бухэду.

Таким образом, в результате боев с 9 по 14 августа войска Забайкальского фронта, продвинувшись в глубь Мань-

Советские бойцы в наступлении. Большой Хинган. Фотография. Август 1945 г.

чжурии на 250—400 км, вышли на Центрально-Маньчжурскую равнину и развернули наступление в направлениях к основным военно-политическим и промышленным центрам Маньчжурии — городам Калгану, Жэхэ, Мукдену, Чанчуню, Цицикару. Контратаки, предпринятые японцами в период с 12 по 14 августа в районах Линьси, Солунь, Ванемяо, Бухэду, потерпели неудачу. Потеряв управление войсками, японское командование беспорядочно бросало в бой свои части. Но это уже не могло остановить стремительного наступления войск Забайкальского фронта. Поэтому с 13 августа противник предпринял срочные меры по усилению наземной и противовоздушной обороны районов Чанчуня и Мукдена. С этой целью он начал ускоренно стягивать в указанные районы крупные дополнительные силы пехоты и зенитной артиллерии.

Одновременно с войсками Забайкальского фронта, т. е. в ночь на 9 августа, используя темноту и грозовой ливень, из Приморья перешли в наступление на харбино-гиринском направлении передовые отряды 1-го Дальневосточного фронта и отряды пограничных войск.

Внезапно атаковав пограничные укрепленные районы врага и быстро проникнув в стыки между ними, наступающие вскоре овладели передовыми позициями противника и углубились на его территорию на 15—20 км.

На правом крыле фронта 35-я армия продвигалась в направлении Хутоу. После артиллерийской и авиационной подготовки главные силы армии форсировали реки Уссури и Сунгача.

Сломив сопротивление противника, они преодолели обширный болотистый район на западных берегах этих рек и развернули бои с целью расширения плацдармов и прорыва Хутоуского укрепленного района. К исходу дня соединения армии перерезали железную и шоссейную дороги в 14 км юго-западнее Хутоу.

Войска армии продвинулись за сутки на 5—10 км и только на мудинском направлении — до 15 км.

5-я армия прорвала Волынский узел сопротивления противника и, расширив прорыв до 60 км по фронту, к исходу первого дня операции продвинулась местами на глубину до 20 км. На правом фланге она вышла к восточным отрогам хребта Тайпинлин, а на левом к утру 10 августа полностью заняла крупный узел дорог, центр укрепленного района Пограничная.

Одновременно соединения 25-й армии обходили и блокировали узлы сопротивления Дуннинского и Дун-синчжэньского укрепленных районов. 10—12 августа основная группировка войск фронта развивала наступление в общем направлении на Муданьцзян. На правом крыле фронта войска 35-й армии овладели Ху-тоуским укрепленным районом.

Войска 1-й Краснознаменной армии 11 августа заняли города Лишучжэнь и Мулин, а 12 августа во взаимодействии с войсками 35-й армии овладели г. Ми-шань и Мишаньским укрепленным районом.

Все дальше в глубь Маньчжурии продвигались наступающие полки. Под их ударами пали Пограничная, Дуннин, Санчагоу и другие приграничные города, превращенные японцами в сильные узлы сопротивления.

К исходу августа передовые части 1-й Краснознаменной армии на дальних подступах к Муданьцзяну форсировали р. Мулинхэ. Войска 5-й армии также вышли к этой реке. Одновременно главные силы 25-й армии, преодолевая сопротивление противника, вели наступление на Ванцин.

Наступление развивалось успешно. На правом крыле фронта войска 35-й армии к исходу 13 августа овладели г. Дунань и, обеспечивая основную группировку войск фронта с севера, наступали в направлении Линькоу. Войска 1-й Краснознаменной армии овладели г. Линькоу, форсировали р. Муданьцзян. Войска 5-й армии к исходу

14 августа подошли к г. Муданьцзян и завязали уличные бои.

Противник стянул к Муданьцзяну крупные силы и оказывал ожесточенное сопротивление. Командующий 1-м Дальневосточным фронтом решил обойти Муданьцзян с юга и, используя слабо прикрытый стык между 5-й и

3-й армиями японцев, прорваться в район Гирина.

Усилия войск фронта были перенесены на левое крыло — в полосу действий 25-й армии; ей был перепод-чинен один корпус 5-й армии и передан стрелковый корпус из фронтового резерва, что позволило усилить темп наступления в направлении на Ванцин, Гирин.

12 августа на этом же направлении был введен в прорыв 10-й механизированный корпус, который стал успешно продвигаться на Гирин.

Войска 1-го Дальневосточного фронта, используя успех механизированного корпуса, развернули наступление навстречу войскам Забайкальского фронта.

К исходу 14 августа войска 1-го Дальневосточного фронта продвинулись в глубь Маньчжурии на 120— 150 км, прорвав сильно укрепленную полосу обороны. Они овладели семью мощными укрепленными районами (Хутоуским, Мишаньским, Пограничненским, Дуннин-ским, Дунсинчжэньским, Хуньчуньским, Кэнхынским), вышли к рубежу обороны, подготовленному по линии Линькоу, Муданьцзян, и вели бои на внутреннем обводе сильно укрепленного опорного пункта противника — г. Муданьцзян.

Японские армии были рассечены мощными ударами войск 1-го Дальневосточного фронта. В арьергардных боях противник нес большие потери.

Проведение операций в Корее возлагалось на войска 25-й армии (командующий генерал-полковник И.М. Чистяков) 1-го Дальневосточного фронта и Тихоокеанский флот.

9 августа соединения 25-й армии, действовавшие на приморском направлении, при поддержке артиллерии кораблей флота начали штурм долговременных укреплений противника на границе, а военно-воздушные силы флота и торпедные катера 9 и 10 августа нанесли массированные удары по японским кораблям в Корее. В результате внезапных ударов с моря и воздуха была серьезно ослаблена оборона портов Юки, Расин и военно-морской базы Сейсин.

В результате стремительных действий сухопутных войск и десантников флота 12 августа был освобожден первый корейский приморский город — Юки, 13 августа — Расин, а 15 августа — Сейсин.

Сейсинская десантная операция явилась наиболее крупной самостоятельной операцией Тихоокеанского флота, проведенной в ходе освобождения портов Северной Кореи.

С выходом советских войск к Сейсину полностью нарушалась оборона Квантунской армии на приморском направлении. Путь отступления японских войск к морю и базам снабжения был отрезан. Японцы лишились самого крупного порта, связывающего Северную Корею с Японией. Это оказало существенное влияние на ускорение капитуляции Квантунской армии.

Наступление войск 2-го Дальневосточного фронта также началось в ночь на 9 августа. На главном направлении вдоль р. Сунгари на Харбин наступала 15-я армия, а на левом крыле фронта 5-й отдельный стрелковый корпус наносил удар на Жаохэ. Перед войсками 2-й Краснознаменной армии была поставлена задача оборонять рубеж по государственной границе в районе Благовещенска, Поярково.

В течение 9 и 10 августа войска 15-й армии и 5-го отдельного стрелкового корпуса во взаимодействии с отрядами пограничников и соединениями кораблей Краснознаменной Амурской флотилии форсировали реки Амур и Уссури, очистили от противника противоположные берега этих рек в 120-километровой полосе от устья р. Сунгари до устья р. Хор и овладели городами Лобэй, Тунцзян, Фуюань, а также Гацзяским и Этушаньским узлами сопротивления Сунгарийского укрепленного района.

Противник, начав общий отход в глубь Маньчжурии, на отдельных участках оказывал упорное сопротивление. Так, весь день 11 августа передовой отряд 15-й армии вел бой за Фундин. К исходу дня он овладел центральной частью города. Прижатые к реке остатки вражеского гарнизона сложили оружие и сдались в плен.

Одновременно 5-й отдельный стрелковый корпус форсировал р. Уссури, сломил сопротивление противостоящих сил прикрытия, оборонявших Жаохэйский укрепленный район, и, овладев г. Жаохэ, к исходу 10 августа продвинулся на глубину от 11 до 23 км на фронте протяженностью свыше 80 км. Соединения корпуса, действуя в условиях сильно пересеченной заболоченной местности и бездорожья, к исходу 14 августа овладели г. Баоцин и продолжали развивать наступление в направлении Боли.

В связи с успешным продвижением трех фронтов Главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке Маршал Советского Союза А.М. Василевский отдал приказ о переходе с утра 11 августа в наступление войск 16-й армии на Южном Сахалине и войск 2-й Краснознаменной армии главными силами — на Цицикар, вспомогательной группировкой — на Бэйаньчжэнь.

В первый же день наступления 2-я Краснознаменная армия овладела городами Сахалин и Айгунь. 12—14 августа она нанесла поражение противнику в большей части узлов сопротивления Суньуского укрепленного района.

Войска 15-й армии вели упорные бои по уничтожению отдельных узлов сопротивления Фугдинского укрепленного района, которые располагались в горах и прикрывали коммуникации к Цзямусы. К исходу 14 августа эти узлы сопротивления были ликвидированы. 15-я армия получила возможность наступать на Цзямусы с севера и северо-востока. Таким образом, операции советских войск продолжали успешно развиваться.

Южносахалинская наступательная операция проводилась войсками 56-го стрелкового корпуса генерала А.А. Дьяконова во взаимодействии с Северной Тихоокеанской флотилией под командованием вице-адмирала В.А. Андреева и при поддержке двух авиадивизий.

На Южном Сахалине японские войска опирались на заранее подготовленные, сильно укрепленные районы, они рассчитывали оказать упорное сопротивление. Здесь располагались 88-я японская пехотная дивизия и части усиления, насчитывавшие в общей сложности 20 тыс. солдат и офицеров.

Наступление началось 11 августа действиями против опорного пункта Хонда, прикрывавшего пути к главной полосе обороны Харамитогского укрепленного района. Под покровом тумана и лесистой местности наши части блокировали опорный пункт противника, а затем обошли его и утром 12 августа после полуторачасовой артподготовки одновременными ударами с фронта и тыла разгромили его. К исходу дня наступающие войска подошли к переднему краю главной полосы обороны врага.

Войска, наступавшие левее, вдоль берега реки По-ронай, в ночь на 12 августа овладели крупным опорным пунктом Муйка, но дальнейшее наступление на юг было остановлено сильным сопротивлением японцев. Неожиданно для японцев, преодолев ночью болота, советские воины вышли к Котону — важному узлу главной оборонительной полосы Харамитогского укрепленного района. К исходу 17 августа советским войскам удалось расчленить войска противника на отдельные изолированные группы, а вечером 18 августа с Харамитогским укрепленным районом было покончено и его гарнизон капитулировал. Было взято в плен 3300 японских солдат и офицеров.

Преодолев главную полосу обороны и нанеся врагу чувствительные удары, советские войска получили возможность для стремительного продвижения в южном направлении. 16 августа, когда части 56-го корпуса еще штурмовали Харамитогский укрепленный район, Северная Тихоокеанская флотилия высадила десант (140 человек) в порту Торо. В последующие два дня в этом районе высадились дополнительно два батальона общей численностью до 1500 человек и овладели значительным участком побережья к югу от Торо.

Операция советских войск на Южном Сахалине была успешно завершена.

ЗАВЕРШЕНИЕ РАЗГРОМА КВАНТУНСКОЙ АРМИИ

14 августа в Японии было принято решение о капитуляции. В этот день японское правительство сообщило правительствам США, Советского Союза, Великобритании и Китая, что император Хирохито издал рескрипт о принятии Японией условий Потсдамской декларации.

Однако приказ японским вооруженным силам о прекращении боевых действий не был отдан, и они по-прежнему продолжали сопротивление.

Войска Забайкальского фронта к исходу 17 августа вышли на линию Чжанбэй, Долоннор, Чифын, Кайлу, Тунляо, Кайтун, Чжаланьтунь, Бухэду.

Вступив в пределы Центральной Маньчжурии, войска Забайкальского фронта устремились к крупнейшим промышленным и административным центрам — городам Мукдену и Чанчуню.

В результате боевых действий за период с 15 по 19 августа войска Забайкальского фронта преодолели безводную пустыню и горно-таежную полосу и овладели на правом фланге Чжанбэйем (северо-западнее Калгана), а на левом фланге — Хайларским укрепленным районом. Продвинувшись в глубь Маньчжурии от 360 до 600 км, они к исходу 19 августа вышли в следующие районы: конно-механизированная группа — в район Чжанбэя и Жэхэ, 1-я армия — в район Чи-фына, 6-я гвардейская танковая армия — в район Чанчуня и Мукдена, 39-я армия — в район Кайтуна, 36-я армия — в район Цицикара.

Решением Военного совета Забайкальского фронта 19 августа были высажены воздушные десанты в Мукдене и Чанчуне.

20 августа в Мукден и Чанчунь вошли войска

6-й гвардейской танковой армии под командованием генерал-полковника А.Г. Кравченко, которые продолжали движение в направлении городов Аньдунь и Дальний. Конно-механизированная группа советско-монгольских войск, выйдя 18 августа к Калгану и Жэхэ, отрезала Квантунскую армию от группировки японских войск, расположенной в Китае.

В ночь на 16 августа 1-я Краснознаменная и 5-я армии произвели перегруппировку своих сил, а 16 августа в результате ожесточенных боев прорвали сильно укрепленную предмостную позицию в районе северо-восточнее Муданьцзяна, форсировали р. Муданьцзян, разгромили главную группировку войск 1-го фронта Квантунской армии и полностью овладели этим городом — крупным узлом дорог и узлом обороны, прикрывавшим харбинское направление с востока. В боях за Муданьцзян Квантунская армия потеряла более 40 тыс. солдат и офицеров.

В то время, когда войска 1-й Краснознаменной и 5-й армий еще вели бои за Муданьцзян, войска 25-й армии развивали наступление вдоль побережья Северной Кореи.

К исходу 16 августа войска 1-го Дальневосточного фронта продвинулись в глубь Маньчжурии и Северной Кореи на 150—250 км. В ходе боев они полностью разгромили 5-ю японскую армию и нанесли большие потери 3-й японской армии.

Главнокомандующий Квантунской армией генерал Ямада 17 августа сообщил Главнокомандующему советскими войсками на Дальнем Востоке Маршалу Советского Союза А.М. Василевскому о готовности к капитуляции. Однако японские войска в течение 17 августа продолжали почти на всех участках фронта оказывать сопротивление наступавшим :зойскам, а на ряде участков они даже переходили в контратаки.

Всячески затягивая фактическую капитуляцию, японское командование надеялось выиграть время для организации обороны на новых рубежах. Поэтому войска 1-го Дальневосточного фронта продолжали наступление.

В результате боевых действий с 15 по 19 августа войска 1-го Дальневосточного фронта прорвали подготовленные в глубине обороны противника рубежи, разгромили противостоящие силы его 1-го и 17-го фронтов и, преодолев резко пересеченную горно-таежную местность, к исходу 19 августа вышли в районы Линь-коу, Вэйхэ, Эму, Дуньхуа, Яньцзы и Ранан. Противник лишился военно-морской базы Сейсин.

Наступая навстречу Забайкальскому фронту, войска 1-го Дальневосточного фронта 20 августа вошли в Гирин и совместно с соединениями 2-го Дальневосточного фронта заняли Харбин.

Японские войска, действовавшие перед 2-м Дальневосточным фронтом, с выходом на их тылы войск Забайкальского и 1-го Дальневосточного фронтов, стремясь избежать окружения, отходили в общем направлении на Харбин.

2-я Краснознаменная армия завершила окружение 20-тысячной группировки противника в районе Суньу, а на бэйаньчжэньском направлении 19 августа вступила в Лунчжэнь.

С 15 по 19 августа войска 2-го Дальневосточного фронта нанесли серьезные поражения 4-й отдельной армии японцев и части сил их 3-й армии и, преодолев горно-таежную и крайне заболоченную местность, продвинулись на цицикарском направлении на 100-150 км и на сунгарийском — до 300 км, 2-я Краснознаменная армия вышла в район Кэлочжаня, Лунчжэня, 1-я армия — в район Саньсина, а 5-й отдельный стрелковый корпус — в район Боли.

Войска фронта, вступив 20 августа в Харбин, расчленили северную группировку Квантунской армии на отдельные части.

Советские воины в освобожденном от японских захватчиков

Харбине.

Еще 18 августа Ставка Верховного Главнокомандования, учитывая, что на ряде участков фронта японские войска приступили к выполнению требований о капитуляции, приказала: «На тех участках, где японские войска складывают оружие и сдаются в плен, боевые действия прекратить».

22 августа генерал А.А. Яманов высадился с десантом в Дальнем, а заместитель командующего Забайкальским фронтом генерал В.Д. Иванов — в Порт-Артуре, на следующий день там же высадился воздушный десант моряков, возглавляемый генералом Е.Н. Преображенским. 23 августа в присутствии прибывших в Порт-Артур советских офицеров и солдат был спущен японский флаг и над крепостью поднят советский флаг.

К 19 августа, когда японское правительство сделало заявление о безоговорочной капитуляции, уже значительных успехов добились советские войска на Сахалине. К полудню 25 августа боевые действия на Сахалине закончились. 18320 японских солдат и офицеров было взято в плен.

В сложных условиях проходила Курильская десантная операция, начавшаяся 18 августа. На Курильских островах японцы имели свыше 80 тыс. солдат и офицеров. Из всех островов Курильской гряды самым укрепленным в противодесантном отношении был остров Шумшу.

Бои за остров Шумшу заняли центральное место в Курильской десантной операции. В ночь на 15 августа Главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке маршал А.М. Василевский отдал распоряжение командующему 2-м Дальневосточным фронтом и командующему Тихоокеанским флотом немедленно подготовить и провести десантную операцию по овладению Курильскими островами. Решение этой задачи возлагалось на Камчатский оборонительный район и Петропавловский военно-морской гарнизон.

18 августа после огневого налета береговой батареи с мыса Лопатка по укреплениям на северной части острова Шумшу, десантные суда с подразделениями передового отряда под прикрытием густого тумана в развернутом строю подошли к острову.

Гарнизон острова был застигнут врасплох. Две прибрежные траншеи, захваченные с ходу, оказались незанятыми. Не останавливаясь на этом рубеже, десантники продолжали наступление, продвинувшись до двух километров в глубь острова, и вышли в тыл японским укреплениям.

23 августа японские войска капитулировали на островах Шумшу и Парамушир, а 24 августа — на о. Ма-туа. 26 августа советские десантники высадились на острова Онекотан и Шикотан, а через два дня заняли острова Симушир и Уруп. 28 августа корабли Северной Тихоокеанской флотилии высадили десант на

о. Итуруп, а 1 сентября — на остров Кунашир, отделенный от острова Хоккайдо узким проливом.

К 31 августа боевые действия на островах закончились.

ПОДПИСАНИЕ АКТА О БЕЗОГОВОРОЧНОЙ КАПИТУЛЯЦИИ ЯПОНИИ

2 сентября 1945 г. на борту американского линкора «Миссури», находившегося в водах Токийского залива, состоялось подписание акта о безоговорочной капитуляции Японии. Первыми свои подписи под документом поставили представители Японии министр иностранных дел Мамору Сигэмицу и начальник генерального штаба Есидзиро Умэдзу. Затем акт подписали: от имени всех союзных наций — Верховный командующий генерал Макартур; от имени Соединенных Штатов Америки — адмирал Нимиц; от имени Китая — генерал Су Юн-чан; от имени Великобритании — адмирал Фрэзер; от имени Советского Союза — генерал-лейтенант К.Н. Деревянко. Далее следовали подписи представителей Австралии, Канады, Франции, Голландии, Новой Зеландии.

В акте указывалось, что Япония принимает условия Потсдамской декларации, заявляет о прекращении военных действий и о безоговорочной капитуляции генерального штаба, всех японских сил и всех вооруженных сил под японским контролем вне зависимости от того, где они находятся. В акте также указывалось, что японское правительство и его преемники будут честно выполнять условия Потсдамской декларации.

Подписанием акта о капитуляции Японии завершились боевые действия на Дальнем Востоке и в бассейне Тихого океана. Вторая мировая война закончилась.

Содержание

ЧАСТЬ 1

ПЕРИОД ИЗГНАНИЯ ГИТЛЕРОВСКИХ ВОЙСК С ТЕРРИТОРИИ СССР

ГЛАВА 1

КОРЕННОЙ ПЕРЕЛОМ В ХОДЕ ВОЙНЫ........ 7

1. Разгром немецких войск на Волге..........................7

Обстановка к началу контрнаступления советских войск ва южном крыле советско-германского фронта — 7. Окружение и разгром немецкой группировки под Сталинградом— 11. Общее наступление советской армии зимой 1942 — 1943гг. — 17.

2. Военные действия в Северной Африке............... 27

Наступление 8-й английской армии в Северной Африке — 27. Высадка американо-английских войск в Алжире и Марокко — 29. Американоанглийское совещание в Касабланке— 33. Поражение войск держав «оси» в Северной Африке — 35

3. Курская битва. Общее наступление Красной Армии летом и осенью 1943 года.........................................38

Военно-политическая обстановка к лету 1943 года. Планы сторон — 38. Оборонительное сражение на Курской дуге — 43. Контрнаступление советских войск — 46. Переход Красной Армии в общее наступление— 51. Освобождение Донбасса и Левобережной Украины— 54. Конец «Голубой линии» — 56. Битва за Днепр. Освобождение Киева — 57.

4. Партизанская война в 1943 году...........................61

Режим террора в оккупированных районах — 61. Боевые действия партизан в 1942 — 1943 годах — 63.

ГЛАВА II

Овладение Сицилией — 81. Упадок итальянской экономики — 85. Политическая обстановка в стране — 86. Низвержение Муссолини и переход Италии на сторону союзников — 91. Высадка англо-американских войск в Южной Италии — 98.

3. Обострение противоречий в лагере сателлитов Германии.

Изменение международной обстановки...................102

Румыния — 102. Венгрия — 104. Финляндия — 104. Болгария — 105. Франция и Дания — 105. Турция — 106. Испания — 107. Швеция — 108.

4. Ухудшение внутренней обстановки в Германии ... 110 ГЛАВА III

УКРЕПЛЕНИЕ АНТИФАШИСТСКОЙ КОАЛИЦИИ...............................................................115

1. Межсоюзнические отношения в 1943 году .........115

Третья Вашингтонская конференция США и Англии в мае 1943 года — 115. Квебекская конференция Соединенных Штатов и Англии в августе 1943 года — 119. Московская конференция

СССР, Соединенных Штатов и Англии — 121. Тегеранская конференция глав правительств СССР, Соединенных Штатов и Англии — 126.

2. Возможности США и Англии открыть

второй фронт в Западной Европе в 1943 году........131

3. Движение сопротивления.....................................139

Польша — 139. Чехословакия — 146. Югославия — 152. Греция — 157. Норвегия — 159. Дания — 160. Франция — 163. Бельгия и Люксембург — 169. Голландия — 172.

Стратегическая обстановка и планы сторон на лето 1944 года — 191. Поражение финских войск в Карелии. Выход Финляндии из войны — 193. Разгром группы армий «Центр». Освобождение Беларуси — 197. Освобождение Западной Украины — 201. Изгнание немецких войск из Прибалтики — 203. Разгром немецких войск в

Заполярье — 206

3. Партизанское движение в 1944 году...................208

Рост активности партизанского движения — 208. Боевые действия партизан в 1944 году — 209.

Содружество советских партизан с антифашистами европейских стран — 211

ЧАСТЬ II ОТКРЫТИЕ ВТОРОГО ФРОНТА И ОБЪЕДИНЕНИЕ СИЛ ПРОТИВ ГЕРМАНИИ

ГЛАВА I

ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ В 1944 ГОДУ..............................................................218

1. Высадка войск Соединенных Штатов Америки

и Англии в северной Франции.................................218

Подготовка к вторжению. Планы союзников — 218. Подготовка немецких войск к отражению вторжения на западе — 227. Боевые действия в Италии — 235. Вторжение во Францию — 239. «Оружие возмездия» — 245. Заговор 20 июля

1944 года — 247. Боевые действия в Северной Франции — 251. Национальное восстание. Освобождение Парижа — 254. Боевые действия на юге страны. Изгнание оккупантов из Франции — 257. Вторая Квебекская конференция — 263. Боевые действия на Западном фронте в сентябре — ноябре 1944 года — 266.

2. Движение сопротивления.....................................269

Франция — 269. Бельгия и Люксембург — 272. Голландия — 274. Норвегия — 276. Дания — 278. Движение сопротивления в Италии в 1944 году — 279.

3. Стратегическая обстановка в Западной Европе в конце 1944 года..........................................................284

Продвижение американо-английских войск в Центральной Италии — 284. Наступление немецких войск в Арденнах и Эльзасе — 285.

ГЛАВА II

ОККУПАЦИОННЫЙ РЕЖИМ НА ЗАХВАЧЕННЫХ ТЕРРИТОРИЯХ.........................................................292

292

1. Преступления против человечества

Идеологические основы поведения на оккупированных территориях — 292. Концентрационные лагеря — 293. Освенцим — 297. Люблин на Май-данеке — 301. Яновский лагерь — 301. Преступления медиков — 303. Дети в лагерях — 309.

2. Преступления против культуры..........................311

ГЛАВА III

ОСВОБОЖДЕНИЕ СТРАН ВОСТОЧНОЙ И ЮГО-ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ................

317

1. Польша

317

Политическое положение в Польше к 1944 г. — 317. Образование польского комитета национального освобождения — 320. Варшавское восстание — 324. Висло-одерская операция. Освобождение Западной Польши — 325. Овладение Восточной Пруссией — 327. Разгром немецких войск в Восточной Померании и Силезии — 330. «Польский вопрос» — 331.

2. Румыния..................................................................335

Вступление советских войск в Румынию — 335. Политическое положение — 339. Заключение перемирия с Румынией — 343.

3. Болгария..................................................................344

Политическое положение — 344. Вступление советских войск в Болгарию. Смена власти в стране — 346. Участие Болгарии в войне против Германии — 347.

4. Югославия...............................................................349

Международное и внутриполитическое положение — 349. Белградская операция — 353. Завершение освобождения Югославии. Реорганизация правительства — 355.

5. Чехословакия..........................................................357

Обстановка в Словакии — 357. Восточнокарпатская операция — 359. Освобождение Словакии и Моравии — 361.

6. Венгрия...................................................................363

Политическое положение в Венгрии к осени 1944 года — 363. Боевые действия советских войск в Венгрии — 364. Смена власти в Венгрии — 367. Освобождение Венгрии от немецких войск — 368.

Подготовка конферении. Предварительные

переговоры — 394. Германский вопрос — 399. Декларация об освобожденной Европе — 404. Польский и югославский вопросы — 406. Вопрос об Организации Объединенных Наций— 411. Соглашение о вступлении СССР в войну против Японии — 414. Значение Крымской конференции — 417.

ГЛАВА V

РАЗГРОМ И БЕЗОГОВОРОЧНАЯ КАПИТУЛЯЦИЯ ГЕРМАНИИ.................................................... 419

1. Наступление армий антифашистской коалиции на территории Германии............................................ 419

Положение Германии и ее вооруженные силы — 419. «Меморандум Риббентропа» — 422. Тайники третьего рейха — 428. Форсирование Рейна — 433. Стратегические бомбардировки Германии авиацией Соединенных Штатов и Англии — 440.

2. Освобождение Австрии.

Конец боевых действий в Италии...................................443

Освобождение Австрии Красной Армией — 443. Конец боевых действий в Италии— 445. Народное восстание в Северной Италии 25 апреля

1945 г. — 449.

3. Окончательное поражение немецкой армии.

Взятие Берлина...................................................... 451

Положение в Германии — 451. Разгром немецких войск на берлинском направлении — 454. Продвижение американо-английских войск до Эльбы — 460. Падение Берлина — 463.

4. Освобождение Чехословакии............................. 468

Положение в Чехословакии — 468. Майское восстание чехов — 471.

5. Безоговорочная капитуляция фашистской Германии.................

Овладение Южной Германией — 474. Последние бои на два фронта — 476. Правительство Деница — 478. Подписание акта о безоговорочной капитуляции — 485.

6. Установление союзными державами контроля

над Германией и Австрией........................................486

Ликвидация правительства Деница — 486. Декларация о поражении Германии — 487. Конференция в Сан-Франциско — 490. Потсдамская конференция. Учреждение Совета Министров иностранных дел (СМИД) — 497. Польский вопрос — 501. Германский вопрос — 504.

ЧАСТЬ III

ВОЙНА НА ТИХОМ ОКЕАНЕ. БОМБАРДИРОВКА ХИРОСИМЫ И НАГАСАКИ

ГЛАВА I

НАСТУПЛЕНИЕ США И АНГЛИИ

НА ЯПОНИЮ............................................................513

Перелом в войне на Тихом океане — 513. Методы борьбы японцев — 516. Битва на Соломоновых островах и в Новой Гвинее — 520. Боевые действия до конца 1943 года — 524. Военные действия в 1944 году — 525. Обострение внутриполитической обстановки в Японии — 532. Боевые действия в 1945 году — 536. Маневры с целью прекращения войны — 541. Политика США в отношении Японии и Потсдамская декларация — 544. Потсдамская декларация о Японии — 550. Игнорирование декларации Японией — 551. Атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки — 553.

ГЛАВА II

ВСТУПЛЕНИЕ СССР В ВОЙНУ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ 558

Расчет Японии на дальнейший ход войны — 558. Объявление войны Советским Союзом — 561. Подготовка советских вооруженных сил к наступлению на Дальнем Востоке — 563. Ход боевых действий на Дальнем Востоке — 567. Завершение разгрома Квантунской армии — 576. Подписание акта о безоговорочной капитуляции Японии — 581.

По вопросам оптовой покупки книг издательства ACT обращаться по адресу: Звездный бульвар, дом 21, 7-й этаж Тел. 215-43-38, 215-01-01, 215-55-13

Книги издательства ACT можно заказать по адресу:

107140, Москва, а/я 140,

ACT — “Книги по почте”.

ISBN 985-456-303-0

9789854 563039 >

Справочное издание

ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ

В 24 томах Том 24

ИТОГИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ войны

Бадак Александр Николаевич, Войнич Игорь Евгеньевич, Волчек Наталья Михайловна и др.

Ответственный за выпуск Т. Г Ничипорович

Подписано в печать с готовых диапозитивов 29.06.99. Формат 84x108‘/32. Бумага типографская. Печать офсетная. Уел. гтеч. л. 31,08. Уел. кр.-отт. 31,08. Тираж 11 000 экз. Заказ 1543.

Фирма «Современный литератор». Лицензия ЛВ № 319 от 03.08.98. 220029, Минск, ул. Красная, 5—12.

При участии ООО «Харвсст». Лицензия Л В № 32 от 27.08.97. 220013, Минск, ул. Я. Коласа, 35—305.

Отпечатано с готовых диапозитивов заказчика в типографии издательства «Белорусский Дом печати». 220013, Минск, пр. Ф. Скорины, 79.

Content

Том 24

В 24 ТОМАХ

КОРЕННОЙ ПЕРЕЛОМ В ХОДЕ ВОЙНЫ

Patria яе cheama s'o salvam! La arme!

шт?®™

miatpRFn

III fr *-