Алексей Макеев, Николай Леонов

Судить будет полночь

* * *

Тело Вероники лежало на полу в огромной луже крови. Она лежала лицом вниз, и поэтому было отчетливо видно, куда именно пришелся смертельный удар убийцы. На затылке зияла рубленая рана, вокруг которой красными сгустками свисала запекшаяся кровь. Белокурые волосы спутались, а некоторые локоны приобрели багряный оттенок. Но несмотря на всю эту ужасную картину, можно было заметить, что убитая женщина была молода и привлекательна. Вопрос напрашивался сам собой: кто и, главное, за что мог убить такую красивую женщину?..

Генерал Пахомов сидел в кресле и смотрел в никуда. Вокруг него бегали оперативники, работал судмедэксперт, в коридоре топтались понятые. Но генерал ни на что не реагировал. Его единственная дочь сейчас лежала в соседней комнате с раскроенным черепом. После смерти жены она была единственным родным и близким человеком для генерала на этой земле. А убийца одним ударом лишил его этого человечка, его кровиночки. Неожиданно накатившая ярость заставила Пахомова взять себя в руки. Его взгляд стал решительным и злым. Поднявшись с кресла, он прошелся по комнате, обдумывая дальнейшие свои действия. Через минуту он остановился и, повернувшись к выходу, громко крикнул:

– Родионов!

Не прошло и трех секунд, как на пороге появился подтянутый офицер в звании капитана.

– Слушаю вас, товарищ генерал! – отчеканил он.

– Что там? – грозно спросил Пахомов, махнув головой в сторону комнаты, где лежала убитая.

Капитан, увидев резкую перемену в настроении своего начальника, вжал голову в плечи и неуверенно ответил:

– Пока ничего, но мы работаем.

– Какие-нибудь улики обнаружены?

– Пока нет. – Капитан отвел взгляд в сторону.

– Да что вы заладили: пока, пока!.. Вы можете четко и внятно ответить, сколько вам понадобится времени на поимку убийцы?! – срываясь на крик, спросил генерал, сжимая кулаки.

– Пока… – начал было капитан, но тут же осекся и поправился. – На данный момент никаких зацепок и следов.

– Ясно!

– Мы постараемся найти убийцу, товарищ генерал… – стал оправдываться капитан, но тот перебил его:

– Да знаю я, что вы постараетесь, вот только от вашего старания ничего не изменится. Если он не оставил никаких следов – значит, дело встанет. А мне он нужен чем быстрее, тем лучше, – продолжая злиться, объяснил генерал, доставая из кармана сотовый телефон.

Капитан хотел еще что-то сказать в свое оправдание, но Пахомов жестом руки остановил его, давая понять, что у него важный разговор.

– Петр, здравствуй, – спокойным голосом поздоровался генерал. – Что так рано? Да беда у меня. Веронику убили… Как? Домработница нашла утром с пробитой головой. Слушай, Петр, я здесь с первых минут и вижу, что дело может затянуться надолго, а то и вообще зависнуть, потому тебе и звоню. Думаю, что им должен заняться кто-то из твоих, – неожиданно предложил генерал и не сдержавшись, закричал: – Достань мне эту падлу, Петр! Как друга прошу, достань!

Капитан, слушавший весь разговор генерала, сначала поднял брови вверх, но после крика Пахомова еще сильнее вжал голову в плечи и приготовился к очередной взбучке от начальника. Но, как ни странно, генерал сделал глубокий вдох и уже спокойным тоном отдал приказ капитану:

– Значит, так, Родионов. Ничего здесь не трогать, понятых отпустить. Дождаться приезда полковника Гурова и передать ему все, что успели собрать. В дальнейшем переходите к нему в подчинение на время следствия. Все понятно?

– Так точно, товарищ генерал!

– Исполнять!

– Есть! – отчеканил капитан, и крутанувшись на месте, вышел из комнаты.

* * *

Не успел Гуров войти в здание управления, как у него зазвонил мобильник. Посмотрев на номер, он увидел, что это генерал Орлов.

– Да, товарищ генерал, – ответил Гуров бодрым голосом, поднимаясь по лестнице.

– Лев, ты сейчас где? – как-то обеспокоенно уточнил генерал, и Гуров понял: что-то произошло.

– Поднимаюсь к себе. А что?

– Бери Крячко и быстро ко мне. Беда, Лева…

Гуров хотел было спросить еще что-то, но генерал уже положил трубку.

«Опять какая-нибудь неотложка», – сообразил Лев, открывая кабинет, где за своим столом уже сидел его помощник, полковник Крячко.

– Неделя только началась, а вы, товарищ полковник, уже второй раз опаздываете на работу, – шутливо попрекнул Крячко, на что Гуров абсолютно серьезно сказал, никак не реагируя на шутку:

– Пойдем, шеф вызывает.

Крячко продолжал сидеть на своем месте, думая, что тот его разыгрывает, ведь генерал в это время практически никогда не бывал в управлении.

– Чего сидишь? Пошли! – повторил Гуров, направляясь к двери.

– Так это что, была не шутка? – удивленно переспросил Крячко, подскочив с места. – Нас что, действительно генерал вызывает? Что случилось-то?

– Сам пока не знаю, – задумчиво ответил Гуров.

Когда они вошли в кабинет, генерал-лейтенант Орлов, начальник управления и их непосредственный начальник, ходил по кабинету, пыхтя сигаретой. Он так глубоко задумался, что не замечал, как стряхивал пепел прямо на ковер под ногами.

Стоило только Гурову появиться на пороге кабинета, как генерал прошел к себе на место, сел за стол и жестом предложил им с Крячко занять места напротив. Все это происходило в полном молчании, и Лев Иванович понял, что дело действительно очень серьезное.

Немного помолчав, Орлов вздохнул:

– Начну с предыстории, чтобы потом у вас не было никаких вопросов. – Полковники внимательно смотрели на генерала. – Вы прекрасно знаете генерала Пахомова из МВД. Но вы не знаете, что мы с ним дружим еще с военного училища. Я был дружком на его свадьбе и крестным у его единственной дочери. Поддерживал его, когда он был весь черный от горя после смерти жены. В общем, если кто-то и сомневается в настоящей мужской дружбе, то это не я.

Генерал замолчал. На его лице застыло выражение глубокой скорби.

– …Так вот, – продолжил генерал после нескольких минут тишины. – Сегодня ночью в своей квартире была убита Вероника – дочь генерала Пахомова.

После этих слов он отвернулся к окну, и Гуров заметил, как в уголках его глаз предательски заблестели слезы. Почувствовав, каково сейчас Орлову, никто из сидящих не решился задать свой вопрос: а какое отношение ко всему этому имеют они?

После небольшой паузы генерал повернулся к своим подчиненным и, взяв себя в руки, продолжил:

– Вы должны будете прямо сейчас отправиться в Санкт-Петербург и как можно быстрее найти убийцу. Сразу хочу предупредить вас, что это не обычная бытовуха. Убийца оказался ушлым и поэтому все за собой подчистил. Вам надо будет поднапрячься и, повторяю, как можно быстрее найти этого отморозка. Группа уже там, и ты, Лев, возглавишь ее по приезде на место. У вас есть несколько часов, прежде чем тело отправят в морг для подготовки к похоронам, так что вылетаете первым же рейсом. – Он посмотрел на часы. – Через час пятнадцать. Вопросы есть?

– Нет, – ответил за двоих Гуров.

– Я на вас очень надеюсь, сынки, – как-то по-отечески сказал генерал, провожая их до дверей.

Уже выходя на улицу, Крячко спросил у Льва:

– И что ты насчет всего этого думаешь?

Гуров пожал плечами, не зная, что и ответить. С одной стороны, он прекрасно понимал, что для генерала Орлова было делом чести раскрыть убийство крестницы, и все происходящее он воспринял как свое горе, а не просто преступление. Но с другой стороны, ему было непонятно, почему бы Пахомову не накрутить хвоста местному РОВД и не заставить раскрыть преступление в кратчайшие сроки. «Хорошо еще, что приходится приступать к этому делу в самом начале, а не переделывать чьи-то ошибки. Остается хоть какой-то шанс быстро выйти на след убийцы», – рассуждал Гуров, пока они подъезжали к его дому.

Решив не бежать впереди паровоза, а разобраться на месте, что да как, Лев решил позвонить своей жене Марии и предупредить ее об отъезде.

– Привет, дорогая! Ты в театре или уже дома?

– До-ома, – протянула Мария и тут же спросила: – А что?

Гуров знал, что и за столько лет их совместной жизни она так и не смогла смириться с его командировками и всегда расстраивалась, когда он уезжал даже на пару дней. Поэтому Лев решил полояльней сообщить ей о том, что ему придется прямо сейчас улететь в Питер.

– Послушай, любовь моя! У меня есть две новости для тебя: одна хорошая, а другая не очень. С какой начать?

– Начни с той, в которой хочешь сообщить мне, почему уезжаешь в очередную командировку, – моментально догадавшись, в чем дело, отозвалась жена поникшим голосом.

Гуров понял, что больше нет смысла ходить вокруг да около, и потому начал, как есть:

– У генерала Пахомова убили единственную дочь, и нам со Стасом поручено в кратчайшие сроки задержать убийцу.

– А что, у них там, в Питере, своих полковников не нашлось? – съязвила Мария, но сразу осеклась: – Извини. А сколько ей лет-то было? Молодая?

– Около тридцати.

– Поздний ребенок?

– Поздний и единственный.

– Да… никому не пожелаешь такого… – протянула Мария. – Ты хоть за вещами заедешь?

– Я уже возле дома, но у меня совершенно нет времени. Хорошо, что ты дома, поможешь мне собраться, – сказал Гуров, уже выходя из машины.

– Я скоро, – сказал он Крячко и направился к подъезду, продолжая разговаривать с женой.

Ей не нравились командировки мужа, но Мария оставалась женой опера, и поэтому, когда Гуров вошел в квартиру, она уже укладывала его вещи в дорожную сумку.

Все сборы заняли не больше пяти минут, и вот уже Лев стоит в дверях и, прижимая к себе Марию, шепчет ей на ухо:

– Я постараюсь вернуться как можно быстрее. Поймаю очередного негодяя и вернусь.

– А потом будут другие негодяи, которых снова придется ловить, и так до бесконечности, – спокойно констатировала Мария, посмотрев на мужа. – Так что не обманывай себя и меня. Это твоя работа.

– Все равно я бы не хотел, чтобы ты расстраивалась, – признался Лев Иванович, прощаясь с женой.

Уже спускаясь по лестнице, он мельком взглянул на часы и понял, что опаздывает. До вылета оставалось меньше часа.

Стас Крячко оказался намного проворнее Гурова. Не прошло и пяти минут, как он уже запихивал свою сумку в багажник казенной «Волги».

– Поехали, поехали! – поторопил он, залезая в салон.

Дорога в аэропорт была еще свободной от пробок, и потому они поспели как раз к регистрации пассажиров. Подхватив сумки, они бросились к стойке, так как им еще надо было отметить свои забронированные места на этом самолете.

Гуров заметил, как изменилось лицо девушки, которая пропускала пассажиров на посадку, когда он сунул ей под нос свое удостоверение. С тех пор как большая часть авиакомпаний перешла в частные руки, к льготным пассажирам относились как к людям второго сорта. Гуров знал это и поэтому относился к ним так же – как белый к неграм.

– Для нас забронировано два места в экономклассе, – немного грубовато сказал Гуров, показывая удостоверение.

– Сейчас посмотрю.

– Вы думаете, что мы можем вас обмануть? – скептически спросил Гуров, заглядывая в список пассажиров.

– Мы обязаны проверять – это наша работа, – искося глянув на него, ответила девушка в синей форме.

Уже в самолете Крячко спросил у Гурова:

– А что ты прицепился к этой девушке там, у турникета?

– Да нечего мне рожи корчить. Вообще страх потеряли! А ты что, в защитники решил податься? – спросил Гуров, усаживаясь на свое место.

– Да нет. Я так…

– Думай лучше о предстоящем деле, – серьезно сказал Лев Иванович.

– Приедем на место – тогда и подумаем, – отмахнулся Стас.

– Ну, тогда отдохни. Сдается мне, что оно будет непростым, – задумчиво сказал Лев и, откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза.

* * *

Когда объявили о посадке, Гуров открыл глаза. Со стороны могло показаться, что он проспал весь полет, но это было далеко не так. Лев думал о предстоящем деле и пытался представить хотя бы приблизительный ход своих действий в Санкт-Петербурге. Конечно, по большей части всегда приходилось отступать от первоначального плана, так как возникали непредвиденные ситуации, но Лев все равно придерживался этого правила, считая, что если не знать последовательности своих действий, то можно запутаться еще в начале любого расследования. Предполагаемые мотивы убийства Вероники выстраивались в очень длинный ряд, но из всех можно было выделить несколько основных. Первый, конечно же, из-за ревности. Какой-нибудь пылкий ухажер не смог справиться со своими чувствами и в порыве ревности убил свою суженую. Подобные шекспировские пьесы разгораются на каждом шагу. И во многих случаях именно так все и происходит: он убивает свою любимую, а потом, придя в себя, начинает кусать локти. Второй: убийство с целью ограбления. Домушник залезает в квартиру к Веронике и начинает складывать добро в сумку. Тут появляется хозяйка, и домушник решает оглушить ее и скрыться, но, не рассчитав удар, убивает дочку генерала. Нельзя также отметать и такую возможность, что этим убийством кто-то хотел надавить на генерала Пахомова, работающего в министерстве. Сейчас все чаще стали всплывать подробности дел, которые творятся в подобных ведомствах. Если это именно так, тогда искать убийцу просто бесполезно, ведь в политических играх все делается на высшем уровне, в том числе и заказные убийства. «В любом случае нужно будет проверить все версии», – решил Гуров, выходя из самолета.

Санкт-Петербург встретил их своей отвратительной погодой. Холодный ветер и моросящий дождь наводили на мысль, что по каким-то причинам их самолет приземлился не в Северной столице, а в Лондоне. Еще с трапа Гуров заметил черную «Волгу», стоящую прямо на посадочной полосе.

– Как думаешь, Лев, эта машина нас ждет? – спросил Крячко, протирая одной рукой заспанные глаза.

– И думать нечего. Дочь генерала – это тебе не хухры-мухры! – заключил Гуров.

Направляясь в сторону машины, они увидели, как из нее вышел подтянутый офицер и, раскрыв зонт, двинулся им на– встречу.

– Капитан Родионов! – представился мужчина с зонтом.

– Полковник Гуров, а это полковник Крячко – мой заместитель.

Гуров видел, как после его слов вытянулось лицо Стаса.

Только они положили сумки в багажник и уселись в «Волгу», как капитан спросил:

– В отдел, товарищ полковник?

– Нет, на место преступления, – скомандовал Лев Иванович.

– Хорошо. Тогда я распоряжусь, чтобы эксперт выезжал на место, – сказал Родионов, доставая телефон.

– Что показал первоначальный осмотр места преступления? – спросил Гуров, когда капитан отдал распоряжения эксперту.

– Да если честно – ничего. Никаких следов или улик, за что можно было бы зацепиться.

– А вообще, какие есть предположения? – решив послушать мнение капитана, спросил Лев.

– На первый взгляд похоже на ограбление, но вполне возможно, что это была лишь инсценировка.

Гуров вопросительно посмотрел на капитана.

– Дело в том, что в доме осталось много дорогих вещей, которые должны были бы заинтересовать грабителя – если, конечно, это был грабитель, – пояснил Родионов.

– Свидетелей опрашивали? – включился в разговор Крячко.

– Да, но не со всеми успели переговорить. Генерал дал указания приостановить расследование до вашего приезда.

– Что вы можете рассказать о самой убитой? – спросил Лев, отвернувшись почему-то к окну.

– Что именно вас интересует? – уточнил капитан.

– Все, – повернувшись к нему лицом, сказал Гуров.

– Вероника Пахомова, восемьдесят второго года рождения. Работала в администрации уполномоченным при мэре. Замужем не была, детей тоже нет. При всем своем положении затворницей не была. Любила посещать шумные места. – Капитан посмотрел на Гурова, как бы ожидая реакции, но тот никак не отреагировал на его слова. – Будучи красивой женщиной, имела несколько поклонников.

– Их личности установлены? – спросил Крячко.

– Да. Но все они – люди ее круга, так что, думаю, надо работать в другом направлении, – осторожно высказался капитан.

Свернув во двор, они оказались перед новенькой десятиэтажкой из бетона и стекла.

– Приехали. Это здесь, – сообщил Родионов, показывая на дом. – Вероника жила на четвертом этаже.

Следом за ними во двор въехала бежевая «семерка».

– А вот и наш эксперт, – сказал Родионов.

Из машины вышел пожилой мужчина с чемоданчиком в руке и направился к «Волге».

– Знакомьтесь – Сергей Иванович, наш эксперт. А это наши коллеги из Москвы. – Родионов показал рукой на стоявших рядом полковников.

– Гуров.

– Крячко.

– Очень приятно! – Эксперт по очереди пожал руки им обоим.

– Не будем терять времени, – поторопил Гуров, посмотрев на часы.

Выезд на место преступления для него – всегда испытание. Испытание на профессиональную зрелость? Сказать так, пожалуй, было бы слишком громко, да и не искренне. За годы службы в уголовном розыске Лев давно убедил и себя и других, что экзамен свой он сдал. Нет, выезд на место преступления, где час ли назад, сутки, а бывает, и месяц тому назад было совершенно преступление, волнует Гурова как проверка собственной удачи. Сдюжит или нет?..

Когда они оказались в комнате, где лежала убитая, первое, что бросилось ему в глаза, – это бардак, который не оставлял сомнений в том, что кто-то уж очень постарался, чтоб его устроить. Повсюду валялись вещи, под ногами хрустели осколки посуды. Единственное, что сохранилось, – это открытая бутылка вина и два фужера, которые стояли на маленьком журнальном столике. Вина оставалось на полбутылки, и, соответственно, можно было сделать вывод, что хозяйка успела выпить с кем-то по бокалу. Но вот с кем, пока оставалось загадкой.

Тело Вероники оставалось лежать в том же положении, в каком ее нашла домработница. Картина, конечно, была не из приятных, но Гуров за много лет своей службы научился абстрагироваться от подобных чувств и сосредоточиваться на деле. Поэтому, повернувшись к Родионову, он спросил:

– Домработницу опросили?

– В первую очередь. Но у нее железное алиби. Вчера весь вечер и всю ночь она находилась у своей подруги на дне рождения, где было немало народу.

Гуров посмотрел на эксперта, который топтался в дверях, ожидая распоряжений.

– Здесь все проверили?

– Еще до вашего приезда.

– Проверьте прихожую и кухню. Да и в ванной посмотрите. Убийца мог ходить туда отмывать руки от крови.

Эксперт махнул головой в ответ и, открыв чемоданчик, стал готовиться к своей работе.

– Я думаю, что нужно начать с консьержки, – вступил в разговор Крячко. – Разговаривали с ней? – повернувшись к Родионову, спросил полковник.

– Не успели.

– Пригласите ее, – командным голосом сказал Гуров, проходя в центр комнаты.

– Есть! – ответил подтянутый капитан и вышел из комнаты.

– Твои предположения. – Лев посмотрел на Крячко.

– Скорее всего, перед тем как ее ударили, Вероника собиралась куда-то позвонить, – кивнув на валявшуюся на полу трубку, предположил Стас. – На ограбление не похоже, слишком много ценностей осталось нетронутыми. – Он взял в руки красивую старинную статуэтку, которой было не меньше ста лет.

– Согласен. Может, какой-нибудь ревнивый Отелло?

– Не исключаю такой версии, тем более что орудие убийства находится рядом с телом. – Крячко показал на лежащие рядом массивные каминные часы, сделанные из бронзы.

Гуров прошел к трюмо, на котором стояли разные баночки с женскими кремами и необычной формы флаконы с духами и туалетной водой. Среди этого многообразия женской косметики стояла пустая малахитовая шкатулка. На ней еще сохранились следы порошка, с помощью которого эксперт снимал возможные отпечатки пальцев.

– Как думаешь, хозяйка могла здесь хранить свои драгоценности? – спросил Лев.

– Думаю, да.

– Может, они представляли такую ценность, что грабитель предпочел ничего больше не брать? – предположил Гуров, но тут же в этом засомневался. – Но это вряд ли.

В этот момент в комнату вошел Родионов и с порога доложил:

– Консьержка сейчас приедет.

– Соседей тоже надо опросить, – приказным тоном сказал Крячко. – Кто-нибудь из них мог видеть, как к Веронике входил убийца.

– Сейчас сделаем, – повернувшись к двери, ответил Родионов.

Гуров прошел в прихожую и, взяв кожаную женскую сумочку, перевернул ее вверх дном, высыпая все содержимое на тумбочку под зеркалом. Из нее посыпались всякие женские штучки, начиная от губной помады и кончая какими-то безделушками, предназначение которых было трудно определить на первый взгляд. Из всех выпавших вещей Гуров взял записную книжку и сотовый телефон. Немного подумав, он положил в карман и связку ключей. Пройдя на кухню, сел за стол и в ожидании консьержки стал просматривать записи Вероники в записной книжке. Напротив телефонов стояли сокращенные имена и фамилии. Судя по обилию записей, Лев сделал вывод, что Вероника была довольно общительна, а значит, круг подозреваемых мог разрастись до невероятных размеров.

Как только капитан вошел на кухню, Гуров по выражению его лица понял, что опрос соседей ничего не дал. И все-таки для подтверждения своей первоначальной версии сказал:

– Докладывайте!

– Товарищ полковник, опрос соседей ничего не прояснил в данной ситуации. Никто ничего не слышал и не видел. В квартире напротив никто не открыл, но соседка справа сказала, что проживающая там пенсионерка могла уехать к себе на дачу, – закончил свой неутешительный доклад Родионов.

– Та-ак, – протянул полковник. – Консьержка не приехала?

– Пока нет.

Пройдя мимо капитана, Гуров направился в комнату, где лежала Вероника. Войдя, он увидел, что Стас сидит за компьютером Вероники и внимательно читает на экране какие-то документы. Остановившись в дверях, Лев стал еще раз внимательно осматривать валявшиеся вокруг вещи. Неожиданно его взгляд привлекла разбитая рамка, в которой находился снимок какой-то блондинки. Подняв его, Гуров извлек из рамки фотографию и, отряхнув ее от осколков, посмотрел на обратную сторону снимка. «Моей дорогой подружке Веронике от Ксю». Гуров еще раз посмотрел на снимок и положил его в карман. В это время в комнату вошел капитан и доложил с порога:

– Приехала консьержка, ждет в коридоре. Пригласить ее сюда?

– Не надо. – Лев Иванович посмотрел на труп Вероники. – Я сейчас выйду.

Консьержкой оказалась женщина пенсионного возраста с высокой прической. Она теребила свою сумочку, испуганно озираясь по сторонам.

– Здравствуйте. Полковник Московского уголовного розыска Гуров Лев Иванович, – представился сыщик, подходя к ней.

– Вера Павловна.

– Скажите, Вера Павловна, вы дежурили сегодня ночью?

– Да, как раз утром сменилась.

– А вы хорошо знали убитую? – Гуров кивнул в сторону комнаты, где лежала Вероника.

– Конечно. Я знаю всех жителей этого дома.

– Вы видели, как вчера она возвращалась к себе в квартиру?

– Да, конечно, ведь я всегда нахожусь на своем рабочем месте.

– Вы помните, во сколько это было?

– В одиннадцать часов, – не задумываясь, ответила консьержка.

Гуров собирался задать свой следующий вопрос, но Вера Павловна сама стала рассказывать события вчерашнего вечера.

– Ровно в одиннадцать часов они вошли в подъезд…

– Они? – тут же перебил ее Лев.

– Да, она была с мужчиной. Представительный такой, высокий. Я думаю, что они возвращались из ресторана, – уверенно заявила консьержка.

– А почему вы так решили? – заинтересовался сыщик.

– По одежде. На ней была такая белая блузка с красивым жабо. Я же видела, в чем она обычно ходит на работу: всегда в строгом костюме. А вчера она была просто нарядная, – пояснила Вера Павловна.

– А когда он выходил обратно, вы видели?

– Нет. До моей пересмены он не выходил. Мы меняемся в семь часов; скорее всего, он вышел после этого.

От Гурова не ускользнуло то, как при последних словах консьержка еле заметно занервничала.

– Скажите, Вера Павловна, а вы никуда не отлучались со своего рабочего места? – решил проверить свою догадку Гуров.

– Нет, что вы, – заверила его консьержка.

– А за время вашего дежурства кто-нибудь посторонний входил в дом?

– Нет, – так же уверенно сказала она и тут же поправилась: – Постойте, где-то в двенадцать вошел молодой мужчина, лет тридцати или около того. Я спросила, к кому он. А он ответил, что ошибся подъездом, и вышел.

– Сможете описать этого мужчину?

Вера Павловна подумала с минуту, потом, пожав плечами, неуверенно сказала:

– Пожалуй, нет. Обычный мужчина, в короткой куртке и кепке. Да я и видела-то его меньше минуты. Его лицо я, к сожалению, не запомнила.

– Хорошо, Вера Павловна. Если еще что-то вспомните – обязательно мне позвоните. Вот мой телефон. – Гуров протянул ей свою визитку. – Это мой московский номер, поэтому звоните мне на сотовый, – объяснил он, показав на нижний номер.

– До свидания, – тихо сказала консьержка, покосившись на комнату, где лежала убитая.

– Всего хорошего, – попрощался Гуров, закрывая за ней дверь.

Повернувшись, Лев увидел стоящего перед ним Крячко.

– Что удалось узнать?

– Вчера вечером она вернулась домой не одна. С ней был какой-то мужчина, который до утра не покидал подъезда, где находилась консьержка.

После последних слов Гурова Крячко изобразил явное удивление на своем лице.

– Что-то не так? – поинтересовался Гуров.

– Эксперт утверждает, что убийство Вероники произошло где-то между одиннадцатью и двенадцатью. Точнее скажет после вскрытия, но все равно понятно, что убийца не стал бы находиться в квартире до утра вместе с трупом. Что-то здесь не так, – задумчиво повторил Станислав. – Либо консьержка темнит, либо преступник ушел другим путем, минуя бдительную вахтершу.

– Что говорит эксперт? Есть что-нибудь?

– Да. На кухне есть слабый отпечаток большого пальца, который не принадлежит убитой.

– Надо пробить его по нашей базе данных – вдруг где-нибудь да всплывет, мало ли что? Нашел что-нибудь интересное в компьютере?

– Не то чтобы особенно интересное, но кое-что есть.

– Пошли, покажешь. – Гуров направился в спальню.

Когда они вошли в комнату, капитан и эксперт сидели на диване, причем эксперт уже успел сложить все инструменты в свой чемоданчик. Стоило только Льву появиться в дверях, как капитан вскочил с места.

– Эксперт уже закончил, товарищ полковник. Какие еще будут указания?

– Мы тоже уже почти закончили, осталось вот только компьютер посмотреть. Но вы уже можете вызывать бригаду, чтобы забирали труп. – Повернувшись к эксперту, Лев спросил: – Скажите, как скоро будет готово заключение о смерти убитой и о найденных отпечатках?

Эксперт посмотрел на часы, потом что-то прикинул и только после этого ответил:

– Завтра к утру я дам полное заключение по данному делу.

– Не пойдет. – Гуров сдвинул брови. – Сегодня вечером я жду ваших результатов. – После этого повернулся к Стасу: – Ну, показывай, что ты тут нашел…

– Смотри. В почте на «Одноклассниках» есть переписка с неким Владом. Может, конечно, это ничего и не значит, сейчас чуть ли не каждый второй сидит на «Одноклассниках», но думаю, что проверить не помешает. Я скинул все на флешку – в гостинице посмотрю на своем ноутбуке. Кстати, Лев, надо бы узнать, что там с гостиницей, а то время уже к вечеру близится, – посмотрев на часы, заметил Стас.

– За это не переживай. Гостиница, машина и капитан включены в наш реестр. Давай-ка лучше подумаем, с чего лучше начать наши поиски.

– Для начала надо выяснить, с кем вчера вернулась убитая, а заодно пробить все последние звонки на сотовом, – предложил Стас. – А завтра с утра наведаемся к ней на работу, где, возможно, и узнаем о ее вчерашнем спутнике. Наверняка у Вероники была какая-нибудь подруга, которая могла знать все о ее личной жизни. Логично?

– Логично, но не очень реально, – не согласился с ним Лев Иванович. – Кто сказал, что ее подруга работает там же, где и убитая? Но выяснить, конечно, надо. Вот ты завтра этим и займешься, а у меня другие планы, – сказал Гуров, выходя из квартиры.

Спустившись вниз, Лев притормозил возле широких окон, за которыми сидела консьержка. Только вместо Веры Павловны там сейчас бдела бабуля намного старше своей сменщицы. Оторвавшись от вязания, она внимательно посмотрела на выходившую из подъезда тройку мужчин. «Вряд ли в таком возрасте можно просидеть всю ночь на своем посту, не смыкая глаз. Ночью вообще не каждый человек выдержит без сна, а в таком возрасте и подавно. Значит, Вера Павловна запросто могла и просмотреть убийцу», – предположил Гуров, выходя из подъезда вслед за капитаном.

– Теперь в гостиницу, товарищ полковник? – провожая сыщиков, поинтересовался Родионов.

– Да, – посмотрел тот на часы.

– Машина остается с вами на все время вашего пребывания у нас. До свидания! – попрощался с ними капитан.

– До завтра.

Уже отъезжая, Гуров видел, как бойкий капитан Родионов вбежал обратно в подъезд дожидаться бригаду из морга.

* * *

Проехав какими-то сквозными дворами буквально минут десять, они оказались прямо перед зданием прошлого века, над дверями которого висела вывеска «Гостиница «Щит и Меч». Название говорило само за себя…

– Так тут и до места преступления недалеко, – как-то радостно констатировал Стас, поворачиваясь к Гурову.

– Если вдруг ночью тебя осенит какая-нибудь невероятная догадка, можешь запросто смотаться и проверить, – то ли шутя, то ли серьезно предложил Лев своему помощнику.

* * *

После дождливой ветреной погоды на улице теплый двухместный номер показался просто райским уголком. Несмотря на повсеместную американизацию и евроремонты в самых захудалых заведениях, номера в ведомственных гостиницах оставались неизменными. Единственное, что здесь изменилось с 80-х, – это сантехника. Страшные раковины с медными кранами убрали, а вместо них красовались другие – современные. В остальном же все оставалось по-прежнему. Видимо, кто-то там, наверху, решил, что настоящим сыщикам не обязательно пользоваться благами цивилизации, а все свое внимание надо сосредоточить на раскрываемом деле. Две сетчатые кровати, две тумбочки, один платяной шкаф и трюмо перед входом составляли всю меблировку их номера. Лев Иванович не рассчитывал, что их поселят в номере люкс, хотя, бывая в других командировках, ему приходилось занимать номера и получше. Включив телевизор, он, не снимая обуви, прилег на кровать, свесив ботинки. Ему было о чем подумать. Стас же, наоборот, разобрал для начала свою сумку и, переодевшись в спортивный костюм, отправился, как он сказал, «на поиски ближайшего общепита».

Как только за Стасом хлопнула дверь, Гуров закрыл глаза и стал мысленно рассуждать. «Если верить консьержке, в одиннадцать часов Вероника проследовала к себе в квартиру с высоким мужчиной, после чего тот не возвращался до самой утренней пересмены вахтерш. Если он был тем самым убивцем, то, несомненно, он мог запросто скрыться с места преступления незаметно для самой консьержки. Например, через пожарный выход. Надо будет завтра проверить, насколько прочно закрывается черный ход и у кого находятся ключи от этой двери», – решил Лев Иванович. Неожиданно он почувствовал, что в номере не просто тепло, а уже жарко. Встав с постели, он подошел к окну и распахнул форточку. В лицо ударил порыв ветра, и вместе с ним в комнату ворвался свежий воздух. Оставшись у окна, Лев Иванович стал смотреть на маленькие ручейки, бежавшие по тротуару и проезжей части. Одинокий прохожий под зонтиком пытался обойти огромную лужу, осторожно ступая по земле. Внезапно Гурову пришла в голову новая версия, которую он захотел проверить прямо сейчас. И не потому, что ему не терпелось убедиться в правильности своего предположения, а просто эти самые ручейки, за которыми он наблюдал из окна, могли смыть к утру все следы, которые мог оставить преступник. Набросив плащ, Лев, не задумываясь, вышел из номера. Спустившись вниз, он поискал глазами Крячко и, не найдя его, двинулся в сторону выхода.

– Ты куда, Лев Иванович?

Гуров повернулся и увидел, как к нему направляется Стас с увесистым пакетом в руках.

– Ты что, решил прогуляться под осенним дождем? – удивился тот, но, увидев сосредоточенное лицо полковника, резко посерьезнел.

– Поехали! Надо срочно кое-что проверить, – задержавшись в дверях, сказал Лев. – Оставь пакет у администратора, потом заберем. Жду тебя в машине.

– Сейчас догоню.

Молодой парень в звании младшего лейтенанта, закрыв глаза, сидел на водительском сиденье, откинув голову назад. Гуров постучал ему в окно и стал обходить «Волгу», чтобы сесть на пассажирское сиденье. Парень подскочил так, что Гуров услышал стук его головы о крышу машины. Приоткрыв дверь, он с серьезным лицом громко скомандовал:

– Не спать, солдат! Служба еще не кончилась.

В это время из гостиницы выбежал Стас и, закрывая голову от дождя какой-то газеткой, заторопился к машине.

– Возвращаемся на место преступления, – объяснил Лев Иванович, когда Крячко с разбегу плюхнулся на заднее сиденье, стряхивая с себя капли дождя.

Младший лейтенант ответил: «Есть!» – и тут же утопил педаль газа в пол, отчего «Волга» с пробуксовкой сорвалась с места, заставив обоих полковников поневоле ухватиться за боковые ручки на дверях.

– Э-э! Шумахер! Потише! Куда так разогнался? – возмутился Стас, не успев взяться за ручку, отчего тут же повалился на Гурова. – Ты что, недавно права получил?

– Извините, товарищ полковник, не рассчитал! – посмотрев в зеркало заднего вида, ответил парень, сбавляя скорость.

– Как тебя звать, гонщик? – поинтересовался Лев Иванович, когда они поехали медленнее.

– Кирилл, товарищ полковник! – отчеканил младший лейтенант, притормаживая перед очередной лужей.

– Слушай мой приказ, Кирилл! Меня зовут Лев Иванович, а это Станислав Андреевич. На время, пока ты будешь с нами работать, будешь к нам обращаться по имени-отчеству. Это первое. Второе: когда действительно понадобится прибыть куда-нибудь побыстрее, мы тебе об этом скажем сами. Договорились? Я, конечно, понимаю, что ты молодой, кровь горячая, и любое промедление для тебя сейчас смерти подобно, но мой тебе совет: всегда помнить одну японскую истину: «Кто никуда не спешит – тот везде успевает», – философски заметил сыщик.

– Я вас понял, товарищ полковник! – сказал Кирилл, но тут же поправился: – Лев Иванович.

– Вот и договорились.

Когда они со Стасом вошли в подъезд, бабуля-консьержка по-прежнему продолжала вязать на спицах, время от времени поправляя на носу очки с довольно толстыми линзами. Войдя в небольшую застекленную комнатку, где стоял маленький диванчик и стол, на котором работал телевизор, Лев показал ей свое удостоверение. Посмотрев сквозь очки на протянутую «корочку», женщина почему-то убрала в стол свое вязанье и тихо спросила:

– Вы в сто пятую? Проходите, пожалуйста.

– Нет. Там мы уже были. Мы по другому вопросу, – объяснил Гуров, убирая удостоверение в карман и понимая, что старушка уже и не помнит, как они буквально час тому назад проходили мимо нее. «С такой охраной здесь не только убийца, но и целый взвод террористов может пройти незамеченным», – подумал он про себя, а вслух спросил: – Скажите, пожалуйста, где у вас находится пожарный выход?

По тому, как на него удивленно посмотрела старушка, Гуров понял, что задал слишком сложный для нее вопрос.

– Я имею в виду черный ход, – поправился он.

Консьержка облегченно вздохнула.

– Сейчас покажу, – заторопилась она, вставая со своего места.

– Не беспокойтесь, мы сами посмотрим. Вы только скажите, где он находится?

Женщина повернулась к окну и показала через стекло в сторону бетонной тумбы:

– Вот за этим приступком маленькая лестница. Спуститесь в аккурат к черному ходу. Только он на замке, а ключи у нас вот здесь висят. Сейчас я вам их дам, – засуетилась консьержка, потянувшись к маленькому ящичку на стене, но Лев Иванович остановил ее:

– Ключей не надо. Мы просто посмотрим, и все.

– Хорошо, хорошо. Как скажете.

Обойдя бетонную тумбу, за которой скрывалась лестница, сыщики увидели филенчатую дверь со стеклянными вставками наверху. Судя по внешнему виду, она стояла еще с момента закладки фундамента этого дома. Облупившаяся краска и лопнувшее стекло указывали на это как нельзя лучше.

– Дом вроде бы элитный, а дверь как в хрущевке, – сказал Стас, спускаясь по лестнице, на ступеньках которой кто-то прислонил черный пакет с мусором.

– Да кому это надо? Есть дверь, и ладно, – высказал свое мнение Гуров.

– Зато смотри, какой замок повесили! Такие вешали на городские ворота в шестнадцатом веке! – продолжал веселиться Стас.

Замок действительно был огромный. Во времена Советского Союза их еще называли амбарными. Подойдя ближе, Лев Иванович взялся за замок, чтобы оценить его на вес, как вдруг эта железная махина соскочила вниз и повисла на открытой дужке.

Наступила минута молчания. Сыщики молча смотрели то на замок, то друг на друга. Первым в себя пришел Стас:

– Получается, что через эту дверь элементарно мог зайти тот, кто не хотел, чтобы его кто-то видел. Так?

Лев Иванович продолжал молча смотреть на замок, ничего не отвечая, а потом вдруг сорвался с места и, поднимаясь по лестнице, крикнул на ходу:

– Жди меня здесь!

Так как подъезд, в котором жила Вероника, был первым, Гурову понадобилось совсем мало времени, чтобы оказаться с другой стороны дверей черного хода. Подойдя вплотную, Лев внимательно осмотрел дверь. Возле самой ручки он увидел отколотый уголок стекла, в которую свободно можно было просунуть руку. Теперь ему стало ясно, как убийца проник в квартиру Вероники…

Уже возвращаясь в подъезд, Лев Иванович услышал, как сработал зуммер входящего сообщения. «Маша прислала!» – решил сыщик, но, вытащив свой телефон, не увидел на экране заветного конвертика. И тут он вспомнил, что положил в другой карман телефон Вероники, в котором хотел позднее проверить последние звонки и сообщения. Достав его, Гуров понял, что не ошибся. На экране дорогой последней модели сотового телефона мигал оповещатель о принятом только что сообщении. Прикрывая рукой экран, он нажал опцию «читать». «Вероничка! Я уже соскучился! Сегодня, как всегда, буду у тебя! Твой пупсик!»

Гуров ухмыльнулся, прочитав последнее слово.

Зайдя в подъезд, он увидел, что Стас уже стоит возле комнатки консьержки и рассматривает парадное.

– Значит, так, Стас, – с ходу начал Лев. – Отдохнуть, видимо, сегодня не получится…

– Только не говори мне, что ты собрался устроить здесь засаду возле этого черного хода? – искренне удивился Стас.

– Именно так.

– Да ты что, Лев, и в самом деле думаешь, что преступник захочет еще раз прийти сюда после всего случившегося?

Вместо ответа тот протянул ему телефон, где еще горело принятое сообщение.

– А-а! Ну, это другое дело, – протянул Стас, но Гуров перебил его:

– Звони капитану, пусть пришлет пару оперативников. Скажи ему, что мы их здесь подождем.

– Слушаюсь, товарищ полковник. – Стас взял под козырек.

– Исполняйте, – подыграл ему Лев Иванович.

Как только капитан с оперативниками вошли в парадное, Гуров начал отдавать приказы:

– Вы, капитан, останетесь здесь. – Он показал на маленькую комнатку, где сидела ничего не понимающая консьержка. – А вы вдвоем, – он обратился к физически хорошо сложенным молодым парням, скорее всего, стажерам, – из машины наблюдаете за черным ходом. Мы с полковником Крячко будем в квартире убитой. Как только кто-то захочет пройти через черный ход, сразу сообщаете капитану. А вы, капитан, сразу же предупредите нас со Стасом. Все ясно?

– Так точно! – ответил Родионов за всех троих.

– Поступило сообщение, что сегодня у нас будут гости, – пояснил Лев, увидев непонимание в глазах капитана, который, наверное, уже собирался отправиться домой, если бы не их неожиданный звонок. – По местам! – скомандовал полковник и направился к лифту.

Когда механические двери закрылись за спиной Стаса, тот спросил Гурова:

– Слушай, Лев, а тебе не кажется, что мы пустышку тянем? – Крячко засунул руки в карманы.

Устало прислонившись к стенке лифта, Лев Иванович попытался растолковать обоснованность данного мероприятия:

– Понимаешь, Стас, я почти уверен, что это совсем не наш убийца, которого мы пытаемся вычислить и задержать. А тебе не кажется странным, что этот «пупсик» – единственный, кто не знает об убийстве Вероники? До сих пор не понимаю, как у них это получается, но еще до нашего приезда об этом показывали в новостях. И я более чем уверен, что во всех газетах на первых полосах уже пестрят заголовки типа: «Убийство одного из команды Матвиенко» или «Зверски убита дочь генерала Пахомова». А вот наш «пупсик» почему-то ни сном ни духом. Вопрос: кто этот таинственный воздыхатель и какое отношение он имеет к Веронике?

– Ну а если окажется, что этот «пупсик» – обычный любовник, и только? Она ведь все-таки женщина! – Стас поднял указательный палец.

– Тебе что, Стас, нужно объяснять, что даже самый не– нужный свидетель порой может подкинуть такую информацию… – не договорив фразу, многозначительно цокнул языком Гуров. – Все равно на ночь глядя мы не имеем права опрашивать свидетелей, нарушая их покой, – закончил он, выходя из лифта.

Оказавшись в квартире, они, не сговариваясь, прошли на кухню, где уселись за столом друг напротив друга.

– Как думаешь, Лев, наш «пупсик», когда соизволит явиться?

– А ты что, уже устал?

– Да не хотелось бы тут всю ночь проторчать.

– А у тебя на эту ночь были какие-то другие планы? – усмехнулся Лев.

– Вспомнил про пакет с продуктами, что оставил у администратора, – посмотрев на холодильник, ответил Стас.

– А-а, вот ты о чем. Терпение, товарищ полковник, закаляет нашу волю, – философски заметил Лев Иванович. – Только через терпение мы сможем постигнуть истинный смысл жизни.

– Слушай, Лев, хватит мне эти свои философские штучки в мозги заправлять. Когда есть хочется, тут уж никакая философия не спасает, – оглядевшись вокруг, будто бы в поисках пищи огрызнулся Стас.

Гуров понял, что баснями этого соловья не накормить, и поэтому предложил:

– Чтобы отвлечь тебя от мыслей о еде, предлагаю заняться делом.

– Каким же это?

– Сейчас. – Гуров встал из-за стола и прошел в комнату. Вернулся он через пять минут, держа в руках фотоальбом. – Вот! – Бросив его на стол, Лев сел на свое место.

– Что это? – недоуменно посмотрел на своего друга Стас.

– Попробуем найти того, с кем вчера Вероника могла вернуться из ресторана.

– Необязательно, что его фотография может быть в этом альбоме, – снова возразил тот. – Это мог быть вообще кто угодно.

– Вероника занимала не то положение, чтобы водить к себе домой малознакомых мужчин, – заметил Лев, открывая первую страницу альбома.

Пролистав почти до середины, сыщик повернул альбом к Стасу:

– Вот, смотри. На этом групповом снимке есть высокие мужчины.

Не успел Стас что-либо ответить на доводы Льва, как у того зазвонил телефон. Крячко поднял на Гурова настороженный взгляд.

– Да.

– Товарищ полковник, – услышал Лев голос капитана, – вошел мужчина с букетом цветов и сказал, что направляется в сто пятую квартиру.

– Отлично. Оставайся на месте!

– Вас понял.

Положив трубку, Лев Иванович посмотрел на Стаса:

– У нас гость.

– «Пупсик»?

– Не похоже. Вошел через парадный вход.

Стас достал пистолет и, взяв его на изготовку, подошел к двери.

– Надеюсь, обойдемся без этого, – открыв щеколду, сказал Лев.

Как только прозвучала мелодичная трель звонка, Гуров резко открыл дверь. На пороге стоял мужчина лет сорока в длинном кашемировом пальто. Широкая открытая улыбка моментально сползла с его лица, стоило ему только увидеть перед собой полковника. В одной руке он держал букет цветов, а в другой – кожаный портфель, содержимое которого не оставляло никаких сомнений. «Скорее всего, коньяк и коробка конфет», – успел подумать Лев, как незнакомец стал возмущаться:

– Кто вы, собственно, такой, мужчина? И что вы тут делаете? Где Вероника?

– Я полковник розыска. Войдите в квартиру, а то в дверях как-то неудобно разговаривать, – предложил Гуров спокойным голосом, освобождая проход.

Незнакомец внимательно посмотрел на сыщика, потом сунул букет себе под мышку и уверенно шагнул в квартиру.

В тот же момент из-за двери вышел Стас и ткнул ему в спину дуло пистолета:

– Не дергайся, «пупсик».

Лев Иванович следил за каждым движением незнакомца, но, как ни странно, тот совершенно не испугался, а даже наоборот, вновь завозмущался:

– Да что здесь, в конце концов, происходит?! И перестаньте меня тыкать своим пистолетом! – Он повернул голову в сторону Стаса. – Никакой я вам не пупсик! Меня зовут Лазарь Петрович Симагин, я главный врач санатория «Мечта»!

Лев Иванович жестом показал Стасу, чтобы тот убрал пистолет, давая понять, что все под контролем. После этого он захлопнул входную дверь и язвительно спросил:

– И что же здесь делает главврач санатория «Мечта»? – Гуров широко расставил ноги и сложил руки на груди, показывая, кто здесь хозяин.

Симагин покрутил вокруг себя головой, и Лев заметил, как на его лицо легла тень испуга.

– Понимаете… – Главврач достал платок и вытер выступившую испарину. – Я вчера позвонил Веронике и сказал, что буду сегодня проездом у нее в городе, и спросил разрешения заехать на часок; она не отказала.

– Откуда вы знаете убит… – Лев прикусил язык, но было уже поздно.

Главврач неожиданно побледнел и, схватившись за сердце, стал оседать на пол. Стас вовремя успел подхватить Лазаря Петровича.

– Вам что, плохо? – Гуров заглянул ему в лицо.

Главврач помахал ладошкой и, отперевшись на руку Стаса, снова встал во весь рост.

– Если можно – воды, пожалуйста, – хватая ртом воздух, попросил он.

Лев посмотрел на Стаса, потом снова перевел свой взгляд на врача-сердечника и показал ему рукой в сторону кухни.

– Идите, присядьте. Сейчас мы нальем вам воды.

Прошло не менее десяти минут, прежде чем Лазарь Петрович окончательно пришел в себя и его болезненная бледность исчезла. Все это время сыщики не произнесли ни слова, ожидая, пока тому станет лучше.

– Можно посмотреть ваши документы? – попросил Гуров, протянув к нему руку.

Лазарь Петрович нагнулся и достал из портфеля стопку бумаг, среди которых оказались не только паспорт и билет на самолет, но куча разных документов, указывающих на то, что этот человек был именно тем, за кого себя выдавал.

– Как это случилось? – неожиданно спросил главврач, посмотрев на Гурова.

– Вероника убита вчера ночью ударом тяжелым предметом по голове.

– Как же так?! Ведь я только вчера разговаривал с ней по телефону… – Симагин промокнул влажный лоб.

– Во сколько это было? – Стас встал из-за стола и стал прохаживаться по кухне.

– Около одиннадцати… Постойте! В десять тридцать, я точно помню! – Он стал трясти рукой перед лицом Льва Ивановича, как бы доказывая правдивость своих слов.

– Успокойтесь и расскажите все по порядку, – успокоил его Гуров.

Лазарь Петрович на минуту задумался. Посмотрев на обоих сыщиков по очереди и глубоко вздохнув, он начал свой рассказ:

– В прошлом году Вероника отдыхала у нас в пансионате по путевке, и мы с ней подружились… – Тот отвел глаза в сторону, и Лев понял, чего он недоговаривает. – Когда она уезжала, мы обменялись телефонами и потом частенько перезванивались. Недавно мое руководство решило отправить меня на повышение квалификации в Швецию, и получалось так, что я должен был вылетать через три часа после приезда в аэропорт. Я позвонил Веронике и предложил встретиться, на что она любезно согласилась. Когда вчера я ей позвонил, она была такая веселая и возбужденная – в общем, вся на эмоциях. Сказала, что проводит время в ресторане с одним известным пластическим хирургом, у которого собирается делать операцию. Я еще тогда возмутился: мол, какая может быть операция при ее-то внешности? Но она не стала развивать эту тему. Мы договорились встретиться сегодня. – Он замолчал и посмотрел на Гурова грустными глазами. – А тут такое дело…

– Скажите Лазарь… простите… – вклинился Стас.

– Петрович, – подсказал врач.

– …Лазарь Петрович. Не упоминала ли Вероника во время вашего разговора имя этого хирурга?

– Вы знаете, нет. Она только сказала, что это ее хороший знакомый.

В это время зазвонил телефон.

– Наверное, капитан волнуется, – предположил Лев, доставая трубку из кармана. Со спокойным видом сыщик нажал на клавишу соединения и, подмигнув Стасу, ответил: – Да, капитан, слушаю.

Стас увидел, как изменилось лицо полковника, стоило ему только услышать первые слова Родионова.

– Хорошо! Будьте начеку! – были последние слова Гурова, прежде чем он убрал телефон снова в карман.

Стас внимательно следил за своим другом.

– У нас еще один гость. С черного хода. – Лев выглянул в коридор. – Так, Лазарь Петрович, вам надо пройти в комнату и сидеть там, пока мы вас не позовем. Ни при каких обстоятельствах вы не должны выходить оттуда. Вам ясно?

Увидев напряженные лица полковников и оружие в руках у обоих, главврач, подхватив свой портфель, пригибаясь, проскочил в комнату, прикрыв за собой дверь.

Убедившись в том, что Лазарь Петрович в безопасности, Гуров показал Стасу пистолетом на входную дверь – встать сбоку. Расположившись по обе стороны проема, сыщики стали ждать. Через некоторое время донесся звук шагов по лестнице. По ним можно было определить, что человек шел достаточно уверенно. Когда шаги приблизились к двери, Лев приложил пистолет к губам. В следующую секунду прозвучал пронзительный сигнал, от которого заложило уши. Кто-то нажал на звонок и не отпускал его долгое время. Сыщикам пришлось перетерпеть это безобразие, так как они стояли прямо под самым динамиком, откуда исходил сигнал. После того как звон прекратился, Стас погрозил в сторону двери кулаком, будто пугая пришедшего незнакомца. Лев собирался было уже открыть дверь и затащить внутрь этого звонаря, как вдруг послышался звук открывающегося замка. Оба сыщика удивленно посмотрели друг на друга. Прошло еще несколько секунд, но дверь не открывалась. Снова послышался характерный звук, и в следующую минуту дверь распахнулась, а на пороге появился молодой парень в короткой куртке и кожаной бейсболке. За плечами угадывался небольшой рюкзачок.

– Стоять! – Лев направил на него свой пистолет.

Парень на секунду опешил, но потом, видимо, пришел в себя и, улыбаясь, спросил:

– Скажите, а Вероника дома?

Теперь опешил полковник, о чем пожалел в следующее мгновение. Парень в бейсболке отпрыгнул в сторону, будто у него на подошвах были прикреплены жесткие пружины. Лев рванул за ним. Перескакивая через две ступеньки, он пытался догнать маячивший перед ним маленький рюкзачок. Протянув руку, Гуров был уверен, что сейчас схватит паренька в бейсболке, как случилось неожиданное. Впоследствии он потом еще не раз вспоминал этот момент, но все равно не мог понять, как все произошло. Убегавший парень резко остановился и сиганул в лестничный пролет. Гуров перевалился через перила, пытаясь поймать его, так как был уверен, что тот сейчас разобьется, упав с четвертого этажа, но случилось следующее. Парень как, обезьяна, хватался за пролетавшие мимо него перила и каким-то сверхъестественным способом отталкивался от них, мягко приземляясь на соседний выступ. Таким образом он за доли секунды оказался внизу, при этом цел и невредим. Лев понял, что тот сейчас уйдет, и закричал:

– Капитан, задержи его!

Когда нога убегавшего опустилась на ступеньку последнего пролета, прямо под ним оказался капитан Родионов с пистолетом в руках.

– Стоять! Оставайся на месте – стреляю без предупреждения!

«Наш парень!» – похвалил капитана Гуров, собираясь спокойно спуститься и разобраться с этим эквилибристом, как вдруг на его глазах произошло чудо – иначе его никак не назовешь. Парень на секунду замер и даже поднял руки вверх, как в следующее мгновение сделал невероятный кувырок в воздухе и очутился прямо за спиной Родионова. Ничего не понимающий капитан закрутил головой, но время было упущено. Послышался крик консьержки, и в ту же секунду все услышали звук хлопнувшей двери.

– За ним! – крикнул Лев во все горло, продолжив погоню.

В это время его обогнал Стас, который еще в гостинице успел переодеться в спортивный костюм и кроссовки.

Когда Гуров выскочил на улицу, то увидел впереди себя спину Стаса и капитана, пытавшихся догнать парня в бейсболке. Несмотря на грязь и слякоть, парень свободно, как хороший спринтер, отрывался от своих преследователей.

Подбежав к машине, Лев Иванович скомандовал:

– Заводи!

Прыгнув на переднее сиденье, он повернулся к водителю:

– А вот теперь, Кирилл, покажи, на что ты способен.

Младшего лейтенанта долго упрашивать не пришлось. Включив скорость, он отпустил педаль сцепления, и «Волга» сорвалась с места. Гуров видел спину убегавшего и нервно стучал пистолетом по ладони, повторяя: «Врешь! Не уйдешь!»

Он видел через окно, как освещенные включенными фарами Стас и капитан отскочили в сторону, освобождая им дорогу. Неожиданно впереди показалась детская площадка со всевозможными железными конструкциями. Убегавший парень повернулся навстречу зажженным фарам и, закрыв лицо одной рукой, отпрыгнул в сторону. Лев Иванович видел, что дальше его преследовать на машине не представляется возможным, и, уперевшись рукой в переднюю панель, снова скомандовал:

– Тормози!

Выскочив из машины, он успел мельком заметить, что Стас и капитан находятся слишком далеко от него, чтобы подсобить ему в погоне, и потому, не теряя времени, бросился вперед. Парень с рюкзаком убегал все дальше, и Гуров понял, что тот не оставляет ему выбора. Сделав предупредительный выстрел, он навел пистолет на мелькавшую вдали фигуру. Постоянные занятия в тире и природная меткость сыщика сделали свое дело. После второго выстрела парень упал как подкошенный. Уверенный на сто процентов, что попал куда надо, Лев Иванович спокойно направился в темноту, где на земле корчился паренек в бейсболке.

Стас, капитан Родионов и даже младший лейтенант догнали его, когда уже он подходил к раненому.

– Мама! Как больно! – катаясь в грязи, повторял убегавший.

– Будешь знать в следующий раз, как убегать от милиции, – присаживаясь рядом с ним, сказал Лев Иванович. – Сам виноват.

Оказавшийся рядом капитан достал наручники.

– Хватит притворяться, руки давай! Тебе всего икру прострелили, а ты ноешь, как девчонка.

Когда его все-таки поставили на ноги и повели к машине, Родионов обратился к Гурову:

– Куда его, товарищ полковник? – Он подтолкнул хромающего в спину. – В отделение?

– Сначала побеседуем. Кстати, а где твои бойцы невидимого фронта?

– Так им, товарищ полковник, было приказано смотреть за черным ходом… – начал было капитан, но тут же осекся.

Он прекрасно понимал, что его группа в данном случае дала осечку, не предприняв нужных действий по задержанию.

– Они еще молодые, только после училища. Не сообразили, видать, – стал оправдывать подчиненных Родионов.

– За то, что своих в обиду не даешь, – уважаю. Да ты не дрейфь, капитан, – победителей не судят, – похлопав по его по плечу, приободрил Родионова Лев Иванович. – Вот если бы упустили голубчика, тогда бы всем досталось – и молодым, и старым. Но на будущее учти: больше никаких проколов!

– Есть, товарищ полковник! – повеселевшим голосом ответил капитан, понимая, что сегодняшняя оплошность останется между ними.

Стоило им только войти в подъезд, как навстречу выскочила старушка-консьержка:

– Ну, что, поймали паразита? – Она стала заглядывать в лицо грязного паренька в бейсболке.

– Все нормально, бабуль, работайте, – отстранил ее в сторону Стас.

Когда они оказались в квартире, Лев прошел по коридору и, открыв дверь в комнату, позвал Лазаря Петровича:

– Все кончилось, можете выходить.

– Да-да. А то у меня самолет через час, – сразу заволновался главврач.

Увидев стоящего в коридоре «эквилибриста», Лазарь Петрович закашлялся и, спросив разрешения, прошел на кухню выпить стакан воды. Лев прошел за ним следом и прикрыл за собой дверь.

– Ну что, Лазарь Петрович? Счастливого вам пути. Приношу вам свои извинения за недоразумение. – Лев махнул головой в сторону коридора.

– Я понимаю, работа такая… – начал главврач, но тут его взгляд упал на стол, где лежал фотоальбом. – Очень знакомое лицо. – Он показал на одного из высоких парней на групповом снимке.

– Вы его знаете?

– Видел, но не могу вспомнить где. Хотя постойте… Этот мужчина однажды приезжал к Веронике в наш санаторий, и они тогда еще сильно ругались. – Глянув на полковника, он предупредил его вопрос: – Нет, причину я не знаю. Мы тогда еще не были с Вероникой так близко знакомы.

Посмотрев на часы, он перевел взгляд на полковника, давая тем самым понять, что уже опаздывает.

– Всего хорошего, – попрощался Гуров и, выйдя вместе с ним в коридор, скомандовал: – Заводите этого бегуна!

За время, пока он разговаривал с врачом, беглецу успели сделать перевязку, перетянув простреленную икру каким-то полотенцем.

– Ну, рассказывай! – Лев Иванович поудобнее уселся на диване.

– Что рассказывать? – покосился исподлобья парень.

– Где так быстро бегать научился?

– А-а, это… Паркур.

– Давно занимаешься? – поинтересовался Стас, который в свое время занимался альпинизмом.

– Пять лет.

– Много, – оценил Лев его мастерство. – А теперь давай все по порядку.

Пока беглец поглаживал свою забинтованную ногу и собирался с мыслями, полковник рассматривал паренька.

На вид ему было чуть больше двадцати. Кудрявые темные волосы выбивались из-под бейсболки. Молодежная вычурная одежда говорила о том, что парень этот явно не служил в армии и являлся, скорее всего, студентом или выпускником какого-нибудь учебного заведения. Боязливый взгляд красноречиво убеждал полковника, что этот парень совсем не тот, кого он хотел сегодня увидеть.

– Не молчи, рассказывай. Зачем пришел и откуда у тебя ключи от квартиры? – положив локти на стол, повторил Гуров. – Ты знаешь хозяйку этой квартиры или так – ваньку свалял?

– Отвечай, гаденыш! – Стас слегка ударил беглеца в бок. – Я весь костюм изгваздал, пока за тобой гнался!

– Имя! Фамилия! Отчество! – громко отчеканил Лев Иванович, которому уже вконец надоело вытягивать из него по одному слову.

– Сидоров Антон… Викторович, – пробурчал себе под нос паренек.

Через час выяснилось, что весь перемазанный в грязи Антон Сидоров не кто иной, как обычный домушник, причем новичок в своем деле. Услышав по телевизору об убийстве дочки генерала, он поспешил прийти ночью в опечатанную квартиру, прекрасно понимая, что ночью там никого не будет. А то, что в квартире есть чем поживиться, так это и дураку понятно. Антон учился на пятом курсе машиностроительного института, но, вместо того чтобы усиленно грызть гранит науки, выбрал более легкий путь. Изготовив в мастерской универсальный ключ, он с легкостью вскрывал пустые квартиры. «Слава богу, что квартира Вероники была всего лишь его второй попыткой. Может быть, еще получится из него нормальный человек. Парень-то ведь неплохой, сразу видно», – рассуждал Лев Иванович, пока паренек рассказывал ему все как на духу.

Когда тот закончил и вопросительно посмотрел на полковника Гурова, полковник не отреагировал на его взгляд, а, наоборот, отвернулся к остальным, отдавая распоряжения:

– Забирайте его в отдел – ваш клиент. На сегодня все. – Лев Иванович встал из-за стола. – Наш «пупсик» сегодня уже вряд ли здесь появится. Мы своими выстрелами отбили у него всякое желание. Капитан! – Гуров повернулся к Родионову: – Завтра… – он посмотрел на часы. – …точнее, уже сегодня выясните, кому принадлежит этот телефон. – Он протянул Вероникин сотовый с номером абонента приславшего СМС. – Завтра в девять я буду у вашего начальника, так что постарайтесь собрать весь материал по этому делу. Пробейте все последние звонки, выясните личности знакомых. Да, и подымите всю свою агентуру в этом районе – может быть, кто-то из них что-то видел.

После этого он посмотрел на Стаса и, подмигнув ему, слегка подтолкнул к дверям.

– В гостиницу, пока администратор не лег спать. А то останемся без ужина.

Подъехав к гостинице, Лев Иванович повернулся к Кириллу:

– Завтра в восемь чтобы был здесь. – И, хлопнув его по плечу, вышел из машины.

Войдя в вестибюль гостиницы, полковники увидели, что за стойкой администратора сидит молодая девушка.

– Иди, забирай свой паек, а я в номер. – Лев устало стал подниматься по лестнице.

Оказавшись в номере, он посмотрел на часы и понял, что спать им осталось совсем мало, поэтому, быстро раздевшись, буквально повалился на кровать. Сквозь сон он слышал, как Стас шуршал пакетами и открывал газировку. «Может, встать и поесть?» – подумал сыщик, но тут же провалился в сон.

* * *

Утро следующего дня началось с того, что Лев сквозь сон почувствовал, как кто-то светит ему в глаза. Ничего не понимая, он попытался открыть глаза, но тут же зажмурился, так как в них ударили яркие лучи солнца. Сделав козырек из ладошки, он сел на кровать, свесив ноги на пол. Стас на противоположенной стороне комнаты продолжал крепко спать как ни в чем не бывало. Гуров посмотрел на часы – половина седьмого. В принципе, можно было еще поваляться полчасика, но он решил потратить их с пользой. Подойдя к окну, он увидел, что, несмотря на вчерашний дождь, нынче погода выдалась на славу. Светило солнце, сырая земля начинала парить, освобождаясь от обильной влаги. Задернув шторы, сыщик прошел в ванную, прихватив из сумки свои принадлежности для бритья.

Как только все утренние процедуры были закончены и он снова вернулся в комнату, то увидел, что Стас уже не спал, а лежал с открытыми глазами.

– Тебе что, Лев, не спится? – Крячко привстал, подоткнув под голову руку.

– Вставай, Стас. Хватит валяться – дел по горло. Прошел день, а мы еще не сдвинулись ни на шаг в своем расследовании.

Стас бодро вскочил на ноги и, потянувшись, процитировал известного классика:

– Вставайте, граф. Нас ждут великие дела!

Сделав несколько физических упражнений, он подхватил полотенце и отправился в душ.

Когда часы показывали без десяти восемь, сыщики вышли из номера. Еще из фойе через большие окна Лев увидел стоящую у входа черную «Волгу», в которой сидел заспанный Кирилл. Стас тоже заметил машину.

– Карета уже подана, товарищ полковник! – Подмигнув Гурову, Стас открыл перед ним дверь.

– Я смотрю, настроение у тебя боевое.

– Для меня погода очень много значит. – Стас поднял нос к голубому небу, где светило солнце.

– Выспался? – вместо приветствия спросил у Кирилла Лев Иванович.

– Да вроде бы как, – неуверенно ответил шофер, заводя машину. – Куда едем? – повернулся он к Гурову, который сидел на переднем сиденье.

– В отдел. Надо же вашему начальству на глаза показаться, а то вчера так и не получилось, – пояснил Лев.

Проезжая по улицам Санкт-Петербурга, Гуров рассматривал через окно мелькающие достопримечательности этого города. И хотя он бывал здесь не раз, но всегда любил полюбоваться старинной архитектурой Северной столицы. «Как же все изменилось со времен Советского Союза, – размышлял Лев Иванович, глядя на ровные ряды коммерческих ларьков, когда они выехали на Базарную площадь. – Изменилась не только жизнь, но и люди. Взять, к примеру, вчерашнего паренька: разве раньше студент додумался бы вместо учебы лазить по чужим квартирам?» – продолжал размышлять сыщик. Неожиданно его мысли сами по себе переключились на вчерашнее происшествие с главврачом и профессиональным паркурщиком. Несмотря на эти на первый взгляд ничего не значащие розыскные действия, результат все-таки был. Теперь обозначились хоть какие-то детали и лица. Но основную информацию Лев собирался получить сегодня от капитана Родионова в отделе, куда они, собственно, и направлялись.

Районный отдел внутренних дел находился тоже неподалеку, поэтому дорога не заняла много времени. Не успели они остановиться возле проходной, как перед ними уже открыли шлагбаум.

– Свой свояка видит издалека! – усмехнулся Стас.

– Особенно когда машина заместителя подъезжает, – почему-то недовольно добавил Кирилл.

Лев Иванович удивленно поднял одну бровь и отвернулся к окну, смотря на выскочившего из будки сержанта.

– А начальник на чем ездит? – поинтересовался Стас.

– На своей.

– Понятно, – протянул Стас, хотя что ему стало понятно, Лев так и не уяснил.

Стоило им только войти в здание районного отдела, как сидевший в дежурке капитан вскочил с места и отдал сыщикам честь.

– Проходите на второй этаж, вас там уже ждут, – доложил незнакомый капитан, провожая полковников взглядом.

– А еще говорят, что москвичей нигде не любят. – Стас наклонился к уху друга: – Видишь, как встречают?

– Так то не про тех москвичей поговорка, – ответил Лев Иванович. Увидев непонимающий взгляд Стаса, добавил: – Не про таких, как мы.

– А-а.

Когда они миновали секретаршу и вошли в кабинет начальника, то увидели перед собой современно обставленный кабинет. Вместо деревянных панелей стены покрывали темные обои, рисунок которых не бросался в глаза. В углу стоял круглый столик и рядом с ним два кожаных кресла. В деревянной кадушке стоял огромный фикус. «Как сейчас говорят: «зона отдыха», – подумал Лев Иванович. Единственным неизменным атрибутом остался большой массивный стол с бронзовым письменным прибором.

– Здравствуйте, товарищи, – поздоровался начальник отдела, вставая из-за стола. – С приездом! Как устроились?

Полковники остановились в дверях, не спеша бежать ему навстречу.

– Да вы проходите. – Хозяин кабинета гостеприимно расставил руки в стороны, показывая непонятно куда.

Гуров обратил внимание на то, что начальник отдела был несколько молод для этой должности и вдобавок ко всему не вызывал впечатления «закаленного мента», какими обычно бывают его коллеги. На нем был дорогой костюм и такие же туфли; на безымянном пальце Лев Иванович заметил золотую печатку. Сразу почему-то вспомнились слова Кирилла, что, мол, их начальник ездит на своей машине. «Вполне возможно, чей-то сынок или родственничек», – подумал Гуров, делая шаг навстречу.

Когда же наконец произошло «историческое» рукопожатие и сыщики расположились на мягких стульях, Лев Иванович начал:

– Вчера мы побывали на месте преступления, и должен вам сказать, что пока безрезультатно. – Он смотрел начальнику прямо в глаза.

– Знаю, знаю. Мне уже доложили. Но, как говорится, отрицательный результат – тоже результат! Если я не ошибаюсь, вами вчера был задержан некий Сидоров?

– Не ошибаетесь. Только мы приехали сюда заниматься убийством Вероники Пахомовой, а не подымать вашу раскрываемость, – напомнил Гуров, давая понять, что дело действительно серьезное, и одновременно настраивая молодого человека на серьезный лад.

– Конечно, конечно. Что от меня требуется, я все сделаю. Группа капитана Родионова в вашем полном распоряжении. А если понадобится, мы еще людей подкинем, – заверил начальник.

Лев Иванович на минуту задумался, и тот понял это по-своему:

– Капитан Родионов собрал всю информацию по этому делу и ждет вас в своем кабинете.

– Спасибо, – поблагодарил Гуров, поднимаясь с места.

Когда Лев и Стас вышли в коридор, то сразу же столкнулись с капитаном Родионовым, как будто тот ждал их под дверями.

– Здравствуйте. Прошу ко мне в кабинет, – показав на открытые двери в конце коридора, пригласил капитан.

В нем произошли заметные перемены. Сейчас он чувствовал себя намного увереннее, чем вчера, при первой встрече. «Дома и стены помогают», – вспомнил Лев Иванович известную поговорку.

Кабинет капитана оказался намного скромнее и беднее, чем у его начальника. Это был кабинет настоящего опера – ничего лишнего. Все расселись за небольшим столом, после чего Родионов положил перед собой тонкую папку.

Гуров спокойно ждал рапорта капитана, не поторапливая его. Открыв папку, тот перебрал несколько листов и только после этого начал:

– Начну по порядку, а именно со вчерашнего сообщения некоего «пупсика». Им оказался сослуживец Вероники Пахомовой, некий Загайнов Эдуард Амросович. Мы проверили, он только вчера приехал из командировки и тоже, скорее всего, не знал об убийстве, когда отправлял свое сообщение. Последние два дня он провел в поезде, так что у него железное алиби, товарищ полковник, – закончил капитан свою вступительную речь.

– Какие еще звонки вам удалось пробить? – Жестом головы Лев показал на открытую папку. – Или это все?

– Нет, не все. Следующий звонок был от женщины. Тоже сослуживица Вероники, некто Ксения Воронина – близкая подруга убитой. Если вы не против, товарищ полковник, я бы хотел сегодня съездить к ней и поговорить; может, удастся выяснить что-то интересное.

– Не против. Но это мы решим позже. Что еще? – нетерпеливо спросил Лев, чувствуя, что пока нет никакой серьезной зацепки и рассказ капитана всего лишь констатация фактов, пусть даже и проверенных.

– Ну а теперь самые интересные, на мой взгляд, звонки, – хитро прищурившись, продолжил капитан. – Около одиннадцати часов с интервалом в десять минут ей позвонило три человека. – Он оторвался от бумаг и посмотрел на сыщиков. – Одним из этого списка оказался танцор стриптиза из бара «Зажигалка» некий Звягинцев Вячеслав, восемьдесят первого года рождения. Мы выяснили, что в ночь убийства он до трех часов проработал у себя в баре и его многие видели. До этого Веронике звонил Андрей Соколов, директор одной сомнительной фирмы, которая занимается приватизацией промышленных зданий. Проще говоря, черные рейдеры. Разговор был короткий, всего несколько секунд. К ним мы еще не выезжали и не разговаривали. – Капитан посмотрел на часы, как бы давая понять, что их рабочий день только начался.

– Это все, капитан? – после небольшой паузы спросил Лев Иванович.

– Нет. – Родионов, перебрав бумаги и вытащив сложенный листок, стал читать: – Гнездилова Мария Семеновна, сорок девятого года рождения…

– От нее тоже был звонок в тот вечер? – вступил в разговор Стас.

– Звонок был с ее телефона, но вот кто звонил, неизвестно.

– Кто она такая, эта Гнездилова Мария Семеновна? – задал вопрос Лев, поправляя галстук.

– Дело в том, что эта Мария Семеновна всю свою жизнь проработала уборщицей в средней школе, и что ее может связывать с убитой, непонятно, – заключил капитан.

– Она одна проживает в своей квартире? – сразу поинтересовался Гуров.

– В том-то и дело, что нет. – Глаза Родионова заблестели, как будто он уже сел убийце на хвост. – С ней в квартире проживает ее сын – Гнездилов Павел Анатольевич, семидесятого года рождения. Имеет три судимости, последняя из которых – за убийство своей сожительницы. Суд не смог доказать тогда умышленное убийство, и ему вменили убийство по неосторожности. Дали семь лет. В прошлом месяце он освободился по амнистии раньше срока и теперь проживает с матерью, – закончил читать капитан, отложив в сторону листок.

Наступила пауза, во время которой каждый из присутствующих офицеров обдумывал полученную информацию. Первым высказал свое мнение Лев:

– Из всех звонков последний, конечно же, самый подозрительный, но надо еще не забывать, что в ночь убийства Вероника поднялась к себе в квартиру с солидным мужчиной, как показала консьержка. Не думаю, что только что освободившийся уголовник мог представиться в таком свете. Поэтому будет лучше, если мы все-таки разделимся. Ты, капитан, – он показал на него пальцем, – поедешь к этому рейдеру. Как там его?

– Соколов, товарищ полковник, – напомнил капитан Родионов.

– Совершенно верно. А мы с полковником Крячко отправимся к Марии Семеновне. Навестим старушку, так сказать, – подмигнул он Стасу. – Вопросы есть?

– Нет. – Родионов первым встал из-за стола.

– Тогда по коням! – скомандовал Гуров.

* * *

Мария Семеновна Гнездилова жила на окраине Санкт-Петербурга, и поэтому поездка к ней заняла больше времени, чем предполагал Лев. Проезжая мимо памятников старины, он безучастно провожал их взглядом, размышляя над полученными сведениями. «Если учесть, что в последний час перед самым убийством Вероники поступали звонки от всех этих людей, о которых нам сообщил Родионов, получается, что каждый из них теоретически мог быть причастен к убийству. Круг подозреваемых, конечно же, заметно сузился, но все равно нет ни одной серьезной зацепки, чтобы по ней можно было определить главного подозреваемого», – думал Гуров, повернувшись к окну. «Стало быть, надо проверить всех по списку. Первым у нас идет Гнездилов, потом рейдер Соколов, и в конце надо будет обязательно проверить этого стриптизера. При таком мезальянсе он свободно мог выступить в роли Отелло. Интересно, что их могло связывать с дочкой генерала? Да и вообще, если честно, непонятно, откуда у нее такие знакомые? Стриптизер, уголовник, директор рейдерской компании… А может, она вела какую-то двойную жизнь?» – предположил он, но тут же откинул эту версию как утопическую, вспомнив про желтую прессу, которая вмиг разнесла бы все это по городу. Но все равно надо будет повнимательнее изучить ее прошлое: возможно, что-то тянется и оттуда. Ведь как-то странно получается. Единственная дочь генерала жила в другом городе. Почему он не устроил ее в Москве? В той же самой администрации? Может, спросить об этом у генерала Орлова?» – задал сам себе вопрос Гуров.

Неожиданно у него зазвонил телефон. Достав его из кармана, он усмехнулся. На экране светился телефон не кого-нибудь, а именно Петра Орлова. «На ловца и зверь бежит», – нажимая соединение, подумал Гуров.

– Да, я слушаю, товарищ генерал, – громко пробасил он. – Дела? Да дела, если честно, пока не очень. Слишком много вопросов, ответы на которые мы стараемся отыскать. Вот сейчас как раз едем получать один из них. Я помню, Петр Иванович, помню. Не переживай, как только станет известно что-то по существу, мы сразу же тебе позвоним. Что сказать Пахомову? Скажи, что к делу мы уже подключились и есть кое-какие зацепки. Он, как никто другой, должен понимать, что без подготовительной работы типа опроса свидетелей и тому подобного дела с места не сдвинешь. Вот сейчас и идет эта самая подготовка. Да! Да, я знаю, что единственная дочь, и поэтому делаю все возможное.

Через несколько минут Гуров закончил разговор и положил трубку в карман.

– Что, Лев Иванович, торопят? – Стас положил ему руку на плечо в знак дружеской поддержки.

– Да нормально, – махнул рукой сыщик.

Посидев несколько минут, как бы переваривая услышанное, он повернулся к Крячко и, жестикулируя, начал:

– Нет, ну сами прекрасно знают, что зацепок никаких нет, а иначе зачем тогда надо было нас с тобой сюда посылать? Своими силами бы тогда справлялись, так? – Он снова безнадежно махнул рукой.

Стас кивнул в знак согласия.

– Еще сутки не прошли, а уже спрашивают о результатах! Не все так просто… – задумчиво протянул Лев, принимая прежнюю позу на сиденье. – Тут с наскоку не возьмешь, не того полета птица эта Вероника. «Черт! Хотел же узнать у Петра о ее биографии – и забыл», – чертыхнулся он про себя.

– Какие разные мужчины среди знакомых такой красивой женщины, как Вероника, – тебе не кажется, Лев? – хмыкнув, спросил Стас.

– Не знаю, не знаю. Может, сейчас это уже в порядке вещей – водить знакомство со стриптизерами и уголовниками? – кисло предположил Гуров, посмотрев почему-то на младшего лейтенанта, который за всю дорогу не произнес ни слова.

Снова, как и в прошлый раз, неожиданно зазвонил сотовый, и сыщик поневоле вздрогнул. Посмотрев на экран, он объяснил:

– Капитан звонит.

– Что-то быстро. Может, случилось что? – Стас откинулся назад и сложил руки на груди.

– Да, капитан.

– Товарищ полковник, директора Соколова на месте не оказалось. Секретарша сказала, что он уехал в командировку в Нижний Новгород. Что делать?

– Отправляйтесь дальше по списку. У вас там еще стриптизер и подруга. После доложите о результатах.

– Слушаюсь, товарищ полковник!

Лев Иванович отключил телефон и задумчиво посмотрел на мелькавшие за окном пятиэтажки.

– Что капитан рассказывает? – поинтересовался Стас у Гурова.

– Да ничего хорошего. Такое ощущение, что мы постоянно везде опаздываем, – недовольно ответил тот. – Директор рейдерской компании еще вчера уехал в командировку в Нижний Новгород.

– Не расстраивайся, Лев. – Стас похлопал его по плечу. – Всех найдем и всех поймаем!

Следующие полчаса ехали молча, каждый думал о своем. Когда Кирилл свернул к окраинам, у Гурова опять зазвонил телефон. Посмотрев, он увидел, что это снова был капитан.

– Да, – в предчувствии очередной неудачи ответил Лев.

– Товарищ полковник, я сейчас нахожусь в баре, где работает наш стриптизер. Так вот, мне здесь по секрету сказали, что в ночь перед убийством он появился в баре в начале первого. Приехал весь какой-то возбужденный, рубашка порвана, а на штанах были видны следы замытой крови. Хозяин бара хотел расспросить у него, что произошло, но Звягинцев забрал свои личные вещи и сказал, что ему надо срочно уехать на две недели к больной матери в Саранск. После этого его больше никто не видел.

– Та-ак, – недовольно протянул Лев Иванович. – Час от часу не легче. – Минуту подумав, он распорядился: – Значит, так, капитан. Ты выяснил, где проживал Звягинцев?

– Да.

– Поезжай туда и сам уже на месте посмотришь, что к чему. Может, удастся что-нибудь узнать. Поговори с соседями, в общем, сам знаешь – учить тебя не надо. Если что-то важное – сразу звони.

– Вас понял, товарищ полковник.

– Отбой.

Повернувшись к Стасу, Гуров щелкнул языком:

– Сбежал наш стриптизер.

– Куда сбежал? – не понял Крячко.

– Как он сам сказал – в Саранск, якобы к больной матери.

Стас задумчиво посмотрел в окно.

– Что думаешь? – спросил его Гуров через какое-то время.

– Мыслей много, но пока что ничего конкретного. Может, конечно, это и совпадение, только вот опыт мой говорит мне, что таких совпадений в жизни не бывает. То, что он и есть наш убивец, я, конечно же, сомневаюсь, а вот то, что он мог быть как-то причастен к убийству, – это уже другое дело… Кстати, Лева, что там говорит наш уважаемый эксперт? Если я не ошибаюсь, вчера он должен был доложить о результатах. Но что-то ни вчера, ни сегодня я не услышал его бесценного заключения.

– Ты уже спал, когда он мне звонил и сообщил результаты заключения.

– И что там?

– Под ногтями убитой найдены частицы тканей, что указывает на то, что Вероника, скорее всего, боролась за свою жизнь.

– Судя по беспорядку в квартире, не могу этого отрицать, – согласился Стас.

– Молодец, правильно подметил, – усмехнулся Лев Иванович. – Плохо только, что в базе данных не оказалось похожих отпечатков и анализов.

– А ты, Лев Иванович, хотел, чтобы мы вот так сразу взяли и вышли на след убийцы?

– Хотел бы! – недовольно огрызнулся Гуров.

– Нет, Лев. Сдается мне, что мы еще повозимся с этим делом, – серьезно заметил Стас.

– Типун тебе на язык! – вскинулся Гуров, хотя и сам прекрасно понимал, что это дело довольно запутанное.

– Какой там точный адрес, товарищ полковник? – подал голос Кирилл.

Лев имел хорошую память и поэтому, не задумываясь, ответил:

– Улица Октябрьская, дом двадцать семь. Квартиры нет. Частный сектор, – уточнил сыщик.

– Та-ак. – Кирилл наклонил голову к рулю, выискивая нужный номер. – Двадцать третий, двадцать пятый… – Он стал притормаживать возле деревянного домика с покосившимся забором. – А вот и двадцать седьмой. – Выключив зажигание, он подрулил к заросшей сухим бурьяном калитке.

– Настоящая тьмутаракань! – воскликнул Стас, открывая дверь машины.

– Мне с вами, товарищ полковник?

– Нет, оставайся в машине. Думаю, сами справимся, – остановил Лев геройский порыв младшего лейтенанта.

С трудом открыв поломанную калитку, сыщики прошли во двор и направились к дому. Окна его были закрыты ставнями, и поэтому невозможно было понять, есть ли кто-то в доме.

– Такое ощущение, что здесь все вымерли еще в прошлом веке. – Стас недоуменно крутил головой по сторонам.

– Сейчас проверим. – Гуров уверенно постучал в дверь.

С минуту была гробовая тишина, но потом они четко услышали, что в доме кто-то есть. Этот «кто-то» еле слышно подошел к двери, послушал и снова отошел от двери в глубь дома.

– Открывайте! Милиция! – громко приказал Лев и на всякий случай отошел от двери в сторону.

Стас стоял по другую сторону проема, тоже прислушиваясь к звукам за дверью. Прошло еще несколько минут, но никто не спешил их впускать. Гуров носком ботинка со всей силы ударил в дверь и снова повторил приказ:

– Откройте, милиция!

На этот раз послышалось какое-то шуршание, потом звук падающего ведра, и, наконец, дверь перед сыщиками приоткрылась, и в образовавшуюся щель высунулась голова в белом платке. Это была старая женщина неопределенного возраста с очень морщинистым лицом. Прежде чем полностью открыть дверь, она внимательно посмотрела на обоих полковников.

– Открывайте, бабуль! Милиция! – Первым не выдержал Стас.

– Удостоверение покажите, – испуганно и боязно попросила женщина.

Гуров вытащил свою «корочку» и, раскрыв ее, поднес вплотную к лицу старушки. Минуту она внимательно изучала предъявленное ей удостоверение и только после этого соизволила полностью открыть дверь.

– Гнездилова Мария Семеновна? – громким басом спросил Лев.

– Да-а, – испуганно протянула женщина.

– Нам нужен Гнездилов Павел Анатольевич. – Гуров сделал шаг в сторону двери, заглядывая через плечо стоящей перед ним женщины. – Он дома?

Женщина продолжала стоять в дверях, держась одной рукой за ручку двери, а второй уперевшись в косяк, тем самым преграждая сыщику путь.

– А его нет.

– А где он? Не скажете? Может, на работе? – Стас явно начинал нервничать.

– А что? Что-то случилось?

– Случилось! Можно мы пройдем в дом и там поговорим? – Гуров вплотную подошел к женщине.

Что-то в ее испуганном виде ему не нравилось. Складывалось впечатление, будто бы она что-то или кого-то пыталась от них скрыть. Но, к его удивлению, женщина отошла в сторону и все-таки пригласила их в дом:

– Проходите, пожалуйста.

В доме оказалось во много раз лучше и уютнее, чем во дворе. Пройдя на кухню, они встали в дверях, ожидая, пока хозяйка закроет входную дверь и вернется. Лев Иванович повертел головой по сторонам, разглядывая обстановку. Старенький шкаф, круглый стол, маленький холодильник «Орск» – вот и все, что было в комнате. Но, несмотря на скромную обстановку, везде была чистота и порядок. Как в старину, на столе лежали вышитые белые салфетки, а на закрытых окнах висели красиво вышитые занавески.

– Присаживайтесь, что ж вы в дверях стоите, – пригласила хозяйка, показывая на деревянные табуретки. – Да вы присаживайтесь, в ногах правды нет. Чай будете?

Лев никак не мог понять такую резкую перемену в женщине и поэтому воспринимал все происходящее с некоторым удивлением.

– Нет, спасибо. Мы, вообще-то, по делу, – за двоих ответил Стас, обращаясь к ней.

Лев тоже решил не тянуть, а выяснить все и сразу:

– Скажите, Мария Семеновна, среди ваших знакомых есть женщина по имени Вероника Пахомова? – Гуров достал из кармана фотографию убитой, которую прихватил с собой.

Женщина глянула на снимок и замотала головой:

– Нет, я ее не знаю.

– Но вчера с вашего телефона ей был сделан звонок. – Лев Иванович не спешил сообщать, что спустя час после того звонка женщина на снимке была убита.

– Да вы что?! Бог с вами! Какой телефон? У меня его и в помине-то никогда не было! – искренне удивилась Мария Семеновна, и Гуров видел, что она не врала.

– Все понятно! Взял паспорт матери и по нему подключил сим-карту. Это в сотовых компаниях сейчас практикуется, – вздохнул Лев.

– Конечно. Своего-то паспорта, скорее всего, еще нет, – согласился с ним Стас.

– А где ваш сын? – Лев Иванович специально задал свой вопрос неожиданно, чтобы посмотреть, как на него отреагирует хозяйка. По опыту он знал, что мать любого преступника, даже такого, как Чикатило, всегда остается матерью и поэтому всегда будет на стороне своего сына.

На этот раз все было по-другому. Женщина, не задумываясь, показала рукой куда-то в сторону закрытого окна:

– У Васьки Коломийца, будь он неладен. Пьют со вчерашнего дня. И откуда только деньги берут? – сама себе задала вопрос женщина.

– А ваш сын проживает с вами? – поинтересовался Стас.

– Когда пропьется, приходит домой. Куда же ему еще идти?

– Нам надо осмотреть его комнату. – Гуров показал на закрытую дверь.

– Неужели опять что-то натворил? – испуганно вскинулась Мария Семеновна. – Ведь только недавно вышел. – Она приложила ладошку к губам, и снова на ее лицо легла маска испуга.

– Так где его комната? – Стас переминался с ноги на ногу возле дверей.

– Сейчас покажу. – Хозяйка вышла в коридор, показывая дорогу.

После порядка и чистоты, увиденного в доме, комната Гнездилова напоминала какой-то притон. Разобранная кровать, несколько пустых бутылок и полная пепельница окурков – вот что увидели сыщики, войдя в комнату уголовника. Женщина тоже явно стеснялась этого беспорядка и поэтому осталась стоять в дверях.

– Посмотри в шкафу, а я пока здесь поищу. – Лев направился к стоящей в углу старой массивной тумбочке с приделанным к ней зеркалом.

Не успел Гуров осмотреть антиквариат, как Стас громко воскликнул:

– Опа! Да здесь прямо склад ювелирных изделий! Посмотри, Лев Иванович, наверняка тут и наши вещички могут быть!

Лев Иванович подошел к Стасу и, нагнувшись, посмотрел внутрь шкафа. В углу стояла пожелтевшая коробка из-под обуви, на дне которой лежали ювелирные изделия из золота и серебра. Украшений набиралось приличное количество, и все говорило о том, что они были украдены не из одной квартиры.

Повернувшись к Марии Семеновне, Гуров с сожалением посмотрел на взволнованную женщину, которая, конечно же, поняла, в чем дело.

– Далеко живет этот Коломиец, у которого должен быть ваш сын?

– В конце улицы, через четыре дома, – пояснила Мария Семеновна, думая о чем-то своем.

Только сыщики собирались покинуть комнату уголовника, как услышали звук открывающейся двери. Гуров посмотрел на женщину и приложил палец к губам, одновременно показывая ей на дверь. По лицу женщины в один миг пробежала целая буря эмоций, от страха до неопределенности своих дальнейших действий. Лев Иванович еще раз показал ей на дверь, давая понять, что они останутся здесь, а она должна пойти навстречу нежданному гостю.

Пока они жестикулировали, дверь в коридор открылась, и раздался пьяный голос:

– Тетя Маша!

Гуров, продолжая смотреть на женщину, увидел, как изменилось ее лицо. Он понял – это был не ее сын.

– Тетя Маша! Ты где?

Лев Иванович со Стасом, достав оружие, остались стоять возле шкафа.

– Меня Пашка послал кое-что взять из его комнаты! Я только на минутку, тетя Маша, – продолжал объяснять незнакомец громким подвыпившим голосом, направляясь к комнате, где спрятались сыщики.

– А что же он сам-то не пришел? – встревоженно поинтересовалась Мария Семеновна.

– Занят он. Потом придет, вечером, – объяснял незнакомый мужчина хозяйке, проходя спиной в комнату.

Как только его спина оказалась на расстоянии вытянутой руки, Лев Иванович сделал шаг вперед, и его пистолет уперся незваному гостю в спину. Объяснения и жестикуляция сразу прекратились.

– Веди себя спокойно и не дергайся, – предупредил Лев Иванович, хватая незнакомца за ворот куртки.

Одним движением он дернул его назад, и мужчина, взмахнув руками, опустился на кровать, которая стояла неподалеку. У него на лице было написано, что он никак не ожидал такого «гостеприимства» в доме своего кореша. Переводя взгляд с вооруженных сыщиков на мать своего друга, мужчина не скрывал своего удивления.

– А что такое? А я ни при чем! – развел он руками.

– Сидеть! – Стас сделал шаг вперед и наставил на него свой пистолет. – Не дергайся!

– А я чего? Я ничего, – посмотрев на направленный на него пистолет, испуганно повторил мужчина в куртке.

Его трехдневная щетина и перегар, который он источал вокруг себя, говорили о том, что он «не просыхал» уже неделю. На штанах были видны следы каких-то засохших консервов.

– Ты кто? Коломиец? – Лев опустил пистолет и подошел к мужику на кровати.

– Да, – закивал небритый мужик. – Меня это, Пашка послал. – Он неопределенно показал рукой в сторону окна.

– Гнездилов у тебя? – Стас снова сунул ему под нос пистолет.

– Ага-а! Там.

– Кто там еще? – Лев Иванович слегка нагнулся к перепуганному Коломийцу.

– Танька Косточка.

– Кто?

– Танька, соседка.

– Поднимайся! – Гуров убрал пистолет в кобуру.

– Так что, я пойду? – испуганно спросил Коломийца.

– Конечно, пойдешь, – согласился Стас, ухмыляясь, тоже убирая свой пистолет. – Только вместе с нами. – Он крепко схватил его за локоть и дернул вперед, отчего мужик в одну секунду оказался на ногах. – Показывай, где ваш притон!

Уже выходя из дома, Лев почувствовал прикосновение к своему плечу.

– Скажите, а что мой Пашка натворил?

Повернувшись к расстроенной женщине, Гуров посмотрел на ее испещренное морщинами лицо:

– Дурак ваш Пашка, вот и все. Не хочет, видно, понимать, что дома гораздо лучше, чем в тюрьме. До свидания. – Гуров поспешил за Стасом, который уже стоял возле машины.

Подойдя к нему, Лев увидел, что тот успел пристегнуть Коломийца наручниками, посадив его на заднее сиденье.

– Сейчас проедем мимо его дома, – Гуров кивнул в сторону задержанного, – посмотрим со стороны все ходы и выходы, а потом уже наведаемся к этому Пашке и Таньке… Косточке. – Лев усмехнулся, глядя на Стаса.

Дом Коломийца был последним на этой улице и одной своей стороной выходил на пустырь. Проезжая мимо дома, на который указал пристегнутый Коломиец, полковники увидели, что в одной из комнат горел свет и мелькали какие-то фигуры.

– Заверни-ка в этот переулок и заглуши мотор, – приказал Кириллу Гуров, доставая пистолет. Как только машина остановилась, он открыл дверь и повернулся к Стасу: – Пошли быстрее, пока он чего-нибудь не заподозрил. И так уже задержались.

Выйдя из машины, Гуров пистолетом показал на дом.

– Я в дверь, а ты иди прикрывай выход на пустырь. Нельзя нам его упустить.

– Смотри, аккуратней там. – Стас хлопнул Гурова по плечу. – Непростой парень этот Пашка, наверняка вооружен.

– Ладно. Разберусь на месте.

Разойдясь в разные стороны, они приготовились к задержанию предполагаемого преступника, выполняя каждый свою роль.

Прежде чем войти в дверь, Лев подкрался к окну и прислушался. В доме негромко играл «шансон», и чей-то хриплый голос пытался попадать в ноты вместе с певцом. Грязно-белые шторки были закрыты, и поэтому увидеть, что происходило в доме и сколько там было людей, Лев не мог. Оставалось надеяться, что Коломиец не обманул и в доме, кроме Гнездилова и его подружки, никого нет. Вернувшись к двери, Гуров взялся за ручку и потянул ее на себя. Дверь не поддалась. Снаружи не видно было даже признаков замка, и Лев понял, что дом закрывается только изнутри, скорее всего, на крючок. Неожиданно за дверью раздались женское хихиканье и голос:

– Да подожди ты, Пашка. Что ты такой нетерпеливый? Сейчас я в туалет схожу, а то уже столько вина выпила, что сейчас лопну. – Пьяный женский голос приближался к двери.

Гуров сделал шаг в сторону и застыл на месте, держа пистолет на изготовку.

– На улицу не ходи, мало ли чего, – послышался чей-то мужской бас.

– Да хватит тебе, что ли! Что же мне теперь, в ведро ссать? – возмутилась пьяная женщина. – Я туда и обратно.

После этого раздался щелчок, и дверь с силой распахнулась настежь, выпуская на волю все тошнотворные запахи дома, в котором проходила пьянка.

Лев не знал, где в данный момент находился Гнездилов, и поэтому ему оставалось надеяться только на то, что он пока ничего не прочухал. В это время на пороге показалась растрепанная женщина неопределенного возраста с опухшим лицом. И тут случилось то, что называется «один шанс из тысячи». Вместо того чтобы пойти по своим делам, пьянчужка сразу заглянула за дверь, где стоял Гуров. Увидев вооруженного полковника, она среагировала моментально:

– Пашка, менты! – закричала она во все горло.

Гуров видел, как дверь на его глазах стала быстро закрываться, оставляя женщину на пороге. Лев понял: еще секунда и им придется брать этот притон приступом. Не раздумывая, он буквально отшвырнул в сторону женщину и схватился за ручку, пытаясь не дать Гнездилову закрыться. Но время было упущено. Дверь с размаху захлопнулась, и раздался щелчок крючка. Понимая, что время идет на секунды, Лев Иванович направил пистолет на предполагаемое место крючка и два раза выстрелил. В тот момент, когда он рванул на себя прострелянную дверь и она открылась, он услышал звон бьющегося стекла. Вбежав внутрь, Гуров увидел, что в последней комнате разбито окно, а за ним среди сухого бурьяна мелькает спина в цветастой рубашке. Лев Иванович рванулся обратно к двери и тут услышал, как с улицы донеслись выстрелы. По звуку он понял, что стрелял Стас. За это время упавшая женщина уже встала на ноги и даже пыталась пройти в дом. И снова она оказалась на пути бегущего сыщика. Нисколько не церемонясь, он снова отпихнул ее в сторону и бросился на улицу вслед убегающему Гнездилову. Обежав дом, Лев на секунду остановился, прикидывая, с какой стороны лучше обойти беглеца. Но тут он увидел, что Стас уже тащит его к дому в позе «ласточки», застегнув ему руки наручниками сзади. Опустив пистолет, Гуров облегченно вздохнул.

Когда Крячко затащил Гнездилова в дом и пристегнул его наручниками к кровати, Лев подошел к нему вплотную.

– Рассказывай, Гнездилов, как ты докатился до жизни такой? Не успел освободиться, а уже не только совершил несколько грабежей, но и додумался снова совершить мокруху. Теперь не отвертишься. Сядешь по полной.

– Что ты мне тут гонишь, начальник?! Какая мокруха?! – Гнездилов зло плюнул себе под ноги.

– Золотишко в шкафу твое? – усмехнувшись, спросил его Гуров.

Минуту Гнездилов молчал, видимо обдумывая свое признание.

– Ну, мое? Что дальше?

– А дальше, гражданин Гнездилов, ты сейчас расскажешь, зачем звонил пятнадцатого числа, то бишь позавчера, Веронике Пахомовой, после чего она была убита. – Лев поставил ногу на грязную кровать и взял уголовника за подбородок: – Ну, рассказывай!

Гнездилов был не из тех, кого можно было взять нахрапом, и сыщик это знал. Но и церемониться с ним у него уже не было ни сил, ни времени.

– Какая еще Вероника?

– Дочь генерала Пахомова! – закричал ему в лицо Гуров. – Единственная дочь генерала МВД!

После этих слов уголовник поменялся в лице. Его глаза забегали, и в них отразился неприкрытый испуг. Он прекрасно понимал, что одно дело – просто мокруха, а другое дело – дочь генерала МВД, от которого нигде не спрячешься, да и вообще вряд ли доживешь до суда. Лев, видя, что сидевший перед ним уголовник из прожженного урки превратился в затравленного зайца, решил сразу же воспользоваться этим моментом.

– Быстро рассказывай, где ты был пятнадцатого числа с одиннадцати до часа? – Сыщик схватил его за воротник и сильно тряхнул.

– Здесь, здесь я был, – растерянным голосом стал повторять Гнездилов.

– Зачем тогда звонил убитой?

– Никому я не звонил. – Гнездилов опустил голову.

– Где телефон? – Лев снова тряхнул его со всей силы, не давая прийти в себя.

– Там. – Урка показал на лежащую на стуле спортивную куртку.

– Посмотри, – попросил Гуров Стаса, который уже и сам направлялся к стулу.

– Неслабый телефон для уголовника! – удивленно воскликнул Крячко, вытащив из кармана сотовый телефон самой последней модели.

– Откуда у тебя этот телефон?

– У одной овцы дернул, – пробурчал себе под нос Гнездилов.

– Подожди-ка, Лев Иванович… – Стас нажимал на кнопки телефона. – Да это же телефон Вероники.

Лев Иванович сдвинул брови, не понимая, о чем говорит его напарник.

– Как ты узнал?

Стас усмехнулся, продолжая набирать комбинации цифр в телефоне.

– Во всех последних моделях есть домашняя страница, куда владелец телефона вносит свои данные. А этот, – он взглянул на Гнездилова, – конечно, не знал этого. Иначе бы уже давно стер всю информацию.

– То-то я думаю, что это у нее в телефоне, который я взял в квартире, совсем нет записей. Такое ощущение, что его только вчера купили, – заключил Гуров. – Теперь понятно. Есть что-нибудь интересное в записях?

– А то! – улыбнулся Стас, подмигнув Гурову.

– Теперь давай все по порядку, – посмотрев на перепуганного Гнездилова, сказал Лев Иванович.

– Что рассказывать?

– А начинай с самого начала: как убил Веронику Пахомову, как забрал ее телефон и драгоценности из шкатулки. Все рассказывай.

– Никого я не убивал. Телефон дернул у одной зазевавшейся крали. Потом решил с нее бабок сорвать – вот и позвонил ей вечером по пьянке.

Лев Иванович уже и сам догадывался, что Гнездилов не– причастен к убийству, но проверить все-таки стоило.

– И что она тебе ответила? – ухмыльнулся Стас.

– Послала и сказала, чтобы я засунул его себе в одно место.

Гуров посмотрел на часы.

– Ладно, Стас, звони дежурному, пусть присылают бригаду и оформляют голубчика, а нам кое-что надо еще проверить.

Лев Иванович повернулся, чтобы выйти на улицу, так как уже устал вдыхать запахи этого дома, и тут увидел стоящую в дверях пьянчужку. «Какое же все-таки противное зрелище – пьющая женщина», – подумал он про себя, а вслух спросил:

– Дети есть?

– Есть! – огрызнулась она.

– Ну, так иди домой, что ты здесь трешься?

– Когда надо – тогда и пойду!

Гуров махнул рукой и вышел на улицу.

Когда приехала группа и Лев со Стасом передали им на руки всех действующих лиц, часы показывали полдень.

– Снова полдня впустую. – Гуров хлопнул себя по колену.

– Не совсем впустую, – оптимистично заметил Стас, продолжая манипулировать кнопками дорогого телефона. – Теперь у нас есть телефон с полной телефонной книгой.

– Предлагаешь проверять всех по списку? – съехидничал Лев.

– Нет. Сейчас посмотрим, кто чаще всего звонил убитой, и поедем навестим этого абонента.

– Не пойдет. – Лев на минуту замолчал, обдумывая дальнейшие действия. – Сейчас возвращаемся в квартиру убитой. Чует мое сердце, что-то мы упустили. Надо еще раз все проверить. Кстати, сегодня, если я не ошибаюсь, на смену должна заступить консьержка, которая дежурила в ночь убийства.

– И что это нам дает?

– Есть одна мыслишка, – не стал раскрывать свои планы Гуров, сомневаясь пока в их результативности.

Вытащив телефон, он набрал номер капитана Родионова.

– Как дела, капитан? Накопал что-нибудь? Ага, хорошо. Давай в отдел – встречаемся там.

– Мы же собирались на квартиру убитой? – Стас оторвался от телефона.

– Успеем еще. У капитана есть для нас новости. Сказал, хорошие.

– Хочешь мое мнение, Лев Иванович?

– Валяй.

– Сдается мне, что и с этим стриптизером мы только время зря теряем. Может, в другом направлении поработать?

– Не гони лошадей, Стас. Всему свое время. Посмотрим, что сейчас скажет капитан, а потом уж решим, что делать дальше, – высказался Гуров.

– Тебе виднее. Только вот часики идут, а результатов пока ноль. Что будешь докладывать Орлову?

– Да не режь ты по больному! Сам знаю, что пока ноль! – вздохнул Лев.

Остаток дороги ехали молча. И только когда стали подъезжать к отделу, Гуров обратился к напарнику:

– Тебе, Стас, скорее всего, придется отправиться в Нижний Новгород, навестить рейдера Соколова.

– Это что, месть такая или ты просто из вредности?

Лев не обратил внимания на ерничество своего друга.

– Надо проверить всех, кто случайно или намеренно попытался покинуть город после убийства. Но сначала мы поговорим с ее подругой Ксенией Ворониной.

– Так ведь капитан уже разговаривал с ней.

– А мы еще раз съездим, – спокойно сказал Гуров.

Возле отдела их уже ждал Родионов, нервно прохаживаясь перед входом. Было заметно, что ему не терпелось сообщить какую-то важную новость для сыщиков. Стоило только Гурову выйти из машины, как он тут же направился к нему, на ходу объясняя суть дела.

– Мне удалось выяснить, Лев Иванович, что наш стриптизер никуда не уезжал, а находится здесь, в городе. Где именно – пока выяснить не удалось, но это дело времени. Найдем, – уверенно заверил капитан, открывая перед полковником дверь и пропуская его и Стаса вперед. – Один из моих осведомителей доложил, что стриптизера несколько раз видели в городе вчера и сегодня.

– Давайте посмотрим, что мы имеем, – начал Гуров, когда они оказались в кабинете капитана и расположились за столом. – На сегодняшний день мы знаем, что Вероника в ночь убийства поднялась с каким-то мужчиной в квартиру, но кто он, мы не знаем. Это первое. На сегодняшний день у нас есть только несколько предполагаемых подозреваемых, да и то они находятся вне досягаемости. Один в Новгороде, второй в бегах. Прошли сутки с момента убийства, а у нас только одни минусы. Плохо, товарищи сыщики. Очень плохо! Надо начать все сначала.

– Что ты хочешь этим сказать, Лев? – посмотрел на него Стас.

– Сейчас мы отправимся в квартиру к убитой и еще раз все проверим. Еще раз опросим всех соседей. Не может быть, чтобы никто ничего не видел. Ты, капитан, брось все силы на поимку этого стриптизера, и чтобы сегодня к вечеру он был у нас.

– Постараюсь, товарищ полковник!

– Надо постараться. Наверняка он что-то знает, иначе зачем ему надо было скрываться? Так что подыми всю свою агентуру, пусть отрабатывают свое нахождение на свободе. На этом все. Мы со Стасом на квартиру, ты за стриптизером, капитан, – Лев Иванович встал из-за стола. – Вечером встречаемся здесь же. По коням!

Не успели они со Стасом сесть в машину, как снова пошел мелкий противный дождик.

– Слушай, Кирилл, у вас здесь что, солнечные дни только по праздникам? – спросил Стас, доставая телефон Вероники.

– Да нет, что вы, товарищ полковник. У нас знаете, какая жара бывает – дышать нечем. Второй день, как испортилась.

– Нам всегда с тобой везет на погоду. Куда бы мы ни приехали – в тот же день заканчивается хорошая погода, – заворчал Гуров.

– Ага! – согласился Стас, не отрываясь от телефона.

От отдела до дома Вероники было не меньше получаса езды, и Лев решил воспользоваться этим временем, чтобы позвонить жене. Набрав номер, он приложил трубку к уху.

– Алло, привет, моя хорошая! Это я!

– Здравствуй, Левушка! Как твои дела? Как устроился?

– Дела не очень, а устроился нормально.

Стас поднял голову и с минуту смотрел на Гурова, прислушиваясь к разговору.

– Передавай ей привет от меня, – попросил он Льва, на что тот кивнул головой в знак согласия.

– Тут тебе Стас привет передает. Говорит, устал уже в командировке, домой хочет.

Стас удивленно поднял глаза на Гурова, но, увидев его улыбающееся лицо, цокнул языком и отвернулся.

– Ну все, солнышко. Целую. Не скучай там без меня. Скоро приеду. До свидания!

Лев любил свою жену. Несмотря на то что они прожили уже немало, чувства эти не стали слабее. Он по-прежнему видел в ней ту красавицу, которую встретил много лет назад и за которой долго ухаживал, упорно добиваясь ее расположения. Ведь именно тогда он смог почувствовать, что Мария и есть та боевая подруга, которая сможет прожить всю непростую жизнь вместе с сыщиком с его постоянными командировками и ночными вызовами на место преступления. И он не ошибся, выбрав ее себе в жены.

Пребывая в своих воспоминаниях, Лев не заметил, как они подъехали к дому Вероники. И только когда машина полностью остановилась, он посмотрел в окно. Перед ними находился уже знакомый со вчерашнего дня подъезд.

– Лев Иванович, – обратился Кирилл, – можно мне отъехать на пять минут? Куплю что-нибудь поесть.

Гуров вспомнил, что и сам ничего не ел с самого утра.

– Давай, только быстро. Кто его знает, сколько мы там пробудем. Может, туда и обратно.

– Да я тоже туда и обратно, – весело ответил младший лейтенант. – С той стороны продуктовый.

– Ладно, поезжай.

Войдя в подъезд, они увидели, что вместо ожидаемой консьержки на ее месте сидела все та же бабушка в очках с толстыми линзами.

На этот раз она сразу узнала полковников.

– Здравствуйте, товарищи, – она встала им навстречу. – Снова в сто пятую?

– Где ваша сменщица? – вместо приветствия спросил Гуров, заходя в маленькую комнатку.

– Вера Павловна? Так она приболела, что-то с сердцем. Возраст, знаете ли… Любое потрясение сказывается. А тут еще это убийство, – искренне сокрушалась бабуля.

– У нас есть ее адрес? – Лев Иванович повернулся к Стасу.

– Я вам сейчас напишу, – не дав ответить Стасу, засуетилась старушка. – Она тут недалеко живет, в следующем доме. – Она показала рукой на дверь, в направлении которой, скорее всего, и находился тот дом, в котором жила ее сменщица.

Пока консьержка выводила на листке адрес Веры Павловны, Лев Иванович повернулся к Стасу и, секунду подумав, сказал:

– А в квартиру мы все-таки поднимемся.

– Кто был бы «против», а я всегда «за», – весело ответил Крячко.

– Интересно, чему ты так веселишься? Может, расскажешь – вместе посмеемся? – понизив голос, спросил его Лев Иванович.

– Да я так, о своем, – отмахнулся Стас, – не бери в голову. Все нормально, работаем.

Взяв адрес у консьержки, они отправились в квартиру Вероники.

Оказавшись на лестничной площадке, Гуров остановил Стаса:

– Давай сразу опросим соседей. – Он показал на двери рядом с квартирой Вероники.

– На время посмотри. – Стас показал Гурову на свои часы. – Сейчас все еще на работе, с кем будем разговаривать?

– С теми, кто не ходит на работу и все время находится дома. – И Лев уверенно шагнул к ближайшей двери.

После минуты ожидания дверь перед ними открылась, и на пороге показалась заспанная голова мужчины средних лет.

– Вам чего, мужики?

Стас показал ему удостоверение.

– А-а, вы, наверное, по поводу убийства? – спокойно сказал мужчина, потирая заспанные глаза. – Так у нас все уже спрашивали. В ту ночь мы ничего не слышали. Какие к нам еще вопросы?

– Вы видели мужчину, с которым в тот вечер вошла к себе в квартиру убитая?

– Какого мужчину?

– Высокого и солидного, – пояснил Лев Иванович.

– Я что, по-вашему, стою возле «глазка» и слежу за соседними квартирами? – удивленно спросил мужчина.

– Кто еще проживает с вами в этой квартире? – обратился к нему Стас.

– Жена. Но она сейчас на работе. Придет только вечером.

– А она не могла видеть? – поинтересовался Гуров.

– Не могла.

– Уверены?

– Да вы лучше вон у тети Клавы спросите, – посоветовал мужчина. – Она у нас пенсионерка, ночами не спит; может, чего и видела. Вон в сто третьей квартире. – Он вытянул руку, показывая на квартиру напротив.

– Ладно, спасибо и на этом, – попрощался Лев, поворачиваясь к квартире пенсионерки.

В течение десяти минут они звонили по очереди на звонок, но все оказалось бесполезно – им никто не открыл.

– Может, вышла в магазин? – предположил Стас.

– Может быть, – протянул Лев Иванович недовольно. – Ладно, пошли в квартиру. – Вытаскивая ключи, он направился к двери, за которой сутки назад была убита Вероника.

– Слушай, Лев, можешь мне объяснить, что именно ты хочешь там проверить, если мы и так уже там все проверили?

– Сейчас покажу. – Открывая дверь, Гуров подтолкнул Стаса внутрь.

Пройдя на кухню, он взял оставленный со вчерашнего дня фотоальбом и, помахав им перед носом Стаса, сказал:

– Хочу показать его Вере Павловне. Может, она сможет узнать того мужчину на каком-нибудь из снимков.

– Да ты у нас, Лев Иванович, прямо Шерлок Холмс! А что сразу-то не догадался?

– Разве возможно сразу до всего догадаться? Если бы это было так, мы бы с тобой все преступления за сутки раскрывали, а то и меньше. Сейчас поедем к нашей знакомой и покажем ей фотографии, а потом отправимся к подруге убитой. Все ясно?

– Так точно, товарищ полковник! – снова заулыбался Стас.

– Что ты все скалишься?

– Настроение хорошее.

– С чего бы это?

– Просто хорошее, и все.

Неожиданно зазвонил телефон. По мелодии Лев понял, что это звонит телефон Вероники, который ему вернул капитан Родионов. Вытащив его из кармана, он посмотрел на Стаса, у которого улыбка сменилась удивлением. Посмотрев на номер, Гуров пожал плечами и через секунду нажал кнопку соединения.

– Алло! Вероника! – прозвучал неуверенный мужской голос.

Лев Иванович, не отвечая, молча слушал абонента.

– Вероника! Это я, Влад! Чего молчишь? Обиделась за вчерашнее?

– Извините, Вероники сейчас нет, – спокойно сказал Лев Иванович, хотя его нервы были на пределе.

– А кто это?

– Ее знакомый. Передать что-нибудь, когда она вернется?

Наступило молчание, но Гуров все же услышал чей-то шепот в трубке. Было такое ощущение, что незнакомец с кем-то советовался.

– Так что-нибудь передать или вы перезвоните? – повторил свой вопрос Лев Иванович.

– Нет. Мы перезвоним, – сказал на прощание абонент и повесил трубку.

Не задумываясь, Лев Иванович достал свой телефон и набрал информационный отдел.

– Алло! Говорит полковник Гуров, Московский уголовный розыск. Мне нужно выяснить, с какого телефона сейчас звонили по этому номеру. – Он продиктовал телефон Вероники.

Не прошло и минуты, как ему сообщили, что звонок был сделан из телефонной будки по улице Гвардейская.

– Что думаешь? – Лев посмотрел на Стаса.

– Думаю, что либо это очередной Лазарь, который не знает об убийстве, либо кто-то хочет запутать нас и пустить по ложному следу.

– Я думаю – второе, – согласился Гуров, убирая телефон. – Одни загадки, блин! – выругался он, выходя из квартиры.

Стоило им только открыть дверь машины, как на них пахнуло запахами свежеиспеченных пирожков и кефира. Лев Иванович почувствовал приступ голода.

– Вот по этому адресу, – он протянул листок Кириллу. – Но сначала заедем в магазин, возьмем что-нибудь поесть.

– А что ж вы мне не сказали – я бы вам сразу купил. Все равно туда ездил.

– До этого не хотелось.

– Вот это другое дело! Вот это по-нашему! – сразу обрадовался Стас, стоило только Гурову заговорить о еде. – А то у меня уже голова перестает работать на голодный желудок.

Подкрепившись свежими пирожками, сыщики отправились к приболевшей консьержке.

* * *

– Вы нас извините, Вера Павловна, что тревожим вас, но без вашей помощи нам не обойтись, – с порога начал Лев Иванович, едва женщина открыла перед ними свою дверь.

– Я понимаю, – вздохнула она, пропуская их в квартиру.

Когда они прошли на кухню, Вера Павловна предложила:

– Чаю хотите?

– Я с удовольствием, – сразу ответил Стас.

Женщина не выглядела больной, и Лев предположил, что она решила не выходить на работу совершенно по другим причинам. Но по каким?

Сделав несколько глотков крепкого чая, он достал фотоальбом.

– Посмотрите, пожалуйста, все снимки и скажите, не узнаете ли кого-нибудь на них. Я имею в виду того мужчину, с которым Вероника в тот вечер поднялась к себе в квартиру, – пояснил он.

Вера Павловна внимательно рассматривала снимки, переворачивая листы альбома. Наконец она указала на один из снимков.

– Да вот же он! – обрадованно сказала она.

Лев поднялся со стула и, встав у нее за спиной, посмотрел на снимок, который указала консьержка.

– Вы уверены?

– Да что вы, конечно, уверена. Я же его хорошо разглядела. Видный такой мужчина. Точно он, – еще раз подтвердила она.

– Посмотрите все фотографии: может быть, еще кого-то узнаете, – попросил Лев Иванович.

Пролистав альбом до конца, Вера Павловна покачала головой.

– Нет. Больше никого не узнаю.

– Спасибо вам, Вера Павловна, и еще раз извините, что потревожили. Поправляйтесь.

В это время из комнаты послышался детский плач, и сыщики одновременно посмотрели в сторону закрытых дверей комнаты.

– Вы не одна живете? – спросил Гуров.

– С дочкой, – ответила Вера Павловна – и с внуком, месяц как появился на свет. – На ее лице отразилось умиление.

– Внуки – это хорошо, – задумчиво произнес Лев, выходя из квартиры.

Когда они сели в машину, Гуров продолжал о чем-то размышлять.

– Куда теперь, Лева? – включив зажигание, повернулся к полковнику Кирилл.

– Сейчас узнаем. – Гуров достал телефон Вероники.

Набрав номер, он стал ждать. Стас недоуменно смотрел на своего друга, не понимая, кому он может звонить с телефона убитой.

– Ксения Воронина? Здравствуйте. С вами разговаривает полковник Гуров. Где бы мы могли с вами встретиться и поговорить?

Стас с интересом наблюдал за другом.

– Да, меня устраивает это место. Через час я буду вас там ждать, – сказал Лев и выключил телефон.

– Ты не перестаешь меня удивлять, Лева, – восхитился Стас.

– Знай наших, – подмигнул ему тот.

– Что дальше? Едем на встречу с прекрасной блондинкой?

– Нет. Сначала узнаем, что там у капитана происходит.

Кирилл внимательно слушал разговор двух полковников, стараясь понять, куда ехать дальше.

– Алло, капитан. Как дела?

– Я только что сам собирался вам позвонить, товарищ полковник. Мы вычислили, где сейчас находится наш стриптизер, но я решил пока его не брать, а немного проследить за ним. Сейчас сидим в машине перед домом.

– Где вы сейчас находитесь? – раздраженно спросил Гуров, разозлившись на ненужную инициативу Родионова.

– Передайте трубку Кириллу, я ему объясню.

Лев передал трубку младшему лейтенанту и стал смотреть, как тот, слушая капитана, кивал в ответ и повторял только одно слово: «понял».

После того как он вернул назад телефон полковнику, Гуров спросил:

– Далеко это?

– Не-ет. Через два квартала отсюда.

– Ну, так поехали! Что стоим? – раздраженно приказал Гуров.

– Что тебя так разозлило, Лев?

– Идея капитана проследить за стриптизером. Ведь я четко дал понять, что его надо сразу привезти в отдел для допроса, – продолжал возмущаться полковник.

– Ну, и пусть проследит. Вдруг что-то полезное выследит?

– Я просто не хочу, чтобы опять вышла какая-нибудь осечка.

– Например? – не понял Стас.

– Самое простое: стриптизер может заметить слежку и слинять.

– Мне капитан не показался таким уж простачком, – не согласился с ним Стас. – Не думаю, что он даст ему уйти.

– Это я так, гипотетически предположил. Но тем не менее подобное самовольство мне не нравится.

– Вот это уже другое дело. Надо по приезде пояснить капитану, что приказы надо все-таки выполнять. А любая инициатива, она ведь наказуема, – подытожил Стас.

Еще издали Лев заметил машину, в которой Родионов вел свою слежку за стриптизером. Но, кроме нее, его внимание привлекла еще одна машина, стоящая неподалеку. Это был черный «Мерседес». Какое-то внутреннее чутье подсказывало сыщику, что эта машина стоит здесь не просто так.

– Остановись как можно ближе к подъезду, но только чтобы не бросаться в глаза, – проинструктировал Гуров Кирилла.

– Сейчас сделаем.

Они остановились за красной «шестеркой», которая стояла впритык у самого подъезда. Гуров набрал телефон капитана.

– Алло, капитан.

– Да, товарищ полковник.

– Видишь нас?

– Вижу.

– Кто-нибудь дежурит в подъезде?

– Да. Я поставил своего человека на лестничной площадке. Если вдруг стриптизер надумает уйти другим путем, он нам сообщит.

– Ладно. Ждем. – Лев откинулся на спинку сиденья.

– Слушай, Лев, а с чего это вдруг Родионов решил проследить за нашим стриптизером? – поинтересовался Стас.

– Квартира, куда вошел Звягинцев, принадлежит одному наркокурьеру. Возможно, стриптизер замешан еще и с наркотиками.

– Понятно. Под наше раскрытие решили подчистить свои дела, – заключил Стас.

– Вполне возможно. Но это сейчас не главное.

В это время из подъезда вышли две пенсионерки и, открыв зонтики, присели на лавочку возле подъезда.

– Черт! Только этого нам еще не хватало, – выругался Лев. Набрав номер капитана, он приказал: – Значит, так, капитан! Стриптизера возле подъезда не брать. Пусть отойдет немного на всякий случай.

– Вас понял, товарищ полковник.

Не успел Гуров выключить телефон, как тот зазвонил снова.

– Да.

– Он выходит, – сообщил капитан и сразу же отключился.

Спустя какое-то время на улицу вышел парень, под курткой которого угадывалось хорошо сложенное тело. Посмотрев на сидящих старушек, он надвинул капюшон на глаза и пошел в сторону «Мерседеса». Неожиданно ему навстречу из машины вышел такой же молодой парень. Лев, почувствовав неладное, крикнул:

– Стас, вперед!

Выскочив из машины, он успел заметить только, как парень из «Мерседеса» сделал резкое движение рукой, и проходящий мимо стриптизер начал оседать на мокрый асфальт. В это же время из машины капитана выскочили оперативники и сам Родионов. Увидев бегущих к нему людей, парень из «Мерседеса» запрыгнул в машину, и та сорвалась с места.

– Быстро за ними! – громко скомандовал Гуров, бегом возвращаясь в «Волгу».

Капитан на ходу отдал приказ одному из своих подчиненных, чтобы тот остался со стриптизером, а сам с остальными оперативниками бросился в погоню за уезжающим «Мерседесом».

Запрыгнув в машину, Гуров крикнул:

– Гони, Кирилл!

Младший лейтенант, наблюдавший за всем происходящим из машины, уже был готов к погоне. Поэтому стоило только сыщикам сесть в машину, как она тут же сорвалась с места, обгоняя серую «десятку», в которой сидел капитан.

Когда они выехали на городскую трассу, Гуров крикнул:

– Не упусти их, Кирилл!

– Постараюсь, Лев Иванович!

– Капитан Родионов! Организуйте операцию «Перехват»! – приказал по телефону Гуров.

Он специально перешел на официальный тон, чтобы капитан понял, что второго прокола Гуров ему не простит. Из-за его инициативы все расследование ставилось под угрозу. Свидетель-стриптизер истекал сейчас кровью, и было неизвестно, выживет ли он вообще. «Если бы Родионов сразу задержал Звягинцева, а не устраивал бы слежку, всего этого можно было бы избежать», – рассуждал Лев Иванович, следя за мелькавшим впереди «Мерседесом». «Интересно, это как-то связано с убийством Вероники? Или же стриптизер поплатился за свои грехи?» – ломал голову Лев Иванович.

В это время Кирилл, сделав несколько мастерских маневров, смог догнать «Мерседес», и теперь они буквально дышали ему в багажник. Впереди показался пост ГИББД, и Гуров увидел, как инспектор, выйдя на обочину, приготовился остановить иномарку, как вдруг из нее высунулась чья-то рука и поставила на крышу сине-красную мигалку. И вот, вместо того чтобы задержать опасного и вооруженного преступника, инспектор вытянулся в струнку и, приложив руку к фуражке, «пропустил» «Мерседес».

– Не понял! Что это сейчас было? – Лев Иванович посмотрел на Кирилла. – У вас что, здесь закон не для всех одинаков?

– У него номера «госовские», кто ж его остановит? Вдруг там мэр едет или еще кто-нибудь из правительства? – пояснил младший лейтенант действия инспектора.

Тем временем впереди показались производственные помещения какого-то предприятия, и это говорило о том, что они выезжали на окраину города, и дальше шла свободная трасса, на которой их «Волга» никогда бы не смогла догнать новенький «Мерседес». Время шло на секунды.

– Возьми как можно правее! – скомандовал Лев Иванович, открывая окно со своей стороны.

Вытащив пистолет, Гуров следил, как младший лейтенант пытается обойти иномарку справа, но встречные машины не давали ему этого сделать. Шофер «Мерседеса» видел, что его пытаются обойти, и в свою очередь пытался не дать догоняющей его «Волге» прижать его к обочине, выписывая на трассе «восьмерки».

– Давай, Кирилл! Давай, парень! – Лев уже высунул руку в окно, держа пистолет наготове.

Обогнав впереди идущую машину, «Мерседес» стал медленно, но уверенно отрываться от сыщиков.

Кирилл вдавил педаль газа в пол, выжимая из машины все, что находилось у нее под капотом. На какое-то время ему удалось сократить расстояние, но в ту же минуту из выхлопной трубы иномарки вырвалось еле заметное облачко, и она снова пошла в отрыв. Лев высунул голову в окно и постарался прицелиться. От встречного ветра глаза начинали слезиться и трудно было дышать. Но выбора не было. Гуров прицелился в заднее колесо и нажал на курок. Прозвучал выстрел, звук которого подхватил ветер, и сразу же унес его далеко от машины. Несмотря на плохую видимость из-за встречного ветра, Лев был уверен, что попал. Так оно и было. «Мерседес», как подраненный зверь, «заковылял» на трассе, и его стало заносить сначала вправо, потом влево, а потом и вовсе развернуло на сто восемьдесят градусов. Кирилл среагировал мгновенно. Он сбавил газ и стал медленно притормаживать, следя за каждым движением «Мерседеса». В тот момент, когда его развернуло на трассе и он оказался «лицом» к «Волге» младший лейтенант резко вывернул руль в сторону обочины. Именно это и спасло всем троим жизнь.

Дело в том, что когда «Мерседес» развернуло на трассе, его задняя часть оказалась на встречной полосе движения, где в это время на большой скорости ехала многотонная фура. Не успев отвернуть в сторону, она буквально подкинула «Мерседес» в воздух. Подлетев на полтора метра от земли, иномарка пронеслась как раз в том месте, где минуту назад находились сыщики. И если бы Кирилл не свернул с дороги на обочину, летевший «Мерседес» снес бы им крышу вместе с их головами.

Еще не осознавая до конца, что им удалось избежать смерти, сыщики одновременно повернули головы назад, следя за летящим, как птица, «Мерседесом». Когда он, пролетев несколько метров, рухнул на трассу, стало понятно, что в этой груде металла навряд ли кто-то смог спастись. От сильного удара стойки не выдержали, и крыша сложилась, погребая под собой всех находившихся в машине людей. В одну секунду на трассе образовалась пробка. Лев посмотрел на сидящего рядом младшего лейтенанта. Кирилл сидел, вцепившись в руль так, что его пальцы от напряжения были белыми, как снег. Он смотрел куда-то вдаль, не реагируя на происходящее. Гуров похлопал его по плечу.

– Все кончилось, Кирилл. Ты молодец.

Кирилл продолжал сидеть, не отпуская руль. Лев Иванович повернулся к Стасу:

– Пойдем посмотрим, что там с нашими беглецами. Может быть, все-таки кто-то остался в живых? Хотя я сильно в этом сомневаюсь.

Не успели они выйти из машины, как к перевернутому «Мерседесу» подъехала серая «десятка», в которой находился капитан Родионов. Следом подъехал экипаж патрульно-постовой службы. Спустя некоторое время подъехали спасатели. В конце концов возле искореженного «Мерседеса» собралось столько народу, что нельзя было протолкнуться. Когда спасатели срезали верх машины и констатировали смерть всех находящихся там людей, Лев повернулся к капитану:

– С этими все понятно. А что у нас со стриптизером?

– Повреждена артерия, но «Скорая» подоспела вовремя. Он потерял много крови, но, думаю, поговорить с нами сможет.

– Ты поставил рядом с его палатой своего человека? – Гуров показывал, что уже не так доверяет сообразительности капитана Родионова.

Капитан, конечно же, знал, что виноват, но, взяв себя в руки, спокойным голосом ответил:

– Да. Я оставил возле палаты задержанного двух сержантов.

– Объясни Кириллу, где находится эта больница. Я сейчас уезжаю на встречу, – Гуров посмотрел на часы, – а потом заеду туда. Возможно, к тому времени наш стриптизер сможет пролить свет на происходящее.

Лев видел, что капитану не терпелось объясниться по поводу своей слежки за Звягинцевым, которая привела к данному эксцессу, но полковник не дал ему этого сделать. Повернувшись к Стасу, он демонстративно заторопился:

– Надо поспешить. Не хватало еще, чтобы мы из-за этой аварии опоздали на встречу с важным свидетелем.

– Может, я с вами? – неуверенно спросил Родионов.

– Сами справимся. – Не поворачиваясь, Лев пошел к «Волге».

Кирилл уже успел немного прийти в себя. Его взгляд не отражал того страха и ужаса, какой был на его лице полчаса назад.

– Как ты себя чувствуешь? – на всякий случай поинтересовался Гуров.

– Уже лучше. – Старший лейтенант вытер рукой выступившую испарину со лба.

– Ты на нас не равняйся. – Гуров показал рукой на Стаса. – Думаешь, мы не испугались? Еще как! Умирать-то никому не хочется. А то, что быстро в себя пришли, так то долгие и упорные годы тренировки. В свое время чуть ли не каждый день бывали в таких переплетах. Со временем начинаешь привыкать к опасности, но при этом стараешься не зацикливаться на ней. Человек вообще такое существо – ко всему привыкает. Но должен сказать, что ты держался молодцом. – Полковник похлопал Кирилла по плечу.

– А среагировал как! – подхватил Стас. – Если бы не он, лежали бы мы сейчас рядом с этим «мерсом» в груде металла… Слов нет, молодец, Кирилл! – Стас тоже положил свою руку на плечо старлея.

Было видно, что слова полковников легли на благодатную почву. Кирилл снова воспрял духом.

– Куда едем, товарищи полковники?

– Возле здания администрации есть кафе «Гиацинт», мы должны там быть ровно в три часа дня. Успеем? – Лев посмотрел на свои часы, которые показывали без четверти три.

Секунду подумав, Кирилл включил передачу и стал разворачиваться.

– Должны успеть.

После этого Гуров откинулся на спинку сиденья и попытался хоть немного снять напряжение. Прикрыв глаза, он хотел было покемарить, но все его мысли сводились к будущей встрече с подругой Вероники, Ксенией Ворониной. Ровная трасса и мягкий шум колес все же сделали свое дело, и Гуров не заметил, как задремал. Ему даже успел присниться сон, как они вместе с Марией, счастливые, гуляют по зеленому лугу, рвут цветы и весело смеются…

Негромкий голос старшего лейтенанта вывел его из полудремы.

– Лев Иванович, мы приехали.

Открыв глаза, Гуров посмотрел на часы. Они показывали без одной минуты три.

– Отлично!

Тряхнув головой, Лев резкими движениями растер лицо, прогоняя остатки сна.

– Ни одну женщину нельзя заставлять ждать, – заметил он, выходя из машины.

Ожидая, пока Стас вылезет из машины, Гуров обдумывал предстоящую встречу. А когда они направлялись в кафе, он проинструктировал напарника:

– Я сейчас буду разговаривать с Ворониной, а ты со стороны наблюдай за ее реакцией. В разговор не вступай, чтобы не обращать на себя внимания. Надо посмотреть, насколько честными будут ее ответы. Как ни крути, она самая близкая подруга убитой и может знать куда больше всех остальных, вместе взятых. Вопрос только в том: захочет ли она делиться с нами этой информацией? – задал вопрос Лев, прежде чем открыть дверь в кафе.

Еще издали Гуров заметил, что заведение не похоже на обычное стандартное кафе, которые он привык видеть у себя в Москве. Даже с виду оно напоминало какой-то памятник архитектуры, который органично вписывался в общий ансамбль стоящих рядом зданий прошлого века.

Оказавшись внутри, Гуров понял, почему Воронина решила встретиться именно здесь. Сама обстановка располагала к беседе между мужчиной и женщиной. Мягкий свет и удобные кресла призывали собеседников к простой, ни к чему не обязывающей беседе.

Расположившись за ближайшим столиком, сыщики стали рассматривать интерьер. Не то чтобы они раньше не бывали в подобных местах, просто последнее время народ научился ценить настоящую красоту и тянуться к искусству. Наряду с этим появились настоящие мастера своего дела, как в плане дизайна, так и оформления и подачи подобных заведений.

К ним неслышно подошел официант:

– Что желаете, господа?

– У нас здесь назначена встреча с одной молодой женщиной.

– Могу я узнать ее имя, чтобы пригласить ее к вашему столу, когда она войдет в зал? – ненавязчиво поинтересовался парень в белой рубашке с маленькой черной бабочкой.

Только сейчас до сыщиков дошло, что они-то знают в лицо Воронину, а она их нет.

– Эту женщину зовут Ксения. Ксения Воронина, – уточнил Лев.

– Хорошо. Выбирайте пока напитки и закуски. – Официант протянул меню.

– Нам два кофе, пожалуйста, – буркнул Гуров.

– А я, пожалуй, что-нибудь себе закажу. – Стас взял меню из рук парня в белой рубашке.

Когда они остались одни, Гуров посоветовал своему другу:

– Прежде чем заказывать, посмотри на цены. Неужели ты думаешь, что тот, кто открыл это заведение возле самой администрации, решил заняться благотворительностью? Он прекрасно знает, какая у них зарплата. – Лев насмешливо глянул на Стаса, который удивленно смотрел на отпечатанные листки меню.

– Слушай, Лев, у них действительно здесь офигенные цены! И причем все в долларах и евро.

В это время они увидели, как к их столику шел официант, а следом за ним следовала эффектная блондинка. Гуров и Крячко невольно встали перед красивой женщиной.

– Здравствуйте. – Ксения вела себя очень спокойно.

– Здравствуйте, – протянул Стас, продолжая смотреть на Ксению.

– Что вы хотели узнать? – Ксения посмотрела на Гурова.

– В принципе нас интересует все, что связано с Вероникой. Ее знакомые, друзья. – Лев сделал ударение на слово друзья, внимательно следя за Ворониной.

– Нельзя ли поконкретней? – Ксения достала сигарету и посмотрела на Стаса.

– Посмотрите на эту фотографию. Вы узнаете здесь кого-нибудь? – Лев протянул Ксении групповой снимок.

Посмотрев всего несколько секунд на фотографию, Ксения положила ее на стол.

– Я знаю здесь всех. Кто именно вас интересует? – Она откинулась на спинку дивана, приготовившись к долгому разговору.

– Мужчина рядом с Вероникой. – Гуров показал пальцем на высокого мужчину на снимке.

– Это известный пластический хирург Константин Самарский. – Ксения глубоко затянулась и выпустила большое облако дыма.

– В каких взаимоотношениях он был с убитой?

– Ни в каких, – спокойно ответила Ксения, потянувшись к пепельнице. – Она собиралась делать себе операцию у Константина.

– Скажите, Ксения, имя Владимир Соколов вам о чем-нибудь говорит?

Ксения стрельнула в Гурова глазами.

– Знаю. – Она затушила свою сигарету в пепельнице. – Это бывший мужчина Вероники, с которым они встречались до недавнего времени.

– Они что, расстались?

– Да.

– Можете сказать, по какой причине?

– Могу.

Ксения замолчала, как бы подбирая слова для объяснения, но полковник не торопил ее.

– Больной он на всю голову! – выпалила вдруг Ксения и снова потянулась к пачке сигарет, оставленных на столе.

– Что вы хотите этим сказать? – заинтересовался Лев.

– Извините. Это совсем не то, о чем вы подумали. Он просто сильно ревновал Веронику. А в порыве своей ревности абсолютно не отдавал себе отчет в своих действиях.

– Он ее бил? – спросил Лев Иванович.

– Однажды. Как только месяц назад он перешел эту грань, они сразу же расстались. Вероника призналась мне, что просто стала бояться оставаться с ним наедине. После этого он еще неделю звонил ей, угрожая, что не даст ей встречаться с другими мужчинами, но потом все прекратилось. Думаю, он понял, что назад уже ничего не вернешь, и поэтому перестал названивать, – закончила свой рассказ Ксения.

Лев задумался. Всплывали новые подробности жизни убитой, и поэтому было над чем подумать. «Человек в порыве ревности запросто мог убить свою возлюбленную, но, с другой стороны, этого Соколова никто не видел в ночь убийства. Или все-таки видел?» – размышлял Гуров.

– У вас все? – Ксения положила сигареты в сумочку.

– Почти. – Лев наконец собрался с мыслями. – Скажите, Ксения, где вы находились в ночь убийства вашей подруги?

По тому, как дернулась рука блондинки, Лев понял, что его вопрос вывел ее из равновесия.

– Вы что, меня подозреваете? – с вызовом спросила она.

– Я этого не сказал. – Гуров вглядывался в блондинку, пытаясь понять, что могло ее так разозлить.

– Я весь вечер провела дома, и у меня есть свидетели. – Ксения поправила упавший локон.

– Хорошо, хорошо. Мы вам верим, – поспешил успокоить ее сыщик, хотя понимал, что блондинка что-то скрывала.

– Как вы думаете, хирург Самарский мог быть причастен к этому убийству? – неожиданно спросил Крячко.

– Нет! Категорически нет! – Ксения снова закурила.

– Почему вы так думаете? Вы хорошо знаете этого человека? – Гуров сделал глоток принесенного официантом кофе.

– Да, я знаю этого человека и могу вам с уверенностью сказать, что он не способен на убийство, – заверила Ксения.

– А вы знаете, что Константин Самарский в тот вечер был в квартире убитой?

– Повторяю: я весь вечер пробыла дома.

– Хорошо. Спасибо, Ксения. Вы очень нам помогли, – поблагодарил ее Лев, вставая из-за стола.

– До свидания, – попрощалась Воронина и поспешила к выходу.

Гуров проводил блондинку глазами и повернулся к Стасу:

– Ну, что скажете, товарищ полковник?

Прежде чем ответить, Стас почесал макушку, потом отпил глоток кофе и, глубоко вздохнув, высказал свое мнение:

– Коварная бестия. Наверняка знает что-то такое, что могло бы пролить свет на это убийство, но почему-то усиленно это скрывает.

– Мне тоже так показалось. Особенно когда я спросил ее о том, где она была в тот вечер, – задумчиво сказал Лев Иванович.

– Теперь куда? К хирургу? Или сначала в больницу, к стриптизеру? – спросил Стас, ставя пустую чашку на стол.

– Стриптизер наш теперь никуда не денется, а вот хирург тоже может рвануть в какую-нибудь командировку. Так что сначала поедем к нему.

* * *

Частная клиника пластического хирурга Самарского находилась в самом центре Санкт-Петербурга, в двухэтажном здании старой постройки, но с современным фасадом.

– Так вот в каких местах перекраивают лица «бальзаковских» женщин, – усмехнувшись, сказал Стас, когда они остановились возле здания с позолоченной вывеской «Клиника доктора Самарского».

– Думаю, что не только лица, – заметил Гуров, рассматривая через стекло вычурный фасад старого здания. – Ну что, пойдем познакомимся с известным хирургом? – спросил он, открывая дверцу машины.

В огромном холле, где сидело несколько женщин, к ним подошла молодая девушка в белоснежном халате.

– Здравствуйте, господа! Хотели воспользоваться услугами нашей клиники? Вы по записи или первый раз? – забросала она сыщиков вопросами.

– Мы по другому вопросу. Полковник Гуров. – Лев показал ей свое удостоверение. – Мы бы хотели поговорить с доктором Самарским.

Девушка в белом халате внимательно изучила протянутое ей удостоверение и, подняв глаза на Гурова, спокойно ответила:

– Константин Иванович сейчас в операционной, и принять он вас сможет, – она посмотрела на висящие на стене часы, – не раньше чем через два часа. Если хотите, можете подождать. – Она показала на стоящие рядом удобные диванчики.

Лев Иванович посмотрел на Стаса, как бы спрашивая у него: «Что будем делать?» В ответ на немой вопрос Гурова Крячко пожал плечами. Повернувшись к медсестре, Лев поинтересовался:

– А когда заканчивается рабочий день доктора Самарского?

Девушка в белом халате тоже, как и Стас, пожала в ответ плечами.

– Трудно сказать. Может, в шесть, а может, и в восемь. Все зависит от наплыва посетителей и настроения самого доктора.

Лев состроил удивленное лицо.

– Не каждый может решиться на пластическую операцию. И если уж решается, то боится, что завтра может передумать. Вот поэтому иногда приходится работать и после шести, – пояснила медсестра.

– Понятно, – протянул Гуров, думая, как им быть дальше.

Посмотрев на часы, Стас предложил:

– Слушай, Лев, давай сейчас съездим в больницу, а потом вернемся сюда и уже дождемся доктора. Не может же он работать до двенадцати. – Крячко посмотрел на медсестру, как бы ожидая от нее подтверждения своим словам.

Медсестра улыбнулась своей белозубой улыбкой и кивнула в знак подтверждения.

– Нет. До двенадцати мы точно не работаем.

– Хорошо. Но все равно передайте доктору Самарскому, что мы приедем через два часа, – попросил Лев медсестру.

– Да, конечно, я передам Константину Ивановичу.

В это время в холл вошла пожилая дама с собачкой, и медсестра обратила все свое внимание на нее.

Без лишних слов сыщики повернулись и пошли в сторону выхода. Уже в машине Стас спросил у Гурова:

– Как думаешь, у этого Самарского действительно сейчас была операция или они специально тянули время?

– В любом случае ему сегодня придется с нами встретиться, – ответил Гуров, доставая телефон. – Как дела, капитан? Есть что-то новенькое?

– Удалось выяснить личности находившихся в «Мерседесе», товарищ полковник. Ими оказались участники преступной группировки «Заводские». А вот какое отношение они имели к стриптизеру Звягинцеву, может рассказать только он сам.

– Мы сейчас как раз направляемся в больницу: если ты свободен, то можешь тоже подъехать туда, – предложил Гуров Родионову.

– Да, я свободен. Обязательно подъеду, товарищ полковник.

– Тогда встречаемся в больнице, – подытожил Лев и повесил трубку.

– Что там капитан рассказывает? – поинтересовался Стас.

Лев на минуту задумался, решая, с чего начать.

– Ты понимаешь, Стас, нашего стриптизера подрезали ребятки из местной криминальной группировки.

Стас щелкнул языком:

– Чем же он мог так им насолить?

– Значит, чем-то мог, раз уж они пошли на крайние меры.

– А может, это был чей-то заказ? Звягинцев мог перейти кому-то дорогу, и тот заказал его братве?

– Не забывай, Стас, что этот Звягинцев не кто иной, как простой стриптизер. Кому этот «нудист» мог перейти дорогу? Он что, какая-нибудь шибко важная личность?

– Тоже правильно, – согласился Стас, задумчиво отворачиваясь к окну.

– А вот если предположить, что Звягинцев порешил Веронику по их заказу и теперь они решили избавиться от стриптизера-киллера, вот это уже похоже на версию, – высказался Лев Иванович.

Стас резко повернулся к Гурову, стоило только тому проговорить последние слова.

– А ведь и вправду! Что-нибудь накосячил перед братвой, а они ему: «Разберись с дочкой генерала, и мы в расчете». Могло же быть так, Лев?

– Могло, могло. – Гуров почесал подбородок с пробивающейся щетиной. – Для этого мы сейчас и направляемся к нему в больницу, чтобы узнать подробности.

* * *

Они подъехали к старенькому низкому зданию, затерявшемуся среди пятиэтажек в одном из дворов. Облупившаяся штукатурка и выцветшие рамы окон говорили о том, что правительственное финансирование обошло стороной эту больницу. Однако, оказавшись внутри, Лев изменил свое первоначальное мнение. Стоило им открыть входную дверь, как в глазах зарябило от обилия света. Огромный холл был чистым, светлым, обставленным дорогой мебелью.

Женщина в белом халате, увидев новых посетителей, встала из-за стола и подошла к сыщикам.

– Здравствуйте, господа! Вы к кому?

Лев вытащил удостоверение.

– Нас интересует больной по фамилии Звягинцев. Он поступил к вам сегодня с ножевым ранением.

– Подождите минутку, я сейчас выясню. – Медсестра подошла к регистратуре. – Маша, посмотри сегодняшние поступления. Господ из милиции интересует пациент по фамилии Звягинцев. – Она посмотрела на полковников.

Гуров и Крячко стояли недалеко от медсестры, разглядывая обстановку вокруг себя. Возле окна стояла группа подростков, один из которых был одет в пижаму, и громко разговаривали. На диване, возле стенки, сидела женщина, перебирая кипу бумаг, очень похожих на больничные листы, исписанные мелким непонятным почерком. Молоденькие медсестры то и дело подбегали к регистратуре и, забрав карты больных, спешили за двустворчатые двери, за которыми, скорее всего, находились палаты.

– Больной Звягинцев поступил к нам сегодня в тринадцать часов с сильной кровопотерей и находится в тяжелом состоянии. Я сообщила о вас доктору, он сейчас к вам подойдет, – объяснила медсестра и прошла на свое место за столом возле входа.

– Сейчас начнется, – тихо сказал Стас. – Пациент тяжелый, общение не больше трех минут…

– Здравствуйте. Вы к Звягинцеву? – послышался чей-то голос за спиной.

Повернувшись, Гуров увидел перед собой бородатого мужчину в белом халате.

– Да. Мы бы хотели задать ему пару вопросов.

Доктор перевел свой взгляд на Стаса, который в упор смотрел на врача, ожидая его решения.

– Этот человек замешан в убийстве, – не дожидаясь ответа, добавил Лев. – От его показаний будет зависеть очень многое.

– Нам надо срочно с ним поговорить, – подключился к разговору Стас.

Доктор закивал головой, показывая, что прекрасно понимает всю серьезность ситуации, но при этом продолжал молчать. В это время послышался стук входной двери, и сыщики, не сговариваясь, обернулись на звук. В холл вошел капитан Родионов. Оглядевшись по сторонам и увидев полковников, он уверенным шагом направился в их сторону. Буквально за секунду перед тем, как капитан оказался рядом с сыщиками, доктор произнес:

– Хорошо, я разрешаю вам поговорить с больным, но только не больше десяти минут.

– Что, какие-то проблемы, товарищ полковник? – с ходу спросил Родионов.

Лев Иванович посмотрел на доктора, который продолжал стоять здесь же, и спокойно ответил:

– Никаких. Доктор любезно согласился разрешить нам пообщаться с нашим подозреваемым. Правда, доктор?

– Не более десяти минут, – еще раз напомнил врач и направился к двустворчатым стеклянным дверям.

Офицеры двинулись за ним. За стеклянными дверями начинался длинный и широкий коридор, по обе стороны которого находились двери палат, пронумерованные по порядку. Когда они оказались в коридоре, доктор обернулся и показал на небольшую вешалку возле дверей, на которой висело несколько белых халатов, видимо, приготовленных специально для посетителей.

– Наденьте, так положено.

Палата, в которую поместили Звягинцева, находилась в самом конце коридора. Еще издалека Гуров заметил сидящего на стуле рядом с палатой подозреваемого молодого крепкого парня, который, заметив делегацию из четверых человек, встал со своего стула, отложив в сторону журнал.

– Твой человек? – слегка повернув голову в сторону капитана, спросил Гуров.

– Оставил на всякий случай, – быстро ответил Родионов.

Лев до сих пор еще злился на капитана, считая, что он переусердствовал в своих стараниях по задержанию стриптизера и поэтому им сейчас приходится терять столько времени.

– Старшина Приходько! – представился парень в пятнистой форме. – За время несения службы никаких происшествий не было.

– Куда уж больше происшествий… – Лев косо глянул на капитана, который в свою очередь отвел глаза в сторону, понимая, что виноват.

Доктор, видя, что сыщики уже разобрались, где находится их подозреваемый, проследовал дальше по коридору.

Войдя в палату, Гуров обратил внимание на то, что она была очень маленькая. Кроме кровати и нескольких подключенных приборов, в палате больше ничего не было.

Звягинцев лежал на спине с закрытыми глазами. И даже когда сыщики обступили его кровать, он еще какое-то время продолжал лежать, не подавая никаких признаков жизни.

– Звягинцев, вы меня слышите? Вы можете говорить? – обратился к нему Лев.

Стриптизер наконец-то открыл глаза и посмотрел на Гурова, а потом и на остальных посетителей. Было видно, что состояние у него не очень. Ввалившиеся глаза и замедленные действия говорили о том, что Звягинцев действительно находился в тяжелом состоянии.

– Вы можете говорить? Нам надо задать вам несколько вопросов.

Стриптизер облизнул сухие губы и кивнул головой, показывая свою готовность.

– Вы знаете, кто напал на вас с ножом? – облокотившись на дужку кровати, спросил Лев.

– Нет. Но я догадываюсь, откуда ноги растут, – медленно проговорил Звягинцев.

– И кто же это, по-вашему? – задал вопрос Стас.

– Это просто мои догадки, и ничего больше… – Звягинцев кашлянул.

– И все же. – Лев Иванович подошел к изголовью кровати, на которой лежал стриптизер.

– Я не имею ни к кому претензий, поэтому это не имеет никакого значения.

– Ладно. Тогда скажите, откуда вы знаете Веронику Пахомову, которую убили вчера ночью? – Гуров в упор посмотрел на Звягинцева.

– Я никого не убивал! – Стриптизер стал испуганно переводить свой взгляд с одного сыщика на другого.

– Где ты был вчера ночью?! – повысив голос, спросил Стас.

– Я собирался встретиться с одной богатой теткой. Неделю назад она отдыхала у нас в клубе и взяла мой телефон, сказала, что сама мне позвонит. Обещала хорошо заплатить, – продолжал объяснять Звягинцев.

Лев Иванович достал из кармана фотографию Вероники и показал ее стриптизеру.

– Это она?

– Да.

– Вы виделись с ней вчера ночью?

– Нет, – Звягинцев отвел в сторону глаза, – не успел.

– Почему? – теперь уже спросил Стас.

– Да так, ничего серьезного, – отмахнулся стриптизер.

– Так! Хватит тут ваньку валять! Отвечай на вопросы! – подскочив к кровати, заорал капитан Родионов, у которого из-за Звягинцева случились неприятности.

– На сегодняшний день ты первый подозреваемый в деле по убийству дочки генерала МВД, – спокойно и уверенно произнес Гуров.

– Но я ведь даже не видел ее вчера.

– Давай по порядку, – приказал Лев, начиная понимать, что стриптизер явно не тот неуловимый убийца, которого они ищут.

Звягинцев набрал полные легкие воздуха, задержав дыхание, потом выдохнул и начал свой рассказ:

– Неделю назад эта тетка на фотографии, как я уже говорил, отдыхала у нас в клубе. После моего выступления она подошла ко мне и попросила у меня телефон, предложив подзаработать на частном приеме. Она обещала позвонить в ближайшее время. Прошла неделя, и я уже забыл о нашем с ней разговоре, как вчера вечером прозвучал звонок. Она сказала, что приглашает меня к себе. Время было позднее, я решил отказаться, но она назвала сумму, которую собиралась заплатить мне за мое выступление, и я согласился. Вызвав такси, поехал к ней. Недалеко от ее дома машина заглохла, и мне пришлось идти пешком к дому этой тетки.

– А с этого момента поподробнее. – Лев внимательно слушал Звягинцева, пытаясь понять логическую цепь событий того вечера.

– Перед самым домом ко мне подошли местные отморозки, и между нами завязалась драка. Они разбили мне нос и порвали одежду, после чего, конечно же, я уже не мог пойти на заказ и поэтому отправился назад в клуб.

– Ага! И тут тебе позвонила больная мама и попросила срочно приехать? – язвительно спросил Стас.

– Зачем вам понадобилось среди ночи срываться в другой город? – в свою очередь поинтересовался Лев Иванович.

Стриптизер молча смотрел на сыщиков, обдумывая свой ответ.

– Мне, правда, надо было срочно уехать из города, – после небольшой паузы ответил он.

– Зачем? – встрял Родионов. – Испугался бойцов из «Заводской» группировки?

Было видно, что стриптизер занервничал, услышав слова капитана.

– Так вы что, все знаете?

– Знаем. Теперь все зависит от тебя. Не забывай, что чистосердечное признание смягчает вину подсудимого, – напомнил капитан ему известную истину.

Стриптизер снова обвел всех настороженным взглядом.

– Я испугался, что они меня убьют. Поэтому и решил на время пропасть из поля зрения.

– Кто они? – не дав ему договорить, спросил Лев Иванович.

– «Заводские».

– А они-то здесь при чем?

– Да черт меня дернул начать встречаться с одной женщиной…

– С какой? – не давая ему опомнится, задавал свои вопросы Гуров.

– Жена банкира Смагина, – понизив голос, ответил Звягинцев.

После этих слов капитан присвистнул от удивления. Лев и Стас одновременно посмотрели на капитана.

– Известный и богатый человек в нашем городе, – пояснил Родионов.

– А при чем тут бандиты? – не понял Гуров.

– Скорее всего, банкир узнал о похождениях своей жены и решил проучить любовника? – Родионов кивнул в сторону Звягинцева.

– Так оно и было? – Лев посмотрел на стриптизера.

Тот только кивнул в ответ.

– Значит, тогда возле дома Вероники тебе просто удалось от них убежать? – предположил Гуров.

– Да, еле ноги унес.

– А что ж ты не уехал из города, раз так боялся?

– Собирался, но не успел.

– Все равно, пока мы все не выясним, ты останешься под стражей, – заключил Лев, направляясь к двери.

– Я что, арестован? – испуганно спросил стриптизер.

– Да, – не оборачиваясь, ответил сыщик.

Когда они вышли из палаты, Гуров повернулся к капитану:

– Смотрите, капитан, не упустите его и на этот раз.

– Слушаюсь, товарищ полковник! – вытянулся по струнке Родионов.

С момента приезда в больницу прошло не так мало времени, и их шофер Кирилл даже успел подремать. Но стоило только сыщикам открыть двери «Волги», как младший лейтенант уже смотрел на них ясными глазами.

– Куда теперь? – спросил он, когда сыщики расселись по местам.

Гуров посмотрел на часы.

– Та-ак, – протянул он, что-то прикидывая в голове, – к Самарскому еще рано… – Он снова задумался. – Думаю, товарищи офицеры, мы наконец-то можем куда-нибудь заехать и нормально поесть. Возражения есть?

– Я – с превеликим удовольствием, – потер руки Стас.

– А я сегодня вообще еще не завтракал, – поддержал идею Гурова капитан.

– Вот и отлично! Только надо определиться, куда поехать. – Лев посмотрел на младшего лейтенанта.

Кирилл задумался, вспоминая подходящее место для трапезы, но капитан его опередил:

– Давай, Кирилл, на Крестовскую. Знаешь, там есть полуподвальное кафе – «Трактир» называется?

– Бывал там несколько раз.

– Вот туда и поедем. И еда там нормальная, и цены не кусаются.

Кирилл посмотрел на Гурова, ожидая его окончательного решения.

– Вам лучше знать. Вы же местные, наверняка знаете, куда ехать, – рассеянно ответил Лев и, отвернувшись к окну, задумался.

«Получается, что и с этим стриптизером опять промахнулись, – размышлял он. Из всех подозреваемых остается только Соколов, которого даже нет в городе. Мотив в виде ревности у него, конечно же, был – не спорю, – размышлял про себя полковник. – В любом случае его надо будет основательно проверить, прежде чем делать какие-то выводы. Значит, кому-то придется ехать в командировку в Нижний Новгород».

В это время у Гурова зазвонил телефон. Посмотрев на экран, он увидел, что это был генерал Орлов.

– Гуров слушает.

– Чем порадуешь, Лев? – услышал он бодрый голос генерала. – Есть какие-нибудь новости?

– Новости есть, порадовать пока нечем.

– Что так? – уже не так весело спросил Орлов.

– Запутанный клубочек оказался.

– А ты что, разучился распутывать такие вот клубочки?

– Прошли только сутки, Петр, – попытался объяснить тот, но генерал не дал ему договорить.

– Не только, а уже целые сутки! Генерал Пахомов требует от меня отчета за каждый час вашей работы. И что ты предлагаешь мне ему отвечать? Что для вас это убийство оказалось слишком запутанным? Так, что ли? – сыпал вопросами Орлов.

– У нас есть подозреваемый, но его сейчас нет в городе. Сегодня же отправлю Стаса в командировку. О результатах доложу завтра, когда что-то сможем выяснить, – пояснил Гуров.

– Подозреваемый-то хоть настоящий или опять очередная проверка версии? – недовольно спросил генерал.

– Вот завтра и узнаем, настоящий он или так.

– Ладно, работайте. Завтра жду от вас доклада. И не заставляйте меня ждать – звоните сами, как только что-нибудь прояснится. Все ясно?!

– Так точно, товарищ генерал!

– Все, до связи! – простился генерал Орлов и повесил трубку.

Гуров убрал телефон и, отвернувшись к окну, продолжил свои размышления, хотя прекрасно знал, что сидящие сзади Стас и Родионов хотели услышать от него подробности разговора с генералом. Но Гурову сейчас было не до того. Надо во что бы то ни стало выйти на след убийцы, всеми правдами и неправдами.

– Вот. Здесь и до клиники Самарского недалеко, – громко сказал капитан, когда машина остановилась.

Лев посмотрел по сторонам. Они остановились на платной стоянке. Сбоку от них стояло пятиэтажное здание с огромной рекламой кафе, где собирались пообедать сыщики…

Вначале все ели молча. И только после того как было съедено первое, Лев обратился к Стасу:

– Как ты уже слышал из разговора с генералом, тебе придется ехать в Нижний Новгород.

– Я уже понял. – Крячко подвинул поближе тарелку с гарниром.

– А мы с вами чем займемся? – спросил Родионов, обращаясь к Гурову.

– Я займусь своими делами, а вот ты, капитан, организуешь слежку за Ксенией Ворониной.

Капитан удивленно посмотрел на полковника.

– Мне кажется, что она что-то недоговаривает, – пояснил Лев. – Что-то очень важное.

– Хорошо, товарищ полковник. Сделаем! – громко ответил капитан, обращая на себя внимание других посетителей.

– Можешь приступать прямо с сегодняшнего дня.

Когда с обедом было покончено и сыщики вышли к машине, капитан не спешил садиться в салон.

– Ну что? Я тогда в отдел?

– Конечно, капитан. Мы с полковником Крячко сами поговорим с пластическим хирургом.

Подняв воротник куртки, Родионов направился к ближайшей остановке.

– Э-эх! Хорошо перекусили – ничего не скажу! – Стас сладко потянулся. – Сейчас бы поспать еще пару часиков. И потом уже можно опять гоняться за бандитами да разными убивцами молодых женщин.

– Нет уж, товарищ полковник. Сначала бандиты и убивцы, а потом заслуженный спокойный сон, – не согласился с ним Гуров.

– Вот так всегда, – протянул Стас, пристраивая голову к окну.

– Далеко отсюда до больницы? – повернувшись к Кириллу, спросил Лев.

– Минут двадцать.

– Я думаю, ему хватит покемарить, – кивнул Гуров на Стаса.

Не успели они проехать и двух кварталов, как попали в пробку.

– Час пик начинается, – посмотрев на часы, констатировал младший лейтенант.

– А мы особо и не торопимся, – успокоил его Гуров.

Впередистоящие машины двигались очень медленно. Часы отсчитывали минуты, которые обещали перерасти в часы ожидания. Когда до назначенного времени оставалось меньше получаса, Лев понял, что они могут опоздать. Открывая дверь, он объяснил младшему лейтенанту:

– Мы со Стасом пойдем пешком, а ты, как выйдешь из этого затора, сразу подъезжай к клинике.

Пройдя три квартала, сыщики оказались перед клиникой Самарского. Когда они попали в холл, к ним подошла уже знакомая медсестра.

– Константин Иванович только что закончил операцию, так что, я думаю, он сможет вас принять, – уверенно сказала она, и Гуров понял, что их уже ждали.

– Нам здесь подождать? – Стас указал на диван возле стенки, на котором уже сидели посетители.

– Да. Присядьте пока. Я сейчас позвоню доктору и скажу ему, что вы уже здесь.

Так как медсестра говорила по телефону очень тихо, разобрать ее слова не представлялось возможным. Но Лев был уверен, что Самарский уже знал об их приходе и, возможно, даже подготовился к разговору.

Не прошло и пяти минут, как к ним снова подошла медсестра.

– Пойдемте, я провожу вас в кабинет доктора, – сказала она.

Поднявшись на второй этаж, они очутились в таком же холле, как и внизу, но только этот был намного уютнее. Судя по единственным дверям, можно было предположить, что тут, кроме кабинета Самарского, ничего не было. Именно к этой двери и направилась медсестра. Сыщики последовали за ней.

– Константин Иванович, к вам товарищи из милиции, – громко произнесла женщина, открыв дверь и просунув туда голову. – Проходите, пожалуйста. – Она отошла от двери, давая возможность сыщикам пройти.

– Теперь меняемся. Ты разговариваешь, а я понаблюдаю за доктором, – тихо произнес Лев, когда они подходили к кабинету.

Известный пластический хирург оказался высоким мужчиной средних лет. Он был одет в темные брюки и светлую рубашку, рукава которой были закатаны по локоть. «Мыл руки после операции», – подумал про себя Гуров. Уложенные волосы, идеально выбритое лицо и запах дорогого одеколона выдавали в Самарском человека аккуратного. Следя за его движениями, Гуров заметил, что врач все делает в несколько замедленном темпе. «Если такой последовательный аккуратист решит стать наемным убийцей, то все его преступления могут оказаться «висяками». Такой, как доктор Самарский, прежде чем уйти с места преступления, все не спеша протрет и вымоет. А попробуй после этого найти хоть какие-нибудь зацепки», – рассуждал Лев Иванович, наблюдая за пластическим хирургом.

Методика ведения допроса у Стаса существенно отличалась от методики Гурова. Его напор и некоторая неделикатность вводили допрашиваемых в легкий шок. Они терялись, и иногда это срабатывало…

– Здравствуйте, госпо… – доктор запнулся на полуслове.

– Гражданин Самарский, вы входите в круг подозреваемых по делу об убийстве Вероники Пахомовой, поэтому отвечайте четко и ясно! Где вы были вчера ночью?

Сказать, что доктор обалдел от такой наглости, – значит не сказать ничего. Его охватил какой-то ступор. Он так и остался стоять с протянутой рукой, которой собирался показать на мягкие стулья, приглашая посетителей присесть. Прошло еще несколько секунд, прежде чем доктор смог взять себя в руки.

– По какому праву вы смеете обвинять меня в убийстве? – начал возмущаться он, но Гуров заметил, что его возмущение было каким-то наигранным.

– Вы были последним человеком, которого видели с убитой, – давил на него Стас.

– Вы ошибаетесь! Когда я расстался с Вероникой, она ждала одного своего знакомого.

– Консьержка сказала, что, кроме вас, она никого не видела.

Доктор на секунду замолчал, но тут же нашелся:

– Вы же можете проверить, кто звонил последним.

– В котором часу вы покинули квартиру убитой?

– В одиннадцать тридцать, – не задумываясь, ответил Самарский.

– Начните по порядку, все с самого начала, – направил его рассказ в нужное русло Гуров.

– В тот день мы с Вероникой договорились встретиться и пойти в ресторан, обсудить предстоящую операцию. После ресторана она пригласила меня к себе. Не успел я снять пальто, как у нее зазвонил телефон. После недолгого разговора Вероника попросила меня покинуть ее квартиру, так как к ней направлялся ее знакомый, и она не хотела, чтобы мы встретились.

– Вы знаете, кто звонил Пахомовой? – спросил Стас, закидывая ногу на ногу.

– Да. Это был ее бывший мужчина, Андрей Соколов. Кстати, очень ревнивый тип! Они даже из-за этого расстались. – Самарский посмотрел на сыщиков, ожидая от них реакции на свои слова, но те продолжали спокойно слушать рассказ доктора.

– А вы по дороге, случайно, не встретили этого Соколова?

– Нет. Я спустился вниз, сел в машину и уехал, – пояснил Самарский.

– А вы видели консьержку в подъезде? Или она вас видела?

– Не обратил внимания, – недовольно ответил доктор.

Лев посмотрел на Стаса, и его красноречивый взгляд сказал помощнику обо всем. То, что консьержки не было на месте в момент убийства, Гуров понял почти сразу, но дело в том, что и у Самарского не было свидетелей, которые могли бы подтвердить, как он в одиннадцать тридцать покинул дом Вероники. «Да что ж ты будешь делать! – расстроился Лев. – Только вроде начали распутывать ниточку за ниточкой, и тут на тебе! Опять снова-здорово! Теперь надо точно выяснить, когда Вера Павловна покинула свой пост…»

– От Вероники я поехал к себе в клинику. У меня есть свидетели. На смене как раз работала Наталья Петровна. Вы ее видели – она встречала вас в холле, – продолжал тем временем Самарский.

«Ну, вот и приехали! Такой преданный свидетель даже под страхом смерти никогда не выдаст своего покровителя, – подумал Лев. – Хотя какие у нас есть доказательства, что это именно Самарский убил Веронику? Может быть, действительно так оно все и было, как он рассказывает? Кто знает? Надо обязательно проверить этого Соколова».

– В любом случае до выяснения всех обстоятельств прошу вас оставаться в городе и никуда не выезжать, – остановившись в дверях, попросил Гуров.

– Я что, арестован? – нервно поинтересовался Самарский.

– Пока это только просьба, – пояснил Гуров.

Доктор вскочил со своего места и, подойдя к окну, резко отдернул половинку шторы. Было заметно, что его что-то тревожит…

* * *

– Ну, что скажешь, Лев Иванович? – спросил Стас, когда они сели в машину.

– Так же, как и Воронина, он знает что-то важное, но не хочет говорить.

– Как думаешь, Лев, он мог убить Веронику?

– Не похож он на убийцу. И ведет себя уверенно… Нет, не он.

– Куда едем, Лев Иванович? – спросил Кирилл.

– На вокзал, Стаса провожать.

– Как провожать? У меня же с собой никаких вещей нет! – возмутился Крячко.

– Да зачем тебе вещи? Всего-то три дня командировки! – Лев незаметно подмигнул Кириллу.

– Это уже не смешно, Лев.

– Давай, Кирилл, на вокзал, – приказал Гуров. – Да не дрейфь ты, Стас. Мы только за билетами заедем. Но сначала заедем в офис к этому рейдеру, чтобы убедиться, действительно ли Соколов уехал в Нижний Новгород или же это просто отговорка, чтобы не встречаться с нами, – подкорректировал маршрут Лев.

– Так билеты можно заказать по телефону! – обрадованно сообщил Кирилл. – На вокзал ехать необязательно! Можно позвонить диспетчеру через Интернет и заказать себе билет.

– Я, Кирилл, привык с людьми общаться вживую, а не через Интернет. Так что на вокзал мы все-таки поедем.

– Как скажете, Лев Иванович.

«Резиденция» Соколова находилась в одном из центральных районов Санкт-Петербурга. Его офис был расположен в современном здании из стекла и бетона. Поднявшись на нужный этаж, сыщики оказались перед дверями с табличкой «Недвижимость от Соколова», перед которыми стоял охранник.

– Вы к кому, господа? – преграждая путь, спросил мужчина в пятнистой форме.

– Нам надо встретиться с господином Соколовым. – Гуров не спешил доставать свое удостоверение.

– Его нет, он в командировке. – Охранник продолжал загораживать своим телом дверь.

– Значит, мы поговорим с его заместителем. – Стас попытался отодвинуть наглого охранника.

– Кроме секретаря, здесь никого нет.

– Значит, поговорим с секретарем, – вмешался Лев, пытаясь разрешить дело мирным путем.

– Вам кого нужно? – Охранник выставил вперед короткую дубинку, недвусмысленно давая понять о своих дальнейших намерениях.

– Спокойно, здесь все свои. – Гуров показал ему свое удостоверение.

Внимательно изучив «корочку», охранник опустил свою дубинку.

– А что сразу не сказали? – отходя в сторону, спросил он.

– Начальник на месте? – снова спросил Лев Иванович.

– Нет. Только что уехал, – задумчиво ответил охранник, но тут же спохватился, поняв, что сболтнул лишнего. – В смысле, уехал в командировку только что, – начал было выкручиваться он, но было уже поздно – сыщики все поняли.

– Мы его здесь подождем, – открывая дверь в кабинет, сказал Лев.

Охранник затоптался на месте, не зная, как ему быть дальше.

– Да ты не дергайся! Все нормально! – хлопнул его по плечу Стас. – Да, вот еще что, – он остановился в дверях, – не стоит звонить своему шефу и сообщать, что мы его ждем. Понял?

Охранник кивнул в ответ.

Войдя в помещение, сыщики оказались не в самом кабинете, а в предбаннике, где за высокой стойкой сидела молодая женщина в очках.

– Если вы к Андрею Ивановичу, то его нет, – сразу сообщила секретарша, едва сыщики закрыли за собою дверь.

– А мы знаем, – весело сказал Стас. – Но ведь он же ненадолго? Поэтому мы его здесь подождем. – И он уселся на мягкий диван.

Секретарша недоуменно смотрела на Стаса, который взял в руки журнал и стал его листать, не обращая на нее внимания.

– Не переживайте. У нас с Андреем Ивановичем назначена встреча, – соврал Гуров, чтобы успокоить женщину.

Положив перед собой журнал записей, секретарша стала просматривать записи.

– Мы по телефону договорились о встрече, – остановил ее сыщик.

Было заметно, как секретарша не находила себе места, не зная, что же ей делать в подобной ситуации.

– Вы нам сделаете кофе? – попросил Стас, оторвавшись от журнала.

– Только мне, пожалуйста, без сахара, – поддержал друга Лев.

Сейчас надо было переключить внимание секретарши на что-то другое и сделать так, чтобы она не натворила каких-нибудь глупостей.

– Да, конечно, сейчас сделаю, – засуетилась женщина.

Не успела она налить кофе, как в приемной зазвонил телефон.

– Да, Андрей Иванович! – громко сказала секретарша.

После нескольких минут кивания она посмотрела на сыщиков.

– Вас здесь дожидаются товарищи из милиции. Да, сейчас передам… – Она протянула трубку Гурову, который сидел ближе, чем Стас.

Лев взял трубку, подождал несколько секунд и ответил:

– Полковник Московского уголовного розыска слушает!

– Здравствуйте, полковник! Вы хотели со мной встретиться?

– Если вы Владимир Соколов, то хотел.

– Я сейчас срочно улетаю в Нижний Новгород по делам, так что, если хотите, мы могли бы поговорить по телефону, – предложил Соколов.

– Назовите, пожалуйста, точный адрес, куда вы направляетесь.

– Точный адрес? – удивился рейдер.

– Да. Возможно, нам придется встретиться с вами именно там.

– А что за срочность такая, полковник? – Голос Самарского выдал его волнение.

– У нас есть к вам несколько вопросов, которые не терпят отлагательств.

– Вы можете найти меня на заводе «Сельмаш».

– Хорошо, Владимир, встретимся с вами там.

Стас внимательно следил за Гуровым, не перебивая его и ни о чем не спрашивая. И только после того, как тот встал с места, он спросил:

– Едем?

Лев посмотрел еще раз на секретаршу, которая делала вид, что совсем не слушает их разговор.

– Да, поехали.

– До свидания, – сказали они в один голос, уже закрывая за собою дверь.

– Счастливо. – Секретарша подняла на них глаза, провожая сыщиков задумчивым взглядом.

* * *

Профессионализм, как и все на свете, имеет свою оборотную сторону. Следователь, получая дело, сначала узнает, какое зло совершил преступник (вернее, в чем его обвиняют), а уже потом ему открывается, что за человек этот самый преступник. Это рождает предвзятость.

Гуров же, наоборот, никогда не терзал себя мыслями по поводу мотивов, обстоятельств и причин преступления. Он искал одно – след. След человека, который совершил то или иное преступление, в частности убийство Вероники Пахомовой. Но этого следа пока не было…

Почти у каждого преступления есть свидетели. И какой бы тайной ни было окутано злодеяние, как бы хитроумно его ни скрывали – оно все равно происходило на чьих-то глазах. В абсолютной пустоте ничего не происходит. Другое дело, что могло не быть живых свидетелей. Но ведь показания – причем объективные, неопровержимые – способны дать все те предметы материального мира, на глазах которых произошло что-то, что составляет предмет расследования. Люди, расследующие преступления, очень долго не могли найти способа общения с вещественными доказательствами – этими бесценнейшими свидетелями…

А потом на помощь пришла наука. Она вывела на сцену борьбы с преступностью голос вещественных доказательств. Но наука беспомощна без человека. Как мертв самый совершенный закон, если он не исполняется, так и хитроумнейший научный метод расследования бесплоден, пока не попадет в толковые руки. И что любопытно, последние достижения криминалистической техники вовсе не избавили сыщика или следователя от необходимости думать. Наоборот, скорее они взвалили на него более тяжкое бремя.

«Чем богаче в наших руках арсенал средств изобличения преступника, тем напряженнее приходится думать, – вспомнил Лев слова одного знакомого следователя. – И знаете почему? Некоторые преступления при неумении использовать бессловесных свидетелей просто относились к разряду безнадежных».

Действительно, бессилие может породить пассивность. Наличие же в арсенале новейших достижений науки и техники, надежных средств установления картины прошедших событий, изобличения преступника по таким следам, о которых он и сам-то может не догадываться, а потому и не успеет уничтожить следы, – все это требует от сыщика не меньшего напряжения мысли, чем если бы в его арсенале находился один лишь знаменитый дедуктивный метод или, к примеру, чисто психологическая интуиция, о которой можно прочесть в любом детективе. Нет, нынешнему, вооруженному до зубов техникой сыщику приходится думать, думать и думать. Вот и в данной ситуации Гурову оставалось только это.

Обо всем этом Лев и размышлял, пока они с Крячко направлялись к машине.

– А сейчас куда? – спросил Стас, открывая заднюю дверь «Волги».

– Тебя провожать.

– А ты чем займешься?

– За меня не переживай, у меня здесь тоже дел хватит. Надо еще раз все перепроверить. Не хватает какого-то звена во всей этой цепочке. Что-то мы с тобой упускаем, Стас, – задумчиво сказал Гуров.

Когда они подъехали к гостинице, Стас, открывая дверь, остановился, обращаясь к Гурову.

– А ты что, Лев, не будешь подниматься в номер?

– Ну, ты же не маленький мальчик, сам соберешь свои вещи, – усмехнувшись, сказал полковник. – Давай только быстрее, а то у меня сегодня еще дела есть.

– Постараюсь.

На самом же деле Стаса пришлось ждать больше получаса.

– Что ты там делал? Ел, спал? – недовольно спросил Лев Иванович, посмотрев на часы.

– Да нет! – бросая рядом сумку, начал Стас. – Никак не мог найти свитер. Пришлось все вещи перерыть, прежде чем я вспомнил, что положил его в шкаф.

– Понятно. Больше ничего не забыл?

– Да вроде бы все взял. – Стас похлопал рукой по спортивной сумке.

– Тогда в аэропорт. – Лев посмотрел на Кирилла, который ожидал дальнейших приказаний.

По дороге Гуров инструктировал своего напарника:

– Как только встретишься с Соколовым, не выкладывай перед ним все карты. Поговори с ним о Веронике, об их отношениях.

– К чему такая осторожность? – не понял Стас.

– У нас на него ничего нет, и, соответственно, прижать мы его не можем. А Соколов этот, если ты не забыл, занимается недвижимостью и поэтому может свободно перемещаться из города в город. Завтра, к примеру, он захочет купить какую-нибудь фабрику на Курилах и отправится туда в командировку. А мы что? Так и будем за ним кататься по всей России? Нет, Стас! Так не пойдет. Так мы с тобой и за полгода не раскрутим это дело.

– Все понял. Постараюсь не спугнуть нашего сокола, – весело ответил Стас.

– А что ты так веселишься, как будто не в командировку едешь, а на курорты Краснодарского края? – удивился Гуров.

– Настроение хорошее, – отмахнулся Стас.

– Ты давай посерьезней, – сурово заметил Лев, покосившись на Крячко.

– Как скажете, товарищ полковник, – приложив руку к виску, улыбнулся Стас.

– На все про все даю тебе два дня! – объявил ему Гуров, и улыбка моментально сползла с лица напарника.

– Как два? Я же ничего не успею!

– У нас больше нет времени! Два дня и так много. Завтра к вечеру ты должен знать всю информацию про этого рейдера, – голосом, не терпящим возражений, сказал Лев.

Стас задумался и молчал до самого аэропорта.

– Эти частники все заполонили – встать даже некуда! – возмутился Кирилл, пытаясь припарковаться как можно ближе ко входу в здание аэропорта.

– Все кушать хотят. – Стас положил себе на колени сумку.

Когда же наконец младший лейтенант смог пристроить «Волгу» между двух иномарок и полковники вышли из машины, Лев снова обратился к своему напарнику:

– У нас есть заключение эксперта, что частички тканей под ногтями Вероники могут принадлежать убийце, поэтому если бы ты смог взять образцы ДНК у нашего рейдера, то можно было тогда их сравнить и выяснить, причастен ли он к этому делу.

– Вот это ты мне задачки, Лев, даешь! – Стас остановился как вкопанный. – И как ты себе это представляешь? Я приезжаю в Нижний Новгород, открываю центр переливания крови для рейдеров и жду, пока Соколов явится добровольно сдавать кровь? Так, что ли, по-твоему?

– Не знаю как, но это надо сделать, – пропуская мимо ушей возмущение Крячко, отрезал Гуров.

– Ладно. На месте разберусь.

– Ты пойми, Стас, без жестких доказательств мы ни Соколова, ни кого другого не сможем прижать.

– Да все я понимаю, Лев, – кивнул Стас, пропуская Гурова вперед за стеклянную дверь аэропорта.

Здание аэропорта представляло собой огромное помещение, готовое вместить в себя не одну тысячу человек, но при всем при этом сегодня, как назло, народу было в два раза больше. Чтобы пройти к кассе, сыщикам пришлось не только проталкиваться среди толпившихся пассажиров, желающих улететь ближайшим рейсом, но и буквально перепрыгивать через целые «залежи» всевозможных сумок и чемоданов.

Когда Гуров попытался пробраться к кассе, одна из женщин, стоявших в очереди, стала громко возмущаться:

– Мужчина, мы стоим здесь уже три часа, а вы только подошли и сразу хотите быть первыми в очереди?! Нет! Ну, это прямо наглость какая-то!

Не собираясь вступать с ней в полемику, Лев вытащил из кармана удостоверение и сунул его под нос скандалистки. Быстро пробежав по нему глазами, женщина отвернулась в сторону, а остальные пассажиры поспешили расступиться перед полковниками.

– Нам нужно срочно вылететь в Нижний Новгород, – нагнувшись к окну, сказал Лев Иванович.

– Билеты есть только на завтра, – ответила молодая девушка, сидящая за стеклом.

Лев Иванович просунул руку в окно и показал ей «корочку». Взглянув на нее, девушка повторила:

– На сегодняшние рейсы все билеты проданы.

Повернувшись к Стасу, Гуров щелкнул языком. Постучав удостоверением по костяшкам пальцев, он огляделся и, поймав взглядом табличку «Администратор», взял Крячко под руку.

– Придется обращаться к вышестоящему начальству. – Он подтолкнул Стаса по направлению к стеклянной витрине, за которой сидела пожилая женщина с высокой прической.

– Здравствуйте! – громко сказал Лев, когда они оказались возле стеклянной перегородки с надписью «Администратор».

Женщина подняла усталый взгляд и, подперев голову руками, стала внимательно рассматривать двоих мужчин.

– Нам нужно сегодня же улететь в Нижний Новгород, – пояснил Гуров.

– Вас двое? – равнодушно спросила женщина с высокой прической.

– Нет. Он один. – Лев Иванович показал на своего напарника.

– Билетов нет, – так же спокойно ответила администратор и снова перевела свой взгляд на экран компьютера.

Лев Иванович, ничего не говоря, подошел к двери и потянул ее на себя. К счастью, она оказалась открытой, и ему не пришлось брать кабинет штурмом.

Женщина с высокой прической недовольно повернулась к Гурову.

– Сюда нельзя заходить! Выйдите сейчас же! – Она уже собиралась встать со своего места, когда Гуров, выставив вперед удостоверение, пошел на нее в атаку.

– Вчера была убита дочь генерала МВД Пахомова. Предполагаемый убийца сейчас находится в Нижнем Новгороде, поэтому ваше бездействие будет расценено как возможная попытка помешать органам в задержании преступника. Вы обязаны предоставить нам одно место в салоне самолета на ближайший рейс, – закончил Лев, смотря в упор на администраторшу.

Недовольство на лице женщины сменилось сначала удивлением, потом испугом, и в конце концов ее глаза забегали в растерянности. Она явно не знала, как ей быть дальше.

– Мы вас здесь подождем, – помог ей Лев.

– Да-да, конечно! – спохватилась администратор, беря в руки трубку телефона. – Алло, Наташа! Сколько у нас забронированных мест на рейс двадцать три семнадцать?

После этого она слушала отчет своей подчиненной, кивая в ответ головой.

– Так, хорошо. Мне нужно одно свободное место на этот рейс.

Гуров стоял рядом с женщиной и слышал, как ее подчиненная громко оправдывалась, объясняя, что места на этот самолет все проданы, но администратор перебила ее:

– Сейчас к тебе подойдут товарищи из милиции, и ты продашь им один билет, – приказным тоном сказала она и положила трубку. – Пройдите, пожалуйста, к пятой кассе – вам там выпишут билет на ближайший рейс до Нижнего Новгорода, – нацепив услужливую маску, заулыбалась администратор.

Ничего не ответив, Лев направился к двери.

– Ну что, полет не отменяется? – Стас подхватил сумку и поспешил за полковником.

– Не отменяется! – огрызнулся Лев.

Когда же наконец все процедуры были закончены и сыщики стояли возле стойки, ожидая приглашения на посадку, Гуров положил руку на плечо своего друга.

– Постарайся выжать из него как можно больше информации. Понимаю – времени мало. Но сроки, сроки… Орлов из нас отбивные сделает.

– Постараюсь, Лев, постараюсь!

В это время из динамиков прозвучало объявление о начале регистрации на рейс, и сыщики пожали друг другу руки.

– Ни пуха ни пера! – пожелал Лев.

– К черту!

Гуров повернулся и направился к выходу. Сегодня его ждало еще немало работы…

* * *

Когда они с Кириллом отъехали от здания аэровокзала, младший лейтенант повернулся к Гурову.

– Теперь на пару дней остались одни, без помощника?

– Как без помощника? А ты на что?

Кирилл сначала удивился, но потом, выровняв осанку, уверенно сказал:

– Если понадобится моя помощь – обращайтесь, товарищ полковник.

– Для начала, давай-ка мы, Кирилл, заедем на квартиру к Веронике. Хочу еще раз все проверить.

– Вы же уже там три раза были за последние сутки, – хмыкнул младший лейтенант.

– Для того чтобы распутать какое-то преступление, надо несколько раз возвращаться к одному и тому же, начиная все сначала, – назидательно сказал Гуров.

…Как только они вывернули из-за угла дома Вероники, то увидели, что перед самым подъездом стоит пожарный расчет и милицейский «бобик».

– Интересно, что там произошло? – сворачивая на обочину, младший лейтенант освободил дорогу для других машин.

– Сиди здесь, а я пойду посмотрю. – Лев взялся за ручку двери. – Жди меня здесь!

– Слушаюсь, товарищ полковник.

Подойдя к стоявшему возле машины пожарнику, Гуров поинтересовался:

– Что случилось? Кто-то горит?

– Нет. Ложный вызов, – пояснил пожарник, явно недовольный чьими-то шуточками, которые стали происходить сейчас чуть ли не каждый день.

– А в какой квартире?

– В сто пятой, по-моему, – спокойно ответил пожарник.

Услышав номер квартиры Вероники, Лев ничего не говоря, бросился к подъезду. «Может, кто-то позвонил в пожарную охрану и вызвал наряд, чтобы скрыть улики?» – размышлял он, поднимаясь по лестнице. Но все его опасения закончились, когда он увидел этажом ниже квартиры Вероники скопление народа, среди которого были как пожарные с милицией, так и простые любопытные граждане. Все они стояли на лестничной площадке, обсуждая произошедшее.

– Что здесь произошло? – обратился Лев к стоящему рядом сержанту. – Полковник уголовного розыска, – показал он удостоверение.

– Кто-то сообщил дежурному, что в квартире девяносто пять пожар, возможно, поджог.

– Кто звонил, выяснили? – Лев попытался пройти в квартиру; что-то подсказывало ему, что этот ложный вызов был как-то связан с их убийством.

– Пока нет, но сейчас выясняют.

– Людей уберите. Что-то их здесь слишком много собралось.

– Сейчас сделаем! Так, товарищи! Не загораживаем проход!

Пройдя в квартиру, Гуров встретился там со знакомыми ему курсантами, которых представил ему капитан Родионов в первый день знакомства. «Молодцы» заметили полковника, и один из них поспешил доложить обстановку.

– Час назад на пульт дежурному поступило сообщение об умышленном поджоге… – начал он, но Гуров перебил его:

– Мне интересуют детали: кто вызвал и зачем?

– Выясняем.

– Я буду в сто пятой квартире. – Лев показал глазами наверх. – Как что-то выясните, придете и доложите. Ясно?

– Так точно, товарищ полковник!

Гуров поднялся этажом выше и, достав ключи, стал открывать опечатанную дверь. Неожиданно сзади него раздался чей-то голос. От неожиданности полковник вздрогнул. Обернувшись, он увидел перед собой старушку, лицо которой было покрыто морщинами, хотя глаза по-прежнему оставались живыми.

– Извините, что испугала. – Старушка приложила руки к груди.

– Ничего страшного. – Лев, увидев перед собой пожилого человека, подавил в себе первый порыв раздражения. – Что вы хотели?

– Я Тарасова Пелагея Семеновна из квартиры напротив, – пояснила старушка. – Меня не было дома – я была у дочери, пока не услышала сегодня по телевизору об убийстве Вероники.

Она показала на дверь убитой, и тут сыщика словно током ударило. Он моментально вспомнил о том, что именно эту старушку из квартиры напротив не встретил капитан, который опрашивал свидетелей. Эта была именно та соседка, дверь которой находилась в аккурат напротив двери Вероники, а значит, она могла видеть, что-то такое, чего не увидел бы никто. Лев Иванович повернулся лицом к Пелагее Семеновне и представился:

– Меня зовут Лев Иванович Гуров. Я оперуполномоченный Московского уголовного розыска. Вы хотите поговорить со мной?

Для людей ее поколения слова «уголовный розыск» действовали, как удав на кролика. Старушка вжала голову в плечи и тихо сказала:

– Да, если можно.

Лев на секунду задумался – он не знал, как ему поступить в данной ситуации. Пригласить соседку в квартиру к убитой было как-то неудобно, а к себе она тоже пока не приглашала. Вопрос решился сам собою. Снизу послышались чьи-то шаги, и Гуров заметил, как старушка занервничала. «Видимо, не хотела, чтобы кто-то из соседей видел, как она разговаривала с сыщиком», – решил он. Шаги приближались, Гуров ждал. Наконец старушка не выдержала и, показав ему на свою дверь, предложила:

– Пойдемте ко мне – я вас чаем угощу, а заодно расскажу, что знаю.

– Пойдемте, – сразу согласился Гуров, обрадованный тем, что все сложилось как нельзя лучше.

– Только сначала надо забрать из квартиры Хуча, – остановила его старушка.

– Кого? – не понял сыщик.

– Кот Вероники – Хуч, – пояснила соседка, – он уже мяукал с утра. Наверное, есть хочет.

– Никакого кота там нет, – уверенно сказал Лев, подозрительно посмотрев на старушку.

– Есть, есть. – Старушка подошла к двери и позвала кота по имени: – Хуч, Хуч!

К удивлению Гурова, из-за двери послышался сначала какой-то шорох, а потом лестничную площадку разразил громкий протяжный звук голодного кота. Гуров больше удивился тому, как могли оперативники, да в принципе и он сам, не увидеть, что в квартире находится животное. Когда он открыл дверь, на пороге стоял огромный пушистый кот, чистокровный холеный перс.

– Хуч, Хуч, – позвала его соседка, протягивая к нему руку.

Кот, недоверчиво поглядывая на Гурова, остался стоять на месте. Старушка снова позвала кота. В конце концов чувство голода взяло верх, и Хуч сделал осторожные шаги по направлению к старушке. Оказавшись на руках соседки, кот замурлыкал, а старушка, поглаживая пушистое животное, направилась к двери своей квартиры.

Квартира Пелагеи Семеновны напоминала частный дом матери уголовника Гнездилова. Было такое ощущение, что вся обстановка была сделана под копирку. Те же занавески и салфетки с вышивками, та же мебель с облупившимся лаком. И тот же ковер на стене.

– Присаживайтесь – я сейчас чайник поставлю. – Пелагея Семеновна подошла к газовой плите и, взяв спички, подожгла газ под железным чайником со свистком.

Лев не торопил старушку, интуитивно чувствуя, что она должна сообщить ему что-то очень важное. Тем временем хозяйка достала из деревянного буфета вазочку с конфетами и печеньем и поставила перед сыщиком.

– Угощайтесь, пожалуйста. Сейчас уже и чай согреется.

– Спасибо большое за угощение, Пелагея Семеновна, но я сладкое не очень люблю, – соврал Гуров. Представив себе, на какие деньги живет эта пенсионерка, он просто постеснялся притронуться к угощению.

Засвистел чайник. Когда старушка наполнила керамические кружки свежим ароматным чаем с травами, Гуров решил, что настало время спросить о деле:

– О чем вы хотели со мной поговорить, Пелагея Семеновна?

– Да-да, конечно. – Старушка отодвинула чай в сторону. – Вчера утром я поехала к дочке – она у меня живет на другом конце города, поэтому я выезжаю очень рано. Вот. – Она разгладила складку на скатерти. – Пока там помогала ей по хозяйству, некогда и телевизор было посмотреть. А сегодня включила и сразу увидела фотографию Вероники в новостях. Сначала подумала, что она пошла на повышение – все-таки на такой должности работает, – а тут говорят, что ночью ее убили… – Старушка смахнула набежавшую слезу. – Извините.

– Продолжайте, пожалуйста, Пелагея Семеновна. – Лев внимательно слушал хозяйку, понимая, что все самое важное еще впереди.

– Вот, значит. Я сразу же собралась и приехала домой, сказав дочке, что могу помочь милиции, так как кое-что знаю… – Пелагея Семеновна сделала загадочное лицо.

– И что же вы можете сообщить? – не выдержал Гуров.

– В тот вечер – вернее, ночь – я видела всех, кто приходил к Веронике, – заявила Пелагея Семеновна.

– Их было несколько? – удивился Лев.

– Да. А вы что, не знали?

– Нет.

Старушка уже открыла рот, чтобы продолжить свой рассказ дальше, но Гуров остановил ее:

– Пелагея Семеновна, давайте начнем все с самого начала и вспомним все точно по времени. Начинайте, а если что, я вас буду поправлять, ладно? – Полковник уселся поудобнее.

– В тот вечер я пекла пирожки, – начала Пелагея Семеновна, – теста получилось много, и мне пришлось сходить в магазин и купить еще повидло, чтобы использовать тесто – не выкидывать же добро? Во-от… – Хозяйка на мгновение задумалась, но тут же спохватилась, поймав мысль. – Иду я, значит, из магазина и вижу, как Вероника ругается с каким-то мужчиной возле подъезда. Сильно так ругается!

– В котором часу это было? – спросил Лев Иванович, доставая блокнот.

– В шесть часов вечера.

– А вы запомнили этого мужчину? – Гуров ловил каждое слово старушки.

– Конечно, – уверенно ответила Пелагея Семеновна.

– И сможете его описать? – Лев не верил своим ушам.

Старушка снова задумалась, видимо, вспоминая внешность мужчины.

– Могу попытаться. Я ведь в свое время десять лет проработала в паспортном столе, так что память на лица у меня есть, – гордо сказала она.

– Что же было дальше?

– Дальше? А дальше было все, как в сериале «Маргарита» – не смотрели такой фильм? – неожиданно спросила старушка.

– Нет, не смотрел. – Лев улыбнулся уголками губ. – Продолжайте, Пелагея Семеновна.

– Вероника прекратила ругаться с этим мужчиной и хотела уйти, но тот схватил ее за руку. Они снова начали скандалить.

– Вы все это видели со стороны?

– Да. Я присела на лавочку возле подъезда отдохнуть, ноги устали, вот поэтому все и видела, – пояснила Пелагея Семеновна.

– А дальше что было? – Лев уже стал понимать, что старушка, скорее всего, рассказывает ему незначительные вещи, как вдруг она огорошила его своим следующим предложением.

– А потом он сказал, что убьет ее, – произнесла Пелагея Семеновна, снизив голос.

– Что, прямо так и сказал?

– Так и сказал: «Я тебя убью, сука!» – подтвердила старушка.

Лев Иванович смотрел на хозяйку и не верил своей удаче. Перед ним сейчас сидел свидетель того, что некий мужчина открыто угрожал Веронике и мог быть настоящим убийцей. Осталось только выяснить, кто он.

– Пелагея Семеновна, давайте вернемся с вами к тому мужчине. Начните с одежды.

– Одет он был, как и все сейчас… – начала расплывчато Пелагея Семеновна.

– Поточнее, пожалуйста.

– Пальто, кепка, ботинки.

– Меня интересуют мелкие детали, – стал объяснять ей Гуров, – цвет вещей, длина пальто и так далее.

– А! Подождите, сейчас вспомню. Та-ак. Пальто было у него черное и длинное. Ботинки тоже черные. – Она задумалась. – Да, и кепка тоже была черная! – обрадовано сообщила Пелагея Семеновна, искренне веря в то, что очень помогла Гурову.

Лев в который раз начал сомневаться в своей удаче, так как искать мужчину по таким описаниям не то что сложно, а просто не представлялось возможным. И он решил действовать по-другому:

– Скажите, Пелагея Семеновна, а не было ли в этом мужчине что-то такого, что могло бы броситься вам в глаза?

– Не-ет, – протянула старушка, – нормальный мужчина, не хромой, не косой. – Говоря это, она смотрела в окно, как бы вспоминая детали. – Хотя постойте! У него был шрам на лице! Да, точно, был шрам!

– Вспомните, пожалуйста, какой шрам и где он находился? Это очень важно.

– Шрам был на лице. Вернее на щеке, – поправилась старушка. – Подождите, – она стала крутить головой, прикладывая руку к лицу, – на левой, точно на левой!

– Так! А вот это уже существенно! – Гуров сделал пометку в блокноте. – Что же было потом?

– Ничего. Потом я поднялась к себе и стала доделывать пирожки.

– Вы говорили, что видели всех, кто приходил тогда к Веронике…

– Да, приходили. Но только это было потом – вечером, ближе к ночи, – пояснила старушка. – Двое мужчин и женщина.

– Какая женщина? – Гуров снова ничего не понимал.

– Наверное, ее подруга.

– Почему вы так решили?

– Так она раньше часто к ней приходила.

Еще не веря в свое предположение, Лев Иванович достал из кармана фотографию Ксении Ворониной.

– Скажите – это она?

– Да, она.

Гурова так и подмывало сорваться с места и поехать к Ворониной, но он ждал окончания рассказа старушки. А дальше было еще интересней и запутанней…

* * *

Расположившись в кресле самолета, Крячко огляделся вокруг. Салон, в котором находился полковник, был эконом– класса, поэтому публика здесь была самой разношерстной: коммерсанты средней руки, банковские служащие и обычные люди, зарплата которых позволяла им летать самолетом. Многие пассажиры, которые уже заняли свои места, как и полковник, крутили головами в поисках стюардессы. Время полета было не таким долгим, поэтому Стас собирался немного подкрепиться и подремать. Он был почти уверен, что в этой командировке времени для отдыха не будет.

Дело действительно было очень запутанное. Все подозреваемые, которых они «пробивали», на поверку оказывались «пустышками». У одних было железное алиби, а другие – такие, как стриптизер или Лазарь Петрович – вообще оказывались ни при чем. «Будем надеяться, что моя командировка поможет пролить свет на многие вещи», – думал Стас. Он прекрасно понимал: что чем дольше они будут искать убийцу, тем меньше времени и шансов у них останется. Стас переживал по этому поводу не меньше Гурова, хотя и не всегда показывал это. Но самой большой проблемой было сейчас то, что Стасу предстояло как-то изловчиться и взять у рейдера Соколова образец ДНК. А судя по роду занятий, этот Соколов был непростой парень, и взять его голыми руками будет не так-то легко. Надо было во что бы то ни стало придумать какой-нибудь хитрый ход.

– Что-нибудь желаете? – услышал полковник над своим ухом.

Подняв голову, он увидел симпатичное лицо молоденькой стюардессы, которая, улыбаясь, стояла возле кресла сыщика.

– Напитки, шоколад? – еще раз предложила она.

Стас растерялся от неожиданного присутствия рядом с собой такой красивой девушки и поэтому не сразу понял смысл ее вопроса.

– Нет, спасибо. Мне ничего не надо.

Стюардесса толкнула вперед блестящий столик, на котором стояли маленькие бутылочки с разными напитками и коробочки с шоколадными конфетами. Когда стюардесса сделала шаг и остановилась возле соседнего кресла, Стас пришел в себя.

– Извините, девушка! – обратился Стас.

Стюардесса повернула голову и посмотрела на сыщика, продолжая улыбаться.

Стас слегка стукнул себя по лбу.

– Сразу не сообразил, – сделал он невинное лицо. – Мне, пожалуйста, что-нибудь посерьезней.

Теперь стюардесса сделала удивленное лицо, подняв брови вверх.

– Я имел в виду перекусить.

– У нас в ассортименте есть бутерброды и салаты. Вот посмотрите, пожалуйста. – Она протянула красочный листок, на котором были напечатаны названия блюд.

Пробежав глазами по названиям, Стас вернул ей меню.

– Салат «Цезарь» и два бутерброда с сыром, – заказал он.

– Хорошо, сейчас вам принесут. – Девушка взяла меню и снова повернулась к пассажирам, сидящим впереди полковника.

Спустя некоторое время ему принесли пластмассовый поднос, на котором лежал его заказ. Подкрепившись, Стас почувствовал себя намного лучше и уже собирался подремать, усаживаясь поудобнее, как сосед справа обратился к нему с вопросом:

– Извините, пожалуйста…

Стас посмотрел на сидящего рядом пожилого мужчину в костюме и галстуке.

– Я слушаю.

– Скажите, вы хорошо знаете Нижний Новгород?

– Так, относительно. А что?

– Да меня вот послали в командировку, а я город совсем не знаю. Хотел у кого-нибудь узнать, где там что находится, чтобы не плутать, как слепой котенок.

– Что именно вас интересует? – Стас хотел быстрее отвязаться от этого соседа, чтобы наконец-то подремать, так как времени оставалось все меньше и меньше.

– Меня прежде всего интересует гостиница. Ну, чтобы была недорогая и приличная.

Стас задумался. Ему самому предстояло остановиться на пару дней в городе, но он еще пока не думал об этом, считая, что в настоящее время это не проблема.

– Вы знаете, я сам еду в Нижний Новгород в командировку, и сам буду останавливаться в гостинице, так что, если вы не против, можете из аэропорта вместе со мной туда и отправиться, – предложил Стас, чтобы быстрее закрыть этот вопрос. – Приличная и по цене нормальная.

– Спасибо большое! Вы меня очень выручили, а то ведь я так редко бываю в командировках, что совершенно не могу ориентироваться в чужом городе. Еще раз большое спасибо, – поблагодарил мужчина, видя, как Стас откинулся на спинку кресла, собираясь наконец-то отдохнуть.

Полковник кивнул в ответ и моментально отключился.

* * *

Когда шасси коснулись бетонки, Крячко открыл глаза и посмотрел по сторонам. Пассажиры отстегивали ремни безопасности, готовясь покинуть салон самолета. Крайние ряды пассажиров прильнули к иллюминаторам, наблюдая, как за стеклом вдалеке проносятся огни ночного города. Голос командира корабля сообщил о том, что они удачно приземлились, и все пассажиры захлопали. Полковник подхватил свою сумку и двинулся к выходу. Когда он спустился с трапа, то услышал за спиной чье-то прерывистое дыхание. Повернувшись, он увидел бегущего рядом с ним соседа, который изо всех сил старался поспевать за сыщиком. Стас вспомнил свое обещание помочь ему с гостиницей и снизил темп.

– Спасибо, что подождали, а то я уже стал бояться, что могу потерять вас, – поблагодарил сыщика мужчина, немного отдышавшись.

В тот момент, когда они вышли из здания аэропорта, часы показывали десять часов вечера. Стоило им только остановиться и поставить у ног сумки, как к ним тут же подбежали несколько таксистов кавказской национальности.

– Куда ехать, дорогой? Недорого отвезем, поехали, – начали они наперебой.

– Нет, спасибо, нам недалеко, – отмахнулся Стас, смотря поверх голов таксистов. – Нам туда! – повернувшись к мужчине, скомандовал он и показал в сторону, где заканчивались стройные ряды машин с шашечками.

Подхватив сумки, они двинулись к одиноко стоящим «Жигулям». Полковник Крячко бывал в командировках частенько и поэтому хорошо знал, как сэкономить свои деньги и не тратить их попусту, переплачивая на каждом шагу.

– Первое, что должен уяснить каждый человек, приезжающий первый раз в незнакомый город, – это то, что не стоит пользоваться услугами такси прямо на вокзале, – сообщил избитую истину Стас идущему рядом с ним мужчине. – Вас не только накажут рублем, но также можно вообще остаться без денег и документов.

Мужчина тяжело дышал, стараясь поспевать за сыщиком, и только кивал в ответ, соглашаясь со словами полковника.

– Стоит вам только отойти на сотню метров, как вас так же отвезут, куда требуется, но уже за совсем другие деньги, – продолжал Стас, подходя к белой «десятке». – Гостиница «Славянская» – сколько? – обратился Стас к парню, стоящему возле машины.

– Двести пятьдесят, – оценивая будущих пассажиров цепким взглядом профессионального «бомбилы» ответил парень.

– Ну, это еще куда ни шло. Поехали. – Стас подошел к багажнику машины, давая понять, что они согласны.

В Нижнем Новгороде Крячко бывал нечасто, но уже мог сносно ориентироваться в его районах и примерно знал, где что находится. Его попутчик, видя уверенность Стаса, безмолвно следовал за ним, полностью доверяя своему «экскурсоводу». И только когда они сели в машину и тронулись с места, он заговорил:

– Давайте познакомимся? Меня зовут Валерий Николаевич!

– Станислав Андреевич! – ответил на рукопожатие полковник.

– Извините, Станислав Андреевич, а вы в Нижнем Новгороде по делам или как?

Шофер посмотрел на них в зеркало заднего вида. С самого начала он был уверен, что эти двое мужчин являются если не родственниками, то хотя бы знают друг друга уже давно, поэтому их знакомство заставило его присмотреться к ним повнимательнее.

Стас заметил удивленный взгляд парня за «баранкой» и, понимая его опасения, ответил:

– Я полковник Московского уголовного розыска и здесь в городе по делу.

Валерий Николаевич хмыкнул в ответ и представился сам, чем тоже удивил полковника:

– Старший инспектор налоговой службы по Московскому округу. Как я уже говорил, в Нижнем Новгороде тоже по делу.

Стас, услышав должность своего попутчика, слегка удивился, так как с первой их встречи считал его каким-нибудь чиновником мелкого пошиба.

– Так что же получается, что мы с вами, можно сказать, коллеги?

– Получается, что так! – ответил Валерий Николаевич.

Всю оставшуюся дорогу до гостиницы шофер продолжал время от времени поглядывать на своих пассажиров удивленным и заинтересованным взглядом.

Гостиница «Славянская» представляла собой высокое здание, первый этаж весь в огромных окнах. Попав сюда первый раз, Стас отметил для себя, что в этой гостинице, при ее весьма сносных ценах на номера, можно было не только прилично поесть в здешнем ресторане, но и в целом обслуживание клиентов заслуживало того, чтобы вернуться сюда еще раз. Расплатившись с таксистом, они с налоговиком вошли в огромный холл, где неожиданно для себя увидели людей, толпящихся возле стойки администратора. Все они кто просил, а кто и требовал для себя свободный номер. Услышав громкий голос администратора, сообщающего о том, что мест нет, Стас недовольно скривился. Сейчас, когда время приближалось к полуночи, ему совсем не хотелось искать другую подходящую гостиницу, и поэтому он решил действовать наверняка.

– Стойте здесь! – Он поставил свою сумку возле ног инспектора.

– Думаете, получится? – сразу все понял Валерий Николаевич.

– Посмотрим. – Стас подмигнул своему попутчику.

Подойдя вплотную к возмущенным гражданам, полковник громко обратился к ним:

– Разрешите пройти!

Его голос был настолько громким, уверенным и резким, что толпа сразу же расступилась, образовав своеобразный коридор, в конце которого находилась стойка администратора. Напустив на себя деловой вид, Стас положил на стойку свое удостоверение.

– Для нас должен быть заказан двухместный номер.

Администратором была крупная женщина с «химией» на голове и яркой помадой на губах. Было видно, что она чувствовала себя здесь хозяйкой и на всех приезжих смотрела свысока. Будучи в этой гостинице последний раз, Стас этой женщины не видел и, еще подходя к стойке, сделал вывод что, скорее всего, она работает здесь совсем недавно, а значит, могла его и не помнить. Но в любом случае Стас решил не отступать, а идти до конца. Когда он сказал ей о заказанном для них номере, она повернула к нему свою кучерявую голову и взяла в руки его удостоверение. Внимательно изучив раскрытую «корочку», она подняла глаза на Стаса, сверяя фотографию и стоящего перед ней мужчину, затем, положив перед Крячко его удостоверение, она открыла журнал и стала просматривать записи. Стас понимал, что его блеф в данной ситуации может и не сыграть, но отступать было некуда.

– У нас в журнале ничего не отмечено по поводу вашего приезда. – Администратор подняла на Стаса глаза.

– Должна быть. Вы хорошо посмотрите. – Стас даже попытался улыбнуться, чтобы расположить к себе эту женщину.

– А что мне смотреть? Говорю вам – записи нет.

Стас почувствовал, как в нем начинает закипать злость.

– Тогда наберите номер МУРа и спросите сами: почему они не заказали для нас номер?

Администратор немного опешила от такого напора, но вступать в полемику с полковником не стала. Посмотрев на стоящих рядом граждан, она несколько нервно достала два бланка и протянула их Стасу:

– Заполните, пожалуйста!

Не успел Стас взять заветные бланки и отодвинуться в сторону, как толпа моментально накинулась на администратора, высказывая ему свои претензии, но сыщика это уже не волновало.

– Валерий Николаевич! – позвал он своего попутчика.

– А я уж было подумал, что нам придется искать новую гостиницу, – увидев бланки, весело сказал инспектор налоговой службы.

– Честно сказать, я и сам так подумал в какой-то момент, – признался Стас.

Закончив все формальности, они поднялись в номер и стали располагаться. Несмотря на позднее время, Стас решил принять душ. Когда же он, посвежевший и бодрый, вышел из ванной комнаты, то увидел, что Валерий Николаевич сидит за накрытым столом, на котором в пластмассовых тарелках лежат нарезки колбасы, сыра и другой закуски. Посередине лежала копченая курица, запах которой уже распространился по номеру, заставляя Стаса вспомнить о том, что последний раз он ел очень давно. Рядом с аппетитной курицей стояла бутылка армянского коньяка. Удивленно посмотрев на сервированный стол, полковник поинтересовался у инспектора:

– Когда вы все это успели? Вы что, ходили в ресторан?

– Да нет же! – улыбнулся инспектор. – Это жена мне собрала в дорогу, чтобы я не умер с голоду в командировке. Присаживайтесь, Станислав Андреевич, отужинаем.

– С удовольствием! – охотно согласился полковник, усаживаясь напротив.

– Я думаю, что можно немного выпить за знакомство, – предложил инспектор. – Вы не против?

– Не против, но с одним условием.

– Каким? – Инспектор замер с бутылкой в руке.

– Предлагаю перейти на «ты». Раз уж так случилось, что мы оказались в одном городе и в одной гостинице, да еще и собираемся выпить, то считаю, что мы можем обойтись без всякой официальности.

– Согласен!

Несмотря на позднее время, после второй выпитой рюмки мужчин потянуло на разговоры.

– Меня всегда привлекала профессия оперуполномоченного, – начал Валерий, – мне почему-то кажется, что это настоящая мужская профессия – все эти погони, задержания… – Валерий Николаевич сделал мечтательное лицо.

– Не хочу тебя расстраивать, Валера, но все гораздо прозаичней, – Стас отломил себе изрядный кусок курятины. – В основном приходится проводить немало подготовительной работы, прежде чем настанет момент задержания преступника.

– Все равно мне кажется, что вот эти расследования, слежки за подозреваемыми – все это очень интересная работа, – не согласился инспектор.

– А почему же ты тогда не пошел работать в органы?

– У меня врожденный порок сердца, – неожиданно признался Валерий, – меня из-за этого даже в армию не взяли.

– Понятно… – протянул Стас. – Но все равно ты в каком-то роде тоже борешься с преступностью.

– Вот именно – в каком-то роде, – повторил Валерий. – Моя работа связана только с бумажной волокитой – и никакой романтики.

– Что-то я не совсем понимаю, зачем тебя послали сюда в командировку? – решил сменить тему Стас. – У них что, в Нижнем своих налоговых инспекторов нет? Или понадобилась какая-то серьезная проверка сверху?

Валерий глубоко вздохнул, посмотрев на Стаса.

– Я здесь по работе, но, так сказать, в частном порядке.

– Не совсем понимаю. – Крячко заинтересованно посмотрел на своего собеседника.

– У меня есть друг, с которым мы дружим уже больше двадцати лет, – начал свой рассказ Валерий. – Он раньше тоже жил в Москве, но потом ему предложили возглавить большой завод, и он переехал сюда.

Чужие жизненные истории всегда привлекают людей, и Стас в этом отношении тоже не был исключением. Вот и сейчас он сидел и с интересом слушал Валерия.

– Потом Союз распался, и все полетело в тартарары. – Валерий потянулся за бутылкой. – Какую страну развалили! – Он посмотрел на Стаса глазами, полными горечи.

– Да-а… – протянул Стас, полностью соглашаясь со своим новым знакомым. – Что же случилось потом?

– Михаил Степанович – так зовут моего друга, – продолжил Валерий, – во всей этой неразберихе смог не дать развалиться своему заводу. Вплоть до недавнего времени.

– А я всегда считал, что кто смог выжить в 90-х, тому сейчас уже ничего не страшно, – признался Стас.

– Так оно и было, – подтвердил Валерий, – пока не появились рейдерские компании.

– Так-так, и что же дальше? – Стаса еще сильнее заинтересовал рассказ налогового инспектора, так как ему самому предстояло встретиться с Соколовым, который тоже был «прихватизатором».

– Ты знаешь, Стас, что такое рейдерские компании? – видя интерес в глазах своего собеседника, спросил Валерий.

– Так, в общих чертах, – развел руками Крячко. – Знаю только, что они не совсем законными способами пытаются завладеть разного рода предприятиями.

– Правильно. Только не пытаются, а именно завладевают, любыми правдами и неправдами.

– И что, у них там все законно? – поинтересовался Стас.

– Почти всегда. Они скупают акции предприятия у работников того или иного предприятия. А когда у них в руках оказывается контрольный пакет, они назначают своего директора и меняют весь состав правления. А там уже дело техники. Они объявляют предприятие банкротом и продают его за долги. Естественно, подставным лицам. Само же предприятие их мало интересует. Им важна земля, на которой он стоит. Самое дорогое – это земля. Сегодня ведь много иностранных инвесторов желает приобрести землю в России.

– Ничего себе! – искренне удивился Стас. – Да так ведь всю Россию можно по кускам продать.

– В капиталистическом обществе живем. – Валерий невесело хмыкнул. – Законы бизнеса превыше всего!

– Значит, у твоего друга появились проблемы с этими рейдерами, и он попросил тебя приехать ему помочь? – догадался Стас.

– Ты – настоящий сыщик! С ходу понял весь смысл начатого мною рассказа! – улыбнулся Валерий. – Именно так. Я здесь, чтобы помочь другу отстоять свой завод.

– А почему тогда ты не остановился у друга, а поехал в гостиницу? – Стас вытер руки салфеткой.

– У него сейчас в гостях внуки, и мне бы очень не хотелось чувствовать себя неудобно, стесняя их, – объяснил Валерий.

– Понятно. Ну что, будем ложиться спать? – Стас поднялся из-за стола.

– Думаю, что уже пора.

Убрав со стола остатки еды, они легли по своим кроватям. Не прошло и пяти минут, как в номере послышалось сопение двух мужчин.

Никогда не любивший рано вставать, Стас, преодолевая сонное состояние, открыл глаза и посмотрел на часы. Семь тридцать. Крячко посмотрел на соседнюю кровать. Она оказалась пуста. Прислушавшись, Стас понял, что и в ванной комнате его знакомого тоже нет. Интересно, куда это он мог рвануть ранним утром? Неужели на завод?

Валерий появился после того, как сыщик уже успел побриться и начал собираться.

– Доброе утро! – весело поздоровался Валерий, заходя в номер.

– Доброе, доброе, – без особого энтузиазма ответил полковник.

– Слушай, Стас, я тут созвонился с тем самым другом… Стас кивнул, застегивая рубашку. – Он приедет за мной через сорок минут. Если хочешь, мы можем тебя подкинуть. Ты, кстати, так и не сказал вчера, по какому вопросу ты здесь – если, конечно, это не военная тайна.

– Никакой тайны нет. – Стас повернулся к Валерию. – Один нечистый на руку рейдер подозревается в убийстве, и я здесь, чтобы проверить эту версию, – пояснил полковник.

– А где это находится? Вернее, где находится твой рейдер?

– На заводе «Сельмаш», – спокойно ответил Стас.

После этих слов у Валерия поползли вверх брови.

– Завод «Сельмаш?» – переспросил Валерий.

– Да, завод «Сельмаш». А что?

– Да-а, дела…

– В смысле?

– Дело в том, что мой друг как раз и является директором этого завода, – как из пушки выстрелил Валерий, чем поверг Стаса в легкий шок.

– Значит, мы здесь по одному и тому же делу? – задумчиво произнес полковник.

– Получается, что так.

– Поневоле начнешь верить во всякие случайные совпадение – вернее, в то, что они далеко не случайны, – пробормотал Стас, продолжая осмысливать услышанное.

Теперь вчерашний рассказ Валерия вырисовывался для сыщика совершенно в другом свете. Что-то подсказывало ему, что надо несколько изменить первоначальный план. «Кто нам мешает, тот нам и поможет!» – вспомнил он слова из известной комедии.

– Когда, ты говоришь, за тобой должен приехать Михаил Степанович?

– Осталось тридцать минут.

– Я думаю, этого хватит. Садись, надо поговорить! – Стас показал на застеленную кровать. – Теперь, когда выяснилось, что наши интересы пересекаются, мы должны действовать слаженно.

– Возможно. Только я не понимаю, какая во всем этом деле моя роль.

– Надо подумать. Итак, что мы имеем? Рейдер Соколов хочет завладеть заводом твоего друга Михаила Степановича. Так? Так. По нашим данным, он может быть причастен к убийству дочери генерала МВД.

– Не может быть!

– Пока это только предположения, – уточнил Стас, – и я здесь, чтобы выяснить это. Ваша проверка, да и просто присутствие чиновника из Москвы должно повергнуть его в замешательство и, возможно, даже толкнуть на необдуманные поступки.

– Какие, например? – решил уточнить Валерий.

– Пока не знаю. – Стас развел руками, – Знаю только, что нам надо действовать сообща. Тогда и ты, и я сможем добиться того результата, ради которого мы сюда приехали. Согласен?

– Ну-у, да-а, – протянул Валерий еще не совсем понимая, куда клонит Стас. – Но я все же не понимаю…

Стас вскочил с места и начал мерить шагами номер. Надо было решить непростую задачу. Во-первых, надо решить, кто из нас заявится к Соколову первым. Во-вторых, надо постараться выбить его из колеи, чтобы этот рейдер начал нервничать. А если он будет нервничать, он начнет метаться и, возможно, совершит какие-либо необдуманные поступки. Тут Стас поймал себя на мысли, что начинает повторяться.

– А может быть, нам двоим нагрянуть к нему? – спросил Валерий.

– Это будет похоже на заранее спланированную операцию.

– Ну и пусть. Что это меняет?

– Нет, здесь надо действовать по-другому. – Стас остановился перед налоговым инспектором.

– Но как?

– Значит, сделаем вот что. – Крячко присел рядом с инспектором. – Ты со своим другом поедешь на завод, и, как только Соколов появится, ты мне позвонишь и сообщишь об этом. А я уже тогда решу, как мне быть. Договорились? – Стас протянул инспектору руку.

– Договорились!

В это время зазвонил телефон, и Валерий, достав из кармана трубку, подошел к окну.

– Да, Михаил. Я слушаю. Да, готов, уже выхожу… Ну, до связи? – Валерий протянул руку Стасу.

– Буду ждать твоего звонка. – Стас закрыл за инспектором дверь.

* * *

Когда Гуров покинул квартиру старушки, соседки убитой Вероники, то он уже знал, что в последние часы жизни убитая встречалась не только с пластическим хирургом Самарским. Теперь осталось выяснить, кем был человек со шрамом, который открыто угрожал расправой, и почему подруга убитой скрыла тот факт, что в ночь убийства она была в квартире Вероники. Это были самые важные на сегодняшний день дела, которые надо было решить как можно скорее.

Оказавшись на лестничной площадке, Лев заметил у дверей Вероники одного из курсантов, которому Гуров велел доложить о ложном вызове пожарных в квартиру этажом ниже.

– А я уже собирался уходить, – сообщил курсант полковнику.

– Удалось выяснить, что случилось? – спросил Лев, доставая ключи.

– Да, нам удалось выяснить, что звонил соседский мальчишка. Решил пошутить, так сказать. Думаю, что с вашим делом это никак не связано.

– Понятно, вы свободны! – И полковник закрыл за собой дверь, заходя в квартиру Вероники.

Войдя на кухню, он решил посидеть несколько минут, чтобы полностью переварить услышанное. «…Она вышла из квартиры Вероники, и руки у нее были в крови», – вспомнил Лев слова старушки. «Конечно, можно было предъявить Ворониной этого свидетеля и даже задержать ее, – размышлял он. – А если окажется, что она ни при чем и настоящий убийца затаится? Тогда как?»

– Нет, тут нахрапом нельзя. Надо действовать осторожно, – последние слова Лев произнес вслух.

В это время зазвонил телефон. Посмотрев на него, Гуров увидел, что это звонил генерал. «Может, он чем поможет? Или хотя бы что посоветует?»

– Да, Петр. Я слушаю.

– Как дела, Лев? Есть что-то новенькое? – вместо приветствия поинтересовался генерал Орлов.

– Есть. Только не знаю, с чего начать.

– А ты начни с самого главного – не ошибешься, – подсказал ему генерал.

Лев на секунду задумался, рассуждая, какие из новостей озвучить первыми, чтобы все изложенное не выглядело пустыми домыслами.

– На данный момент у нас есть трое подозреваемых. Одного из них сейчас проверяет полковник Крячко, двух других буду «пробивать» я. Вот собирался сейчас поехать встретиться с одной из них, – слукавил Лев.

– Там что, замешана женщина? – удивился Орлов.

– Похоже, что так.

– Кто такая?

– Лучшая подруга.

– Вот как? А еще двое, кто они?

– Остальные двое – мужчины. Один из них – директор рейдерской компании Соколов, личность второго выясняем. Вообще-то, в этом деле много неясностей.

– Каких именно?

– Для меня непонятно, как у такой молодой и красивой женщины, как Вероника, в друзьях могли оказаться такие люди, как директор рейдерской компании? Или, к примеру, стриптизер из бара?

Генерал Орлов молча слушал своего подчиненного, не высказывая своего мнения на этот счет. Гурову казалось, что такое сообщение должно было как минимум удивить генерала, но тот не проявлял никаких эмоций.

– Ты знаешь, Лев, – помолчав, начал генерал. – Тут не все так просто…

– В смысле расследования?

– В смысле дочки генерала Пахомова. – Орлов прокашлялся. – Прежде чем я тебе объясню насчет знакомых Вероники, ты должен будешь пообещать мне, Лев, что эта информация и подобная ей никаким краем не будет упоминаться в отчетах.

Мысли Гурова полетели со скоростью света. «О чем же он хочет мне сообщить? Об употребляемых ею наркотиках? О легком поведении? Или о криминальном прошлом убитой?»

– О чем разговор, Петр? Надо – сделаем! Мне самому надо знать о Веронике как можно больше, – пообещал он генералу.

– Мое упущение. Надо было тебе с самого начала рассказать обо всем, – признал свою ошибку Орлов.

– Сейчас тоже еще не поздно, – успокоил его Лев.

– Дело в том, что с убитой связано немало событий – как в прошлой жизни, так и в настоящей, до убийства. Ты уже наверняка задавал себе вопрос, почему дочка генерала находится не у папочки под крылышком, а за тысячу километров от него?

– Совершенно верно, – согласился Лев. – Этот самый вопрос я задал самому себе еще в тот момент, когда первый раз оказался в ее квартире.

– После некоторых неприятных событий генерал Пахомов отправил ее в Санкт-Петербург, купив ей квартиру и устроив на хорошую работу.

– А можно узнать, что за события такие могли произойти, после которых отец отправляет единственную дочь в ссылку? – поинтересовался Гуров.

– Она была замешана в убийстве, – кратко ответил Орлов.

Лев встал из-за стола и прошелся по кухне.

– Да-а, это серьезное событие, – немного подумав, сказал он. – Ты имеешь в виду, что она проходила свидетелем по делу?

– Никем она не проходила. Если бы это было так, генерал Пахомов не был бы сейчас генералом МВД, – пояснил Орлов недовольным голосом.

– Я все понял. А как бы мне посмотреть материалы того дела? Вернее, даже не материалы, а фотографии участников того убийства?

– Думаю, что смогу это устроить. Либо завтра же отправлю к тебе курьера, либо пошлю на электронную почту местного РОВД фотографии участников. Посмотрим.

– Лучше, конечно, курьера с делом. Может случиться так, что как раз оттуда ноги и растут.

– Ладно. Я все понял, но пока ничего обещать не могу.

– Обещать не можешь, а вот сделать можешь. Генерал ты или как?

– А вообще должен сказать, что Вероника была та еще штучка! Прости меня, господи, что так говорю о мертвых, – продолжал Орлов, не обращая внимания на подначку Гурова.

– Что ты имеешь в виду?

– Мужиков любила, вот что я имею в виду. Отсюда и все неприятности в ее жизни.

– Понятно…

– Еще раз говорю тебе, Лев: чтобы ни в одном отчете не было даже намека на темное прошлое дочери Пахомова.

– Мог бы и не повторять.

– В общем, я так понимаю, ничего определенного ты мне сказать пока не хочешь? – неожиданно сменил тему Орлов. – Снова одни только предположения, так?

– Обещаю, Петр, что завтра тебе будет что сказать Пахомову. Завтра для всех нас ответственный день. А пока все подозреваемые в разработке.

– Ну, тогда до завтра.

– До завтра, – сказал на прощание Лев и выключил телефон.

«Сегодня прямо какой-то поток информации. Не успел разобраться с одной, как тут генерал подкинул новую, – сидя за кухонным столом, вздыхал Гуров. – Ладно, будем работать по мере поступления новых сведений. Сначала проверю Ксению Воронину, а уже потом разберусь с прошлым Вероники», – решил он, вставая из-за стола и направляясь в коридор.

Он уже и не помнил, что именно хотел проверить в квартире убитой, так как теперь его голова была забита совершенно другими мыслями. Достав ключи, Лев собирался было уже выйти из квартиры, как вдруг снова зазвонил телефон. Пытаясь достать его из кармана, сыщик уронил ключи, которые к тому же улетели под обувную полку, стоящую тут же возле двери. «Черт!» – выругался сыщик, одновременно доставая телефон и опускаясь на колени, чтобы достать ключи.

– Да, я слушаю! – даже не посмотрев на абонента, недовольно ответил он.

Услышав голос Маши, Лев сразу изменился в лице, и на его губах появилась улыбка.

– Здравствуй, дорогой!

– Здравствуй, любимая! Извини, что грубо ответил. Просто не успел глянуть, кто звонит. – Лев снова прошел на кухню и сел за стол.

– Что, запутанное дело?

– Есть немного.

– А у меня сегодня была премьера! – радостно сообщила Мария, и Лев представил, как она сейчас, наверное, очень радуется.

– Поздравляю! Как вернусь, обязательно отметим это знаменательное событие, – пообещал Гуров.

– Хорошо. Только мы уже отмечаем сейчас всей труппой прямо здесь, в театре.

– Какие еще новости? – переведя разговор на другую тему, спросил Гуров.

– Больше никаких – только эта.

Создалась небольшая пауза.

– Ладно, не буду тебя отвлекать. Быстрее закончишь, быстрее вернешься.

– Да ты меня не отвлекаешь, – спохватился Лев, понимая, что она неправильно истолковала эту паузу.

– Я люблю тебя, Лев!

– И я тебя люблю! – сказал на прощание Гуров, прежде чем повесить трубку.

Какое-то время он молча сидел за столом, думая о жене. Наконец он собрался с мыслями и попытался включиться в работу, восстанавливая в памяти, на чем же он закончил. Стукнув себя по коленке, Лев вспомнил, что, перед тем как начать разговор, он уронил ключи, которые улетели под обувную полку. Глубоко вздохнув, Гуров поднялся из-за стола и направился в коридор. Расстояние между полом и дном полки было настолько узким, что без «дополнительной руки» было не обойтись. В поисках подходящего предмета он остановился на длинной ложке для обуви. «То, что нужно!» – подумал Лев, оценив ее длину. Просунув ложку под полку, он резким движением выгреб оттуда все, что находилось там. Вместе с ключами на свет появились и другие вещи, скорее всего, потерянные хозяйкой. Здесь были зажигалка, губная помада, сто рублей одной купюрой… Но также среди всех этих вещей была одна, которая, собственно, и привлекла внимание сыщика: довольно большая пуговица, лежавшая лицевой стороной вниз. На ее обратной стороне Лев заметил каплю крови. Взяв ключи, он в который раз уже вернулся на кухню. Теперь ему нужно было чем-то поднять эту пуговицу, не стерев на ней отпечатки пальцев, если таковые имелись.

Открыв ящик стола, Гуров взял вилку и вернулся в коридор. Присев на корточки, подцепил зубцом вилки пуговицу и поднес поближе к глазам. Стоило ему только развернуть ее, как он увидел, что с лицевой стороны она почти полностью была запачкана кровью. Судя по остаткам ниток, можно было предположить, что эта пуговица была оторвана в момент драки или даже в момент убийства Вероники.

«Но почему в коридоре? Ведь убийство произошло в спальне», – размышлял Лев Иванович, разглядывая необычную пуговицу – она представляла собой змею, свернутую в клубок, голова и хвост которой сошлись в одной точке. В глазах змеи угадывались полудрагоценные камни. «Такие пуговицы делаются на заказ или же пришиваются к очень дорогим вещам. Хотя, конечно, и сама хозяйка была не из бедных», – подумал Гуров, доставая маленький пакетик для улик. Положив пуговицу в карман, он покинул квартиру, решив разобраться с ней позже.

* * *

Полковник Крячко решил воспользоваться свободным временем в ожидании звонка налогового инспектора. Достав ноутбук Вероники, который он прихватил с собой в командировку, Стас решил просмотреть некоторую информацию в надежде найти что-нибудь стоящее. Сейчас, когда Всемирная сеть охватила почти весь мир, большинство людей предпочитают держать все свои секреты в памяти компьютера или ноутбука. Единственной загвоздкой было подобрать пароль.

С этой же проблемой столкнулся и Стас. Открыв ноутбук, он стал набирать в строчке пароля подходящие, как ему казалось, слова. Прошел час, но результатов пока не было. Не было также и звонка от Валерия.

Как это часто бывает, люди подбирают свои пароли, используя имена окружающих их вещей или людей. И только ограниченное число пользователей придумывают какие-то совершенно ни с чем не связанные слова. Но, как ни странно, это совсем не относилось к женщинам. Женщины, а особенно такие молодые, как Вероника, стараются придумать такой пароль, который они не забыли бы через пять минут. Поэтому, когда по прошествии часа Стас перебрал все, как ему казалось, варианты и не смог открыть доступ, он очень удивился. Встав из-за стола, он прошелся по номеру, обдумывая другие варианты. Тогда Крячко еще не знал о существовании Хуча, имя которого и было паролем… Неожиданно его размышления прервал звонок телефона. «Очень кстати», – увидев номер Гурова, подумал Стас.

– На ловца и зверь звонит! – обрадованно начал Стас.

– Ну, как твои дела? Устроился нормально?

– Устроился-то нормально, а вот дела пока никак. Жду!

– Вообще-то, время уже не раннее.

– Появились неожиданные обстоятельства, – пояснил Стас.

– Какие еще обстоятельства?

– Я случайно познакомился в самолете с инспектором налоговой службы.

– И?

– Он прилетел сюда в Нижний Новгород тоже по нашему делу – вернее, по делу завода «Сельмаш». Его друг – директор того самого завода, который хочет «прихватизировать» интересующий нас рейдер Соколов, – быстро обрисовал всю ситуацию Стас.

– Так-так! – Гуров явно заинтересовался рассказом своего друга. – И он приехал помочь отстоять завод?

– Вот именно. И я думаю, что его проверка сможет сыграть мне на руку. А у тебя что новенького?

– Новенького? – Лев Иванович глубоко вздохнул. – Появилось кое-что новое, что в корне меняет ход дела…

Лев Иванович рассказал Стасу о вчерашнем визите к соседке Вероники и о своей находке в квартире убитой.

– Ничего себе новости! – удивился Стас. – Это действительно все меняет! Теперь я уже и не знаю: продолжать мне выяснять причастность Соколова к убийству или уже возвращаться назад, в Питер?

– Я думаю, раз уж ты оказался там, то, так или иначе, надо проверить этого рейдера. Может случиться так, что он окажется одним из звеньев всей этой цепочки. Так что не спеши возвращаться назад, а, наоборот, постарайся все выяснить. Сам понимаешь, пока я здесь не проверю всю полученную за вчерашний день информацию, выводы делать рано.

– Это точно, – согласился Крячко.

В это время на его телефон поступил параллельный звонок.

– Извини, Лев, не могу больше говорить – мне звонит инспектор. Давай, до связи. Я позвоню, как только что-то станет проясняться, – попрощался полковник и переключился на вторую линию: – Да, я слушаю!

– Станислав Андреевич, мы договорились с Соколовым встретиться через полчаса здесь, на заводе. Так что если вы выйдете прямо сейчас, то, думаю, как раз успеете к его приезду, – торопливо сообщил Валерий Николаевич, почему-то снова перейдя на «вы».

– Хорошо, я сейчас буду!

Выйдя из гостиницы, полковник посмотрел по сторонам в поисках такси. На небольшой стоянке недалеко от него стояло несколько машин. Рядом с ними маячили мужчины разных возрастов, о чем-то громко беседуя. Сомнений не было – это были таксисты. Подойдя к ним, Стас коротко спросил:

– Завод «Сельмаш»?

– Двести, – так же коротко ответил один из таксистов, посмотрев на полковника.

– Поехали.

Дорога к заводу тянулась по каким-то окраинам, так что у полковника не было возможности лицезреть исторические достопримечательности города. Да и, если честно, его сейчас это не очень-то интересовало. Он думал о том, как ему построить свой разговор с Соколовым. «Предъявить-то мне ему нечего, – думал Стас, – но и ходить вокруг да около тоже не очень хочется. Этот Соколов – тертый калач. И скорее всего, знает весь кодекс наизусть, поэтому так просто его не прижмешь».

Стас смотрел на проплывающий за окном хмурый пейзаж. Через какое-то время за окном появился высокий и длинный бетонный забор.

– Это и есть завод «Сельмаш»? – спросил Крячко у таксиста.

– Да, это он, – подтвердил таксист. – Вам к проходной?

– Наверное, да, – неуверенно сказал Стас, надеясь, что именно там его должен будет встречать Валерий Николаевич.

– Тогда это здесь, – въезжая на бетонную площадку, на которой примостилось несколько иномарок, сказал таксист.

Выйдя из машины, Стас осмотрелся. На ступеньках перед высокой дверью стояли двое мужчин, одним из которых был знакомый ему инспектор. Увидев полковника, Валерий пошел ему навстречу.

– Я решил тебя здесь подождать, чтобы ты не заблудился, – снова перейдя на «ты», начал инспектор. – Пойдем, я тебя познакомлю с моим другом. Я ему уже рассказал про тебя, и, кстати, он тоже считает, что твое присутствие может помочь в нашем вопросе с заводом… Знакомься, Михаил, это Станислав Андреевич, о котором я тебе рассказывал.

Мужчины пожали друг другу руки. Директором оказался высокий седовласый мужчина. На вид ему было не больше пятидесяти лет. Под курткой угадывалось тренированное тело, и Стас сделал для себя вывод, что Михаил немало времени отдает спорту.

– Ну что, пойдемте обсудим наши дальнейшие действия, пока захватчики не приехали? – предложил директор, открывая перед ними дверь.

Оказавшись в кабинете, они расселись за длинным столом.

– Что будем делать? – Михаил вопросительно посмотрел на полковника.

– Для начала обрисуйте в двух словах положение дел, – предложил Стас.

– Честно сказать, положение хреновое, – недовольно начал директор. – Этот Соколов через подставных лиц уже успел скупить сорок девять процентов акций, принадлежащих нашему заводу. Сегодня он приедет сюда, чтобы сообщить нам о том, что становится членом совета директоров.

– Ваши действия? – спросил Стас, наливая себе газировки.

– Наши действия – любыми способами не дать ему завладеть оставшимися тремя процентами. Иначе после этого он уже сам будет диктовать нам условия. – Михаил сжал свою широкую ладонь в кулак.

– Значит, давайте сделаем так. – Стас отодвинул от себя стакан. – Вы начните переговоры, а я пока побуду сторонним наблюдателем. После того как вы закончите переговоры, я начну свои действия. Не хочу ничего обещать, но если окажется, что Соколов замешан в убийстве дочери генерала, то вопрос о захвате вашего завода отпадет сам собой. Но в любом случае у вас будет время, чтобы предпринять какие-то шаги по сохранению своих позиций.

Как раз в это время зазвонил телефон, и директору сообщили, что к нему направляется Соколов со своим юристом.

– Явился – не запылился, – недовольно буркнул Михаил и тут же по внутренней связи вызвал к себе бухгалтера и заводского юриста.

Когда в кабинет вошли двое представительных мужчин, Стас сразу же определил, кто из них был рейдером, а кто юристом. Соколов нагло, по-хозяйски прошел к столу и, только после того как сел на стул, поздоровался с остальными. Юрист же, напротив, сначала представился, а уже потом занял место рядом со своим хозяином.

– Ну что, начнем? – Соколов закинул ногу на ногу.

Стас видел, как у директора заходили скулы, но все же тому удалось взять себя в руки.

– Для начала нам бы хотелось послушать вас, – ответил Михаил, глядя в глаза рейдеру.

Соколов дал знак своему юристу, и тот, открыв папку, начал свое объяснение. В течение нескольких минут, пока он освещал положение дел, Соколов победоносно смотрел на директора, который, в свою очередь, хмурился, слушая юриста. Не вникая в термины, Стас смотрел на Соколова, стараясь понять, мог ли этот человек убить Веронику – и уже через сутки спокойно сидеть в здесь кабинете, решая свои дела. «Только настоящие отморозки могут вести себя подобным образом. Но Соколов не похож на отморозка, – думал Стас, следя за каждым движением и жестом рейдера. – Наглый – да. Самоуверенный – да. Но для убийства человека, тем более женщины, надо обладать несколько другими качествами».

Когда юрист закончил, «прихватизатор» поднялся со своего места и, демонстративно пройдясь по кабинету, начал:

– Уважаемый Михаил Степанович! Как вы успели заметить, дела складываются не в вашу пользу. – Он остановился перед директором, сложив руки на груди. – И соответственно, я предлагаю вам без лишней суеты подписать документы на право владения заводом. – Рейдер нагло усмехнулся, и это было его ошибкой.

Стас даже не успел заметить, как все произошло. В одно мгновение Михаил вскочил с места и, ничего не говоря впечатал кулак рейдеру в нос. Соколов, не ожидавший такого поворота событий, не удержавшись на ногах, полетел на пол. Все, кто находился в кабинете, бросились на помощь. Юрист помог подняться рейдеру, а Валерий и женщина-бухгалтер встали между директором и рейдером, чтобы прекратить драку. Стас быстро сообразил, что эта потасовка может сыграть ему на руку, и поспешил к рейдеру.

– Вот, возьмите! – протянул он ему свой носовой платок и, тут же повернувшись к директору, укорительно произнес: – Ну, что же вы, в самом-то деле? Взрослый уважаемый человек – и сразу с кулаками полезли. Кто же так дела решает?

Стас заметил, как изменилось лицо его знакомого инспектора, и он тайком подмигнул ему, давая понять, что это всего лишь игра.

Соколов протянул руку за платком и, встав на ноги, стал вытирать кровь с лица. Директор же в свою очередь никак не мог успокоиться, продолжая угрожать рейдеру. Михаил был как раз из тех людей, которые, понимая, что сегодня правда не в цене, так как нашим миром стали править деньги, не смог сдержать своих эмоций. Стас уже видел таких людей во время столкновений в Москве, когда такие же люди, видя произвол, ложились под танки и брали в руки оружие. Сейчас получилось то же самое. Михаил понял, что этот наглый рейдер, не сегодня – так завтра, все равно завладеет заводом, и решил хоть напоследок сбить наглую ухмылку с его лица профессиональным ударом боксера.

– Безобразие какое-то! – возмущался юрист, забирая со стола бумаги. – Мы этого так не оставим! – пригрозил он.

Соколов зло смотрел на директора, не произнося ни слова. Потом он резко развернулся и пошел к выходу. Перед тем как выйти, он остановился перед дверью, и, посмотрев вокруг, бросил окровавленный платок на пол и выкрикнул:

– Завтра мы будем разговаривать по-другому! – И, хлопнув дверью, покинул кабинет.

Не обращая ни на кого внимания, полковник бросился к валявшемуся на полу платку. Это был самый что ни на есть настоящий образец ДНК, который так нужен был для проведения экспертизы. Обрадованный, Крячко повернулся к остальным, но на их лицах было совершенно другое выражение. Каждый из присутствующих понимал, что им осталось находиться на этом заводе последние сутки. Стас решил, что ему нужно во что бы то не стало хоть как-то поддержать этих людей:

– Если выяснится, что эти образцы крови, – он показал кровавый платок, – совпадают с нашими образцами, взятыми на месте преступления, то этот рейдер, – Стас кивнул головой в сторону дверей, – сразу будет заключен под стражу.

– А когда будет готова ваша экспертиза? – услышав обнадеживающие слова полковника, поинтересовался директор.

– Сама экспертиза не займет много времени; вопрос только в том, как можно быстрее отправить платок к эксперту в Санкт-Петербург.

Посмотрев на часы, неожиданно предложил Валерий Николаевич:

– Я мог бы отвезти его. Через час мой самолет.

Ничего не ответив, Стас достал телефон и набрал номера Гурова.

– Алло, Лев! Это Стас! Мне удалось достать образцы ДНК.

– Уже? Как тебе это удалось? – искренне удивился Гуров.

– Случай сыграл на руку, – не стал объяснять детали Стас.

– А ты уже допросил Соколова?

– Пока нет, но сейчас не это главное. Рейдер никуда не денется. Прежде чем начинать допрос, мне нужно точно знать, что скажет эксперт. От этого будет многое зависеть. – Стас посмотрел на директора, который внимательно слушал их разговор с Гуровым.

– Та-ак, – протянул Лев, обдумывая услышанное. – Есть какие-нибудь предложения?

– Я отправляю ближайшим рейсом образцы крови с моим знакомым; тебе только останется встретить его и сделать так, чтобы не позднее завтрашнего дня я знал результаты экспертизы.

– Ты требуешь от меня невозможного, – возмутился Лев. – Не забывайте, товарищ полковник, что я не у себя в Москве.

– Лев, это важно, – серьезно ответил Стас, подчеркивая всю серьезность данного вопроса.

– Ладно, постараюсь все устроить. Кстати, Стас, а как я узнаю твоего знакомого? – поинтересовался Лев.

– Я дам ему твой номер телефона, а он, как будет на месте, тебе перезвонит, и ты его встретишь.

– Что-нибудь еще?

– Пока все.

– Тогда до связи, а то у меня сегодня еще масса дел, – торопливо простился Гуров и повесил трубку.

* * *

Закончив разговаривать с Крячко, Лев посмотрел на часы. Он ехал в администрацию, где хотел встретиться с Ворониной. Конечно, без предварительного звонка будущая встреча могла и сорваться из-за отсутствия Ксении, но Гуров все равно решил застать ее врасплох, не сообщая ей о своем приезде. «Похоже, эта Воронина та еще штучка, – думал Лев Иванович, вспоминая их недавний разговор. – Вела себя так, как будто бы и вправду не имела никакого отношения к убийству своей подруги. А как потом выяснилось, возможно, что и напрямую связана с ним. Ведь зачем-то ей надо было скрывать свое присутствие в квартире Вероники, буквально за полчаса до убийства?»

– Вы надолго в администрацию, Лев Иванович? Или туда и обратно? – прервал его размышления младший лейтенант.

– А что?

– Хотел домой заскочить, – подъезжая к зданию администрации, пояснил Кирилл. – Я живу вот здесь, – показал он на стоящий рядом многоэтажный дом из красного кирпича.

– Сегодня у меня будет очень плотный график, поэтому никаких отлучек из машины, – твердо сказал Лев.

– Понятно, – выдохнул Кирилл.

Показав охраннику свое удостоверение, Гуров стал подниматься по широкой лестнице. Еще в холле он приметил схему расположения всех кабинетов и поэтому уверенно направился на третий этаж, где, собственно, и находился кабинет Ворониной.

По пути ему встречались в основном молоденькие женщины, которые спешили куда-то с бумагами в руках. Не успел Гуров подняться на нужный ему этаж, как вдруг увидел идущую ему навстречу Воронину, одетую в длинное пальто; было видно, что она явно куда-то торопилась. Увидев сыщика, она остановилась.

– Вы ко мне?

– Да. – Лев демонстративно встал на пути Ворониной.

– Мне сейчас некогда, – резко ответила женщина и сделала попытку обойти сыщика.

– Я вас надолго не задержу, – спокойно ответил Гуров, – в противном случае мне придется вызвать вас в отдел, и тогда вы потеряете еще больше времени.

– По-моему, мы с вами все уже обсудили, – недовольно сказала Воронина, при этом нисколько не нервничая.

– У нас появились новые обстоятельства в деле по убийству вашей подруги, – объяснил Гуров.

– Я же ответила на все ваши вопросы. А какие-то там новые обстоятельства меня не касаются, – почти с вызовом сказала Ксения.

– У меня есть свидетель того, что в тот вечер вы были в квартире убитой, – открыл карты Лев.

После его слов лицо Ворониной заметно изменилось, на нем появился испуг.

– Я предлагаю вам ответить на несколько вопросов, и только. В противном случае буду вынужден задержать вас на основании свидетельских показаний, в которых указано, что вы были в квартире убитой незадолго до убийства. – Лев постучал пальцем по папке, которую прихватил с собой.

На самом же деле никаких показаний у него не было, но Воронина об этом не знала и потому, секунду подумав, сказала:

– Хорошо, пойдемте ко мне в кабинет. – Она повернулась и пошла по коридору.

«Вот так-то лучше, – подумал Гуров, усмехнувшись. – Если они работают в администрации, то думают, что им все можно. Посмотрим, как ты заговоришь, когда я расскажу тебе о том, что соседка видела твои окровавленные руки…»

Усевшись за стол, Ксения показала Гурову на стул напротив себя.

– Я вас внимательно слушаю. – Она неловко отодвинула от себя лежащие на столе бумаги.

Полковник не спеша расположился в полукресле.

– Скажите, Ксения, почему вы не сказали, что были в тот вечер у своей подруги? – Гуров смотрел ей прямо в глаза.

– А с чего вы вдруг взяли, что я там была? – вопросом на вопрос ответила Воронина.

– У меня есть точные сведения, что это было именно так. И советую вам не усугублять свое положение, а честно рассказать, что произошло между вами и вашей подругой в тот вечер, – спокойно предложил Гуров.

После этих слов Воронина на минуту задумалась, а потом вдруг выпалила:

– Ну, хорошо, я расскажу вам все, что произошло в тот вечер, но я бы хотела, чтобы это осталось между нами и не стало поводом для пересудов. – Она посмотрела на Гурова умоляющим взглядом.

– Не могу вам этого обещать, так как ваши показания могут быть очень важными для следствия.

Воронина снова задумалась, и Лев стал уже бояться, что она может сейчас запросто встать в стойку и отказаться разговаривать с ним без своего адвоката. Так оно и случилось. Воронина подняла глаза и с какой-то злостью посмотрела на полковника.

– А почему, собственно, я должна вам что-то рассказывать? Я что, обвиняюсь в убийстве? – с вызовом спросила она.

– Вы, пожалуйста, не нервничайте, – попросил ее Лев Иванович. – Пока вас ни в чем не обвиняют. Я просто пришел поговорить.

– А я не хочу говорить с вами о своей личной жизни! – почти срываясь на крик, сказала женщина. – Не хочу! Понимаете?

– Тогда мне придется вызвать вас в отдел.

– Вот, – она достала визитку и протянула ее сыщику, – звоните моему адвокату и договаривайтесь о встрече.

– Хорошо, – Гуров взял визитку и, положив ее в карман, встал из-за стола.

Уже выходя из кабинета, он остановился на пороге и, повернувшись к Ксении сказал:

– Я все-таки предлагаю вам подумать.

Лев понимал, что эта женщина вряд ли могла быть причастна к убийству, но он недоумевал, почему его слова так резко вывели ее из себя. Он посмотрел на часы. До прилета самолета из Нижнего Новгорода оставалось еще достаточно времени, и полковник решил поехать к эксперту, чтобы тот снял образцы крови с найденной пуговицы, а заодно предупредить его, что сегодня он должен будет в обязательном порядке сделать еще одну экспертизу, которую Стас пришлет со своим знакомым. Садясь в машину, он сказал Кириллу:

– В отдел!

Расположившись на заднем сиденье, Гуров достал визитку адвоката Ворониной. «Роман Георгиевич Штольц», – прочел сыщик и, достав телефон, стал набирать номер, написанный на визитке. Номер оказался занят, и Лев решил перезвонить позже. Он собирался «дожать» ситуацию, пока Воронина не успела прийти в себя и находилась в нервном состоянии. Подождав какое-то время, Лев снова набрал телефон адвоката. На этот раз ему ответил мужской голос:

– Слушаю вас!

– Адвокат Ксении Александровны Ворониной? – спросил Гуров на всякий случай.

– Да. С кем я имею честь разговаривать? – высокопарно спросил адвокат, и Лев тут же представил себе его холеную внешность.

– Полковник Гуров, Московский угрозыск, – представился он.

– Я вас слушаю.

– Сейчас я расследую дело об убийстве дочери генерала Пахомова, и у меня есть основания полагать, что ваша подзащитная причастна к этому делу… – Лев на секунду замолчал, давая адвокату полностью осмыслить его слова. – Так вот, завтра я бы хотел, чтобы она явилась в отдел для дачи показаний и для опознания.

– Какого опознания? – удивился адвокат.

– У нас есть свидетель, который видел женщину в ночь убийства, и по всем признакам получается, что это была Воронина, – коротко объяснил Гуров.

Спустя какое-то время адвокат спросил:

– Скажите, полковник, в котором часу мы должны быть в отделе для дачи показаний?

– Об этом я сообщу вам позже. До встречи. – И Гуров нажал на кнопку разъединения, не давая адвокату выяснить все подробности дела.

Не прошло и пары секунд, как салон машины разразила громкая трель звонка. Посмотрев на дисплей, Гуров усмехнулся – это был адвокат.

«Нет, адвокат, до завтрашнего дня ты будешь ломать себе голову над моими словами», – улыбаясь, думал полковник, глядя в окно. Он был почти уверен, что после его сообщения о завтрашнем опознании у Ворониной не останется выбора, и она ему перезвонит, чтобы рассказать о том вечере перед убийством. Оставалось только ждать.

Не успел Гуров войти в отдел, как буквально столкнулся с капитаном Родионовым.

– Установили наблюдение, капитан? – сразу спросил Лев.

– Все, как вы сказали! И за Ворониной, и за Самарским установлено наблюдение.

– Отчет после каждого часа. Где у вас находится лаборатория?

– Пойдемте, я провожу, а то так не объяснишь.

Когда они оказались перед дверью эксперта, Гуров остановил капитана, взяв его за локоть.

– Вот эту улику надо будет внести в список вещей, изъятых при первом осмотре. – Он показал Родионову окровавленную пуговицу. – Она была найдена в коридоре под обувной полкой.

Капитан недоуменно посмотрел на Гурова.

– Нет времени сейчас проводить новое изъятие с понятыми. Просто внеси в список, и все, – объяснил Лев и толкнул дверь в лабораторию.

Оказавшись в лаборатории, он остановился в дверях и огляделся. На длинном столе возле стенки стояли всевозможные колбы, баночки и различные вещи с места преступления. Из другой, маленькой, комнаты слышались голоса. Немного подождав, Гуров громко спросил:

– Есть кто живой?

Он сделал шаг в сторону слышащихся мужских голосов. Из маленькой комнаты высунулась чья-то голова в очках. Внимательно посмотрев на сыщика, она спросила:

– Вам кого?

– Сергея Ивановича!

Голова в очках скрылась, и на пороге комнаты появился уже знакомый Гурову эксперт, который работал с ними в квартире убитой.

– Здравствуйте, Лев Иванович, – эксперт протянул руку.

– Здравствуйте. – Полковник ответил на рукопожатие и тут же протянул пакетик с пуговицей. – Вот.

– Что это? – Эксперт взял пакетик, подставив его под свет.

– Это я нашел сегодня в квартире убитой, – пояснил Гуров. – Надо снять образцы крови и выяснить, не принадлежат ли они убитой.

– Хорошо, сделаем, – легко согласился эксперт, положив улику на стол.

– Но это еще не все.

Эксперт вопросительно посмотрел на сыщика.

– Сегодня из Нижнего Новгорода доставят еще один образец крови, так вот его надо будет проверить в первую очередь. Самолет прилетает через три часа. – Лев Иванович посмотрел на часы. – Точнее, через два с половиной.

– Надо – сделаем, – снова согласился Сергей Иванович. – У нас все равно ничего такого срочного пока нет.

– Лады. – Лев пожал эксперту руку, обрадованный тем, что не пришлось прибегать к своим полномочиям.

Обычно эксперты завалены работой, и каждой улике требуется срочная экспертиза. Вернее, этого требует тот, кто приносит улики на анализ. Попрощавшись с экспертом, Лев быстро покинул лабораторию, так как хотел еще успеть сделать кое-какие дела, прежде чем надо будет ехать в аэропорт, встречать знакомого Стаса с образцами крови. Гуров решил снова навестить консьержку Веру Павловну. Но его планам не суждено было сбыться – по крайней мере в ближайшее время. Только он вышел на улицу, как у него зазвонил телефон. Посмотрев на дисплей, Лев увидел незнакомый ему номер.

– Слушаю вас! – Гуров приложил трубку к уху, остановившись возле «Волги».

– Это Ксения Воронина, – услышал он знакомый голос.

– Я слушаю вас, Ксения.

– Нам нужно встретиться прямо сейчас.

– Для чего?

– Я хочу вам рассказать важные подробности. – Воронина говорила возбужденным голосом, и Лев понял, что его план сработал на все сто.

– Мне подъехать к вам?

– Лучше в другом месте, если можно, – попросила женщина.

– Хорошо. Называйте место, я подъеду. – Гуров открыл дверь в машину.

Воронина на секунду замолчала, но тут же спросила:

– Где вы сейчас находитесь?

Лев Иванович понял, что от возбуждения та не может сразу сообразить, как ей быть дальше, и поэтому взял инициативу на себя:

– Подъезжайте в аэропорт. Сможете? Я встречу вас возле входа.

– Хорошо, я сейчас буду, – торопливо согласилась Воронина и повесила трубку.

Ее встревоженный голос несколько удивил Гурова. «Она будто чего-то или кого-то боится, – размышлял Лев Иванович по дороге в аэропорт. – А может, она просто поняла, что может быть замешана в этом скандале с убийством Вероники, и теперь пытается сделать так, чтобы ее имя никоим образом не фигурировало в деле? Все-таки, занимая подобную должность, надо стараться делать так, чтобы твое имя всегда оставалось чистым перед законом», – строил свои догадки Гуров.

До прилета самолета из Нижнего Новгорода оставалось чуть больше часа, а Ворониной все не было. Стоя возле раздвижных стеклянных дверей, Лев наблюдал за многочисленными пассажирами, спешащими на свои рейсы. За последние сутки уже два раза объявляли нелетную погоду, и поэтому народу в аэропорту было не протолкнуться. Сыщик уже собирался позвонить Ворониной и узнать причину ее задержки, как увидел, что из подъехавшего такси выскочила его знакомая. Ксения уже успела переодеться: теперь на ней была надета коротенькая кожаная куртка и черные брюки.

– Извините, я немного задержалась, – подойдя к сыщику быстрым шагом, извинилась она.

– О чем вы хотели со мной поговорить? – пропустив ее извинение мимо ушей, спросил полковник.

Воронина посмотрела вокруг. Гуров понял, что она не хочет разговаривать здесь, и предложил:

– В здании аэропорта есть бар, можно поговорить там.

– Да-да. Давайте лучше там, – тут же согласилась Воронина.

Заказав себе кофе, они присели за столик. Ксения расстегнула куртку и помахала на лицо ладошкой. Первое, что бросилось в глаза Гурову, была темно-синяя блузка, надетая под курткой Ворониной. Вернее, не сама блузка, а пуговицы на ней. Верхняя пуговица отсутствовала. Сомнений не было: найденная в квартире пуговица принадлежала его собеседнице. Лев поднял глаза и увидел некоторое смущение на лице Ворониной от его откровенного взгляда на ее грудь.

– Так о чем вы хотели со мной поговорить? – снова спросил он.

– Я вспомнила некоторые подробности последних нескольких дней и подумала, что, возможно, это может вам помочь, – начала Воронина.

Гуров надеялся и даже был почти уверен, что она хочет ему рассказать о своем присутствии в квартире Вероники, и поэтому несколько растерялся.

Ксения замолчала, посмотрев на Гурова. Она ожидала увидеть интерес в его глазах, но он оставался спокойным.

– Продолжайте, пожалуйста, – отпив принесенный кофе, произнес полковник.

– Примерно месяц назад одна строительная компания «выбивала» себе место под строительство высотки на месте действующего детского сада, предлагая построить такой же, но в другом месте. Не буду вам объяснять все тонкости нашей работы, это долго; скажу только, что последняя подпись в этих документах должна была принадлежать Веронике, – быстро рассказывала Воронина.

– И она отказалась?

– Да. – Ксения достала сигарету и, прикурив ее, продолжила: – Непонятно почему, но отказала.

– И как это относится к убийству? – перебил ее Гуров, не совсем понимая, для чего Воронина ему все это рассказывает.

«Если она хочет отвести от себя подозрения таким образом, то это пустой номер, – думал он, слушая женщину. – Даже если выяснится, что кто-то пытался угрожать Веронике, пытаясь получить разрешение на стройку, то все равно это еще ничего не значит. Сейчас не те времена, чтобы людей убивали за такие дела. Проще подкупить кого-то выше должностью, а не идти на открытое убийство, тем более дочки генерала. Нужно быть полным идиотом, чтобы пойти на такое!»

– После этого она рассказывала, что ей поступали звонки с угрозами, – продолжала Воронина, – но она все равно говорила мне, что не подпишет никаких документов.

– Спасибо за такую полезную информацию, – с некоторым сарказмом сказал Лев Иванович, – но сейчас меня больше интересует другое.

Воронина удивленно посмотрела на сыщика, никак не ожидая подобной реакции.

– Я очень надеялся, Ксения Александровна, что вы хотите рассказать мне о своем пребывании в квартире убитой в тот вечер. – Гуров снова сделал глоток уже остывшего кофе.

Он заметил, как его слова заставили Воронину занервничать. Она схватила пачку сигарет и, вытащив тонкую коричневую палочку, стала резко щелкать зажигалкой.

– У меня есть все доказательства, и я вам советую не отпираться, а честно все рассказать. Иначе, – сыщик облокотился на стол, – завтра вас ожидают неприятные процедуры дачи показаний и опознания.

Воронина сделала несколько глубоких затяжек. Гуров видел, что она находится в растерянности и не знает, как ей поступить. Он не понимал: что заставляет молчать эту женщину? «А может, она кого-то покрывает?» – думал сыщик, ожидая ответа своей собеседницы. Время шло, а Воронина так и не решалась начать свое признание, и тогда Лев решил открыть ей все свои карты, чтобы она уяснила для себя наконец, что он не блефовал.

– Я хочу пояснить вам ситуацию, в которой вы оказались, дорогая Ксения Александровна, – начал Гуров, откинувшись на спинку стула. – У меня есть показания соседки, которая опознала вас по фотографии и показала, что в тот вечер вы были у Вероники и между вами состоялась ссора. У меня также есть пуговица с образцами вашей крови на ней.

Воронина и сама не заметила, как машинально схватилась за верхнюю часть блузки, где должна была находиться пуговица, о которой говорил полковник.

– И поверьте, что уже на основании этого я могу задержать вас до выяснения всех обстоятельств.

На лице Ворониной появился откровенный испуг.

– Поэтому давайте не будем тянуть время. – Полковник посмотрел на часы, которые показывали, что до прилета самолета из Нижнего Новгорода оставалось совсем мало времени.

– Ну, хорошо. Я признаю, что была в тот вечер у Вероники и мы с ней поссорились, – буквально выдавила из себя Воронина. – Но я не убивала ее, поверьте!

– Объясните, почему вы сразу не рассказали мне о том, что находились в тот вечер в квартире убитой незадолго до убийства?

– Я испугалась, что меня могут обвинить в убийстве Вероники, – честно призналась Воронина, и Гуров заметил, как в ее глазах заблестели слезы.

– Расскажите все по порядку, начиная с того момента, как вы оказались в квартире убитой. Она сама вам позвонила?

– Нет. Я сама приехала.

– Зачем?

– У меня был разговор к Веронике.

– А потом у вас случилась драка, и вы нечаянно убили свою подругу?

Услышав эти слова, Воронина просто задохнулась от такого обвинения.

– Никого я не убивала! – буквально закричала она. – Не убивала! Слышите?! Мы поскандалили, и у меня поднялось давление, отчего из носа пошла кровь. И вместо того чтобы помочь, Вероника вытолкнула меня из своей квартиры, оторвав мне пуговицу.

– Похоже на правду, – не обращая внимания на крик женщины, спокойно ответил Лев. – Что же было потом?

– Потом я поехала домой.

– Скажите, Ксения Александровна, вы знаете пластического хирурга Самарского? – переведя разговор на другую тему, спросил сыщик.

– Это известный человек в городе. Кто же его не знает?

– Хорошо. Давайте поступим вот как. В ближайшие дни вы не должны покидать город, пока я не проверю ваши слова. Договорились?

– У меня на этой неделе не запланированы никакие поездки, так что я буду в городе.

– Тогда до встречи. – И полковник встал из-за стола.

Посмотрев еще раз на часы, он дал понять, что спешит. Воронина встала вслед за ним и, застегнув куртку, тоже простилась.

* * *

Выйдя в зал ожидания, Лев посмотрел на электронное табло. До прилета самолета оставалось несколько минут, и он присел недалеко от входа на свободное место. Теперь, когда он узнал некоторые подробности того вечера, когда была убита Вероника, стала вырисовываться картина произошедшего. «Получается так, что в тот вечер, за короткий промежуток времени, у убитой в гостях побывало трое человек: Самарский, с которым она вернулась из ресторана, потом Воронина и, наконец, Соколов. Хирург отпадает сразу, так как был там самым первым. Воронина тоже не является убийцей по двум причинам. Во-первых, она ведет себя достаточно спокойно для человека, совершившего свое первое убийство. А во-вторых, время, которое указал эксперт, и время, которое указала соседка, говорят, что Воронина ушла где-то за полчаса до смерти подруги. Так что остается дождаться результатов экспертизы, взятой у Соколова».

В это время раздался голос диспетчера, который сообщил о посадке самолета из Нижнего Новгорода. Лев достал телефон и, держа его в руке, направился к выходу.

Спустя какое-то время в холле стали появляться первые пассажиры. Вглядываясь в лица проходящих мимо людей, Лев Иванович пытался угадать, кто же из них мог быть курьером Стаса.

В тот момент, когда среди остальных пассажиров появился Валерий Николаевич, полковник не обратил на него внимания. И лишь после того как налоговый инспектор достал телефон и стал набирать его номер, полковник подошел к нему.

– Вы от Станислава Андреевича? – спросил Гуров у мужчины как раз в тот момент, когда у него зазвонил телефон.

– Да. А вы Лев Иванович Гуров? – в свою очередь спросил инспектор.

– Да. Совершенно верно, – сыщик протянул руку для приветствия. – Как долетели?

– Нормально. – Валерий Николаевич открыл портфель и, достав оттуда конверт из плотной бумаги, протянул его полковнику. – Вот.

– Я так понимаю, что вы хотите вернуться этим же рейсом? – поинтересовался Лев Иванович.

– Конечно. Ведь вопрос с заводом еще не решен.

Посмотрев на табло, полковник увидел, что до обратного рейса еще есть время, и поэтому предложил инспектору:

– Расскажите мне в двух словах о ваших делах с заводом. Возможно, это может пригодиться в расследовании.

Гуров взял инспектора за локоть и отвел в сторону, чтобы не мешать остальным пассажирам выходить на улицу.

– Так что у вас там с заводом?

– Мой друг Михаил вот уже как двадцать лет является директором завода «Сельмаш»… – начал инспектор издалека, и Лев понял, что это надолго.

– Меня интересует законность всей этой сделки, – перебил его полковник.

– Пока ничего не могу сказать по этому поводу, так как сам только вчера приехал и не успел еще посмотреть все бумаги. Но, по сути, это настоящий захват.

Лев посмотрел на часы.

– Извините, Валерий Николаевич, совершенно нет времени. Нужно как можно скорее сделать экспертизу. – Сыщик показал на привезенный конверт.

– Да-да, я понимаю.

– Спасибо вам за помощь. До свидания.

– До свидания, – немного расстроенно сказал Валерий Николаевич, который, наверное, собирался рассказать полковнику всю предысторию захвата завода.

Пока полковник общался с инспектором, на улице опять пошел дождь. Выйдя из аэропорта, Лев поспешил побыстрее сесть в машину.

– Снова в отдел? – спросил Кирилл, заводя «Волгу».

– Да, и как можно быстрее. Дела не терпят промедления.

* * *

Оказавшись в отделе, Лев прошел уже знакомым ему путем в лабораторию, где встретил ту же кучерявую голову в очках.

– А где Сергей Иванович? – поинтересовался Гуров, понимая, что перед ним помощник-лаборант.

– Он вышел на минутку, сейчас вернется, – ответил лаборант, перекладывая какие-то улики. – А вы что-то привезли на экспертизу? – в свою очередь поинтересовался он.

Гуров внимательно посмотрел на помощника эксперта, решая, отдавать ему образцы крови или нет. «А в принципе, какая разница, кто будет делать экспертизу? Главное – результат», – решил он и достал конверт с окровавленным платком.

– Вот образцы крови, надо будет сравнить их с взятыми на месте убийства образцами.

– Та-ак, – протянул лаборант, – это у нас убийство дочки генерала…

Разговаривая сам с собой, он подошел к стеллажу с уликами.

– Да. Но только образцы крови были взяты из-под ногтей убитой, – помог ему Лев Иванович.

В это время вошел знакомый эксперт, и Гуров успокоился, понимая, что теперь дело пойдет гораздо быстрее.

– Привезли? – с порога спросил тот, подходя к сыщику.

– Я уже отдал вашему помощнику. – Лев показал на лаборанта.

– Вы когда хотите зайти за результатом? – вытаскивая из конверта платок, спросил эксперт.

– А сколько это займет времени? – вопросом на вопрос ответил полковник.

– Минут сорок, ну, может, час.

– Я вернусь за результатами через час. – Гуров встал и направился к выходу.

Он понимал, что без результатов экспертизы его дальнейшие действия не имеют никакого значения. Сейчас все зависело только от них. Спустившись вниз, Лев подошел к дежурному.

– Начальник у себя? – спросил он у капитана, сидящего за стеклом.

– Только что прошел к себе в кабинет, – подняв голову, сообщил тот.

«Отлично!» – подумал Лев про себя, направляясь на улицу.

Сев в машину, он опередил вопрос Кирилла:

– Мы никуда не едем, ждем.

Младший лейтенант кивнул головой и продолжил листать какой-то журнал. Гуров задумался. Шли третьи сутки расследования, а стопроцентных результатов пока не было. «Если сейчас выяснится, что кровь Соколова не совпадает с частицами, взятыми у убитой, то придется начинать все сначала. Но с чего? С человека со шрамом, о котором говорила соседка?»

В это время зазвонил телефон Кирилла.

– Да, слушаю вас, товарищ капитан! – громко ответил младший лейтенант. – Да, здесь. Да, передаю. – Кирилл протянул Гурову трубку.

– Полковник Гуров слушает.

– Никак не мог вам дозвониться, товарищ полковник. Вот пришлось через шофера, – стал объяснять капитан Родионов, и Лев полез в карман за своим телефоном. Как он и предполагал, у аппарата села батарея.

– Есть какие-нибудь новости? – спросил полковник, показывая младшему лейтенанту свой севший телефон.

– Слежка за Ворониной показала, что она сегодня встречалась с Самарским, сразу после вашего разговора с ней. Они о чем-то разговаривали минут десять, причем Воронина очень нервничала. Потом они расстались. И еще. Я узнал, что завтра состоятся похороны Вероники, если вас это, конечно, интересует.

– Где? В Москве или здесь, в Санкт-Петербурге? – заинтересовался Лев Иванович.

– Здесь, на центральном кладбище.

– Понятно. Спасибо за информацию, – поблагодарил полковник, одновременно прикидывая свои дальнейшие планы на завтра.

Отдав телефон Кириллу, он увидел, что младший лейтенант уже подключил его телефон к автомобильному зарядному устройству.

Лев посмотрел на часы. Они показывали, что прошло всего пятнадцать минут. «Черт! Как же долго тянется время! – выругался про себя Гуров. – Значит, завтра похороны. Ну что ж, придется посетить сие мероприятие, хотя не больно-то и хочется. Как показывает практика, именно на похоронах можно увидеть тех людей, которых бы пришлось искать целую вечность. Так что, возможно, завтра мне тоже повезет». Хлопнув по панели рукой, Лев взялся за ручку двери и, повернувшись к шоферу, сказал:

– Не могу больше ждать! Пойду узнаю, что там.

Выйдя из машины, полковник быстрыми шагами направился в лабораторию. Поднимаясь на второй этаж, он встретился с начальником отдела.

– Здравствуйте, дорогой Лев Иванович, – протягивая руку, поздоровался начальник. – Как продвигаются дела?

– Вы уезжаете? – спросил его Гуров.

– Да, а что? Есть какие-то вопросы? Или нужна моя помощь?

– Да, – не отпуская руки начальника, сказал Лев.

– Я слушаю вас.

– Не здесь. – Сыщик огляделся по сторонам.

– Хорошо, пойдемте ко мне в кабинет, – предложил начальник и, повернувшись к полковнику спиной, стал подниматься по лестнице.

– Я сейчас заскочу к эксперту и вас догоню, – оставаясь на месте, сообщил ему Гуров.

– Хорошо. Буду ждать вас в кабинете, – не поворачиваясь, ответил начальник отдела.

Лев еще не был уверен в том, что ему действительно может понадобиться помощь начальника. Все зависело от результатов экспертизы. Но Гуров решил не рисковать. Он понимал, что при положительном результате нужно будет действовать быстро и слаженно. Поэтому, опережая события, он попросил начальника задержаться.

Практически ворвавшись в лабораторию, полковник с порога спросил:

– Ну что, готово, товарищ эксперт?

В это время сам эксперт сидел за столом и смотрел в микроскоп. Не отрываясь от прибора, он показал полковнику указательный палец, как бы говоря: «Одну минуту». Лев уже спокойно подошел к столу и стал наблюдать за манипуляциями специалиста, который по очереди ставил на штатив микроскопа какие-то стекляшки.

В конце концов Сергей Иванович оторвался от прибора и, посмотрев на полковника, спросил:

– Что ж вы такой нетерпеливый, товарищ полковник?

– Время не терпит. Что там? – Он кивнул на микроскоп.

– Все нормально. Сейчас напишу заключение, и можете ехать брать вашего убийцу, – спокойно ответил эксперт, вставая из-за стола.

– Так, подождите! – остановил его полковник. – Я буду у начальника в кабинете, заключение принесете туда.

– Это дело пяти минут, – попытался остановить его эксперт, но Гуров уже направлялся к двери.

Войдя в кабинет к начальнику, Лев Иванович увидел, что тот сидел на своем месте за столом и разговаривал с кем-то по телефону. Показав полковнику на стул, начальник продолжил свое общение. Гуров нервно постукивал пальцами по столу, ожидая, когда же наконец тот закончит.

– Я слушаю вас, полковник, – наконец произнес начальник, сложив руки на груди.

– Сегодня я получил образцы крови подозреваемого Соколова, который сейчас находится в командировке в Нижнем Новгороде. Образцы совпали с частицами, взятыми у убитой из-под ногтей.

– Значит, получается, что убитая именно с ним боролась перед смертью? – снова перебил его начальник.

Лев глубоко вздохнул и продолжил:

– Как показывают свидетели, у Соколова и убитой были непростые отношения.

– В смысле? – переспросил начальник.

– Между ними были близкие отношения, и Соколов постоянно ревновал Пахомову. А после того как Вероника разорвала с ним все отношения, он продолжал ей звонить и угрожал расправой с любым мужчиной, с которым она будет встречаться.

– А вместо мужчины решил расправиться с ней. Так? – заключил начальник.

– Так. Теперь у нас есть все основания полагать, что это именно он убил дочь генерала Пахомова, и мы можем спокойно его арестовать.

– А в чем проблема? – не понял начальник, но тут же поправился: – Я так понимаю, вам нужен ордер на его арест?

– И не только. Надо связаться с нижегородскими коллегами, чтобы они помогли полковнику Крячко, которого я отправил туда в командировку, в задержании.

– Это тоже не проблема, – уверенно сказал начальник и снял трубку телефона.

Когда все вопросы были решены, Гуров покинул кабинет начальника, чтобы связаться со Стасом и объяснить ему положение дел.

* * *

Все это время полковник Крячко тоже не сидел сложа руки. После того как у него оказался образец крови Соколова и его новый знакомый согласился передать его Гурову в Санкт-Петербурге, Стас решил навестить рейдера. Но прежде он, покинув завод, решил заехать в местное отделение внутренних дел и встретиться с начальником – на случай, если вдруг понадобится помощь коллег.

Показав свою «корочку» дежурному, он спросил:

– Мне бы начальника повидать.

– А его сейчас нет.

– А кто есть?

– Никого нет.

Оказалось, что в городе произошли столкновения между скинхедами и кавказцами и почти весь отдел отправился на «поле битвы», так как все происходило в их районе. Стас понял, что это надолго, и решил вернуться в гостиницу. У него еще был открыт вопрос с ноутбуком Вероники, вернее, с той информацией, которая находилась в нем. Кроме того, надо было дождаться результатов экспертизы из Питера. Через начальника он хотел узнать, в какой гостинице остановился Соколов, но так как никого не оказалось на месте, Стас, поймав такси, решил с пользой потратить время – заехать в магазин и прикупить себе кое-что из продуктов.

Когда он вошел в вестибюль гостиницы, то увидел возле стойки троих мужчин, один из которых показался ему знакомым. Они стояли к нему спиной и ожидали, пока администратор даст им ключи от номера. Подходя к стойке, Стас не мог поверить своей удаче. Мужчина, который показался ему знакомым, был не кто иной, как Соколов. Не желая выдавать себя раньше времени, Стас остановился возле схемы пожарных выходов здания и подождал, пока тот со своими спутниками отправится к себе в номер. Так как Крячко стоял неподалеку, то слышал, как администратор спросила у них:

– Господа! Завтра заканчивается срок оплаты вашего номера. Если вы хотите продлить, то деньги нужно внести заранее.

– Нет. Завтра мы покинем ваш город, – услышал Стас знакомый и наглый голос рейдера.

«Значит, ты надеешься завтра закрыть вопрос с заводом? – подумал он. – Ну-ну, посмотрим».

Как только вся троица скрылась из вида, полковник подошел к стойке.

– Мне нужно знать, в каком номере они остановились, – Стас показал администратору удостоверение.

– Вообще-то, у нас не положено… – начала было женщина.

– Вы хотите потерять свое место? – повысив голос, спросил полковник.

Женщина моментально открыла журнал и сообщила сыщику, в каком номере те остановились. Оказалось, что сам рейдер проживал отдельно от своих боевиков.

Забрав ключи от своего номера, Стас поднялся к себе. Не спеша накрыв на стол, он решил для начала перекусить, а уже потом заняться ноутбуком, но тут выяснилось, что из напитков в их номере есть только вчерашний коньяк. Стас решил спуститься вниз и купить какой-нибудь газировки. Жуя на ходу сделанный бутерброд, он стал натягивать куртку. Подгоняемый разыгравшимся чувством голода, Стас быстрыми шагами пошел по длинному коридору. Неожиданно впереди открылась дверь, и оттуда вышел мужчина, буквально столкнувшись с сыщиком. Подняв глаза, Стас увидел перед собой рейдера. «Странно, ведь его номер находится совершенно в другом крыле», – успел подумать Стас, прежде чем Соколов обратился к нему, остановив его за руку.

– Подождите. А я вас знаю, – удивленно произнес рейдер, – мы встречались с вами сегодня на заводе в кабинете директора, не правда ли? – Он настороженно заглянул полковнику в глаза.

– Встречались, – согласился Стас, понимая, что ему сейчас придется ломать комедию, чтобы Соколов не понял, кто же перед ним на самом деле.

– А что вы здесь делаете? Следите за мной?

– Еще чего! – наигранно возмутился Стас. – Я здесь живу.

– Живете? – удивился рейдер.

– Да. Я приехал из Москвы, чтобы проверить законность сделки с заводом.

– Вы из налоговой службы?

– Да, – соврал полковник.

Соколов, прищурившись, посмотрел на полковника, пытаясь понять, говорит тот правду или врет, и вдруг неожиданно предложил:

– Я собирался спуститься в ресторан пообедать – не составите мне компанию?

Стас театрально отмахнулся от рейдера.

– Спасибо, я сыт.

– Но ведь у нас вами общие интересы, – не унимался Соколов.

– Тем не менее у меня нет никакого желания разделять с вами трапезу, – резко ответил Стас и, обойдя рейдера, направился дальше.

– Все равно завтра этот завод будет мой! – с вызовом сказал Соколов в спину полковнику.

– Посмотрим, – не оборачиваясь, парировал Стас, начиная спускаться с лестницы в вестибюль.

Подойдя к администратору, он буквально прошипел ей в лицо:

– Если кто будет спрашивать обо мне, скажете, что ничего не знаете. Ясно?

– Да-да, конечно, – шепотом ответила женщина, оглядываясь по сторонам.

– Где я могу купить здесь какие-нибудь напитки? – уже нормальным голосом спросил Стас.

Администратор захлопала глазами, не совсем понимая такую резкую перемену тона полковника.

– Здесь есть неподалеку какой-нибудь магазин? – снова спросил сыщик.

– Да. Вот здесь, за углом, есть мини-маркет, в котором вы найдете все, что вам нужно, – наконец-то объяснила женщина, и Стас уверенной походкой отправился на улицу.

Вернувшись в номер и подкрепившись, полковник убрал со стола остатки продуктов и прилег отдохнуть. Закрыв глаза, он не заметил, как задремал. Его разбудил громкий звук телефонного звонка. Подскочив на кровати, Стас потянулся к лежащему на тумбочке телефону, но его сонная рука не удержала трубку, и она упала на пол. Телефон продолжал звонить. «Кому там не терпится?» – выругался полковник, поднимая трубку.

– Да! Я слушаю!

– Ты что там, спишь? – недовольно спросил Гуров.

– Задремал после обеда, – признался Стас другу.

– Дома выспишься, когда все закончится.

– А когда все закончится?

– От тебя все зависит, – серьезно сказал Лев Иванович.

– Что, экспертиза показала положительные результаты?

– Вот именно! А ты спишь!

– Давай по существу, Лев. Не тяни, – перебил его Крячко.

– Слушай новые вводные, – начал Гуров. – У меня на руках заключение экспертов и санкция на арест Соколова. В нижегородский отдел мы уже сообщили – они помогут тебе с арестом. Кстати, ты знаешь его точное местонахождение? – поинтересовался Лев Иванович.

– Я живу с ним на одном этаже, – огорошил своим ответом Гурова помощник.

– Как на одном этаже?!

– Вот так! Случайно оказались в одной гостинице, да еще и на одном этаже, – пояснил Стас.

– Он знает, кто ты? – забеспокоился Лев.

– Нет.

– Значит, так, Стас! Отправляешься сейчас в отдел и находишь там оперуполномоченного Гаранина. Он уже в курсе всех наших дел.

– Боюсь, что вдвоем можем не справиться. Соколов здесь не один; с ним еще двое молодцов, и, похоже, это далеко не юристы.

– А кто тебе сказал, что вы будете действовать вдвоем? Гаранин – руководитель группы.

– Тогда другое дело, – улыбнулся Стас. – Сейчас же отправляюсь в отдел.

– Смотри там поаккуратней, – по-дружески посоветовал Лев, переживая за друга.

Приняв холодный душ, Стас почувствовал, как его тело наливается энергией. Впереди предстояло непростое дело. Этот рейдер со своими бойцами мог оказать сопротивление, и поэтому надо было находиться в хорошей форме. Стас не пожалел, что ему удалось подремать перед этим. Проходя мимо номера Соколова, Крячко сбавил шаг, прислушиваясь к громким голосам за дверью. «Похоже, они уже отмечают завтрашнюю победу», – подумал полковник, услышав звон бокалов.

* * *

Оперуполномоченный Гаранин оказался молодым сотрудником в звании капитана. Его боевая выправка и бросающаяся в глаза уверенность говорили о том, что этот довольно молодой офицер уже побывал в различных переделках. Как выяснилось потом, так оно и было. Роман Гаранин пришел работать в милицию после того, как уже отслужил в спецназе и побывал в горячих точках. На его счету было не одно задержание, именно поэтому начальник местного отдела и решил послать его на помощь полковнику Крячко.

Когда Стас приехал в отдел, дежурный сказал, что его уже ждут. Войдя в кабинет, сыщик увидел там не только Гаранина, но и еще двух мужчин примерно одного с ним возраста.

– Капитан Гаранин! – представился опер и тут же добавил: – Андрей.

– Полковник Крячко, Станислав Андреевич.

– Это наши сотрудники, – стал представлять Андрей своих подчиненных.

После того как все формальности были соблюдены, Гаранин спросил у Стаса:

– Как мы выяснили, рейдер Соколов сейчас находится в гостинице «Славянская», правильно?

– Именно так, – подтвердил Стас. – Думаю, что до завтрашнего утра они никуда не денутся, так как завтра собираются закончить свои дела с заводом.

– У вас есть какие-нибудь предложения по задержанию?

– Особых предложений нет. Единственное, что могу сказать: когда я уезжал из гостиницы, они что-то праздновали в своем номере, так что надо быть осторожнее. Сами знаете, от пьяных вооруженных людей можно ожидать чего угодно.

– Они вооружены? – удивился Гаранин.

– Сам-то Соколов – навряд ли, а вот двое других наверняка не пустые, – предположил Стас.

– Ну что, я думаю, с деталями разберемся на месте? – встав из-за стола, сказал Гаранин.

По дороге в гостиницу капитан поведал полковнику, как пришел в милицию, успев повоевать, и только когда они уже подъезжали, все стали сосредоточенными, обдумывая каждый свои действия в предстоящем задержании рейдера и его команды.

Войдя в вестибюль гостиницы, Стас сразу подошел к администратору.

– Из триста пятого номера никто не покидал гостиницу?

– Не-ет, – испуганно ответила женщина, поглядывая на здоровенных парней в гражданке.

– Все нормально. Они в номере, – сказал полковник, подойдя к капитану.

– Роман, ты остаешься здесь, – приказал Гаранин одному из своих подчиненных. – Где находится номер? – спросил он у Стаса.

– На третьем этаже.

Полковник первым направился наверх. За дверью номера, куда подошли офицеры, слышалась музыка и громкий смех. Гаранин жестом показал второму подчиненному, чтобы тот стал с другой стороны проема дверей. Стас занес руку, чтобы постучать в дверь, как за ней послышался женский голос. Он моментально убрал руку и жестом показал капитану отойти в сторону лестницы. В номере находились посторонние люди, и подвергать их опасности они не имели права. Надо было действовать по-другому. Отойдя на достаточное расстояние от номера, Стас сказал Гаранину:

– Надо задействовать кого-нибудь из обслуживающего персонала.

Капитан кивнул, соглашаясь с полковником. Спустившись вниз, они снова подошли к администратору.

– Нам нужна ваша помощь.

Женщина удивленно посмотрела на Стаса.

– Нам нужно, чтобы вы пошли с нами и под каким-нибудь предлогом попросили мужчин из триста пятого номера открыть дверь.

Администратор сделала круглые глаза, не понимая, о чем говорит полковник.

– К примеру, что они мешают отдыхать соседям, – пояснил Стас.

Ничего не говоря, женщина, как завороженная, вышла из-за своей стойки и направилась наверх. Когда они оказались возле номера, Стас жестом показал ей на дверь. Женщина глубоко вздохнула и на удивление офицеров уверенно постучала в дверь.

– Что надо?! – послышался грубый мужской голос из номера.

– Это администратор гостиницы! Откройте, пожалуйста, дверь! – громко сказала женщина.

Послышался шум, потом кто-то пытался попасть ключом в замочную скважину; наконец дверь открылась, и на пороге появился пьяный мужчина с бокалом в руке. Дальше все происходило, как в ускоренной съемке. В мгновение ока мужчина был сбит с ног, и ворвавшийся в номер капитан уже выворачивал руку пытавшемуся сопротивляться второму мужчине. Ярко накрашенная девица сидела на кровати, поджав под себя ноги, с ужасом наблюдая за происходящим. На все задержание ушло не больше нескольких секунд. Но было одно «но»: в номере не оказалось Соколова. Стас негодовал. Главный подозреваемый в убийстве мог сейчас находиться где угодно.

– Где ваш хозяин? – подойдя к одному из задержанных, спросил полковник.

– А он тебе зачем? – нагло ухмыльнулся он.

Не успел Стас задать следующий вопрос, как в это время капитан приподнял пьяного мужика и со всей силы ударил его в солнечное сплетение. Тот захрипел, а полковник посмотрел красноречивым взглядом на Гаранина.

– Я с этим отребьем не церемонюсь, – ответил на немой вопрос полковника капитан, – да и времени у нас нет.

Стас повернулся к другому задержанному:

– Ты тоже не знаешь, где Соколов?

По лицу мужчины пробежал испуг.

– Он сказал, что вернется через час.

– А что же он вас с собой не взял? – задал ему вопрос Гаранин.

– Сказал, что сегодня без нас обойдется.

– Когда он уехал? – Капитан тряхнул за шиворот первого.

– Час назад, – превозмогая боль, ответил тот.

– Что будем делать, товарищ полковник? – посмотрел на Стаса капитан.

– Этих в отдел. – Крячко показал на сообщников рейдера.

– За что?! – возмутился один из них.

– За пьянку в общественном месте! – не задумываясь, ответил полковник. – А мы с тобой, капитан, подождем Соколова здесь.

– Позови Романа, и забирайте этих в отдел! – распорядился капитан. – Мы тут с полковником сами управимся.

Спустя час, офицеры услышали, как в номере стал открываться замок, и через минуту на пороге появился Соколов. Его удивленный взгляд говорил о том, что он никак не ожидал увидеть здесь посторонних людей, особенно полковника, с которым разговаривал несколько часов назад. Не дав ему прийти в себя, Стас подошел к рейдеру и, показав ему свое удостоверение, сказал:

– Вы арестованы, гражданин Соколов, по подозрению в убийстве гражданки Пахомовой. – Крячко сунул ему под нос санкцию на арест, выписанную прокурором.

– На каком основании? – придя в себя, поинтересовался рейдер.

– Твои образцы крови совпали с частицами, взятыми у убитой, – спокойно пояснил ему полковник.

– А, вот оно что, – протянул Соколов и в ту же минуту сделал шаг назад.

Прежде чем Стас успел среагировать на дальнейшие действия рейдера, тот успел захлопнуть перед собой дверь и пустится наутек по коридору. Выскочив за ним, Стас увидел, как на лестнице мелькнула его голова. «А он неплохо подготовлен для обычного деляги», – подумал полковник, срываясь в погоню за Соколовым.

Когда Крячко и Гаранин оказались в вестибюле, то увидели через стеклянные двери мелькнувшую фигуру Соколова. Выбежав на улицу, полковник крикнул капитану:

– Я за ним! А ты наперерез через двор. – Он показал ему рукой короткий путь.

Тем временем Соколов, перепрыгивая через лужи, уже успел преодолеть бульшую часть пути, который вел в ближайшие дворы. Стас рванул напрямую, не обращая внимания на попадавшиеся под ногами лужи и грязь. В тот момент, когда полковнику уже показалось, что Соколов уйдет, тот вдруг неестественно выбросил ногу в сторону и полетел на землю; хотел было вскочить, но, громко вскрикнув, осел на место. Полковник понял, что рейдер, поскользнувшись, скорее всего, вывернул ногу и теперь не сможет сдвинуться с места. Перейдя на шаг, Стас уже спокойно подошел к тому, как раз в тот момент, когда из-за угла вывернул капитан. Увидев издалека, что погоня закончилась, Гаранин тоже сбавил темп, постепенно перейдя на быстрый шаг.

– Поднимайся, спринтер! – сказал Стас прерывистым голосом, не успев полностью отдышаться.

– Не могу, – посмотрев на него, ответил рейдер.

– Сейчас ты у меня все сможешь! – зло проговорил капитан, но Стас остановил его:

– Подожди… Что с ногой? Сможешь дойти до гостиницы? – Полковник присел рядом с Соколовым.

– Попробую, – пытаясь подняться, ответил рейдер, но, вскрикнув, схватился за ногу.

– Похоже, надо вызывать «Скорую помощь». – Стас повернулся к капитану.

Зло посмотрев на рейдера, Гаранин достал свой сотовый телефон.

– Алло, «Скорая»? Говорит капитан Гаранин. У нас тут преступник ногу подвернул. Нужна ваша помощь. Мы находимся возле гостиницы «Славянская»… Хорошо! Ждем!

Только после того, как Соколову была оказана медицинская помощь, Стас решил позвонить Гурову.

– Привет, Лев! – радостно начал Стас.

– Почему так долго не звонил? – недовольно спросил Лев вместо приветствия. – Я тут уже весь извелся. Взяли рейдера?

– А то! – не обращая внимания на тон друга, ответил полковник, посмотрев на Соколова, который сидел на заднем сиденье в наручниках.

– Признает свою вину в убийстве Вероники?

– Пока не успел.

– Ну, ничего, пусть пока соберется с духом, – спокойно отреагировал Лев. – Решили, когда будете этапировать его в Питер?

– Нет пока. Сейчас вот везем его в отдел, там и решим, – пояснил Крячко.

– Постарайтесь не затягивать с этим. Сам понимаешь, чем быстрее мы доложим о завершении операции, тем лучше.

– Мог бы и не напоминать.

– Ладно, буду ждать, – сказал Гуров и повесил трубку.

Повернувшись к Соколову, Стас спросил:

– Ну, что, будешь колоться, что убил дочку генерала Пахомова?

– Я не убивал. – Рейдер отвернулся к окну.

– А зачем тогда убегал от нас?

– Сразу не сообразил, кто вы такие, – не поворачиваясь, ответил Соколов.

– Складно, – усмехнулся Стас, понимая, что сейчас с ним бесполезно разговаривать.

Как только они с капитаном вошли в отдел, полковник, положив руку на плечо Гаранину, сказал:

– Посади его пока в камеру, а я поднимусь к вашему начальству, чтобы решить вопрос с отправкой Соколова ближайшим рейсом в Санкт-Петербург.

– Хорошо, Станислав Андреич, сделаем!

* * *

Было уже восемь часов вечера, когда самолет, на котором летел Стас, приземлился в Санкт-Петербурге. Держа Соколова за локоть, полковник прошел через турникет и сразу же увидел Гурова. Тот стоял с двумя другими сотрудниками, которые, в отличие от полковника, были в форме. Приняв Соколова, они повели его к машине, а Лев Иванович со Стасом не спеша пошли следом.

– Как все прошло? – поинтересовался Гуров у своего друга.

– Ничего особенного, – устало отмахнулся Стас, – как всегда, пришлось побегать немного, а так в целом все как обычно. А у тебя что нового?

– Есть свидетель, который видел всех, кто в тот вечер навещал Веронику.

Стас остановился и внимательно посмотрел на Гурова.

– Соседка напротив, – уточнил Лев.

– Ага! И что она рассказывает?

– В тот вечер квартиру убитой посещали три человека, – начал Гуров, остановившись возле казенной «Волги», – Самарский, Соколов и… – Он замолчал, давая Стасу самому догадаться, кто же был третьим гостем в тот злополучный вечер.

– И? – Стас посмотрел на загадочное лицо своего друга.

– Ксения Воронина, блондинка с фотографии.

– Ничего себе номер! – удивленно произнес Стас.

– Ладно, поехали в отдел, по дороге все расскажу, – открыв дверь, предложил Гуров.

Пока машина мчалась по ночному городу, Стас узнал, как Лев встретился с соседкой Вероники и та рассказала ему об окровавленных руках Ворониной, о найденной пуговице и о человеке со шрамом, который открыто угрожал убитой расправой.

– Кстати, Стас, ты нашел что-нибудь интересное в компьютере убитой? – спросил в конце своего рассказа Гуров.

– Ты имеешь в виду в ноутбуке? – поправил его Стас.

– Особой разницы не вижу. Так что есть что-нибудь интересное?

– Честно сказать, времени у меня особого не было. Плюс ко всему пароль не смог подобрать. Мне кажется, сейчас это не так уж и важно. Соколов-то у нас в руках.

– Так-то оно так. А вдруг выяснится, что это не он? – неожиданно предположил полковник. – Тогда что?

– Не думаю, – возразил Стас, – все указывает на то, что это именно рейдер убил Веронику из ревности. Кстати, ты знаешь, Лев, что такое дофамин?

– Нет.

– Цитирую дословно. – Стас сделал важное лицо. – Дофамин – это гормон, выделяемый у влюбленных и толкающий их на безумства.

– Это к делу не пришьешь – нужны твердые доказательства, а поэтому мы сейчас допросим Соколова. А если он начнет отпираться, завтра с утра мы пригласим соседку Вероники для его опознания. Тогда и посмотрим, что он запоет. Этот Соколов – непростой парень. У него наверняка есть парочка адвокатов, которые будут следить за соблюдением законности, так что мы, Стас, должны иметь абсолютные доказательства его вины.

– Согласен. Но давай, Лева, не будем бежать впереди паровоза. Начнем с допроса, а там посмотрим. Иначе с твоими пессимистическими прогнозами все желание отпадет что-либо делать. Нет чтобы порадоваться тому, что Соколов у нас в руках, а ты вдруг начинаешь сомневаться в его виновности…

– Я привык рассматривать все варианты.

В отделе их встретил капитан Родионов, который предоставил москвичам свой кабинет для допроса Соколова.

– Вы не против, Лев Иванович, если я тоже поприсутствую на вашем допросе?

– Как же я могу тебе запретить? Это же твой кабинет, – шутливо ответил полковник.

– Будем вести перекрестный допрос, – уже серьезно обратился Гуров к Стасу, когда они сели за стол. – Распорядись, капитан, чтобы к нам привели задержанного, – попросил он Родионова, который продолжал стоять возле дверей.

Через пять минут в кабинет ввели Соколова, который прихрамывал на вывихнутую ногу. Оказавшись в кабинете, рейдер посмотрел на сыщиков настороженным взглядом.

– Присаживайтесь, Соколов, – показав на стоящий посредине стул, предложил Гуров.

Усевшись на стул и вытянув больную ногу вперед, Соколов стал разглядывать обстановку кабинета, будто его привели сюда не для допроса, а пригласили в гости.

– Не хотите сами все рассказать, чтобы не тратить свое и наше время? – задал вопрос Лев Иванович, смотря на рейдера.

– Мне нечего вам рассказать, – продолжая крутить головой, ответил Соколов.

– Ну, тогда мы вам расскажем, а вы, если что не так, поправите нас. Хорошо? – Лев встал и прошелся по кабинету. – Итак, вы, гражданин Соколов, двумя днями ранее между одиннадцатью и двенадцатью часами ночи оказались в квартире гражданки Пахомовой, где между вами произошла ссора, в ходе которой вы убили данную гражданку. Правильно? – Лев Иванович остановился напротив Соколова.

Рейдер посмотрел на сыщика и, усмехнувшись, ответил:

– Нет. Неправильно. В тот вечер я был у Вероники, но убивать ее – не убивал. Зачем? Я что, похож на идиота, который станет убивать женщину, к которой испытывал чувства?

– А сейчас? – включился в допрос Стас.

– Что сейчас? – не понял Соколов.

– Сейчас вы уже не испытываете к ней чувства?

– Не ваше дело. – Лицо Соколова отразило досаду.

– Ладно, мы сейчас не об этом. Нас больше интересуют подробности той ночи, – продолжил Лев. – Как вы оказались в квартире убитой? Она вам позвонила?

– Нет, я сам пришел.

– Зачем? Насколько мне известно, вы расстались с ней еще месяц назад, – не дав ему договорить, спросил Гуров.

Соколов на секунду задумался, прежде чем ответить, а потом вдруг огорошил всех своим признанием:

– Мне позвонила ее подруга и сказала, что Ника встречается в своей квартире с каким-то мужчиной. И я решил посмотреть на того, с кем она так быстро забыла меня. Ведь я все еще надеялся вернуть наши с ней отношения…

– А вот здесь поточнее, пожалуйста. – Лев подошел вплотную к задержанному. – Какая подруга?

– Ее близкая подруга и наша общая знакомая, – пространно ответил Соколов.

– Не хотите ли вы сказать, что вам звонила Ксения Воронина? – предположил Гуров.

– Она… В тот вечер Ксения позвонила мне и сообщила, что Вероника пригласила к себе домой мужчину, недвусмысленно намекая на то, что между ними должно произойти.

– И вы пришли к ней и в порыве ревности убили ее? – Стас встал из-за стола и тоже подошел к Соколову.

– Да никого я не убивал!! – Соколов стал выходить из себя.

– Не надо так нервничать, – сказал Лев Иванович, беря стул и садясь напротив рейдера. – Лучше расскажите, как было дело.

Соколов снова замолчал, переводя взгляд с одного сыщика на другого. Когда прошло несколько минут, Стас не выдержал.

– Что, в молчанку играть будем?! Рассказывай, как дело было! Тебе же лучше!

Крик полковника как будто вывел Соколова из ступора.

– В тот вечер я находился у себя дома и собирался уже ложиться спать, как мне позвонила Воронина. После того как она мне рассказала о встрече Вероники с неким мужчиной, я собрался и поехал к ней. – Подъехав к ее дому, я еще некоторое время сидел в машине, настраиваясь на предстоящий разговор. Спустя какое-то время я решил подняться к ней в квартиру, что, собственно, и сделал.

– А вы предупреждали ее о своем приезде? – спросил Лев, вспомнив слова хирурга Самарского, который говорил о звонке Соколова.

– Конечно! Неужели вы думаете, что мне было бы приятно застать их врасплох?

– Что же было дальше?

– Когда я поднялся к ней в квартиру, между нами произошла ссора, и мы даже подрались. – Андрей опустил глаза, и Лев заметил, что тому не очень приятно об этом говорить.

– Причина драки был все тот же мужчина?

– И он тоже.

– Как у вас складно все получается, – язвительно заметил Стас, который все это время внимательно слушал рейдера. – Тогда объясните нам, зачем вы украли ювелирные украшения из квартиры убитой?

Соколов сделал такое лицо, что у сыщиков не осталось сомнений, что тот, без сомнений, крайне удивлен их вопросом.

– Ничего я не крал!

– А что, они сами испарились из шкатулки?

– А-а, теперь понятно, про что вы говорите; а то я уже было подумал, что вы меня еще и в краже хотите обвинить, – как-то спокойно отреагировал Соколов.

– Так что с вещичками? – снова спросил Стас, усмехнувшись.

– Когда наш разговор ни к чему не привел и Вероника сказала, что любит другого, я попросил ее вернуть мне все подарки, которые я ей дарил, но она отказалась это сделать.

Лев Иванович со Стасом переглянулись.

– Тогда я решил сам забрать свои подарки, но Вероника бросилась на меня с кулаками.

Лев Иванович пренебрежительно посмотрел на рейдера.

– А что вы хотите? – недовольно выкрикнул Соколов. – Цацки-то не из дешевых. Одно кольцо с брильянтом чего стоит!

– Продолжайте, – сдерживая эмоции, Лев Иванович смотрел на этого богатого, но мелочного мужчину.

– Забрав свои вещи, я ушел, – сказал Соколов и замолчал.

– Вас кто-нибудь видел? Например, консьержка?

Соколов снова задумался, вспоминая подробности той ночи, и неожиданно ответил:

– Нет, внизу в подъезде никого не было, а вот на улице стояла машина, и там сидел мужчина.

– Номер, случайно, не запомнили? – спросил Стас.

– Случайно не запомнил, – недовольно ответил Соколов и отвернулся к окну, прекрасно понимая, что не смог доказать свою невиновность.

– А марку машины хотя бы можете вспомнить?

– Черный «Ауди», – ответил Соколов уверенно.

– Вы знали, что Вероника была беременна? – вдруг задал неожиданный для всех вопрос Лев, внимательно наблюдая за его реакцией.

Резко повернувшись к полковнику, Соколов недоверчиво заглянул полковнику в глаза.

– Она была на втором месяце беременности, – уточнил Гуров, продолжая наблюдать за реакцией сидящего перед ним мужчины.

Соколов обхватил голову руками, и полковник понял, что тот никак не ожидал услышать такую новость. Через минуту рейдер посмотрел на Гурова.

– Можно мне подумать до завтра?

Лев и сам чувствовал, что дальнейший допрос не принесет никаких результатов.

– Надеюсь, что до утра вам удастся вспомнить еще что-нибудь, что могло бы доказать вашу невиновность, а иначе, сами понимаете… – Полковник многозначительно развел руками и, повернувшись к капитану, распорядился: – Можно уводить.

Открыв дверь, Родионов скомандовал:

– Увести подозреваемого!

В кабинет вошел старшина и, надев на Соколова наручники, увел его в камеру.

Когда за ними закрылась дверь, Лев спросил у коллег:

– Какие будут мнения?

Капитан и Стас молча обдумывали услышанное. Лев Иванович, не дождавшись ответа, начал сам:

– Если верить показаниям Соколова, то получается, что Веронику убил кто-то другой.

– А почему мы ему должны верить? – Стас сел напротив своего друга.

– Что-то здесь не сходится – а что, никак не пойму, – задумчиво ответил Гуров. – Мне кажется, надо еще раз все перепроверить и опросить свидетелей. Не получается у нас логической цепочки событий.

– Когда кажется, креститься надо, – решил схохмить Стас, но Гуров не поддержал его веселого настроения.

– Если окажется что Соколов действительно покинул квартиру убитой, когда та еще оставалась жива, то нам придется все начинать сначала.

– Да брось ты, Лев! Ты что, правда ему поверил? Да врет он все! И насчет драки, и насчет украшений. Выкручивается просто, вот и все! – разошелся Стас, вскочив из-за стола.

– Ладно, пойдемте отдыхать. Утро вечера мудренее, – посмотрев на коллег, сказал Гуров и направился к двери.

– Вот именно! – обрадованно поддержал его Крячко.

– Завтра похороны убитой. – Лев остановился в дверях, как будто бы только что вспомнил об этом. – Надо будет взять оператора и снять всю процессию на камеру. – Он посмотрел на капитана.

– Сделаем, товарищ полковник! – бодро ответил Родионов, открывая перед полковником дверь и пропуская его вперед.

– А сейчас отдыхать, – устало скомандовал полковник. – Думаю, завтра нас ждет непростой денек.

После того как сыщики перекусили и легли спать, Лев Иванович еще долго не мог уснуть. «Виноват или не виноват Соколов в убийстве Вероники?» – думал Гуров.

* * *

Утро следующего дня началось с раннего подъема. Часы показывали шесть тридцать, когда Лев, по-молодецки вскочив с постели, громко крикнул:

– Подъем, курсант Крячко!

Стас открыл глаза и сонным взглядом посмотрел на друга.

– Это что, такая шутка? – недовольно пробурчал он и, накрыв голову одеялом, отвернулся к стенке.

– Вставай, соня! – Лев Иванович стянул одеяло с его головы.

– Да ты на время посмотри, Лев! – не на шутку рассердился Стас.

– Ладно. Пока я буду бриться, разрешаю тебе подремать. – Гуров оставил сыщика в покое и пошел в ванную комнату.

– Как же, с тобой подремлешь! – Продолжая возмущаться, Стас встал с кровати и, подойдя к окну, стал потягиваться.

Вернувшись из ванной, Гуров увидел, что его напарник уже успел заправить свою койку и даже сделал бутерброды.

– Вот это другое дело! – хлопнув в ладоши, бодро сказал Лев. – Иди брейся, а я пока чай сделаю.

– Не иначе как в твоей голове созрел какой-то план? – серьезно спросил Стас.

– Придешь – расскажу. – Гуров хитро прищурился, посмотрев на друга.

Умывшись холодной водой, Стас понял, что его тело все равно не хочет просыпаться, и тогда, полностью раздевшись, полез под холодный душ. Наливая чай, Гуров услышал, как из ванной доносились крики его напарника. Посмотрев на дверь, он вслух произнес:

– Холодный душ с утра – это правильно, это по-нашему!

Утром полковника Гурова осенила мысль: «А что, если все так и было, как рассказывает Соколов? И кто-то другой пришел в квартиру Вероники и убил ее? А если учесть, что она сама открыла дверь убийце, то можно предположить, что она хорошо его знала. Например, это была Воронина или хирург Самарский… – прикидывал Лев, лежа в постели. – Ведь каждый из них мог вернуться и сделать свое черное дело. Старушка-соседка видела, как они входили и выходили от Вероники, но потом она пошла спать и могла не знать, что кто-то из них вернулся снова. Например, та же Воронина. И все из-за той же ревности. Или же Самарский, который надеялся продолжить вечер с молодой красивой женщиной, а получил от ворот поворот».

Об этом и поведал Гуров своему другу, когда тот вышел из ванной.

– Ну, ты даешь, Лев, – удивился Стас. – Зачем тогда надо было ехать за этим рейдером, если убийца, как ты утверждаешь, находится здесь, в Санкт-Петербурге, практически у нас под носом?

– Хорошая мысля приходит опосля! – отшутился полковник. – Именно рассказ Андрея и заставил меня посмотреть на все другими глазами. Теперь понятно?

– Понятно, – проворчал Стас, заканчивая пить чай. – И что дальше? Отпускаем Соколова и начинаем все сначала? Да Орлов с нас три шкуры снимет!

– Надеюсь, что нет. Сегодня решающий день. Сегодня все тайное станет явным! – закончил Гуров.

– Ты мне сейчас напоминаешь Эркюля Пуаро в лучшие годы. – Стас встал из-за стола и стал одеваться. – Куда двинем в первую очередь?

– В первую очередь навестим соседку Вероники.

– Не рановато для такого визита?

– Старые люди встают очень рано, так что в самый раз, – успокоил его Лев. – Тем более что сегодня у нас с тобой еще уйма дел.

– Уж в этом я не сомневаюсь…

Когда они вошли в подъезд, то увидели, что в маленькой комнатке для консьержки сидела Вера Павловна, которая дежурила в ту ночь, когда было совершено убийство. Увидев сыщиков, она засуетилась и, выйдя из комнатки и поздоровавшись, спросила:

– Поймали убийцу?

– Пока нет, – ответил Лев и тут же добавил: – Если бы каждый сознательный гражданин старался помочь следствию, а не запутывал бы его в самом начале, то большинство преступников уже давно было бы поймано, и нам бы не пришлось терять столько времени.

Консьержка слушала полковника, и с каждым сказанным словом выражение ее лица менялось от недоумения до испуга.

– Кстати, Вера Павловна, вы закончили свое дежурство или только заступаете на него?

– Через час заканчивается моя смена… – Та теребила в руках носовой платок.

– Я попросил бы вас задержаться, – попросил Лев, – у меня к вам есть несколько вопросов.

– Вообще-то, у меня были срочные дела… – неуверенно начала консьержка, но Гуров перебил ее:

– Придется отложить. – И он стал подниматься по лестнице, не дожидаясь, что скажет Вера Павловна.

– Что это было? Не понял? – спросил Крячко, когда они вошли в лифт.

– Если бы она сразу рассказала о том, что ее не было на месте в ту ночь, может, тогда нам бы не пришлось ходить вокруг да около.

Когда они оказались возле двери старушки, Стас повернулся к Гурову:

– Точно не рано?

– Нормально, – посмотрев на часы, ответил Лев и нажал на кнопку звонка.

Через минуту за дверью послышались шаги, потом щелкнул замок, и на пороге появилась уже знакомая Гурову гостеприимная старушка. На ней был надет цветастый передник, слегка обсыпанный мукой. Вытирая руки о полотенце, она, улыбаясь, поздоровалась.

– Вы нас извините, что мы так рано. Просто дело очень важное и не терпит отлагательств, – поздоровавшись, начал Лев Иванович, но старушка махнула рукой.

– Не извиняйтесь, я уже два часа как проснулась. Вот решила блинчиков испечь. Да вы проходите – чего в дверях-то стоять, – пригласила старушка, показывая в глубь квартиры.

– Мы вас долго не задержим, – сразу предупредил ее Гуров, проходя в квартиру.

– Разувайтесь и проходите в комнату, а то у меня на кухне такой беспорядок с этими блинами, даже сесть негде.

В небольшой комнате сыщики расположились на диване в ожидании, пока добродушная старушка вернется из кухни.

– Выключила пока блины, потом допеку. – Она присела на стул. – Так какое у вас ко мне дело? – Она заинтересованно посмотрела на Гурова.

– Вы не могли бы, Пелагея Семеновна, – Лев с трудом вспомнил имя старушки, – еще раз вспомнить все события того вечера, когда была убита ваша соседка?

– А почему же нет? Память у меня еще не дырявая – все помню, – заверила его старушка. – Вас что именно интересует? – спросила соседка.

– Начните с того момента, как Вероника пришла домой с мужчиной.

– Ага! Поняла. Значит, так… – Она на секунду замолчала, вспоминая, как это было. – Пришли они, значит, где-то около одиннадцати часов. Нарядные такие были и веселые, громко так разговаривали. – Я поэтому и подошла посмотреть, кто там шумит. Полюбовалась, так сказать, на молодых и пошла на кухню. Потом, слышу, опять разговоры какие-то на площадке. Я снова пошла посмотреть – и вижу: Вероника уже провожает этого мужчину, можно сказать, выталкивает за дверь.

– А что, он не хотел уходить? – поинтересовался Гуров.

– Мне показалось, что да.

– Потом пришла женщина? – Лев с нетерпением ждал ответа старушки, ведь именно в этом и была вся ошибка его первого допроса: он не узнал последовательность прихода всей троицы.

– Нет, сначала пришел мужчина. Нервный такой. Звонил, как бешеный, в дверь.

– Вот этот? – Лев показал соседке фотографию Соколова на телефоне, которую он сделал сразу же при первой встрече, еще там, в аэропорту.

– Да это он, – подтвердила старушка.

– Вы хотите сказать, что женщина пришла позже? – не выдержал Стас.

– Потом приходила женщина, а потом вернулся тот мужчина, которого Вероника выставила за дверь, – неожиданно ответила Пелагея Семеновна, чем наповал «убила» сыщиков.

Теперь уже и Лев Иванович округлил глаза, услышав признание соседки.

А что же вы мне сразу об этом не сказали?! – повысив голос, спросил он.

– Я думала, что это неважно. Вы ведь спросили: сколько всего было гостей? Вот я и сказала вам, что всего было трое – двое мужчин и женщина, – стала оправдываться старушка, переводя взгляд с одного сыщика на другого.

Наступила минутная пауза, во время которой каждый думал о своем. Но вот наконец Лев хлопнув себя по коленям, встал с дивана.

– В любом случае спасибо вам, Пелагея Семеновна, нам пора.

Когда сыщики вышли из квартиры старушки, Стас спросил у Гурова:

– Так что, теперь придется отпустить Соколова?

– Пусть пока посидит. А вот поговорить с ним стоит.

– Значит, сейчас в отдел?

– Да. Надо еще кое-что выяснить, а потом мы поедем на похороны.

Стас сделал удивленное лицо.

– На похороны? Нам-то это зачем?

– Догадайся с трех раз.

– Что ты все загадками говоришь, Лев? – Стас недовольно пнул лежащую на полу пустую пачку из-под сигарет.

Спустившись на первый этаж, Гуров увидел, что в маленькой комнатке консьержки сидит другая женщина, а Вера Павловна, одетая, стоит в дверях. Увидев сыщиков, она попрощалась со своей сменщицей и вышла полковникам навстречу.

Лев, оценив обстановку, понял, что разговора здесь не получится, и поэтому предложил консьержке поговорить на улице. Подойдя к машине, полковник, отбросив всю деликатность, спросил у женщины:

– Почему вы скрыли от нас, что в ту ночь вас не было на месте?

Его твердость и уверенность в голосе заставили женщину застыть на месте.

– Я, я… – стала заикаться женщина, хлопая глазами.

– Нам все известно, уважаемая Вера Павловна, поэтому врать не советую! Сейчас вы нам расскажете, как все было на самом деле в ночь убийства! – жестким тоном сказал Лев, чем еще больше испугал женщину.

– Да-да. Я все расскажу. Понимаете, у меня дочка недавно родила, – торопливо начала консьержка. – Первый ребенок – сами понимаете, ничего не умеет, а тут еще в тот вечер у него температура поднялась. Вот мне и пришлось оставить свой пост, а так я всегда на месте, честное слово, – добавила женщина, посмотрев на Гурова умоляющим взглядом.

– Так! Давайте все по порядку, начиная с того момента, как в подъезд вошла Вероника с неизвестным мужчиной.

– Было около одиннадцати часов, когда я услышала, как к подъезду подъехала машина и через минуту вошла Вероника со своим кавалером. Не прошло и получаса, как тот мужчина спустился и недовольный вышел на улицу.

– Потом вы пошли домой? – перебил ее Лев Иванович.

– Да. Мне позвонила дочь и сказала, что у Ванечки, моего внука, поднялась температура и она не знает, что делать. Я подумала, что если отлучусь на часок, то ничего страшного не произойдет – время-то было уже позднее.

– В котором часу вы вернулись обратно? – вступил в разговор Стас.

– Точное время назвать не могу, но где-то около двенадцати или в двенадцать, – неуверенно ответила женщина.

– Вы кого-нибудь видели, когда вернулись обратно?

– Нет, никого не было. Хотя постойте… – Она на секунду задумалась. – Когда я подходила к дому, из подъезда вышел мужчина и сел в машину.

– Вы видели этого мужчину раньше? – поинтересовался Лев Иванович.

– Было темно, поэтому я даже не успела рассмотреть его, – объяснила женщина, и Гуров понял, что дальнейший разговор не имеет смысла.

– Хорошо, возвращайтесь домой. Позже вас пригласят для дачи показаний, – все тем же приказным тоном сказал Гуров, садясь в машину.

– Куда теперь? – заводя двигатель, спросил Кирилл.

– В отдел.

– Ты же хотел на похороны? – удивился Стас.

– Еще рано. – Сыщик взглянул на часы. – Сначала поговорим с Соколовым; наверняка он что-нибудь вспомнил за эту ночь, проведенную в камере.

* * *

– Капитан Родионов пришел на работу? – спросил Лев у дежурного.

– Да, он уже здесь.

– Отлично. У него в кабинете и проведем допрос Соколова.

Когда они вошли в кабинет капитана, он давал распоряжения своим подчиненным. Увидев полковников, Родионов жестом предложил им подождать, пока он закончит.

– Кроме всего прочего, сегодня надо будет сделать съемку похорон Вероники Пахомовой, – начал было давать распоряжения капитан, но Лев не дал ему договорить.

– Отставить! Мы сами будем присутствовать на процессии.

После того как капитан закончил инструктаж и они остались в кабинете одни, Гуров приказал:

– Распорядитесь, капитан, чтобы привели Соколова!

Через десять минут перед ними стоял рейдер. Это уже не был тот нагловатый и уверенный захватчик чужой недвижимости. Помятая одежда и растерянный взгляд говорили о том, что он понял всю серьезность ситуации, в которую попал.

– Присаживайтесь, Соколов, – предложил Лев Иванович, показывая на стул.

Андрей присел на стул и с жадностью посмотрел на лежащие на столе капитана сигареты. Лев Иванович проследил за его взглядом и жестом показал капитану, чтобы тот дал ему закурить. Подождав, пока Соколов насладится первыми затяжками, полковник спросил у него:

– Удалось что-нибудь вспомнить?

Соколов закивал головой, выпуская дым.

– И что же?

– Машина, которую я видел у подъезда, принадлежала хирургу Константину Самарскому.

– Вы уверены?

– На сто процентов, – не задумываясь, ответил Соколов.

– А вы что, хорошо знаете его машину? – задал вопрос Стас.

– Видел несколько раз.

– А вы знаете, что это он был в квартире Вероники до вашего прихода туда? – Лев Иванович подошел к Соколову, чтобы видеть его реакцию.

Удивленный взгляд рейдера лучше всяких слов говорил о том, что он и понятия не имел, с кем в тот вечер встречалась Вероника.

– А что он там делал? Он же собирался жениться на Ворониной? – неожиданно спросил рейдер.

– Вы хотите сказать, что Самарский и Воронина имели близкие отношения? – Теперь уже и Стас подошел вплотную к Соколову.

– Конечно. Когда я еще встречался с Вероникой, они уже планировали свадьбу.

– Та-ак. – Лев прошелся по кабинету. – Час от часу не легче.

С минуту Соколов смотрел на полковника, а потом спросил:

– Постойте. Вы что, хотите сказать, что это Самарский убил Веронику?! – Рейдер сжал кулаки.

Гуров ничего не ответил.

– Можно уводить, – обратился он к капитану.

После того как рейдер был отправлен в камеру, полковник сел за стол.

– Что скажете, господа офицеры?

– Честно сказать, мне что-то не очень верится, что известный хирург мог совершить убийство, – первым начал капитан. – Он же не уголовник какой.

– Уголовниками, капитан, не рождаются. Каждый из них когда-то совершает свое первое преступление.

В это время у Гурова зазвонил телефон, и все замолчали.

– Да, я слушаю, товарищ генерал, – как-то устало поздоровался сыщик.

– Это я тебя слушаю, Лев Иванович. Сегодня похороны Пахомовой, – напомнил ему Орлов. – Я тоже буду там присутствовать.

– Я знаю, – спокойно ответил Гуров, переложив телефон в другую руку. – Сейчас едем на задержание убийцы.

– И кто же он? Какой-нибудь отморозок?

– Известный хирург, – ответил Лев так, как будто бы каждый день задерживал известных людей за убийство.

– Интересно, что его заставило пойти на такой шаг? Ревность?

– Приеду – расскажу, Петр. Сейчас нет времени, извини.

– Хорошо. Давайте заканчивайте там да возвращайтесь обратно. Вас здесь ждет еще одно серьезное дело.

– Лучше бы ты сказал, что нас ждет премия, – все так же устало ответил Гуров.

– Насчет премии подумаем, – пообещал генерал Орлов на прощание.

Убрав телефон, Лев посмотрел на часы.

– Ты, капитан, сейчас поедешь на квартиру Самарского, а мы с полковником отправимся в клинику. Возможно, и у него сегодня день тоже начался рано.

– А может, позвонить и узнать, где он сейчас? – предложил Родионов.

– Не надо его предупреждать о нашем приезде. Кто знает, что у него на уме. Вздумает еще бегать от нас, – возразил Гуров, вставая из-за стола.

– А что с рейдером-то будем делать? – Капитан кивнул на дверь, за которой минуту назад скрылся Соколов. – Мы и так его уже больше суток держим. Его адвокаты могут поднять шум.

– Во-первых, у нас еще нет признания Самарского, – начал полковник, – а во-вторых, – он посмотрел на Стаса, – сопротивление при задержании. Правильно?

– Конечно. У меня до сих пор ноги болят оттого, что я за ним два квартала бежал, – иронически ответил Крячко.

– Нет, ну, я серьезно, товарищ полковник… – Было видно, что капитан действительно озабочен этим вопросом.

– А если серьезно, капитан, – Гуров подошел к Родионову и положил ему руку на плечо, – у кого будут вопросы по законности данного дела – пусть звонят прямо генералу Пахомову. Ясно? Не забывай, капитан, убийство чьей дочери мы расследуем.

– Да не дрейфь ты, капитан! – Стас тоже подошел к Родионову, видя, что тот все равно не до конца понимает, о чем говорит Лев. – В случае чего вали все на нас. Мол, это был приказ москвичей. А мы уж найдем, что ответить. Так ведь, Лева?

– Да конечно, – отмахнулся Гуров. – Был бы еще законопослушным гражданином этот Соколов – другое дело, было бы за что переживать. Да и вообще я думаю, что он и сам не захочет поднимать шум и привлекать к себе внимание. Ему это ни к чему.

Оказавшись на улице, Лев еще раз проинструктировал Родионова:

– Если Самарского не окажется дома – оставайся на месте и жди нашего звонка.

Капитан кивнул и отправился к своей машине, где его уже ждали двое оперативников.

Не успели сыщики сесть в машину, как у Крячко зазвонил телефон. Посмотрев на экран, он пожал плечами и остановился.

– Полковник Крячко слушает.

– Здравствуй, Стас, – услышал он знакомый голос налогового инспектора, – это Валерий.

– Я уже узнал. – Стас посмотрел на Гурова, который с интересом слушал разговор друга, пытаясь понять, с кем тот разговаривает.

– Я хотел узнать, как продвигаются дела с рейдером. Удалось доказать его причастность к убийству? Вы же знаете, для нас это больной вопрос.

– К сожалению, он оказался невиновным. Но я думаю, с вашим вопросом мы что-нибудь придумаем, – обнадежил его Стас.

– Не знаю, получится ли, – расстроенно ответил инспектор. – Я просмотрел всю документацию и не нашел ни единого пункта, по которому можно было хотя бы оттянуть передачу завода. Последняя надежда была на то, что он будет обвинен в убийстве, и тогда бы вопрос отпал сам собой.

– Я постараюсь тебе помочь. А сейчас извини, Валер, мне некогда. Я позвоню позже. Договорились?

– С нетерпением буду ждать твоего звонка. – В голосе инспектора Стас услышал радостные нотки.

Сев в машину, Крячко рассказал в двух словах о своем разговоре с инспектором и положении дел с заводом своему другу.

– И как ты собираешься помочь им в данном вопросе?

– Пока не знаю, но помочь надо, – уверенно ответил Стас. – Придется обратиться с этим вопросом к генералу.

Почти всю дорогу сыщики ехали молча, и только когда стали подъезжать к клинике Самарского, Гуров, сидевший на переднем сиденье, повернулся к Кириллу:

– Останови здесь, на углу, – дальше мы пешком. Не надо, чтобы нашу машину видели.

– Мне вас здесь подождать?

– Да. Когда будем выходить – позвоним. – Лев взялся за ручку двери, дожидаясь, пока машина полностью остановится.

– Мы так конспирируемся, будто не хирурга собрались задерживать, а международного преступника, – ухмыльнулся Стас, когда они уже направлялись к дверям клиники.

– Судя по припаркованным машинам, его пока нет. – Гуров кивнул на стоянку, где стояло всего три машины. – Поэтому ему и не надо знать, что мы уже здесь.

Войдя в холл, сыщики увидели сидящую за столом женщину, которую встречали еще при первом посещении клиники. Женщина тоже узнала сыщиков и, поднявшись, направилась им навстречу.

– Если вы к Самарскому, то его сегодня не будет. – Женщина отвела глаза в сторону, и Лев понял, что она откровенно врет.

– А мы, собственно говоря, к вам, – не задумываясь, ответил Гуров.

– Ко мне? – удивленно переспросила женщина, пожимая плечами.

– Скажите, ведь это вы дежурили в ночную смену два дня назад? – Лев Иванович смотрел прямо в глаза медсестры.

Сыщик заметил, как она напряглась, когда он задал свой вопрос.

– Да. – Женщина стала нервно теребить в кармане связку ключей.

– Вы помните, в котором часу приехал Самарский?

– Да, около двенадцати, – уверенно ответила женщина, снова отведя в сторону свой взгляд.

– А вы знаете, что за ложные показания мы можем привлечь вас к уголовной ответственности?

Женщина уже не могла скрывать своего волнения, не зная, куда девать свои руки.

– Хотите пойти соучастницей убийства? – Стас сделал шаг к женщине, которая испуганно смотрела на полковника.

– Не-ет, не хочу, – дрожащим голосом ответила она.

– Тогда правду, и только правду! – грубо сказал Стас, изображая из себя «плохого милиционера».

Женщина испуганно посмотрела на Гурова, ища поддержки в его спокойном виде.

– Давайте присядем, и вы нам расскажете, как было дело, – предложил ей Лев, видя, что женщина от волнения сейчас может свалиться прямо здесь на пол. Подходя к диванчику, стоявшему возле стенки, он незаметно для женщины показал Стасу жестом, чтобы тот сбавил обороты. – Мы вас слушаем.

– Самарский приехал в ту ночь в пятнадцать минут первого и был очень возбужден, – начала женщина и покосилась на стоявшего рядом Стаса. – Я очень удивилась его приезду в такое время, а он сказал мне, чтобы я никому не говорила о его приезде в ту ночь. Потом он поднялся к себе в кабинет, а когда спустился через некоторое время, то предупредил, что в случае чего уволит меня не задумываясь. А у меня двое детей. – Женщина посмотрела на Гурова жалостливым взглядом.

– Продолжайте, – спокойно сказал Лев.

– Утром на следующий день он приехал раньше обычного, еще до моей пересмены, и, вызвав меня к себе в кабинет, сказал, что если приедет милиция и будет спрашивать, во сколько он был в клинике той ночью, то я должна назвать точное время – двенадцать часов.

– Понял, что мы можем проверить, и подстраховался, – пробормотал Лев Стасу.

– Последовательный товарищ, – согласился тот.

– Скажите, сегодня его точно не будет или вы… – Лев не стал произносить слово «врете».

Женщина опустила глаза и тихо произнесла:

– Он приехал перед вами и сказал, чтобы я никому не говорила, что он здесь.

– Так он здесь? Что же вы молчали?! – Стас зло посмотрел на женщину, и та вжала голову в плечи.

– Он у себя в кабинете? – Лев вскочил с места.

Женщина закивала головой, показывая рукой в сторону лестницы, ведущей на верхний этаж.

– Вперед! – скомандовал Гуров, но Стас уже бросился к лестнице.

Оказавшись перед кабинетом Самарского, они увидели, что дверь приоткрыта. Распахнув ее, Крячко увидел, что кабинет пуст.

– Его нет! – Он ударил кулаком в стенку. – Ушел, гад!

– Ты посмотри на этаже, а я вниз! – быстро среагировал Лев, бросившись назад, к лестнице.

Перескакивая через две ступеньки, он думал только об одном: «Главное, не дать ему уйти!»

Медсестра по-прежнему сидела на диванчике, вытирая слезы платком.

– У вас есть второй выход на улицу?! – прокричал Гуров, подбежав к медсестре.

– Не-ет, у нас только этот. – Она показала на центральный вход в поликлинику.

Гуров рванулся назад на второй этаж, где столкнулся со Стасом.

– Ну что? Ушел?

– Да здесь он! – уверенно сказал Лев. – Скорее всего, собирался спуститься вниз и увидел нас. – Покрутив головой, он показал в конец коридора по правую руку. – Ты туда, я сюда. – И бросился в противоположную сторону к ближайшей двери.

Время было ранее, и многие кабинеты оказались попросту закрыты. Неожиданно из одного из них вышла молоденькая медсестра и, увидев подбегавшего к ней сыщика, прижалась к стенке.

– Вы видели Самарского? – Лев остановился возле испуганной медсестры.

– Он только что был у себя в кабинете, – пролепетала девушка.

Сыщик развернулся и уже спокойно пошел в сторону кабинета. Он все понял. Самарский никуда не убегал.

Увидев спокойно идущего к нему Гурова, Стас остановился в нерешительности. Лев показал рукой на открытую дверь кабинета. Крячко кивнул головой. Он тоже все понял.

Когда они вошли внутрь, Лев громко сказал:

– Хватит прятаться, Самарский! Все кончено! Выходите!

Прошло несколько секунд, прежде чем дверь платяного шкафа открылась и оттуда выбрался хирург, держа в руке кожаный портфель. Сыщики смотрели на этого известного и всеми уважаемого в городе человека, который в один момент превратился в испуганного и растерянного мужчину.

– Руки! – грубо сказал Стас, звякнув наручниками. – Самарский положил на стол портфель и послушно вытянул вперед дрожащие руки. – А теперь сядьте и расскажите, как все было.

Хирург осторожно присел на краешек стула и, посмотрев на сыщиков испуганным взглядом, начал свое признание:

– В тот день Вероника позвонила мне в клинику и сказала, что хочет в ближайшее время сделать коррекцию лица. Я пригласил ее в ресторан, чтобы обсудить предстоящую операцию и определиться в сроках.

– А вы что, всех своих пациентов в ресторан приглашаете? – ехидно спросил Стас.

– Нет, конечно, – не поднимая головы, ответил Самарский. – Просто мы с Вероникой были не чужие друг другу люди.

– Если быть точным – имели с ней близкие отношения, – поправил его Лев. – А как же ваша невеста Воронина?

Самарский резко поднял голову, но, увидев уверенный взгляд полковника, снова уставился в пол.

– Да, у нас с Вероникой были близкие отношения, – подтвердил он. – После ресторана она пригласила меня к себе. Но не успели мы войти в квартиру, как ей позвонил ее бывший.

– Соколов?

– Да, Соколов. Он сказал, что собирается приехать к Веронике, несмотря на то что она просила его этого не делать. Мне ничего не оставалось, как покинуть ее квартиру.

– А позже вы все-таки решили вернуться обратно, – подсказал ему Гуров. – Так?

Самарский обреченно кивнул, понимая, что сыщикам известен каждый его шаг.

– Что же заставило вас вернуться назад? Задетое мужское самолюбие? – усмехнулся Стас.

– Нет, мне позвонила Ксюша и сказала, что знает про мою встречу с Вероникой и собирается со мной расстаться. Я бросился назад, чтобы поговорить с Вероникой и убедить ее не признаваться в том, что мы с ней тайком иногда встречались.

– А когда вы пришли к ней второй раз, она сказала вам, что беременна, – продолжил за него Лев. – Я вот одного не пойму, Самарский, за что же вы все-таки убили Пахомову?

– Это получилось случайно… – умоляюще посмотрел он на Гурова. – Я не хотел ее убивать. Поверьте. Даже не знаю, что на меня тогда нашло. Она схватила телефон и собиралась позвонить Ксюше, а этого я допустить не мог. Я собирался жениться на Ворониной, – оправдывался Самарский, – мы даже назначили день свадьбы.

– А вы знаете, что до вашего прихода, буквально за полчаса, у Вероники была ваша невеста Воронина? – задал вопрос Гуров.

У Самарского округлились глаза.

– Как?!

– Очень просто, Самарский. Воронина узнала, что вы находитесь в гостях у ее подруги, и решила испортить вам вечер, позвонив Соколову. Потом, решив, что этого мало, она сама нагрянула на квартиру убитой и устроила Веронике скандал. Так что она и без звонка Пахомовой знала о ваших с ней отношениях. А Вероника решила вас просто напугать, чтобы вы сделали свой выбор между ней и Ксенией, так как была беременна от вас, Константин Иванович.

– Если бы вы сразу пришли с повинной, то могли бы избежать серьезного наказания. А так… – Стас не договорил, давая понять, что теперь ни один суд в мире не поверит, что убийство было совершено в состоянии аффекта.

– Что мне теперь будет? – Самарский посмотрел на сыщиков тоскливым взглядом затравленного зверя.

– Суд решит, – ответил Лев, посмотрев на часы. – А нам еще надо успеть на похороны. Забираем его, – обратился он к Стасу, – и в отдел. Сейчас позвоню капитану и дам отбой.

– Вперед, Казанова! – показывая на дверь, скомандовал Стас.

* * *

Сыщики подъехали к воротам кладбища, когда из них уже выходили родственники и знакомые убитой Вероники. В окружении охранников из ворот вышли два генерала – Орлов и Пахомов. Лев направился к ним, а Стас остался стоять возле машины.

Увидев Гурова, Орлов остановился, сказав что-то Пахомову.

– Убийца пойман и доставлен в местный РОВД! – доложил Гуров.

– Молодцы, – тихо похвалил Орлов. – Возвращайтесь в Москву, и через два дня чтобы были у меня, расскажете, как все прошло. – Он стал догонять Пахомова, который уже садился в машину.

– Есть, – произнес Гуров, смотря вслед уходящему начальнику.

Когда он подошел к Стасу, тот поинтересовался:

– Что начальство говорит? Будет нам премия или нет?

– Будет… но потом, – усмехнулся Лев Иванович.

Перед тем как сесть в машину, он увидел Воронину, которая была в траурной одежде и платком смахивала редкие слезинки.

– Я сейчас. – Лев пошел ей наперерез быстрым шагом. – Одну минутку, Воронина, – остановил он ее.

Увидев сыщика, та аж изменилась в лице.

– Давайте не сейчас. Сегодня такой день… – Она снова приняла траурный вид.

– Я вас долго не задержу.

– А я не хочу с вами разговаривать, – начала злиться Воронина, но Лев не дал ей договорить.

– Своим звонком Соколову и приездом к Веронике вы спровоцировали скандал и вдобавок ко всему толкнули Самарского на необдуманные поступки, а точнее – на убийство вашей подруги. Вы знали, что она была беременна?

Воронина заметно побледнела, услышав слова полковника.

– Меня теперь посадят? – тихо спросила она.

– Нет. Но теперь вам придется жить с этим грузом всю жизнь, – ответил Гуров и, не попрощавшись, пошел к машине.

– Ну что, теперь домой? – весело спросил Стас, когда его друг сел в «Волгу».

– Домой, – ответил Гуров и, отвернувшись к окну, задумался над тем, как некоторые люди в погоне за шкурными интересами готовы растоптать на пути к счастью даже своих близких.

После того как сыщики забрали свои вещи в гостинице и направились в аэропорт, Лев набрал номер жены.

– Машенька, я возвращаюсь домой, – улыбнувшись, сообщил он.

– А я приготовила тебе сюрприз, – радостно ответила Мария.

– Какой?

– Приедешь – увидишь, – загадочно промурлыкала она в трубку.

Когда Кирилл остановил «Волгу» возле входа в аэропорт, Лев протянул ему руку.

– Приятно было с тобой поработать, младший лейтенант!

– Будь здоров! – Стас хлопнул шофера по плечу.

– До свидания! – отчего-то смутился Кирилл.

Уже в самолете Стас спросил у друга:

– Слушай, Лев, а что там с мужиком со шрамом, который угрожал Веронике возле подъезда? Очередной отвергнутый поклонник?

– Нет. Директор строительной компании решил таким образом пригрозить Веронике, для того чтобы она подписала документы на постройку дома на месте детского сада. Теперь с этим пусть разбираются следователи. Мы свое дело выполнили.

Content

Алексей Макеев, Николай Леонов
Судить будет полночь

* * *