Дмитрий Зыкин

Власть. Элита, народ. Подсознание и управляемая демократия

Введение

В одном городе в местных СМИ прошло сообщение, что вскоре цены на сахар резко пойдут вверх, поскольку правительство собирается обложить производителей сахара дополнительным налогом. Население города разделилось на две основные группы. Первая группа состояла из тех, кто поверил и бросился покупать сахар, пока он не подорожал. Вторая группа — это те, кто решил, что сообщения о дополнительном налоге не имеют под собой никакой реальной почвы. Представители второй группы поняли, что торговцы сахара просто распустили выгодный им слух для того, чтобы подстегнуть спрос на их товар. Однако вторая группа в полном составе также рванула в магазин и точно так же, как и первая, взялась скупать сахар в ускоренном темпе. Разумеется, когда весь город начал гоняться за сахаром, цены на него поднялись и без всякого введения налога, что дало повод первой группе убедиться в своей «правоте», «мудрости» и «прозорливости». С первыми всё ясно — это внушаемые и доверчивые люди, которые попались на удочку аферистов. Но почему же поведение вторых, более умных и проницательных, в конечном итоге ничем не отличалось от поведения первых? Чтобы ответить на этот вопрос надо проанализировать, как в данном случае рассуждал умный человек. Да, он знал, что никаких новых налогов никто вводить не собирался, и цены на сахар расти не должны. Но он предполагал, что обязательно найдутся те, кто поверит заказным статьям в прессе и побежит покупать! Тогда цены всё-таки повысятся, и все болваны успеют закупить сахар по низкой цене, а он, такой весь из себя прожженный и проницательный, будет вынужден переплачивать.

Этот классический приём манипуляции, вошедший в учебники, показывает, что существуют способы управления значительными массами людей без применения к ним прямого насилия. Человек уверен, что поступает по собственной воле, а между тем его поступки предопределены чужой волей.

Многие совершенно убеждены, что всегда принимают решение самостоятельно. Сама мысль о том, что ими кто-то в это время исподтишка управляет, оказывается совершенно невыносимой и отвергается сознанием. На самом же деле, те, кто так считает, оказываются самой легкой добычей для всякого рода шарлатанов. Такие люди наиболее управляемы именно в силу того, что не верят в само существование манипуляции и не желают учиться защищаться от неё. Им кажется, что их разум, богатый жизненный опыт, практическая хватка гарантируют им независимость мышления. А между тем, приведенный выше пример показывает, что даже приемы из арсенала начинающего специалиста по превращению народа в толпу, лишенную собственной воли, оказываются эффективными. Что уж говорить о тех случаях, когда за дело берутся матерые волки!

Означает ли сказанное, что от манипуляции невозможно защититься? Нет, не означает. И вот почему. Сила манипулятора заключается именно в том, что большинство людей даже и не пытаются защищаться. Одних, как я уже говорил, просто подводит самоуверенность, другие не имеют никакого представления о том, как именно происходит промывка мозгов.

В этой книге речь пойдет об уязвимых сторонах человеческой психики, о техниках управления людьми, о наших слабостях, на которых играют те, кто ставит себе задачу подчинять нас своей воле.

Предупрежден — значит вооружен. Если видеть проблему, то можно нащупать пути её решения. Эта книга для мужественных людей, для тех, кто способен заглянуть правде в лицо, какой бы неприятной и страшной ни была эта правда. Остальные пусть и дальше выстраиваются в очередь за сахаром — им я помочь не в силах.

Часть первая: человек на веревочках

Что лучше для стада овец:

когда им управляет главный баран или

главный пастух?

Лучше не быть стадом.

1.1 Что такое манипуляция сознанием

Манипуляцию сознанием часто называют промывкой мозгов, программированием разума. Нередко в ход идут и более резкие слова, такие как «оболванивание», «дебилизация» и тому подобное. А что. же на самом деле представляет собой манипуляция? На этот вопрос не так-то просто дать краткий, ясный и вместе с тем исчерпывающий ответ. Проиллюстрировать манипуляцию на конкретных примерах несложно, гораздо труднее построить четкое определение. Где заканчивается убеждение и начинается манипуляция? И возможна ли манипуляция во благо? Для ответа на эти вопросы всё-таки придётся начать именно с примера.

Вот родители желают приучить своего ребенка мыть руки перед едой. Как донести до детей информацию о том, что несоблюдение правил гигиены может быть опасно для здоровья? Ребенок ещё слишком мал, чтобы понимать, что такое микробы и чем они могут навредить. Ему бесполезно об этом рассказывать, поэтому необходимо использовать тот понятийный аппарат, до которого малыш дорос. В этом случае взрослые нередко говорят, что, мол, к грязнулям приходит Баба-Яга (Кощей Бессмертный) и уволакивает в далекие края, а потому надо «всем хорошим мальчикам и девочкам держать руки в чистоте». Несомненно, здесь имеет место манипуляция сознанием. Причем во благо. Ребёнок делает выбор без понимания, испугавшись несуществующих персонажей. И это отличительный признак промывки мозгов. Родители к тому же пошли на прямую ложь, но это второстепенный момент. Манипуляция не сводится ко лжи, хотя в манипулятивных техниках ложь присутствует всегда в той или иной форме. Действие без понимания — вот ключевой момент, с которого начинается любая манипуляция. Убеждение, напротив, основано на предоставлении человеку полной и достоверной информации. Личность в этом случае делает свой выбор предельно осознанно, прекрасно понимая, о чем идёт речь.

Отметим, что манипулятор вкладывает в чужие головы то, чему сам заведомо не верит. Не верили родители в Бабу-Ягу, ворующую грязнуль. Знали продавцы сахара, что никакого дополнительного налога никто не планирует вводить. Распространив ложную информацию, они толкнули людей в очень узкий коридор возможных решений, каждое из которых вело к победе манипулятора. Ведь и те, кто поверил проплаченным байкам, и те, кто не поверил, в конце концов, поступили так, как заранее и хотелось заказчикам «сахарной» кампании промывки мозгов. Приняв чужие правила игры, все действия человека, совершённые по собственной его воле, обречены были стать лишь метаниями марионеток на веревочках. И даже те, кто понимал, что на самом деле происходит, оказались заложниками более глупых, наивных, доверчивых и некомпетентных. Как видим, стоит заставить лишь часть общества плясать под дудку, так в скором времени запляшут и все остальные. Старый принцип: «выигрывает не тот, кто хорошо играет, а тот, кто устанавливает правила», предстаёт здесь во всей красе. А ведь всё начиналось именно с непонимания и незнания. Думаю, приведённых примеров достаточно, чтобы дать, наконец, строгое определение.

Итак, манипуляция сознанием — процесс внушения заведомо ложной информации, предопределяющей дальнейшие поступки человека.

Чтобы определение стало более строгим, необходимо объяснить, что понимается под внушением.

В классических трудах Бехтерева приводится определение Больдвина, который под внушением понимал «большой класс явлений, типическим представителем которых служит внезапное вторжение в сознание извне идеи или образа, становящихся частью потока мысли и стремящихся вызвать мышечные и волевые усилия — свои обычные последствия». При этом внушение воспринимается человеком без критики и выполняется им почти автоматически, иными словами, рефлекторно.

Б. Сидис модифицировал данное определение следующим образом: «Под внушением понимается вторжение в ум какой-либо идеи; встреченная большим или меньшим сопротивлением личности она, наконец, принимается без критики и выполняется без осуждения, почти автоматично».

Бехтерев, в основном соглашаясь с Больдвиным и Сидисом, указывает на то, что в ряде случаев личность абсолютно не сопротивляется, и внушение происходит совершенно незаметно для человека.

А как быть в том случае, если некто Иван Иванович Иванов, подвергнувшийся «программированию мозга», поверил в истинность ложной информации, внушенной ему манипулятором, и дальше начал сам распространять внушенные идеи? Можно ли назвать его манипулятором? На этом моменте необходимо остановиться подробнее.

Выше говорилось, что манипулятор знает о том, что информация, которая идет от него, ложна. А бедолага Иван Иванович повторяет чужую ложь от чистого сердца. Иван Иванович, в данном случае, не генератор идей, а ретранслятор, он сам марионетка и, грубо говоря, поёт под фонограмму, то есть рот-то раскрывает, но слова выходят чужие. Назовем это явление вторичной манипуляцией.

Все мы, ещё со школьной скамьи, знаем, что значительное число живых организмов прекрасно обходятся без развитого головного мозга. Они питаются, размножаются, уклоняются от врагов, совершают сложнейшие действия, и для этого им разум не обязателен. Посмотрите на муравьев. Сколь высока их социальная организация! Они ведут войны, заботятся о потомстве, в муравейнике царит строгий порядок, даже существует разделение труда. И всё это в отсутствии интеллекта. Посмотрите теперь на человеческое общество. Неслучайно один из крупнейших социологов мира Александр Зиновьев называл такое общество человейником. Задачи, которые решает большинство людей, принципиально не отличаются от задач, которые стоят перед муравьями. Утром мы просыпаемся и уже заранее знаем, что пойдём на работу, знаем, сколько времени на ней пробудем, знаем, что потом отправимся в продуктовый магазин и купим там, скорее всего, именно то, что покупали вчера. Наше поведение стандартно, а потому предсказуемо и легко управляемо. Чем меньше мы думаем, чем больше живем по заведённому шаблону, тем более мы уязвимы. Знайте, стандартные модели поведения хорошо изучены теми, кто занимается программированием разума.

Безусловно, после выполнения ежедневной рутины всё равно у нас остаётся довольно много времени, которое мы можем потратить по своему усмотрению. А манипулятор ставит цель сделать так, чтобы и в свободное время мы жили по шаблонам. Мечта манипулятора — человек, не анализирующий информацию, которая ему предлагается, и действующий в соответствии с готовыми штампами. Сократить до минимума процесс обдумывания, сделать так, чтобы мы принимали решения, по сути, рефлекторно — вот главная проблема для манипуляторов. И, к сожалению, они значительно продвинулись в ее решении. Когда я излагаю эти, в общем-то, очевидные вещи, меня часто упрекают в принижении человека. «Человек — это тебе не муравей, и нечего даже сравнивать», — возмущаются одни. «Мы живем разумом, а не инстинктами», — добавляют другие.

Что ж, давайте разберемся. Вот вы случайно дотронулись до раскалённого паяльника, каковы будут ваши действия? Готов поспорить, что вы мгновенно, не задумываясь, одёрните руку. Разум здесь совершенно ни при чём, ваши действия в данном случае полностью определяются рефлексами. Рефлексы могут быть врождёнными, они передаются по наследству и присущи всем людям. А есть так называемые условные рефлексы, то есть приобретённые под влиянием внешних обстоятельств. Их можно формировать. И это открывает перед манипуляторами огромные возможности. У них есть инструменты конструирования условных рефлексов. Да мы и сами нередко формируем рефлексы у себя же, порой, даже того и не замечая. Вот типичная история.

Долгие годы, чтобы включить свет, я тянулся к выключателю, который находился рядом с входной дверью. После ремонта в квартире мне пришлось перенести выключатель в другое место. Так вот, всякий раз, когда нужно было включить свет, я шел к входной двери. Лишь на полпути я спохватывался, вспоминал, что там уже выключателя нет. И так продолжалось несколько дней. Разумом я прекрасно понимал, где на самом деле находится выключатель, но в первый момент мною управлял рефлекс, который сформировался за долгие годы.

1.2 Как всё начиналось: от Павлова до Хаксли

Что человек соединил, природа разделить бессильна.

(О. Хаксли)

Отцом учения о высшей нервной деятельности является наш соотечественник Иван Петрович Павлов. Его вклад в науку был удостоен нобелевской премии, а словосочетание «собака Павлова» — стало нарицательным. Сейчас его опыты и результаты кажутся банальными, но в своё время они расценивались как сенсация. Что же так сильно удивляло современников Павлова? Чтобы ответить на этот вопрос надо вспомнить его классический эксперимент.

Когда собаке предлагают пищу у неё инстинктивно вырабатывается слюна. Это знают все, об этом знали и до Павлова. Само выражение «слюнки текут» применяли и к человеку. В соответствии с законами Природы или Бога (кому как нравится) запах пищи для многих животных является сигналом для слюноотделения. Это безусловный рефлекс, который передается по наследству. Павлов решил сам стать Творцом и поставил цель сформировать у животных такие рефлексы, какие захочет, и объяснить механизм их появления. Это ему удалось, что в те годы буквально потрясло научное сообщество.

Рядом с собачьей кормушкой поставили колокольчик, и всякий раз, когда собаке предлагали пищу, он звенел. Спустя некоторое время, одного звука колокольчика было достаточно, чтобы у животного начинала вырабатываться слюна. Пища уже не требовалась, сигналом для слюноотделения стал звук. Разумеется, кое-кто сообразил, что технологию Павлова можно применять не только к собакам, но и к людям. Опыты проводились даже на детях.

История ребенка по имени Альберт вошла в учебники психологии. Над маленьким мальчиком, которому не было ещё и года, провели следующий эксперимент. Ему показывали прирученную белую крысу, и одновременно за его спиной раздавался громкий удар в гонг. После нескольких повторений, ребенок начинал плакать, когда ему только показывали животное. Спустя пять дней экспериментаторы-изуверы (Уотсон и Рейнер) показали Альберту предметы, напоминающие крысу, и оказалось, что страх ребенка распространился и на них. Дошло до того, что малыш стал бояться пальто из котикового меха, хотя изначально ручная крыса не вызывала у него никаких отрицательных эмоций.

На эту тему есть прекрасный роман-антиутопия Хаксли «О дивный новый мир». Автор описывает жизнь общества, разделенного на касты: альфы, беты, гаммы, дельты и эпсилоны. Детей будущего выращивают в «пробирках-бутылях», и уже с первых секунд зародыши разных каст получают различный уход и питание. Представителям каст искусственно формируют различные условные рефлексы таким образом, чтобы максимально приспособить их к выполнению социальных ролей. Обязательно прочитайте, не пожалеете. Здесь я считаю необходимым привести лишь один характерный отрывок.

«….Директор и студенты вошли в ближайший лифт и поднялись на шестой этаж. „МЛАДОПИТОМНИК. ЗАЛЫ НЕОПАВЛОВСКОГО ФОРМИРОВАНИЯ РЕФЛЕКСОВ“ — гласила доска при входе. Директор открыл дверь. Они очутились в большом голом зале, очень светлом и солнечном: южная стена его была одно сплошное окно. Пять или шесть нянь в форменных брючных костюмах из белого вискозного полотна и в белых асептических, скрывающих волосы шапочках были заняты тем, что расставляли на полу цветы. Ставили в длинную линию большие вазы, переполненные пышными розами. Лепестки их были шелковисто гладки, словно щеки тысячного сонма ангелов — нежно-румяных индоевропейских херувимов, и лучезарно-чайных китайчат, и мексиканских смуглячков, и пурпурных от чрезмерного усердия небесных трубачей, и ангелов бледных, как смерть, бледных мраморной надгробной белизною. Директор вошел — няни встали смирно.

— Книги по местам, — сказал он коротко.

Няни без слов повиновались. Между вазами они разместили стоймя и раскрыли большеформатные детские книги, манящие пестро раскрашенные изображениями зверей, рыб, птиц.

— Привезти ползунков.

Няни побежали выполнять приказание и минуты через две возвратились; каждая катила высокую, в четыре сетчатых этажа, тележку, груженную восьмимесячными младенцами, как две капли воды похожими друг на друга и одетыми все в хаки (отличительный цвет касты „дельта“).

— Снять на пол.

Младенцев сгрузили с проволочных сеток.

— Повернуть лицом к цветам и книгам.

Завидя книги и цветы, детские шеренги смолкли и двинулись ползком к этим скопленьям цвета, к этим красочным образам, таким празднично-пестрым на белых страницах. А тут и солнце вышло из-за облачка. Розы вспыхнули, точно воспламененные внезапной страстью; глянцевитые страницы книг как бы озарились новым и глубинным смыслом. Младенцы поползли быстрей, возбужденно попискивая, гукая и щебеча от удовольствия.

— Превосходно! — сказал Директор, потирая руки. — Как по заказу получилось.

Самые резвые из ползунков достигли уже цели. Ручонки протянулись неуверенно, дотронулись, схватили, обрывая лепестки преображенных солнцем роз, комкая цветистые картинки. Директор подождал, пока все дети не присоединились к этому радостному занятию.

— Следите внимательно! — сказал он студентам. И подал знак вскинутой рукой.

Старшая няня, стоявшая у щита управления в другом конце зала, включила рубильник. Что-то бахнуло, загрохотало. Завыла сирена, с каждой секундой все пронзительнее. Бешено зазвенели сигнальные звонки. Дети трепыхнулись, заплакали в голос; личики их исказились от ужаса.

— А сейчас, — не сказал, а прокричал Директор (ибо шум стоял оглушительный), — сейчас мы слегка подействуем на них электротоком, чтобы закрепить преподанный урок. Он опять взмахнул рукой, и Старшая включила второй рубильник. Плач детей сменился отчаянными воплями. Было что-то дикое, почти безумное в их резких судорожных вскриках. Детские тельца вздрагивали, цепенели; руки и ноги дергались, как у марионеток.

— Весь этот участок пола теперь под током, — проорал Директор в пояснение. — Но достаточно, — подал он знак Старшей.

Грохот и звон прекратились, вой сирены стих, иссяк. Тельца перестали дергаться, бесноватые вскрики и взрыды перешли в прежний нормальный перепуганный рев.

— Предложить им снова цветы и книги.

Няни послушно подвинули вазы, раскрыли картинки; но при виде роз и веселых кисок-мурок, петушков-золотых гребешков и черненьких бяшек дети съежились в ужасе; рев моментально усилился.

— Видите! — сказал Директор торжествующе. — Видите! В младенческом мозгу книги и цветы уже опорочены, связаны с грохотом, электрошоком; а после двухсот повторений того же или сходного урока связь эта станет нерасторжимой. Что человек соединил, природа разделить бессильна. — Они вырастут, неся в себе то, что психологи когда-то называли „инстинктивным“ отвращением к природе. Рефлекс, привитый на всю жизнь. Мы их навсегда обезопасим от книг и от ботаники.

Один из студентов поднял руку: он, конечно, вполне понимает, почему нельзя, чтобы низшие касты расходовали время Общества на чтение книг, и притом они всегда ведь рискуют прочесть что-нибудь могущее нежелательно расстроить тот или иной рефлекс, но вот цветы… насчет цветов неясно. Зачем класть труд на то, чтобы для дельт сделалась психологически невозможной любовь к цветам?

Директор терпеливо стал объяснять. Если младенцы теперь встречают розу ревом, то прививается это из высоких экономических соображений. Не так давно (лет сто назад) у гамм, дельт и даже у эпсилонов культивировалась любовь к цветам и к природе вообще. Идея была та, чтобы в часы досуга их непременно тянуло за город, в лес и поле, и, таким образом, они загружали бы транспорт.

— И что же, разве они не пользовались транспортом? — спросил студент.

— Транспортом-то пользовались, — ответил Директор. — Но на этом хозяйственная польза и кончалась. У цветочков и пейзажей тот существенный изъян, что это блага даровые, — подчеркнул Директор. — Любовь к природе не загружает фабрик заказами. И решено было отменить любовь к природе — во всяком случае, у низших каст; отменить, но так, чтобы загрузка транспорта не снизилась. Оставалось существенно важным, чтобы за город ездили по-прежнему, хоть и питая отвращение к природе. Требовалось лишь подыскать более разумную, с хозяйственной точки зрения, причину для пользования транспортом, чем простая тяга к цветочкам и пейзажам. И причина была подыскана.

— Мы прививаем массам нелюбовь к природе. Но одновременно мы внедряем в них любовь к загородным видам спорта. Причем именно к таким, где необходимо сложное оборудование. Чтобы не только транспорт был загружен, но и фабрики спортивного инвентаря. Вот из чего проистекает связь цветов с электрошоком, — закруглил мысль Директор.

— Понятно, — произнес студент и смолк в безмолвном восхищении».

Конечно, книга Хаксли — это сатира, гротеск, но оглянитесь по сторонам, а так ли уж наша современная жизнь отличается от фантастического романа? Как нас воспитывают с раннего детства? Как и чему нас учат в школе? Что считается у нас моральным, а что подвергается осмеянию и порицанию? И кто всё это определяет? Чтобы привить ребенку отвращение к чему бы то ни было, его необязательно бить током. У современных манипуляторов есть более гуманные средства. Чтобы заставить уже взрослых покупать одежду определенного фасона, достаточно объявить этот фасон модным. Но кто это объявляет? Так называемые «элитные кутюрье» решают, что будут носить женщины в новом сезоне. Что молодые ребята будут пить, решает заказчик рекламы пива. Что они будут петь, решает музыкальный продюсер. А как проголосуют их папы с мамами, определит политический пиарщик. И так далее. Ну, разумеется, каждый будет свято уверен в том, что принял решение самостоятельно, без всякого принуждения. И рука потянулась к пиву вовсе не потому, что тысячу раз с экрана телевизора сказали, что «это пиво для самых продвинутых». И проголосовал за незнакомого человека, даже не прочитав его программы, вовсе не потому, что хорошо потрудилась высокооплачиваемая команда политических консультантов. И нарядился в спущенные до пола джинсы вовсе не потому, что подглядел это у рэпера, десятого ребенка в семье, который привык донашивать безразмерные джинсы старшего брата. Продюсеры, рекламисты, пиарщики — одним словом, манипуляторы — правят нашим миром уже сейчас. Людей лишили собственной воли. То, что пророчил Хаксли, сбылось при его жизни.

1.3 Подсознание, подчинившее разум

Оставшись без головы, я лишусь рта и умру от голода

Идея формирования условных рефлексов у человека развивалась в течение всего XX века. Причем в этой области работали выдающиеся ученые. Одним из таких действительно великих психологов, открытия которого подняли науку о манипуляции на качественно новый уровень, был Беррес Скиннер. А начинал он с типично «павловских» опытов над крысами.

Скиннер сконструировал ящик, в котором была миска и рычаг, нажатие на который приводило к тому, что в миску поступала пища. В эту камеру запускали крысу. Как известно, крысы — очень любопытные животные, они тщательно исследуют территорию, постоянно принюхиваются, пробуют незнакомые предметы на зуб. Рано или поздно, подопытное животное задевало рычаг, что приводило к наполнению её миски. Прошло некоторое время, и крыса сообразила, что поступление пищи как-то связано с нажатием рычага. И теперь, проголодавшись, она без промедления подходила к нему. Связь между едой и действием крыса установила сама. Сама ли? Ведь её поместили в определенные, очень жесткие условия, где набор поступков, обеспечивающих выживание, сужен до предела. Как это похоже на трюк продавцов сахара, описанный в самом начале книги. Манипулятор отнимает у человека свободу, подменяя её иллюзией выбора.

От животных перейдем к людям. Когда ребенок испытывает дискомфорт, он плачет, и нормальные родители сразу спешат на помощь. Но если уж крыса способна связать пищу и рычаг, то уж тем более ребенок очень скоро начинает понимать, что привлечь внимание взрослых очень просто — достаточно поднять крик. В некоторых семьях грудные дети начинают контролировать поведение своих родителей. Маленький манипулятор уже в колыбели учится управлять солидными и зрелыми людьми. Доходит до того, что лишь вмешательство врача-психолога спасает ситуацию, в противном случае родители не спят ночами, а их чадо вырастает истеричным и неуравновешенным.

Условные рефлексы играют настолько важную роль в нашей жизни, что переходят в область культуры, превращаются в ритуал, несоблюдение которого может вызывать серьезные осложнения не только между отдельными людьми, но даже между целыми народами. Все мы слышали о том, что у индейцев было принято раскуривать трубку мира. Но откуда пошёл обычай? Вот как Лоренц, ещё один нобелевский лауреат, объяснил этот феномен.

Допустим, вожди племён, ведущих ожесточенную борьбу за охотничьи угодья, решили положить конец кровопролитию и договорились о встрече. Каждый из них, естественно напряжен и взволнован, но скрывает свою слабость. Они стараются держаться гордо, сурово смотрят друг на друга, и, конечно же, это отнимает у них массу сил и нервной энергии. Необходимо как-то разрядить обстановку, при этом не потеряв лица. Если вы курите, то наверняка, вам знакомо желание достать сигарету в случае душевного дискомфорта. Что уж говорить об индейцах, у которых как раз и зародилось курение? Вожди достали свои трубки, ещё не трубки мира, а просто приспособления для курения, и напряжение несколько спало. Неизвестно сколько повторений понадобилось индейцам, чтобы связать в своем сознании мирные переговоры с курением, но факт налицо, курение стало одним из важнейших ритуалов у целого народа.

Иными словами, человеческие рефлексы можно формировать, чем и занимаются те, кто промывает нам мозги. О практических способах управления личностью я подробно расскажу в последующих главах, а сейчас речь пойдет о нашем подсознании, ведь апелляция к подсознанию — одна из ключевых технологий манипулирования.

Подсознание — это часть психики человека, в которой заключено «бессознательное», то есть неосознаваемая человеком сфера его влечений, страхов, неосознанных представлений и прочее. Чтобы проще было понять, о чем идет речь, вновь обращусь к конкретным примерам.

Одним нравится черный цвет, а другие его ненавидят. А почему? Рационального объяснения вы не дождетесь. «На вкус и цвет товарищей нет» — вот стандартный ответ. И если бы дело ограничивалось только предпочтениями при выборе цвета одежды! На каждом шагу мы принимаем такие решения, которые впоследствии не способны рационально объяснить. Как существа разумные мы мучаемся оттого, что никак не можем дать осмысленный ответ и пытаемся подыскать хоть какое-то логическое объяснение. Но тут же выясняется, что оно явно оказывается абсурдным и некорректным. А когда указываешь человеку на несостоятельность его объяснений, то нередко он испытывает иррациональную ярость. Это ярость разума, не желающего признавать поражение в столкновении с подсознанием. Я неоднократно проделывал этот эксперимент. И результат всегда был одним и тем же. Например, я просил знакомых мне женщин объяснить, почему они со всех ног бегут к телевизору смотреть демонстрацию мод. Вначале женщины уверенным голосом отвечали, что, мол, хотим знать, что носить. На это следовал уточняющий вопрос: у вас есть десятки тысяч долларов, чтобы покупать такие платья? Это уже ставило в тупик. Мои собеседницы понимали, что их объяснение не выдерживает логической проверки. После паузы и явных душевных метаний, мне отвечали, что речь идет не о том, чтобы купить именно такое платье, а другое, пусть и не столь дорогое, но аналогичное по фасону. На это у меня был заранее подготовлен ещё один вопрос: Неужели Вы посещаете такие заведения, в которых нормальным считается прийти в металлическом бюстгальтере и тому подобных вещичках? Уже на этом этапе респондентки начинают нервничать, они понимали, что вновь их объяснение оказалось неверным. В конечном итоге всё сводится к характерному ответу: «Нам это интересно». А почему интересно? Ответа нет.

То же самое относится и к мужчинам, только спрашивать надо не про моду, а, например, про криминальную хронику, про передачу о дорожных происшествиях, про футбол. Действительно рациональных ответов вы не услышите. Один мой знакомый всё пытался мне доказать, что следит за катастрофами на дорогах исключительно для того, чтобы не повторять ошибок других водителей. Однако почти во всех телевизионных сюжетах о разбившихся машинах речь шла о пьяных за рулем и езде на красный свет.

Неужели без регулярного в течение нескольких лет просмотра передачи водитель не знал, что нельзя пить за рулем? Когда я ему это сказал, повисло тягостное молчание.

А теперь только представьте, что будет, если манипуляторы найдут ответы на эти вопросы. Их власть возрастет многократно. Вдумайтесь, сам объект манипуляции не знает, почему поступает тем или иным образом, чем руководствуется, а тот, кто им манипулирует, уже всё разложил по полочкам и играет на скрытых струнах вашей психики. Ваше бессознательное — вот к чему стремятся подобрать ключик все эти рекламщики-пиарщики. Увы, вынужден констатировать грустный факт, им это удалось. Ваше бессознательное, та область психики, которая недоступна вашему же мозгу для осознанного обдумывания, теперь открыта для манипулятора. Многими эта мысль воспринимается с трудом. Как же так, это же мои личные переживания, мои страхи, мои предпочтения, и я же сам в них не разбираюсь! А совершенно посторонние люди, оказывается, всё знают лучше меня? Не может быть! Таковы типичные рассуждения большинства. Большинство не удивляется, что совершенно посторонний врач-кардиолог знает о том, как работает их сердце, гораздо лучше их самих. Большинство не удивляется, что роды у женщин часто принимают гинекологи-мужчины, которые в принципе не способны сами рожать. Но при этом, как дело доходит до вопросов разума и психологии, так многие люди бьются насмерть, отстаивая свою уникальность и непознаваемость.

Да, что и говорить, к душевным вопросам у нас отношение трепетное. Но страусиная тактика ещё никому никогда не помогала, не поможет и здесь. Напротив, только облегчит манипуляторам их задачу.

Главная отличительная черта человека — умение логически мыслить. Чем большую роль в вашей жизни играет подсознание, чем реже вы опираетесь на логику и осознанные рассуждения, тем вы примитивнее, тем ближе вы к животным, тем проще вас дрессировать. Мы должны сделать бессознательное осознанным. Это возможно. Но для этого необходимо четко понимать, о чем идет речь.

Основы учения о подсознании и бессознательном (психоанализ) заложил Зигмунд Фрейд. Его последователь, а впоследствии оппонент, Карл Густав Юнг значительно развил и обогатил классическое учение Фрейда. Конечно, с тех пор психоанализ ушел далеко вперед, многие из гипотез отцов-основателей не подтвердились. Многое оказалось пересмотрено, но это типично для любой науки. Первооткрыватели указывают магистральное направление, своими смелыми предположениями стимулируют дальнейшие исследования. Важно то, что психоанализ вошел в стандартный набор отмычек, с помощью которых манипуляторы открывают двери в самые потаенные закоулки нашей души. Долгое время считалось, что в подсознание принципиально невозможно проникнуть. Фрейд, да и Юнг были убеждены, что о бессознательном можно судить лишь по внешним признакам, по реакции человека на внешние раздражения, по спонтанным поступкам, оговоркам, снам и тому подобному. Бессознательное может водить рукой художника, и, кстати, до сих пор психологи предлагают своим пациентам в качестве теста сделать несколько рисунков, а потом по характеру этих рисунков проводят психодиагностику личности.

Так продолжалось довольно долго, но в пятидесятых годах XX века ситуация постепенно стала меняться. В распоряжении психологов и психиатров оказались сильнодействующие препараты, использование которых разрушало барьеры, за которым скрывалось бессознательное. И появилась возможность исследовать подсознание напрямую. Настоящий прорыв в этой области совершили придерживавшийся концепций Юнга доктор Станислав Гроф и гарвардский психотерапевт Тимоти Лири. Свои исследования Гроф начинал в Праге, потом его работами заинтересовались американцы и пригласили работать в США, а спустя несколько лет он был признан одним из крупнейших экспертов по данной проблематике. Жизненный путь Лири был куда более извилист и опасен. Скандально-сенсационные опыты с использованием ЛСД, изгнание из Гарварда, аресты, тюрьма, культовый статус и смерть от рака. Но настоящую ценность в данном случае представляют не факты биографии этих незаурядных личностей, а их открытия, о которых речь пойдет ниже.

1.4 Кованым сапогом по юному мозгу

Находясь в утробе матери, один близнец

спрашивает у второго:

«Что ждет нас после рождения?».

«Не знаю, испросить не у кого, ведь никто

оттуда сюда ещё не возвращался».

В раннем детстве, приехав как-то в деревню к бабушке, я стал свидетелем сцены, чрезвычайно меня удивившей: во главе стайки утят важно выхаживала… — курица! Причем утята неотступно следовали за ней, как за родной матерью, да и курица, найдя червяка, громко кудахтала, призывая выводок, и чуть что бежала на помощь «своим» деткам. При малейшей опасности она угрожающе надувалась и прикрывала утят крыльями. Значительно позже я познакомился с трудами Лоренца, который подробным образом изучил данный феномен. Каких только «суррогатных матерей» не подсовывал Лоренц вылуплявшимся птенцам! И нередко они принимали в качестве своих матерей совершенно посторонние предметы. На этом этапе опыта никаких новых результатов получено не было. То, что сразу же после рождения животные инстинктивно тянутся к первому попавшемуся предмету, даже отдаленно схожему с представителем их вида, прекрасно известно любому деревенскому жителю. Интересно другое. Лоренц тщательно отслеживал поведение подопытных птенцов по мере их взросления и установил, что ошибочный выбор, сделанный в первые дни жизни, оказывает существенное влияние на всю их дальнейшую жизнь. Селезни, воспитанные уткой другого вида, повзрослев, уже не спаривались с самками своего вида, маленький жираф, принявший автомобиль за мать, впоследствии носился за джипами, призывал их голосом, и, достигнув половой зрелости, предпринял попытки совокупиться с машиной. Аналогично поступил и гусенок, которому в качестве матери подложили белый мяч. То есть, ранние, «детские» впечатления закладывают в сознание животного определенную модель поведения, которая сохраняется в течение долгих лет. То же самое верно и для человека, что было известно испокон веков. Однако это знание долгое время оставалось на донаучном уровне, и лишь в XX веке на этот счет были получены строгие «академичные» результаты. Выяснилось, что в жизни человека есть несколько периодов, в течение которых сознание наиболее уязвимо для внушения извне. Различные события, происходящие с человеком в течение этих периодов, могут оказать столь серьезное влияние на подсознание, что формируются определенные модели поведения, которым в дальнейшем люди следуют, не задумываясь, по сути, рефлекторно. В эти периоды закладываются основные черты характера, предпочтения, вкусы и взгляды.

Долгое время считалось, что такими периодами является раннее детство и период полового созревания. Неслучайно классики психоанализа, Юнг и в особенности Фрейд, обращали на эти периоды самое пристальное внимание. Работы Станислава Грофа буквально взорвали устоявшиеся концепции. Ему удалось доказать, что отдельными периодами формирования поведения является: период внутриматочного развития плода, период родовых схваток (кратковременный, но отдельный, важный период), этап продвижения плода по родовому каналу, появление ребенка на свет (отделение от матери).

Физиологи давно выдвигали гипотезу о том, что человеческая память хранит абсолютно все факты, переживания, события, образы — словом, весь массив информации, с которым человек когда-либо сталкивался. В глубинах памяти содержится всё, что с нами происходило, и есть способы извлечь оттуда даже самые ранние воспоминания. В пользу этого предположения существовало множество косвенных доказательств. Было замечено, что под гипнозом и в состоянии транса люди иногда вспоминают события, которым они были свидетелями буквально в младенческом возрасте. В опытах Грофа использование сильнодействующих препаратов дало ошеломляющий эффект. В ряде случаев люди вспоминали и подробно описывали не только то, что происходило с ними в момент рождения, но даже факты из своей внутриутробной жизни. Под воздействием различных психоделиков добровольцы, которые участвовали в экспериментах Грофа, испытывали эмоциональные переживания, которые сопровождались сильнейшими галлюцинациями, обусловленными предродовым и родовым опытом. Я понимаю, что это трудно укладывается в голове, особенно жителей нашей страны, ведь у нас труды доктора Грофа находились под запретом вплоть до самого последнего времени. Однако на Западе результаты его исследований давно уже стали достоянием общественности. Существует множество научных групп, работающих в том же направлении, независимыми лабораториями проведены тысячи подобных опытов. Полученные результаты проверялись и перепроверялись неоднократно со всей дотошностью академичной науки. Ни в коем случае нельзя считать Грофа энтузиастом-одиночкой, в его проектах участвовали десятки высококвалифицированных специалистов Европы и США.

Вот далеко не полный список тех, кого Гроф с благодарностью упоминает в одной из своих книг: Любомир Ганцличек, директор Научно-исследовательского института психиатрии в Праге, доктор Альберт Керланд, директор Мэрилендского центра психиатрических исследований и заместитель директора по научной работе Управления по профилактике психиатрических заболеваний штата Мэриленд, доктор Чарльз Сэвидж, заместитель директора Мэрилендского центра психиатрических исследований, доктор медицины и философии Уолтер Панке, доктор медицины Томас Чимонетти, доктор медицины Франко Дилео, глава онкологической клиники Луис Гудман, доктор Давид Роузен из Ленглипортерского психоневрологического института.

Итак, вернемся к рассмотрению того, что происходит на каждом из четырех периодов психологической уязвимости и какие образы, связанные с этими периодами, укореняются в подсознании. Обратимся к книге Грофа «За пределами разума», в ней данные периоды описаны следующим образом:

I. Период внутриматочного развития плода

Модель поведения человека, закладываемая на этом этапе, определяется единством плода с материнским организмом. Если женщина здорова, ее организм не испытывает механических повреждений, отравления и прочего, то условия жизни для ребенка исключительно благоприятны. Однако нередко принятие алкоголя, токсичных веществ, лекарств, различные психические потрясения, перенесенные матерью, накладывают отпечаток и на психику плода, а не только на его физическое здоровье, как считалось раньше. Пациенты Грофа, а также добровольцы, согласившиеся принять участие в его опытах, описывали состояние возврата в лоно матери образами, связанными с водой, причем у одних людей ощущения были исключительно приятны, а у других нарушения внутриматочной жизни ассоциировались с образами и переживаниями подводных опасностей, загрязненных потоков, зараженной или враждебной природной среды.

II. Период родовых схваток

Равновесие внутриматочного существования нарушается химическими сигналами и мышечными сокращениями. Плод периодически сжимается маточными спазмами, шейка матки закрыта и выхода нет. Для переживаний, связанных с воспоминанием об этой стадии рождения, характерны ощущениях возрастающей тревоги, надвигающейся смертельной опасности. Людям мерещится воронка или водоворот, затягивающий их в центр. Нередки видения, связанные с драконами, питонами, крокодилами, китами.

Водоворот символизирует серьезную опасность для организма, свободно плывущего в водной среде, и заставляет его беспорядочно двигаться. Сцена пожирания человека чудовищем символизирует опасное для жизни стеснение, которое можно сравнить с протискиванием плода через тазовую полость. Спрут захватывает, сковывает и угрожает организмам, свободно плавающим в океане, а паук заманивает, хватает и уничтожает насекомых, прежде свободно порхавших в неограниченном воздушном пространстве. Ситуация нередко представляется невыносимой, бесконечной и безнадежной. Человек теряет ощущение линейного времени и не видит ни конца этой пытки, ни какого-либо способа избежать ее. Следствием этого может стать идентификация с заключенными в темнице или концентрационном лагере, с обитателями сумасшедшего дома, с грешниками В аду или с архетипическими фигурами, символизирующими вечное проклятье, такими как Вечный Жид Агасфер, Летучий Голландец, Сизиф, Тантал или Прометей.

Находясь под влиянием этих переживаний, индивид избирательно слеп ко всему положительному в мире. Среди стандартных эмоциональных переживаний — мучительные ощущения одиночества, беспомощность, безнадежность, неполноценность, отчаяние и вина.

III. Этап продвижения плода по родовому каналу

На этой стадии сокращения матки продолжаются, но в отличие от предыдущей стадии, шейка матки теперь раскрыта, и это позволяет плоду постепенно продвигаться по родовому каналу. Под этим кроется отчаянная борьба за выживание, сильнейшее механическое сдавливание, часто высокая степень гипоксии и удушье. На конечной стадии родов плод может испытывать непосредственный контакт с такими биологическими материалами, как кровь, слизь, околоплодная жидкость, моча и даже кал.

Галлюцинации, состоящие из образов бессознательного, имеют садомазохистский оттенок, сопровождаются сильным сексуальным возбуждением.

Нежная головка ребенка втискивается в узкую тазовую полость маточными сокращениями. Характерны здесь символические мотивы — неистовые силы природы (вулканы, электромагнитные бури, землетрясения, волны прилива или ураганы), яростные сцены войн и революций, технологические объекты высокой мощности (термоядерные реакторы, атомные бомбы и ракеты). Активируются архетипические темы — картины Страшного суда, необыкновенные подвиги великих героев, мифологические битвы космического размаха с участием демонов и ангелов или богов и титанов. Садомазохистские переживания отражают смесь агрессии, которой плод подвержен со стороны женской репродуктивной системы, и его яростной биологической реакции на удушье, боль и тревогу. Частыми темами здесь являются кровавые жертвоприношения, самопожертвование, пытки, казни, убийства, изнасилования. Удушье и нечеловеческие страдания вообще вызывают форму сильного сексуального возбуждения. Эротические мотивы на этом уровне характеризуются захватывающей интенсивностью полового влечения, механического и неизбирательного по своему качеству, порнографическому и девиантному по природе. В относящихся к этой категории переживаниях секс сочетается со смертью, опасностью, агрессией, побуждениями к самоуничтожению, физической болью. То, что сексуальное возбуждение происходит в контексте смертельной угрозы, страха, агрессии и биологического материала, становится ключом к пониманию сексуальных отклонений и других форм сексопатологии. На последних стадиях родов ребенок может войти в тесный контакт с фекалиями и другими биологическими продуктами. Такие переживания обычно превосходят все то, что действительно мог испытывать новорожденный. Это ощущения барахтающегося в экскрементах, ползающего в отбросах или выгребных ямах, поедающего фекалии, пьющего кровь и мочу или же отвратительные картины разложения. Очень интересны образы идентификации с легендарной птицей Феникс. Феникс — очень удачный символ смерти-возрождения, так как он подразумевает смерть в огне, рождение нового и движение к источнику света.

Здесь ситуация уже не кажется безнадежной, и сам переживающий не беспомощен. Он принимает активное участие в происходящем и чувствует, что страдание имеет определенную направленность и цель. Роль индивида здесь не сводится исключительно к страданиям беспомощной жертвы. Он — активный наблюдатель и способен одновременно отождествлять себя с той и с другой стороной до такой степени, что иногда трудно бывает понять, агрессор он или жертва. В то время как безвыходная ситуация предполагает только страдания, опыт борьбы смерти-возрождения представляет собой границу между агонией и экстазом, иногда слияние того и другого.

IV. Появление ребенка на свет (отделение от матери)

В этой последней стадии мучительный процесс борьбы за рождение подходит к концу, продвижение по родовому каналу достигает кульминации, и за пиком боли, напряжения и сексуального возбуждения следует внезапное облегчение и релаксация. Ребенок родился и после долгого периода темноты впервые сталкивается с ярким светом дня (или операционной).

Некоторые относящиеся к этой стадии переживания представляют точную имитацию реальных биологических событий, произошедших при рождении, а, кроме того, — специальных акушерских приемов. Речь идет о подробностях механизма рождения, об использовавшейся анестезии, о способе ручного и инструментального родовспоможения и о деталях послеродового опыта и ухода за новорожденным. Находясь буквально на пороге освобождения, индивид ощущает приближение катастрофы огромного размаха. Но вслед за ощущением полного краха немедленно следует видение ослепительного белого или золотого света сверхъестественной яркости и красоты. Его можно сопоставить с изумительными явлениями архетипических божественных существ, с радугой или с замысловатым узором павлиньего хвоста. В этом случае могут возникать видения пробуждения природы весной, освежающего действия грозы или бури. Человек испытывает глубокое чувство духовного освобождения, спасения и искупления грехов. Он, как правило, чувствует себя свободным от тревоги, депрессии и вины, испытывает очищение и необремененность. Это сопровождается потоком положительных эмоций в отношении самого себя, других или существования вообще. Мир кажется прекрасным и безопасным местом, а интерес к жизни отчетливо возрастает.

Символизм опыта смерти-возрождения может быть извлечен из многих областей коллективного подсознательного, так как любая крупная культура обладает соответствующими мифологическими формами. Смерть личности будет испытываться в связи с самыми разными божествами-разрушителями — Молохом, Шивой, Уицилопочтли, Кали или Коатликуэ — или при полном отождествлении с Христом, Озирисом, Адонисом, Дионисом или другими жертвенными мифологическими существами. Богоявлением может стать совершенно абстрактный образ Бога в виде лучезарного источника света или более-менее персонифицированное представление разных религий. Так же обычен опыт встречи или единения с великими богинями-матерями — Девой Марией, Изидой, Лакшми, Парвати, Герой, Кибелой.

Повторюсь: все эти ужасы не забываются, а вытесняются в подсознание и в дальнейшем оказывают влияние на поведение человека.

В связи с этим стоит упомянуть практику, постепенно завоевывающую популярность на Западе. Ранее врачи прибегали к кесаревому сечению лишь в тех, сравнительно редких случаях, когда традиционный способ рождения был противопоказан женщине. Однако сейчас ситуация стала постепенно меняться. Дабы облегчить женщинам роды и понизить вероятность травмы ребенка, всё чаще прибегают к кесаревому сечению, даже там, где для этого нет медицинских противопоказаний. Не исключено, что настанет день, когда появится целое поколение людей, подсознание которых будет сформировано принципиально иначе, чем у их предков. Какие это будет иметь последствия, покажет время.

1.5 Воспитанные молоком и питательной смесью

За маму ложечку, за папу

Сами жрите, сволочи!

Итак, вопреки широко распространенному заблуждению, ребенок, только что появившийся на свет, отнюдь не является «чистым листом». Он уже обладает значительным опытом эмоциональных переживаний, как положительных, так и отрицательных.

Следующим после рождения этапом психической уязвимости является раннее детство.

«Человеческий детеныш» точно так же, как и утенок, цыпленок, жирафенок и многие другие животные запрограммирован на поиск матери. Это врожденный рефлекс. Мать или тот, кто её заменяет — это первое существо с которым человек вступает в общение, и от того, как будет проходить это общение, зависит дальнейшее развитие личности.

Мать кормит ребенка, лаково разговаривает с ним, заботливо прижимает к груди. В этот момент младенец получает не только пищу, но и ощущение безопасности, спокойствия, удовольствия. Всякий раз во время кормления детский мозг получает «сообщение»: еда — это спокойствие, еда — это надёжность, еда — это безопасность. В итоге, сытость, удовольствие и спокойствие оказываются связаны в подсознании воедино. Так формируется условный рефлекс. И уже во взрослом возрасте, испытывая стресс, чувствуя беспокойство и неуверенность в собственных силах, многие испытывают рефлекторную потребность быстро что-нибудь съесть или затянуться сигаретой, которая в подсознании ассоциируется с материнским соском.

Таким образом, поведение, которое кажется принципиально необъяснимым, иррациональным, на самом-то деле имеет четкие и ясные предельно материальные причины. Нередко малопонятное поведение групп людей (племен и даже народов) объясняют пресловутым «менталитетом», «культурой». Мол, склад ума у них такой, мол, культура у них такая, и всё тут. Поразительно, но такое вот словоблудие на полном серьезе выдают в качестве научного объяснения. Да разве это ответ? Ведь вопрос состоит именно в том, почему такое поведение закрепилось и стало частью культуры. Выше уже был разобран пример с трубкой мира. Ставший необходимым обряд курения был обусловлен материальными причинами. Ритуал, которому следуют, не задумываясь, был выработан у индейцев именно как условный рефлекс. То же самое относится и другим важным элементам культуры. Например, якобы иррациональное отношение к нище, мистическое поклонение хлебу и вину, обожествление плодородия и так далее имеют материальное объяснение. Обратите внимание на очень характерный факт: во многих языках мира слова «удовлетворенный», «сытый», «довольный», «удовольствие» — являются однокоренными (русский язык не исключение, посмотрите внимательно на слово «продовольствие»). Так это же неудивительно, если вспомнить, что понятия, выражаемые этими словами, закрепляются и крепко связываются воедино в сознании человека в первые же дни жизни.

То есть, роль пищи в жизни человека никак не сводится к утилитарному восполнению энергопотерь. Существует множество ситуаций, в которых человеку хочется поесть, даже если организму объективно не требуется дополнительная энергия, содержащаяся в продуктах питания.

Роль подсознания в ситуациях, связанных с питанием, особенно высока. Неслучайно очень многие люди объясняют свое недовольство и даже ненависть к советскому строю «дефицитом» продуктов, необходимостью стоять в очередях за ними. Вот классический пример рассуждений, в которых подсознание доминирует полностью:

1. В Советском Союзе ничего не было, мяса не было, колбасы не было, масла не было, и так далее. За всем приходилось стоять.

Вы при социализме не ели мяса? Вы тогда не ели масла?

2. Нет, ели, но приходилось стоять в очередях.

Значит, всё-таки масло, мясо и прочее было?

3. Нет, не было!

Если не было, так значит, вы не ели. Если ели, значит, всё-таки было.

4. Не было. Потому что надо было в очереди стоять.

Если ничего не было, так за чем же вы в очереди стояли? В пустой магазин что ли пришли?

5. Приходилось стоять, значит — не было. А вот сейчас стоять не надо, значит — всё есть, товаров стало больше!

И вот так по кругу. Мяса не было, но это «несуществующее» мясо, тем не менее, каким-то образом удавалось съесть! Продуктов не было, но за ними стояли в очередях. Стояли за отсутствующими товарами. Каково, а? Если бы «противник социализма» сказал, что раньше не было товара в свободной продаже без очередей, то это бы несколько меняло дело. Тогда его рассуждения не были бы столь вопиюще абсурдны. Однако всё равно даже и в этом случае остается одна грубейшая логическая ошибка, которую почти всегда делает «противник социализма». Смотрите, из того, что сейчас отсутствуют очереди, делается вывод о том, что товаров стало больше, по сравнению с теми временами, когда очереди существовали. В этом и заключается ошибка. Наличие или отсутствие очередей само по себе ещё не означает ни того, что товаров было меньше, ни того, что товаров стало больше. Товаров может быть сравнительно немного, но цены на эти товары столь высоки, что мало кто способен их купить, вот и лежит товар на прилавке. И наоборот, товаров может быть гораздо больше, но цена на них сравнительно невелика, очень многие этот товар способны купить, поэтому сначала появляются длинные очереди, потом товар раскупается полностью, и прилавки пустеют. Поэтому факт наличия (отсутствия) очередей характеризует соотношение предложения и платежеспособного спроса. Казалось бы, что тут неясного? Однако как же трудно это доходит до очень многих образованных и с виду нормальных людей!

Самое интересное, что сейчас в среднем по стране и производство, и потребление целого ряда продуктов как раз снизились по сравнению даже с тем, что было двадцать лет назад. Это не отрицается даже нынешней властью. То есть получается совсем уж бредовая ситуация. Двадцать лет назад потреблялось больше товаров, и «противники социализма» делают вывод, что в СССР «ничего не было»; сейчас стало меньше товаров, а «противники социализма» делают вывод, что сейчас «всё есть». И, глядя на прилавки, заявляют, что и товаров стало больше. Короче, ледяной кипяток пролился на волосатую лысину.

Со стороны это похоже на помешательство, но дело тут в другом. Вопросы, связанные с питанием у многих людей решаются на уровне подсознания. И как я уже говорил, пища — это не просто калории, это спокойствие, стабильность, надежность, удовольствие. Массы людей испытывают острый дискомфорт, если на прилавках не видят продукты, если, стоя в очереди, они чувствуют, что им может не достаться. Увидел сияющие пустоты магазина, и бессознательное отчаянно начинает сигнализировать: «нет пищи, нет пищи, неспокойно, нестабильно». Что после этого сделает человек? Разумеется, начнет запасаться продуктами впрок. Из-за этого прилавки будут пустеть ещё быстрее, люди начнут бегать в поисках пищи интенсивнее, а запасы будут делать ещё больше, тем самым всё сильнее и сильнее усугубляя положение. Кроме того, проблема сильно осложняется тем, что некоторые важные продукты и хранить долго нельзя, то есть запастись ими невозможно. В итоге человека бесконечно гложет червь тревоги, и это формирует новый условный рефлекс: «очередь — это беспокойство и нестабильность».

Известно, что наиболее политически активной группой населения являются люди в возрасте сорока-шестидесяти лет. Именно такие и были «рядовыми» антисоветской войны в период «перестройки». Значит, свержение советского строя поддержали поколения, родившиеся в тридцатых-пятидесятых годах. Их подсознание формировалось в тяжелые, голодные годы. Неудивительно, что таких людей легко ввели в психоз, пугая пустым прилавком. И уж тем более нет ничего странного в том, что они ошалели от счастья при виде нескольких сортов колбасы и пива в банках.

В споре «сторонника» и «противника» социализма, «сторонник» подчеркивает то, что в среднем потребление сейчас понизилось. Однако, что означает вот это «в среднем»? Допустим, вам захотелось сейчас съесть кусочек сыра. А его в продаже сейчас нет. Послезавтра будет, но захотелось-то сейчас, а не послезавтра, а сыра нет сейчас, и вы испытаете недовольство. Разумеется, послезавтра вы пойдете и купите себе сыра сразу на несколько дней, потому что понимаете, что неизвестно, когда будет следующий завоз и достанется ли вам сыр. Вот и покупаете товар, когда не очень-то и нуждаетесь в нем, и, напротив, не можете купить, когда он необходим. И вот эта реальная проблема не решалась десятками лет и отравила жизнь нескольким поколениям. А «сторонники социализма» до сих пор трясут советскими статистическими отчетами, в соответствии с которыми в среднем народ был обеспечен продуктами питания лучше, чем сейчас. До сих пор никак не поймут, в чем действительно заключалась проблема, а их противники-манипуляторы на выборах 1996 года сообразили выпустить листовку, на которой был изображен Зюганов и подпись ниже: «купи еды в последний раз». Подсознание миллионов отреагировало на этот сигнал безотказно.

А что вы хотите? Манипуляторы прекрасно знают, что собой представляет человек. Манипулятор знает, сколь важны для человека инстинкты, отвечающие за выживание организма. Тут есть один тонкий момент, который необходимо пояснить. На первый взгляд может показаться, что раз уж эти инстинкты столь сильны, то это как раз и является самой надежной защитой против манипуляции. Казалось бы, сейчас при явной угрозе выживания общества, при объективной нехватке эти инстинкты как раз и должны были бы подвигнуть огромные массы народа изо всех сил бороться с реформами. Увы, не всё так просто. В восточных единоборствах есть приемы, смысл которых в том, чтобы использовать силу противника против него же самого. На чужой мощный удар необязательно отвечать своим мощным ударом, достаточно чуть-чуть изменить направление чужого удара, и разогнавшийся боец потеряет равновесие, промахнется и пролетит рядом с вами. Точно так же поступают и манипуляторы. Огромная протестная энергия, связанная с неудовлетворением даже самых основных потребностей, перенаправляется манипулятором и бесполезно рассеивается. Умелое воздействие на подсознание делает сопротивление нерациональным, бездумным, а потому и бессильным.

Итак, в самом раннем детстве мать формирует у ребенка ряд рефлексов, связывающих воедино пищу, сытость, спокойствие, надежность и удовольствие.

А чем же занимается в это время отец? Какова его роль? Об этом в следующей главе.

1.6 Противоестественные ограничения

— Хоть ты мне и батько, а как будешь смеяться, то, ей-Богу поколочу!

И отец с сыном, вместо приветствия,

начали насаживать друг другу тумаки…

(Н. Гоголь)

Испокон веков за территорию, влияние и ресурсы ведутся бесконечные кровавые войны. Основные участники битв — мужчины. Обратите внимание на тривиальный, но характерный факт: большинство видов оружия обладает ярко выраженной фаллической формой. Орудия убийства, начиная от примитивного копья, продолжая мечом, тараном для взятия крепостей, а позже мушкетом, винтовкой и, заканчивая, новейшими ракетами — типично фаллические и очевидно мужские символы. Мальчишки всех времен и народов разыгрывают сражения, стараясь соответствовать героическому образу. Сколько бы ни говорили о преимуществе ума над физической силой, а всё равно, умный, но хилый отличник, никогда не верховодит ни во дворе, ни в классе.

Если мама для малыша — самое красивое существо на свете, то папа — самое сильное и грозное. Так вот, то положение, которое вы в дальнейшем будете занимать в социуме — во дворе, в школе, на работе и так далее, — в значительной степени зависит от отца. Если мать закрепляет в сознании человека рефлексы, связанные с питанием, спокойствием, удовольствием, то отец оказывает значительное влияние на то, как вы поведете себя в борьбе за место в социальной иерархии. Опять таки, у человека существует врожденный инстинкт, который уже в раннем детстве побуждает его предпринимать попытки повысить свой статус. Малыш пытается ползать и ходить, он осваивает территорию. В это время детская психика очень уязвима, ребенок неуверен в своих силах, он двигается неустойчиво, постоянно шлепается, испытывает боль. Поддержка со стороны отца важна, поскольку на этом этапе как раз и решается, во что превратится ребенок: в лидера, в помыкаемое всеми существо или займет промежуточное положение между этими двумя крайностями.

Нельзя упускать из внимания и тот факт, что в это же время ребенок учится разговаривать. Связь между уровнем интеллекта и речью надежно зафиксирована множеством независимых исследований. Тип мышления, навсегда предопределяющий уровень интеллектуального развития человека, закладывается в первые пять лет жизни. Позже поменять стереотипы умственного «поведения» крайне сложно. Таким образом, при формировании разума ребенка роль его окружения, прежде всего отца и матери, является исключительной высокой. Если оба родителя участвуют в обучении своих детей, то, как правило, это благоприятно сказывается на их умственном развитии.

Подростковый возраст — это последний из этапов психологической уязвимости. Его не зря называют «вторым рождением». В этот период происходит отделение ребенка от родителей. Молодые люди в возрасте от двенадцати до семнадцати лет оказываются буквально раздираемыми двумя противоположными тенденциями: внутренним стремлением вырваться из мира детства и встречным давлением со стороны взрослых, стремящихся приостановить это движение. В некоторых семьях поведение старших нацелено буквально на консервацию детского статуса молодых. Подросток начинает чувствовать ограничения и запреты особенно сильно. Он ненавидит детство и бежит от него. Курение, употребление алкоголя и наркотиков, иная одежда, прическа и так далее — воспринимаются как указание на более высокий статус, статус взрослого человека. Именно поэтому попытки родителей бороться, например, с тем же курением путем ссылки на вред здоровью, непросто бесполезны, а приведут прямо к противоположному результату. Ссылка на здоровье, «которое надо беречь», тут же будет интерпретирована мозгом подростка как попытка взрослых удержать его в рамках модели поведения малыша, для которого «всё опасно и всё ему вредит».

Совершенно драматичным образом в возрасте двенадцати-семнадцати лет меняется половое поведение человека. Долгое время общество крайне отрицательно относилось к «ранним» половым отношениям. Секс в тринадцать-пятнадцать лет был абсолютным табу. Снижение возраста вступления в половую жизнь очень болезненно воспринималось и воспринимается до сих пор значительной частью общества не только в России, но и практически во всех странах мира. Консерваторы считают данное явление аморальным, неправильным, диким и всячески этому противятся. Каких только теорий не напридумывали эти люди, чтобы обосновать свою позицию! Договариваются до того, что называют организм четырнадцатилетнего человека неготовым к половым отношениям с физической и с психологической точек зрения. Якобы, безумный XX век нарушил законы природы, предписывающие начинать половую жизнь в восемнадцать лет. Однако, знание физиологии не оставляет камня на камне от этих псевдоморальных домыслов. Запрет «ранних» половых отношений — изобретение сравнительно недавнего времени. В течение десятков тысяч лет, то есть практически всего периода существования человечества, абсолютное большинство людей не доживало даже до двадцати семи лет. Это означает, что для выживания человека как биологического вида мужчина и женщина должны были начинать размножаться как раз примерно в четырнадцать лет. В противном случае восполнить убыль населения было просто некем. Во-первых, значительная часть наших предков просто погибала ещё до того периода «разрешенного» секса, о котором пекутся «моралисты». А ведь надо непросто дожить, но и успеть подготовить новое поколение к самостоятельной жизни. Во-вторых, те, кто и доживал, должен был зачать восемь-десять детей, поскольку младенческая смертность в первобытные времена была очень высока. Очевидно, что и это необходимое условие не могло быть выполнено, следуй наши предки требованиям современных святош.

Во второй половине XIX века многие ученые были убеждены, будто бы организм человека полон атавизмов, ненужных, лишних органов. Этот факт, кстати, широко использовался в качестве доказательства эволюционной теории Дарвина. Даже в XX веке некоторые горячие головы с дипломом предлагали удалять эти органы сразу, не дожидаясь пока они заболеют. Наивная уверенность в собственной правоте была следствием неразвитости науки тех времен. Постепенно выяснилось, что органы, сгоряча названные лишними, выполняют важные функции, а их удаление ведет к ухудшению здоровья. Природа (Бог) не ошиблась, оснастив нас аппендиксом и гландами, не ошиблась она и в вопросе начала полового влечения. Неслучайно женщина в возрасте четырнадцати лет уже способна рожать, а мужчина в это же время способен зачать ребенка, и к тому же всеми силами стремится к половым отношениям.

В течение тысяч лет человек четырнадцати лет считался не подростком, а взрослым, полноценным членом древнего социума и обладал полным объемом прав и обязанностей. Багаж знаний, необходимых для выживания в те времена был значительно меньше современного, поэтому к четырнадцати годам люди успевали и овладеть навыком выживания, а к пятнадцати уже становились матерями и отцами. Значительно позже, после долгого периода накопления знаний и умений произошла «древняя научно-техническая революция». Социальная организация изменилась в сторону усложнения, изменились технические средства, используемые человечеством, появилось государство, возрос и уровень жизни, что привело к росту её продолжительности. Объем знаний, требуемый для успешного выживания, также увеличился. И вот тут произошла интересная вещь. Началось половое соперничество между четырнадцатилетними и теми, кто на несколько лет старше. Раньше до такого соперничества дело практически не доходило, восемнадцатилетние были уже «стариками», у них уже были жёны с кучей собственных детей. А в новых условиях четырнадцатилетние мужчины постепенно не выдерживали половой конкуренции с более старшими. В среднем они уступали возрастным конкурентам и в знаниях, и в богатстве, и, соответственно, в статусе. Характерно, что в ту эпоху половая роль женщины практически не изменилась. Общество ожидало от женщин решения практически тех же задач, что стояли перед ними и в самые ранние эпохи, а именно: — рождение детей и уход за ними. А с этой задачей женщина биологически способна справляться в четырнадцать лет. Перед мужчиной стояла задача обеспечения семьи, но чтобы исполнить свою социально-половую роль с каждым следующим столетием требовалось всё больше знаний, и на определенном этапе четырнадцати лет просто стало не хватать, чтобы набрать эти знания. Ясно, что родители молодой женщины, стремились выдать дочь замуж за более «конкурентоспособного» претендента. Четырнадцатилетние проиграли и стали считаться несовершеннолетними. Вот в этой асимметрии задач, поставленных обществом перед мужчиной и женщиной, и коренится до сих пор бытующее ложное убеждение в том, что мужчина взрослеет значительно позднее женщины. На самом же деле это не так, в течение тысяч лет женщины и мужчины создавали семьи, будучи практически одного возраста. И мужчина прекрасно справлялся со всеми задачами, возложенными на него и природой, и социумом. Доказательством чему служит факт существования нас с вами. Человеческий род выжил именно благодаря «ранним» половым связям. Ориентация же молодых девушек на более старших мужчин, игнорирование своих сверстников, обусловлено не мнимой незрелостью мальчиков-подростков, а победой старших в социально-половой конкурентной борьбе, ведущейся по правилам, которые сложились совсем недавно, по историческим меркам, разумеется.

Между прочим, шекспировской Джульетте было всего четырнадцать лет. Повторяю: ЧЕТЫРНАДЦАТЬ. А Ромео было около ШЕСТНАДЦАТИ. Сейчас у нас как-то с трудом укладывается в голове, что между столь юными людьми могут разыгрываться буквально «шекспировские страсти» во всех смыслах этого слова. Но для той эпохи (средневековье) в этом не было ничего удивительного, ведь продолжительность жизни итальянцев тогда была хотя и больше чем в первобытные времена (отсюда сдвиг в возрасте Ромео в сторону увеличения), но все же значительно меньше чем сейчас.

Современный подросток мужского пола страдает от так называемой «гиперсексуальности» именно потому, что социальная система, сложившаяся лишь в последние несколько сот лет противоречит всему предыдущему периоду существования человечества, который длился десятки тысяч лет.

Так называемая сексуальная нравственность, выдуманная святошами, не только не соответствует законам жизни, но и является грубейшим отклонением от природной нормы, ведущим к тяжелейшим физическим страданиям, болезням и психическим расстройствам.

Стандартные аргументы, выдвигаемые против «ранних» половых отношений, как якобы нарушающих законы природы, просто смехотворны. Блюстители чужой нравственности обосновывают жесткие половые ограничения угрозой распространения венерических болезней, нежелательной беременностью, необходимостью делать аборты и тому подобным. Однако здесь, очевидно, наблюдается путаница между причиной и следствием, а попросту говоря, телега впереди лошади. Именно ханжеское отношение к половой сфере, лицемерное поведение моралистов приводят к тому, что молодые люди получают необходимые знания от «дворовых сексологов», пошлых журналистов, кумиров субкультуры и от тому подобных сомнительных субъектов, стремящихся заработать на естественном интересе. А в результате молодежь оказывается вопиюще невежественна в данном вопросе, не имея понятия даже о самых элементарных вещах. К чему это приводит, смотри выше. Аргументируя свою позицию, моралисты указывают на то, что молодые люди психологически не готовы к половым отношениям. Ещё бы! Если ребёнка с детства не учить ходить, он так и будет вечно ползать. То же самое относится и к половым вопросам. Если не уделять должного внимания сексуальному воспитанию подростков, то неудивительно, что половой опыт у них нередко сопровождается психологическими и прочими травмами. И если бы моралисты действительно заботились о судьбе молодых, то заметили бы, что в современном учебнике биологии, по которому учится вся страна, уделено огромное внимание тараканам, паукам и ракообразным, но нет ни строчки, посвященной профилактике болезней, передающихся половым путем. Разумеется, ничего не сказано и об абортах. Как будто и нет такой проблемы. А давно надо было бы ввести эти темы в курс школьного образования. В конце концов, можно и в своих семьях проводить ликбез. Но, как показывает практика, в благополучных домах до сих пор торжествует ханжество, а в неблагополучных — подзаборный опыт. А «сексуальное просветительство», которое всё пытаются ввести сейчас в школах, является профанацией идеи, издевательством над здравым смыслом и делается по весьма сомнительному заказу.

Мне бы очень не хотелось, чтобы читатель неправильно меня понял и решил, будто бы я пропагандирую право подростков на половые отношения или являюсь сторонником снижения «возраста согласия». Нет, и ещё раз нет! Напротив, я категорический противник всех этих «новых веяний». И здесь нет никакого противоречия с тем, что я сказал выше. В половом вопросе кроме биологического фактора присутствует ещё и социальный. В современных условиях легализация сравнительно ранних половых отношений приводит к расцвету педофилии, сексуальной эксплуатации, работорговле, калечит молодых людей. Но дело тут не в том, что молодой человек биологически не готов к половым отношениям, а в том, что он социально незрел, то есть не обладает необходимой самостоятельностью, знаниями, положением в обществе. Подросток психологически и физически слабее взрослого, его проще подчинить, соблазнить, обмануть, чем и пользуются всевозможные мерзавцы, извращенцы и преступники. Подросток психологически не готов к социальным отношениям, свойственным совершеннолетним. И если проблему психологической неподготовленности к половым отношениям можно решить правильным неханжеским воспитанием, то вот социальную зрелость человек приобретает сам в процессе взаимодействия со сложившейся социальной системой, и для этого ему действительно нужны долгие годы. Проблема в том и заключается, что в нашу эпоху социальное вступило в противоречие с биологическим. Надо понимать, в чём действительно заключается проблема, а она вовсе не в том, что сравнительно ранние половые отношения являются нарушением законов природы. А в том, что современная социальная организация не в полной мере соответствует биологическим потребностям человека. Но это неизбежная плата за очевидный прогресс и рост уровня жизни по сравнению с древностью. Однако издержки же надо минимизировать или хотя бы стремиться к этому, а не лелеять вывихи и отклонения, выдавая их за высоконравственность. А ведь период взросления настолько тяжело проходит у абсолютного большинства подростков, что помощь со стороны взрослых совершенно необходима. Но, увы, как раз в этот момент многие родители, даже те, кто действует из лучших побуждений, наносят своим детям дополнительные травмы. Они упускают момент перехода ребенка в иное качество, хотя все признаки налицо. Каким-то непостижимым образом родители умудряются, с одной стороны, испытывать восторг по поводу того, что их чадо «уже носит обувь сорок второго размера», а с другой стороны, в упор не видят, что и потребности молодого человека соответствуют размерам его кроссовок. Но самую чудовищную ошибку совершают те родители, которые считают необходимым отдать ребёнка в школу как можно раньше. Они не удосужились подумать о том, что будет лет через семь, когда малыш повзрослеет. А будет вот что: самые младшие в классе с очень большой вероятностью окажутся объектами бесконечных насмешек и травли со стороны окружающих. Очень хорошо известно, что сообщество подростков строится в соответствии с неформальными иерархическими законами. И, как правило, на самых нижних ступенях оказываются как раз самые молодые. Исключения, конечно, бывают, но это именно исключения. Так вот, к моменту полового созревания младшие уже будут иметь стойкую репутацию «низкостатусных особей». И когда в возрасте четырнадцати-пятнадцати лет межполовое общение начнет обретать сексуальную окраску, они окажутся в заведомо проигрышном положении. Выше говорилось, что девушки в этот период и так в основном игнорируют своих сверстников. И уж тем более не обращают никакого внимания на тех, кто моложе.

Нередко робость, застенчивость, неуверенность в своих силах, бессознательный страх оказаться несостоятельным становятся частью личности как раз в период полового созревания. Конечно, о трудностях подросткового возраста знают все. Но большинство людей уверено, что юношеские проблемы носят преходящий характер, исчезая вместе с прыщами. Как бы не так! Данные физиологов и психологов показывают, что во многих случаях юношеские комплексы просто вытесняются в подсознание и оттуда продолжают влиять на жизнь людей.

Вновь приходится констатировать неприятный факт: манипуляторы прекрасно знают об этом, а большинство обычных людей — нет. Ну и у кого преимущество?

Завершая краткое описание этапов формирования бессознательного, я хотел бы ещё раз подчеркнуть, что события, происходящие с людьми в течение четырех периодов психической уязвимости, открытых Грофом, наряду с ранним детством и периодом полового созревания, в значительной степени определяют «портрет» человека.

Знание подсознательного — инструмент господства над личностью.

1.7 Промывка мозгов: прошлое и настоящее

Там живут несчастные люди-дикари, на лицо ужасные, добрые внутри.

Технологии формирования человека в соответствии с социальными запросами, «шлифовка» подсознания, выработка рефлекторных стереотипов поведения появились в глубокой древности. На этот счет этнографами собран и тщательно обработан настолько значительный материал, что у специалистов сомнений по этому поводу уже давно нет. Не имея возможности подробно разбирать этот вопрос, считаю необходимым кратко остановиться на исследованиях Владимира Проппа, доказавшего, что волшебные сказки различных народов мира в немалой степени являются отражением первобытных способов программирования разума.

Пропп обратил внимание на нетривиальный факт: даже у совершенно различных народов, проживающих в совершенно разных климатических, географических, исторических условиях сюжетная схема сказок удивительным образом практически полностью совпадает. Главный герой, несмышленыш, дурачок, бестолковый и всеми презираемый, по каким-то причинам отправляется в «путь-дорогу». Далеко от дома он встречается со своими врагами или опасными магическими существами: старухой-ведьмой (у русских, Баба-Яга), злым гномом, лешим и так далее, которые его избивают, унижают, пытают, поят мертвой водой (важнейший момент!), рубят на части и, нередко, убивают. Но смерть эта временная, вскоре его оживляют добрые союзники, и вот с этого момента наш «Иванушка-дурачок» превращается в «Ивана-царевича», великого витязя, который окружен почетом, вооружен мечом-кладенцом и женат на красавице. До пыток и смерти он был никем, но после — всем. Те же самые мотивы прослеживаются в сказках народов всего мира: в Западной Европе, в Африке, Восточной Азии, Полинезии и так далее. Здесь явно отражен обряд посвящения подростка в мужчину. До посвящения он не обладал ни правами, ни уважением, ни весом в своем обществе, но сразу после проведения обряда его статус резко меняется. Как же проходила инициация?

Сравнительный анализ сказок позволяет составить впечатляющий список пыток и способов унижения главного героя:

1. Побои и вырезание кожи на спине. «Яга схватила толкач, начала бить Усынюшку; била, била, под лавку забила, со спины ремень вырезала»;

2. Отрубание пальца. «Отрежьте от рук по пальцу — я вас попробую»;

3. Пытка огнем. «Дед и бросил мальчика в печь, там он всяко вертелся»;

4. Запрет сна. «Смотри же, — говорит ему волк-самоглот, — чур, не спать! Если уснешь — сейчас тебя проглочу».

Кое-где пережитки обряда инициации до сих пор сохраняются, что позволяет дополнить данные, полученные при помощи мифологического анализа, современными сведениями. С учетом этого выясняется, что, помимо избиений, юношей во время посвящения морили голодом, окунали в ямы с нечистотами, поили напитками, содержащими наркотики (мертвая вода), побоями-пытками доводили до состояния временного помешательства. Иными словами, человека искусственно загоняли в состояние беспомощности, зависимости, крайней слабости, свойственной младенцам. Тем самым активировался инстинкт «поиска матери». Ранее говорилось, что жизнь человека существенно зависит от того, какую модель поведения заложит в подсознание мать, и что произойдет в случае, если место матери занято суррогатом. Но смотрите, в обряде посвящения такой «матерью» является человек, проводящий инициацию: шаман, старик и так далее. Вот этот человек и проводит перепрограммирование разума, «стирает» старые модели поведения неофита и вбивает новые. Неслучайно посвящение тесно связано со смертью и воскрешением героя уже в новом качестве. Посвящаемых часто одевают в погребальные одежды, закапывают в землю, их вымазывают кровью, обкладывают кровавым мясом и так далее. А ведь, действительно, с психологической точки зрения, обряд инициации можно назвать смертью, но смертью не тела, а личности.

Стоит обратить внимание на то, что посвящение всегда происходит вне родного дома, героя отправляют за «тридевять земель», к «лесовику на обучение» и так далее. Всё правильно, так оно и должно быть. Вспомним опыт Павлова. Звон колокольчика запускает условный рефлекс выделения слюны. Если же начать кормить собаку, убрав колокольчик, то рефлекс постепенно затухает, ассоциативная связь «звон-слюна» разрывается. Так вот, и родной дом крепко спаян в подсознании с теми моделями поведения, которые закладывались в детстве, поэтому неофита необходимо поместить в чужую для него обстановку.

Если вы думаете, что такое варварство осталось в глубоком прошлом, сохраняясь разве что в некоторых африканских племенах и «дебрях Амазонки», то вы очень ошибаетесь. Ежегодно в нашей стране сотни тысяч молодых людей проходят в точности такие же обряды инициации. Догадываетесь, о чем я? Конечно же, речь идет об армии.

Как и в первобытные времена новобранцев пытают голодом, избивают, не дают спать, не позволяют мыться горячей водой, всячески оскорбляют и так далее. Перевод из более низкой касты проходит через типично ритуальное избиение и унижение.

Попытки объяснить дедовщину низкой зарплатой офицеров, их социальной неустроенностью, потерей уважения к погонам в обществе и тому подобными причинами, совершенно несостоятельны. Абсолютно те же самые явления характерны для всех армий мира, в том числе и там, где офицер пользуется в обществе уважением, привилегиями и зарабатывает выше среднего. Практика издевательств над новичками в профессиональной армии США получила столь широкое распространение, а способы пыток стали столь изощренными, что пришлось вмешаться правоохранительным органам. Несколько лет назад разразился очередной «армейский скандал», в ходе которого всплыли такие чудовищные факты казарменной жизни американских элитных подразделений, что содрогнулось всё общество. Попутно выяснилось, что офицеры непросто прекрасно знали, что происходит у них под самым носом, но и всячески поддерживали сложившийся изуверский порядок. А ведь американского офицера ну никак не назовешь социально неустроенным. Так в чем же дело? Почему данное позорное явление процветает везде? В чем причина? Наиболее умные офицеры знают ответ, а наиболее честные находили в себе мужество перестать прикрываться лживым нытьем про «социальную незащищенность» и прямо заявляли, что цель дедовщины — ослабить инстинкт, запрещающий человеку убивать. «К нам попадают люди, выросшие в спокойных, обычных условиях, — объясняют они, — большинство новобранцев не способны ни убивать, ни разрушать, а мы должны превратить их в солдат, которые не боятся ни смерти, ни боли и должны, не задумываясь, выполнить любой приказ».

То, что именно в этом заключается истинный смысл, на первый взгляд, нелепой жестокости и «армейского маразма», видно из путаных и сбивчивых рассказов даже самых ограниченных и малограмотных сержантов. «Мы делаем из сосунков настоящих мужиков», — коряво бубнят они. Когда же их спросишь, а почему «настоящий мужик» у них ассоциируется с теми, кто зубной щеткой чистит унитаз, то на это получить ответ невозможно. Но ответ есть. И смысл данного «ритуала» понимается в армии всеми офицерами, пусть и не всегда осознанно.

Перепрограммирование новобранца происходит не только на фоне пыток и унижений. Важную роль в этом играет и лишение уже совершеннолетних людей возможности удовлетворять сексуальную потребность. Как видим, новобранца заставляют пережить ещё один этап психологической уязвимости. Если пытки и голод возвращают его в псевдомладенческое состояние, то половое воздержание воспроизводит этап подростковой гиперсексуальности. Как говорится, если уж промывать мозги, так промывать их по полной!

Кстати, те же самые методики применяются и в сектах. Не следует думать, будто бы все сектанты — это изначально безвольные, забитые ничтожества, тянущиеся к харизматическому лидеру для того, чтобы найти счастье в подчинении. Конечно, есть и такие, но случается, что под властью всевозможных гуру оказываются независимые люди, студенты, дети богатых родителей. Каким же образом вербуют таких? Процесс завлечения в секту успешного человека исключительно тонок. Ясно, что если к нему на улице подбежит фанатик, обещающий рай на Земле и ответы на все вопросы бытия, то это не сработает. Поэтому в ход идут совершенно другие способы. Например, их как бы случайно приглашают провести время в компании «веселых людей». На этих «тусовках-вечеринках» не говорится ни слова о религии, Боге, пожертвованиях и тому подобных вещах. Напротив, царит абсолютно обычная, непринужденная обстановка, типичная для студенческих попоек. Так завязываются новые знакомства, объекта вербовки постепенно оплетают паутиной. Поступает предложение всей компанией выехать на природу, в «молодежный» дом отдыха и так далее. И вот так, шаг за шагом, постепенно у человека полностью меняется круг общения. Позже «новые друзья» приведут его на «интересную лекцию», которая, действительно, может показаться интересной, особенно если сравнивать ее с классическими студенческими занятиями. И вот тут-то неофита и возьмут в крутой оборот. «Лекции» построены таким образом, что у слушателя мозг оказывается перегружен массой разнородной информации, которую не дают критически осмыслить. Любые вопросы приветствуются, но на них не дают ответа! Слушателей просят «запомнить свой вопрос», а уж потом они, якобы, получат исчерпывающее объяснение. Долгая лекция выматывает неофита, он хочет спать и есть, но его просят потерпеть, подождать, не уходить. Из вежливости, из чувства солидарности к «друзьями», по ряду других причин многие новички остаются. Они просто не знают, что их разум уже начал перепрограммироваться в ускоренном режиме. «Лектор» — опытный манипулятор — успевает за считанные часы загнать в подсознание слушателя определенные «вирусы». «Лекция» оканчивается поздно, уехать домой невозможно, и приходится оставаться. Отдохнуть, заснуть, спокойно обдумать произошедшее невозможно — об этом заранее позаботились вербовщики. Как видим, здесь нет ничего нового, всё это классические способы влияния на рассудок.

В книге «Деструктивные психотехники» под редакцией И. Митрофановой подробно рассказано об аналогичном случае. Судьба студента, затянутого в секту по описанному сценарию, сложилась исключительно драматично. Нормальный, уверенный в себе молодой человек оказался полностью подчинен шарлатанами, бросил институт, с утра до ночи надрывался, работая на своих «духовных отцов», его нервная система и физические силы истощились до предела. Он превратился в жалкого фанатика, лишенного воли. В конце концов его спасло то, что он попал в больницу. Там он получил необходимое спокойствие, уход и тем самым вновь вернулся в псевдомладенческое состояние и вновь был перепрограммирован.

Как видим, древние методики формирования моделей поведения не забыты до сих пор, они широко распространены и успешно применяются.

1.8 Информационное болото

Не вы смотрите телевизор, это он смотрит вас.

Если внимательно присмотреться к устройству человеческого общества, то выяснится интересная вещь. Начиная от первобытных племен, заканчивая сложнейшими социальными системами современности, всегда и везде манипуляция сознанием была одним из основных инструментов управления массами. Люди, несмотря ни на какую демагогию о свободе воли и праве выбора, так и не смогли построить социальную систему, в которой бы отсутствовала масштабная и всеобъемлющая промывка мозгов. Мало того, с течением времени формы и способы манипуляции становились всё изощреннее, а на развитие технологий закабаления личности тратилось всё больше и больше средств. Причем технологии программирования поведения масс уже на заре существования человеческой цивилизации оказались сосредоточены в руках элиты и развивались внутри практически замкнутых каст и сословий. Шаманы, жрецы, священники — основные манипуляторы прошлых эпох делали всё возможное, чтобы их «паства» не имела доступа к информации определенного рода. Неслучайно Церковь так долго противилась переводу Библии на языки повседневного общения. Ссылаясь на авторитет религиозных текстов, толкуя их по своему усмотрению, священники оказывали существенно влияние на массы, которые не знали латинского (греческого и проч.) и не могли самостоятельно убедиться в достоверности и логичности того, что им вещают.

По мере падения авторитета Церкви росло доверие к тем, кого сейчас принято называть «аналитиками» и «экспертами». Однако их голос не был бы услышан, если бы не средства распространения информации, которые, в свою очередь, находятся в руках власть имущих.

Надо сказать, что появление телефона, радио, а позже телевидения и сетей коммуникации (например, Интернет) было исключительно выгодно правящим элитам. Дело в том, что быстрый технический прогресс привел и к резкому изменению социального облика общества. Для того чтобы понять суть этих преобразований, достаточно посмотреть, как менялись жизнь крупнейших городов страны. Возьмем для примера Москву.

После войны в столицу переселились очень многие люди, ранее проживавшие в деревнях. И поначалу, по инерции, они пытались следовать привычному порядку. Вечером жители многоэтажек высыпали во двор, появлялась гармошка, пляска, велись типичные беседы «на завалинке». Но вот прошло некоторое время, подросли их дети, а потом и внуки. И старики начали ворчать примерно в таком духе: «Раньше все были вместе, все общались, был полон двор людей, а сейчас молодежь попряталась по отдельным квартирам, знать никого не хочет, в одном подъезде живут и не здороваются».

Иными словами, произошло то, что в социологии называется атомизацией общества. Современный городской тип жизни приводит к тому, что традиционные связи между людьми слабеют и разрываются. Члены общества действительно начинают жить более автономно, им действительно «нет дела» до окружающих. И этот процесс наблюдается во всех индустриально развитых странах мира. Почему так происходит? Чем жизнь в городе в социальном плане отличается от жизни в деревне? Упрощенно говоря, сильно различается тип жилья и то, как налажен процесс труда. Судите сами. Крестьяне, с детства росшие рядом, потом с большой вероятностью и работать будут недалеко друг от друга, и, следовательно, их общение не прервется. Так складывается коллектив соседей. В городах же наблюдается прямо противоположная картина. Каждый день жители даже одного и того же подъезда разъезжаются в совершенно разные части города, а возвращаются уже под вечер. Они не видят друг друга и не общаются. Кроме того, жизнь в отдельной квартире закрыта от чужих глаз, а крестьянин проводит большую часть времени вне помещения, на виду у многих. Как видим, сама обстановка, окружающая человека в деревне, способствует установлению более тесных межличностных связей.

По мере роста городского населения и рассыпания социума на индивиды приходили в негодность и старые каналы связи, при помощи которых элита ранее легко доводила до масс выгодную ей информацию. Властной группе понадобились новые инструменты, при помощи которых можно было бы поместить общество в единое информационное пространство. То есть, совершенно различные люди, не общающиеся и даже не видящие друг друга, должны, во-первых, иметь одно и то же мнение по определенному вопросу или событию. И это мнение должно быть сформировано так, как это выгодно власть имущим. А во-вторых, на полученную информацию они и реагировать должны так, как того хочет элита. Традиционными способами этого добиться уже было невозможно, ведь межличностные связи в атомизированном обществе резко ослабели, и к тому же незыблемые ранее авторитеты потеряли свой вес.

Вот тут-то как нельзя вовремя и подоспели буквально прорывные открытия в области телекоммуникационных технологий, о которых говорилось выше. Информационная среда, которая принципиально не менялась буквально тысячами лет, вдруг в течение двух-трех поколений была перекроена полностью, став исключительно агрессивной. Поскольку это произошло практически мгновенно, то человечество ещё не успело выработать адекватные способы защиты от информагрессии, что и предопределило расцвет манипулятивных технологий в XX веке. Поразительная скорость, с которой внедрялось радиовещание, говорит о том, что элита оценила манипулятивный потенциал радио и щедро профинансировала его развитие. Конечно, радио было неспособно транслировать визуальную информацию, но голос из репродуктора всё равно завоевал популярность и вскоре стал неотъемлемой частью повседневного быта. Учтем, что с этим голосом не поспоришь, радио не реагирует на контраргументы, и диалог отсутствует. В некотором смысле, создается эффект «вещания с амвона», когда паства благоговейно внимает священнику, не смея ему возразить. Разумеется, это значительно упрощает проникновение информации сквозь защитные барьеры человеческой психики. В это же время и тоже довольно быстро развивался кинематограф. Немое кино можно рассматривать как «радио наоборот», то есть звук отсутствует, зато есть картинка. А уж соединение звука и визуального образа привело к возникновению резонансного эффекта. Однако, с точки зрения тех, кто промывал людям мозги, у кино всё равно оставался один серьезный недостаток. Люди посещали кинотеатры сравнительно редко, человек, погружаемый в информационное болото, всё-таки «выныривал» чаще, чем этого хотели манипуляторы. Что ж, изобретение телевизора устранило этот «недостаток», превратив каждый дом в разновидность кинотеатра.

Хотя такие средства массовой информации, как газеты, радио, Интернет, играют важную роль в промывании мозгов, всё же телевидение — самый сильный и эффективный способ управления массами. В первую очередь благодаря телевидению манипуляторы формируют у человека тот набор условных рефлексов, который им необходим, а когда нужно, они запускают условные рефлексы, уже имеющиеся в подсознании.

Прежде чем переходить к разбору конкретных способов программирования разума, необходимо сделать отступление.

Вообще-то, в псевдоинтеллектуальной среде принято поругивать телевидение. Нет-нет, да и козырнут фразой — «а я телевизор не смотрю». Проклинают телевидение и оппозиционно настроенные люди. Мол, телевидение и развращает, и отупляет, и мешает человеческому общению. Иногда слышны лицемерные бредни в духе: «вот взял бы, да и выкинул телевизор» или «ах как хорошо раньше жили люди без телевизора», «как прекрасно ощущать радость человеческого общения без телевидения», и так далее. Однако все эти разговоры сродни трепотне горожанина, рассуждающего о прелестях крестьянской жизни, о хрестоматийном сенокосе да парном молоке. Болтать то болтают, но жить в деревню так и не переезжают. Полежать пару дней на зелёной травке, помахать для удовольствия косой — это одно, а месить грязь в промозглом ноябре, возиться с печкой зимой, нажаривать её вечером, а утром уже трястись от холода — совсем другое. Точно также обстоят дела и с телевидением. Ругать-то все горазды, но никто не предлагает разумную альтернативу. Недалекие критики апеллируют к опыту прошлого, но они просто не понимают, что современное социальное устройство принципиально отличается от того, что было всего каких-нибудь восемьдесят-девяносто лет назад.

Посмотрите, как устроена современная жизнь. Вот среднестатистический человек пришел домой. Устал после работы, едва притащился и плюхнулся на диван. Чего он хочет? Отдыха. Что такое отдых для обывателя? Ясно, что не Чайковский и не балет. И не томик Голсу-орси. Бутылка пива в руку, детектив по телевизору. Его предки после работы пристраивались на завалинку и чесали языками, перемалывая кости соседях. Так продолжалось тысячи лет. И это потребность, и от этого не уйти. А в городе роль «завалинки» играет телевизор. Он расскажет последние новости, он создаст иллюзию участия в болтовне ни о чем (ток-шоу), он даст те образы, которых лишен в повседневной жизни. То есть телевизор смягчает издержки стиля жизни современного урбанизированного общества. И это важнейшая социальная функция телевидения.

Наша задача — не выбрасывать телевизор на помойку, а научиться защищать свой разум от того негатива, который идёт с экрана, и не подсаживаться на теленаркотик. Надо знать, какие цели преследуют манипуляторы, как именно они промывают мозги, и тогда им будет не так-то просто превратить ваш разум в мусорное ведро. Если настроить мозг на выявление информационных вирусов, то он способен эффективно с ними бороться. Манипуляторы прекрасно знают об этом, поэтому они и предпочитают работать с подсознанием, то есть с областью разума, о которой, к сожалению, большинство людей даже и не думает.

Сила манипулятора ещё и в том, что современные технологии позволяют вести тотальный информационный «обстрел». Одна и та же новость публикуется в газетах, транслируется по радио, по телевидению и, наконец, в Интернете. Создается иллюзия того, что информация идёт из независимых источников. Обычный человек понимает, что один или два источника могут быть ложными, но когда на него со всех сторон обрушивается практически одна и та же информация и предлагается по сути одна же трактовка событий, то поневоле он начинает думать, что не могут же врать все! И верит. Хотя запросто целый ряд СМИ могут исполнять заказ, да и, вообще, контролироваться одним человеком.

Мало того, человек, неискушенный в манипулятивных техниках, оказывается на крючке даже в тех случаях, когда различные СМИ по-разному освещают какое-либо событие, хотя, казалось бы, замечая противоречия, можно разобраться в истинной картине происшедшего. Многие люди убеждены, что ложь можно выявить, тщательно анализируя различные трактовки одного и того же события, выявляя нестыковки. Сами журналисты в ответ на обвинение в том, что они занимаются оболваниванием народа, отвечают, что у всех есть возможность вывести лжецов на чистую воду, смотрите разные передачи, сравнивайте и тогда поймете, что к чему. Однако это очередная ловушка. Вот именно так и нельзя поступать ни в коем случае. Те, кто больше всего потребляют информацию, и оказываются, в конечном итоге, наиболее оболваненными. Задача манипулятора как раз и заключается в том, чтобы человек принимал максимальное количество специально подготовленной информации. Наш организм так устроен, что когда мозг оказывается перегруженным, информация начинает автоматически вытесняться в подсознание без критического осмысления. Вот так и формируется рефлекторная модель поведения. А в дальнейшем человек совершает определенные поступки в соответствии с готовыми штампами, заложенными в подсознание.

Вот типичная ТВ-программа выходного дня, субботы, 2 июля 2005 года. Привожу список только новостных передач, идущих на основных каналах страны:

Первый

Новости — 6:00, 10:00, 12:00, 18:00 (Вечерние Новости), 21:00 (Время)

Россия

Вести — 8:00, 11:00, 14:00, 20:00 НТВ

Сегодня-4:00, 8:00,10:00,13:00,16:00,19:00

ТВЦ

События. Время Московское: 11:00,14:45,19:00,0:15

Журналисты, все эти бесконечные телеведущие, лгут, когда говорят, что их профессия заключается в том, чтобы помогать людям быть в курсе происходящих событий. Для этого нет необходимости в столь частой трансляции новостных передач, которые к тому же в значительной степени дублируют друг друга. А вот для промывки мозгов требуется как раз бесконечное повторение с целью закрепления необходимого рефлекса, а также блокировки критического осмысления услышанного и увиденного.

Проведите простой эксперимент. Посчитайте, сколько раз в день вы смотрите новости. Три? Четыре? Пять? Задайте себе вопрос, зачем вам это? Хотите знать, что происходит в стране? Для этого нет необходимости смотреть «вести-новости» в шесть, семь, восемь и девять вечера. Ведь трансляция в девять часов, как матрешка, содержит в себе всё, что уже передавалось ранее. А в будние дни новости идут ещё позже, и по нескольким каналам, так что, даже задержавшись на работе, вы всё равно ничего не упустите.

Берегите свой мозг. Не позволяйте превращать его в хранилище информационных помоев.

1.9 Логика и первобытное мышление

Ветер дует потому, что деревья качаются

Эпоха Просвещения потеснила Бога, сделала науку новой религией и, как результат, поставила в центр мироздания Человека. Долгие-долгие годы усиленно распространялось представление о человеке, как о высшем существе, властителе мира, носителе разума. Лозунг «Человек — это звучит гордо» стал стержнем новой идеологии. Однако критерием истины является практика. И вот на практике дела обстояли далеко не так радужно, как это представлялось в писаниях гуманистов. Неадекватность веры в человеческий разум в полной мере почувствовали на себе те, которых я для краткости обобщенно назову «рекламистами». Это и маркетологи, и дизайнеры упаковок, и те, кто пишут рекламные слоганы, одним словом, специалисты, чье материальное благополучие основано на знании человеческой души. Одно дело — вести благие речи о «доброй воле человечества», а совсем другое — зарабатывать себе на жизнь, пытаясь продать этому «человечеству» какой-нибудь товар.

Поначалу рекламисты придерживались концепции эпохи Просвещения. Они считали, что психически здоровые люди всегда отдают себе отчет в своих поступках, знают, по каким причинам они вели себя так или иначе, и могут точно объяснить свои мотивы. Короче, рекламисты верили в рациональность и разум Человека. Из этой веры вытекала и методика выявления вкусов и пристрастий. Она заключалась в том, чтобы проводить всевозможные опросы, учитывать мнения и пожелания представителей различных социальных групп, рассчитывать платежеспособный спрос населения и так далее. Как видим, речь идет об объективных научных методах познания.

Какое-то время такой подход себя оправдывал, но потом последовали необъяснимые сбои. Срывы и просчеты в рекламных стратегиях и тактике стали происходить настолько часто, что это нельзя было уже объяснить случайностью или небрежностью конкретного специалиста. И вот тут-то выяснились очень интересные вещи. Результаты социологических исследований сильно расходились с поведением потребителя. То есть респонденты хвалили один товар, а покупали другой. Пришлось признать, что методы анализа рынка, основанные на постулате о рациональности человека, слишком неточны. Они явно нуждаются в серьезной коррекции. Что ж, финансовые потери и убытки, вплоть до банкротства, быстро прочищают мозги, избавляя от гуманистических иллюзий.

Тут как нельзя кстати пришлись работы Фрейда, в которых предлагалась совершенно иная концепция личности. Утверждалось, что во многих случаях человек не способен объяснить ни мотивы своих поступков, ни дать обоснование своих предпочтений и вкусов. Мало того, нередко люди не только не могли объясниться, но и в прямом смысле слова сами не знали причин своего поведения. Классические — «бес попутал», «затмение нашло» — верно отражают суть происходящего. А раз так, то становится понятным, почему опросы вели к ошибочным выводам.

Эту революционную гипотезу спешно бросились проверять. Было проведено множество экспериментов, описание которых займёт не одну книгу. Хрестоматийным примером стал опыт Льюиса Ческина, который взял два заведомо одинаковых товара и поместил их в две различные упаковки. На первой были нарисованы круги и овалы, на второй — треугольники. Результат превзошел все ожидания. Абсолютное большинство покупателей не просто предпочло товар в первой упаковке, так ещё и уверенно заявило, что в разных упаковках находится товар различного качества! То есть люди не сказали, что им больше понравилась упаковка с кругами и овалами, а заявили, что и сам товар был более высокого качества.

Ну, как же так? Где рациональность? Где разум, воспетый гуманистами? Подсознание среагировало на символы материнской груди, активизировалось ощущение спокойствия, доброжелательности, надёжности, и вот вам результат. А потом человек с важным видом будет «рационально» обосновывать свой поступок такими «объективными» характеристиками товара, как его качество.

А вот ещё один, прямо скажем, издевательский опыт. Женщинам дали на пробу масло и маргарин. И попросили определить, где что. Так вот, почти все домашние хозяйки, прекрасно знавшие вкус как масла, так и маргарина, допустили ошибку. Весь фокус состоял в том, что масло специально сделали белого цвета, а маргарин желтого. То есть люди пошли на поводу у стереотипа: желтым должно быть масло, а белым — маргарин. И этот стереотип оказался сильнее органов осязания. Надо ли говорить, что вскоре в продаже появился желтый маргарин, и его стали раскупать значительно лучше маргарина традиционного белого цвета. Вот и проводи после этого социологические опросы.

Методы психодиагностики показали, что суп подсознательно ассоциируется с околоплодной жидкостью, в которой человек находился в период внутриутробного развития. Звучит невероятно, а между тем исследования Грофа, о которых шла речь в четвёртой главе, убедительно доказывают, что подсознание формируется уже в утробе. Так что удивляться нечему.

На первый взгляд может показаться, что ассоциация с околоплодной жидкостью должна приводить к тому, что суп будет вызывать отвращение. Действительно, кому может понравиться мерзкая, кровавая слизь? Однако миллионы людей очень любят супы. Это кажущееся противоречие легко объяснимо. Для ребенка, находящегося внутри матери, околоплодная жидкость вовсе не является «гадкой слизью». Напротив, это благоприятная среда, идеально приспособленная для его нужд. Поэтому совсем ещё ранние ощущения утробного комфорта и уюта, напрочь позабытые, а на самом деле вытесненные в подсознание, активизируются при виде супа много лет спустя и оказывают влияние на вкусы уже взрослого человека.

Несчастные домохозяйки — излюбленный объект опытов психологов, попали впросак и с моющими средствами. Им выдали порошок в желтой, в синей и в сине-желтой упаковках. Читатели наверняка уже догадались, что во всех трёх коробках находился один и тот же порошок. Но большинство участвовавших в эксперименте людей заявило, что порошок в желтой упаковке разъедал белье, в синей плохо отстирывал, а тот, что лежал в сине-желтой коробке, оценивался как оптимальный.

Эти и многие другие эксперименты показали, что, исследуя мотивы человеческого поведения, не стоит слишком уж уповать на объективную реальность, которая, якобы, всегда имеет первостепенное значение. Если решение принимает не разум, а подсознание, то и неудивительно, что человек оказывается неспособным правильно объяснить, чего же он хочет и почему он этого хочет. То есть человек далеко не так рационален и разумен, как казалось.

Рассматривая проблему рациональности и разумности, нельзя обойти стороной логическое мышление. Вроде бы умение строить логические умозаключения в соответствии с объективными законами присуще всем здоровым людям на протяжении всей человеческой истории. В психологической науке способность оперировать логическими, абстрактными категориями считалась основным свойством человеческого сознания. Увы, увы. И этот миф Просвещения был развеян. Оказалось, что логическое мышление — сравнительно недавнее достижение цивилизации, и далеко не все современные нам люди способны делать даже простейшие логические выводы. Мало того, существуют значительные социальные слои, по сути, целые народы, не мыслящие категориями формальной логики. Этот непривычный тезис был доказан выдающимся ученым, нашим соотечественником, А. Р. Лурия.

Тестируя население Средней Азии, Лурия получил поразительные результаты. Приведу обширную цитату из его известной статьи «Культурные различия и интеллектуальная деятельность»:

«….мы предлагали испытуемым силлогизмы со знакомым содержанием. Содержание силлогизмов первого типа бралось из практического опыта испытуемого, например:

Хлопок растет там, где жарко и сухо. В Англии холодно и сыро. Может там расти хлопок или нет?

Силлогизмы второго типа включали материалы, незнакомые испытуемым, и выводы из них должны были быть чисто теоретическими, например:

На Дальнем севере, где снег, все медведи белые. Новая Земля — на Дальнем севере. Какого цвета там медведи?

Испытуемые, живущие в наиболее отсталых районах, отказывались делать какие-либо выводы даже из первого типа силлогизмов. Они заявляли, что никогда не бывали в этом незнакомом месте и не знают, растет там хлопок или нет. Только после длительных разъяснений их убеждали отвечать на основе самих слов, и они неохотно соглашались сделать вывод: „Из твоих слов понятно, что хлопок там не может расти, если там холодно и сыро. Когда холодно и сыро, хлопок растет плохо“. Такие испытуемые наотрез отказывались делать выводы из силлогизмов второго типа. Как правило, они отказывались даже принять большую посылку, заявляя: „Я никогда не был на севере и никогда не видел медведей“. Один из наших испытуемых сказал: „Если Вы хотите, чтобы Вам ответили на этот вопрос, спросите людей, которые там побывали и видели их“. Зачастую они игнорировали посылку и заменяли ее собственными сведениями, говоря, например: „Разные бывают медведи. Если родился красным, таким он и останется“. Короче говоря, они пытались избежать решения задачи. Можно проиллюстрировать эти трудности следующими протоколами беседы с 37-летним жителем кишлака. Мы предъявили силлогизм: „Хлопок может расти только там, где жарко и сухо. В Англии холодно и сыро. Может ли там расти хлопок?“

„Я не знаю“. „Подумай об этом“.

„Я был только в Кашгаре. Ничего больше я не знаю“. „Но на основании того, что я сказал, может ли хлопок там расти?“

„Если земля хорошая, хлопок будет там расти, но если там сыро и земля плохая, он расти не будет. Если там похоже на Кашгар, он там тоже будет расти. Конечно, если почва там рыхлая, он тоже будет там расти“.

Затем силлогизм был повторен.

„Что ты можешь заключить из моих слов?“

„Если там холодно, он не будет расти. Если почва хорошая и рыхлая — будет“.

„Но на какую мысль наводят мои слова?“

„Знаешь, мы — мусульмане, мы — кашгарцы. Мы никогда нигде не бывали и не знаем, жарко там или холодно“.

Был предъявлен другой силлогизм.

„На Дальнем Севере, где снег, все медведи белые. Новая Земля — на Дальнем севере. Какого цвета там медведи?“

„Медведи бывают разные“.

Силлогизм повторяется.

„Я не знаю. Я видел черного медведя. Других я никогда не видел. В каждой местности свои животные — если она белая, они будут белые, если желтая — они будут желтые“.

„Но какие медведи водятся на Новой Земле?“

„Мы всегда говорим только о том, что мы видим. Мы не говорим о том, чего мы не видели“.

„Но на какую мысль наводят мои слова?“

Силлогизм снова повторяется.

„Ну, это вот на что похоже: наш царь не похож на вашего, а ваш не похож на нашего. На твои слова может ответить только кто-то, кто там был, а если человек там не был, он ничего не может сказать на твои слова“.

„Но на основе моих слов: „На севере, где всегда снег, медведи — белые“, — можешь ты догадаться, какие медведи водятся на Новой Земле?“

„Если человеку шестьдесят или восемьдесят лет, и он видел белого медведя и рассказал об этом — ему можно верить, но я никогда его не видел и потому не могу сказать. Это мое последнее слово. Те, кто видел, могут сказать, а те, кто не видел, ничего сказать не могут“».

Вам это ничего не напоминает? Как же, как же, а тот спор про очереди и нехватку товаров, который я привел в пятой главе? На всякий случай воспроизведу его ещё раз:

1. В Советском Союзе ничего не было, мяса не было, колбасы не было, масла не было и так далее. За всем приходилось стоять.

Вы при социализме не ели мяса? Вы тогда не ели масла?

2. Нет, ели, но приходилось стоять в очередях.

Значит, всё-таки масло, мясо и прочее было?

3. Нет, не было!

Если не было, так значит, вы не ели. Если ели, значит, всё-таки было.

4. Не было. Потому что надо было в очереди стоять.

Если ничего не было, так за чем же вы в очереди стояли? В пустой магазин что ли пришли?

5. Приходилось стоять, значит — не было. А вот сейчас стоять не надо, значит — всё есть, товаров стало больше!

Ну как, велика ли разница? А ведь Лурия тестировал неграмотных крестьян Средней Азии семьдесят лет назад, а разговоры об очередях и «отсутствии товара» ведут зрелые, современные нам люди, обучавшиеся ещё в советских школах.

Что и говорить, кто из нас не слышал «аргументы» в духе «ты не видел, поэтому не знаешь» или «я жизнь прожил, я могу судить, а ты — нет», и так далее. Чем это отличается от ответа: «Я не знаю. Я видел черного медведя. Других я никогда не видел»? По таким ответам, по такому стилю мышления, сразу можно отличить человека, не знающего, что такое интеллектуальная дисциплина, и не умеющего следовать строгим правилам логического вывода и обобщения. Они даже не понимают, что медведь и хлопок взяты лишь для примера, ведь на их месте могут быть любые предметы или символы. Их сознание оказывается жестко привязанным к частностям и не способно к абстрактным обобщениям. В этом смысле очень характерна ссылка на жизненный опыт, ассоциирующийся у ограниченных людей с возрастом: «Если человеку шестьдесят или восемьдесят лет, и он видел белого медведя…». А если человеку не шестьдесят, а двадцать, или, страшно подумать, всего лишь шестнадцать, то его слова уже всерьёз не воспринимаются, хотя законы логики объективны и не зависят от возраста тех, кто их применяет.

Последите внимательно за речью окружающих. Вы подметите много интересного, пережитки первобытного сознания постоянно выскакивают наружу.

Логика является едва ли ни единственным оружием против всевластья бессознательного. Насколько она развита, настолько человек соответствует гордому званию «Разумный». Неправы те, кто считает, что логическое мышление, в силу своей алгоритмичности и предсказуемости, наиболее уязвимо для воздействия манипуляции. Напротив! Первобытное сознание предсказуемо в куда большей мере. Так называемая народная мудрость и заветы отцов, на которых основан такой тип рассуждений, прекрасно известны манипуляторам, так что у «хлопкороба» мало шансов проявить непредсказуемость. А уж неумение абстрактно мыслить значительно снижает способность противостоять промывке мозгов. В манипулятивных рассуждениях обычно содержатся логические неувязки, ведь техники программирования разума, как уже было сказано, редко направлены на сферу рационального. Поэтому строгая алгоритмичность, железное следование законам логики, а не эмоциям и рефлексам, помогает выявить обман и сделать манипуляцию бессильной. Но, к сожалению, далеко не все обладают высокоорганизованным мышлением.

Ясно, что такие рассуждения многим не по вкусу. Уж очень сильно сидят в головах идеологические догмы Просвещения. Однако, возвращаясь к истории о рекламистах, следует отметить, что те из них, кто предпочел следовать страусиной тактике, попросту разорились. Те, кто внес коррективы в свои представления о человеке, выжили и процветают. А вести благие разговоры при условии, что это никак не скажется на собственном материальном благополучии, можно сколько угодно.

Собака лает, а караван идёт, в том смысле, что в отличие от ясноглазых идеалистов, все те, кто управляет обществом, прекрасно знают цену так называемому «человеку разумному».

1.10 Анатомия рекламы

Наши макароны — самые макаронистые

Сказав «А», нельзя не сказать «Б», и если уж я упомянул рекламу всуе, то необходимо продолжить разговор. Назойливость, примитивизм и тупость рекламы давно стали притчей во языцах. Кто только не изощрялся в шуточках над тётей Асей, умником, идущим за «Клинским» или, якобы, деревенской бабушкой, угощающей внуков молочными продуктами с «домашним» вкусом. Спору нет — фальшивость, манерность, а в некоторых случаях нелогичность, переходящая в откровенную бредовость, достали всех. А между тем коммерческие компании тратят на рекламу огромные деньги. Они там что, дураки? Не думаю. Дураки редко становятся миллионерами, а даже если в редчайших случаях это и происходит, то обычно деньги у них долго в руках не держатся. Примеров на этот счет имеется достаточно. Значит, дело не в глупости заказчиков и создателей рекламы. А в чьей же? Вот вам ответ, который можно назвать исповедью рекламиста:

«Я прерываю ваши телефильмы, чтобы навязать свои логотипы, а мне за это оплачивают отпуск на Сан-Барте. Я заполняю рекламными слоганами ваши излюбленные журналы и получаю в награду виллу на Корсике. Это я решаю, что есть Истина, что есть Красота, что есть Добро. Это я отбираю манекенщиц, на которых вы западете через полгода. Да-да, западете, как миленькие, и окрестите их топ-моделями. Чем смелей я играю с вашим подсознанием, тем безропотнее вы мне покоряетесь. Если я нахваливаю йоргурт, залепив плакатами все стены вашего города, то, даю голову на отсечение, вы его купите. Вам-то кажется, будто вы свободны в своем выборе, но не тут-то было: в один прекрасный момент вы углядите мой товар на полке супермаркета и возьмете его — просто так, попробовать, вы уж поверьте, я свое дело знаю туго.

М-м-м, до чего ж это приятно — влезать к вам в мозги! Ваши желания больше вам не принадлежат — я навязываю вам свои собственные. Я запрещаю вам желать, как бог на душу положит. Это я решаю сегодня, чего вы захотите завтра. Эй, вы, меня тошнит от вас, жалких рабов, покорно выполняющих любой мой каприз!».

Это цитата из нашумевшего романа «99 франков», написанного бывшим сотрудником рекламного агентства Фредериком Бегбедером.

Черт побери, до чего же неприятно всё это читать! Но иного выхода просто нет, наше счастливое неведение — это наивность воробья, который закрыл глаза и решил, что кошка, готовящаяся его съесть, исчезла.

Скажете, что откровения эпатажного писателя не стоят нашего внимания? Ну, тогда вот вам информация к размышлению.

На Западе в течение нескольких лет шел телесериал «Доктор Маркус Уэлби». За это время Роберт Янг — актер, сыгравший доктора, получил около двухсот тысяч писем с просьбой дать медицинский совет! Какими же круглыми идиотами надо быть, чтобы актера, напялившего белый халат, принять за компетентного специалиста и заваливать его письмами на медицинскую тему. Воистину, такая аудитория заслуживает крепких эпитетов. Вы представляете себе всю меру презрения, которое испытывают манипуляторы к своей «пастве»? А между тем, способы оболванивания просты, реклама при всем кажущемся разнообразии поразительно бедна на концептуальные идеи. В ее основе лежит совсем немного штампов и приемов, которые бесконечно обыгрываются и повторяются. Рассмотрим их.

1. Наведение психоза «нехватка времени»

Ключевые слова: «спешите», «только сегодня действуют сумасшедшие скидки», «первой сотне позвонивших вручается приз», и так далее. Вариантов здесь много, но все они сводятся к тому, чтобы ввергнуть потребителя в состояние ажиотажа, лихорадочной спешки. Ему некогда думать, ему нужно срочно бежать и покупать!

2. Апелляция к прогрессу

Ключевые слова: «новый вкус», «новый дизайн», «новая упаковка» и т. п. Данный метод отчасти пересекается с предыдущим, поскольку подталкивает человека покупать «новое», чтобы идти в ногу со временем, не отставать. Однако в основе этого метода лежит эксплуатация любопытства потребителя, а также позиционирование фирмы как воплощения прогресса.

3. Подмена понятий

Сначала показывают одно, но предлагают купить совершенно другое. Например, рекламируют сухой корм для собак — маленькие, невзрачные гранулы, но сначала идет видеоряд: сочное мясо, овощи, зелень и тому подобное. Путем бесконечных повторений создают в подсознании потребителя ассоциативную связь между натуральными продуктами и готовым кормом. Аналогичным образом построена и реклама зубной пасты с прополисом. Демонстрируют соты и мед, но их нет среди ингредиентов пасты. Точно также обстоят дела с пищей быстрого приготовления. В общем, примеров масса.

В ряде случаев подмена производится более тонко. Возьмем рекламу майонеза. «Мечта хозяйки — мечты сбываются». Мечты покупателя отождествляются с майонезом, в названии которого употреблено слово «мечта». Или в рекламе детского йогурта сначала показывают радугу, а потом голос задает вопрос: «хотите кусочек радуги»? После чего предлагается разноцветный йоргурт.

4. Комплекс превосходства

Классик психоанализа Альфред Адлер выдвинул концепцию комплекса неполноценности и комплекса превосходства как средства компенсации неполноценности. По Адлеру, все люди в той или иной степени несут в себе ощущение неполноценности и стремятся его компенсировать различными успехами, пусть даже и мнимыми, воображаемыми. Открытия Адлера широко используются в современной рекламе. Потребителю предлагают приобрести товар для того, чтобы почувствовать свою исключительность, всесилие, повысить свой статус. «Верный секрет женских побед», «для тех, кто, правда, крут», «ты всесильна», «вы неотразимы», «он один такой» — типичные в данном случае слоганы.

5. Бесплатный сыр из мышеловки Внимание потребителя акцентируют на возможности получить «бесплатно», «в подарок», какую-нибудь вещь в дополнение к основной покупке. Ясно, что цена «бесплатного подарка» просто включена в цену рекламируемого товара, и покупатель на самом деле оплачивает из своего кармана две вещи. Мало того, нередко в качестве «приза» подсовывают предметы, сами по себе не пользующиеся спросом, и по этой причине их не берут в торговые сети. Тогда фирма объявляет, что её «подарок» настолько эксклюзивен, что даже и не продается, что его можно получить только в качестве приза. Как говорится, нужду выдают за добродетель, и оба товара работают друг на друга. Прием прост, но эффективен.

6. Победа над остальными

Ключевые слова: «в отличие от других». Классические примеры — реклама батареек, которые «работают дольше обычных», реклама нового порошка, с которым «вы вымоете больше посуды, при этом быстрее и лучше». Сами слова — «лучше», «дольше», «быстрее» — уже говорят о том, что в противном случае, если вы купите товар другой фирмы, у вас будет «хуже» и «медленнее». В рекламе предлагаемый товар соревнуется и побеждает, но, с чем именно он соревнуется, не говорят, так что невозможно проверить, была ли действительно одержана победа.

7. Авторитет науки

Ключевые слова: «эксперты рекомендуют», «доказано клиническими исследованиями». В наше время, когда авторитет науки высок, в рекламе имитируют проведение эксперимента с использованием предлагаемого товара. «Эксперимент», разумеется, заканчивается триумфальным успехом. Но совершенно очевидно, что к науке данное действо не имеет никакого отношения. Роль специалистов в белых халатах может играть кто угодно, а диаграммы и графики ничего не стоит намалевать в любом количестве и любой формы.

8. Мнение известного человека

Товар рекламирует популярная личность: актер кино, кумир молодежи, и так далее. Расчет на стереотип: «раз уж такие люди покупают, то сомневаться нечего, надо брать».

9. Глас народа

Метод в определенном смысле противоположный предыдущему. Обыгрывается образ человека с улицы, такого, как все. Рекламщик как бы говорит потребителю: «Ну, это же не реклама, для рекламы мы бы наняли звёзд. Здесь просто демонстрация житейского опыта обычных людей».

10. Наведение ужаса

Потребителю внушают, что существуют смертельно опасные ситуации, в которых может помочь только определенный товар или услуга. Например, мобильный телефон позволит вызвать срочную помощь. В более мягком варианте такая реклама может принимать форму совета, в котором, однако, содержится угроза. «Вы ведь не хотите заболеть? Тогда купите витамины».

11. Не будь изгоем

Большинству людей свойственен страх оказаться изгоем. Неслучайно в древние эпохи изгнание было одним из самых страшных наказаний. Манипулятор использует эту слабость человеческой психики, внушая, что «все уже товар купили, все уже оценили его высокое качество и необходимость, а вы остались в меньшинстве».

В таких случаях показывают толпы людей, разные города и народы, представители которых едины в том, что «доверяют» одному и тому же бренду.

12. Апелляция к «добрым чувствам»

Сюжет клипа строится таким образом, чтобы товар ассоциировался с событиями, вызывающими положительные эмоции, возникающие в процессе человеческого общения. Дружба, встреча с родителями, постройка нового дома, сдача экзамена и проч.

13. Эксплуатация родительского инстинкта

Товар представляют как полезный и нужный детям. Ребенок счастлив, если вы купите ему рекламируемую вещь: подгузники, шампунь и проч.

14. Патриотизм

Ключевые слова: «Россия», «Сибирь», «наше», «русское». Используются образы национальных героев, исторических и фольклорных персонажей, национальные костюмы, и так далее.

15. Ошарашить!

Цель такой рекламы — сильно потрясти потребителя, чтобы рекламируемый товар крепко засел у него в памяти. Известная рекламная кампания «Шок — это по-нашему» является мягкой формой реализации данного метода.

16. Удовольствие

Львиная доля клипов содержат сексуально окрашенные образы, предлагают «райское наслаждение», искушение «вкусом», и так далее.

Перечисленные приемы являются идейным каркасом рекламных компаний. Скелет потом обрастает шаблонными образами: красотками, «продвинутой» молодежью, предупредительным доктором, доброй бабушкой, мачо, веселыми детишками, и так далее. При этом всегда конструируются рефлекторные связки-ассоциации в духе Павлова.

А теперь перейдем к рассмотрению чисто технического аспекта воплощения основополагающих идей.

1. Вплетение рекламы в кинофильм

По ходу сюжета персонажи фильма ездят на автомобилях, слушают магнитофон, носят джинсы, курят сигареты, звонят по телефону, и так далее и тому подобное. Вопрос: сигаретой какой марки затянется главный герой? Ответ: это зависит от того, сколько готова заплатить табачная компания. Помните пикантный момент из фильма «Красотка», когда Джулия Робертс, игравшая проститутку, достает из своего сапога несколько презервативов и предлагает их Ричарду Гиру? Так вот, она предлагает презервативы фирмы «Safetex», которая за это заплатила актрисе сто пятьдесят тысяч долларов.

2. Рифма, игра слов

Слоганы рифмуются. Название бренда становится частью игры слов.

3. Подделка

Людям показывают идеализированные муляжи рекламируемого товара. Аппетитная корочка жареного цыпленка запросто может оказаться компьютерным спецэффектом, а роль обильной пивной пены может играть шампунь.

4. Лингвистические стереотипы

В каждом языке присутствует лингвистические конструкции, которые побуждают человека самостоятельно сделать вывод из предложенных предпосылок. Речь не идет о силлогизмах, описанных в предыдущей главе, напротив, данный вывод с точки зрения логики неправомерен. Именно поэтому создателя рекламы невозможно обвинить в прямой лжи. Но в языке существуют неписаные правила интерпретации слов, отличающиеся от формальной логики. По сути, в предпосылках содержится дополнительная информация, некоторая недосказанность, которая, тем не менее, понимается однозначно. Для иллюстрации стоит привести конкретный пример.

Перед зеркалом женщина красит губы «новой» губной помадой, а после выходит на улицу. Встречающиеся по пути мужчины восхищенно смотрят ей вслед и громко восторгаются.

Строго говоря, нигде не сказано, что столь поразительный эффект достигнут благодаря помаде. Как говорится, «после» не значит «благодаря». Но обыденное сознание не склонно интерпретировать сюжет в категориях формальной логики.

5. Юмор

Сочетание рекламного слогана с веселой шуткой или комичной ситуацией способствует запоминанию бренда.

6. Подпороговые воздействия.

Наиболее скандальная и спорная рекламная техника. Пресловутый двадцать пятый кадр, надпись, сделанная микрошрифтом, едва слышимые сообщения, короче, весь спектр воздействий, производящихся на грани человеческих возможностей восприятия. Скрытая таким образом информация незаметно попадает прямо в подсознание, минуя психологические барьеры. Данная тема настолько интересна и обширна, что заслуживает отдельного рассмотрения.

Как видим, в распоряжении манипулятора не так уж и много «отмычек».

Подводя итоги главы, я хотел бы предложить читателям игру. В следующий раз, когда вам на глаза попадется реклама, мысленно установите, какие именно методы манипуляции в ней использованы. Тренинг простой и эффективный.

1.11 Политик как товар

Проголосуй или проиграешь!

Нетрудно заметить, что политическая реклама по сути своей не слишком отличается от коммерческой. В самом деле, политик — тоже товар, который предлагают потребителям. Задача политической рекламы сделать так, чтобы избиратель товар «купил», в смысле — проголосовал. Чтобы люди купили товар новой марки, бренд надо сделать, во-первых, известным, а во-вторых, привлекательным. То же самое с полным основанием можно сказать и о политиках. Мало того, в некотором смысле «продать» политика избирателю легче, чем продать товар потребителю. Покупая товар, потребитель должен выложить определенную сумму денег, что само по себе уже является сдерживающим фактором, а за участие в голосовании с избирателя денег не берут.

Коль скоро два вида рекламы принципиально не отличаются друг от друга, то и методы коммерческой рекламы применимы для «раскрутки» политика. Приёмы, рассмотренные в предыдущей главе, являются неотъемлемой частью любой предвыборной кампании. Самая грандиозная и масштабная предвыборная схватка из всех, которые когда-либо проходили в России: «Ельцин против Зюганова» — тому яркий пример. Чтобы в этом убедиться достаточно пройтись по некоторым пунктам списка методов рекламы.

1. Наведение психоза «нехватка времени»

Наверное, не все ещё забыли хронометр, обратным ходом отсчитывающий секунды до того момента, как у россиян «отнимут свободу», а мрачный голос за кадром вещал, что ещё не всё потеряно, что «ещё есть время».

2. Апелляция к прогрессу

Данный метод был стержнем ельцинской пропаганды. То, что Ельцин «ведёт нас вперед», а Зюганов «тянет назад» повторялось беспрерывно.

3. Подмена понятий

На всеобщее обозрение выставлялись некие коммунистические экстремистские организации, члены которых были явно психически ненормальны и до крайности маргинальны. Потом много говорилось, что Зюганов — коммунист, а раз так, то он имеет отношение к подставной кучке нездоровых личностей. Вместе с тем, ни одна из упомянутых «красных» сект не входила в предвыборный блок Зюганова, да и, по всей видимости, они вообще не существовали, а были лишь сборищем ряженых.

4. Комплекс превосходства

«Присоединяйся к нам, к успешным и респектабельным, которые голосуют за Ельцина! Зюганова поддерживают беззубые, малограмотные бабки, с диким блеском в глазах», — известный штамп, вбитый в головы миллионам.

5. Авторитет науки

Для поддержки Ельцина наняли целый сонм экспертов с научными степенями. И надо отдать им должное: выделенные на них денежные средства они отработали на совесть.

6. Мнение известного человека

Толпа народных артистов, кумиров молодежи, звёзд эстрады и тому подобных субъектов на всех углах трубила о необходимости поддержать «демократию» в лице старого номенклатурщика Ельцина. Поговаривают, что кое-кто из них это делал бесплатно. Вот уж, действительно, чего только не случается в России.

7. Глас народа

Даже в день выборов пиарщики Ельцина не удержались и показывали по телевидению людей, «выбирающих свободу».

8. Наведение ужаса

Не проголосуешь за Ельцина, придет Зюганов, всех в ГУЛАГ загонит, да ещё и женщин обобществит. Глупость? Да. Зато какая! И как сработала!

9. Не будь изгоем

Все голосуют за Ельцина, один ты, как дурак, поддерживаешь «неудачника Зюганова». Эта идейка обыг-рывалась на все лады во всевозможных СМИ.

10. Апелляция к «добрым чувствам» Помните лубочные картинки из предвыборного кинофильма Рязанова? Ельцин — хрестоматийный авторитетный глава семьи, а его жена — мягкая домохозяйка, жарящая на кухне котлеты. Классическая патриархальная атмосфера, милая сердцу многих. Интересно, сколько было сделано дублей, прежде чем нужный эффект был достигнут? Впрочем, Рязанов — профессионал, не исключено, что всё у него получилось с первого раза.

Можно было бы и дальше продолжать разбор, да, видимо, ни к чему, и так всё ясно.

У всякого уважающего себя товара должна быть соответствующая упаковка. Есть она и у политика. Костюм, очки, галстук, рубашка и прочее подбираются с особой тщательностью. Тут многое зависит от того, кому в данный момент времени «впаривают» товар. Как и в случае со стиральным порошком, оболочка оказывается важнее содержимого. В пиаровских кругах ходила байка про одного очень крупного политика, буквально общефедерального масштаба, который по время своей предвыборной кампании демонстрировал избирателям свою «позитивную программу» — солидный, пухлый фолиант в роскошной обложке. Пикантность ситуации состояла в том, что под обложкой скрывалась стопка чистой бумаги и больше ничего! Но кто заглядывал в книгу? Никто. А со стороны пустышка казалась монументальным трудом. Не знаю, был ли такой случай в реальности, но не удивлюсь, если выяснится, что всё-таки был. Ведь лишь немногим избирателям действительно интересны экономические воззрения кандидата. Ещё меньше тех, кто внимательно прочитал его предвыборную программу. Для избирателя бородавка на носу кандидата важнее скучных математических расчетов и графиков. Выдвижение программы превратилось в ритуал, призванный добавить политику респектабельности. У «правильного политика» должна быть программа, точно также как у правильного кота должны быть лапы-уши-хвост.

Пиарщик, также как и коммерческий рекламист, постоянно апеллирует к подсознанию электората. В избирательной кампании мало рационального, мало логики и разумных доводов, зато вовсю используются приемы, явно взятые из психоанализа. Лексика политиков, их тексты и заявления изобилуют скрытыми сигналами, которые не рассчитаны на обдумывание, однако они улавливаются подсознанием. Вспомним, что «портрет» подсознания в значительной степени определен родовым опытом человека. Используя этот нетривиальный факт в качестве ключа, крупный психоаналитик современности Ллойд ДеМоз расшифровал скрытый смысл речей крупнейших политиков настоящего и прошлого. Смысл, скрытый от сознания, но имеющий значительное влияние на подсознание. Выяснилось, что в период тяжелейших кризисов, великих потрясений, в особенности войн, лидеры государств, обращаясь к народу, постоянно используют образы и метафоры, явно обусловленные родовым опытом.

Образы удушения, сдавливания, попадания в капкан, из которого необходимо вырываться любой ценой, типичны для общественно-политических дебатов в кризисные, предвоенные периоды. Накануне первой мировой войны немецкий кайзер Вильгельм утверждал, что чувствует, как его «душат во внезапно накинутой сети», Гитлер обосновывал необходимость экспансии тем, что Германии не хватает жизненного пространства. Японский адмирал Ямада перед Перл-Харбором сказал, что нация чувствует необходимость освободиться из-под неумолимого гнета. А в сообщении, переданном в Токио послом Курусу, начало войны шифровалось словами — «ребенок вот-вот родится». Поразительно, но когда создание первой атомной бомбы было завершено, Трумэну прислали аналогичное сообщение: «ребенок родился». Неудивительно, что бомба, сброшенная на Хиросиму, получила название «Малыш», а самолет, из которого вылетела бомба, назвали именем матери пилота. Во время Карибского кризиса Хрущев писал, что два народа превращаются в слепых кротов, бьющихся насмерть в туннеле. Войну во Вьетнаме сравнивали с засасывающей дырой в болоте. Период правления Брежнева характеризовали словами: «застой», «затхлая атмосфера», «застойное болото», «тупик» — что соответствует предродовым ощущениям, а «перестройка» и «реформы» описывались уже в терминах появления на свет младенца. Оцените тогдашние лозунги:

— ускорение (плод приходит в движение, ускоряется, чтобы вырваться из болота, капкана, тупика);

— гласность (родившись, дети сразу кричат);

— новое мышление и новый Союзный договор (ассоциация с появлением на свет нового организма).

Примеров на этот счет так много, что от них невозможно отмахнуться, их нельзя назвать набором частностей. Бессознательное является серьезным фактором не только мировой политики, но и мировой истории. Как показывают исследования, если бессознательный психоз начал развиваться, то его очень трудно остановить, даже используя самые веские доводы, основанные на рациональном расчете, логике и аналитике. Планируя войну с Америкой, японцы дотошнейшим образом изучили военный потенциал противника. Руководство Японии знало, что их страна минимум в десять раз уступает США, и это неминуемо приведет к поражению. Но остановиться японцы уже не могли. Элиту, а вместе с ней и массы, охватил самый настоящий припадок, замешанный на бессознательном страхе и невозможности жить спокойно.

Разумеется, элита не прошла мимо такого мощного рычага управления массами, как раскачка бессознательного. Уже с самых древних времен жрецам и шаманам были известны способы наведения на окружающих иррационального (бессознательного) ужаса, галлюцинаций. Ораторы античных времен обладали огромной властью над людьми, играя на тайных струнах психики. Их методы были сплавом интуиции и природного таланта.

Много позже технический прогресс позволил создать технологии влияния на подсознание, основанные на строгих научных данных. Прорывные открытия в медицине, физике, психологии, химии и других науках позволили математизировать и алгоритмизировать многое из рецептов древности. Например, многим известно чувство радости, приподнятого настроения во время прослушивания военного марша. В чём тут дело?

Результаты исследований Альфреда Томатиса многое объясняют. Он утверждал, и его гипотеза хорошо согласуется с идеями Грофа, что плод способен слышать дыхание матери, биение её сердца, голос, шум от работы внутренних органов, поскольку околоплодная жидкость неплохо «проводит» высокочастотные звуки. Томатис смоделировал звук, издаваемый работой внутренних органов, и дал прослушать записи детям, больным аутизмом. Изменения в поведении пациентов были столь разительными, что это позволило Томатису выдвинуть предположение, что данные звуки стимулируют самые ранние человеческие воспоминания — ощущение блаженства нахождения в материнской матке. Кроме того, он доказал, что волновые колебания, воспринимаемые ухом, преобразуются организмом в электрические импульсы, которые впоследствии обрабатываются мозгом и, попадая в лимбическую систему, управляющую эмоциями и выделением гормонов, влияют на человека в целом. А теперь учтём, что ритм оркестра, играющего марш, примерно равен частоте сердцебиения женщины во время родов. Энтузиазм и приподнятое настроение, охватывающие слушателя, — это подсознательная радость ребенка, которого ожидает освобождение от давящего чрева матери. А много ли было войн, обходивших без маршей?

Как видим, на сегодняшний момент в науке о введении масс в неразумное, иррациональное, состояние достигнуты очень солидные результаты. Люди, владеющие технологиями влияния на подсознание, способны сознательно и целенаправленно вызывать у масс бессознательные психозы, и не лишь бы какие психозы, а именно такие, которые выгодны манипуляторам.

Конечно, кем бы манипулятор ни был, он сам прежде всего человек. А раз так, то и ему приходится сталкиваться с тем влиянием, которое на него оказывает его личное подсознание. Однако знания, которыми он обладает, помогают ему корректно рационализировать своё бессознательное и тем самым делают его менее зависимым от подсознательных побуждений. Приведу частный, но важный пример.

Исследования в области диагностики лжи позволили выявить ряд особенностей в поведении человека, заведомо говорящего неправду. Было установлено, что подсознание лжеца посылает импульсы телу, что проявляется в характерных жестах, по которым и можно проводить диагностику. Существует целый комплекс жестов, которые, по сути, сводятся к подсознательному желанию прикрыть рот. Лжец рефлекторно прижимает несколько пальцев или кулак ко рту, иногда имитирует покашливание. Обманщик делает вид, что у него зачесался нос, он его касается пальцем, потирает. Желание скрыть выражение своих глаз воплощается в том, что лжец потирает веко. Кроме того, физиологи обратили внимание на то, что ложь приводит к неприятным ощущениям в мышечных тканях лица, шеи, возникает желание почесаться. Так вот, публичных политиков специально учат скрывать такие жесты. Раз уж подсознание никак не удаётся полностью выключить, и оно нет-нет, да и выдаст лжеца с головой, то проводятся специальные тренировки, цель которых — научить человека так ловко маскировать неудобный жест, чтобы никто не заподозрил неладное. Кстати, существуют тренинги, на которых готовят специалистов и по выявлению лжи. В крупных западных фирмах давно уже существуют штатные сотрудники, работа которых заключается в том, чтобы во время беседы с человеком, желающим устроиться в фирму, выяснить, насколько он правдив. Интересные психологические поединки разыгрываются между кадровиком и соискателем рабочего места, когда оба являются специалистами по выявлению лжи!

Короче говоря, манипуляция и контрманипуляция буквально пронизывают всю жизнь современного общества. То, что многие всего этого даже не замечают, говорит лишь о мастерстве манипуляторов. Конечно, можно пытаться прятать голову в песок, можно утешаться счастливым неведением, однако это будет только на руку кукловодам.

1.12 Сила лжи

Правда, повторённая тысячу раз,

становится ложью

С детства всех нас учат говорить правду и только правду. Нам рассказывают сказки, в которых изовравшийся отрицательный герой неизменно получает по заслугам, а честный Иванушка-дурачок превращается в царевича и женится на Василисе-прекрасной. Но мы вырастаем и осознаём, что не способны обойтись без лжи. Жизнь состоит из частностей, и мало кто готов ими пожертвовать, ведь все мы на собственном опыте убеждаемся, что если правда и одерживает стратегическую победу над ложью, то всё равно ложь к тому времени успевает добиться множества частных, тактических побед. Причём психология человека такова, что люди гораздо охотнее верят лжи, чем правде. Человек, предупреждающий окружающих о реальных опасностях, быстро получает ярлык алармиста и паникёра, которому не доверяют. То есть правда, повторённая тысячу раз, становится ложью. А хитрому жулику, с честными глазами и ловкими пальцами, ежедневно удаётся обчищать карманы обывателей, да так, что они же его за это благодарят.

Может показаться, что известные афоризмы: «чем чудовищнее ложь, тем быстрее в неё поверят» и «ложь, повторённая тысячу раз, становится правдой» — лишь остроумные гиперболы. Поначалу и я так думал, пока не убедился, что в них нет никакого преувеличения. Именно так дело и обстоит. Не верите? Вот пример, не самый свежий, конечно, зато очень показательный.

В 1995 году на выборах в Государственную Думу КПРФ получила чуть больше двадцати процентов голосов избирателей. Результаты выборов объявлялись сотни раз, и о них знала вся страна. Не знать было невозможно, поскольку итоги обсуждались и в ежедневных новостях, и в аналитических теле и радиопередачах, и на многочисленных ток-шоу. Бесконечным потоком шли газетные статьи, в которых результаты политических партий и движений публиковались вновь и вновь, и так продолжалось несколько месяцев подряд.

С учётом депутатов, избранных по территориальным округам, три «левые» фракции — КПРФ, аграрии и «-Народовластие» — вместе получили около двухсот депутатских мандатов, а всего в Госдуме четыреста пятьдесят мест.

Однако, спустя некоторое время обществу с экрана телевизора стали внушать, что якобы коммунисты имеют в Думе большинство, и поэтому страна живет по законам, которые «красные» написали и приняли, без учёта мнения других фракций. Мол, кризис в стране от того, что живём по «красным» законам. Вот мне интересно, каким остолопом надо быть, чтобы сначала изо дня в день, несколько месяцев подряд, слышать, что коммунисты получили около двадцати процентов голосов избирателей, а потом поверить, что у КПРФ большинство в Думе и что коммунисты способны самостоятельно проводить законопроекты? Ведь даже если приплюсовать к КПРФ всех депутатов «Народовластия» и аграриев, то, всё равно, никак не набиралось даже половины! О каком же большинстве тогда могла идти речь? Но ведь люди этому поверили! Даже такая явная, прямая, легко проверяемая ложь, сошла лжецам с рук. И это ещё не всё. По нашим законам, президент имеет право наложить вето на принятый Госдумой законопроект, что регулярно и делал Ельцин в те годы. Для преодоления вето необходимо, чтобы законопроект поддержало две трети депутатов (плюс один голос), и если у коммунистов не было даже половины депутатских мандатов, то тем более у них не было и двух третей. Между тем, вето президента в некоторых случаях преодолевалось, то есть законопроект поддерживался не только всеми левыми фракциями, но и представителями других политических сил.

Самое интересное, что даже сейчас, спустя десять лет, коммунистов попрекают тем, что «когда у них было большинство, они не приняли необходимые стране законы». Вот так-то.

Возникает вопрос, в чём же сила лжи? Почему люди верят даже запредельным нелепостям? Да именно потому и верят, что нелепость, во-первых, запредельная, а, во-вторых, легко проверяемая. И здесь нет никакого противоречия. Смотрите, вот человек получил информацию, которую каждый способен проверить. И он думает, что она не может быть ложью, поскольку никто бы не рискнул распространять ложь, которую было бы так просто проверить. Обыватель полагает, что лжец должен хитрить, темнить и подавать ложь так, чтобы она очень сильно смахивала на правду. Однако лжец, зная о такой особенности обывательского мышления, действует прямо противоположным образом. Конечно, правдивость его слов легко проверить, но никто не берётся это делать. Каждый думает, что всегда найдется кто-нибудь, который заглянет в справочник, поднимет газетную подшивку прошлого года, и так далее и тому подобное, и поймает лжеца за руку. А раз этого не произошло, так значит и не лжец он вовсе. Ну не решится же обманщик распространять такую, уж совсем глупую брехню. Да и вообще, дыма без огня не бывает.

Однако, в действительности, на каждом шагу случаются события, свидетельствующие об обратном. Даже на высшем уровне делаются такие заявления, в которых нет ни капли правды, и долгое время никто не ставит их под сомнение. Вот, например, в 2002 году в России собрали 86 млн. тонн зерна. По этому поводу 12 октября 2002 года В. В. Путин сказал:

«В последние годы, несмотря на плохую погоду, удалось добиться таких результатов, которых не было в советское время».

На самом же деле, по данным Госкомстата РФ, на территории России (подчёркиваю, не СССР, а только России) в 1970 году было собрано 107,0 млн. тонн, в 1973 году — 121,5 млн. тонн, в 1976 году — 119,0 млн. тонн, в 1978 году — 127,4 млн. тонн, в 1990 году — 116,7 млн. тонн. Как видим, в 1978 году собрали в полтора раза больший урожай, чем в «рекордном» 2002 году. Самое интересно, что эта байка долгое время тиражировалась средствами массовой информации без какой бы то ни было реакции на неё со стороны экономического сообщества. А когда С. Кара-Мурза изложил этот инцидент на Экономическом факультете МГУ во время конференции и привёл данные Госкомстата о производстве зерна в России, по аудитории прокатился гул недоверия. Несколько человек закричали, что эти данные касаются всего СССР. Выяснилось, что многие экономисты не знали, что за 1976–1985 гг. в СССР собиралось в среднем по 193 млн. тонн зерна в год, а рекордные урожаи доходили до 215 млн. тонн. И, главное, никто из этих специалистов даже не удосужился воспользоваться справочником. Видимо, решили, что раз уж президент сделал такое заявление, значит, его данные уже тысячу раз были проверены, и им можно доверять. Ну не будут же президент и его советники так подставляться. Но ведь подставились! Казалось бы, во всей России не осталось ни одного человека, не знающего о том, что сельское хозяйство находится в глубочайшем кризисе. О проблемах села беспрерывно говорят всевозможные аналитики, политические деятели, фермеры, журналисты. Ну, вот с чего бы после десяти лет развала и хронического недофинансирования села крестьяне вдруг соберут рекордный урожай? Ведь это же закономерный вопрос, который должен был бы задать любой здравомыслящий человек. И уж тем более экономист, услышав заявление, полностью расходящееся с практикой последнего десятка лет, должен был, по меньшей мере, усомниться в его адекватности российским реалиям. Разве экономисты не знали о резком спаде производства сельхозтехники? Должны были знать! Разве они не знали о том, что ежегодно село сталкивается с нехваткой горюче-смазочных материалов? Должны были знать! Разве секретом является факт масштабного экспорта минеральных удобрений, притом, что их не достаёт самой России? Нет, не является. И, тем не менее, несмотря на все эти общеизвестные и тривиальные факты, экономисты поверили выдумкам о «рекордном» урожае. Учтём, что среди них были участники конференцию в МГУ, а ведь в наш лучший университет лишь бы кого не приглашают. Хорошо, что в данном случае нашёлся один человек (С. Кара-Мурза), который не поленился и сверил заявление президента со справочником, но это было исключением из правила.

А вот ещё интересный случай в тему.

На страницах «Литературной газеты» в статье «Противостояние» А. Антонов-Овсеенко писал: «По данным Управления общего снабжения ГУЛАГа, на довольствии в местах заключения состояло без малого 16 миллионов — по числу пайкодач в первые послевоенные годы».

Известный исследователь репрессий, историк Виктор Земсков проверил данные Антонова-Овсеенко и выяснил, что:

«В списке лиц, пользовавшихся этим документом (о 16 млн. заключённых. Прим. Д. Зыкина), фамилия Антонова-Овсеенко отсутствует. Следовательно, он не видел этого документа и приводит его с чьих-то слов, причем с грубейшим искажением смысла. Если бы А. В. Антонов-Овсеенко видел этот документ, то наверняка бы обратил внимание на запятую между цифрами 1 и 6, так как в действительности осенью 1945 г. в лагерях и колониях ГУЛАГа содержалось не 16 млн., а 1,6 млн. заключенных».

Ну что скажете? Как вам эквилибристика с запятой? Представляете себе, каковы масштабы фальсификаций истории, если случаются даже такие вопиющие казусы?

А теперь подумайте о том, что опровержения, сделанные С. Кара-Мурзой и В. Земсковым не стали достоянием широкой общественности. То есть даже те редчайшие случаи, когда всё же удавалось восстановить правду, не дошли до абсолютного большинства населения России. Зато все слышали и о «рекордном» урожае, и о десятках миллионах репрессированных.

Вот и решайте сами, что в нашем мире сильнее: правда или ложь.

Часть вторая: мнимое восстание масс

2.1 Элита против населения

Масса — это посредственность.

(Ортега-и-Гассет)

В последнее время стало модным говорить, что народ расколот. Это столь же верно, сколь и банально. Да, общество расколото, ну и что? Какие из этого следуют выводы? Среди политически активных граждан широко распространен следующий подход: раз народ расколот, то нужно найти некую общенациональную идею, которая народ объединит. При этом подспудно предполагается, что состояние раскола аномально, а в обычном состоянии общество едино. Постоянно высказываются фразы вроде: «народ решил», «народ поддержал», «народ отверг», и тому подобное. Строго говоря, эти сентенции бессмысленны и ошибочны. Судите сами.

Допустим, на президентских выборах некий «мистер X» набирает 52 % голосов избирателей и побеждает в первом же туре. При этом явка составила 70 %, второй кандидат набрал 45 %, а 3 % проголосовали против всех. Тут же начинаются привычные разглагольствования о «мнении народа и его выборе». Казалось бы, есть все основания утверждать, что народ поддержал победителя. Но простейший арифметический расчет показывает нелепость таких рассуждений. Вдумайтесь, 30 % избирателей на выборы вообще не пришли, 45 % от пришедших отдали свои голоса другому кандидату, 3 % проголосовали против всех! Реально победителя поддержало меньшинство населения. Однако новый президент не стесняется вещать от имени всего народа. Налицо характерный факт: победило меньшинство, но лидер этого меньшинства теперь управляет всеми. И вот так всегда!

Народ — это сложная и крайне неоднородная структура, состоящая из ряда социальных групп, чьи интересы не просто различны, а порой прямо противоположны. Состояние раскола, конфликта идеалов — не отклонение от нормы. Как раз наоборот, лишь в редчайших случаях, перед лицом страшной беды, борьба внутри общества отходит на второй план. Всех сплачивает общее горе. Так, волк и заяц во время лесного пожара бегут от огня вместе. Но стоит жизни войти в спокойное, мирное русло, как тут же вновь разгорается социальный конфликт.

Народ — это не человек, у которого одно лицо. Облик народа определяет та его часть, которая одержала верх в социальной борьбе и навязала всем остальным свою волю, свое мировоззрение, свой идеал. Таким образом, получается, что «мнение народа» — это мнение лишь той части общества, которая доминирует. Надо твердо усвоить, что тот, кто склоняется перед мнением народа, тот, кто обожествляет народ, на самом деле склоняется перед мнением меньшинства, иногда крайне незначительного.

Говорят, что «глас народа — глас Божий». Допустим, что это так. Но те, кто не пришел на выборы, — промолчали. А те, кто проголосовал, говорили на разных языках и о разных вещах. Вот и получается, что глас народа — это опять-таки глас победителей.

В первой части книги мы рассматривали вопросы манипуляции общественным мнением с позиции обычного человека, то есть со стороны того, кому промывают мозги. А сейчас речь пойдет о власть имущих, о победителях, и о том, как им видится та же самая проблема. По сути, мы займемся решением обратной задачи.

Для начала необходимо разобраться с тем, кого именно называют власть имущими (управленческой элитой), каков их психологический портрет, и таким образом понять мотивы поведения данной социальной группы.

Надеюсь, все понимают, что известные политики, лица которых мелькают по телевизору, являются лишь «говорящими головами», публичным олицетворением определенных влиятельных групп, кланов. Подводная часть айсберга не афишируется, но нетрудно догадаться, что она состоит из очень богатых людей, крупных собственников, в руках которых сосредоточен контроль над средствами массовой информации, читай, манипуляции. Ни для кого не секрет, что проведение избирательных кампаний уже на губернском уровне стоит миллионы долларов. Что уж тогда говорить о президентском масштабе. Принцип — «кто платит, тот и заказывает музыку» — ещё никто не отменял, поэтому у обычного человека «со стороны» нет никаких шансов.

Богатство, а вместе с ним и власть (и наоборот), достаются очень тяжело. Прежде чем полететь, надо ох как поползать. Те немногие, что из низов смогли пробиться наверх, прошли через всевозможные унижения. Им приходилось изворачиваться, льстить, угождать. Наверняка, не обошлось и без преступлений. Им приходилось выгрызать место под солнцем и усиленно работать локтями. Они в любой момент рисковали получить пулю от конкурентов. Так неужели вы думаете, что после всего этого, дорвавшись до власти и денег, они согласятся на то, чтобы их контролировал «простой народ»? Да ни в жизнь.

Представим себе стиль мышления представителя элиты: «Ради чего тогда всё это было нужно? Все эти унижения, грызня и страх нужны были лишь для того, чтобы некий пьяный „дядя Вася“ и его супруга, дородная „баба Клава“, требовали бы от меня отчета, принимали бы решения, угрожающие моему бизнесу и общественному положению, добытому с таким трудом? Они палец о палец не ударили, пока я ночами не спал, а туда же, голосовать они попрутся, своё мнение высказывать. Они жили в свое удовольствие, пили себе пиво на скамеечке, да соседям кости перемалывали. А я в это время надрывался. Рылом не вышли мне указывать!».

Будьте уверены, что человек, из кожи вон вылезший, чтобы стать частью элиты, пойдет на всё, чтобы сохранить свой статус и передать его своим детям. Поэтому власть имущие — никакие не слуги народа. Они народ презирают и стремятся его по максимуму использовать в своих целях.

Вообще-то презрение элиты к «своему» народу имеет совершенно естественное происхождение. Каждому человеку свойственно чувство гордости. Даже домашняя хозяйка, которая печет вкусные пироги, и то не упустит возможности похвастать этим. Даже электрик, кое-как ладящий проводку, и то свысока поглядывает на «безруких лохов», которые его вызвали на дом. А теперь подумайте, с каким превосходством элита смотрит на тех, кто к ней не принадлежит.

Разумеется, большинство членов элиты получили свой статус по наследству. Им не пришлось подниматься наверх, они уже родились наверху. Грязную и подлую работу за них уже сделали их предки. Может быть, они относятся к обычным людям лучше? Как бы ни так.

Народ для них — враждебная, чужеродная масса, враждебная, поскольку представляет потенциальную угрозу. А уж жизнь «простого народа», с точки зрения элиты, вообще, убога и омерзительна. Если их предки были выходцами из низов, то потомки изначально являются представителями иного мира. Элитарную мораль, особую культуру, тип поведения и даже иной язык они впитали с молоком матери. Стать такими, как все, для них совершенно невыносимо. И неслучайно разорившиеся миллионеры нередко предпочитали пустить себе пулю в лоб. Жизнь обычного человека они считали хуже смерти. Воистину, плохо быть бедным, но гораздо хуже сначала вкусить богатства и власти, а потом скатиться в нужду и бесправие.

Как я уже говорил, общество состоит из нескольких социальных групп, конкурирующих между собой. Элита — одна из них, и её главное отличие от других, заключается в том, что именно она устанавливает правила, по которым живет весь народ. Разумеется, выигрывает не тот, кто хорошо играет, а тот, кто определяет правила игры. Поэтому элита непобедима до тех пор, пока способна навязывать конкурентам свои правила. Представители власть имущих прекрасно понимают, что лучший способ сохранить своё исключительное положение заключается в том, чтобы снижать интеллектуальный уровень конкурентов. Система школьного образования, сразу же дающая детям элиты огромное преимущество, построена таким образом, чтобы из детей простого народа вырастали Бивисы и Батхеды. При этом отупляющие методики преподавания объявляются наиболее эффективными.

Мало того, элита сознательно ведет политику, стимулирующую распад народа на всё новые и новые социальные группы, для того, чтобы они погрязли в бесконечной грызне друг с другом. Власть имущие искусственно создают движения за права женщин, сексуальных меньшинств, животных, и так далее и тому подобное. Их бесполезная борьба и бутафорские победы всячески рекламируются и широко освещаются в СМИ, которые как раз элитой и финансируются, а потому и полностью контролируются. И здесь мы вновь сталкиваемся с манипуляцией сознанием.

Можно долго перечислять уловки, с помощью которых привилегированная социальная группа отстаивает свой статус, и всякий раз будет всплывать проблема манипуляции сознанием.

Промывка мозгов — один из основных инструментов, с помощью которого элита держит весь остальной народ в подчинении. И так было всегда. Во все времена перед элитой стоял вопрос, как обосновать своё право на власть. И уже на заре существования цивилизации элита придумала типично манипулятивное решение этой проблемы. «Мы правим потому, что мы лучшие», — вот ответ элиты на поставленный вопрос. Между прочим, из этого принципа вытекает миф о святости правителя или даже его божественном происхождении, миф, встречающийся по всему миру. Государь — потомок богов, Царь — помазанник Божий, Римский Папа непогрешим.

Ложь о божественном происхождении верой и правдой служила власть имущим в течение тысяч лет. Однако уровень развития масс медленно, но верно рос, авторитет Церкви падал, а роль религии снижалась. Оставалось всё меньше и меньше людей, слепо верящих в то, что их правитель находится на короткой ноге с самим Господом. Забегая вперед, замечу, что и советский лозунг: «КПСС — ум, честь и совесть нашей эпохи» — тоже перестал греть душу. И вот тут надо отдать должное элите. Она успела подготовить новое обоснование своего права на власть. Так появился другой принцип: «Мы правим потому, что вы сами нас выбрали». Иными словами, на общественно-политическую арену вышла демократия. Причем, старый принцип не был окончательно отброшен, напротив, он обрел новую жизнь. Власть, глубоко презирающая остальное население, взялась всячески льстить «простому народу», воздавать дань его мудрости и проницательности.

Здесь уместно процитировать Б. Сидиса, более ста лет назад описавшего этот прием:

«Уличный оратор влезает на полено или на повозку и начинает разглагольствовать перед толпой. Грубейшим образом он прославляет великий ум и честность народа, доблесть граждан, ловко заявляя своим слушателям, что с такими дарованиями они должны ясно видеть, как зависит процветание страны от той политики, которую он одобряет, от той партии, доблестным поборником которой он состоит. Его доказательства нелепы, его мотивы презренны, и, однако, он обыкновенно увлекает за собой массу, если только не подвернется другой оратор и не увлечет в другом направлении».

Ловушка проста. Раз народ столь умен и компетентен, то он и выбирает наиболее достойнейших своих представителей. Мышеловка захлопнулась, колесо судьбы сделало свой круг и вернулось к тому, с чего всё и начиналось. Ход, прямо скажем, гениальный. Если раньше практически кастовая закрытость элиты была очевидной для всех, то теперь каждый получил право избирать и быть избранным. Равенство и мир больших возможностей! Но мы-то с вами понимаем, что это не более чем иллюзия, ведь система построена таким образом, что обычный человек в принципе не способен оплатить расходы на избирательную кампанию. Избирают только тех, за кем стоят большие деньги.

Разумеется, демократию объявили самой прогрессивной, самой лучшей из всех когда-либо существовавших систем. И массы в это поверили. Однако идея народовластия при всей ее внешней привлекательности не выдерживает никакой критики.

Судите сами. В соответствии с принципом демократии, считается, что голосовать и, тем самым, опосредованно управлять страной может каждый, достигший совершеннолетия. Люди так сильно поверили в святость этой идеи, что не замечают её абсурдности. Разве позволят каждому совершеннолетнему оперировать больных? Конечно, нет. Нужно проучиться несколько лет в — медицинском высшем учебном заведении. Разве позволят человеку, лишь на том основании, что он достиг совершеннолетия, управлять автомобилем? Опять нет. Нужно ещё сдать экзамен на права.

Так неужели управление целой страной проще вождения автомобилем? Неужели для принятия правильных решений в области политики и экономики не требуется специальных знаний? Стоит немного задуматься на эту тему, так сразу становится очевидной ужасная вещь: демократия предоставляет право заниматься сложнейшим делом миллионам абсолютных непрофессионалов, дилетантов, которые считают это право естественным. Представьте страну, в которой преподаванием в ш-колах занимаются дворники, таксисты не имеют прав на вождение, а в больницах оперируют ассенизаторы. Скажете, что это бред, что такого не может быть? Ну почему же бред, это считается высшим достижением человеческой мысли. Сторонники демократии любят говорить, что каждый человек имеет право распоряжаться своей судьбой. Да, но только своей. Не моей. И если к в-рачу без диплома я могу и не пойти, то решение, освященное мнением неквалифицированного большинства, становится законом, и этим я пренебречь уже не могу. Иными словами, всё общество становится заложником малограмотной массы.

Идём дальше. Возможна ли демократия в армии? Нет. Солдаты не выбирают себе командира. Возможна ли демократия в школе? Нет. Возможна ли демократия в коммерческой фирме? Работники не выбирают себе менеджеров. Собрание акционеров — очередная фикция, поскольку, всё решает держатель контрольного пакета, а голос миноритарных акционеров не имеет существенного значения.

Иными словами, куда ни посмотри, какую сферу жизни ни возьми, нигде нет, и не может быть, демократии. Массам не позволено торжествовать нигде. Так с какой же стати толпе дают на откуп всю страну?

Как может большинство принимать Конституцию на референдуме? Чтобы разобраться в сложнейших юридических тонкостях, нужно хотя бы тщательно ознакомиться с проектом закона, а, желательно при этом иметь соответствующее образование. Но нет ни того, ни другого.

Представьте, что вопрос, когда сеять пшеницу, выставят на всеобщее голосование. И горожане большинством голосов решат за крестьянина, как ему вести хозяйство. А если он их решению не подчинится, то к-рестьянина как мятежника посадят в тюрьму. Невероятно? Нелепо? Как же, как же, это и есть народовластие в действии. На референдумах принимают главный закон страны, на референдумах решают земельные, финансовые и прочие важнейшие вопросы. Особенно поразительно, что есть немало людей, политикой и экономикой не интересующихся, абсолютно в этих вопросах не-разбирающихся, но, тем не менее, идущих «выполнять свой гражданский долг». Кого в обществе больше: талантливых или глупых и серых? Конечно же, глупых и серых. Поскольку демократия есть власть большинства, то, по определению, это власть посредственности, серости, власть дураков.

Так неужели вы думаете, что элита согласится быть заложником капризов биомассы? Конечно же, нет. Поэтому власть имущие вкладывают огромные средства в развитие технологий манипулирования сознанием. В итоге посредственность ничего не решает, ей только кажется, будто бы она живет по собственной воле. На самом же деле её желания и стремления заранее предопределены элитой. Власть элиты бывает ужасной и омерзительной, но власть толпы может быть только ужасной и омерзительной. И, слава Богу, что толпе никогда не удавалось надолго удержаться у рычагов управления обществом.

Благодаря интенсивной промывке мозгов массы поверили, что демократический мир существует столетия. Но это не так. Если исключить первобытные времена, о которых мало что известно, то в истории человечества никогда не было подлинной демократии. Так называемая античная греческая демократия по сути своей является типичной олигархией, властью крупнейших рабовладельцев, ведь большинство населения греческих полисов не имело избирательных прав. Вечевая демократия Новгорода была организована таким образом, что на ключевые государственные посты обычно избирались представители боярского сословия. Западная «демократия» прошлых эпох никак не может быть признана народовластием из-за того, что существовавший тогда имущественный ценз отсекал абсолютное большинство народа от участия в избирательном процессе. Период колониальных империй также никак не назовешь демократическим, ведь жители колоний не имели избирательных прав. Да что и говорить, всего-навсего шестьдесят-восемьдесят лет назад практически во всей Европе правили бал ярко выраженные тоталитарные режимы. Гитлер в Германии, Цанков в Болгарии, Франко в Испании, Муссолини в Италии, Салазар в Португалии, Антонеску в Румынии, Пилсудский в Польше, Хорти в Венгрии.

А современная демократия, как уже говорилось, есть фикция, основанная на промывке мозгов и скрытом имущественном цензе.

Вообще-то, какую систему управления ни возьми, получишь олигархию. Монархия, прямая диктатура, демократия — всего лишь маски олигархии, то есть власти немногих, власти элиты. В настоящее время, когда элита считает для себя выгодным не слишком афишировать свою роль, в качестве декорации используется демократия, а массам предоставляют кое-какие права и свободы. Но чуть что, и маска отбрасывается в сторону, и в «самой демократической стране мира» человека с арабской внешностью не пустили в пассажирский самолет (реальный случай после событий 11 сентября).

2.2 Герой и толпа

Паситесь, мирные народы.

А. Пушкин

Пора, давно пора предоставить слово одному из ведущих политических консультантов нашей страны, Олегу Матвейчеву:

«В одном из трех главных городов России по одномандатному округу в государственную Думу был избран человек, который:

а) практически ни разу не появился в Думе на протяжении прошлого срока (и это в камеру ТВ говорили коллеги-депутаты);

б) женился в прошлом на бомжихе, чтобы получить квартиру и прописку, и до сих пор с ней не развелся (и эта бомжиха сама пришла на телевидение, и ее показали все каналы);

в) устроил пьяный дебош в бизнес-классе самолета (и по ТВ выступали стюардессы, экипаж, пассажиры этого самолета);

г) во время одного из походов с проститутками в баню напал с топором на сторожа (и этот сторож, хотя кандидат предлагал ему деньги за молчание, все-таки дал интервью во всевозможных СМИ);

д) связан с одной из самых серьезных криминальных группировок города (тоже не секрет для тех, кто знает „крыши фирм“, с которыми сотрудничает кандидат и другие факты).

Все это озвучивалось, и неоднократно. Этот кандидат не подал ни одного иска в суд, потому что все обвинения были правдой. Он просто развернул кампанию на тему: „меня хотят убрать, так как я неудобный человек, я слишком хорошо защищал интересы народа“. И он был избран. В огромном городе, не в деревне. В городе, где много интеллигенции, где серьезные политические традиции. Может быть, другие соперники не выдвинули пресловутой „позитивной программы“, может, они что-то не так делали, но надо согласиться — нельзя никогда, ни при каких обстоятельствах, избирать человека с таким послужным списком».

Могу себе представить, с каким глубочайшим презрением относится этот депутат к тем, кто за него проголосовал. Сам по себе факт, что человек с такой репутацией решается участвовать в выборах, уже является плевком в лицо так называемого народа. За каких же ничтожеств надо принимать население, чтобы иметь наглость выставлять свою кандидатуру! Ясно, что после победы его чувство превосходства над биомассой только окрепло. Также ясно, что все заинтересованные лица сделали из этого случая соответствующие выводы и вновь убедились в том, что с народом можно делать практически всё что угодно.

Кто не помнит лозунг «голосуй сердцем»? Это же концентрированное презрение, брезгливость с которым элита относится к массам. По сути, прямо провозглашается, что думать не надо, надо жить чувством. Но отказ от разума эквивалентен отказу от статуса Человека. Чувства есть и у животных, а разум, в полном смысле этого слова, есть только у нас. Как мы сейчас знаем, лозунг сработал. Миллионы людей не поняли, что им плюнули в лицо.

Долгие годы нам вбивали в голову мысль о том, что массы являются основным творцом истории и культуры. Попытки поставить под сомнение этот постулат жестко пресекались. Крупнейших мыслителей, доказывавших, что под благородным названием «народ» скрывается слепая толпа, у нас объявляли реакционерами. И сейчас, в период тяжелого кризиса и смуты, даже многие умные и образованные люди продолжают грезить о «мудром, святом народе», который вот-вот очнется от морока, проявит волю и продемонстрирует чудеса героизма.

А между тем нетрудно доказать, что все выдающиеся достижения цивилизации — заслуга гениальных одиночек или очень небольших групп талантливых людей, принципиально отличающихся от всего остального населения.

Для примера возьмем литературу. Весь мир знает Достоевского, Пушкина, Толстого. Их творчество называют выдающимся достижением русского народа. Но позвольте, разве «Войну и мир» писал народ? У этой книги один единственный и конкретный автор. Достижения Толстого индивидуальны, толпа к ним не имеет никакого отношения. Так что нечего примазываться.

Итальянцы гордятся своей живописью и скульптурой. Ха, можно подумать кистью Рафаэля водили тысячи рук. Как бы не так!

Немцы высоко оценивают «свой» вклад в сокровищницу классической музыки. Но как-то не верится, что Бах отказался бы от своего авторства в пользу совершенно незнакомых ему людей.

А прорывные технические изобретения? Ведь сплошь и рядом толпа не только не способствовала их появлению, а, напротив, всячески противилась им и подвергала творцов травле. Не случайно, ученый в представлении обывателя — это в лучшем случае странный чудик.

Между прочим, человеческая речь — лучший аргумент в мою пользу. Как бы толпа ни хорохорилась, как бы не превозносила сама себя, а всё равно, она на каждом шагу непроизвольно отдает дань великим одиночкам. Кто прорубил окно в Европу? Петр. В историю вошел великий Государь, а не крепостные крестьяне, вкалывавшие до седьмого пота на строительстве Петербурга. Кто взял Измаил? Суворов, а не его солдаты, гибнувшие под турецкими пулями. Кто построил храм Василия Блаженного? Барма и Постник, а не безымянные каменщики. Не пресловутый, абстрактно-аморфный народ, а отдельные выдающиеся личности творят историю и остаются в ней.

Иногда говорят, что противопоставление выдающих людей толпе неправомерно, поскольку сами незаурядные одиночки являются продуктом толпы. Якобы массы выдвигают лидера из своей гущи, буквально выталкивая его на историческую арену. Безусловно, великие личности связаны с массой и в какой-то степени испытывают на себе её влияние. Однако назвать гения продуктом толпы, это всё равно, что назвать зонт продуктом дождя.

Обыватель косен и упёрт, поэтому новые, свежие идеи принимает в штыки и не упустит случая поулюлюкать в адрес нестандартно мыслящих. Но как только достижения гениев становятся очевидны, так тут же толпа спешно старается приписать себе чужие успехи. Втайне сознавая свою ничтожность, человек массы старается возвыситься за счет талантливых одиночек. Но, повторюсь, масса ничего не решает.

Казалось бы, все понимают, что из тысячи мышей не сложишь слона. То есть известный постулат о переходе количества в качество неприменим в отношении масс. Но нелепая вера в мудрость народа неистребима. Причем источником мудрости называют именно количество. Якобы все не могут быть не правы, якобы коллективный разум всегда сильнее разума одиночек. Смотрите, если предложить первокласснику решить задачу из университетского курса, то он с ней не справится. Точно также с ней не справятся и миллионы первоклассников, собранных вместе. Но достаточно одному единственному профессору оказаться в толпе, как задача легко решится. Однако это ни в коей мере не будет заслугой толпы, это заслуга конкретного человека, не нуждающегося в помощи окружающих. То же самое относится и к вопросам нравственности: если вместе соберутся двенадцать преступников, то из них выйдет банда, а не двенадцать апостолов. Мало того, толпа способна растворять в себе личность, снижать ее умственный и духовный потенциал. Лишь очень немногие, обладающие железной волей и выдающимися способностями, способны идти наперекор коллективу, который во многих случаях является ничем иным, как толпой. И как раз такие люди становятся предметом поклонения толпы.

Абстрактные разговоры о народной духовности и народном разуме вести бесполезно. Нужна конкретика, а не пустая болтовня. Так вот, чтобы убедиться в крайне невысоком уровне развития большей части человечества, достаточно проанализировать уровень духовных запросов масс. Убожество массовой культуры не может не бросаться в глаза. Посмотрите, что сейчас популярно, на что люди готовы тратить своё время и деньги. Обратите внимания на то, какие книги и газеты лучше всего раскупаются, какие телепередачи имеют наибольший рейтинг. Когда в России по телевидению прошел первый «латинский» сериал «Рабыня Изаура», вся страна встала на уши. В каждой толпе, на каждом заводе, в школе, в институтах — везде горячо обсуждались перипетии этой примитивной поделки. Тогда невиданную популярность сериала списали на то, что в СССР подобных фильмов раньше не производили и не закупали, поэтому массы и кинулись на новенькое, а попривыкнем и смотреть перестанем. Чуть позже новая мыльная опера «Богатые тоже плачут» установила абсолютный мировой рекорд популярности, собирая у экранов двухсотмиллионную аудиторию. С тех пор прошло пятнадцать лет, страсти несколько поутихли, но жанр телесериала стал доминирующим. Нелепые, слащаво-сусальные сюжеты, бесконечные вариации на тему «ментов» и прочих силовиков, невнятные комедии с натянутым смехом за кадром — что может быть пошлее? Но люди с удовольствием смотрят.

От фильмов плавно перейдем к книгам. Поскольку мы поставили цель разобраться с духовными запросам масс, то надо смотреть, что лежит на лотках. Лоток — истинно народное средство торговли, предлагающее широкую подборку так называемых любовных романов, в которых нет ни капли любви, детективов, в которых нет ни капли правды. Названия книг не блещут оригинальностью: вариации на тему «бутоны плоти», «сладкие грезы», «бандиты» и тому подобная пошлятина.

Переходим к аудиопродукции, какие же песни популярны? Бесконечные «кореша на нарах», «юбчонки», «мальчонки», «девчонки», «любила»-«полюбила»-«разлюбила».

Иногда приходится слышать, что по уровню массовой культуры нельзя судить об уровне народа. Мол, люди просто развлекаются, они устали после работы, им надо отключиться, вот и слушают и смотрят всякую ерунду. Но такие рассуждения никак не противоречат исходному тезису. В том-то всё и дело, что если продукция столь невысокого уровня способна развлечь массу, мало того, масса готова тратить своё время и деньги на столь примитивный вид отдыха, то это как нельзя лучше характеризует и уровень массы. Высокому уровню соответствуют высокие запросы. Убожество, примитив и глупость не только не развлекают человека высокого уровня, а, напротив, вызывают у него омерзение и брезгливость.

Известно, что социализм дал в каждый дом лучшие в мире книги, в целом неплохое кино, театр. Однако массы с радостью променяли всё это на суррогат. Выяснилось, что воспитание народа на лучшем, что есть в мировой и отечественной культуре, не приводит к сколько-нибудь принципиальному изменению запросов толпы. Человек массы реально страдал в советские времена оттого, что его потребность в пошлости не удовлетворялась. Массам действительно хотелось балагана, а официальную позицию властей по этому вопросу можно смело номинировать на конкурс самой лицемерной, лживой или сознательно преступной.

Сравнительно недавно мы все были свидетелями того, как в ряде республик СНГ толпу вывели на улицы. Как ни странно, псевдореволюционные кривляния горлопанов вызвали совершенно нездоровый восторг у политически активных, но малограмотных граждан. Вся политическая тусовка взялась обсуждать «уроки оранжевых революций». А между тем, в «буйстве на майдане» не было ровным счетом ничего уникального или хоть сколько-нибудь нового.

То, что в обществе всегда найдется несколько тысяч человек, готовых сбиться в кучу и самозабвенно орать подсказанные лозунги, — вещь хорошо известная, и примеров на этот счет имеется более чем достаточно.

То, что успех «революции» объясняется сговором элит, использовавших массы в качестве шумового прикрытия и тут же наплевавших на мнимых революционеров, — старо, как мир. Деньги, влиятельные структуры, теневые переговоры — вот истинные движущие силы всех этих переворотов. А то, что на толпу обвалился водопад лести, то, что марионеток называли творцами истории, — так это же понятно! Не далее как в предыдущей главе этот шаблонный прием был подробно разобран.

То, что весь оранжевый шабаш можно было разогнать в два счета, — просто очевидно, и последующие события в Средней Азии это убедительно доказали. Революционеров с биотуалетами и рок-музыкой не бывает. «Смелость» же толпы на майдане объяснялась сговором кукловодов и вмешательством США, не позволившим реализовать силовой вариант решения политического кризиса.

Массы по команде начали бесноваться и также по команде разошлись. Кто же командовал? Элита. И что же тогда нового остается в сухом остатке? Да ничего.

Восстания масс, о котором с опаской предупреждал Ортега-и-Гассет, не произошло. Как и ранее, всё решает элита. Масса сильна лишь настолько, насколько слаба элита. И масса способна возобладать только там, где нет ничего кроме массы. Но её торжество длится лишь краткий миг, пока не появится истинный хозяин толпы и творец истории. В эти, самые мрачные моменты, оккупационная элита приходит со стороны, завоевывая безвольную массу. Но и в этом нет ничего нового. Такое уже случалось и не раз.

2.3 Элита — двигатель истории

Они не знали, что в этом мире страшных призраков прошлого они — фермент, витамин в организме общества.

Аркадий и Борис Стругацкие

С биологической точки зрения, человек — существо, безусловно, стадное. В том смысле, что люди предпочитают организовывать свою жизнь не как автономные одиночки, а создают более-менее устойчивый коллектив. Группа значительно повышает шансы отдельного человека выжить. Однако за всё приходится платить, и существование в гуще массы имеет и свои очевидные минусы. На каждом шагу нам приходится учитывать мнение и настроение окружающих, причем даже тех, кого презираем или ненавидим. Мы вынуждены скрывать свои чувства, нам приходится общаться с неприятными нам людьми. Иными словами, личность постоянно находится под давлением массы, и все мы в той или иной степени тяготимся зависимостью от коллектива. С другой стороны, выпадение из общества неминуемо приводит человека к деградации и одичанию. Действительно, жизнь отшельником, бегство от общества в «леса и пустыни» совершенно бесперспективны. Лишь очень немногие способны на самоизоляцию, и это, мягко говоря, очень своеобразные люди. Второй способ освободиться от власти коллектива — стать бомжем, также неприемлем для нормального человека, да и такая «свобода» иллюзорна. Но есть и третий путь, путь тяжкий и опасный. Однако те, кто прошел до конца, обретают вожделенную свободу, не теряя радости общения и не скатываясь на уровень собирателей объедков. Я говорю о пути во власть.

Представьте себе социальную пирамиду. Чем выше вы находитесь, тем меньше кирпичиков на вас давит. Но эта метафора не совсем точна. В обществе на человека давят не только вышестоящие «кирпичики», но и те, что находятся на одном с ним уровне. Однако на более высоком уровне находится меньше кирпичиков, чем на более низком. Значит, в этом смысле также выгоднее находиться на более высокой ступени. Определенное воздействие оказывают и нижестоящие кирпичи, но опять-таки, чем выше вы находитесь, тем проще вам закрыться от воздействия нижестоящих. Проиллюстрирую сказанное на конкретных примерах.

Посмотрите на то, как живет элита. Закрытые клубы, куда нет ходу остальному населению, отдых в местах, где никогда не увидишь толпу, поездки по дорогам, заблаговременно перегороженных таким образом, чтобы обычный человек не смог просочиться, и так далее и тому подобное. Обратите внимание на то, что практически все атрибуты «красивой жизни» связаны с повышенным уровнем приватности. Притягательность власти — не столько в том, что можно объедаться черной икрой и принимать ванну с шампанским, сколько в освобождении от оков коллективизма. Высшая власть дает и высшую степень свободы, которая только может быть в человеческом обществе. Не случайно, выходцы из самой гущи народа, сформировавшие после Революции 1917 года новую, советскую элиту, организовали для себя спецраспределители товаров, в то время как весь остальной народ давился в очередях за самыми элементарными вещами.

Так вот, существуют люди, для которых зависимость от окружающих невыносима, и по этой причине они испытывают тяжелейшие психологические перегрузки. Прямо скажем, налицо патология, ведь обычный человек в целом неплохо себя чувствует, находясь внутри коллектива.

Судьба большинства подобных патологических личностей трагична. Многие из них замыкаются в себе, сторонятся окружающих, ведут уединенный образ жизни. Разумеется, такое поведение отрицательно сказывается на карьере, а значит, проблема усугубляется, поскольку, как уже было сказано, на низких социальных ступенях уровень приватности ниже. Они терпят полный крах, иногда сходят с ума.

Но есть и другие — те, которые поняли, что спасение от общества заключается в том, чтобы подняться над обществом. Вот они и рвутся наверх. Конечно, одного жгучего желания подняться недостаточно, но оно совершенно необходимо.

Кстати, известную теорию Адлера о воле к власти как способе компенсировать чувство неполноценности в определенном смысле можно назвать частным случаем данного принципа. Адлер считал, что к власти тянутся те, кого подвергали насмешкам и унижению, те, кто остро чувствует свою неполноценность, физическую и психическую ущербность, половую несостоятельность, извращенность. Ясное дело, что таким личностям очень трудно жить в атмосфере травли со стороны окружающих, а власть и могущество способны защитить от агрессивного воздействия коллектива. В этой связи интересна точка зрения Адлера на преступность. По его мнению, для некоторых преступников акт нарушения закона символизирует победу над обществом. Бандит как бы заявляет, что отказывается жить по общепринятым законам, что он сам себе хозяин, что он сильнее и умнее остальных, раз толпа для него является источником пропитания, как стадо овец для волка. Иными словами, преступник на свой лад освобождается от оков общества.

Как уже было сказано, элита не терпит конкуренции со стороны кого бы то ни было и всячески препятствует проникновению в свои ряды людей со стороны. Таким образом, в обществе постепенно растет число недовольных своим социальным положением и способных на всё, ради того, чтобы повысить свой статус.

Ради достижения цели они объединяются, хотя повторюсь, объединение не в их характере и является вынужденной мерой. Объединившись, осознав себя контрэлитой, они-то и становятся лидерами революций, мятежей, провоцируют резню и смуту. В борьбе элиты и контр-элиты развивается общество, причем иногда результатом этой борьбы является резкая смена общественного строя. Кастовые, сословные и прочие социальные барьеры, затрудняющие циркуляцию элит, приводят к тому, что талантливым, энергичным, волевым людям становится тесно в рамках существующих порядков. Они начинают создавать для себя новые социальные ниши, которые становятся элитарными. Если не удаётся стать элитой в рамках системы, то представители контрэлиты начинают строить новую общественную систему. Поясню сказанное на конкретном историческом примере.

В раннем средневековье, для того чтобы занять высокое место в обществе, надо было родиться дворянином. Из этого правила, конечно, бывали исключения, но настолько редко, что ими можно пренебречь. То есть, безвольный, серый феодал находился на более высокой ступени в социальной иерархии, чем талантливый, умный, развитый человек, не принадлежавший к дворянскому сословию. Зато этот талантливый человек благодаря своим способностям научился делать то, что никто кроме него не умел, например, создал новые сплавы металлов. И теперь вся округа тянулась к нему за более прочной подковой, инструментами и другими нужными в хозяйстве вещами. Его уважают, ему неплохо платят, ведь он способен назначать монопольную цену на свои изделия. Дело идёт своим чередом, заказов много, мастер уже не справляется с работой в одиночку. Нужны помощники. Разумеется, вся округа готова отдать ему сыновей на обучение. А кого же возьмет мастер к себе в ученики? Конечно же, того, кто наиболее способен к ремеслу. Таким образом, одна незаурядная личность становится центром притяжения для других незаурядных личностей. Учтем, что титул можно передать по наследству, но по наследству не передашь свои способности. Поэтому если родной сын мастера — бездельник и к труду не способен, то хочешь — не хочешь, а возьмешь в ученики подростка со стороны. То есть горизонтальная циркуляция, в отличие от вертикальной, идёт гораздо интенсивнее.

А тут у местного феодала случилась война с аналогичным оболтусом, и его войску до зарезу нужны хорошие мечи и латы. А без талантливого мастера врага никак не одолеть. И если местный рубака не совсем идиот, то он понимает, что такого ценного специалиста-хайтековца надо беречь, окружить заботой, снабдить деньгами и всем необходимым.

Дело мастера разрастается, укрупняется, под его началом работают уже десятки человек — зарождается производство. Спустя пару веков ремесленники превратятся в мощную силу. Они будут организованы в цеха, они научатся отстаивать свои интересы, их роль будет постоянно расти. Их назовут буржуазией. Наиболее умные и динамичные представители господствующей элиты сообразят, что цепляться за старые порядки глупо, и поменяют сферу своей деятельности. Они превратятся в промышленников, судовладельцев.

В конце концов, буржуазия окрепнет настолько, что окажется в состоянии отправить классических дворян-феодалов на гильотину и виселицу. То есть немногочисленная социальная группа более развитых, более квалифицированных, волевых и талантливых людей, предкам которых искусственно закрывали дорогу наверх, станет хозяином всего общества, превратится в новую элиту, обладающую всей полнотой власти.

Очень схематично, опуская множество деталей, я изложил историю краха феодализма и становления капитализма. На первый взгляд, сказанное не отличается от классических представлений марксизма. Но это лишь на первый взгляд. Давайте разберемся, в чём коренное различие между теорией циркуляции (столкновения) элит и учением о противоречии между производственными отношениями и производительными силами как причине радикальных социальных изменений.

Итак, что такое производственные отношения? Это взаимные отношения людей в процессе производства. Производственные отношения находят свое выражение в отношениях собственности. Производительные силы — производители материальных благ, люди, обладающие исторически развитой способностью к труду, определенными трудовыми навыками и знаниями. На определенной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями, что приводит к революции.

А теперь сравним сказанное с теорией элит. Между двумя социальными группами возникает противоречие. Контрэлита рвётся к власти, а в то же время элита всеми силами стремится сохранить свой статус и не допускает наверх притока «свежей крови». Чем сильнее элита препятствует обновлению, тем острее противоречие, тем более агрессивной становится поведение контрэлиты, которая, в конце концов, решается применить насилие, поскольку мирными способами у неё нет шанса получить власть. Происходит мятеж, бунт, война, революция, одним словом, глобальная перетряска общества, в результате которой старая элита отстраняется от власти, и на ее место приходят новые люди. Марксист скажет, что «материальные производительные силы общества пришли в противоречие с существующими производственными отношениями, и это привело к революции».

Далеко не всегда смена элит означает смену социального строя. А вот перераспределение собственности неизбежно. Как там в марксизме? «Производственные отношения находят свое выражение в отношениях собственности»? Всё правильно, так оно есть.

Как видим, пока теория элит втискивается в рамки марксизма (исторического материализма). Противоречие между производительными силами общества и производственными отношениями, действительно, лежит в основе крупных социальных пертурбаций. В этом марксисты правы. Но вот дальше… Дальше у марксистов следует ахинея о том, что массы играют решающую роль в истории общества. Вот классический пример рассуждений истматчиков на этот счет, привожу отрывок из Малой советской энциклопедии.

«Если производство материальных благ является основой существования всякого общества, то историческая наука должна в первую очередь изучать условия жизни и борьбу трудящихся. Они создают материальные ценности, без которых невозможно развитие духовной жизни, науки и искусства. Руками рабов древнего мира, крепостных крестьян и ремесленников построены римские водопроводы и египетские пирамиды, города и дворцы. Все богатства капиталистического общества созданы трудом наёмных рабочих, крестьян и интеллигенции».

Поразительное тупоумие! Руками рабов, видите ли, созданы дворцы и прочее! И на этом основании они играют решающую роль. Ни слова не сказано об архитекторах, по чьим чертежам строились величественные античные строения. Ни слова не сказано о выдающихся творениях древних инженеров — машинах, с помощью которых стало возможным перемещать грузы огромного веса. Ни слова не сказано о математиках, рассчитывавших прочность конструкций. Воспеты руки, предан забвению мозг.

Впрочем, истматчики непоследовательны в своих рассуждениях. Если уж прославлять тяжкий физический труд, если считать чернорабочих творцами и основной действующей силой истории, так следующий шаг напрашивается буквально сам собой. Смотрите, трудом ослов, лошадей, мулов, коров, волов созданы все постройки древности, вспахана земля, накормлены люди и так далее. А раз так, то этих полезных животных следует признать творцами истории. В общем, если уж быть марксистом, так уж до конца.

Скажете, что я утрирую? Довожу мысль оппонентов до абсурда? Нет, мне это ни к чему, поскольку исходный тезис уже абсурден. Ничего добавлять не надо. Рабов в древности называли говорящими животными. Их роль в создании тех же акведуков, крепостей и дворцов была ничуть не выше, чем роль тяглового скота.

Когда роль интеллекта настолько очевидна, что отрицать его невозможно без мгновенной потери лица, марксист с неохотой, со скрипом и зубовным скрежетом готов выдавить пару скупых слов по этому поводу. Обратите внимание на фразу: «Все богатства капиталистического общества созданы трудом наёмных рабочих, крестьян и интеллигенции».

На первое место истматчики поставили рабочих, на второе крестьян, а в хвосте идёт интеллигенция. Конечно, на первое место следовало бы поставить осла или станок (с учетом современных реалий), но марксисты постеснялись. Ещё бы! Сделай они так, и вся нелепость их выдумок сразу стала бы очевидной. Короче, марксисты ищут противоречие не там, где оно находится на самом деле. Противоречие, которое способно привести к смене социального строя пролегает не между массой и господствующей элитой, а между двумя типами элит, каждая из которых использует массу в своих целях. То есть, массы — лишь инструмент в руках элиты, отдельных великих личностей, такой же, каким является вол для пахаря или раб для инженера на строительстве дворца.

Нетрудно заметить, что теория элит материалистична, но в целом находится вне марксизма.

Иногда господствующая элита раскалывается на две группы. На тех, кто отстаивает существующие на данный момент социальные порядки, и на тех, кто хочет их поменять. Такое бывает не часто, но всё-таки случается. То есть контрэлита формируется внутри правящей элиты. Если контрэлита одерживает верх, то происходит то, что называют революцией сверху. Именно это и произошло с нашей страной.

Неудивительно, что марксизм (исторический материализм) оказался негоден для анализа причин «демократической революции» и краха СССР. А вот теория элит дает ответы на те вопросы, перед которыми истмат пасует. Но чтобы перейти к практическому применению этой теории, необходимы кое-какие предварительные замечания.

2.4 Биосоциология

С биологической точки зрения, человек — существо, безусловно, стадное. В том смысле, что люди предпочитают организовывать свою жизнь не как автономные одиночки, а создают более-менее устойчивый коллектив. Группа значительно повышает шансы отдельного человека выжить. Однако за всё приходится платить, и существование в гуще массы имеет и свои очевидные минусы. На каждом шагу нам приходится учитывать мнение и настроение окружающих, причем даже тех, кого презираем или ненавидим. Мы вынуждены скрывать свои чувства, нам приходится общаться с неприятными нам людьми. Иными словами, личность постоянно находится под давлением массы, и все мы в той или иной степени тяготимся зависимостью от коллектива. С другой стороны, выпадение из общества неминуемо приводит человека к деградации и одичанию. Действительно, жизнь отшельником, бегство от общества в «леса и пустыни» совершенно бесперспективны. Лишь очень немногие способны на самоизоляцию, и это, мягко говоря, очень своеобразные люди. Второй способ освободиться от власти коллектива — стать бомжем, также неприемлем для нормального человека, да и такая «свобода» иллюзорна. Но есть и третий путь, путь тяжкий и опасный. Однако те, кто прошел до конца, обретают вожделенную свободу, не теряя радости общения и не скатываясь на уровень собирателей объедков. Я говорю о пути во власть.

Представьте себе социальную пирамиду. Чем выше вы находитесь, тем меньше кирпичиков на вас давит. Но эта метафора не совсем точна. В обществе на человека давят не только вышестоящие «кирпичики», но и те, что находятся на одном с ним уровне. Однако на более высоком уровне находится меньше кирпичиков, чем на более низком. Значит, в этом смысле также выгоднее находиться на более высокой ступени. Определенное воздействие оказывают и нижестоящие кирпичи, но опять-таки, чем выше вы находитесь, тем проще вам закрыться от воздействия нижестоящих. Проиллюстрирую сказанное на конкретных примерах.

Посмотрите на то, как живет элита. Закрытые клубы, куда нет ходу остальному населению, отдых в местах, где никогда не увидишь толпу, поездки по дорогам, заблаговременно перегороженных таким образом, чтобы обычный человек не смог просочиться, и так далее и тому подобное. Обратите внимание на то, что практически все атрибуты «красивой жизни» связаны с повышенным уровнем приватности. Притягательность власти — не столько в том, что можно объедаться черной икрой и принимать ванну с шампанским, сколько в освобождении от оков коллективизма. Высшая власть дает и высшую степень свободы, которая только может быть в человеческом обществе. Не случайно, выходцы из самой гущи народа, сформировавшие после Революции 1917 года новую, советскую элиту, организовали для себя спецраспределители товаров, в то время как весь остальной народ давился в очередях за самыми элементарными вещами.

Так вот, существуют люди, для которых зависимость от окружающих невыносима, и по этой причине они испытывают тяжелейшие психологические перегрузки. Прямо скажем, налицо патология, ведь обычный человек в целом неплохо себя чувствует, находясь внутри коллектива.

Судьба большинства подобных патологических личностей трагична. Многие из них замыкаются в себе, сторонятся окружающих, ведут уединенный образ жизни. Разумеется, такое поведение отрицательно сказывается на карьере, а значит, проблема усугубляется, поскольку, как уже было сказано, на низких социальных ступенях уровень приватности ниже. Они терпят полный крах, иногда сходят с ума.

Но есть и другие — те, которые поняли, что спасение от общества заключается в том, чтобы подняться над обществом. Вот они и рвутся наверх. Конечно, одного жгучего желания подняться недостаточно, но оно совершенно необходимо.

Кстати, известную теорию Адлера о воле к власти как способе компенсировать чувство неполноценности в определенном смысле можно назвать частным случаем данного принципа. Адлер считал, что к власти тянутся те, кого подвергали насмешкам и унижению, те, кто остро чувствует свою неполноценность, физическую и психическую ущербность, половую несостоятельность, извращенность. Ясное дело, что таким личностям очень трудно жить в атмосфере травли со стороны окружающих, а власть и могущество способны защитить от агрессивного воздействия коллектива. В этой связи интересна точка зрения Адлера на преступность. По его мнению, для некоторых преступников акт нарушения закона символизирует победу над обществом. Бандит как бы заявляет, что отказывается жить по общепринятым законам, что он сам себе хозяин, что он сильнее и умнее остальных, раз толпа для него является источником пропитания, как стадо овец для волка. Иными словами, преступник на свой лад освобождается от оков общества.

Как уже было сказано, элита не терпит конкуренции со стороны кого бы то ни было и всячески препятствует проникновению в свои ряды людей со стороны. Таким образом, в обществе постепенно растет число недовольных своим социальным положением и способных на всё, ради того, чтобы повысить свой статус.

Ради достижения цели они объединяются, хотя повторюсь, объединение не в их характере и является вынужденной мерой. Объединившись, осознав себя контрэлитой, они-то и становятся лидерами революций, мятежей, провоцируют резню и смуту. В борьбе элиты и контр-элиты развивается общество, причем иногда результатом этой борьбы является резкая смена общественного строя. Кастовые, сословные и прочие социальные барьеры, затрудняющие циркуляцию элит, приводят к тому, что талантливым, энергичным, волевым людям становится тесно в рамках существующих порядков. Они начинают создавать для себя новые социальные ниши, которые становятся элитарными. Если не удаётся стать элитой в рамках системы, то представители контрэлиты начинают строить новую общественную систему. Поясню сказанное на конкретном историческом примере.

В раннем средневековье, для того чтобы занять высокое место в обществе, надо было родиться дворянином. Из этого правила, конечно, бывали исключения, но настолько редко, что ими можно пренебречь. То есть, безвольный, серый феодал находился на более высокой ступени в социальной иерархии, чем талантливый, умный, развитый человек, не принадлежавший к дворянскому сословию. Зато этот талантливый человек благодаря своим способностям научился делать то, что никто кроме него не умел, например, создал новые сплавы металлов. И теперь вся округа тянулась к нему за более прочной подковой, инструментами и другими нужными в хозяйстве вещами. Его уважают, ему неплохо платят, ведь он способен назначать монопольную цену на свои изделия. Дело идёт своим чередом, заказов много, мастер уже не справляется с работой в одиночку. Нужны помощники. Разумеется, вся округа готова отдать ему сыновей на обучение. А кого же возьмет мастер к себе в ученики? Конечно же, того, кто наиболее способен к ремеслу. Таким образом, одна незаурядная личность становится центром притяжения для других незаурядных личностей. Учтем, что титул можно передать по наследству, но по наследству не передашь свои способности. Поэтому если родной сын мастера — бездельник и к труду не способен, то хочешь — не хочешь, а возьмешь в ученики подростка со стороны. То есть горизонтальная циркуляция, в отличие от вертикальной, идёт гораздо интенсивнее.

А тут у местного феодала случилась война с аналогичным оболтусом, и его войску до зарезу нужны хорошие мечи и латы. А без талантливого мастера врага никак не одолеть. И если местный рубака не совсем идиот, то он понимает, что такого ценного специалиста-хайтековца надо беречь, окружить заботой, снабдить деньгами и всем необходимым.

Дело мастера разрастается, укрупняется, под его началом работают уже десятки человек — зарождается производство. Спустя пару веков ремесленники превратятся в мощную силу. Они будут организованы в цеха, они научатся отстаивать свои интересы, их роль будет постоянно расти. Их назовут буржуазией. Наиболее умные и динамичные представители господствующей элиты сообразят, что цепляться за старые порядки глупо, и поменяют сферу своей деятельности. Они превратятся в промышленников, судовладельцев.

В конце концов, буржуазия окрепнет настолько, что окажется в состоянии отправить классических дворян-феодалов на гильотину и виселицу. То есть немногочисленная социальная группа более развитых, более квалифицированных, волевых и талантливых людей, предкам которых искусственно закрывали дорогу наверх, станет хозяином всего общества, превратится в новую элиту, обладающую всей полнотой власти.

Очень схематично, опуская множество деталей, я изложил историю краха феодализма и становления капитализма. На первый взгляд, сказанное не отличается от классических представлений марксизма. Но это лишь на первый взгляд. Давайте разберемся, в чём коренное различие между теорией циркуляции (столкновения) элит и учением о противоречии между производственными отношениями и производительными силами как причине радикальных социальных изменений.

Итак, что такое производственные отношения? Это взаимные отношения людей в процессе производства. Производственные отношения находят свое выражение в отношениях собственности. Производительные силы — производители материальных благ, люди, обладающие исторически развитой способностью к труду, определенными трудовыми навыками и знаниями. На определенной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями, что приводит к революции.

А теперь сравним сказанное с теорией элит. Между двумя социальными группами возникает противоречие. Контрэлита рвётся к власти, а в то же время элита всеми силами стремится сохранить свой статус и не допускает наверх притока «свежей крови». Чем сильнее элита препятствует обновлению, тем острее противоречие, тем более агрессивной становится поведение контрэлиты, которая, в конце концов, решается применить насилие, поскольку мирными способами у неё нет шанса получить власть. Происходит мятеж, бунт, война, революция, одним словом, глобальная перетряска общества, в результате которой старая элита отстраняется от власти, и на ее место приходят новые люди. Марксист скажет, что «материальные производительные силы общества пришли в противоречие с существующими производственными отношениями, и это привело к революции».

Далеко не всегда смена элит означает смену социального строя. А вот перераспределение собственности неизбежно. Как там в марксизме? «Производственные отношения находят свое выражение в отношениях собственности»? Всё правильно, так оно есть.

Как видим, пока теория элит втискивается в рамки марксизма (исторического материализма). Противоречие между производительными силами общества и производственными отношениями, действительно, лежит в основе крупных социальных пертурбаций. В этом марксисты правы. Но вот дальше… Дальше у марксистов следует ахинея о том, что массы играют решающую роль в истории общества. Вот классический пример рассуждений истматчиков на этот счет, привожу отрывок из Малой советской энциклопедии.

«Если производство материальных благ является основой существования всякого общества, то историческая наука должна в первую очередь изучать условия жизни и борьбу трудящихся. Они создают материальные ценности, без которых невозможно развитие духовной жизни, науки и искусства. Руками рабов древнего мира, крепостных крестьян и ремесленников построены римские водопроводы и египетские пирамиды, города и дворцы. Все богатства капиталистического общества созданы трудом наёмных рабочих, крестьян и интеллигенции».

Поразительное тупоумие! Руками рабов, видите ли, созданы дворцы и прочее! И на этом основании они играют решающую роль. Ни слова не сказано об архитекторах, по чьим чертежам строились величественные античные строения. Ни слова не сказано о выдающихся творениях древних инженеров — машинах, с помощью которых стало возможным перемещать грузы огромного веса. Ни слова не сказано о математиках, рассчитывавших прочность конструкций. Воспеты руки, предан забвению мозг.

Впрочем, истматчики непоследовательны в своих рассуждениях. Если уж прославлять тяжкий физический труд, если считать чернорабочих творцами и основной действующей силой истории, так следующий шаг напрашивается буквально сам собой. Смотрите, трудом ослов, лошадей, мулов, коров, волов созданы все постройки древности, вспахана земля, накормлены люди и так далее. А раз так, то этих полезных животных следует признать творцами истории. В общем, если уж быть марксистом, так уж до конца.

Скажете, что я утрирую? Довожу мысль оппонентов до абсурда? Нет, мне это ни к чему, поскольку исходный тезис уже абсурден. Ничего добавлять не надо. Рабов в древности называли говорящими животными. Их роль в создании тех же акведуков, крепостей и дворцов была ничуть не выше, чем роль тяглового скота.

Когда роль интеллекта настолько очевидна, что отрицать его невозможно без мгновенной потери лица, марксист с неохотой, со скрипом и зубовным скрежетом готов выдавить пару скупых слов по этому поводу. Обратите внимание на фразу: «Все богатства капиталистического общества созданы трудом наёмных рабочих, крестьян и интеллигенции».

На первое место истматчики поставили рабочих, на второе крестьян, а в хвосте идёт интеллигенция. Конечно, на первое место следовало бы поставить осла или станок (с учетом современных реалий), но марксисты постеснялись. Ещё бы! Сделай они так, и вся нелепость их выдумок сразу стала бы очевидной. Короче, марксисты ищут противоречие не там, где оно находится на самом деле. Противоречие, которое способно привести к смене социального строя пролегает не между массой и господствующей элитой, а между двумя типами элит, каждая из которых использует массу в своих целях. То есть, массы — лишь инструмент в руках элиты, отдельных великих личностей, такой же, каким является вол для пахаря или раб для инженера на строительстве дворца.

Нетрудно заметить, что теория элит материалистична, но в целом находится вне марксизма.

Иногда господствующая элита раскалывается на две группы. На тех, кто отстаивает существующие на данный момент социальные порядки, и на тех, кто хочет их поменять. Такое бывает не часто, но всё-таки случается. То есть контрэлита формируется внутри правящей элиты. Если контрэлита одерживает верх, то происходит то, что называют революцией сверху. Именно это и произошло с нашей страной.

Неудивительно, что марксизм (исторический материализм) оказался негоден для анализа причин «демократической революции» и краха СССР. А вот теория элит дает ответы на те вопросы, перед которыми истмат пасует. Но чтобы перейти к практическому применению этой теории, необходимы кое-какие предварительные замечания.

Существуют вопросы, которые непозволительно обсуждать в кругу так называемых культурных, прогрессивных и просвещённых людей. Мышление «приличного» человека бывает настолько сковано политкорректными догмами, что он оказывается неспособным воспринимать даже элементарные, самоочевидные вещи. Человек, который говорит об анатомических различиях между представителями белой и черной расы, рискует получить ярлык расиста со всеми вытекающими последствиями. Противника нелегальной иммиграции обвинят в склонности к нацизму, а того, кто скажет, что женщины — это слабый пол, заклеймят позором феминистки. И мы быстро учимся избегать неудобных вопросов. В самом деле, кому нужны лишние неприятности? Однако те, кто действуют таким образом, интеллектуально обкрадывают сами себя и становятся более уязвимыми, поскольку манипуляторы получают возможность блокировать обсуждение различных проблем путём их дискредитации и оглупления.

Нужный эффект достигается просто. Ну, например, известная, заведомо одиозная личность с репутацией пустробрёха начинает регулярно поднимать какой-нибудь вопрос. При этом «оратор» сыпет нелепейшими аргументами, делает абсурдные заявления, провоцирует скандалы, одним словом, превращает дискуссию в шутовство. Над ним насмехаются, улюлюкают вслед, позорят все кому ни лень, и вот результат: важная и серьёзная тема профанирована. Теперь уже в приличном обществе становится недопустимым её обсуждать, поскольку культурный человек опасается, что его поднимут на смех. Противостоять этому приёму очень сложно, лишь те, кто обладает сильной волей, способны игнорировать мнение, сформированное манипуляторами. Однако, если проплаченный мерзавец сознательно устроил омерзительный фарс, или дурак, без всякого злого умысла, по собственной дури, превратил обсуждение важного вопроса в балаган, так неужели мы пойдем на поводу у дураков и мерзавцев? Я уже предупредил читателя, что моя книга предназначена для тех, кто не боится смотреть правде в глаза, и в этой главе будет затронута одна довольно-таки «скользкая» тема. За мной, друзья!

Предлагаю пример неполиткорректных рассуждений. Итак, человек — это млекопитающее, относящееся к биологическому виду «Homo Sapiens». А раз так, то на человека, так же как и на все остальные живые организмы, должны распространяться законы природы.

Вот эта, казалось бы, тривиальная мысль, считается жутко крамольной и неприличной. За такие слова можно прослыть биологизатором, социал-дарвинистом, а значит, расистом, фашистом и ещё чёрт знает чем. Интересное дело, когда нам рассказывают про естественный отбор в животном мире, то это никого не задевает и рассматривается как должное. Когда нам показывают фильм о борьбе хищников и травоядных, то мы с интересом следим за перипетиями противостояния и не возмущаемся, если волка называют санитаром леса. Когда мы изучаем законы эволюции, то легко оперируем таким понятием, как приспособляемость к окружающей среде, и со школьной скамьи для нас очевидным является то, что сравнительно менее приспособленные биологические виды проигрывают более приспособленным и вымирают. Мало того, многие из нас полагают, что благодаря межвидовой борьбе появился и сам человек. Но вот дальше происходит поразительная вещь. Даже те, кто считает, что в соответствии с законами эволюции человек произошел от обезьяны, категорически отвергают саму мысль о том, что на человеке биологическая эволюция не остановилась, и что биологические законы межвидовой и внутривидовой борьбы продолжают действовать и в отношении социума. Здесь мы имеем дело с типичным табу на интеллектуальную деятельность, о котором говорилось в начале главы. Табу, которое заставляет многих людей отказаться от логики и скатиться на первобытный уровень мышления. Ведь перед нами же простейший силлогизм, который элементарно решается. Смотрите же:

1. На все биологические виды распространяются законы природы.

2. Человек — это биологический вид.

Вопрос: на человека распространяются законы природы?

Ясное дело, что, с точки зрения логики, правильным ответом является: «да, на человека распространяются законы природы». Однако вместо нормального ответа, вы запросто можете нарваться на вопль типа: «социал-дарвинист!».

Уж простите мне занудство, но придётся вновь на секунду возвратиться к тестам, которые проводил Лурия. Помните его силлогизм?

1. На Дальнем Севере, где снег, все медведи белые.

2. Новая Земля — на Дальнем севере.

Вопрос: Какого цвета там медведи?

На этот вопрос он получил ответ: «Медведи бывают разные». Ну, какие-нибудь комментарии ещё требуются? Ведь тип мышления идентичен, несмотря на то, что Лурия тестировал неграмотных хлопкоробов Азии, а силлогизм о человеке и биологических законах оказывается не по зубам современным людям с высшим образованием.

Граждане, что же это делается, а? Что превращает развитых людей в дебилов, неспособных связать два простейших утверждения и сделать правильный вывод? Табу, вбитое гвоздём в мозг, вот что. Когда речь идёт о решении социальных вопросов, видите ли, нельзя, нельзя уподоблять человека животному, и всё тут. И даже те, кто спокойно называют человека потомком древней обезьяны и «двоюродным» братом современной нам шимпанзе, то есть, по сути, считают человека лишь самым развитым из приматов, приходят в ярость, когда им предлагают применить к человеческому обществу знания о поведении животных. Чтобы хоть как-то выкрутиться из явно нелепого положения они предлагают рассматривать человека в двух ипостасях, как существо, принадлежащее двум мирам: миру животных и миру культуры. И якобы на социальные процессы биологическая составляющая оказывает столь малое воздействие, что ей можно пренебречь. Что ж, здесь хотя бы нет вопиющей логической беспомощности. Но давайте теперь проверим, насколько корректна данная модель.

Думаю, вряд ли кто-то будет спорить с тем, что всем нам необходимо пить, есть, спать, поддерживать в норме энергобаланс и тому подобное. Очевидно, что это — базовые, чисто биологические потребности, которые присутствуют у людей абсолютно всех культур. А вот что из этого следует? Из этого следует, что социальное устройство общества должно быть налажено таким образом, чтобы эти потребности удовлетворялись. Иначе — смерть. В мире не существует народа, культура которого бы избавила человека от добычи хлеба насущного. Далее, кем бы ни был человек, хоть японцем, хоть нанайцем, хоть бушменом, хоть русским, хоть кем угодно, а ему приходится тратить значительную часть своей жизни на сон. Даже если бы кто-то и захотел работать круглосуточно, у него это просто не получилось бы, поскольку мгновенно разрушилось бы здоровье, и результат тот же — смерть. Значит, организация труда должна учитывать и эту биологическую потребность. Но организация труда немыслима без решения задач, связанных с управлением массами, что, в свою очередь, тянет за собой целый ворох социальных проблем. Идём дальше. Посмотрите-ка на мальчишек. Они постоянно дерутся, лазают на деревья, швыряются камнями и постоянно суются, куда не следует. В этом смысле, девочки ведут куда более безопасный образ жизни. Неудивительно, что смертность у мальчиков, как правило, выше, чем у девочек. Более агрессивные, активные, склонные решать проблемы кулаками, конечно же, больше рискуют получить увечье или даже расстаться с жизнью. Война и охота — издревле мужские занятия, уж точно приводящие к повышенной смертности. Есть и ряд других причин, способствующих снижению процента мужчин в обществе. Так вот, демографы давно обратили внимание на один интересный факт. Как правило, при рождении представители мужского пола численно преобладают над представительницами женского пола. Оказывается, на сто родившихся девочек обычно приходится сто пять мальчиков, и отклонения от указанной пропорции незначительны. Исследования проводились во многих странах, с совершенно разным национальным и расовым составом населения, однако были получены практически одинаковые результаты. Кроме того, имеющийся статистический материал позволил рассчитать соотношение между родившимися мальчиками и девочками и в прошлые эпохи. Так, например, в Швеции за последние двести лет данная пропорция колебалась в пределах от 104,0 до 105,7 мальчиков на сто девочек. Поразительная стабильность! Согласитесь, данные факты наводят на мысль о том, что мы имеем дело с биологическим законом. Иначе как объяснить, что, несмотря на различия в культуре, социальном устройстве, уровне жизни, характерных для народов мира, практически везде зафиксирован один и тот же результат?

Попробуем установить по каким причинам Природа (или Бог) заложила в нас механизм, заставляющий человеческий вид воспроизводиться в соответствии с этим законом. Здесь нам поможет здравый смысл. Логично предположить, что численное преобладание представителей мужского пола при рождении — это в некотором роде биологический запас на «черный день», вернее на то время, когда немного повзрослевший мальчик начнет куролесить и рисковать жизнью. Запас нужен для того, чтобы в нужный момент самцов не оказалось значительно меньше, чем самок. Половой отбор (борьба самцов за самок) требует конкуренции, а какая уж тут конкуренция, если «спрос» значительно ниже «предложения»? Казалось бы, создание семьи — типично социальный процесс, а ведь он явно зависит от соотношения мужчин и женщин в обществе. Как видим, на практике отделить биологическое от социального невозможно. Значит, законы природы, законы функционирования живых организмов продолжают действовать и в социуме. Что из этого следует? Много чего.

Например, то, что развитие общества есть биосоциальный процесс. И тогда многие явления предстанут в ином, несколько непривычном для нас свете.

2.5 От чёрной «Волги» к чёрному «Бумеру»

Десятки тысяч лет человек пребывал в дикости. По историческим меркам, первые очаги цивилизации и государственности появились совсем недавно. Древние, полузвериные программы поведения, на уровне инстинктов сформировавшиеся у человека в первобытную эпоху, до сих пор никуда не делись. В том числе до сих пор сохраняют актуальность инстинкты, связанные с поддержанием иерархических отношений в стае, стаде. И не важно, что человеческое стадо сейчас называют латинским словом «социум», природа об этом не ведает. К сожалению, не ведает об этом и большинство населения, а вот элита, как не трудно догадаться, находится в курсе дела и ловко вертит толпами, играя на врожденных инстинктах доминирования и подчинения. Вам не приходило в голову, почему диктаторы, харизматические лидеры, автократы всех мастей, находясь на публике, так часто окружают себя детьми? Да потому, что таким образом они активируют у масс мощную программу подчинения. Не верите? Что ж, обратимся к этологии — науке о поведении животных.

Как известно, стадом павианов руководит небольшая группа пожилых самцов. Интересно, что путь во власть они начали, образовав союз ещё в молодости, и вместе поднимались наверх по очень жестко структурированной «карьерной» лестнице. К старости, добившись цели, единственной их радостью становятся детёныши, которым они передают свой жизненный опыт. Очень строгий ко всем остальным членам стада, но покровительственно добрый к детям, представитель «властной элиты» оказывается со всех сторон окруженным ими. Инстинктивная программа, присутствующая у всех павианов, помогает безошибочно распознать вожака (вождя!) — это немолодой самец, вокруг которого кучкуются ребятишки. Подчиненные боятся самцов-доминантов, испытывают к ним бессильную злобу и для эмоциональной разрядки срывают свой подавленный гнев на других, на тех, чей ранг ещё ниже и так до самых нижних ступеней. Но когда доминант наказывает достаточно высокоранговую, но всё же не входящую в «элиту», особь, всё дно стада подключается к расправе. Наказание, травля сильного — миг счастья для всех обитателей дна, у которых появляется возможность наконец-то отвести душу. Таким образом, у высших иерархов есть прекрасная возможность давить конкурентов, натравливая на них низы. В этом разгадка невероятной популярности публичных казней, пыток, аутодафе и тому подобных жутковатых вещей. Как видим, иерархическая пирамида у павианов во многом похожа на ту, что существует у человека.

Есть ещё один важный момент. Страх перед властителем заставляет членов стада всячески демонстрировать к нему свою лояльность. Порой это доходит до самоуничижения, до рабской привязанности, принимающей форму своеобразной любви. Что ж, беспредельная ненависть и столь же беспредельная любовь к тирану типичны и для человеческого стада.

Идём дальше. В обезьяньем стаде иерархические отношения держатся на том, что все друг друга знают, ранг каждого известен. Но такие группы невелики, а каким же образом человеку удалось создать огромные государства, целые империи, построенные, тем не менее, на тех же самых элементарных иерархических принципах, с опорой на те же самые инстинктивные программы? Решение оказалось простым, как и всё гениальное. Нужно придумать систему знаков и пометить ими участников пирамиды. В самом явном виде это присутствует в армии. Погоны! Солдату необязательно знать имя командира, чтобы ему подчиняться. Он сразу видит, кто перед ним. Существуют и другие иерархические знаки. Милицейская форма, документы, подтверждающие статус, машина с мигалкой и так далее.

А помните, совсем недавно черная «Волга» была типичным атрибутом партийной власти. Очень поучительно наблюдать, как при крушении предыдущей системы власти менялись ранговые символы, а в сознании некоторых людей еще сохранялась старая система обозначений. Бывшие обкомовцы уже пересели в «Мерседесы» и черные «Бумеры», и хотя в свободной продаже появились автомобили куда более качественные и роскошные, чем «Волга», некоторые люди бросились покупать именно черную «Волгу», притом, что могли себе позволить машину и получше. Вспомним яростную борьбу с привилегиями. Кто-то исхитрился углядеть в этом склонность русского народа к уравнительному идеалу. Поразительная слепота. Никаким уравнительным идеалом тут и не пахло. Привилегия — это характернейший высокоранговый знак. Отказывая партийной элите в праве пользоваться привилегиями, всеми этими спецраспределителями, дачами и прочим, массы тем самым заявляли, что не признают право советской элиты на иерархический знак, то есть на власть. Иными словами, ненависть к привилегиям была следствием кризиса легитимности власти. Иногда удивляются, а почему же после крушения советского строя запредельная ненависть к привилегиями тут же исчезла. Мало того, тот вчерашний обкомовец, тот же самый человек, обзавёлся куда более дорогостоящими привилегиями, и массы это проглотили без особых вспышек ярости. Данное обстоятельство весьма удивило тех, кто в период борьбы с привилегиями сделал выводы о склонности русских к уравнительному идеалу. Они оказались совершенно неспособны понять мотивацию масс, они назвали такое поведение иррациональным, некогерентным, в общем, потерей разума. Действительно, ничего себе уравнительный идеальчик — ненавидеть за «Волгу» и спокойно взирать на «Мерседес» или «Бумер»! Но никакого парадокса на самом деле тут нет, ларчик открывается просто. Элита нашла новый способ обоснования своей власти — демократически выборы. Сработал новый способ легитимации, выражаемый словами: «мы правим потому, что вы же нас выбрали», и массы приняли новую систему ранговых знаков и не особо возмущаются даже в тех случаях, когда новый знак навесили на старое лицо.

Кстати, многие обращали внимание на то, что массы боролись с привилегиями и уравниловкой одновременно, хотя вроде бы одно противоречит другому. Если ты против привилегий, то есть против того, чтобы одни по уровню жизни возвышались над другими, то как ты можешь тут же отвергать и уравниловку, требуя большего расслоения общества по материальному признаку? Это кажущееся совершенно неразрешимым противоречие имеет элементарное объяснение. Борясь с привилегиями, человек покушался на чужой статус, стремясь понизить чужой ранг, но ни в коем случае не свой! Отвергая уравниловку, этот же человек хотел повысить свой ранг, считая, что уж его-то материальное положение, конечно, улучшится. Здесь нет никакого противоречия. Работает инстинктивная программа иерархической борьбы внутри стада, а поскольку поступки обуславливаются инстинктом, а не сознательными рассуждениям, то и толком объяснить своё поведение человек никак не может.

Знание того, что у людей существует врождённая программа подчинения власти, даёт ключ к пониманию и других, на первый взгляд, совершенно абсурдных поступков, которые совершают массы. Расхожая фраза «быдло нуждается в хозяине» — не просто эмоциональное клише. Какие поступки мы называем быдловатыми? Да это те поступки, которые совершаются бездумно, то есть определяются не разумом, а продиктованы инстинктивной программой. Помните период дикого психоза «пустых» прилавков? Ослепленная инстинктом толпа дошла до того, что покупала в огромном количестве даже скоропортящиеся продукты, съесть их полностью не могла и через пару дней выбрасывала. Никогда не забуду очереди за хлебом в 1991 году, когда покупатели набирали но пять-шесть батонов, и также навсегда останутся в моей памяти помойные баки, заполненные очерствевшим хлебом. Та часть общества, которая не позволила разгуляться инстинкту, с недоумением и отвращением следила за впавшими в психоз. Ну как, знакомая картина? Я думаю, каждый может привести множество примеров на этот счет.

Так вот, люди, чьё поведение в значительной степени определяется инстинктивными программами, и в вопросах политики идут у них на поводу. Если какому-то человеку удалось активизировать у населения данную программу, иными словами, толпа увидела и признала в нём вожака — всё, толпа будет ему подчиняться. Вожак может быть аморальным, вороватым, страдать алкоголизмом, едва шевелить языком, но массы простят ему это. Всё равно он будет побеждать своего конкурента, пусть даже честного, умного, доброго, компетентного, но не умеющего запускать у населения биологическую программу подчиняться. Поэтому тембр голоса оратора, его форма носа, лысина и т. п. — действительно являются важными факторами политики. Это то, что помогает или, напротив, мешает политику активизировать у населения программу опознавания вожака. И апеллировать к разумным аргументам бесполезно, толпа, действительно, слепа и глупа. Великие вожди всегда это понимали или интуитивно чувствовали.

Те, кто является хозяином своих инстинктов и не позволяет первобытным позывам контролировать себя, действительно, не понимают другую часть общества. Между ними пропасть. Тем более что, находясь во власти инстинкта, человек не может рационально объяснить причины своего поведения. Он и сам не понимает, почему поступил так, а не иначе. Но как существо всё-таки разумное, он пытается рационализировать своё поведение, то есть задним числом подвести такую объяснительную базу под свои поступки, чтобы создавалось впечатление, будто бы они являются результатом тщательного обдумывания, продиктованы расчётом и поиском выгоды. Попытки искать в этих объяснениях здравый смысл неизменно заводят в тупик. Ничего вы там не найдёте, зато на каждом шагу будете спотыкаться о вопиющие логические противоречия, утрату чувства меры, путаницу между причиной и следствием и так далее. В конце концов, ваш собеседник или замкнётся, или устроит истерику с выяснением отношений. Неудивительно, ведь вы его выставляете дураком (что недалеко от истины!) и к тому же разрушаете психологически удобный ему мирок. Короче, имея дело с инстинктами, надо соблюдать осторожность.

Итак, о роли врожденных инстинктов мы поговорили, а давайте теперь немного побеседуем об эволюционных законах. Попробуем применить их к социуму и посмотрим, какие это даст результаты.

Вспомним, чему нас учили в школе. Нам говорили, что эволюция идёт по линии отбора особей, обладающих некими качествами, которые делают их более приспособленными по сравнению с их конкурентами. Случайно возникшие анатомические преимущества, например, более длинная шея, закрепляются, передаются по наследству, и в результате появляется группа особей, у которой данный признак воспроизводится стабильно, а не является редким исключением из правил. Так появляется новый вид. Условия окружающей среды могут поменяться, и длинная шея из конкурентного преимущества может запросто превратиться в серьёзную обузу, и тогда вид либо вымрет, не оставив «наследника», либо успеет приспособиться к новым условиям и дать начало другому виду. Это, конечно, крайне упрощённая схема, но основная суть именно такова. Обратите внимание, выживает тот, кто приспособлен к среде, и нигде не сказано, что это обязательно тот, кто сильнее, быстрее, умнее и так далее. Приспособлен — значит, адекватен условиями, в которых существует организм. И в некоторых ситуациях сила не просто не нужна, а, напротив, является помехой. За всё приходится платить, и у каждого преимуществ есть своя оборотная сторона, свой минус. Могучие динозавры давно исчезли с лица Земли, а маленькие, слабенькие тараканы, возникнув задолго до гигантских ящеров, до сих пор ползают по планете и прекрасно себя чувствуют.

Мало того, эволюция может идти не только по пути усложнения организма, но и, напротив, по пути дегенерации, упрощения. В некоторых случаях дегенератом быть выгодно! А что, сидит себе вошь на собаке и спокойненько пьёт кровь. Посмотрите, насколько собака умнее, сильнее, развитее, а ничего с паразитом поделать не может. И чья жизнь после этого легче? У паразитических организмов атрофировались многие органы, и в этом смысле они — явные дегенераты. Но в том то и дело, что эти органы им просто ни к чему, и они избавились от ненужного балласта.

Пример того, как дегенерация, уродство, формальная неполноценность могут стать козырем в борьбе за существование, даёт интересный опыт, проведённый Эрихом фон Хольстом. Он изучал поведение речных рыбок (гольянов) и обратил внимание на то, что у них исключительно сильно развит стайный инстинкт. То есть, представитель группы никогда не отплывает далеко от своих сородичей, он живёт «с оглядкой на коллектив».

Эрих фон Хольст установил, что механизмы стайного инстинкта у рыбок данного вида содержатся в переднем мозге. И в качестве эксперимента он удалил эту часть мозга у одного представителя группы. Как видим, полученная особь была изуродована, её мозг стал значительно проще чем у сородичей, то есть искусственным образом получился дегенерат. Учёный вернул рыбку в стаю и стал наблюдать за её дальнейшим поведением. Как и следовало ожидать, рыбка перестала обращать внимание на то, где находится её стая. Что неудивительно. Поражает другое, как повела себя стая. Все рыбки, как один, взялись плавать за калекой, и самая безмозглая особь стала вожаком.

То есть приспособляемость — это способность учитывать окружающую реальность, и этот учёт необязательно ведёт к победе формально более сильных и развитых. Повторюсь, в некоторых случаях сложность может оказаться избыточной, а сила излишней, съедающей неоправданно много энергоресурсов. Да простит мне читатель столь долгое вступление, увы, иначе было нельзя. Но вот сейчас мы уже можем перейти к сути, к рассмотрению биосоциальных процессов.

В ряде случаев физическая сила, агрессия вкупе со смелостью, конечно, повышают конкурентоспособность особи во внутривидовой борьбе, но за это приходится платить очень высокую цену. Человек — очень агрессивный вид, для которого убийство себе подобных не редкость. У других млекопитающих турниры между самцами обычно носят ритуальный характер и крайне редко приводят к травмам и тем более смерти участниковстычки. Сравните это с дуэлями за честь дамы.

Кроме того люди постоянно ведут войны друг с другом. И, разумеется, в первую очередь погибают именно те, кто не стремится уклоняться от схватки, кто рвётся в самую гущу боя, кто оказывает сопротивление до последней капли крови и предпочитает смерть рабству. Все эти факторы способствуют уменьшению числа сильных, агрессивных, неуступчивых представителей человеческой популяции, и такой отбор длится тысячелетиями.

Смотрите, в большинстве случаев даже жестокий и кровавый завоеватель всё-таки не уничтожает поголовно порабощенное население, поскольку не видит смысла властвовать над выжженной землёй. Но всегда без колебаний расправляется с теми, кто оказывает ему сопротивление. Завоеватель понимает, что у побеждённых необходимо искоренить саму мысль о сопротивлении. Поэтому во время войн больше всего страдают как раз наиболее мужественные люди, их целенаправленно уничтожают. Да и сами они нередко ищут смерти, идут в последний бой, заранее зная, что обречены. Напротив, трусы, подхалимы, прирождённые рабы угодны завоевателям. Победитель всячески поощряет дух рабства у побежденного народа. Гордые люди, с развитым чувством собственного достоинства значительно больше рисковали жизнью и во время религиозных чисток. Одни с легкостью переходили в чужую веру, если это помогало им выжить и сохранить своё имущество, другие принимали смерть за свои убеждения.

Говорят, что лучше один раз наесться мяса, чем всю жизнь питаться падалью. Но есть и другое известное изречение о том, что живая собака лучше, чем мёртвый лев. В этих словах отражено два принципиально разных подхода к жизни и смерти.

На это явление обращали внимание многие мыслители, в том числе создатель теории пассионарности Лев Гумилев. Что происходит с народом, в котором рабская модель поведения является доминирующей, то есть с народом, оставшемся без своих «сильных»? Он оказывается неспособным себя защитить. Порой побежденный народ исчезает, но не в биологическом смысле этого слова, а в культурном. В биологическом смысле, повторюсь, гены «покорных» как раз сохраняются и передаются потомкам. Указанные факторы отбора не могли не оказать существенного влияния на биосоциальные процессы.

Учтём, что и государственная власть обычно культивирует стереотипы подчинения. Как уже говорилось, пробившиеся наверх защищают свой статус и, разумеется, опасаются «сильных», находящихся на более низких ступенях социальной пирамиды. Бунтарей и смутьянов всегда наказывали и наказывают гораздо строже других преступников. Кровная месть запрещена, да и носить оружие большинство населения не имеет права. В результате, массы оказываются полностью зависимыми от государства, от законов, которые установлены властной элитой. И люди, даже некоторые «сильные», кто Осознанно, кто интуитивно, всё чаще выбирают модель поведения слабых. Ведь «сильный» понимает, что его сила, личное мужество и твёрдость всё равно не идут ни в какое сравнение с мощью государства, по сравнению с ней он слаб. Когда в древнейшие времена люди жили небольшими группами, до вождя племени было «рукой подать», и у «сильного» были значительные шансы самому стать вождём, продемонстрировав соплеменникам своё физическое и волевое превосходство. Но сейчас социум разросся до гигантских размеров и невероятно усложнился, а вместе с тем усложнилась и борьба за власть. Одной только агрессии, силы и способности её применять недостаточно. Как раз наоборот, очень часто приходится смирять себя, прикидываться слабым, уметь идти на компромисс, создавать союзы, плести интриги и так далее.

Кстати, цивилизованность общества неразрывно связана с распространением в нём стереотипов поведения слабых и покорных. Думаю, все слышали остроумное утверждение о том, что сила плюс ум — величина постоянная, то есть чем больше сила, тем меньше в человеке ума и наоборот. Конечно, не стоит слушком буквально понимать данный афоризм, однако в нём много правды. Противостояние умного, культурного, но хиловатого парня и здорового, но простоватого и наглого детины не зря стало классическим сюжетом в кино. Способность доказывать сложнейшие теоремы — вещь, конечно, хорошая, но никак не способствующая победе в драке, и неслучайно могильщиками наиболее цивилизованных народов нередко были именно те, кого считали дикими и отсталыми. Происходил откат назад. Однако, постепенно развиваясь, общества, созданные варварами, сами в свою очередь выходили на цивилизованный уровень, сталкивались с теми же самыми проблемами и терпели поражение от новой волны дикарей. И вот так по кругу.

Конечно, покорными управлять просто. Но в трудную минуту нужна не глина, а сталь. С другой стороны, безудержное варварство и диктатура сильных отрицательно сказываются на развитии культуры общества. Здесь нужен разумный баланс, и создание методов его достижения представляется исключительно важной задачей, для решения которой потребуются масштабные исследования генетиков, психологов, этологов, социологов, демографов.

К сожалению, элита редко мыслит эпохами. Обычно её заботы ограничены решением тактических задач, связанных с удержанием личной власти и собственности, так что вряд ли в ближайшее время кто-то всерьёз займется решением этой задачи. Однако мы отвлеклись, давайте вернёмся к обсуждению более приземленных вопросов.

2.6 Теория элит и крах СССР

Вы предатель или просто дурак?

Мысль о том, что основным двигателем истории являются массы, которые борются за свои интересы, приводит к совершенно естественным, но ошибочным выводам. Ошибочным потому, что неверна изначальная предпосылка. Так, например, марксисты утверждают, что для правильного понимания событий, происходящих в обществе, необходимо выявить интересы масс, их потребности, уровень и образ жизни большинства населения и тому подобное. Если потребности масс не удовлетворяются, если интересы народа — создателя всех материальных ценностей — вступают в противоречие с государственным строем, то, в конце концов, происходит революция, которая и устраняет имеющееся противоречие. Надо отдать должное логичности этого подхода. Действительно, раз историю делают массы, то на них и следует обращать внимание в первую очередь. Но сами марксисты говорят, что практика является критерием истинности теории. И вот как раз с практикой у сторонников истмата регулярно возникают серьезные проблемы. Приведу конкретный пример.

Сейчас никто уже не решается отрицать, что советский строй был сметён «демократической» революцией. Факт смены государственного строя, и в частности коренного изменения отношений собственности, не ставится под сомнение. События происходили буквально на наших глазах, информации на этот счет море, казалось бы, сама жизнь дает истматчикам великолепную возможность подтвердить правильность своих воззрений. Однако именно здесь марксистов ожидало полное фиаско. Все попытки объяснить «перестройку», увенчавшуюся революцией 1991–1993 года, исходя из постулатов марксизма, потерпели неудачу.

Истматчики попытались найти причину революции в экономических проблемах социализма, который «зашел в тупик и оказался неспособен удовлетвори потребности населения». В результате народное недовольство и привело к тому, что советский строй был отвергнут. Однако серьезный и непредвзятый анализ показал, что накануне 1985 года экономику Советского Союза никак нельзя было назвать кризисной. Мало того, выяснилось, что социализм имел колоссальный потенциал развития. Вот несколько фактов, отрицать которые не берется даже самый ярый антисоветчик.

После распада нашей страны на Запад хлынул поток сверхсовременных советских технологий, сотни тысяч наших ученых устроились на работу в лучшие научные центры мира. Вывоз капитала из России и других республик, ранее входивших в СССР, огромен, и счёт идёт на миллиарды долларов в год. До сих пор, несмотря на почти двадцать лет деградации и хаоса, мы являемся одними из лидеров в освоении космоса, до сих пор успехи России на рынке ВПК неоспоримы. А ведь так называемые «новейшие российские разработки» на самом деле являются достижениями ещё советских времен. СССР славился прекрасной авиацией, могучим военным и гражданским флотом, современной энергетикой (советские электротурбины экспортировались не абы куда, а в одну из самых развитых стран мира — Канаду). Советский Союз, и это хорошо известно, с легкостью реализовывал проекты стоимостью в десятки миллиардов долларов. Всё это никак не вяжется с антисоветской ложью о пресловутой Верхней Вольте с ракетами и тому подобным манипулятивным штампам. Читатель вправе спросить, а как же «колбасные» электрички? Как же очереди за элементарными вещами? Как же принудительная отправка людей «на картошку» и тому подобные прелести «развитого социализма»? Не торопитесь, чуть позже я отвечу и на эти вопросы.

Иногда говорят, что СССР хотя и обладал колоссальными доходами (сотни миллиардов долларов), но в то же время нёс и тяжкое бремя расходов. Траты на оборону, на внешнюю политику и прочие «имперские амбиции» и подорвали Советский Союз. Данный аргумент при всей его внешней логичности и привлекательности очень легко опровергнуть. И не просто опровергнуть, а сделать его аргументом в пользу социализма. Судите сами.

Допустим расходы были непомерными, так, значит, надо было их сократить и всё. Зачем же систему ломать? А уж признание того, что именно система обеспечивала стране огромный доход, как раз и означает, что с экономической точки зрения Советский Союз был в целом вполне здоровым организмом. Даже Горбачев в одном из своих интервью признавал, что проблемы с обеспечением населения товарами народного потребления легко решались в рамках системы путем некоторого сокращения расходов на ряд затратных программ. То есть можно было резко повысить уровень жизни населения, не делая вообще никаких системных изменений! Впрочем, даже существовавший тогда уровень жизни советского народа был довольно высоким, уступая лишь самым развитым странам мира, что подтверждается всеми основными объективными показателями. Причем, по ряду важных параметров СССР имел лидирующие позиции в мире, что не отрицается ни одним хоть сколько-нибудь объективным экспертом.

Короче, попытки объяснить крах СССР экономическими причинами, принципиальной невозможностью советской экономики удовлетворить потребности населения успехом не увенчались.

Пробовали истматчики выявлять и некое скрытое недовольство, копившееся в гуще народа, которое социализм, якобы, принципиально неспособен нейтрализовать. Проводилось множество социологических опросов, и тут марксистов ожидали совсем уж обескураживающие ответы. Средний советский человек, объясняя своё неприятие советского строя, выдавал такие нелепые сентенции, что использовать их в качестве доказательства правоты истмата не решался даже самый отчаянный марксист. На этот счет существует целый ряд серьезных работ С. Г. Кара-Мурзы, в которых доказывается, что пресловутой борьбой масс за свои интересы, которая, якобы, привела к революции 1991–1993 года, и не пахло. Пересказывать их здесь я не вижу смысла, желающим разобраться с вопросом подробнее, рекомендую ознакомиться с книгами «Потерянный разум» и «Опять вопросы вождям».

Истмат не выдержал проверку реальностью. Он оказался совершенно бесполезен для понимания общественно-политических процессов, происходивших в Советском Союзе. Мало того, используя истмат как аналитический инструмент, не удалось предсказать крах СССР, а ведь смысл общественных теорий заключается не столько в описании прошлого, сколько в предсказании событий будущего. Что ж, в этом нет ничего удивительного. Как говорится, нельзя найти нефть там, где её нет.

Революция 1991–1993 годов оказалась марксизму не по зубам, хотя проблема легко решается, если допустить, что роль элит первична, а массы лишь инструмент в её руках. Давайте взглянем на устройство советской системы с точки зрения теории элит.

Как известно, в СССР владение частной собственностью было запрещено законом. То есть люди, управлявшие СССР, обладали значительной, практически абсолютной, властью, распоряжались богатствами нашей страны, но сами этими богатствами не владели. Разумеется, уровень жизни властной элиты был выше, чем у остального народа, но значительно ниже, чем у аналогичных зарубежных управленцев. Конечно, члены партийной элиты пользовались государственными дачами, самолетами, автомобилями и так далее, но лишь до тех пор, пока занимали высокие посты. Лишился поста и потерял право распоряжаться собственностью. Если собственность можно передать по наследству, то пост нельзя. Сын Сталина не стал генеральным секретарем. То же самое относится и к детям всех остальных высших советских руководителей.

На что мог рассчитывать даже крупный партийный чин после выхода в отставку? На завод? Нет. На золотые прииски? Нет. На нефтяные скважины? Опять, нет. Классический советский триумвират: добротная квартира, машина и дача — это, если вдуматься, мизер, и по сравнению с тем, что имеет элита нищих банановых республик, и по сравнению с тем, чем владеет элита развитых государств. Что и говорить, сегодняшний «бизнесмен» средней руки также даст фору любому партийному руководителю республиканского ранга, а уж олигарх запросто обгонит и самого генерального секретаря. То есть имеет место факт несоответствия между властью и собственностью. Советская элита это прекрасно понимала, и такое положение вещей её не устраивало. Человек слаб, и если через его руки проходят миллионы и, тем более, миллиарды рублей (долларов), то соблазн велик. Довольно скоро часть управленцев стала тяготиться теми ограничениям, которые накладывал советский строй. Но процесс перерождения элиты был сильно подморожен тем, что СССР развивался во враждебном окружении. В тридцатые годы положение было настолько критическим, что необходимость тотальной мобилизации-индустриализации понимали почти все. А потенциальные предатели хорошо знали, что лишь независимость и безопасность страны является залогом их существования. В случае победы Германии над СССР, во-первых, собственностью завладеют немцы, а во-вторых, всех коммунистов поставят к стенке. Поэтому, хочешь — не хочешь, а приходилось тянуть лямку и откладывать реализацию своих планов на будущее. Хотя по некоторым косвенным данным можно судить, что кое-кто из особо нетерпеливых ждать всё равно не захотел. Вот их то и поставили к стенке, но уже не немцы. Однако, повторюсь, абсолютное большинство представителей элиты на «перестройку» в тридцатые годы не решилось. Кроме того, значительная часть элиты все-таки была сравнительно аскетичной, поскольку вышла из низов, многие мечтали о мировой революции и о построении коммунизма рассуждали всерьез. То есть это была «молодая элита», не обросшая жирком, ещё не растратившая мессианский запал. Таким образом, противоречие между властью и собственностью не стало фатальным в сталинский период СССР.

Индустриализация, коллективизация, война и послевоенное восстановление закончились. Атомная бомба изобретена, и ее производство поставлено на поток. Последний момент имеет ключевое значение, поскольку этот факт если и не гарантировал, то, по меньшей мере, резко повышал уровень безопасности Советского Союза. Уже тогда глобальная война приводила к столь тяжёлым потерям для любой из сверхдержав, что сама война становилась бессмысленной. И хотя США имели тогда значительный перевес в количестве ядерных зарядов, всё равно американцы напасть не решились. В итоге, сталинизм, ставший синонимом мобилизации, свою историческую задачу выполнил и стал элите не нужен. Сам Сталин умер, а возможно, был убит именно элитой. Жесткий контроль над элитой ослабел.

СССР развивался довольно динамично и богател. Если раньше практически все ресурсы страны шли на обеспечение обороноспособности, то теперь появилась возможность значительно повысить уровень комфорта населения. То есть людям позволили тратить на себя гораздо больше ресурсов, чем раньше. Но это означало, что рос реальный вес тех, кто эти ресурсы распределял, ведь кто распоряжается ресурсами, тот неизбежно получает власть. Они стали посредниками между высшей официальной властью и остальным народом. Я говорю о работниках торговли и сферы услуг. Очень быстро эти люди превратились в очень влиятельную и богатую социальную группу. В недрах этой группы также зародилась мысль о том, что хотя управлять магазином выгодно, но всё же владеть магазином на правах частного собственники гораздо приятнее, по тем же самым причинам, о которых говорилось выше. Возникло совпадение интересов у очень влиятельных групп. Не стоит забывать, что партийная элита и торговая прослойка тесно переплетались.

В тех областях экономики, в которых объективно затруднен контроль (например, в сельском хозяйстве), возникали неучтенные товары (продукты), которые потом реализовывались через государственные торговые сети и колхозные рынки. То есть шло развитие параллельной экономики. Криминальным промышленникам — цеховикам и торговой мафии необходимо было прикрытие, поэтому они искали способы коррумпировать партноменклатуру, сначала низшего звена. Теневая власть постепенно расширяла свое влияние. Не следует думать, что этот процесс шел гладко, и не было никаких сил, которые бы ему сопротивлялись. В руководстве страны долгое время в целом доминировали государственники, но они постепенно сдавали позиции. Им на смену приходили новые люди, уже вкусившие комфорта и безопасной спокойной жизни. Их «иммунитет» к роскоши, к желанию обладать частной собственностью был слабее. Следует также отметить, что своим положением в обществе была недовольна и небольшая часть интеллигенции. Несмотря на её сравнительную малочисленность, она обладала нравственным авторитетом и влиянием. Факторы, перечисленные выше, сложились, и возник эффект резонанса. А защитные механизмы системы ослабели. Мессианский запал, о котором говорилось выше, постепенно сошел на нет. Революционная героика, подъем тридцатых, победы сороковых стали вызывать у многих представителей новых поколений сначала недоумение, непонимание, а потом и презрение. В значительной степени это объясняется демографическими потерями. Хорошо известен принцип: «в первую очередь погибают лучшие». Смелый уходит добровольцем на фронт и погибает. Герой-летчик идет на таран и разбивается. Самоотверженный отдаст последний кусок голодающим, а сам умрет от голода. Напротив, трус и приспособленец сделает всё возможное, чтобы остаться в тылу и подкормиться, он уклонится от тяжелого труда, сохранит здоровье. Он выживет, он оставить потомство, он воспитает детей в своём духе, он передаст им свою модель поведения. Массовый героизм — это ведь и массовая гибель лучших представителей нации. А первая половина XX века это почти непрерывный демографический надрыв. Мы потеряли значительную часть цвета нации, при этом расплодились те, которых принято называть обывателями. То есть вероятность появления контрэлиты, которая бы исповедовала великодержавные, государственнические идеалы, резко снизилась.

Промежуточный итог рассуждений: уже в хрущевские времена часть партэлиты взяла курс на изменение советского строя. Их поддержала теневая власть. Их цель — превратиться из управленцев во владельцев государственной собственности.

Итак, в недрах власти, в широком смысле этого слова, начал складываться проект кардинального изменения советской системы. Но реализовать такой проект трудно. Главная опасность в том, что народ, возглавляемый патриотичной частью элиты или контрэлитой, сметёт антисоветскую элиту. Как же быть? Надо сделать так, чтобы, во-первых, не появилась новая просоветская кон трэлита, а во-вторых, надо, чтобы и массы захотели отказаться от советского строя. Как раз с шестидесятых годов начался процесс искусственного нагнетания недовольства у различных социальных групп. Важной цель предателей было сделать интеллигенцию антисоветской. Для этого интеллигенции был демонстративно нанесен ряд оскорблений. Интеллигенцию стали маргинализовывать, снижать ее статус. Известно, что при Сталине интеллигенция пользовалась высочайшим престижем, уважением и обладала значительно более высоки уровнем жизни, чем большинство населения. Именно из этого слоя могла появиться контрэлита и новая опора Советскому государству. Поэтому антисоветская элита в спешном порядке применяет к интеллигенции принципы уравниловки, насильно гонит интеллигенцию на «картошку и овощебазу», плодит огромное количество псевдоинтеллигентов, открывает для них множество рабочих мест, на которых интеллектуальная деятельность лишь имитируется, и так далее. Так возникает группа нищих, недовольных жизнью людей, обладающих амбициями и претензией на статус интеллектуальной элиты общества, в которых истинная созидающая интеллигенция растворяется. Они вызывают презрение у остального народа, их справедливо считают паразитами, но такое отношение переносится и на истинную интеллектуальную элиту, которая постепенно проникается ненавистью к власти и к системе. Данная политика прикрывается марксистскими лозунгами о передовой роли пролетариата, и тем самым блокируется сопротивление патриотической части партийной элиты, которая к тому времени одряхлела, закостенела и впала в догматизм. Кроме того, подавляются любые попытки интеллигенции объективно исследовать советское общество. Представители антисоветской элиты опасаются, что данные исследования приведут к тому, что их план будет раскрыт, а против них общество успеет выработать контрмеры. При этом всячески стимулируется деятельность псевдоученых, шарлатанов марксистского окраса. Положение осложняется тем, что официальной идеологией провозглашался марксизм, и любые попытки выйти за его рамки антисоветская элита объявляла предательством страны, а настоящих ученых подвергала травле. Поэтому в общественных науках наблюдается сначала застой, а потом и деградация. Идеологический кризис создавался искусственно. А возникший идеологический вакуум отчасти заполнялся антисоветскими произведениями искусства. Здесь мы плавно выходим на так называемый еврейский фактор. Например, в советском кинематографе, как, впрочем, и в американском, доминировали евреи. А еврейская интеллигенция в массе своей была антисоветской. Еврейский народ, народ-клан, народ-семья тяжело переживал тот факт, что Сталин жестко отодвинул его от власти, которую евреи получили в результате революции 1917 года. Они использовали инструменты пропаганды для достижения своих целей. Значительное число советских кинофильмов имело явный антисоветский подтекст. Точно такая же ситуация сложилась и в советской эстраде, которой позволялось быть легальной оппозицией. В условиях искусственно созданного идеологического вакуума это произвело разрушительный эффект. Аналогично обстояли дела в литературе, «бардовской песне» и так далее.

Сознательно создаются и не устраняются бытовые неудобства. Например, ликвидация знаменитых сталинских «коммерческих магазинов», где торговля шла с дополнительной наценкой, а потому в них отсутствовали очереди, резко усугубила дисбаланс спроса и предложения. Состояние перманентного «дефицита», то есть превышения спроса над предложением, помимо создания недовольства в обществе также было исключительно выгодно теневой власти, торговой мафии, в широком смысле этого слова. Декларируемый принцип «распределения по едокам» в реальности оборачивался принципом: «что распределяешь, то и имеешь». То есть, в первую очередь по сравнительно заниженным ценам товары приобретали сами работники торговли, и лишь то, что оставалось после них, доходило до народа. Это подхлестнуло спекуляцию, повысило реальный доход и реальную власть торгово-цеховой теневой социальной группы. Регулярно инициируются на первый взгляд нелепейшие кампании, раздражающие общество: борьба с «вещизмом», «низкопоклонничеством перед Западом» и так далее. Бредовость и неуклюжесть акций — плод сознательных действий антисоветской части партийной элиты, помноженный на зашоренность и догматизм дряхлого старшего поколения идеологов и управленцев.

Крайне отрицательную роль сыграло и то, как проводилась политика урбанизации. Слепое следование марксистским догмам привело к тому, что одним из важных критериев развития общества стала считаться степень урбанизированности страны. В итоге быстрая смена условий жизни десятков миллионов людей породила серьезнейший стресс, рост преступности, пьянства, снижение рождаемости, способствовала деградации российской глубинки, создала проблемы в сельском хозяйстве. Очевидно, что и здесь не обошлось без саботажа, косвенным свидетельством чему являлась известная программа ликвидации «неперспективных деревень». Российская глубинка стала депрессивным, вымирающим регионом, а значительный перекос в уровне жизни между городом и деревней (прежде всего, русской деревней) не устранялся. Данное обстоятельство сыграло на руку тем представителям элиты, которые вязли курс на ликвидацию социализма и сознательно подогревали антисоветские настроения в обществе.

Культивировались необоснованные «гегемонистские» претензии у рабочих, что приводило к росту социальной напряженности. Забегая вперед, скажу, что почва для шахтёрских забастовок, проведенных по сценарию лагерных бунтов, готовилась заранее. «Гегемонская» наглость и пренебрежение к остальному обществу вытекали именно из убеждения рабочих в своей избранности и исключительности. Политика «возвеличивания гегемона», неожиданно начавшаяся в семидесятых годах, когда, казалось бы, со стереотипами «пролетарской революции» было давно покончено, вновь свидетельствует о том, что уничтожение советского строя производилось по чёткому плану. Партийная номенклатура действовала предельно рационально и последовательно.

Необходимо также обратить внимание на усиление национально окрашенных местных партийных элит, рост антирусских настроений и сепаратизма в национальных окраинах. Местные элиты объективно были заинтересованы в «избавлении от Москвы», поскольку это, во-первых, повышало их социальный статус, а во-вторых, делало их полновластными хозяевами республиканской госсобственности.

Вышеупомянутые процессы всячески поддерживались геополитическими врагами СССР. Фактор холодной войны имел значительное влияние на ход событий в СССР, однако его роль второстепенна по сравнению с деятельностью тех людей, которые обладали реальной властью в Советском Союзе.

Итак, последние представители ещё сталинской партэлиты окончательно потеряли связь с реальностью уже в конце семидесятых, защитить СССР они уже не могли, напротив, они уже стали прикрытием для деятельности младшего поколения управленцев, которым уже почти полностью принадлежала власть. А к середине восьмидесятых антисоветский план был уже близок к своему завершению. Партноменклатуре оставался один шаг до того, чтобы достичь цели. И вот здесь им понадобились подставные лица. Выходить из тени они не пожелали и тем самым в очередной раз доказали, что являются умными и расчетливыми людьми.

Вот теперь, в случае чего, гнев народа обрушится на «покупателей Челси», а истинные организаторы и проводники «реформ» ускользнут. Правда, не исключено, что подставные лица на каком-то этапе обыграли своих покровителей, сбросили с себя их власть. И теперь являются не номинальными, а реальными собственниками. Это, в принципе, возможно. Но в те годы они были именно подставными лицами. В оппозиционной среде принято говорить, что реформы потерпели крах. Что сами реформаторы некомпетентны, малограмотны, не знают общества, в котором живут, невежественны, догматичны, и так далее. Эти разговоры надо немедленно прекратить. Они не соответствуют действительности и наносят ущерб оппозиционным силам. Оппозиция недоумевает: как же так, враг столь ничтожен, а раз за разом одерживает победы над нами, такими умными и толковыми. Если принять иную точку зрения, многое станет ясным. Мы имеем дело с очень сильным врагом, прекрасно осознающим, что делает, прекрасно знающим наше общество.

Таким образом, выясняется, что сначала элита отвергла социализм и только после этого стала прививать массам ненависть к советскому строю. То есть население использовалось власть имущими лишь в качестве инструмента, с помощью которого советский строй был уничтожен, а собственность перераспределена в пользу партийной номенклатуры. Действия элиты оказались столь эффективны, что народ до сих пор оказывает ей реальную поддержку. Да-да, сладкая байка оппозиции о том, что народ якобы не приемлет реформы и всячески их саботирует, не выдержала столкновения с реальностью. Хотела власть провести приватизацию? Провела. И колоссальная государственная собственность стала частной в считанные годы. Хотела власть ввести внутреннюю конвертацию рубля? Ввела. Хотела власть сделать цены свободными? Сделала. Хотела власть разрешить продавать землю? Продает! По большому счету, реформаторы добились абсолютно всего, чего хотели, а без огромной поддержки «простого народа» такие масштабные операции не проведешь. Я спрашиваю оппозицию: где же этот ваш «русских мужик», для которого земля — мать, и который скорее умрет, чем разрешит её продавать? Ведь вы так долго нас в этом убеждали. Увы, этот мужик остался на лубочных картинках. Я спрашиваю: где же этот ваш рабочий класс, который, якобы, не отдаст свой завод на разграбление мародерам? Всё там же. Когда «демократы» накачивают людей заведомой ложью, бредовыми мифами и нелепицами — то это ожидаемо и понятно. А почему оппозиция предпочитает жить в мире своих грез более десяти лет? Вот ведь интересный вопрос. Почему даже сейчас находятся оппозиционеры, искренне и на полном серьезе заявляющие, что реформы не идут? И это после того, как эти реформы увенчались просто оглушительным успехом. Говорят, что народ отказал в доверии демократам, ссылаются на провал СПС и «Яблока», и при этом не замечают феноменального успеха Путина, который был назначен Ельциным и долгое время открыто назывался его преемником. Оппозиционные аналитики думали, что это происходит из-за того, что население просто плохо осознает всю глубину кризиса, и необходимо удвоить, утроить усилия, рассказывая как голодно и холодно у нас в стране, как плохо пенсионерам, как мала стипендия у студентов, и как кругом свирепствуют болезни. Вот и бубнили, как заведенные, одно и тоже. Что ж, как не трудно догадаться, они оказались заложником марксистских догм. И вот что плохо, так это нежелание отказываться ни от ложного представления о народе, ни от собственных галлюцинаций по поводу истинной силы реформаторов. Всё представляют их и слабыми, и глупыми, и недалекими. И хотя «умные и грамотные» оппозиционеры оказываются регулярно битыми именно «слабыми и малограмотными», ума это оппозиционерам не прибавляет, знания жизни тоже. Вот это и есть тот тупик, в который сама себя загнала лево-патриотическая оппозиция и, похоже, обрекает там себя на смерть.

Пора признать очевидное: реформы увенчались полным успехом партийной номенклатуры и теневых дельцов. Все их истинные цели достигнуты. Говорить о крахе реформ — значит вводить людей в заблуждение. Никакой «эффективной рыночной экономики» никто и не собирался создавать. Часть партноменклатуры планировала перераспределить собственность в свою пользу и тотально разграбить страну. Эти цели, очевидно, достигнуты.

Если у вас сложилось стойкое впечатление, что прочитанное смахивает на теорию заговора, и вы уже готовы захлопнуть книгу, то погодите минутку.

Действительно, абсолютное большинство людей, услышав словосочетание «теория заговора», начинает снисходительно улыбаться или крутить пальцем у виска. Меньшинство поступает иначе — начинает горячиться, сыпать «конспирологическими терминами» и тем самым еще больше смешить окружающих. Налицо интересный факт: хотя теории заговора обычно считают бредом параноиков, сама тема никак не уходит из повестки дня. Так или иначе, а обсуждение подобных теорий, пусть и в форме осмеяния, идёт, не переставая, уже много лет. Причем это характерно не только для общественно-политической мысли России. Теория заговора при всей своей внешней нелепости способна порождать события, имеющие серьезное влияние на процессы мирового значения. Так, например, Дуглас Рашкофф — один из известнейших аналитиков медиа, назвал главной причиной поражения Росса Перо в американской президентской гонке-92 его веру в заговор против него той части американской элиты, которой был не выгоден приход к власти человека не принадлежавшего ни к демократической, ни к республиканской партиям. Блестяще начав предвыборную кампанию, обгоняя по рейтингу популярности Клинтона и Буша, Перо в самый разгар схватки вдруг «лёг на дно», свернул свою деятельность, мотивируя это страхом перед происками конкурентов. Между тем, миллиардера и искушенного политика Росса Перо трудно назвать параноидальным маргиналом. Когда он пришел в себя и возобновил кампанию, было уже поздно, он безнадежно отстал и наверстать упущенное не успел. Это событие стало предметом интенсивного обсуждения в американских СМИ, общий тон которых сводился к сочувственному: «вот, мол, что бывает с теми, кто верит в заговоры». Но верил ли Перо в заговор по-настоящему? Или, быть может, прикрылся отговоркой, поскольку в его цели не входила победа? Говорили, что, участвуя в гонке, Росс Перо просто хочет сделать рекламу своему бизнесу, утверждали, что настоящей его целью было отобрать голоса у Буша, так чтобы президентом стал Клинтон, а кто-то углядел в этом поступке блажь пресыщенного богача. Однако, в данном случае важно вовсе не то, что на самом деле было на уме у кандидата в президенты США, а то, что «фактор теории заговора» широко используется на самом высшем уровне, пусть даже и в виде шумового прикрытия, пусть даже и в виде отговорки. Казалось бы, если принципы, на которых строятся всевозможные теории заговора, столь нелепы, что неизменно вызывают издевательскую улыбку, то почему же теории заговора бесконечно обсуждаются?

Почему на вышучивание и окарикатуривание подобных теорий, доведение их до полного и явного абсурда тратятся значительные средства? Почему на дискредитацию тех людей, которые такие теории выдвигают, СМИ не жалеют сил? Право слово, что-то тут не так. Между прочим, когда о чем-то или вообще не говорят, или, напротив, слишком много говорят и слишком остро реагируют, то дело нечисто. Ведь чтобы заткнуть всем глотки, надо иметь, во-первых, серьезную власть, а во-вторых, серьезный мотив. И то же самое требуется, чтобы развернуть какое-нибудь масштабное долговременное обсуждение. В данном случае мы имеем дело со вторым. Само по себе отношение общества к теориям заговора очень показательно. Когда начинаешь анализировать данный феномен, то сразу выходишь на характернейшие признаки манипуляции сознанием. «Теория заговора, говорите? Ха-ха-ха». А на вопрос, что вас так рассмешило, мало кто вообще снизойдет отвечать. Подумаешь, какие глупости. То есть, диалог не складывается, отношение к проблеме вбито в голову настолько сильно, что даже не требует доказательств. Однако, если всё-таки и удается разговорить оппонента, то в большинстве случаев аргументы не будут предоставлены. Здесь имеет место внушение, то есть принятие идеи без её критического осмысления и понимания её сути. А ведь это стержень манипулятивных техник. Смотрите, если теория заговора столь нелепа, то почему же для борьбы с ней потребовалось применять манипуляцию? Расскажите всё как есть, покажите, почему такая теория неверна и абсурдна, короче, вбейте в гроб последний гвоздь и забудьте о ней. Но нет. В жизни всё происходит не так, вместо объяснения — манипуляция, вышучивание и окарикатуривание, то есть, по сути, опровержение отсутствует. Запомним этот важный момент, он нам еще понадобится.

Ну, а коль скоро в официальных СМИ о теориях заговора по существу нет ничего, то придется нам разбираться самим. Давайте сначала разберемся с тем, о чем вообще идет речь. Еще одной чертой, характерной для манипулятивных технологий, является расплывчатость определений. Отсутствие ясности в вопросе позволяет манипуляторам наклеивать ярлыки на целый спектр разнородных явлений.

Джордж Энтин, почетный профессор Пенсильванского университета, предлагает следующую трактовку сути теории заговора:

«Заговор — это противозаконные действия небольшой, работающей в тайне группы людей, вознамерившихся осуществить поворот в развитии исторических событий, например, свергнуть правительство. Теория же заговора — это попытка объяснить событие, или ряд событий, как результат заговора. Конспиративизм, как менталитет рассматривает все существенные события с позиций теорий заговора» /Дж. Энтин. «Теории заговоров и конспиративистский менталитет»/.

Интернет-энциклопедия «Википедия» дает очень похожее по сути, но уже окарикатуренное определение теории заговора:

Теория заговора — подразделение конспирологии, наиболее широко отражённое в произведениях искусства и в СМИ Сущность явления — вера в то, что существует один или несколько тщательно скрываемых заговоров «сильных мира сего»: президентов, высокопоставленных сотрудников спецслужб, богачей, глав международных организаций, религиозных иерархов, членов тайных обществ, и так далее. Обычно целью этого заговора указывается оболванивание и порабощение человечества (или, по меньшей мере, стремление участников заговора к неограниченной власти). Не следует путать с феноменом дворцовых заговоров. Существуют так называемые малые теории заговора, они дают иную, отличающуюся от официальной, трактовку лишь отдельных исторических эпизодов, называя главными действующими силами разнообразные тайные силы.

Конспирология (от англ. conspiracy — секретность, заговор) — система взглядов, течение в истории и политологии, объясняющее те или иные события как следствие заговоров тайных сил (например, тайных обществ, спецслужб, инопланетян, оккультных явлений и пр.). Начальной аксиомой конспирологии является идея о существовании тайного общества, члены которого стремятся подчинить себе весь мир и создать совершенно новый порядок, в котором они будут занимать ключевые позиции и безраздельно властвовать. При этом важно, что сам предполагаемый порядок будет не безразлично каким, а прямо противоположным тому, который имеется сейчас или который был вчера, то есть естественному. Само тайное общество состоит не просто из плохих, но обычных людей, а из особых «гениев Зла», которые при этом имеют некую фундаментальную типовую аномалию по сравнению с нормальным, «естественным» человечеством.

Давайте сначала очистим определение от явно манипулятивной чепухи, вроде «гениев Зла», «инопланетян», «оккультных сил» и т. п. После этого, зададимся вопросом, а обязательно ли действия заговорщиков должны быть незаконными, на чем настаивает Энтин? Я думаю, данное ограничение совершенно излишне и сужает объект нашего исследования.

В итоге получим, что, с точки зрения теории заговора, историческим субъектом является группа влиятельных лиц, поставивших перед собой определенную цель и добивающихся ее.

Вот скажите мне, что в данной трактовке нелепого и настолько смешного, что практически полностью блокирует любые обсуждения состоятельности теории заговора?

Никого же не удивляет факт существования лоббистской деятельности определенных влиятельных организаций. Сам термин «лоббизм» не вызывает недоверчивого хихиканья, а между тем данный термин четко соответствует сути теории заговора. Никто не ставит под сомнение возможность существования финансово-промышленных и даже преступных групп, которые приводят к власти политиков, вынужденных в дальнейшем обслуживать их интересы. Никто не удивится, услышав, что в России существуют влиятельные люди, например, крупные бизнесмены, преследующие свои групповые и личные, обычно политэкономические, интересы. То же самое и на Западе. Понятие «свой сенатор», когда речь идет о человеке, поставленном во власть какой-нибудь крупной бизнес-структурой, настолько обыденно в политическом американском лексиконе, что не вызывает никакой острой реакции.

А много ли таких влиятельных людей? Конечно же, нет, именно в силу того, что речь идет о лицах, имеющих возможность продавливать выгодные им законы и решения на высшем уровне. То есть налицо еще один важнейший элемент теории заговора — наличие узкой группы влиятельных людей.

Идём дальше. Разве хоть кто-то удивится, узнав, что практически вся экономика нашей страны контролируется очень узкой группой лиц? Да это такая банальность, что давно уже и не обсуждается. То же самое относится и к остальным странам мира, чьи ресурсы и экономика принадлежат и/или управляются буквально горсткой людей, принадлежащих к считанным финансово-промышленным кланам, многие из которых имеют долгую историю.

И таким ли уж диким является предположение, что представители упомянутых кланов способны координировать между собой свою деятельность, договариваться, проводить согласованную политику? Что нелепого в данном предположении? Известный западный журналист Ричард Конифф долгое время занимался изучением стиля жизни богатейших семей мира. Свои наблюдения он изложил в книге «Естественная история богатых». В ней автор просто рассказывает о том, что едят представители мировой элиты, во что одеваются, как отдыхают, какие отношения царят в их кругу и так далее. Конифф не пишет ни слова о теории заговора, но вот любопытная вещь: из его книги видно, что практически все представители мировой бизнес-элиты знают друг друга в лицо. Одеваются они у одних и тех же кутюрье, покупают одни и те же эксклюзивные машины у одних и тех же продавцов. В качестве развлечения посещают одни и те же закрытые клубы, отдыхают на одних и тех же курортах, то есть варятся в собственном соку. И хотя мировая элита состоит из представителей разных народов, у них общая система ценностей, своя собственная система опознавательных знаков, свой круг тем для обсуждения. По сути, мы имеем дело с особым квазинародом. Сам Конифф шутливо называет их отдельным человеческим видом. Шутки шутками, а доля правды в них есть, вот насколько сильно отличается элитная богатейшая «тусовка» от остальных людей. Надо ли объяснять, что где экономика, там и политика? Надо ли говорить, что руководители крупнейших медиаимперий являются частью элиты? То есть политические, экономически и информационные вопросы решаются узкой группой влиятельных лиц, чьи интересы тесно переплетены.

Сложив кусочки картины, мы получаем теорию заговора в чистейшем виде:

1. Существует группа влиятельных лиц в стране и, шире, в мире.

2. Данные лица имеют возможность вести успешную лоббистскую деятельность по проталкиванию выгодных им решений на высшем уровне (парламент, правительство, президент).

3. Влиятельные лица способны договариваться между собой, а значит, и проводить скоординированную политику.

Каждый пункт естественен и отнюдь не комичен, а вместе получаем «параноидальную теорию заговора», которую и обсуждать-то в приличном обществе нельзя. Получаем теорию, использование которой считается уделом психопатов, верящих в то, что цены на нефть повышают «зеленые человечки».

Давайте попробуем пойти еще дальше в наших рассуждениях. Давайте подумаем, а выгодно ли мировой элите афишировать свою деятельность? Мировая элита ведет исключительно закрытый стиль жизни. Всевозможные папарацци, конечно, исправно снабжают остальное население фотографиями «звезд», но всё это лишь поверхностная пена, журналистов не пускают туда, где вырабатываются серьезные решения. Надо уметь отличать места, где обсуждаются серьезные вопросы от всевозможных балаганных «саммитов и встреч». Всё это разновидность ток-шоу на потребу массам. Пусть смотрят по телевизору бодрые выступления политиков и слушают их бесконечное словоблудие о партнерстве, дружбе и сотрудничестве, поиске компромиссов и прочей ерунде. Не путайте говорящую голову, поставленную во власть корпорациями, с руководством корпораций. Это разные люди, и о своих встречах и переговорах они предпочитают не трубить на всех углах. Конифф приводит характернейший пример подобной «скромности»: глава издательско-информационной группы «Thompson» лорд Кеннет Томпсон, один из богатейших и влиятельнейших людей мира, почти неизвестен в своем родном городе. Его там мало кто знает в лицо. Также уместно процитировать Паршева: «…вы можете сходить на экскурсию в Конгресс США и послушать там прения, но во время заседания руководства МВФ журналистов не подпускают даже близко к зданию».

По совершенно естественным причинам властвующей элите невыгодно афишировать свою деятельность. Публично брать ответственность им ни к чему, для этого существуют говорящие головы. Правительства меняют, как перчатки, президентов избирают каждые 4 года, а финансово-промышленные кланы и их интересы существуют десятками и даже сотнями лет. Уж это кое о чем да говорит! Но простое замалчивание информации о себе — недостаточно эффективный способ оставаться серыми кардиналами. Гораздо надежнее сделать так, чтобы сама деятельность властвующей элиты, истинной, а не публичной, не становилась предметом обсуждения. А для этого нет ничего лучше, чем окарикатурить и высмеять любые попытки обычного человека увидеть в исторических событиях не слепое сочетание случайностей, не действие объективных законов, которые от человека не зависят, а волю отдельных влиятельных личностей и узких элитарных групп. Вот поэтому-то в СМИ теорию заговора и подают в столь безумном виде, со всеми этими нелепыми «масонами», опереточными «гениями зла», «всесильными агентами спецслужб» и прочими фольклорными персонажами. Да и термин «теория заговора» сам по себе достаточно карикатурен. Так и всплывают киношные и литературные образы «заговорщиков», собирающихся где-то в мрачных подземельях, предварительно скрыв лица шутовскими полумасками и договорившись использовать идиотские пароли. Разумеется, тех, кто верит в подобный бред, справедливо подозревают в психическом нездоровье.

А теперь представьте другую картину. В частном клубе собираются респектабельные люди обсудить свои дела. Поскольку бизнес, политика и пиар-вещи неразделимые, то в этом клубе можно встретить и бизнесменов, и политиков, и медиа-руководителей. Нелепо? Совершенно нет. И древние римляне, положившие в основу знаменитого римского права принцип «ищи, кому выгодно», не были дураками. В наше время данный принцип отнюдь не потерял актуальности. Можно умиляться на все эти «движения экологов», но лучше обратить внимание на то, что их за уши не оттащишь от военных объектов. Можно верить всем этим организациям по планированию семьи, но лучше обратить внимание на то, что свою пропаганду ограничения рождаемости они ведут в стране, которая и так вымирает быстрыми темпами. Можно со смехом вспоминать шумиху вокруг «Проблемы 2000», когда обывателя пугали программным сбоем, чреватым страшными катастрофами, но лучше вспомнить, как под истерический шум отлично нажились компании, получившие заказы на превентивную борьбу с этой мнимой, как показали дальнейшие события, угрозой.

Так что решайте сами, над чем вы смеетесь — над жалкими параноиками или над собой.

2.7. Спецоперация: низвержение чемпиона

Яркой иллюстрацией сказанному может служить манипулятивная спецоперация, проведенная антисоветской элитой буквально накануне «перестройки».

Вообще-то, радикальные преобразования советской системы принято связывать с именем М. С. Горбачева. Нередко началом «перестройки» называют 11 марта 1985 года, то есть дату избрания Горбачева Генеральным секретарем ЦК КПСС. В марте 2005 года в мире даже отмечали двадцатилетний юбилей начала «перестройки».

В широкий обиход прочно вошла следующая трактовка исторических событий середины 80-х. Руководителем страны стал сравнительно молодой, энергичный лидер, понимающий необходимость перемен. Получив возможность реализовать свои замыслы, он начал коренные системные преобразования вопреки воле «партократов», составлявших политическую элиту Советского Союза и стремящихся законсервировать «брежневские порядки».

Эти по обывательски наивные и поверхностные рассуждения не выдерживают никакой критики. Невероятная скорость, с которой проводились реформы, фундаментальность, глубина изменений, происходивших тогда в СССР во всех сферах жизни, и многие-многие другие факты свидетельствуют о том, что подготовка к «перестройке» началась задолго до 11 марта 1985 года.

Вспомним, какие стратегические задачи были поставлены и успешно решены «горбачевской командой».

Во-первых, нужно было разработать, принять и, главное, воплотить в жизнь пакет новых законов, полностью поменявших облик страны, которая, не будем забывать, являлась сверхдержавой, занимала первое место в мире по площади и третье по населению.

Во-вторых, для того чтобы подавить сопротивление реформам, зарождавшееся в недрах народных масс, в том числе в силовых структурах, нужно было продумать и реализовать на практике комплекс мер, включающий в себя, в том числе, грандиозную кампанию манипуляции сознанием населения.

Для того, чтобы провести столь масштабные преобразования да еще и в поистине рекордный срок, вся огромная бюрократическая советская машина должна была работать как часы, не допуская серьезных сбоев.

Короче говоря, проведение реформ являлось сложной задачей, требовавшей мобилизации значительных управленческих и прочих ресурсов. А это означает, что к середине 80-х партийная вертикаль уже в значительной степени состояла из людей, которые не только не стремились препятствовать «перестройке», но и всячески поддерживали ее. Иначе и быть не могло. Без очень широкой базы внутри партийного аппарата Горбачеву не удалось бы реализовать и сотой доли того, что он сделал. В противном случае инициативы генерального секретаря просто саботировались и повисали бы в воздухе. Если посмотреть биографии ключевых фигур «горбачевской команды», то выяснится, что эти люди занимали высокие посты еще при Брежневе, а некоторые при Хрущеве и даже Сталине (Яковлев, Алиев).

Таким образом, проведение реформ было не волевым решением Горбачева — одиночки, рискнувшим пойти против Системы и политической элиты страны, а напротив, весьма влиятельная часть советской элиты выдвинула Горбачева на историческую арену, для того чтобы он начал действовать в ее интересах.

В идейном плане «перестройка» была радикальным отрицанием всей советской эпохи, что прекрасно видно по той кампании дискредитации буквально всех достижений СССР, а также тех людей, с чьим именем были связаны эти достижения. Смешать с грязью, низвергнуть с пьедестала, испачкать их светлый, пусть даже и мифологизированный образ — вот что требовалось манипуляторам общественного мнения. Ведь очерняя и тем самым уничтожая символы успехов советского строя, они подталкивали народ к мысли отказаться и от самого строя. Станет ли человек поддерживать систему, если считает её преступной и бездарной? Конечно же, нет, что в дальнейшем подтвердилось на практике.

Облили грязью всех: Сталина, Ленина, Гагарина, Стаханова, Шолохова, Маяковского и многих-многих других. Как видим, под ударом оказались политическая, экономическая и культурная плоскости советской системы, персонификацией которых являлись перечисленные личности-образы. И совершенно очевидно, что манипуляторы не могли оставить без своего внимания такую важнейшую для народных масс сферу как спорт.

Давно замечено, что спортивные состязания являются своего рода бескровной моделью войны. Словосочетания «капитан команды», «тренерский штаб», флаги, барабаны, отличительная форма, специфическая музыка (марши), раскраска болельщиков — типичные проявления военного духа. Спорт, как и война, является силой, способной объединять миллионы людей. Поражение любимой команды способно повергнуть целый народ в уныние, напротив, крупная победа может вывести на площадь толпы совершенно незнакомых людей, которые, тем не менее, тепло пожимают друг другу руки и вместе радуются общей победе. А ведь точно такое же поведение свойственно народам, испытывающим радость победы или горечь поражения на фронтах реальной войны.

Данное свойство спорта особенно ярко проявилось в период холодной войны. Жесткое противостояние СССР-НАТО (СССР-США), не переросшее в настоящую войну по причине наличия у конфликтующих сторон ядерного оружия, воплотилось в беспрецедентное по накалу соперничество советских и западных, прежде всего американских, спортсменов. И вот здесь необходимо вспомнить о культе шахмат в СССР и его роли в идеологическом противоборстве Советского Союза и Запада.

Начнем с того, что шахматы — уникальный вид спорт, который, с одной стороны, имеет репутацию элитарного, а с другой стороны, чтобы им заниматься, не требуется дорогого оборудования. Всё что нужно — маленькая доска, знание несложных правил, и можешь играть.

В Советском Союзе правильно оценили тот невероятный культурный, интеллектуальный, идеологический, а значит, и политический потенциал, которым обладают шахматы. Советский культ шахмат не имел и до сих пор не имеет аналогов в мире. По всей стране открывались шахматные кружки, секции и школы. Проводилось множество взрослых и детских турниров, на которых присутствовали опытные мастера, разыскивающие таланты. Последовательная и четкая государственная политика быстро принесла плоды. Первый послевоенный чемпион мира — Ботвинник, за ним Смыслов, потом Таль, Петросян, Спасский — пять чемпионов мира подряд и все советские! Не только чемпионы мира, но и другие наши гроссмейстеры заняли доминирующее положение в шахматном мире. Победы следовали одна за другой, превосходство советских спортсменов было просто тотальным. За их успехами с радостью следил весь народ, ценивший шахматы и довольно неплохо в них разбиравшийся.

Ни в одном другом виде спорта СССР не обладал столь очевидным преимуществом перед другими странами. Причем превосходство было достигнуто в интеллектуальных состязаниях. Идеологический смысл шахматных побед очевиден: СССР — интеллектуальный лидер мира, что свидетельствует о прогрессивности советской системы.

Однако на Западе нашелся человек, который оказался сильнее всей советской шахматной машины. Его имя Роберт Фишер. Он был буквально хрестоматийным воплощением американской мечты. Сын эмигрантов, гений-одиночка сам пробивает себе дорогу наверх.

В отборочных соревнованиях Фишер легко обыгрывает лучших советских гроссмейстеров, затем громит Спасского и становится чемпионом мира. Идеологический смысл победы Фишера также предельно очевиден. Вот оно — торжество американского образа жизни. Для великих побед таланту не нужна нянька в виде государства, в свободной стране равных возможностей одаренные люди автоматически становятся востребованными.

После столь тяжелого удара по престижу советской шахматной школы государственники, которые все еще сохраняли позиции в элите СССР, сделали все возможное для того, чтобы шахматная корона вернулась в Советский Союз. Решить эту непростую задачу предстояло Анатолию Карпову.

Если Фишер являлся живым воплощением американской мечты, то Карпов олицетворял собой великую советскую мечту. Он родился в Златоусте, рабочем уральском городе. В детстве познал бедность и даже нужду, а путь в большой спорт начал в заводском Дворце спорта. В отличие от многих других ведущих советских шахматистов, в той или иной степени зараженных вирусом антисоветчины, Карпов подчеркивал свою лояльность системе. Его считали «своим» миллионы людей, поскольку он вел себя как типичный советский человек и разделял ценностные установки, свойственные большинству. Но вместе с тем он обладал выдающимся талантом, волей и целеустремленностью, которая позволила ему добиться всего, о чем мечтало большинство населения СССР: поездки за рубеж, слава, деньги, покровительство со стороны власти и.т.д.

Карпов обладал качествами, необходимыми для того, чтобы стать народным кумиром, и в какой-то момент стал им. Ведь что такое кумир народных масс? Как правило, это то, что массы видят себя в своих мечтах, идеализированное «Я», как говорят психологи. Руководство СССР прекрасно понимало, что Карпов подходит на эту роль, оказало ему поддержку и не ошиблось. Очень скоро молодой, подающий надежды спортсмен превратился в шахматиста невероятной силы. Обыграв целый ряд великих гроссмейстеров, в том числе экс-чемпиона мира Бориса Спасского, а в финале Виктора Корчного, он вышел на Фишера, но американец отказался отстаивать свой титул. В соответствии с международными правилами Карпова провозгласили чемпионом. Таким образом, в 1975 году на «шахматном» фронте идеологической борьбы Советский Союз восстановил статус-кво. Но вскоре опять начались неприятности, Спасский и Корчной покинули СССР, и если эмиграцию Спасского еще можно было объяснить не политическими, а житейскими причинами (его жена — француженка русского происхождения), то Корчной не вернулся с международного турнира и начал выступать с резкими антисоветскими заявлениями.

Неожиданно выяснилось, что у советской системы остался один-единственный действительно выдающийся шахматист, способный отстаивать престиж страны на самом высшем уровне — Карпов. И когда эмигрировавший Корчной выиграл отборочные соревнования, все понимали, что чемпионский матч 1978 года станет предельно идеологизированным и скандальным. Поражение Карпова за шахматной доской обернулось бы тяжелейшим поражением всего Советского Союза.

Западная пропаганда, не жалея сил и средств, создавала Корчному имидж «борца с тоталитаризмом», а советская всячески клеймила его позором. В итоге Карпов оказался в психологической ловушке. Если он побеждает, то скажут, что такой победой нельзя гордиться. Мол, за его спиной стояла вся советская система, а Корчной боролся в одиночку, тем более, что сын Корчного оставался в СССР, и в случае чего можно будет обвинить «тоталитарного монстра» в шантаже. Если же выигрывает Корчной, то обязательно скажут, что справедливость восторжествовала, и «ставленник тоталитарных сил» проиграл, несмотря ни на какие ухищрения «диктаторского режима». А уж размеры антисоветской истерии трудно было бы даже себе представить.

Карпов победил с минимальным преимуществом 6:5, а спустя три года, в следующем матче, вновь одержал верх над Корчным (6:2).

Кроме чемпионских матчей, Карпов выиграл множество сильнейших турниров и по праву стал символом незыблемости позиций СССР в спорте. А как уже говорилось выше, близился момент, когда советские символы из объектов поклонения превратят в объект онер-нения. Поэтому живая легенда, кумир миллионов, Карпов оказался жертвой изощренной и тщательно спланированной операции.

В 1984 году Карпову приходит время в третий раз отстаивать свой титул. В сознании народа он продолжает восприниматься как типичный «человек Системы», символ брежневских времен, которому покровительствует партийная власть. Как ни странно, это грубейшее заблуждение сохраняется до сих пор, хотя логика, здравый смысл и множество фактов доказывают обратное. Во главе страны находится слабый, тяжело больной Черненко и чисто внешне система выглядит такой же, какой она была последние десять лет. Конечно, все понимают, что он всего лишь номинальная фигура, но мало кто догадывается, что в недрах политической элиты уже восторжествовала линия на отказ от социализма, и полным ходом идет подготовка к «перестройке».

Антисоветской элите понадобились свои символы, им нужен новый антисоветский шахматный король, король под стать себе. И вот здесь мы выходим на личность Каспарова.

Он родился в Баку в 1963 году и уже в молодости пользовался покровительством Гейдара Алиева. Прежде чем переходить к рассмотрению первого матча 1984 года, необходимо сделать краткий экскурс в биографию Алиева. Дело в том, что без учета фактов его биографии невозможно понять, какую роль он сыграл в скандальном и крайне политизированном противостоянии Карпов-Каспаров.

В 60-е года Алиев занимал ряд важнейших постов в «силовом блоке» руководства Азербайджанской ССР — в 1964 году заместитель председателя, а в 1967 году — председатель Комитета государственной безопасности при Совете Министров Азербайджанской ССР. С июля 1969 года Алиев — первый секретарь ЦК Компартии Азербайджана. Когда генеральным секретарем ЦК КПСС становится Андропов, ранее занимавший пост председатель КГБ, в гору резко идет и Алиев, с 1982 года он член Политбюро ЦК КПСС и первый заместитель Председателя Совета Министров СССР. Если учесть, что формальный начальник Алиева Тихонов уже тогда находился в очень почтенном возрасте, то становится ясно, что де-факто Председателем Совета Министров СССР был в те годы именно Алиев.

Так вот, он создал Каспарову все условия для шахматного роста и очень быстро молодой талант окреп и превратился в одного из сильнейших гроссмейстеров СССР. В отличие от Карпова, подчеркнуто лояльного системе, налёт «диссидентства» чувствовался в поведении Каспарова уже в начале 80-х. Разумеется, тогда он не делал действительно резких антисоветских заявлений, еще не пришло время, однако и не слишком скрывал своего скептического отношения к застойным советским порядкам. А в 1983 году произошло событие, которое создало Каспарову имидж жертвы «маразматической советской системы».

В полуфинал отборочных соревнований, победитель которых получал право на матч с Карповым, вышли Каспаров-Корчной, Рибли-Смыслов, и оба матча сорвались по вине советских чиновников. Начались обывательские разговоры о том, что подлые партийные чинуши, опасаясь за своего любимчика Карпова, решили устранить его главного конкурента — Каспарова. Однако уже после того, как Каспарову и Смыслову засчитали поражение, Москва приносит официальные извинения международной шахматной организации (ФИДЕ), выплачивает штраф и просит всё же провести полуфинальные матчи. ФИДЕ идет на встречу СССР, Корчной, несмотря на всю свою ненависть к Советскому Союзу, также соглашается играть с Каспаровым.

История с отменой, а потом и «реанимацией» тех матчей крайне запутанная и темная. Существуют свидетельства того, что матчи спас ни кто иной как Алиев, однако что произошло на самом деле, выяснить непросто. Очевидно лишь то, что шахматисты стали жертвами аппаратных и политических интриг.

Как бы то ни было, Каспаров обзаводится репутацией «жертвы советского режима» и в этом качестве идеально подходит на роль антисоветского шахматного короля. А Карпов просто обречен оказаться в той же самой психологической ловушке, в которой он уже неоднократно бывал, когда боролся с Корчным. «Любимчик власти» против «жертвы режима». Если побеждает Карпов, то скажут, что победу ему обеспечила поддержка всей советской системы. А если же Карпов проигрывает, то это будет для него страшным позором. Мол, даже всей мощи советской власти ему не хватило. Обязательно скажут, что справедливость восторжествовала, и никакие подлые интриги партократов не смогли помешать Каспарову — честному, талантливому человеку — стать чемпионом мира.

И вот наступает 1984 год. Матч Карпов-Каспаров проводится до шести побед, ничьи не учитываются. После девяти партий счет 4:0 в пользу Карпова. Потом последовала долгая серия ничьих, но в 27-й партии вновь победу празднует Карпов — 5:0! Форменный разгром. Каспарову удается размочить счет только в 32-й партии. 5:1. Вновь ничья следует за ничьей. Матч длится уже несколько месяцев, счет не меняется, до общей победы Карпову не хватает одного шага, но победа никак не дается. Каспаров, несмотря на все свои усилия, также не может сократить разрыв. И вот Каспаров выигрывает две партии подряд, 47-ю и 48-ю. Счет 5:3.

Дальше началась цепь странных событий, которые до сих пор не получили логически непротиворечивого объяснения.

В Москву приезжает президент ФИДЕ Кампоманес и 15 февраля 1985 года на пресс-конференции в московской гостинице «Спорт» объявляет о прекращении матча «без объявления победителя», мотивируя свое решение усталостью спортсменов.

Самая распространенная версия тех событий звучит так: прогнивший коммунистический режим бросился спасать своего ставленника — Карпова в тот момент, когда выяснилось, что его физическое состояние более не позволяет ему играть на высоком уровне, а значит, он обречен на поражение. Каспарова незаконно лишили реальной возможности стать чемпионом мира.

Давайте проанализируем данную трактовку. Как уже было сказано, в то время в руководстве СССР доминировали антисоветские силы. Тогда кто и зачем мог остановить матч, чтобы «спасти Карпова от неминуемого поражения»? В своей книге «Два матча» Каспаров пишет, что 14 февраля 1985 года Кампоманес показал ему письмо, подписанное председателем шахматной федерации СССР В. Севастьяновым, в котором говорилось, что шахматная федерация обеспокоена крайней усталостью обоих участников и просит о трехмесячном перерыве. Так значит, Карпову решили помочь чиновники из Госкомспорта СССР? Нелепость. Покровителелем Каспарова был сам Алиев — фигура куда более влиятельная, чем любой представитель спортивных структур. Кто же тогда мог пойти наперекор его воле и лишить Каспарова шанса стать чемпионом мира? В чьей власти было заставить филиппинца Кампоманеса приехать в Москву, чтобы «помочь Карпову»? На эти вопросы нет вразумительного ответа в рамках изложенной версии.

Обратимся к фактам, о которых пишет Каспаров в своей книге «Два матча»:

1. 14 февраля Каспаров встречается с Кампоманесом и узнает от него о письменной просьбе шахматной федерации СССР сделать в матче трехмесячный перерыв.

2.15 февраля на пресс-конференции Кампоманес заявляет о том, что матч аннулируется и новый матч начнется со счета 0:0. Карпов выражает несогласие с решением президента ФИДЕ. Каспаров также подтверждает свою готовность продолжать матч.

3. Объявляется перерыв на полтора часа, после которого Карпов подписывается под решением Кампоманеса. Каспаров отказывается.

4. 19 февраля Карпов пишет открытое письмо Кампоманесу, в котором требует продолжить матч.

Согласитесь, перед нами несусветная путаница. Если Карпов действительно заинтересован в отмене матча, то зачем же он требует его возобновить? Быть может, всё дело в тонком расчете, а письмо написано для отвода глаз? То есть Карпов знает, что матч в любом случае не возобновят и для сохранения лица пишет письмо, которое Кампоманес не воспримет всерьез? Дальнейшие события дадут четкий ответ на этот вопрос. Смотрим, что было дальше.

Карпов направил свое письмо в центральный информационный орган СССР — «ТАСС» и в иностранное агентство «Рейтер» так, чтобы не только в Советском Союзе, но и во всем мире узнали его позицию. Причем Карпов, выступая в информационной программе «Время», упомянул о письме. Вскоре весь мир читал письмо Карпова, а жители СССР — нет! Иностранное агентство распространило письмо советского чемпиона, а советское агентство «ТАСС» — нет! Только верховная власть могла приказывать центральному информационному органу Советского Союза. Только вмешательство высших правителей СССР могло вынудить руководство «ТАСС» не обнародовать письмо Карпова. Можно ли после этого говорить, что правители СССР поддерживали Карпова и остановили матч в его интересах? Очевидно — нет. История с письмом свидетельствует о противоположном.

Но власть партаппарата не распространялась на зарубежное агентство, и в мире знали, что Карпов требует возобновить матч. Весь мир знал, что Каспаров не согласился с решением об отмене матча, теперь весь мир (кроме рядовых жителей СССР) узнал, что и Карпова оно не устраивает. Кампоманес оказался в очень непростом положении, ведь если оба шахматиста готовы играть, если оба считают, что отмена матча нарушает их права, то в глазах общественности он и только он окажется виновен в срыве чемпионата мира.

А что же Каспаров? До этого момента его действия выглядели последовательными. На пресс-конференции Кампоманеса он заявил, что не согласен с отменой матча, чуть позже он отказался подписывать соответствующее соглашение, которое Карпов подписал. И вот Карпов отказался от своей подписи, а значит, появилась реальнейшая возможность добиться продолжения соревнования. Казалось бы, вот сейчас Каспаров начнет проявлять активность, однако именно в этот момент он вдруг стал вести себя тише воды ниже травы. Мало того, Кампоманесу пришлось прибегнуть к ультиматуму, чтобы разыскать Каспарова. Кампоманес заявил, что если Каспаров не выскажет своего отношения к сложившейся ситуации, то Кампоманес расценит его молчание как согласие с любым решением, которое Кампоманес примет с учетом письма Карпова. Тут же руководитель делегации Каспарова направил Кампоманесу телеграмму о том, что Каспаров удовлетворен решением, принятым в Москве (об отмене матча) и уже готовится к переигровке.

Итак, Каспаров, утверждавший на пресс-конференции в Москве, что не согласен с Кампоманесом, не только не воспользовался изменившейся ситуацией, для того чтобы отстоять свои права, но после письма Карпова поддержал именно то решение, с которым ранее не согласился! Если на первой конференции 15 февраля 1985 года Карпов согласился с отменой матча, а Каспаров — нет, то спустя совсем немного времени Карпов выразил протест, а Каспаров поддержал Кампоманеса.

Последовала еще одна пресс-конференция президента ФИДЕ, на Филиппинах. Окончательное решение: результат матча аннулирован, новый матч начнется со счета 0:0.

Итак, мы рассмотрели версию о том, что матч остановили под давлением руководства СССР, и это было сделано в интересах фаворита партаппарата (Карпова), поскольку Карпов после нескольких месяцев изнурительной борьбы оказался измотанным и больше не мог оказывать серьезное сопротивление Каспарову. Тем самым у Каспарова отняли возможность стать чемпионом мира.

Анализ данной версии показывает, что она противоречива и не объясняет целый ряд фактов, имеющих прямое отношение к рассматриваемым событиям. Таким образом, необходимо признать эту версию несостоятельной. Что же произошло на самом деле? Первые же партии показали значительное превосходство Карпова. Живая легенда советского спорта не просто побеждает, а буквально громит того, кто по замыслу партэлиты должен стать символом перемен, «свежим ветром в затхлой атмосфере застоя». Перед покровителями Каспарова возникает трудная задача. Каспарова надо спасти от поражения, но при этом обеспечить ему «алиби», сделать так, чтобы никто не догадался, что система на его стороне. В противном случае рушится тщательно подготавливаемый миф об одиночке, «бросившем вызов прогнившему коммунистическому режиму». Какой уж тут вызов, если «прогнивший режим» всемерно способствует Каспарову?

Остановить матч при счете 4:0 и, тем более, при счете 5:0 в пользу Карпова невозможно, всем сразу станет ясно, на чьей стороне, на самом деле, находится система. Покровителям Каспарова ничего не остается, как ждать и надеяться, что их протеже сможет выиграть хотя бы несколько партий. Тогда можно будет создать видимость перелома в ходе матча и представить дело так, будто бы испугавшийся Карпов пытается уйти от поражения, действуя неспортивными методами.

Хотя Каспаров смог избежать разгрома (счет 5:3), от которого находился буквально в шаге, главная цель — стать чемпионом мира — всё равно трудно достижима. Покровители Каспарова понимают, что медлить больше нельзя. С одной стороны, Каспаров выиграл две партии подряд, значит, видимость перелома в ходе матча обеспечена, а с другой — Карпову достаточно выиграть всего одну партию, и он чемпион. По указанию руководителей СССР советская шахматная федерация обращается к президенту ФИДЕ Кампоманесу с письменной просьбой сделать перерыв в матче. Каспаров в курсе задуманного плана, его роль заключается в том, чтобы демонстрировать на публике свое несогласие с приостановкой, а позже и с отменой матча.

15 февраля Кампоманес на пресс-конференции в Москве заявляет о своем решении остановить матч и провести новый, который начнется со счета 0:0. На пресс-конференции Каспаров действует по плану и выражает протест. Но и Карпов также не согласен с решением Кампоманеса. Объявляется перерыв, идут консультации, после чего Карпов подписывается под решением Кампоманеса. Каспаров отказывается.

19 февраля Карпов пишет открытое письмо Кампоманесу, в котором требует возобновить матч, тем самым, отменяя свое предыдущее решение. Весь мир узнает, что не только Каспаров, но и Карпов готов играть. План антисоветской элиты оказывается под угрозой срыва. Однако главная цель манипулятивной операции заключалась в том, чтобы дискредитировать Карпова в глазах граждан СССР, а здесь у руководства страны имелись все возможности воспрепятствовать распространению неудобной для них информации. По приказу властей «ТАСС» отказывается обнародовать письмо Карпова. Внутри Советского Союза все знают, что Карпов подписал какие-то бумаги, в соответствии с которыми матч отменили, Каспаров подпись не поставил, а значит он — жертва. Общественное мнение начинает склоняться в пользу Каспарова.

Но при этом рядовой житель СССР не ведает о том, что Карпов спустя несколько дней после московской конференции отказался от своей подписи, тем самым, предоставив Каспарову реальную возможность настоять на возобновлении матча. Не знают и о том, что Каспаров именно в этот момент начал уклоняться от переговоров с Кампоманесом, а, в конце концов, руководитель каспаровской делегации направил президенту ФИДЕ телеграмму, в которой сообщалось, что Каспаров согласился с решением Кампоманеса отменить матч и уже начал подготовку к переигровке.

Без учета этих важнейших фактов действительно может сложиться впечатление, что система спасала Карпова и грубо нарушила права Каспарова. Вот так план антисоветской элиты увенчался успехом.

Следующий матч начался со счета 0:0, когда «перестройка» уже шла полным ходом, и Карпова взялись травить уже в открытую. Каспаров выглядел как моральный победитель, а репутация Карпова оказалась подорванной. В глазах многих людей он предстал в виде закулисного интригана, воспользовавшегося своими номенклатурными связями, поскольку понял, что не сможет победить Каспарова в честной борьбе. Мало того, у Карпова отняли то значительное преимущество в два очка, притом, что для победы в матче ему оставалось выиграть лишь одну партию.

Помимо важного психологического преимущества Каспаров получил несколько месяцев для осмысления того уникального опыта, который он приобрел в матче с чемпионом мира Карповым. Карпов, легко выиграв четыре партии из первых девяти, выявил целый ряд слабостей в игре Каспарова, и тому как воздух был необходим тайм-аут для устранения вопиющих недостатков своего стиля.

Однако, даже находясь в столь невыгодном положении, Карпов и во втором матче долго вел в счете, а развязка наступила лишь в последней партии. Карпов проиграл ее, а вместе с ней и матч. Антисоветская элита получила антисоветского чемпиона.

После того, как сравнительно недавно по территории СНГ прокатилась целая серия «оранжевых революций», события 1984–1985 года воспринимаются по-иному. Нетрудно заметить, что успех Каспарова тогда и победа «оранжевых» сейчас основываются на принципиально идентичной схеме.

Выборы на Украине

Итог:

49,46 % голосов избирателей за Януковича

46,61 % — за Ющенко

Первый матч. Карпов-Каспаров

Итог:

5 побед у Карпова

3 победы у Каспарова

Результаты выборов аннулируются

Результат матча аннулируется

Назначаются перевыборы на фоне обвинений Януковича в фальсификациях, использовании административного ресурса

Назначается переигровка на фоне обвинений Карпова в неспортивных методах ведения борьбы, использовании административного ресурса.

Победа Ющенко на перевыборах Победа Каспарова при переигровке.

Позиционирование победы Ющенко как победы демократических сил, олицетворяющих свободу, над представителем прогнившей номенклатурной власти Позиционирование победы Каспарова как победы демократических сил, олицетворяющих свободу, над представителем прогнившей номенклатурной власти

Воистину, шахматы — уникальная игра, сплав спорта, науки, искусства и большой политики, в том числе, окрашенной в «оранжевые тона».

2.8 Продолжаем изучать элиту

Социализм — это недоучет и недоконтроль.

Давайте теперь вспомним, что происходило в период распада советской системы и государства. В то время в обществе шли ожесточенные дебаты по множеству вопросов. Абсолютно все, незыблемые ранее, символы и принципы подвергались беспощадной, в значительной степени недобросовестной, критике и осмеянию. Вопрос «что лучше, капитализм или социализм» однозначно решался в пользу капитализма. Если вдуматься, то новые лозунги дня вроде «социализма с человеческим лицом», «обновленные принципы социализма», «возврат к заветам Ленина» были ничем иным, как эвфемизмами слова «капитализм». В самом деле, вспоминая Ленина, упор делали на рыночности НЭПа и конвертируемости червонца, под «человеческим лицом» подразумевались колбасные прилавки «как на Западе», а «обновленные принципы» были именно принципами демократии западных капиталистических государств. В конечном счете, весь антисоветский шум сводился к четырём словам: «хотим, как на Западе». Отсюда вытекали и частные желания: «хотим, чтобы в магазинах было только импортное», «хотим, чтобы без очереди», «хотим сами выбирать себе правителей», и так далее. Уровень этих общественных дебатов был невысок. Обычно аргументы сторонников капитализма не шли дальше пресловутых «100 сортов колбасы», но гораздо хуже обстояли дела у тех немногих, кто пытались защищать советский строй. Это и не удивительно, если учесть, что сама «советская власть» перешла на сторону геополитического врага и развернула пропагандистскую кампанию по дискредитации советского строя. Сторонники социализма не имели никакой теоретической базы для организации идеологического отпора, вчерашние «пламенные марксисты» стройными колоннами переходили на сторону противника, критикуя социализм именно так, как когда-то они сами критиковали западные страны. Попытки защитить социализм, используя аргументы от морали, были обречены на провал. На детский лепет, вроде «социализм — это справедливость, а капитализм — это власть денег», следовал железобетонный ответ: «знаем мы вашу справедливость, торгаш сидит на дефиците, а мы за элементарными вещами должны в очереди по три часа стоять, и ведь не факт, что достанется». И на это возразить было нечего. А уж сравнивать экономическую эффективность социализма и капитализма сторонники советского строя даже и не пытались. Тут им ставили мат в один ход, опять же показывая пальцем в длинные очереди за мылом, сахаром и табаком.

Потребовались годы, прежде чем просоветски настроенные люди хоть немного очухались и начали приводить мало-мальски здравые контраргументы. В этом смысле огромную ценность представляла и представляет деятельность С. Кара-Мурзы. Именно он одним из первых стал создавать просоветскую теоретическую базу, на основе которой можно было успешно вести спор с антисоветчиками. Попутно были разоблачены основные «черные» мифы «перестройки»: дефицит, колбасный рай Запада, стомиллионные жертвы репрессий и прочее. И если на излете восьмидесятых фраза «преимущества социалистической экономики» неизменно вызывала смех, то Кара-Мурзе удалось вдохнуть новую жизнь в тот старый, казалось бы, начисто проигранный «совками» спор. В его статьях и книгах объяснялась глубинная суть социалистической экономики как экономики, в которой подсистемы не конкурируют между собой, а напротив, складывают усилия и свои ресурсы в единое целое для достижения общей цели — удовлетворения потребностей населения. Возникающий при этом кооперативный эффект способен давать потрясающий результат. Напротив, принцип максимизации прибыли, на котором построена экономика капиталистических стран, ведет к перерасходу и распылению средств. Так, например, коммерческая компания вынуждена тратить значительные ресурсы на то, чтобы заставить покупателя поверить, что именно их товар — самый лучший. А ведь эти средства могли бы быть потрачены на расширение производства, на создание новых, более качественных и нужных людям вещей. Между тем, очевидно, что коммерческие предприятия лишь до определенного предела заинтересованы в создании долговечной продукции. Принцип максимизации прибыли приводит к тому, что выгоднее производить товар похуже (до определенного предела, разумеется), с тем, чтобы потребителям приходилось менять его чаще. Даже врачам порой невыгодно вылечивать пациента, ведь человек платит за услуги доктора, лишь пока болен.

Далее, при конкуренции не может быть и речи о бесплатном распространении технологий и ценного опыта, напротив, развит коммерческий шпионаж, ведение которого также стоит больших денег. Конкурентов нередко устраняют и силовым путем, а также путем подкупа чиновников, которые могут лишить лицензии или замучить проверками.

А теперь рассмотрим принцип удовлетворения потребностей населения, на основе которого строилась социалистическая экономика. Реклама в обществе «рыночного типа» создает потребности, а потом за деньги потребителя их удовлетворяет. А советская экономика семейного типа (по Кара-Мурзе) стремится не создавать новые потребности, а удовлетворять уже имеющиеся. При этом усилия складываются для достижения общей задачи. Очевидно, что запрет частной собственности — это необходимое условие для функционирования экономики, основанной на принципе удовлетворения потребностей, а не максимизации прибыли. Стоит допустить частную собственность даже на уровне малого предпринимательства, на уровне ресторанов-прачечных, так тут же начнётся конкурентная борьба со всеми вытекающими последствиями. Мы же понимаем, что бизнесмен открывает ресторан не для того, чтобы кормить голодных, не для того, чтобы удовлетворять их потребность в питании, а для того, чтобы заработать денег. Именно поэтому последовательная приверженность принципу удовлетворения потребностей логически предопределяет полное огосударствление экономики, которая призвана служить народу, решая общие задачи, стоящие перед обществом. Но тут сразу возникает совершенно естественная проблема: какую задачу считать общей? Общество — не монолит, в нем действуют различные социальные группы, потребности которых не просто различны, а нередко прямо противоположны. Так чьи интересы, чьи потребности надо учитывать? Более того, необходимо заглядывать и в будущее, ведь народ — это не только живущие ныне. Есть и другие аналогичные вопросы и проблемы. Кто и как определяет, какие потребности надо удовлетворять в первую очередь? Как вообще выявить потребности населения? В рыночной экономике прибыль является индикатором удовлетворения потребности, а как быть в случае, когда погоня за прибылью отсутствует или, скажем так, пренебрежимо мала? Даже в отношении базовых потребностей разные части общества не могут прийти к единому мнению. Например, является ли базовой потребностью потребность в отдыхе? Все согласятся, что, да, эта потребность базовая. А вот как организовать отдых? Здесь уже единого мнения нет и быть не может, зато открывается огромный простор для лицемерия, двойной морали, лживого святошества и тупоумия. И происходит это потому, что решение о «нужных» и «ненужных» потребностях принимает государство, а государство в данном случае — это конкретный человек, правитель и чиновник. И, разумеется, себя они «не обидят», они построят систему так, чтобы их потребности удовлетворялись, а дальше начинает работать остаточный принцип. Кроме того, потребности человека разнообразны и отнюдь не исчерпываются пищей, жильём, одеждой. Негибкий директивно-плановый подход проблему удовлетворения более тонких потребностей не решит.

Зафиксируем для себя важную мысль о том, что из принципа удовлетворения потребностей вытекает тотальное огосударствление, а частная собственность, напротив, неразрывно связана с принципом максимизации прибыли. Характерно, что рыночные реформы в Китае, разрешение там частной собственности, начались с известного лозунга «Обогащайтесь!». Не «удовлетворяйте потребности населения», а «обогащайтесь», то есть получайте прибыль и побольше. Огосударствление, в свою очередь, ведет к серьёзному противоречию между и пастью и собственностью. Об этом уже говорилось в предыдущей главе, но к этому вопросу необходимо вернуться вновь, поскольку некоторые вещи требуют более развернутого объяснения.

Противостояние собственника (хозяина) и наёмного менеджера (управляющего) старо, как мир. Во многих случаях хозяин предприятия не имеет возможности лично руководить им и вынужден нанимать управленца. Так вот, во все времена, при любых экономических системах, правителях, во всех странах, наемные менеджеры обкрадывали тех, кто их нанял. Найти надежного управляющего, которому можно доверить свою собственность, всегда было головной болью для хозяев. В самом деле, собственник сам у себя не будет воровать своё предприятие, это логический нонсенс. А вот про наёмного менеджера такого не скажешь, ведь это же человек со стороны. У него есть мотив, ему выгодно присвоить себе чужие активы предприятия, выгодно довести завод до банкротства, получив, значительную взятку от конкурентов и так далее. Однако на страже интересов собственника стоит государство, и оно жестоко карает тех менеджеров, которых поймали на различных махинациях. Это является сдерживающим фактором. А там, где государство не справляется со своими обязанностями, идёт бесконечный криминальный передел. Сравнительно недавно, после принятия нового закона о банкротстве, десятки тысяч успешно работающих заводов были доведены до банкротства и разворованы внешними управляющими. Схема заказного банкротства была проста: закон позволял кредитору запускать механизм банкротства должника практически по любому поводу. Нередко основанием для запуска процедуры был долг в несколько десятков тысяч долларов, причем прибыль предприятия исчислялась миллионами долларов в год. После начала процедуры на банкротившийся завод назначался внешний управляющий, который должен был распоряжаться имуществом предприятия на период действия процедуры банкротства. Нетрудно догадаться, что этим управляющим был «человек кредитора», и уж совсем легко догадаться, в чьих интересах он управлял. Дошло до того, что даже глава Федеральной службы по финансовому оздоровлению и банкротству Татьяна Трефилова признала, что в России в 2001 году рассматривалось сто тысяч дел о банкротстве, из них не менее трети — заказные!

В развитых капиталистических странах эта проблема также существует, но её масштаб не настолько велик, чтобы быть угрозой для социальной группы крупных собственников (властной элиты) и для экономики в целом. Кроме того, и это тоже важный момент, основные собственники предприятий нередко позволяют наёмному менеджеру стать акционером, стать «младшим», второстепенным, но всё-таки собственником. То есть работают два механизма: угроза наказания за преступление и материальная заинтересованность. Подобное, пусть и в меньшей мере, могло быть сделано и в СССР.

А вот давайте теперь посмотрим, что получается, когда экономика полностью огосударствлена. В этом случае представители правящей элиты, с одной стороны, являются в чистом виде наёмными менеджерами, которым управляемые предприятия не принадлежат, а с другой стороны, они сами являются государственной властью и поэтому не боятся наказания со стороны государства за свои преступления. То есть, ни один из двух рассмотренных выше механизмов контроля менеджеров не работает! А что в таких случаях делает бесконтрольный управленец? Всё как обычно, всё как всегда: разворовывает предприятие, за взятку передает секретные технологии конкурентам или полностью уничтожает производство. Эти процессы мы имели «счастье» воочию наблюдать последние годы в самом явном и концентрированном виде. А иначе и быть не могло. Никакие спецслужбы, никакой НКВД, и уж тем более КГБ, в долгосрочной перспективе проблему решить не могут, поскольку спецслужбы подчиняются руководству страны, а само это руководство и является тем вором-менеджером. Разумеется, не все менеджеры — воры, и даже не большинство. Именно поэтому экономика СССР не была разграблена в первые же годы существования, но рано или поздно, а скорее рано, чем поздно, найдется «вороватый коллективный менеджер» и, взяв спецслужбы в долю, угробит страну.

Чтобы этого не произошло, менеджеру должно быть, что терять. Либо свободу, либо деньги, иначе банкротство предприятия — лишь вопрос времени. В отношении советского руководства первое отпадало: ни один руководитель страны в тюрьму не сел и сесть не мог, хотя оснований для возбуждения уголовного дела явно хватало. В некотором смысле исключением из правил является сталинский период истории СССР, и обычно это приводят в качестве контраргумента. Говорят, что в те годы представителей элиты не только сажали в тюрьму, но ещё и расстреливали. Однако, эти рассуждения несерьезны. Такие люди, как Сталин, способные держать элиту в узде, рождаются крайне редко, и таких, как он, элита стремится убрать. Есть серьезные основания полагать, что Сталин был убит своим же ближайшим окружением. А что произошло дальше? А дальше наши «эффективные менеджеры» облегченно вздохнули, нашли общий язык с не менее «эффективными менеджерами» из спецслужб, и страна быстро покатилась к 1991 году. И это неизбежно, вот так оно и будет, человеческая природа такова. Человек боится кнута и очень любит пряник. Поэтому элиту необходимо было сделать «акционером», то есть использовать стандартный способ борьбы с воровством менеджеров. Но это означало бы как минимум частичную легализацию частной собственности и принципа максимизации прибыли.

Для многих людей эта мысль невыносима, поэтому они изо всех сил стараются найти иные способы контроля над элитой. Так в широкий обиход вошла идея о суде народа. Суть её в следующем: после того, как срок правления руководителя государства истекает, проводится референдум, на котором народ оценивает его деятельность. При этом вопрос, вынесенный на референдум может формулироваться, например, так: «Улучшилась или ухудшилась Ваша жизнь в результате правления данного руководителя?» Если период правления президента страны оценен отрицательно, то его сажают в тюрьму на тот срок, в течение которого он правил. Если положительно, то этот человек получает награду.

Честно говоря, я не представляю, насколько наивными должны быть те, кто всерьез верит, что таким вот образом народ сможет контролировать элиту. Элита обладает огромным набором инструментов, позволяющих манипулировать общественным мнением. Годы непрерывных выборов, происходящих на всех уровнях, показали, что манипуляторам удается заставить избирателя охотно голосовать за невменяемых пьяниц, за всем известных криминальных авторитетов, за людей с судимостями, за воров, за проходимцев, за кого угодно. Как можно не понимать, что перед референдумом элита промоет массам мозги, и население проголосует «как надо». Если же произойдет сбой, то власть пойдет на прямую фальсификацию итогов голосования. Вот только не надо мне рассказывать про то, что, мол, такие преступления не имеют срока давности, и новый правитель, придя к власти, выведет фальсификаторов на чистую воду. Новые правители выходят из той же самой социальной группы, что и предыдущие, а уж представители элиты в таком важном для себя вопросе смогут договориться и дать друг другу гарантии безопасности. Смогли же найти компромисс разные группировки в советской элите в после-сталинское время. Победители Хрущева ведь не отправили его в тюрьму. Да и вообще, в отношении высшей власти репрессивные меры уже практически не применялись (были лишь единичные исключения). Трястись от страха элита не хочет, поэтому она уничтожила сталинизм, по этой же причине она не допустит над собой суда народа.

Также утопична и другая «альтернатива» — создание «нового человека», равнодушного к материальным благам, невосприимчивого к коррупции. Тысячи лет человечество бьётся над этой задачей и бестолку. Люди всех эпох воровали, предавали, убивали, брали взятки. Какие только системы подготовки не предлагались: тут и религиозный аскетизм, и военная муштра, и бесконечная апелляция к морали и нравственности — всё безрезультатно. «Новый человек» как массовое и воспроизводящееся явление так и не появился. Отдельные уникальные личности, конечно же, появлялись, но их совершенно не хватало на то, чтобы укомплектовать весь государственный аппарат. Да что там говорить, даже Церковь и то не смогла сделать так, чтобы хотя бы у себя в организации на руководящих постах были только «добрые христиане». Церковное лицемерие, ложь, растраты храмовых денег на пьянку и разврат, монастырский гомосексуализм — вот далеко не полный перечень общеизвестных язв, которые Церковь не смогла изжить, как ни старалась. И так было всегда.

Большевики также пытались воспитать нового «человека коммунистического общества», и каков результат? Выгляните в окно и увидите. А уж сколько было пропаганды, сколько душеполезных воззваний! Бесполезно. Советские люди крали, лгали, убивали точно так же, как и при «старом режиме». А сравнительно невысокий уровень преступности в советские годы объяснялся не более высокой моральностью «нового человека», а особенностями государственной системы и, в частности, её правоохранительного аппарата. А как только «тоталитарные оковы» упали, так именно советские люди устроили в стране кровавую вакханалию начала девяностых. Криминальный передел собственности, бесконечные «разборки», «стрелки», вся эта субкультура «братки-менты-опера», создана никем иным, как советским «высокоморальным» человеком.

Для иллюстрации сказанного приведу отрывок из интервью Михаила Звездинского газете «Экстра-М юг» (№ 10 (644) 12.03.05 г.), того самого, кто сочинил «поручика Голицына», «Сгорая, плачут свечи» и ряд других известных песен. В 1990 году он вышел из лагеря, отсидев там несколько лет за «частное предпринимательство».

«…В 1969 году открыл первый ночной клуб в ресторане „Сатурн“, на улице Кирова, потом „Архангельское“, „Русь“, „Иверия“, сосновый бор. До 23.00 это были обычные рестораны, а к ночи съезжалась моя публика. Сегодня те ребята стали президентами банков и корпораций — кто жив и не уехал. А тогда они были фарцовщиками, валютчиками».

Чувствуете, откуда ноги растут, из каких ещё времён тянутся все эти сегодняшние «банкиры и бизнесмены»? Человеческая природа неизменна и неизменяема. Человек очень хорошо понимает, что такое кнут и что такое пряник. А поскольку у народа нет кнута на элиту, то остается пряник в виде частной собственности. Обычно на это мне возражают следующим образом: «Вот ты, Зыкин, утверждаешь, что общество, где произошло тотальное огосударствление, нежизнеспособно даже в среднесрочной перспективе, что второе-третье поколение элиты само уничтожит Систему с целью присвоить себе государственную собственность. А вот, например, в Нигерии элита хоть и является собственником, но это ведь не помешало элите дотла разорить собственную страну».

Действительно, почти во всех странах Третьего мира представители элиты являются крупными частными собственниками, но это, действительно, не мешает им разорять собственные страны. В чем же дело? Почему они грабят сами себя? Ответ на поверхности, эти страны не являются независимыми, а их правящие элиты — не более чем наместники метрополии, полностью подконтрольные сверхдержавам, прежде всего США, и выполняющие их волю. То есть элита вовсе не разоряет сама себя, это не их страны, богатства этих стран принадлежат не местным элитам, а сверхдержавам. Роль местных элит заключается лишь в обслуживании интересов элит более крупного масштаба. Поэтому благосостояние номинальных правителей государств Третьего мира мало зависит от благосостояния «их» стран и в гораздо большей степени зависит от того, насколько успешно они служат своим хозяевам. И если им дадут команду разорить подконтрольную страну, то они разорят, даже если при этом придется пойти на некоторые материальные издержки, в противном случае они потеряют всё. Их счета в западных банках будут заблокированы, средства конфискованы, а их самих свергнут в два счета. В лучшем случае, их будут судить как воров и преступников, кем они и являются. А могут и потащить в какой-нибудь очередной международный суд по правам человека. Большинство стран Третьего мира не являются независимыми, они лишь полуколонии или колонии в самом прямом смысле этого слова, а значит, их элиты не являются хозяевами в своих странах, и «их» собственность на самом-то деле принадлежит не им. Такая элита является «наемным менеджером» в схеме, изложенной выше. Хозяином, нанявшим менеджера, выступает сверхдержава (её элита), а контроль за наемным управленцем осуществляют вооруженные силы сверхдержавы — аналог полиции, только в мировом масштабе. Так что пример Нигерии и других псевдонезависимых стран на самом-то деле контраргументом не является, а напротив, полностью укладывается в схему хозяин-менеджер. К нашему огромному несчастью наша элита стремительно превращается или уже превратилась в наёмного управленца, обслуживающего интересы истинных иностранных хозяев.

Может возникнуть вопрос, а почему же советская элита не просто присвоила себе государственную собственность, а ещё и добровольно отказалась быть хозяином в своей стране, предпочитая стать вассалом элит иностранных государств? Казалось бы, ну захотела номенклатура стать частным собственником, хорошо, чёрт с вами, но страну-то зачем дотла разорять? И вот что характерно, элита распродавала страну, при этом усиленно виляя хвостом перед Западом. Откуда у советской элиты такое холопство? Ведь не в банановой же республике воспитывались. Ведь не тряслись же от страха при виде американского авианосца. В чем же дело? Чтобы ответить на этот вопрос, давайте-ка вспомним, из кого и как комплектовалась советская элита. Неэффективное управление частным предприятием довольно быстро приводит частного собственника к разорению, то есть, безвольные, глупые, трусливые, догматичные в таких условиях в целом проигрывают. А вот благополучие чиновника позднесоветских времён сравнительно мало зависело от того, насколько успешно он управляет вверенным ему объектом. Он же не собственник предприятия, к тому же получение прибыли и не ставится целью ведения социалистического хозяйства. В таких условиях начинают доминировать законы делания номенклатурно-бюрократической карьеры. Во власть подбирают по принципу личной преданности.

С самого начала молодой ещё комсомольский функционер привыкает тратить всю свою энергию на интриги, предательства, холуйство, подхалимаж, на бесконечные демонстрации вышестоящим своей «нужности» и полезности. Позднесоветская система осуществляла антиотбор, поднимая наверх людей с плебейской душонкой, всю жизнь привыкших раболепствовать и склоняться перед теми, кто сильнее, успешнее и богаче. И даже оказавшись на самом верху иерархической лестницы, они тут же нашли себе иностранного хозяина. Бросить вызов Западу, повести себя как настоящие «акулы капитализма», начать борьбу за рынки сбыта и так далее — это не для позднесоветской элиты. Да упаси Боже! Гораздо проще пограбить свою собственную страну, своими же руками вывести её из глобальной игры, а за это получить на Западе гарантии собственной безопасности на случай «осложнений» в России.

Конечно, успехи СССР неоспоримы, и социализм был исключительно адекватным и эффективным ответом на ряд смертельно опасных вызовов, с которыми столкнулась наша страна в первой половине XX века. Именно этот положительный опыт и привлекает многих людей сейчас, когда Россия вновь нуждается в мобилизационном рывке. И не исключено, что советский социализм вновь будет востребован, поскольку мы вновь оказались лицом к лицу с опасностями, реально угрожающими самому существованию и нашего народа, и нашей страны. Да, исторический опыт показал, что советский социализм способен решать сложнейшие восстановительно-модернизационные задачи. Однако необходимо чётко понимать, что мобилизационный проект такого рода должен рассматриваться только лишь в качестве кратковременной меры. А дальше неизбежно придется решать проблему «демобилизации» и разгосударствления, иначе, как справедливо отмечал Кара-Мурза, мы так и будем бегать по кровавому кругу: «катастрофа-восстановление-перестройка-катастрофа».

Но прежде чем заглядывать в будущее, надо разобраться с тем, в каком положении мы находимся сейчас. Увы, сейчас наша страна находится в исторической ловушке, которая заключается в том, что элита так и не стала полноценным хозяином России. Сначала она не обладала частной собственностью, а потом превратилась в наёмного менеджера, осуществляющего банкротство предприятия под названием Россия. Нашей стране не удалось стабилизироваться в состоянии, когда элита владеет частной собственностью, но при этом не является тотально зависимой от иностранных элит. И в этом истинный смысл русской трагедии.

2.9 «Странности» советской пропаганды

Как видим, используя теорию элит, мы смогли получить адекватные и логичные ответы на вопросы, не разрешимые в рамках марксизма. Причем теория элит способна не просто объяснять события прошлого, но и обладает прогностической силой. Вспомним классическое произведение Оруэлла «Скотный двор». В ней описан и крах социализма, и то, как именно этот крах произойдет. Для анализа социалистического общества автор использовал инструменты теории элит, совершенно точно указав ключевую слабость советского проекта. Оруэллу удалось безошибочно предсказать перерождение управленческой верхушки Советского Союза и слом системы именно этой верхушкой.

Для того, чтобы заглянуть в будущее России, мы должны воспользоваться теорией элит. Но прежде чем перейти к прогнозам, обратимся ещё раз к анализу нашего недавнего прошлого. Посмотрим, как теория элит объясняет целый ряд «странностей» и «маразмов» социализма.

Обрабатывая значительный объём информации, люди для своего удобства строят упрощенные модели, с разной степенью подобия и корректности соответствующие анализируемым явлениям и событиям. Часто это происходит неосознанно, интуитивно. Так, в процессе общения мы постоянно употребляем такие слова, как «приведу пример», «возьмем для примера…» и так далее. Сведение явления к конкретному примеру, это и есть интуитивное моделирование, когда более сложный массив информации заменяется более простым, в котором подчеркиваются важнейшие черты исходного явления, а менее существенные опускаются. Однако, проблема как раз и состоит в том, что детали, которые кажутся несущественными, и которыми на первый взгляд можно пренебречь, на самом-то деле являются ключевыми, и пример, в котором эти детали отсутствуют, становится совершенно некорректным. Данная особенность человеческого разума прекрасно известна специалистам, на профессиональной основе занимающимся формированием общественного мнения.

Одним из приемов, широко использующихся в манипулятивных техниках, является конструирование и внедрение в массовое сознание ложных метафор. Речь идет о примерах, имеющих лишь внешнее сходство с анализируемым объектом, но при этом совершенно некорректных, в виду того, что ряд существенных деталей в них отсутствует. Тем самым не выполняется критерий подобия, то есть модель, иллюстрируемая конкретным примером, не подобна исходно рассматриваемому явлению.

Кара-Мурза подробно разбирал знаменитую метафору «перестройки» о том, что «нельзя быть чуть-чуть беременной, и поэтому реформы невозможно проводить плавно и эволюционно». Действительно, никакого подобия между беременностью и социально-экономическими реформами нет, однако в полемике между сторонниками «шоковой терапии» и их противниками эта метафора срабатывала безотказно. Такие метафоры сыпались как из рога изобилия. Одни из них были примерами-однодневками, которые были созданы для решения определенных тактических задач, другие просуществовали долго, третьи существуют до сих пор и отравляют интеллектуальную атмосферу в обществе.

Ложные метафоры необязательно создаются в лабораториях манипуляторов. К сожалению, существуют такие заблуждения, которые настолько глубоко укоренились в общественном сознании, что приобрели статус «народных», таких же, как народные пословицы. А то, что имеет статус «народного», опровергнуть наиболее тяжело, поскольку люди не принимают логических контраргументов. Критика «народности» воспринимается как посягательство на самое святое, и рациональные аргументы просто не воспринимаются. Это хорошо видно по тому, каким священным статусом обладают пословицы. О чем бы ни шла полемика, обязательно кто-нибудь из спорящих начнет апеллировать к так называемой «народной мудрости», выраженной в пословице, якобы «прошедшей проверку временем» и считающейся абсолютом. Практически бесполезно объяснять, что существует множество взаимно противоречивых пословиц: «Каков поп, таков и приход», но «Каков народ, такие и бояре». Бесполезно объяснять, что пословицы отражают лишь отдельные грани какого-либо явления и поэтому не являются абсолютной и всеобъемлющей истиной. Мало того, многие из них создавались в древние, даже в первобытные времена, по сути, другим народом, исповедующим другую веру, придерживающимся совершенно иных представлений о мире и в совершенно других социально-экономических и политических условиях. Так ли уж применим опыт древних собирателей кореньев, бортников и скотоводов к человеку XXI века? Вспомним, что одним из ключевых слоганов предвыборного штаба Ельцина на выборах 1996 года была пословица: «Коней на переправе не меняют». И это срабатывало! Хотя при чем здесь кони? При чем здесь переправа? На наших глазах разыгрывается трагедия буквально мирового масштаба: колоссальная страна, один из ключевых геополитических субъектов мира, превращается в зону вымирания и геноцида, а в перспективе хаоса и коллапса. Кучка бандитов и паразитов, ответственных за эти чудовищные преступления, вновь рвется к власти, чтобы продолжить уничтожение страны, а нам плетут байки о конях и переправах. Что было общего между Ельциным и конями? Что общего между геноцидом и переправой? Ничего. Но сознание многих людей оказывается парализованным лозунгом-пословицей и неспособно к анализу. Поклонение словесным формулам предков приобретает буквально иррациональный характер. Неужели «народная мудрость», адекватная условиям тысячелетней давности, до сих пор сохранила свою значимость? Эти вопросы стоит хотя бы задать, необходимо хотя бы мысленно поставить под сомнение абсолютность древних метафор. Кстати, лингвистами и этнографами установлено, что в прошлые эпохи пословицы пересматривались и нередко отметались, как устаревшие.

Зависимость от ложных штампов, принятых на веру, без критического осмысления делает человека игрушкой в руках манипулятора. Яркой иллюстрацией к сказанному служит то, как обыватель анализирует события Великой Отечественной войны. Наверняка каждому из нас приходилось слышать множество вариаций на тему: «Германия — такая маленькая, СССР — такой большой, а мы так долго отступали! Какой позор!». Если вдуматься, то здесь страна уподоблена человеку, а в человеческом сознании размер напрямую связан с физической силой. Хотя, конечно, мы понимаем, что возможны исключения из правил, что иногда здоровенные детины проигрывают тем, кто пониже и помельче, но это считается именно исключением. А в большинстве случаев более высокий, крупный человек является и более сильным. Но в том то и дело, что страна — не человек. И уподобление одного другому должно производиться очень осторожно и осмысленно. Прямой зависимости между силой армии и площадью территории не существует. Крошечная Англия превратилась в крупнейшую мировую империю. Горстка конкистадоров завоевала целые материки. Малюсенькая Голландия веками удерживала под контролем Индонезию, значительно превосходившую метрополию по территории.

Война — это борьба Систем, мобилизующих ресурсы, в первую очередь человеческие, экономические и технологические, а площадь территории — фактор десятого порядка. Что толку русскому солдату от того, что за его спиной раскинулись тысячи квадратных километров вечной мерзлоты и болот? Как и чем это поможет ему в конкретном сражении, если у противника перевес в живой силе, а вооружение и офицеры, допустим, не хуже? Классический пример — первый этап войны 1812 года. У Наполеона вооружение и офицерский состав примерно соответствовал русскому, но его армия была значительно многочисленней. Иными словами, на первом этапе войны ресурсный перевес был на стороне врага. В каждом отдельном сражении Наполеон находился в заведомо лучшем положении, именно поэтому русская армия долго не могла сдерживать его продвижение к Москве. А территориальное преимущество Российской империи в значительной степени было фикцией, поскольку на огромных пространствах непроходимых болот, лесов и снегов не было ни людей, ни промышленности, ни сельского хозяйства. То есть с ресурсной точки зрения для военных целей зауральская часть империи была абсолютно бесполезна. Всё решали ресурсы европейской части страны. Именно там находились все ресурсы, на мобилизацию которых могла рассчитывать Система. Как видим, эффективная, полезная часть России была не столь уж колоссальной. Конечно, чем дальше продвигался Наполеон, тем сильнее растягивались его коммуникации, тем труднее было контролировать оккупированные территории, тем больше приходилось оставлять солдат в тылу. И до Москвы докатилась уже изрядно уменьшившаяся армия. То есть фактор территории всё же помогал русской армии. Однако нетрудно заметить, что этот фактор начинает действовать только при условии отступления нашей армии, чем она и занималась весь первый этап войны. А остальные факторы, например, человеческий, действуют сразу. Так вот, по населению Франция почти не уступала России, да к тому же французы расселены значительно компактнее русских, а значит, мобилизацию легче проводить, и не стоит забывать, что на стороне Наполеона сражались армии ряда других стран.

Как видим, принцип: «большой — значит сильный, а маленький — значит слабый» — в отношении государств совершенно некорректен. По-настоящему большой в плане ведения долгих кровопролитных войн является та страна, которая обладает развитой экономикой, владеет передовыми технологиями, располагает значительными человеческими ресурсами и надёжной продовольственной базой. И главное — её государственная Система способна эффективно распоряжаться этими ресурсами. А территории — дело десятое. Правильность данного принципа подтвердилась и в Первой Мировой войне, когда Германия и ее союзники довольно долго успешно противостояли странам Антанты, обладавшим невероятным территориальным перевесом. Но на стороне Германии была очень развитая экономика, прекрасная промышленность и сельское хозяйство, а также немалые человеческие мобилизационные ресурсы — это и позволило немцам держаться несколько лет, хотя, если исходить из принципа «маленький — значит слабый», Германия должна была бы проиграть сразу же.

А вот теперь рассмотрим с этой точки зрения противостояние СССР и Германии. Можно ли сказать, что Германия в 1941 году была ресурсным карликом, а Советский Союз — гигантом? Как уже было сказано выше, нас не должен вводить в заблуждение очевидный территориальный перевес СССР. При ближайшем рассмотрении этот перевес окажется фикцией. В этом смысле со времен наполеоновских войн мало что изменилось. Колоссальные залежи полезных ископаемых Зауралья ещё предстояло разведать, да и те месторождения, которые были уже известны, практически не разрабатывались, тогда ещё не хватало технологий, средств и времени. Даже ресурсы Западной Сибири стали активно использоваться только в шестидесятых годах! А накануне войны почти вся нефть, добываемая в СССР, находилась в кавказском регионе.

Далее, как и в 1812 году, население СССР почти полностью было сосредоточено в Европейской части. То есть человеческие ресурсы территориально огромного советского востока были крайне незначительны. Аналогично обстояли дела и в промышленности, и в сельском хозяйстве, ведь крупные промышленные и сельскохозяйственные районы за Уралом появились значительно позже 1941 года. Таким образом, территория СССР, эффективная в плане мобилизации ресурсов, оказывается значительно меньше номинальной территории. В 1812 году тысячи квадратных километров вечной мерзлоты и непроходимых болот ничем не могли помочь русскому солдату, но даже спустя 129 лет от них толку не прибавилось.

Чем же располагала Германия накануне 1941 года, то есть после побед в Европе? Здесь уместно процитировать Ганса Керля — известного исследователя немецкой экономики:

«…Война на Западе (война против Франции и ее союзников. Прим. Д. Зыкина.) резко изменила военноэкономическую обстановку в Германии. Во-первых, значительно улучшилось положение с сырьем. Норвегия, Голландия, Бельгия и, главным образом, Франция накопили в своих портах за первые семь месяцев войны огромные запасы стратегического сырья: метал-лов, горючего, резины, сырья для текстильной промышленности и т. д., которые теперь оказались в руках немцев в качестве военных трофеев. Промышленность этих стран также была хорошо снабжена сырьем и могла выполнять крупные немецкие заказы, не нуждаясь в новом сырье. База производства железа и стали была значительно расширена тем, что угольные шахты, рудники и сталелитейные заводы Голландии, Бельгии, Франции и Польши достались нам почти невредимыми. Германии, таким образом, была предоставлена исключительная возможность развить свою экономику за счет крупнейших промышленных предприятий захваченных стран. Положение с рабочей силой в сельском хозяйстве значительно улучшилось благодаря тому, что сюда было направлено около 1 млн. польских военнопленных, а нехватка рабочих рук в промышленности была компенсирована использованием на немецких заводах французских военнопленных. Количество военнопленных было так велико, что использовать их всех в Германии в то время оказалось невозможным и ненужным, поэтому сотни тысяч голландских и бельгийских военнопленных были отпущены к себе на родину».

После присоединения Румынии к фашистскому блоку и превращения её, по сути, в протекторат Германии, немецкая экономика получила доступ к румынской нефти, углю и целому ряду ценных металлов: цинку, свинцу, серебру и проч.

К этому следует добавить, что Германия обладала и собственными запасами угля и металлов. Немецкие технологии производства синтетического горючего из угля при наличии столь обширных совокупных угольных запасов позволяли расширить ресурсный потенциал фашистской военной машины.

Продовольственные ресурсы нашего противника также были значительны, поскольку помимо собственного высокоразвитого сельского хозяйства немцы поставили под свой контроль мощный аграрный комплекс завоеванных стран. В первую очередь это относится к Франции, чья продовольственная база широко использовалась немцами. Однако не стоит забывать, что и Польша, и Югославия и Голландия подвергались ограблению со стороны Германии. Не стоит забывать, что и номинальные союзники Гитлера, а фактически полностью подчиненные страны, такие, как Венгрия и уже упоминавшаяся Румыния, также участвовали в снабжении продовольствием немецких войск.

Таким образом, крайняя сырьевая уязвимость Германии — это ложный штамп, ничего общего не имеющий с реальностью.

Если же говорить о промышленном потенциале Рейха, то он превосходил советский. Сама по себе экономика Германии была одной из мощнейших в мире, а к этому необходимо прибавить и заводы включенной в Рейх Австрии, высокоразвитый промышленный комплекс Судетской области, промышленность оккупированных и подчиненных стран, выполнявших заказы Германии. Также не стоит забывать, что Италия — верный союзник Гитлера — была одной из самых промышленно развитых стран мира.

Перейдем к рассмотрению человеческих ресурсов. Тут уж, как думает обыватель, СССР имел колоссальное и безоговорочное преимущество. Давайте разберемся.

Численность населения Советского Союза на 1941 год составляла 196,7 млн. человек. По данным Шпеера, в Рейхе проживало примерно 80 млн. человек. Как видим, человеческий потенциал СССР в 2,46 превышал потенциал Рейха. Однако известно, что Советский Союз привлек за время войны в свои вооруженные силы 34 476 700 человек, Германия —  21 107 000 человек, то есть лишь в 1,63 раза меньше чем СССР! В чём же дело? Казалось бы, раз человеческий потенциал СССР в 2,46 раз больше, то пропорция должна хотя бы примерно сохраняться и при сравнении численности армии. Но мы видим, что этого и близко нет. Каким образом, за счет чего немцы смогли резко сократить разрыв? А вот тут-то и необходимо вспомнить о немецких союзниках. Обыденное сознание несклонно воспринимать всерьез их вклад в военную мощь фашистского блока. Действительно, каждый союзник Германии, взятый по отдельности, не являлся значительной военно-промышленной величиной. Однако считать необходимо совокупные ресурсы, и вот тогда картина меняется. Совокупное население Венгрии, Финляндии и Румынии составляло к 1941 году примерно 25 млн. человек. Как видим, не так уж и мало, а это далеко не все страны, воевавшие на стороне Германии как союзники или как фактические колонии. Покоренные страны поставляли в немецкую армию солдат и, кроме того, работали на оккупанта, экономя для Германии рабочие ресурсы, которые можно было направить на фронт. Советский же Союз был лишен такой возможности.

Правда, обычно на это говорят, что и у СССР были союзники, помогавшие нам и продовольствием и военной техникой. Однако давайте вспомним исходный тезис. Мною разбирается то, как большинство людей оценивает события 1941 года, когда якобы гигант СССР был разбит в пух и прах «крохотной» Германией. Так вот, помощь союзников в 1941 году была ещё очень незначительной.

Суммируя сказанное, становится очевидным, что нет никаких оснований говорить о Германии как о ресурсном «карлике» в сравнении с «ресурсным» гигантом Советским Союзом. Напротив, нам противостоял целый блок стран, в целом превосходивших СССР по промышленному потенциалу, прекрасно обеспеченный продовольствием и располагавший значительными запасами полезных ископаемых. Таким образом, мы в 1941 году потерпели ряд серьезных поражений от очень сильного врага.

К ноябрю 1941 года СССР потерял наиболее развитую и густонаселенную часть своей территории. Крупнейшие промышленные, научные, сельскохозяйственные центры страны были потеряны. То есть ресурсный потенциал нашей страны резко снизился, а потенциал врага, напротив, увеличился. Теперь на Германию уже работали и десятки миллионов советских граждан на оккупированных территориях. Преимущество фашистского блока стало тотальным, а помощь союзников Советского Союза ни в коей мере не компенсировало потери. И всё-таки победа осталась за нами. Опираясь почти исключительно на собственные силы, ведя бои с врагом, обладавшим значительным перевесом в материальных ресурсах, наша армия на момент открытия Второго фронта уже разгромила основные силы врага и сделала поражение Германии неминуемым.

Здесь уместно задать вопрос, за счет чего же была достигнута Великая Победа? Подлая ложь «перестройки» о советских потерях, якобы многократно, в пять, семь и даже десять раз, превышающих потери противника, очевидно, является ахинеей. Данных, приведенных в этой главе более чем достаточно, чтобы увидеть принципиальную невозможность победы при потерях не то что 10 наших за одного солдата армии врага, а даже и при потерях два к одному. Как уже было сказано выше, общая численность советской армии лишь в 1,63 раза превышала численность германских вооруженных сил. Уже одного этого достаточно, чтобы понять, насколько бредовыми являются заявления о том, что победа достигнута «трупозаваливанием». Наиболее полное исследование по статистике потерь провела группа военных историков под руководством генерал-полковника Г. Ф. Кривошеева, признанного эксперта в этой области. Желающим подробно ознакомится с вопросом, советую обратиться к книге «Россия и СССР в войнах XX века». Здесь же считаю необходимым указать, что военные потери СССР соотносятся с потерями противника на восточном фронте как 1.3 к 1.

Так в чем же секрет победы нашей страны? Для того чтобы ответить на этот вопрос, надо четко понять, что война — это прежде всего борьба Систем. А Система управляется элитой. К сожалению, эта, совершенно тривиальная мысль, воспринимается большинством населения с огромным трудом. Обыватель судит о войне прежде всего по художественным фильмам. Именно то, как показана война в кино, и является основой, на которой строятся практически все рассуждения человека массы. Вот показывают воздушный бой, летчики демонстрируют фигуры высшего пилотажа, один из самолетов, наш или немецкий, подбит и с диким воем факелом падает вниз. Кто из телезрителей в этот момент задумывается о том, что на самом деле этот бой является лишь самой вершиной колоссального айсберга, называемого Системой? Многие ли отдают себе отчет в том, что серийное производство самолетов требует наличия в стране лучших в мире конструкторов, инженеров, химиков, металлургов, высококвалифицированных рабочих? Многие ли понимают, что этот самолет, десять секунд мелькавший в кадре, когда-то был рудой, которую надо было добыть? А потом руду надо было превратить на металлургических заводах в высококачественную сталь, а сталь надо, в свою очередь, обработать на станках и не лишь бы каких, а сложных, высокоточных? Авиастроение является высочайшей технологией, и кроме Советского Союза и Германии самолеты такого уровня тогда производили лишь США, Италия и Англия — то есть самые развитые страны мира. Для высокотехнологичного производства требуются и люди, обладающие соответствующей квалификацией. А это означает, что в стране должна существовать сильная система образования, подготовки и переподготовки кадров.

Вот в кино показывают танковое сражение. Мы видим смелых танкистов, мы видим их усталые лица, но задумываемся ли мы о том, что танк — это броня? А броня — это опять-таки тяжелая промышленность? Задумывается ли кто-то, что танк — это мотор, а это конструкторское бюро. Многие ли представляют себе, что танк — это орудие и снаряды, а для создания того и другого требуются математики, физики и многие другие специалисты-хайтековцы? И учтём, что производство было налажено в массовом масштабе! Таким образом, для того чтобы летчик поднялся в небо, а танкист выехал в поле, потребовалась напряженная работа миллионов людей. Когда говорят, что, мол, народ победил вопреки Системе, вопреки политической элите, победил благодаря своему геройству и беззаветному патриотизму, а руководство страны мало того, что было ни при чем, а даже напротив, мешало, то это ничто иное, как дилетантизм либо сознательная ложь. Если Система была ни причём, если высшая управленческая элита во главе со Сталиным не способствовала Победе, то надо сказать, что миллионы людей, живущих в тысячах километрах друг от друга, каким-то образом сами по себе сговорились добывать руду и выплавлять из нее металл. Без руководства, мало того, под носом у всеведущего НКВД, каким-то невероятным образом рабочие-металлурги узнали, что их продукцию нужно везти на машиностроительные заводы, а там, также вопреки Системе, из этой стали рабочие (надо полагать в свободное от работы время) производили детали для танков и самолетов. Всё это делалось по чертежам, которые инженеры начертили по собственной инициативе, тайком, вопреки Системе и руководителям! А инженеры появились, надо полагать, тоже сами по себе. Разве что отдельные героические учителя, несмотря на гнет тоталитаризма, несмотря на «некомпетентность и паранойю» Сталина, тем не менее, взялись готовить из сельских детей конструкторов, математиков, физиков, химиков и так далее. А где же они взяли для этого учебники, причем много учебников, буквально сотни тысяч? Ну, это уж совсем простой вопрос. Их, разумеется, напечатали подпольно, использовав на свой страх и риск бумагу, предназначенную для выпуска газеты «Правда».

Я не преувеличиваю, вот именно такой театр абсурда должен был царить в СССР. И каждый человек, заявляющий, что Победа достигнута вопреки Системе, созданной Сталиным, должен понимать, какой бред из этого следует.

Почему же многие бездумно повторяют эту чушь? Как могли поверить в эту явную нелепость даже здравомыслящие и образованные люди? В обычной жизни все прекрасно понимают, что даже при постройке многоэтажного дома в принципе невозможно обойтись без тех, кто руководит строительством, без тех, кто налаживает взаимодействие инженеров, рабочих, водителей и проч., без тех, кто соединяет воедино разнородные виды деятельности. Но многие почему-то уверены, что создание целых отраслей экономики — задача в тысячи раз более сложная, чем постройка дома, — якобы может решаться не просто сама по себе, так ещё и вопреки воле элиты.

Здесь мы сталкиваемся с подтверждением очень горькой истины: большинство людей так устроены, что готовы воспринимать манипулятивные штампы без критического осмысления. Особенно это относится к таким вопросам, которые напрямую не связаны с повседневной жизнью обывателя. Его голова занята решением текущих проблем и специально создаваемым средствами массовой информации «белым информационным шумом», балаганом отупляющих телепередач, ток-шоу, беспрерывно мелькающих новостей и так далее. Перегруженный мозг с радостью цепляется за уже готовые и услужливо предоставляемые манипуляторами клише. Эти клише нелепы, логически противоречивы, не выдерживают столкновения даже с простым критическим разбором, но в том то и дело, что абсолютное большинство потребителей таких штампов и не будет ничего анализировать или обдумывать. А если учесть, что промывка мозгов тянется десятками лет, то не стоит удивляться, что у нас верят и в 100 млн. репрессированных, и в 40 млн. «умученных в лагерях», и в 40 млн. «погибших в войне», и всё это одновременно! И уж, конечно, верят в то, что Победа достигнута благодаря народу, героизм которого оказался сильнее «безумств параноика Сталина». Вот на этом стереотипе стоит остановиться особо.

Это клише появилось задолго до «перестройки», его начали внедрять в массовое сознание ещё при Хрущеве, что неудивительно, но продолжали исподтишка вдалбливать людям в головы и при Брежневе. Как уже было сказано, абсолютное большинство народа судит о событиях войны по многочисленным фильмам. Именно в брежневские годы жанр военного кино буквально расцвел, денег на съемки не жалели, масштаб батальных сцен для тех времен был просто беспрецедентен.

На первый взгляд может показаться, что фильмы были исключительно патриотическими. Но это грубейшее заблуждение. Обратите внимание на то, как в советских фильмах показаны немцы. Почти всегда немецкий солдат и уж тем более офицер — сыт, выбрит, отутюжен, одет с иголочки, прекрасно вооружен, рукава аккуратно закатаны по локоть. Немецкая армия исключительно моторизирована, солдаты поголовно вооружены автоматами. В фашистской армии царит образцовый порядок. Советский солдат, напротив, помятый, испытывающий вечную нехватку оружия и боеприпасов, уныло бредет с трехлинейкой на плече, едва поднимая свинцовые от усталости ноги. Подспудно, буквально на уровне подсознания, потребителям такого кино внушают превосходство фашистской системы. Ведь именно система отвечает за организацию миллионных масс в единое целое и последующее снабжение этих масс всем необходимым. И на фоне этого явного и безоговорочного системного превосходства гитлеровцев советская пропаганда делает предельно сильный акцент на подвиге нашего простого солдата. У него нет снарядов, и он, обвязавшись гранатами, взрывает немецкий танк. Его не поддерживает авиация, и он закрывает амбразуру грудью. Он, хилый, ещё безусый мальчишка, приписывает себе лишний год и идет на фронт, где встречается с откормленным, прекрасно подготовленным и вооруженным до зубов головорезом. А ведь геройство одних — это преступление или некомпетентность других, зритель видит всё это, и в нем потихоньку закипает гнев и злость. Он начинает думать, что, действительно, победа достигнут вопреки системе, и уж точно — вопреки элите. Обыватель проникается убеждением, что косность, отсталость, неповоротливость системы и некомпетентность руководства были компенсированы подвигами народа, который страдал под властью тупых чинуш со Сталиным во главе. А там где подвиг, там и сверхсмертность. Неудивительно, что после многих лет такой вот промывки мозгов, человек массы верит, что Победа достигнута «трупозаваливанием». А как же иначе может быть? Как иначе мы могли победить столь хорошо вооруженного, обученного, организованного и обеспеченного всем необходимым врага? Победить армию, которая заведомо превосходит нашу по всем ключевым параметрам?

В некоторых случаях немцы также показаны в жалком виде. Например, в тех фильмах, которые повествуют о битве под Москвой. Прямо говорится, что немцы оказались не готовы к жутким холодам, и вот результат — померзли и оказались разгромлены. Обратите внимание, как хитро внушаются типичные антисоветские штампы. Мол, если и победили, так потому, что трупами завалили, да под Москвой мороз помог. И это, повторюсь, показано ещё в советских фильмах, задолго до «перестройки».

Далее, из года в год, советская пропаганда делала акцент на страшных потерях Советского Союза. Возьмите, например, советский учебник истории. В нем вы не найдете сравнительных данных о военных потерях СССР и фашистского блока на восточном фронте. О потерях противника почти ничего не говорится. Зато подробно и в красках рассказано о подвиге советского народа да о его потерях. Отметим, что вновь подвиг и колоссальные потери идут рядом.

С чего бы это? Чего так стеснялась брежневская пропаганда? В чём причина такой странности? Это очередной «маразм» социализма? Очередная глупость? Мы же сейчас знаем, что военные потери сторон сопоставимы, что совокупные потери СССР в основном объясняются жертвами среди мирного населения. А это говорит о зверствах нацистов, о геноциде в отношении мирного населения, а вовсе не о том, что у нас была бездарная элита, слабая армия и отсталая государственная Система.

Почему официальная советская власть явно лила воду на мельницу диссидентской шушеры, которая уже в те годы развернула кампанию по дискредитации нашей Победы? Почему не дали по рукам поганцам кинорежиссерам, явно ведущим антисоветскую пропаганду? Ответы на эти вопросы дает теория элит. Именно официальная власть и была заказчиком такой пропаганды. Партийным кланам, которых персонифицировал сначала Хрущев, а позже Брежнев, было крайне не выгодно сохранение Сталинской государственной Системы. Системы, в которой ответственность вплоть до смертной казни, распространялась и на элиту. Рассказать правду о войне означало для хрущевцев и брежневцев признать, что Система, которую именно они ликвидировали, была исключительно эффективной и устойчивой.

Система Сталина победила Систему Гитлера. Именно так. Не советский народ — «герой и освободитель», добился победы, а Система, ее создатели и руководители — словом, элита. Система, организовавшая народ, сумевшая в тяжелейших условиях мобилизовать ресурсы страны, добившаяся потрясающих темпов выпуска по тем временам современного оружия, обеспечившая фронт продовольствием, одеждой, медицинской помощью и всем необходимым. Система, оказавшаяся способной решить беспрецедентно сложную задачу эвакуацию промышленности на Восток и множеств других сверхзадач: хозяйственных, управленческих, научно-технологических. Признание этого, в общем-то, очевидного факта, никак не принижает подвиг нашего народа. Мы отдаем должное солдатам, сражавшимся до последнего патрона. Мы всегда будем помнить о подвиге блокадных ленинградцев, умиравших с голода, но так и не сдавших города. Мы не забудем сражавшихся солдат и офицеров, медсестру и конструктора, врача и рабочего. Под беспрерывными бомбежками и под артобстрелом они спасали от смерти раненых и обеспечивали фронт снарядами. Крестьянина, отдающего фронту почти весь свой хлеб. Но и враг не уступал нам в мужестве. И там умели умирать, и там, в окруженном и почти стёртом с лица земли Берлине, на развалинах домов можно было прочитать углём сделанные надписи: «Наши дома разбиты, но не разбиты наши сердца». И там пятнадцатилетние дети, в том числе дети высшего руководства Рейха, вооружившись фаустпатронами, шли на явную смерть.

Но победа осталась за нами. Наша Система оказалась прогрессивнее, надежнее, эффективнее. Наша элита оказалась умнее, сильнее, талантливее. Именно этой Системы до сих пор как огня боятся враги нашей страны, враги внешние и внутренние. Они-то прекрасно понимают, что не «генерал Мороз» и не Александр Матросов принесли СССР победу. Принципы управления, контроль и ответственность, свойственные Системе, созданной Сталиным и его ближайшим окружением, обеспечили феноменальные результаты.

Однако такая Система была неудобна последующему поколению элиты. И поэтому она и была уничтожена, уничтожена элитой. А на создателя Системы, на Сталина, десятками лет выливали грязь также по прямому указанию руководства СССР.

2.10 Как разжигали недовольство

Маразм крепчал.

Человек массы — существо крайне невысокого уровня развития, с очень слабыми аналитическими способностями и неразвитой логикой. Такие люди в рассуждениях постоянно скатываются на частности, высказывают взаимоисключающие утверждения и не умеют строить корректные обобщения. Именно по этим причинам они судят о жизни лишь по тем предметам и явлениям, с которыми чаще всего сталкивается. А с чем же человек сталкиваются каждый день и чаще всего? Ответ известен, список читайте ниже:

— пища;

— одежда (предметы домашнего обихода);

— жилье;

— транспорт;

— телевидение (шире СМИ);

— секс.

Всё остальное для обывателя — суета сует. Совершенно бесполезно расписывать ему преимущества, например, советского образования. Для него это не ценность, а пустой звук. Сама атмосфера интеллектуального поиска и открытий ему неведома. Не случайно для обывателя ученый — в лучшем случае, странный чудик. Образование для человека массы — не более чем инструмент для получения различных сугубо чувственных удовольствий. И если эти удовольствия можно получать и без образования, то и ни к чему оно. Пройдемся по списку и посмотрим, насколько хорошо социализм удовлетворял потребности обывателя.

1) Пища. В СССР никто не голодал, но практически за всеми продуктами питания надо было стоять в долгих очередях. Качество питания было в общем-то средним, а уж уровень советских общественных столовых на улицах был ниже всякой критики. У обывателя были все основания для недовольства.

2) Одежда, предметы домашнего обихода. Давайте вспомним, как жили те граждане, которых считали зажиточными и «со связями». Финский унитаз, югославская мебель, австрийские сапоги, джинсы, кроссовки «Адидас», магнитофон «Шарп». Этот стандартный набор был предметом вожделения для обывателя, а ведь, обратите внимание, в нем напрочь отсутствуют советские товары.

3) Жилье. Тут уж совсем беда. Под одной крышей в крошечных хрущевках нередко жили представители трех поколений одновременно, а злоупотребления с распределением квартир шли валом. Мало того, предоставление квартир «бесплатно» стимулировало антисоветские настроения. На первый взгляд это кажется парадоксальным, казалось бы, наоборот — люди должны быть благодарными системе, обеспечивающей человека жильем. На самом деле здесь нет ничего удивительного. В СССР обеспечение граждан жильем считалось обязанностью государства. Повторяю, обязанностью. Государство было ДОЛЖНО предоставлять людям жилье бесплатно. Поэтому люди и не считали, что должны быть государству за это благодарными. Каждый обладал ПРАВОМ иметь квартиру, так за что же благодарить государство, если оно «всего-навсего» выполняет свои обязанности? Нам же не приходит в голову благодарить продавца хлеба за то, что он нам продал батон. Продавец просто выполняет свою работу, так за что же его благодарить? А вот если с получением квартиры возникали трудности, задержки, неувязки и тому подобное, то это сразу же расценивалось как невыполнение государством своих обязанностей и вызывало раздражение. Точно так же, как и нерасторопность продавца вызывает возмущение покупателей. И когда человек, уверенный, что ему обязаны предоставлять квартиру, начинает выбивать «своё кровное», то государство в его представлении становится врагом, у которого надо зубами вырывать «положенное». Причем каждый уверен, что квартиру непременно заслужил своим «тяжким» и ценным трудом (кто же признается, что бездельничает и зря коптит небо).

4) Транспорт. Полный мрак. Переполненный автобус (вагон метро), на поручнях люди висят гроздями, а на дверях издевательская надпись: «Не прислоняться». И вот так десятками лет.

5) Телевидение. С точки зрения обывателя, более идиотского телевидения чем то, что существовало вСССР, трудно себе представить. После работы люди хотят отдыха. И вот сейчас каждый день по всем каналам вечером идет фильм, развлекательная викторина, ток-шоу со сплетнями и скандалами. Рай для обывателя. В этом смысле, советское ТВ, серьезное, обучающее и высококультурное, — это пытка. Полезно вспомнить, что те немногие развлекательные передачи, которые все-таки демонстрировались тогда по ТВ, были и самыми популярными.

Во многом схожая ситуация сложилась и в советском кинематографе, который вчистую проиграл Голливуду борьбу за зрителя, хотя имел все шансы одержать победу. Конечно, в среде российской интеллигенции, особенно той её части, что придерживается патриотических взглядов, хорошим тоном стала привычка подсмеиваться над американским кинематографом. Оно и пошлое, и примитивное, и политкорректное до нелепости, и насквозь пропитанное избитыми клише. И, напервый взгляд, это мнение более чем обоснованно. Американский зритель готов смеяться над тем, что главный герой комедий, простите, блюёт и страдает диареей. Шутки в таком кино редко поднимаются выше пояса. Негр крайне редко играет отрицательных героев, а «крутая» женщина-полицейский в одиночку расшвыривает десятки громил. Супергерой, обычно белый американец, спасает мир. Граждане других государств показаны или в издевательски комичном виде, или в виде ничтожеств, которым сердобольные американцы оказывают гуманитарную помощь. Ну что может быть глупее и пошлее? Но факты — упрямая вещь, а факт невероятной популярности Голливуда неоспорим. Допустим, что американцы в массе своей — люди крайне невысокой культуры и низкого уровня развития. Такие готовы смотреть любую дрянь. Но как тогда объяснить то, что США зарабатывают миллиарды долларов, экспортируя свои фильмы вовсе страны мира?

Японец в американском кино — это нелепый персонаж с выставленными вперед зубами и вечным фотоаппаратом в руках. Азиат заискивающе мельтешит рядом с уверенным в себе американцем. Так почему же японцы смотрят такое кино? Европа, сотнями лет с брезгливостью поглядывавшая на североамериканский сброд, вдруг осознала, что собственное высокодуховное, выдающееся кино куда-то подевалось, и на его место пришел Голливуд, сияющий белыми зубами. Популярного европейского кино давно не существует. Во Франции власть ввела ограничение на показ американских фильмов, между прочим, наплевав на все разговоры о демократии и праве личности на свободный выбор. Почему же там наступили на горло собственной песне и применили командно-административные методы? Да всё просто — там сообразили, что ещё немного, и уже весь кинорынок полностью захватит продукция Голливуда. Однако это не помогло.

Для Голливуда не помехой оказались ни резкие культурные различия между США и остальным миром, ни разница в уровне жизни, ни противодействие со стороны властей других государств. Они нашли ключик к каждой двери. Так в чем же секрет Голливуда? Почему лучшие режиссеры и актеры мира стараются туда пробиться? Почему американское кино с удовольствием смотрят и в России, и в Европе, и в Китае, и в Латинской Америке? Ведь ясно же, что Голливуд — это вид пропаганды, одно из основных средств культурного порабощения других народов. Уже сейчас стандарт поведения, задаваемый американским кино, наносит очевидный ущерб национальным культурам всех народов мира.

Сила Голливуда в том, что там режиссеры делают кино, ориентированное на вкусы масс. Наши режиссеры, снимающие никому не нужное кино, убогое и чернушное, любят кичиться тем, что снимают «кино не для всех». Как это не «для всех»? А для кого? Для себя и членов своей семьи? Ну, тогда извольте-ка снимать кино за свои деньги или за деньги спонсоров. До какой же степени моральной деградации дошли наши «мэтры», что на создание фильма сначала берут деньги из бюджета, то есть со всего народа, а потом во всеуслышание заявляют, что фильм-то снят не для народа, а для узкой группы интеллектуалов. Очень похожая ситуация сложилась и в Европе. Там тоже чиновники решают, сколько бюджетных денег выделить киностудиям и режиссерам. И результаты примерно такие же, как и у нас, несмотря на то, что экономическая ситуация там намного лучше. В Европе тоже существует киносвора, провозгласившая сама себя культурной элитой, авангардом и на этом основании снимающее «другое кино», «кино не для всех», то есть кино для кучки псевдоэстетов, явно страдающих психическими и сексуальными отклонениями. В итоге, Голливуд завоевал и европейский рынок.

А теперь учтите, что в СССР кино снималось исключительно на бюджетные деньги, распределение которых полностью контролировалось государственными чиновниками, чьё благосостояние не зависело от коммерческого успеха фильма. И как тут не проиграть Голливуду? Так что нечего удивляться тому, что толпы советского народа повалили в кинотеатры смотреть всевозможные американские поделки, как только рухнул «железный занавес».

6) Секс. Большинство политологов как-то стыдливо уклоняются от обсуждения одного важного факта нашей недавней истории. А между тем, он уже оказал и продолжает оказывать серьезное влияние на общественно-политические процессы, идущие в России последние пятнадцать лет. Я говорю о резкой либерализации сексуальной сферы человеческой жизни, которая произошла благодаря реформам и была официально закреплена в ряде документов. Например, добровольное мужеложство (гомосексуализм), ранее считавшееся уголовно наказуемым деянием, перестало преследоваться по закону. В действующем уголовном кодексе соответствующая статья отсутствует.

Давайте разберемся, какие это имело последствия. Думаю, всем очевидно, что половые извращенцы пополнили ряды тех, кто поддерживает реформы и категорически отвергает те политические силы, которые ассоциируются с консервативными ценностями, особенно в советском их воплощении. Можно ли считать данный факт существенным? Чтобы ответить на этот вопрос, попробуем оценить число людей с девиантным половым поведением. Ясно, что точной статистики на этот счёт не существует. Далеко не все готовы делиться столь интимными подробностями своей жизни, даже если опрос проводится анонимно. Разброс данных велик, но даже по скромным подсчетам примерно четыре процента мужчин являются гомосексуалистами. Это означает, что реальная цифра должна быть больше, ведь многие, несмотря ни на какую либерализацию, продолжают скрывать свою ориентацию. Добавим к ним бисексуалов, которых больше, чем чистых гомосексуалистов, что подтверждается различными исследованиями. Но даже если считать, что их столько же, мы получим, что восемь процентов мужского населения более-менее регулярно вступают в половые отношения с представителями своего пола.

Согласитесь, не так уж мало. Аналогичным образом обстоят дела и у женщин. Я подчеркиваю, что речь шла лишь о тех людях, которые живут девиантной половой жизнью, то есть поддерживают гомосексуальные отношения в течение сравнительно долгого периода. Те, у кого был единичный девиантный опыт, не учтены.

Сколько же их? Попробуем сделать инженерную прикидку. Начнем с того, что гомосексуализм процветает в местах лишения свободы. В значительно меньшей степени гомосексуализм присутствует в армии, в детских домах и в семьях. Во всех этих случаях сор из избы выносят очень редко. Солдаты практически бесправны, заключенные — тем более, а дети крайне редко обращаются в правоохранительные органы с просьбой защитить их от сексуальной агрессии со стороны родителей. То есть нам открыта лишь вершина айсберга, но исходя из здравого смысла, можно с уверенностью полагать, что в нашей стране многие имеют гомосексуальный опыт. Пошловатая присказка «один раз не педераст» появилась неспроста. Кто и для чего мог её придумать? Ответ лежит на поверхности — это психологическая анестезия, которую используют те, кто мучается комплексом извращенца. Таких людей всю жизнь гложет червь стыда и сомнения в собственной нормальности. Они загоняют свои страхи в подсознание, стараются всё забыть, но душа всё равно болит. И вот тут появляются реформаторы и заявляют, что стыдиться нечего, что гомосексуализм вовсе не является омерзительной болезнью, что каждый теперь волен жить, как хочет, не оглядываясь на окружающих. Таким образом, отмена той статьи уголовного кодекса (мужеложство) имела ещё и символический смысл «отпущения грехов». Страдающие получили явное облегчение. Одни из них осознанно, другие интуитивно, на уровне подсознания, благодарны за это реформаторам и готовы простить им многое.

Я кратко разобрал лишь один аспект либерализации половой сферы, а ведь таких аспектов много. Пресловутая фраза «в СССР не было секса», при всей её внешней абсурдности, на самом деле имеет глубокий смысл. Секс — понятие широкое, оно не сводится к половым отношениям. Это и производство эротической кинопродукции, а также соответствующих развлекательных газет, журналов, книг, это и наличие легальных стриптиз-клубов, это и всевозможные шоу трансвеститов и так далее и тому подобное. Всего этого действительно не было в СССР, а многим, очень многим людям как раз этого и не доставало. Секс — это и определенная модель поведения, так называемые «свободные нравы», которые при советской власти всячески осуждались. Реформаторы и здесь дали послабление.

Критики сегодняшних порядков обычно обращают внимание на оборотную сторону вопроса. Они указывают на лавинообразное распространение заболеваний, передающихся половым путём, говорят о падении нравов, о моральной деградации общества, но упрямо не желают видеть, что многие люди рассматривают это как неизбежную плату за то благо, которое предоставили им реформы. Да, для них свободный секс — благо, как бы ни возмущалась консервативно настроенная часть общества.

Недооценка половой сферы, кстати, характерна для того вида марксизма, который был официальной идеологией СССР. Поэтому нет ничего удивительного в том, что современные сторонники советского строя, даже в лице наиболее развитых и образованных представителей, обычно склонны недооценивать роль сексуального фактора в общественно-политических и социальных процессах.

Итак, мы видим, что по всем основным статьям обывателю советский строй не слишком то и нравился. Что же тогда удивляться, что он, человек массы, отверг этот строй? Сейчас совершено бесполезно рассказывать ему про полеты в космос, про диковинные подводные лодки и сверхтехнологичное оборудование, которое производил СССР. Ну что до всего этого обывателю? Агитаторы-коммунисты искренне не понимают, что для обывателя их рассказы не более чем пустой звук. Даже обороноспособность страны — никакая не ценность. Она станет ценностью лишь в тот момент, когда исчезнет. Человек массы настолько примитивен, что способен более-менее адекватно оценить лишь то, что видит каждый день собственными глазами, то, с чем непосредственно сталкивается. Вот когда ему на голову обрушатся бомбы, вот когда он лично увидит, как горит лично его дом, вот только тогда он начнет понимать, что такое обороноспособность вообще. Зачем «маленькому человеку» полёт в космос? Что это даст лично ему в плане питания, одежды, жилья, и прочего? Что с того, что на Марсе нашли немного застывшей воды? Ах, там бактерии могли существовать сто миллионов лет назад? Ну и что? Разве это достаточный повод, чтобы тратить миллиарды рублей на полёты туда? Бог с ними, с марсианскими бактериями, своих земных бактерий девать некуда. Вы вон лучше новый автобусный маршрут запустите, или линию метро, вместо ракеты-то. А то до работы приходится два часа добираться. Вот так рассуждает обыватель, на деньги которого, кстати, и летают ракеты.

Так вот, элита прекрасно всё это понимала. Ей ничего не стоило исправить все эти недостатки социализма. Советский Союз обладал колоссальными средствами и возможностями, намного большими, чем сейчас располагает Россия. После того, как сверхдорогостоящие советские программы были свернуты, высвободившиеся ресурсы были практически полностью вывезены за рубеж. Лишь малая толика средств была потрачена на закупку товаров народного потребления, и этого оказалось достаточно, чтобы на полках магазинов появилось всё, что так любит обыватель: колбаса, множество сортов пива, водка, куча разноцветных журналов, десяток развлекательных каналов на ТВ. А теперь представьте себе, что уже при социализме руководство страны, закрыв ряд затратных проектов, направило бы сэкономленные средства на развитие потребительского рынка. Товаров на полках было бы в несколько раз больше чем сейчас, и они бы были намного качественнее и дешевле. Денег бы хватило на переоснащение общественного транспорта, на создание более качественного и доступного жилья и, уж конечно, на то, чтобы появилось интересное, развлекающее телевидение.

Но руководство страны демонстративно игнорировало ряд важных потребностей населения, вызывая глухое недовольство и закономерные подозрения в некомпетентности и неадекватности. Теперь-то мы понимаем, что такая политика проводилась сознательно. Власть прекрасно знала, каковы запросы масс. Противно слушать байки о том, что якобы советская элита просто не знала, чего хочет молодое поколение. Мол, советские управленцы хлебнули горя в нелегкие тридцатые-сороковые годы и поэтому считали, что главное — удовлетворить базовые потребности населения, а остальное — суета сует. Мол, не было в их действиях злого умысла, а было лишь непонимание и незнание запросов нового поколения. Такие рассуждения несостоятельны и смехотворны. Это станет совсем уж очевидным, если вспомнить, что сами представители элиты, клеймя позором «вещизм», устраивая травлю тех, кто всего-то на всего мечтал о джинсах и удобных кожаных кроссовках, в то же самое время отоваривались в спецраспределителях, обеспечивали своих детей и внуков модной иностранной одеждой, магнитофонами и так далее. Что хочет молодежь, старшее поколение элиты прекрасно знало хотя бы на примере своих собственных наследников, которым они сами позволяли иметь то, в чем отказывали остальным.

Так что антисоветский проект готовился давно, и, с учетом этого, сразу станет ясно, что фольклорные советские «маразмы» были частью плана по демонтажу социализма. Маразм нагнетался сознательно.

Вот поэтому в одной из богатейших стран мира, с мощной экономикой, прекрасной наукой и квалифицированной рабочей силой миллионы людей стояли в долгих очередях за колбасой, как кролики в клетке ютились в каморках, их дети мечтали о надувающейся жвачке, а подростки грезили об импортном кассетном магнитофоне.

2.11 Прокрустово ложе уравниловки

Все животные равны, но некоторые равнее.

(Оруэлл)

Анализируя крах социалистической системы, не уйти от рассмотрения такого явления как «уравниловка». В своё время тема уравниловки была одним из краеугольных камней в операциях антисоветской информационной войны.

Надо признать, что уже в шестидесятых годах в нашей стране сложилась странная ситуация: низкоквалифицированный труд стал оцениваться почти также, а порой и выше высококвалифицированного. Условно говоря, врач скорой помощи получал меньше водителя скорой помощи. Между тем, очевидно, что для приобретения навыков водителя, требуется потратить гораздо меньше времени и сил. Различие между представителем интеллектуального труда и будущим «гегемоном» начиналось ещё в младших классах школы, когда будущий кандидат наук корпел над книгами, занимался у репетиторов, почти не пропускал занятий и в некотором роде был лишен детства. Позже учеба в институте, потом года тяжелой работы и в итоге уровень жизни примерно такой-же, как и у бывшего бездельника, вплоть до совершеннолетия болтавшегося на улице и за пару месяцев научившегося крутить баранку.

Как утверждает известный оппозиционный политолог и публицист Кара-Мурза, подобное положение вещей характерно для традиционных обществ, в которых недооплаченность лучших представителей компенсируется повышенным к ним уважением. При этом Кара-Мурза признает, что уже в конце шестидесятых годов у советского человека появилась потребность самоутвердиться через деньги, то есть уважение к человеку стало сильно зависеть от его уровня материального потребления. И действительно, «инженер за 120» стал притчей во языцах, посмешищем.

Согласитесь, небывалая вещь, инженер находится на том же уровне, что и дворник! Это уже не уравниловка, это моральное издевательство над людьми умственного труда, подрыв престижности образования и науки. Мне возразят, а откуда же тогда очевидные успехи СССР в ВПК и ряде других сфер? Отвечу. Дело в — том, что подавляющее большинство лучших советских конструкторов, ученых, изобретателей — это ещё сталинская гвардия, а в сороковых-пятидесятых годах интеллектуальный труд оценивался намного выше пролетарского. В семидесятые ещё ощущалась инерция ускоренной индустриализации, потребовавшей подготовки множества высококвалифицированных специалистов. Приходилось слышать и такое утверждение: «при Сталине специалисты были дефицитом, а потому и хорошо оплачивались, а когда их подготовили в значительном количестве, то, совершенно закономерно, они перестали резко отличаться уровнем жизни от рабочих». В таких рассуждениях, безусловно, есть рациональное зерно, но в них не учитывается фактор НТР, произошедшей как раз в конце шестидесятых — начале семидесятых. Надо ли доказывать, что в этих условиях требовалась новая индустриализация?

Порой говорят, что «гегемон» заслуживает повышенных окладов, поскольку испытывает более тяжелые нагрузки, чем «интеллигент-очкарик». Так вот, это шариковщина чистой воды, таким людям я советую посмотреть на дрожащие руки врача, сделавшего многочасовую операцию, на его мокрый от пота лоб и на то, как он курит одну сигарету за другой, пытаясь справиться с колоссальным нервным напряжением.

Стоит ли удивляться, что значительная часть интеллигенции отвергла советский строй, а у рабочего возникли необоснованные иллюзии? Он окончательно уверовал в свою избранность и решил захапать себе всё. Вспомните шахтерские забастовки «первой волны», бастующие занялись форменным рэкетом по принципу «вы с нами по-социалистически, а вот мы с вами по-капиталистически». То есть технику им поставляй как и раньше, хлеб-молоко продавай им по заниженным, дотируемым ценам, а вот «свой» уголь они нам будут продавать, как им самим захочется, и по той цене, которую они сами установят. Вот что бывает, когда целые группы населения по мироощущению оказываются явно не на своем месте.

В одной из своих статей Кара-Мурза пишет: «В МГУ 18 человек на место, а в водители никто идти не хочет». И тогда, чтобы человек захотел покрутить баранку, его надо обеспечивать высоким окладом, иначе некому будет грузовик водить.

Лично мне такие рассуждения кажутся немного странными. Судите сами, один из восемнадцати абитуриентов поступает, условно говоря, в МГУ, а куда деваются остальные семнадцать? Почему они автоматически не идут в шахту, в торговлю, в дворники, наконец? Почему их приходится туда приманивать калачом? Почему государство создавало для них липовые экономические ниши, в которых интеллектуальный труд просто имитировался? Ведь именно так и появилась армия бездельников с огромным самомнением, игравшая в карты и домино в рабочее время. И это притом, что в других сферах людей катастрофически не хватало.

Создался опасный порочный круг: сначала государство убедило «провалившихся на экзамене» в том, что они способны заниматься интеллектуальным трудом. Поскольку само государство знает им истинную цену, то и оплачивает их «деятельность» по минимуму, тем самым понижая престиж умственного труда и вызывая раздражение у интеллигенции. А в довершение безобразия государство, используя административный нажим, заставляет таких «интеллектуалов» ежегодно отправляться в село на «картошку» или перетряхивать свеклу на овощебазе. К чему все эти ухищрения? Не сдал экзамен, не можешь быть ученым, конструктором, офицером — занимайся тем, чем можешь. Крути баранку, торгуй морковью в магазине, подметай улицы, а если и в городе для тебя мест нет — отправляйся в деревню. Не следует создавать и поддерживать в человеке необоснованные иллюзии! Если бы государство не подпускало таких людей к НИИ на пушечный выстрел, то число псевдоинтеллектуалов, недовольных социализмом, резко бы уменьшилось, а число хороших трактористов, мясников и дворников увеличилось. Почему так не было сделано? А именно потому, что элита уже в те времена поставила цель уничтожить социализм. Руководство страны не было заинтересовано в укреплении советского строя.

Рассматривая проблему уравниловки, необходимо ответить ещё на один вопрос: если интеллигенция отвергла советский строй из-за уравниловки, то почему же она сейчас поддерживает систему, в которой оказалась уже в совершенно нищенском положении?

Действительно, раньше профессор имел доход раза в полтора выше, чем водитель, и это профессора возмущало. Сейчас, когда уже уровень жизни водителя намного выше, профессор «голосует сердцем» за реформы. В чём тут дело? А дело в том, что интеллигенция неоднородна. Наши наиболее талантливые ученые теперь трудятся на благо других стран и живут получше, чем в советские годы и уж точно намного богаче рабочих, продавцов, дворников и так далее. Кое-кто из бывших доцентов переквалифицировался в программисты, аналитики, банковские служащие и смог «самоутвердиться через деньги». Остальные — те, кто «не вписался в систему», винят в этом прежде всего самих себя. Пример более «удачливых» коллег заставляет их думать, что в — новых условиях можно жить неплохо, а раз не преуспел, то пеняй на себя. Если бы никто не выигрывал в лотерею, то в неё бы и не играли. Но миллионы простачков упрямо тратят свои деньги (порой последние), поскольку раз в сто лет кому-то все же выпадает главный приз. Нет больше патерналистского государства, на гнет которого раньше списывались все собственные промахи.

Вообще, патерналистская сущность системы является источником многих слабостей СССР, и на этом стоит остановиться подробнее. Государство играло роль отца, народы составляли семью, в которой старшим братом был русский народ. А раз так, то для анализа некоторых процессов, происходивших в Советском Союзе, правомочно использовать модель «отец-дети».

Итак, что же такое семья? Какие отношения в семье считаются нормальными, а что в семье недопустимо? В каких случаях члены семьи сплачиваются, а когда семья распадается? Если мы ответим на эти вопросы, то существенно продвинемся в понимании событий недавнего прошлого. Обществоведы давно обратили внимание на то, что патерналистское государство в минуту опасности становится очень устойчивым, но бывают такие исторические периоды, когда оно очень быстро превращается в хрупкую, беззащитную конструкцию. И действительно, в момент самых страшных потрясений Советский Союз продемонстрировал поразительную жизнеспособность, а в сытые и спокойные годы его как ветром сдуло. Сейчас эти два лика советской страны дают пищу для множества разнообразных политических спекуляций. Антисоветчики всех мастей козыряют тем, что СССР распался в мирное время и почти мгновенно, при этом никто даже не вышел его защищать, и делают из этого вывод о фундаментальной порочности социализма. Представители левой оппозиции в качестве контраргумента вспомнят оборону Москвы и красный флаг над Рейхстагом. Марксисты скажут, что при строительстве социализма были нарушены некие объективные законы, и вот вам результат. На это им возражают многие авторитетные политологи. Например, Кара-Мурза предложил следующую метафору: «СССР — это здоровяк, которого сгубила бледная спирохета». Так что же такое СССР: гигант на глиняных ногах или мощный здоровяк, по пьяни заразившийся сифилисом? На мой взгляд, ни то и ни другое.

В семье за всё отвечает отец, и когда нет хлеба, виноват только он. В этом очевидная слабость патерналистского государства. Но, к сожалению, список слабостей на этом не заканчивается. Когда ребенок маленький, он воспринимает господство родителей как должное. Да, дитя может покапризничать, потопать ножкой, но, получив подзатыльник, смиренно отправляется делать уроки. А всё потому, что папа кажется самым сильным и умным, а мама самой красивой и доброй. Но дети растут, власть отца начинает их тяготить. Уже лет в тринадцать они хотят жить своим умом, пусть и по-глупому, но по-своему, и это — объективный процесс. Конечно, в нормальных семьях никто подростка не отпустит в свободное плавание. Потому-то и возникает конфликт интересов между родителями и их повзрослевшими, но ещё не взрослыми детьми. Отец начинает стремительно терять авторитет, все его решения подвергаются подростком критическому анализу и очень часто осмеянию. Ответ родителей на сложившуюся ситуацию нередко сводится к закручиванию гаек. Но ни к чему хорошему это не приводит. Дети всё равно, рано или поздно, вырываются из-под опеки взрослых, и тогда они, как говорится, съезжают с катушек. Если молодому человеку авторитарный отец запрещал до восемнадцати лет даже притрагиваться к алкоголю, всё, жди беды, парень начнет хлестать водку. Если девушке в пятнадцать лет не позволяли красить губы, пиши пропало — пойдет по рукам.

Бывает так, что подросток вырастает, становится уже взрослым, но родители упускают этот момент. Им всё ещё кажется, что их ребенок маленький, они не готовы принять новую реальность. И вот тут уже начинаются настоящие проблемы. Господство отца перестает быть положительным фактором в становлении личности, напротив, наносит колоссальный вред всей семье. Мелкие поручения, который дает отец покровительственным тоном, вызывают у взрослых детей приступ бешенства и ненависти. Когда отец требует от первоклассника убрать тетрадки со стола, то ребенок хоть и поворчит, но подчинится и, самое главное, не будет чувствовать себя униженным. Он понимает, что ситуация нормальная, что точно так же происходит и в других семьях. Но если взрослый человек оставил чертежи на столе, а отец требует собрать их, и не потому, что они кому-то мешают, а для того чтобы «приучить к порядку», то сын будет глубоко оскорблен. «Хватит поучать и приучать, я давно уже самостоятельный человек»! Поручения отца будут восприниматься как идиотизм и унижение. Именно так и воспринимала наша интеллигенция поездки на «картошку» и овощебазу. Многие недоумевают, почему интеллигенция впадала в бешенство, неужели так уж сложно раз в году сгонять на несколько дней в поле? «Противникам» поездок в колхоз обычно указывают на то, что их ненависть совершенно неадекватна тому труду, который государство требовало от них совершить. Но разве дело в физической усталости? Взрослому сыну чисто физически не сложно убрать чертежи со стола, отчего же он бесится? А оттого, что его унижает само отношение отца. Государство-отец, отправляя людей на картошку, просто-напросто давало понять взрослым, что относится к ним как к детям. А что бывает, когда отец ещё и глуп, и ограничен? Проблема резко усугубляется. Он начинает вызывать уже презрение пополам с ненавистью. Что ж ты, старый осел, ни черта не понимаешь, а вяжешь по рукам и ногам? Воинствующее невежество — страшная штука.

Итак, наш народ взрослел, но, что очень важно, взрослел неравномерно. В обществе было немало людей, которые вышли не только из детского, но и из подросткового возраста. Они хотели большей свободы, но при этом они готовы были и к большей ответственности. Всё-таки либеральный принцип — «я ничего не должен государству, кроме налогов», разные люди понимали по-разному. Одни поняли это как возможность скинуть оковы цивилизации и теперь опускаются всё ниже и ниже. Увы, большинство населения составляли «подростки», которым знаний ещё не хватает, а детского страха перед родителями уже нет. Таких очень легко было соблазнить «сигаретой». Вот тут-то и сыграл важную роль фактор холодной войны, пятой колонны и так далее. Ситуация в России сложилась уникальная: у нас налицо союз нищих и богатых, ограбленных и воров. Союз взрослых и детей, которых убедили, что они взрослые. И дети, вкусив взрослой жизни, не хотят назад, не хотят под крыло. Взрослая жизнь — вот что манит ребенка сильнее всего на свете. Простите, за грубость, но подростку гораздо приятнее переспать с девушкой и выпить пива, чем вставать утром и по команде отца делать зарядку, потом ходить в школу, а по вечерам готовить уроки. А как подобные проблемы решает тот же Запад? А очень просто. Детям разрешено быть чуть-чуть взрослыми, для них взрослая жизнь имитируется в специально отведенных «местах», в культурных нишах вроде: «потребляй и занимайся сексом».

Разумеется, и у нас эту проблему можно было бы решить, но в том-то и дело, что элите это было невыгодно.

2.12 Станет ли «врачом» «убийца»?

В подлые времена враги ценнее друзей.

Итак, партийная элита добилась поставленной цели. Когда ей стало тесно в рамках социалистической системы, она уничтожила существовавший строй и превратилась в крупного частного собственника. Порядок, установившийся после революции 1991–1993 годов, из чисто манипулятивных соображений провозгласили рыночным, а некоторые «красные» ортодоксы всерьез называют его капиталистическим. Но, очевидно, что существующий ныне строй не имеет никакого отношения ни к рынку, ни к капитализму. Рыночная риторика — лишь пропагандистский шум, призванный скрыть истинную суть произошедших изменений. Доказать этот тезис в принципе нетрудно, но долго. Поэтому для иллюстрации приведу один частный, но красноречивый пример. Речь идет о том, как власть относится к развитию малого и среднего бизнеса.

Вообще-то, в обществах рыночного типа малый и средний бизнес являются важной частью экономики. И сразу после начала реформ тема малого и среднего бизнеса стала одной из наиболее обсуждаемых и раскручиваемых. По этому вопросу потоком шли публикации в прессе, организовывалась тьма круглых столов и ток-шоу, принимался ворох законов и постановлений, назначались ответственные лица. То есть создавалось впечатление, что власть только и делает, что вкладывает всю свою энергию в разработку и внедрение программ поддержки малого предпринимательства. Публичные политики, то есть те представители элиты, которые призваны персонифицировать власть, бесконечно произносили ритуальные слова о крайней важности для страны наличия класса мелких собственников и дежурно сокрушались по поводу того, что этого класса всё нет и нет. Но одновременно с этим именно они делали всё возможное для того, чтобы не дать окрепнуть даже первым ещё совсем слабым росткам предпринимательства. Действительно, первым делом реформаторы продали прибыльные предприятия (водка, табак). Зачем? Приватизация нужна для создания эффективного собственника, а уж по части водочки у нас было всё в порядке, алкогольная промышленность приносила государству огромную прибыль. Отдав эти предприятия частным лицам, читай, мафии, реформаторы оставили бюджет без важного источника доходов. На какие же деньги они собирались поддерживать малый бизнес, если у государства не хватало денег даже на копеечные выплаты бюджетникам?

Потом с молотка пошла нефтянка, цветные металлы, лес и так далее. Ресурсы, необходимые отечественному производителю, ускоренно потекли заграницу. Прибыль от продажи сырья хлынула туда же. Одновременно с этим упали реальные доходы милиции и сотрудников спецслужб, лучшие кадры уволились, а те, кто остались, стали искать полулегальный и даже нелегальный приработок на стороне. Это привело к тому, что зарождавшееся предпринимательство оказалось беззащитно перед криминальными структурами, которые обложили их данью. Кроме того, расцвело взяточничество, и поборы со стороны чиновников окончательно придавили малый и средний бизнес. Ну, о каком развитии тут может идти речь?

Всё это вещи очевидные, поэтому нельзя себе представить, будто бы власть не понимала, что натворила. А раз понимала, то какую цель преследовала? Ответ на этот вопрос вновь дает теория элит.

Представьте себе, что в стране есть несколько миллионов представителей малого и среднего бизнеса. Речь идет не о перекупщиках иностранного ширпотреба и не о челяди, обслуживающей олигархов и бандитов, а о тех, кто производит и созидает. У одного есть свой маленький колбасный завод, у другого фирма по производству мебели, третий печет и реализует булки. Малому бизнесу нужны четкие правила игры: нормальные законы, защита от бандитов, стабильность внутри страны. При реформаторах этого и близко нет, законодательство запутано, суды и силовые структуры коррумпированы, кредит под нормальные проценты не возьмешь, от бандитов спасу нет. Бизнесу для развития нужен капитал, а это не только деньги, как некоторые могут подумать. Это, прежде всего ресурсы: нефть, лес, металл и прочее. Но власть создала такую систему, при которой всё это широким потоком уплывает за рубеж. Малому и особенно среднему бизнесу нужны рынки сбыта, а для этого необходима реальная интеграция со странами СНГ. Так вот, в среде бизнесменов очень быстро созреет контр-элита, которая начнет отстаивать свои интересы и тем самым будет реально угрожать власти. Такая контрэлита получит поддержку тех, кто работает на их предприятиях. Вместе они — немалая сила.

Очевидно, что появление конкурента крайне невыгодно власти, и она сделает всё возможное для того, чтобы малый, и уж тем более, средний бизнес продолжал оставаться в придавленном состоянии.

Так что не стоит обращать внимание на демагогию о рыночности современной системы, это не более чем словоблудие. Сегодняшний строй — это насос, выкачивающий из нашей страны всё, что представляет хоть какую-нибудь ценность, всё, что можно конвертировать в доллары (евро) и вывезти из России. Нетрудно догадаться, что сегодняшней власти выгодно и сокращение населения страны, ведь чем меньше людей потребляет ресурсов, тем больше элита сможет продать на мировом рынке, а деньги положить себе в карман. Также нетрудно догадаться, что сохранение такого порядка неминуемо приведет к исчезновению и народа, и государства. Наша страна превратится в нищую и холодную помойку.

Разумеется, возникает закономерный вопрос: есть ли шансы избежать такого печального конца? Отвечу: да, есть, и немалые. К нашему великому счастью, установившийся порядок невыгоден влиятельной части элиты. И на это вся надежда. Да, да, надежда на элиту, а вовсе не на нищего врача-учителя-офицера-пенсионера, на которого так долго и так бессмысленно уповает оппозиция.

Противоречие между советским строем и элитой привело к уничтожению самого советского строя. Так вот, сейчас, как это ни странно, вновь зреет та же самая проблема: новый строй становится невыгоден самой элите, а точнее её части.

Абсолютное большинство людей, причисляющих себя к оппозиции, считает, что нет никакой разницы между высшей властью и её «приводными ремнями» (управленцами губернского уровня, крупными чиновниками и проч.). Не спорю, и те, и другие ответственны и за уничтожение СССР, и за ужасы периода «Большого Хап-ка». «Приводные ремни» верно служили и служат высшей власти и сами себя считают частью высшей элиты. Повторюсь, так же считает и массовый оппозиционер. А между тем, власть не монолитна и принципиально не монолитна. Грубо говорят, она состоит из двух групп, интересы которых лишь на первый взгляд сходны, но на самом деле прямо противоположны. «Приводные ремни», исполнители воли самой высшей элиты, нужны им для того, чтобы отработать гарантии безопасности, которые им дал Запад. Запад примет их к себе, когда Россия окажется совершенно выпотрошенной. Но без тех, кто реализует программы реформаторов на местах, сами реформы невозможны. Высшая власть это прекрасно понимает и прикладывает значительные усилия для консолидации вокруг себя всех представителей элиты. К тому же, ограбленные и униженные оппозиционеры прекрасно ей в этом деле помогают. Губернский управленец, наворовавший миллиона два-три долларов, когда слышит, что «народная власть» повесит его за ноги или сварит его в кипятке, конечно же, сделает все, чтобы эта «народная власть» никогда не настала. Свое спасение такие люди видят в сохранении нынешних порядков, но именно эти порядки в конечном итоге оставят именно этих людей без денег и наедине с озверевшим народом, жаждущим мести! А поскольку главные виновники ускользнут, то вся ненависть выплеснется как раз на управленцев среднего звена. Ведь Запад примет к себе лишь горстку самых богатых и влиятельных реформаторов, но не допустит к себе даже среднюю прослойку. Зачем они им нужны? Их деньги уже давно в западных банках, так что их деньги просто конфискуют, а чужие воры в большом количестве Западу ни к чему. Характерно, что такие вот управленцы среднего звена и малые миллионеры в значительном своем большинстве и уезжать-то не хотят. Запад им чужд, а они по своей культуре и психологии вовсе не граждане мира. То есть, у малых миллионеров есть фундаментальное, принципиальное сходство как раз с нищими и фундаментальное различие с самыми богатыми и влиятельными. Нищие и средний класс останутся в России, поэтому столкнутся с одними и теми же проблемами. Но это пока совершено не доходит до первых и очень плохо доходит до вторых. Нищие ненавидят «средних», поскольку «средние» их ограбили, а «средние» боятся до смерти нищих по той же самой причине. А поскольку для самих нищих всё, что больше 100 тысяч долларов — это невероятные деньги, то любой, кто обладает миллионом, это уже запредельный нувориш, неотличимый от того, кто ворует миллиардами.

Как ни странно, но судьба большинства зажиточных людей именно в руках тех «жалких совков», которых они боятся и презирают. Но и обратное верно. Судьба обычного человека, будь он хоть трижды патриот, тоже в руках управленца среднего звена, губернской элиты, бизнесмена средней руки. Если обе социальные группы поймут, что они заодно, то реформы закончатся почти сразу же и начнется возрождение России. Ведь без «приводных ремней» все проекты реформаторов сразу же повиснут в воздухе, шестеренки просто перестанут крутиться.

Хватит иллюзий — ни интеллигент, ни рабочий, ни крестьянин, ни офицер самостоятельно остановить реформы не смогли, и не смогут, у них для этого просто нет никаких инструментов. Дожидаться краха бесперспективно, поскольку крах России — это именно то, чего и хотят мировые элиты, это и есть последняя, окончательная цель реформ, которая, к счастью, пока не реализована.

Чем быстрее элита второго эшелона, та её часть, что не захочет, да и не сможет эмигрировать, осознает принципиальное несовпадение своих интересов с интересами самой высшей элиты, тем быстрее произойдет очередной перелом в истории нашей страны, перелом, дающий шансы на выживание и развитие России.

То, что в мире действует единственное право — право сильного — стало уже банальностью. Наивным иллюзиям о содружестве демократических наций, общеевропейском доме, куда с распростертыми объятиями примут Россию, не суждено было сбыться. Запад последовательно придерживается политики «Большой дубины» и целенаправленно превращает страны Третьего мира в свои колонии. При этом элита Запада с брезгливым презрением относится к элитам подчиненных государств. Участь номинальных правителей государств, неспособных себя защитить, незавидна. Всю свою жизнь они вынуждены холуйствовать, лезть из кож вон, доказывая Западу свою нужность. Однако это не дает никакой гарантии. Очень хорошо известно, что при малейшем изменении политической конъюнктуры Запад легко сдает даже самых своих верных слуг, и тогда их жжет Гаагский трибунал, тюрьма, или смерть в перестрелке во время очередного переворота. Президенты жутко независимых, демократически-банановых республик прекрасно это понимают и всю жизнь трясутся от страха. Они знают, что их судьба находится полностью в руках элит сверхдержав. Они бы и рады сбросить с себя столь тяжкое ярмо, да не могут, чуть что и американский авианосец замаячит поблизости и нет никакой возможность его прогнать куда подальше. С какой завистью марионеточные президенты и диктаторы поглядывают на Россию. И как их удивляет поведение российской элиты! Это ж надо, у них там есть ядерное оружие, им нечего бояться англичан и прочих американцев, и вместо того, чтобы быть полновластными хозяевами своей страны, они сами, добровольно, навязываются в лакеи!

И действительно, стоит ли игра свеч? Стоило ли разрушать Советский Союз, чтобы, став миллионерами или даже миллиардерами, теперь вот превратиться в безвольных и абсолютно зависимых кукол, которых в любой момент «Карабас-Барабас» бросит в топку? И деньги отберут, и в тюрьму посадят, а может, кое-что и похуже сделают. Причем, тревожные звоночки звенят уже сейчас. Кое-кого из нашей элиты на Западе уже пробовали посадить. Бородин был первой ласточкой, Адамов — второй, скоро ласточки полетят стаями. Большинству представителей российской элиты нет хода в приличное общество Запада, не признают в них бизнесменов. Так, шантрапа, ограбившая свой же собственный народ и не способная ни на что иное. И это притом, что пока ещё не все советские ядерные боеголовки распилены и сняты с боевого дежурства по причине дряхлости. Как там оно будет лет через двадцать? Ведь им припомнят все их художества периода «Большого Хапка» — и залоговые аукционы, и распродажу недр, и многое-многое другое. И отправятся «эффективные собственники» известной дорогой, и закончится печально их сладкая жизнь.

Но возможен и другой вариант. Вариант, при котором российская элита займёт одно из ключевых позиций в мире. Станет богатейшей, могущественной и уважаемой. Никто не осмелится угрожать их собственности, никто не посмеет демонстрировать к российской элите пренебрежение или тем более ей помыкать. И ведь для этого варианта есть все предпосылки. Ядерный щит, унаследованный от СССР, способен надёжно защитить от любой угрозы. Значит, надо его укреплять, обновлять и развивать. Сильная, современная экономика даст куда больший доход, чем примитивный экспорт сырья. Значит, надо делать ставку не на банальный экспорт нефти, а на модернизацию промышленности, на создание наукоемких, интеллектуальных отраслей. Значит, необходимо инвестировать средства в образование и науку. Всё это быстро окупится и принесет колоссальный доход. Реализации описанного сценария, к сожалению, мешает «синдром игрока в лотерею». Дело в том, что каждый игрок, хоть и прекрасно понимает, что его шансы на выигрыш мизерны, но всё-таки втайне надеется попасть в число счастливчиков. И представители элиты, хотя и понимают, что Запад запросто, в любой момент может их сдать, всё же полагают, что вот лично их пронесёт. Каждый надеется, что кого-то другого посадят в тюрьму, у кого-то другого конфискуют деньги, а вот лично он сохранит и виллу на островах, и «Феррари», и акции крупных прибыльных предприятий, и счет в банке. И ведь правда, Запад расправляется далеко не со всеми своими «сукиными сынами», кое-кто, конечно, оказывается на нарах, а то и похуже, но это происходит сравнительно редко. Однако кризис России принципиально отличается от ситуации в странах Третьего мира, зависимых от Запада. Дело в том, что наша страна не может долго существовать в ослабленном состоянии. В силу климатических, геополитических и многих других причин мы обречены либо быть мощной державой, либо сойти с исторической сцены, распавшись на ряд депрессивных осколков. Поэтому сейчас наша элита напоминает человека, который продает свои собственные внутренние органы, а на вырученные деньги ходит в ресторан и покупает автомобиль. То есть элита создала и поддерживает порядок, который сам себя ест, причем в его пасть неизбежно попадут не только «жалкие совки», но и значительная часть самой элиты.

Так стоит ли свеч игра на уничтожение России? — вновь задаю я свой вопрос. От того, что на него ответит элита, зависит очень многое.

Всё-таки есть основания полагать, что в ближайшие годы внутри элиты произойдет принципиальное размежевание между теми, кто «остаются», и теми, кто собрался бежать, предварительно подпалив за собой остатки того, что называлось когда-то Россией. Борьба между двумя типами элит и предопределит характер общественно-политических процессов нашей страны.

Вместо заключения. Прорыв в будущее

То, что Россия находится в беспрецедентно долгом и тяжелом кризисе, — вещь хорошо известная. Официальная идеология недавнего прошлого оказалась крайне неадекватной вызовам времени, что сыграло резко отрицательную роль в судьбе нашей страны.

Образовавшийся идеологический вакуум новая власть заполнила ворохом бессмысленных псевдоинтеллектуальных лозунгов-заклинаний, вычитанных из брошюрок, специально изданных иностранными фондами для туземцев. Следуя этим рекомендациям, мы уже пятнадцать лет обмениваем своё «ненужное» золото на их «ценнейшие» стеклянные бусы, потешая весь мир и обогащая горстку доморощенных паразитов.

Тем, кому принадлежит реальная власть в стране, исключительно выгодно сложившееся положение вещей. Ведь они зарабатывают огромные деньги на том, что продают сырьё. Чем меньше людей живет в России, тем меньше надо отапливать их квартиры, а значит, больше нефти можно продать заграницу. Чем слабее армия, чем меньше ей нужно военной техники, тем больше высококачественного металла смогут вывезти. Чем хуже образование в стране, тем невежественнее народ, тем легче им управлять. Ну и так далее.

Конечно, вечно так продолжаться не может, нас обдерут, как липку, и выпихнут на помойку истории. И хотя мы ещё кое-как барахтаемся и тешим себя надеждой увидеть свет в конце туннеля, на этой траектории движения у нас нет шансов сохраниться. И это прекрасно известно «сильным мира сего», а для пресловутого «простого человека» всегда наготове анестезия, в духе известного припева «хорошо, всё будет хорошо…». А поскольку люди смертельно устали от бесконечных издевательств последних лет, то и готовы поверить любой убаюкивающей лжи. Разумеется, данное обстоятельство делает наш кризис ещё более глубоким.

Чтобы вырваться из проклятого капкана, совершенно необходимо заставить себя отказаться от самообмана. Заглянуть правде в лицо очень тяжело, больно уж горька эта правда, и здесь потребуется воля и мужество. Без мужества и воли нам не обойтись. Но это, конечно же, банальность. Что ещё нужно? Много чего, но дорогу осилит идущий. Представим себе, что та часть властной элиты, «которая остаётся в России», одержала верх. Перед ней сразу встанет множество вопросов, решение которых невозможно без соответствующего идеологического подкрепления. Давайте подумаем над контурами новой идеологии, ведь преодоление идеологического кризиса является первоочередной задачей.

Что предложить людям? Есть ли сейчас лозунги, столь же эффективные, как знаменитые «Землю крестьянам» и «Фабрики рабочим»? Ведь нынешнее общество апатично. И эта апатия возникла не сама по себе, её тщательно культивировали. Оглядываясь назад, вспоминая недавнее прошлое, поражаешься, какими наивными мы были, как же легко нас взяли за горло и скрутили в бараний рог. Боже мой, ещё вчера кандидат в депутаты лично клеил на заборе листовку «Долой привилегии номенклатуры» и с блеском выигрывал выборы. Толпы людей давали ему статус глашатая истины, несгибаемого борца за свободу и тому подобное. Стоило какому-то неизвестному субъекту помахать перед носом обывателя бумажками с непривычным названием «компромат», так сразу же этот «Остап Бендер» завоевывал сердца миллионов. А что тогда творилось на кухнях, на площадях, в очередях «за дефицитом»! Народ бурлил, надрывался в спорах о пути России, о цивилизации, о капитализме, плановой экономике. Вся страна обсуждала поправки к законам, которые принимали народные депутаты. Люди могли наизусть повторить основные положения экономических программ кандидатов. Но вот прошло пару месяцев после выборов, и «борцы с черными „Волгами“» сели в личные «Мерседесы», обзавелись хорошими квартирам в Москве и начали обрастать жирком. «Перерождение» не вызвало какой-то особой ярости у обманутого общества. Лохи, проигравшие напёрсточнику, не сделали из произошедшего никаких выводов. И к новым выборам появились новые кумиры, похитрее и покруче «демократов первой волны». Эти взялись посерьёзному, они влезли в каждый дом, они круглосуточно смотрели на нас с экранов телевизоров, они заклинали и убеждали. Всё повторилось снова, с той лишь разницей, что новые «пламенные рыцари рыночной экономики» не ограничились квартирами и машинами, они-то понимали, что всё это дешевка. Они приобрели телевизионные каналы, самолеты, недвижимость в тропических странах, акции крупнейших предприятий, а народ опять остался в дураках.

Мы получили урок чудовищного цинизма и подлости. Годами один известный телеведущий показывал всей стране рейтинги лидеров политических партий и движений, строил предвыборные расклады, делал прогнозы, принимал звонки в студию. А потом как-то проболтался на всю страну, что телевизионные рейтинги носят заказной характер и нельзя им верить! Но вот проходит некоторое время, и опять в его же передаче он же демонстрирует «рейтинговые показатели» главных политических сил страны.

И раньше людей обманывали, но они хотя бы искренне верили, что они защищают свободу и демократию, борются с засильем воров и коррупционеров. Теперь нет даже этого. Чтобы заставить за себя голосовать, в ход идёт самый обыкновенный, пошлый прессинг. Людей выжимают, как лимон, их превращают в подопытных собак, у которых вырабатывают условный рефлекс. Все заранее уже знают, какой политик что скажет. Миллионы бредут на участки для голосования, как крысы за дудочником. Миллионы вообще не ходят на выборы, многие голосуют против всех. Власть добилась того, что никто не меряет её высоким стандартом, люди закапываются на дачных участках, считают копейки, просто выживают. Народ превращен в человеческую пыль без идеалов, без собственного мнения и чувства собственного достоинства, без четкой системы ценностей.

Если бы накануне «перестройки», в 1984 году, кто-нибудь сказал, что вскоре на юге страны будет процветать работорговля, что город Грозный сотрут с лица земли, а террористы захватят роддом, концертный зал, взорвут самолёт и так далее, то такого «провидца» сдали бы в психдом.

Более десяти лет идёт война в Чечне, и как это ни дико звучит, но и к этому все привыкли. В своё время война в Афганистане сыграла исключительно важную роль в дискредитации советской системы. А сейчас бомбят собственные города, и всем наплевать.

Политическая элита превращает страну в финансовую пирамиду, которая оглушительно рушится в 1998 году. Хоть кто-нибудь понёс хоть какую-то ответственность? Нет.

Ежегодно во многих регионах страны люди подолгу остаются то без света, то без тепла, и что же? А ничего. Власть имитирует бурную деятельность, обещает разобраться и наказать виновных, а население безропотно сносит бесконечные унижения.

Лишение народа чувства собственного достоинства — старый, проверенный прием. Так, ещё полководцы античности сносили исторические памятники побежденных народов, для того чтобы ничего не напоминало им о былом величии.

Таким образом, основополагающим принципом новой идеологии должно стать в первую очередь возрождение чувства национального достоинства. Хочу особо подчеркнуть, что это не тождественно идее великодержавия, хотя и тесно связано с ней. Мы ведь помним, как даже во времена расцвета могущества СССР часть нашей молодежи бегала за иностранцами, выклянчивая жвачки. Мы помним, как перед каждым западным голодранцем любезно распахивались двери лучших ресторанов, гостиниц и так далее. Это ли не утеря собственного достоинства? Это ли не прививание колониальных порядков?

Как видим, великодержавие само по себе не спасает от национального позора. Сильное государство — не цель, а средство. Средство для укрепления национального духа. Если государство превращается лишь в защитника кормушки, жди большой беды. Впрочем, мы её дождались. Конечно, холуйство перед иностранцами корням уходит далеко в прошлое. Но это плебейство всегда вызывало раздражение у патриотичной части общества. С этим позорным явлением всегда боролся цвет нашего народа: Ломоносов, Гоголь, Ермолов, Достоевский, Грибоедов и многие другие. Но, увы, их сил не хватило. Значит ли это, что борьба была напрасна? Значит ли это, что мы обречены вечно ходить в поучаемых и унижаемых? Что ж, для тех, кто так думает, есть масса мест для проживания, кроме России. Я же обращаюсь не к ним. Я обращаюсь к тем, для кого невыносимо сегодняшнее национальное унижение страны и народа. Именно вы являетесь солью нации, её витамином. Именно на ваши плечи и ляжет основной груз борьбы за разум и сердца остальных.

Гордость — вот краеугольный камень новой идеологии. Элита может и должна предложить людям почувствовать гордость за свою страну, за принадлежность к своему народу. Но чем же гордиться? Тем, что каждому обеспечена тарелка супа и батон хлеба? Опыт СССР показал, что это тупик. Можно ли гордиться родной великой историей и культурой? Да, можно. Но, опять таки, опыт СССР показал, что для многих людей кроссовки «Адидас» и «финский унитаз» оказались важнее. Как ни крути, а гордость нуждается в серьезном материальном подкреплении. И вот тут-то кроется главная проблема.

В том-то и дело, что в материальном плане мы вряд ли сможем достичь уровня жизни западных стран. У нас для этого не хватит ресурсов. А Запад грабит весь остальной мир, за что его и ненавидят повсеместно. Мы по объективным причинам беднее. Но что значит беднее? Бедность принимает разные формы.

Представьте ситуацию: один человек может на свою зарплату купить три пары отличных брюк. А другой, который беднее, может купить либо одну пару точно таких же брюк, либо три пары, но низкого качества. Если второй человек не дурак, то он лучше купит одну пару, но высококачественную, чем три никуда негодных. Вот так и с нашей страной. Поздний СССР производил немало товаров народного потребления, но, что греха таить, они были в целом невысокого качества, по сравнению с теми товарами, которые мы импортировали. В результате, народ твердо уверовал, что родная страна неспособна производить качественные вещи, и люди стали мечтать, чтобы в магазинах было только импортное. Поэтому в будущем стоит придерживаться принципа «меньше да лучше».

Мы можем жить достойно. Отсталость — это не навсегда. У нас есть потенциальная возможность нормально питаться, хорошо одеваться, ездить на отличных автомобилях и так далее. Хотя потреблять мы будем меньше чем страны Запада. Это надо четко понять. В обществе, которое быстро развивается, велика социальная мобильность. То есть появляются возможности для простых людей подняться на самый верх, войти в элиту. Приток «свежей крови» также крайне необходим. И работать будем не ради абстрактного светлого будущего.

Вот пятьдесят лет назад многие искренне верили, что уж в XXI веке их внуки будут жить при коммунизме, который воспринимался как рай на земле. Теперь мы видим, что наивные мечты не сбылись.

Жить надо здесь и сейчас, и хорошо жить. Но не мародерствовать, проедая накопленное ранее, а созидать и строить. При этом икра, лучшие сорта рыб, алмазы, нефть, металлы и прочие наши ценнейшие ресурсы не должны экспортироваться за границу. Всё это нам самим понадобится. А Запад перебьется! То, что сейчас элита обеспечивает другие страны не возобновляемым сырьём, хотя его явно не хватает самой России, — это ведь, помимо всего прочего, ещё и характерная колониальная черта, от которой надо срочно избавляться.

Восстановление самоуважения у народа и обеспечение достатка работящим людям — отнюдь не утопия, а реальная задача, которую можно решить.

Список использованной литературы

1. Уши машут ослом. Д. Гусев, О. Матвейчев, Р. Хазеев, С. Чернаков

2. Внушение и толпа. В. Бехтерев

3. Агрессия. К. Лоренц

4. За пределами разума. С. Гроф

5. Исторические корни волшебной сказки. В. Пропп

6. Деструктивные психотехники. Редакция И. Митрофановой

7. Психология массовых коммуникаций. Р. Харрис

8. Психоистория. Л. ДеМоз

9. Язык телодвижений (как читать мысли по жестам). А. Пиз.

10. Инфопсихология. Т. Лири

11. Психология эволюции. Р. А. Уилсон

12. Опять вопросы вождям. С. Кара-Мурза

13. Потерянный разум. С. Кара-Мурза

14. Военная экономика и военная промышленность. Г. Керль

15. Россия и СССР в войнах XX века. Г. Кривошеев

16. Заключенные, спецпоселенцы, ссыльнопоселенцы, ссыльные и высланные (Статистико-географический аспект). Исто¬рия СССР. 1991, № 5. С. 151–152. В. Земсков

17. Литературная газета. 1991, 3 апреля. С.З

18. Современные методы формирования заданных психофи¬зиологических состояний. А. Патрушев

19. Иерархический человек. В. Чалидзе

20. Мальчик или девочка? (медико-демографический анализ) М. Бедный

21. Естественная история власти. В. Дольник

22. 1001 вопрос про это. В. Шахиджанян

23. Два матча. Г. Каспаров

24. Сестра моя Каисса. А. Карпов

25. Естественная история богатых. Р. Конифф

26. Почему Россия не Америка. А. Паршев

Content

Дмитрий Зыкин
Власть. Элита, народ. Подсознание и управляемая демократия

Введение

Часть первая: человек на веревочках

1.1 Что такое манипуляция сознанием

1.2 Как всё начиналось: от Павлова до Хаксли

1.3 Подсознание, подчинившее разум

1.4 Кованым сапогом по юному мозгу

1.5 Воспитанные молоком и питательной смесью

1.6 Противоестественные ограничения

1.7 Промывка мозгов: прошлое и настоящее

1.8 Информационное болото

1.9 Логика и первобытное мышление

1.10 Анатомия рекламы

1.11 Политик как товар

1.12 Сила лжи

Часть вторая: мнимое восстание масс

2.1 Элита против населения

2.2 Герой и толпа

2.3 Элита — двигатель истории

2.4 Биосоциология

2.5 От чёрной «Волги» к чёрному «Бумеру»

2.6 Теория элит и крах СССР

2.7. Спецоперация: низвержение чемпиона

2.8 Продолжаем изучать элиту

2.9 «Странности» советской пропаганды

2.10 Как разжигали недовольство

2.11 Прокрустово ложе уравниловки

2.12 Станет ли «врачом» «убийца»?

Вместо заключения. Прорыв в будущее

Список использованной литературы